Витория Эйр

Дочь огня

Иллюстрация на обложке prommaste

Внутреннее оформление Натальи Кузнецовой

Дизайн переплета Марии Кияниченко

© Дельта Корнер, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

* * *

Пролог

Король Андалии сидел в своем кабинете и тихо постукивал пальцами по большому дубовому столу. Была глубокая ночь, но он еще не ложился. Множество мыслей терзало его ум. Грандиозные планы, о которых раньше он смел лишь мечтать, теперь становились все реальнее. Дар предвидения вот уже десять лет помогал ему с успехом управлять государством. Но то, что он увидел сегодня...

В дверь постучали, и стражник доложил о том, что пришел Рэм Тапим. Король кивнул, позволяя тому войти.

Молодой воин зашел и поклонился. Черные волосы касались его впалых щек, а хмурые широкие брови придавали и без того суровому лицу грозное выражение.

– Мой самый преданный слуга, – начал король, и Рэм снова молча поклонился. – Из скольких бед ты меня выручал.

– И из скольких еще выручу, Ваше Величество, – произнес Рэм.

Король вздохнул, собираясь с мыслями.

– Я хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня. Никому другому поручить такое дело я не могу, – сказал король и опять замолчал, словно взвешивая правильность своего решения.

– Все что угодно, Ваше Величество, – бесстрастно ответил Рэм.

– Это будет трудно. И весьма небезопасно, – король откинулся на спинку кресла и внимательно посмотрел на своего подданного. Сможет ли он?

– Мне было видение. Вот уже больше года боги не даровали мне ни одного намека на будущее, но увиденное сегодня... – король немного помолчал. Он уже успел забыть, как утомительно получать видения. Слабость до сих пор не покидала его. – Драконы возвращаются, – наконец сказал он. – Скоро родится ребенок. В нем будет не просто искра, а настоящее пламя. Мне нужен этот ребенок.

Лицо Рэма исказилось.

– Но... зачем? Не лучше ли будет уничтожить его при появлении на свет и избавить нас от большой беды?

Король хмуро взглянул на своего подданного: он понимал его опасения. Несколько десятилетий о драконах ничего не было слышно, а последний известный случай рождения человека с драконьим даром произошел пятьдесят лет назад, но он едва ли мог зажечь свечу. Драконы с настоящей силой – дети иного мира. Жестокие, злобные и безумные. Ужас перед ними тянулся сквозь века.

– Принесешь младенца мне, и тогда эта сила будет служить нам.

Рэм неодобрительно покачал головой.

– Не мне вам рассказывать об угрозе. Вдруг мы не сможем его контролировать?

Король продолжал в упор смотреть на воина.

– Найди. И принеси.

1

Она горела в огне. Все они горели. Полыхал весь мир. Запах дыма и пепла заполнял ноздри. Она наблюдала, как они корчатся от боли, не в силах противостоять смертоносному пламени. Их некогда ровная гладкая кожа пузырилась и слезала, обнажая кости.

Джейрис моргнула, отгоняя жуткое видение. Вместо гари в нос ударил запах духо́в стоящей рядом придворной дамы. Ох уж эта коварная сила драконов. То и дело подкидывала сюрпризы, норовя вырваться из-под контроля. Она стояла в тронном зале вместе со всеми, стараясь не зевать. Торжественная встреча двух прибывших принцев, организованная королем, – настоящая скука. Но Джейрис, как и остальные, была вынуждена там присутствовать и изображать радость. С последним имелись проблемы: все силы уходили на попытки не заснуть. Вот и разыгралось воображение.

Чтобы хоть чем-то себя занять, слушая нудную речь короля, Джейрис начала оглядывать зал. Светлые мраморные стены тоже наводили тоску. А вот резьбой с позолотой на некоторых участках стены можно было себя на время занять. Канделябры со свечами являлись отдельным видом искусства. Джейрис сомневалась, что когда-либо видела что-то выполненное с подобным изяществом. Очень тонкая работа. Каждый подсвечник украшен золотом и уникальной резьбой. Кто и зачем тратил столько усилий и времени, казалось бы, на такую не особо примечательную деталь, как канделябры, Джейрис не знала. Но получилось очень эффектно.

Прямо перед ней возвышался трон короля Андалии. В отличие от тех же канделябров довольно-таки простой. Никакого золота, резьбы и прочего замысловатого убранства. Но от этого он не терял своего великолепия: высеченный из цельного куска белого мрамора, громадных размеров. Король Долмар Ваалар величественно сидел на троне, увенчанный золотой короной, и произносил торжественную речь. Все как обычно: принцы вернулись из своих дипломатических поездок, и король вещал, как важны новые установленные контакты и так далее, и так далее... Джейрис еле сдержалась, чтобы не фыркнуть. Всегда одно и то же.

Она перевела взгляд на принцев. У короля было четверо детей: три сына и дочь. И все они владели магией, как и другие королевские семьи на континенте Астерон. Сейчас они стояли возле правителя и внимательно его слушали. Будучи воспитанницей короля, Джейрис часто с ними общалась, но отношения их не отличались... простотой и дружелюбием. Вот и сейчас никто из королевских отпрысков даже не взглянул на нее.

Ближе всех к королю находился, конечно же, Эмиль. Старший сын, самый мрачный, холодный и сдержанный. Возможно, это следствие его ледяной магической силы, но в любом случае он являлся главным наследником, поэтому и позволялось ему больше, чем остальным. И ненавидел он ее тоже больше, чем остальные. Почти все время принц игнорировал сам факт ее существования. В целом Джейрис это не особо волновало. Так же как и не волновали мнения других людей. А сталкиваться с подобным отношением ей было не привыкать. Такая уж непростая участь рожденных с даром дракона.

Джейрис осторожно переминалась с ноги на ногу, у нее уже начинало затекать тело. Конца и края не видно. Еще и на утренней тренировке Рэм гонял ее так, словно за ними гнались черти из подземного мира. Теперь все мышцы неприятно ныли. В следующий раз надо придумать, как избежать таких «торжеств». Может, наколдовать свою проекцию? Хотя за эти фокусы король мог и высечь.

Отвлекшись на свои мысли, Джейрис не сразу заметила: Джос внимательно смотрел на нее. Принц Джос – средний сын короля – единственный, кто относился к ней лучше всего. Кажется, она даже нравилась ему. Они часто проводили время за беседами и танцами, когда принц находился во дворце. А танцевать Джейрис любила. Джос – веселый принц с вечно милой улыбкой, готовый со смехом пускаться в пляс везде и всегда, как и все дети короля, к тому же очень привлекательный. Слегка растрепанные светлые волосы придавали ему еще больше очарования. Вот и сейчас легкая улыбка не сходила с его лица.

Джейрис спокойно ответила на взгляд принца, пряча свою ответную лукавую улыбку, и он едва заметно подмигнул ей.

Несмотря на то что принц Джос только вернулся из длительной поездки, он казался свежим и отдохнувшим. В отличие от своего младшего брата, который оставался во дворце. Анхель выглядел так, словно проснулся только перед церемонией. Ничего удивительного. Младший принц славился своим пристрастием к выпивке и развлечениям, чем он и занимался днями напролет. Понятное дело, его никто не брал на важные встречи. Он был не похож на Джоса так же, как ночь не похожа на день. Темные кудри падали на лоб, скрывая такие же черные глаза. Бесконечная скука и надменность отражались на его лице.

Принцесса Джосин стояла немного в стороне от братьев. Хоть она и являлась близняшкой принца Джоса, но у нее не было и следа веселости брата. Ее бледное лицо скорее напоминало застывшую маску. В этом она удивительно походила на Анхеля.

Джейрис почувствовала, как ногу стало сводить судорогой. Громадным усилием воли она подавила все эмоции, сохраняя лицо бесстрастным. Ну сколько можно... Пафоса столько, как будто не принцы вернулись домой, а все королевские семьи континента пожаловали.

Подумав об этом, Джейрис мысленно усмехнулась. Хотела бы она посмотреть на подобное зрелище. Интересно, сколько минут пройдет, прежде чем кто-то из этого высокородного сброда сцепится? Периодически кто-то наносил визиты соседям, но чтобы собираться всем вместе... Такого уже лет сто не бывало, после того как последняя подобная встреча окончилась объявлением войны между Сарией и Даганом. Слишком уж разные взгляды и интересы. С тех пор короли и королевы предпочтительно общались письменно или встречались с главами государств поочередно.

Наконец король произнес завершающие слова, которые Джейрис едва услышала, и разрешил покинуть тронный зал.

Джейрис быстро шла по коридору, перекинув рыжую косу через плечо. Встречающиеся на пути слуги в панике кланялись, пытаясь не попадаться ей на глаза, словно опасаясь, что от этого они тут же превратятся в кучку пепла. Она даже не взглянула на них, на лице – привычная маска безразличия. Драконов всегда боялись и ненавидели.

И для этого существовали основания. Помимо могущественной магии огня эти люди обладали магией крови: самой опасной силой в мире. В прежние времена каждый рождающийся дракон был обречен на безумие, и, обладая огромной мощью, они уничтожали империи. Магия накладывала определенный отпечаток на характер. Вспыльчивый и крутой нрав приводил к тому, что людей сжигали заживо просто так. Но хуже того, дракона тяжело остановить. Большинство видов магии на них не действует, она словно отскакивает от их кожи, как отскакивает от грубой чешуи настоящего дракона. Древние волшебники, осознав всю опасность рожденных существ, создали оружие: серебро, закаленное в пламени настоящего дракона. Выковали множество мечей, кандалов и других различных предметов, которые в дальнейшем могли переплавляться в изделия для защиты.

Страх, до сих пор испытываемый перед драконом, – результат многовекового ужаса, который сеяли эти безумные и бездушные люди. Особенно после нескольких десятилетий, известных в истории как Темный век. Тогда драконы в попытке захватить власть убили тысячи людей, сожгли десятки деревень и городов. Говорят, крови было столько, что вода в реках покраснела, а запах гари въелся в землю. Бойню удалось остановить. Большинство драконов пленили и приговорили к смерти. Джейрис читала старые записи с протоколами заседаний тех лет. Все это жутко. Сплошные списки и строки «виновен, виновен, виновен...». А далее перечень преступлений.

Джей и сама была импульсивной и вспыльчивой, но король с детства муштровал ее, закаляя характер и приучая сдерживать свой гнев.

Многие не понимали и не принимали решение короля взять себе на воспитание такое существо. Гораздо благоразумней было убить ее еще в младенчестве, так они считали. Но у короля имелись свои мысли на этот счет, о которых никто не знал.

Джейрис решительно пересекла очередной коридор и поднялась по лестнице. Королевское решение удивляло не только придворных, но и ее саму. На протяжении всей жизни она привыкла сталкиваться только с недоверием и страхом людей. Люди не любили ее, но Джейрис это не заботило.

Наконец она добралась до интересующей ее двери. После церемонии Джейрис вознамерилась посетить одно из своих любимых мест во дворце, где проводила добрую половину свободного времени. Вход в библиотеку украшали огромные распахнутые дубовые двери с позолотой. Она вошла внутрь и направилась к нужному стеллажу. Практически любую известную информацию о драконах можно было найти здесь. Джейрис нравилось читать о своих предках. Если ты не знаешь своего прошлого, у тебя нет будущего.

Она внимательно посмотрела на корешки и выбрала книгу, которую читала с детства. «Мифы и сказания драконов». Книга начинала свое повествование с мифического периода, когда жили настоящие драконы. Они летали над землей и выжигали гектары плодородных земель, превращая их в пустыни. Они нападали на животных и людей. Находились смельчаки, которые пытались их убить. Сначала почти никто из них не возвращался, но потом, когда люди поняли, что в одиночку не победить, стали объединять усилия. Придумывая ловушки, они загоняли этих существ в угол и расправлялись с ними. Постепенно драконов истребили.

Но проблемы на этом не закончились. Неожиданно волшебники создали новых существ, так называемых людей-драконов, в качестве оружия, чтобы выигрывать свои сомнительные войны. Не учли они только того, что драконы выйдут из-под их контроля и захотят править. Так и случилось. Огромная сила, решительность, ум и безумие привели драконов к власти. Свергнув короля, они очутились на троне. Эта магия, как и власть, стали передаваться по наследству.

Но драконы недолго правили. За деспотизм и жестокость их свергли. Как и в былые времена, люди объединились, чтобы уничтожить очередного дракона, и создали оружие. Но справиться со всеми не удалось, и эта сила так и продолжила передаваться из поколения в поколение.

Чтобы наконец восстановить мир, люди разделили континент на пять королевств, а во главе поставили древних волшебников, так появились Андалия, Вестор, Даган, Сария и Мадор. Также установились некоторые правила, касающиеся драконов, дабы больше никогда не допускать их к власти. Любому члену королевской или знатной семьи запрещалось жениться или выходить замуж за человека, имеющего хоть каплю драконьей крови. За нарушение запрета сурово наказывали, отрубая головы и тому, и другому. Драконам было запрещено занимать ключевые посты на службе у государства. Да и любую другую должность тоже. Их лишили домов, предназначения. Допускалась только преданная служба королям. Дракон – меч очередного правителя. Грозное оружие, лишенное воли, влияния и права выбора. Правда, не каждый решался им владеть.

Джейрис задумчиво пролистала дальше. Ей хорошо были знакомы все эти истории. Далее шли исторические факты, написанные в художественном стиле, о периодических возвышениях и падениях драконов. Иногда драконов не рождалось вовсе, и считалось, что опасность миновала, но проходило столетие, и очередное дитя огня рождалось вновь. Она читала об этом тысячу раз, но каждый из них испытывала щемящее чувство тоски и обиды.

Джейрис наткнулась на главы о Вааларах. Род Вааларов правил Андалией уже пятьсот лет, а может, и больше. Единственный род на континенте, который имел родственные связи, пусть и далекие, со всеми остальными королевствами. Этим объяснялось разнообразие магических сил в роду. Вспомнив про магию принцев, Джей нахмурилась и отодвинула книгу.

Подошедшая служанка отвлекла от мыслей о предках.

– Его Величество желает вас видеть.

Джейрис вздохнула и вышла из библиотеки. Она и так знала, что король хочет ей сказать, она слышала это десятки раз. Завтра состоится праздник, Джейрис обязана там присутствовать, быть милой и, конечно же, танцевать с принцами. Последний пункт – самый удручающий.

2

– Я тебя уже заждался, – лениво улыбаясь, произнес принц Джос, стоя у стены.

Только к вечеру Джейрис решила вернуться в свои покои, но у входа ее ждал сюрприз. Она слегка поклонилась внезапному гостю.

– Очень неожиданно, Ваше Высочество, – вообще-то она могла обращаться к принцам менее официально, но она не видела Джоса почти год. Мало ли, что у него в голове теперь. Она росла вместе с детьми короля, которые были немногим старше ее. Но они гораздо выше ее по положению. Как-то раз в детстве она забыла поклониться принцу Эмилю, и он приказал на два дня запереть ее в комнате.

Но Джос всегда был с ней добр. Однажды после того, как Рэм избил ее серебряным кнутом за какую-то дерзость, он сидел рядом, помогал стирать кровь и промывать раны, которые, освобождаясь от серебряных частиц, начинали исцеляться быстрее, но все же местами оставляя шрамы. Узнай об этом король, то был бы весьма недоволен. Наказание есть наказание. И оно для «ее же блага». И всех остальных.

– Я принес тебе подарок, – сказал Джос, – заодно хотел поболтать и узнать новости. Что происходило во дворце, пока нас не было?

– Я плохой источник дворцовых сплетен, – усмехнулась Джейрис, расслабившись от его неформального тона, – поэтому давай начнем с подарка.

Джос тепло улыбнулся и протянул ей книгу.

– Я стащил ее из библиотеки в Мадоре.

Джейрис недоуменно посмотрела на него. Принц – и... стащил?!

Джос пожал плечами.

– Ну, а что? Она валялась на пыльной полке, никому не нужная и неинтересная. Вряд ли они вообще заметят. А между прочим, книга очень древняя и редкая. Уверен, ты найдешь ее занимательной. В нашей библиотеке такой нет.

Джейрис осторожно коснулась ветхого переплета. «Хроники перворожденного дракона» – выведено тусклыми чернилами на обложке. От книги веяло историей. Ее пальцы слегка дрогнули. Это потрясающе.

– Спасибо, – искренне поблагодарила Джей, не скрывая своего восхищения.

Джос снова улыбнулся. Кажется, он был доволен, что подарок понравился. Они все еще стояли возле дверей, ведущих в ее покои. Но пригласить его внутрь Джейрис не могла. Только сплетен о ее интимной связи с принцем не хватало.

– Пройдемся? – предложил Джос.

– Только положу книгу, – ответила Джейрис и зашла в свою комнату.

Покои встретили хаосом. Обычно слуги тщательно убирались, но сегодня утром служанка разбила вазу с цветами, залив водой книги на столе, которые Джейрис тайком принесла из библиотеки. Она так разозлилась, что сказала, если та еще раз прикоснется к ее вещам, то Джейрис вырвет у той сердце и заставит смотреть, как оно горит. Кажется, Джей вообще распугала всех слуг. Надо будет извиниться. Конечно, она не собиралась вырывать ничье сердце, но и этим клушам надо быть аккуратнее.

Джейрис ловко обогнула кучи раскиданной одежды, которые она вывалила с утра, решая, что надеть на церемонию, и положила подаренную книгу на кровать. Она обязательно начнет читать ее перед сном.

Быстро окинув взглядом свое парчовое платье серебристого цвета, которое удивительно сочеталось с ее серыми глазами, она вышла обратно.

Принц Джос стоял, все так же прислонившись к стене. Джейрис кивнула ему, и они пошли по коридору. Их ноги утопали в дорогих коврах, скрадывая шаги.

– Как жизнь во дворце? – снова спросил Джос.

Мимо мелькали вазы и статуи, которые украшали пустующие стены. Джейрис они не нравились. Лучше бы повесили побольше картин. Она ничего не имела против пластического искусства, даже интересовалась им. Некоторые произведения вызывали в ней истинный восторг. Но она считала, количество этого великолепия здесь превышало допустимые рамки хорошего вкуса. К тому же часто после изнуряющих тренировок она еле волочила ноги, натыкаясь на все эти предметы и сбивая их на пол. На ее счету уже десятки разбитых ваз и не меньшее количество побитых скульптур.

– По мне, так ничего нового, – ответила Джейрис.

– Анхель?

– Пфф... Все по-старому. Выпил целый океан вина, переспал, наверное, почти со всеми придворными дамами, не посетил ни одного заседания короля с советниками, не упустил возможности нахамить придворным и послам, – Джейрис даже слегка передернуло от воспоминания о младшем принце.

– Обычный день из жизни моего брата, – усмехнулся Джос, нисколько не удивленный.

Они достигли огромных деревянных дверей с позолотой, которые вели в дворцовый сад, и вышли. Уже стемнело, но факелы, расставленные вдоль всех дорожек, хорошо освещали путь. Откуда-то доносились слабые звуки музыки. Видимо, из города. Там любили повеселиться по малейшему поводу.

Джос внезапно прижал ее к себе и закружил в танце. Джейрис засмеялась. Хорошо, что он вернулся. Она соскучилась по танцам.

– Ну, а ты как, Джейрис? – тоже со смехом поинтересовался Джос.

Джей задумалась. Как она? Годы идут, а ее жизнь не меняется. Лишь официально она значилась воспитанницей короля. А на деле – всего лишь его служанка, запертая во дворце. Ее обучали, тренировали, готовя к битвам и завоеваниям. Джейрис знала: она создана для этого, но что-то внутри упорно противилось. Она так хотела быть свободной и ни от кого не зависеть. Разве плохо желать жизни только для себя? Пусть древние волшебники создали драконов как оружие, но она не просила об этом. Ей нравилась ее сила, но она ненавидела правила, которыми была окружена.

– Нормально, – наконец ответила Джейрис, стараясь не смотреть принцу в глаза. Магический дар Джоса – власть над разумом. Он мог заглядывать в души людей, видеть их помыслы и желания, а мог и заставить что-нибудь сделать. – Живу во дворце, ни в чем не нуждаюсь. Чего мне еще желать?

Джос хмыкнул. Если он и услышал ее вранье, то ничего не сказал.

Они плавно покачивались в танце.

– Ну, это просто до невозможности мило! – насмешливо крикнул кто-то.

Джос остановился. Джейрис оглянулась. На балконе второго этажа стоял принц Анхель с бутылкой вина, облокотившись на перила. Он помахал им рукой. Джейрис почувствовала нарастающее раздражение.

– Интересно, во дворце остался хоть какой-нибудь алкоголь? – скрестив руки на груди, в тон ему спросил Джос. – Или завтра на празднике мы будем пить только воду?

Анхель вздохнул.

– Боюсь, эту бутылку уже не спасти, – он развел руками, – и если она последняя, то завтра я не приду на это унылое сборище.

– Ну, кто бы сомневался, – пробормотала Джейрис.

Словно услышав ее, Анхель продолжил:

– Джос, неужели во дворце не осталось больше ни одной женщины, с который бы ты не спал, раз ты коротаешь вечер с нашим... – он замолчал, подбирая слова, – дракончиком?

Джейрис скрипнула зубами. Дракончиком? Что-то новое. Кажется, у Анхеля одно из развлечений каждый раз придумывать для нее новое сравнение. Уже были ведьма, рыжий бес, огненная зверушка, злобное нечто, пустое место...

– Почему бы и не провести вечер с интересным собеседником, – мягко произнес Джос.

– А где он? – хохотнул Анхель.

– Ну, точно не на балконе, – не выдержав, парировала Джейрис.

Улыбка сошла с его лица, он сверкнул глазами.

– Не помню, чтоб разрешал тебе говорить.

– Ну, хватит, – холодно оборвал их Джос. – Следи за своим языком, братец. Твое поведение недостойно принца.

Анхель скривился и молча отпил из своей бутылки.

Джос развернулся и пошел в сторону дворца. Джейрис последовала за ним, все еще кипя от гнева. Будь у нее хоть малейший шанс, она бы даже пепла не оставила от заносчивого принца. Джос тоже был зол, он больше не улыбался, хмурился и погрузился в свои мысли.

В таком молчании они вернулись к покоям Джейрис.

– Извини за поведение моего брата, – недовольно сказал Джос. – Он с детства такой. Наглый, дерзкий, невоспитанный.

– Я знаю, – сдержанно ответила Джейрис.

– Спокойной ночи. – Джос поцеловал ее руку и быстро скрылся в коридоре.

Джейрис вернулась к себе в комнату, все еще негодуя. И почему она должна терпеть подобное. Несколько лет назад она думала о побеге. Но идти некуда. К тому же доверие короля к ней небезгранично. Если он ее поймает, а он наверняка поймает, так как его кладовые полны серебра, наказание будет более чем суровым. Настолько суровым, что насмешки принцев покажутся ей милыми дружескими шуточками. Поэтому Джейрис так и не решилась на этот отчаянный шаг. Но эти мысли она не отбросила. Когда-нибудь положение изменится. Она все для этого сделает.

3

На следующий день Джейрис проснулась с ужасной головной болью. К счастью, Рэм отменил утреннюю тренировку, сославшись на занятость с новобранцами. Полночи она не могла уснуть: сначала злилась из-за Анхеля, а потом начала читать «Хроники первородного дракона». Было очень приятно, что принц подумал о ней и привез эту книгу. Во внимательности Джосу не откажешь. Книга оказалась дневником первого созданного дракона. Действительно он вел дневник или это лишь чья-то задумка, чтобы изложить события того времени, Джейрис не знала, но не могла оторваться. Читать было тяжело. Местами чернила давно выцвели, к тому же написано на древнем диалекте их языка. Но Джейрис, с раннего возраста интересовавшаяся старинными книгами, сносно умела читать и на нем. Похоже, дневнику не менее тысячи лет. Как она могла оказаться на полках библиотеки Мадора? Мадор находился на окраине континента, и их территория даже до образования нынешних королевств оставалась в стороне от событий древних войн.

Джейрис взяла книгу и открыла. Читать было непросто не только из-за языка или качества, хрупкие страницы насквозь пропитаны болью и страданием. Этот мужчина (Джейрис решила, это все-таки мужчина, несмотря на то что в древнем диалекте по словам невозможно определить род) добровольно решился на эксперимент. Изначально он был рабом, но невероятно сильным, из-за чего волшебники с радостью согласились его забрать, так как они не особо верили в успех, и его смерть ни на что бы не повлияла. Процесс плохо описывался. Кажется, они скрещивали его кровь с драконьей, сопровождая это странным магическим ритуалом. И в конце волшебники швырнули его в логово к настоящему дракону, который тут же исторг волну пламени из себя. И он выжил.

Джейрис холодела от ужаса, когда читала про дикую, нереальную боль, которую он испытывал. Эта боль сопровождала его и после, но дракон учился не обращать на нее внимания, учился двигаться и сражаться, не думая, что его тело словно разрывается на куски. Тело пыталось отторгнуть чужеродную магию.

В комнату осторожно просунулась голова служанки. Похоже, она надеялась, что Джейрис еще спит, поскольку ее глаза тут же округлись от страха, и она попыталась скрыться.

– Вернись, – позвала Джейрис, захлопывая книгу.

Служанка обреченно зашла в комнату. Покои Джейрис далеко не королевские, но вполне комфортные. Кровать стояла у стены, занимая большую часть комнаты, два больших окна пропускали много света, возле одного из них располагались письменный стол и кресло, а у противоположной стены – шкаф для одежды, рядом с ним – простая дверь, ведущая в умывальную.

Джейрис несколько мгновений рассматривала худенькую девушку в скромном длинном сером платье, поверх которого сверкал белизной фартук. Русые волосы плотно собраны на затылке. Явственно ощущалось, насколько неуютно служанка себя чувствовала, ее лицо приобрело цвет фартука.

– Я вчера погорячилась, извини, – сказала Джейрис, – но если ты еще раз испортишь мои книги, я точно что-нибудь с тобой сотворю, – пригрозила она, стараясь не смотреть на опущенную голову девушки. – А теперь займись своими делами.

Сама она при этих словах выскользнула из постели, решив принять ванну. Купель, заполненная водой, приготовлена еще вчера. Джейрис окунула руку и поморщилась от холода. Надеясь, что никто не узнает, она выпустила пару искр, и вода тут же нагрелась. Вообще-то ей запрещено применять магию во дворце, но когда она была одна, то постоянно нарушала запрет. Джейрис с наслаждением погрузилась в обжигающе горячую воду, окунувшись с головой. Затем она блаженно растянулась, откинувшись назад. Ее умывальная – совсем крошечная. Купель, с трудом втиснутая в комнату, напротив мутного маленького окна, куда пробивался тусклый свет, и таз с кувшином на полу – вот и все, что сюда помещалось.

Вдоволь нагревшись, Джейрис стала отмывать себя, начиная с длинных рыжих волос, готовясь к вечернему празднику.

Когда она покинула умывальную, завернутая в огромное полотенце, служанка уже ушла, все еще опасаясь долго находиться с ней в одном помещении. Но работала она, видимо, крайне быстро, поскольку нигде не осталось ни пылинки, и все вещи были идеально разложены по местам. Жаль, уже через несколько минут Джейрис опять устроит разруху. Пора собираться к завтраку.

Завтраки проходили в общем обеденном зале. Просторный зал был заставлен длинными столами, идущими от главного королевского стола в другом конце помещения. Самые дальние от королевского предназначены для стражи, лакеев и прочих незнатных жителей дворца. За остальными сидела придворная знать. Джейрис плюхнулась, не глядя, на первое попавшееся свободное место. Ей было неважно, где сидеть. Король позволял девушке-дракону находиться среди аристократов, так как она имела статус его воспитанницы.

Потянувшись за омлетом, Джейрис мельком взглянула на королевский стол. Вся семья в сборе. Кроме Анхеля. Ничего удивительного: младший принц редко посещал совместные завтраки, обычно отсыпаясь после своих попоек. Король о чем-то серьезно переговаривался с Эмилем, а к Джосу, кажется, вернулась его прежняя веселость. Он разговаривал с принцессой Джосин, чем-то веселя ее. Внезапно он со смехом схватил несколько яблок и принялся жонглировать прямо за столом, Джосин громко рассмеялась. Король неодобрительно посмотрел на них. Яблоки со стуком упали на пол, чем вызвали смех обоих близнецов. Эмиль тоже хмуро глянул на них и тут же отвернулся.

Джейрис спохватилась, что уже несколько минут пялится на королевский стол, и приступила к еде. Напротив нее сидели три дочери из Дома Авар, одного из самых влиятельных Домов Андалии. Несмотря на разный возраст, они были очень похожи. Каштановые волосы, зеленые глаза, фарфоровая кожа, красивые. Одетые в изящные светлые платья, напоминая трех фей. Джейрис не помнила, как их зовут, кроме старшей – Фэла. Арэс Авар отослал дочерей ко двору с очевидной целью: охмурить и женить на себе принцев. Судя по слухам, в первом они преуспели, а вот во втором не особо. Джейрис поймала на себе взгляд средней сестры. У них было еще два брата, один из которых являлся другом Анхеля, но они уже давно не показывались во дворце. Джейрис вопросительно вскинула брови, но девушка лишь слегка улыбнулась и продолжила трапезу. Возможно, ее «заинтересовал» внешний вид дракона. Джейрис решила долго не размышлять и натянула штаны со свободной светлой блузой, что отличалось от изысканных нарядов большинства знатных дам. Фэла недовольно нахмурилась, заметив их немой разговор. Джейрис одарила ее насмешливым взглядом и позволила пламени на секунду вспыхнуть на волосах. Пусть не воображает здесь. Хорошо, что король слишком занят беседой со своим старшим сыном. Фэла тоже отвернулась.

Друзей у Джейрис не было. Придворные слишком опасались силы дракона и всячески старались избегать ее общества. А она и не стремилась к ним. Их размеренные жизни слишком скучные и далекие для нее. Что она может с ними обсудить? Какая сегодня прическа у леди Крадс? Или видны ли волосы лорда Самиле из-под парика? Бррр... От одной только мысли об этом Джейрис скривилась.

Принца Джоса тоже едва ли можно назвать другом. Да, он обращался с ней хорошо. Но Джейрис этим сильно не обольщалась, хоть ей и нравилось их общение. Когда люди заводят собаку, они тоже относятся к ней хорошо. Но это не меняет того факта, что она для них всего лишь собака. Собака, которую можно наказать в случае провинности. Собака, цель которой защищать своего хозяина.

Джейрис решительно поводила вилкой в тарелке с омлетом. Нужно быстрее поесть и до вечера погрузиться в книгу. Человеческие взаимоотношения давались ей непросто и не вызывали особого интереса, а вот книги и танцы – две ее истинные страсти. Этим она могла заниматься бесконечно. Также она очень любила петь, но после одного случая делала это крайне редко. Еще предстояло выбрать платье для бала и подобрать прическу... Джейрис подавила вздох, находя это утомительным – тратить крохи своего свободного времени на такие вещи.

4

Айлан резко вжалась в стену, судорожно прижимая к себе булку хлеба и кусок мяса. Добыча, которую ей только что удалось стащить, давала рукам приятную тяжесть, обещая сытый вечер. Разъяренный торговец носился по улице в попытках отыскать воровку, но тщетно. Она позаботилась, чтобы тени надежно скрывали ее. Айлан прикрыла глаза на секунду. Да простит ее Лунная богиня. Она хотела бы не воровать, но есть хотелось сильнее.

Улицу заливал ослепительный свет жаркого солнца Сарии. Но проулок, который стал для нее укрытием, был в полумраке. Айлан осторожно выглянула, жмурясь от неожиданно яркого света. Гневные крики торговца раздавались где-то в стороне, поэтому она бесшумно выскользнула на улицу и тенью поплыла, смешиваясь с толпой. Хлеб и мясо Айлан засунула под легкую грязную накидку, которая висела на худых плечах и заставляла ее изнывать от жары. Весна в Сарии выдалась очень теплой.

Хвала богине, сегодня у нее будет ужин. Айлан не ела два дня. Вот уже четыре года после ее бегства из Дагана она так и жила. Воровала деньги, чтобы иметь возможность снимать комнату, а когда они заканчивались, воровала еду. Вот уже четыре года она ела раз в несколько дней и давно забыла, что значат хороший горячий обед и мягкая теплая постель. Айлан могла себе позволить снимать только крошечную каморку с тюфяком вместо кровати. Но даже такое жалкое существование все еще оставалось предпочтительнее ее жизни в Дагане. Здесь Айлан – вольная птица, несмотря на нищету, она сама распоряжалась своей жизнью. А в Дагане все решала ее семья. Семья – главнее всего, высшая ценность. И никому и дела нет, что без позволения этой семьи ты и шага ступить не можешь.

Рынок, через который Айлан пробиралась, был огромен. Самый большой в Реенике, столице Сарии, и самый крупный во всей стране. Здесь можно было найти товар на любой вкус и кошелек. Все что угодно. Даже рабов. Сария оставалась единственной страной на континенте, где еще существовал рабовладельческий строй. Когда Айлан только прибыла в эту страну, то и сама чуть не угодила в лапы работорговцев. Только удача помогла ей избежать печальной участи.

Она проскользнула мимо ларька с зеркалами и на секунду задержалась, поймав свое отражение в одном из них. Высокая, худая, в грязной одежде, состоящей из накидки, старой туники и порванных мужских штанов, которые висели мешком. Темные волосы заплетены в две тугие косы, а черные глаза поблескивали на смуглом лице. Некогда сочные губы цвета спелой вишни теперь сухие и бледные. Ей было всего восемнадцать, но выглядела она гораздо старше. Айлан сокрушенно дернула плечами. Ей нравилось быть красивой и хотелось одеваться в изысканную одежду, ухаживать за собой. Конечно, это не главное. Но все же хорошо, что в ее комнате нет зеркал.

