Время воров
Версия 1
Представляю вашему вниманию сборник, включающий в себя истории, небольшие рассказы и легенды, написанные фанатами замечательной игры Thief.
Источники текстов:
http://www.great-thief.fatal.ru/
http://one-more-thief.narod.ru/
Приятного прочтения!
**********************************************
Трактат Хранителей - История Города
Автор: Aaron Graham (a.k.a. Sneaksie Thiefsie)Перевод: Ur-Zeit
У Города длинная и романтичная история. Время его существования не охватываемо ни памятью, ни рукописью, ни жизнью. Он всегда был, и он всегда будет. Происхождение Города окутано туманами времени. Никто не знает ни того, как он возник, ни, даже, его названия. Его жителям, союзникам и врагам он известен просто, как Город.
По всей вероятности, Город вырос из маленькой деревни, расположенной на месте легендарного Затерянного Города, Караз-Дина (Karath-Din). Караз-Дин, затерянный город Предшественников (Precursors), был почти утопией для его жителей. Управляемый наследственным императором, контролировавшим сообщества магов и ученых, Караз-Дин был центром торговли всего региона, а Предшественники были известны, как добрые и справедливые люди. Однако, произошло неизвестное бедствие, которое привело к исчезновению Караз-Дина. Свидетельства, найденные во время экспедиций Хранителей, указывают на то, что город был погребен в результате камнепадов и оползней, которые стали причиной появления глубоких трещин и тектонических провалов. Причина отсутствия человеческих останков до конца не известна, но, вероятнее всего, резкое увеличение вулканической активности предостерегло Предшественников, позволив большей части из них избежать опасности. Другие исследователи утверждают, что Предшественники начали вмешиваться в магию, особенно в некромантию, и это стало причиной их гибели. Причина же камнепадов в этой тектонически пассивной области неизвестна, однако, присутствие огненных элементалов намекает на возможную причастность Трикстера (Trickster) к падению Караз-Дина.
Деревня, в последствии ставшая Городом, была, вероятно, основана кладоискателями или грабителями, притянутыми в эти места рассказами о сокровищах. Поскольку ночью жители располагались вокруг костров под открытым небом, темнота, должно быть, казалась им живой, их страхи множились за счет темного покрывала, содержащего ужасы, известные и неизвестные. Именно с этих ранних времен берут начало многие из Городских легенд, мифы о говорящих обезьянах, владеющих мечами, о раках с огромными клешнями, и о пауках, которые могут завлекать человека своим пристальным взглядом. Из-за характера поселенцев, это было грубое, беззаконное место, где слабейшего сокрушали, а выживал только сильнейший.
Постепенно в деревне, которая впоследствии стала Городом, появилась четкая структура власти. В системе, которая была моделью феодального общества, власть была сосредоточена в руках наследственного правителя, носившего титул Барон. Он был поддержан свитой лордов, которые сформировали раннее дворянство Города. Они владели плодородными сельскохозяйственными угодьями, окружавшими Город, а также археологическими участками, на которых иногда находили артефакты Предков. Арендаторы, бравшие землю в наем, работали на этих участках, и платили налоги и арендные платы лордам. Те, кто не стали лордами, стали первыми Смотрителями Города (City's Wardens) - руководителями преступности, берущими деньги за опеку.
Город рос, поскольку всё большее количество людей присоединялось к тем, кто уже обитал в нем. Место, на котором они обосновались, ныне известно как Старый Квартал (Old Quarter). Река была ценным источником воды и трубопроводом для сточных вод, также она предоставляла легкий доступ к богатому рыбой побережью близлежащего моря. Расположенный в низшей точке реки Город также извлек выгоду из пошлин, собираемых с путешественников - доходы шли Барону, который, используя их, а также доходы с собственных земель обустраивал Город. Пошлины и налоги пошли на сооружение стены вокруг Старого Квартала, которая защищала от бандитов, и стала ценным символом престижа Города.
Рост соседних городов Сирика (Cyric), Бона (Bohn) и Блэкбрука (Blackbrook, Черный ручей) способствовал развитию торговли, и здесь помогла близость Города к морю. Он разросся и окружил реку в том месте, в котором она впадает в море. Были основаны районы Доков, Дэйпорта (Dayport, Дневной порт) и Истпорта (Eastport, Восточный порт). Лов рыбы стал важным источником продовольствия, а увеличивающаяся важность торговли вела к постепенному появлению класса буржуазии. Известно, что Орден Молота (Order of the Hammer) изначально присутствовал в Городе - их характерный стиль зданий доминирует над большинством архитектурных стилей в этих ранних районах, и, конечно, канализационная система и источники энергии в этой части Города сильно отличаются, от добавленных позднее.
Район известный как Дэйпорт, называется так из-за присутствия в его пределах Склепа Боунхорд (Bonehoard), древнего места погребения. Огромные пещеры этого мавзолея, как предполагается, уходят глубоко под землю. Одно время Склеп часто использовался, и многие ранние дворяне города похоронены там. Молоты считают, что там находится могила, содержащая золотые кости их пророка. Однако через некоторое время это место пришло в запустение. Гробовщики, каменщики и ремесленники отказывались идти туда, рассказывая об огромных ящерицах, чье дыхание сжигало камень с силой кислоты. Эти слухи игнорировались, до тех пор пока несколько бурикков (burricks) не нашли путь к поверхности, тогда Боунхорд и был окружен стеной. Буррики прижились в неволе, и теперь широко используются в качестве вьючных, а иногда даже и в качестве домашних, животных. Району же дали его название из-за того, что люди отказывались работать там ночью из-за страха перед тем, что мог скрывать Склеп. Слухи о невероятных сокровищах находящихся в нем ходят до сих пор, но немногие рискуют соваться туда.
Город рос дальше, новый район Стоунмаркет (Stonemarket, Каменный рынок), до сих пор остающийся центром торговли, стал причиной роста влияния Города в регионе. Увеличиваясь, городская территория, начала приниматься за более плодородные земли, и фермы были вынуждены занимать все менее и менее плодородные земли вокруг гор. Нехватки продовольствия в Городе случались, но были редки, а так как готовое продовольствие поставлялось из соседних городов, поддержка внутренней сельской промышленности требовала незначительных сил. Однако поток денег в Город непрерывно увеличивался, и торговый класс начал получать все большую власть в делах Города. Они требовали представительство в администрации правительства, и право голоса в решении государственных дел.
Барон оказался в безвыходной ситуации - от налогов и таможенных пошлин, получаемых с доходов торговцев, зависели его собственные доходы, и в то же время, торговцы, которых он облагал налогом, чтобы сохранить свою власть теперь требовали долю этой власти. Они также угрожали господству дворянства, на которое Барон возлагал администрирование и управление отдельными районами Города. Торговцы могли завладеть огромным влиянием, так как контролировали наиболее важную промышленность Города.
Решение, найденное Бароном, было зверским и экстремальным, но также замечательным в своей хитрости. Большинство торговцев было заключено в тюрьму или сослано, а их бизнес был передан в руки преданной ему знати. Меньшее количество торговцев, все еще добивающихся расширения своих прав, были облагорожены подачкой взамен окончанию их требований. Чтобы удовлетворить требования торговцев, был создан Муниципалитет, это дало им ограниченную власть над внутренними делами Города, но эта власть не распространялась на ряд важных вопросов (например, на финансы, администрацию, или иностранные дела).
Хитрость оказалась успешной, заставив замолчать критиков с минимумом кровопролития, и гарантируя, что Барон останется бесспорным правителем Города. Следующим блестящим ходом, Барона было принятие учения Ордена Молота. Мнение разделилось, с корыстью он это сделал или без оной. Но это не столь важно, эффекты удовлетворяли и Барона и Город. Хотя вначале многие подвергали сомнению мудрость этого хода, критиков заставили замолчать выгоды для Города, полученные в результате действий Барона. Из являющегося относительно незначительной религией, обладающей властью только среди послушников, Орден рос в размере и высоте, поскольку стал более вовлеченным в дела Города. Технологии Хаммеритов (Hammerites) создали коллекторы, и мощные кабели, что реконструировало городскую инфраструктуру, и привело к финансовому успеху, поскольку повысился жизненный уровень, и здания распространились по прежним сельскохозяйственным угодьям. Частые поломки ненадежных технологий являлись серьезной проблемой, но вскоре они были решены введением ячеек техобслуживания, расположенных в стратегически важных точках по всему Городу. Из-за опасности диверсий, ключи к ячейкам были вручены полицейской силе Барона, а позже Городской Охране.
Районы Хайтаун (Hightowne, высокий город), Даунтаун (Downtown, низкий город), Южный квартал (South Quarter) и Северный квартал (North Quarter) выросли на плодородных поймах, так как Хаммериты провели туда коллекторы и новые улицы распространились от основных районов. Хайтаун стал самым богатым и исключительным районом Города, так как сильно отодвинулся от Старого Квартала с его распадающимися зданиями и увеличивающейся промышленностью. Здания в этих районах были построены в стиле, в последствии известном как 'Неоклассический'. Он был основан на архитектуре, преобладающей во времена становления Города.
Поддержка Бароном Молотов вела к сильному увеличению числа послушников Ордена, который сильно расширился и начал строить храмы во многих частях Города. Патрули Хаммеритов присоединились к полиции Города, в дополнение к собственной полицейской силе Барона. Городские законы и правила были изменены так, чтобы соответствовать обычаям Хаммеритов, и подозреваемые, арестованные Хаммеритами предавались светским судам, в которых обвиняемые испытывались судьями и магистрами, назначенными Бароном из среды дворянства. В конечном счете, численность послушников доросла до такой величины, что верхнее духовенство Хаммеритов почувствовало, что требуется здание, достойное размера и престижа их Ордена. Строительство Великого Собора (Great Cathedral) началось в Старом Квартале, в районе, который все еще был центром общественной жизни Города. Предназначенный, быть знаком и символом величия, как в равной мере и храмом, новый собор был быстро построен. Состоя из массивного нефа с маленькими вспомогательными строениями позади, к нему примыкало несколько широких пролетов лестницы, которая была предназначена, чтобы стимулировать ощущение страха всех, кто не был здесь до этого. Поскольку его популярность все увеличивалась, вспомогательные здания были снесены, и Спальни Св. Йоры пристроенные к дому увеличили число постоянно живущих здесь священников. Монастырь сросся с Собором. Однако, это блаженное состояние спокойствия не могло длиться вечно. Барон скончался, и после борьбы за власть, которая почти привела к гражданской войне, титул был унаследован его сыном. Сын Барона не был набожным Хаммеритом, и Орден поддержал вступление на престол брата Барона. Борьба расколола дворянство, и политический конфликт, иногда выливалсяв открытое противостояние на улицах Города. В ответ на это, сын Барона попытался уничтожить Хаммеритов, которые, как он чувствовал, представляли наибольшую угрозу его правлению. Не взирая на пользу, которую они принесли, Барон захватил и казнил верхушку духовенства Ордена Хаммеритов, и установил собственную полицейскую силу. Стражники Хаммеритов были вырезаны, в то время как храмы были осквернены и снесены.
Молоты, в конечном счете, были вынуждены предпринять отчаянную попытку защиты в их новом Соборе. Принимая во внимание то, что прежде Хаммериты производили кувалды в мануфактурах вокруг Города, теперь они были вынуждены производить их за их пределами. Были построены временные лачуги, для производства оружия, и кладбище, для похорон мертвых. Были запасены оружие и броня в ожидании заключительного сражения.
Но это сражение так и не произошло. Брат умершего Барона, при помощи части знати сверг собственного племянника и занял его место, случай, беспрецедентный в современной истории Города. Будучи Хаммеритом, он немедленно прекратил осаду Собора, и приказал немедленно арестовать всю знать, содействовавшую этому. Осада была закончена, и Молотам вновь разрешалось проповедовать.
Но, оказалось, что невозможно возвратиться к мирным годам, которые ушли безвозвратно. Молоты были шокированы случившимся, и, не обладая лидерами, они были не в состоянии восстановить свою прежнюю власть и влияние. Политика Хаммеритов полностью сосредоточилась на внутренних проблемах, поскольку богословы объяснили причину случившегося коррупцией внутри Ордена. Последовали чистки, и Молоты, сконцентрировались на искоренении ереси в своих кругах. Временные лачуги на территории Собора были заменены прекрасными каменными зданиями, построенными Св. Тенором. В них находились плавильные печи, и таким образом, в любой момент Орден мог произвести оружие для своей защиты.
Уход Хамеритов из публичной жизни привел к серьезному кризису. Прежде они управляли насосами и машинами, позволявшими Городу расти и расширяться. Теперь часть инфраструктуры лежала в руинах, и не было никого, кто мог бы использовать или восстановить жизненные компоненты Города. Новый Барон основал Отдел Общественных Работ (Department of Public Works), с предписанием восстанавливать, поддерживать и использовать инфраструктуру Города. Техники были обучены с нуля, и в течение нескольких лет коллекторы и канализационная сеть были большой частью восстановлены.
Было основано Бюро Переписи (Census Bureau), устанавливающее богатство граждан, для налогообложения. Налоги теперь могли быть установлены в зависимости от уровня доходов. Это привело к большому увеличению средств, поступающих в казну, хотя, увеличилось и гражданское недовольство. Бюро выполнило свою задачу, но было сохранено, как инструмент администрации и картографии, для системы все больше зависящей от отчетов и папок.
Дальнейшее изменение, которое Барон сделал, изменило судебную систему. Горожане становились все более и более сердитыми в связи с ее соответствием с законом Хамеритов, который был значительно строже. Чтобы уменьшить недовольство, Барон ослабил многие статьи, и уменьшил права Хамеритов, связанные с арестом и судом подозреваемых.
Хамериты, ставшие более ортодоксальными после испытаний, свалившихся на них, были оскорблены этим очевидным предательством их верований. Хотя их численность сильно сократилась, они все еще были способны принести серьезные неприятности, а Барон стремился избегать любого дальнейшего гражданского беспорядка. В конце концов, соглашение между ним и Орденом было достигнуто. Светские законы могли быть ослаблены, до тех пор, пока Молоты сохраняли право арестовывать преступников и заключать их в тюрьму, подчиненную Городскому Муниципалитету.
Теперь, когда Хаммериты получили право заключать в тюрьму преступников, они требовали места, чтобы делать это. В результате возникла тюрьма Крагсклефт (Cragscleft, Скалистое ущелье). Работы начались вскоре после заключения соглашения, в заброшенном и выработанном карьере в районе гор Эссе (Esse, по всей видимости, от essence-дух) за пределами Города. Прежние спальни, офисы и склады были отремонтированы или переоборудованы в камеры заключения. Используемые ворота, для приведения их в действие, были оборудованы системой энергообеспечения. Первые заключенные использовались для ремонта старых шахт, расположенных ниже тюрьмы, и начала строительства новых уровней. Строительство было отсрочено, а потом остановлено, из-за странных происшествий, которые, в конечном итоге, привели к исчезновению нескольких преступников, и последующему их появлению в виде нежити. В результате проект расширения тюрьмы был закрыт.
Политика Барона и его приемников гарантировала, что рост Города будет продолжаться ещё многие годы, и что новые дома и промышленность дадут начало кварталам Андермаркет (Undermarket, Под рынком), Ньюмаркет (Newmarket, Новый рынок), и Шэйлбридж (Shalebridge, Сланцевый мост). Торговля росла в масштабах и в своем значении, также как и средний класс Города. Однако, проблемы, которые стали преследовать Город в дальнейшие годы, берут свое начало именно в то время. Рост населения и городских территорий подразумевал, что все меньше и меньше земли было доступно для сельского хозяйства, и что все большее количество продуктов должно было закупаться в соседних городах. Вдобавок, рост процветания и торговли вел к появлению новых типов преступлений. Впервые появились пираты, также как и могущественные Смотрители, которые начали объединяться в гильдии. Политика облагораживания, хотя успешно предотвращала слишком большие волнения среди среднего класса, начала раздражать дворянство. Чтобы снабдить районами лордов (лордом считался благородный человек, который имел контроль над участком земли), районы были разделены и перераспределены, дабы обеспечить новые владения для новых дворян (в результате чего участки, естественно, уменьшились). Это, понятно, не нравилось исконному дворянству, но проблема была решена политикой Баронов, позволявшей дворянам разбираться внутри себя, не обращая внимания на Баронов.
Увеличивающееся процветание, также стало причиной другой проблемы, с которой Город, также очень хорошо знаком: трущобы. Привлеченные звонкой монетой, иммигранты, из окружающей сельской местности, лились в Город рекой, а нехватка дешевого жилья подразумевала, что мигранты сами будут строить себе собственные трущобы. Поскольку Город отказался впускать этих мигрантов, опасаясь роста преступности, целый квартал вырос вдоль главного подхода к Городу. Без очистки и инфраструктуры (за исключением близлежащей реки) новый квартал Пригорода (Wayside) скоро стал прибежищем преступников, проституток и других сомнительных элементов.
Вскоре после этого, благосостояние вновь сильно увеличилось, так как в Западном Лесу (Western Forest) было найдено золото. Предприниматели, пытаясь очистить землю с целью использовать ее под сельскохозяйственные нужды, нашли золотые самородки и золотую пыль. Скоро большие группы предпринимателей начали совершать поездки в Лес, строя трущобы, напоминающие о ранних днях Города. Дополнительное золото, поставляемое в Город, привело к большой инфляции, которая повысила цену основных товаров, таких, как мясо и зелень. Однако вскоре оказалось, что золотые запасы вовсе не так велики, как казалось в начале, и цены пошли вниз, почти так же быстро, как и поднялись.
Правящий в то время Барон, встревоженный спадом, который угрожал торговым доходам и общему процветанию, занялся строительной программой, намереваясь обеспечить рабочими местами безработных, тем самым, сведя к минимуму недовольство и прославить Город. Был построен большой район - Новый Квартал (New Quarter), снабженный канализацией и энергией. Отдел Общественных Работ продлил коллекторы и лини энергопередач даже за пределы Нового Квартала в ожидании роста Города.
Однако, этому росту не суждено было осуществиться. За эти годы Хаммериты постепенно восстановили свою власть и влияние, особенно среди низших слоев населения. В связи с возросшим уровнем преступности на улицах, Хаммериты снова начали выпускать ночные патрули стражников. Барон чувствовал, что этим Хаммериты демонстрируют свою силу, и намеревался противостоять этой появляющейся угрозе. Был основан Отдел Городской Стражи (Department of City Guard), включающий собственную армию Барона, который поддерживал порядок, в то время как Хаммериты отошли от общественной жизни. Контролировал новый Отдел Барон, а Специальный Уполномоченный (Commissioner), выбираемый из рядов знати, организовывал Стражу и выбирал Шерифов в каждый квартал. Учреждение подобного института было понятно, но его действия оказались неэффективными. Большое число районов - больших и маленьких - означало, что новая Городская Стажа, была разрозненна и неэффективна, в то время как Шерифы оказались подвержены взяточничеству и коррупции. Хуже того, многие люди видели в Городской Страже орган усиления контроля над собой, и негодовали по этому поводу.
Однако Городская Стража стала не только органом правопорядка, но и армией. Первоначально, Барону приходилось полагаться на разношерстную частную армию и на армии знати, которые были обязана поддерживать своего сюзерена. Эта система представляла собой слабую военную силу, без ясной системы командования, нестандартизированным вооружением, к тому же существование частных армий в пределах Города - угроза Барону. Новая сила была создана для того, чтобы играть роль армии во время военных конфликтов, вооруженная стандартными оружием и броней. Сила лояльная Барону.
Способности Городской Стражи вскоре были подвергнуты испытанию. Поиски в Восточном Лесу не обнаружили больше никакого золота, но вместо него были найдены богатые залежи угля и железной руды. В связи с малой развитостью собственной тяжелой промышленности (кроме того, что создали Хаммериты), эти полезные ископаемые поставлялись соседним городам по невысоким ценам. Это было прямым соревнованием с городом Блэкбрук, который до этого имел монополию на угольное производство. Уголь проданный Городом подорвал цены в Блэкбруке, что привело к сильному падению экономики этого города. Они решили принять меры, и военная экспедиция была послана на территорию области Города с целью оккупации богатых углем регионов. Городская Стража выдвинулась им навстречу.
Последующая битва не принесла кому-либо победы. Обе стороны понесли большие потери. Город превосходил противника в численности, но Блэкбрук имел на поле боя хорошую армию, состоящую из конницы, лучников и пехоты, которая прошла сквозь линии Городской Стражи, и была остановлены лишь на последней минуте Шоулгейтским (Shoalsgate) контингентом Городской Стражи. Обе стороны отступили, чтобы зализать раны и восстановить силы, а также пополнить запасы.
Дела Города были не очень хороши: он одержал победу лишь из-за превосходства в численности. Борьба была дезорганизована, с большим числом отдельных контингентов, подчиняющихся только своим Шерифам, которые имели небольшое представление о тактике военных действий. Кроме того, в то время, как полиция была далеко, в Городе резко возросла преступность, также как мощь и влияние Хаммеритов. Барон был вынужден выбрать новую стратегию - формирование профессиональной, постоянной армии.
Городская Армия (The City Army) была развита в потрясающе короткий отрезок времени. Были учтены проблемы, с которыми столкнулся Город, сражаясь с вражеской армией на границе, а именно: деморализация милиции и усиление влияния преступности и Хаммеритов. Пять дивизионов мужчин были собранны и организованы из криминальных элементов и безработных. Была установлена ясная система команд, а также был образован офицерский корпус, состоящий из дворян. Барон сохранил контроль над Городской Стражей и новой Городской Армией, в то время как Уполномоченный Генерал (Commissioner-General) руководил ей.
Однако, события, такие как война и образование армии вели к увеличению расходов, которые не могли покрыть доходы с продажи угля и железа, как следствие были подняты налоги. Это вновь привело к возникновению недовольства среди населения, люди начали обличать жадную природу Барона. Через несколько лет жалобы превратились в восторг, так как новая Городская Армия серией побед отбросила Блэкбрук назад, и вынудила его подписать унизительный мир. Барон, поддерживаемый толпой, смог организовать наступление на организованную преступность, что угрожало Городским Смотрителям, и в последствии положило начало тому, что известно, как Золотая Эра (Golden Age).
Стимулируемая готовой пригодностью угля и железной руды, и помощью, которую оказывали постепенно распространяющиеся технологии Хаммеритов, в Городе начала развиваться тяжелая промышленность. Литейные заводы и доменные печи покрыли все сельскохозяйственные угодья Города, а вокруг них стали расти поселения. Производимые железо и сталь все больше стали использоваться в другой тяжелой промышленности, особенно в реконструкции Города и в новых строительных работах. Город стал центром промышленности всего региона, выпуская насосы коллекторов и станки, системы энергоснабжения и механизмы управления, которые с огромной прибылью экспортировались в другие города. Рост индустриальной мощи Города, принес ему огромное богатство, которое использовалось для грандиозных строительных проектов, и новая экзотическая роскошь текла в него. Торговля получила сильный толчок от развития промышленности. Однако постепенное исчезновение под камнем и кирпичом сельскохозяйствееных угодий Города стало источником тревоги для Барона и Городского Муниципалитета, так как Город все больше и больше становился зависимым от поставок продовольствия из других, потенциально враждебных, городов. Был объявлен мораторий на дальнейшее развитие, и, в конце концов, к полному запрету на расширение Города вне современных городских границ. Реконструкция вместо расширения стала основным акцентом, и жилье становилось все выше и выше. Иметь даже маленький садик стало, признаком богатства и высокого положения, и только богач мог позволить себе землю для сада, в котором он мог бы вырастить цветы или свежие овощи.
Однако, Золотая Эра не могла длиться долго. Хаммериты потеряли монополию на механизмы и технологии, и чувствовали, что в результате теряют свое влияние. Они пытались привлечь к себе внимание и заказы, но напрасно. Они становились все отчаяннее так как теряли послушников, и вскоре большой Собор Хаммеритов опустел. В конечном итоге они попробовали тактику, которая привела к их падению. Каким-то образом, где-то Хаммериты обнаружили Глаз (the Eye); драгоценный камень наделенный некромантичесокй и анархической мощью. Они принесли этот камень в Собор, в попытке использовать его мощь для выгоды их ордена.
К сожалению, попытка провалилась. Глаз пересилил своих опекунов, и превратил их в нежить. Эти жуткие создания вырезали спящих жителей Собора, всех за исключением Брата Мартелло, который убежал к колокольне и поднял округу, звоня в большой колокол Собора.
Пробужденные шумом, люди безрезультатно пытались остановить нежить, так как она прорвалась с земель Собора и проникла в Город. Убитые становились ходячими трупами, неуязвимыми для мечей и стрел, отчаявшихся людей. Борьба распространилась вдоль Соборной Улицы (Cathedral Street) и улицы Аулдэйл (Auldale), не смотря на попытки остановить нежить, она разрушала все на своем пути. В итоге они были остановлены на Рубиновой улице (Rubin Street), где началось сооружение баррикад. Охраняемые силами Городской Стражи, рабочие строили стену, способную противостоять нежити. Скоро баррикады были сооружены, и зараженная часть Старого Квартала была опечатана камнем. Эту часть объявили закрытой зоной, вход на которую был запрещен. Но предупреждение оказалось лишним: тех, кто осмеливался вернуться туда, чтобы найти семью или имущество, в послдствии видели редко. Хранители опечатали Собор Талисманами Элементалов, и расставили их для предотвращения открытия Собора, за исключением исключительных случаев. Использование Талисманов Элементалов привлекло внимание Братства Руки, которое вскоре выбрало резиденцию неподалеку от Города, чтобы практиковать свою магию пока они пытаются найти их их.
Этот эпизод отметил конец Золотой Эры. Атака нежити нанесла серьезный удар морали Города, а также и его гордости. Собор Хаммеритов был символом Городской чести и величества - не только для Хаммеритов его потеря стала серьезным ударом. Торговля замедлилась, а доходы упали, в то время как Барон был нелогично обвинен в том, что не предотвратил атаку, или в том, что не сохранил Собор.
Численность Хаммеритов увеличилась, т.к. обезумевшие люди находили утешение (святость) в их учении. В городе всюду были построены новые храмы, вновь распространяющие учение. Барон вскоре умер, а его сын стал более связанным с Орденом, поскольку его влияние увеличивалось. Это стало бедствием для Города; теология Хаммеритов оказалась несовместима с понятиями экономии и промышленном продвижении городской области. К одобрению Хаммеритов, и к отчаянию торговцев и промышленников, Орден восстановил монополию на все механические вещи, включая управление коллекторами и энергетическими системами Города, отведя Отделу Общественных Работ вспомогательную роль.
Ситуация не улучшилась в последующие годы. Падение торговли и промышленности вело к экономическому спаду, росту безработицы и гражданскому недовольству. Смотрители нашли богатые заработки, и построили преступные организации, способные подкупить Шерифов и Специальных уполномоченных Городской Стражи. Увеличилась уличная преступность, так же как и количество патрулей Хаммеритов, призванных противостоять ей. Крэгсклефт был постоянно переполнен, и Хаммериты имели полномочия арестовывать и заключать в тюрьму любого, кого они сочтут нужным, вопреки светской судебной власти.
Сын Барона и его внук практически ничего не делали, чтобы изменить ситуацию. Падение занятости и прибыли вело к серьезной депрессии, которая усугублялась несколькими засушливыми годами, разрушившими внутреннее сельское хозяйство. Цены сильно повысились, поскольку сократились поставки, и все больше и больше продовольствия стало поставляться из внешних источников. Население постепенно начало злиться на Барона и Хаммеритов за неудачные попытки исправить ситуацию и за все более и более безжалостные меры, которые применял Орден для борьбы с преступностью. Численность Хаммеритов постепенно падала, так как все больше и больше людей разочаровывалось в них, и пыталась найти себя в торговле и промышленности. В то время, многие из числа знати покидали Орден, ища другие формы поклонения.
Барон, в конечном счете, пришел к плану, выполнение которого повысило бы его репутацию. Действуя под поддельными предлогами, он начал нападение на Блэкбрук, древнего врага. Начальные победы (такие как у Замка Морендрам (Morendrum)), были одержаны легко, но, так как армия Блэкбрука мобилизовалась, Барон обнаружил, что ситуация усложнилась. Ряд поражений отбросил Городскую Армию в Северные Территории (Northern Territories), которые были оккупированы, и война привела к увеличению налогов, которые требовались на поддержание Армии. На самом же деле деньги шли в личные закрома Барона, факт о котором большинство людей знало. Такой ход возмущал многих дворян, которые платили контрибуцию и из казны своего квартала и из собственного кармана.
Это приносит Историю Города в наше время, в точку, когда события могут быть записаны лишь после того, как они произойдут. У Города не слишком хорошие перспективы. Повышение гражданского неудовольствия и ортодоксальность Хаммеритов вероятно приведут к проблемам, также как и действия Барона. Цены на продовольствие продолжают расти, в то время, как доходы падать. Преступность вновь выросла, и Городская Стража с трудом справляется даже с уличной преступностью, все из-за коррупции и некомпетентности. И, конечно, пророчества говорят нам, Хранителям, что Трикстер скоро будет делать заявку на господство.
**********************************************
Thief: Тёмные Материалы
Автор: ChucklesПеревод: Ксения Мансветова
Пролог
Последнее, что я сделаю в качестве вора - доставлю тебе это письмо, так как, думаю, традиционные методы, будут неприемлемы для этой цели, и ты можешь не поверить моей истории, если не увидишь своими глазами, на что я способен.
Сложнее объяснить, зачем я это делаю. Я видел больше миров, чем многие могут и мечтать. Я встречался с невообразимым ужасом и смотрел на неслыханную красоту. Я видел, как знакомые вещи исчезали, и на их месте взрастали вещи незнакомые. Я крал у человека, машины, животного и бога. Работа вора - присваивать себе то, что ему не принадлежит: но я давно понял, что не все секреты следует хранить вечно. И вот мой рассказ о том, что случилось, что вызвало рассвет эпохи металла.
...
Во время тренировок мой инструктор рассказал мне о многих вещах, которые могут погубить вора: меч и стрелы, и, конечно, свет, звук, воздух и голос. Но злейшие враги вора все же чувствительность и гнев. Понимаешь ли, чувствительность может погубить вора, оставив человека в живых, а гнев может погубить человека и оставить только вора.
Иногда во тьме, когда озерная рябь отражает лунный свет, когда ветер тихо шепчет свои секреты тем, кто может их услышать, и звезды подчеркивают немую пустоту ночи, я задумываюсь, прав ли он был...
Вступление
Ты никогда не встретишь банду головорезов, более бессердечных, чем Хранители. Они не жестоки, но они относятся к миру с необычайной отстраненностью, будто сами они не часть его. Это звучит не так ужасно, пока ты не поймешь, что они не помогут умирающему от голода ребенку на улице - если, конечно, это не послужит их интересам. Никогда не доверяй тому, кто был Хранителем.
Это относится и ко мне.
Я ни разу не купился на их идеологию, даже не обращал на нее внимания. Они вечно говорили о "равновесии" и "дистанции". Но все же они могут создавать действительно полезные вещи. У них есть способ слиться с тенью, что превосходит возможности магии и техники и всех остальных способов, которыми люди пользуются, чтобы выдать что-либо не за то, чем оно является. Раствориться во тьме и замереть - вот единственная правдивая вещь в этом мире. Жаль только, что я узнал о ней от Хранителей.
...
Конечно, они научили меня сражаться, стрелять из лука, а также некоторым несложным маневрам, которые могут иногда пригодиться. Всему остальному можно научиться где-нибудь еще и гораздо лучше. Но это не для меня. В конце концов, сейчас уже можно точно сказать, я всегда был вором.
Глава 1 - "С Вершины"
Полагаю, что если я действительно хочу рассказать эту историю, я должен вернуться к событиям, произошедшим задолго до ее начала, чтобы ты смог понять, почему я сделал то, что сделал. Идеи Хранителей раздражали меня, поэтому я оставил их и, уже независимым, направился в город, который мог сделать из хорошего вора богача.
Я познакомился с парнем по имени Катти. Не самый лучший парень, но и не очень плохой. Он знал все входы и выходы в городе и был готов снабжать меня работой за скромную долю с моих доходов. В общем-то, неплохая сделка. Большинство его заданий были легкими, как и то, с которого я начну свой рассказ - украсть какую-то безделушку у богатого идиота по имени Баффорд. Он даже сообщил мне информацию о том, как пробраться внутрь.
Нет, я не очень то люблю прыгать в глубокие колодцы, но я решил, что Катти не стал бы мне лгать, если бы это означало, что он потеряет деньги, так что я стащил ключ у пьянчужки, притворяющегося охранником, и прыгнул вниз. Осмотревшись под водой, я обнаружил естественную пещеру. В ней уже были обитатели, но с ними оказалось несложно разделаться, в результате чего я получил несколько ценных вещичек.
Чуть дальше по течению, и я выяснил, что Баффорду следовало уделять меньше внимания безделушкам и больше своему особняку. Ну, это его проблемы. Я проник внутрь, легко избегая стражников, в серию подвалов под его небольшим дворцом. Пробраться в крепость было ничуть не сложнее - оказалось, туда вело несколько путей, ни один из которых не представлял трудностей.
В северной стене дворца Баффорда был выход, так что перед тем, как подняться наверх, я открыл ворота. Они даже не охранялись. Обыкновенный эгоистичный лорд-ублюдок. Моя работа нравилась мне все больше и больше с каждой минутой. В конце концов, я пробрался в помещение, напоминавшее тронный зал. Да уж, насколько претенциозным можно быть? Но скипетр был там, задние ворота я уже открыл, и деньги уже были у меня в кармане - по крайней мере, я так думал. Это было бы слишком просто.
...
Думаю, когда городской совет решил использовать старый особняк Баффорда как место собраний, выяснилось, что большая часть его книг была лишь скрепленными чистыми листами бумаги. Должно быть, просто для виду.
Глава 2 - "Туда и обратно"
Конечно, Катти угораздило попасться, и мне не светило получить свои деньги до тех пор, пока я его не вызволю. Это означало, что мне придется иметь дело с Хаммеритами: религиозным культом фанатиков, одинаково озабоченных созданием различных приспособлений и уничтожением всех тех, кто не следовал их кодексу.
В те времена Крагсклефт был мечтой любого тюремщика: множество устройств Хаммеритов, стратегически расположенные посты часовых и камеры, которые можно открыть только с помощью рычагов. Ах да, и не стоит забывать, что тюрьма была расположена над заброшенной шахтой, в милях от следов цивилизации. Большинство считало, что если тебя отправляют в Крагсклефт, ты уже не вернешься. И большинство было право.
К большинству относилась и Софи. О, Софи. Мы с ней были близки, но близки на расстоянии. Я подумал, что, раз уж я и так направляюсь в Крагсклефт, можно заодно попытаться вытащить оттуда ее брата: возможно, она отблагодарит меня, в особом смысле. По крайней мере, она перестанет повторять, какой я эгоист.
Также в мои цели входило забрать свою "Руку Удачи" у этого мерзавца Иссита. Сложно получить работу, когда твои потенциальные клиенты знают, что ты сам стал жертвой воровства, и гораздо легче отрицать эти мерзкие слухи, имея доказательства обратного.
Убивать Иссита было необязательно - не хотелось задерживаться в Крагсклефте надолго.
Хаммериты не думали, что шахты надо охранять, так что проникнуть внутрь оказалось довольно просто. Обнаружился даже лифт наверх, к сожалению сломанный. Если бы хоть одна кнопка на верхние этажи работала, все было бы куда проще, но я ведь профессиональный вор, не так ли? Я мог со всем этим справиться.
И я справился. Осмотревшись около работающей силовой установки, я обнаружил другой, несколько более сложный путь наверх. И предвидя твой вопрос, да, ожившие мертвецы существуют, да, в шахте было несколько, и нет, это не столь устрашающее орудие зла, как поговаривают. Смерть, в общем-то, не улучшает ни твою скорость, ни твои физические навыки, ни ум. В итоге зомби оказались всего лишь досадной помехой.
Передвигаться по Крагсклефту оказалось легче, чем я думал. Что до хваленых технологий Хаммеритов, место было очень слабо освещено. Сложнее всего было справиться с шумом. Пара шагов по металлу были равносильны письменному приглашению всех рядом присутствующих напасть на тебя. К счастью, я захватил несколько моховых стрел ("кристаллы земли", как их называют Хранители), превращающих ком грязи в компактный сверток тишины.
Добравшись до тюремных камер, я еще должен был проникнуть в комнаты управления наверху. Просмотрев журналы в каждой, я без труда отыскал Иссита, Бассо и Катти. Беда была в том, что Иссит уже умер, Катти тоже, да и Бассо не отличался от них в возможности мне помочь. Но все же найти руку среди костей Иссита было несложно (гениально - до этого момента я не понимал, насколько рука славы похожа на обычную руку), а Катти поделился со мной информацией о какой-то карте. Он всегда берег свою репутацию торговца.
Что касается Бассо, да уж, мое желание помогать ему резко уменьшилось, как только я выяснил, что придется нести его на себе, но я понимал, что навлеку на него еще большие проблемы, оставив здесь. Я не всегда эгоистичен.
Но все же Софи права, я люблю золото больше чем многих людей, именно поэтому я и отправился на поиски этой карты. Я обнаружил ее в комнатах офицеров за тюремным блоком номер 1, ну, по крайней мере, я обнаружил, где она была. Проклиная все и вся от сознания того, что она была бы там до сих пор, если бы бог воров был чуток поумнее, я продолжил поиски на западе, куда предположительно направился мой соперник.
В результате поисков обнаружился еще один недостаток в охране Крагсклефта: небольшое отверстие в стене совсем рядом с комнатой часового при тюремных блоках три и четыре. Проскользнуть мимо часового и вращающегося "Глаза Строителя", притом, что лампочка наверху периодически гасла, было не особенно сложно. Отыскав карту, я просто прыгнул в реку за спиной у охранника и поплыл обратно к шахтам.
...
На обратном пути Бассо таки очнулся. Он очень удивился, что я спас его, и сообщил, что, возможно, я даже получу немного золота за свои труды, так как новый жених Софи довольно богат. Я чуть было не отнес его обратно.
Глава 3 - "Обманувшие Смерть"
Итак, я никогда не относился к расхитителям гробниц: все-таки живые оставляют лучшие вещи для себя. Но на карте Феликса было указано местоположение легендарного Горна Квинтуса. Я знал нескольких охотников на бурриков, которые готовы были заплатить за эту вещь целое состояние, и, к тому же, я хотел получить хоть что-нибудь за работу в особняке Баффорда.
О боунхарде ходили легенды, пока он сам не превратился в легенду. Многие верили, что мертвые там не знают покоя, и старались избегать даже разговоров о нем. По словам некоторых моих знакомых, известнейшие в истории воры пропали там со всеми своими картами и сокровищами.
Даже Хаммериты верили, что их "Первый Последователь Строителя" был погребен где-то там внизу, "даже костей его не затронет тление, разрушение и любое другое зло до Перестройки". Это было еще до того, как они начали отрицать все слухи о боунхарде, как и обо всем остальном, связанном с магией. Кто бы мог подумать, что именно я захороню его череп и четыре кости.
Но все же больше всего меня интересовали истории об Умном Волшебнике, превратившем свои сердце и душу в два магических камня, дабы иметь возможность вернуться к жизни когда-нибудь в необозримом будущем. Нет, я не поверил в эти истории: никогда не верил, но мне понравилась идея заполучить эти камни. Кто знает, может быть, мне был нужен просто сувенир на память обо всех этих приключениях.
Как и в прошлый раз, проникнуть внутрь оказалось не сложно. С прошлой работы я помнил, что если приближаться к разным мертвецам, лежащим вокруг, они могут проснуться, так что по возможности избегал этого. Осмотревшись недалеко от входа, я пришел к нескольким важным выводам:1). Команда Феликса отметила на стенах путь к гробницам стрелками по направлению к входу;2). Феликс оказался не особенным вдохновителем;3). Мертвецы все еще были довольно медлительны.
Итак, я немного исследовал местность, спустился на нижние уровни, исследовал их и, в конце концов, обнаружил путь к каким-то пещерам со множеством бурриков.
Я ненавижу бурриков.
Понимаешь ли: буррики будут весьма милы и дружелюбны, пока не выяснится, что сам ты не буррик. Тогда они набросятся на тебя с жестокостью и злобой Палача. Они не любят ближний бой, они выдыхают особый разрушительный газ, образующийся в их желудках, в котором человек быстро задыхается. Со временем он также разъедает сталь и металл: почти все тоннели бурриков образовались в результате охоты их обитателей на крыс и жуков.
Но мне пришлось иметь с ними дело, вернее пробежать мимо, всеми силами стараясь не иметь с ними дела. Не лучшее занятие для того, кто привык избегать конфликтов, скрываясь и прячась. Вскоре я обнаружил заброшенную комнату, вход в которую был затоплен. Несмотря на изобилие ловушек в этой комнате, я смог заполучить пять огненных стрел и узнал причину, по которой мне следовало сберечь их, пока я не доберусь до камней, которые собирался забрать.
Вновь тоннели бурриков. Я снова наткнулся на пометки Феликса, и они привели меня к катакомбам. В которых, что неудивительно, было множество мертвецов. Удивительно было то, что они стояли на ногах и бродили повсюду. Несколько водных стрел, окропленных святой водой, не на много уменьшили их количество, но обходить оставшихся стороной все еще было сложно. Я чувствовал себя скорее солдатом, чем вором, перебегая от укрытия к укрытию, но, в результате, я получил все, что хотел.
Душа Волшебника оказалась в комнате с запертыми дверьми и потухшими факелами. Тогда я весьма обрадовался, что приберег те пять огненных стрел. Добраться до камня и скрыться целым и невредимым было непросто, но я ведь не зря проходил тренировку у Хранителей.
Пройдя по каменному скату и по лестнице, я нашел Сердце Волшебника. Вновь мои ловкость и интеллект были проверены и прошли испытание. В любом случае, те охранные статуи оказались не столь проворны.
Чтобы заполучить Горн, пришлось забраться на вершину гробниц, миновав пещеру с бурриками (умиротворенными, благодаря отзвукам горна), и перелезть на вершину других катакомб (некоторые лестницы было непросто заметить!). В каком-то смысле, конечно, разумно, что магия Горна Квинтуса действует только в руках Квинтуса, пусть даже мертвого, но я продолжал проклинать Катти, Феликса, Старика Квинтуса и почти всех остальных мертвецов, убегая от неожиданно рассвирепевших бурриков в поисках другого выхода на поверхность.
...
Я все же вернул свое чувство юмора, продав горн хвастливому аристократу-охотнику. Вообще-то он собирался убить буррика, используя только Горн и перочинный нож, но я предложил ему сделать это голыми руками. Похоже, он обдумывал этот вариант, когда мы расстались.
Глава 4 - "Лучший Вариант"
Немногие люди близко меня знают, и все они говорят, что я бережливый, когда пытаются быть вежливыми. Думаю, дело в моем воспитании: у меня никогда не было многого, поэтому я научился беречь имеющееся. В любом случае, вначале я хотел просто сохранить полученные от продажи горна деньги на черный день, но потом решил, что лучше будет купить на них кое-какие вещички, необходимые для моей работы.
Люди становятся все менее и менее общительными, если судить по качеству замков, так что мне понадобились отмычки тоже лучшего качества. К счастью, у меня были приятели, которые знали людей, чьи друзья занимались изготовлением отмычек. По крайней мере, они так говорили.
Фаркус был одним из таких индивидуалистов. Самое смешное, он как-то умудрялся одновременно вести легальный бизнес. Это было и хорошо, и плохо. Хорошо, потому что это значило, что у него есть собственный магазин, и даже Хаммерит не мог ничего заподозрить, если ты зашел туда. Плохо, потому что, если кто-нибудь уже подозревал тебя, магазин становился смертельной ловушкой.
Именно это и было первой моей мыслью, когда стрела просвистела в окне и вонзилась в шею Фаркуса. Подчиняясь инстинктам, я слился с тенью и услышал разговор убийц снаружи.
"Да, в окне был Гаррет. Теперь он мертв".
Не знаю, что меня больше взбесило: то, что один из городских криминальных боссов только что попытался избавиться от меня, или то, что он послал на это дело таких молокососов. Я решил преподать этому буррику, этой визгливой свинье урок о том, как следует обращаться со мной. Осталось только выяснить, кому именно.
Легче всего узнать, кто заказал меня, можно было, проследив за убийцами. Не тратя времени на оплакивание Фаркуса, я как можно быстрее сгреб с полок все, что мог унести, и отправился за своими недругами.
Следить за этими двумя было даже слишком легко. План города весьма простой, так что я мог позволить им отойти довольно далеко, не теряя при этом след. Придется признать, у них был неплохой слух, но если надо было пересечь поверхность, шаги по которой могли выдать меня, моховая стрела оставляла их в неведении.
Я шел за ними до особняка Рамиреза. Рамирез. Думаю, этот человек продал бы душу за золото, если бы мог. Черт, я не уверен, что он этого не сделал. Он был достаточно богат и достаточно жесток. Он даже держал пару бурриков в качестве домашних животных, хотя сейчас я понимаю, ему просто нравилось издеваться над собственными охранниками. Смотреть, сколько мучений они выдержат, пока не затихнут, что-то вроде того.
Увидев, что убийцы вошли в этот особняк, я едва не решился на еще одно убийство, но быстро понял, что смерть Рамиреза только порвет тонкий волосок мира в этом районе, где все и так было весьма шатко. К тому же, таких как Рамирез несложно найти, и его бы вскоре заменили.
Нет, что было действительно необходимо, так это напомнить Рамирезу, что золото не делало его неуязвимым. Прихватить кошелек с его пояса было бы неплохо. Может быть, тогда он начнет думать, прежде чем посылать своих ребят. Может быть, он станет чуть чаще оглядываться через плечо. Может быть, я раздобуду немного денег в его крепости. Идея, похоже, неплохая.
Так что, я проник внутрь и присвоил все ценное, что не было прибито гвоздями. Я забирал посуду, драгоценные камни, кольца, подсвечники, все, что попадалось на глаза. Я даже нашел знаменитую серебряную кочергу Рамиреза в его большой спальне. Неплохое секретное место, но вор с водяными стрелами и ловкими коленями, легко может его обнаружить.
Я подслушал разговор каких-то слуг о том, что Рамирез считает деньги в своем подвале. Проникнуть туда с новыми отмычками было несложно, а бомба со вспышкой и дубинка помогли обезвредить и хозяина особняка, и его охранника. Не особенно изящно, но зато я не позволил им включить сигнализацию. Я, конечно, захватил мешочек золота, который Рамирез постоянно носит с собой, и еще несколько безделушек и решил, что пора сматываться.
Я был не особенно знаком с этими местами, так что по дороге домой пришлось доставать карту, тут-то я понял, как далеко был от безопасных мест. Хорошо хоть, я не позволил объявить тревогу, иначе парни Рамиреза преследовали бы меня до самого укрытия.
...
Позже, я с удивлением узнал, что кочерга, в конце концов, досталась Баффорду: должно быть, он не знал, чья она на самом деле. Еще смешнее было, когда он попытался всучить ее Рамирезу в счет какого-то долга. Вспыхнувшая в результате вражда истощила силы обоих, и городской совет сейчас существует во многом из-за этого.
Глава 5 - "Гордость Константина"
Мне нравится думать, что сейчас я умнее, чем был когда-то. Я внимательно слушаю, что говорят люди, я выясняю побольше о тех, кто просит меня об одолжении. Если бы я поступал так и тогда, возможно, всего этого ужаса бы не произошло. А если бы он и произошел, то не коснулся бы меня. Но я рассказываю о том, что случилось, а не о том, что могло случиться, а случилось то, что, когда Виктория предложила мне казавшуюся несколько нелепой работу, я согласился.
Задание вроде бы было довольно легким: заполучить какой-то меч, лежащий на виду в особняке, и выбраться. Но уже тогда я понимал, что не все так просто.
Для начала, хозяином особняка был "Константин". И все. Ни Лорд Константин, ни Константин из Истанбула, ни Константин Племянник Барона Вытягивающий из Барона Все Что Можно. Просто "Константин". Будто бы это объясняло, как он и его особняк, казалось, просто появились в городе из ничего без связей, без знакомств и, что еще удивительнее, безо всякого противодействия.
Никто, в общем-то, не говорил о нем, потому что ничего особенно сказать было нельзя. Он появился ниоткуда, ничего не делал и вообще держался особняком. А теперь Виктория заявляет, что со всем этим связаны еще и странные постройки, элитная стража и магический меч.
Если бы я хоть на минуту задумался, если бы вспомнил, что читал, будто Виктория входила в "Орден Лианы", то... - но нет, это история о том, что произошло.
И вот, я зашел внутрь. Через балкон, конечно. Хотя я не особенно люблю Хаммеритов, но они делают весьма неплохие вещицы, а шумовая стрела и стрела с веревкой - одни из лучших. Оказавшись внутри, я понял, что мне нужна комната для передышки, и поэтому избавился от нескольких охранников поблизости. Вырубил их дубинкой: зачем оставлять лишние следы.
На первом этаже оказалось немного золота и больше ничего особенного, так что я проследовал в сад, ничем не отличавшийся от остальных когда-либо виденных мной садов, кроме размера. Так что я несколько облегчил карманы стражников и направился на второй этаж.
Одно воспоминание о том, что я там увидел, заставляет меня содрогнуться. Хотя тогда было довольно весело направить стрелу с веревкой в покрытый ковром "потолок" и забраться наверх, чтобы избежать встреч с охраной и прихватить драгоценности. Я наслаждался тьмой и тишиной мрачных коридоров, сравнивая их со звучной плиткой и яркими факелами. До сих пор иногда думаю, не был ли такой контраст умышленным.
Чтобы добраться до меча, все же пришлось покинуть лесную часть особняка, где-то с середины третьего этажа полы были покрыты шахматной плиткой, а коридоры - ярко освещены. Узнав это, я направил в работу водяные стрелы и дубинку, чтобы избавиться от ненужного света. После этого, я заметил что-то вроде магического сияния на потолке, которое, похоже, удерживало меч в воздухе. Хотя, думаю, я мог просто прыгнуть за чертовой штуковиной, не думающий вор - не вор. Когда сияние было уничтожено, меч тут же упал на землю.