Айлан поспешила покинуть рынок. Прекрасный город Рееник. Самый красивый город Астерона. Повсюду храмы, здания удивительной архитектуры. И все утопало в зелени. Дворец короля Охтара был отдельным видом великолепия. Белоснежный камень, на который постоянно падали солнечные лучи, заставляя его сиять, изящные башенки, отчаянно тянущиеся к небу, открытые террасы, которые обещали долгожданную прохладу и потрясающие виды на город. Кругом множество фонтанов. И все это за высоченным ограждением, железные прутья которого позволяли увидеть кусочек королевской роскоши. Как же ей хотелось хоть на мгновение заглянуть туда. Хоть на один единственный миг понять, как живут те, кому повезло родиться по другую сторону забора. Какова их жизнь? Веселая и беззаботная? Или спокойная, но скучная? А может, полна тревог и беспокойства за свою страну? Кто знает.

Айлан продолжила свой путь. Жила она далеко, почти на окраине города, одно из немногих мест, где Айлан могла позволить себе снимать жилье. Воровать приходилось на другом конце Рееника, чтобы не попасться.

Солнце уже потихоньку клонилось к закату, когда она добралась. Ее комната располагалась в старом ветхом доме, который давно бы уже пора снести, на первом этаже. Жить здесь было небезопасно, но на большее денег не хватало. К тому же хозяин терпеливо относился к оплате, прощая задержки. Так что проще однажды проснуться погребенной под обломками, чем искать что-либо другое.

Айлан быстро направилась к своей комнате в конце обшарпанного коридора, попутно приветливо кивая полной женщине, жившей с ребенком за соседней дверью.

– Айлан, дорогая, постой, – остановила она ее.

Айлан замерла. Женщину звали Париста: низенькая, с широким лицом и маленьким носом. Она едва дотягивала Айлан до плеча.

– Что-то случилось?

– Тебя сегодня искал один мужчина. – Ее узкие глаза засветились от любопытства.

– Мужчина? – удивленно переспросила Айлан. Странно... У нее не было никаких знакомых мужчин, которые могли бы ее разыскивать в этом месте.

– Ага, – кивнула Париста, – спрашивал, где ты и когда вернешься.

– Как он выглядел? – Айлан напряглась. Неужели кто-то из тех, кого она обокрала.

Париста задумалась, перебирая складки невзрачного полинявшего синего платья.

– Нууу... – протянула она, – он такой... – женщина недоуменно замолчала.

Айлан вопросительно подняла брови.

– Если честно, то я не запомнила, – наконец ответила Париста. Она казалась озадаченной этим фактом.

– Спасибо, Париста, – поблагодарила Айлан, недоумевая. Неужели придется все-таки съезжать? Как не вовремя... Денег совсем нет.

5

Пиршество было роскошным. Настолько роскошным, насколько это вообще возможно при королевском дворе. Светлые стены просторного зала украшали множество цветов самых разных расцветок, форм и размеров, а между ними виднелись светильники с уже зажженными свечами. Повсюду развешаны гербы Андалии на светло-серых полотнах: два золотых скрещенных меча, символизирующих силу, в круге короны, обозначающей нерушимую власть. Аромат цветов смешивался с запахом еды, веселая музыка и смех разносились по залу. Джейрис стояла возле окна, стараясь пока держаться подальше от всеобщего веселья. Она бы вообще сюда не приходила, если бы это не являлось ее обязанностью. Но она воспитанница короля и должна подчиняться. Хотя и не понимала, для чего это нужно, если большая часть людей при дворе в лучшем случае не обращали на нее внимания.

Джейрис осторожно поправила свое красное платье с узкими рукавами и с напряжением принялась ожидать самую неприятную часть вечера. Она должна станцевать с тремя принцами. Приказ короля, мол, пусть все посмотрят: мы как одна семья. Можно подумать, в это кто-то верит. Что за нелепица! Принцы едва ее выносят, так же как и она их, впрочем.

Кроме принца Джоса, конечно. Он и подошел первым. Как всегда – само очарование. Небрежно уложенные волосы, идеально сидящий светлый костюм, состоящий из камзола, белой рубашки и бежевых штанов. Но самым завораживающим в его внешности были глаза: один светло-голубой, а другой темно-карий. Из-за этого создавалось впечатление, словно смотришь на свет и тьму одновременно.

Джейрис подала руку в ответ на приглашение принца потанцевать, и он тут же увлек ее в центр зала.

– Нравится? – спросил он с легкой улыбкой.

– Скука. Как и обычно, – ответила Джей.

– Конечно, скука, – согласился принц. – Ты просто не умеешь веселиться.

– Я? – притворно удивилась Джейрис и саркастически добавила: – Да я королева веселья.

– Королева? – вкрадчиво переспросил Джос. Принц в танце изящно отклонил ее назад, несколько мгновений удерживая навесу.

Джейрис смело встретилась с ним взглядом. Подумаешь, примерила себе королевский титул. Ну и что ты мне сделаешь? Она с вызовом улыбнулась.

Джос усмехнулся, возвращая Джейрис в вертикальное положение. Принц убрал руку с ее талии, держа лишь за правую ладонь, и заставил совершить тур вокруг себя. Он знал, девушке-дракону непросто при дворе. Хотя кому здесь бывает просто. Джос крепко прижал ее и продолжил кружить по залу.

– Боюсь, самая приятная часть близится к концу, – произнес он, выводя ее на последний тур танца.

Джейрис вздохнула.

– Неужели Эмиль тоже настроен сегодня танцевать со мной?

Джос перехватил ее за обе руки, они одновременно сделали шаг назад и тут же снова сблизились, не останавливая танец.

– Сомневаюсь. Он с утра не в духе, как и все остальные дни его жизни. Поэтому, даже если отец заставит, будь готова, что он обморозит тебя не только своими манерами.

Джейрис нахмурилась. Последний раз, когда они танцевали с принцем Эмилем, он безжалостно нагрубил ей, из-за чего Джей была вынуждена немедленно прекратить танец и уйти. Она еле сдержалась и не убила его на месте.

– А вот Анхель наверняка не откажет себе в удовольствии, – добавил Джос.

Даже сейчас принц продолжал улыбаться. На самом деле Джейрис обожала веселиться. Музыка, танцы – то, что уравновешивало ее неистовую огненную силу. Только в танце можно было оставаться собой, не сдерживать порывы. Но тяжело веселиться, когда ты не более чем пленница, хоть и в прекрасной, но клетке.

Музыка закончилась. Джос галантно поклонился, поцеловал ей руку и отошел.

Джейрис подошла к столу, размышляя, стоит ли выпить бокал вина перед встречей с остальными наследниками. Она чувствовала усталость, хотя вечер был в самом разгаре. Ей нестерпимо хотелось уйти. Но если Джейрис покинет праздник, королю это не понравится. А она не планировала с ним ссориться, по крайней мере пока. Джей оглядела зал. Приглашенные танцевали без устали. Девушки, одетые в платья всевозможных цветов, с разнообразными прическами, с головы до ног усыпанные украшениями. Элегантные мужчины восхищались их красотой и кружили в танце.

Джей перевела взгляд на трон. Король Долмар сидел и разговаривал с придворными. Он уже немолод, некогда привлекательный мужчина, сейчас же утратил свою былую красоту: редкие светлые волосы покрывали лысеющую голову, а светло-голубые глаза поблескивали на морщинистом лице. Но он все еще оставался могущественным королем с суровым нравом.

Мать принцев, королеву Англику, Джейрис не помнила. Та умерла, когда она и Анхель были совсем маленькими. Но Джейрис видела ее портрет. Невероятно красивая женщина с темными глазами и черными вьющимися волосами. Надменное лицо и гордая осанка – настоящая королева.

Взгляд ее сместился вправо и наткнулся на стоящего рядом с королем старшего принца. Лицо мрачнее самой темной ночи, глаза точно две льдинки – таков был принц Эмиль. Джейрис даже сомневалась, видела ли она когда-нибудь его улыбку. Почувствовав чужой взгляд, он посмотрел на нее. Сквозь толпу, как будто и не существовало вокруг других людей. И выражение этих холодных глаз предвещало ни больше ни меньше, как самую мучительную смерть, если она только посмеет приблизиться к нему. Джей резко отвернулась, передернув плечами от отвращения. «Ненавижу! Ненавижу это все».

Все-таки решив не туманить голову вином в такой вечер, она отошла от стола. По углам зала те, кто не танцевал, сбились в кучки и разговаривали. Подходить ни к кому не хотелось, так как подруг у Джейрис все равно не было. Конечно, тяжело дружить с человеком, если ты боишься быть зажаренным заживо. Но в целом ей наплевать, что они думают. В конце концов, она и правда может их сжечь, если они ей досадят. Ехидно усмехнувшись своим мыслям, Джейрис стала пробираться сквозь толпу, чтобы попасть на балкон и немного подышать свежим воздухом.

Внезапно где-то неподалеку раздался взрыв смеха. Джей быстро взглянула туда. Ну конечно, кто же еще это мог быть. Принц Анхель в окружении своих дружков. Но от ангельского у него было только имя. Она язвительно подумала, что черный камзол, надетый на нем, подчеркивал темноту его души. Придворные говорили о нем: самый непутевый сын короля. Вечно насмехающийся и вечно пьяный. Никто не воспринимал его всерьез, в конце концов, он всего лишь третий на очереди к трону, пусть забавляется. Вот и сейчас с помощью своей воздушной силы он поднял несколько бутылок с вином, разливая его по бокалам всех, кто хотел и не хотел, проливая большую часть на пол.

Джейрис постаралась быстрее пройти мимо, пока он ее не заметил.

– Я думал, прислуге запрещено приходить на бал, – лениво крикнул Анхель.

Несмотря на окружающий шум, Джей его услышала и резко обернулась, жалея, что ей запрещено использовать магию во дворце.

– Ой... не узнал. Я думал, так только служанки одеваются, – с ехидной улыбкой оправдался Анхель.

Джейрис закипела от злости. Конечно, он не мог упустить возможности задеть ее своими глупыми шутками. Но разумеется, вслух такое она сказать не могла. Поэтому, быстро присев в реверансе и посылая взгляд, полный ненависти, попыталась уйти.

– Стой, – сказал Анхель, теперь уже приближаясь к ней. Бутылки упали на пол за его спиной, с грохотом разбиваясь и брызгая стеклом с остатками вина под ноги танцующим. Но едва ли это озаботило принца хоть на секунду. – Ты мне танец задолжала. – И небрежно протянул ладонь.

Скрипя зубами, Джейрис подала руку в ответ. Больше всего на свете ей хотелось врезать по его наглому лицу, но так неосмотрительно поступать нельзя. «Ничего, всего один танец, – успокаивала она себя. – Когда-нибудь я выберусь из этого дворца. И тогда они заплатят за то, что сделали».

По-прежнему усмехаясь, он прижал ее к себе, и они начали двигаться.

– Наслаждаешься? – спросил Анхель.

– Чем? – Джейрис старалась никак не выражать своих эмоций.

– Ну как же? Принцы танцуют с тобой, такая честь не каждому выпадает. Твой звездный час.

Джейрис едва сдержалась и не закатила глаза.

– Для меня это обязанность, а не честь.

Подчиняясь движению руки принца, она сделала па в сторону, а затем Анхель снова притянул ее и наклонился к самому уху.

– Лгунья, – тихо произнес он, – ты мечтаешь, чтобы все изменилось. Ты мечтаешь, чтобы все эти люди вокруг кланялись тебе. Мечтаешь поставить их на колени. И только делаешь вид, что тебе все равно.

Джейрис дернулась, не желая больше это слушать, но Анхель прижал ее крепче и рассмеялся.

«Еще немного, еще чуть-чуть, и ты отделаешься от него». Мысленно она уже десятки раз превратила его в кучку пепла. Вместе с этим дворцом.

Их взаимная вражда началась с самого детства. Джейрис любила музыку, любила танцевать и петь. Король, желая ее порадовать или же считая, что горячему нраву не повредит успокаивающая музыкальная магия, подарил гитару и нанял учителя. Джейрис быстро научилась играть. Целыми вечерами она сидела на окне, занимаясь музыкой. Однажды, сидя в коридоре на подоконнике, она как обычно играла и напевала.

– Дай посмотреть! – потребовал внезапно появившийся Анхель, капризный маленький принц.

Джейрис вцепилась в гитару, она очень ценила этот музыкальный инструмент.

– Не дам, это подарок.

– Да как ты смеешь так разговаривать с принцем! Дай! Я приказываю! – закричал Анхель.

Не решаясь больше перечить, она протянула гитару. Он схватил и несколько секунд с интересом рассматривал.

– Это какая-то ерунда, – наконец сказал он, – и поешь ты ужасно. Не хочу, чтоб ты больше играла. – И побежал с гитарой в руке прочь, смеясь.

– Стой! – Джейрис бросилась за ним.

– Попробуй забери. – Принц добежал до открытого окна и высунул туда руку с гитарой.

– Не надо, – просила Джейрис, – отдай, пожалуйста.

– Попроси лучше, – потребовал Анхель.

– Пожалуйста, умоляю.

Анхель засмеялся, и внезапно, не в силах больше удерживать инструмент, его ладонь разжалась, и гитара полетела вниз.

– Нет! – крикнула Джей и бросилась к окну. Гитара разбилась вдребезги. – Что ты наделал! – Огонь заплясал на ее волосах, перебираясь на плечи и руки.

– Ничего! – закричал в ответ Анхель. – Это ты виновата! И гитара твоя уродская! И поешь ты ужасно! – убегая, смеялся младший принц.

Джейрис вспоминала этот случай чуть ли не каждый раз, когда видела Анхеля. Рэм ее потом выпорол: она якобы угрожала принцу своей огненной силой. Джейрис не посмела жаловаться королю, решив просто сказать, что ей это больше неинтересно. Никто после не спрашивал, почему она бросила свои музыкальные занятия.

Наконец танец закончился, и Джейрис с облегчением высвободилась из объятий Анхеля. Он отвесил ей насмешливый поклон и скрылся в толпе.

«Ну что ж, большая часть позади, скоро можно будет уйти». Эмиль все еще находился рядом с королем и, кажется, намеревался проигнорировать распоряжение отца о танцах.

Джей возобновила попытку добраться до балкона. Теперь ей точно необходим свежий воздух.

Вечерняя свежесть приятно охлаждала кожу, после духоты бального зала, это было похоже на обитель богов. Она здесь одна. Вдыхая напоенный цветочным ароматом воздух, Джейрис постепенно расслаблялась. Ранняя и теплая весна в этом году продолжала радовать, а утомительный вечер подходил к концу, и скоро она сможет вернуться в свои покои. А завтра на утренней тренировке оторвется за все неприятные моменты сегодняшнего вечера. Мысль о тренировке заставила ее улыбнуться, вот уж где она может не сдерживать себя, свою силу, огненную магию, бурлящую в ней как в кипящем котле.

Джейрис медленно провела ладонью по перилам, ощущая пальцами замысловатую резьбу и холод металла. Она единственный дракон с даром, рожденный за последние полвека. Что стало с ее предшественником, Джейрис не знала. Ей было бы интересно познакомиться с кем-то, кто понимал хоть толику того, что она ощущала. Говорят, он был очень слаб, едва зажигал свечу. Джейрис же могла зажечь не только свечу. Она могла заставить полыхать тысячи костров. Но только если того пожелает король. Каждый свой шаг она могла делать, только если того пожелает король. Ей позволялось использовать магию на тренировках, потому что она должна уметь с ней обращаться и контролировать. Но в допустимых пределах. Если Джейрис выходила за границы дозволенного, то Рэм, увешенный серебром с головы до ног, жестоко ее наказывал.

Внезапно за спиной раздался шум. Кто-то вошел на балкон. Джейрис обернулась и обнаружила Анхеля с двумя бокалами вина. Неприятное предчувствие змеем шевельнулось в ней, но она не показала этого.

– Уже соскучился? – довольно дерзко спросила она.

Анхель усмехнулся.

– Вина? – Он подал ей один бокал.

– Пожалуй, нет, – отказалась Джей. Странно. Никак не отреагировал на дерзость.

– Невежливо отказывать принцу, – Анхель настойчиво продолжал протягивать вино, на этот раз не улыбаясь.

С неохотой Джей взяла бокал. Анхель чокнулся с ней и отпил. Джейрис сделала то же самое. Уже проглатывая, она поняла: что-то не так. Странный вкус, запах, но, прежде чем она успела отреагировать, Анхель подскочил, запрокинул ее голову и с силой влил остатки вина. Джейрис попыталась выплюнуть. Принц крепко держал ее, содержимое пролилось на платье, но большую часть она проглотила. «Нет! Нет! Что это?! Он отравил меня?! Мерзкий ублюдок!». Отрава моментально расползлась по телу, обдавая приятным жаром.

6

По телу продолжало разливаться тепло и... счастье. Джейрис начала глупо улыбаться.

Убедившись, что она проглотила полностью, Анхель отпустил ее и просто внимательно наблюдал за ней.

Джейрис чувствовала себя невероятно счастливой. Никогда еще ей не было так хорошо. Ведьминский фрукт... Он добавил его в вино. Такое название фрукт получил за «интересные» свойства. Но сколько же его там было. Любопытно, а есть ли еще?.. Продолжая улыбаться, она протянула руки к Анхелю. Какой же он прекрасный! Черные кудри, темные глаза, улыбка, на обычно бледных скулах проступил легкий румянец... Она прыснула от смеха.

– Джей? – Анхель улыбался. – Пойдем со мной. – Он взял ее за руку. Его теплые пальцы приятно согревали успевшую охладиться кожу.

Конечно, пойдем! Куда ты только захочешь. Хихикая, Джейрис послушно следовала за ним. Огненный бог! Как же здесь красиво! Какие прекрасные люди, вот бы с ними подружиться.

Она то и дело норовила пуститься в пляс, пытаясь нырнуть в толпу танцующих, но принц крепко сжимал ее ладонь, не позволяя никуда увильнуть от него. Джейрис шла с открытым ртом и детским восторгом. Было ли в целом мире место прекраснее, ярче и веселее? Словно сами боги спустились с небес и устроили фестиваль радости.

Минуя веселящихся, Анхель вывел ее в коридор, завернул за угол и сел возле окна, Джейрис приблизилась к нему вплотную. Анхель продолжал улыбаться.

– Тебе нравится?

Она не понимала, о чем он спрашивал, но это было неважно, ей нравилось все.

– Очень!

– А я тебе нравлюсь?

– Конечно!

И почему Джейрис раньше этого не говорила? Он ведь такой привлекательный. Ох, как же ей сейчас хорошо.

– Сделаешь кое-что для меня? – спросил Анхель.

– Конечно, все что угодно! – воскликнула Джей. Тепло и невероятная эйфория полностью заполняли ее.

– Принесешь мне клятву на крови?

Ого, какая замечательная идея! И почему она сама не додумалась предложить? Это же такая честь.

– Конечно!

В коридоре было пусто, все веселились на празднике. Анхель осторожно вынул из кармана своего черного камзола маленький нож. Джейрис опустилась на колени.

– Повторяй за мной: я, Джейрис Мирасс, клянусь принцу Анхелю из дома Ваалар служить верой и правдой до последнего вздоха, – Джейрис эхом вторила его словам. – Отныне моя жизнь принадлежит тебе.

Он сделал аккуратный надрез на руке. Появилась кровь. Как только Джейрис закончила, она припала к его ладони, пробуя кровь на вкус. Она ощутила волну магической силы, которая ударила по ней, отрезвляя, но мысли продолжали путаться.

– Благодарю, – произнес Анхель, усмехаясь. Жестом он поднял ее с колен и придвинул к себе. – Ну, как самочувствие?

Джейрис чувствовала: случилось нечто ужасное, непоправимое, но еще не до конца понимала что. Но она осознавала: виноват человек, сидящий перед ней. Ненависть начинала зажигаться внутри, уничтожая яд в теле.

Принц продолжал изучать ее своими бездонными глазами цвета горького шоколада.

– Поцелуй меня, – внезапно потребовал Анхель.

Ощущая, как нити клятвы натянулись, Джейрис была не в силах противиться. Она наклонилась и поцеловала принца. Его губы были мягкими и приятными. Но она не хотела этого. Джейрис отшатнулась.

– А теперь поцелуй так, словно желаешь меня, – снова приказал Анхель.

И этому она была не в силах сопротивляться. Джейрис страстно целовала принца и не могла остановиться. Она жадно впивалась в его губы, будто ничего никогда не хотела сильнее.

Анхель нежно прикусил ее нижнюю губу и отстранился. Принц улыбался.

– Ступай к себе в покои. И никому не рассказывай, что сегодня произошло. – Он ласково провел по ее руке.

Джейрис послушно повернулась и побрела в свою комнату с ощущением, как ненависть сжигает изнутри.

Она с трудом дошла до покоев, пытаясь осмыслить, что с ней произошло. Джейрис испытывала невероятную усталость, хотелось просто упасть на кровать и забыть обо всем.

«Этого не может быть... не может...» Клятва на крови. Теперь она навеки связана с этим монстром, который ее обманул. Только если он сам не решит отпустить ее. Джейрис не сможет ослушаться, она обязана выполнять любой его приказ, даже если это противоречит ее желаниям.

Медленно Джейрис подошла к кровати, сняла заляпанное проклятым вином платье и легла – все, на что ей хватило сил, прежде чем провалиться в сон.

Проснулась она далеко за полдень. Джейрис почувствовала себя отдохнувшей, но невероятно голодной. Черт! Тренировка! Рэм убьет ее. Но следующим мгновением на нее обрушились воспоминания вчерашнего дня, и пропущенная тренировка стала последним, что ее волновало.

Быстро вскочив с кровати, Джейрис принялась одеваться. Черные штаны и черная туника – такую одежду она предпочитала большую часть времени. Взгляд упал на все еще валяющееся на полу платье, и яростный огонь заполнил каждую клеточку ее тела. Наспех пригладив огненно-рыжие волосы, Джейрис выскочила из комнаты и тут же натолкнулась на служанку.

Девушка сделала легкий реверанс.

– Наконец-то вы проснулись! Принц Анхель просил вас зайти к нему, как только встанете, а еще... – Джейрис резко обошла служанку, не став слушать дальше, и, кипя от злости, побежала в покои принца.

Джейрис громко постучала, принц открыл сам. На нем были только штаны и расстегнутая на груди свободная белая рубашка, которую он даже не потрудился заправить. Растрепанные черные волосы слегка касались кончиков его ушей. В руке он держал бокал с вином. Джейрис вздрогнула от взгляда на бокал. Она еще долго не сможет спокойно смотреть на этот напиток.

– Проходи, – властно сказал Анхель.

Джейрис быстро проскочила в комнату, стараясь не думать, что кто-то мог увидеть и пустить слухи о ее отношениях с младшим принцем, хотя сейчас это была наименьшая из проблем.

Комната оказалась на удивление простой и просторной. Темные шторы придавали ей немного мрачный вид. Посередине расположился большой стол из светлого дерева, окруженный несколькими деревянными стульями, абсолютно пустой в отличие от маленького резного столика возле окна, на котором стояли несколько графинов, наполненные различными жидкостями. Возле дальней стены находилась большая кровать на высоких ножках, а рядом с ней – кушетка, обтянутая темной тканью, и два кресла, на полу же лежал толстый коричневый ковер. Джейрис невольно оглянулась, но быстро вспомнила, зачем она здесь.

– Исправь все! – потребовала она, забывая все правила дворцового этикета.

– Что именно? – пренебрежительно спросил Анхель, разваливаясь в одном из кресел. Он поставил бокал прямо на стоящую рядом кушетку и теперь внимательно смотрел на нее, скрестив пальцы между собой.

– Ты не имел права так поступать! – гневно воскликнула Джей.

Она продолжала стоять на расстоянии от него, опасаясь оказаться в той же близости, что и вчера. Но это не мешало ей сверлить его взглядом.

– Я с тобой советоваться должен? – высокомерно уточнил принц.

– Ты обманул меня! Нельзя заставлять приносить клятву на крови таким способом! Ты не... – Анхель взмахнул рукой, прерывая этот поток.

Горло сдавило, и Джейрис была не в силах больше выдавить ни слова. Огонь, который еще мгновение назад грозил вырваться наружу, теперь послушно скрылся в глубине. Так действовала его власть над ней. Она задохнулась от гнева и бессилия.

– Можешь кричать сколько угодно, но теперь ты служишь мне. Нравится тебе или нет. Я сделал, что посчитал нужным. И я не собираюсь спрашивать твоего мнения, мне это неинтересно, – спокойно произнес Анхель, опуская руку.

Давление на горло ослабло, и теперь она снова могла говорить. О, как много ей хотелось сказать, но Джейрис лишь прошипела:

– Зачем?!

– Не твое дело, – просто ответил принц.

Естественно. Ярость закипела с новой силой.

– Ты превратил меня в свою рабыню и считаешь, это не мое дело! Это мое дело!

Анхель молчал и лишь с любопытством наблюдал за ней. Казалось, он следит за диковинным зверем и ему интересно знать, насколько далеко простирается его власть над ним.

Джейрис замолчала, понимая: ему наплевать на ее возмущение.

– Поцелуй меня.

Приказ прозвучал неожиданно. Джейрис вздрогнула, вспомнив, что целовала его вчера. Но не подчиниться не могла. Чувствуя, как натянулись невидимые нити клятвы, она подошла к принцу.

– Поцелуй так, словно сгораешь от желания ко мне, – прошептал он, когда она наклонилась. Джейрис подчинилась. Ее губы встретились с его, он с готовностью ответил на поцелуй. Она запустила пальцы в его темные кудри, страстно целуя снова и снова. Волосы ласкали ладонь подобно шелку.

– Я хочу, чтобы ты наблюдала за Джосом, – внезапно отстранился Анхель. Его глаза блестели.

– Что? – Джейрис выпрямилась, немного ошеломленная таким быстрым переходом.

Он скользнул равнодушным взглядом по ее лицу и телу, вызвав этим бурю возмущения внутри дракона.

– Я хочу знать, куда он ходит, что делает, с кем переписывается и с кем спит.

– Это невозможно, – решительно отрезала Джейрис.

– Я не спрашивал, возможно или нет. Я сказал, ты сделаешь это, – Нити опять натянулись.

– Но... мы даже не друзья. Как мне узнать? – Уже спрашивая, Джейрис осознавала: у нее нет выбора.

– Разве? – удивился Анхель. – Мне так не показалось.

– Это не...

– Не моя проблема, – перебил он. – Сделай. Сблизься с ним. Подкупи кого нужно. Убей кого нужно. Мне все равно.

– Но для чего это тебе? – Джейрис постаралась подавить подступающую тошноту.

– Тебя не касается, – так же пренебрежительно сказал Анхель, снова взяв за бокал и отпивая вино.

Ну разумеется! Джейрис едва сдерживалась, чтобы не спалить всю эту комнату вместе с высокомерным принцем. Он заставляет ее служить ему, целовать, словно она всего лишь обычная девушка для его утех! Но она не могла... она ничего не могла ему сделать. Теперь Джейрис связана с ним древней силой. Анхель, казалось, с наслаждением рассматривал ее перекошенное гневом лицо.

– Можешь идти, – принц махнул рукой на дверь. – И помни: никому ни слова. – И немного помолчав, добавил: – Я жду новостей.

Поклонившись, Джейрис быстро покинула комнату. Ее раздирали чувства ненависти и злости. Как она могла так глупо попасться! Она настолько оторопела от действий принца ночью, что это напрочь отключило ее инстинкты самообороны. Хотя если бы она хоть пальцем тронула его, ей бы уже снесли голову.

Пересекая одним за одним коридоры, Джей внезапно поняла: это не было спонтанным решением, Анхель рассчитал и спланировал все заранее. Он раздобыл ведьминский фрукт (и где он только взял его?), добавил в вино (сколько же сока он влил, чтобы она не смогла сопротивляться?), и, конечно же, опьяненная Джейрис добровольно принесла клятву. Ведьминский фрукт – очень редкий и ядовитый. Он парализует твою волю, и ты сделаешь все что угодно. Уже название говорит само за себя: ведьмы обладали странной магией, читали заклинания и варили зелья, с помощью которых могли околдовывать человека. Должно быть, дозировка была огромная, раз удалось пробиться сквозь природную драконью защиту. Возможно, в этом бокале вообще не было вина, только сок из фрукта.

И все же это было неожиданно. Нельзя заставить принести клятву на крови, иначе магия не сработает. Но Джейрис все сделала по собственному желанию. Кто бы мог подумать, пьяница Анхель, которого никто не воспринимал всерьез, оказался коварным и расчетливым. А потому никак не давал покоя один вопрос: зачем ему следить за братом? Чем дольше Джейрис рассуждала, тем больше понимала: даже для безрассудного принца это чересчур. Он преследует какую-то цель.

7

На ужин Джейрис решила пойти в общий зал. Она была ужасно голодна, так как проспала завтрак, а обед пришлось пропустить из-за того, что после встречи с принцем ее тошнило.

Музыканты в углу тихо наигрывали разные мелодии. Королю нравилось трапезничать под музыку. Джейрис выбрала место поближе к входу среди стражников и подальше от королевского стола, не желая сегодня приближаться к царственным особам и знати. Она тут же наложила себе побольше картошки с мясом, стараясь не смотреть на семью короля. А вот кубок с соком Джейрис предусмотрительно отставила в сторону. Мало ли, может, и в него уже тоже что-то добавили.

Король сидел в самом центре, как всегда, в великолепных дорогих одеждах и с суровым выражением лица. По правую руку от него расположился Эмиль, мрачный и молчаливый, а по левую Джос, который переговаривался со своей сестрой близняшкой Джосин. Джосин, как и Джос, была очаровательна. Белокурая, но в отличие от брата с двумя одинаково карими глазами. Она звонко смеялась и, кажется, поддразнивала Джоса. Рядом с Эмилем сидел Анхель, развалившись на стуле, с глубоким безразличием на лице. В сторону Джейрис он даже не смотрел, как и обычно.

Она уже приготовилась наброситься на аппетитное блюдо, когда кто-то громко хлопнул по столу рядом с ней.

– Джейрис! – гневно прорычал высокий мужчина, заставляя вздрогнуть всех, кто сидел неподалеку. – Я что, похож на твоего лакея?!

Рэм.

Рэм – ее ментор. Солдат до мозга костей. Каждое утро он гонял ее, вынуждая сражаться всевозможными способами, а также учиться контролировать свою магию. Безжалостный и не терпящий ошибок. Именно Рэм забрал Джейрис от матери двадцать один год назад, едва она только родилась. Королю было видение: в мир придет новый дракон. И он отправил своего верного слугу на поиски. Долмар хотел растить дракона сам, чтобы вся сила и могущество принадлежали только ему. Неизвестно каким образом Рэм разыскал ее, но он забрал младенца, как только женщина разрешилась родами. Что с ней стало, Джейрис, естественно, никто не рассказывал, но нетрудно догадаться. Все эти годы она старалась не думать, что у нее, по идее, были (или, может, есть) родители. Так проще. Детям обычно говорили, что их нашли в капусте, а Джейрис полагала, ее обнаружили в ведьминой роще, прямо посреди проклятых фруктов.

– Нет, – спокойно ответила она.

– Тогда почему я должен был все утро ждать, когда ты соизволишь явиться! Я – твой наставник, а не служанка!

– Рэм, извини, так получилось, – начала оправдываться Джей за пропущенную тренировку, – вчера был тяжелый день.

– Ах, да, – язвительно произнес Рэм, глаза недобро засверкали, – леди изволила танцы танцевать весь вечер! Какие уж тут тренировки!

– Рэм...

– Если завтра не явишься, пеняй на себя. Я шкуру с тебя спущу. – С этими словами Рэм решительно ушел.

Джейрис тихо выругалась. Еще легко отделалась. Рэм и плетью мог высечь. Она быстро начала есть, пока еще что-нибудь не произошло.

Ужин подходил к концу, и люди потихоньку покидали зал. Джейрис тоже собиралась уходить, когда к ней подошел принц Джос с привычной жизнерадостной улыбкой.

– Выглядишь не в духе сегодня. Не понравился вчерашний праздник? – спросил он.

В это время мимо прошла Джосин, бросив высокомерный взгляд в их сторону. Веселость принцессы, что она демонстрировала за ужином, уже испарилась.

– Нет, все было отлично, – сухо ответила Джейрис.

Джос рассмеялся и подал ей руку.

– Я видел, ты танцевала с Анхелем. Сама знаешь, он не всегда бывает приятным собеседником, – принц привлек ее к себе и закружил в танце. Джос часто принимался танцевать с ней ни с того ни с сего. Это было что-то вроде их веселой традиции. – Не обращай на него внимания.

Джос обошел вокруг, заставляя Джейрис сделать тур и снова прижимая к себе. Она улыбалась в объятиях принца. Джейрис не могла никому рассказать, что на самом деле произошло, так как клятва крепко удерживала ее от этого.

Джос докружил ее до самого выхода и отпустил.

Утренняя тренировка выдалась на редкость паршивой. Рэм, все еще злясь за прогул, гонял ее так, что у Джейрис было желание выплюнуть свои легкие и заодно умереть, чтобы он наверняка до нее больше не добрался. Шел уже четвертый час, как Джейрис бегала по лесу и отражала атаки неожиданно выпрыгивающих солдат, которых Рэм заставил участвовать в этой экзекуции. Несмотря на чудовищную усталость, останавливаться нельзя, иначе Рэм придумает что-нибудь похуже. Джейрис выпустила небольшую огненную волну в сторону бойца, который неожиданно выскочил из-за дерева прямо перед ней, просто чтобы немного отпугнуть. Да и вряд ли она могла бы всерьез навредить ему – все, кто тренировался с ней, носили серебро. Поэтому молодой солдат нисколько не испугался, а отважно бросился к ней, размахивая мечом. Джейрис не успела увернуться и получила удар по плечу. Хорошо хоть меч бил плашмя, а то осталась бы без руки. Плечо обожгло, появилась кровь, но было терпимо. Джейрис сделала резкий обманный выпад, а когда он купился, наотмашь врезала солдату по лицу. Не ожидавший такого парень свалился на землю.

– Ну, хватит, – раздался рядом голос Рэма.

Джейрис облегченно прислонилась к дереву, мечтая только лечь здесь и лежать до скончания веков. Поверженный солдат быстро поднялся и вытянулся по стойке «смирно».

Рэм был старше ее раза в два и давно уже успел заполучить славу в боях. Он стоял неподалеку и презрительно рассматривал дракона.

– Нам надо больше тренироваться. Что это? Еще полудня нет, а ты уже еле стоишь на ногах. С завтрашнего дня начнем.

Джейрис застонала. Куда еще больше?

– Тебя растили для сражений, а не для вылёживания на пуховых подушках, – сердито отрезал Рэм. Широкие брови были нахмурены. – Жизнь во дворце не идет тебе на пользу. Возможно, стоит обсудить с королем твое переселение в казармы.

Джейрис сердито посмотрела на него, но решила промолчать, дабы не усугублять свое положение.

– Идите, – махнул рукой Рэм, отпуская всех участников.

Пока Джейрис шла через лес, прилегающий к саду, во дворец, она раздумывала над тем, как ей подобраться к Джосу, чтобы выяснить хоть что-нибудь. Сама мысль о таком шпионаже вызывала противную тошноту, но выбора не было.

Джейрис попробовала себя развлечь мыслями о том, как прикончить принца Анхеля, но клятва болью отозвалась во всем теле. Конечно, она, отныне связанная с ним узами, не могла причинить ему никакого вреда, но что, теперь даже мечтать об этом нельзя?!

Пришлось вернуться к раздумьям о Джосе. Можно попробовать пробраться в покои тайно и найти письма. Но если Джос поймает, ей конец. И никакое хорошее отношение не поможет.

Внезапная мысль заставила Джейрис слегка смутиться. Что, если соблазнить принца? И тогда у нее будет основание для нахождения в его комнате. Нет, чушь какая-то.

Вообще-то Джейрис была довольно красива и знала об этом. Длинные рыжие волосы, большие серые глаза, пухлые губы – все это делало ее привлекательной для противоположного пола. Да и Джос был известен своим неравнодушием к женщинам. Однако... Джей передернула плечами. Нет, такой способ явно не для нее. По характеру она довольно резкая, поэтому вряд ли у нее получится мило щебетать, очаровывая принца.

За этими мыслями Джейрис незаметно дошла до дворца.

8

Нож вошел легко, будто она опустила его в слегка подтаявшее масло. Теплая кровь брызнула на пальцы, которые продолжали сжимать кинжал. Она сама не поняла, как так вышло. Айлан наблюдала, как мужчина беззвучно сползает на землю. Нет, не мужчина. Он был младше нее. Совсем еще мальчик. Она попала точно в сердце. Он умер почти мгновенно. Айлан начала задыхаться от ужаса, и ее тут же стошнило.

Она опустилась на колени и потянулась к нему дрожащими руками, все еще не веря. Темно-русые волосы, зачесанные назад, растрепались, карие глаза смотрели в никуда, кровь запеклась в уголках большого рта. Лицо такое молодое с легким темным пушком на щеках.

Она лишила его жизни. Просто забрала ее. Как будто имела на это право.

Внезапно голова убитого повернулась к ней, и его окровавленные губы зашевелились:

– Зачем ты убила меня?

Айлан закричала и стремительно села, вырываясь из душных объятий жуткого сна. Она была в своей комнате на жестком тюфяке. Вокруг никого. Только четыре грязные стены.

Один и тот же сон. Вот уже тринадцать месяцев. Сон мучил ее и не давал успокоения.

Айлан спрятала лицо в ладонях и заплакала. Она не хотела его убивать. Не хотела.

Кое-как успокоившись, Айлан встала и начала собираться. Сначала она натянула все те же рваные штаны и единственную тунику. Затем расплела косы, расчесала волосы пальцами, так как не имела гребня, и заплела обратно.

Айлан вышла на улицу, с наслаждением глотнув утреннего воздуха, и подошла к ржавой бочке, которая собирала дождевую воду, а потом они умывались из нее всем домом. Она щедро зачерпнула не успевшей остыть теплой ночью воды и плеснула в лицо, смывая кошмары ночи.

Айлан все-таки решила не торопиться с переездом. Во-первых, для этого надо было сначала украсть денег. Проще всего это делать на рынке, а она и так там недавно засветилась, грязно сработав с хлебом и мясом. Да и в целом Айлан не нравилось лишний раз воровать, поэтому занималась она этим редко, по возможности избегая нечестный труд. Во-вторых, еще нужно подыскать место, где примут одинокую молодую девушку без попытки получить от нее что-то, кроме денег. А то еще и работорговцам продадут, как произошло в самом начале ее жизни в Сарии.

Айлан не думала, что приходивший мужчина кто-то из тех, кого она обокрала. Даже если ее кто и выследил, то расправа последовала бы немедленно, никто не стал бы ждать непонятно чего и приходить сюда в ее отсутствие.

Оставался другой вариант, который радовал еще меньше. Что, если ее семья разведала наконец, где она, и прислала за ней этого человека, чтобы вернуть домой.

Но и здесь была нестыковка. Почему мужчина? В ее семье были одни женщины, которые не доверяли людям мужского пола, считая их пригодными только для продолжения рода. Нет, ее семья никогда бы не доверилась мужчине. Даже если бы выбор стоял между жизнью и смертью.

Весь день Айлан слонялась без дела и покинула свое жилище только поздно вечером, планируя вернуться на рассвете. Ей пришлось потомиться еще какое-то время в ожидании на улице, и затем они с Паристой отправились в таверну. Женщина там готовила еду и мыла полы, получая за это гроши. Айлан иногда помогала ей, разносила блюда и напитки, а утром отмывала столы, выпроваживала засидевшихся посетителей и убирала за ними. За работу ей тоже перепадало несколько монет.

Хозяин таверны не очень-то жаловал Айлан. Когда она работала, вечно возникали какие-то разборки от желающих провести с ней ночь. Но рабочих рук ему не хватало, и, скрипя зубами, он разрешал ей подзаработать.

Вообще, оказавшись без покровительства своей семьи, Айлан осознала неприятную истину: одинокой молодой женщине практически невозможно заработать денег для комфортной жизни. Либо платили такие копейки, что едва хватало снимать жилье, либо предлагали работать в борделе. Оба варианта ее не устраивали, поэтому приходилось воровать. Хоть это и не вызывало восторга, этот навык Айлан отточила блестяще. Даже если невнимательные жертвы обнаруживали пропажу раньше времени, она мастерски исчезала из их поля зрения.

В таверне было очень шумно, а ведь солнце едва скрылось. Айлан вздохнула, глядя на начинающийся разгул, натянула замызганный фартук и приступила к работе.

Уже к полуночи она сбилась с ног, подавая еду и напитки. Несколько раз Айлан получала недвусмысленные предложения, но лишь мило улыбалась, а после растворялась среди посетителей. Сказывался воровской навык. К моменту, когда она снова появлялась в зоне доступа, их разум, затуманенный алкоголем, уже не помнил об озвученных ранее желаниях.

Солнце лениво оторвалось от горизонта, когда Айлан на коленях ползала по опустевшей таверне, оттирая грязь и рвоту. Да уж, ее семья сгорела бы со стыда, узнай, чем она занимается. Но работа есть работа. Нет здесь ничего такого.

Закончив уборку, Айлан подошла к прилавку за оплатой, где все время стоял хозяин таверны, наблюдая за ее стараниями. Это был бородатый плохо пахнущий мужчина, он небрежно швырнул ей несколько монет, рассыпав их по столу. Беглого взгляда хватило, чтобы понять: здесь было меньше, чем обычно. Хотя куда еще меньше.

– У тебя совесть есть?! – негодующе воскликнула Айлан. – Сегодня ты неплохо подзаработал. А я всю ночь пахала как проклятая!

Хозяин мрачно посмотрел на нее своими блеклыми глазами, блестевшими под кустистыми бровями.

– Не нравится что-то – проваливай, – только и сказал он.

Айлан недовольно поджала губы, сгребла мелочь себе в карман и пошла прочь. А что тут скажешь. Выбор действительно невелик. Даже если он будет платить ей одну медную монету, другой работы все равно нет.

На обратном пути Париста по обыкновению болтала обо всем и ни о чем. Периодически Айлан прислушивалась, улавливая рассказ про десятилетнего сына, который недавно болел, или про жениха, которого она встретила в таверне, обещавшего жениться и забрать их из трущоб. Айлан хотелось вздохнуть и сказать: «Париста, ну какой жених, ему от тебя нужно только...» Мужчинам верить нельзя. Но она молчала. В конце концов, это не ее дело.

Четыре года назад, сбежав из дома и оказавшись наконец-то полностью самостоятельной, Айлан была неприятно удивлена неприглядной реальностью, обрушившейся на нее. Оказалось, этим миром правят мужчины, а слово женщины ничего не стоит. Они считают, что могут унижать, бить и подчинять себе женщину. А каждый второй только и желал использовать ее тело для своего удовольствия. Это было дико. Как женщины могли допустить подобное? В ее семье все совсем по-другому. Ни одна женщина даже не позволила бы мужчине посмотреть на нее без разрешения, не то что сделать с ней что-то. А Айлан не просто позволяла смотреть, но и разговаривать. А что она могла сделать? Ее сил не хватит исправить этот мир. Лучше не привлекать к себе лишнее внимание.

Айлан попрощалась с Паристой, устало подошла к двери и повернула ключ. Дверь привычно с неохотой поддалась и, скрипнув, открылась. Она зашла и тут же в ужасе застыла. У дальней стены стоял незнакомец, прислонившись к ветхой опоре.

– Айлан, – медленно протянул он, – из клана даганских ведьм. Я ждал тебя.

9

Айлан стояла, окаменев. Кто это? Откуда он ее знает? И что самое ужасное, откуда он знает о ней? Неужели все-таки ее семья отправила его...

Она пыталась рассмотреть незнакомца, но в полумраке плохо получалось. Но Айлан видела его силуэт, чувствовала силу, которая слегка потрескивала. Дар ведьмы помогал ощутить: он обладал магией, но какой – непонятно. На неизвестном лежали маскирующие чары, которые блокировали ее чутье. Она продолжала смотреть.

– Кто ты такой? – наконец выдавила Айлан, отчаянно пытаясь сохранить хладнокровие. Дверь за ее спиной тихо прикрылась, но если постараться, то она успеет выскочить и позвать на помощь. Большинство жильцов уже, скорее всего, ушли на работу, но Париста здесь и вряд ли успела уснуть. Она хоть и невысокого роста, но может задать жару. Однажды в таверне она избила одного идиота котелком, посмевшего приставать к Айлан.

Под рубашкой у ведьмы спрятан нож, если не получится защититься от него магией, можно будет пустить в ход оружие. Главное, не паниковать...

Айлан сделала едва заметное движение назад к двери, когда мужчина шагнул вперед, и свет лампы упал на его лицо, давая возможность рассмотреть внимательнее. Айлан удивленно моргнула. Она смотрела на него, видела, как он выглядит, но стоило ей хоть на секунду отвести взгляд, и она тут же забывала все черты его внешности. Ее глаза расширились. Вот он стоит перед ней, у него... волосы и глаза, но какого цвета Айлан не могла сказать даже приблизительно. Она ничего не могла сказать о его облике. Единственное, что она чувствовала, это силу и опасность, которые явственно разливались в воздухе.

Айлан с трудом оторвалась от его лица, гадая, что это за магия, и скользнула взглядом по телу. Мужчина был одет в кожаную тунику без рукавов, плотно прилегающую к корпусу, которая демонстрировала рельеф мышц, и кожаные штаны. Все черного цвета. Это она смогла запомнить. Видимо, чары распространялись только на лицо.

Незнакомец лениво оглядел ее скромное жилище, которое больше напоминало кладовку. Здесь не было даже окон. Только стены, тюфяк на полу и зажженная лампа, висящая на обшарпанной стене. Очевидно, он зажег ее, так как Айлан всегда гасила свет перед уходом для экономии. Ведьма сделала еще один крошечный шаг назад. Так, хорошо... Только без резких движений. Затем мужчина повернулся и буквально впился взглядом в ее лицо. От столь пронизывающего взора Айлан стало неуютно. Казалось, он не просто изучает ее, а заглядывает в самую глубину. Она не могла сказать, сколько ему лет, потому что не понимала, как он выглядит, но его пристальный и уверенный взгляд подсказывал: перед ней вовсе не юнец.

– Я тот, кто пришел предложить тебе работу, ведьма Айлан, – ответил мужчина после затянувшегося молчания. Голос его звучал жестко. Этот голос привык отдавать приказы и не терпел возражений.

Что? Работу?

У него был странный акцент. Все на континенте говорили на едином языке, но каждая страна отличалась произношением. Даганцы грубо выплевывали согласные, в Сарии их, наоборот, излишне смягчали, андалийцы славились своей мелодичной речью, слегка растягивая гласные, мадорцы говорили очень быстро, проглатывая половину звуков, а в Весторе кичились своим идеальным произношением, они гармонично выговаривали и гласные, и согласные звуки. Здесь же слова звучали сухо, словно безликие силуэты. Звуки холодные и пустые, лишенные красок и, как и все остальное, скрывающие малейший намек на личность говорившего.

– Откуда ты знаешь меня? – с опаской спросила Айлан. Вокруг невольно закружились тени, готовые в любой момент защитить ее.

Мужчина заметил это и довольно улыбнулся, словно он того и ждал.

– Я учуял запах ведьмы, едва ступил в этот город несколько лет назад. Выяснить, кто ты, не составило труда. Я наблюдал за твоими жалкими попытками выживания и решил, что танцующей с тенями можно найти более подходящее применение, чем кража хлеба на рынке.

Мысли в голове у Айлан спутались в тугой ком. Кто это? Что значит «учуял»? Откуда он все знает о ней? Она сделала еще один шаг. Тени сгустились чуть сильнее. Это личный дар Айлан. Танцующая с тенями. Так называли таких, как она, среди ведьм. Подобная сила не была уникальным явлением, но все же дар достаточно редкий. Если обычная ведьма способна лишь творить заклинания и варить зелья, то Айлан подчиняла тьму и заставляла себе служить.

– У меня есть к тебе предложение, – снова заговорил незнакомец, – интересно? Или ты так и будешь пятиться к двери, надеясь, что окажешься быстрее меня?

Айлан вздрогнула от его замечания. Спокойно. Есть еще нож, о котором он ничего не знает. Она глубоко вздохнула, стряхивая оцепенение. Тени слегка расступились.

– Для начала неплохо было бы познакомиться. Ты знаешь меня – так представься же сам.

Мужчина усмехнулся.

– Ты можешь называть меня как угодно. Выбери любое понравившееся имя.

Айлан потрясенно вытаращила глаза. Он не хочет быть замеченным. Или узнанным. Скрывает внешность, имя. Кто, кто ты?

– Хорошо, допустим... Рей. И что тебе нужно от меня, Рей?

Выбранное имя вызвало у него непонятную удивленную усмешку, но он только сказал:

– Ты.

Повисло молчание.

– Мне нужна ты, – продолжил он, – твоя сила, твои навыки, способности. Все полностью должно принадлежать мне. Будешь работать на меня и получать щедрую плату. И жить в более... – он презрительно окинул взглядом комнату, – подобающих условиях.

– Ты что, какой-то извращенец? Хочешь затащить меня работать в бордель? Для особо взыскательных клиентов, которые хотят ведьму?!

Тени угрожающе зашипели. Мужчины! Их только одно и интересует.

Но Рей лишь закатил глаза.

– Меня не интересует интим. Ни с кем спать не придется. Я обещаю.

Айлан в очередной раз попыталась разглядеть его лицо. Но тщетно. Она лишь замечала тусклые отсветы, которые блуждали по нему.

– Расскажи, как ты узнал обо мне. А потом уже обсудим остальное.

Она не собирается тут же бросаться к какому-то незнакомцу, ведясь на обещания о хорошей жизни. По крайней мере, до тех пор, пока хоть что-то не поймет об этой ситуации.

Рей раздраженно вздохнул.

– Я знаю о тебе все, Айлан. Я знаю, что в шесть лет ты упала с дерева и чуть не лишилась ноги, и теперь на правом бедре у тебя до сих пор едва заметный шрам, который не смогли свести даже опытные целительницы. Я знаю, что в десять лет ты боялась темноты, а твоя бабушка в наказание запирала тебя на всю ночь в темном сарае. Я знаю, что ты долгие часы стояла коленями на острых камнях за то, что плохо слушалась.

С каждым его словом Айлан все больше бледнела. Как такое возможно? Об этом не мог знать никто посторонний. Неужели его сила – власть над разумом? Это бы все объясняло: и то, почему она никак не может запомнить его внешность и то, откуда ему столько известно.

– Я знаю, ты убила парня в переулке, чтобы он не выдал тебя городской страже.

Ведьма отшатнулась.

– Его звали... Лори. Ты знала?

Дыхание участилось. Слезы навернулись на глаза. Зачем он это говорит?

– Он был единственным мужчиной в семье. Он должен был обеспечивать и содержать ее. Без него они голодают, так как женщинам почти ничего не платят за ту работу, которую они выполняют.

Айлан почувствовала теплую влагу на щеках. Она не хотела...

– Но ты не просто убила его. Ты еще и обокрала несчастного. Забрала деньги, которые обнаружила при нем, и ткани, которые он нес, чтобы его сестра сшила новые платья для себя и мамы...

– Прекрати! – Айлан больше не могла это слушать. – Хватит, хватит!

Тени окружили ее плотным кольцом. Она была уверена: Рей больше не видит ее. Слезы потоком хлынули из глаз. Да, она убила того мальчика. Он видел, как она сняла несколько кошельков с поясов ни о чем не подозревающих горожан. Он зажал ее между домов, пригрозив сдать стражникам. Прежде чем Айлан успела обдумать свои действия, руки уже выхватили спрятанный под накидкой кинжал и отправили его ему в грудь. Она попала в сердце. Это оказалось так легко – убить человека. Легче, чем воровать. Тонкая плоть не смогла остановить холодное оружие. И да, она забрала у мертвого тела все, что представляло хоть какую-то ценность. Айлан сказала себе: иного выбора не было. Или его жизнь, или ее бы арестовали. В лучшем случае ей бы отрубили руку. В худшем – казнили. Но в тот момент душа раскололась. Она отняла жизнь. Еще одна ступень ее падения.

Тени исчезли вместе со слезами. Не время предаваться страданиям.

– Мне продолжать? – вкрадчиво спросил Рей.

Айлан лишь отрицательно покачала головой. Она не могла выдавить ни слова.

– Такая уж меня работа, знать все и обо всем. И для этой же работы мне и нужна ты. Я хочу, чтобы ты стала моим шпионом на Астероне. Моими глазами и ушами. Если где-то готовится переворот, я хочу об этом знать. Если враждующие лорды встречаются друг с другом, я хочу об этом знать. Если принц чихнул, я хочу об этом знать, – его голос стал еще жестче.

Ведьма невольно сделала шаг назад, на этот раз не скрывая.

– Не уверена, что я именно та, кто вам нужен. Я не шпионка, – а затем тихо добавила: – Я всего лишь воровка-неудачница.

Рей в очередной раз усмехнулся, соглашаясь с ее словами.

– К сожалению, похоже, это действительно так. Но ты – танцующая с тенями. Природа дала тебе все возможности добиться успеха на шпионском поприще. Но решать тебе. Что ты хочешь: убивать невинных мальчиков за кусок хлеба, как животное, или стать участницей большой игры. Я не буду тебя принуждать. Я могу лишь дать шанс взять жизнь под свой контроль и чего-то добиться в этом мире. Но я не могу заставить тебя изменить ее в лучшую сторону. Этот выбор ты должна сделать сама.

Мысли понеслись галопом. Всю жизнь ее учили никогда не верить мужчинам, но при этом никто не учил жить на гроши. Перед глазами снова встало лицо убитого. «Что это? Обитель богов? Иной мир? Бездна? Перепутье, врата между мирами. Но какой дорогой пойти и не ошибиться?»

– Я не хочу больше никого убивать.

– Мне нужен шпион, а не убийца, – Рей сделал шаг навстречу к ней, предчувствуя свою победу.

У Айлан было тысяча вопросов, начиная от неизвестности личности Рея и заканчивая условиями этой работы, но, прежде чем хоть один успел сорваться с языка, она выпалила:

– Я согласна.

Главное Айлан уже узнала. Шпионить, никаких интимных отношений, не надо убивать, щедрая оплата. С остальным разберется позже.

Губы Рея растянулись в торжествующей улыбке, которая говорила, что она оправдала его ожидания. Он медленно протянул ей руку. Айлан, замешкавшись на секунду, обхватила ее и почувствовала обжигающее прикосновение.

– Твоя магия теперь принадлежит мне, танцующая с тенями Айлан, – проговорил Рей, не отрывая взгляда, – и ты никогда не обратишь ее против меня. Я требую от тебя безоговорочного исполнения приказов и преданности. В остальном ты вольна оставить службу, когда пожелаешь. Я не стану удерживать силой.

Ее ладонь все еще находилась в его руке. Айлан ощущала его жгучую магию, но так и не могла уловить ее суть. Озвученные требования были справедливы, и она согласно кивнула.

10

Рей привел ее в какой-то дом, который находился на одной из богатых улиц Рееника. Это район состоятельных горожан, где Айлан иногда промышляла воровством. На деньги из украденных здесь кошельков она пару месяцев могла позволить себе относительно спокойную жизнь. Но приходила ведьма сюда крайне редко из-за усиленной охраны богатых людей, которые несколько раз чуть не сцапали ее. А теперь Айлан сама будет жить в этом месте. Словно обеспеченная жительница столицы. Рей сказал, теперь это и ее дом тоже и в свободное от работы время она обязана находиться здесь. В любой момент он должен знать, где она. Тут же будут происходить встречи с ним или его людьми.

В первое мгновение Айлан завороженно застыла в прихожей, разглядывая чистые стены, расписанные причудливыми узорами, дорогие ковры, устилавшие пол, огромные стеклянные люстры со свечами, которые, кажется, стоили целое состояние. Продай одну такую и можно купить небольшой дом.

В Дагане Айлан ни в чем не нуждалась, но жили они в более сдержанной обстановке, отвергая ненужное излишество внешнего мира.

Рей завел ведьму в столовую. Нежно-голубые стены приятно успокаивали. В ней практически отсутствовала мебель, кроме длинного стеклянного стола, который тянулся через всю комнату, и деревянных стульев, расставленных по периметру. Айлан никогда не видела стеклянных столов и потому не могла оторвать от него взгляд. Настолько изящно и гармонично он вписывался в эту обстановку. Но больше ее заинтересовала еда, которая соблазнительно манила с тарелок, стоящих на прозрачной поверхности.

– Ешь, – только и сказал Рей, махнув на стол, и тут же вышел.

Айлан не надо было уговаривать. Украденная ранее еда уже давно была съедена и забыта желудком. От предвкушения нормального обеда живот свело судорогой. Она уселась на стул и начала накладывать все подряд. Кто знает, когда она будет есть в следующий раз. Мало ли что.

Айлан с наслаждением проглотила первую ложку картофельного пюре, которое тут же растаяло во рту, оставляя восхитительный вкус. Она повернула голову влево, и ее взгляд уперся в окно, завешенное тонкой дорогой занавеской. Ткань настолько прозрачная, что Айлан без труда открылся вид на внутренний двор дома, засаженный яблоневыми и вишневыми деревьями, которые сейчас вовсю цвели. В центре возвышался большой фонтан с огромной золоченой скульптурой ястреба посередине – символ Сарии.

Ведьма отвернулась и тут же набросилась на еду, не желая оттягивать этот момент. До чего же вкусно!

– Ого, какая она голодная! Ты когда-нибудь видел, чтобы кто-нибудь с такой жадностью поглощал еду, Каси?

Айлан вздрогнула и с набитым ртом обернулась. Она так увлеклась, что не заметила, как кто-то вошел. Говоривший молодой мужчина, насмешливо глядя на нее, обогнул стол с другой стороны и уселся напротив, беззастенчиво рассматривая своим самоуверенным взглядом. В отличие от Рея, его внешность Айлан могла распознать без проблем. На нем тоже были какие-то маскирующие чары, которые она тут же ощутила, но они не скрывали его лицо. Это был, пожалуй, самый красивый мужчина, которого Айлан когда-либо видела. Светлые волосы удачно гармонировали с золотистой кожей, а глаза сверкали как два изумруда. Чувственные губы, будто созданные для поцелуев, притягивали внимание. Единственное, что портило идеальную внешность, – белый шрам, тянувшийся ровной линией от корней волос до переносицы. И даже небрежно падающие на лоб пряди не могли спрятать его. Но судя по уверенности, которую излучал мужчина, кажется, он нисколько не беспокоил своего владельца. Одет незнакомец так же, как и Рей, в кожаную черную тунику и штаны, но сбоку прикреплен меч.

Его спутник, которого он назвал Каси, сел рядом с ним, сдержанно улыбаясь. Но от Айлан не укрылась залегшая печаль в глубине его больших глаз.

– Я же просил меня так не называть, – равнодушно бросил он.

Светловолосый мужчина пропустил замечание мимо ушей.

– Ну и грязная же ты, – очевидно, он абсолютно не обладал чувством такта.

Айлан сглотнула и отложила ложку. Ей стало неловко есть в их присутствии, да еще и под пристальным вниманием зеленых глаз. Аппетит резко пропал.

– Здравствуйте, меня зовут Айлан, – тем не менее решила представиться она. Это явно люди Рея, и ей теперь с ними работать.

Блондин расхохотался.

– Меня зовут Айлан, – передразнил он, – слышал? Можно подумать, мы не знаем.

Каси взглянул на нее, продолжая улыбаться.

– Не обращай на него внимания. Не все из нас знакомы с правилами вежливого общения. Приятно познакомиться, Айлан. Меня зовут Касимус, но можно просто Кас, – он кинул выразительный взгляд на своего соседа. – Только никому не говори, что я сказал свое имя. – И заговорщически ей подмигнул.

Айлан ответила вежливой улыбкой. Светловолосый громко фыркнул.

В следующее мгновение в столовую вошел Рей в сопровождении голубоглазой девушки, которая была одета, как и мужчины, а ее русые волосы убраны в высокий хвост. Внешне они все были разными (только насчет Рея нельзя сказать наверняка), но в то же время очень похожими. Примерно ровесники, одинаковый дерзкий взгляд, уверенная осанка, одежда. Айлан мысленно прощупала их, но наткнулась на магический барьер.

Рей встал во главе стола, уперевшись на него руками, а девушка села возле светловолосого мужчины, который тут же одарил ее ухмылкой. Она в ответ скорчила ему рожицу. Несмотря на повисшую в воздухе угрозу от магии, скопившейся в воздухе после их появления, Айлан почувствовала: они все здесь очень близки. Это настолько глубокая связь, которую ей легко понять. Ведь так было и в ее семье. Ведьмы клана жили одной общиной на выделенной им территории в Дагане, как одно целое, под руководством Верховной ведьмы.

– Айлан, – обратился к ней Рей, – посмотри внимательно на тех, кто сидит перед тобой. Получать приказы и отчитываться в их выполнении ты будешь либо передо мной, либо перед кем-то из них. Ни перед кем больше. Советую хорошо это запомнить и не ошибиться. – Сталь зазвенела в его голосе при последних словах.

Ведьма молча кивнула, переводя взгляд с одного на другого. Кас выглядел отстраненным, слегка постукивая пальцами по столу. Судя по скучающему лицу блондина, он находил собрание утомительным. И только голубоглазая девушка, чье лицо усыпали веснушки, оценивающе смотрела на Айлан.

– Я бы все-таки хотела знать, кто вы такие и чем занимаетесь, – внезапно сказала она, прерывая Рея, даже не услышав, о чем он говорил.

В висках стучало: «Не верь, не верь, не верь...»

Светловолосый встрепенулся и подался вперед с нескрываемым интересом. Айлан нахмурилась, а в уголках губ Каса притаилась едва заметная улыбка.

– Тебе полагается знать ровно столько, сколько я тебе говорю, – невозмутимо ответил Рей, – ни больше, ни меньше.

Айлан не понравился этот ответ, но она поняла, что иного не получит, поэтому приготовилась слушать дальше.

– Я бы тоже хотел кое-что знать, – продолжил Рей, убедившись, что новых вопросов не последует. – На что же ты способна. Поэтому твое первое задание: проникни во дворец короля Охтара.

– Что я должна узнать? – тут же спросила Айлан, тени заклубились вокруг.

Она пришла в ужас от задания. Это не шутка вторгнуться в дом короля Сарии и шпионить за ним. Сила мгновенно отреагировала, желая скрыть ее от других.

– Все, – Рей внимательно посмотрел на нее, его губы искривились в холодной улыбке. – Все что сможешь.

11

Прошла неделя. Джейрис много тренировалась, а свободное время проводила в библиотеке. Постоянное обучение составляло неотъемлемую часть ее жизни. Больше всего ей нравились старые книги с древними символами. Магия крови. Величайший дар драконов. Изображая нужный знак своей кровью, она могла делать невероятные вещи, например, изменить свою внешность для других или обрушить стену. Но нужно быть осторожным. Однажды в самом начале обучения Джейрис случайно направила одну черточку не в ту сторону, рука дрогнула, и вместо того, чтобы открыть дверь на замке для Рэма, вышибло окна у всего первого этажа дворца. Ей тогда досталось. Так что книги Джейрис изучала с особой тщательностью. Король лишь несколько лет назад позволил осваивать данный вид магии, до этого ей разрешалось только учиться сражаться и контролировать необузданное пламя, а также читать историю, чтобы понимать, к чему может привести драконье властолюбие, и постигать азы дворцового этикета вместе с принцессой Джосин. Долмар опасался силы крови: незрелый ум мог совершить непоправимое. Каждое действие Джейрис магией крови тщательно отслеживалось, дабы убедиться, что она пребывает в здравом уме и не намерена использовать силу против королевской семьи.

Обучение давалось Джейрис легко. Она смотрела на символ и тут же словно впитывала его, запоминая навсегда. Будто дар дракона учился за нее. Иногда Джейрис часами сидела за столом с закрытыми глазами и водила пальцами по гладкой поверхности, убеждаясь, что память ее не подводит.

Не забывала она и о «Хрониках первородного дракона». Книга впечатляла своей реалистичностью и невероятными фактами. Первый дракон обладал такой громадной силой, что в голове не укладывалось. Некоторые ритуалы он подробно описывал. Джейрис запоминала их на всякий случай. Но слабо верилось, что подобное возможно.

За это время Анхель ни разу ее не вызвал и, когда они случайно встречались в обеденном зале, делал вид, что она пустое место. Джейрис отвечала тем же. В любом случае ей нечего было ему рассказать. Она так и не придумала, как подобраться к среднему принцу поближе, да и не особо старалась, если уж по-честному, несмотря на то, что власть клятвы постоянно пыталась ее как-то подстегнуть, подкидывая мысли о Джосе.

Ближе к вечеру Джейрис пришла в библиотеку и с удивлением обнаружила: она здесь не одна. За столом у окна сидела красивая молодая девушка. Средняя дочь Арэса Авара. Как же ее имя... Джейрис попробовала вспомнить, но вполне вероятно, она изначально даже не запоминала его.

– Добрый день, – вежливо поздоровалась она, отрываясь от книги.

– Добрый день, – ей в тон ответила Джейрис, огибая столы и приближаясь к стеллажам с книгами.

Придворные редко посещали библиотеку. Для них это сплошная пыль и скука. Глупцы. Даже слуги не утруждали себя тщательной уборкой этого места, а потому в воздухе стоял запах старых книг, делая его плотным и тяжелым. При этом площадь, отведенная помещению, была значительной. Стеллажи уходили длинными рядами куда-то вглубь, настолько далеко, что возможностей глаз не хватало охватить все пространство. Хотя этому еще и способствовал полумрак, царящий в дальней части библиотеки. Туда редко кто забредал (кроме Джейрис, разумеется), поэтому дворец не тратился на освещение той половины, оставляя огромные люстры с канделябрами тосковать без дела.

– Как вы поживаете? – продолжила разговор неожиданная соседка.

– Чудесно, – равнодушно ответила Джейрис, – а вы?

– Тоже хорошо.

Джейрис мельком взглянула на книгу в ее руках. Кажется, стихи.

– Не ожидала, что здесь кто-то будет, – Джей пробежалась пальцами по корешкам книг на ближайшей полке. Здесь ей уже все знакомо.

– Мне хотелось побыть в тишине, – девушка откинулась на спинку кресла и стала наблюдать за Джейрис.

Элая! Ее зовут Элая. Имя вспышкой пронеслось в голове.

– Понятно.

– Я слышала, вы проводите здесь много времени, – сказала Элая, явно настроенная поговорить.

– Вас это удивляет? – спросила Джейрис, садясь за стол с книгой, взятой наобум. Кажется, она ее тоже читала.

– Немного, – улыбнулась Элая, – я думала, таких, как вы, интересуют только оружие и сражения.

«Таких, как вы».

– Книги – то же оружие. Если знать, как им пользоваться, – сказала Джейрис, не обращая внимания на ее слова.

– Мой отец говорит то же самое, – Элая с интересом смотрела на девушку-дракона. – Вы бы ему понравились.