Чтобы вернуться за мечом, пришлось воспользоваться кружным путем. По дороге обратно к балкону я приметил ключ в главной спальне прямо у самой кровати. Обвиняя себя за то, что не нашел его раньше и не считая оправданием то, что ключ практически сливался с ковром, я быстро проверил все неоткрытые двери поблизости. Только одна - дверь в теплицу - поддалась, но то, что я обнаружил за ней, стоило потраченного времени. Выяснилось не только, что Константин был тесно связан с тайной магией, но и, что у него, похоже, был необычайно большой запас золота. Думая о том, сколь полезной может стать такая информация, если мне когда-нибудь придется встретиться лицом к лицу с Константином, я неслышно покинул особняк тем же путем, что и вошел.
...
Как я уже говорил, не думаю, что сделал бы сейчас такие ошибки. Я понимаю, сколь ужасна сила ненависти и мести. Порой я брожу вдоль развалин, которые когда-то были особняком Константина, чтобы напомнить себе о зверствах, совершенных Лесом, о том, какая ужасная кара могла пасть на человечество, случись все иначе.
Я все же не буду об этом писать. Это история о том, что случилось.
Глава 6 - "И вновь Хранители"
Не буду мучить тебя детальным рассказом о том, как получилось, что я согласился работать на Константина. Наверное, я мог бы сказать в свою защиту, что он был необычайно убедителен, что я думал, он всего лишь приверженец еще одной глупой религии, что я был во мраке неведения, и что меня необычайно привлекали его деньги. Все это правда, но только он не был настолько уж убедителен, у глав религиозных культов обычно нет копыт, я уже украл достаточно, чтобы понимать, что происходит, и деньги - хотя, да, деньги действительно очень привлекали.
Но правда в том, что я не хотел верить в то, что было у меня перед глазами, и я не поверил. Я был слеп, и таким меня сделали Хранители. Поэтому я и оказался ночью в огороженной части города в поисках Собора, запертого по причине, о которой никто ничего точно не знал, но с которой все были полностью согласны.
Я не думал, что в огороженной части города будет слишком сложно ориентироваться. Пара разрушенных зданий, несколько сломанных дорожных знаков - и я на месте. У меня даже была карта, дававшая смутное представление об этой местности. Честно говоря, я думал вернуться еще до первой стражи. Я даже собирался отыскать давно утерянный Витой Торквес и оставить пару монет на Могиле Часового перед уходом. Не то, что я особенно суеверен, но кто знает. К тому же, я убедил себя, что все это просто отдых.
Впервые я задумался, наткнувшись на зомби, прогуливавшегося за углом - прогуливающегося! Мне стоило поубавить свой оптимизм. Мне стоило пойти домой и вернуться лучше подготовленным. Мне стоило уже тогда остановиться и извиниться перед Константином, сожалею, но вам придется поискать другого дурака, чтобы заполучить ваш драгоценный глаз.
Но я этого не сделал. Я лишь сжал зубы и направился дальше с еще большим желанием достичь своих целей. Не знаю, что заставило меня продолжить, энтузиазм молодости или невообразимая глупость, но я действительно выполнил почти все, что наметил на этот вечер. Труднее всего было раздобыть все деньги, на которые я рассчитывал; они были спрятаны по всей огороженной секции: на подоконниках, среди деревянных балок, в тайных тоннелях, в башнях, на мостовых, в пещерах, везде, где только можно предположить. Особенно сложно в темноте было заметить драгоценности, поэтому приходилось включать каждый попадавшийся на пути генератор: все равно оставалось еще достаточно много теней для профессионального вора.
Торквес нашелся без труда, когда я опустил мост. Идя по мосту, я заметил дверной проем в западной части крепостной стены, до которого можно было допрыгнуть и добраться по лестнице. Дверь вела к дому впечатляющего вида, охраняемому парой духов впечатляющего вида (и звука), которые не смогли долго сопротивляться под натиском моего нового впечатляющего меча. Было несложно догадаться, что именно об этом доме я где-то читал, Торквес, конечно, был на втором этаже. Я положил его в свой мешок к другим сокровищам и отметил это задание как выполненное.
Несколько прыжков и других акробатических трюков - и я выбрался из этих мест, после чего направился к Торговой Улице. К юго-западу виднелось то, что при ближайшем рассмотрении оказалось какой-то башней. Пройдя мимо развалин в этой части улицы, я вскоре был уже наверху, откуда смог перепрыгнуть через дорогу на противоположный карниз. Дверь там вела к могиле Часового. Пожертвовав два цента, я направился обратно тем же путем.
Добравшись, в конце концов, до Собора, я был все же несколько разочарован. Конечно, проскользнуть мимо духов-охранников не представляло особой сложности, но двери в саму церковь были крепко заперты, и ни отмычки, ни сила, похоже, не помогали. Я не из тех, кто ломится в передние двери, когда есть другие возможности, так что я обошел церковь вокруг, пытаясь отыскать другой путь внутрь. И мне уже казалось, я нашел его, когда забрался на карниз и попытался полностью распахнуть чуть приоткрытое окно.
Услышав голос, я не сразу понял, что это было. "Западня", - была первая мысль. Кто-то внутри церкви издает странные звуки, пытаясь отвлечь меня от глаза. Это специальный механизм Хаммеритов, используемый, чтобы отпугнуть взломщиков. Меня хотят заманить в ловушку в гроте Хранителей. Или еще хуже, Константин просто меня еще раз проверяет. Но все-таки я не мог никак попасть в чертову церковь, и у меня действительно не было другого выхода. Вернуться к гроту было несложно, к тому же зомби уже уничтожили всех бурриков, бродивших поблизости. Я был осторожен, и ожидал чего-нибудь ужасного каждую секунду.
Осмотрев место в поисках ловушек, я запрыгнул на платформу в гроте, выстрелил огненной стрелой в статую и уже протянул руку за следующей стрелой, когда стена слева от меня начала двигаться. Оттуда не появились толпы мертвецов, и, помедлив пару секунд, я перепрыгнул через ров и зашел внутрь.
Было очевидно, что место построено Хранителями. Не только их символ на платформе, на входе, на двери, да везде, где угодно, но и сам входной механизм были равносильны написанному повсюду их имени. У меня был некоторый опыт общения с ними, так что я запрыгнул на пьедесталы, чтобы посмотреть, что загадку только для посвященных они придумали. После этого единственной трудностью было, как выразились бы Хранители, "установить равновесие". Куски разбитой статуи неподалеку прекрасно подходили. Уже тогда я мог просто вбежать внутрь, позже я обнаружил рычаг с другой стороны двери, открывающий ее, но непредусмотрительный вор - не вор, и груда камней рядом с гротом избавила меня от еще одной причины для волнения.
Похоже, Хранители считали, что тот, кто когда-либо попытается проникнуть в их убежище, будет куда больше и медлительнее меня, поэтому я без труда обошел все их ловушки и легко справился со второй дверью. Будучи уже внутри, понять, что с Собором, было детской игрой, так что я взял странный каменный "ключ", осмотрел стол с необычными пометками, прочел книгу и пару писем и выбрался к чертям из огороженной секции.
...
Однажды я вернулся в огороженный район. Конечно, сейчас он называется гетто, и там проживают все "нежелательные" общественные элементы. Бродя по улицам, когда-то населенным зомби, я видел, как живут эти люди, как к ним относятся, как они нуждаются в силе, еде и надежде. И мне кажется, что в этих толпах не больше жизни, чем в предыдущих обитателях.
Глава 7 - "Огненные Глубины"
Позволь мне повториться: я не расхититель гробниц. Я хочу, чтобы в могилах было как можно больше добра, чтобы его не было у живых, хотя с тем же успехом я могу хотеть стать красивее или сильнее. Но иногда мне приходится использовать свои навыки для не совсем традиционной работы.
И эта работа была как раз из таких. Само по себе задание довольно простое: для того, чтобы открыть двери в Собор, мне требовались четыре талисмана, два из которых были спрятаны где-то в легендарном Затерянным Городе. Однако, все время пока я был там, меня не покидало чувство, что я не в том месте. Хотя скорее это я сам был не тот, как будто меня вписали не в мою историю. Но, в общем-то, это не так плохо; во всех известных мне историях о затерянном городе упоминалось пропавшее золото.
Поиски Города прошли, как и планировалось - я нырнул в реку неподалеку и установил каменный ключ на каменную пластинку вырезанную в скале, тем самым открыв вход. Уже внутри, прежде чем направиться к сердцу города, пришлось разобраться с множеством пауков.
Карта, как всегда, давала неплохое представление об общем виде, на самом деле, не посвящая меня ни в какие детали. К счастью, город был удобно спланирован: центральный район окружали восемь "жилых" секторов, от каждого из которых шли дороги к соседним районам и в центр. К несчастью, та катастрофа, что погубила город, также заблокировала почти все дороги, так что ходить пришлось куда дольше, чем хотелось.
Но еще хуже этой необходимости оказались нынешние обитатели города. Я думал, что жившие там буррики уже достаточно плохая новость, но были еще и элементали огня - эссенция пламени, которую какая-то тайная магия, все еще чувствующаяся в этом месте, вызвала к жизни.
Эти огненные шары перемещались по городу в поисках жертвы для своего горячего нрава. Я читал о подобных существах в библиотеках Хранителей (неподготовленный вор - не вор) и знал, что близкий контакт с водяной стрелой для них губителен, но у меня было не так много стрел, чтобы избавиться от всех. К тому же, проскользнуть мимо них было нетрудно, шары выдавали свое присутствие мерцающим светом и легко узнаваемым потрескиванием. Немного ума и терпения хватало, чтобы оставить их в полном неведении.
По близлежащим знакам я определил, что оказался в восточной части города, а недолгий осмотр крыш в жилом районе помог найти путь на запад к центру. Перед тем, как пройти на центральную площадь, я увидел разрушенное здание на севере за рвом плавящегося камня. Пожертвовав водяной стрелой, чтобы избавиться от элементаля, охраняющего дворец, я перепрыгнул с внешней стены через лаву и обнаружил неплохой запас всевозможных полезных вещиц. Выбраться наружу тоже было несложно.
Осторожно обходя огненные шары, я добрался до центра города, откуда, как я выяснил, отходило только две дороги - пути на север были заблокированы, западная дорога оканчивалась прелестным пейзажем, да и юго-восточная, в общем-то, никуда не вела. В результате оставались только юго-западная дорога и южный путь. Выбрав наугад, я направился на юг и оказался около чего-то вроде храма.
Я не пошел на юг до конца, а, заметив похожий на вход в пещеру проход слева, решил попробовать направиться как можно восточнее, на тот случай, если я что-то пропустил, не имея возможности идти на юго-восток. И правильно сделал. Вскоре я перепрыгивал со здания на здание и еще раз на здание, пересекая реку лавы, перекрывшую всю юго-восточную часть города.
Через некоторое время я наткнулся на остатки лагеря Хранителей, похоже, столкнувшихся с трагедией. Я снял медальон Хранителей с одного из скелетов и направился дальше к какому-то склепу. Именно в нем я обнаружил всевозможные ценности: сокровища, золото, артефакты и механический рычаг. Там же я нашел и Талисман Воды в самом подходящем для него месте. Последним штрихом в изучении южного города был осмотр замеченного ранее храма - упавший голубой камень в холле сделал меня богачом, как только я понял, каково его происхождение.
Вновь оказавшись в центре, я пошел на юго-восток и по извилистому тоннелю добрался до какого-то дворца. Тихо вырубив человека-жука, бродящего там, я увидел арену на подобии пьедестала посреди озера лавы. Просмотрев свитки, собранные по пути, я нашел ссылки на это место. Оставалось только отыскать выдвижной мост. Контрольные комнаты были в подвале, и для управления пришлось воспользоваться найденным рычагом.
Еще несколько минут исследований - и я у второго лагеря Хранителей, во всем похожего на первый, включая наличие медальона, который я тут же добавил к своей коллекции. Также я оценил и запас водяных стрел неподалеку, хотя до сих пор не понимаю, почему Хранители не использовали их для защиты от врагов.
Что бы там ни было, я вскоре оказался около башни, которую видел уже дважды: со входа и из заблокированного западного тоннеля. Только в этот раз в нее можно было легко попасть. Ладно, "легко" неподходящее слово. О том, что мне предстояло сделать, я догадался с помощью книги, прочитанной во втором лагере Хранителей, но мне и в голову не приходило, что придется ползти вдоль всех четырех башенных стен. Хорошо хоть, я не боюсь высоты. В конце концов, стрела с веревкой, поддерживающая балка и открытое окно объединились, давая мне шанс заполучить талисман огня.
Я покинул это место тем же путем, что и пришел. Хотя стая (стадо? табун? толпа?) элементалей огня, казалось, была вызвана к жизни моей последней кражей, к этому времени у меня был большой запас водяных стрел и еще большее желание их использовать.
...
Когда я вернул медальоны Хранителям, они и глазом не моргнули. Ни благодарности, ни признания; просто "ты вернул нам то, что было нашим". Что ж, вот такие они, Хранители. Наверное, именно из-за такого их холодного отношения ключ от Потерянного Города все еще у меня.
Глава 8 - "Неудачники, Плаксы"
Уверен, я единственный, кто был одновременно новообращенным Хаммеритов, адептом Хранителей и агентом Лианы.
Хотя я, в общем-то, недолюбливаю Хаммеритов, маскировка была лучшим способом заполучить Талисманы: в конце концов, новообращенные не должны говорить на священной территории, и уж точно, им не требуются какие-нибудь особые навыки, которыми я не обладаю. Так что проникнуть внутрь, не вступая в конфликты, оказалось несложно. Гораздо сложнее было справиться с замками и заклинаниями, охраняющими Талисманы.
Но я вор, и это моя работа.
Эта работа стала куда легче, как только я обнаружил в библиотеке инструкцию, детально объясняющую, что надо делать. Инструкция оказалась несколько просроченной, но расшифровать ее было нетрудно. Я понял, что кухней называли запертую кладовую в подвале, что "ключ-камень" - это часть внешней стены, вдающаяся в сад. Слова "Покоящийся с" напомнили мне молитву "Покойся с Миром", которую Хаммериты нередко бормочут над умершими - не сомневаюсь, они молятся за всех жертв, замученных их Инквизитором. Найти Череп Йоры было несложно - повернув рычаг, я заодно прихватил и "Первый Молот", похоже, очень важный. В конце концов, зачем упускать возможность лишний раз навредить Хаммеритам.
Когда я переключил все рычаги, оставалось только забрать Талисманы - по крайней мере, я так думал. Моим легким пальцам и тяжелой дубинке пришлось еще немного потрудиться, пока я осматривал помещения за кухней и столовой и искал место хранения Талисманов. Увидев, что мост может выдвинуться ко мне, предоставив к ним дорогу, я попытался понять, как включить его, когда наступил на мозаичный узор на полу, в тот же момент какая-то магия заставила мост выдвинуться в мою сторону. Должно быть, меня перепутали с кем-то еще.
Но я не жаловался. Подняв решетку, за которой были Талисманы, я попытался взять их. Ой! Несколько секунд я проклинал себя за поспешность: в конце концов, нетерпеливый вор - не вор. В инструкции также упоминалась какая-то молитва. Я думал, это всего лишь часть некоего ритуала, но решил проверить, не преследует ли это более практические цели. Я нашел молитву Строителя Стен у комнаты с артефактами, и, что неудивительно, она помогла. Теперь у меня были все четыре талисмана.
Уходя тем же путем, каким и пришел, я порадовался, что удостоверился в том, что все чувствовали себя как дома: не хотелось бы на обратном пути иметь дела с разъяренными Хаммеритами.
...
Знаешь, какие иногда Хаммериты устраивают процессии? Настоящие парады с необходимым количеством регалий и формальностей, чтобы привлечь толпы к "Священному и Верному Ордену Молота". На одной из таких демонстраций они показывали свои священные артефакты, включая и известнейший Первый Молот. Интересно, сколько Братьев знали, что это подделка.
Глава 9 - "Окончание Работы"
Если мне были нужны еще доказательства необычности этой работы, то выяснение того, что со мной действительно говорил камень, было последним. Казалось, он наслаждается, смеясь надо мной, будто бы играя в какую-то игру. Хотя, может быть, так они и было.
Все, что ты слышал о Соборе - выдумка; это сказки, которыми матери пугают непослушных детей. Нет, правда куда как хуже, и думаю, ни один человек не решился бы даже говорить о нем, если бы знал, какое зло обитало там когда-то.
Умершие и воскресшие были там во всем своем могуществе: любимцы теней, получившие от темных сил, сфокусировавшееся в Глазе, подобие жизни. Ненависть, гнев, страх и презрение никогда не получали столь чудовищное физическое воплощение. Я видел их раньше - зомби, духов и призраков, но не в таком ужасающем количестве. Сейчас эти существа живут лишь на устах сказателей, но были времена, когда ты бы не осмелился заговорить о них в ночной тьме.
Все в этом проклятом месте было весьма реально и пронизано отвращением, развратом и злобой. Хуже того, сконцентрированные здесь силы, казалось, ждали какое-нибудь живое существо, несчастную душу, которая могла бы стать целью их годами не находившей выхода злобе.
И в это место я пришел.
Но все же нельзя сказать, что я был абсолютно неподготовлен. Я нигде не нашел святой воды, как ни старался, но зато сумел добыть нечто несравнимо более ценное: подробную карту этого места. К тому же за время предыдущих миссий я многое узнал о методах борьбы с мертвецами. Оказывается, меч Константина уничтожал необходимую им энергию, и со временем мог убить практически любого. Кроме зомби, которые столь тупы, что просто не понимают, что с ними дерутся.
Не то, чтобы я собирался вступать в бой с каждым; поэтому мне и нужна была карта. Я даже выяснил, что выбраться наружу можно и через ворота монастыря, если у передних дверей станет слишком опасно. Чтобы войти все же нужно было воспользоваться талисманами, но это было бы просто даже для обычного вора. Талисман воды к статуе воды, и так далее, пока двери не откроются.
Сразу же повернув налево, я пробился на второй этаж, прячась в тенях и производя как можно меньше шума. Внимательно следя за своими врагами, я таки добрался до лестницы с противоположной стороны церкви. Но я не собирался тут же забирать Глаз: хотелось удостовериться в наличии запасного выхода. Небольшая паранойя у воров иногда творит чудеса.
Мои сомнения оказались не напрасны: ворота были не только накрепко заперты, но к тому же болты, соединяющие их, полностью проржавели. Чтобы их открыть требовалось что-нибудь посущественнее отмычек. Придется воспользоваться главным входом, решил я и порадовался, что узнал об этом обстоятельстве заранее.
Раз уж лестница, ведущая наверх от монастыря, была разрушена, я решил оглядеться вокруг, прежде чем возвращаться к церкви. Местечко было неплохо спланировано: инструменты, изготовляемые на фабрике Св. Теннора можно было спустить по желобу в рабочую комнату, в то время как библиотека Св. Вали и лаборатория Св. Дженела всегда были к услугам братьев, входящих через монастырские ворота.
А под всеми этими помещениями проходили зимние тоннели - несколько коридоров, необходимых для того, чтобы адептам Хаммеритов не приходилось выходить на холод, переходя из одного здания в другое. Почти все входы в тоннели были заблокированы неработающими лифтами, но благодаря множеству деревянных поверхностей у Св. Дженела, у меня появился безопасный проход как в тоннели, так и на кладбище. Еще у Св. Дженела я разобрался в некоторых таинствах Хаммеритов.
Осмотр других зданий тоже себя оправдал. У Св. Теннора я попрактиковался в использовании форм и расплавленного железа для создания различных вещичек, некоторые из которых даже казались полезными. Еще я прихватил кое-что из литературы на втором этаже библиотеки, в основном потому что книга выглядела дорогой. И под конец, прежде чем вернуться в собор, я тщательнейшим образом осмотрел все кельи Св. Йоры. Раз уж Хаммериты так ценили его череп, что-нибудь из его здания может оказаться весьма ценным.
Я вернулся в Собор лучше подготовленным, чем вначале, но прежде чем идти за Глазом, все же решил удостовериться, что использую все возможные преимущества. А что могло быть лучше, чем вернуть былую силу древней постройке? Вряд ли мертвецы технически образованы: лифт, ворота или даже простой выключатель могли многое изменить, если станет жарко, так что я спустился в подвал, где, как я читал ранее, и был генератор.
До сих пор не могу точно сказать, что заставило меня оттащить тело бедняги из винного погреба на кладбище. В другое время, я, наверняка, оставил бы несчастного Рено гнить там, где он был, но это была необычная работа, и, возможно, мы с ним были в одной лодке - оба жертвы лени и некомпетентности Хаммеритов. К тому же, он был единственным поблизости мертвецом, не горевшим желанием убить меня.
Так что я включил генератор и перенес тело на более подходящее для последнего приюта место. Потом уж, конечно, я обрадовался тому, что это сделал: без помощи духа я никогда бы не заметил бесцветный изразец на мозаике, но то, что я получил, нажав на него, оказалось весьма ценно. Как выгодно быть альтруистом. Ну, иногда.
Теперь с куда большей уверенностью, что я смогу выполнить намеченное, я решил пойти за Глазом. Заработавший лифт к востоку от главного входа, помог мне добраться до цели незамеченным. Но, конечно, когда я забрал камень, все в округе узнали о моем присутствии. Глаз продолжил свою игру со мной. Но неуравновешенный вор - не вор; не позволяя себе впасть в панику, я продемонстрировал мертвецам свое умение обращаться с луком. Их это впечатлило. Уничтожив всех противников, я спрыгнул вниз и бросился к передним дверям, с уверенностью, что все позади.
У Глаза были иные планы. Не знаю, то ли он просто развлекался, то ли пытался меня проверить, то ли действительно не хотел покидать собор, но только мысль о ста тысячах не позволила мне разбить эту штуковину о ближайшую стену. Вместо этого я помчался к задней двери, оставив нескольких бродивших поблизости зомби в полном недоумении.
Брат Мурус казался весьма бодрым для мертвеца, чем уже вызывал у меня уважение. К тому же, он, похоже, единственный мог помочь выбраться отсюда, так что я еще немного побегал, чтобы собрать все необходимое для ритуала. Я уже знал, как благословлять священный символ, а выпущенная в рабочем дворике стрела с веревкой позволила отыскать свечу - все остальное у меня уже было. Даже после всего этого дух попросил меня еще похоронить его друзей. Так как Рено уже покоился с миром, мне пришлось лишь провести немного времени на лесах и балках в главной церкви.
Наградой мне стал ключ к оружейной, а то, что я там нашел, помогло скрыться через ворота монастыря. Возвращаясь домой, я уже задавался вопросом, где буду отдыхать на полученные деньги. Не стоило обольщаться...
...
Я далек от того, что ты назвал бы религиозностью, но даже я знаю, что будет суд, на котором все твои поступки будут оценены, твои душу и сердце положат на весы, и ты получишь то, что заслужил. Хотя мне хочется думать, что все грехи я совершал под давлением обстоятельств, и что я сделал все возможное, чтобы исправить свои ошибки, полагаю, я еще не на твердой земле.
Так что, если ты слышишь, брат Мурус, замолви там за меня словечко. Оно мне точно пригодится.
Глава 10 - "Планы и Расчеты"
Я вряд ли смогу понятно объяснить тебе, в центре какого кошмара оказался, попавшись в ловушку Трикстера, ощущая лишь боль там, где должен был быть свет. Это было не сказкой, это было реально и ужасно. Константин, каким он был на самом деле, злость Виктории, граничащая с безумием, и лианы, обвившие меня: не просто веревки, нет, они были живыми, и, я чувствовал это, голодными. Все это и даже еще хуже ворвалось в мой мир. Повелитель Лесов уничтожил мои мысли, мое сознание и оставил лишь разверзшуюся черную дыру леденящего ужаса. Я до сих пор ощущаю его след при каждой своей эмоции.
Я был, по меньшей мере, удивлен, когда Хранители освободили меня. Сейчас я понимаю, что они, должно быть, следили за мной с момента моего ухода: на самом деле они никого не отпускают. Но их дар, хоть и нежданный, был оценен. Я даже собирался поблагодарить их, но они растворились в тенях, до того, как мой глаз смог сфокусироваться. Да я и сам сфокусировался лишь незадолго до этого. В отсутствие чего-либо еще я подчинился инстинкту. А мои первые инстинкты всегда были воровскими.
Холодный, расчетливый гнев тут же затопил меня. Неважно, что Константин был легендарным богом, неважно, что его жрицы могли легко погубить меня - он украл у меня, и я должен был отомстить за это. Именно поэтому я и решил выяснить все его планы и положить им конец. Именно поэтому никогда не пытайся обокрасть профессионала.
Не очень то много можно рассказать о моем побеге. Я обнаружил свою дубинку и еще кое-какое снаряжение в той же комнате, где меня и держали, я даже помнил ее с предыдущего посещения особняка Константина, но в этот раз, чтобы выбраться, пришлось побывать в пещерах под домом. Охранявшие их существа, одновременно невообразимые и земные, не выдержали состязания с моей ловкостью, моим проворством и моей дубинкой.
Должен признать, что я мог и не выжить, если бы не странный пурпурный фрукт, встречающийся там. Первый я съел, просто чтобы утолить голод, но, как только понял, что он восстанавливает здоровье, стал подбирать все, что встречались на пути. Во время этих блужданий, я заметил странного вида деревянные сооружения, построенные прямо под землей. Прочтя бумаги, хранившиеся в паре таких строений, я смог собрать воедино все, что узнал о планах Константина, связанных с Глазом. Он собирался провести магический ритуал, в результате которого дикие силы земли уничтожили бы человечество, чтобы насладиться кровопролитием. Вернее, так он полагал.
Еще немного исследований - и я нашел путь на первый этаж особняка, на котором сильно прибавилось растительности со времени моего первого визита. Но выяснить, какие дороги все еще были доступны, не составило труда, и, наслаждаясь моментом поэтической справедливости, я покинул особняк, тем же путем, что и раньше. Но думаю, на этот раз Константин уже не радовался моему уходу.
...
Позже я узнал, что был не единственной жертвой Константина. Узнав о моем побеге, он обрушил свой гнев на город, сравнивая с землей дома, посылая молнии с небес, похищая мужей, жен и детей, дабы утолить свою ярость. Думаю, ты слышал о разрушениях, называемых "Великим Штормом". Но уже сейчас эти события стираются из коллективной памяти. Люди пытаются по возможности мыслить здраво.
Самое ужасное в том, что Хранители могли помешать этому. Все было записано в их чертовых книгах: когда и где именно Трикстер отыграется за потерю пленника. Однажды я спросил, неужели эвакуировать город или организовать защиту было так сложно. Они лишь взглянули на меня и сказали, что это могло "нарушить равновесие". Проклятые бессердечные твари. Этого я им никогда не прощу.
Глава 11 - "И где они теперь?"
Я всегда считал Хаммеритов прогрессивным движением. Конечно, они склонны к крайностям, и могут заточить тебя в Крагсклефт за один плевок. Конечно, они думают, что представления о хорошем и плохом, записанные в их Книге Камня, единственно верные. Конечно, у них есть все недостатки культа фанатиков. Но я считал, что, по крайней мере, с ними ты всегда знаешь, что к чему. Я ошибался в этом, как и во многом другом.
Я отправился в храм Хаммеритов, чтобы предупредить их о возвращении Трикстера. Но было уже слишком поздно. Все же, Хаммериты оставались моим единственным шансом добраться до Константина и, может быть, даже спасти мир. Так что, я проник внутрь и осмотрелся. Нетрудно было заметить, что зверушки Трикстера все еще околачивались поблизости, так что я решил устроить им теплый прием. Одной газовой стрелы хватило на обоих красных пауков и на одно ужасающее зеленое насекомое. Стон, изданный этим существом, был столь приятен для меня, что я вытащил меч и закончил работу. Тогда же я поклялся уничтожить всех этих противоестественных тварей, которых только увижу.
Сперва мне показалось, что это ребята Константина перевернули церковный алтарь в поисках лестницы, ведущей вниз в секретное подземное святилище. Меня в этот момент удивило, что врага так волновала символика; повсюду разрушения были просты и стихийны, но алтарь, должно быть, весил тонну, и только сконцентрированные и координируемые усилия могли его сдвинуть. Только потом я понял, что это сами Хаммериты, пытаясь спастись от ярости Лианы, опрокинули собственный алтарь.
Так или иначе, я прыгнул вниз и осмотрелся вокруг. Повсюду виднелись красноречивые свидетельства кровавой схватке Хаммеритов и зверей. Разлагающиеся тела, мухи, слетевшиеся на падаль, и запах - фу! Меня почти тошнило. Но зато в темноте можно было легко вырубить обезьян-охранников, все еще шатающихся поблизости, и одинокого паука в гнезде. Не знаю, почему, в конце концов, их привлекли самые обыденные вещи, но двое охраняли пещерку, в которой лежал лишь резец. Во тьме сложно было определить его стоимость, так что я прихватил резец с собой. Его можно было использовать вместо ножа в потасовке.
Только пройдя немного дальше, я понял, что происходит. Эти коридоры были не просто садом, приятель. Братья Молота, в каком-то безумии, возвели свой храм над местом поклонения Лиане! И они не остановились на этом - о нет. Вместо того, чтобы оставить в покое их проклятые колодцы и кощунственные алтари, Хаммериты использовали их в собственных целях, пытаясь применить тайные силы для подкрепления собственных символов и догматов. Думаю, именно поэтому слуги Повелителя Лесов так легко одолели Хаммеритов. Как один камень ложится на другой, их силы, соединившись с мощью этих мрачных глубин, многократно возросли.
Но эти рассуждения не для простого вора. Не то, что, конечно, я был простым вором. Но в эти минуты следовало сосредоточиться на владении оружием, а не на размышлениях. Стрелы и мины, клинок и дубинка прорезали бесконечную ночь этих мест, пока я пробирался к Хаммеритам. И хотя я выжил там, где мои противники - включая еще одно насекомое - были повержены, воспоминания о тех нескольких минутах, когда все могло повернуться совсем иначе, гордости у меня не вызывают.
Когда я, в конце концов, нашел Хаммеритов, холодный рассудок взял верх, и я принял их ключ, карту и выслушал инструкции. Ключ подошел к запертой двери, которую я уже видел, и, сделав лишь несколько шагов, я тут же наткнулся на третье насекомое, патрулирующее территорию. И, хотя моя жажда крови уже была удовлетворена, я помнил свою клятву, и поэтому как можно беззвучнее избавился от этого существа.
На плоту я по быстрой речке добрался до второго убежища Хаммеритов и до нижних уровней переходов, где пригрелось четвертое и последнее насекомое. Его присмертный крик встревожил ближайших охранников, но я был уже готов к этому. Еще немного поисков - и я вижу Верховного Священника Хаммеритов, лежащего без сознания в центре огромной комнаты. Обезьяны-охранники так никогда и не узнали, что я побывал здесь, и вскоре Хаммериты получили все, о чем просили.
...
Должен признать, что у Хаммеритов все же есть доля благоразумия; в этих местах было то, что они называют "духовной ловушкой", убивающей всех нелюдей в тоннелях. Жаль, что привести ее в действие мог только верховный священник и только с помощью резца. Лучше бы они мне рассказали об этом заранее - не представляю, почему они мне не доверяют.
Глава 12 - "Глаз за Глаз"
История, которую я рассказал Хаммеритам, была не совсем правдива. В ней я нашел другую дорогу в Собор, не имел никакого отношения к Хранителям, и не был ни агентом Лианы, ни пешкой Константина. Думаю, некоторые из них догадались, как действительно обстояло дело, но они предпочли держать рот на замке, раз уж план, который они мне предложили, и так был равносилен смертному приговору.
Через некоторое время после моего побега, Константин открыл проход из "Утробы Хаоса", где он подготавливал свой ритуал. Хуже того, в самой Утробе был еще один проход, ведущий в искаженное измерение самого Константина. Таким образом, он использовал Утробу как место перехода из его мира в наш. Я должен был проникнуть внутрь, пройти через Утробу и подменить Глаз Константина на хитрую подделку-ловушку, изготовленную Хаммеритами. Не попав никому на глаза, конечно. Ах да, и там внутри, я должен был разрушить проход, прежде чем Константин окончит ритуал.
Конечно, какие проблемы.
Как и следовало ожидать, Утроба Хаоса была весьма хаотична. Само место казалось полной бессмыслицей, если не отображало чье-то представление о пространстве и реальности. Вопроса, куда идти, никогда не возникало: всегда был лишь один путь. И идти по нему было не особенно сложно. Требовалось лишь немного терпения. Хоть место было и весьма необычно, ориентироваться оказалось несложно, а вокруг валялось множество стрел.
Эти стрелы пригодились, когда я, в конце концов, добрался до портала. Хаммериты объясняли, что уничтожить эту штуку можно было, соединив четыре элемента - огонь, воду, землю и воздух - с их противоположностями. Со своей выгодной позиции я быстро понял, как именно используются эти элементы для работы портала. Сложить два и два было несложно, и у Хаммеритов появилась возможность победить.
Что касается Константина, достаточно заметить, что боги не очень то бдительны, при выполнении ритуалов. Тем хуже для них.
...
Когда я вернулся, меня уже ждали Хранители. Прежде всего, они отправили меня к одному из своих целителей, который каким-то образом сумел отделить мой глаз от его каменного тезки и вернуть на надлежащее место с минимальными изменениями. До сих пор не знаю, что они сделали с Глазом.
Эпилог
Вот так все и было. Когда я оглядываюсь назад, все произошедшее мне представляется скорее танцем, каким-то суматошным движением, чем последовательной цепью событий. Я думаю, что конечный результат оказался слишком хорош, чтобы не быть спланированным с самого начала, и у меня есть более, чем просто подозрение о том, кто именно все планировал.
Но сложно поспорить с тем, что получилось. Трикстер мертв, и хотя эпоха металла далека от совершенства, это шаг, который человечество должно было сделать. Шаг, который был бы невозможен, если бы на лесных тропах все еще появлялись следы от раздвоенных копыт Повелителя Лесов. Черт возьми, я уже говорю, как Хранитель.
...
Одно я знаю наверняка. Во тьме, когда сталь отражает лунный свет, когда ветер пытается прокричать свои секреты глухому камню, когда удары тысячи молотов разбивают немую пустоту ночи, ты больше не встретишься со злобой Трикстера.
Но тень вора будет всегда.
**********************************************
Засада! Или дорога в Шейлбридж
Автор: Alex
Постепенно стихал дневной гул. Солнце садилось с ужасающей быстротой. Немногие прохожие, находящиеся в это время на улице, торопливо расходились по домам. Серое небо, покрытое низкими рваными облаками, медленно меняло свой цвет на тёмно-синий, местами на чёрный. Сумерки уступали место почти непроглядной темени, кое-где рассеиваемой редкими факелами, беспорядочно развешанными по городу. Наступила ночь...
Ночь-это совсем другой мир, диктующий свои законы и правила. Мир, дающий укрытие существам, которые при дневном свете считаются отбросами. Мир, наполненный какой-то зловещей тяжестью и в то же время вызывающий странный интерес, заставляющий сердце биться чаще от распирающего изнутри волнения и восторга. Мир, выманивающий на улицу одиноких авантюристов, а через несколькоминут загоняющий их домой, трясущихся от страха.
Ночь способна жестоко обойтись с дневными жителями. Существо, неприспособленное к этому миру и привыкшее спать в это время суток, будет беспощадно раздавлено. Однако, те, кто умеет здесьвертеться, обладает огромными преимуществами и недоступными возможностями...
В нескольких сотнях метров от рыночной площади по тёмной улице тенью скользила одинокая фигура, закутанная в тёмный плащ. Нельзя сказать, чтобы этот человек двигался крадучись, каждым движением или звуком боясь выдать своё присутствие или обратить на себя лишнее внимание. Нет, он шёл широкими шагами и, кажется абсолютно уверенно чувствовал себя. Однажды, возвращаясь поздней ночью с вечеринки, устроенной в доме сэра Труарта (кстати, в честь его избрания на пост шерифа), я видел этого человека. Одна вещь мне тогда показалась странной: хотя шёл он довольно открыто, нельзя было рассмотреть его в подробностях. Темнота как бы обступала его со всех сторон... ну да ладно, не буду отвлекаться от темы. Его глаза, привыкшие к темноте, постоянно выхватывали из темноты интересные детали. Отличный слух непрерывно различал знакомые ночные звуки.
Он прошёл под низкой аркой и оказался около крыльца, ярко освещённого несколькими факелами. На мгновение зажмурился, привыкая к яркому освещению и прочитал вывеску над дверью: "Хромая Птица". Судя по шумным голосам, доносящимся из приоткрытого окна паба, день там ещё продолжался и спать никому не хотелось. В то же время от его ушей не укрылось, что голоса звучали как-то приглушённо, как будто их обладателей смущало что-то. Или кто-то...
"Чёрт, - подумал он, - у меня крыша едет от этой работы. С тех пор, как шериф заинтересовался мной, у меня, кажется, начала развиваться паранойя".
Не оглядываясь, по слуху определив, что на улице он не один, решил зайти и не вызывать больше подозрений. Открывая дверь, мельком глянул на замок.
"Замок паршивый, с таким можно и трёхгранной справиться" - подумал он.
Оказавшись внутри, он сразу понял: что-то не так. В пабе стояла гнетущая атмосфера. И как-то странно вылупился на него громила-офицер, сидящий за одним из столиков. Как будто ждал... Не успев проанализировать это, он почувствовал сильный толчок в спину. Сделав несколько шагов,чтобы не упасть, он резко развернулся. Полицейский, толкнувший его, стоял теперь, своей широченной спиной загораживая входную дверь. Второй офицер поднялся со скамейки, на ходу перекидывая мечиз руки в руку. Каким образом эти гориллы узнали, что он будет здесь? Он посмотрел на Сэмми, сидящего за столом справа как бы спрашивая, в чём дело. Тот просто не находил себе места. Казалось, ещё секунда и он завопит, вырывая с головы клочки волос. Он понял всё. Это было как удар по голове. Этот засранец продал его. Он ещё успеет с ним расправиться. А сейчас надоспасать свою шкуру.
На пол упал небольшой предмет шарообразной формы. Секунду спустя почти никто не мог видеть. Все только слышали крик Сэмми "Гаррет, не...", перешедший в громкий хрип и противное бульканье. Через несколько секунд посетители паба увидели Сэмми. Он сидел, облокотившись на стол.Самой высокой точкой его тела был теперь верх шеи. Воздух, выходящий из судорожно сжавшихся лёгких, выдувал пузыри из крови, хлеставшей фонтаном.
Офицеры, забрызганные кровью Сэмми, ломанулись к задней двери. Она была подпёрта чем-то сдругой стороны. Пришлось тратить драгоценные секунды, покидая паб через главную дверь. Однако, они успели увидеть тень, скрывшуюся за углом. Когда они добежали до угла, то увидели тень прыгнувшую на ящик, а затем на стену. После этого огненная стрела сделала своё дело: ящик разлетелся в мелкие щепки. Гаррет слышал нарастающий за его спиной гул. Теперь по голосам можно было понять, что по ту сторону стены гораздо больше, чем два охранника.
Не исключено что весть о побеге уже разнеслась по городу. Поэтому оставаться на улице было слишком опасно. Надо каким-то образом добраться домой. Обдумав план, Гаррет отделился от стены и направился к канализационному люку, виднеющемуся невдалеке. Спустившись по лестнице, он по щиколотку погрузился в воду. Даже через толстую кожу сапога он почувствовал, что вода ледяная. Пройдя несколько поворотов, он обнаружил ещё одну лестницу. Тихонько приподняв крышку, Гаррет оглядел мостовую. Двое охранников двигались в противоположную сторону. Он вылез наружу, не забыв предварительно закрыть люк. Он оказался недалеко от рыночнойплощади. Выглянув из-за угла, он огляделся. Не охранялся только тот проход к площади,где соял сейчас Гаррет. Недолго думая, он спустился в канал, проходящий через площадь. На этот раз холод обдал со всех сторон. Оледеневшие конечности перестали слушаться. Гаррета потянуло вниз.
Ещё не полностью погрузившись, Гаррет ногами нащупал дно. К счастью, канал оказался неглубоким. Можно было спокойно идти по дну. Будь у него в достатке времени, Гаррет так бы и поступил. Но нужно было торопиться и он решил плыть. Вскоре канал кончился канализацией. Так как она находилась выше, вода здесь едва доставала до колен. Гаррет прислонился к стене и отдышался. Он решил немного поразмыслить о событиях этой ночи.
"Сэмми знал, где я живу. Что если дома меня также поджидает засада? Эти две обезьяны наверняка уже распространили весть о том, что мне удалось уйти. Это их проблемы, за которые они получат хорошую взбучку от шерифа. А мне всё равно придётся идти к дому, чтобы проверить свои догадки".
Канализация вывела Гаррета к ещё одному каналу. Он опять с неохотой полез в воду. Этот был шире предыдущего и вдоль него часто проходили охранники. В такие моменты ему приходилось нырять под воду дабы не быть замеченным потому как на хрустальной поверхности воды он выделялся тёмным пятном. Казалось, прошла вечность, прежде чем после очередного поворота впереди показалась лестница.
Он осторожно выглянул над краем мостовой. Худшие его опасения подтвердились: возле дома стояли охранники. Плюс к этому, ещё один ходил вокруг дома. К тому же ещё несколько сторожили все подходы к дому. К счастью, мимо одного из них он уже прошёл (а вернее проплыл) несколько секунд назад. Самое печальное, что пролезть в дом всё-таки придется. Ведь самое безопасное место сейчас-это Шейлбридж, а ключ от единственной калитки, ведущей туда лежит у него дома, в тайнике! Низко пригибаясь и держась тени, Гаррет пробрался к соседнему дому. Дверь оказалась незаперта. Он прошёл через небольшое помещение к винтовой лестнице, но не стал подниматься и вышел в боковую дверь. Из этого узкого переулка хорошопросматривалось крыльцо и двое охранников. Переулок был настолько тёмный, что Гаррета невозможно было увидеть. Зато охрана была у него как на ладони. Его лицо расплылось в зловещей ухмылке. Он достал лук и потянулся за стрелой. Но тут он понял, что стрел-то, собственно, нет. Он оставил их дома. Первым желанием было достать меч и пойти порубить этих чертей на куски. Но он вовремя опомнился: на шум прибегут другие охранники и вот тогда ему, Гаррету, точнонепоздоровится. Вместо этого он вернулся в дом и поднялся по лестнице в маленькую комнатушку на втором этаже. Через окно, лишённое стекла, просматривалось окно его дома. Он давно приметил это окно. Пару месяцев назад он сидел у себя в комнате на кровати и думал, что в случае полицейской облавы неплохо было бы свалить через то окно напротив.
Гаррет усмехнулся. Тогда он думал о том, чтобы свалить, а сейчас ему приходится делать совершенно обратное-залезать в свой дом, кишащий полицейскими. Но деваться некуда- единственный ключ к его спасению был там. Он встал на подоконник и посмотрел вниз. Двое оранников смачно обсуждали прелести одной торговки с рыночной площади. Кажется, им было абсолютно наплевать на то, что происходит вокруг. Он ловко перепорхнул на свой подоконник и пробрался внутрь. Постоял несколько секунд, втягивая родной запах. Сейчас дом казался ему уютным, как никогда. Хотелось затопить камин в гостинной и, сев на кресло с рюмкой чего-нибуть тонизирующего почитать любимую книгу. Шаги в гостинной оторвали его от приятных мыслей. Однако теперь он смотрел на мир совершенно обновлённым взглядом. В голове не осталось больше пессимистичных мыслей, эти несколько секунд в родном доме полностью исцелили его. И хотя он ещё не успел обсохнуть и согреться после воды и на теле кое-где чувствовались ушибы, он был готов действовать.
Сперва Гаррет открыл шкаф и повернул одну из вешалок. Задняя стенка поползла вверх. Там находились колчан с разными стрелами, два бутылька с целебным зельем и другие предметы, составляющие снаряжение вора. Но главное - ключ от калитки был на месте. Он неспеша расположил все эти предметы по специально отведённым для них местам на одежде. Теперь его арсеналу мог бы позавидовать любой солдат, состоящий на службе в городской страже.
Посмотрев в окно, Гаррет понял, что вернуться назад тем же путём, которым пробрался сюда, не получится. В окне напротив кто-то возился. Явно хозяева проснулись. Приходилось искать другой путь назад. Гаррет осторожно приоткрыл дверь и выглянул в гостинную. Там, спиной к нему, стоял охранник и заинткресованно потрошил его шкатулку, до этого стоявшую на камине.
"Да, полиция недалеко ушла от тех, кого она ловит. Уверен, что Труарт ничем не отличается от этого рядового" - подумал Гаррет.
Но не бывает худа без добра: он смог незамеченным выйти на лестницу. Снизу поднимался стражник и Гаррет решил пройти на этаж выше. Здесь было окно, которое выходило на пристройку, приставленную к стене. Он без труда вылез через окно и спустился по лестнице, прикреплённой сбоку.
Решил не соваться больше в воду и пройти улицей. Для этого потребовалось оглушить слишком бдительного охранника (и откуда такие берутся?). Всего несколько улиц отделяли его от рыночной площади. Если верить карте, проход в Шейлбридж находился недалеко от неё. Эти несколько улиц с полупьяными охранниками не оказались сложным препятствием, и вскоре Гаррет смог разглядетьзнакомые лотки, прикрытые тентами на ночь. Но тут его ждал сюрприз: дорога к Шейлбриджу была перекрыта ржавой металлической решёткой, которую сторожили два стражника. И если стражники не представляли трудности, то для уничтожения решётки точно нужна была какая-нибудь технология Механистов. Конечно, существовал обход, но для этого надо было либо перейти мост через канал, находящийся посреди площади (Гаррет сразу же отбросил этот вариант, так как мост охранял стражник, а его позиция хорошо просматривалась другими охранниками) либо перебраться по каналу вплавь (бррр). Не зная, что делать, Гаррет пошёл в сторону площади. Проходя мимо стены, он увидел лестницу. Забравщись наверх, он обнаружил, что попал туда, куда нужно. Он нашёл самый короткий путь.
Только что прошли три охранника. Они шли в сторону Шейлбриджа, поэтому Гаррет последовал за ними, соблюдая дистанцию. Охранники зашли за угол. Гаррет тихонько выглянул, дожидаясь, пока они скроются за следующим поворотом. Через несколько секунд он почувствовал лёгкий шорох и чуть заметное колебание воздуха. Он пригнулся как раз вовремя: тяжёлый меч отколол кусок камня от стены дома чуть выше его головы. Он рванулся вперёд, постепенно набирая скорость. Сзади слышался крик и тяжёлый топот. Оглянувшись, Гаррет увидел усатого охранника в синей форме. На бегу он слышал, как количество голосов увеличивается и по камням шлёпает уже не одна пара тяжёлых ботинок. По дороге он обогнал ту троицу, которую преследовал до этого.
Так или иначе, тяжёлые доспехи, так помогающие охране в боях, при беге становились обузой. Гаррет оставил сзади своих преследователей и теперь судорожно вытаскивал ключ, стоя перед калиткой. Руки тряслись и ключ упал на камни. Он нагнулся, чтобы поднять его, но понял, что слишком поздно. Из за поворота выскочил охранник, обнажая клинок. Его лицо напоминало спелый помидор из-за долгого бега. Сразу же за ним подоспели ещё четверо. Судя по их лицам, они не собирались благодаритьГаррета за тренировку, которую тот устроил. Но и убивать его сразу стражники тоже не собирались. Они хотели помучить его, растягивая удовольствие. Чтобы дать понять Гаррету, что он ничто, просто крыса, загнанная в угол. Это было их первой ошибкой. Образовав вокруг Гаррета что-то наподобие полукруга, они начали надвигаться на него, притесняя к калитке. Один из охранников полоснул Гаррета мечом,оставив на груди широкий порез. Это была ошибка номер два. Потому, что разъярить человека, загнанного в угол-это то же самое, что бросив мину, самому на неё наступить или стрельнуть огненной стрелой себе под ноги.
Страх, засевший внутри, постепенно переливался в безудержную ярость. В руке вора мелькнул непонятно откуда взявшийся красный бутылёк. Секунду спустя Гаррет уже осушил его. Он почувствовал, как его сердце, быстро разгоняясь, начинало работать с удвоенной быстротой. По всему телу побежало непривычное тепло. Все его чувства усилились и он почувствовал себя легко, как никогда. Охранники, поняв, что с ним происходит что-то из ряда вон выходящее, кинулись на него. Но было уже поздно. Слишком поздно...
Гаррет успел выхватить меч и сделать несколько ударов, прежде чем охранники нанесли свои. Гаррет с лёгкостью уворачивался от мечей а сам наносил удар за ударом, каждый из которых настигал свою цель. Разгорячённые клинки, норовящие укусить, танцевали вокруг него, а он уже не уворачивался от них, а танцевал вместе с ними. Игра, которую стражники затеяли с Гарретом, превратилась в кровавый пир, на котором они были главным блюдом. Гаррет слился в одну сверкающую полосу, среди которой нельзя было уже различить его ударов. Он уже не выискивал наименее защищённые места на телах протиников, он рубил доспехи и они трескались под градом его ударов, как ореховые скорлупки.
Всё кончилось так же быстро, как и началось. Он стоял один посреди кровавой бойни. Несколько опоздавших охранников, появившись из-за угла стояли теперь, открывая и закрывая рты и переводя взгляд с Гаррета на то, что когда-то было их товарищами и обратно. Кого-то начало неудержимо рвать. Но стоило Гаррету сделать одно движение, они исчезли за углом, так же быстро, как и появились.
"Нда, теперь бы даже я не смог бы их догнать" - подумал Гаррет.
Он испытал облегчение, когда охрана убежала. В его теперешнем состоянии и без ещё одной бутылки ускоряющего зелья, он бы не смог выдержать ещё один бой. Его бы также изрубили. Но и парочки своих бы потом недосчитались. При этих мыслях он поднял ключ, отпёр калитку и хромающей похдкой направился в Шейлбридж.