Джейрис не удержалась от смешка.

– Сомневаюсь, – она принялась листать книгу.

– Не сомневайтесь, – Элая тоже усмехнулась, – он ценит силу. Любую силу.

– Видимо, поэтому ваш Дом – самый влиятельный в Андалии, – заметила Джей.

– Наверное, – Элая мельком взглянула на фолиант, который схватила Джейрис. – Легенды о сотворении мира. Звучит любопытно. Вы уже читали?

Джейрис рассеянно бросила взгляд на обложку. Сложно найти здесь книгу, которую она не читала. Особенно все, что связано с легендами и сказаниями.

– Эм... кажется, да.

– Тогда позвольте мне проверить свои знания? – глаза Элаи загорелись, и она подалась вперед. – Тысячи лет назад боги поспорили между собой, кто же самый сильный и могущественный среди них. Каждый кричал, что это именно он. Споры не утихали. И тогда было решено: каждый продемонстрирует свои способности, сделав что-то выдающееся. Водный бог залил все синей соленой водой, показывая, насколько велика и прекрасна его сила. И там зародилась жизнь. Богиня плодородия создала континенты, покрытые зеленью, демонстрируя, что сильна и она. И там зародилась жизнь. Огненный бог, увидев людей, даровал им пламя и показал, сколь полезен и страшен этот дар. Бог Ветра обрушил ураганы в насмешку над тремя предыдущими богами, тем самым говоря, что хоть и легко была создана новая жизнь, столь же просто он мог ее уничтожить. Так, постепенно другие боги тоже стали отправлять свои дары в неожиданно получившийся мир, забыв про прежние споры о могуществе. Например, металлы для создания оружия от бога войны, лук и стрелы и, кажется, еще какой-то волшебный артефакт от богини охоты, книги от бога знаний, виноград для вина от богини веселья, всего и не вспомнить. А после они почему-то решили покинуть это место и наблюдать за всем издалека. Чтобы ни у кого из сторон не появилось соблазна пересекать границы, боги создали трех духов для охраны врат между мирами. Их звали... – Элая наморщила лоб, сдвинув изящные брови, – как же, как же... нет. Не помню.

Джейрис призадумалась вместе с ней. А затем немного пролистала книгу, которую взяла. Прямо беда у нее с именами. Но и там не получилось найти быстрого ответа. Ладно, неважно. Она захлопнула том.

– Да, похоже, вам удалось пересказать эту толстенную книгу всего за несколько минут. Что вам только в плюс. А вот этот летописец абсолютно не пощадил своих читателей, сопроводив данное творение таким количеством описаний, по ощущениям, каждого куста, созданного богиней плодородия, которая, очевидно, была его любимицей, и ненужных деталей, что увлекательное чтение превращается в изощренную пытку.

Элая понимающе улыбнулась и закрыла свою книгу.

– Не хотите прогуляться по саду?

– Я – никудышный собеседник, – усмехнулась Джейрис, озадаченная неожиданным предложением.

– Уверена, это не так, – возразила Элая, вставая. – Что ж, если передумаете, я буду только рада.

Она уже направлялась к выходу, когда внезапно остановилась.

– Вы в это верите?

– Ммм? – не поняла Джейрис, поворачиваясь к ней лицом.

– В богов. В создание ими нашего мира.

Джейрис широко улыбнулась.

– А вы верите в магию?

Элая недоуменно моргнула. Ведь магия была повсюду.

– Конечно, – тем не менее ответила она.

– Тогда не задавайте больше таких вопросов.

Элая сдержанно кивнула, принимая ответ, и покинула библиотеку.

Джейрис некоторое время раздумывала над неожиданным дружелюбием. Она была убеждена: это неспроста. За те два года, что сестры находились при дворе, она едва перекинулась с ними несколькими предложениями. Как и с остальными придворными, они обоюдно игнорировали друг друга. Джейрис наморщила лоб, припоминая слухи, с кем из принцев Элая провела ночь в постели, но на этот раз память не предоставила ей ответ.

Джейрис резко схватилась за бесполезный том. Она взяла его, только чтобы занять руки. И естественно, не собиралась перечитывать. Со вздохом она отправилась в самую темную часть помещения.

Следующий день был особенным. А все потому, что Джейрис наконец-то твердо решила отдохнуть. Нужно развеяться. А что может служить этой цели лучше, чем праздник. Она не любила королевские праздники, но дело было в чрезмерной напыщенности и высокомерной публике. Что же до других, то Джейрис их обожала. Иногда вечерами она тайком выбиралась из дворца через тайный ход, обнаруженный много лет назад, чтобы погулять по городу или потанцевать с простолюдинами. Сегодня отмечали праздник середины весны, поэтому по всему городу устраивались развлечения.

Весенний праздник являлся одним из любимых праздников горожан. В этот день проходили ярмарки, на которые приезжали из южных деревень и поселков с лучшими сокровищами своего раннего урожая, а к вечеру устраивались песнопения и танцы на главной площади города. Так люди окончательно прощались с ушедшей зимой и радовались первым свежим овощам и ягодам. С самого утра по всему городу царила суматоха. На оживленных улицах постоянно слышался смех, все были в приподнятом настроении.

Выбрав простое кремовое платье из своего гардероба, чтобы не выделяться, и распустив волосы, Джейрис отправилась к пустующим покоям недалеко от ее комнаты. Ребенком ей нравилось исследовать свободные помещения дворца, пока взрослые не обращали на нее внимания. В один из дней она забрала в эти комнаты и обнаружила скрытую дверь. В несколько заходов, поборов свой страх, Джейрис выяснила, что там, по-видимому, давно забытый тайный выход из дворца. С тех пор она иногда им пользовалась, так как покидать дворец без разрешения ей запрещалось.

Джейрис пришла на площадь в самый разгар вечера. Люди вовсю танцевали, пели, пили и веселись. Она тут же беспечно пустилась в пляс, хватая за руки незнакомых людей. Они не догадывались, кто она, иначе бы не откликались с такой радостью.

Повеселившись, Джейрис вырвалась из круга танцующих и пошла посмотреть, что здесь есть еще. По краям площади стояли цветастые палатки с угощениями и напитками. Джей с любопытством рассматривала различные конфеты причудливых форм, цветные булочки, печенье в форме дворца Андалии, меча и... дракона. Настоящего дракона с крыльями. Джейрис удивленно рассмеялась. Это было неожиданно. Люди не любили драконов. Любых.

– Вас что-то заинтересовало? – спросила ее пухленькая добродушная продавщица.

Джейрис не ответила и продолжила разглядывать «дракона». Это была искусная работа. Контуры крыльев и драконья морда тщательно проработаны, поражая своей реалистичностью.

Продавщица заметила ее интерес.

– Сколько вам взвесить?

Джейрис покачала головой.

– Я не захватила с собой денег, – точнее, у нее их и не было.

Продавщица неожиданно тепло улыбнулась и протянула одно печенье-дракона.

– Угощайтесь. В следующий раз купите, если понравится.

Джейрис снова удивленно посмотрела на нее и, улыбнувшись в ответ, бережно взяла подарок. Это более чем щедро с ее стороны, учитывая, что столь мастерски выполненное угощение отнимало много времени.

Она отошла от прилавка, сжимая в руках дракончика. Такое даже есть жалко, но... Джейрис осторожно откусила крыло и прикрыла глаза от удовольствия. На вкус было не менее восхитительно, чем на внешний вид. Продолжая жевать, Джейрис оглянулась по сторонам, и взгляд заскользил по улицам, примыкающим к площади. Балирис – столица Андалии – не отличался особой архитектурной красотой. Дома, на которые падал взгляд, были простыми и похожими один на другой. Но это не жилые помещения, все здания вокруг заполнены различными заведениями, начиная от магазинов и заканчивая тавернами и борделями. Как выглядели жилые дома, особенно дома знати, Джейрис слабо представляла. Она не рисковала часто покидать дворец и даже если это делала, то ненадолго.

Печенье уже было съедено, когда ее заинтересовала статуя на окраине площади. Памятник первому королю Андалии из рода Ваалар, Таргану. Джейрис видела его множество раз, но она уже давно не приходила сюда, поэтому захотела освежить воспоминания. Она сделала несколько шагов, когда услышала рядом голос.

– Потанцуем?

Джейрис резко обернулась, и внутри все оборвалось. Принц Джос. Теперь он знал, что она здесь, она покинула дворец... если он узнает, что Джейрис сделала это без разрешения, ее запрут в комнате или того хуже – высекут плетью. И тайный выход из дворца станет совсем не тайным.

Стараясь не показывать своего ужаса, Джейрис с самоуверенной улыбкой подала ему руку, и принц со смехом утянул ее в гущу танцующих. Это был быстрый веселый танец, где надо много двигаться и прыгать. Они танцевали, то приближаясь, то отдаляясь, подхватывали друг друга за руки и много смеялись. Джос был как всегда прекрасен. Одетый просто, но с безупречным вкусом. А озорные огоньки светились в его разных глазах. Глядя в эти глаза, можно было потеряться, ведь они смотрели прямиком к тебе в душу. Принц не любил свой дар и старался его избегать. Но иногда Джейрис задумывалась, а не магия ли власти над разумом делала Джоса таким невероятно обаятельным. Она настолько погрузилась в танец, что даже забыла, как совсем недавно умирала от страха, что принц раскроет ее секрет.

После нескольких танцев, запыхавшись, они отошли в сторону от толпы и снова оказались у памятника. Джейрис осторожно взглянула на Джоса, ожидая, что он скажет. Странно было видеть его здесь. Обычно высшая знать считала ниже своего достоинства подобные мероприятия.

Джос откинул со лба светлые волосы.

– Обожаю городские праздники. Наконец-то никакой придворной мишуры, – словно услышав ее мысли, сказал он и, затем немного помолчав, добавил: – Что ты здесь делаешь, Джейрис?

– Я тоже люблю городские праздники, – спокойно ответила Джей тоном, подразумевающим само собой разумеющимся ее нахождение здесь.

Джос усмехнулся. Если он и догадался, что ей не разрешали выходить из дворца, то решил ничего не говорить по этому поводу. Принц взглянул на памятник королю Андалии: величественный мужчина в свободных одеждах с решительным лицом завоевателя с высока смотрел на городскую площадь Балириса.

– Джейрис, ты знаешь историю Таргана Ваалара? – он сделал небольшую паузу и тут же заговорил снова: – Десятый на очереди к трону, являясь наследником лишь по материнской линии, он обошел всех принцев из правящего тогда рода Богдаров, призвав к себе на службу дракона. Они устроили настоящее побоище. А после Тризанд был предан Таргану до конца жизни. Он даже даровал своему королю рубиновое кольцо Верховного дракона, которое – поправь меня, если я ошибаюсь, – считалось у твоего народа знаком власти.

Джейрис кивнула. Зачем Джос рассказал ей историю, которую она читала не единожды?

– Странно, да? – продолжал Джос. – Драконы не отличались верностью каким-либо королям, кроме тех, кто принадлежал их силе.

Джейрис упорно молчала, натянув безмятежную улыбку. Для нее это опасный разговор. Любое неосторожное слово, и завтра ее будут сечь перед троном короля Долмара. Не говоря уже о незаконной вылазке из дворца.

Принц оторвал взгляд от памятника Таргану и улыбнулся девушке-дракону, будто зная ее опасения. Джейрис посетило ощущение: это было необычное мгновение молчаливого взаимопонимания между ними. А затем ее сознание внезапно затопили видения: она сжигает площадь дотла вместе с очаровательным принцем. В нос врезался удушающий запах гари и пепла. Как не вовремя. Джейрис быстро заморгала, отгоняя коварное наваждение, вызванное внутренней вспышкой ее силы.

Джос изящно протянул руку.

– Пойдем еще потанцуем.

Во дворец Джейрис возвращалась с принцем далеко за полночь. Охрана у ворот ничего не сказала, и она надеялась: все обошлось. Всю дорогу они безостановочно разговаривали обо всем. Джос очень начитан, а Джейрис проводила большую часть времени в библиотеке, поэтому у них всегда было о чем поговорить, начиная от политики и заканчивая древними легендами. Но про Тарагана и Тризанда они больше не вспоминали.

– Давай зайдем ко мне, – предложил Джос, пока они шли по длинным коридорам, минуя различные статуи. – У меня есть одна книга, я хочу дать ее тебе прочитать. И потом мы обязательно обсудим.

– Конечно, – равнодушно согласилась Джейрис, хотя внутри ликовала. Наконец-то шанс попасть в его покои.

Комната принца Джоса была удивительно похожа на комнату Анхеля. За исключением того, что у Джоса повсюду валялись книги. Ими были завалены диван, кресла и даже обеденный стол.

– Ого, – вырвалось у Джейрис.

– Да уж, – принц растерянно обвел взглядом комнату. – Не люблю, когда слуги убирают их, я потом ничего не могу найти. А времени заняться самому нет.

Взгляд Джейрис уперся в письменный стол, который тоже усыпали книги. Но помимо них там еще лежало множество свитков. Джей незаметно приблизилась к столу, сделав вид, что заинтересовалась корешками толстенных фолиантов.

Джос тем временем начал перебирать увесистые тома на диване в поисках необходимого.

Глаза Джейрис выхватывали обрывки записей, по большей части цитат из прочитанных книг. «Когда народ много знает, им трудно управлять», «Гений и безумие, как две стороны одной медали» и т. д. И наконец она увидела письмо. Но открывшийся участок показывал только имя: Мерена.

– Нашел, – громко сказал Джос.

Джейрис вздрогнула и повернулась к нему.

– Я тут рассматривала другие книги, заинтересовала... – Она быстро попыталась вспомнить, что ей попадалось на глаза, – воинский трактат.

Джос сильно удивился.

– Не знал, что тебе и такое интересно.

– Я же дракон. Мне интересно все, что связано с войной, – не моргнув глазом соврала Джейрис.

– Ясно, – улыбнулся Джос и протянул ей потрепанный том. – Держи, как прочитаешь, обсудим.

Джейрис взяла книгу, даже не взглянув на название.

– Благодарю за чудесный вечер, – и сделав реверанс, покинула покои принца.

Ну что ж, видимо, завтра ей придется встретиться с Анхелем и рассказать: принц Джос ведет переписку с королевой Мереной.

12

На следующий день еще до завтрака Джейрис стояла перед дверью в комнату принца Анхеля. Постучавшись, она поймала себя на мысли: гуляние по покоям принцев явно не скажется благотворно на ее репутации. Но ничего не поделать. Единственное место, где она знала, что сможет его найти, – спальня. Джейрис понятия не имела, как младший принц проводит свой день и где бывает.

Анхель открыл дверь. Он был уже одет, но выглядел заспанным. Хотя, возможно, он просто не раздевался с вечера, так как пил всю ночь.

– Чего тебе? – не слишком приветливо спросил принц.

– Есть новости, – скрывая раздражение, ответила Джей.

Анхель молча пропустил девушку-дракона внутрь. Она в очередной раз мысленно оценила обстановку в покоях. И внезапно поняла одну вещь. Ничего тут не говорило о том, кто здесь жил. В комнатах Джоса, как и в ее, полно книг, что указывало на любовь к чтению. В ее комнате очень часто беспорядок, что говорило о... хм, вероятно, о том, что она лентяйка. Но на самом деле у нее просто слишком редко выпадали свободные минуты, чтобы заботиться о каком-то порядке. В этой же комнате... Джейрис оглянулась, скользя взглядом по мебели. Обычная еще не заправленная кровать указывает на то, что он спит. Обеденный стол, что ест. Пустой письменный стол, что пишет. Ха-ха. Как и все люди. И ничего о его увлечениях или личности. Джейрис нахмурилась. Видимо, единственным увлечением Анхеля являлся алкоголь, обилие которого было представлено на маленьком столике у окна.

– Ну? – Принц закрыл дверь, отвлекая ее от размышлений.

Джейрис повернулась к нему лицом.

– Принц Джос ведет переписку с королевой Мереной.

– О чем?

– Этого я не знаю.

– И все? – равнодушно уточнил Анхель. Кажется, новость его нисколько не удивила.

Мерена – правительница соседнего государства Вестор. На данный момент между Андалией и Вестором действовал договор о мире. Но в прошлом этими двумя странами было пролито немало крови в боях. И до сих пор между ними оставались спорные территории.

Может, это и не подозрительно, что Джос ведет переписку с королевой, но все же немного странно.

– Мы с принцем не лучшие друзья. Даже эта информация досталась мне с трудом, – резко ответила Джейрис.

– Значит, Мерена... – задумчиво произнес Анхель, садясь в кресло. – Хорошо, ты можешь идти. И в следующий раз я жду чего-нибудь посущественнее.

Джейрис скривилась, но подчинилась.

Как всегда, после встречи с принцем есть не хотелось, злость распирала ее. Посущественнее! Ну надо же. Почему бы ему не прийти в покои брата и не посмотреть самому. Подумав, Джейрис осознала: это никак невозможно, так как всем известно, что принцы не ладят между собой.

Отказавшись от завтрака, Джейрис поспешила на тренировку. Она и так опаздывала, а это значит, Рэм уже придумывает новое изощренное наказание.

Джейрис сидела у себя в комнате, развалившись в кресле, раскинув руки и ноги в разные стороны. Все тело ныло, но ее это не заботило. Она подставила лицо солнечным лучам, обильно льющимся из окна, и наслаждалась редкими минутами безмятежности и безделья. Весеннее солнце щедро раздавало тепло, радуя изумительной погодой. Этим Джейрис и решила воспользоваться.

В дверь постучали. Вошедшая служанка, сделав реверанс, подала записку. Джейрис молча вытянула руку, не желая больше шевелить ни одной частью тела. Служанка положила плотно сложенный в несколько раз листок в раскрытую ладонь и тут же удалилась.

Джейрис лениво развернула его:

«С удовольствием. Жду вас в саду».

Джейрис медленно потянулась, с неохотой прерывая свою релаксацию. Полчаса назад она послала Элае записку с предложением пройтись в столь прекрасный день.

Она направилась к выходу, поймав отражение в зеркале. Легкие свободные штаны, светлая шелковая рубашка и волосы, спадающие волнами по спине. На фоне Элаи она будет выглядеть как крестьянская девчонка, несмотря на дороговизну тканей на ней. Но Джейрис утомляло носить платья, слишком много возни. К тому же большую часть дня она проводила на тренировках, к чему ей это в повседневной жизни?

После встречи в библиотеке Джейрис много раздумывала и в итоге решила обратить это себе на пользу. Какую бы цель ни преследовала Элая, она будет преследовать свою. При дворе сестры Авар занимали влиятельные позиции, Джейрис не повредит наладить этот контакт. Возможно, она сможет извлечь выгоду. Девушки были достаточно близки с принцами, кто знает, какие секреты те могли выболтать в постели.

Элая уже стояла у выхода, одетая в легкое бежевое платье, расшитое золотыми тюльпанами, прекрасная, как принцесса.

– Я очень рада, что вы предложили прогуляться. Сидеть в комнате становилось невыносимым, – завидев Джейрис, сказала она.

– Полностью согласна, – соврала Джей. Ей уже с утра хватило «прогулок», и она бы с удовольствием осталась в комнате.

– Почему вы передумали? – задала вопрос Элая, когда они не спеша пошли по дорожкам дворцового сада, которые уже успели одеться в сочную весеннюю зелень.

– Вам ответить честно или хватит какой-нибудь чепуховой любезности? – в ответ спросила Джейрис. Она протянула руку и сорвала плотный зеленый листок с ближайшего дерева.

Элая удивленно улыбнулась.

– Пожалуй, я выберу правду.

– Отличный выбор, – усмехнулась Джейрис, сминая листочек пальцами, и продолжила: – Мне стало интересно, чем я заслужила ваше внимание. Ведь я знаю точно, ваши сестры меня... недолюбливают.

Элая поджала губы.

– Мои сестры недолюбливают бо́льшую половину двора. Всех, кто не соответствует их каким-то сомнительным представлениям. А мне уже давно интересно с вами пообщаться. Вы окружены ореолом легенд и мифов. Мой отец всегда говорил, что это было грубейшей ошибкой короля Андалии взять вас ко двору. Вы погубите все, что нам дорого, – она сделала небольшую паузу. – Но я считаю, это не так. Ваша репутация гораздо хуже, чем вы есть на самом деле.

Джейрис немного опешила от подобной откровенности. Она приготовилась услышать привычные дворцовые вежливости, но, кажется, Элая имела привычку говорить прямо.

– Очень прямолинейно, – заметила Джейрис.

– Здесь, во дворце, это такая редкость – позволить говорить то, о чем думаешь. Мне почему-то кажется, вам было бы неприятно, если бы я начала юлить.

– Похоже, вы знаете меня гораздо лучше, чем я вас, – сказала Джейрис.

Элая улыбнулась.

– Мы легко можем это исправить.

Они прогуляли несколько часов, пока не заболели ноги. С Элаей было удивительно свободно общаться. Когда Джейрис направлялась на эту встречу, она готовилась к наискучнейшему времяпрепровождению, но все оказалось гораздо лучше. Элая рассказывала свои первые впечатления, когда они с сестрами появились при дворе, как она боялась короля, принцев и злобную девушку-дракона, а на самом деле никому из них до нее не было никакого дела. А еще она быстро поняла, в какой змеюшник угодила, и пришлось учиться жить по новым правилам. Джейрис понимающе кивала. Она жила тут чуть ли не с рождения, но до сих пор не научилась.

– Элая, раз уж мы говорим откровенно, я бы хотела спросить то, о чем и так все знают. Я пойму, если ты не захочешь отвечать. Но для меня это важно, – решилась Джейрис, в конце концов, она ничего не теряла.

Элая недоуменно взглянула на нее.

– С кем из принцев ты была близка?

Невероятно, но Элая засмеялась.

– Вот уж что точно давно не новость. С Эмилем.

– С Эмилем? – переспросила Джейрис. – Не знала, что его... это интересует.

Элая немного смутилась.

– Ну, как-то так вышло, – уклончиво сказала она.

Джейрис не стала дальше расспрашивать.

– Я слышала, вы с принцами не ладите, – внезапно произнесла Элая.

Джейрис фыркнула. Не ладят?!

– По-моему, это видно невооруженным глазом. Мы взаимно едва выносим друг друга, – она замолчала. – Кроме Джоса. Но он ладит со всеми.

Элая кивнула.

– Да, Джос очень обаятельный. И кажется, ты ему нравишься, – заметив удивленно вытянувшееся лицо Джейрис, она быстро добавила: – По крайней мере, так говорят. Ходят слухи, что вас видели вместе. Ну и ваши... танцы.

Чертовы слухи!

– Глупости все это, – отмахнулась Джейрис. – Мы просто иногда весело проводим время.

Элая тактично перевела разговор в другое русло.

Вечером король вызвал Джейрис на аудиенцию в свой кабинет. Девушка-дракон быстро шла, пересекая коридоры. Король редко звал ее. Что могло случиться? Рэм нажаловался? Или Джос рассказал, что видел ее на празднике в городе? Или кто-то заметил ее в покоях принцев? Судя по словам Элаи, о последнем многие знали. Во всяком случае, о дружбе с Джосом. Законом драконам запрещены близкие отношения с представителями королевского рода. Если что-то из этого, то король наверняка в ярости. И все наказания Рэма покажутся ей легкой прогулкой.

Джейрис стало не по себе, когда она вспомнила: в детстве ей было тяжело контролировать свою силу. Однажды она так разозлилась на дочку придворной дамы, что, несмотря на запрет пользоваться магией во дворце, сожгла ее прекрасное платье прямо на ней. Девочка не пострадала, но король велел при всех высечь Джейрис плетью, прямо в тронном зале. Да и Рэм раньше постоянно хлестал ее по поводу и без. Только последние годы девушка-дракон научилась не провоцировать его лишний раз.

Перед входом в кабинет Джейрис напустила на себя самоуверенный вид. Она не позволит ее запугать, что бы это ни было.

Стражник, стоящий перед дверью, зашел внутрь доложить о ее приходе. Джейрис нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, когда стражник вышел и сказал, что ей велено подождать.

Джейрис фыркнула, но осталась на месте. Кажется, в этом чертовом дворце всем нравилось то и дело указывать ее место. А ведь ее предки были великими правителями. Жестокими, но великими. Наверное, они сейчас насмехаются над ней из загробного мира, ведь она у короля и его детей на побегушках. Какой позор. Джейрис стиснула зубы, отгоняя эти мысли. В конце концов, если бы не король, она бы вообще здесь не стояла, он запросто мог отдать приказ об ее убийстве, когда она даже ходить не научилась. Хорошо это или плохо, Джейрис еще не решила, но последние события заставляли думать, что, видимо, все-таки плохо. Ведь у нее здесь прав не больше, чем у прислуги.

Размышления прервал стражник, показавшийся из-за двери, он кивнул, что она может проходить. Джейрис решительно вошла в кабинет с гордо поднятой головой.

Кабинет короля был небольшим: вдоль стен тянулись шкафы, заполненные книгами и свитками, в центре стоял большой прямоугольный дубовый стол, диван у окна и пару резных кресел, в углу виднелась красивая дверь, ведущая на балкон. Вот и все убранство кабинета короля Андалии.

Король Долмар сидел за столом, он был не один. Перед ним стояли два его сына, Эмиль и Анхель. Два брата очень похожи между собой: одинаково высокий рост, темные кудри и прямые черты лица. Исключение составляли глаза. Глаза Эмиля светло-голубые, как два кусочка льда, а глаза младшего принца черные как ночь. На лице Анхеля застыло привычное насмешливо-высокомерное выражение, казалось, он одинаково себя чувствовал и на аудиенции у короля, и в окружении своих друзей. Эмиль же выглядел холодно и сдержанно.

Оба принца даже не обернулись к ней. Джейрис поклонилась и стала ждать сбоку от них, когда король обратит внимание.

– Джейрис, – произнес он, – мы ждали тебя.

Мы? Он что, будет отчитывать ее в присутствии принцев? Как будто ей мало унижения от них.

Но Джейрис молчала, ожидая, когда король перейдет к сути.

– Своим сыновьям я уже сказал, теперь твоя очередь. На южной границе у нас уже давно неспокойно, но сейчас народ Долины совсем распоясался. Пришли новые донесения. Они подняли восстание. Там уже вовсю ведутся боевые действия. Я отправляю Эмиля и Анхеля на подавление мятежа. Ты поедешь с ними, – король немного помолчал. – Пора уже показать, на что ты способна.

Анхель искоса взглянул на нее и усмехнулся. А вот Эмиль никак не отреагировал.

Народ Долины поднял восстание... Что ж, это было предсказуемо. Эти территории Андалия присоединила к себе не более десяти лет назад после войны с Сарией, люди там так и не смирились. И вот их терпению пришел конец.

Джейрис снова поклонилась.

– Почту за честь.

Король махнул рукой, отпуская девушку.

Похоже, он не в курсе ее проступков. Иначе бы не стал молчать. Да еще и позволять наконец-то покинуть дворец. Многие годы она была заперта здесь как в темнице, пока не нашла тайный ход. Это стало глотком свежего воздуха. А теперь ей разрешили поехать к дальней границе королевства. Несмотря на то что путешествие предстояло не из легких, Джейрис не могла сдержать радость. Интересно только, зачем король отправляет сразу двух принцев? Понятное дело Эмиль. Он самый старший и опытный. Но вот Анхель... Очевидно, король захотел хоть ненадолго избавиться от младшего сына, надеясь, что война немного отрезвит его. Было бы неплохо.

Джейрис отправилась в библиотеку. Нужно изучать знаки, пока есть время.

13

Рей дал Айлан пару дней, чтобы освоиться и придумать план вторжения во дворец короля Охтара. Легко сказать. Одна мысль об этом заставляла желудок болезненно сжиматься. Айлан не знала, как быть шпионом. В детстве ее учили пользоваться силой, но она боялась и упорно сопротивлялась. Темнота вызывала в ней какой-то животный страх, и бабушка наказывала за это, заставляя сутками сидеть в подвале или сарае среди плотного темного полотна, такого густого, что трудно было дышать. Из-за этого ведьма еще больше ненавидела дар теней. Лишь будучи подростком Айлан стала потихоньку пытаться понять природу своей силы, и то только потому, что тени все равно постоянно кружили вокруг вне зависимости от ее желаний, и ей было необходимо научиться контролировать это. В Сарии магия неоднократно спасала Айлан жизнь и тем самым вынудила ведьму хоть как-то примириться со своей силой, но это не означало, что ей нравились ее способности.

Айлан убеждала себя: новая работа не хуже прочей, и она сможет с ней справиться. В конце концов, воровать она тоже когда-то не умела, но пришлось осваивать это ремесло.

В доме ведьме выделили отдельную комнату. Просторная, очень светлая. Окна выходили в сад прямо на цветущие деревья, которые теперь будили ее по утрам восхитительным ароматом.

В первый же день слуги принесли новую одежду. Это были и платья, и легкие туники, и штаны. Айлан очень обрадовалась платьям. Долгие годы ведьма носила только штаны, наконец-то она будет выглядеть не как мужчина. Служанка тщательно разложила все на широкой кровати, чтобы Айлан смогла разглядеть.

– Если вам еще что-то понадобится, только скажите. В ближайшее время придет портниха и снимет мерки. Вам сошьют более подходящие наряды, в соответствии с вашим ростом, – сказала служанка, расправляя ворот серого платья на покрывале. Рукав ее простой рубашки задрался, и Айлан заметила уродливое клеймо в виде птицы с широко раскрытыми крыльями на запястье. Какая насмешка. Птицы свободны и летели, куда желали, а носители этой отметины не могли даже вздохнуть лишний раз без разрешения.

– Так ты рабыня... – невольно вырвалось у Айлан. Она тут же пожалела о своих словах. Не очень-то вежливо тыкать в это.

Служанка выпрямилась, одергивая рукав, и спокойно посмотрела на ведьму. Темные волосы, слегка подернутые сединой, убраны в аккуратный пучок на затылке, легкие морщины, залегшие возле водянистых глаз, прорезались чуть сильнее, но голос не выдал эмоций.

– Нет вообще-то. Меня выкупили и дали свободу. Могу показать бумаги.

– Простите... – пробормотала Айлан, ощущая неловкость. – Я просто подумала... да и прислуживаете здесь...

– Мне дали свободу и предложили работу. Мне платят деньги. Но в любой момент я могу уйти. – Кажется, женщина нисколько не обиделась, а наоборот, гордилась своим положением.

– Вы уверены? – спросила Айлан. – Что вы знаете про этих людей? Что, если вас обманут?

С рабами такое происходило сплошь и рядом. Их покупали и продавали, как скот. Некоторым давали мнимую свободу, чтобы лучше работали, а как доходило до дела, то оказывалось: никакой свободы нет. И никому ничего не докажешь. Для свободных граждан это не люди, а вещи.

Айлан и сама чуть не стала рабыней. В первые дни жизни в Сарии на пути к столице Айлан напросилась жить в одну таверну, взамен обещая мыть полы. Владелец быстро понял, что она тут одна, неместная и без защиты, и продал ведьму работорговцам. Двое мужчин схватили ее в таверне и выволокли на улицу, где над костром уже раскалялась железная кочерга с выпуклым изображением летящей птицы на конце. Они собирались нанести клеймо на запястье, но Айлан вырвалась, она пнула поленья в костре, осыпав мужчин искрами. Этого мгновения хватило, чтобы отвлечь их и скрыть себя тенями. Айлан сбежала, а после затерялась в Реенике.

Женщина недоуменно вскинула брови.

– Обманут? Нет, здесь все по справедливости. Они покупают рабов и освобождают их. Кто хочет, остается работать за жалованье. Если не хотят, то уходят. Всех спокойно отпускают. У меня друг ушел, нас купили вместе. Сейчас работает каменщиком. Мы иногда видимся.

Теперь пришла очередь Айлан недоумевать.

– Покупают рабов и освобождают? Но зачем?

Женщина пожала плечами.

– Я не знаю. Мне неведомы их помыслы. Вам что-нибудь еще нужно?

Айлан покачала головой, и служанка покинула комнату, оставив еще больше вопросов, чем ответов. Мысли о ее новых знакомых не давали покоя: кто они такие? Чего добиваются? Зачем им шпион? Зачем они скупают рабов и нанимают на работу?

Айлан облачилась в платье дворцовой служанки короля Охтара. Она попросила прислугу дома попробовать раздобыть эту одежду, чтобы облегчить себе проникновение во дворец. Ей было странно, что они даже не удивились. Похоже, слуги привыкли получать нестандартные задания. Спустя час на ее кровати уже лежало чистое платье. Из-за высокого роста оно оказалось короче, чем должно быть, обнажая щиколотки. Оставалось надеяться, это не будет бросаться в глаза. Густые черные волосы Айлан убрала в пучок на затылке, подражая служанкам в доме. Ведьма взглянула в небольшое зеркало, стоящее на туалетном столике, и оценила результат. Она осталась довольна. Прическа ей подходила. Миндалевидные глаза темнели на смуглом лице как два чернильных пятна, а губы, благодаря хорошему питанию в последние дни, стали приобретать естественный цвет и больше не выглядели как две тонкие ниточки.

Айлан вздохнула. Если уж слуги справились с ее поручением, неужели она не в состоянии выполнить задание Рея. Единственное, что смущало, так это постановка задания. Узнать все. Все, что сможет. Ладно. Возможно, у нее получится понять на месте, что Рей хочет услышать.

На протяжении всего путешествия во дворце Айлан будут, естественно, помогать тени. Платье необходимо на случай, если что-то пойдет не так и ее заметят. Можно будет сказать, что она здесь служит. Пока все выяснится, она уже придумает, как сбежать.