Звёзды исчезали одна за другой. Западный небосклон стал светлеть, переходя от тёмно-синего к голубому. Вскоре на улицах появились первые прохожие. Гасли факелы. ночная смена полицейских спешно покидала улицы пробуждающегося города. Когда первые лучи солнца осветили верхушки самыхвысоких зданий, мостовые были полны озабоченных, спешащих по своим делам людей. С нарастающей громкостью был слышен обычный для этого времени суток гул, в котором проскакивали радостные нотки. Наступил день...
**********************************************
Призвание
Автор: Trinity
Разношёрстная толпа бурлила среди лотков, торгующих разнообразной снедью. Из толпы доносились крики торгашей, расхваливающих свой товар, вопли, проклятия (снова у кого-то срезали кошелёк). Неподалёку трое дюжих Хаммеритов били неудачливого воришку, стащившего с прилавка апельсин. Люди торговались, кричали друг на друга, топтали друг другу ноги. А я сидел на бортике небольшого фонтанчика с питьевой водой и наблюдал за происходящим. Вообще-то на рынке было чем поживиться, но я предпочитал воровству более безопасный способ добычи денег - выпрашивание милостыни. Есть хотелось необычайно, и запахи, идущие от корзин с фруктами, сдобой и сладостями будоражили моё воображение. Как назло, кругом толкались одни лишь толстые и злобные горожанки из бедных кварталов с выводками орущих детей. От этих денег не дождёшься... Вот если бы судьба послала мне одну из тех богатых леди, которые от скуки иногда шатаются по рынкам с толпой прислуги. Тогда можно было бы сделать несчастное лицо, бросится к леди под ноги и выпросить немного денег, которых лично мне хватило бы дня на два безбедного существования. Если сегодняшний день будет таким же неудачным, как вчерашний, то ночевать придётся где-то на улице. В тех заброшенных домах в старой части города, где собираются на ночлег бродяги тоже есть свои хозяева, которые собирают мзду со своих людей. Мой хозяин не был исключением. И если вчера он по своей милости ещё разрешил мне остаться, то сегодня я получу отличную порцию тумаков, если приду без гроша в кармане. К фонтанчику подошёл Бассо. Это его в сторонке пинали совсем обнаглевшие от своей власти Хаммериты.
- Опять попался? - спросил я.- Да, сегодня я ещё легко отделался. Тьфу, чёрт, кажется, зуб шатается. Слушай, посмотри, что у меня на спине.
Бассо задрал рубашку. На его грязной спине красовался изумительной красоты синяк, оттенки которого менялись от жёлтого до тёмно-синего.
- Вот это да... Хаммериты и правда звереют с каждым днём. Бросал бы ты это дело к чёрту.- Да ну тебя, дохлик. Ты точно не переживёшь таких побоев, а на мне всё заживает, как на собаке.
Что верно, то верно. Бассо попадался хаммеритам с периодичностью раз в одну неделю и бывал нещадно ими бит. Поэтому, кое-как подлечив свои синяки, он снова шёл на рынок и снова попадался. И насчёт меня он тоже был прав... Я не отличался крепким телосложением и выносливостью, да и бегать быстро не мог. Бассо (да и многие другие) ласково называли меня дохликом и говорили, что долго я не протяну. Но каждый раз я цеплялся за жизнь руками, ногами и зубами... и выживал. Каждая зима должна была стать для меня последней, но не становилась. Я жил, и пусть был слаб для своих четырнадцати лет, всё же находил пропитание и даже кое-какое место в этом жестоком мире. Хотя, если честно сказать меня держала лишь надежда. Однажды какая-то старая цыганка, которая зимовала в нашем притоне посмотрела на мою руку и сказала, что мне уготована необычная судьба и что я буду лучшим в своём деле, которое станет смыслом моей жизни. Что ж, может быть, она была и права...
Но тогда я об этом не думал. Много разных мыслей роилось в моей голове, но я уж точно не мог представить себя лучшим вором. Но это будет потом. Итак, Бассо напился из фонтанчика и уже было собирался отправиться покопаться в куче отбросов (апельсин у него отобрали), как вдруг он толкнул меня локтем вбок и прошептал: "Смотри, вот это цаца!"
Противоположный пол меня в тот момент интересовал только в смысле выпрашивания денег, так как женщины всегда были более жалостливы, чем мужчины. Но я посмотрел туда, куда показывал Бассо и увидел потрясающую картину.
Девушка в плаще с широкими рукавами одной рукой прижимала к себе корзинку с капустой и морковью, восторженно глядя на золотые украшения, лежавшие у торговца в большом деревянном ящике со стеклянной крышкой. Другая рука скрывалась в длинном рукаве плаща. Неожиданно она сделала резкое движение этой рукой, зазвенело стекло. Она выхватила из ящика колье и хорошенько съездила торговца корзинкой по лицу. Корзина полетела в одну сторону, овощи в другую, а сама воровка ловко исчезла в толпе. Торговец не мог оставить украшения без присмотра, поэтому он бестолково бегал, суетился и кричал. Хаммериты были далеко и ничем не могли помочь, в общем, она словно ветер пролетела сквозь толпу, и её плащ мелькнул где-то в узком тёмном переулке. Всё это заняло у неё так мало времени, что никто даже не успел опомниться.
- Профессионалка... - восторженно прошептал Бассо.
Я ничего не ответил, просто подумал: "Да, это тебе не апельсин". Толстый торговец суетился и кричал, вокруг собралась толпа, и мы с Бассо довольно весело провели время. Воспользовавшись суматохой, мы украли с прилавка две булочки и уселись на одном из тёмных чердаков позавтракать.
- Согласись, она всё-таки молодец? - спросил Бассо.
Я промолчал. Вообще, сегодня мне не хотелось ни о чём разговаривать. Увиденное потрясло меня так, что обычные дела отошли на второй план. Хотелось сесть и хорошенечко всё обдумать.
На следующее утро я снова пришёл на рынок. Сегодня, в будний день, народу было уже меньше, поэтому я без проблем увидел её. Она ходила по рынку, приценивалась, обдумывала ситуацию и выбирала следующую жертву. Я посмотрел на то место, где раньше торговал ювелир. Прилавок был пуст. Очевидно, она знала, что воровать. Что-то изменилось во мне. Я снова и снова вспоминал процесс ограбления и думал о том, как тщательно всё было продуманно и как ловко ей удалось провернуть это дело. И тут я понял: "Воровство это не украсть у зазевавшейся торговки апельсин или кусок хлеба, это нечто гораздо большее, почти искусство". И мне ужасно захотелось стать таким же, как она...
Приходя на рынок, я тщательно осматривался вокруг, наблюдая за происходящим. Я начал наблюдать за мелкими воришками (более удачливыми, чем Бассо), стараясь не упустить ни единого их движения. Вот так я начал постигать азы воровского мастерства. Стараясь продумать всё до мельчайших нюансов, я тщательно выбирал пути отступления, учился растворяться в толпе. Заботы о хлебе насущном отошли на второй план, мне было просто некогда думать о еде.
Я считал, что уже подготовился к первому самостоятельному ограблению и первой моей, так сказать, тренировочной мишенью был избран торговец булочками. В общем, я украл эту несчастную булочку и скрылся в толпе. Потом я долго бежал по глухим переулкам, путая следы, пока не понял: торговец даже не заметил, что я что-то стащил, и никто даже и не собирался бежать за мной. Кому нужен маленький оборванец? И кто вообще обращает на них внимание в толпе.
Подкрепившись, я возомнил себя чуть ли не вором-профессионалом. Но вскоре понял, что мне просто повезло. Пару раз ограбления не удавались, и тогда мне доставалось не меньше, чем Бассо. В процессе обучения азам воровского мастерства я сдружился с Бассо и дальше мы уже работали вместе. В общем, вскоре мы оба выглядели ужасно: все побитые, в синяках и царапинах. У Бассо появился огромный синяк под глазом. Добычу мы делили поровну, бывали дни когда Бассо кормил меня или наоборот.
- Слушай, Дохлик, - сказал в один прекрасный вечер Бассо, - я так понял, что торговцы знают нас чуть ли не в лицо. Мало, что ли, в городе базаров?
Идея была принята на ура и мы отправились на базар в Нижний Город. Тамошний рынок нас просто изумил: он был раза в два больше нашего. Но и Хаммеритов там было больше. Плюс ко всему, местные бродяги встретили нас не очень-то приветливо, и у нас появилось два врага вместо одного. Но дело того стоило.
Однажды Бассо украл небольшой кинжальчик у торговца, нам пришлось нести его в нашу часть города и продавать знакомому скупщику. На вырученные деньги мы спокойно жили неделю на пустующем чердаке. И тогда мы приступили к следующей стадии: воровать не еду, а то, что потом можно было бы переплавить скупщикам. Но в итоге бедняжка Бассо получил возможность почувствовать на своей спине удар молотка, и я тащил его обратно, в нашу часть города на своей спине. В общем, я решил вернуться на наш базар, надеясь, что меня там уже подзабыли.
И снова я увидел её. На этот раз она придумала новое ограбление, более наглое и рискованное. Она протянула торговку большую золотую монету. Та достала кошель для денег и в этот момент она выхватила его из её рук. Послышались вопли: "Держи воровку! Держите её!". И я не раздумывая почему-то бросился вслед за ней. Я хорошо знал все окрестные переулки и, подбегая к очередному дому, увидел как мелькнул в окне подол её плаща. Я аккуратно влез внутрь. Она сидела на полу и тяжело дышала.
- Ты кто такой? - задала она вполне закономерный вопрос.- Да, неважно, ответил я и сел с ней рядом, - скажи, кто научил тебя так воровать.- Ну уж нашлись люди. А чего тебе надо?- Я тоже хочу быть таким же, как ты. Но кроме побоев, ничего не получаю.- Оно и видно, - она посмотрела на мои лохмотья и синяки и улыбнулась.
Мы попытались разговаривать, но разговор не клеился. Она в упор не хотела раскрывать мне свои секреты, мне же только они и были нужны. В конце концов мы замолчали, и каждый думал о чём-то своём. Я глупо пялился на свои босые ноги, не зная как выведать у неё, кто обучил её воровству. Когда я наконец очнулся от своих мыслей, её не было. Только на полу блестела серебряная монетка. Я прикупил еды для себя и Бассо и пошёл на чердак. Я ни слова не сказал ему о том, что где-то есть место, где обучают воров.
Так прошла осень и наступила зима самое страшное время. Тогда твоим врагом становится не только голод, но и холод. По вечерам мы разжигали костёр, стараясь, чтобы отблески пламени не привлекли сюда Хаммеритов. Теперь нужно было заботиться ещё и о дровах для костра. Я по-прежнему ходил на рынок в надежде увидеть её, но безуспешно. Она словно в воду канула, видимо, уехала из города. И вот, хмурым зимним вечером я увидел человека, который старался быть незаметным в толпе, но что-то в нем было не то. На его поясе висел увесистый кошелёк, и я подумал: "Вот было бы здорово, если бы он достался нам!". Взгляд у него был отсутствующий, я подумал, что лучшего объекта просто не сыскать, и протянул руку к кошельку...
**********************************************
Хочешь послушать хорошую историю?
Автор: Phyllis Bowen
Перевод: Jerk
Корректор: Force
Хочешь послушать хорошую историю? Я расскажу тебе. Только подлей мне немного пива, чтобы я промочил свои губы. О да, конечно - ты ждешь, что я расскажу тебе о Гаррете и об очередном его приключении, но позволь мне поведать историю о девушке, которая сделает его похожим на мокрую няньку.
Да, женщина. Что заставляет тебя думать, что только мужчины могут быть ворами? Тебе еще многому предстоит научиться, если ты так думаешь. Поверь мне. Женщины даже более проворны, чем мужчины. А теперь сиди тихо и слушай...
Она была маленькой и неприметной. Большинство людей даже не обращали на нее внимания, и это унижало ее. Она не хотела сидеть и ждать, пока какой-нибудь прыщавый сопляк освободит ее из оков одиночества. Она убежала из дома, прихватив с собою семейное серебро, и заняла свое место в мире теней. У нее был острый ум и куда более острый язык. Даже если бы Хаммериты умудрились найти ее, она бы смогла убежать от них, рассказав несколько жалостливых историй, способных вызвать слезу.
Она хотела получить признание. Она хотела быть лучшей. И у неё был только один путь. Да, к Хранителям. Но они бы даже не рассмотрели ее кандидатуру. Женщинам не позволено. Я думаю, это и заставляло ее идти к намеченной цели.
Представь себе на секунду проникновение в самое логово теней. В дороге, которую она себе наметила, должен был быть помощник. И я был счастлив, что мог помочь ей. Она бы наверняка отблагодарила меня, если бы пребывала в лучшем расположении духа.
Я полагал, что любил ее. Или просто так думал.
Мы легко проникли через ворота в гарнизон. В темноте она была прекрасной. Мы собирались сделать нечто более значимое, чем просто украсть деньги. Все шло идеально. Даже слишком. Но никто не может удивить Хранителей.
Никто кроме неё. Но я еще не дошел до этого.
Вокруг нас вспыхнули огни. Мы были окружены. Мои ноги стали ватными при виде того количества стрел, которые были нацелены на нас. Я даже не мог увидеть их все. Но моя смелая девочка лишь улыбнулась.
"У меня к вам предложение" - ее стойкий голос был адресован командиру.
"Вы не в том положении, чтобы заключать сделки."
"Тем более есть причина попробовать."
"Хорошо. Продолжай."
"Я хочу выйти на дуэль против лучшего вашего воина. Если он убъет меня, ваша репутация и достоинство останутся не подмоченными. Если нет - мы получаем свободу."
Наступила тишина, сопровождаемая шепотом. Никто так раньше не говорил с Хранителями. Я закрыл свои глаза и начал ждать смерти. Но вместо нее я услышал смех главного.
"Хорошо, девчонка. Немного потанцуем. Это будет забавно."
Налей мне немного пива, если не возражаешь. Мой язык пересох. Ох, так лучше. Теперь мне легче будет продолжать.
Мы собрались в главном дворе, в котором они проводили свои бои. Собрались все ученики, дабы увидеть шоу. Мне позволили сидеть в первом ряду. Двое охранников стояли рядом на случай, если я задумаю что-то нехорошее. Я бранил себя за единственную глупость - за то, что пришел сюда.
Моя храбрая девочка спокойно вышла в центр ринга. Она медленно повернулась, чтобы все посмотрели на нее. Ее противник вышел и ждал разрешения главного.
"И снова я напоминаю условия нашего боя. Если ваш чемпион не убьет меня, мы получим свободу."
"Да."
Каждый выбрал оружие. Противник выбрал себе длинный меч, в то время как моя девочка взяла простой кинжал. Я прикусил свою губу так, что она закровоточила. Я мог чувствовать вкус крови во рту также четко, как чувствовал ее желание пролиться на камни ринга.
"Начали!"
Они медленно начали кружиться друг против друга. Никто не наносил первый удар. Затем она повернулась ко мне лицом и подмигнула. Сжав кинжал, она подняла его высоко над головой.
И что вы думаете, случилось?
Есть вещи, которые вы будете видеть перед глазами всю жизнь. События, которые никогда больше не произойдут. Чудеса они или трагедии, все равно вы будете их видеть. Я помню лезвие, блеснувшее на солнце, поднявшееся вверх и резко опущенное вниз. Оно вошло глубоко и стало красным.
"Ты не убил меня," - она задыхалась, кинжал дергался в ее груди. Она взглянула на ринг, но ее глаза уже не видели. Она улыбалась. Или я думаю, что улыбалась. Я не мог отчетливо все разглядеть, так как мои глаза заполнились слезами. Мне тяжело говорить.
Они отпустили меня. Хранители держат свое слово, это правда. Насколько я знаю, они взяли ее тело и похоронили с наивысшими почестями. Она их очень удивила, она их ошеломила.
Может еще немного этого чудесного напитка?
**********************************************
В темноту
Автор: Jyre
Перевод: Jerk
Реддейн подтащил стул к бару и грузно взвалился на него. Он осмотрелся. Самый что ни наесть обычный гостиничный бар. Люди, грязные от тяжелого рабочего дня, пили и играли в азартные игры. Одинокая женщина на сцене пела под звуки арфы. Официантки сновали от стола к столу, принимая заказы и принося выпивку. Реддейн качнул головой и повернулся к бармену.
"Что у нас есть?"
"Пиво." Реддейн изучал бармена. Он был точно такой же, как и тот, в прошлый раз. Толстый, с двойным подбородком. Его фартук был грязен, щетина говорила о том, что он не брился уже несколько дней. Реддейну он был противен. Реддейн всегда гордился собой. Он был высоким, с бронзовой кожей и прекрасным телосложением. Он обнаружил, что женщины следовали за ним не зависимо от того, хотел он этого или нет. В основном он наслаждался этим, но иногда это его угнетало. Последняя девушка пыталась срезать с него немного светлых волос, говоря, что хочет, чтобы они напоминали ей об его прекрасных синих глазах. Реддейн усмехнулся про себя.
Бармен своими руками, залитыми пивом, поставил кружку на деревянную подставку. "Вы новенький здесь. Не хорошо здесь шататься одному."
Реддейн вздохнул. "У меня был компаньон еще две недели назад. На нас напали в лесу к северу отсюда. С тех пор я его не видел." Реддейн с грустью поглядел на пиво. Вот почему он здесь - спросить о друге. Он и Бай-о-ралл вместе путешествовали весь прошлый год, искали приключений. И нашли их в лесу. "Я надеялся, что он может быть здесь. Надеюсь, вы видели его? Он ростом в шесть футов (~183см). Черные волосы, широкие плечи. У него на левой щеке шрам. Спутать его вы не смогли бы ни с кем."
Бармен качнул головой. "Вы единственный новенький, которого я видел в течении недель."
Реддейн кивнул. Он ожидал много. Но то же самое было в каждом отеле, в котором он останавливался. Никто не видел путешественников в последнее время. Реддейн не хотел сдаваться. Он поклялся бы найти своего друга, даже если бы это было бы последней вещью, которую он бы сделал. "Возможно, вы видели человека, несущего его меч. Он выглядит как мой, только на нем нанесена гравюра лезвия мастера." Реддейн вынул меч из ножен, чтобы показать его бармену. Это был простой меч со стандартной рукояткой, единственное, что было необычным - так это длинна, почти с его ногу и гравюра из шести звезд под рукоятью.
И опять бармен покачал головой. "У всех здешних и у охраны мечи длинной только с половину этого."
Реддейн потягивал свое пиво. Оно было теплым. "Спасибо вам." Он положил кусок золота на стойку бара и повернулся, чтобы идти. Но бармен остановил его, положив руку на плечо. Реддейн вздохнул. "Да?"
"Возможно, если вы расскажите мне, что случилось, я смогу разузнать, кто на вас напал. Кроме того, местные насаждались бы хорошей историей."
Реддейн присел назад. Стоило попытаться. Он подождал, пока бармен закончит созывать народ, нальет им пива и шум стихнет.
Глубоко вздохнув, он начал. "Мы только разложили лагерь. Светила луна. Небо было чистое. Звезды ярко светили белым светом...
... "Передай мне кремни." Реддейн оттащил сырую солому ближе к веткам. Он не хотел повторить предыдущую ночь. Он и Бай-о-ралл заснули, оставив огонь без присмотра. Он быстро распространился по лагерю, подбираясь к сумкам с вещами. Они проснулись вовремя, чтобы спасти большинство своих вещей, но они потеряли две сумки с едой. Пришлось потратить все утро, заменяя их, перед отправкой в лес.
Бай-о-ралл снял сёдла на пол и тяжело присел возле своего компаньона. Он передал Реддейну консервную банку. "Что-то не так, Реддейн. Лошади нервничают, и воздух пахнет... бедой. Я думаю, нам стоит сегодня стоять на часах."
"Наверное, просто полнолуние." Реддейн раздувал искру, чтобы загорелось дерево. Когда он поднял взгляд, то заметил серьезность в глазах Бай-о-ралла. "Я буду на часах первым."
Маленькая улыбка промелькнула на губах Бай-о-ралла. Он редко показывал эмоции. Реддейн часто сравнивал его с камнем. "Что там есть будем?"
Реддейн вздохнул. "Высушенный хлеб и консервы мяса. Придется запивать водой. Я не смог найти чай." Он ворошил огонь, чтобы пламя разгорелось. "Хороший звук?"
"Загорится." Бай-о-ралл снял пояс с ножнами и бросил его на пол. Он взял свой кинжал и начал его точить. Бай-о-ралл был закален, служил около двадцати лет охранником в своем родном городе Тар перед путешествиями с Реддейном. Он был старше своего компаньона на пятнадцать лет. Бай-о-ралл не мог сказать про себя, что он был красив, особенно в присутствии Реддейна. Реддейн всегда был в окружении девушек, когда они останавливались в отеле. Их выгнали с прошлой деревеньки за то, что Реддейн соблазнил дочку мэра. Бай-о-ралл всегда считал своего друга хорошим человеком, несмотря на его неудачи. Он был полезен с мечом и на кухне - повар из него был отменный. Бай-о-ралл и мечтать не мог о лучшем компаньоне.
"Возьми." Реддейн передал ему тарелку. Когда Бай-о-ралл принял ее, он взял себе вторую. "Так какой, хе-хе, вид неприятностей нас ожидает?"
Бай-о-ралл пожал плечами. "Возможно, просто медведи, или еще что-нибудь. Я не думаю, это слишком серьезно, но лучше всего быть начеку."
Реддейн кивнул. Трапеза продолжалась в тишине. Реддейн не разговаривал и не шутил как обычно. Если его друг почувствовал опасность, значит опасность была поблизости. Реддейн научился доверять инстинкту друга. Он рассмеялся, когда Бай-о-ралл сказал ему, что почувствовал покалывания по коже, сказал что это из-за холода. Но он совершенно по-другому отреагировал часом позже, когда их атаковала банда бандитов.
Темнота, казалось, накрыла их маленький лагерь. Воздух стал холоднее. Казалось, ночь пыталась поглотить их. Реддейн дрожал и натянул на себя толстое шерстяное одеяло, достанное из сумок. Он вытер свою пустую тарелку влажной тряпкой и положил ее в маленькую деревянную миску. Натянув одеяло вокруг плеч, он смотрел на огонь, выпускающий из себя в странном танце мерцающие огни.
Громкое завывание нарушило тишину. У Реддейна душа ушла в пятки. Внезапно ночь уже не казалась такой доброжелательной. Оглядевшись вокруг, он заметил тени, скрывающиеся за деревьями. Его тело окаменело, глаза следили за звуками ночных существ, движущихся по лесу. Листья на деревьях зашелестели из-за легкого бриза. Кони захрапели. Реддейн повернулся к своему компаньону, широко раскрыв глаза. "Что... что это было?"
Бай-о-ралл улыбнулся, края его губ почти подсмеивались. "Волки. Не беспокойся, они не потревожат нас, пока горит огонь." Бай-о-ралл зевнул. "Я собираюсь еще немного вздремнуть. Разбуди меня через два часа, если все будет тихо. Если услышишь еще что-нибудь странное, я сплю не крепко."
Реддейн кивнул. Он подошел к его ногам и к земле. Взяв горящую ветку, а в свободную руку - меч, он начал обходить лагерь. Вскоре Бай-о-ралл захрапел.
Реддейн подошел к месту, откуда раздался хруст ветки. У него пересохло горло, кровь разрывалась в его венах. Реддейн всмотрелся в темноту, но ничего кроме леса не увидел. Мерцающий свет горящей ветки, которую он держал, давал жуткий красный оттенок. Тяжело дыша, он продолжил патрулирование. Он чуть не выронил свой факел, когда заметил движение ветки, и тихо засмеялся, увидев убегающего зайца. Качнув головой, он посмотрел вверх - и замер.
Перед ним стоял гигантский мужчина, держащий в руках огромную дубину. Реддейн почувствовал комок в горле. Он был высотой в добрых семь футов (~213см). Слабый свет осветил его странный шлем, закрывавший половину его головы, если бы не глаза. Реддейн смотрел, замерев, на его раскрытые губы, из которых исходил звук воя волка. Человек злобно засмеялся и шагнул к нему.
"Бай-о-ралл!" Смех, казалось, вывел Реддейна из транса. Он бросил факел и достал свой длинный меч, зовя своего друга опять. Едва Реддейн успел достать его, как человек уже напал. Он был прижат силой гиганта, и только длинный меч спасал его от дубины, которая с легкостью размозжила ему бы голову. Реддейн пытался найти хоть какую-то брешь в обороне человека, но безуспешно. Он надеялся, что шум привлечет Бай-о-ралла, если тот вообще проснулся. Нога Реддейна зацепилась за корень. Он споткнулся и упал на спину, пытаясь откатится в сторону, чтобы дубина человека не попала по нему. Увидев над собой замахивающегося гиганта, Реддейн ткнул своим мечом в него. Чувствуя, что меч вошел в плоть, он двумя руками нажал на него еще сильнее. Человек захрипел и тяжело осел на землю. Реддейн вынул свой меч и глубоко вздохнул. Звуки вокруг лагеря стихли.
Никого не было видно в округе. Реддейн тихо вернулся к лагерю и глухо застонал, когда увидел, что постель Бай-о-ралла пуста. По крайней мере, его компаньон был жив. Он быстро упаковал седельные сумки и поднял их на плечи. И только тогда он заметил, что лошади ушли, их веревки были перерезаны. Реддейн надеялся, что Бай-о-ралл ускакал на одной из них и прямо сейчас направляется к ближайшей деревне. Он осмотрел землю, но ничего не нашел.
Реддейн отобрал из седельных сумок только самое необходимое, оставив все остальное на земле. Он не мог нести сам вещи двух мужчин. После этого, быстро оглядев лагерь, он взвалил на спину сумку и направился к ближайшей деревне, не собираясь ждать следующего нападения. К трупу он не возвращался....
...И вот я хожу от деревни к деревне, ища его, пока не дошел сюда." Реддейн поглядел на кружку. Она была пустая. Он подал ее одной из официанток, чтобы та наполнила опять.
"Как по мне, так звучит как будто это люди Равина." Сказал человек, сидевший рядом с ним.
"Равин?" Спросил Реддейн. "Он живет здесь?"
Мужчина усмехнулся. "Нет, парень. Говорят, что у него есть свой собственный замок в том лесу. Ходят слухи, что любой, кто будет находиться слишком близко к замку, будет схвачен его людьми так же, как и случилось с тобой. Еще поговаривают, что он держит пленных как домашних животных." Человек повернулся к Реддейну. "Они говорят, что он держит некоторых из них в клетках на стенах замка с целью защиты замка." Реддейну показалось, что он увидел, что мужчина улыбается. "Это просто слухи, поразмышляй."
"Замок далеко от края леса?"
"Где-то около мили (~1.85км). Некоторые говорят, что у него там очень много сокровищ."
"Держись подальше от этого места." Реддейн повернулся, чтобы выслушать бармена. "Все, кто ходил туда на поиски так называемых сокровищ, так не вернулись. На твоем месте я бы держался как можно дальше оттуда. Это плохое место. Очень плохое."
Реддейн кивнул ему головой. "Я должен найти Бай-о-ралла. Если есть небольшая вероятность того, что он там, то я должен пойти туда." Он собрался уходить.
Бармен покачал головой. "Если вы собрались идти, то хотя бы хорошо отдохните ночью. Солнце садится, и вы выглядите очень усталым. У меня есть свободная комната для вас. Вам понадобится не только меч. Я посмотрю насчет хорошего лука и кинжалов. И возьмите хорошие ботинки."
Реддейн вздохнул. Бармен был прав. Если он пойдет сейчас, у него не будет ни единого шанса попасть в замок. "Очень хорошо. Но вы должны позволить мне заплатить сполна."
Бармен улыбнулся. "Вы можете оплатить мне, когда вернетесь. Если вернетесь."
Реддейн попытался изобразить улыбку. Его живот скручивало от голода.
Бай-о-ралл приподнял свою голову. Он видел нечетко, как будто после серьезной выпивки. Бай-о-ралл посмотрел на человека перед ним. Человек, казалось, сидел на троне, сделанном из цельного золота. Он был одет в красные одеяния, на голове поверх капюшона была одета корона. Его лицо было скрыто в тени. Бай-о-ралл не мог вспомнить, как он попал сюда. Он обессиленный перед этим человеком как слуга. Он дрожал, пытаясь вспомнить, что произошло. Он чувствовал, как глаза человека смотрят на него.
"Мы попробуем опять? Назови свое имя." Голос звучал из-под капюшона. Это был глубокий злой голос.
"Бай-о-ралл, сер." Бай-о-ралл был удивлен тем, что случилось с ним. Он не мог понять, почему он назвал этого человека сером и почему его кожаные ботинки были у лица Бай-о-ралла. Он дрожал, когда человек качал своей головой. Его кожа стала дыбом, когда человек протянулся рукой к нему. Боль взорвалась в его голове по прикосновению человека. Он смутно осознавал, что это его собственные крики, но они шли, казалось, издалека. Он слышал грохот голоса человека, но он не мог разобрать слов. Когда рука отвелась, он ничего не помнил. Его щека была напротив ботинка человека, он понял, что он плачет.
"Мне это уже начинает надоедать." Прозвучал намек угрозы в голосе человека. "Я спрашиваю в последний раз. Назови свое имя."
Бай-о-ралл всхлипнул. Он хотел служить, пожалуйста. Он боролся с туманом, окутавшим его мозг. На конец он вспомнил. "П...Пайта, Хозяин." Хозяин? Бай-о-ралл на несколько секунд заколебался. Да. Это человек мой Хозяин и мое имя Пайта. Он поцеловал ботинок человека, как будто поклонялся ему.
"Очень хорошо." Человек был доволен. Его тон был как тон владельца собаки, хвалящего ее. "И какова твоя работа?"
"Служить, Хозяин."
"Служить как?!"
Бай-о-ралл рыдал. Он не хотел сердить своего Хозяина. Он не любил, когда Хозяин кричал на него. "З-защищать з-замок и з-защищать вас от тех, кто хочет вид-деть вас в г-гробу, Хозяин."
"Превосходно." Напевал человек. Он мягко поласкал Бай-о-ралла по голове. "Вот - награда за твою службу." Он засунул руку за складки одеяний. Когда рука появилась обратно, то в ней он уже держал квадратный кусок сырой кожи. Положив это в руки Бай-о-раллу, он сказал, "Этого должно быть достаточно на ближайшее время. Я прослежу, чтобы ты получил еще во время еды."
Бай-о-ралл улыбнулся. Капля слюны стекла по его подбородку. "Спасибо вам, Хозяин. Я буду хорошо служить вам и..."
"Достаточно!" Человек остановил слова криком.
Кровь отхлынула от лица Бай-о-ралла. "Я не хотел оскорбить, Хозяин." Он прижался к полу, пригибаясь как можно ниже. Он быстро запихнул свое сокровище в карман, надеясь, что Хозяин не отберет назад.
"Все в порядке, Пайта. Ты новичок. Просто проследи, чтобы этого никогда не случилось опять. Ты не говоришь без моего разрешения, даже если хочешь поблагодарить меня. Ты ведь не допустишь, чтобы это случилось опять, да, Пайта?"
"Да, Хозяин." Бай-о-ралл почувствовал, как слезы стекают с его глаз. Он не любил, чтобы Хозяин его отчитывал.
"Хорошо." Бай-о-ралл услышал, что тон его Хозяина стал мягче. Он почувствовал облегчение. "Я доволен нашей встречей, Пайта. Я надеюсь, что ты продолжишь хорошо служить мне. Это очень важно для меня, Пайта."
Бай-о-ралл широко улыбнулся, как улыбается ребенок, которому дали конфетку. "Спасибо, Хозяин."
"Дорн отведет тебя к стенам. Он покажет, где ты будешь патрулировать, и где находится твоя комната. Тебе скажут, в какое время ты будешь спать и когда будешь есть."
Бай-о-ралл посмотрел на гиганта в дверях. Он улыбался. Его улыбка была дразнящей? Бай-о-ралл обратил свое внимание назад к Хозяину.
"Стань на колени, чтобы смог лучше увидеть твое лицо, Пайта."
Бай-о-ралл приподнялся. Он испугано смотрел в тени капюшона.
"Тебе дадут арбалет, Пайта. Ты будешь использовать его, чтобы стрелять по всему, что движется и не принадлежит мне. Включая людей, Пайта. Если что-то приблизится до 20 метров к замку, ты должен немедленно сообщить своему пищевику. Ты не будешь ждать до тех пор, пока он придет накормить тебя, Пайта. Если ты найдешь незнакомца на стенах, ты должен связать его и принести и принести в эту комнату. Я позволю тебе иметь кинжал, чтобы ты смог остановить любого. Ты все понял, Пайта?"
"Да, Хозяин." Бай-о-раллу показалось, что вопрос Хозяина прозвучал саркастически, но он знал, что Глава не обладает сарказмом. Он отклонил это как часть своего воображения.
"Я буду следить за тобой лично, Пайта. Ты очень силен. Если ты будешь хорошим, я сделаю тебя одним из моих личных слуг. Тебе хотелось бы этого?"
Бай-о-ралл усмехнулся. "Да, Хозяин."
"Однако, если ты меня предашь..." Человек подождал, пока эхо стихнет. Он смотрел на реакцию своего нового животного, и затем позволил ему немного выплакаться. "Ты ведь не предашь меня, да?"
"Нет, Хозяин." Бай-о-ралл испугался из-за того, что Хозяин подумал об этом. Он был предан своему Хозяину.
"Я не думаю, что ты предашь." Человек сделал паузу в раздумьях. "Ты можешь посещать других слуг, когда ты не на часах и не спишь. Я даже позволю тебе говорить с ними, хотя некоторые из них могут не ответить. Это одно из наказаний, которые я выполняю, если плохо относиться к свои обязанностям. Я запретил им говорить со всеми, кроме как с пищевиком и со мной. Ты ведь будешь хорошо относится к своим обязанностям, да, Пайта?"
Бай-о-ралл энергично закивал головой. "Да, Хозяин."
"Ты не будешь обсуждать внешний мир, Пайта. Ты помнишь о внешнем мире?"
Бай-о-ралл с трудом думал. Он не пытался снова проникнуть в туман памяти. Его Хозяин затуманил ему разум. "Деревья, Хозяин."
"Ты можешь обсуждать деревья. В конце концов, мы окружены деревьями. Что-нибудь еще?"
После секундной паузы Бай-о-ралл сказал. "Моя мама, Хозяин."
"Ты не должен обсуждать свою маму, Пайта. Ты будешь помнить о ней, и я могу поговорить с тобой об этом. Если ты помнишь еще что-то, скажешь об этом своему пищевику. Хорошо?"
"Сюда", скомандовал Дорн, открывая одну из дверей.
Бай-о-ралл вышел за Дорном из комнаты и пошел за ним. Он изучил его лицо. Его темные карие глаза были подобно плоским дискам. Он выглядел красивым. Его волосы были выбриты и шлем ему был более чем нужен. Казалось, усмешка стояла на его губах. Бай-о-ралл опустил свои глаза, когда Дорн посмотрел на него. Не красиво было смотреть на телохранителей и на пищевиков. Бай-о-ралл не знал, как он узнал это. Просто всплыло в его голове. Он опустил свои глаза.
Когда они повернули в маленький коридор, Бай-о-ралл достал свое лакомство и нежно посмотрел на него. Он поднес его ко рту и медленно начал жевать за угол, смягчая жесткую кожу слюной. Он услышал смех Дорна и опять удивился, ибо так и не нашел что было смешным.
Реддейн выглянул из-за большого дуба и посмотрел на замок. Он был длинною около 300 метров с севера к югу и двое длинней с востока на запад. Он обошел три раза вокруг замка, но ненашел иного входа кроме как через главные ворота. Он был построен из камня, без окон. У него оставался единственный вариант - лезть через стену, но это было не легко. Охрана патрулировала у стен по расписанию, вооруженная арбалетами. Единственное слабое место было у задней стены. Она была около десяти метров шириной и как минимум в шесть высоты. Это был бы тяжелый подъем. Реддейн был доволен своими ботинками и коричневой одеждой, которой его обеспечил бармен. К сожалению, ему придется оставить лук.
Реддейн начал осторожно идти к задней стене по поляне. Он пересекал в сумерках, перед тем, как огни часовых на верху стен были зажжены. Казалось, только один охранник стоял на посту на стене, все остальные могли быть невидимы. Реддейн волновался относительно клеток. Они были сделаны из дерева и в них не было ни входа ни выхода. Ему показалось, что он увидел Бай-о-ралла в одной из них, но в этом тяжело было удостовериться из-за расстояния. Он, казалось, сидел и смотрел на лес. Реддейн надеялся, что он не слишком поздно пришел, чтобы спасти своего друга. Пришлось потратить два дня на то, чтобы разузнать что-то о замке, еще три, чтобы найти его и еще один день, проведенный в наблюдении за ним с расстояния. Он подходил ближе в то утро. Прошла неделя, прежде чем он смог добраться до клетки.
Глаза Реддейна искали клетку, в которой был Бай-о-ралл. Он видел, что человек в клетке прилег, видимо, собираясь поспать. Он молился, чтобы им оказался его друг. Подняв глаза, он увидел, что солнце скрылось за деревьями. Время идти. Он снял со своего плеча лук и повесил его на дерево. Реддейн немного задрожал. Лук понадобится ему, когда он вернется. Достав свой кинжал, он взял его зубами и увидел, что на верху стоит охранник. Реддейн наблюдал, как охранник дважды проходил перед ним, подождал пока тот не отойдет в третий раз и затем побежал через поляну. Он чувствовал, как колотится его сердце, как порывисто он дышит. Реддейн с силой ударил по стене и замер, прислушиваясь. Не было слышно ни звука, тревога не поднялась. Он сделал это. Глубоко вздохнув, он начал лезть по стене.
Реддейн видел, что ноги охранника были в не более чем в футе от его глаз (30 см), и вздохнул от облегчения, когда он ушел. Он считал шаги охранника. Один, два, три... наконец двадцать. Он выдохнул, так как старался не издать ни звука при охраннике и перелез через стену, убедившись, что никого поблизости нет. Ему удалось.
Присев, Реддейн прошмыгнул к клетке на стене, в которой мог быть его друг, надеясь, что никто из охраны не посмотрит в его сторону. Он замер, когда услышал, что шаги охранника перестали раздаваться. Звуки шагов опять долетели до него. Загорались огни часовых.
Реддейн прошел к третьей клетке. Он затаил дыхание, прислушиваясь к звукам, говорившим ему, что охрана возвращалась. Стояла тишина. Реддейн прислонился к решетке, чтобы получше рассмотреть спящего внутри человека. Он чуть радостно не рассмеялся. Это был Бай-о-ралл.
Реддейн подошел к задней части клетки, надеясь найти вход внутрь. К его удивлению, он нашел там сплошную деревянную дверь. Он тщательно исследовал ее, но не нашел замков или магических печатей. Пожав плечи, он дернул за ручку. Дверь легко открылась. Реддейн заколебался. Почему нет замка? Может быть ее изнутри нельзя открыть? Что-то нехорошо. Вставив кинжал в ножны, он вошел внутрь.
Бай-о-ралл, казалось, был в полном здравии. Не было никаких признаков избиения или голодания. Его одежда была чиста. Он недавно вымылся. И опять Реддейн заколебался. Этот Равин хорошо обращается с заключенными. Реддейн наклонился к своему другу и слегка дотронулся до его плеча. Бай-о-ралл неожиданно встал, приведя его в замешательство. Реддейн задрожал, увидев, что Бай-о-ралл, подскочил к нему, достал кинжал и приставил к его горлу. Он с трудом сглотнул. "Бай-о-ралл, это же я, Реддейн."
"Почему вы вошли в мою комнату?"
Волосы на голове Реддейна встали дыбом. Он почувствовал как лезвие подступило к его горлу. "Это не комната, Бай-о-ралл, это клетка."
"Кто такой Бай-о-ралл?" Бай-о-ралл слегка расслабил давление на горло Реддейна.
"Бай-о-ралл - это ты". Реддейн посмотрел в глаза Бай-о-ралла. Небыло никаких признаков признания, признаков человека, которого он знал. Все, что Реддейн увидел в тех глубоких глазах, так это намек опасения и светлого повиновения. "Ты должен помнить."
По концу кинжала побежала кровь. "Молчите. Вы нарушили наши правила. Я должен отвести вас к Хозяину. Отдайте свой меч."
Реддейн повозился с застежкой рукоятке меча на поясе. Он бросил его на пол. Реддейн чувствовал себя как последний дурак. Он же знал, что что-то не так, когда дверь легко открылась. Он попал в ловушку. Шаги охранника приближались. "Бай-о-ралл, пожалуйста..."
"Вы спутали меня с кем-то. Меня зовут Пайта."
Реддейн задрожал. Пайта - это имя девочек, а Бай-о-ралл, казалось, гордился им. Что случилось с его другом? Реддейн услышал, что охранник побежал, увидев открытую дверь. "Ты же не станешь..." Реддейн почувствовал, что кинжал вошел глубже. Струйка крови потекла по его шее. Увидев, что Бай-о-ралл убрал свой кинжал, Реддейн начал отчаянно искать выход отсюда. Выхода не было.
"Что у нас здесь?" Это был охранник.
"Этот человек вошел в мою комнату. Мы должны отвести его к Хозяину. Я снял с него оружие."
"Подержите его, а я свяжу руки."
Реддейн стал, как приказал Бай-о-ралл, стараясь не показаться враждебным. Он поместил руки назад по команде охранника. Веревка врезалась в руки Реддейна. Бай-о-ралл стал сзади, чтобы лучше держать его. Кинжал опять был приставлен к его горлу, поскольку они подходили к лестнице. Реддейн тяжело дышал. Он влип.
"Входите!"
Реддейн проследовал за охранником в двойные двери. Он быстро осмотрел комнату. Стены были увешаны прекрасными картинами. Пол был голым. Единственным предметом мебели был золотой трон у дальней стены. Человек, сидевший на троне был окутан синим плащом. Его лицо было скрыто в тени. Реддейн остановился в центре комнаты по просьбе Бай-о-ралла. Охранник преклонился перед ним, положив голову на левый ботинок человека. Реддейн подскочил, когда большие руки схватили его за запястья, он не заметил второго человека. Реддейна кинули к ногам сидевшего на троне.
Бай-о-ралл подбежал к человеку на троне и передал ему меч и кинжал Реддейна и преклонился как и охранник, приложив щеку к второй ноге человека. Человек поднял голову. Он стянул капюшон со своего лица. Реддейн заметил поражение на лице Бай-о-ралла, он предположил, что тот в первый раз увидел лицо человека. Это было обычное лицо, но со злыми глазами. Глаза затмевали собой лицо. Реддейн знал, что он смотрит на Равина.
"Ты знаешь его имя?" Глаза Равина сфокусировались на Бай-о-ралле.
"Он назвал себя Реддейном, Хозяин."
Реддейн сглотнул. Бай-о-ралл подлизывался к Равину.
"Где его нашли?"
"Я поймал его, когда он зашел в мою комнату, Хозяин."
Реддейн смотрел на гнев в глазах Равина. Это взгляд был унижающим. Равин гневно спросил. "Почему он не был найден до этого?"
"В это время я спал, Хозяин."
Реддейн был шокирован, увидев что Бай-о-ралл плачет. Он попытался пододвинуться к нему, чтобы помочь, но захват только усилился.
"Почему твоя дверь была отперта?" Реддейн видел, что снаружи не было замков. "Ты должен закрывать дверь, когда идешь спать."
"Мой пищевик попросил меня оставить отпертой, Хозяин. Он не хотел будить меня, когда принесет еду."
Реддейн слышал напряженные нотки в голосе своего друга. Он боролся, чтобы достать до его ног. Но руки человека схватили за его грудь и сжали. Он не смог вздохнуть. Борьба прекратилась.
Равин посмотрел на охранника. "Ты был на часах?"
"Да, Хозяин." Охранник ревел даже больше, чем Бай-о-ралл.
"Ты видел его на поляне?"
"Нет, Хозяин."
"Ты видел его на стене?"
"Нет, Хозяин."
"Ты подвел меня. Ты не будешь спать следующие пять периодов сна. Ты не будешь есть следующие два периода питания. Тебе запрещено общаться до уведомления. Сообщи об этом своему пищевику и возвращайся к своим обязанностям. Сейчас!"
"Да, Хозяин." Охранник на коленях выполз из комнаты. Реддейн услышал, как двери закрылись за ним. Он задался вопросом - выиграла ли обычная охрана, задержав его.
Равин повернулся назад к Бай-о-раллу. "Что случилось с тобой, Пайта? Что этот человек сказал тебе?" Равин посмотрел на Реддейна.
"Он... Он назвал меня Бай-о-раллом, Хозяин."
Равин нахмурился. Очевидно, это было направлено на Реддейна, но, очевидно, Бай-о-ралл это принял на себя. "Как ты ответил?"
"Я сказал ему, что он ошибся. Что мое имя Пайта, Хозяин." Бай-о-ралл рыдал.
"Он смутил тебя, Пайта?" Голос Равина стал мягче, но все еще оставался хмурым. Реддейну показалось, что этим тоном говорят с больной собакой. Бай-о-ралл мог только кивать, его рот был забит слезами и соплями. "Успокойся, Пайта. Ты все сделал правильно. Это человек просто не понял. Это не твоя ошибка." Равин погладил Бай-о-ралла по голове. "Не плачь." Он взял руки Бай-о-ралла и приподнял их. "Ты можешь вставать. Ты сегодня хорошо все хорошо сделал."
Бай-о-ралл бросился к его ногам. Он вытер глаза. "Спасибо, Хозяин."
Реддейн печально покачал головой. Бай-о-ралл был не из тех, кто так показывает эмоции. Его, наверное, в корне пришлось ломать, что бы он стал как... как собака. Реддейн подумал, каким он будет, когда этот монстр останется с ним.
"Я не люблю, когда ты плачешь, Пайта." Лицо Равина стало мягче. "Ты сделал хорошо, схватив этого человека. Он убил брата Дорна." Реддейн почувствовал, что его сжали сильнее и услышал мычание сзади. Он догадался, что человек сзади был Дорном. "Этот человек будет служить Дорну." Я не хочу, чтобы это расстроило тебя, Пайта. У него не будет свободного времени. Он будет отплачивать за свое преступление. Я разрешаю Дорну избивать его за преступление." Равин накрылся капюшоном. "Я боюсь, это все, что я могу дать сегодня. Я удостоверюсь, что ты получишь надлежащее вознаграждение позже." Он передал Бай-о-раллу маленький кусок жесткой кожи. "Ты можешь есть это сейчас."
"Спасибо, Хозяин". Бай-о-ралл засунул кусок в свой рот.
Реддейн смотрел на Равина, в то время как тот смотрел на Бай-о-ралла. Он видел смех, скрытый позади печали. Печаль была для Бай-о-ралла, смех - для Дорна. "Ты мне надоел..." Дорн рукой закрыл Реддейну рот. У Реддейна не хватило храбрости укусить за нее.
Равин махнул Дорну. "Позволь человеку говорить. Не часто я позволяю говорить людям как он." Равин встал. Он подошел и стал над Реддейном. "Ты должно быть храбрец, раз пришел сюда. Так чего же ты хочешь?
Реддейн плюнул на его мантию. "Я пришел освободить Бай-о-ралла, ты, грязная..."
Равин остановил его слова ударом. "Что ты скажешь, если я дам тебе шанс освободить его?"
Реддейн почувствовал, как гнев накапливается в нем. Он мог слышать, как ботинки Дорна делают движение раздавливания. "Вы? Дадите мне шанс освободить его? Не заставляйте меня смеяться!"
Брови Равина сомкнулись, его голос стал серьезен. "Я серьезен. В этом замке где-то скрыт рубиновый амулет, такой как этот," Равин показал его на цепочке на шее. Повисший на конце как слезинка идеальный изумруд искрился на свете. "Если ты найдешь его, ты сможешь освободить своего друга."
Мысли Реддейна беспорядочно крутились в голове. Это что, уловка? Или Равин искренне говорит? "Я думаю, что согласен."
"Естественно, я не позволю тебе свободно ходить по замку. Пайта будет преследовать тебя. Если он схватит тебя, то вернет тебя ко мне. Если тебя схватят, тебе не будет дан второй шанс. Проще простого."
"И насколько большой этот замок?"
"Я точно не знаю. Три этажа в высоту и как минимум, два вниз под землю. Можно сказать, коридоров и ходов здесь несколько миль. Выбор за тобой. Так ты ищешь рубин и освобождаешь своего друга?"
Реддейн закрыл глаза. Ему дали маленький выбор. Если он не пойдет, Бай-о-ралл потерян. И он тоже. "Я согласен."
"Отлично." Равин присел. "Дорн, подведите его к главным воротам."
Реддейн почувствовал, как огромные руки подняли его на ноги. Он повернулся к дверям и пошел. Идти было трудно. Как только дверь закрылась за ним, он услышал, как Равин начал говорить опять. "Пайта, у нас есть немного времени, чтобы поговорить."
Реддейн следовал за Дорном по лабиринтам коридоров, безуспешно пытаясь запомнить дорогу. Он должен бы знать так много о замке перед тем, как начать свой поиск. Судя по всему, Бай-о-ралл знал, где расположены все главные залы и палаты встреч. Это означало, что он примерно знал расположение этажей замка, что давало ему преимущество. Реддейн покачал головой. Он потерял число поворотов, которые они прошли в их странном путешествии.
"Я не знаю, почему он выбрал тебя." Дорн приостановился, чтобы позволить Реддейну идти рядом. "Я не могу дождаться, когда мои руки схватят за твою слабую шею и сломают ее."
Реддейн посмотрел на злобное лицо человека. У него на голове был шлем, которого он раньше еще не видел. Шлем делал Дорна уродливым. "Кто сказал, что ты получишь шанс? Я не собираюсь потерпеть неудачу."
Дорн засмеялся. Это был глубокий и злой смех. "Ты дурак, если думаешь, что найдешь этот рубин. Не ты первый пытаешься, и я полагаю, что и не последний. Лорд Равин играет с тобой. Дает ложное чувство надежды. Не обдуривай себя, ты скоро станешь моим домашним животным."
"Я никогда не буду твоим животным!" Резко сказал Реддейн. "Я никогда не буду чьим-то домашним животным!"
Дорн опять засмеялся. Смех наполнил длинный коридор, делая его громким. Он схватил за плечо Реддейна и грубо пихнул его вперед. Дальше они шли в тишине.
Реддейн присел к земле, задыхаясь. Он на ногах провел всю ночь, ищя в каждой комнате, в которую он заходил. Он был уверен, что был в этом коридоре раньше. Внутри этот замок был значительно больше, чем это казалось снаружи. Он чувствовал, что прошел много миль по этим сотням коридоров, и каждый казался похожим на все остальные. Он не мог сказать, сколько времени он провел в пути. Этот замок был подобен лабиринту, и он еще не покинул первый этаж.
Час от часу ставало все хуже. Он шел по темному коридору, освещая путь факелом, как вдруг заметил в противоположном конце коридора Бай-о-ралла с кинжалом в руке. Реддейн развернулся и побежал, слыша, что Бай-о-ралл преследует его. Он пытался скрыться, постоянно поворачивая в боковые коридоры. Звуки преследователя не исчезали, то приближаясь, то отдаляясь. Реддейн начал удивляться, что так долго может бежать, как вдруг заметил, что звуки прекратились. Реддейн осторожно вернулся и с удивлением заметил, что Бай-о-ралл свернулся калачиком посреди прохода и вроде бы как заснул. Реддейн не собирался проверить так ли это. Он продолжал бежать, пока не присел сейчас.
Реддейн достал мешочек, который ему дал Дорн в надежде найти что-то полезное и разочарованно вздохнул. В нем были несколько кусочков несвежего хлеба, немного сушеного мяса и две емкости с водой. Еду можно было растянуть максимум на три дня. Он взял кусок черствого хлеба и начал, задумавшись, жевать. Надо было придумать какой-то план поиска, а то безуспешное рысканье, которое он проводил, не дало результатов. Нелегко искать с Бай-о-раллом на хвосте. Реддейн покачал головой. Ето испугало то, как его друг ведет себя. Еще больше его испугало то, что он так же будет себя вести, если провалится.
До Реддейна донесся звук шагов. Он с трудом заставил себя подняться на ноги, поднимая мешок на плечо. Шаги приближались. Реддейн оглянулся в отчаянии, у него не было сил бежать дальше, ему надо было поспать. Его глаза осмотрели одну стену, затем другую, пытаясь найти какой-либо проем. Наконец, он нашел один, скрытый в тени. Идя туда, он молился, чтобы это не оказался тупик.
Реддейн вздохнул от облегчения, когда увидел, что это узкий, неосвещенный коридор. Он начал на ощупь спускаться по нему. Он не осмелился взять с собой факел, так как это было бы маяком для Бай-о-ралла. Реддейн заметил, что его шаги стали звучать тише - он шел по дереву. Он больше не слышал Бай-о-ралла.
Из темноты вылетели летучие мыши. Реддейн, присев, отвернулся. Потребовалось некоторое время, чтобы его дыхание выровнялось, а пульс ослаб. Реддейн подождал, чтобы выяснить, не привлекли ли внимание Бай-о-ралла летучие мыши. Подождав минуту, которая длилась как час, он двинулся дальше. Пройдя несколько шагов, Реддейн сдавленно вскрикнул. Пол под ним проломился и раскололся. Запах прогнившего дерева заполнил воздух. Реддейн погрузился вниз в темноту.
Бай-о-ралл замедлился, натолкнувшись на тени. У него не занял много времени поиск следов Реддейна после того, как он проснулся. Он чувствовал, что бежал уже несколько часов со времени пробуждения, он был свеж и готов ко всему. Он прошел по следу к этому коридору только для того, чтобы исчезнуть в тенях. Он нюхал воздух, но не чувствовал запаха Реддейна. Не имеет значения. Он будет продолжать охоту до тех пор, пока не найдет следа опять. И тогда он словит этого Реддейна. Он не собирается подвести своего Хозяина.
Реддейн медленно открыл свои глаза. Он повернул головой и застонал. У него было такое чувство, как будто его пришибло огромным камнем. Его левая нога сильно ударилась. Несколько минут он вспоминал, как попал сюда. Реддейн понятия не имел, сколько времени он провел здесь на полу. По крайней мере, Бай-о-ралла здесь нет. Но как долго его не будет?
Пока Реддейн прислушивался к звукам возможного преследования, то заметил свет впереди. Усевшись, он начал осматривать все вокруг. Он заметил проем, который мог оказаться дверью. Не обращая внимания на боль, заставил себя встать на ноги. Он подождал, пока головокружение не остановится, и затем пошел к свету.
Казалось, прошла вечность, прежде чем он смог добраться до дверного проема. Каждый шаг приносил ему боль, но, наконец, Реддейн сделал это. Пройдя под гигантской аркой, Реддейн остановился в страхе. Он был в огромной зале, высотой, по крайней мере, в десять футов (~3м). В центре стоял длинный обеденный стол, накрытый декоративными золотыми блюдами. По каждой стороне стояли двенадцать вырезанных деревянных стульев. В голове стола стоял большой серебряный стул, спинка его была высотой с Рейданна. Две стеклянные люстры висели на потолке залы.
Реддейн похромал к столу. Он начал истерично смеяться. По центру сверху куска кожи лежал рубиновый амулет, который он искал. Он не мог поверить в это. Реддейн перестал смеяться, понимая, что это переходит в истерику. Он пошел к краю стола, сдерживая дыхание. Протянувшись своей дрожащей рукой, он схватил своими пальцами драгоценный камень. Почувствовав в своей руке прохладный амулет, он выдохнул. Он был реален. Надев амулет на шею, Реддейн исследовал кусок кожи. Рассмотрев ее поближе, он нашел следующий текст:
Зеленая дает силу, Красная - забирает,
А вместе? Кто знает?
Реддейн свернул кожу и сунул ее в карман, задаваясь вопросом, что это значит. Он выдвинул стул и упал в него, чувствуя эффект проведенных на ногах дня и ночи. Он взял свой мешок и достал оттуда полоску высушенного мяса. Жуя его, Реддейн обдумывал, что делать дальше.
Дорн поднялся по спиральной лестнице, которая вела к тыловой стене. Он не всегда соглашался с тактикой своего лорда, но должен был признать, что она была иногда забавной. Ему не нравилось зло, идущее от этого человека. Он прибыл сюда, чтобы умиротворить своего брата, не потому, что его лорд был прав. Он думал убежать той ночью, когда его брат умер. Это было бы плохо. Если бы он ушел, его бы выследили и убили, или он стал бы животным. Это было в присяге, он поклялся. А еще было плохо то, что Реддейн все еще на свободе, он должен заплатить за смерть брата. Все это заставляло кипеть кровь Дорна.
Оглядевшись, Дорн нашел того, кого искал и подошел к нему. "Как день?"
"Все хорошо, сер." Охранник продолжал смотреть на поляну и не останавливался.
"Мой лорд был резок с тобой вчера вечером."
"Я получил то, что заслужил. Я не выполнил свои обязанности."
Дорн покачал головой. Он ненавидел, что чувство собственного достоинства отсутствовало у них, оставляя место для безраздельной преданности. Он знал, на что это похоже. Однажды он подвел своего лорда, и как наказание его мозг был очищен на три дня, превратив его в дурака. Он не желал этого никому более. "Ты голоден?"
"Немного, сер."
Слова человека были монотонные. Без эмоции, без чувств. "Съешь это." Он дал маленький кусок сыра в руки охранника.
"Но..."
"Я не скажу, если ты съешь."
Человек улыбнулся. "Да, сер. Спасибо, сер."
Дорн улыбнулся тоже. "Я принесу еще завтра." Он повернул назад к лестнице, оставив смущенного охранника. Пришло время вернуться к своим обязанностям.
Реддейн массажировал свою ногу. Его мышцы затекли, пока он спал. Зевнув, он встал на ноги, игнорируя боль в ноге. Он покинул большую залу и уже шел около часа. Он не имел понятия, который сейчас час, здесь внизу ничего не было, кроме теней. Если он правильно помнит, комната Равина была на верхнем этаже, около центра. Все коридоры должны были вести туда. Теперь все, что ему нужно было делать, так это выбраться из этой темноты.
"Ты не можешь бежать вечно, Реддейн. Я словлю тебя."
Реддейн покачал головой и вздохнул. Бай-о-ралл меньше всего ему был сейчас нужен. "Ты ведь не помнишь меня, правда?"
"Мой Хозяин послал меня, чтобы поймать тебя." Бай-о-ралл пошел, обнажив кинжал.
Реддейн повернулся и побежал. Он плохо видел в темноте, его нога зацепилась за камень. Он споткнулся, и чуть не упал. Его ноги были утомлены, он мало спал. Если бы он побежал дальше, было бы еще хуже. Он начал говорить. "Ты помнишь нашу последнюю ночь вместе. Ты сказал мне, что что-то случилось. Ты почувствовал это." Реддейн слышал, что Бай-о-ралл приближается, слышал, как он тяжело дышит. "Мы разложили лагерь на опушке. Я сделал костер и приготовил нам мяса. Кто-то выл. Ты сказал, что это были волки. Ты же должен помнить это!" Реддейн слышал, что Бай-о-ралл замедлился. Он рискнул взглянуть назад и увидел замешательство на его лице. "И затем они напали на нас. Ты спал."
В этот момент Бай-о-ралл кинулся на него, схватив его за лодыжку. Они начали бороться. Реддейн не мог позволить быть пойманным. Не сейчас. Он удерживал его руки с оружием на расстоянии и пытался пнуть. Повернув голову, он увидел лестницу в стене, ведущую наверх. Он был так близко.
"Мой Хозяин предупреждал меня об этом. Он сказал, что ты попробуешь смутить меня словами." Бай-о-ралл начал прижиматься к Реддейну.
Нажми сюда, чтобы узнать второй вариант концовки.
"Я не пытаюсь смутить тебя, Бай-о-ралл. Я говорю тебе правду." Реддейн почувствовал, что Бай-о-ралл колебался. Это маленькое колебание и нужно было ему. "Извини." В этот момент он из всех сил ударил ногой в живот Бай-о-ралла. Чувствуя, что захват его ослабляется, он освободился и побежал к лестнице, надеясь, что не травмировал своего друга слишком сильно. Он побежал вверх по лестнице. Он должен был достигнуть комнаты Равина, и он должен был это сделать как можно быстрее. Он просто надеялся, что он окажется там один.
Бай-о-ралл ругался. Он позволил Реддейну бежать. Его Хозяин не будет доволен. Он встал на ноги. Реддейн давно ушел, он просто надеялся, что еще сможет по следу найти его. Бай-о-ралл преследовал его по лестнице и пересек кухню. Ему нужно было поспать, перед тем как схватить его. Он хотел словить Реддейна до периода сна, но тот оказался слишком силен. Он должен быть более осторожным в следующий раз. Он не позволит странным словам человека подействовать на него снова. Нюхая воздух, он нашел след и начал бежать. У него остался час.
Реддейн сдавленно закричал. Боль в ноге начала сокрушать его. Если он не найдет комнату Равина в ближайшее время, то упадет в обморок. Он пытался найти путь в этих коридорах на верхний этаж. Туннели были ужасающе тихими. Это нервировало. Царивший полумрак не помогал. Иногда ему показывались глазки, в которых он мог видеть комнаты и коридоры. Большинство комнат было пустыми, но в некоторых он видел людей, в основном одетых как Дорн, которые говорили и смеялись маленькими группками. Он не тревожил их, стараясь быть незамеченным.
Реддейн повернул за угол, и тут до него донеслись голоса. Он на цыпочках прошел вперед, стараясь не дышать. Один низкий и музыкальный он не узнал. Второй был голосом Равина. Он осторожно пошел на голос, стук сердца отдавал в его ушах. Воздух был здесь душным, тоннели не использовались годами. Реддейн надеялся, что это правда. Он начал улавливать их слова. Они обсуждали продовольствие. Реддейну показалось, что они упоминали об опускающихся акциях. Завернув за угол, он увидел свет, идущий из глазка. Он привильнул к нему.
Внутри комнаты дверь только что закрылась. Равин сидел на своем троне и осматривал кучу газет. Он был нахмурен. Дорн стоял на своем посту перед дверями. Реддейн задался вопросом, уходит ли он когда либо. Он молился, что уходит, иначе его планы бы провалились. Нужно было как-то его отвлечь.
В этот момент двери резко распахнулись и толкнули Дорна так, что он оказался на земле. Вбежал Бай-о-ралл и бросился к ногам Равина. "Простите за мое вторжение, Хозяин," задыхаясь промолвил он.
Равин встал, его лицо было гневно бледное. "Да как ты смеешь врываться ко мне без стука!"
Бай-о-ралл задрожал. "Простите, Хозяин. Я преследовал Реддейна, и я нашел дырку в полу. Он провалился туда. Было слишком глубоко, чтобы спускаться. Я должен был идти в обход, и когда я нашел его, он был у выхода, но он опять ушел. Я следовал по его следу дальше." Бай-о-ралл остановился и, видя нетерпение в глазах Равина, выпалил - "Он здесь, Хозяин".
"Найти его!" Равин прошел мимо Бай-о-ралла, не обращая на него внимания. Он подошел к Дорну, который подымался с пола. "Почему ты не остановил его?"
Дорн опустил глаза, его лицо стало волнующимся. "Простите мне, сер. Я не слышал его со времени, как закрылись двери. У меня не было времени среагировать прежде, чем дверь ударила меня. Я прошу прощения, сер."
"Я очень разочарован в тебе, Дорн. Если бы твой брат был здесь, это никогда бы не случилось. Он всегда стоил тебя двух." Равин отвернулся от Дорна, его лицо скрылось от Реддейна. "Ты не можешь выполнять работу двоих людей. Либо ты получишь напарника, либо ты никогда не будешь охранять меня опять!"
Реддейн услышал, что Дорн засопел, увидел, что он вытер свои глаза, как будто вытер слезы. Он жалел его.
Равин повернулся к Дорну. "Теперь что!?"
Дорн колебался. "Ничего, сер. Просто... Когда вы упомянули моего брата...Я знал, что должен заменить его, сер. Просто, я скучаю за ним, сер. Я знаю, что он... был... лучше чем я, сер. Я следил за одним человеком, сер. Его зовут Грег, сер. Я приведу его с собой, сер. Я просто... Простите меня, сер." Дорн наклонился к земле. Его слезы закапали на голый пол. Его плечи вздрагивались, как когда тихо плачут. "Простите мне, сер", прошептал он.
Равин вздохнул. Он положил руку на Дорна и медленно погладил. "Я тот, кто должен сожалеть. Дорн. Я не хотел расстроить тебя. Если ты не готов показать замену, я пойму. Ты и твой брат были близкими."
"Я приведу его на следующей смене, сер." Дорн вытер рукой лицо. "Я не подведу вас опять, сер."
Равин кивнул головой. "Ты выглядишь устало. Иди немного поспи."
"Сейчас еще моя очередь стоять на охране, сер."
"Иди, Дорн. Через тридцать мину придет твоя замена. Ты мне не понадобишься."
"Если вы в этом уверены, сер." Дорн изобразил улыбку и повернулся, чтобы идти. Равин посмотрел на него, затем подошел к столу, который принесли в комнату. Казалось, он изучал что-то.
Реддейн радовался. Он не мог поверить в свою удачу. Равин без защиты. Реддейн взглянул на Бай-о-ралла. Тот стоял у противоположной стены, изучая гобелены. Дорога к Равину была свободна. Глубоко вздохнув, Реддейн отошел от глазка. Он почувствовал, что в стене была дверь. Он начал пальцами обследовать ее и нашел небольшое отверстие. Он понял, что это механизм открытия и нажал на него пальцем. Реддейн услышал щелчок, и кусок стены слегка двинулся вперед.
Он посмотрел в глазок и заметил, что Равин не двинулся, а Бай-о-ралл уставился на картину за троном. Сняв рубиновый амулет с шеи, Реддейн молился, что его план сработает. Он понял, что надписи на коже о цветах были о амулетах. Если один дает силу, а другой - забирает, то если их соединить, что они отменят работу друг друга, уничтожат все, что каждый амулет сделал. У него был только один шанс - проверить.
Реддейн несколько раз глубоко вздохнул, чтобы успокоить свои нервы. Он сбросил мешок со своего плеча. Последний раз убедившись, что Бай-о-ралл не был на пути, он дернул открытую дверь. Он увидел, что Бай-о-ралл повернулся, увидел его и закричал. Это уже не имело значения, у него была одна цель. Реддейн бежал к Равину. Равин повернулся к нему. Время замедлилось. Реддейн ничего не слышал, он прыгнул на Равина. Прыжок, казалось, длился вечность. Он вытянул руки. Амулет заблестел на свете. Рука Равина поднялась, чтобы блокировать выпад. Реддейн силой сорвал тонкую цепочку с головы Равина.
Запечатляются следующие картины. Реддейн тяжело падает на пол. Перед ним пронзительно кричит Равин, держась руками за голову. Около трона Бай-о-ралл сжимает свою голову. Реддейн едва смог словить его, когда ототпадает без сознания. Открываются двери, и влетает Дорн, обнажая меч. Он бежит к Равину, который стоит на коленях. Равин прекращает кричать, но его лицо все еще искажено болью. Дорн бежит к Реддейну, махая мечом. Его лицо желтое от злости. "Ты заплатишь за это!"
"Нет, Дорн." Равин поднял дрожащую руку. "Это конец. Положи свой меч." Дорн посмотрел на своего Лорда. Он некоторое время стоял, не решаясь. Наконец, его руки опустились, меч выпал из рук. "Теперь помоги мне сесть." Равин облокотился на Дорна. Прислоняясь к большому человеку, он прошел маленькое расстояние устало размышляя. "Теперь найди остальных телохранителей и охранников и обеспечь каждому хорошую комнату и питание, это касается и тех в клетках на стенах."
"Но..."
"Делай это, Дорн. Я все объясню утром."
Реддейн смотрел, как Дорн натянуто поклонился и ушел, его походка показывала гнев. Он почувствовал, как облегчение наполнило его, он не мог остановить большого человека от бега от себя.
Равин повернулся к Реддейну. Его глаза выглядели другими. Там была усталость, которой раньше никогда не было, и странное беспокойство, и все было затемнено болью. "За красным гобеленом дверь, которая ведет в мою спальню. Ты найдешь две постели. Одна моя, вторая для телохранителя. Ты должен поспать сегодня. Ты должен был устать."
Реддейн благодарно кивнул. Равин был прав. Объяснения могут подождать до завтра. Утро вечера мудренее.
Реддейн сидел и протирал свои глаза, зевая. Он положил Бай-о-ралла на постель Равина и проверил, удобно ли на ней лежать, застелена ли она. Он заснул, как только его голова опустилась на подушку. Он не хотел вставать с нее, он была такая мягкая и нежная, комната - тепла. Но его ноги затекли, и нужно было перевернуться. "Бай-о-ралл?" Нет ответа. "Бай-о-ралл." Тишина. Посмотрев на соседнюю постель, он увидел, что она пуста. Тогда он выскользнул из-под одеял и вышел через открытую дверь. Когда он вошел в тронную, то у него вырвался вздох облегчения.
Сюда был принесен круглый стол. Он был заставлен едой. Здесь были яйца и бекон, яблоки, хлеб, свежие орехи и другое. Бай-о-ралл сидел за столом и запихивался всем этим. Он кивнул своему компаньону, когда тот зашел. Маленький тощий человек сидел рядом с ним. Его лицо казалось знакомым. Реддейн предположил, что он был только на несколько лет моложе него. Дорн стоял на страже, с ним стоял маленький сосед.
Реддейн взял стул и сел напротив худого человека. "Равин?"
Человек кивнул. Он выглядел уставшим. "Присоединяйтесь. Еда хорошая." Реддейн не собирался не подчиняться. Он взял ломоть хлеба и начал есть его. Он чувствовал, что Дорн смотрит на него. Равин наклонился, держа свою голову в руках. "Как ты узнал, что нужно делать с амулетом?"
Реддейн пожал плечами. "Удачное предположение." Он смотрел, как ест Равин. Он не мог поверить, что он такой маленький. "Что случилось с вами?"
"Это сложно передать. Я нашел изумруд, когда мне было двадцать три. После чтения надписи моя жадность заставила меня надеть зеленый амулет. Это...изменило меня. Я стал злым. Я начал обращаться с людьми как с собаками, не беспокоясь ни о ком, кроме как о себе. Я нанимал людей подобно Дорну, чтобы защитить себя, потому что многие люди хотели меня убить. Я узнал, что могу манипулировать людьми, управлять их разумом. Я начал превращать моих слуг в животных. Сначала мне это не сильно нравилось, но потом я нашел в этом удовольствие. Я начал наслаждаться этим, делая из этого игру. Скоро я не мог остановить себя. Я носил эту вещь семьдесят два года. Чем больше я использывал силу, тем злее я становился. Я знал, что единственный способ остановить это - найти второй амулет, поэтому я посылал людей на поиски. Время изменило мои цели. Это стало игрой. Когда ты вырвал тот амулет с моей шеи, сила исчезла. Я стал собой опять. Я не буду вредить тебе."
Реддейн доел свой хлеб. "Как ты себя чувствуешь, Бай-о-ралл?"
"Я в порядке." Бай-о-ралл усмехнулся. "Я чувствую себя немного по идиотски, преследовав тебя как вор. Я прошу прощения, Реддейн."
"У тебя не было выбора." Реддейн почистил одно из круто сваренных яиц и направил его себе в рот.
"Спасибо, что пришел за мной."
"Я не мог отказаться от тебя, Бай-о-ралл." Реддейн вытер свой рот. "Куда думаешь, мы пойдем дальше?"
Бай-о-ралл усмехнулся. "Я думаю, что с тебя достаточно путешествий до конца жизни."
"С меня?. Никогда. Кроме того, я должен бармену деньги."
"Я обеспечу вас запасами и деньгами, когда вы будете уходить. Это наименьшее, что я могу сделать." Равин встал, слегка качаясь. "Я попрошу только одно." Он повернулся к Дорну. "Возьмите его с собой."
Дорн побледнел. "Сер? Я не хочу уходить."
"Пришло время прекратить притворяться, Дорн. Я знаю, что ты чувствуешь, служа мне. Ты был здесь из-за своего брата. Ты следовал за ним всегда. Тебе больше не надо оставаться здесь."
"Как?"
"Пищевики рассказали мне о твоих маленьких визитах к тем, кого я наказывал. Я знал, что ты всегда получал больше еды, чем надо было. Почему ты думаешь, я тебя частенько наказывал. Потому что, если бы не это, ты бы убежал. Теперь ты можешь уходить, Дорн."
"Спасибо, сер." Дорн снял свой шлем. "Я буду счастлив идя с ними."
Глаза Реддейна широко раскрылись. "Я думал, что ты хочешь убить меня, так как я убил твоего брата."
Дорн присел на пол. "Я долго думал об этом. Я вижу, что у тебя не было иного выхода. Было бы интересно путешествовать с тобой."
"Возражения есть, Бай-о-ралл?"
"Нет." Бай-о-ралл всадил свои зубы с сочное яблоко.
Реддейн усмехнулся. "Вот черт, у нас теперь есть отличная история для рассказов." Реддейн начал уминать еду, он нормально не ел уже неделю. Через несколько часов в замке произошли небольшие изменения.
ВТОРОЙ ВАРИАНТ КОНЦОВКИ
Бай-о-ралл схватил веревку и начал связывать лодыжки Реддейна. Не обращая внимания на борьбу Реддейна, он связал его. Убедившись, что заключенный не убежит, Бай-о-ралл лег и заснул.
Бай-о-ралл постучал в дверь хозяина. Она открылась и Бай-о-ралл втащил все еще брыкающегося Реддейна в тронную комнату. Передав заключенного Дорну, Бай-о-ралл бросился в ноги своему Хозяину.
Равин наклонился вперед и поласкал по голове того, которому дал имя Пайта. Его глаза не покидали Реддейна. "Ты хорошо поработал, маленький Пайта. Ты действительно хорошо поработал. Я удостоверюсь, что ты будешь вознагражден. Ты, должно быть голоден. Возьми это и отнеси своему пищевику," Равин дал ему маленький символ, "и поешь."
Раин повернулся к Реддейну. "Мне понравилось наблюдать за тобой. Я нашел твой поиск довольно...забавным." Равин наклонился и снял с шеи Реддейна амулет. "Но сейчас, я боюсь, что твоя охота закончилась." Равин нагнулся и поставил руку на голову Реддейна. Нападение началось.
Часом позже Реддейн был засунут в крошечную клетку на каменной стене. Только его имя было не Реддейн, его звали Лаирн. И все, что он знал, так это то, что он был очень, очень плохим.
**********************************************
Ночь Смерти
Часть 1Кольцо Игрока
Автор: Алексей Тёмный a.k.a. NuwXP
Я не любитель рассказывать о себе... Вдруг вы окажитесь переодетым стражником и сдадите меня при первой же возможности. А? Нет. Не надо бить себя в грудь и давать на отсечения руки. Я пойму ваш жалкий соблазн, особенно когда вы узнаете, скОлько обещал шериф за мою буйну головушку, за мои золотые ручки и быстрые ножки. Десять тыщь червонными - ну как не дурно?
Но всё же я ни какая-нибудь там тень, чтобы обходиться без имени. Я Гаррет и скажу откровенно не очень рад нашему знакомству. Вы должны знать лишь одно - я вор. Я классный вор и, поэтому не боюсь последствий откровения. Но оговорюсь заранее, я отказываюсь от каждого слово произнесённого тут.
Своровать кошелёк, бутылку и другое барахло - это не ко мне. Я занимаюсь более серьезными делами связанные с бесценными реликвиями, артефактами и ОЧЕНЬ дорогими украшениями.
Мы - профессионалы подобные дела называем Заказами. И получаем их не от разных проходимцев в базарный день на площади, а от надёжных проверенных людей, которые быстрее удавятся, чем испортят свою репутацию хороших наводчиков.
Однажды, в серый, промозглый и зверски холодный вечер, я чуть не получил последний в своей жизни Заказ. Произошло это так.
Человек, носивший кодовое имя Флут припёрся к моей двери и забарабанил в неё что есть силы. После нудной проверки на предмет - кто там. Первое что я сказал ему, это было слово - идиот! Взволнованный гость совершенно не заметил "тёплое" приветствие, а сразу спросил:
- Ты Гаррет?- Нет - Баррет, - усмехнувшись, съязвил я, разминая затёкшие плечи. Этот тип, закодированный под кличку Флут, притащился не вовремя. Сегодня я славно погулял в таверне "Тёмная Пинта" и глаза просто слипались. Я считал, что самой великой вежливостью со стороны Флута это было уйти отсюда. Но он, похоже, думал иначе.- Не надо отбрыкиваться Гаррет я знаю, что это ты. Свои шутки оставь для других, а меня лучше послушай.
Так значит, чёртов гостюшка ещё и напыщенный павлин. Таких прибить никогда не жалко.
- Гаррет, ты известный вор в нашем городе, ты спас мир от Древесного Лорда, ты спас мир от "Железного" Карраса, моя просьба покажется развлечением для такого мастера как ты.- Ну, чего ещё Флут опять пришёл денег просить да? Ты ведь знаешь, что осенью я Заказы не принимаю. Хорошо слышишь? Не при-ни-ма-ю.- О Гаррет, ты не знаешь, от чего отмахиваешься, за него отсыпят гору золота...- Как всегда натягиваешь Флут? Я тебе всё сказал и точка, дверь за твоей спиной- Ох, Гаррет-Гаррет, ты даже себе представить не можешь, ЧТО может мой хозяин...- Ха! Флут, парень, ну ты даёшь, уже успел хозяина завести! Правильно в нашем волчьем мире так и надо - у кого деньги тот и диктует законы.- Ага-ага рад, что поддерживаешь, - закивал облегченно наводчик, радуясь, что я ничего не понял. Он ошибался. Он жестоко ошибался. И поплатился за это. Короткий выпад, полуразворот и красное от прилившей крови лицо гостя оказалось у меня в захвате. Флут пыхтел. Флут отдувался и только хрипел, пытаясь жирными пальчиками ослабить замок из моих рук. Убивать я его не собирался, так, немного проучить.- Запомни продажная крыса, я не боюсь твоих хозяев, если мне вздумается, я обворую их до нитки.
Моя жертва запыхтела пуще прежнего, ему явно не хватало кислорода. Пришлось ослабить хватку и разжать пальцы. Завертевшись как змея, он попытался освободиться и я не стал препятствовать. Отдышавшись, Флут ненавидящим взглядом посмотрел на меня и прохрипел:
- Мой хозяин предвидел такой ответ и разработал второй вариант дела.- Не понял, - с угрозой в голосе сказал я, думая, куда же спрятать труп, если вдруг что-нибудь с ним случиться.- Да-а-а Гаррет я и не знал что ты такой тупой. А ещё вором-профи зовешься. У настоящего профессионала никого нет за душой, а у тебя столько друзей!
Я оторопел - красная наглая морда откровенно издевалась надо мной.
- Ложь! - крикнул я, замахиваясь для смачного удара, - у меня нет никого за душой и друзей нет...
Бац! Красное лицо переместилось в район пола. И стало ещё краснее от крови. Флут неожиданно прытко вскочил и ткнул меня в солнечной сплетение. Затем он распахнул дверь и выскочил на улицу, я думал, что теперь только пятки сверкать будут, ан нет.
Посланник обернулся, изобразив на окровавленном лице злорадную улыбочку.
- А как же Игроки - разве они не твои друзья а? Мне кажется даже больше, без них ты не сможешь существовать! Ха-ха-ха. - залился он истеричным смехом отходя на приличное расстояние. Ему оставалось сделать несколько шагов, чтобы скрыться в серой мгле вечера. Брать лук не было смысла, всё равно успеет убежать...- Кстати! - прокричал Флут, - забыл отдать свой подарок, я же думал, что у нас будет по хорошему...
Не договорив, он взмахнул рукой и сильно швырнул кокой-то предмет. Ожидая, всё что угодно я упал на пол. В воздухе что-то прожужжало и воткнулось в дверь. Я поднял глаза и перевёл дух. Ножик. Обычный метательный ножик ничего сверхъестественного.
С улицы докатился торжествующей смех и удаляющийся топот ног. С огромным трудом удалось погасить желание догнать его. Может, Флут пришёл не один, может за углом второго дома прячется наёмный убийца с луком наперевес. Играть со смертью - опасная затея. Тем более с такой, которую не знаешь в лицо. Метательный нож ещё вибрировал в двери, зловеще напоминая, что это не последняя встреча. Плевать. В следующий раз я подготовлюсь.
Я долго ломал голову над словами посланника - "убрать" таинственных Игроков. Доверять брехне какого-то проходимца не стоило, но узнать, кого же мне зачислили в друзья очень хотелось. В моей большой и длинной практике по изъятию чужих богатств бывали случаи, когда заказчик начинал "гнать" - то есть пугать стражей и наёмниками. Обычно они затыкались сразу после первого грабежа где-нибудь в тёмном уголке города. С этим всё вышло с точностью до наоборот, наглый тип не только хотел запугать меня, но и впоследствии убить. Первая попытка не увенчалась успехом - но радоваться ли? Может только, первый блин вышел комом и в следующий раз ему повезёт больше.
Лишь единственный человек в городе мог разъяснить сложившуюся ситуацию. И посоветовать, что предпринимать дальше. Я не стал долго задерживаться в убежище и на следующее утро отправился к нему в гости. Мой друг и мой учитель одновременно, жил в самом центре мегаполиса - в библиотеки. Много лет назад он занимался профессиональным воровством и был не последним в лестнице мастеров. Но потом став старичком остепенился и устроился библиотекарем. На следующий день, прихватив с собой трофейный нож, я отправился в нему в гости. Мне предстояло поделиться с учителем событиями прошлой ночи и узнать, где можно найти Флута.
- О-о-о Гаррет! Какими ветрами тебя принесло! Неужели ученик вспомнил старого учителя? - закричал он, увидев меня на пороге здания мудрости. Естественно я навещал его логово, старый прохиндей лишь прикидывался брошенным.- Рад видеть Торн! Как идут дела? Моль ещё не съела тебя вместо старых книг?- Гаррет, Гаррет, - наигранно строго покачал головой Торн. - Стража выбила все мозги из твоей тыквы... Пора знать детские истины - моль не ест бумагу.- Полно Торн опять за нравоучение взялся, - поморщился я, с интересом разглядывая перстень на его руке. - Откуда такая красота?- Ты про что?- Про перстень, конечно же, а чего ты подумал? Про причёску что ль?- Ах о перстне... Неправда ли он замечателен? Смотри, как играет камень на солнце! А какие грани! Даже гномы не смогут сделать лучше.- Но всё же? Ты ушёл от прямого ответа.
Торн почесал макушку и расплылся в улыбке:
- Старый друг... Гм... Подарил. Я ему оказал услугу вот и получил в подарок кольцо.- Старый друг говоришь, небось, со смазливым личиком и в длиннополом платье? - ухмыльнулся я.- Да как ты мог! Такое подумать! Чтобы я-я-я! - возмутился Торн. - Да будет тебе известно, друг не носит платьев. Гм. Вот... Она предпочитает мужское бельё.
Несколько мгновений Торн стоял красный как рак, но потом взял себя в руки.
- Какое тебе дело про это кольцо Гаррет! Эта моя личная жизнь. - Без злости сказал он, освобождая дверной проём.- Всё, всё сдаюсь, ну перегнул я с вопросами, перегнул, - примирительно вскинув руки, ответил я. - У меня к тебе дело есть...- Как же, - хмыкнул Торн, - Я бы удивился, приди ты просто так. Какие проблемы? Планы нужны или другая информация?- Другая.- Понятно.- Чего понятно?- Уф... Гаррет без обид но ты нудный парень... Даже очень.- Какой есть, - обиделся я и прошёл в библиотеку.
Сотни фолиантов, сотни манускриптов смотрели на нас с полок. Знания тысяч людей запечатленные во времени и в пространстве пылились тут. Заросшие паутиной стеллажи мрачно наблюдали за гостями, прекрасно понимая, что никто, не подойдёт к ним, ещё как минимум полсотни лет. Торн повёл меня вглубь книжного мира, попутно рассказывая, откуда и когда появились та или иная книга.
- А эти шкафы, привезли из Кахтара, таким образом, тамошний царек отблагодарил нас за помощь в резне под Эхлером. Помнишь, сколько наших полегло там? В-о-от. Нет, чтоб золотишка подкинуть или лошадок степных пригнать они нам бумаги прислали! Я б за это войной пошёл! Козлы - одним словом. - Мой учитель сплюнул под ноги и осветил фонарём следующие стеллажи. - А с этими книженциями нужно быть осторожным их сочинили маги "Белого Тумана" а они славятся жуткими заклинаниями и страшными проклятиями. У меня однажды интересный случай приключился: пришли ко мне два ученика, значит, из "Ордена Света" и попросили показать книги туманников. Я, разумеется, предупредил их, но они остались стоять на своём. Привёл, посадил, указал какие полки и пошёл немного вздремнуть. Представляешь, что я увидел через два часа? По моей библиотеки разгуливает парочка розовых поросят, и ругаются как последние отщепенцы. Оказывается маги-недоучки, начитавшись заклинаний, решили их применить в деле и наколдовать себе жратвы...- И что с ними потом стало?- Да... Что может стать с молодыми, упитанными, поросятками...- Неужели того?!- За кого ты меня принимаешь?! - возмутился Торн как-то странно поглаживая живот, - я их продал в цирк за очень прили... символическое вознаграждение, не каждый день встречаешь говорящих свиней.
Улыбнувшись чему-то своему, Торн указал на дверь:
- Заходи Гаррет гостем будешь.
Я, по давней традиции, поклонился и вошёл первым. За мной последовал хозяин. Комната Торна представляла собой медвежью берлогу, если закрыть глаза и шагнуть в нее, то можно запросто переломать ноги. Ужас! До чего доводит холостяцкая жизнь. Учитель, явно угадав мои мысли, небрежно плюхнулся в кресло и ухмыльнулся.
- Садись. Чего смотришь?- Куда? - недоумённо протянул я, глядя как с потолка, спускается паучок.- Да хоть сюда. - Торн указал на кучу старого хлама.
Кое-как, примостившись, в этом... свинарнике - я рассказал события последних дней. Собеседник слушал внимательно, изредка вставляя вопросы. В конце-концов, я выложил ему произошедшее накануне, добавляя к сказанному метательный клинок.
- Игрок, игрок... - медленно, словно что-то вспоминая, проговорил Торн. - Нет Гаррет, ничем не могу помочь. Впервые слышу об этих людях, а такое странное названия вообще не встречал. Уверен, Флут блефовал и хотел сгрести себе весь куш. Он однажды приходил сюда...- Зачем?- ...Он приходил сюда ночью, нелегально, искал что-то в стеллажах магии. Представляешь, как удивилась его рожа, услышав - бу - моего арбалета. А как бежал то...- Ты не знаешь, что он искал? - спросил я, вернув на землю Торна.- Нет Гаррет. Узнать, что спёрли из восьмидесяти семи тысяч книг магии, невозможно. На это понадобиться жизней пять не меньше.- Эх, Торн. Совсем растерял нюх.- Гаррет ты хочешь меня обидеть? - очень серьёзно спросил он. - Думаешь, у старого приятеля нет ничего за душой?- Ничего я не думаю, само вырвалось...- Тебе нужен Флут? Я знаю, где его можно найти. Только теперь врятли скажу.- Ладно, Торн, извини я не хотел обижать тебя, честно-четно.
Добродушный учитель как маленький обрадовался извинениям и засиял начищенным пятаком. Он с минуту важно молчал, делая вид, что разглядывает оружие, которое чуть не пригвоздило меня вчера. А потом тихо сказал:
- Гаррет, я точно не знаю, где обитает Флут. После случая с книгами он перестал заходить сюда, наверное, боится, что я его - того - сам понимаешь. Но один человек рассказывал о месте, где собираются все наводчики города. Это место представляет собой трактир, в котором мы раньше практиковались.- "Старая Мельница"?
Торн кивнул и как-то странно посмотрел на меня.
- Временна, изменились Гаррет. У "Старой Мельнице" появился хозяин - понимаешь - другой хозяин. Он основал притон наводчиков. Он следит за выполнением договоров. И он убирает не подчиняющихся. Я бы не советовал тебе туда соваться, неприятностей только огребёшь.- Я так и знал! Всегда когда у меня сложное предприятие ты начинаешь отговаривать - не ходи, не суйся, опасно. Всё проехали, пройденная тема. Я смогу постоять за себя.
Торн лишь грустно покачал головой. Он не разделял моих взглядов, и поэтому мы всё время спорили, делая из мухи слона. Вот и сейчас я пресёк на корню все разговоры на тему - не получиться, не ходи, убьют, хоть он и начал распаляться. Жалко учитель не знает кто такой Игрок. Неизвестность самое опасное оружие врага. Появляется ощущение, что у тебя завязаны глаза и любой бродяга может пырнуть ножом, не боясь остаться безнаказанным. Но пока есть время я, пожалуй, наведаюсь в "Старую Мельницу".
Идти предстояло вечером, днём был большой риск нарваться на полицию. А садится в тюрьму, я не собирался. Так что лучше подождать.
И вот время настало. Утомлённое солнце закатилось за горы. Улочки постепенно затихли, и жизнь города переместилась в дома. Стража пока не появлялась на улицах: дневные сдавали дежурным отчет, а ночные выжидали начало положенного срока. Слуги закона дулись в кости, изредка косясь на дверь. Они понимали - войди, сейчас шериф и им сильно не поздоровиться за такую расхлябанность.
Дневной свет поблек и превратился в вечернюю прохладу. Мир преображался, уступая место новым жителям. Жителям ночи. Только мы могли без опаски передвигаться по новому миру. Только мы могли позариться на чужое богатство, и мы могли забрать его. Простые жители в страхе убегали от нас, стражники наоборот - ловили. Правда, не всегда...
До трактира я добрался без приключений. У входа, как и у всех подобного рода заведений, висели факелы. А дверь была не плотно закрыта. Не став задерживаться у входа, я шагнул внутрь. Вечер только начинался, но в трактире повсюду уже клубился табачный дым. Люди с очень подозрительной внешностью, громко шепчась, сидели за столами. На секунду они оторвались от разговоров и оглядели нового гостя. Правда, мне никто не предал значения, и снова принялись за свои дела. Народу было так много, что я сразу и не заметил, кто сидел у стены. А посмотреть было на кого. Грубый стол весь заставленный грязной посудой и бутылками содрогался от удара кулаков. Это стражники в тёмно-синих мундирах играли в кости. Они отдыхали после дежурства, и зашли расслабиться в мельницу. Солдаты бросили игру и уставились на меня. Я попятился к двери и остановился. Бежать? Если они меня знают, то конечно. А если нет? Если не знают тогда идти и брать себе пиво? Стража, не сводя с меня глаз, зашепталась.
- Хаз смотри это вроде тот парень, которого разыскивает шериф.- Да ладно тебе Гро не он это. У того рожа зверя и глаза в темноте светятся.- Не ври Хаз. Нет таких людей у которого глаза светятся, насчёт рожи не знаю...- Вот не знаешь и молчи.- Тебе просто связываться не охота с тем типом.- Мне?- Тебе.- А ну ка... дай сюда меч.
Один из стражников поднялся и подошёл к моему столику. Он заметно покачивался и икал на каждом шагу. Я незаметно достал нож и прикинулся скучающим.
- Мо-ж-жно узнать твоё имя? - спросил стражник, обдав меня перегаром.- Лорд Гервайзиус, - соврал я, отстраняясь в сторону. - А как твоё имя?
Солдат тупо посмотрел куда-то выше моей головы и попытался вытянуться.
- Хаз сын Нора сэр.- Садись к своим Хаз сын Нора и не смотри в мою сторону, я пришёл не официально. Если кто-нибудь из твоих товарищей будет мне мешать, придётся обратиться к Труарту.- Хорошо, ясно, всё понял.- Иди.
Вот так я отшил настырную, но злоупотребляющую стражу. Всё-таки приятно почувствовать себя важной шишкой. Приятно наорать на солдат и тем самым избавиться от нарастающей опасности. Истину говорил Торн - если в "Старую Мельницу" стала заглядывать полиция то, значит, изменились времена и не в лучшую сторону. Эх.
Подбежавшая служанка, получив от меня три медяка, унеслась за пивом. Около двери на кухню встал здоровенный амбал. Он сосредоточено что-то жевал и переминался с ноги на ногу. Его взгляд обежал посетителей и задержался на моём углу. Сдаётся, он неспроста тут появился... Служанка принесла пиво и осведомилась - ничего ли мне не нужно. Я отослал её. А сам приготовился ждать. Что-то же должно навести на Флута. Какое-нибудь слово или фраза.
Веселье разгоралось равномерно с употреблением спиртного. Посетители взялись играть в карты на раздевания с особами лёгкого поведения. Игра продвигалась с переменным успехом. Это страшно развлекало людей. Ну и что душой кривить - меня тоже.
Карточная игра снова вернула меня к Игрокам. Неведомые друзья беспокоили меня как разболевшийся зуб. Что-то в этом было такое, что не отпускало, волновало душу, заставляло думать и думать. Почему они не выходили из головы? Почему я так настырно искал решения и ответов. Может правду, сказал наводчик, и они играют немаловажную роль? Меня окружала чернота тайны.
В общем, веселье я не сразу заметил, как распахнулась входная дверь. На пороге стоял мой хоро-о-оший знакомый - вы думаете кто? Флут собственной персоной. Наглая ухмылка гуляла по его лицу. Он мою скромную персону, заметил сразу и совсем не удивился. А лишь пискляво заорал - приказывая позади шедшим солдатам схватить меня. Ах ты змей подколодный! Стукач! Газ трупоеда! Полицию привёл! Небось, думает, что я сдамся - ну уж нет! Ни знает он старину Гаррета. Ох, ни знает...
Мой славный старый друг - обоюдоострый меч порхнул в руки. Я вскочил, на ходу перевернув стол. Хороший, добротно сделанный табурет оказался в левой руке.
И через секунду он уже летел в ненавистную полицию. Описывать попадание не буду, всё равно в таком кумаре ничего толком не разобрал. Хотя крики боли и не лестные замечание касательно моей личности были. Знаете, почему я люблю нашу полицию? Нет, не за их, мягко сказать маленькую, скорость передвижения. А за непробиваемую тупость, которая проявляется всегда, когда они собираются взять преступника. Вот сейчас! Чего они там сгрудились а? Даже не интересно убегать. Хоть стой тут и дразни их. У меня возникла идейка, переросшая в такую фразу:
- Хаз сын Нора! Ты мне нужен!
Хаз - тот стражник, подходивший полчаса назад. Не замедлил появиться. Его шатало как маятник в часах Торна. Он икал, рыгал и ругался в чью-то сторону. Видимо на трактирщика, отказавшегося наливать. Меня передёрнуло от отвращения. Та-а-ак набраться - будто завтра конец света наступит.
Хаз подплыл ко мне на винных парах и остановился в полуметре. Он даже не поинтересовался - зачем его позвали, просто таращился и всё.
- Я - лорд Гервайзиус - даю тебе золотую монету, - с этими словами я протянул кругляш, - твоя задача задержать подлых убийц переодевшихся в форму полиции. Бери своих друзей и покажи им - кто тут главный. Ваша помощь станет, известна Труарту лично от меня. Действуй!
Последние слова я выкрикивал, убегая на кухню. Амбал услышав моё имя посторонился. Надо признать Хаз хоть и пьян, а скумекал что к чему. Выхватив меч, которым чуть не поранил служанку, он заревел:
- Убью подонков! Гро! Тиз! Вороб! Чего сидите? Отрывайте задницы от стульев, берите мечи. Не видите? Нас хотят оклеветать в глазах народа!
Дружки вскочили как ужаленные и не стали разбираться в чём их собственно оклеветали. Они тиграми... Пьяными... Набросились на врага. И Тьма с этим, что кричал Флут - его никто не слушал.
Разгорелся бой. Стража, которая ещё днём патрулировала город, нажимала на коллег. Они вошли в раж, они закусили удила, и не обращала внимания на мелкие царапины. Особенно выделялся некий Хаз сын Нора. Его не только подогревал алкоголь, но и большой, тяжелый кругляшек, лежавший в мошне. Конвейерный меч, которым оснащались поголовно все слуги Закона, порхал в его мощных руках как сухая былинка. Техника была не очень умелой, но действовала безотказно. Особенно Хазу нравился короткий выпад, нырок и укол в живот. У него это классно выходило. Собравшийся в "Старой Мельнице" мирный люд сначала как-то приумолк, наблюдая с нарастающим интересом за исходом схватки. Можно было гарантировать, что завтра каждый метр улиц будет говорить о потасовке в мельнице. Клинки звучали как музыкальные инструменты, они кружились и танцевали в красивом смертном танце. Они зло кусали - руки, плечи, животы, но продолжали танцевать и петь песнь смерти. Прошло минут двадцать с момента начала представления, участников осталось человек шесть. Самые крепкие, самые выносливые, самые умелые. Былого молчания в трактире больше не наблюдалось. Гвалт, грохот, подзадоривавший рёв толпы. Страсти накалены до предела, казалось ещё чуток, и они сами примутся тузить друг друга. Конечно, как тут не волноваться когда ставки подскочили, чуть ли не до небес.
Выскочив по чёрному ходу на задний двор, я угодил в распростертые объятья полиции. Мне заломили руки и треснули по башке чем-то тяжёлым. Дальше была тьма...
Вот таким образом как я не старался избегать туповатых полицейских, меня поймали. Не спасло даже умение прятаться в темноте. Не спасло даже оружие и специальное снаряжение. Всё это у меня наглым образом отобрали и врятли теперь вернут.
Я не удивился когда очнувшись обнаружил что сижу за решёткой... В темнице сырой...Эх... Сломленный неволей орёл молодой. Темница была правда очень сырой. Это чувствуется, особенно когда сидишь в нижнем белье. Постепенно я вспомнил события прошлой ночи и ужаснулся. Раньше я только по собственной воле приходил в тюрьму, так сказать навещал друзей и забирал с собой некие бумаги. А теперь и мне шериф Труарт выписал путёвку в санаторий строго режима. И, скорее всего путёвочка бессрочного пребывания...
Голова жутко болела, на макушке вылезла шишка. Служака, долбанувший меня, оказался добросовестным малым. Если бы чуток переборщил, летел бы бедный Гаррет к праотцам.
Камера, где мне предстояло гнить без суда и следствия, имела убогий вид. Крохотное оконце давало свежий приток воздуха. Стекла, разумеется, не имелось, зато была решётка. Её толстые прутья убили во мне последние мечты о побеге. Толстый прямоугольный щит из дерева служил тут кроватью. Он был накрепко прикован цепями к стене. И оторваться мог лет эдак через триста. Вместо одеял и перин - соломка. А за место подушки...Хм... Ладно проехали. Я огорчённо вздохнул и опустился на жёсткие нары. Мой взгляд медленно опустился вниз. Посередине камеры располагалось квадратное оконце. Мелькнула страшная догадка - неужели это туалет?
Наступил вечер. Шумный город затихал и отправлялся на боковую. Всю информацию о внешнем мире я получал через окно. Смех и говор довольных судьбою людей угнетал меня, заставляя думать о другом пути жизни. Но не беспокойтесь: на сотню доводов бросить воровать, я нашёл триллион отговорок. Охрана видно забыла о маём существование. О еде пришлось забыть. Как и о питье тоже. Я поёжился. Всё-таки на дворе осень, и сидеть тут полураздетым несладко. Мне помогли мудрые наставления учителя - если холодно, то представь жару. Это правило не так, чтобы помогало, но всё же...