Белокаменный дворец короля Охтара встретил Айлан безмятежностью. Она спокойно прошла сквозь главные ворота. Стража, заметив ее наряд, не обратила на гостью никакого внимания, приняв за дворцовую служанку, как и рассчитывала ведьма. Она на несколько секунд остановилась перед огромными бронзовыми дверьми, восхищаясь их массивностью и вспоминая, что совсем недавно ей хотелось сюда попасть. И вот выпал шанс. Хоть и совсем не такой, как ведьме могло представиться. «Опасайся желаний, в необходимости которых ты совсем не уверена. Желания имеют свойство исполняться», – подумалось Айлан. Громадный ястреб венчал двери. Ястреб – повелитель неба, символизировал силу и разум. Он распахнул крылья, приглашая зайти, но грозный взгляд предупреждал не делать этого.

Ведьма проскользнула внутрь. Как ни странно, там было пустынно, лишь тихое журчание фонтана, стоящего в холле, да чьи-то редкие шаги нарушали тишину.

Убедившись, что поблизости никого нет, Айлан окутала себя тенями и заскользила по длинным коридорам, стараясь держаться подальше от залитых солнцем площадок. В отличие от светлого камня снаружи внутренняя отделка всех ответвлений дворца была разной. В одном коридоре преобладал белый мрамор с зелеными прожилками, во втором нежно-голубой мрамор, в третьем светло-розовый... Дерево, ракушки, янтарь. Абсолютно каждое помещение этого места могло бы стать отдельным жилищем, но все вместе образовывало единый ансамбль, удивительным образом складываясь в цельную картину. Здесь сочеталось то, что, казалось, сочетаться не могло.

Айлан растерянно бродила из одного зала в другой. Красота дворца поражала. Больше всего ей нравились залы и коридоры, отделанные ракушками и прочими морскими атрибутами. Она сразу ощутила запах моря, приятно щекотавший ноздри солью, слышала шум прибоя и крики чаек. Рееник – морской город, имевший один из крупнейших портов континента. Но правда была в том, что, даже живя у моря, ты можешь не видеть его месяцами, а то и годами. Последний раз Айлан подходила к берегу полгода назад. А может, и больше. Она жила в противоположной от воды части города, да и не до того было. Море ей нравилось. Оно убаюкивало и обещало подарить покой, маня размеренным плеском. В Дагане моря не было. Это северная страна, которая демонстрировала только холод и заснеженные горы. Клан ведьм обосновался в этом королевстве зимы много столетий назад.

Когда волшебники создали драконов, те вышли из-под контроля и захватили власть. Как и волшебники с людьми, ведьмы пытались дать отпор, но только теряли своих сестер. Тогда Верховная ведьма Даяра и Верховный дракон Асграна заключили Соглашение: ведьмы покидают арену боевых действий и уходят в Даган, а драконы не вторгаются туда и обещают им неприкосновенность. Так и жили они обособленной жизнью, держась в стороне от всех войн и сражений. Когда драконов низвергли, король Дагана потребовал плату за проживание на его землях. Раз в несколько десятилетий одна ведьма отправлялась на службу ко двору, помогая правителю своей силой и советами управлять страной, но никогда не вмешиваясь во внешнюю политику. Ведьмы неукоснительно следовали Соглашению, даже несмотря на практически сошедшее на нет влияние драконов, и король знал об этом. Конечно, в приоритете на эту службу являлись танцующие с тенями. Айлан растили с мыслью, что, достигнув определенного возраста, она отправится к королю Мирдраду во дворец. Но Айлан не желала подобной участи. Она была наслышана про эту «службу». Властный и жестокий король будет заставлять ее участвовать в своих самых жутких и мерзких замыслах. Он не гнушался пыток и убийств верных советников и лордов. Ведьма, находящаяся на службе, не имела ни права голоса, ни права ослушаться или не подчиниться. Даже если приказы короля далеки от политических. Ходил слух, что он мечтал зачать ребенка от ведьмы, чтобы в его роду соединились две ветви: ведьм и древних волшебников. У короля уже было двое детей: Хар и Нелида. Ищейки. Так между собой они называли их. Они могли выследить кого угодно. Только бы ветер донес хотя бы мимолетный запах преследуемого. Но король хотел наследника с более активным даром, чтобы он мог соперничать хотя бы с принцами Андалии, чьи силы гораздо ощутимее и существеннее. Айлан претила мысль стать королевским сосудом для вынашивания потомства. Еще одна из причин ее побега. Но такую цену заплатили ведьмы за спокойную жизнь.

Айлан оказалась в очередном зале, который, по-видимому, являлся картинной галереей. Стены увешаны портретами различных людей в коронах (возможно, портреты всех правящих королей и королев Сарии), картины с пейзажами, натюрмортами и животными. Все прорисовано с особой тщательностью. Наверное, авторы были мастерами своего дела. Айлан ничего в этом не понимала и двинулась дальше. Иногда мимо начинали сновать слуги, но они не замечали тихую тень, блуждающую рядом с ними.

С большим трудом, но ей удалось найти кабинет короля. Где еще можно попробовать выяснить секретную информацию, как не на рабочем месте главы государства. Охраны не было, так как король отсутствовал, поэтому Айлан спокойно проникла внутрь, по-прежнему укрытая неизменными теневыми спутниками.

Помещение, хоть и небольшое, казалось гораздо просторнее, чем являлось на самом деле, благодаря открытому пространству, заменяющему окна и ведущему прямо на террасу. На столе из вишневого дерева был идеальный порядок, но Айлан все равно подошла к нему и начала осторожно перебирать аккуратные стопки бумаг, разложенные со скрупулезной педантичностью. Счета, отчеты по растрате денег из казны, доклады от командира королевской стражи, разработка новых законов и указов... Все это едва ли хоть сколько-нибудь заинтересует Рея. Скорее вызовет желание поспать. Ей во что бы то ни стало хотелось произвести на него впечатление. Показать, что он не зря нанял ее, что она не полная бездарность. Ей нужна эта работа. Айлан не желала возвращаться в трущобы и снова воровать.

Взгляд наткнулся на письма, на одном из которых был набросан схематичный рисунок: каф в виде лаврового листа и небольшая приписка:

Самый старый летописец, которого я смог найти, полагает, эта сережка выглядела именно так. Но последний раз ее видели лет триста назад. Считается уничтоженной.

Айлан нахмурилась. Это что-то означало. На всякий случай она тщательно рассмотрела рисунок, едва касаясь пальцами пергамента, и постаралась запомнить мельчайшие детали.

Внезапно за дверью послышались шаги. Ведьма быстро вернула все бумажки на свои места и метнулась в угол, сгущая тени так сильно, что даже самая темная ночь могла им позавидовать.

В комнату вошел невысокий мужчина с пепельно-русыми волосами и густой бородой. Он решительно подошел к столу и вольно расселся на большом кожаном кресле. Король Охтар. Ему было не больше сорока. Энергичный мужчина со спокойным лицом. Он взялся за чистый листок и принялся писать. Король даже не заметил незаконного вторжения на его территорию.

Айлан вжалась в стену, боясь вздохнуть. Только бы Охтар не решил что-нибудь поискать в этой части комнаты. Его явно насторожит странная темнота этого угла. Достаточно будет протянуть руку, и все вскроется. Какой дар был у короля? Все главы королевств на континенте являлись потомками древних волшебников, и все они обладали магией. Айлан попыталась ощутить его силу, но тени были настолько плотные, что прятали не только ее от внешнего мира, но и блокировали восприятие изнутри.

В дверь постучали, и вошел стражник, одетый в ярко-красную униформу солдат Сарии.

– Пришел генерал Латор, – доложил он.

– Пусть войдет, – отозвался король, не отрываясь от записей.

Генерал Латор оказался мужчиной в возрасте, с седеющей бородой и большим носом.

– Ваше Величество, – он встал недалеко от стола и чинно поклонился. На нем точно такая же униформа, только дополненная роскошным белым камзолом.

Король не спеша заканчивал писать, а генерал тем временем блуждал взглядом по кабинету. У Айлан чуть не остановилось сердце, когда проницательные глаза скользнули по ее укрытию. Но затем они равнодушно двинулись дальше, и ведьма вознесла молитву Лунной богине.

– Я слушаю тебя, – наконец прервал затянувшееся ожидание генерала Охтар, откладывая пергамент в сторону.

– Я получил интересные донесения из Андалии и Дагана.

Даган. Айлан вздрогнула от упоминания о родине.

Король кивнул, веля генералу продолжать.

– Наследный принц Дагана Хар и принцесса Нелида покинули дворец в Миразме. Конечная цель их путешествия пока неизвестна. Предположительно – плановый объезд границ.

– Узнать больше, – только и отреагировал Охтар.

Латор кивнул.

– В Андалии наследный принц Эмиль и принц Анхель с отрядом отправляются в Долину.

Руки Охтара гневно сжались в кулаки.

Айлан порылась в памяти, пытаясь понять, что могло разозлить короля. Ответ пришел быстро. Десять лет назад закончилась война между Сарией и Андалией, и Долина отошла к королевству-победителю. Сария едва приняла этот факт, и только вероятность очередной войны удерживала их от мести.

– Надеюсь, Долина не подведет и сотрет самодовольные ухмылочки с их гнусных андалийских морд, – король выплюнул эти слова так, будто подавился ядом. – У нас же все готово?

– Да, но... Говорят, с ними дракон, – генерал недовольно сдвинул брови. – Если это так, то Долину спалят дотла.

Глаза ведьмы расширились. Дракон. Все на Астероне знали: у короля Андалии есть дракон. Но Айлан почему-то думалось, он сидит в серебряной темнице в самом темном и глубоком подземелье. Не мог же король Долмар в самом деле давать свободу передвижения столь опасному существу.

– Он ничего не сказал о драконе... – потрясенно прошептал Охтар и ударил кулаком по столу.

О ком идет речь? Генерал Латор не сказал?

– Долмару следовало посадить его на серебряную цепь, а не давать возможность сбежать и начать творить злодеяния, – он начинал злиться еще больше. Похоже, полученные сведения нисколько не радовали короля, но затем он вздохнул и добавил: – Мы не знаем способностей этого дракона. Его предшественник едва справлялся с костровой чашей. Возможно, мы зря переживаем.

Генерал поклонился и вышел.

Король еще какое-то время перебирал бумаги на столе и спустя час покинул кабинет. Какой бы силой Охтар ни обладал, она не подсказала ему, что он был здесь не один. Айлан тут же поспешила убраться подальше.

14

Рей молча слушал рассказ Айлан о пребывании в королевском дворце. Ведьме в очередной раз стало неуютно в его присутствии, так как она все еще ничего не знала о внешности этого человека. Но отчетливо чувствовала его требовательный и пронизывающий взгляд, который прожигал насквозь.

Айлан подробно пересказала все услышанное в кабинете короля Охтара. Каким-то образом Сария устроила ловушку для Андалии, очевидно, воспользовавшись оставшимся влиянием на своих прежних территориях. Рей задумчиво водил пальцами по столу из черного оникса, что-то вырисовывая. Они находились в уютной гостиной, стены которой окрашены в кремовые тона, но не имели никаких более украшений: ни узоров, ни картин, ни хотя бы цветов. Зато здесь было много мягкой мебели, которая вызывала непреодолимое желание посидеть на ней: несколько диванов, кресла, стулья с обитыми тканью спинками. Но ведьма продолжала стоять напротив Рея.

– Так Джейрис сейчас в Долине? – внезапно перебил он.

– Джейрис? – переспросила Айлан.

– Джейрис. Дракон, – раздраженно пояснил Рей.

Конечно. Дракон. Она должна была слышать ее имя.

– Похоже на то, – ответила ведьма, – или на пути туда.

Рей удовлетворенно хмыкнул, сделав какой-то мысленный вывод для себя, но не делясь им с ней.

Айлан продолжила повествование, переходя к увиденному на столе короля рисунку, сопроводив эту историю своим собственным изображением по памяти. Рей мельком взглянул на него. Сначала ведьме показалось, он не посчитал это важным, но затем она почувствовала его вспыхнувший интерес.

– Что это такое? – все же решилась спросить она.

– Согласно легенде, сережка-каф, якобы принадлежавшая богине охоты. Надев ее на ухо, человек получает способность слышать все что угодно на многие километры вокруг.

– Неужели подобный артефакт действительно существует?

Рей откинулся на спинку стула и пожал плечами.

– А почему нет?

Айлан распирало любопытство.

– В письме сказано, он считается уничтоженным. Но король Охтар так не думает. Где же может быть спрятана такая ценность?

Ей бы пригодился подобный предмет в новой работе. Хотя если бы у Рея появился этот артефакт, то и шпионка ему, скорее всего, не понадобилась бы.

– Желаешь отправиться на поиски? – мужчина безучастно взглянул на нее и, не дождавшись ответа, спросил: – Это все, что ты смогла узнать?

Айлан сглотнула, переминаясь с ноги на ногу.

– Я знаю все ходы и выходы из дворца, включая тайные ходы и канализационные стоки.

После кабинета ведьма потратила не один час, исследуя дворец, роясь в библиотечных книгах и картах. Она не могла явиться только с расплывчатой информацией из донесения генерала и рисунком сомнительной ценности.

– Могу нарисовать подробную схему, как незаметно проникнуть во дворец. Я знаю расположение всех ключевых помещений и все точки размещения королевской стражи.

Несколько мгновений Рей смотрел на нее и ничего не говорил. Айлан начала ожидать худшее. Сейчас он вышвырнет ее отсюда обратно на улицу...

– Прекрасно, – наконец прервал свое молчание Рей.

Айлан чуть не упала в обморок от облегчения.

– Пока можешь быть свободна, но будь готова вскоре отправиться в путь.

– Зачем ты убила меня?

Айлан вздрогнула, очнувшись ото сна. Она взмокла от пота, и волосы противно прилипли к шее, неприятно покалывая кожу. Ведьма вскочила с постели с такой скоростью, словно кто-то преследовал ее, а она убегала. Простыни были влажными и смятыми от ее метаний. Айлан снова снился кошмар. Сон всегда заканчивался одним и тем же. И она никогда не знала, что ответить. Тогда она ведь могла просто его ранить и исчезнуть с помощью своей магии. Но Айлан убила.

Ведьма подошла к окну и распахнула деревянные створки, впуская нежный цветочный воздух в душную комнату. Помещение тут же наполнилось звуками сада: шум фонтана, пение птиц, стрекот сверчков и веселые крики. Касимус и светловолосый мужчина сражались на мечах, а голубоглазая девушка называла их неповоротливыми коалами. Кто такие коалы, Айлан не знала, но вряд ли что-то лестное. Но зато она понимала слово «неповоротливые», и уж это точно не про них. Ее поражало, как легко и быстро они двигались, словно в руках не тяжелые мечи, а легкие тростинки. Удары – сильны и точны. Каждое движение отработано настолько, что казалось абсолютно естественным, а оружие как будто являлось неотделимой их частью.

Айлан постепенно осваивалась в доме, прогуливаясь по комнатам и залам. В столовой она иногда пересекалась с Касом и двумя другими знакомыми ей жильцами, но их имен она до сих пор не знала. Что за странная скрытность. Только Касимус не опасался открыть эту очень «важную тайну». Но в основном они либо отсутствовали, либо проводили время в саду, устраивая подобные тренировочные сражения друг с другом. Айлан часто наблюдала за ними из окна своей комнаты. Ее это завораживало. Голубоглазая девушка тоже активно участвовала в тренировках и сражалась ничуть не хуже мужчин. Айлан даже видела, как один раз она одолела Касимуса. Хохот блондина, когда меч девушки оказался у горла Каса, наверное, услышал весь Рееник.

Интересовалась Айлан и жизнью слуг. Все они оказались бывшими рабами. Ей до сих пор представлялось это невозможным. Но они показали подлинные бумаги и рассказали про других своих родственников, друзей, которых так же освободили, и они спокойно покинули дом, кто-то город, а кто-то и страну. Это было подозрительно... благородно. Рей ведь мог просто купить рабов, и те были бы обязаны служить. К чему эти сложности с освобождением.

Поздними вечерами или ранним утром, когда сад пустовал, ведьма прогуливалась по его дорожкам, тщательно исследуя растительность, подмечая полезные травы и цветы, которые можно использовать в приготовлении зелий или целебных мазей. Как и положено порядочной ведьме, Айлан в травах разбиралась. Но она не только знала их, ей нравилось копаться в земле, выращивать, наблюдать, как из крошечного росточка появляется целый куст. Это зачаровывало, ведь вот она – подлинная сила и торжество жизни.

Рей сказал, скоро ей придется отправиться в путь, но не сказал, куда и надолго ли, поэтому Айлан внимательно отбирала растения, срезала и уносила к себе в комнату, чтобы просушить и взять с собой. Но в саду недоставало многого, и она задалась целью по возвращении обязательно заняться посадкой.

Вечером Айлан привычно спустилась в сад, рассчитывая побыть наедине с природой. Она никого не видела в течение дня, не считая слуг, поэтому думала, что находилась в доме одна, но ошиблась. Касимус «танцевал» по траве с копьем в руке, а девушка с мечом пыталась его атаковать. Но он был слишком быстр, непринужденно парируя ее удары своим смешным оружием по сравнению с тяжеловесным мечом «противницы».

– Что хотела, ведьмочка? – не слишком дружелюбно обратился к ней светловолосый мужчина, стреляя из лука по приделанной к яблоневому дереву мишени. Он одет в черный кожаный костюм, который подчеркивал его тугие мышцы рук и спины, на поясе висели меч и кинжалы. Все они тренировались в подобной одежде. И как только не изнывали от жары в плотной коже.

– Просто пришла посмотреть.

Он тут же отбросил свой лук и направился к ней. Остановившись в нескольких шагах и заложив руки за спину, мужчина изучающе окинул ее взглядом, беззастенчиво оглядывая все изгибы тела, скрытые легким платьем цвета спелой сливы.

Айлан вспыхнула.

– Ты хоть драться-то умеешь? – спросил он.

До Айлан внезапно дошло: он оценивал ее вовсе не как женщину, а как бойца. Стало еще более неловко.

– Я ведьма. Мне это ни к чему. У меня есть магия, – холодно ответила она.

– Неужели? – Мужчина усмехнулся.

В следующую секунду он молниеносно преодолел расстояние между ними и ударил по ногам. Айлан тут же потеряла равновесие и начала падать. В последний момент мужчина ухватил ее за руку, смягчив падение.

– Ну и где твоя магия теперь? – продолжал насмехаться он, нависая над ней.

Тени заклубились вокруг. Но это было глупо. Айлан отогнала их прочь.

– Магия не всегда сможет тебе помочь. Не стоит полагаться на нее, – поучал белокурый воин. – Рассчитывай только на себя. Твое тело – твое главное оружие. Порой один взмах руки сделает для тебя больше, чем вся волшебная сила.

Айлан резко села, шокированная внезапным «нападением».

– Знаешь что?.. – запальчиво начала она.

– Что? – мужчина склонился к ней еще ближе, его зеленые глаза загорелись в предвкушении словесной перепалки.

Айлан выдернула руку, которую он все еще сжимал.

– Ничего, – буркнула она. Ведьма не знала, что ему ответить. Лунная богиня не одарила ее острым языком.

На лице мужчины появилось неприкрытое разочарование.

– Оставь ее уже, – бросил Касимус. Поединок закончился, и теперь он приближался к ним.

Айлан продолжала сидеть на земле. Непрошеный «наставник» пожал плечами и пошел к голубоглазой девушке, вызывающе подбрасывая кинжалы вверх.

Айлан все еще была растерянна, оставаясь на теплой траве, когда Кас сел рядом и улыбнулся, убирая с лица налипшие рыжие волосы.

– Не обращай на него внимания. Кто-то обожает красоваться.

– Все в порядке, – Айлан не ответила на его улыбку. – Пожалуй, он прав. Он так легко меня одолел. Я даже не успела ничего предпринять.

– Неудивительно. Он занимается этим много лет. А ты едва ли сможешь удержать меч в руке, ведь так? – Кас рассеянно наблюдал за поединком между своими напарниками. Девушка ощутимо уступала блондину. Но сражение не заканчивалось, потому что мужчина нарочно поддавался. Он вполне справедливо мог считаться лучшим бойцом среди них. Да и вообще лучшим воином. Он как будто родился с мечом в руке. Он постоянно одерживал верх и над Касом. А однажды Айлан видела, как он одолел Рея. Хотя наверняка сказать было сложно: оба двигались слишком быстро, и глаза ведьмы не успевали уловить, где чье оружие.

– Я умею пользоваться кинжалом. Мне приходилось... пару раз.

Айлан поспешно затолкала попытавшиеся вырваться на волю воспоминания.

– Понимаю, – кивнул Кас, решая не вдаваться в подробности. – Я тебе потом покажу пару интересных приемов. Его, – он ткнул пальцем в светловолосого бойца, – ты, конечно, не одолеешь, а вот кому попроще сможешь дать отпор.

– Спасибо, – пробормотала она, слегка удивленная его благодушием. – Откуда вы умеете так потрясающе драться?

Касимус немного помолчал, раздумывая над тем, стоит ли отвечать на вопрос.

– Мы учились этому долгие годы.

– Когда встретили Рея? – предположила Айлан. Она чувствовала: именно Рей являлся связующим звеном между ними. Его сила и авторитет столь ощутимы, что невозможно было противиться.

Кас кивнул.

– Но почему вы следуете за ним?

Касимус посмотрел на небо, которое отдавало такой яркой синевой, что даже море бледнело.

– Мы верим ему. Мне было девять, когда я познакомился с ним. Он вложил в мою руку меч и сказал: «Выбор всегда за тобой. Но в этом мире обязательно найдется тот, кто захочет причинить тебе вред. Нанеси удар первым». Тогда и сейчас это очень важные слова для меня. Я никогда не забываю этот совет.

– Получается, он старше вас? – все они внешне выглядели ровесниками. Лет двадцать пять, не больше.

Кас в очередной раз кивнул, но на его лицо набежала легкая тень.

– Кто вы все же такие? – в очередной раз не выдержала Айлан. Надежды мало, но... вдруг.

Касимус хитро прищурился, отгоняя сумрак из серых глаз.

– А ты как думаешь?

Айлан задумалась. Вариант только один. Их магический дар явственно ощущался, окружая легкой дымкой. Даже чары не могли это замаскировать.

– Какие-то маги?

– Можно сказать и так, – уклончиво ответил Кас, снова улыбаясь. Он всегда улыбался ей. Но Айлан замечала постоянную печаль и тяжесть в его глазах, которые ни одна улыбка не в состоянии скрыть. Что же его тяготило?

Ведьма вздохнула.

– Странно, что Рей...

– Как-как? – хихикнув, вклинился блондин, который уже закончил поединок. – Ты зовешь его Рей? Всегда теперь буду его так называть.

– Не советую этого делать при нем, – серьезно произнес Касимус, но было заметно, как он тоже едва сдерживался от смеха.

Айлан не понимала, что не так с именем Рей.

Кас замахал руками, показывая не брать это в голову.

15

Последующие два дня Джейрис практически не спала. Рэм гонял ее с утра до вечера, позволяя отвлекаться только на легкие перекусы. Кажется, он боялся, что она подведет его и опозорится в битве, поэтому решил вытрясти из нее всю душу. После окончания изнурительных тренировок тоже было не до отдыха. Джейрис засиживалась в библиотеке допоздна, вырисовывая знаки, а когда время переваливало за полночь, тайком уносила книги в спальню и продолжала учить.

Еще приходилось выкраивать время для Элаи, которая стала для нее прекрасным собеседником, а также отличным источником дворцовых сплетен. Какой-то ценной информации Джейрис так и не узнала, а вот слушать про напыщенных придворных оказалось очень забавно.

К счастью, Анхелю, похоже, тоже было не до нее. Он не вызывал ее к себе и не напоминал, что нужно следить за Джосом. Джейрис не представляла, чем сейчас заняты принцы. В обеденном зале она появлялась редко, но даже в эти мгновения не встречала никого из них. Джейрис хотелось верить, что суровый Эмиль нещадно гоняет Анхеля, подготавливая его к походу так же, как ее гонял Рэм. Признаться, она даже не помнила, видела ли когда-нибудь Анхеля с мечом. Только с бутылкой или бокалом. Интересно, принц вообще умеет сражаться? Должен уметь, вряд ли король допустил бы такое упущение в воспитании своего хоть и младшего, но сына.

Завтра утром они выступали. Джейрис устало возвращалась в свои покои. Под курткой слегка топорщилась новая книжная порция. Библиотекари постоянно жаловались на нее, что она забирала их сокровища и они неоднократно не могли найти ту или иную книгу. Но какое ей дело до их жалоб. Когда Джейрис разрешат ночевать в библиотеке, тогда и перестанет забирать.

Но подойдя к комнате и открыв дверь, она чуть не выронила свою добычу на пол. В кресле возле ее письменного стола, откинув голову на спинку, сидел принц Джос.

– Видимо, твоя комната – последнее место, где ты появляешься, – утомленно произнес он, поднимая голову.

– Давно ждешь? – спросила Джейрис, стараясь не показывать удивления.

– Ну, так... – протянул Джос, – я сначала стоял возле дверей, но мне надоело. Решил присесть.

Джейрис подошла к столу и выложила книги.

– Что-то случилось?

– Я хотел попрощаться сегодня. Завтра уже будет не до того, – Джос поднялся.

Джейрис уже собиралась сказать, что в этом нет необходимости, когда ее взгляд упал на кровать. Она замерла. Сердце бешено заколотилось. На бордовом покрывале лежала гитара. Отблески зажженных свечей игриво отскакивали от красного дерева. Джейрис зачарованно подошла и осторожно коснулась инструмента. Эта гитара в десятки раз лучше и дороже той, которая была у нее в детстве.

– Это ты принес? – ошеломленно спросила она, переводя взгляд на Джоса.

– Нет вообще-то, – ей показалось, или тень пробежала по лицу принца, но тут же появилась привычная улыбка. – Когда я пришел, это уже было здесь. Я думал, ты в курсе.

Джейрис покачала головой. Она была потрясена. Кто мог сделать ей такой ценный подарок? Кто в принципе мог сделать ей хоть какой-нибудь подарок во дворце, кроме Джоса?

Принц подошел, взял гитару и покрутил ее, внимательно рассматривая.

– Похоже, кто-то решил порадовать тебя, – он заметил, что струны были золотыми. – Это не гитара. Это произведение искусства.

Джейрис продолжала смотреть на гитару и внезапно замотала головой.

– Должно быть, произошла какая-то ошибка.

– Сомневаюсь, – усмехнулся Джос, – я не слышал, чтобы кто-нибудь из придворных проявлял интерес к этому музыкальному инструменту. – Принц опустил гитару обратно на кровать. – Возьми ее с собой. Будет чем заняться вечерами.

Может, это король? Хотя с чего бы. Джейрис сделала мысленную отметку завтра спросить слуг, вдруг они видели, кто принес. Но не стоило надеяться на это, так как ей достались самые безалаберные слуги дворца.

– Ну и как ты себя чувствуешь перед отъездом? Волнуешься? – обращая ее внимание на себя, спросил Джос. Оказалось, он уже стоит совсем рядом.

Джейрис с трудом отвернулась от гитары.

– Прекрасно, – ответила она. – Я рада наконец-то отправиться хоть куда-то дальше дворцового сада.

Джос усмехнулся.

– Везет. Когда отец первый раз послал меня на какую-то пустяковую стычку, я чуть не умер от страха. Но мне тогда помог его совет, который я могу дать и тебе: «Когда утратишь путь в час тревоги, не блуждай в лесу, как в лабиринте. В обход иль напрямик, конец один. Вопрос только в том, как ты придешь к нему».

Джейрис уже слышала эти слова. Рэм постоянно твердил ей нечто подобное, правда, в более нецензурных выражениях. Она улыбнулась принцу, озадаченная неожиданным признанием о страхе.

– Верится с трудом.

– Почему? – удивился Джос. Теперь он уже стоял почти вплотную.

Джейрис пришлось задрать голову, чтобы видеть его лицо. Какой же он... притягательный. Невероятные глаза скользнули по ней. Она почувствовала вспыхнувшее между ними напряжение. Ее бросило в жар.

– Сложно представить, что в этом мире хоть какая-то сила способна тебя напугать.

– Ты правда так считаешь? – тихо спросил он, наклоняясь.

– Правда, – прошептала Джейрис, не в силах отвести взгляд от его чувственных губ.

В следующее мгновение Джос привлек ее к себе и поцеловал. Джейрис не осознавала, что происходит, но ответила на поцелуй, касаясь его плеч. Она чувствовала непреодолимое желание, которое заполнило каждую клеточку тела. Принц прижимал ее все крепче, страстно целуя. Их дыхание сбилось. Его губы были удивительно мягкими и нежными. Ох, как же хорошо он целовался... Неудивительно, что девушки теряли от него голову.

– Удачи тебе, Джейрис, – так же едва слышно сказал Джос, отстраняясь. – Она тебе понадобится.

Принц выпустил ее из своих объятий и покинул комнату, оставив Джейрис осмыслять события вечера в одиночестве.

Джейрис проснулась еще задолго до рассвета. Вчера она уснула прямо в одежде с книгой в обнимку. Не то чтобы она сильно боялась предстоящей битвы, но лучше основательно подготовиться.

Мысли пребывали в беспорядке. Поцелуй Джоса выбил ее из колеи. Джейрис, конечно, чувствовала его симпатию, но любвеобильный принц симпатизировал многим, поэтому она старалась не задумываться об этом. А если бы Джос не остановился, зашло бы у них настолько далеко? Джейрис нравился принц, с ним было легко и комфортно. И он никогда не боялся ее и не выказывал пренебрежения, в отличие от братьев и сестры. Но... что это означало с его стороны? Слишком теплое прощание или намек на нечто большее?

Джейрис села на постели и провела рукой по лицу, отгоняя назойливые мысли. Она подумает об этом позже. Возможно, даже когда вернется во дворец. Сейчас совсем не до того.

Все уже было готово, можно выступать. Джейрис оделась в черный костюм, приладила сбоку меч и тщательно спрятала заговоренные своей кровью кинжалы в рукавах. Рыжие волосы заплела в косу и перекинула через плечо. Слуги принесли завтрак в виде двух вареных яиц и каши. Быстро запихнув в себя всю еду, Джейрис покинула комнату. Ее вещи уже отправили вниз, поэтому она поспешила туда. Джейрис также распорядилась упаковать и отнести новую гитару. Еще одна загадка: кто мог сделать ей такой щедрый подарок. Еще одна вещь, о которой ей некогда раздумывать.

Принц Эмиль уже закончил приготовления и готовился седлать вороного коня. Он был мрачен. А вот Анхеля не видно. Все стандартно. Джейрис слегка поклонилась. Эмиль неодобрительно посмотрел на нее и приказал слуге немедленно привести брата. Джейрис подошла к своей лошади и поправила седельные сумки, а также проверила, насколько прочно затянуто седло.

– Надеюсь, ты не доставишь мне проблем, – раздался рядом ледяной голос.

Джейрис обернулась. Она и не услышала, как принц подошел. Эмиль буравил ее холодными глазами. Насколько же этот взгляд отличался от взгляда Джоса вчера. Способность старшего принца – умение превращать в лед все, что пожелает, поэтому неудивительно, что он сам как ледяное изваяние.

– Разумеется, нет, – как можно спокойнее ответила Джейрис, выдерживая его взгляд. – Жду того же и от вас.

– Не дерзи, – тихо сказал Эмиль. Но от этого тихого голоса становилось не по себе.

Через четверть часа появился Анхель и, отмахнувшись от брата, сразу вскочил на серого коня. Пора выдвигаться. Путь предстоял неблизкий. До южной границы минимум неделя пути.

16

Дорога была спокойной. Первые несколько дней Джейрис переполняла безумная энергия. Она старательно избегала общества принцев, чтобы лишний раз не провоцировать себя на гнев. Ей нравилось абсолютно все вокруг: зеленые деревья, поля, яркое солнце, милые деревушки и даже сон в палатках. Деревни, которые они проезжали, вызывали в ней любопытство. Джейрис никогда не покидала города и потому очень удивилась небольшим домикам, которые так разительно отличались от построек, окружавших дворец. Люди бросали на них заинтересованные взгляды из своих садов, а кто-то даже махал рукой. Джейрис улыбалась и отвечала тем же. Их внимание ей понравилось. Конечно же, они радовались принцам, а вовсе не дракону, но да какая разница.

Вечерами Джейрис развлекала солдат, пытаясь припомнить, как играть на гитаре. Поначалу они настороженно относились к ее обществу, но потом, поняв, что казней через сожжение не предвидится, расслабились и стали постоянными слушателями. Вначале получалось не очень. Джейрис едва помнила, как правильно держать музыкальный инструмент, не говоря уже про аккорды. Но постепенно руки сами вспоминали, что надо делать. В памяти всплывали песни, которые она когда-то знала. Некоторые солдаты тоже умели играть и вскоре с готовностью стали раздавать советы.

В общем, Джейрис казалось, она едет не на войну, а просто путешествует по стране, отлично проводя время.

– Не бей по струнам так, словно хочешь их перерубить, – поморщившись, сказал Мар, русоволосый солдат.

Темнело. Час назад они разбили лагерь на опушке леса. Теперь Джейрис сидела у костра и намеревалась что-нибудь сыграть перед сном. Остальные разбрелись кто куда: кто-то уже лег спать, кто-то дожевывал ужин, кто-то занимался своими делами. Мар – один из немногих умевших обращаться с гитарой, поэтому решил составить ей компанию у костра.

– Так? – уточнила Джейрис, осторожно перебирая струны.

– Уже лучше, – одобрил он.

Джейрис принялась наигрывать балладу. Оказалось, это одна из любимых песен завсегдатаев таверн. Мар слушал, одобрительно кивая и подбрасывая дрова в костер. Джейрис не стала его расстраивать и говорить, что ее костры могут гореть и на голой земле, пока она не решит прекратить.

– Мне эта баллада напоминает песню о первом драконе, – Мар почесал нос.

– Это какую же? – удивилась Джейрис.

Неужели есть песни о первородном драконе, о котором она читала в дневнике?

– Ну как же, о Нархиль и ее сыне. Женщина, будучи беременной, утверждала: дитя, которое она носила, – сын дракона. Новорожденный внешне был совсем как человек, но обладал особым огненным даром. Уже при рождении он сжег свою мать, и в дальнейшем кто бы ни брал его к себе на воспитание, то погибал в пожаре. Ребенок вырос и стал королем. А потом его убили доблестные воины.

Джейрис читала эту старую легенду. Нелогичная история, выдуманная людьми для развлечения. Еще и песню сочинили.

– Кто бы сомневался, – тихо заворчала Джейрис и добавила громче: – Глупые выдумки, никакой Нархиль никогда не существовало, а драконов создали древние волшебники.

Ее тон прозвучал резко, и Мар рассеянно заморгал.

– Да я так, песню просто вспомнил.

Джейрис заиграла другую мелодию, которой ее научили, забывая байку Мара.

Внезапно боковым зрением она заметила: Мар вскочил и кланялся. Рука дрогнула, и песня оборвалась.

– Что же ты остановилась? – спросил насмешливый голос рядом.

Джейрис не спеша поднялась и тоже поклонилась. Анхель, одетый в простую походную одежду, все равно выглядел как принц. Даже меч, висящий на бедрах, был скромным. Никаких вычурных рукояток и других украшений. Казалось, он намеренно хотел скрыть свое происхождение, но надменное лицо выдавало с головой. Он кивнул Мару, чтобы тот оставил их. Солдат тут же скрылся в недрах лагеря. Анхель опустился на его место и показал Джейрис садиться рядом. Она вернулась обратно.

– Не надоело еще терзать бедный инструмент? – он усмехнулся.

– Можешь не слушать, – буркнула Джейрис, инстинктивно прижимая к себе гитару, так как в детстве она лишилась ее именно из-за него.

– К сожалению, от звуков твоего чудесного голоса нигде не скрыться, – произнес принц. – Я пытался.

– Прятаться возле меня – тоже не лучшая идея, – заметила Джейрис.

– Ха-ха, – Анхель в упор посмотрел на нее, – ну а теперь по делу: как там мое задание?

– Принца Джоса здесь нет, поэтому никак.

– Ну да, ну да, – снова усмехнулся Анхель, – но ты и до этого не особо преуспела. Похоже, ты абсолютно бесполезна.

Джейрис пожала плечами.

– Может, тогда разорвешь клятву?

– И не мечтай.

Джейрис непроизвольно провела рукой по струнам. Гитара жалобно взвизгнула.

– Но зачем?

Когда она спрашивала ранее, принц игнорировал этот вопрос, но сегодня внезапно произнес:

– Я же должен как-то защищаться.

– От кого? – усмехнулась Джейрис, но Анхель больше не улыбался. Он внимательно взглянул на нее. Всегда насмешливое лицо внезапно стало серьезным. И Джейрис почудилось, что перед ней сидит незнакомый человек.

– Никому не доверяй. Не верь своим глазам и ушам. Не верь чувствам, потому что они врут тебе. Не верь улыбкам и не верь грубым словам. Не верь друзьям и не верь врагам. Дела обстоят совсем не так, как ты полагаешь. Что бы ты ни думала, ты ошибаешься. И сейчас самое время выйти из тумана, которым ты окружена, – с этим словами принц встал и оставил ее сидеть в недоумении.

Весь следующий день Джейрис боролась с желанием разыскать Анхеля среди кавалерии и спросить, что за чертовы загадки. Останавливало только понимание, насколько это бесполезное занятие. «Я что, должен перед тобой отчитываться?», «Заставь уже работать свою бестолковую голову», «Я так и знал, что ты ни до чего не додумаешься», – мысленно передразнивала она его. Перед глазами стояло искаженное презрением лицо. Не будет она давать ему возможность в очередной раз ткнуть ее носом.

Джейрис чувствовала, как дворцовые интриги потихоньку сжимали ее в кольцо. Смутно ощущалось: ответ где-то рядом, осталось только протянуть руку и ухватить его. Но как только она пыталась это сделать, истина ускользала, и она опять стояла ни с чем посреди мутных теней. Снова и снова Джейрис пробовала сложить кусочки мозаики воедино. Анхель заставил ее принести клятву на крови. Он рассчитал и продумал каждый свой шаг. Зачем так утруждаться, если тебе ничего не угрожает? Значит, угроза есть. К тому же он сказал, что должен защищаться. Но вопрос: от кого? Принц поручил ей следить за Джосом. Но что он хотел, чтобы она узнала? Неужели Джос замешан в каком-то заговоре?

При воспоминании о среднем принце в памяти всплыл поцелуй. Джейрис раздраженно тряхнула волосами. «У тебя точно голова набита опилками», – сердито одернула она себя.

Джейрис не нравились эти мысли и подозрения, было противно думать об этом. Трудно представить более теплого человека, чем Джос.

К вечеру от всех размышлений у нее разболелась голова. Не было желания даже что-то играть. Поэтому после того, как разбили лагерь, Джейрис забралась в свою палатку, которая в отличие от шатров принцев была совсем маленькой, и провалилась в сон.

17

Они подъезжали. Погода становилась все теплее по мере приближения к южной границе. Напряжение, владевшее Джейрис последние дни, сменялось волнением. Она не знала, чего ожидать, и это нервировало больше всего. Джейрис терпеть не могла неизвестность.

Анхеля она больше не видела, и Джейрис это вполне устраивало. На данный момент. Она решила, что на обратном пути займется этим. Принц расскажет все, что знает, хочет он того или нет.

Их отряд остановился. Джейрис вытянула шею, пытаясь разглядеть, что впереди. Они были на лесной дороге, но затем лес обрывался, и начинался пологий склон. Сумерки сгущались, поэтому то, что находилось дальше, плохо просматривалось. По отряду пробежал шепот, кажется, они получили приказ и стали разбивать лагерь. К ней приблизился солдат, имя которого она постоянно забывала.

– Их Высочества желают вас видеть, – бесстрастно произнес он.

Джейрис тут же двинула свою лошадь к склону, предполагая, что принцы находятся где-то там.

Когда она достигла начала спуска, ей открылся потрясающий вид на Долину. Джейрис оторопела. Внутри все оборвалось.

Это не восстание. Большую часть долины занимали люди. Настоящая армия. И судя по внешнему виду, хорошо обученная и подготовленная. Даже с такого расстояния она чувствовала запах серебряных доспехов. Их ждали.

Их сюда послали не подавлять восстание, а умирать. По меркам этой армии, отряд, с которым они пришли, был просто смешным.

Джейрис быстро взглянула на принцев. Анхель в кои-то веки был мрачен, но не выглядел сильно удивленным. Он многозначительно посмотрел на Эмиля. Что означал этот взгляд, Джейрис не поняла, но Эмиль развернул своего коня к солдатам.

– Анхель, Джейрис, за мной, – распорядился он.

Они последовали в глубь лагеря. Спешившись с лошади, она поспешила за принцами в шатер, который уже успели установить.

– Ну что ж... – медленно произнес Эмиль, – если у вас есть какие-то идеи, предложения, козыри в рукаве, – при этом он выразительно глянул на Джейрис, – то самое время их озвучить.

– А я тебя предупреждал, – Анхель хмурился. – Я тебе говорил.

– Мы еще ничего не знаем, – отрезал Эмиль.

– Ты слеп, как и слепы все в этом чертовом дворце! – гневно крикнул Анхель.

– Что это значит? О чем вы вообще? – вмешалась Джейрис.

– Неважно, – Эмиль уперся руками в стол. – Я так понимаю, вам нечего предложить. Тогда поздравляю. Мы все умрем.

– Можем попробовать отступить, – вяло высказался Анхель.

– Да? – холодно переспросил Эмиль. – И сколько, по-твоему, пройдет времени, прежде чем они нагонят нас и атакуют? Или ты предлагаешь привести эту армаду прямиком к воротам Балириса?

Анхель промолчал.

Джейрис тяжело вздохнула, пытаясь собрать мысли воедино. Знания, которые она постигала столько лет, теперь лихорадочно носились в голове, услужливо подсказывая решение.

– Нуу... – протянула Джейрис, – вообще-то есть кое-что. Только мне нужен самый быстрый конь.

Братья с интересом уставились на нее.

Через полчаса, когда все обсуждения подошли к концу, Джейрис шла через лагерь, успокаивая дыхание. Уже стемнело окончательно. Это им на руку. Во-первых, никто не начнет на них наступление посреди ночи, а во-вторых, в темноте ей будет легче дольше оставаться незамеченной. Она мысленно твердила себе: не время поддаваться панике, ей требовалась трезвая голова. Правда, то, что она задумывала, скорее походило на самоубийство, чем на план.

Эмиль отдал своего вороного коня. Анхель следовал за ней.

– Ты уверена? – наконец нарушил молчание принц.

– Нет. Но какой у нас выбор, – ответила Джейрис. – Ты должен ждать меня там, где я скажу. Когда замкнется круг, возможно, мне понадобится помощь.

– Звучит как безумие, – произнес Анхель и покачал головой. – Такую магию нельзя сотворить. Ты погибнешь.

– Предложения? – спросила Джейрис агрессивнее, чем планировала.

Принц помрачнел еще больше. На его лице появилось... что это? Смятение?

– Хочешь приказать мне не делать этого? – с вызовом продолжала она, поправляя седло и подгоняя стремена под свой рост. Джейрис была гораздо ниже Эмиля. – Все равно нам конец. Так хоть что-то. – Она старалась не думать, по чьей вине они оказались в таком дерьме. Потом. Все потом.

Анхель промолчал и оседлал своего коня. Джейрис решила, что может приступать. Для начала она вытащила маленький серебряный кинжал и осторожно надрезала палец. У нее всегда было с собой серебряное оружие для колдовства на крови. От обычных кинжалов раны драконов быстро затягивались, а серебро долго не давало крови остановиться, но за это драконы расплачивались шрамами на ладонях. Джейрис скинула куртку, закатала рукав рубашки и принялась рисовать символы на предплечье, заодно выжигая их на коже. Она рисовала всевозможные защитные знаки, какие только знала, чтобы как можно дольше быть невидимой для врага, а затем проделала те же манипуляции с конем Эмиля. Он недовольно ржал от легких ожогов. Все это время Анхель внимательно наблюдал за ней.

Когда Джейрис закончила, то вскочила на лошадь, и они двинулись через лес к вражеской армии.

– Мне придется охватить большую площадь, жди здесь, – пояснила Джейрис, когда они остановились на холме, ловя себя на странном удовлетворении от того, что отдавала распоряжения принцу. Дальше внизу простирался чужой лагерь. – Здесь я замкну круг.

Анхель кивнул.

– Удачи, – сказал он, прежде чем девушка-дракон уехала. – Я приказываю тебе вернуться живой, Джейрис.

Джей с удивлением взглянула на него. Принц высокомерно смотрел в ответ. Весь его вид говорил: ее жизнь принадлежала ему.

Джейрис резко отвернулась, взяла серебряный кинжал, с силой рассекла ладонь и поскакала, окропляя кровью свой путь.

План был достаточно прост. Ей нужно объехать всю армию и взять ее в кровавое кольцо. А дальше сделать один магический трюк, про который она читала в «Хрониках первородного дракона», и уничтожить всех, кто окажется в кольце. Джейрис не представляла, получится у нее или нет и, что самое главное, хватит ли на это сил. Первый дракон смог. Но сможет ли она? Джейрис не обладала таким могуществом. Не знала она и защитят ли серебряные доспехи этих предателей. Серебро оберегало от пламени, но насколько оно действенно перед кровью? Все-таки это другая ипостась магии дракона...

Ох, помоги ей Огненный бог.

Джейрис неслась с сумасшедшей скоростью, кровь из руки лилась на землю вместе с магией, с каждым мгновением ослабляя ее. Но она и не думала останавливаться. Джейрис старалась держаться на значительном расстоянии от лагеря в лесистой части местности, чтобы ее не заметили, но рано или поздно это произойдет. Оставалось надеяться, знаки скроют дракона на достаточное количество времени, и она успеет осуществить задуманное.

Деревья мелькали мимо так стремительно, что Джейрис боялась врезаться. Вот потеха будет. Принцы точно повеселятся от души. Если выживут. Вспомнив о принцах, она попыталась отогнать мысли об Анхеле и его приказах. Какая забота! Она и без него справится.

Джейрис нервничала. От пальцев и волос то и дело сыпались искры, выдавая ее напряжение. Конь фырчал от такого горячего соседства и безумного темпа, но, к счастью, лошадь кронпринца отлично вышколена, поэтому не предпринимала попыток сбросить свою странную наездницу. Периодически ветки хлестали ее по лицу, когда она не успевала увернуться. Они обжигали, как удары кнута, так хорошо ей знакомые. Джейрис ощутила влагу на щеках и понадеялась, что это капли пота, а не кровь от только появившихся царапин.

Заметив удаляющиеся огни костров лагеря врага, она поняла, что достигла конца и пора заворачивать. Пот лился ручьем по щекам и шее, Джейрис чувствовала, что слабеет. Но продолжала нестись, подгоняя коня. Снова заворот. Все. Теперь она возвращалась обратно с другой стороны. Осталось немного. Наверное. Казалось, прошли часы с того момента, как она покинула Анхеля.

Внезапно мимо просвистела стрела. Проклятье. Знаки теряли силу, ее магия становилась все слабее. Джейрис уворачивалась. Уже близко, вдалеке она видела Анхеля. Или ей только чудилось, так как пот застилал глаза.

Очередная стрела попала в плечо, руку пронзило болью, но Джейрис старалась не обращать на это внимания. Замкнуть круг. Только бы успеть, пока она не потеряет сознание.

Неожиданно Джейрис поняла: стрелы больше не попадают в нее, их относит в другую сторону. Анхель и его воздух. А дальше ледяные стены стали вырастать со всех сторон, защищая от стрел. Эмиль.

Чувствуя, что силы истощаются, Джейрис стиснула зубы и сосредоточилась на своей единственной цели.

А вот и Анхель.

Но сил держаться больше не осталось. Мысли уплывали, и в то же мгновение Джейрис на полном ходу свалилась с лошади. И с чего она вообще решила, что могла сравниться с первородным драконом в таком колдовстве?

Анхель подскочил к ней и, убедившись, что она еще в сознании, помог перевернуться на живот.

– Давай, Джей, замкни круг, – на удивление мягко произнес он, выдергивая стрелу из ее плеча.

Джейрис не почувствовала боли и ухватилась за его голос, как за спасательный якорь. Замкнуть круг. Она как раз на месте. Девушка-дракон положила окровавленную руку на землю. Едва шевеля пальцами, она нарисовала три сложных символа, молясь, чтобы не забыть ни одной черточки. Небольшая горизонтальная линия, от нее – откидная влево, затем длинная ломаная горизонтальная линия с откидной влево и точкой посередине, рядом – крест с горизонтальной линией сверху, под ними еще одна горизонтальная линия, от которой отходят две откидные вправо и влево, и по бокам две точки.

Внезапно все то расстояние, которое она преодолела и обозначила своей кровью, вспыхнуло огнем. Собрав последние силы, Джейрис выплеснула магию. В круге раздался оглушительный взрыв, снося все на своем пути. Кому-то отрывало головы, кого-то просто отшвыривало в сторону. Но Джейрис этого уже не видела, тьма уносила ее все глубже и глубже...

18

Очнулась Джейрис в какой-то повозке, которая куда-то ехала, среди кучи одеял. Чувствовала она себя ужасно: голова раскалывалась, все тело болело, кости ныли. Если вспомнить, что она свалилась с лошади, то неудивительно. Руки перебинтованы, и, дотронувшись до лица, Джейрис поняла, что и голова тоже. Кое-как поднявшись, она высунулась наружу и увидела: повозка ехала в окружении солдат. Но светло-серый цвет униформы с золотистым гербом Андалии подсказал: это солдаты их отряда, а не вражеской армии.

– Что происходит? – спросила Джейрис у ближайшего всадника, тут же раздражаясь от слабости голоса. Кажется, его звали Дрейф.

– О, проснулись? – удивился молодой парень. – Поеду доложу.

– Не надо, – остановила его Джейрис, – я сама поеду. Дай мне лошадь.

Солдат приказал прекратить движение и с готовностью спешился.

Вылезая из повозки, Джейрис пожалела о своем рвении. Едва ноги коснулись земли, то сразу же подогнулись. Дрейф успел ее подхватить.

– Вы уверены?

– Да-да, – быстро ответила Джей, – помоги сесть на лошадь.

Солдату пришлось подсаживать ее, и она завалилась на кобылу, как мешок с костями. Тело мгновенно отозвалось нестерпимой болью. Отдышавшись и придя в себя, Джейрис распрямила плечи и направилась в начало шеренги. Каждый шаг лошади отдавался ударом в голове, словно кто-то долбил молотком, но Джейрис должна узнать, что произошло и чем все закончилось. Ей было настолько плохо, что она едва замечала людей вокруг.

Наконец впереди показались принцы.

Джейрис подъехала к ним.

– Ты все-таки выжила, – холодно произнес Эмиль, едва удостоив ее взглядом, – повезло.

Анхель был мрачным и очень уставшим. Цвет его кожи теперь мало чем отличался от светло-серой одежды. И ни следа прежней надменной ухмылки. Джейрис боялась даже представить, как же тогда смотрелась со стороны она сама. Его ладонь тоже перевязана.

– Выглядишь паршиво, – заметил Анхель.

– Что произошло? – спросила Джейрис, нагоняя старшего принца, который пустил своего коня трусцой. Молотки в голове застучали сильнее.

– Все получилось, – рассказал Эмиль, не сбавляя темпа. – Ты убила большую часть армии, остальных мы добили.

Уф... хорошо. Сработало.

– А это? – она кивнула на руку Анхеля. Младший принц не отставал от них.

– Поранился, – равнодушно буркнул он.

Эмиль как-то странно посмотрел на него, но промолчал.

– Мы сейчас двигаемся во дворец? – уточнила Джейрис.

– Да, – ответил Анхель, – но не думаю, что нас там ждут хорошие новости.

После разговора с принцами Джейрис вернулась в повозку. Долго сидеть на лошади не получалось, не было сил. Кто-то из солдат принес поесть. Зачерпывая похлебку с перловкой, Джейрис думала, что, видимо, была совсем плоха, раз Эмиль удивился ее появлению. И что это значит про дворец? Хотя здесь она уже и сама начинала понимать. Их предали. Они отправились на подавление небольшого восстания, а приехали на бойню. Совершенно очевидно: их ждали. Мятежники даже серебро раздобыли, ожидая именно ее. Хотя откуда им было знать, что поедет дракон: король впервые отправил Джейрис сражаться, да еще и на довольно-таки пустяковую стычку. И предал их кто-то во дворце. Тот, кто хотел избавиться от них. Но кто? Король? Его генералы или советники? Веселый принц Джос? Или даже принцесса Джосин? Все эти предположения глупы. Но Анхель знал ответ. Он сказал Эмилю: «Я тебя предупреждал», а ей – что должен защищаться. Он спланировал клятву на крови, заставил следить за Джосом... Просто безумие какое-то. Джос? Неужели все-таки Джос? Веселый принц с гипнотизирующими глазами. Разве такое допустимо? Джейрис бы быстрее поверила, что предатель Эмиль или Анхель. А что, если это король ведет коварную игру? Возможно, Анхель ничего и не знал или попросту ошибался. В конце концов, принц никогда не отличался особой сообразительностью. По крайней мере, ей так казалось.

Гадать можно сколько угодно. Нужно выяснить, что же известно младшему принцу на самом деле.

До вечера Джейрис спала, а проснулась, только когда они остановились и стали разбивать лагерь. Чувствовала она себя по-прежнему отвратительно, но хотелось быстрее поговорить с Анхелем. Она сняла часть повязок и, выбравшись из повозки, отправилась в палатку младшего принца.

Стража не стояла возле входа, поэтому Джейрис решила сразу зайти. В шатре были только походная кровать, на которой развалился все еще очень бледный Анхель, два стула и маленький столик.

– Выспалась? – мрачно спросил он, заметив, что она вошла.

Джейрис проигнорировала вопрос.

– Сколько осталось до дворца?

– Пару дней, – лицо Джейрис вытянулось от удивления. – Ты не приходила в себя почти три дня.

Джейрис была поражена. Три дня. Как вообще можно спать три дня?! Взгляд снова упал на раненую руку принца, она испытывала смутное беспокойство, когда видела это, но не могла понять причину. Решив, что подумает об этом позже, Джейрис перешла сразу к делу.

– Я хочу знать все. Я хочу знать, что происходит. Я хочу, чтоб ты рассказал мне все, что знаешь.

– Слишком много «хочу». Что-то я не припомню, чтоб давал тебе позволение меня допрашивать, – насмешливо заметил Анхель, садясь на кровати. – Или это я принес тебе клятву на крови?

Джейрис подавила волну раздражения и злости, немедленно всколыхнувшуюся в ней. У нее сейчас нет на это ни времени, ни сил.

– Я не собираюсь быть безвольным оружием в твоих руках. Я должна знать, с чем мы сражаемся и что будет дальше. Если ты заставил меня принести клятву на крови, чтобы стать твоей союзницей, так позволь мне быть ею.

– С чего ты взяла, что я хочу, чтобы ты была моей союзницей?

– С того, что сдается мне, ты умнее, чем пытаешься казаться.

Анхель громко рассмеялся. Его смех обжег ее, как тысячи кристалликов льда.

– За такие дерзкие разговоры я могу приказать высечь тебя.

– Да, но ты этого не сделаешь, – на самом деле Джейрис была совсем не уверена, но продолжала гнуть свое. – Я на твоей стороне. В конце концов, у меня нет другого выбора, я не могу быть на другой стороне, даже если бы захотела.

– Ну, хорошо. Раз ты настаиваешь, – снова усмехнулся Анхель, потирая свою раненую руку. – Только сначала скажи, что ты имела в виду, когда сказала: «Ты умнее, чем пытаешься казаться».

Джейрис немного поразмышляла.

– Я думаю, все эти годы ты специально валял дурака, чтобы никто не решил, что ты можешь стать реальной угрозой. А в это время ты готовился, планировал, чтобы в критический момент не остаться ни с чем, – выпалила она. Чем больше Джейрис раздумывала над этим, тем больше убеждалась: это действительно так. Анхель ловко водил за нос весь двор, скрывая истинные замыслы.

Принц внимательно смотрел на нее.

– Ты тоже умнее, чем пытаешься казаться, – колко произнес он.

Джейрис стиснула зубы, но промолчала. Иначе она ничего из него не вытянет.

– Несколько дней назад мы участвовали в чудесном представлении, поставленном моим дорогим братом, – наконец начал рассказывать Анхель. – Принц Джос спит и видит, как он наденет корону на свою белокурую голову. И мечтает он об этом, поверь мне, не первый год. Я просил тебя наблюдать за ним, и ты, надо сказать, с треском провалилась. – Его темные глаза гневно сверкнули. – Вместо этого ты вытанцовывала с ним по всему дворцу, как и все, очарованная веселым принцем. Он одурачил тебя, как и остальных.

Это то, что Джейрис боялась услышать. Джос...

– Как такое вообще возможно? – недоуменно спросила она, садясь рядом с Анхелем.

– Его сила – власть над разумом. Он пускал пыль в глаза, притворялся, вел лживые речи.

– Ты уверен? – Джейрис все еще не хотелось верить.

Вспомнились его недавние слова: «Никому не доверяй. Не верь своим глазам и ушам. Не верь чувствам, потому что они врут тебе. Не верь улыбкам и не верь грубым словам. Не верь друзьям и не верь врагам. Дела обстоят совсем не так, как ты полагаешь. Что бы ты ни думала, ты ошибаешься. И сейчас самое время выйти из тумана, которым ты окружена». Почему нельзя сразу говорить открыто?! Следом на ум пришли другие слова: «Удачи тебе, Джейрис, она тебе понадобится». Джос знал, с чем ей придется столкнуться. Лживый мерзавец!

– В детстве он пытался убить меня несколько раз. Уже тогда Джос понимал: любой из братьев мог стать помехой между ним и троном. Но добраться до старшего брата у него не хватало сил. Зато легко можно справиться с младшим. Только чудом я оставался жив. Разумеется, никто мне не верил. И тогда я решил затаиться. Показать, что я безобиден. Мне нужно было выиграть время, пока я не придумаю, что делать, – Анхель запустил руку в свои кудри. – Эмиль до сих пор мне не верит и сомневается. Считает, просто произошла ошибка. Я наблюдал за Джосом много лет. И как бы он ни пытался околдовать меня, у него ничего не получалось. Это он убедил короля отправить нас на эту «стычку», подменил донесения из Долины, а сам устроил ловушку. Безупречный план: мы погибаем, и он отныне единственный законный наследник. И никакой угрозы со стороны дракона. В чьей преданности он, по-видимому, сомневается. Я даже боюсь представить, что сейчас происходит во дворце.

Джейрис пыталась осмыслить услышанное. Она всю жизнь провела при дворе, но казалось, она и Анхель жили при совсем разных дворах. Ее двор суров, но вполне сносен, а двор Анхеля полон борьбы за свою жизнь.

Она посмотрела ему прямо в глаза, словно видела впервые. Что он испытывает, нося такой груз внутри без возможности открыться кому-то?

– И что нам делать дальше? – спросила она.

– Нужно добраться до дворца и попытаться убедить отца... если он еще жив. Кто знает, что Джос уже успел натворить.

Джейрис встала и нервно прошлась, стараясь не морщиться от болезненных ощущений.

– Вы посылали вести во дворец?

– Мы ничего не посылали. И ничего не получали, – мрачно добавил Анхель.

Мысли лихорадочно носились в голове. Боль тут же начала долбить по вискам, угрожая расколоть череп.

– Тебе следовало раньше мне все рассказать.

– Указывать мне вздумала? – к Анхелю вернулось его прежнее высокомерие. – Ты и так не справилась.

– Я бы могла что-нибудь придумать! – гневно воскликнула Джейрис, останавливаясь напротив него. И как она могла сочувствовать ему минуту назад?!

– Ты бы не поверила мне так же, как и другие, – Анхель тоже вскочил. – Это была еще одна из причин, по которой я хотел, чтобы ты наблюдала за ним. Я надеялся, хотя бы твои глаза откроются. Но ты оказалась немногим умнее моей табуретки.

Волосы Джейрис вспыхнули огнем. Так иногда случалось, когда ей становилось трудно сдерживать гнев. Ни один мускул не дрогнул на лице Анхеля, точно ничего и не происходило. Усилием воли она подавила свою силу.

– Это твоя вина, – холодно продолжил он. – Если бы ты нашла хоть одну зацепку, я бы раньше понял, что на самом деле происходит, и нам не пришлось бы ехать в Долину и рисковать жизнями.

Джейрис резко отвернулась, чтобы не врезать по несносному лицу принца. Может, отчасти он и прав, но если бы он доверился ей сразу... Хотя она на его месте поступила бы так же.

– Во дворец нам нужно попасть незаметно, – наконец совладав со злостью, сказала Джейрис. – Нельзя дать Джосу шанса устроить нам новую западню.

– Переоденемся слугами или просто полезем в окна? – ехидно спросил Анхель.

– Есть у меня кое-какой вариант.

19

До дворца оставалось несколько часов пути. Джейрис ехала на лошади в обычной солдатской форме и спрятанными под плащом волосами. С каждым днем ей становилось все лучше, боль отступала, спасибо сильной драконьей крови, благодаря которой исцеление происходило быстрее, чем у обычных людей, но еще ощущалась слабость, что чрезвычайно раздражало.

Обсудив с принцами единственный план несколько раз, они решили переодеться и смешаться с остальным отрядом, на случай если их раньше времени заметят шпионы Джоса. Ни к чему ему пока знать, что они все живы.

Во дворец они проберутся через тайный проход, обнаруженный Джейрис много лет назад. А дальше необходимо разыскать короля как можно скорее.

Все эти дни Джейрис не переставала думать обо всем, что узнала. Джос оказался предателем. Анхель сражался с детства. Все годы она была настолько поглощена собой, как несчастна при дворе, абсолютно не замечая, что происходило у нее под носом. Джейрис видела только то, что ей хотелось видеть. Джос старательно очаровывал ее, и она с радостью потянулась к нему. К чему все это было? Танцы, внимание, поцелуй. Забавы ради? Теперь воспоминания об этом отзывались гневной бурей.

Осталось еще немного проехать, и дальше Джейрис с принцами пойдет пешком, а отряд подождет недалеко от города. Они проникнут во дворец ночью, чтобы увеличить шансы, что на них не донесут.

Через час они спешились и пошли в город. Джейрис натянула сильнее капюшон своего плаща, принцы сделали то же самое. Шли молча. Каждый был внутренне сосредоточен на том, что ждало впереди.

В городе все казалось спокойным, никто не поворачивал головы в их сторону, и они быстро следовали к небольшой роще недалеко от дворца. Джейрис старалась не смотреть вокруг, чтобы не привлекать внимание. Эмиль и Анхель неотступно следовали за ней.

Проход во дворец находился в самой заброшенной и заросшей части рощи. Он выходил прямо из земли, скрытый ветками и травой.

Эмиль решительно нырнул туда первым. Джейрис и Анхель последовали за ним. Было очень темно, но Джейрис не рискнула зажигать пламя, чтобы освещать дорогу. Спустя четверть часа проход стал подниматься наверх, и она поняла: они почти дошли. Вскоре Эмиль уперся в дверь. Он с силой навалился, и она поддалась.

В комнате оказалось неожиданно очень светло, поэтому на несколько секунд Джейрис потеряла зрение.

– Ну наконец-то, – лениво протянул кто-то, – я уж испугался, что вы заблудились.

Джейрис вздрогнула. Нет.

Принц Джос.

Зрение восстановилось, и она увидела: они окружены стражей, а десятки арбалетов смотрят прямо им в сердца.

Джос стоял перед ними. Одетый в бордовый камзол и темные штаны, он выглядел идеально. В его облике не было и намека на прежнюю беззаботную веселость. Но он улыбался. Только эта улыбка не предвещала ничего хорошего.

– Как ты узнал? – холодно спросил Эмиль, даже не дрогнув от наставленного на него со всех сторон оружия.

– О, – Джос сложил руки на груди, – когда до меня дошли вести от верных мне людей, что вы живые и здоровые направляетесь в столицу, я понял: вы попробуете попасть во дворец тайно, – он повернулся к Джейрис. – После праздника весны мне не давало покоя, каким образом ты покинула дворец. Я знал, отец не давал тебе разрешения. – Джос наклонил голову набок. – Я нашел старые чертежи дворца и обнаружил такую интересную деталь. И... вот мы здесь.

– Я требую встречи с королем, – даже в подобной ситуации голос Эмиля не терял привычного льда и твердости.

– Ах, брат, – Джос изобразил притворно грустную гримасу. – Конечно, ты еще не в курсе. Король получил печальные вести о вашей кончине, не смог справиться с горем и... умер. Такая утрата... – Затем лицо его снова озарила улыбка. – Так что король теперь я. Что ты хотел мне сказать, брат?

Джейрис казалось, она сейчас упадет. Король Долмар умер, принц... нет, король Джос теперь держит их в заложниках. Она посмотрела на Анхеля, его перекосило от ненависти, он в упор смотрел на Джоса, но молчал.

– Ты не имеешь права сидеть на этом троне, – прошипел Эмиль.

– Ну, как сказать, – Джос сделал знак стражникам, они тут же схватили старшего принца и куда-то потащили. Эмиль попытался сопротивляться. Лед начал ползти по рукам тех, кто его держал, но один из стражников успел хорошенько стукнуть принца по голове. Он потерял сознание, и ледяные оковы тут же спали.

Она заметила, как дернулся Анхель, словно хотел остановить их, но сдержался.

– Джейрис... – Джос снова фальшиво улыбнулся ей. Казалось, ничего в нем не колыхнулось, хотя он только что практически отдал приказ об убийстве старшего брата. – Я так скучал по тебе. Никак не мог забыть наш поцелуй. Я знал, ты меня не подведешь.

Джейрис поморщилась и гневно сверкнула глазами, но ничего не сказала. Она могла бы попробовать напасть прямо сейчас и сбежать, но Анхель находился под прицелом арбалетов. Не успеет она шевельнуться, и его голова превратиться в игольницу, как, впрочем, и ее.

Поняв, что ответа не последует, Джос разочарованно вздохнул.

– Следуйте за мной, – сказал король, направляясь к двери. – Двор будет рад вашему возвращению.

20

Айлан стояла в углу зала, надежно сокрытая тенями. Они клубились и окутывали ее, пряча от посторонних взглядов. Недалеко возвышался белый мраморный трон с серыми прожилками, а глазам открывался вид на придворных, которые собрались здесь в ожидании своего короля. Зал был очень хорошо освещен, но это не мешало ведьме тщательно замаскироваться.

Проникнуть во дворец Андалии не составило труда. Стража даже не повернула головы, когда бесшумная тень проскользнула мимо. Новому королю не помешало бы усилить меры безопасности. А то мало ли, кто еще может так же беспрепятственно пробраться в самое сердце страны.