Когда на улице совсем стемнело, по коридору зазвучали шаги. Дверь со скрежетом открылась, и к моим апартаментам пожаловал Флут. На его лице играла довольная улыбочка, а глазки маслянисто блестели. У пояса, привязанные ремешком, позвякивали ключи, а на правой руке был одет перстень. Он пришёл не один. За ним шли двое охранников и несли мою одежду.
- Ну, вот Гаррет мы и встретились снова. Позавчера я был у тебя, а теперь уже и ты пожаловал в гости. Странный ты человек Гаррет. Нет, чтоб сразу договориться как нормальные люди. Обязательно тебе нужно приключения на свою...- Я ни раб своей профессии и не обязан бежать по первому требованию заказчика!- Друг мой! В твоём положение не следует разговаривать таким тоном. Будь сдержанней и может быть, ты выйдешь отсюда.- Если я выйду, то первым делом снесу маленькую, хлипкую, набитой дерьмом головенку некоего Флута. Ты не знаешь такого?
Видно было, как мои слова задели его. Он побагровел и подошёл к самым прутьям. Я подскочил к решётке, намереваясь схватить его тщедушную цыплячью шейку. И не заметил, как Флут выделывает какие-то пассы кистями рук. Магическая сила, пахнувшая могильным холодом, отбросила меня к дальней стене. В глазах потемнело. В груди поселилась нарастающая боль. Сердце замедлило темп и устало откликалось на импульсы мозга. Руки и ноги отказались слушаться, превратившись в ненужные придатки. Сквозь рвущую на части боль долетел голос.
- Ты знаешь Гаррет, что тебя держит в этой жизни? - не дождавшись ответа, Флут продолжал, - лишь приказ хозяина. Я очень хочу отправить тебя во Тьму. Так хочу, что нет слов, это описать. Гаррет, ты уже умираешь. Только моя энергия держит тебя здесь. Если её ослабить - ты уйдёшь, если её прекратить - ты уйдешь. Вор! Твоя жизнь в моих руках и теперь я могу отдавать приказы. А ты их естественно выполнять.
Не знаю, что он сделал, но боль отступила, и сердце забилось ровней. Конечности оставались ватными, но это мало беспокоило меня. Я молча слушал мага "Белого Тумана", представляя в мозгу свою кровавую месть.
- Что ж Гаррет перейдём к главной части нашей встречи. Как я и говорил, тебе придётся выполнить Заказ хозяина - хочешь ты этого или нет. Твоя единственная и главная задача принести перстень Света, который составляет одну из частей четырёх стихий. Уверен, ты знаешь их...
Я медленно кивнул, сглатывая соленую слюну. Четыре стихии: Огонь, Вода, Воздух, Земля - когда-то помогли мне открыть запечатанный собор. Те времена, связанные с Глазом (и с моим тоже) канули в лету. Талисманы стихии пропали на запретной территории. Зомби ценят хорошие вещи и охраняют их как зеницу ока. Да и вообще складывалось впечатления, что стихии привлекали их в прямом смысле этого слова.
- ...перстень Света непросто драгоценная безделушка - это источник неиссякаемой энергии, которая может активировать талисманы. Но ладно это я отвлёкся - артефакт, интересующий нас, а теперь и тебя тоже, находиться в коллекции барона Глера проживающего в северной части города. Цель проста - пробраться, найти, украсть и принести в "Старую Мельницу". Там тебя встретят... Вот и всё.
Флут почесал нос и открыл замок решётки. Затем обернулся к охране:
- Отдайте Гаррету одежду, оружие и деньги - ты понял меня Нгоро - все... деньги.
Стражник державший одежду и оружие вошёл внутрь и бросил всё на пол. Потом второй - видно тот самый Нгоро - швырнул в тряпьё мой кошелёк. После этого оба встали у двери, дожидаться новых приказов.
У меня было желание, оружие, все, что надо, чтобы убить этого магического ублюдка. Не хватало - увы - лишь сил.
- Ах да Гаррет чуть не забыл! - ухмыльнулся маг, наблюдая за моими безуспешными попытками, дотянутся до оружия. - Если вздумаешь слинять или не выполнить Заказ то...- Флут поднял руку с перстнем и указал на него, - вот он! Умрёт!
Раздался странный треск, будто молния ударила в дерево, и я снова отключился. Теперь конечно не надолго. Когда я пришёл в сознание, то был уже дома. На том самом месте, где и началась вся эта проклятая заваруха.
**********************************************
Сомнамбула
Автор: Trinity
Вообще-то, сплю я редко. Ночью работаю, днём выхожу на какие-то неотложные дела. Сну остаётся какое-то ничтожно малое время, обрывки не занятого времени. Однако по роду своей профессии я не должен засыпать на ходу а посему приходится крутиться...
Сегодня я лежал, читал книгу. Читал что-то очень навороченное из библиотеки Хранителей, как вдруг почувствовал, что что-то тягостное и липкое наваливается на меня всей своей уродливо-огромной, тяжёлой, и в то же время неосязаемой массой. Не нормальный здоровый сон, а что-то болезненное, когда нет сил даже открыть глаза, если по привычке просыпаешься от незначительного шороха. Эти минуты - самое тягостное в моём состоянии. Я слышу всё. Я слышу всё, что происходит в той ночлежке, в которой я остановился, во всех её комнатах. Я слышу глухой стук молотков ремесленника, живущего на первом этаже, слышу тихие переговоры контрабандистов за стеной и понимаю их суть, любое событие дома не остаётся для меня незамеченным. Хороший слух - это прекрасно, нужно только научиться им управлять, отключать сознание так, чтобы не слышать, не понимать тайного значения незначительного хлопка на улице или угадывать людей по их походке, узнавать двери по их скрипу. Но иногда старые испытанные приёмы прекращают действовать, и тогда начинается ад. Ты слышишь все, даже то, что не хотел бы слышать и этот бесконечный поток информации доводит меня до такого состояния, когда я кричу: "О Боги! Сделайте меня глухим!" - но сегодня у меня не было сил даже открыть глаза, и я молча выносил эту пытку.
Набравшись сил, я решился дойти до умывальника и умыться холодной водой, быть может, тогда это наваждение пройдёт. Никто и никогда не поймёт, каких сил мне это стоило.
Холодная вода возымела своё действие. Спать уже не хотелось, зато заболела голова. Надо бы выпить бальзама, лечь и толком отдохнуть в эту ночь... Взгляд упал на кроваво-красную полосу, пробивающуюся из-под шторы. Так и есть. На Западе уже пылает своими ярко-красными воспалёнными краями рваная рана заката. "Ни в коем случае" - говорю я себе, потому что спать на закате нельзя.
Спустившись вниз, в небольшую таверну, я выпил чудодейственный напиток - кофе... Странно, столь привычное лекарство на сей раз не возымело никакого эффекта. И Я ПРОДОЛЖАЛ СЛЫШАТЬ. В голове по-прежнему бултыхалось, переливаясь, раскалённое олово. К горлу подступил тошнотворный ком и сердце забилось часто-часто. На следующий миг я уже летел в какую-то пропасть...
Когда я очнулся в своей постели, пытка продолжалась. Не считая того, что рядом со мной сидел врач. Терпеть не могу этих ничего не знающих коновалов, берущих только за осмотр примерно столько, сколько я зарабатываю за ночь.
- Ну, как вы себя чувствуете? - спросил он.- Отлично, - я хотел рявкнуть, но у меня не было сил, и поэтому голос мой прозвучал так, что я подтверждал своё отличное самочувствие.- Ну вот и хорошо, - сказал он, - счёт я пришлю вам на дом.
Тут же, не дожидаясь, пока я передумаю, врач скрылся. Теперь придётся снова кого-то грабить. Деньги улетают неизвестно куда, тем более что не за горами страшный день квартплаты.
Даже за этими мыслями меня преследовали звуки. Я пытался не думать о том, что этот шаркающий шаг принадлежит жене булочника, живущего в доме напротив, о том, что она пошла посплетничать к подруге-портнихе, о том, что контрабандисты опять прячут ценности в своём сейфе, поскольку у него немного скрипит дверца и так далее, но мысли преследовали меня. Я не мог, как раньше, отгородится от мира звуков стеной, как ни пытался. Это было невыносимо. Ощущение было такое, как будто стоишь в очень людном месте и слышишь гул голосов и другие звуки: шаги, кто-то плюёт, а кто-то кашляет и всё это сливается в одну-единственную мощную звуковую лавину...
Я встал и, шатаясь, подошёл к окну. Закат уже догорал, люди утихали, понемногу приходя в себя после дневной суматохи. Где-то на улице плакал ребёнок. Люди шли, предвкушая тихий вечер, один лишь я, поедаемый непрерывной злобой, трясся, как в лихорадке, и шептал "Ну почему, почему они все создают так много шума?!". В голову снова начали вкручивать шурупы, плюс ко всему у меня начался панический страх. Вспоминая всё, что я когда-либо сделал, я трясся и думал, что в этом тёмном углу, с нежно дрожащими, как желе, тенями, может притаиться кто-то. И этот кто-то очень хочет меня убить, как я, например, убил Рамиреса. Холодный пот стекал по спине и лицу, меня всё больше лихорадило. Каждый звук в ночной тишине порождал яростное желание: убить того, от кого столько шума. И в каждом углу мне чудилась злобно ощерившаяся тень зла, не имеющего очертаний, но от этого не менее грозная. Не помню как, но я заснул, но проснулся уже на следующий день, ещё более разбитый и сонный чем был вчера. Спать хотелось просто страшно, нервы напряжены, голова, казалось, была готова лопнуть, набитая до отказа ненужной информацией. Сон не принёс желаемого облегчения, наоборот, мне становилось всё хуже и хуже. Отрадным было только одно - страх прошёл.
И тут я впервые понял, что же со мной произошло. На правой руке, на запястье, где синие вены прячутся за тонким слоем кожи, было небольшое красное пятнышко, похожее на лёгкий ожог размером с самую мелкую медную монету.
Как во сне передо мной стали всплывать события того дня.
Вот я сажусь за стойку и, как обычно по утрам, беру кофе с бальзамом. Рядом со мной сидит незнакомец - такой же как и я - в чёрном плаще, и лицо прикрыто капюшоном. Я ещё тогда подумал: наверное, такой же вор, как и я. Он незаметно вылил на стойку немного яда, а я рукой задел эту незаметную лужицу. Вот и все. Отлично помню, что у меня тогда зачесалось запястье. Я механически почесал его, не заметив ничего.
Я старался мыслить трезво и рассудительно, но это мне не всегда удавалось. Итак, что мы имеем: сонливость, необоснованную агрессию, страх и нервное напряжение. Плюс обморок и счёт от врача на 300 монет за осмотр.
Я встал и, шатаясь, побрёл к небольшому тусклому осколку зеркала, примостившемуся возле умывальника. Сказать по правде, я не узнал себя: щёки, покрытые уже заметно отросшей щетиной, ввалились, глаза казались безумными, цвет лица серо-зелёный. Нужно немедленно что-то предпринять. Для начала я побрился, порезавшись, правда, пару раз, затем коё-как причесался и пошёл к другу, который одно время изучал яды у Хранителей. Собственно говоря, меня уже несколько раз пытались отравить, но это было что-то новенькое. Кстати, надо будет потом найти этого парня в плаще и задать ему пару вопросов.
Однако Магнус лишь развёл руками:
- Знаешь, Гаррет, выглядишь ты, конечно, отвратительно, но при всём моём желании я не смогу тебе помочь. Я о таком яде не только не слышал, но и не знаю ни одного вещества с похожим действием.
Ну, тут я, конечно, рассердился:
- Слушай, ты, я тут, конечно, через день-другой поздороваюсь с Богами, а ты строишь тут из себя невесть что! Сейчас же бери ноги в руки и бегом составлять противоядие. Уж поверь мне, я заплачу.- Да ладно, Гаррет, в принципе за мной есть кое-какой должок тебе, поэтому денег я с тебя бы не потребовал. Но поверь, я действительно не знаю, какой дрянью тебя отравили. У меня даже в голове не укладывается, что такое маленькое количество вещества может привести к таким последствиям...- Знаешь что, друг мой... По-моему тебе не следовало бы хлопать ушами, когда тебя учили. Я не сказал тебе самого главного - у меня случаются приступы немотивированной агрессии, и во время следующего из них я просто приду и тихо и незаметно прихлопну тебя.
Магнус даже побледнел. Я предполагал, что он трус, но не до такой же степени. Огорчало только одно - теперь я точно знал, что он не врёт и не набивает себе цену. По его круглому, внешне довольно добродушному лицу катились большие капли пота, и на мгновение мне показалось, что цвет лица у нас теперь одинаковый. Даже и не скажешь, что этот трус помог отправиться на тот свет более чем двадцати неосторожным жителям города. Но он, несмотря на то, что испытывал панический страх за свою задницу, всё равно выглядел лучше меня. Я плюнул и вышел, хлопнув шаткой дверью. Самочувствие моё, равно как и моё физическое и моральное здоровье, ухудшалось с каждой секундой. Поход домой отнимал столько сил, что я шёл походкой дряхлого старика иногда останавливаясь чтобы отдохнуть.
Дома я попытался привести себя в порядок, чтобы попытаться найти того парня в капюшоне, но сон снова победил меня, и я заснул.
Спал я крепко и без сновидений, но утром меня поджидал неприятный сюрприз: опять счёт от врача, на этот раз уже в менее вежливой манере и обещанием завтра включить счётчик. На случай же если я не погашу счёт, предполагалось натравить на меня Хаммеритов, которые уже давно точат на меня зубы. Деньги из аварийного запаса таяли с неимоверной быстротой. Я посмотрел на свои руки, обычно выручавшие меня в самых сложных денежных ситуациях (потрошить карманы - это тоже способ добычи денег), теперь они тряслись как у последнего алкоголика. С таким тремором уж точно не пойдёшь срезать кошельки у невнимательных. Даже самый слепоглухонемой дурак пресечёт мою попытку. Самочувствие тоже оставляло желать лучшего и, сделав несколько шагов по комнате я понял, что устал. И я принял единственное верное решение.
Собрав свои манатки (их у меня было немного) я двинул к Магнусу, дабы своим присутствием подстегнуть его творческие изыскания и заодно пересидеть облаву на случай если врач решит прислать ко мне хаммеритов. Люди на улицах шарахались от меня, как от бешеной собаки, и я предпочёл двигаться закоулками, дабы не светиться. Вдобавок ко всему я явно начал тяготиться ярким светом. Я никогда особо его не любил, но сегодня я просто чувствовал, что растаю, если побуду на солнце лишнюю минуту.
Магнус, когда увидел меня, тоже шарахнулся в сторону.
- Гаррет, ты... ты вообще когда видел себя в зеркале в последний раз.- Вчера, а что... - сказал я и осёкся, потому что увидел себя в зеркале сегодня. Через всё лицо тянулась огромная бордовая полоса и струйки запёкшейся крови. Кто-то явно слегка задел меня чем-то острым. Слегка потому, что если бы удар был в полную силу я бы уже здесь не стоял. То есть удар, определённо, пришёлся тогда, когда я находился в движении.- Кто это тебя?- Я... Понятия не имею... Когда это могло бы случиться? Я пришел от тебя и практически сразу уснул.- Ну-ка, раздевайся.- Я не думал, что ты...- Идиот! Как нибудь в другой раз. Сейчас на приставания времени нет.
Я разделся. Выяснилась одна весьма пренеприятная деталь: большая часть моего тела была покрыта синяками, а в плече торчал наконечник стрелы.
- Хорошо тебя отделали. Этой ночью ты явно не спал...
Это новость повергла меня в состояние полнейшего ступора. Я - лунатик? Но ведь никогда в жизни я не имел привычки бродить по ночам. Или думал, что не имел.
- Знаешь, Гаррет, у меня для тебя плохая новость.- Хуже, по-моему, быть уже не может.- Но она одновременно и плохая и хорошая. Хорошая новость - тебя не отравили насмерть, а просто сделали сомнамбулой. То есть когда ты засыпаешь, ты идёшь выполнять волю хозяина, который тобой управляет...
Я сидел в полнейшем отупении, глупо раскрыв рот. Магнус продолжал:
- Я просто как-то издалека слышал про зелье, которое делает спящего человека чем-то вроде зомби, полностью подчиняющегося хозяину, поэтому ничем не могу тебе помочь. А плохая новость состоит в том, что сегодня ночью кто-то перестрелял из лука отряд хаммеритов из восьми человек и скрылся. Судя по твоему физическому состоянию...- Это был я, ты хочешь сказать?- Только такой мастер маскировки как ты мог сделать это и уйти незамеченым. И не оставить следов.- Чувствую, что ушёл я не таким уж и незамеченым. Чёрт, ты не возражаешь, если я немного поживу у тебя? На ночь привяжи меня ремнями к постели, хорошо?
На следующую ночь я проснулся в лесу. Кругом стояла такая прекрасная мёртвая тишина. Я лежал и чувствовал, как в моём воспалённом мозгу начинает складываться некоторое подобие мозаики. Прежде всего я внимательно осмотрел себя. На этот раз я вроде был цел, не считая ран, полученных мной в прошлой стычке. Я шёл по тропинке и думал, мысли бегали в моей голове как тараканы, не желая выстраиваться в определённой последовательности.
Дорога вывела меня к чистому ручью. Я сел, умылся, выпил немного прохладной воды и поел ягод с какого-то куста. Именно сейчас я чувствовал себя лучше всего. Силы потихоньку возвращались ко мне.
- Гаррет, - послышался женский голос за спиной.- Чёрт возьми, нельзя ли оставить меня в покое хоть на минуту!
Я обернулся и увидел Оттилию, ближайшую подругу и правую руку Виктории. Следовательно сейчас я находился в лесу язычников.
- Отвратительно выглядишь, Гаррет!- Спасибо за правду.- У меня нет времени на светские разговоры. Ты хочешь знать правду? Почему ты ещё до сих пор жив.- С удовольствием.- Мы дорожим таким сильным союзником как ты. Кое-кто из сильных мира сего (к сожалению, мы ещё не знаем, кто это) дорвался до золотой жилы - твоего друга Магнуса. Однажды тот прикупил у старьёвщика старую книгу по алхимии, где был рецепт зелья, которое делает из человека послушного слугу, но лишь на то время, пока он спит. Ты стал первой жертвой, но не факт, что ещё кто-то не отравлен. Сегодня ты должен был ворваться в Собор Хаммеритов и убить как можно больше народу. При этом, естественно, погибнуть самому. Нам удалось немного приостановить действие яда, но ненадолго. К сегодняшней ночи твоё самочувствие ухудшится. Мы уже расправились с Магнусом, но книгу не нашли. У тебя есть ровно день, чтобы найти её. Ты отдашь её нам, в обмен на противоядие, рецепт которого в этой же книге. Договорились?- По рукам.
Я двинулся в город, стараясь не пересекаться с патрулями Хаммеритов. Интересно, где же я буду её искать? Ведь я не знаю о Магнусе ничего. Точнее, практически ничего.
Дома было тихо и пусто. Было видно, что кто-то основательно перерыл весь дом вверх дном. Я проверил все возможные места, в которых могут быть тайники, но не обнаружил ничего. Я уже собирался уходить, как вдруг услышал шаги и тихие голоса:
- Зачем ты привёл меня сюда, идиот?- Магнус исчез. Угадай, кто постарался?- Я мог бы и догадаться, что связываться с такими людьми как ты нельзя.- Тебе был нужен кто-то, кто отравил бы Гаррета. Уж не пошёл бы сам лорд Ноэль Стеффенс в забегаловку, а? Я свою миссию выполнил и получил за это деньги. Только мне хочется ещё. Книга у меня. И я прошу за неё...
От названной суммы у меня зарябило в глазах. Ну что же, имя этой шишки у меня есть, на худой конец. Жалко, конечно, что на книжечке не получится заработать, но да чёрт с ним, жизнь дороже. Тем более что я чувствовал в себе силы на то, чтобы сделать этот последний рывок и забыть об этих ужасных днях навсегда.
Я последовал за этим парнем, наёмным убийцей. Эта сволочь была осторожна и выбирала уголки поукромнее. Наконец я всё-таки смог выбраться к его логову на самой окраине города. Я занял удобную позицию на одном из чердаков (при желании можно было бы довольно легко и быстро спуститься вниз) и начал ждать.
Не было ничего легче, чем добыть книгу. Ноэль Стеффенс, похоже, страдал манией величия и отрядил к убийце посыльного с деньгами, одетого в одежду с гербом Стеффенсов. Это был квадратный огромный детина. Стеффенс решил позаботиться о безопасности своих денег.
Момент передачи денег я увидел в открытое окно. Момент убийства того, кто меня отравил - тоже. Уже темнело, когда посыльный, держа руку на рукоятке меча, вышел на улицу с книгой в сумке, я последовал за ним, как тень. Меня привлекала книга и больше всего, конечно же, тот замечательный увесистый кошелёчек с деньгами который позволит мне ненадолго отдохнуть от дел и заплатить положенную сумму врачу.
Тёмный переулок. Удар подвернувшейся под руку доской в висок и сумка с книгой и замечательный увесистый мешочек перекочевали ко мне.
По дороге в лес я уже начал чувствовать приступы сонливости. "Ещё чуть-чуть" - убеждал я себя, но лесной тропинке не было конца. Когда я, наконец, добрёл до язычников, на небе вовсю сияли звёзды.
Ну вот, собственно говоря, и вся история. Нужно отдельно сказать, что язычники не обманули и сделали всё как надо. Наше сотрудничество укрепилось ещё больше - до поры до времени, конечно. Чует моё сердце, что история с каким-нибудь сомнамбулой ещё будет иметь место, а пока мне всё равно. Теперь я уж точно не позволю сесть кому-нибудь рядом с собой, ну а если уж так сложатся обстоятельства, не буду спускать с него глаз. Я стал осторожнее, хотя уберечься от всего, конечно же, невозможно.
Кое-что от сомнамбулы во мне ещё осталось. Иногда (хоть я и предпочитаю не думать об этом) я всё же просыпаюсь не в своей постели, а редкими спокойными лунными ночами гуляю по крышам. Но вроде пока ни о каких убийствах в городе не известно. Тем более, что ночами я обычно не сплю.
**********************************************
Эпидемия ярости
Автор: Alex
Гаррет открыл глаза, не понимая, где находится. Постепенно память, украденная долгим сном, вернулась. Он лежал на кровати у себя дома. Всю комнату наполнял мягкий белый свет, проникающий через открытое окно. Гаррет встал и рана, полученная этой ночью, дала о себе знать острой болью, пронзившей плечо. Он проковылял до шкафа и достал оттуда бутылёк с целебным зельем. Одним глотком осушив его, Гаррет почувствовал приятное тепло, разливающееся повсему телу. Рана затягивалась прямо на глазах, от боли осталось лишь лёгкое покалывание. Он неспеша подошёл к умывальнику и окатил лицо холодной водой. Ледяным пламенем вода обожгла миллионы нервов. Сознание сразу же прояснилось, сосредоточенность усилилась. Теперь вор чувствовал себя гораздо лучше. Он подошёл к окну и высунулся наружу. На улице стоял непроглядный туман, с трудом просматривалось здание, расположенное напротив его дома. Он видел призрачные силуэты людей, проплывающие внизу. Всё вокруг скрадывал туман...
Туман появился несколько дней назад и, надо сказать, был несвойственен для этого времени года Он обволакивал город, проникая везде. Жители прятались по домам, как будто боялись, что он навсегда поглотит их. Он сильно затруднял всё, что было связано с транспортом, поэтому лошадей не выпускали из конюшен. Не обошлось и без неприятностей. На второй день после появления тумана в город забрели два заблудившихся буррика. Охрана "усмирила" их несколькими десятками стрел, но втот день не один житель, рискнувший выйти на улицу, попал в госпиталь с сильным газовым отравлением. После этого случая улицы почти обезлюдели, а число патрулей охраны увеличилось.
Нельзя сказать, чтобы это радовало Гаррета. Ночью было гораздо трудней добираться до мест назначения. Почти каждую ночь вор приползал домой с сильными ранами. И каждое утро давал себе зарок, что никуда больше не пойдёт. Но как только на город опускалась тьма и на улицах зажигались фонари и факелы, он выбирался из своей маленькой квартирки и шёл к очередному поместью. Он не мог отказаться от этого, так как туман давал ему большие преимущества. Светлое время суток ограничивалосьлишь несколькими часами. Темнело слишком рано и у Гаррета было навалом времени, чтобы полностью очистить поместье от разного рода драгоценностей и дорогих безделушек. Звёзды не могли прорваться через туман и поэтому ночь была намного темнее. Если днём видимость ограничивалась несколькими метрами, то ночью нельзя было увидеть руку, протянутую вперёд. Ещё туман заглушал звуки. Так, три дня назад, Гаррету удалось оглушить по очереди четырёх охранников, стоящих рядом друг с другом. Причём, каждая новая жертва не догадывалась, что с ней сейчас произойдёт. Забавно, но никто из них не слышал, как получали по башке их сослуживцы.
Таким образом, совершив несколько удачных вылазок, Гаррет обеспечил себе по крайней мере два месяца безбедного существования. Но самой прибыльной была минувшая ночь, когда вор обчистил несколько складов в порту. Ему удалось раздобыть много диковинных штуковин, за которые местный скупщик краденного несомненно отвалит приличную сумму. К тому же он нашёл какие-то заморские специи. Их можно скинуть торговцам на рынке. Плюс ко всему, склады плохо охранялись и Гаррет почти не пускал в ход дубинку. Однако, когда его заметили контрабандисты на пристани, пришлось убегать. И, перелезая через стену, получить на прощание стрелу в левое плечо.
Гаррет как бы очнулся от мыслей. Он понял, что всё так же стоит у окна. Странно, его лицо ещё не успело обсохнуть, но он не почувствовал ни малейшего движения воздуха. Сейчас, наверное, правильнее всего было бы пойти в паб и выпить чего-нибудь крепкого. Гаррет чувствовал, что это ему необходимо, чтобы окончательно не потерять самообладание, после нескольких долгих бессонных ночей. К тому же, туман нагонял какое-то депрессивное состояние, временами доходившее до того, что хотелось кричать во всё горло. Пара кружек прохладного эля могла бы затушить этот пожар. Чтобы отвести душу, не мешало бы послушать сплетников, являющихся завсегдатаями "Хромой птицы". Поледнее время Гаррет был слишком занят, чтобы следить за новостями.
Одевшись, Гаррет вышел на улицу и отправился в сторону паба. Мостовые города были почти безлюдны. И вору это нравилось. Ввиду своей професии, он даже днём пытался быть незаметным. Теперь же, в тумане, даже редкие люди, встречающиеся ему на пути, не обращали на него никакого внимания. Гаррет усмехнулся: "А, может, переодеться во всё белое и пойти воровать днём?". Он увидел троих рабочих, устанавливающих новый фонарь. Всем этим делом руководил невысокий надсмотрщик. Он выкрикивал команды бойким голосом и попеременно шпынял то одного, то другого работника. Эта сцена выглядела довольно забавно и привлекла уже нескольких зевак, обычно шатающихся в утренние часы по улицам. Гаррету было абсолютно неинтересно и он прошёл мимо. Как только фонарь остался в нескольких метрах за спиной, голос надсмотрщика потонул в тумане и вор погрузился в тишину. Подобная работа в этот день наблюдалась по всему городу. Рабочие развешивали дополнительные факелы и фонари почти на каждой улице. Подходя к рыночной площади, вор остановился как вкопанный: Почти всё свободное пространство занимали Дети Карраса. Двадцать или тридцать ходячих бойлеров выстроились в несколько рядов и слушали наставления механиста в золотом шлеме. Между роботами возились несколько механиков, подкручивающих гайки, заливающих масло или проверяющих шестерни. По всей площади стоял гул работающих механизмов, из труб вырывались клубы чёрного дыма и создавали резкий контраст с молочно-белым туманом. У Гаррета по спине пробежали мурашки. Дети Карраса буквально сверлили его своими окулярами. Если бы ои могли стрелять глазами, от него бы и мокрого места не осталось.
Несколько минут спустя Гаррет зашёл в паб. В воздухе стояла душная атмосфера, сильно пахло спиртным. В самом помещении были сумерки, в которых всё-же было видно, что паб переполнен. В эти дни заведения подобного рода были единственным лекарством от скуки. Двое рабочих сидели за одним из столиков и о чём-то шумно спорили, большая часть гомона в пабе исходила, в основном, от них. Гаррет заказал себе кружку эля и пристроился на единственное свободное место. За столиком напротив него сидел человек, которого здесь не должно было быть. Его имени Гаррет не знал, да это было и не нужно: все давно его величали Садовником. За глаза его иногда называли Язычником из за чрезмерного увлечения растениями. Действительно, он мог часами, нет - днями просиживать в своей каморке и наблюдать за процессом цветения или подсчитывать, сколько побегов дал этот куст. Даже сейчас его губы шевелились, беззвучно произнося какие-то только ему понятные расчёты, глаза остекленели и смотрели куда-то в пустоту. Перед ним стоял эль, к которому он даже не притрагивался. Когда тень Гаррета упала на лицо Садовника, он встрепенулся и явно не понимал где находится и что он тут делает. Через несколько секунд он всё-таки узнал своего соседа. Гаррет начал разговор первым.
- Вот кого я не ожидал здесь увидеть, так это тебя.- Да я и сам не понимаю, как пришла в голову такая бредовая мысль... Представляешь, на днях нашёл в лесу новый гриб - светящийся! Потом показал на рынке какому-то богатею, а он слух пустил. Теперь у меня заказов немерено, только и успеваю грибы выращивать. Того и глядишь, плантации разведу.- А, так ты это на радостях сюда загремел. Слушай, я тут занят был последнее время, что в городе нового?- А что может произойти? Про бурриков ты, наверное, уже знаешь - случай недельной давности. Про вчерашний бунт полицейских тоже, думаю, не надо рассказывать..- Ну-ка, поподробнее.- Врёшь! Неужели не слышал? Да про это уже в соседних городах известно. Охранникам из городской стражи надоело терпеть возросший уровень криминала - воров развелось... Конечно, начальство пошло на уступки - теперь вот фонари развешивают, Отродий Карраса сюда же подключили. Теперь эти железные уроды будут патрулировать улицы. - Садовник презрительно сплюнул на пол.- Я вижу, они тебе чем-то не угодили...- А кому они могли вообще угодить! Я как-то возвращался из леса, собирал цветы для гербария. А городские ворота эти жестянки сторожили. Так вот, у них ,видать, в башке шестерни посъезжали, или они меня не за того приняли. Они меня до самого леса гнали, чуть не попали... Так я домой только на следующее утро вернулся - через другие ворота, от греха подальше...
Гаррет в это время следил за чёрным пауком, который спустился с потолка на его столик, оставив за собой тонкую, едва заметную нить паутины. Его собеседник, кажется, увлёкся рассказом и не замечал восьмилапого. Паук повернулся к вору, два красных глаза, похожих на только что проступившие капельки крови, вылупились на него, как бы спрашивая: "А тебя кто сюда приглашал?". И, в один прыжок преодолев разделяющее их расстояние, насекомое вцепилось в его руку. Гаррет с силой тряхнул рукой, паук отлетел к противоположному краю стола и, не долго думая, цапнул за палец Садовника, сидевшего там. Ах ты, гадина! - Садовник оторвал от пальца обнаглевшее насекомое и швырнул его на пол. Паук быстро забился в какую-то щель между досок. С пальца потерпевшего капала кровь.
В это время все голоса как-то притихли. Все следили за двумя разбушевавшимися рабочими. Они уже не просто спорили, они орали в две глотки, покрывая друг друга разнообразными неприятными словами. Посетители паба приготовились к интересному зрелищу. Произошло то, чего все с нетерпением ждали - один из спорщиков резко подскочил на ноги, опрокинув стол. Со всех сторон уже раздавались крики одобрения. Но тут случилось то, чего никто не ожидал: рабочий, опрокинувший стол, схватил второго и швырнул в сторону... ...пролетев через всё помещение, он пробил спиной стену и шмякнулся на каменную дорогу. Его противник выскочил следом и одним ударом прикончил его. Затем, одним прыжком преодолев два этажа, скрылся на крыше ближайшего дома...
Все крики сразу стихли. Все смотрели то на огромную дыру в каменной стене, то на неподвижную фигуру на улице с кровавым месивом вместо головы, вокруг которой быстро раползалась тёмная лужа."Что за...?" - только и сумел проронить кто-то. Дааа...Гаррету приходилось видеть много мерзости - буррики, зомби, привидения, - но что бы такое...одним ударом запустить 100-килограммовую тушу в каменную стену и при этом пробить её, а потом одним прыжком заскочить на дом. Нет, это уже слишком. Легче было одолеть голыми руками робота, чем остаться живым после стычки с таким человеком. Если это вообще человек.
Садовник торопливо поднялся.
- Что-то мне плохо, пойду домой.
Гаррет вышел вслед за ним. Мысли вертелись в голове с неимоверной скоростью, казалось, ещё немного - и из ушей повалит дым. Нужно было хорошенько обдумать всё это. Возвращаться домой не хотелось, поэтому он устроился неподалёку от паба, на чердаке пустующего дома. Вор раз за разом перебирал в уме последние события. Что это за чертовщина? Откуда она взялась? Это ему хотелось узнать больше всего. Но в голову-то ничего не лезло! Этот случай выбил его из колеи, Гаррет был сам не свой. Забавно, он вспомнил то чувство, захлестнувшее его, когда началась драка. Страх... Как мимолётная вспышка сознания, когда всклчил рабочий и несказанное облегчение, когда он понял, что ему не собираются делать ничего плохого. Последнее время Гаррет вздрагивал от каждого резкого звука. На улице, когда мимо проходили люди, он внуттренне напрягался, как будто готовился к внезапной атаке. И успокаивался только тогда, когда человек оказывался далеко за спиной. Сказывались многие бессонные ночи, и собственно, то чем он в это время занимался. Его нервы постоянно получали в удесятерённую нагрузку, и всё же он до сих пор не сломался. Его спасала темнота - место где никто не мог видеть его, а он видел всех. Постепенно его мысли вернулись к главной проблеме. Что же это все-таки? Он не знал. И всё, глубокая пучина незнания. Не на что было опереться в своих размышлениях. Он просто не знал, с чем или с кем это может быть связано. Механисты что-то изобрели? Нет. Язычники вырастили? Вряд ли. Виктория была сильна, но не настолько. Она бы не смогла уместить такую разрушительнуб мощь в такое сравнительно небольшое тело. Орден молота восстал из пепла и наколдовал новое оружие против механистов? Нееет, несмотря на то, что ещё встречались одинокие воины в красных одеждах, Каррас просто подмял их под себя, поодиночке они были бессильны. Гаррет нисколько не приблизился к ответу. И это раздражало как никогда. Он привык к тому, что он знает больше других, и вот теперь они его облапошили! Когда Гаррет хотел что-то узнать, он шёл в паб - там обычно сидели те, кто много слышал и готов был за кружку эля этими знаниями поделиться. Надо будет почаще туда заглядывать...
Гаррет понял, что всё так же стоит возле чердачного окна. Уже начало темнеть, а казалось, ещё совсем недавно было утро - он простоял здесь по, крайней мере, часа четыре. Было трудно двигаться - руки и ноги затекли. Тут он почувствовал какую-то перемену в окружающей обстановке. Крики. Вор посмотрел вниз, на улицу, и увидел бегущих людей. Что-то случилось... Гаррет вышел на из дома и схватил за плечи пробегавшего мимо парня лет семнадцати.
- Что происходит?- Пусти!- Скажи мне, что случилось, это недолго.- Озверевший механист! На площади! Пустиии!!!!
Парень вырвался и убежал. Хотя Гаррет жил в этом городе, он не знал его полностью. Да и мало кто знал его хорошо, он был самым большим на побережье и вмещал в себя несколько тысяч жителей. Гаррет отлично помнил все закоулки только своего района. В остальных он пользовался картой - настолько огромен был этот город. И всё же он несколько раз был на площади, находившейся ,как назло, в соседнем районе. На городской площади стояло здание мэрии - трёхэтажный дворец с высокими шпилями. Их было видно даже из окна дома Гаррета. Ориентируясь на них, можно было без труда найти это здание. Гаррет поднял голову в надежде увидеть шпили. Туман... А, чёрт - вор направился в сторону, потивоположную той, с которой бежали люди. Всего лишь две улицы отделяли его от площади и он быстро добрался до места.
Перед его глазами предстала ужасная картина: в центре площади стоял механист и с дикими криками отмахивался от полицейских, как от назойливых мух. Вернее, раскидывал их налево и направо - пятеро уже лежали, застыв в неестественных позах, ещё примерно столько же были тяжело ранены. То тут, то там лежали тела горожан. Механиста окружили восемь охранников, ещё способных стоять на ногах и держать меч. Несколько лучников стояли поодаль и обстреливали бунтующего. Из него торчало уже около десятка стрел, не причинявших ему, казалось, ни малейшего беспокойства. Он с упрямым усердием продолжал раскидывать стражников. Один из них, получив удар тяжёлым жезлом с наконечником в виде двух перекрещенных шестерёнок, пролетел около десяти метров и бесформенным мешком брякнулся на камни возле Гаррета. Надо было что-то делать. Хотя охранники и были злейшими врагами вора, он никогда не убивал их без видимой на то причины. К тому же теперь он чувствовал к ним что-то вроде жалости. Если не остановить механиста сейчас, то он перебьёт оставшихся полицейских и пойдёт бесчинтвовать в городе... Нет, надо что-то делать. Гаррет вскинул руку за спину - движение доведённое им до автоматизма - и достал лук и огненную стрелу. Немного подумав, он вытащил ещё и газовую стрелу. Обе стрелы он зарядил в лук. Он давно хотел испробовать эту технологию, но всё время забывал. Обе стрелы, вращаясь, ушли в нужном направлении. Газ мгновенно усыпил охранников, окружавших механиста, и они попадали у его ног. Второй разорвалась огненная стрела. Оставшийся газ сразу же воспламенился и создал вокруг механиста что-то наподобие огненного шара. В таком пекле не смогло бы выжить ни одно живое существо. Но секудой позже Гаррет увидел невероятное - механист стоял на месте, немного чёрный, но живой. Злобные глаза, налитые кровью, смотрели прямо на него. Лучники, поняв, что перевес не на их стороне, отошли в тень. Вор понял, в какое затруднительное положение он попал: он стоял почти на середине хорошо освещённой площади, напротив него - его враг. Он присел и почувствовал вибрацию воздуха над головой, исходящую от летящего жезла. Что ж, противник остался без оружия и это радует. Гаррет вспомнил рабочего в пабе. Тот дейсвовал голыми руками и с неплохим успехом... Если бы чей-нибудь взгляд мог бы прорваться сквозь тень капюшона, он бы заметил, как переменился в лице Гаррет.
И этот уделает его так, без жезла. Вор поднялся и вынул меч. Механист бросился на него. Ловкость Гарррета позволяла ему уворачиваться от ударов. Он не без труда кружил около пртивника, вовремя пригибаясь, подпрыгивая, или отскакивая в сторону. Несколько раз он нанёс своему оппоненту удар мечом, но, казалось, это ещё больше разъярило его. Хотя атаки механиста были чудовищными по своей силе, им не хватало скорости и неожиданности, во всяком случае, чтобы задеть вора. Но механист не чувствовал усталости и с остервенением рассекал воздух руками и ногами, в то время как силы Гаррета уже истощались. Рано или поздно кулак механиста должен был настигнуть свою цель. Прошло ещё несколько секунд и это произошло. Механист лишь слегка задел вора и это спасло ему жизнь. Но силы удара хватило для того, чтобы он упал. Краем глаза вор заметил робота, вытаскивавшего своё грузное туловище из узкого переулка. Совсем рядом прогремел взрыв и механист шлёпнулся недалеко от Гаррета. Секундой позже он поднялся и понёсся на своего обидчика. Робот не успел выстрелить ещё раз, кулак механиста пробил стальную обшивку и ушёл глубоко в бойлер. Произошла разгерметизация и Дитя Карраса сработало как огромная мина. Камнями, которыми раньше была вымощена площадь, повыбивало окна в ближайших домах. На месте недавнего поединка образовалась двухметровая воронка. По всей площади валялись искорёженные куски металла, от которых шёл дым. От механиста не осталось ничего... Час спустя Гаррет плюхнулся на кровать у себя дома. Темнота наступила мгновенно.
Когда он проснулся, был уже полдень. За эти несколько часов могло произойти всё что угодно. Следовало пойти в паб и разузнать всё. Теперь их уже двое. Ну, или было двое. Это могут быть далеко не все. Если дело пойдёт так и дальше, придётся убираться из этого города к чёртовой матери. Первая встреча, по видимому, была вчера. Значит, слухи о других контактах с ними распространились уже по всему городу. Как всегда, их можно было узнать в пабе. Гаррет пошевелился, пытаясь встать. Первое же движение отозвалось болью во всём теле. Потянулся было за бутыльком с целебным зельем, но передумал. Синяки - это не тот случай, когда надо тратить дорогостоящую жидкость, оклимается и так. С неимоверным трудом он поднялся с кровати. Слава создателю, одеватьтся не пришлось - вчера заснул не раздеваясь. Гаррет представил, каких бы трудов это стоило ему сегодня. Он вышел из своей квартиры, спустился по лестнице и медленно поплёлся в сторону паба.
Зияющее отверстие в стене, наспех перекрытое досками, бросалось в глаза. Гаррет вошёл внутрь и обнаружил, что паб почти пуст. Неудивительно, после вчерашнего случая мало кто показывал нос из дома. Это Гаррет заметил ещё на пути сюда - если не считать охраны, улицы были безлюдны. Он сел за столик рядом со знакомым вором. Перед ним стояли четыре кружки эля, все пустые.
- Это ты так?...- Нет, с роботом напару! Знаешь, протиснулся один сюда через вон ту дыру в стене и сел со мной пить!- Да ладно тебе, рассказывай, что стряслось?- Сегодня портовые склады грабил... Сначала всё шло хорошо, дерьма всякого натырил. А потом у всех крыша посъезжала - охранники и рабочие пошли друг друга на куски рвать. Корабль какой-то на пристани потопили. А я как раз в это время на пристани был - дальше всего от выхода. Не помню, как выбрался оттуда, бежал сломя голову. Помню только, как они стену вынесли, а я через это отверстие и выскочил. Когда домой бежал, видел тварей механических - туда спешили... Слава богу, дел своих по горло было - на меня внимания не обратили. Вот теперь и напиваюсь. Сколько время? Сейчас в церковь пойду молиться... Никогда больше не буду воровать.
Вор встал и ушёл. Гаррет погрузился в мрачные раздумья. Теперь вся ночная смена в порту с ума посходила. События приобретали нешуточный оборот. Почему-то их становилось всё больше и больше. Теперь уже было ясно, что ни один из Орденов сюда отношения не имеет. Это однозначно что-то со стороны. И необязательно управляемое. Что же это? Мгновенным импульсом в мозгу проскочило одно слово. Эпидемия. Новая болезнь, делающая людей невероятно сильными. При этом люди сходят с ума и начинают крушить всех, кто встречается на пути. Это определение подходило сюда как нельзя лучше. Если так, то надо наведаться в госпиталь и собрать информацию.
Мутный туманный день незаметно перелился в ночь. Двор перед госпиталем был ярко освещён несколькими десятками факелов. Тоьлко что принесли ещё нескольких раненых и перед главным входом лежало около дюжины носилок, перепачканных кровью, возле которых переводили дух добровольцы, вызвавшиеся помогать при доставке пострадавших в госпиталь... Гаррет наблюдал эту картину из-за угла здания. Соваться в главный ход было бесмысленно - его бы тут же заметили. Все окна первого этажа были заделаны причудливыми решётками, на большинстве которых отображался молот - знак, оставшийся ещё со времён хаммеритов. Вор дошёл до торца госпиталя и нашёл то, что ему было нужно - деревянную балку, выступавшую над окном второго этажа. Минуту спустя он уже стоял на подоконнике и вытаскивал надёжно засевшую в размокшей дрквесине стрелу с верёвкой. Внутренность здания была полной противоположностью его наружности. Мрачный коридор, в котором оказался Гаррет, был скудно освещён пятью-шестью факелами. Однако, почти из под каждой двери струился яркий свет, были слышны голоса. Архив вор отыскал в другом конце коридора. Это была единственная не освещённая комната. Немного повозившись с отмычками, он открыл дверь и проник внутрь. Всё помещени было уставлено высокими шкафами с разными медицинскими книгами. На дальнем конце, возле окна стоял стол, на котором были беспорядочно разбросаны какие-то бумаги. Медики наверняка прошерстили весь архив в поисках нужной информации по эпидемии и всё, что нужно Гаррету, должно было находиться на этом столе. Он зажёг осветительную шашку и склонился над стопками бумаг. Через полчаса напряжённой работы Гаррет разочарованно вздохнул: здесь не было абсолютно ничего из того, что он не знал. Только описание больных и их поведения. На некоторых бумагах описывались разные формы безумия. Медики постарались собрать информацию по болезням с похожими признаками, и только. Это были бесполезные бумажки, не имеющие в при сложившейся в городе ситуации никакого смысла и нисколько не проливающие свет на что-либо связанное с эпидемией. Гаррет решил проверить ящики стола. Ни в одном не было чего-нибудь полезного, тоьлко всякие канцелярские принадлежности. Самый нижний ящик был заперт. Отверстие замка было слишком маленьким, чтобы в него смогла пройти отмычка, и вор воспользовался мечом как рычагом, чтобы открыть ненавистную дверцу. Первое, на что он обратил внимание, был мешочек с монетами, который он не замедлил присвоить себе. Кроме мешочка в ящике находилась шкатулка с бумагами. Гаррет зажёг ещё одну светошашку и пробежал глазами по самой верхней. Скаждой новой строчкой он бледнел всё больше. Это был черновой вариант письма в мэрию. "...Ситуация давно уже вышла из под контроля и эта эпидемия грозит приобрести угрожающие масштабы и распространиться на близлежащие города. Спешу вас уведомить, что источник болезни до сих пор неизвестен, а это делает положение ещё более затруднительным. Мы не можем предотвратить заражение людей, так как мы не знаем, каким способом она передаётся, и тем более, мы не можем лечить болезнь, когда она перешла в последнюю, видимую фазу. Весь наш персонал сейчас занят поиском решения данной проблемы, но пока это не дало никаких результатов. Исходя из всего вышеперечисленного, настоятельно советую вам немедленно поставить город на карантин, закрыть все ворота, и поставить вдоль стен вооружённых стражников. Не стоит недооценивать больных, мы видели, на что они способны. С превеликим уважнием, директор городского...". Можно было не ломая голову определить, где находится чистовой вариант письма.
"Так вот как вы решаете проблему, - подумал Гаррет, - хотите нас всех здесь законсервировать как шпроты. А когда город вымрет, вы сошлётесь на полное отсутствие материалов и информации по данному вопросу. А также на неожиданность появления болезни, да мало ли чего ещё можно придумать, спасая свою задницу от привлечения к ответственности, - вор сплюнул на пол, - сидя в своих лабораториях, пытаются решить проблему". Сколько вор себя помнил, он всегда испытывал неприязнь к разного рода высокопоставленным лицам. Он всегда считал их жирными напыщенными и невероятно тупыми уродами, целиком и полностью уверенными в своём превосходстве над остальными людьми. Из раздумий его вывели шаги в коридоре. Гаррет решил, что пора смываться отсюда, пока его не застукали, и через широкое окно, находящееся как раз сзади стола, выбрался на подоконник. Нащупывая щели в кирпичах, он довольно быстро спустился на несколько метров и спрыгнул на каменную дорожку.
Когда он подошёл к дому Садовника, уже начало светать. По внешней лестнице он поднялся до уровня второго этажа и постучал в тяжёлую дубовую дверь. Гаррет всё больше склонялся к мнению, что эта эпидемия как-то связана с язычниками, так как она была больше похожа на какое-то проклятье. Если бы механисты решили уничтожить город, они бы сделали это другим способом. А невежественные хаммериты вообще бы ни до чего подобного не додумались. Из всех кланов и орденов он меньше всего знал язычников и единственным человеком в городе, способным хоть чем-то помочь ему с этим вопросом, был Садовник. Дверь никто не открыл, и Гаррет начал бесперебойно барабанить по ней. Вскоре его острый слух уловил какую-то возню внутри и на пороге появился хозяин квартиры. Круги под глазами Садовника свидетельствовали о нескольких бессонных ночах. Его волосы бли взъерошены и походили на птичье гнездо.
- Какого чёрта! Я занят... а, это ты, Гаррет? Ну ладно, проходи.
Вор оказался в квартире, вернее в комнате, представляющей собой всю квартиру. В ней находились кровать, стол , стул и другие предметы, необходимые более-менне цивилизованному человеку в его повседневной жизни. Но что сразу его поразило - это грибы. Сотни светящихся грибов. Они росли повсюду - на полу, на стенах, даже на потолке. Непонятно, на чём они росли, так как за их плотным ковром ничего не было видно. Несмотря на раннее утро, в комнате было ещё светлее, чем днём. На стене сидел большой паук. Гаррету приходилось встречаться с такими и раньше. И хотя это был не самый большой восьмилапый из тех, которых он когда-либо видел, выглядел он достаточно угрожающе. Гаррет вынул меч.
- Эй, ты что делаешь? Не трогай моего паука!!!- Но...- Я специально принёс его из леса и теперь он живёт здесь и сторожит грибы. А также и всё, что здесь находится.- Чёрт, а я испугался. Ты в следующий раз предупреждай. А то это могло плохо кончиться... для твоего паука. И всё-таки, ты скажи мне, почему паук? Не собака, не буррик, в крайнем случае, а именно паук? Ведь я уверен, что ты натерпелся, пока приручал эту тварь. Даже буррики легче поддаются дрессировке.- Ну, буррику было бы здесь тесновато... Но не это главное. Дело в том, что пауков даже при их незначительных размерах боятся куда больше, чем бурриков. Боятся не потому, что они могут причинить больше вреда, а потому, что они просто-напросто вызывают гадливость. Я слышал про одного лорда, который перебил за свою жизнь немало бурриков. И однажды он пошёл в свой подвал, чтобы достать вино. Через несколько секунд он выскочил оттуда как ошпареный, дико крича. Когда охрана ринулась в подвал, как ты думаешь, кого она там увидела? Паука. Обычного паука, вроде этого. Понимаешь, лошади встают на дыбы, когда видят этих маленьких созданий. Все боятся пауков. Даже имея при себе такую опасную игрушку как твой меч, всё равно продолжаешь бояться, не так ли?