Касимус и Аракан остались дожидаться в городе. Они сочли, что им небезопасно появляться во дворце, где король обладает магией власти над разумом. Ее же задача: незаметно попасть внутрь, найти дракона и уговорить встретиться с ними. Так себе работенка. Айлан была наслышана про драконий нрав: если им что-то придется не по душе, они уничтожат это и глазом не моргнут. А вдруг Айлан ей не понравится. Так и кончится ее только наладившаяся жизнь. Не говоря уже о том, что ведьма в целом находила сомнительным удовольствием встречаться с подобным существом.

– С чего вы вообще взяли, что Джейрис будет во дворце? – спросила Айлан, когда они втроем покинули Рееник и въехали на территорию Андалии. Голубоглазая девушка с ними не поехала. – Что, если она все еще в Долине?

До них уже долетели вести оттуда. Все мертвы. Дракон с легкостью стер сотни жизней. Ни живых, ни пленных. Никакой пощады. Только смерть. Какая чудовищная жестокость.

Касимус покачал головой.

– Мы же видели следы их отряда. Она возвращается во дворец. Перехватим ее там.

Они сидели в лесу у костра, дав себе передышку в пару часов. Светловолосый мужчина, чье имя Айлан до сих пор не знала, обтачивал кинжалом нарубленные ветки, делая из них самодельные стрелы, которые он отправлял в колчан за спиной. Будто у него недостаточно оружия. У левого бедра прикреплен меч, а справа висело несколько кинжалов. Помимо этого к спине крепились два скрещенных меча, довершал комплект снаряжения перекинутый через плечо лук. Этот человек явно собирался на войну.

– Что, если она не захочет со мной разговаривать?

– О, она точно не захочет, – ответил блондин.

– И что же делать? – недоумевала Айлан.

– Скажешь, у нас есть что предложить. И если ей надоело сидеть у короля Андалии на коротком поводке, пусть придет поговорить.

Касимус, молча слушавший их, встал, намереваясь собрать еще хвороста для костра. С момента их отъезда он ощутимо нервничал, но старательно это скрывал. Айлан не понимала причину его беспокойства. Вряд ли он волновался из-за предстоящего задания и встречи с драконом. Кас не был похож на труса. Ведьма тактично ни о чем не спрашивала. Так же как и не слишком интересовалась, для чего им понадобилась драконья девчонка. Драконов просто так не ищут и не связываются. Если только не хотят что-нибудь завоевать, кого-нибудь убить и для прочих не особо мирных мероприятий. Для Айлан все еще оставалось загадкой, кто эти люди, что они хотят и чего добиваются. Что за интриги плетут. Но и об этом ведьма не задавала никаких вопросов. Ей все равно никто не ответит. Рей же сказал: «Тебе полагается знать ровно столько, сколько я тебе говорю. Ни больше, ни меньше». Это всего лишь работа. К тому же даже более чем хорошо оплачиваемая. Перед отъездом Айлан выдали первое жалованье. От суммы ее глаза полезли на лоб. На такие деньги она спокойно могла бы найти комнату в хорошем районе и оплачивать все свои потребности.

Также Айлан старалась не задумываться, что ее встреча с Джейрис является прямым нарушением Соглашения, заключенного между ведьмами и драконами сотни лет назад. Как ведьма клана она не имела права покидать Даган, да еще и встречаться с драконом на территории Андалии. Но... она больше не ведьма клана. А значит, Соглашение на нее не распространяется. Наверное.

Ведьма снова посмотрела на белокурого спутника. Он сосредоточенно занимался ветками, словно это было делом всей его жизни.

– Так как тебя все-таки зовут? – полюбопытствовала Айлан. Ей не нравилось, что она не знала, как к нему обращаться. Отсутствие имени тяготило, будто дырка на дорогой картине. – Или здесь я тоже могу выбрать имя по своему вкусу?

Мужчина оторвался от своего занятия, и по красивому лицу расползлась противная ухмылка.

– О, ведьмочка, я предоставлю тебе выбор. Можешь называть меня «мой господин», «самый соблазнительный мужчина», «Ваше Величество» или «сильнейший воин». – Его улыбка стала еще шире. – Что из этого тебе пришлось по душе?

Айлан недоуменно уставилась на него и скривилась, не зная, как реагировать. Но кое-что другое привлекло ее внимание в словах мужчины. Его акцент был таким же пустым, как и у Рея, но временами, когда он говорил, видимо, забываясь, она отчетливо слышала смягченные согласные. Как у всех коренных жителей Сарии. Возможно, это являлось следствием того, что он проводил в этой стране много времени. А может, и говорило о том, откуда он родом.

Касимус вынырнул из леса и раздраженно швырнул в костер несколько веток. Поднялся столп искр, пряча от Айлан самодовольного красавца.

– Аракан. Его зовут Аракан, – буркнул Кас, снова углубляясь в лес, – но можешь звать его самовлюбленным придурком.

Аракан бросил недовольный взгляд в его сторону.

– Знаешь, если бы я знал, какой редкостной задницей ты иногда бываешь, то не согласился бы ехать.

Темнота уже почти полностью скрыла Каса, но Айлан все равно увидела, как он показал Аракану неприличный жест.

Ведьма в очередной раз взглянула на Аракана. Он отличался красотой, о чем прекрасно знал. Даже шрам на лбу не мог обезобразить это лицо. Неудивительно, что он был таким. В ее семье подобных мужчин презирали больше всего. Но за годы самостоятельной жизни Айлан сталкивалась с типами и похуже. Здесь ведьма хотя бы была уверена: дальше слов дело не пойдет. Аракан ее не тронет.

Поток мыслей прервался внезапным появлением короля. Айлан уже знала: после неожиданной кончины короля Долмара трон занял его средний сын Джос. Но это было странно. А что стало с кронпринцем Эмилем? Или Джейрис убила и его в Долине?

Айлан инстинктивно еще сильнее вжалась в стену, хотя тени и так хорошо укрывали ее. Ведьма не знала, где искать дракона во дворце, поэтому оставалась в тронном зале, определив по скоплению придворных: они чего-то ожидали. Если Джейрис здесь появится, то затем она проследит за ней и уже там придумает, как завязать разговор.

Джос спокойно пересек зал, взгляд короля равнодушно скользнул по стенам, в том числе и по углу, где пряталась Айлан. Она невольно вздрогнула, заметив его глаза. Сначала ведьма не поняла, что ее смутило, но в следующую секунду осознала, они разного цвета: один голубой, другой карий. Не задержавшись ни на мгновение, Джос уселся на трон, попутно надевая корону, подаваемую одним из стражников. За ним следовали бледный мужчина и молодая девушка. Она тут же притянула внимание Айлан. Джейрис. Это точно была она. Ошибиться трудно. Айлан столько слышала о драконах и вот наконец-то видела ее вживую. На первый взгляд ничего особенного. Обычная девушка, а не какое-то чудовище. Лицо решительное и уставшее, но это не помешало ей гордо вздернуть подбородок. Рыжие волосы, заплетенные в косу, выбились и разметались по плечам. Одетая в солдатскую форму не по размеру, невысокого роста, она казалась такой простой и даже неблагородных кровей. Не было изящества и грации, присущей девушкам знатного происхождения. Слабо верилось, что эта с виду заурядная особа устроила жестокую расправу в Долине. Но вся эта кажущаяся простота обманчива. Айлан отчетливо ощущала, как магия искрилась и потрескивала вокруг дракона, словно огонь вот-вот вырвется наружу. Сила бурлила. Казалось, протяни руку, и ты сможешь ее пощупать; втяни воздух, и ты услышишь запах пылающих костров. Ведьма чувствовала магию и в ее спутнике, но она была другой. Легкой и эфирной. Но его заволокли боль и гнев, мешая различить точнее природу этой силы.

Они остановились неподалеку. Вдоль стен толпились люди, кланяясь своему королю. Джос молчал и выжидающе смотрел на них.

– Чего ты хочешь от нас? – спросил мужчина, стоявший возле девушки-дракона. В отличие от девушки, каждый его жест демонстрировал аристократические корни, и даже грязная униформа не в состоянии была это скрыть. Он стоял перед королем, расправив плечи, смотрел без страха, но лицо то и дело угрожало выдать всю гамму испытываемых чувств, но у него получалось прятаться под маску, которая застыла на нем, точно вылепленная из воска.

Джос еще немного помолчал, разглядывая их, а затем произнес:

– Все очень просто, братец. Ты сейчас же отречешься от любых притязаний на трон и поклянешься мне в верности. Ну а ты, Джейрис, – король внимательно посмотрел на девушку, – принесешь мне клятву на крови. И будешь служить.

Уголки губ Джейрис дрогнули, как будто она хотела рассмеяться. Но она сдержалась. Ее лицо внезапно показалось Айлан знакомым, словно они уже встречались однажды. Но конечно же, это не так. Встречу с драконом ведьма бы никогда не забыла.

– Боюсь, это невозможно, – протянула Джейрис. Мелодичный андалийский акцент музыкой переливался в ее словах. – Я уже дала эту клятву Анхелю.

Анхель. Брат. Значит, это младший принц. Что происходит? Зачем Джейрис принесла ему клятву? Кровная магия очень серьезная вещь. Насколько нужно быть преданным человеку, чтобы пойти на такое. Ведь ты, по сути, добровольно отдаешь себя в рабство тому, кому клянешься. Как дракон мог решиться на подобное? Может, блефует? Или это какой-нибудь хитроумный ход? Айлан снова взглянула на рыжеволосую девушку. В ее глазах не было безграничной преданности. Только ярость и пламя.

Джос резко посмотрел на брата. Король попытался это скрыть, но, кажется, был действительно поражен.

– Странный выбор, Джейрис. Почему именно он?

– Он самый симпатичный из вас, – дерзко улыбаясь, ответила девушка.

Айлан могла только позавидовать ее смелости и самообладанию.

Джос усмехнулся, не веря ни единому слову. Он вальяжно откинулся на спинку трона.

– А я думал, ты предпочитаешь меня. Мы ведь так хорошо проводили время. А ты, оказывается, та еще интриганка, – король побарабанил пальцами по подлокотнику, раздумывая над дальнейшими действиями. – Ну, значит, Анхель, к моему списку добавляется еще условие. Ты разорвешь эту клятву.

– И не подумаю, – спокойно ответил принц.

– Не глупи, брат. Решим дело миром. К чему нам враждовать. Я старше, теперь я законный король. Неужели мы с тобой женщину не поделим, пусть и такую... способную.

Лицо Джейрис сделалось безучастным, но ведьма почувствовала: магия сгустилась вокруг нее, готовая в любой момент сжечь все вокруг. Девушка-дракон оскорбилась от сказанного Джосом.

Как бы успеть спрятаться до того, как они сгорят вместе с дворцом.

– Ты... – прошипел тем временем Анхель, – убил нашего отца, брата и столько раз пытался убить меня. А я тебе должен в ноги кланяться?!

Придворные вокруг зашептались.

– Не позволяй детским обидам взять верх над разумом, – ответил король и добавил чуть громче: – И никого я не убивал.

– Катись к черту, брат, – последнее слово принц выплюнул с таким презрением, какого Айлан не видела никогда. А уж жизнь в нищете и без защиты научила ее разбираться в этом. На глазах разворачивалась настоящая драма. Ведьма угодила прямо в эпицентр дворцового переворота, который стремительно набирал обороты, достигая своего апогея. Как же добраться до Джейрис...

Джос тяжело вздохнул.

Ведьма даже не успела понять, что случилось. Один из стражников дернулся, что-то доставая. Сверкнуло нечто круглое. Серебряный ошейник. Еще одно оружие против драконов, созданное подавлять их силу.

– Защищайся! – крикнул Анхель, обращаясь к Джейрис.

В одно мгновение зал оказался захвачен огнем. Послышались крики и лязг металла. Айлан в панике еще больше сгустила тени вокруг себя. Удивительно, но огонь не касался ее. Он как будто нападал только на стражу и на Джоса. Но почти все они носили что-нибудь серебряное для защиты.

В пылающем пожаре сложно было понять происходящее. Люди в панике бегали по залу, желая выбраться. Отовсюду раздавались визги, кто-то плакал. Но Джейрис и принц исчезли. Плохо дело. Айлан должна была перехватить дракона раньше. Но кто мог подумать, что тут такое произойдет. Если ведьма не поторопится, то может упустить Джейрис, а значит, задание будет с треском провалено. Надо выбираться.

Пламя постепенно спадало, и Айлан начала аккуратно пробираться к выходу, огибая огненные всполохи на полу и стенах. В суматохе ее вряд ли заметят. Ведьма быстро миновала несколько колонн, продолжая скрывать себя своей темной силой, когда из-за одной из них резко вывернул король Джос. Айлан чуть не налетела на него. Он смотрел прямо на ведьму своими странными глазами разных цветов, словно тени и вся ее магия для него не помеха. Он прекрасно ее различал.

– Интересно, – слегка улыбаясь проговорил Джос, – и что же это Теневая ведьма из Дагана забыла в моем дворце?

21

Джейрис окружила себя и Анхеля огненной стеной и схватила его за руку, уносясь прочь из зала.

Джос хотел надеть на нее ошейник. И тогда она была бы обречена. Про́клятый предмет, созданный подавлять великий дар дракона. Если он сомкнется на шее, то останется там до тех пор, пока надевший его не пожелает освободить плененное дитя огня. Джейрис знала, что у короля есть такой ошейник. Он никогда не применял его против нее, но пару раз грозил воспользоваться им за непокорство.

Джейрис больше не сдерживала свое пламя, позволяя ему бесчинствовать в коридорах дворца, где некогда ей запрещали выпускать даже искру. Дракон внутри нее был в ярости. Она не узнавала Джоса. Словно много лет она общалась совсем с другим человеком. Каждое его слово, взгляд, движение – все было другим. «Сейчас самое время выйти из тумана, которым ты окружена». Насколько же огромна его сила. И как смогла пробить ее защиту. Только если Джейрис сама позволила ее пробить.

Они неслись обратно в покои с проходом, который теперь уже совсем не тайный. Это их единственный шанс покинуть дворец. За ними гналась стража, сумевшая выбраться из пожара. Анхель не отставал. Она ощущала гнев, исходящий от принца, который смешивался с его воздушной магией и раздувал любой ее огненный всполох, тем самым еще больше тормозя преследователей. На ходу Джейрис достала серебряный кинжал и порезала палец. Как только они оказались в покоях, она захлопнула дверь, изобразила кровью знак, запирающий любое помещение, и впечатала его огнем. Когда закрылась дверь в проходе, она повторила то же самое. Они бежали к выходу, и Джейрис молилась успеть до того, как стража окажется по другую сторону.

Выбравшись наружу, Джейрис споткнулась и чуть не влетела головой в стоящее рядом дерево, но Анхель вовремя подхватил ее. Крики и звон мечей отчетливо раздавались со стороны главных ворот, но люди короля катастрофически опаздывали. Анхель и Джейрис быстро покинули рощу и бросились прочь из города. Дальше в лес. И снова бежать, бежать, бежать. Девушка останавливалась и чертила на земле знаки, сбивающие со следа. К тому же она нарисовала знаки защиты на себе и на Анхеле, прожигая их на коже. А далее оставалось лишь одно – снова бе жать.

Только на рассвете они решились немного передохнуть. Джейрис уже не могла идти, и Анхель практически тащил ее на себе. Она еще не до конца восстановила силы после Долины и за ночь растратила почти всю магию.

Джейрис сползла на землю, прислоняясь к дереву. Анхель сел рядом.

– Что дальше? – спросила она.

Его лицо выражало глубокое горе, которое принц пытался замаскировать. Он избегал смотреть на нее. За одну ночь Анхель лишился всего. Отца, двух братьев, дома. Хотя Джейрис пребывала в уверенности, что он был готов к этому.

– Нам нужны лошади, – тихо ответил Анхель, – и деньги. Иначе мы далеко не уйдем.

Джейрис запрокинула голову назад и несколько раз глубоко вздохнула, с наслаждением втягивая свежий воздух и охлаждая горящие легкие. Казалось, пылала не только ее сила, но и все внутренности. Первая волна потрясения начинала спадать, руки слегка дрожали, она сцепила пальцы между собой, скрывая волнение.

– Можем попробовать вернуться к нашему отряду. Объяснить, что произошло.

Анхель тряхнул головой. Он тоже все еще затрудненно дышал, но в отличие от нее склонился между своих коленей, запустив пятерню в волосы и всматриваясь в сухую землю.

– Среди них есть его люди. Они и послали весть, чтобы он ждал нас.

Конечно, есть. Джос все продумал. Ловушку для принцев и дракона, убийство короля и свое восхождение на престол. Разве мог он при этом не предусмотреть внезапное появление своих противников.

– Тогда нам нужно в ближайший город или деревню. Я украду денег и лошадей.

Принц медленно поднял голову и тяжело на нее посмотрел.

– Мы почти добрались до Солта. Попытаем удачу там.

Джейрис немного помолчала.

– Мне жаль, что так получилось, – сказала она. Как бы Джейрис ни относилась к младшему из принцев, это не меняло того факта, что произошедшие события были чудовищными.

Анхель отвернулся.

– Не надо. Я знал, что так будет.

– Как думаешь, Джосин он тоже... – Джейрис не питала особой симпатии к ней, как и та к девушке-дракону, но Джос убил отца и брата принцессы, и ей было жаль осознавать, что и с сестрой он мог расправиться подобным образом.

Анхель поднялся.

– Джосин ничего не угрожает. Если Джос к кому-то и привязан, то только к ней. К тому же она никогда не будет претендовать на трон, а значит, не представляет опасности для нового короля, – при последних словах губы Анхеля болезненно скривились.

Джейрис представилось, как всегда чопорная и манерная Джосин сидит в своей комнате. Что она делает? Оплакивает ли своего отца и брата? Переживает ли за второго брата? Джосин смеялась только рядом с Джосом. Все смеялись рядом с Джосом, в этом была его очаровательная сила. Очаровательная, но фальшивая. Джос ловко находил ключ к каждому сердцу. Но все это были лишь манипуляции и лицемерие.

– Ты как? Идти дальше можешь?

Джейрис кивнула и, пошатываясь, встала, надеясь, что сможет продержаться еще немного.

Через час они добрались до Солта, небольшого нового городка, который совсем недавно вырос в этой части Андалии, став перевалочным пунктом для торговцев. Но там их ждал неприятный сюрприз. На входе у ворот стояла стража, досматривая каждого и прикладывая ко всем серебряную цепочку. Их ждали. Как только серебро коснется кожи Джейрис, там тут же останется ожог, и все откроется. Они встали в очередь из желающих попасть в город, оказавшись среди телег, лошадей и пеших путников и лихорадочно соображая, что делать.

Джейрис снова надрезала руку и нарисовала знаки на себе и на Анхеле: вертикальная линия с откидной влево сверху, а рядом вертикальная изогнутая линия с крюком вверх, перечеркнутая небольшой наклонной линией. А затем выжгла их.

– Что это? – тихо спросил принц.

– Это изменит нашу внешность, – ответила Джейрис.

Он внимательно вгляделся в ее лицо, цепляясь глазами за каждую черточку.

– Ты выглядишь так же, – подозрительно заметил Анхель.

– Мы будем видеть себя как обычно. А другие нет.

– Но это по-прежнему не решает проблему, как пройти в город мимо стражи.

Джейрис посмотрела по сторонам. Перед ними стояла повозка с сеном и свиньями. Хозяин где-то отсутствовал.

– Есть идея, – придумала она. – Спрячемся в сене этой телеги.

– Здесь? – скривился Анхель.

– Ну простите, что не захватила пуховую перину и шелковые простыни, – съязвила Джейрис.

– Вдруг кто увидит, – все еще сопротивлялся Анхель.

– Полезай быстрее, пока никто не смотрит. Выбор у нас невелик.

Бесшумно они забрались в телегу, накрывшись сеном. Запах стоял удушающий, да еще и свиньи разволновались неожиданным соседям. Джейрис не могла не обратить внимание: принц вел себя гораздо мягче с ней. Либо он еще не оправился от шока, либо теперь они в какой-то степени стали равны.

Минуты тянулись мучительно медленно. От смрада Джейрис начало тошнить. Лишь бы не вывернуло прямо перед стражей.

Наконец, видимо, владелец вернулся, и телега тронулась.

– Что там у тебя? – Голос стражника раздался совсем рядом.

– Свиньи и сено, как видите, – ответили ему.

– Я посмотрю, – сказал другой голос.

Джейрис сжалась, молясь Огненному богу. Она чувствовала, как стражник проводит по сену мечом, подбираясь все ближе. Рядом Анхель, казалось, даже перестал дышать. Меч уже почти касался ее ноги.

– Ой, да хватит тебе уже. До ночи, что ли, хочешь провозиться, – раздраженно бросил стражник, который говорил первым.

Меч замер и затем исчез. Анхель и Джейрис одновременно выдохнули. Телега поехала.

Они еще немного прокатились, прежде чем выбрались наружу.

– Запах – просто жуть, – пожаловался Анхель, – нам нужна новая одежда. В солдатской форме мы будем привлекать излишнее внимание.

– Жди меня где-нибудь здесь, – решила Джейрис, оглядываясь. – Я попробую украсть денег.

– Ну уж нет, – сказал Анхель, – я тоже иду.

– Можно подумать, ты умеешь воровать, – рассмеялась Джейрис. – Ты же принц.

– А ты умеешь? Ты выросла во дворце, как и я, – парировал Анхель. – Смотри и учись. – И потащил ее за собой.

Они пришли на обычную рыночную площадь. Это одно из значимых мест, где сосредотачивалась вся жизнь торгового городка. Все прочие постройки выросли кольцами вокруг этого основного узла. Было утро, поэтому люди во всю толпились, спеша закупиться свежими продуктами. Они быстро смешались с толпой. А дальше Джейрис с удивлением заметила, как Анхель ловко снимал кошельки с поясов покупателей с помощью своей воздушной магии, и деньги оказывались в его руках. Прежде чем кто-то успел заметить, что их обокрали, они скрылись.

– Для принца у тебя подозрительно хорошо получается обчищать невинных горожан, – усмехалась Джейрис.

Они стояли между двумя брусчатыми домами в дальнем кольце города, держась подальше от площади и входа. Все здания здесь в основном из дерева, созданные на скорую руку лишь для того, чтобы соответствовать минимальным потребностям торговцев. Но ближе к окраинам Джейрис стала замечать и дома из камня. Люди работали и активно заселяли Солт.

Анхель купил новую одежду в одной из палаток, и теперь Джейрис стаскивала неудобную униформу. Под ней у нее была куртка, с которой она не пожелала расставаться даже перед проникновением во дворец. Джейрис аккуратно сняла и ее.

Анхель уже облачился в чистые плотные штаны и надевал черную рубашку из грубой ткани. Он молчал и лишь внимательно смотрел, как на ней становится все меньше одежды.

– Не хочешь отвернуться? – Джейрис выразительно посмотрела на него.

– Стесняешься? – принц холодно улыбнулся.

Джейрис вызывающе сбросила грязную тунику, которую носила под всеми слоями одежды. Пусть смотрит. Едва ли ее тело покажет этому высокомерному нахалу что-то новое. Анхель смерил девушку-дракона равнодушным взглядом и отвернулся.

Джейрис натянула точно такие же штаны, как у принца, но вынуждена была плотно подвязать их поясом от униформы, так как они сваливались. Поверх льняной рубашки она накинула свою куртку, несмотря на теплую погоду. Эту куртку ей делали на заказ с позволения короля Долмара. В рукавах вшиты специальные потайные карманы, сделанные таким образом, чтобы скрыть присутствие оружия. Конечно, большой нож там не спрячется, но для ее целей вполне подходили. Благодаря этому Джейрис всегда умело прятала кинжалы. Даже стражники Джоса ничего не нашли.

Она едва заметно шевельнула пальцами, и их прежняя одежда рассыпалась пеплом по земле.

Анхель резко остановился у какого-то невысокого деревянного дома. Джейрис устало плелась за принцем, а потому натолкнулась на его плечо. Она вяло посмотрела на узкую дверь трактира с загадочным названием «Лунное утро». Они решили остаться здесь, потому что падали от измождения, а потом уже купить (или украсть) лошадей и двинуться дальше.

Заведение встретило спертым воздухом, наполненным запахами еды и плесени. За несколькими столиками сидели одинокие посетители, путники, которые выбрали это место для отдыха перед дальнейшей дорогой.

Для трактирщика они изображали молодую женатую пару. Анхель обнимал ее одной рукой за талию и счастливо улыбался. Джейрис тоже старалась выдавить улыбку, но получалось не очень хорошо.

– Мы совсем недавно поженились, – радостно сообщил принц, отдавая деньги за комнату.

Трактирщик мрачно глянул на них.

– Поздравляю, – и протянул ключ.

Комната оказалась очень маленькой: там с трудом поместилась кровать и умывальник. Похоже, спать придется вдвоем на одной постели.

Джейрис села на кровать, обводя отсутствующим взглядом тусклое помещение. Не было сил даже на мытье. Но прежде чем спать, надо кое-что обсудить.

– Так что же дальше? – в очередной раз спросила она.

– Что ты имеешь в виду? – принц опустился рядом с ней. Он тоже был обессилен.

– Мы теперь на всю жизнь в бегах? Или у тебя есть план?

Анхель задумчиво поджал губы и посмотрел в потолок.

– План тут может быть только один, – наконец произнес он.

Джейрис знала какой. Она уже давно догадалась.

– Ты хочешь стать королем.

Анхель посмотрел на нее.

– Думаю, я лучший вариант, чем король, который убил своего отца и брата.

Кто знает. Но девушку интересовало совсем не то.

– Ну а каким королем ты хочешь быть?

Ей было очень важно услышать ответ на свой вопрос.

Анхель молчал. Джейрис уже подумала, что так и не дождется ни слова, когда он сказал:

– Справедливым.

– И это все? То есть не лучше, чем твой отец, ни сильным, ни мудрым? Что это значит?

– Мой отец был сильным, и что это ему дало? Убит собственным сыном. Моя мать была мудрой, но что стало с ее детьми? Я всю жизнь страдал от несправедливости. Ты всю жизнь страдала от несправедливости. Разве ты не хочешь, чтобы все было по-другому? – Анхель отвернулся. – Если мне представится возможность сделать мир чуточку лучше, я это сделаю.

Джейрис молчала, раздумывая над сказанным. Уж она-то хотела, чтобы все было по-другому. Но совпадают ли их мнения о справедливости? Но вместо этого она медленно проговорила:

– Тебе нужны союзники. Иначе никак.

Анхель хмурился и молчал.

Джейрис немного подумала. Все ее предыдущие ходы были ошибочными. Она попалась на уловки Джоса. Поверила в его очарование. Чудом выбралась из Долины. Привела принцев во дворец прямиком в предательские лапы нового короля. За это Эмиль заплатил жизнью.

Терять все равно больше нечего.

– Я помогу тебе. Я надену эту чертову корону на твою голову. Но у меня есть одно условие.

Анхель вопросительно вскинул брови.

– Как только ты станешь королем, ты освободишь меня от кровной клятвы.

– С чего это? – надменно спросил он. – Зачем это мне? Я могу приказать, и ты и так все сделаешь.

Джейрис стиснула зубы. Как можно постоянно быть таким невыносимым.

– Да, но ты получишь не более чем механическое оружие. Ты не сможешь все предусмотреть. А я могу тебе помочь. Если, конечно, у меня будет достаточная мотивация. Выбирай.

Анхель удивленно усмехнулся, захваченный врасплох ее предложением. На несколько минут повисло молчание.

– Ну хорошо. Но если я не стану королем, то ты навеки останешься в моих руках, – ответил он наконец со знакомой ухмылкой.

– Поклянись, – потребовала Джейрис, – поклянись своей кровью, – и протянула ему кинжал, который прятала в куртке, рукояткой вперед. От нетерпения она настолько сильно сжала пальцами лезвие, что ладонь слегка оцарапалась.

Усмешка сменилась серьезностью. Анхель вздохнул, взял оружие и разрезал свою руку. Кровь стала капать на пол.

– Клянусь, если я стану королем, то освобожу тебя, Джейрис, от кровной клятвы мне.

Упавшая кровь слегка засветилась и погасла. Боги приняли клятву. Анхель завороженно посмотрел на это, а потом перевел взгляд на нее.

– Довольна?

Джейрис промолчала, скинула ботинки и растянулась на кровати, закрывая глаза. Раненая рука немного ныла, но она уже чувствовала исцеляющее покалывание магии. Анхель лег рядом. Джейрис приоткрыла один глаз и увидела, как он смотрит на нее.

– Что? – недовольно спросила она.

– Поцелуй меня, – попросил принц. Несмотря на просьбу, печаль промелькнула в его голосе.

Джейрис вздохнула, уже не удивляясь этой причуде, и потянулась к нему.

– Как будто желаешь меня, – с ухмылкой добавил он. Но это все равно не скрывало грусть в его глазах.

После, казалось, бесконечной ночи и всех событий поцелуй был похож на глоток воздуха. Джейрис не понимала: то ли клятва действует на нее, то ли ей действительно нравится. Она погрузилась в объятия Анхеля, выплескивая все напряжение. Он не менее искренне отвечал ей. Она чувствовала его боль и отчаяние, и ей хотелось забрать это себе.

Анхель удивленно отстранился.

– Сегодня ты другая, – заметил он.

«Ты тоже», – подумала она. Джейрис отползла от принца, отвернулась на другой бок и тут же провалилась в сон.

22

Встать пришлось еще задолго до рассвета. Чтобы не привлекать лишнего внимания, они тихо выбрались из окна, украли двух лошадей из конюшни, принадлежащей трактиру, и покинули город.

Ехали молча. Анхель был глубоко погружен в свои невеселые мысли, пока Джейрис не решила вырвать его оттуда.

– Куда же мы все-таки едем?

– Ты сама сказала, нам нужны союзники, – ответил Анхель. – Мы едем туда.

Джейрис раздраженно выдохнула. Что за дурацкая привычка! Почему нельзя нормально объяснить.

– Хорошо, куда конкретно? – Она специально выделила последнее слово.

– К королеве Мерене.

– Что? – удивилась Джейрис.

Королева Мерена... Ее письмо она нашла у Джоса на столе. Он вел с ней переписку.

– Ты забыл, Джос с ней...

– Я все помню, – прервал Анхель, – но в отличие от тебя я довел дело до конца. Пока ты нацеловывалась с моим братом, я делал всю работу.

Даже в предрассветном сумраке стало заметно, как принц раздражен ее провалом.

Джейрис поджала губы. После всего, что она узнала, и того, что произошло, ей было невыносимо стыдно вспоминать об этом. И дело вовсе не в поцелуе. Подумаешь, поцелуй. Едва ли это что-то значит. А вот то, что она не разгадала коварные замыслы принца и позволила себе оказаться лишь пешкой в его игре, съедало изнутри. В этом мире для дракона совершать ошибки непозволительная роскошь. Что чуть не стоило ей ошейника на шее.

– Это было всего один раз.

– Мне теперь гораздо легче, – саркастически произнес Анхель.

– Ну так что ты узнал? – Джейрис нетерпеливо вернулась к интересующей ее теме.

– Я прочитал это письмо. Джос просил Мерену о поддержке его на троне «в случае непредвиденных обстоятельств», но она дала весьма жесткий отказ.

– Допустим... – не до конца понимая, сказала Джейрис, – но с чего ты решил, что она поможет тебе?

– В детстве, когда Мерена была еще принцессой, отец отправил нас с дружеским визитом ко двору короля Вестора. Все мы влюбились в бойкую принцессу, но только Эмиль получил взаимность. Но наш отец не желал слышать о браке между ними, поэтому их история любви быстро закончилась. Я же долго писал Мерене в надежде, что она ответит на мои чувства.

– Ты... был влюблен? – недоверчиво спросила Джейрис.

Анхель нахмурился и посмотрел на нее свысока.

– А что, по-твоему, я не могу влюбиться?

– Нет... Ну, то есть... – Джейрис замолчала, пытаясь сформулировать мысль. – Я просто не думала, что ты способен на такие сильные чувства.

Анхель все еще хмуро смотрел, но сказал:

– Взаимной любви между нами не случилось, но мы стали хорошими друзьями. Так что даже если она откажется нам помогать, то по крайней мере выслушает.

– Хорошо, – только и ответила Джейрис. Ей почему-то вдруг стало неловко, что она обвинила принца в бессердечии.

Дальше они снова ехали в молчании. Время подходило к полудню, когда путники миновали лес и выехали на поле. Джейрис занимали мысли о новой цели. До Вестора три недели пути. Но эти три недели еще нужно продержаться, что нелегко, когда на тебя объявлена охота. Джос это так просто не оставит.

В ответ на ее мысли впереди показались солдаты. Джейрис напряглась, мельком взглянув на Анхеля. Принц был сосредоточен, но не поменял своей расслабленной позы.

У Джейрис не было никаких сомнений: они ищут беглецов. Конечно, даже с портретами младшего принца и дракона они их не узнают, но стоит приложить к ней серебро, и все вскроется. Оставалось только одно: убить их всех. Джейрис пересчитала воинов. Шесть человек. Могло быть и хуже. Огнем она не сможет убивать, у них в любом случае есть что-то серебряное для защиты. Но на тренировках она сражалась различными видами оружия с гораздо бо́льшим количеством противников. Правда, это были всего лишь тренировки, а не реальное сражение за свою жизнь.

Джейрис осторожно проверила кинжалы в кожаной куртке.

– Ничего не делай, – не поворачивая головы, тихо сказал Анхель.

Что он задумал? Простой уловкой их не проведешь.

Солдаты преградили путь, обнажая мечи.

– Кто вы? – грубо спросил немолодой воин в центре.

– Мы с моей женой едем в Искар, – Анхель беззаботно улыбался, показывая на Джейрис. Она выдавила смущенную улыбку. – А в чем, собственно, дело?

– Обязательный досмотр всех путников, – ответил тот же солдат. – Немедленно слезайте с лошадей.