Паук, вначале, вскинувший передние лапы, и угрожающе зашипевший, очень быстро понял, что ему не грозит никакая опасность, принялся чистить лапы. Гаррет заинтересованно рассматривал грибы.
- Красиво, да? Я сам до сих пор не могу насмотреться. Не знаю, как я смогу с ними расстаться.- И хорошие деньги за них платят?- Не знаю пока, это первая крупная партия. Но за предыдущие двадцать штук заплатили неплохо. А зачем ты, собственно, пришёл?- Меня интересует информация касательно язычников. Более конкретно - могли ли они быть причастны к последним событиям.- Нет уж, помилуй! Я хоть и разбираюсь в некоторых их обрядах, но одним из них не являюсь и тебе помочь не могу. Хотя, почему бы тебе самому не сходить и не спросить у них? Правда, не думаю, что они окажут тебе тёплый приём.- Теперь, даже бы если я захотел пойти к ним, я бы не смог этого сделать. Город запечатан.- Но... но они не могут так поступить! Они не имеют на это права, чёрт их дери!- Но факт остаётся фактом, и сделать мы ничего не можем. Остаётся смириться.- Нет!!! Я не позволю им это сделать, слышишь, ты?! Не позволю!!!
Садовник, до этого стоявший спиной к Гаррету, резко обернулся. На вора смотрели красные глаза очередного ненормального... Получив резкий удар, Гаррет вылетел через небольшое окошко, выходящее во внутренний двор и упал на кучу какого-то хлама. Эта секунда показалась ему вечностью. Серая бесконечность, представляющая собой туманное небо, быстро темнела, и через долю секунды её поглотила внезапно навалившаяся всем своим весом тёмная бездна, приносящая облегчение...
...Перед его глазами быстро текла вода. Много воды. Это была река. Но он не слышал журчания... Наконец к нему полностью вернулось сознание и Гаррет понял, что это не река, а рваные серые облака, быстро бегущие по небу. Неимоверных усилий стоило ему протянуть руку к карману и извлечь оттуда целебное зелье. Зубами выдернув пробку, он одним глотком осушил бутылёк. Секунду ничего не происходило. Гаррет любил эти короткие моменты ожидания перед тем, как по телу разольётся тепло и боль исчезнет. Он чувствовал, как сростается кость в поломанной руке и рассасываются синяки. Но головня боль не прошла и сильно хотелось спать. С неохотой он потянулся за зельем ускорения. Эта штука тонизировала лучше чем эль и вскоре он уже вышел из переулка на широкую улицу. Всё. Последняя ниточка потеряна. Город надёжно запечатан и не остаётся ничего кроме как пойти в таверну и хорошенько напиться.
Перед самым входом ему на нос упала большая капля воды. Подняв голову наверх, Гаррет сразу же забыл про каплю. По небу с огромной скоростью неслись облака. Он вспомнил, что уже видел их, но тогда он был не в состоянии соображать.Тумана больше нет. Отлично, единственная хорошая новость за последние две недели. Наконец-то поснимают все лишние факелы и фонари и уменьшат число патрулей охраны. Наконецто он, вор, сможет, сидя в тени, с лёгкостью оглядывать весь двор, а не созерцать землю в метре от своих ботинок. Если, конечно, он доживёт до тех времён... В пабе было абсолютно пусто, если не считать мебели и бармена. Заказав эль, Гаррет сел и посмотрел на часы, висевшие на стене. Восемь вечера. Он пролежал в этой грёбаной куче хлама почти целый день! За этот день могло произойти всё что угодно. Взгляд его упал на паутину в углу. Это напомнило ему про то утро, когда всё это началось. Он вспомнил, как на него кинулся паук. И попытался укусить в то место руки, которое было прикрыто кольчугой. Ха! он не знает, что такое металл! Гаррет взглянул на руку. Одно из колец на кольчуге было располовинено. Потом ему припомнился бешеный Садовник, которого укусил этот же паук. Все знания по эпидемии вставали на свои места. Как паук смог перекусить кольцо? Так же как человек смог пробить стену! Пауки кусали людей, которые впоследствие сходили с ума! Пауки - вот переносчики болезни! Чёрт, неужели он понял всё? Залпом выпив эль, вор продолжил свои размышления. Конечно, пауки только переносчики, но ведь должен же быть где-то источник. Может их кто-то тоже кусает?"...Пауков даже при их незначительных размерах боятся куда больше, чем бурриков. Боятся не потому, что они могут причинить больше вреда, а потому, что они просто-напросто вызывают гадливость." - слова садовника всплыли откуда-то из подсознания. Нет, этот вариант отпадает - врядли кто-нибудь цапнул бы паука. Тем более, такое количество, которого было бы достаточно для заражения стольких людей. А, может быть, люди тоже могут переносить заразу? Хотя, они-то никого не кусают, но что, если болезнь может передаваться по воздуху? Ему вспомнился инцидент в порту. Столько ненормальных в одно время и в одном месте? Пауки бы не смогли покусать их всех, однозначно существует ещё какой-то способ передачи болезни. Гаррет осмотрел помещение и насчитал пятерых пауков. Он мог поклясться чем угодно, что тогда здесь был только один паук. Он всегда тщательно осматривал паб после одного случая... Значит, их число увеличилось. Эти несколько тварей приползли сюда недавно. За два-три дня они не смогли бы покрыть большое расстояние. То есть, имело смысл искать источник недалеко от паба.
Сразу за зданием паба находился узкий переулок, в который не выходило ни единого окна. Вообще непонятно было, зачем он нужен. Разве что для дистанции между домами... Пройдя несколько шагов, Гаррет в сгущавшихся сумерках увидел паука, семенившего в ту сторону, вкоторую шёл вор. Секунду спустя восьмилапый исчез. Нагнувшись, вор обнаружил узкую щель между камней. Не без труда он раскачал один из камней и расширил проход. Нет, камни прилегают плотно, тут и бригада шахтёров за ночь не управится. Гаррет достал мину и боком воткнул её в щель. Отойдя немного, он услышал шипение и щелчок, хпрактеризующие заряженную мину и бросил в неё камень. Взрывчатка сделала своё дело: кусок дороги просел внутрь и с гулким звуком шлёпнулся где-то внизу. Вор посмотрел вниз. Грубо отёсаный, но рукотворный коридор уходил под углом вниз куда-то в темноту. Он зажёг световую шашку и начал спуск. Коридор был низкий, приходилось пригибаться. Вскоре коридор кончился небольшой комнатой. В центре стояло что-то наподобие саркофага. Кругом лазили полчища пауков. Десятки или даже сотни. В саркофаге торчал здоровенный алмаз, который вор не замедлил присвоить, выковыряв его при помощи меча.
В эту ночь почти все крупные оружейни были разграблены. Правда, охрана недосчиталась только мин и огненых стрел. Один чудак, пытающийся полететь на луну, утром понял, что его ограбили во второй раз - неизвестный утащил четре сверхмощных взрывных устройства.
Когда Гаррет курочил дверь в одной из оружейных, он понял, что светает. Он привык к длинным туманным ночам. Взорвав замок, он проник внутрь. Минуту спустя он уже со всех ног нёсся к переулку за таверной, нагруженный тяжёлыми мешками.
Спустившись вниз, вор первым делом огненными стрелами уничтожил всех пауков и, развязав мешки, принялся раскладывать пиротехнику. Сверхмощные мины заняли своё место возле саркофага. Остальные расположились неподалёку. Сюда же Гаррет выкинул все свои огненные стрелы. Смахнув пот с лица, он медленно начал продвигаться к выходу, стараясь не наступить на уже положенные мины. Выйдя в коридор, он продолжил минирование. Наконец, он вылез наружу и судовольствием втянул свежий воздух. Если он всё рассчитал правильно, то после взрыва ближайшей мины получится цепная реакция. Взрыв будет уходить вутрь, одновременно будет обрушиваться коридор. От этого внутренний взрыв в замкнутом пространстве будет намного мощнее. Гаррет отошёл подальше и пустил стрелу в мину, лежавшую наверху, у самого входа. Несколько камней сорвались вниз и сделали своё дело. Полыхнул огонь и взрыв ушёл внутрь. Стена ближайшего дома покрылась сеткой трещин. Земля дрогнула и целый пласт земли подкинуло в воздух. Одновременно с этим рухнул и дом. Взвился столб пламени и всё затихло. Город ни едным звуком не отозвался на нарушение покоя. Город затаился в страхе. Но первоисточник эпидемии навсегда похоронен, и единственная прблема теперь - это заразившиеся. Гаррет развернулся и медленно пошёл по переулку.
Сзади послышалась какая-то возня. Вор обернулся. Из под земли наружу выбралаось какое-то существо. Это был рыцарь. Вернее, это когда-то было рыцарем. А до недавнего времени это было обитателем саркофага под землёй. Даже из под опущеного забрала было видно горящие красные глаза. Под этим леденящим взглядом Гаррет понял, что внутри у него что-то происходит. Он вдруг ощутил невероятную силу. И в то же время почти перестал чувствовать своё тело. И ещё было холодно. Очень холодно. Казалось, холод идёт снизу, от ног, и постепенно захватывая всё новые участки его тела, продвигается к голове. Вместе с этим Гаррет почувствовал испепеляющую ярость. Он ненавидел всё, абсолютно всё. Даже стены переулка и камни под ногами. Он отлично знал, что сейчас произойдёт. Он потеряет контроль над своим телом и пойдёт крушить всё подряд, как это делали другие несчастные, которым непосчастливилось оказаться под действием этого древнего проклятия. Теперь он знал, что это не болезнь. Вместе с силой в его тело просочилась информация, так нужная ему до этого и такая бесполезная теперь. Теперь он знал, что этот рыцарь, закованный в чёрные доспехи, когда-то служил силам тьмы, но был убит и заключён в магический саркофаг, и ждал того момента, когда кто-нибудь освободит его. И он восстанет и месть его будет ужасна.
Махина, в которой было два метра росту, двинулась на вора, терявшего контроль над своим телом. "Да, иди, иди сюда, сейчас я тебя..." - думал Гаррет задыхаясь от злости. "Беги, идиот, бегиии!" - взывал к нему из глубин подсознания гаснущий разум. И вдруг что-то поменялось. Вор вдруг понял, что он совсем не хочет сейчас драться с этой тварью, надвигающейся на него и не издающей никаких звуков, кроме противного шипения. Единственным его желанием было бежать. Но тело по прежнему не слушалось его. Вдруг он вспомнил момент, когда Садовник вышвырнул его из окна. Он успел тогда посмотреть ему в глаза. В этих глазах было страдание и ещё что-то. Ярость. Не та безудержная злость, которая прёт из окончательно обезумевших, а его ярость, ярость на само проклятие. И попытка борьбы. Садовник боролся с проклятием! Именно поэтому удар получился сравнительно слабым и Гаррет упал вниз, вместо того, чтобы быть размазанным о стену противоположного дома.
Внутренняя злость перелилась в тепло, которое сняло чужой контроль с его конечностей. И хотя вор их почти не чувствовал, он мог ими управлять. Тело его осталось таким же сильным, но он мог полностью контролировать его Он резко развернулся и прыгнул на ближайший дом, удивившись, как легко это ему далось - тело слушалось его, как будто он всю жизнь только и делал, что скакал по крышам. Сзади послышался рёв. Когда Вор спрыгнул по другую сторону дома на широкую улицу, стена здания разлетелась на мелкие камни. Рыцарь прошёл сквозь дом. Без особого труда Гаррет выдернул из земли фонарь и швырнул в своего преследователя. Столб изогнулся в неестесвенную форму, ударившись о металлические доспехи.
После нескольких минут преследования по городу, Гаррет оказался на площали перед зданием мэрии, шпили-башни которого уходили далеко вверх, в синее утреннее небо. Заскочив на крышу здания, вор пополз вверх по стене башни. Пальцы с лёгкостью цеплялись за самые мелкие щели в кирпичах. Посмотрев вниз, Гаррет понял, что преследователь не отстаёт. Вскоре он стоял на вершине самого высокого строения в городе. Если получится, то он спихнёт рыцаря вниз, а потом перепрыгнет на соседний шпиль, а с него на вон то высокое здание, а дальше побежит по крышам. Может быть, так он сможет оторваться. В то время, как голова рыцаря показалась над крышей, первый луч солнца осветил вершину башни. Из под доспехов повалил огонь и тварь, издав противный визг, сорвалась вниз. Гаррет посмотрел ей вслед. На площадь упали только доспехи, развалившись на свои составляющие. Тёмный рыцарь сгорел.
Гаррет повернулся и посмотрел на солнце. Кожу обожгло нестерпимым жаром. Вскоре жар проник внутрь уничтожил остатки тёмной силы, действовавшей внутри него. Вор почувствовал невероятную слабость. Кое-как он понял, что это и есть его нормальное состояние, от которого он успел отвыкнуть.
Солнце. Светило, которое восходит утром и заходит вечером и сила которого способна уничтожить любую мерзость, пришедшую в из потустороннего мира. Светило, которое определило судьбу целого города, вовремя появившись в синем утреннем небе. Когда луч света, спустившись вниз по башне, вылился на улицы, ещё несколько тысяч человек пришли в себя.
**********************************************
Таффер из Тафферов
Автор: Scott MyersПеревод: Jerk
Холод. Сколько помню, в этом городе всегда было холодно. Если в этом огромном мире у солнца и есть любимое место для освещения, то оно определенно не здесь. Я думаю, что это единственная причина, по которой люди моего... калибра... стекаются в этот большой город.
Эх, Жизнерадостный Клык, одна из моих любимых таверн. Отличное место, чтобы засунуть себя в темный угол и в спокойствии потягивать пиво. Это прекрасное место для тех, чья репутация в этом городе не такая высокая, как хотелось бы. Также, это неплохое место для того, чтобы послушать длинные истории об убийствах и завоеванных женщинах. Я видел много людей, приходящих и уходящих отсюда и я слышал всю их ложь и полуправду. Некоторые из этих людей просто искали внимания, в то время как другие действительно верили, что их истории правдивы. Может быть некоторые рассказы действительно были реальными, я не знаю.
Истории. Эта вещь помогает сообществу быть ближе друг к другу... у меня тоже есть одна. Но эту историю не следует рассказывать людям в Клыке. Нет, я предпочел бы не давать им еще одну причину быть на стороже, или спать с еще несколькими кинжалами под подушкой. Лучше держать эту историю в себе, для тех немногих, кто может понять ее значение. Я уверен, черт возьми, здесь нет таких, кто поймет ее. Но я чувствую, что должен рассказать ее кому-нибудь, прежде чем потеряю контроль над своим разумом. Моя история начинается прямо с этого стула, прямо с этого стола.
Все это началось одной темной ночью несколько месяцев назад...
"Еще пива, Джейс?"
"Ты еще спрашиваешь, Келанна?"
Мигнув и улыбнувшись, я передал серебряный кусок. Я редко говорю с кем-то, тем более улыбаюсь. Келанна была другой. Мне она нравилась. Ее длинные светлые волосы, зеленые глаза... Я думал, что она была самой красивой на земле. Она никогда не верила мне, когда я говорил с ней, она слишком много думала о длинном шраме на своей левой щеке. Она никогда не шла бы за такой собакой как я, независимо от того, как сильно я бы этого желал. Она всегда смотрела на других воров.
Келанна принесла мне пиво, и я его медленно прикончил. Все равно, вскоре я должен был уйти отсюда, мне нужно было встретиться с одним человеком. Я поднял себя со стула, попрощался с прекрасной барменшей и потащился к двери. Только открыв дверь, я столкнулся с... ним.
"С дороги, приятель."
Гаррет. Я никогда не встречал более самодовольного и всего-из-себя вора. Для ответа я не придумал ничего остроумного, и просто обошел его. Я не хотел устраивать сцен, и покинул Клык так же, как и пришел - тихо. Я мельком взглянул на Келанну, застенчиво и тепло улыбающуюся Гаррету, и вышел. Я шел по освещаемым луной улицам города, естественно, пытаясь быть неприметным. Мне нужно было узнать побольше о работе, на которую мне предстояло идти этой ночью, и, может быть, на этот раз удасться выпросить побольше денег на случай успеха. В этом году с деньгами напряженка. Наконец я дошел до западной части города, где скрывался Катти. Бедный старик, он всегда жил в этой грязной лачуге. Я думаю, что это отличное прикрытие, когда ты занимаешься краденными товарами. "Мне нужно поговорить относительно моей сегодняшней работы, Катти", - сказал я, тихо закрыв за собой дверь.
"Вот и хорошо, потому что мне тоже нужно поговорить с тобой, Джейс." Я был слегка ошеломлен, Катти никогда ничего не говорил до тех пор, пока награбленное не попадало к нему в руки. Я был уверен, что это было недобрым знаком. "Кажется, я нашел более подходящего человека для обработки Баффорда этой ночью. Кстати, мои информаторы сообщили мне, что он уже завершил задание и остановился выпить перед тем, как занести ценности мне. Я бы сказал раньше, но я подумал, что тебе перед этими новостями лучше напиться. Я думаю, ты знаешь его, это..."
"Гаррет." Мои глаза сузились.
"Да. Гаррет. Он более квалифицирован, чем ты, Джейс. Я нанял его всего неделю назад, и он уже показал себя. Я сожалею, что приходится разочаровывать тебя. Уходя, убедись, что закрыл дверь."
Я выскочил из этой никчемной лачуги, бормоча проклятия, которые лучше не слышать твоим молодым ушам. Да как Катти посмел дать МОЮ работу кому-то другому? И из всех воров им оказался именно Гаррет?! Это расплавило мой предохранитель. Гаррету предстояло узнать, каким опасным человеком я являюсь. О, и местные молоты найдут анонимную записку перед домом охраны и часом позже свяжут Катти за множество... ужасных преступлений. Я надеюсь, что этого ублюдка запрут надолго. Я уверен, черт возьми, по нему не будут плакать.
Сон медленно пришел ко мне в ту ночь, и он был беспокойным. Мне снилось, как я шел по городу, и все горожане останавливались и смеялись с меня. И каждый смотрел на меня взглядом Гаррета. Понятно, я не был слишком счастлив той ночью.
В течение следующих нескольких недель я разрабатывал план, чтобы сполна отомстить Гаррету. Я полагал, что смогу найти его в городе и ограбить его, когда он будет на деле, по идее, моем деле. Было нелегко вычислить место его жительства, но после нескольких слабых следов и нескольких поломанных пальцев горожан, я нашел. Я узнал, что Гаррет будет далеко ночью, когда луна будет светить одной своей половинкой на небе, и кое-что о новом и важном грабеже, который он собирался провернуть. Я просто надеюсь, что работенка будет сложной... чем дальше он идет, тем больше золота я могу отбить у него.
Я приближался к халупе Гаррета, когда услышал, что кто-то быстро бежит в моем направлении. Я шмыгнул в ближайший переулок и начал смотреть, что случится дальше.
Гаррет буквально летел по улице, причем я еще не видел такого скоростного бега за всю свою жизнь. В руках он держал какой-то длинный предмет, обернутый ковром. Мне показалось, что я увидел рукоять меча, торчащую из-под ковра. Задыхаясь, но не останавливаясь, он забежал в свое здание и закрыл за собой дверь.
"Черт," подумал я. "Сегодня складывается отличная ночка, чтобы пнуть Гаррета как следует и поговорить. О-па, кто это?" Появилась женщина, идущая вниз по улице в том же направлении, что и бежал Гаррет. Она остановилась перед его лачугой, и затем зашла. Даже сейчас я понятия не имею, о чем они говорили, или что делали там.
Они оба появились вместе несколько минут спустя. Гаррет все еще потел после своей пробежки по городу. По некоторым причинам, я решил следовать за ними вместо того, чтобы продолжить свой главный план расплаты. Я до сих пор просыпаюсь ночью, желая, чтобы оставил тех двоих на едине. Я проследовал за ними до нового особняка в городе. Я узнал неделю назад, что он принадлежит богатому человеку по имени Константин. Большинство историй, которые я слышал, говорили, что он безумец. Я не знаю об этом наверняка, я никогда не встречал его. Я надеюсь, что и не повстречаю.
Двое зашли в небольшой дом справа от особняка, а я терпеливо ждал снаружи. Очень терпеливо. Теперь, я люблю думать, что я человек, который может ждать вечно, но это только казалось. То, что казалось днем спустя, оказалось только несколькими часами. Гаррет и его новая девушка покинули дом. Я подслушал их разговор о новой работе Гаррета на Константина. Я думаю, он получил хорошее предложение. Наконец, они пошли в разные стороны. Гаррет направился в старую часть города... которая обрастала слухами. Если Гаррет просто надеется убить призрака или что-то еще, то чего я должен бояться?
Я решил узнать побольше об этом Константине, посетив его домик.
Если я бы надеялся найти несколько кусков золота для себя, то я бы разочаровался. Проникнуть в его особняк было очень легко, так как охраны не было видно. Я полагал, что это парень мог обеспечить охрану и получше. Ну, по крайней мере, мне такие люди и нужны.
После нескольких часов поиска, я узнал несколько интересных вещей. Во-первых, Гаррет был здесь недавно... Я так и не смог найти ничего, что напоминало бы мне золото. Во-вторых, характер постепенно очнувшихся от дубины Гаррета охранников уж очень скверный. Конечно, их не составило отправить в повторный нокаут одной из моих игрушек. И еще, Константин действительно псих, так как его особняк зарос растительностью.
Я также узнал некоторые вещи, которые, по-видимому, не были известные Гаррету. Я нашел несколько скрытых комнат там, которые не были обчищены. Константин ищет один редкий драгоценный камень, который он называет "Глаз". Для каких целей, я так никогда и не узнал. Но я узнал, что этот "Глаз" находится в старом соборе в заброшенной части города. Наверное, Гаррет туда и направился. К счастью, я узнал точное месторасположение собора... Я сомневаюсь, что Гаррет настолько удачлив. Карты старого города тяжело достать, особенно точные. Если мне повезет, я бы мог попасть в собор раньше Гаррета, выкрасть Глаз и вернуть его Константину за приличную сумму. Это бы показало Гаррету, кто лучший.
Проникнуть в старую часть города было не слишком сложно, поскольку я мог легко найти следы Гаррета, пытающегося вскарабкаться на стены. В заброшенной части также оказалось не сложно, так как мне освещали путь все еще горящие по непонятным причинам фонари. На пути к собору я так и не увидел подтверждений, что это место посещалось. Конечно, я видел останки и куски трупов, но нигде не замечал, чтобы кто-нибудь из них вставал, охотясь за моей душой. Просто истории, думаю. И так, к собору подобраться мне ничего не стоило. Двери собора были заперты, как я и предполагал. Достав из кармана свои любимые отмычки, я было принялся за дело, как вдруг услышал приближающиеся шаги. Поскольку я вор, и не люблю попадаться на глаза... то быстро шмыгнул в ближайшие кусты.
Это был Гаррет... удивлен-удивлен. Он нес большой мешок, который был, очевидно, тяжелым. Он подошел к двери собора и опустил свою ношу на пол. Гаррет достал из мешка каменную табличку со сверхъестественным символом и разместил в руки одной из статуй, находящихся у двери. Тоже самое он проделал и с другими тремя табличками. После того, как последняя стала на свое место, дверь со скрипом отворилась.
Я и не собирался идти за ним внутрь в здание, в котором до этого ни разу не был. Я шел снаружи и следил за перемещениями Гаррета из комнаты в комнату через множество окон собора. Я кое-что узнал той ночью... Я никогда не вступлю своей ногой в тот собор, мой друг. Призраки и ходящие скелеты существуют, я клянусь своей жизнью. Гаррет уничтожил их всех, даже не дав им шанса на раздумье. У него было больше злости, чем у меня. Или, может быть, эта злость у него возникала в битвах с мертвыми... Я никогда не узнаю наверняка.
В конечном счете, он захватил Глаз и выскользнул через задние двери собора. Если мне удастся обокрасть карманы Гаррета и выкрасть глаз так, чтобы он не узнал, то это было бы более великолепно, чем мой предыдущий план. Я позволю Гаррету разбираться со всеми этими призраками и подожду его в безопасной части города. И тогда он дождется.
Я горжусь тем, что так долго смог быть на хвосте Гаррета. А он всегда хвастается, что может преследовать любого, причем тот и не догадывается об этом. Однако Гаррет предпочитает двигаться по улицам, в то время как я передвигаюсь по крышам. И по этому судьба, удача или еще что-то сыграли мне на руку той ночью.
Гаррет возвращался к дому Константина со своей добычей, а я следовал за ним по крышам. Если бы я мог двигаться достаточно быстро, то мог бы вырубить его в одном из темных углов улиц, и забрать глаз. Это казалось мне тогда таким простым. И, возможно, так и было.
"Следишь за ним, да?"
Я в оцепенении остановился. Это был самый страшный голос, который я только слышал в своей жизни.
"Даааа. Отец Древо этой ночью будет доволен!"
Я заметил, откуда шел звук. Недалеко от меня на крыше одного из зданий стояли две фигуры. Они не видели меня, они смотрели за передвижениями Гаррета по улицам.
"Мы убьем его и отнесем солнечный глаз Отцу Древу!"
"Ох и банкет же будет у нас из человечины!"
Теперь я действительно не знаю, почему я не повернулся и не ушел оттуда. Я не знаю, почему я сделал то, что сделал, но время уплыло, и я ничего не могу изменить. Может быть потому, что эти парни собирались убить его, а я не хотел, что бы он умер... Может быть, я хотел, чтобы он был жив и видел свой позор - то, как я выиграл в его же игру. А может быть потому, что эти парни не были людьми и Гаррет не заслуживал подобной смерти. Возможно, я не хотел видеть Келанну со слезами в глазах. Может быть я просто сошел с ума от этой жизни и мне хотелось вылить свой гнев. В любом случае, я до сих пор удивлен, что смог отбросить осторожность на короткое время.
Одна из тварей начала колебать руками, и между ними начал формироваться красный туман. Он начал прицеливаться в фигуру Гаррета, поскольку он был довольно таки далеко.
Стрела легко вошла в шею первой твари. Это был мой любимый способ убивать кого-то - тихо и кроваво. Темная фигура второго существа, казалось, была ошеломлена, видя пронзенное тело своего друга, и красный туман пропал из его рук. Тварь повернулась и посмотрела на тело своего друга или жены или еще кого-то. Издав чудовищное рычание, она посмотрела на крышу. Затем заметила меня и рванулась с места. Моя кровь остановилась в жилах, мои ноги приросли к полу. Впервые я почувствовал себя в огромной опасности.
Я ни разу не видел ничего подобного. Эта тварь выла и приближалась ко мне. Я мог видеть ее холодные коричневые глаза. Это был не человек. Я даже не могу точно описать то, что видел. Это было похоже... нос как у свиньи, тело все в шерсти, длинный хвост, торчащий вверх, когти как маленькие ножи. Она в момент прыгнула на меня. Сила удара вышибла мой лук из рук, который полетел вниз на улицу.
Воя и ревя, тварь начала наносить мне глубокие раны на лице и груди, которые были даже глубже, чем при ударе меча. Я никогда не был близок к смерти, чем тогда. У меня никогда еще не было чувства приближающейся смерти... до этого момента. Ненависть в глазах твари была невыносима, но не настолько, чем боль, которую я почувствовал.
Собравшись с силами, я поднял свою ногу, и достал маленький кинжал с ботинка. Пытаясь не обращать внимания на боль, я замахнулся и со всей силы ввонзил лезвие в тело твари. Раздался рев боли... и я повернул кинжал вокруг своей оси. Рев раздался такой силы, что оглушил меня. Тварь затихла.
Облитый кровью, которая была в основном моя, я посмотрел с края крыши узнать, услышал ли Гаррет что-нибудь. Может быть он помог бы мне... а может быть и нет. Его не было видно. Я не думаю, что он слышал что-либо из этого.
Я сполз с крыш на улицы и слонялся по ним, пока не нашел дом с горящими огнями. Я начал стучать в дверь, и когда она открылась, зашел.
Это время для меня было в тумане. Я был в доме-приюте для детей. Я ушел оттуда, как только смог снова ходить. С тех пор я возвращался туда снова, чтобы удостоверился, что у них достаточно денег, чтобы прожить длинную и счастливую жизнь. Но они так и не увидели человека, который оставил золото в их спальне. Я думаю, что это золото больше не понадобится Катти.
Я только однажды видел Гаррета после той ночи. Он, как обычно, был нахален по отношению ко мне, хотя и выглядел несколько другим... Я никогда не мог хорошо всмотреться в тень его плаща. Я не знаю, позволю ему узнать о том, что я сделал для него. Я сомневаюсь, что он мне вообще бы поверил... он только смеялся бы и не обращал на меня внимания.
Я не знаю, почему я рассказываю тебе эту историю, может быть, просто хочу убить время. Но я верю, что ты окажешься не тем, кто не поверит в нее. Может быть, просто может быть, ты узнаешь, что мои слова были правдой. В любом случае, у тебя есть история, чтобы рассказать другим, во время распития очередной бочки пива. В любом случае, мой друг, ты должен знать это: Гаррет - это человек, наполненный загадочными вещами, о которых он даже, может, и не знает. Смерть следует за ним как собака на привязи и уничтожает любого вокруг него в любое время. Я узнал это тяжким путем. Я думаю, что упакую свои воровские инструменты, и буду ждать до тех пор, пока в этом городе кому-то понадобится "не-такой-великий" вор.
**********************************************
Вор
Автор: Альберт Круглый
Гаррет таился в тени, выжидая, когда назойливый охранник повернет назад. Дождавшись, он бесшумно последовал за своей неуклюжей жертвой. Вор двигался столь стремительно и тихо что его можно было принять за мираж, ведь это было его время, ночь, время теней.
Он учился искусству прятанья в тенях всю свою жизнь, он был мастером своего дела, он был вором, но не каким-то воромкарманником, профессиональным вором, его считали самым лучшим, во всем Монтигоре и это было так.
Бесшумно подкрадываясь к стражу Гаррет доставал его одно из любимых орудий, которым он избавлялся от врагов, его любимую дубинку из черного дерева. Этой дубинкой он оглушил многих стражей даже слишком многих.
Подойдя на расстояние удара, Гаррет резко опустил дубинку на затылок охранника. Поймав тяжелое из-за доспехов тело охранника, вор поспешил бесшумно спрятать его тело в одну из комнат поместья.
Он уже достаточно ограбил этот дом богатого купца, но ему было мало, нет, ему было мало не золота, а удовольствия, которое он получал от своей искусности оставаться незамеченным.
И все же его главной целью была комната приемов дорогих гостей, в которой хранилась недавняя покупка купца украшенный огромным алмазом скипетр. Эту информацию Гаррет получил от человека, которого считает своим единственным другом, наводчика и изобретателя Элдора, вот уже который раз Элдор предлагал свои услуги, за небольшую долю в добыче. Надежно спрятав охранника, Гаррет продолжил свои поиски приемной комнаты. По словам Элдора она должна находиться на втором этаже, в восточной части здания.
«Судя по карте, цель будет в другом крыле» думал Гаррет.
Но он очень удивился, когда, завернув в следующий коридор, он увидел двух стражей с мечами и одного с луком. Коридор был хорошо освещен, и прятаться было негде.
«Что ж пусть побегают, им полезно тряхнуть костями» мелькнула мысль. Оценив степень “бронированости” стражей вор оглушительно свистнул, что что, а это Гаррет умел хорошо делать. Охрана услышав свист побежала грохоча доспехами в сторону звука. Завернув за угол, они обнаружили, что стоят лицом к лицу с плотно закутанным в плащчеловеком. Лучник, успев среагировать, почувствовал, как лопнула тетива на луке. Вор действовал настолько быстро, что никто не успел понять что произошло. На лице Гаррета появилась злобная ухмылка. Поняв, что ему уже не грозит получить стрелу в спину, он развернулся и нарочно грохоча сапогами, побежал, давая страже понять, куда сворачивает.
Вор уже знал, куда заведет своих противников, в огромный, в самом центре поместья сад.
Добежав до очередного поворота, охранник понял, куда направился вор, и, свернув в другом направлении, направился в сад более коротким путем, сказав остальным, чтобы продолжали следовать за “гостем”.
Прибежав в сад, Гаррет осмотрелся в поисках места для засады, не обнаружив ничего лучше, чем балкон, к которому вела лестница, Гаррет быстро поднялся по ступеням и прислушался.
«Бегут сюда!» мелькнула радостная мысль.
Достав лук и стрелы, вор приготовился к стрельбе, спрятавшись в тени, когда его острый слух услышал крадущиеся шаги около двери на балкон. Инстинктивно развернувшись и выпустив стрелу в сторону двери, Гаррет понял, что у него проблемы, в дверях стоял охранник. Стрела, ударив в мощный панцирь доспеха, отскочила в сторону, оставив лишь небольшую вмятину.
Времени на доставание меча уже не было. Охранник занес меч для удара, Гаррет резко насколько мог, упал на пол и перекатился, заметив при этом одну странность, гобелен висевший на стене качался. Увернувшись от разъяренного охранника, и подбежав к стене Гаррет отодвинул край гобелена, обнаружил секретный проход.
Воспользовавшись ослепляющим устройством, которое изобрел Элдор, Гаррет ослепив охранника, быстро оглушив его дубинкой, и затащил тело за гобелен.
Подобрав лук и стрелы, брошенные во время драки, вор скрылся за гобеленом.
«Интересно куда он меня выведет?» настоятельно думал Гаррет, но мозг отказывался думать над этой загадкой, его больше волновало, куда делись те два охранника.
Удивлению Гаррета не было предела, когда узкий коридор вывел его прямо в приемную. Выйдя из-за небольшого кресла, скрывавшего проход, он увидел тех самых двух охранников ожидавших вора, с мечами в руках. Они стояли спиной к креслу и не заметили появление “гостя”.
«Обоих сразу не отключишь, придется сражаться открыто» быстро заключил внутренний голос.
Стремительно подбежав к одному охраннику, Гаррет вонзил кинжал в самое уязвимое место в доспехах. Длинное лезвие кинжала прошло через кольца кольчуги и дошло до самого сердца. Жертва не успела понять, что произошло, как упала в объятия смерти. Немедля ни секунды Гаррет достал свой меч, при этом небрежно бросив охранника на пол. На грохот доспехов, повернулся второй охранник, он увидел своего мертвого напарника и странного человека бесшумно приближающегося к нему, с окровавленным кинжалом в одной, и длинным мечом в другой руке. Лучник, придя в себя, сделал длинный выпад своим коротким клинком, но Гаррет с легкостью парировал его. Охранник закрылся от ответного выпада, начал контратаку. Гаррет только защищался, изматывая противника. Стражник все атаковал и атаковал, но защита превосходила нападение. Наконец меч стражника стал подниматься все медленнее и медленнее. Гаррет выбрав момент, парировав, мечом атаку врага, резко отвел клинок в сторону, оставляя корпус врага незащищенным, выбросил руку с кинжалом вперед.
Кинжал вошел прямо в незащищенную шею. Страж, захлебываясь в собственной крови повалился на пол. Гаррет вытер оружие о бездыханное тело, осмотрелся.
Комната была небольшая, но вся была отделана со вкусом знатока и ценителя красоты, стол в центре комнаты, много мягких атласных кресел и тому подобная роскошь.
У стены рядом с входом Гаррет заметил цель своей вылазки: отделанный серебром и золотом, а также украшенный искусными узорами, и с огромным алмазом на конце, скипетр.
Трепещущими руками Гаррет взял это произведение искусства достойного королей, это было то чувство, которое всегда посещало Гаррета, чувство победы.
В этот вечер Гаррет и Элдор восхищались красотой скипетра, попутно распивая бутылку вина которую Гаррет украл у одного богатея.
«И все же хороша жизнь, когда ты вор способный становиться тенью. И когда у тебя есть хороший друг, в богатом городе, который тебя ни за что не предаст» - подумал Гаррет рассматривая план особняка следующей жертвы.
**********************************************
Thief: В поисках Катти
Автор: zireal
За кражу скипетра Гаррет надеялся получить приличную сумму, однако то, что он узнал из разговора соседей под окном (почему-то в маленьком городке слухи всегда распространяются быстро), его ошеломило. Заказчик был арестован «за незаконное проникновение в особняк лорда Баффорда и похищение фамильной реликвии» и сослан в тюрьму у золотодобывающих шахт – до тех пор, пока не признается, куда спрятал скипетр. Вор знал, что при их встрече не присутствовала ни одна живая душа, выходит, дела у Катти шли не очень хорошо, и кто-то решил его подставить? В любом случае, он не успел заплатить Гаррету за скипетр, но это как раз было поправимо. Гаррет допил утренний кофе и пошел в лавочку «Все для вора». Располагалось сие заведение на углу Моховой и Тёмной улицы, и было известно немногим; кроме того, грабительские (в прямом смысле слова) цены отнюдь не способствовали высокой посещаемости. У вора ещё с прогулки по особняку оставались кое-какие сбережения, поэтому он купил с десяток обычных стрел, столько же – водных, и пару эликсиров, восстанавливающих жизнь. На этом деньги кончились. -Кредит? – предложил хозяин лавки. Гаррет глянул в его хитрые глаза и усмехнулся: -Нет, пожалуй. -Слыхал новости? Катти замели в тюрягу. Вор пожал плечами, делая вид, что его это не интересует. -Говорят ещё, что в тех шахтах нечисть завелась, - продолжил хозяин. - Люди пропадают средь бела дня, и рабочие отказываются спускаться в шахты, утверждая, что там появились – подумать только – зомби! Дескать, ничто их не берёт, кроме святой воды, и поэтому они настроили в шахтах часовен. Лично я думаю, что это шутка – откуда там взяться зомбям?! – завершил он рассказ, подмигнув Гаррету. Вор достал из кармана золотое кольцо и принялся задумчиво его разглядывать. -Конечно, шутка, уважаемый Фаркус. Но если бы это оказалось правдой... -...То я бы сказал, что святая вода – лучшее средство против нечисти. Гаррет положил кольцо на прилавок, где оно моментально исчезло, и, прихватив пару флаконов святой воды, вышел. -Давай-давай, - проворчал Фаркус, - пока твой дружок копыта не откинул. Шахтерские тоннели были напрямую связаны с фабрикой (а, значит, и с фабричной тюрьмой). Главный вход тщательно охранялся, но Гаррет нашел полузатопленный проход, ведущий внутрь горы. Вначале вода доходила ему до пояса, а затем дно ушло вниз, и вор нырнул в прозрачную зелёную воду. После короткого заплыва он выбрался на берег большой пещеры, освещённой пятью факелами. В их свете Гаррет разглядел тележку, заполненную рудой и рельсы, уводящие в проход в углу. Где-то здесь должен был быть и рабочий, который привёз тележку, вот только где? Он прислушался: однако в пещере было тихо, лишь вдалеке капала вода, и ещё рой мух жужжал в углу, над обглоданным телом человека. Вор, привыкший к таким зрелищам, подошел ближе и вдруг услышал лёгкое хрипение, издаваемое трупом. «Выходит, слухи о зомби оказались правдой?» Гаррет откупорил один из флаконов и обрызгал труп святой водой. Тот буквально взорвался, разлетевшись на множество мелких кусочков. Отряхнув слизь с плаща, вор двинулся по рельсам вглубь скалы. Следуя указателям, в изобилии развешанным на стенах, он вскоре добрался до фабрики. Шум здесь стоял страшный, поэтому никто не заметил, как он проскользнул в коридор, ведущий к тюрьме. Проходя мимо решетчатых дверей, Гаррет заглядывал в камеры в надежде обнаружить там Катти. Один раз он подошел слишком близко к решетке и тут же пожалел об этом. - Я – твой ночной кошмар! – завизжал бродяга в лохмотьях, кидаясь на дверь. Гаррет поспешно отошел и продолжил свой путь. Стоявший на балкончике второго яруса стражник, вдруг заметил какое-то шевеление внизу и перегнулся через перила, всматриваясь. - Эй, - послышался голос из последней камеры, - это ты, Гаррет? - Катти? Погоди немного, сейчас я тебя открою. – Вор пошуровал отмычкой в замке, щёлкнуло, и он быстро скользнул в камеру. Стражник посмотрел вправо, влево, снова на то место, где он видел подозрительную тень.... Но там уже ничего не было. «Проклятые крысы», ругнулся он про себя, и снова принялся гнусаво напевать под нос. -Там-ту-там... -Вот это охрана, - прошептал вор, - Я мог бы украсть всю тюрьму, и никто бы не заметил! Катти хрипло рассмеялся, но тут же закашлялся. -Зачем ты пришел? – отдышавшись, спросил он. -Ты мне кое-что должен, разве не так? И учти, что я никому не говорил о нашей сделке, так что ты здесь по собственной глупости. -Меня подставили! – прошипел Катти, - Им понадобилась моя карта, и они ухватились за первый попавшийся предлог, чтобы упечь меня в тюрьму! -Карта? – переспросил вор. -У тебя что-то со слухом? – раздраженно буркнул Катти, - Да, именно это я и сказал!. В моих архивах есть много любопытных свитков... кхе...В одном из них содержатся сведения о местонахождении Рога Квинтуса. -По-моему, все хаммеритские маги только тем и заняты, что ищут сей «могущественный артефакт». Если бы он существовал, его бы уже давно нашли. - Его не нашли, потому что он надежно спрятан! Ты что-нибудь слышал о старых Склепах? – Вор кивнул - Когда-то там хоронили членов королевских семей, а сейчас место заброшено. Так ты хочешь сказать... -Именно так. Я подумывал наведаться туда, но сейчас... я сижу в камере с крысами,... а маги в это время... - Речь Катти становилась все медленнее, он пошатнулся и оперся рукой о стену, не сводя взгляда с Гаррета. -Забери карту! Я слышал, как стражники говорили, что она в часовне! Возьми карту, и мы в расчете! – Кое-как выговорив последние слова, он рухнул на пол без сознания. Долгое пребывание в камере не могло пройти бесследно ни для кого, а Катти к тому же никогда не отличался хорошим здоровьем. Вор посмотрел на лежавшего, пожал плечами и вышел из камеры, оставив дверь приоткрытой: если Катти не дурак, то он выберется. В часовне на третьем ярусе тихо разговаривали два человека. -Да, я согласен, что это заклинание произносится иначе... -Брат Альберт, а как вы... Гаррет послушал немного, но ничего интересного так и не услышал. Подобрав с пола камень, он аккуратно бросил его в приоткрытую дверь и стал ждать. Голоса смолкли, послышались шаги. В коридор вышел маг в красном одеянии. -Эй, кто здесь? О-о! - Это Гаррет огрел его дубиной по затылку. Подхватив обмякшее тело, вор утащил его за колонну. Священник, оставшийся в часовне, выглянул, чтобы посмотреть, в чем дело, и тут же был схвачен за горло притаившимся вором. - Где карта? – спросил Гаррет, потряхивая беднягу так, что у того застучали зубы. -В-в-в сейфе. -Где?! Священник мотнул головой в сторону часовни: -Сейф... в стене. Дав и ему по голове, Гаррет снял с пояса ключ, и, уже никого не опасаясь, зашел в часовню. Сейф оказался полон золотых монет, поверх лежала свернутая в рулон карта. «Похоже, у меня сегодня удачный день», подумал вор, перекладывая золото в дорожную сумку...
**********************************************
Ночное дежурство
Автор: Марио
- А ну-ка, налей еще. - Да куда тебе! Ты на ногах не стоишь! - Я! Да я... да я... ва-а-аще! Наливай! В богато обставленном зале разговаривали двое, изрядно подвыпивший стражник и служанка, подливавшая ему вино. Служанку звали Дженни и ей пьяненький страж казался очень забавным, так что она не стала спорить. Протянула стражнику еще один полный бокал, который тот сразу осушил наполовину. Дженни хихикнула. Ей было интересно, когда стражник напьется окончательно. В углу зажужжало, и оба говоривших оглянулись. Жужжание сменилось картавым речитативом: "...и я уничтожу его оппонентов..." Механическое создание, новомодное приобретение барина, сделало еще один круг по залу. Служанка и стражник переглянулись, и служанка решительно налила и себе. В зале царил беспорядок, все еще остававшийся от вечеринки, затеянной сегодня ночью хозяином. Шумные гости сегодня были, впрочем, как и в прошлый раз, и в позапрошлый... Тяжело с этими гостями. Дженни начала рассказывать стражнику про прошлый раз, потому что стражник этот был здесь новенький, и ее повествование о прошлом разе еще не слышал. А стражник, хоть и был новенький, служанку слушал вполуха, занятый своими мыслями. Вот он подходит к своему дому, вот открывает вечно скрипящую дверь... вот из темноты на него бросается что-то маленькое и теплое и кричит: "Папка пришел!" А папка гордо протягивает дочке завернутую в подарочную бумагу огромную куклу... А чуть поодаль стоит жена и улыбается, она такая красивая, когда улыбается... В углу звякнуло - робот задел за оброненную кем-то бутылку. Стражник отвлекся. Да, с этой работой и впрямь подфартило. В последнее время приходилось случайными заработками перебиваться, ну сам виноват, конечно, не надо пить было... вот только попробуйте постоять всю ночь в холодном подвале или под дождем, дергаясь от каждого шороха - ну как тут не выпить? Для поднятия духа... А потом оно конечно, грабанут кого, и давай увольнять всех подряд... Чистить ряды, так сказать. Ну начинают, конечно, с замеченных в нарушениях всяческих... да. Стражник вздохнул и протянул служанке опустевший бокал. - А ну-ка, налей еще. - Да хватит тебе, Бенни! Лопнешь! - Наливай! - Бенни сунул бокал почти что ей в лицо. Она налила еще. Бенни продолжал вспоминать. Последнее увольнение чуть не оказалось фатальным. Его никуда не брали, кого только не приходилось охранять! Даже с контрабандистами как-то раз связался. Но эта работа Бенни не понравилась - он предпочитал быть в ладах с законом. Ну нехорошо это, не по-людски, когда незаконно. Хотя в последнее время закон стал каким-то слишком... суровым. Вот сосед его, Миллер, хоть и пьяница, но ведь добрейшей души человек. Ну побирался, да, так это от жизни такой. Однажды люди шерифа уволокли его куда-то, и больше Бенни соседа своего не видел. Двое ребятишек малых осталось... Закон, оно конечно, это правильно, но ведь и понимание надо иметь. Не было в нынешнем законе понимания, и такой закон Бенни не нравился, хотя он и не стал бы говорить этого вслух. Скажешь такое, и последней надежды на работу лишишься, а у него дочка малая, конфеток ждет, кроха несмышленая. И куклу. Очень его дочурка хочет большую куклу. А жалование здесь хорошее... Да, повезло ему. Все-таки получил рекомендацию, заработал, и вот взяли не куда-нибудь - в дом шерифа. Богатый, огромный дом, таких Бенни и не видал до сих пор. Все тогда говорили: "Счастливчик!" Соседи хлопали по плечу, а жена на радостях пирог испекла, сладкий. И Бенни был счастлив... поначалу. А потом понял, что не нравится ему в этом роскошном доме. Нехорошо тут было... не по-людски. И дружки шерифские ему не нравились. Многие из них были вчерашней шпаной, внезапно разбогатевшие, они продолжали плевать на ковры, лапать служанок и вели себя так, что даже много повидавший на своем веку капитан стражи морщился им вслед. А еще ходили какие-то темные слухи о шерифском подвале, что вроде бы там у него своя секретная камера пыток есть. И что вроде заморили там какую-то девчонку, молоденькую и глупую служанку по имени Грейс, по неразумию отвергшую любовь шерифскую... Этому Бенни не очень верил, пока не отдежурил как-то в том подвале смену. Глухие стенания, слышные даже сквозь каменные стены, пробирали до костей. Вот после этого дежурства он и напился опять. Потому что уж слишком много бродило по дому нехороших слухов. И люди на улицах пропадали... Если таков закон, то на что надеяться простому человеку? Вот и выходит, что не на что.
А сегодня состоялся большой званый вечер, больше похожий на пьяную оргию. Впрочем, если верить служанкам (а теперь Бенни был склонен им верить), здесь все званые вечера были такими. Так что это его не слишком взволновало. Он терпеливо стоял на посту, снося идиотские пьяные шутки и следил за порядком, пока гости не угомонились и не настала тишина, нарушаемая только размеренными шагами охранников. И вот тогда ему стало не по себе. Потому что казалось ему, что некая тень проникла в дом, и шаги в коридорах, сопровождаемые бряцанием кольчуг, потихоньку затихали, как будто стражники один за другим отправлялись спать. Только вот с какой стати им всем так дружно идти спать? Дженни не обращала ни на что внимания, но Бенни насторожился. Этот почерк был ему знаком. Очень даже знаком... И вот тогда Бенни и налил себе первый бокал. И теперь, вслушиваясь в наступающую тишину, целенаправленно накачивался вином, веселя служанку пьяными вскриками. Вот в угол скользнула какая-то тень... еще не поздно поднять тревогу. - Кррасавица, - пьяно взревел он, - а ну налей-ка еще! - Да куда тебе, - засмеялась Дженни. - Я... да я... да я... ваа-а-аще!!! Бенни поспешно влил в себя остатки пойла. Желтый робот неожиданно замолчал. Бенни подобрался в ожидании удара, но ничего не происходило. Может, потому, что они с Дженни смотрели друг на друга? В голове все плыло, все-таки барская выпивка что надо. Он не сразу понял, что жужжание камеры в комнате напротив тоже стихло. Дженни ничего не замечала. Шериф... Тревога... Бенни всем телом навалился на стойку, чтобы ничего не видеть и не понимать. Он не думал о долге и той молоденькой служанке, не думал о своем непутевом соседе... и вообще старался ни о чем не думать. Он не уловил момент, когда обстановка изменилась. Должно быть, набрался уже изрядно. Но когда поднял отяжелевшую голову, вокруг царила суматоха, беготня и истошные крики, в которых наиболее часто повторялось слово "убили". Из мутного тумана выплыло оскаленное лицо капитана стражи. Капитан взял Бенни за грудки, понюхал, сморщился, обреченно махнул рукой и убежал. Бенни плюхнулся на стул, утирая рукой лоб. У...убили? Бенни не мог мыслить ясно, и, как ни старался, не мог испытать сострадания. Наверное, это нехорошо, не по-людски это... не испытывать сострадания. Так он и просидел остаток вечера, потихоньку приходя в себя. Никто не трогал его, даже капитан больше не приходил. И хорошо. Все будет завтра, и орать будут завтра, и домой он вернется завтра. Бенни вспомнил безрадостные глаза жены. Что он ей скажет? Она будет молча смотреть на него, а ему придется что-то объяснять... - Ничего, - пробормотал он, уставившись на узорчатый ковер у себя под ногами, - проживем... Суматоха на этажах постепенно утихала, люди расходились по своим углам, тревожно спрашивая друг друга - что теперь будет? Ни у кого не было ответа на этот вопрос. Бенни думал о своей жене, которая, услышав об очередном увольнении, сначала набросится на него и будет колотить в грудь сухими кулачками, а потом устанет и начнет тихо плакать в углу; думал о малой дочке, которая опять не получит свою большую куклу; и думал о Грейс, Миллере и прочих. - Ничего, - снова сказал он. - Как-нибудь проживем.
**********************************************
История, услышанная в трактире
Автор: Марио
Странные и разнообразные вещи можно услышать в трактирах. По большей части это заурядные сплетни, но иногда в этом причудливом переплетении обрывков чужих жизней можно услышать кое-что действительно необычное. Надо только уметь слушать. А еще - правильно выбирать собеседников. Есть в городских трактирах такие люди, которых можно назвать профессиональными рассказчиками. За малую мзду в виде пары кружек пива они поделятся секретами своих соседей и случайными слухами, за вознаграждение более солидное могут дать действительно полезную информацию... пара слов, услышанных вовремя, может многое изменить. Поэтому я никогда не пренебрегаю такими разговорами. Кружка пива - небольшая цена за возможное спасение жизни. Вот и в этот вечер я сидел в "Контуженном Буррике", беседуя со своим старым знакомым. Нужные темы мы уже обсудили, теперь можно было говорить громче, и Рон, все больше увлекаясь, повышал и повышал голос, привлекая внимание окружающих. Я не мешал ему: то, что следовало рассказать тихо, было уже рассказано и, в конце концов, кто я такой, чтобы лишать истинного артиста (каковым и был Рон) публичного признания. В конце концов за нашим столом собралась изрядная компания и Рон, решив, что момент настал, громко откашлялся. Мгновенно наступила тишина - люди готовились выслушать очередную байку. Оглядев публику и удовлетворившись осмотром, Рон еще раз прочистил горло и приступил к рассказу. Вот этот рассказ, каким я его запомнил: "Ветер, ветер... Что чувствует человек, оказавшийся за краем света? О, - скажете вы, - это пугающе. Но на самом деле вы не знаете, каково это. И никто не знает. Кроме Арчи Босяка. Он мне все и рассказал. Что? О нет, вам он не расскажет. Потому что как поговорили мы с ним, так его никто больше в городе и не видел. Говорят, в монастырь подался. Ну, об этом мне ничего не известно, а о том, что знаю, расскажу. Что-то в кружке пересохло... Ага, так-то лучше. Ну, слушайте. Так вот, в тот день спорили мы с ним. Завел он меня, ну просто мочи не было. Боковой переулок знаете? Ну тот, что на площадь выходит? Там, где кабак Толстяка? Ага, там. А стену рядом с кабаком помните? Вот у этой стены мы и спорили. Я так понимаю, Арчи на выпивку не хватало, потому что сначала он деньги в долг просил. А когда я не дал, сказал, что на спор по той стене на крышу кабака влезет. Трещина там была удобная, да и бочки какие-то рядом стояли, посмотрел я и решил - пусть попробует. Новые ботинки мне не помешают. А мои шесть монет ему никогда не выиграть. Ну, ударили мы по рукам, и он полез. Пару раз обратно срывался, я уж сказал, чтобы ботинки не портил, а то мне потом носить неприлично будет. Видать, это его и рассердило так, что он словно бешеный карабкаться начал! Я уж понял, что проиграю, а он взял, да исчез. Вот так и исчез, то есть не было его нигде, ни на крыше, ни внизу... Не иначе, магия замешалась, но только какая в кабаке магия... В общем, постоял я на улице, и домой пошел. В тот день был ветер... Так что может почувствовать человек, увидевший под ногами пустоту вместо твердого и надежного камня? Как передать ужас и отчаяние того, кто потерял целый мир? Слова тут бессильны. Ты можешь решить, что сходишь с ума, но это слабый самообман. И что ты сделаешь, когда поймешь, что не можешь вернуться? А твой мир, все то, что ты знал и чем жил - рядом, за этой прозрачной стеной, его еще можно коснуться рукой, но уже ни звука не доносится с улиц, и ты не слышишь больше ни шума шагов, ни шелеста листьев, ни треска ламп в фонарях - только монотонный шум ветра. И ты еще можешь разглядеть каждый камешек в мостовой, каждый лист в кроне дерева, но все это уже не принадлежит тебе, как ты больше не принадлежишь этому миру... И только тогда ты понимаешь, насколько же любил этот холодный неласковый город, ты всегда знал, что любишь его, но не понимал, насколько же тяжела может быть разлука, потому что не допускал даже мысли о ней. И разбитый, раздавленный неоспоримым в своей окончательности словом "навсегда", ты пытаешься прыгнуть в эту пустоту под своими ногами, потому что больше ничего тебе не остается, но даже этого ты не можешь, навечно застрявший на самой границе бытия... Что ты будешь делать тогда? Что? А я? Что я? Я не знаю. Говорю же вам, я услышал все это от Арчи. Вот так он мне это и рассказал.
...Он стоял у стены, изо всех сил прижимаясь к холодным камням - это давало хоть какое-то ощущение надежности. Забираясь наверх, он твердо знал, что увидит следующий переулок и крышу соседнего дома. А чуть поодаль должен рассекать небо шпиль башни, а еще дальше - порт и море... Только вот вокруг ничего этого не было. Еще можно было увидеть с этой стены остаток города где-то внизу, он выглядел нелепым огрызком, со всех сторон объеденным пустотой. Арчи чувствовал, что у него дрожат колени. Особым героизмом он никогда не отличался, и теперь чуть ли не с удовольствием поддался панике. Однако сколько он ни кричал, сколько не бился в прозрачные стены - никто не слышал его. И наконец он решил, что умер и за грехи свои проведет здесь вечность... Однако даже уже и не надеясь ни на что, продолжал дергаться и вертеться - до тех пор, пока пустота не выпустила его из своих объятий... Он упал обратно, крепко ударившись о мостовую, и реальность вернулась - с шумом механизмов и разговорами прохожих, с пьяными скандалами и руганью стражников, даже ветер свистел по-другому, весело и заливисто. Скрючившись на мостовой, Арчи смеялся, размазывая счастливые слезы, и когда пьяный стражник дал ему по зубам "за нарушение порядка", продолжал смеяться, исступленно повторяя "спасибо, спасибо", и когда его волокли в кутузку, не мог сдержать блаженной улыбки - потому что это был его мир, в который он уже и не надеялся вернуться... ...Вот так, господа, эта история и закончилась. Встретил я его снова через три дня, говорил он бессвязно и явно не в себе был, но все ж я его выслушал. Не очень-то поверил, но только знаете что? Проходил я недавно мимо этого кабака, смотрю - а стенку-то отремонтировали. Никаких там больше трещин нет, и наверх не залезешь. Так-то. Видать, кто-то ему больше моего поверил. Ну что, господа, стоит моя история шести монет? Потому что те деньги я Арчи все-таки отдал... Как - чепуха? Да какая вам чепуха! Да я!.. Эх, ладно, хоть пива налейте. Благодарствую." Рон закончил говорить, и через некоторое время зал заполнился обычным ровным гомоном. Я кинул ему монетку - за развлечение. Он поймал медяк на лету, ухмыльнулся и подмигнул, и я поднялся и ушел из трактира. Начиналась ночь, и у меня были дела. Моросил мелкий осенний дождь, вокруг фонарей сияли бледные ореолы, и в целом вокруг было тихо и мирно, но на душе никак не наступал покой, необходимый для задуманного мною дела. Я шел по улицам, думая, насколько же глубоко зацепил меня этот бред. В конце концов я заставил себя собраться. Хорошо, пусть нас окружает эта непонятная пустота. Пусть она поджидает за каждой стеной и караулит наши неверные движения, готовая поглотить и не отпускать, ну и что? Тем сильнее я буду любить этот город, зная, что за каждым камнем кроется противоположность бытия... Это даже... интересно. Я остановился и поглядел на ближайшую крышу. Пожалуй, это... вызов, как говаривал один мой знакомый. Я поплотнее закутался в плащ, и отбросив наконец лишние мысли, отправился по делам.
**********************************************
Заветная мечта
Автор: Марио
Уриэль Октавус мечтал написать Рассказ. Частенько долгими темными вечерами, заперевшись в своей маленькой грязной каморке, он брал со стола заветную тетрадь, которой предназначалось стать вместилищем плодов вдохновения, открывал ее и перелистывал гладкие чистые страницы, представляя, как их покроют ровные строчки. Тетрадь была толстая, красивая и дорогая, за нее он отдал как-то весь свой дневной заработок, и не жалел об этом. Разве можно написать по-настоящему прекрасный Рассказ на замусоленных обрывках? Уриэль считал, что настоящие писатели, - а он искренне полагал себя таковым, - не пишут свои опусы на бумаге, в которую заворачивают рыбу. Его же тетрадь, несомненно, соответствовала уготовленному ей высокому назначению.Итак, вечерами, после дня, заполненного бестолковыми и мелкими деяниями, Уриэль Октавус зажигал свечу, садился за стол, и открывал тетрадь. Сначала он пытался представить себе, как начнет свой Рассказ. Совершенно очевидно, что начало должно быть ярким и увлекающим, иначе публика может отказаться от чтения, и писательский талант останется неоцененным, а равно и неоплаченным, и это делает бессмысленным написание всего Рассказа. Так что Уриэль садился поудобнее, и, уставившись в пустую страницу, принимался придумывать начало. За то долгое время, пока мечта о Рассказе жила в нем, он перебрал массу вариантов, но ни на одном не остановился, хотя и выбрал для себя несколько предпочтительных, в том числе: "Однажды...", "Как-то осенним днем..." "Как-то весенним днем...", и самый любимый "Однажды темной ненастной ночью...". Так что начало, можно сказать, было уже в кармане. Но потом следовало придумать продолжение! И вот тут наступали настоящие затруднения. Уриэль никак не мог сообразить, как поступить дальше. В голове у него плавали различные образы и обрывки, но когда он пытался придать им словесную форму, они развеивались, как дым. То ерзая на стуле, то пристально вглядываясь чистые листы тетради, Уриэль пытался составить в голове свой Рассказ, в той совершенной форме, в которой Рассказ должен был появиться на свет, но идеи предательски разбегались, и вот уже голова пуста, а мысли жидки, как пиво у скаредного трактирщика; и тогда Уриэль закрывал тетрадь и тушил свечу, очередной раз оставив написание Рассказа на следующий вечер. Ибо не решался он пачкать страницы, такие чистые, бестолковыми обрывками. Ему хотелось написать все сразу и целиком, поскольку именно так ему виделось истинное писательство. Позже, лежа в кровати и кутаясь в драное одеяло, он представлял себе стройные ряды букв на белых страницах, и как он отнесет свой Рассказ некоему важному лицу (адреса всех важных лиц были ему давно известны), и как благодаря Рассказу он, Уриэль Октавус, будет узнан и оценен, (и оплачен, само собой), и принят в лучших кругах общества... И, убаюканный этими мыслями, отплывал он в страну сна.Так проходили дни, складываясь в годы, а заветная тетрадь Уриэля Октавуса оставалось чистой. Многое успело произойти в его жизни, и вокруг его жизни, ибо город никогда не был беден на события; но изложить в Рассказе все, что он видел и о чем думал, никак не удавалось. Впрочем, он не отчаивался. Вечерние бдения над тетрадью превратились для него в некое подобие ритуала, без которого он уже не представлял своего бытия. По крайней мере, мечты о Рассказе позволяли на время забыть о пустом желудке. Но мечты не превращали чистую тетрадь в тетрадь с Рассказом, и как-то раз, засидевшись дольше обычного, Уриэль решился. Обмакнул перо в чернила и, аккуратно выводя буквы, написал начало - то самое, любимое, оно сейчас наиболее соответствовало состоянию природы.Содеянное потрясло его. В каком-то ступоре он уставился на страницу с выведенной им строчкой. Это походило на осквернение святыни и в то же время вызывало пьянящее чувство предвкушения. Начало положено! Уриэль занес перо над страницей и понял, что совершенно не представляет, что писать дальше. Как всегда... А тут еще и случайный порыв ветра погасил свечу, и Уриэль решил, что достаточно трудов для одного дня. Главное, он начал. Взволнованный своим подвигом, он даже не закрыл ставни, ложась спать, так его захватили перспективы, открывающиеся в связи с написанием Рассказа.Среди ночи его разбудил негромкий стук. Сначала он решил, что это ветер хлопает ставнями, но, посмотрев в сторону окна, увидел на фоне темного неба еще более темную фигуру. Уриэль крепко зажмурился, молясь всем богам, чтобы увиденное оказалось продолжением сна, но, когда открыл один глаз, фигура никуда не делась, а наоборот, переместилась в глубину комнаты. Незваный гость двигался очень тихо, но слух Уриэля от страха чрезвычайно обострился, и, казалось, он слышит дыхание гостя. А еще ему казалось, что гость непременно услышит, как колотится сердце Уриэля, и поймет, что он не спит, и тогда, конечно, убьет его! Покрывшись испариной, Уриэль сжался в комочек, от всей души надеясь, что вор не обратит на него большого внимания. А тот тем временем осматривал комнату, и, несмотря на страх, Уриэль удивился, как вор может что-то разглядеть в такой темноте, и сам удивился тому, что удивился. Да что здесь красть? Впрочем, вор оказался не из брезгливых, и сунул в мешок кусок старого сыра и два яблока, которые Уриэль предназначил себе на завтрак. Может, теперь он уйдет? Стоя у стола, вор покрутил в руках подсвечник, поставил на место, и двинулся к окну. Силуэт его заполнил оконный проем, а Уриэль неожиданно понял, что, кроме еды, на столе не хватает привычного темного прямоугольника в углу. Тетрадь!!! Издав дикий визг, Уриэль в ужасе и гневе вскочил с кровати и бросился к окну. Вор вздрогнул и метнулся вниз, от неожиданности не думая об отпоре, к счастью Уриэля. Впрочем Уриэлю было все равно. Он гнался за заветной своей мечтой, и даже сотня воров не испугала бы его сейчас.Уриэль настиг своего обидчика у моста, повалил на мостовую, и неистово начал выдергивать из его пальцев тетрадь - вор был так ошарашен внезапным преследованием, что до сих пор сжимал ее в руке. Но некое внутреннее чувство, видимо, не позволяло ему так просто расстаться с добычей, и он попытался отцепиться от Уриэля, однако тот не уступал, со всей своей новообретенной силой выкручивая вору пальцы. Неизвестно, чем бы кончилась схватка, но противников отвлекли тяжелые шаги по мостовой. Возможно, вор услышал эти шаги чуть раньше, потому что он вскочил, резким движением стряхнув с себя Уриэля, и легко вспрыгнул на парапет, явно собираясь нырнуть в канал. Уриэль же, видя, что вот-вот лишится заветных надежд, бросился на него, вор не удержался и неловко упал в воду, выпустив наконец тетрадь из рук. Весь дрожа, Уриэль рассматривал спасенную мечту, когда сзади послышался окрик:- Не двигаться!Уриель подскочил и выронил тетрадь. Она коротко мелькнула в воздухе белыми листами и шлепнулась в воду. Течение тут же подхватило ее и понесло, а дергающегося Уриэля схватили крепкие руки и развернули лицом к фонарю.- Стоять! Не двигаться! Да... постой... Ба! Какими судьбами?Усилием воли Уриэль заставил себя всмотреться в улыбающееся лицо под шлемом, и даже выдавил что-то вроде ответной улыбки.- А... привет. Да вот, за вором гнался... Он в канал... а я тут...Он смолк. Стражник все еще придерживал его за локоть, но не грубо, скорей, как человек, не желающий позволить другу совершить глупость.- Ну и чего, ты за ним собрался прыгать? Дурень, утопнешь! Теперь он удрал уже! Ничего, найдем твоего вора... Это ж надо, сколько не виделись!Уриэль покорно кивнул. Своего друга детства он знал хорошо, и знал, что спорить сейчас бесполезно. Мысли его были заняты тетрадью с начатым Рассказом, кружащейся в холодной воде. Далеко ли ее успело унести? А тем временем стражник, распираемый дружескими чувствами, хлопал Уриэля по плечу, рассматривал его потрепанную одежонку, шумно сочувствовал и повествовал о своей нынешней жизни - а тетрадь все плыла и плыла где-то там, в канале... Хотя сейчас она, должно быть, намокла и пошла ко дну... Уриэль почувствовал, как против воли по лицу его текут слезы. Теперь он не сможет дописать Рассказ, он знал, что никогда не сможет, потому что никакая другая тетрадь не заменит эту. Столько лет упорных трудов и усилий! И почему это случилось как раз тогда, когда он уже написал начало? Он был совершенно измучен и опустошен, но вместе с тем внутри у него нарастало какое-то новое странное чувство некоего освобождения, и оно было очень приятным, и несло с собой удивительное облегчение. Занятый своими переживаниями, Уриэль почти не обращал внимания на болтовню стражника, и не сразу уловил, о чем он теперь говорит:- А ведь у тебя дела не очень идут, да? Хочешь, на хорошую работу пристрою? К нам, в стражу? А что, и харч, и деньги, и выходные дают! Работа получше многих! А там, глядишь, и выслужишься, лейтенантом станешь, а что? Если согласен, могу прям сейчас к дежурному офицеру отвести, у нас на работу берут быстро! А позавтракаешь уже за казенный счет! Ну как тебе?Уриэль горько усмехнулся. Ему, писателю, бродить по улице и бренчать оружием, ловить бродяг в переулках... Хотя... Тетрадь уплыла, и Рассказ теперь вряд ли родится. И завтрак... Уриэль вспомнил свой сыр и яблоки, сгинувшие в бездонном мешке жадного вора, и в животе у него забурчало, ибо его ужин тоже не отличался обилием. Уриэль окинул мысленным взором прошедшие годы и почувствовал, как что-то меняется у него в душе. Он посмотрел на своего друга, такого уверенного в себе и в своем месте в жизни и кивнул.- А что, и правда! Согласен! Веди к своему офицеру!Через несколько лет лейтенант городской стражи Уриэль Октавус, известный в своей среде искусным написанием рапортов и отчетов, сидел в просторной комнате отдыха офицеров, и беседовал со старым другом, ныне уволившимся со службы. Речь в числе прочего зашла и об исторической встрече на мосту, и приятель поинтересовался:- А что тот вор украл-то, что ты за ним так гнался? Я тогда так и не спросил...Уриэль вспомнил свою каморку, тетрадь, холодную воду канала, усмехнулся и ответил:- Да ничего особенного. Сыр, два яблока, и старую тетрадку. Представляешь, за них чуть жизнь не отдал. Сущая чепуха.
**********************************************
Дуэль
Автор: Марио
Это была всего лишь тряпка, маленький кусок гобелена, нещадно оторванный от полотна. Грязный и измусоленный, он нес на себе малую часть узора, и никто никогда не смог бы сказать, каким был весь рисунок. По краям его бахромой свисали нити, и я, лежа на полу и уткнувшись носом в эту тряпку, думал, что и события жизни частенько предстают перед нами вот такими кусками - малые и обрывочные сведения, зацепки и нити, ведущие в никуда... они складываются в фантасмагоричную мозаику и нам остается лишь гадать, откуда взяты эти осколки. Когда-нибудь я напишу об этом книгу. Без сомнения, это будет интересная книга, если только у меня хватит духу взяться за такое дело. От размышлений меня отвлекла внезапно наступившая тишина. Гулкие шаги наконец смолкли. Похоже, стражнику все же надоело искать неизвестно что и он отправился вниз - поближе к кухне... и погребу со спиртным. Извиваясь, как червяк, я выполз из-под кровати. Все же крайне жаль, что я не умею становиться невидимым и бесшумным, как воры из сказок; впрочем, я не считаю себя вором. Что бы вы не подумали. В коридоре чадили факелы. После известных событий люди охотно отказывались от электрического освещения, боясь то ли обвинений в ереси, то ли не желая связываться со знанием, которое могло стать опасным. Впрочем, это все пропаганда. Славные носители красных одежд просто не могут обеспечить приток энергии, требуемый для всех этих сверкающих штучек; говорят, у них едва хватает мощностей поддерживать машины на фабриках... немногие оставшиеся. Фанатизм вообще страшная вещь, фанатизм в ярости - тем более. Разумеется, на проповедях это обосновывали иначе. Но меня всегда интересовала подоплека. Так или иначе, но коридор особняка освещался факелами, воткнутыми в кронштейны для настенных ламп. Регресс, конечно, но мне он был на руку. Я аккуратно достал лук и вытянул из колчана особую стрелу. Я не слишком часто пользуюсь этими воровскими штучками, предпочитая получать требуемое уговорами, подкупом или... гм... тривиальным обманом, но сюда добраться было нелегко. Пришлось использовать... более простые методы. В конце концов, мне хорошо заплатили. Через некоторое время, потраченное на осторожное продвижение по погруженному в тень коридору, я добрался до заколоченного досками проема. Слушая, как где-то позади стражник с ворчанием пытается снова зажечь один из факелов, я тихонько подергал доску с едва заметной пометкой "Х". Меня не обманули: она легко отошла в сторону. Я отодвинул еще две доски и протиснулся в темную вертикальную шахту, соединявшую этажи здания. Интересно, откуда мой работодатель знал такие вещи. Хотя... вполне возможно, я не первый. Вероятно, были еще попытки, несколько... неудачные. Это объясняет, кстати, и количество стражников, удивительное для такого скромного, в общем-то, особняка. В конце концов, мои цены не так уж малы. Они могли сначала нанять кого-то поскромнее. В шахте я чувствовал себя несколько свободнее. Лифты ныне работали только в самых богатых домах, владельцы которых к тому же находились в хороших отношениях со служителями Молота. И к данному особняку это, очевидно, не относилось. Шахта была темна и пуста, тросы свисали безжизненными плетьми, монотонно капала вода. А еще по некой прихоти природы здесь было отлично слышны звуки, издаваемые обитателями дома. Где-то невнятно бубнил страж, кто-то совсем далеко горланил песню... громкий храп, неожиданно раздавшийся прямо над ухом, заставил меня вздрогнуть, но хлипких поручней служебной лестницы я не отпустил. Это все причуды воздушных течений, разносящих музыку ночного дома по странным маршрутам. Выход из шахты на третий этаж отсутствовал, но меня и об этом предупредили. Я не стал останавливаться и полез выше, на чердак. Пора по-настоящему проверить, в какой я форме. Крыша, карниз, решетка, окно... Комната, куда я попал, слабо освещалась одной-единственной свечой; из-за этой свечи я задержался там чуть дольше, чем собирался. Загляделся на совсем молоденькую девушку, что спала, разметавшись на кровати, и улыбалась чему-то во сне. После всех историй о мрачном и нелюдимом характере хозяина дома казалось удивительным увидеть здесь такое чудесное создание. В углу кровати примостился игрушечный медвежонок, из-под подушки выглядывала глянцевитая корочка - дневник, вероятно. Она же совсем еще дитя! И непохоже, что ей здесь плохо живется... Еще один обрывок "гобелена" жизни, и я никогда не узнаю, кто она, и куда ведут эти нити... Но, похоже, здешний дворянчик относится к ней с заботой, что говорит в его пользу... Я протянул руку, чтобы поправить сползшее одеяло, но вовремя опомнился. Еще не хватало, чтобы она проснулась. Мое дело заключается не в разглядывании юных девушек и размышлениях о глубинах души незнакомых мне людей. Мне надо достать то, зачем я пришел и вернуться. И чем меньше я знаю об этих людях, чем лучше. В коридоре никого не было. Вообще никого. Тишина и покой. Странно... впрочем, пока об этом размышлять ни к чему. Я прикрыл дверь, из которой вышел, и как мог тихо двинулся в дальше. Следующая дверь любезно предоставила мне доступ в спальню хозяина. Интересно, что может быть в этом письме? Сумму мне заплатили немалую. Впрочем, у богатых свои причуды. Шантаж, угрозы... компрометирующие записки - не редкость. А потом они идут на любые ухищрения, чтобы получить их обратно. Хотелось бы знать... конечно, это не мое дело, но тем не менее... частенько дополнительная информация оказывается очень кстати. Хотя письмо надо еще достать - думал я, аккуратно вытаскивая ключ из кармана похрапывающего хозяина дома. Что-то очень крепко он спит... или в последнее время я стал слишком подозрителен? Груда пустых бутылок перед камином отлично объясняет причину столь крепкого сна. Я снова вернулся в коридор. Факелы горели ровно и ярко, и по стенам лениво скользили тени. Порой они кажутся живыми... Я вспомнил байки Рона о людях-невидимках, и усмехнулся. Порой его заносит, и вместо информации можно получить сказку... но идеальных людей не бывает. Рон - мой лучший информатор именно потому, что любит собирать байки. И уже мое дело - отсеять истину от выдумок. В людей-невидимок я не верил. Потому что обычно не верю в то, что не могу увидеть, хм. Дешевый каламбур? Неважно. Я верю в реальные вещи, например, в существование толстой и прочной двери кабинета, в присутствие в кабинете сейфа, и в, свою очередь, в наличие в сейфе искомого письма. Вытащив из металлической коробки свою цель, я вздохнул с облегчением. Все! Можно уходить. Деньги и побрякушки, валявшиеся там же, в сейфе, я не тронул. Если пропадет только письмо, хозяин дома, скорей всего, не будет поднимать шума. Попробует разрешить ситуацию по своим каналам. С этим я справлюсь. Если пропадут деньги... это может быть сложнее. Лишний риск ни к чему. К тому же пострадает моя репутация. Кто знает, возможно, этот мелкий дворянин - мой следующий работодатель? Я повертел письмо в руках. Запечатано... хм. Нет, ломать печать я не стану. Еще одна оборванная нить - я никогда не узнаю, что в этом письме. Но мне платят не за излишнее любопытство.Не спеша я начал обдумывать наилучший путь отхода. Шорох... треск?... Нет, в неподвижном воздухе кабинета не таилось ни намека на звук. Почему я обернулся? Не знаю. Могу поклясться, что не слышал ничего, но какое-то внутреннее чувство заставило меня посмотреть назад - и увидеть летящее в меня копье холодного света. Я все еще ничего не понимал, но тело мое заученно отреагировало, я сгруппировался и откатился в сторону - только для того, что бы через мгновение с трудом увернуться от следующего разряда. В голове у меня вертелась лишь одна мысль - слишком шумно, слишком! Каким-то образом проскочив мимо неожиданного врага, я вылетел в коридор. Придется разбудить девушку. Она уже не спала. Но увидев меня, не завизжала почему-то, а начала лихорадочно кутаться в одеяло. Надеюсь, она не запомнит мое лицо. Я оглянулся. Меня никто не преследовал. Но не могло же все это мне почудиться! Впрочем, думать об этом я буду потом. Я быстро вылез в окно. Придется использовать экстренные пути. Уже почти спустившись, я услышал пронзительный женский визг. Долго же она соображает. В доме поднималась суета. Ничего, небольшой запас времени у меня есть. Следующая молния настигла меня у маленькой калитки, через которую я так легко попал в сад, и был намерен так же легко выбраться на улицу. И снова я не видел и не слышал ничего подозрительного - до тех пор, пока обжигающий холодный свет не пролетел у меня над головой. Я, видите ли, споткнулся. Это спасло мне жизнь и дало выигрыш по времени в долю секунды, который я и использовал, отпрыгнув в кусты. Похоже, преследователь потерял меня. Я видел, как темная фигура медленно поворачивается из стороны в сторону, держа наизготовку свое оружие - маленький серп странной формы. Видимо, это и есть источник разрядов. На очередное технологическое чудо, однако, не похоже... как и на любую известную мне магию. Я затаился, боясь выдать себя. Мой противник сделал шаг назад, в тень... и исчез. Буквально. Я видел перед собой пустую дорожку в обрамлении кустов, и ничего более. Я осторожно попробовал передвинуться. Тишина. Еще одно крохотное движение. Кажется, у того куста шевельнулась ветка? Я замер. Как следить за невидимкой? Невидимкой... Несмотря на более чем неприятное положение, в коем я оказался, в голове у меня роились вопросы, самым насущным, разумеется, был - "как выбраться?" Но чтобы выбраться, надо знать, с кем имеешь дело. Мучительно напрягаясь, я пытался вспомнить все, что Рон когда-либо говорил о людях-невидимках. К сожалению, вся его информация сводилась лишь к тому, что они есть. Да и в это я не верил... до недавнего момента. На дорожке и в кустах не ощущалось ни малейшего движения, но неожиданно я почувствовал холод, пробежавший по позвоночнику. Резкий кувырок... позади меня стоял мой преследователь, подняв свой серп. Я услышал его жуткий скрежещущий голос: "Ты... препятствуешь!" Не знаю, сказал ли он это вслух, но его слова взорвались у меня в голове, словно десяток огненных шаров, наполняя болью каждый уголок мозга. Наверное, я застонал, а в меня опять летел разряд, и в этот раз я... не совсем успел. Странно, но боль в обожженном плече каким-то образом вытеснила боль в голове, и я снова мог соображать. И применил лучшее решение, которое родилось у меня к тому моменту - вскочил и побежал к небольшому каналу, окружавшему дом. Может, мне удастся сбить его со следа. Суета из дома постепенно перемещалась в сад. Пока я сидел по шею в воде, пытаясь зубами открыть пузырек с лекарственным зельем, мимо пробежало как минимум пять стражников, топающих, ругающихся, с факелами и оружием наизготовку... и неспособных заметить ничего дальше собственного носа. Стражники не слишком меня волновали. Надо держать ухо востро, вот и все. А вот этот... не знаю кто... Чувствуя, как зелье успокаивает боль, я вдохнул поглубже и погрузился в воду. Мне очень, очень хотелось поговорить по душам с моим преследователем. Охота на невидимку? Это может быть... интересно. А что мне еще остается? К тому же у меня есть такая прекрасная приманка - я сам. С ума сойти. Должно быть, я действительно был самой замечательной из приманок. Через несколько мгновений после того, как я вылез из воды, выбрав местечко потише, меня снова оглушил безмолвный вопль "Ты препятствуешь!" И снова огненные шары взорвались в мозгу, но на этот раз их было поменьше. Не десяток, а где-то штук семь. Если он продолжит вопить, я либо сойду с ума, либо привыкну. На этот раз мы увидели друг друга одновременно, по крайней мере, выстрелили друг в друга одновременно. Я - стрелой, он, естественно, молнией. Идиот. На фейерверк тут же начали сбегаться стражники. Разумеется, они никого не нашли. Кое в чем мы с моим врагом мыслили одинаково. Хм... если бы я был этим охотником, какое место выбрал бы для пряток? Пытаясь двигаться как можно тише, я начал перемещаться к участку сада, который показался мне наиболее перспективным. Не знаю, зацепил я своего противника стрелой, или нет, но даже если и зацепил, то не сильно. Кроме того, если у меня есть зелья, почему у него не должно их быть? Я пообещал себе в следующий раз стрелять точнее... по возможности. Забившись в тень, я осторожно осматривал окрестности, уделяя внимание деталям. Листья, вяло шевелящиеся на слабом ветерке, пробежавшая по своим делам крыса... Я был готов стрелять сразу же, как только пойму, куда. Однако времени у меня оставалось не так уж много. Ночь неуловимо меняла свой цвет, еще немного - и начнет светать. Тогда пряткам конец. Я не могу становиться невидимым, надо убраться отсюда до рассвета. Где же... внезапно я увидел его. Опять он возник ниоткуда, словно соткался из воздуха, но... смотрел в другую сторону! Удачный момент, - думал я, поднимая лук. Он, повернувшись ко мне, поднял серп. Но могу поклясться, он не видел меня в кустах! Боюсь, это ненадолго. Тетива тренькнула, и в тот же миг я откатился в сторону, не дожидаясь, пока меня поразит очередной разряд. Теперь он меня видел, но я снова выстрелил. Кажется, попал... или нет? Он снова исчез, но я был предельно внимателен. Неожиданно неподалеку раздался писк. Так пищат крысы, если на них ненароком наступить. Не раздумывая, я выстрелил туда, как смог быстро. И, похоже, успешно, поскольку в ответ загрохотал нечленораздельный вопль, отозвавшийся в голове такой мучительной болью, что все предыдущее показалось детской сказкой. Выронив лук, я упал, обхватил голову руками. Через некоторое время, показавшееся мне вечностью, туман перед глазами рассеялся и я снова обрел способность мыслить и двигаться. Странно, но, похоже, я провалялся совсем недолго - небо на горизонте почти не посветлело. Тем не менее, надо было поторапливаться. Я сомневался, что мне удастся поговорить с моим преследователем, вопль, который я слышал, был слишком похож на предсмертный. Удивительно, что сюда не сбежалась вся стража. Однако надо было все же проверить. Он лежал в кустах лицом вниз, и по нему уже бегали крысы. Впрочем, увидев меня, они ретировались. Его убила, несомненно, последняя моя стрела, сейчас торчавшая между его лопаток весомым доказательством того, что разговора не получится. С некоторым содроганием я заставил себя дотронуться до него. Но я хотел увидеть его лицо. Вместо лица моему взору предстала глухая маска с маленькими отверстиями для глаз. Почему-то мне очень не хотелось снимать ее. Казалось, тогда случится что-то ужасное. Но все же следовало узнать как можно больше, и, страшась того, что могу увидеть, я протянул руку. - Не надо... - раздался сзади голос. Негромкий, обычный человеческий голос, совсем не похожий на те потусторонние вопли. Но ему было здесь не место. Я вскочил, одновременно поворачиваясь. Если создать небольшую дистанцию, я успею вытащить кинжал... - Не надо, - спокойно повторил стоявший передо мной человек в темном плаще. Лица его я не мог разглядеть. - Оставь ее... иди своей дорогой. Еще один невидимка? Но не это взволновало меня. Это чудовище, этот монстр в человеческом облике - еще и "она"?! Это почему-то не укладывалось в голове. - Кто... вы?.. - хрипло выдавил я, пытаясь справиться с голосом. - Неважно... У тебя много дел, верно? Занимайся ими... Машинально я кивнул. А когда поднял голову, не увидел уже ни загадочного собеседника, ни моего преследователя... или преследовательницу? В любом случае, это не слишком важно. Они просто исчезли, и все. И теперь настала моя очередь исчезать, если я не хочу попасть в руки усталых, испуганных, обозленных стражников. Суета в саду и не думала стихать, наоборот, нарастала. Боюсь, мы подняли изрядный шум. Эту ночь здесь долго не забудут. А мне и правда надо было скорее убираться отсюда. Так что я тихонько потрусил к заветной калитке, вытащил из тайничка тюк с обычной городской одеждой (ведь разгуливать по городу в моем нынешнем обмундировании - все равно, что повесить на грудь табличку "я-вор"). И через некоторое время уже шагал по улице, поглядывая на быстро светлеющее небо. В этом деле оказалось куда больше загадок, чем отгадок, и все равно я узнал больше, чем мне хотелось бы. И теперь жаждал как можно быстрее покончить с этим. Мне все равно, что это за обрывки, к каким жутким или интересным историям ведут оборванные нити, я не хотел этого знать! Я хотел лишь добраться до заказчика, получить оговоренную сумму и забыть обо всем... хотя бы на некоторое время. И потом... надо будет все же расспросить Рона, что же за легенды ходят о людях-невидимках.
**********************************************
Колыбельная
Автор: Марио
Некоторые вещи трудно передать словами. Это общеизвестный факт, но, как все общеизвестные факты, порой туго доходит до сознания. По крайней мере, Янис, человек средних лет и неопределенных занятий, осознал правдивость данного факта только перемахнув через массивный забор, который перед этим так долго исследовал. И теперь, стоя в мрачном и унылом дворе здания, кое являлось его сегодняшней целью, и чувствуя, как под рубашкой кожа покрывается мурашками, он несколько усомнился в целесообразности своего нынешнего мероприятия, впервые подумав, что трактирные сплетни не рождаются из ничего. Однако отступать пока не хотелось, и, неподвижно стоя в тени, он еще раз внимательно осмотрелся перед тем, как двинуться дальше. Его можно было упрекнуть во многом, но только не в неосторожности. Смотреть, собственно, было почти не на что. Серое громадное здание, возвышавшееся перед ним, выглядело таким же пустым и безжизненным, как и окружавший его двор. "Что само по себе и неплохо", - отметил про себя Янис. Он ожидал худшего, наслушавшись баек. Вот еще одно доказательство, что не всем байкам нужно верить. Дурачье, они не смеют сюда сунуться - а умные люди извлекают пользу из чужих предрассудков. Там должно что-нибудь остаться! Достаточно, чтобы лихо погулять несколько дней... дюжину... или даже месяц? Янис так замечтался, что не заметил, как ноги его сами, будто по своей воле, сделали несколько шагов к строению. Он очнулся уже на середине двора и испуганно замер, готовый в любой момент бежать к забору, но ничего не происходило. Здание и двор оставались недвижными и безмолвными, и Янис немного успокоился. Однако что-то заставляло его нервничать, и, подумав, он решил, что это из-за архитектуры. Здание подавляло - не размерами, Янис видел дома и побольше, а чем-то, что он затруднился определить. Но, в конце концов, любой покинутый дом выглядит достаточно мрачно, а тем более такой большой и массивный. Потерев подбородок, Янис решил, что именно заброшенность и опустошение производят такое гнетущее впечатление, и перестал об этом думать. Тем более, что увидел впереди нечто весьма заманчивое, а именно - приоткрытый люк в подвал. Посмеиваясь над глупостью людей, запирающих входные двери, и не проверяющих при этом люки, Янис двинулся к легким деньгам. - Уходи... - сказал детский голос. Янис вздрогнул так, что отпустил крышку люка. - Сама уходи, - пробурчал он со злостью. Упавшая крышка ободрала ему палец. Этот голос он уже слышал у ограды, с той стороны, и испугался тогда так, что чуть не обмочился. Однако же не сбежал, как сделали некоторые, отчасти потому, что был предупрежден, отчасти потому, что ноги не слушались. А восстановив контроль над собой, решил, что бросать дело так рано не резон: убежать всегда успеется, а золото никогда еще легко не доставалось, и если плачущие детские голоса - самое страшное, что его здесь ждет, то с этим он как-нибудь справится. Порой в покинутых домах обитают призраки, и что с того? Не у каждого привидения есть власть над реальными вещами... и реальными исследователями. Янис всегда считал себя рассудительным человеком, и, как рассудительный человек, трезво оценив обстановку, не увидел опасности в хныканье призрака. Пусть болтает. А дрожь в руках - это закономерное проявление естественного страха перед тонким миром. Он ухмыльнулся, довольный своим логическим выводом, снова открыл крышку и спустил ноги в люк. - Уходи! Беги отсюда! - повторил призрачный голос, но Янис только передернул плечами и полез вниз, оставив крышку в открытом положении, ибо был человеком осмотрительным. Шаткая железная лестница предательски поскрипывала под ногами, но здесь, похоже, это не имело значения. Вот еще польза в проникновении в заброшенные дома - ни стражники, ни обыватели не сбегаются на шум, случайно произведенный... исследователем. Узкий и темный ход на миг вызвал у Яниса ощущение спуска в гигантскую глотку, но он отмахнулся от этой мысли, приписав ее чрезмерному напряжению, которым обычно сопровождаются подобные... рейды. Внутри здание выглядело таким же, как и снаружи - пустым, необитаемым, заброшенным. Казалось, сырые стены все еще источают слабый запах гари после давнего пожара, он смешивался с запахами пыли, стоячей воды и какой-то особой затхлости, присущей всем покинутым домам; ничего особенного, решил Янис, главное, не пахнет мертвяками. Он надеялся, что здание и дальше будет таким же скучным, разве что подарит несколько трофеев, коими он сможет вознаградить себя за потраченные усилия. Кроме того, внутри было довольно темно, что неудивительно, но тусклый призрачный свет, скорее даже намек на свет, все же пробивался откуда-то, и этого слабого освещения хватало, чтобы в общих чертах рассмотреть окружающую обстановку. Впрочем, Янис предусмотрительно захватил с собой факел, хотя и не спешил его зажигать - незачем рисковать попусту. Стоя у подножия лестницы, он еще раз взглянул вверх, удостоверившись, что обратный путь свободен, и начал исследовать помещение. Осмотр вызвал у него разочарование. Поболтавшись без определенной системы туда-сюда, он не нашел ничего стоящего. Стеллажи в подвале были заставлены какими-то дурацкими пузырьками; назначение их осталось неясным, и Янис не стал их собирать; впрочем, один фиал непонятно почему привлек его внимание, и он было взял его в руки, но маленькая склянка оказалась теплой и какой-то пугающе живой, и, передернувшись от отвращения, Янис поставил пузырек обратно на полку. В одном из помещений на следующем этаже ему попалась пара подсвечников, но подобная добыча вызывала презрение. Лезть сюда за двумя подсвечниками? Лучше уйти вообще без добычи, чем с таким смехотворным кушем. Еще он нашел непонятно как сохранившиеся бутылки с маслом и лечебными зельями; но, поразмыслив, решил их не трогать, поскольку такие вещи никоим образом не могли пережить тогдашний пожар нетронутыми, и их присутствие могло объясняться только темным колдовством. Ибо, если бы бутылки остались после вояжей предыдущих исследователей, вряд ли бы они стояли так аккуратно на полке; и, скорей всего, рядом имелся бы труп незадачливого авантюриста. Поскольку же никаких намеков на чье-либо присутствие не наблюдалось, то эти аккуратные новенькие бутылочки могли быть западней, ловушкой, иллюзией, или просто мрачной шуткой какого-нибудь призрака, уставшего от своего унылого существования. Янис не желал совершать глупостей и, ничего не тронув, прошел мимо них. Также лишь колдовством могло объясняться наличие разбросанных по помещениям листков бумаги - старые и потрепанные, они, тем не менее, каким-то образом уцелели при пожаре; в темноте смутно можно было различить надписи на них, но Янис не собирался ничего читать. Во-первых, для этого пришлось бы зажечь факел, чего он делать не хотел, во-вторых, подобные таинственные письмена могли содержать в себе какое-нибудь злодейство, учитывая неестественную сохранность этих листков. Обойдя несколько комнат, Янис понял, что начинает уставать. Должно быть, монотонность серых обшарпанных стен и затхлый воздух так действовали на нервы, но ему все чаще казалось, будто он слышит некий отдаленный шум, будто эхо разговоров на самой границе слышимости, а может, в самой глубине сознания? Это ему совершенно не нравилось. Пару раз он даже обернулся на особенно громкие возгласы, среди которых преобладали детские, но не увидел никого, и это его испугало почему-то, хотя должно было успокоить. Либо нервы, либо колдовство. Янис никогда не жаловался на слабые нервы - значит, пора уходить отсюда. Тем более, что никакими нервами нельзя было объяснить кратковременное помрачение, накатившее на него в вестибюле - вместо того, чтобы вернуться к выходу, он зачем-то спустился вниз, и, очнувшись, обнаружил себя держащемся за пруться большой железной клетки, неизвестно для какой надобности поставленной в подвале; это было нечто вроде сна наяву, свойственного, говорят, некоторым людям; но Янис никогда не замечал за собой подобной болезни. Это убедило его в том, что с приключением пора заканчивать. Что ж, жизнь - это лотерея, большой куш выпадает далеко не всегда, бывают и неудачи вроде сегодняшней, что не должно быть поводом для огорчения. Он наверстает где-нибудь в другом месте. Сосредоточенно следя за своими движениями, и стараясь не обращать внимания на назойливо шумящие голоса, Янис вернулся к выходу. Уже снизу он увидел далекий синий прямоугольник вечернего неба, и похвалил себя за то, что оставил люк открытым. Иначе найти его было бы труднее, почему-то с течением времени в этих проклятых помещениях становилось все труднее ориентироваться. Колдовство... Колдовским наваждением он объяснил и то, что небо в люке расчерчено какими-то черными полосками, в темноте трудно было понять, что это, и Янис, решив, что зрение так же подводит его, как слух, заторопился наверх. И остановился, с размаху врезавшись в железную решетку, которая, вопреки его убеждению, оказалась не видимостью, а самой что ни на есть реальностью. Стоя у железных прутьев, гудевших созвучно шуму в его голове, он сначала не поверил происходящему. Откуда взялась здесь решетка?! Спускаясь по лестнице, он не заметил никаких пазов, никакого механизма... С трудом подавив нарастающую панику, Янис решил мыслить трезво. Предположим, он просто проглядел пазы с решеткой; должно быть, она удерживалась каким-то рычагом, ослабшим с течением времени; это просто нелепое совпадение, что решетка упала как раз тогда, когда он находился внутри здания. В таком случае, нет причин для огорчений - надо просто найти и задействовать подъемный механизм. ...Должно быть, прошло уже больше часа, а Янис все искал способ убрать мерзкую преграду, так некстати отрезавшую ему путь наружу. Рядом с решеткой не нашлось и следа каких-либо рычагов или кнопок; ничего не было и в отдалении. Он пошел было на чердак, поскольку часто управление различными механизмами располагалось наверху; но отказался от этой мысли, услышав жуткий стук, исходивший оттуда, стук не призрачный, но вполне реальный - нечто так колотило в дощатую дверь, что со стены осыпались остатки штукатурки. Услышав этот звук, от коего сердце у него чуть не остановилось, Янис уже не сомневался, что именно там находится средоточие темной силы, наполнявшей это унылое здание; и не осмелился войти. Не считая себя трусом, он, тем не менее, не считал себя и великим воином, и не думал, что сможет выстоять в противоборстве со злым колдовством. Вдобавок ко всему, когда он поднимался, снова зазвучал тот призрачный детский голос: - Помоги мне! Я помогу тебе! Янис не мог поручиться, что наверняка слышал именно эти слова, или какие-то другие - восприятие его притупилось усталостью, но общий смысл был ясен - его зовут туда, наверх, за эту трясущуюся дверь. Ну нет, он, конечно, совершил сегодня большую глупость, но все же не такой он идиот, чтобы добровольно полезть в лапы ведьме, призраку или иному враждебному явлению. Нет, чердак не для него; он вернулся к решетке, думая как-нибудь разбить ее или поднять, сделав рычаг из обломков, валяющихся вокруг; но еще через пару часов, сломав меч, и чуть не сломав руку, сдался. Должно быть, проклятые прутья удерживались чарами. Только теперь ему пришло в голову, что он добровольно сунул голову в ловушку - несколько запоздалая мысль, надо сказать, и она наполняла его душу страхом. Поэтому, чтобы не дать панике захлестнуть себя, он все предпочел придерживаться убеждения, что застрявшая решетка объясняется естественными причинами. Однако естественные это были причины, или нет, а выход наружу все же следовало найти. Не здесь, так в другом месте - в старых домах частенько бывают дыры в стенах, или выбитые окна, или еще что-нибудь... Янис не взял с собой еды, и воды у него было совсем немного, так что задерживаться не стоило. - Ты ничего не найдешь, - грустно сказал детский голос, и Янис, не сдержавшись, неожиданно тонким фальцетом выкрикнул "Отстань!", и затем тоном ниже прибавил пару слов, которые, как он полагал, заставят привидение отвязаться от него. Он все еще считал, что в силах справиться с ситуацией сам, без подозрительных и темных помощников. С трудом он заставил себя отойти от решетки, за которой виднелся такой близкий и такой недосягаемый выход, ему не хотелось снова погружаться в холодные недра покинутого здания. Резкий звук заставил его подскочить, он обернулся, и не увидел наверху неба. Деревянная крышка захлопнулась. Должно быть, ветер. В любом случае, путь назад был отрезан задолго до этого. Хотя не в его правилах было ругать себя за ошибки, сейчас он был близок к тому, чтобы это правило нарушить. Следующие часы не принесли ничего утешительного. Янис до мелочей исследовал доступную ему часть здания. Вход на вторую половину был перегорожен другой железной решеткой, разумеется, открыть ее было нельзя. Он не знал, сколько точно времени заняли поиски, но, в любом случае, не нашлось ни окон, в которые можно было бы пролезть, ни дыр в мощной каменной кладке, ни даже трещин в стенах, которые можно было бы расковырять. Детский голос более не лез с советами, хотя сейчас, возможно, Янис прислушался бы к нему; однако ведьма, или призрак, или какое бы то ни было явление молчало. Может, это и к лучшему... Все и так было слишком плохо, чтобы еще бороться с колдовскими искушениями. Все сильнее давал о себе знать голод. В одной из комнат на столе нашлось яблоко, на удивление сочное и свежее, однако Янис не смог заставить себя к нему прикоснуться - слишком дико выглядел этот яркий плод среди темных облезлых стен и полуразрушенной мебели. Несколько раз наступало уже знакомое помрачение, после которого он приходил в себя в подвале, у клетки; странно, но это уже почти не пугало его. Может, он слишком устал, а может, слишком хорошо изучил все эти комнаты и переходы, но ему порой казалось, что он всю жизнь провел здесь, и тогда голоса, эхо которых звучало повсюду, становились голосами хороших знакомых, страх почти отступал, а душу охватывало умиротворение - чего бояться у себя дома? Еще он обнаружил, что сырые и мрачные стены дают определенную поддержку - прислоняясь к ним, он чувствовал некоторый прилив сил, которого хватало еще на один круг; постепенно возникла и оформилась интересная мысль - а ведь это здание может быть неплохим убежищем. Если бы не та ведьма на чердаке... Эти мощные и крепкие стены укроют от любого дождя, и сюда никто не ходит, это прекрасная защита... от всего. Да, здесь холодно и затхло, но это даже давало ощущение какого-то странного уюта - все так знакомо, так привычно, и опасности внешнего мира не могут сюда добраться... все эти мысли, словно черная вода, поднимались в сознании Яниса. Временами он вспоминал о свободе, и тогда морок оставлял его, и он снова и снова осматривал сотню раз осмотренные места; но сил оставалось все меньше. В конце концов, чуть не плача от беспомощности, он прикорнул в уголке, уткнувшись носом в обшарпанную стену, словно в материнский подол. В конце концов, почему бы и нет, - сказал внутренний голос. Посмотри, как здесь спокойно, эти стены защищают тебя, здесь ты будешь в безопасности. Зачем куда-то бежать? Здесь можно найти все, что потребуется, надо только закрыть глаза... Янис закрыл глаза. Да, вот так хорошо... Покой, безопасность... Убежище. Даже то, что таится на чердаке, не сможет причинить тебе вред. Ни страха, ни усталости. Ни голода. Только покой. Оставалось сделать только одно, откуда-то он знал, как нужно поступить. Он заставил себя подняться и еще один, последний раз, спустился в подвал. Открыл дверь клетки, вошел, проигнорировав тихий детский плач, и со смешанным чувством ужаса и удовлетворения позволил черной воде поглотить себя. ...Спустя какое-то время, не большое, но и не малое, в покинутом здании, в самой высокой его башне, не существовавшей в обычной реальности, но достаточно реальной в иной фазе бытия, за столом у раскрытого окна сидело несколько человек. Они молчали, ибо говорить было не о чем; и ничего не делали, ибо действовать было незачем. Они просто сидели и смотрели друг на друга, чувствуя взаимное расположение благодаря тому, что объединяло их. Никто из них не оставил бы следа в пыли, но ни у кого из них не возникало желание оставлять какие бы то ни было следы. Да и не покинули бы они свое убежище, ибо только оно поддерживало их и давало жизнь, защищало и укрывало. Порой один из них, прежде называвший себя Янисом, поворачивался и смотрел в окно; но без особого интереса. Иногда ему казалось, что когда-то он очень хотел найти открытое окно, но теперь не понимал, зачем ему это было надо. Там, снаружи, клубилась смутная дымка, там была пустота, ибо мир заключался в этом здании, и это здание было весь мир. Так зачем же лезть в пустоту? Только глупец решиться на такое безрассудство, а тот, кто прежде называл себя Янисом, не считал себя ни глупцом, ни безрассудным. И потому продолжал спокойно сидеть за столом, в башне, не существовавшей в обычной реальности, но достаточно реальной для него самого, в своем убежище, в своем укрытии, в своей ласковой колыбели. А над городом дни сменялись ночами, и шло время, коего не существовало больше для того, кто прежде называл себя Янисом, и однажды вечером во дворе безлюдного заброшенного здания возник новый человек - с цепким взглядом и ловкими руками профессионального вора. Углядев люк в подвал, он пробурчал что-то нелицеприятное про ведьм и трусливых инспекторов, оглянулся, поднял деревянную створку и, еще раз поправив снаряжение, начал спуск вниз.
**********************************************
Древние языческие легенды
Автор: Duke of Liss
Наконец-то у меня появилось свободное время, и я могу поведать вам древние легенды которые я записал, пока жил и учился в деревне язычников. Первая история, это устное предание потомков древнего племени Сави, жившего когда-то, в незопамятные времена, на восточной оконечности полуострова Кроуч. Рассказал ее мне один из потомков этих дикарей, мистер Эдгар Вудсли, в доме которого я жил в годы учения. Начать свое повествование я хочу с цитаты из второй главы манускрипта Нотиета. И ударил камень о камень вызывая искры. И на зов пришла Смерть, убивая дерево. Но не ушла Смерть, а осталась Раздавая справедливое возмездие, взывавшим к ней. Войны Камня Племя Сави мирно жило в густых лесах полуострава, не зная благ цивилизации, молясь Лорду Древо, вверяя ему свои жизни, и ожидая его прихода. По их верованиям, Господин оставил им на хранение священный камень, необыкновенной чистоты и магической силы, который они должны были хранить до его возвращения. Не знаю, так ли было на самом деле, но дикари действитльно хранили камень на месте общего сбора племени в стволе гигантского дерева. И лучшие охотники рода получали почетное право стоять на страже риликвиии, станавились Войнами Камня. В те времена языческие племена еще не подвергались гонениям, у них не было нужды скрываться, и они не убивали каждого кто случайно или с умыслом попадал в их земли. Однажди, они приютили случайно забредшего к ним путника, дали ему пищу и кров и позволили присутствовать на общем сборе, у корней великого Дерева. К сожалению легенда не сохранила имени этого человека. На третьи сутки своего пребывания среди дикрей, ночью, гость забралься снаружи по стволу Дерева, пробралься внурть через дупло и попытался похитить Камень. Войны Камня помешали ему, но схватить так и не смогли. В легенде говориться, что он мог бесшумно парить в нескальких дюймах над землей и растворяться на время в ночной мле. Вор удрал. А через год в этих местах появились хаммериты. Они вырубали леса и строили дороги, по которым привозили свои страшные машины. Они оскверняли священные поляны и убивали всех, кого встречали на своем пути. Они не захотели говорить с посланниками племени, а может быть даже не поняли что это были парламентеры, убив их. Дикари испугались носителей молотов смерти, побросали свои дома и ушли в болотистые места на юге полуострова. Но Камень не захотел уходить вместе с ними, он был горяч, и сверкал так, что на него невозможно было смотреть. Он желал здесь дожидаться прихода Лорда Древо. Тогда Войны Камня тоже отказались уходить. Они остались в стволе дерева, завалив вход. На следующий день они были окружены и осаждены хаммеритами. Хаммериты знали что искали, и знали где надо искать и небольшое препятсквие лишь раззадорило их. Они кинулись на штурм, но были отбиты. Они предприняли еще несколько попыток, но снова потерпели неудачу. Войны Камня сражались каждый за десетярых, и не так-то просто одолеть сто великих войнов. К ночи их осталось семеро, но подножие дерева было усеяно трупами врагов и корни впитывали в себя их кровь. Крови было столько, что к утру листья стали красными. Хаммериты в глупости своей пытались рубить Дерево, но лишь затупили свои топоры. Тогда они решили ждать. И прождали еще один день. Но Войны Камня и не собирались здаваться. "Им помогала сойка принося ягоды. Им помогал орел принося зайца. Им помогала гадюка отравляя врага, им помогала пчела жаля его в лицо." На третий день среди осаждающих началась дезентирия и потеряв терпение, в безумии своем, они подожгли лес. Пламя взревело бешаным воем смерти, яводитый дым затмил солнце, он был таким густым, что понему можно было пройти. Но храбрые Войны не ушли. Они продолжали исполнять свой долг и оборонялись, пока последний из них не упал замертво, задушеный дымом. Но хаммериты не получили Камня, он все были мертвы еще до того как загорелась верхушка Дерева. Огонь мчался по лесу быстрее птицы и никто из войнов смертоносных молотов не успел убежать. Лес горел еще неделю, пока Господин не послал на землю сезон дождей. Потом пришли люди, которые были чернее золы; с помошью магии они смогли забрать Камень, унесли его в Город и спрятали в монастыре молотов. И Камень отблагодарил их за это. Мертвые вдруг встали из могили и возжелали плоти живых. Призраки предков молотов пришли проучить потомков за их алчность и глупость. Люди в панике бежали из Города, его оградили стеной и закрыле все выходи. Камень остался дожидаться прихода Господина под надежной защитой мертвых.
***
Земля рождает Ветер кидает Листва укрывает Вода обливает Огонь убивает Камень накрывает Тьма подслушает Трикстер скушает (Детская считалочка) Следующая история это не древняя легенда. Это вполне реальные события, восстановленные из слухов, показаний очевидцев и материалов библиотеки Механистов, благодаря расследованию лейтенанта Моусли. Загадочный образом попали ко мне материалы расследования. Я не знаю, кто и зачем мне их прислал. Человек, который принес бумаги был неразговорчив, а может быть вообще нем. Но эта загадка всего лишь мелочь по сравнению с теми тайнами, которые содержались в бумагах. Как известно ортодоксальные хаммериты старательно избегали языческих символов и магии, считая их грязными, и боясь запятнать себя в глазах Создателя. Механисты же, с их беспринципным прагматизмом, хватали все что плохо лежит, не брезговали ни языческой магией, ни некромантией лишь бы заполучить силу и власть. Люди еще хорошо помнят "Заклинания Мертвых", которыми эти священники убили столько честных людей. И вот, распостронив свое влияние на Город и собрав достаточно роботов, слуги Карраса отправились раскапывать языческие храмы. Клаус Хардин, известный среди механистов как брат Клаус, не бы религиозным фанатиком, он был инженером геодезистом, атеистом до мозга костей. Но он всегда занимал сторону сильного и этим свои качеством снискал любовь Карраса, а значит и уважение соратников. Ему доверили возглавлять экспедицию в глубь лесов, на поиски сокровищ язычников. Почетное, но совершенно бессмысленное задание, тем более, что Каррас заранее знал где надо искать, и дал точные координаты развалин храма. Нужно только прийти, раскопать и отвезти обратно. Брат Клаус сидел в железном кресле, обитом мягкой тканью, перед анализирующей машиной, наблюдая показания приборов, а один из слуг заносил в нее все новые и новые черепки и осколки, наследие древней веры. Механисты надеялись таким образом обнаружить магические артефакты. - Брат Клаус! - позвал один из охранников. - Мы раскопали вход в пещеру. Но рабочие из месных отказываются идти дальше. Он все бубнят про какой-то "Фракрит" и по какой-то запрет. - Ну и к свиньям их. - пробурчал Клаус. - Пусть работают слуги и дети Карраса. Просто соберите все барахло и принесите его к машине. Рабочих прогнать взашей, денег никому не давать. Я напишу в город, чтоб прислали еще машин. Спустя три часа нудной работы их наконец постигла удача. Машина загудела сереной и Клаус выскочил из кресла. На звук сбежались охранники и окружили машину. Кто-то оттолкнул слугу и кубарем скатился в канаву. В лотке машини лежала каменная табличка с замысловатым символом. Клаус полез капаться в своих бумагах. - Это оно! - воскликнул он, тыча пальцем в какую-то бумажку, - Ищите еще такие таблички. Смотрите внимтельно, не пропустите ни одной. Всем искать! Охранники забегали как тараканы, подгоняя слуг. Но сами в пещеру не полезли. Всего, к вечеру, было найдено восемь табличек. Семь из них соответствовали списку Карраса. Восьмой в списке не было, но машина показывала магию, и Клаус решил добавить ее к остальным. Уже заполночь он вернулся в свою палатку, где слуга подал ему скудный походный ужин. "Завтра снимемся" - с удовольствием подумал механист. Ему наскучил этот поход и хотелось домой, в тепло и уют. Клаус был давно уже не молод и не искал приключений. Ну утро Брат Крег, начальник стражи, сообщил что одного из охранников нехватает. Клаус, конечно, отправился бы в путь и без него, но стражники врятли позволят бросить их товарища по оружию. Сентиментальный народ эти вояки, несмотря на их грубость. Полдня они рыскали по округе, заглядывали во все канавы и щели. Наконец кто-то обнаружил полностью засыпанную землей каску. Стали копать. Откопали тело стражника. Судя по жуткому выражению его лица, его заживо закопали в землю, и он умер от удушья. И это в двух шагах от большего оживленного лагеря, в котором всю ночь дежурит стража. И без единого звука. Ужас охватил всех. Даже у Брата Клауса мороз пошел по коже. И только железные чурки продолжали как ни в чем не бывало грузить оборудование в повозки, бормоча свои молитвы. Сборы не были долгими и уже к четырем часам экспедиция двинулась по направлению к Городу. - Ничего, уже завтра буду дома. - пробурчал Клаус себе под нос, прихлебывая вино прямо из бутылки.
"Кто же все-таки способен на такое?" - рассуждал Клаус - "А может ничего и небыло? Это какая-то магическая ловушка, иллюзия?" И словно в ответ на свои мысли, Клаус расслышал разговор двух стражников, бредущих позади повозки. - А ты видел следы копыт? - Каких копыт? Ничего не видел. Да и подумаешь, копыта. Коза ночью прошла. - Сам ты баран. Откуда козы на этой пустоши. Я тебе говорю, это был сам Трикстер. Он наказывает нас за разгробление святыни. - Ерунда. Каррас сказал, что Трикстер мертв. "Трикстер мертв" - повторил про себя Клаус - "А что это вообще значит? Как это можно отправить бога на тот свет? Он ведь и так живет на том свете, сюда только по необходимости приходит. И время для бога так же бессмысленно как и смерть. Пришел раз, придет и еще раз. Может через тысячу лет, а может быть завтра. А может вернется в прошлое и раздавит своих убийц хаммеритов, как букашек." Брат Клаус уже порядочно нализался, и перед глазами у него все плыло, когда он заметил в кустах какую-от кривую хвостатую тень. "Что это за зверюга? Как бы лошади не испугались." Но лошади не успели испугаться. С оглушительным треском огромное дерево повалилось прямо на телегу, туда где сидел кучер и еще один стражник. Клауса ударило толстой веткой и прижало к дну. Передняя часть телеги разлетелась в щепки. Кучер даже не успел вскрикнуть. Охранники бросились распрягать повалившихся лошадей. Один из них подбежал к Клаусу, и помог ему выбраться. - С вами все в порядке, сэр? - Да, все нормально. Прочешите лес, и поймайте того кто это сделал. И вынимайте таблички из повозки. И быстро! Механист, постоял немного, приходя в себя, и напрвиля к повалившемуся дереву. О, Создатель! Быть такого не может. На оставшемся в земле пне не было следов спила. И отметок от топара тоже не было. Были только торчащие во все стороны клочья, словно кто-то пальцами переломил гигантскую спичку. Хмель тут же выветрился из головы Клауса, он упал на колени и принялся яростно молиться Создателю. Стражники бывшие поблизости послеовали его примеру, и даже роботы, поддавшись общему настроению забубнили свои нудные похвалы Каррасу. Закончив молитву, Брат Клаус встал и нерешительно огляделся по сторонам. Ему чудилось, что демоны хаоса окружили из и выглядывают из-за каждого куста. Но самооблодание все-таки взяло верх, и он принялся кричать на слуг и стражников, чтоб они побыстрее перегружали повозки. Но это было ни к чему. Все старались как могли, чтоб поскорее унести ноги от этого проклятого места. На закате отряд уже проезжал городские ворота. Каррас встретил его с широкой улыбкой на лице. - Здравствуй дорогой мой Клаус. Я несказанно рад твоему визиту. И особенно твоим подаркам. Присаживайся, я хочу рассказать тебе кое-что. Скажи мне, брат, как ты находишь детей Создатела. - О, мой господин, они превосходны. Это лучшее что есть во всем мире. В былые времена Каррас бы выругал его за столь подобострастное обращенее, и потребовал бы называть себя просто братом Каррасом, но теперь он уже этого не замечал. - Да, это так. - ответил Каррас. - Но не кажется ли тебе, что им не хватает разумности. Они хорошо выполняют простую работу, не требующую усилия мысли. Но даже у тех детей, которым поручена работа охранников, структуры Кристаллов Света становяться такими сложными, что мы, создавая их, сами с трудом понимаем как они работают. А ведь и охранники на поверку оказались не слишком сообразительными. Кристаллы Света были очень сложной и непонятной для Клауса магией. Он знал только, что из этих крохотных камушков собирают блоки, управляющие поведением роботов. Окружающие называли их не иначе как "Священным Даром Создателя". - Я молился Создателю. - продолжал Каррас. - И он открыл мне решение этой проблеммы. Чем сложнее структуры из кристаллов, тем ближе они подходят к хаосу. Так почему бы сразу не наполнить кристаллы хаосом, необходимым для мышления детей Создателя. Для этого мне и понадобились священные знаки из храма Гарона. Они позволят нам открыть окно в мир Хаоса, чтобы наполнить разумом магические кристаллы. Это даст нам, служителям Создателя, новую, невероятную силу. Но, я надеюсь ты понимаешь, что нельзя открывать новое чудо Создателя людям, пока все не будет готово. Это должно оставаться тайной, о которой сейчас знают только три человека. Это я, ты и господин Шараг-Мар, специалист, которого я прегласил разобраться в магических знаках. Я знаю, что ты ничего не понимаешь в магии кристаллов, но мне больше некому доверить это важнейшее задание. Ступай, Шараг-Мар будет ждать тебя в лаборатории света.
Шараг-Мар оказался высоким тощим стариком, с орлиными носом на остром морщинистом лице. У него были большие и грубые руки, словно у дровосека или шахтера. Он носил роскошную черную мантию, с широким поясом, концы которого постоянно теребил в руках. Увидев Клауса старик криво ухмыльнулся. - Здравствуйте, здравствуйте. Очень рад с вам познакоиться. Если не ошибаюсь, именно вы доставили сюда эти таблички? - Вы их уже видели? - спросил Клаус. - Что вы о них думаете? - Видел, и думаю я, что топить камин на пороховом складе куда безопаснее. Мы беремся за очень опасное дело. Скажите, уверены ли вы... Впрочем это не мое дело. Нам предстоит большая работа, но в этом месяце звезды благоволят мне, и я пологаю нас ждет успех. - Тем лучше. - теперь ухмыльнулся Клаус. - Идемте. Работы действительно было много. В течение двух недель эти двое не выходили из башни. Они мало спали, почти ничего не ели, и все дни проводили в лаборатории, куда кроме них, никому не разрешалось заходить. За это время Клаус изучил теорию магических энергий, и методы их измерения, разработаные механистами. Он провел бесконечное колличество опытов и замеров на всевозможных машинах, исписал тысячи листов и решил сотни уравнений. Мар, как его называли все в башне, проводил магические ритуалы, совершал подношения богам, взывая к их помощи и проделывал множество разных мистических действий, за которые любой честный механист давно бы подвесил его на крюке. Они шли разными путями к решению загадки табличек, но постепенно научились понимать друг друга, и даже наверное подружились бы, если бы кто-нибудь из них был способен на благородные чувства. Когда Клаус, зевая и потягиваясь, зашел в лабораторию, Мар уже сидел там склонившись над бумагами. - Вы плохо выглядите, господин колдун, - приветствовал его Клаус, - не спали? - Третий день не могу спать. Мне постоянно сниться глупый кошмар. Просыпаюсь в поту. - Может быть это погода на вас сказывается. Мы уже не молоды Мар, нужно заботиться о своем здоровье. Скажите слугам, пусть приведут вам лекаря. - К Трикстеру лекаря, я слишком близко подобрался к разгадке, чтобы отвлекаться на свои болячки. - Мы близко подобрались Мар, мы. - Да, вы правы. Осталось только определить сторону сияния ореола, и повернуть все таблички в нужном направлении. Клаус нажал на кнопку вызова, и в дверях тот час же появился слуга. - Где мой утрений кофе, бестолочь ты эдакая? Неси немедленно. Механист подошел к столу и выхватили у Мара бумаги. - Сдается мне, эта ваша сторона сияния ореола - просто градиент электромагнитного поля девятой таблички. И никаких магических завихрений. От этих слов колдун поморщился. - Вы можете целый день морочить мне голову вашими шаманскими терминами, это не произведет на меня впечатление. Скажите прямо, вы можете определить направление? - Могу. Но для этого мне нужно аппроксимировать уравнение двух переменных по восьми точкам пространства. Это подсилу только самой мощной нашей вычислительной машине. Она стоит в подвале башни. Берите бумаги и идите за мной. На лифте они спустились в глубокий подвал, и вышли в огромную залу, потолок которой терялся в темноте. В самом конце стояла машина, высотой с четырехэтажный дом. Со всех сторон из нее торчало бесчисленное множество вращающихся позолоченных валиков, словно это была гигантская виктрола механистов. Вокруг крутилось четверо слуг, и пара рабочих роботов. Клаус подошел к машине и принялся дергать за рычаги и нажимать на кнопки. - Мы пришли послушать симфонический концерт? - подшучивал колдун. - Не вижу ничего смешного Мар. Перед вами самая мощная в мире машина для вычислений. Это настоящее произведение искусства. Она способна сосчитать все звезды на небе. Не понимаю, как она работает, но она еще ни разу не ошиблась. Теперь придется подождать. Пологаю, расчеты займут некоторое время. Клаус сделал знак рукой, и слуги разложили и поставили перед ними складные кресла. Спустя полчаса Шараг-Мар не выдержал. - Похоже ваше произведение искусства не справляется. - О нет, друг мой. Машина работает исправно, но датчики показывают, что она будет считать еще, как минимум, сутки. А что же вы не спросите направление у ваших богов? - К Трикстеру вас, дорогой Клаус. - Вы сегодня не в духе, дорогой колдун, идемте лучше выпьем по бокалу вина. Уверен, вам полегчает.
В комнате отведенной им под столовую слуга зажег свет, расставил на столе закуски, разлил вино по бокалам и с поклоном удалился. Клаус сел за стол, сложил руки и склонился в почтенной молитве. Шараг-Мар рассмеялся. - Бросте, друг мой. - произнес он, выпив залпом бокал вина. -За то время, что мы работаем вместе, я успел хорошо вас узнать. Вы не религиозны, прекратите претворяться, здесь никого кроме меня нет. Лучше выпейте. Клаус поднял голову и опасливо огляделся. Затем проговорил, нарочно повышая голос: - Создатель дает нам пищу, заботится о нас, оберегает от зла и ведет сквозь мир хаоса к свету. - Нас не подслушивают, я проверял. - усмехнулся Мар. - А если ваш Создатель и существует, то он всего лишь жалкий небесный пижон, тешащий себя вашей лестью. - Я с вами не согласен. Создатель все-таки могущественный бог, вы не можете этого отрицать. - Могущественный для людей, которых он, кстати, никогда не создавал. Но, если бы он был понастоящему могуч, он не позволил бы Трикстеру свободно разгуливать по этому миру. Хаммериты ничего не смогли ему противопоставить. Или вы верите в басню о том, что это они его победили? Этот демон раздавил их, как клопов. - Кто же тогда изгнал Трикстера? - Пологаю, какая-то третья сила. Могуществом превосходящая ваше божество. - А вы не боитесь, что он вас покарает за эти речи? - тон Клауса перестал быть шутливым. - Не верю я и во всеведение Создателя. - огрызнулся колдун. - Если бы он знал что твориться на грешной земле, то давно бы вмешался, и в первую очередь свернул бы башку вашему духовному наставнику. - Каррасу? За что интересно? Он же служит Создателю. - Чушь! Вы сами-то верите в то, что говорите? Даже наша с вами работа опровергает ваши слова. Клаус и сам это понимал, но вино пробудило в нем дух противоречия. - Мы с вами работаем для улучшения детей Создателя. - Эти ваши уродливые машины. Неужели вы думаете, что они могут быть угодны какому-нибудь божеству? Это дети Карраса, они и сами об этом твердят в своих молитвах. Ваш предводитель хочет сам уподобиться богам, и для этого создает себе верующих. Если Создатель его не оставновить, Карраса добьется того, что в благодарность за пишу будут молиться ему, будте уверены. Вот взгляните на это. Мар протянул механисту толстую рукопись. - Что это? - Вы же не думаете, что я настолько мудр, что способен с пустого места разобраться в магии глиняных табличек. Это своего рода пособие в божественных тайнах. Клаус пробежал глазами первую страницу. - Но это же "Одиночество Гарона"! - воскликнул он. - Да, и заметьте, переведенное. А в кабинете Карраса я видел оригинал. В вашей расчудесной башне нашелся даже знаток Сохо, который это перевел. Ваш Каррас способен на все, и порой мне кажется, что в противостоянии богам следует поставить на него. Вы почитайте на досуге, очень интересная книжица. Они просидели еще долго, и, изрядно поднабравшись, Шараг-Мар отправился к себе. А Клаус углубился в чтение рукописи.
**********************************************
Поместье Лорда Гаррета
Часть 1.
Это был солнечный день, большая редкость в Городе. Пять месяцев назад Механисты испарились из города, и мир воцарился в нём.
В то утро Гарретт сидел в своей спальне в небольшой 3-х комнатной квартире и читал книгу, но мысли его были далеки от сюжета. Он думал о том, что бы предпринять сегодняшним вечером. Ограбить лорда? Немного почистить карманы доверчивых граждан? Грабануть банк? Идеи, идеи, идеи... Стук в дверь прервал его мирное времяпрепровождение. Вор вскочил с дивана, бросив книгу, и пошёл открывать дверь.
- Кто там?
- Сто грамм, твою мать! Открой это я, хозяин твоей квартиры собственной персоной!- пролаял из-за двери грубый голос.
Ну нифига себе денёк начинается! подумал Гарретт, открывая замок.
На пороге он нос к носу столкнулся со своим хозяином, маленьким, приземистым, тучным человеком, лицо которого всегда блестело от пота.
- Завтра гони деньги за квартиру, Гарретт, - сказал хозяин непреклонным голосом, - не заплатишь, я выкину тебя вон, тебе ясно?
Интересно, а почему все коротышки такие злые? - подумал Гарретт, - наверное потому, что у них сердце находится в непосредственной близости от задницы, но вслух сказал: Да ладно, успокойся, принесу я тебе твои деньги
- Уж постарайся, - ответил коротышка, вытирая своё вспотевшее лицо старым платком отвратительно жёлтого цвета, - если ты ещё сделаешь мне ещё хоть одну мелкую пакость, можешь не надеяться на снисхождение. (Он никак не мог простить Гарретту то время, когда городская стража, повинуясь приказам ныне усопшего шерифа Труарта, патрулировала квартиру Гарретта и пугала остальных жильцов своими пьяными выходками.)
- Да достану я тебе твои денежки, успокойся! сказал Гарретт, и в этот самый момент в узенькую щель между косяком двери и хозяином просочился маленький проворный человек.
Он был одет в дорогой коричневый костюм и чёрные туфли. Его короткие чёрные волосы были зачёсаны назад, а на самом кончике его курносого носа сверкали очки. Глаза у него были ярко-голубые, а кожа была похожа на вязкое тесто.
- Эээээ... это резиденция ээээээ... ага, вот... господина Гарретта?
Прежде чем Гарретт успел открыть рот, его хозяин ответил Да, его, но ты то что здесь забыл, палтус глушенный!
- Хмммм, - только и сумел выдавить из себя мужичонка, - господин Гарретт, моё имя Эдгар Коул и я юрист, который работает на юридическую фирму Baxter&Eidos
Так... юрист... отлично, только этого мне ещё и не хватало подумал Гарретт, и, растянув губы в вежливом оскале, спросил: Чем могу быть вам полезен?
- Видите ли, мистер Гарретт, недавно один из самых богатых людей города, Лорд Таррел Кинид недавно преставился...
- Ну да, об этом писали все газеты! Гарретт снова начинал выходить из себя и мечтал только об одном: чтобы вся это канитель закончилась, и он мог вернуться к книге.
- Видите ли, моя фирма занимается исполнением последней воли сего господина, - сказал Эдгар, - иными словами, он отписал всё своё имущество, а именно дом и деньги своему незаконнорожденному сыну, Гарретту.
- ЧЕГО? - взвизгнул хозяин.
- Повтори, - сказал Гарретт, и сердце его колотилось примерно так же, как и в тот момент, когда он менял Глаз на подделку за спиной Константина.
- Дело в том, что перед тем как Лорд женился на Лидии, его жене, у него была недостойная связь с проституткой. Она забеременела и умерла при родах, лорд же побоялся воспитывать ребёнка, так как это была угроза его репутации и поставило
бы под вопрос его будущую женитьбу. Поэтому он, не поднимая лишнего шума, сдал ребёнка в приют. Гарретт, ты его сын!
- Я в это не верю, - тихо произнёс Гарретт, схватившись обеими руками за голову и начиная раскачиваться взад-вперёд, - не верю! Не верю!! НЕ ВЕРЮ!!!
- Но это правда, - сказал Эдгар. Поместье лорда расположено в Хайтауне. Если вы
желаете, вы можете переехать туда сегодня же.
Гарретт медленно вращал глазами, пытаясь сконцентрироваться и понять, что же
всё-таки от него требуется. Итак, ты лорд, Гарретт. Так, так, так... Ты теперь богатый. Ты больше не будешь платить за квартиру и воровать. Теперь ты будешь жить в большом доме... и может быть, там будет даже кухня и ванная...
Гарретт наконец-то понял всю прелесть своего положения, хищно улыбнулся и, хватая плащ, на ходу крикнул: Поехали!
- А как насчёт денег? крикнул хозяин.
- Можешь взять и их и подтереть ими свою задницу, - крикнул Гарретт.
Часть 2.
Гарретт пришёл в себя только на заднем сидении кареты, в которую были запряжены два откормленных баррика. Пока карета катилась по улицам города, экс-вор переваривал услышанное недавно. Он наконец-то сообразил, что теперь он лорд и будет жить в собственном поместье, и завяжет с воровством, это уж точно!
Карета, которая уже ехала через Хайтаун, неожиданно остановилась. Ну, вот мы и на месте, лорд Гарретт крикнул водитель. Гарретт выглянул в окно, увидел замок и поперхнулся воздухом.
Здание было прекрасным. Это было одно из самых красивых зданий, которые он когда-либо видел, и имело гораздо больше драгоценностей, чем те замки, которые он ограбил за свою немалую воровскую практику. Трёхэтажное здание из белого камня с красивыми занавешенными окнами было покрыто голубой черепицей, стены украшены тонкой, почти ажурной резьбой из мрамора. Вымощенная булыжником дорога вела к массивным парадного входа, и небольшие круглые фонтаны, расположенные вдоль дороги наполняли воздух приятной в жаркий день прохладой.
Небольшие деревья окружали дом, их ярко-салатовая листва была такой яркой, что резала глаза.
Гарретт снова впал в транс. Неужели это его новый дом?
Стоило только водителю открыть пассажирскую дверь, а потрясённому Гарретту озираясь, выйти из кареты, как высокий, с королевской осанкой, седоволосый мужчина со спокойным, миролюбивым лицом, возник, как из воздуха.
- Добрый день, лорд Гарретт, - сказал мужчина, кланяясь, его голос был довольно приятным, со странным акцентом, - моё имя Байрон и я управляющий вашего отца, да будет земля ему пухом.
- Рад познакомится с вами, - сказал Гарретт, гораздо более вежливый, нежели обычно.
- Не хотите ли осмотреть местность, - предложил Байрон, вопросительно поднимая седую бровь.
- Это будет просто здорово, - сказал Гарретт.
Осмотр занял ровно час. Гарретт был потрясён размером дома. Хорошо натёртые полы из мраморной плитки или дорогого паркета так и сверкали, стены были обтянуты шёлком, повсюду стояли вазы с цветами. Люстры из дорого хрусталя свисали с потолка в каждой комнате, и бронзовые личики херувимов украшали каминные решётки. И там даже была огромного размера ванная и спальня!
Но что действительно привело Гарретта в восторг, так это то, сколько золота было в замке. Оно было повсюду: золотые бокалы, золотые тарелки, золотые
монетки, золотые статуэтки... Всё золотое! Да уж, если бы я ограбил этот
дом несколько лет назад, мне бы долго не пришлось думать о квартплате подумал
Гарретт, осматривая своё богатство. Для человека, который всю свою жизнь прожил в нищете, это был просто шок. Конечно, Гарретт грабил богатых и раньше, но он делал это не только из-за того, чтобы обеспечить себе сравнительно нормальную жизнь. Он воровал ещё и потому, что злился на тех людей, которые ели из золота, пили из золота и спали на золоте, пока он вынужден был грабить, чтобы обеспечить себе нормальное существование. А теперь и он сам стал одним из тех людей, которых он ненавидел больше всего. Есть над чем подумать.
- Так что вы думаете, мой лорд? спросил Байрон.
- Это просто потрясающе, - ответил Гарретт, - но мы должны нанять побольше охранников. Безопасность очень важна.
- Очень хорошо, сэр, я займусь этим сегодня вечером, - ответил Байрон, польщённый тем, что Гарретт похвалил замок, - я думаю, вы сегодня будете хорошо спать, сэр. Завтра вы приглашены на бал в честь леди Ван Вернон.
Здорово... - подумал Гарретт и вдруг неожиданно выпалил: Байрон, ты должен кое-что знать обо мне
- И что же это, мой лорд? спросил Байрон.
- Я вор ответил Гарретт.
- Сэр, большинство богатых людей тоже.
- Да нет, ты не понимаешь, - разозлился Гарретт, - я зарабатывал на жизнь, грабя богатых.
- Ну теперь вам нет нужды делать это, сэр, - улыбнулся Байрон.
- Пять баллов, - усмехнулся в ответ Гарретт.
Часть 3.
- Как я выгляжу, - спросил Гарретт, вертясь перед большим овальным зеркалом в спальне.
- Великолепно, мой лорд! воскликнул Байрон.
- Ну, я не знаю... я нечасто одеваюсь таким образом, - растерянно произнёс Гарретт, глядя на своё отражение и недоумевая: кто этот парень, этот новый
Гарретт: он был одет в изысканную, отороченную мехом накидку поверх дорогого шёлкового костюма.
- Сэр, мы идём сегодня на банкет, не забывайте. Не можете же вы явиться на приём в одежде простолюдина.
- Я думаю, вы правы, - ответил Гаррет, ну так что, когда мы отправляемся?
- Прямо сейчас, - ответил управляющий, глядя на старинные часы.
Замок леди Ван Вернон находился в Дейпорте, недалеко от Хайтауна. Карета везла Гарретта и Байрона туда. Пока они ехали в замок, Гарретт смотрел в окно и
наблюдал за тем, как мимо проносились городские улицы. Не так давно я использовал эти крыши в качестве средства передвижения, чтобы добраться до Башни Ангелов. А теперь Башню Ангелов снесли... Жалко, красивое было здание
- Байрон, каков был мой отец, - спросил Гарретт.
- Он был довольно-таки хорошим человеком, хорошо относился к своим рабочим, и
был большой шутник. Он был довольно-таки умелым человеком... Единственной его плохой чертой было то, что он был удивительно жадным.
- Понятно... - кивнул Гарретт.
Карета подъехала к особняку Леди Ван Вернон минутой позже. Гарретт и Байрон
выбрались из кареты и увидели, как вокруг главного входа толпятся механические слуги.
- Ох, не нравится мне это... - прошептал Гарретт.
- Всё будет нормально, - прошептал в ответ Байрон, - только будьте разумным человеком, и не воруйте столовое серебро.
- Ясно, - кивнул Гарретт.
Минутой позже они стояли в бальной комнате в окружении разнаряженных в пух и прах людей. Рядом с ним стоял мужчина, намного старше его и потягивал вино из золотого кубка.
- Ну, Гарретт, чем вы занимались раньше? спросил мужчина.
- Я вор. В прошлом году я ограбил ваше поместье и украл вашу коллекцию
китайского фарфора.
Леди Ван Верное заметила Гарретта чуть позже.
- Так это вы и есть новый лорд? - спросила она.
- Ну, можно сказать и так, -ответил Гарретт.
- Я должна сказать, что вы очень интересный мужчина, - улыбнулась она, - не хотите ли посмотреть конюшни?
- Эээээ... Вообще-то, нет, - ответил Гарретт, вспоминая, сколько неприятностей причинили ему баррики, - я не слишком люблю животных.
На следующий день Гарретт принимал на работу охранников. Он уже нанял нужное количество стражи, нужен был ещё один. В этот момент он сидел в своём кабинете,
за дубовым столом. Перед ним сидел последний претендент на должность охранника.
- Ваше имя, - спросил Гарретт.
- Бенни, сэр, - ответил охранник.
Бенни, - подумал Гарретт, почти роняя свою ручку. Уж не этот ли это идиот, которого я всегда вырубал дубинкой? И теперь он хочет работать на меня.
Неисповедимы пути твои, Господи.
- Я могу посмотреть ваше резюме? спросил Гарретт.
- Конечно, сэр, - ответил Бенни. Доставая из кармана помятый листок.
Гарретт быстро просмотрел листок. Ну, Бенни, вот это резюме. Здесь сказано, что ты работал в замке лорда Баффорда, поместье Рамиреса, доме Шерифа Труарта и так далее. Это большой список...
- Видите ли, сэр, меня всегда вырубают дубинкой на работе, поэтому меня и увольняют.
Бедный парень - подумал Гарретт. Единственное, что он мог сделать для него, это предложить ему работу.
- Бенни, я беру тебя на работу.
Глаза охранника засияли. Ура! Я принят! Здорово! Я не могу дождаться момента, когда я скажу об этом жене и детям! Спасибо, лорд Гарретт!
- Без проблем, - улыбнулся Гарретт.
Ложась спать, Гарретт был спокоен, как никогда. Никогда ещё свист стражников не приносил ему такого глубокого удовлетворения. Он знал, что все его сокровища в безопасности и спал крепко, как ребёнок. Эта новая жизнь была пока что непривычна для него, но он надеялся привыкнуть к ней в конце-концов.
Часть 4.
Дни медленно текли в поместье лорда Гарретта. Он уже чувствовал себя дворянином, принадлежащим к высшему классу общества. Однако, какая-то небольшая часть от прежнего вора сохранилась в нём до сих пор.
Несколько дней он пробирался в кухню и начинал воровать подсвечники и прочую золотую утварь, пока слуги не объясняли ему, что нет нужды воровать своё же собственное богатство.
Ночами он блуждал по замку, гася факелы водяными стрелами, пока слуги не убеждали его оставить эту работу им.
Однажды ночью ему приснился кошмар. Гарретту снилось, что он сидит в своей старой квартире, окружённый любимыми вещами. Что хуже всего, его вещи разговаривали с ним.
Дубинка сказала: Эй, Гаррет, помнишь меня?
- Моя старая дубинка! - вскричал Гарретт.
- Вспомни те хорошие времена, которые мы провели вместе! Мы вместе вырубали стражников и барриков. Неужели ты не скучаешь по тем добрым старым временам?
- Это был прежний я! закричал Гарретт, а теперь пошла прочь, ты мне больше не нужна!
- А как же я, Гарретт, - спросил меч, - помнишь ли ты, сколько раз я спас твою шкуру! Помнишь, как мы разделались со скелетами в соборе Хаммеритов? Ты мне должен, воришка!
- Оставь меня в покое!!! заорал Гарретт, обливаясь потом.
Затем в игру вступили лук со стрелами.
- Не говори, что ты забыл и про нас. Гарретт, Вспомни тот восторг, который ты испытывал, когда стрела летела прямо в голову стражнику!
- Никогда!!!! исступлённо вопил Гарретт.
И наконец, наступило самое тяжёлое испытание: он увидел запертую дверь и отмычки.
- Только не это, - обессиленный, простонал вор.
- Ну давай же, Гарретт, ты ведь хочешь этого, - произнесли отмычки ласковым звенящим голосом.
- Оооооо! Гарретт, открой меня!!! застонала дверь.
- Нет! НИКОГДА!!! прокричал Гарретт.
- Пожалуйста, Гарретт, ПОЖАЛУЙСТА!!! тяжело задышала дверь.
Гарретт схватил отмычки и принялся за дело.
- О, даааааааааааа! застонала дверь.
- Да, да, да...- задыхались отмычки.
- Вор, потея, подолжал взламывать дверь, чувствуя, как он поворачивается там, внутри и желал открыть его душой и телом.
- Дааааааа...- выдохнул Гарретт
КЛИК! КЛИК! КЛИК!
- Даааааааа! закричал Гарретт.
КЛИК! КЛИК! КЛИК!
- ДА!ДА!ДА!ДА! забился в исступлении Гарретт.
А затем дверь открылась и спросила: Тебе было так же хорошо, как и мне?
И Гарретт проснулся.
Мне нужно передохнуть, - подумал он.
Часть 5.
- Я думаю о том, чтобы взять отпуск, - сказал Гарретт Байрону за завтраком.
- Отличная идея, сэр, - сказал Байрон, пожирая яичницу, - возможно, хорошее путешествие пойдёт вам на пользу. Вот только куда?
- Куда-нибудь подальше от Города, - сказал Гарретт, заканчивая завтрак, - ты можешь ехать со мной и с начальником стражи.
- Хорошо, - кивнул Байрон, - вас устроит, если мы отправимся в путь завтра?
- Конечно, - ответил Гарретт.
Гарретт работал в своём кабинете, когда услышал стук в дверь.
- Открыто, - крикнул Гарретт.
Дверь открылась и вошёл Бенни, держа за шкирку тощего, как вобла, воришку. Ему было не больше 20.
- Я поймал его, шастающего по парку, сэр, - сказал Бенни.
- Молодец, - отметил Гарретт, - отпусти его.
Бенни отпустил парня.
- Как тебя зовут, мальчик?
- Меня зовут Уилл, - ответил воришка дерзко, - и я не мальчик!
- Я так думаю, что ты пытался меня ограбить? спросил Гарретт,
вопросительно поведя бровью.
- Ага, - ответил Уилл.
- Понятно... Слушай, Уилл, я тебя отпущу. Но в следующий раз будь
поосторожнее. В смысле... У тебя нет достаточного количества водяных стрел, у тебя нет ни световых гранат ни верёвочных стрел, а твоя дубинка всего лишь носок, наполненный монетками. Если хочешь кого-нибудь ограбить, сделай всё по высшему разряду.
- Спасибо... - ответил Уилл.
- Не стоит... Бенни, проводи джентльмена до двери.
- Конечно, сэр. Ты, воришка, следуй за мной!
- Эх, подрастающее поколение, неряхи, ничего толком сделать не могут, - подумал
Гарретт, и ворчливо произнёс, - никакого уважения к традициям!
На следующий день Гарретт, Байрон и Начальник стражи уехали за город.
Часть 6.
Ночь в поместье, пока Гарретт отсутствовал.
Лорд Баффорд прятался в кустах за домом и наблюдал за стражей. Лорд был
одет во всё чёрное, в руках дубинка, на поясе меч, за спиной лук и колчан со стрелами. Короче, он собирался оторваться по полной программе. Сегодня он отомстит Гарретту за своё разграбленное поместье!!!
Мимо прошёл охранник. Баффорд выскочил из кустов и обласкал охранника дубинкой. Вытащив из колчана верёвочную стрелу, он попытался попасть в деревянную балку над головой, но промазал. Наконец, истратив штук десять стрел он, потея и отдуваясь, взгромоздился на подоконник и кое-как влез в окно.
Баффорд оказался в кабинете Гарретта. На столе лежало несколько золотых монеток.
Well, as long as I m here I might as well take something for myself – решил Баффорд, припрятывая монетки. (Эту фразу я не перевожу, она является частью
игры, будучи переведённой, она теряет всю свою прелесть прим. перев.)
Эй, а быть вором довольно весело! - решил он.
Он пробрался в соседнюю комнату и потушил фонарь водяной стрелой. Мимо прошёл охранник, Бенни, насвистывавший какую-то мелодию. Баффорд притаился в тени затем оглушил Бенни, мирно проходдящего мимо.
Только не опять прокричал бедняга, оседая на пол. Баффорд запрятал тело в тенёчке, затем двинулся дальше, стараясь не шуметь. Как бы то ни было, он вскоре наткнулся на ещё одного стражника.
- Вор! - зарычал стражник с мечом наголо бросаясь на Баффорда.
Баффорд бросил световую гранату и огрел стражника дубинкой. Так он расправился со всеми стражниками и слугами, затем пошёл грабить. Сгибаясь под награбленным добром и покидая гостеприимный дом Гарретта, он думал "Какое же это всё-таки сладкое слово МЕСТЬ!"
Гарретт прибыл в поместье следующим утром. К его удивлению и удивлению Байрона всё поместье было разграблено.
- Господи... - только и произнёс Байрон
- Меня ограбили... - грустно улыбнулся Гарретт, - ирония судьбы
Затем пришёл Эдгар Коул.
- Мистер Гарретт, я ошибся! закричал юрист, - вы не были сыном лорда. Это был какой-то парень по имени Барретт.
- ЧЁРТ! Выругался Гарретт, а про себя подумал: Я же никогда не был в приюте .
Эдгар огляделся.
- Что, чёрт возьми здесь произошло! воскликнул он.
- Ограбление, - спокойно ответил Гарретт.
Неожиданно появился Бенни, который только что поднялся.
- Ты уволен!!! с досады выкрикнул Гарретт.
- Не в первый раз я это слышу, сэр, - ответил Бенни, обхватив обеими руками больную голову.
Этим вечером Гарретт вернулся на свою старую квартиру. Она по-прежнему выгладела такой -же свалкой, как и раньше+ Но он в любом случае любил её.
- Ты до сих пор должен мне деньги, - не постеснялся напомнить хозяин квартиры.
- Я отдам тебе их завтра, - ответил Гарретт.
Этой ночью он оделся во всё чёрное, собрал свои инструменты и пошёл грабить доки.
Он снова принялся за то, что он любил больше всего.
**********************************************
Будни вора
Автор: Velzevul
Звук шагов стражника гулко отдавался от стен коридора, но в комнате, скорее всего, звучал намного тише и глуше. Гаррет мог поручиться, что люди в гостиной настолько привыкли к этому приглушённому стуку, что воспринимают его скорее как нудные шлепки капель из протёкшего крана, и подсознательно они будут рады, когда шаги стихнут. Потому никто и не заметит этого... не захочет замечать.
Гаррет выждал, пока охранник не повернётся к нему спиной, и, покрепче сжав блэкджек, мышью ринулся следом. Это действо было отработано долгими годами воровской жизни, и не оставляло жертве надежды на спасение. Гаррет не допускал ошибок. Сражник услышал шуршание в самый последний момент, но так и не успел обернуться. Дубинка отточенным движением опустилась на его голову, и он тихо упал, заботливо поддерживаемый Гарретом. Вор не хотел шуметь.
Решив, что возится с телом некогда, да и незачем, Гаррет прошёл дальше по коридору и юркнул в приоткрытую дверь. Тени охотно приняли своего брата, надёжно спрятали его от людских глаз.
Комната освещалась только камином, а возле камина стоял стол и диван, которые загораживали большую часть света. На диване сидел какой-то богато одетый мужчина, он разговаривал в полголоса с низеньким толстячком, что нервно семенил взад-вперёд между камином и диваном. Похоже, разговор шёл о предмете, который стоял на столе – о роскошном золотом кубке, украшенном драгоценными камнями.
Именно этот кубок и был нужен Гаррету - именно его попросил добыть заказчик. Судя по всему, кубок обладал особой ценностью, как предмет какого-то мрачного культа. Ну да Гаррету было наплевать на это, как, впрочем, и на тихий шёпот дворянина. Вор не стал вслушиваться, а, прижавшись к стене, стал медленно продвигаться ближе к столику. К несчастью, путь преграждали зыбкие отсветы камина, распластавшиеся по стене. Гаррет замер, словно боясь обжечься. Конечно, можно было одним быстрым рывком пересечь освещённый участок, и снова окунуться в спасительную тьму, но... Толстяк вполне мог успеть увидеть промелькнувший тёмный силуэт, и выхватить кинжал. Тогда драгоценные секунды будут потеряны.
Гаррет всегда имел наготове какое-нибудь решение. Он отпрянул назад от опасной области, и снял со спины лук. Наложив стрелу с водяным наконечником, вор прикинул расстояние до кубка, сосредоточился... В то мгновение, когда стрела устремилась к камину, Гаррет тоже сорвался с места. Пламя в камине громко зашипело и затухло, выплеснув чернильное облако тьмы, которое затопило комнату. Почти одновременно с этим Гаррет схватил кубок, и, невидимый теперь, поспешил ретироваться.
Но вор недооценил дворянина - тот обладал отменной реакцией и чутьём. Гаррет почувствовал, что путь назад отрезан - дворянин выхватил меч, и преградил подступы к выходу. Толстяк приближался, размахивая кинжалом. Гаррет не знал, почему эти двое так хорошо ориентируются в темноте, и решил не играть с огнём. Он тихо отступил и забрался в камин, решив выждать, пока преследователи не признают тщетность своих попыток отыскать вора.
Устраиваясь поудобней, Гаррет опёрся спиной о стенку камина... Внезапно что-то щёлкнуло, и вор полетел вниз, провалившись в потайной ход.
Растянувшись на влажном каменном полу маленькой комнаты, Гаррет чертыхнулся. Подобное никак не входило в его планы. Внимательно оглядев потолок (да уж, не будь у вора чудесного механического глаза, туго бы ему пришлось без факелов в такой тьме), Гаррет не смог придумать способа взобраться наверх - слишком высоко...
Но вор не привык унывать. Из любой западни есть выход - Гаррет знал это, ведь он был мастером по части преодоления ловушек. Длинные пальцы заскользили по стенам, и скоро наткнулись на кнопку, которая открыла очередной потайной проход. Не задумываясь, Гаррет вошёл туда, и скоро коридор вывел его к ещё одной комнате. Здесь горели газовые светильники; Гаррет отчётливо разглядел груды черепов, аккуратно разложенных по нескольким длинным столам.
В комнате было две двери - обе, судя по всему, закрытые на ключ. Естественно, Гаррета могли только насмешить всяческие замки... Но вот трое зомби, охранявшие эти двери, выглядели совершенно не смешно... Гаррет отступил в темноту, и перебрал всё оружие, которое у него имелось: лук, пять водяных стрел, одна моховая стрела... Блэкджек, кинжал, несколько отмычек...
Да уж, ситуация казалась безвыходной... Гаррет зло ухмыльнулся, и, прислонившись к стене, погрузился в размышления. Интуиция подсказывала ему, что он ещё увидит ночное небо.
**********************************************
Сбор и обработка материала – Saedracan