Джейрис посмотрела на Анхеля. Сердце бешено колотилось.

Анхель все так же улыбался и не сдвинулся с места.

– Я сказал... – начал мужчина, взмахивая мечом, но внезапно замолчал. Его лицо стало краснеть, а затем багроветь. Он схватился за горло, выронив меч. Он мучительно пытался сделать вдох, но ничего не получалось. С остальными происходило то же самое. Затем с хрипом они сползли с лошадей. Минуты мучительной агонии, и все солдаты мертвы.

Джейрис ошарашенно смотрела на Анхеля, который даже не изменил своего положения.

– Что ты сделал? – потрясенно спросила она.

– Перекрыл им доступ воздуха, – отозвался принц, двинувшись на коне вперед. – Этому трюку меня научил... один человек. Давно.

Трюк... Он с легкостью убил шестерых человек. Не то чтобы Джейрис возражала, но почему после такого именно ее сила считалась самой опасной и пугающей в мире?

– Нельзя было, чтобы ты расправилась с ними драконьей магией. Это бы выдало нас. Нам нужно скорее убираться отсюда, – добавил Анхель, заметив, что Джейрис продолжала стоять на месте и таращиться на мертвых людей. – И лучше сойти с дороги. Здесь путешествовать небезопасно.

– Подожди, – остановила его Джейрис, спрыгивая с лошади.

Она подвела животное к принцу и кинула ему поводья, а затем подбежала к убитым солдатам. Стараясь не смотреть на застывшие лица и не думать, что эти люди были ни в чем не виноваты, кроме того, что оказались в неподходящее время на их пути, Джейрис начала снимать перевязи с кинжалами и мечами.

Позади раздался стук копыт. Анхель подъехал ближе.

– Рэм всегда говорил: оружия много не бывает. – Джейрис повернулась к принцу и бросила ему одну из перевязей. Он ловко поймал. Кинжалы весело звякнули. – И иногда даже иголка может спасти твою жизнь.

Упоминание Рэма заставило неожиданно задуматься: а что с ним сделал Джос? Этот воин был очень предан королю Долмару. Вряд ли Рэм просто смирился с его неожиданной кончиной. Возможно, Джос уже избавился от него...

Анхель согласно кивнул и, убедившись, что Джейрис снова на лошади, направился в сторону леса. Она последовала за ним, избегая направлять взгляд на шесть тел посреди дороги, ставшие немым укором. Анхель снова удивил. Сколько еще сюрпризов ее ждет?

23

Их путешествие продолжалось. Они не разговаривали, даже когда останавливались на ночлег в лесу. Джейрис охотилась, чтобы у них была еда. Для нее это не составляло труда, она поджаривала зазевавшихся кроликов и белок, а после сдирала шкуры кинжалами.

Джейрис не давали покоя мысли о возможных союзниках. Интересно, Анхель понимает, что, даже если королева Мерена им поможет, этого недостаточно. Нужны еще люди. Причем люди не только из соседних государств, но и из их собственного. Необходимо убедить знать поддержать его, иначе все бесполезно. Но желания обсуждать это не было. Не хотелось опять чувствовать себя идиоткой и вытягивать из него информацию. Она заставит принца выложить карты на стол, но позже.

Уже было темно, когда они решили наконец остановиться. Иногда они ехали даже ночью, делая привал, только если лошади почти падали от усталости. Да и сами беглецы выглядели не лучшим образом. Несколько дней назад Джейрис взглянула на свое отражение в каком-то пруду и ужаснулась. Щеки ввалились, огромные черные круги под глазами делали их еще больше, кожа болезненно бледная, а роскошные рыжие волосы висели словно пакля. Да уж, красавица, ничего не скажешь.

Анхель тоже выглядел неважно, бледный и уставший, но на лошади он держался с достоинством принца, как будто под ним не старая кобыла, а королевский скакун. Джейрис невольно вспоминался портрет королевы Англики, та же гордая осанка и лицо. Она раньше не замечала, насколько они внешне похожи.

Джейрис быстро зажгла крошечный костер под пихтой, чьи ветви касались земли. Они редко решались развести огонь, но иногда так хотелось хоть какого-то тепла. Она сняла заплечный мешок, достала оттуда остатки вчерашних белок и протянула половину Анхелю, который уже расположился под деревом. Джейрис села напротив и молча набросилась на еду. Они не ели целый день.

С той встречи с патрульными прошла неделя. С тех пор они ехали, держась подальше от дороги, лишь изредка приближаясь проверить, не сбились ли с пути. Больше они никого не встречали, стараясь двигаться в отдалении даже от маленьких деревень. Молчание – их единственный спутник. Анхель больше не считал нужным обращать внимание на свою придворную, а Джейрис берегла силы, избегая вступать в очередной раздражающий разговор.

Доев, она затушила костер и свернулась калачиком возле дерева, накрывшись плащом. Джейрис быстро провалилась в сон.

– Поцелуй меня, – приказал Анхель, – так, словно желаешь.

Джейрис прильнула к принцу, страстно впиваясь поцелуем. Она запустила руки в темные кудри Анхеля, сильнее прижимая к себе. Его губы начали опускаться ниже, касаясь ее шеи. Он осторожно расстегивал рубашку, слегка поглаживая пальцами кожу и продолжая покрывать ее поцелуями. Джейрис застонала.

И тут же проснулась.

Светало. Анхель уже встал и насмешливо смотрел на нее.

– Как спалось? – ехидно спросил принц, будто бы зная, что ей сейчас снилось. Его первые слова за несколько дней.

– Кошмары, – смущенно пробормотала Джейрис, садясь на земле, и провела рукой по лицу, смахивая остатки сна. Что это вообще было?!

Анхель развел костер и жарил довольно крупную птицу. Приятно пахло дымом, хвоей и готовящимся мясом.

– Ты что, охотился? – удивилась она.

– Ну да. Ты же спала, – ответил он с все еще ехидной улыбкой.

«О Огненный бог, надеюсь, я не произнесла его имя во сне», – подумала Джейрис.

– Не знала, что ты умеешь, – проговорила она вслух.

Пушистая ветка пихты касалась бледной щеки принца. Анхель великодушно позволял дереву дотрагиваться до его королевской особы. Даже грязный, в рваной одежде, в глухом лесу он умудрялся сидеть на траве с высокомерным выражением правителя если не страны, то хотя бы этого леса.

– Я решил, в этом нет ничего сложного, даже если ты справляешься, – Анхель пожал плечами.

Джейрис скрипнула зубами. Интересно, он вообще задумывается, что то и дело оскорбляет ее. Вряд ли. Таким мыслям нет места в напыщенной голове принца, где центром мира является его персона.

Но она ничего не сказала, лишь гневно посмотрела на него.

– Что? – спросил Анхель, заметив взгляд.

Джейрис не ответила, но отвела глаза. Ничего. Усадит его на трон, освободится от клятвы, а потом... На то, что случится потом, у нее было много вариантов. Начиная от убийства будущего заносчивого короля, который то и дело выводит ее, до странствий по миру. Что делать на самом деле, она еще не решила. Сначала нужно сосредоточиться на том, как свергнуть короля Джоса, а потом уже все остальное.

Анхель снял свою птичку с огня, ловко разделил на две части и протянул Джейрис. Она молча взяла, решив возобновить их привычку не разговаривать. Но кажется, принц сегодня был настроен на другое.

– Что-то ты не в духе с утра. Странно, тебе ведь снились приятные сны.

– Мне снились кошмары, – резко отрезала Джейрис.

Анхель рассмеялся.

– Лгунья.

Джейрис вздрогнула, вспомнив, как они танцевали на балу последний раз. Прежде чем опоить отравленным вином, он тоже назвал ее лгуньей.

«Лгунья, ты мечтаешь, чтобы все изменилось. Ты мечтаешь, чтобы все эти люди вокруг кланялись тебе. Ты мечтаешь поставить их на колени. И только делаешь вид, что тебе все равно».

У младшего принца не было силы заглядывать в души людей, читать их мысли. Он просто провоцировал. Анхель не знал ее истинных желаний. Но его темные глаза смотрели так внимательно, словно ему известны все ее секреты. Ему нравилось злить дракона. Казалось, он наслаждался этим.

– Может, я и лгунья, но и ты недалеко ушел, – Джейрис дерзко усмехнулась. – Столько лет строил из себя ничтожество, а сам вынашивал планы по захвату трона. Все вы оказались лжецами.

На мгновение Анхель перестал жевать, пристально глядя на нее, а потом пожал плечами.

– Что поделать.

Ну что же, если он решил поговорить, то пусть хотя бы скажет что-нибудь полезное.

– Ты уже подумал о других союзниках? – спросила Джейрис.

– Подумал, – ответил Анхель. – Но сначала доберемся до Мерены. Там я смогу отправить послания.

Джейрис кивнула и принялась за еду.

– Расскажи, что еще ты умеешь.

– О чем ты? – не поняла она, проглатывая мясо.

– Я много читал о драконах. Но на что способна конкретно ты? Понятное дело, твой огонь и фокусы с кровью. Есть ли еще какие-нибудь приятные сюрпризы?

Принц отпил из фляжки с водой. Или вином. Кто знает, что он туда намешал.

– А этого тебе уже недостаточно? – язвительно поинтересовалась Джейрис. – Напомнить тебе, что эти мои фокусы уже несколько раз спасли наши задницы?

Анхель фыркнул.

– Никто не умаляет твоих заслуг. Я спросил, есть ли что-нибудь еще?

– Ничего, что могло бы быть полезным, – нахмурилась Джейрис, лениво терзая птичку.

– А неполезным? – продолжал давить принц.

Клятва не давала ей возможности отвертеться и сопротивляться. Язык уже приготовился выдавать драконьи секреты.

– Ну хорошо, – вздохнула она, – есть еще такая штука, мы называем ее Дар.

– Дар? – переспросил Анхель. – Звучит... довольно просто.

Джейрис сердито посмотрела на него.

– Любой дракон может призвать Дар. Даже самый слабенький дракончик. И Огненный бог дарует ему невиданную силу. – Увидев немой вопрос на лице принца, Джейрис пояснила: – Скажем так, та сила, которую я продемонстрировала в Долине, жалкие крохи по сравнению с Даром.

– И в чем подвох?

Необъяснимым образом Анхель всегда верно улавливал суть.

– В том, что за это придется щедро заплатить. В данном случае жизнью.

Анхель отложил еду.

– То есть это сделка с этим Огненным богом: он вам силу на краткий миг, а вы ему свою жизнь, так?

Джейрис кивнула. Никто не знал, как и за что им даровали такую способность, но она читала про то, как драконы призывали Дар на войне. Писал об этом и первый дракон в своих «Хрониках». Ритуал, который позволял драконам одерживать победы, несмотря на большое численное превосходство армий соперников.

Боги создали их мир и поставили трех духов охранять врата между мирами. Они знали ответы на все, но не сочли необходимым делиться.

– Да уж, ты права. Не очень-то полезная способность, – заметил Анхель. – В чем смысл, если ты потом умрешь.

– Смысл в том, что, когда твоя армия оказывается в полном дерьме, это может быть единственным шансом одержать победу.

– И ты знаешь, как это сделать?

Джейрис передернула плечами.

– Примерно. Это не очень-то сложно. Достаточно просто хорошо попросить, – пошутила она, пытаясь вспомнить составляющие обряда. Десятки сложных знаков наносились кровью на лицо и руки, и молитва...

Анхель усмехнулся, обрывая ее размышления.

– И почему только драконам дали столько силы.

– Нас создавали для войн. Древние волшебники не хотели потерпеть поражение.

– Если они не хотели потерпеть поражение, надо было не давать вам мозгов, – насмешливо сказал Анхель. – Тогда не пришлось бы потом тратить столетия, разгребая последствия своего «оружия». Большая сила всегда влечет за собой большую тягу к власти.

– Это что, комплимент? – изумилась Джейрис.

– Только не тебе.

Джейрис швырнула в него косточкой от птицы. Анхель ловко увернулся и одарил ее противной ухмылкой.

24

Иной мир. Это все-таки был иной мир. Обитель богов так и осталась недостижима, а в бездне она блуждала много раз. На границе миров, у врат, в собственном сумраке. Бездна – пристанище ее души. А теперь она в ином мире. И пути отсюда нет.

Айлан была измучена. Все дни слились в одну сплошную тьму и боль. Стоило ей хоть на мгновение забыться сном, и тут же мысленно всплывали два глаза: голубой и карий. Они преследовали ведьму наяву и во сне. Они были в каждой ее мысли. Но она уже начинала забывать, чьи это глаза и почему не давали ей покоя.

К счастью, Айлан не чувствовала боли. Лишь отдаленные отголоски криков собственного тела. В детстве ее часто наказывали, она давно научилась тенями блокировать болевые ощущения так же, как в дальнейшем стала отключать чувство голода.

Сейчас все магические силы ведьмы уходили на это и на сокрытие важной информации в своем разуме, погружая его во тьму. Сначала Айлан не знала, получится или нет, но пока стража тащила ее до камеры, это была единственная мысль, которая пришла в голову. Лишь бы король Джос ничего не узнал.

Если Айлан может скрывать что-то физическое, то почему не попробовать спрятать что-то ментальное. Сила покорно подчинилась паническому желанию. На это она растратила драгоценные минуты вместо того, чтобы попытаться спастись. Она преуспела в окутывании сознания тьмой и уже едва помнила, что конкретно скрывает. Ведьма рассказала этим разным глазам все, что знала. Как жила в Дагане, как сбежала и что уже несколько лет живет в Сарии. А потом решила приехать в Андалию, ведь ей так хотелось увидеть настоящего дракона, о котором столько говорят. Никакого злого умысла у нее не было. Но глаза чувствовали: от них что-то утаивается.

Тогда начались пытки. Айлан подвесили за руки к потолку таким образом, что стоять она могла лишь на носочках. И оставляли висеть в этом положении часами. Или днями. А потом приходили мужчины, каждый раз разные, или ей только так казалось. Они били, резали и истязали ее. Не зря бабушка всегда говорила: от мужчин ничего хорошего ждать не приходится. Неужели они все такие? Айлан уже не помнила.

Разноцветным глазам это не нравилось. Они злились, все агрессивнее вторгаясь в ее разум. Они заставляли говорить правду. Но какую правду? Что вы хотите?! Айлан уже рассказала все, что могла.

– Кто ты? – Она опять видела эти глаза и слышала шепот в голове.

– Айлан, танцующая с тенями, из даганского клана ведьм, – в сотый раз хрипло отвечала она. Это во сне или в реальности?

– Кто тебя послал?

Айлан задумалась, судорожно пытаясь вспомнить.

– Никто... Я сама пришла.

– Кто пришел с тобой?

– Я одна.

– Зачем ты здесь?

– Я хотела увидеть дракона.

– Ты лжешь, – прошипел голос. Казалось, он везде: в камере, в ее ушах, голове, в каждой клеточке тела. – Тебя прислали ведьмы? Вы что-то затеваете?

– Я не видела своих сестер уже несколько лет, – всхлипнула Айлан. Она так устала... – Я сбежала из Дагана и жила в Сарии.

– Это я уже слышал! – раздраженно крикнул король Джос. Внезапно ведьма увидела его полностью. Он стоял прямо перед ней, сжимая ладони в кулаки. Его лицо и волосы слегка светились в темноте, а глаза полны гнева. Она, как и прежде, подвешена к потолку, едва касаясь пола. Их головы были на одном уровне. В воздухе явственно чувствовался запах ее страха и отчаяния. Кислый аромат с привкусом горечи.

Джос резко выругался и несколько раз прошелся по камере, а затем подошел к ней. Он обхватил лицо Айлан руками и приблизился вплотную.

– Скажи мне, что ты скрываешь. Скажи. Покажи, – андалийский акцент придавал его голосу мурлыкающие нотки, он звучал так проникновенно, ласково окутывая ее своим теплом. Словно он самый близкий друг, Айлан может доверить ему все-все, даже самые сокровенные тайны, ведь никого ближе у нее нет в целом мире...

Его очертания снова растворились, оставляя только карий и голубой глаз. Айлан задрожала. Она хотела закрыть эти глаза тенями, но куда бы она ни пыталась скрыться, они следовали за ней.

– Я не знаю, не знаю... Умоляю вас... Я ничего не знаю! – крикнула ведьма из последних сил, чувствуя, как ее барьеры начинают трескаться и крошиться, отдаваясь глухими звуками в голове.

Джос зарычал от злости и отвесил ей пощечину. Айлан едва почувствовала удар. Крохи своего сознания она тратила, чтобы удержать силу и не дать ей пасть.

– Подумай еще раз, ведьма. Я ведь оставлю тебя гнить в этой тюрьме. Ты больше никогда не увидишь солнца. Не увидишь света. Ты сдохнешь во тьме, порождением которой являешься. Но прежде я заставлю тебя посмотреть, как будут умирать твои сестры в жуткой агонии. Изо дня в день. Пока ваш про́клятый клан не перестанет существовать.

Айлан заплакала.

25

Дни тянулись один за другим, сопровождаясь унылой погодой. Джейрис безумно устала от, казалось бы, бесконечной дороги. Все ее мысли были сосредоточены только на том, чтобы быстрее добраться до Вестора. Там они хотя бы ненадолго смогут выдохнуть. Кажется, Рэм оказался прав, когда сказал, что жизнь во дворце не идет ей на пользу, поскольку девушка-дракон мечтала о мягкой теплой кровати и ванне. Хотя бы в самом захудалом трактире. Ее одежда, как и она сама, была покрыта грязью и пылью. Не говоря уже запахе. Даже забавно. Джейрис всю жизнь мечтала вырваться из дворца хоть куда-нибудь. Но покинув его, поняла, насколько она привыкла к своей комфортной жизни и как ей хочется ее вернуть.

Анхель сохранял привычное безразличное выражение лица, скрывая тени, блуждающие по нему. Он тоже был измучен, но ни на что не жаловался.

Смеркалось. По их примерным подсчетам, до Вестора оставался день, максимум два. Они решили сделать привал перед последним рывком.

Джейрис привязала лошадь и приготовилась разжечь костер, чтобы сготовить пойманную еще днем белку, но внезапно услышала хруст. Она и Анхель, стоящий напротив, замерли. Джейрис осторожно оглянулась, но ничего не увидела. Они проверили это место перед остановкой – ничего подозрительного. Анхель приложил палец к губам и начал медленно вытаскивать свои кинжалы, но в следующее мгновение Джейрис получила удар по голове. Все потемнело, и она потеряла сознание. Последнее, что она осознала: внезапно стало очень холодно.

В чувство ее привела чья-то пощечина. Джейрис очутилась на опушке леса, предположительно недалеко от места их несостоявшегося ночлега. Не могло пройти много времени, но наступила ночь. Она попробовала призвать свою силу, но попытка отозвалась глухой болью и пустотой. Кто-то посадил ее на колени, что-то негромко звякнуло, и только тут Джейрис заметила: руки и ноги обвивали кандалы. Серебряные кандалы. Вот почему ей так плохо.

Перед глазами все плыло, но Джейрис попыталась понять, где же Анхель. Она повернула голову влево. Принц оказался рядом, в такой же коленопреклоненной позе, по виску струилась кровь.

Их окружали какие-то люди, факелы отбрасывали тени на чужие лица, но у Джейрис не получалось их разглядеть. Кажется, они в дерьме.

Следующая мысль понравилась еще меньше. Ее магическая сила ослабла от серебра, а значит, знаки, изменяющие внешность, перестали действовать, и кто бы это ни был, он видел их реальные лица.

– А ты и это умеешь, – раздался рядом знакомый ледяной голос, – не знал.

Джейрис содрогнулась. Этого не может быть. Но если ушам можно не поверить, то глаза подтверждали: это правда. Перед ней появился высокий темноволосый мужчина. Джейрис пришлось задрать голову, чтобы разглядеть его. Эмиль. Живой и невредимый. И похоже, он видел их перевоплощение.

Анхель злобно зашипел. Его руки покрыты льдом, который сковывал магию принца. Эмиль перевел на него взгляд, пренебрежительно оглядывая брата.

– Что ты здесь делаешь? – прохрипела Джейрис.

– Странный вопрос, – он снова в упор смотрел на нее. – Вас ищу. Пришлось постараться, чтобы напасть на след после того, как Джос вас упустил. Вы словно сквозь землю провалились. Но ты изрядно наследила, Джейрис, мы учуяли твою кровь. Эти твои знаки... весьма занятная штука.

Мы?

– Я оплакивал тебя! – внезапно с болью выкрикнул Анхель. – Я думал, ты погиб от рук нашего предателя-брата. А ты, оказывается, все это время был с ним заодно. Еще один отлично сыгранный спектакль. – Столько горечи было в его голосе.

Эмиль скрестил руки на груди.

– Бедный малыш Анхель. Он узнал маленькую деталь и решил, что во всем разобрался. Ты даже не представляешь, что происходит.

– Не нужно быть гением, чтобы понять: вы с Джосом – два мерзавца. Вот что происходит, – гневно бросила Джейрис.

– Зверушка решила показать зубки. Как мило, – лениво протянул Эмиль, едва взглянув на нее. Он повернулся к брату. – Не зря Джос хотел избавиться от тебя еще в детстве. Ты чуть все не погубил.

– Отличный фокус, – выдавил Анхель, – прекрасная постановка. Долго готовились?

– Достаточно. – Эмиль вздохнул. – Годы подготовки, усилий, чтобы в последний момент узнать: дракон, который так нам нужен, теперь связан кровной клятвой с нашим ничтожным младшим братом. Ты оказался глупее, чем я думал. Но у тебя еще есть шанс все исправить...

– Что же было за представление в Долине? – перебил его Анхель.

Эмиль задумался, решая, стоит ли рассказывать. Видимо, сделав вывод, что это не имеет никакого значения, он сказал:

– Мы хотели узнать, на что действительно способен наш комнатный зверек. Может, оказалось бы, она не достойна нашего внимания.

– Я чуть не умерла, удовлетворяя ваше любопытство?! – разъяренно прорычала Джейрис. Она сжала кулаки, и цепи на кандалах угрожающе звякнули.

Эмиль снова едва удостоил ее взглядом.

– Это то, ради чего ты создана. Твоя единственная цель – служить нам. Остальное никого не волнует, – он сделал небольшую паузу, прежде чем продолжить: – К тому же ты должна быть благодарной. О тебе узнал мир. Ты продемонстрировала свою истинную силу, и теперь никто более не будет недооценивать нас.

Нас?! Вот уж не дождется.

Джейрис в ярости попыталась вскочить, но какой-то солдат с силой вдавил ее в землю. В серебряных кандалах она не была способна даже на то, чтобы встать.

Голову пронзила болезненная мысль: эти мерзавцы дергали ее за поводок, а она послушно следовала, куда укажут, как собака. А Анхеля они просто спровадили из дворца. Возможно, надеялись, он погибнет, ну или хотя бы не будет путаться под ногами, пока Джос убирает короля и прибирает власть к рукам.

– Тогда почему королем стал Джос, а не ты? Ты же старше, – ехидно спросила Джейрис, надеясь задеть его.

– Не твое дело, – только и ответил Эмиль. – Ну а теперь, чтоб вам окончательно стало ясно, что мы не играем, я покажу, что с вами будет, если вы и дальше продолжите ваше глупое сопротивление. Нелида, – позвал он.

Джейрис чуть не задохнулась от удивления. Принцесса Нелида, дочь короля Дагана. Они что, заодно?! Если здесь замешаны и другие королевства, то проблема приобретала катастрофические масштабы. Как она сумеет их всех одолеть?!

Перед ней появилась высокая смуглая девушка с черными волосами. Ее лицо можно было бы назвать даже красивым, если бы не жестокое выражение, обезображивающее его, как уродливый шрам. В руках она держала кнут. Джейрис замутило от осознания, что сейчас будет. Догадался и Анхель.

– Ты спятил?! Она не станет вам служить после такого. Мы и так уже в вашей власти. Зачем это?!

– Каждый должен знать свое место. И что бывает, когда забываешь об этом, – холодно произнес Эмиль, даже не глядя на него. И затем обратился к Джейрис: – Тебе будет приятно узнать: Нелида подготовилась к встрече. Видишь ли, она презирает вашу породу и вот уже много лет мечтает об этом. Посмотри на этот кнут. – Джейрис непроизвольно скосила глаза и увидела холодные отблески. – Он посеребренный. Тем самым серебром, – многозначительно добавил он.

Прежде чем она успела сообразить, ее выволокли на середину поляны, стащили куртку, а затем разорвали рубашку, обнажая спину. Двое солдат крепко держали с двух сторон. Джейрис не сопротивлялась, она бросила все силы, чтобы сохранить бесстрастное выражение лица. Она не доставит им удовольствия, умоляя этого не делать. И плакать она тоже не будет.

В ушах грохотало настолько, что Джейрис едва слышала происходящее вокруг. Кажется, Анхель что-то кричал, но она не могла разобрать слов.

Свист. И первый удар опустился на спину. Во дворце ее били множество раз, но ни один из них не был так болезнен и унизителен. Она сжала зубы, чтобы не закричать. Еще удар, еще, еще, еще... Джейрис не смогла сдержать стон. Кто-то засмеялся. Нелида опускала свой кнут снова и снова. Джей ощущала, как серебряные частицы проникали в кровь и лишали последних сил. Вопреки намерению не плакать слезы никак не желали слушаться и крупными каплями покатились из глаз. Она больше не могла сдерживать крики, чем радовала всех остальных.

– Думаю, достаточно, – решил прервать экзекуцию Эмиль.

Нелида нанесла еще несколько ударов и остановилась.

Солдаты отпустили ее, но Джейрис обессиленно рухнула на землю лицом в грязь, чувствуя, как холодная земля проникает к ней в рот.

– Привяжите их к дереву, – распорядился кто-то.

Джейрис едва заметила, как ее подхватили под руки и потащили.

Анхеля привязали к соседнему стволу. Он беспрерывно смотрел на нее и звал по имени.

26

Боль не утихала. К тому же пошел дождь, и холодные капли неустанно бередили свежие раны на спине. Эта ночь все не кончалась. Джейрис периодически забывалась сном, но уже через несколько минут просыпалась от боли. Анхель сидел как изваяние у соседнего дерева. Казалось, он даже не дышал, не то чтобы двигался. О чем он думал? Знал ли выход? Джейрис снова прикрыла глаза. А есть ли этот выход? Как она могла оказаться в таком положении? Она – дочь огня, с детства не более чем орудие в руках, жаждущих власти. Джейрис всегда считала младшего принца ничтожеством, но на самом деле главным ничтожеством здесь была она. Она оказалась ни на что не способной, она позволила этим людям насмехаться над ней, пользоваться ею, пленить ее. Она заслужила эту порку за ту никчемность, которой являлась. Она подвела своих предков. Жалкая, глупая Джейрис. Жалкое подобие истинного дракона.

Что бы ни задумали Джос и Эмиль, они были на пути к успеху. И цель их наверняка грандиозна, судя по размаху. Наследники Дагана в сговоре с ними. Что принцы пообещали им взамен? И что хотят получить в итоге? Они и так уже захватили власть в Андалии, но это не предел их амбиций.

Джейрис провалилась в сон. На этот раз она спала дольше. Тело отчаянно требовало отдыха и восстановления. Дождь набирал силу, подавляя все посторонние звуки, но она не позволяла ему вырвать ее из сонных объятий.

Джейрис снились настоящие драконы. Огромные, с перепончатыми крыльями и чешуйчатыми лапами с острыми когтями. Они раздирали ее тело на части, устроив целый пир.

Но пришлось проснуться. Она почувствовала, как кто-то осторожно тронул ее за плечо. Джейрис вздрогнула и распахнула глаза. Перед ней на корточках сидел Анхель и прижимал палец к губам, показывая молчать. Лед на нем отсутствовал. Он был насквозь промокший, черные волосы прилипли ко лбу, а капли дождя заливали лицо. Похоже, у нее начались галлюцинации от воспаления в спине. Она молча наблюдала за Анхелем, который неведомо откуда взявшимся ключом ловко расстегивал ее кандалы и бесшумно опускал их на землю. Затем принц разрезал веревки, приковывающие ее к дереву, и ухватил за руку, намереваясь помочь встать, но Джейрис отшатнулась и прижалась к стволу. Спину обожгло. Что бы это ни было, это не Анхель. Анхель привязан к дереву и никак не мог оттуда выбраться.

Принц выразительно посмотрел на нее и опять потянул, Джейрис снова вжалась в дерево.

– Если не хочешь, чтобы тебя еще раз высекли плетью, советую поторопиться, – прошептал он, наклонившись к ее уху.

– Что происходит? – еле ворочая языком, спросила Джейрис.

– Потом, – Анхель подхватил девушку под руки и рывком поднял. – Постарайся не шуметь. – Он протянул ей куртку, затем перекинул ее руку через свое плечо и стал быстро продвигаться в глубь леса, удаляясь от лагеря.

Джейрис едва успевала переставлять ноги, и она совсем не была уверена, что получалось бесшумно. Хорошо, что дождь лил стеной, заглушая их шаги.

Она не понимала, что творится. Как это возможно? Жгучая боль в спине путала мысли, Джейрис никак не могла сложить картинку воедино, не хватало кусочков рисунка. Как будто сон украл у нее часть реальности, которую она должна была осознавать, но не получалось.

Устав так тащить, Анхель перекинул Джейрис через плечо и бросился бежать. Она уткнулась носом в спину принца и вдохнула его запах. Запах пота, дождя и грязи. Это немного отрезвило ее. Джейрис явственно чувствовала их связующую нить. Это действительно был он. Но как им удалось бежать? Лагерь тщательно охранялся, где они все?

Внезапно Анхель остановился и снял ее с плеча. Джейрис прислонилась к дереву и огляделась. К соседнему стволу была привязана лошадь. Анхель подвел девушку, помог забраться и сел перед ней. Она крепко обвила руками его талию. Все вопросы потом, сейчас главное убраться отсюда подальше.

Джейрис не особо понимала, сколько часов, дней или недель они неслись на лошади. Закончилось тем, что кобыла просто остановилась и отказывалась сдвинуться даже на сантиметр. Тогда Анхель спешился и стащил Джейрис.

– Ничего, – пробормотал он, – до границы с Вестором осталось совсем немного. Там нас уже никто не достанет.

Дождь наконец-то прекратился. Чего не скажешь о боли в спине Джейрис. Надо бы промыть и обработать раны. Но они находились посреди поля, и это была непозволительная роскошь. Она поплелась вслед за Анхелем.

Они шли уже несколько часов, но, несмотря на то, что Джейрис еле передвигала ногами, останавливаться рискованно. Хотя она ощущала: без серебряных кандалов ее тело готово восстанавливаться быстрее, мешали только серебряные частицы от кнута, застрявшие в ранах.

– Долго еще? – наконец спросила она, решив таким образом бороться с сонливостью.

– Нет, – ответил Анхель. Он шел чуть впереди, но даже не оглянулся.

– Как ты освободился? – Джейрис продолжила разговор со спиной. Его рубашка выглядела так, словно ею помыли пол, и была испачкана Огненный бог знает чем.

– Даже в тылу врага у меня оказались друзья.

– Расскажешь? – без особой надежды поинтересовалась Джейрис. Но на удивление, Анхель ответил, поравнявшись с ней:

– Хар, сын короля Дагана и брат Нелиды. Он у меня в долгу. И можешь мне поверить, даганцы очень серьезно относятся к долгам, именно поэтому предпочитают их не иметь. Давно это было. На охоте. Мы с ним немного заблудились, а тут кабан. Хар в него выстрелил из арбалета, но неудачно и чуть не лишился ноги и жизни. Я его спас. И пообещал никому не рассказывать. Если бы кто-то узнал, что наследник так опростоволосился на охоте, то порка была бы наименьшей из его бед. Магические способности королевского рода Дагана связаны с охотой. Они – ищейки. Кстати, именно так они нас и выследили.

– Хочешь сказать, он помог нам бежать? Из-за истории, произошедшей много лет назад, он предал свой союз? – недоуменно уточнила Джейрис.

– Я же говорю, они очень серьезно относятся к долгам, – терпеливо объяснял Анхель. – Ты никогда не была в Дагане, а я был. Страна с жестокими нравами, но с высокими понятиями о чести. К тому же у них есть поверье: если человек войдет в загробный мир с неоплаченным долгом, то будет вынужден проживать этот момент снова и снова. Вечность. Это неоконченное дело, которое не даст ему успокоения.

– Все равно как-то... странно. Как же он все организовал?

– Подсыпал всем в еду и воду снотворное, освободил меня, отдал ключи от твоих кандалов, приготовил лошадь.

– Они же всё поймут... Что с ним будет?

Подул свежий ветер, какой бывает только после ливня, и Джейрис поежилась. Но не от холода. С недавних пор на открытой местности она чувствовала себя некомфортно. Они сейчас как два ярких пятна на мишени. Ничего не стоит выпустить стрелу и завершить их «восстание».

– Тебя что, действительно это волнует? – удивился Анхель. – Ничего ему не будет. Он наследный принц, будущий король. Эмилю придется постараться, чтобы доказать это. К тому же Хар уже, скорее всего, приготовил, на кого свалить вину.

Джейрис замолчала. Имя Эмиля неприятно отозвалось внутри, поднимая волну гнева. Мысли вихрем пронеслись в голове. Еще один удар.

Почему, почему им всем доставляет такое удовольствие подавлять ее? Грубо давить своей силой. Король Долмар, Рэм, Эмиль, Нелида, да даже Анхель. Она ничего никому из них не сделала. Кроме того, что родилась драконом. Но это не ее выбор. Почему ее наказывали за это?

– Знаешь, твоя семья... У тебя самая ужасная семья на свете! Куда ни плюнь, одни заговоры и предательства.

И все они еще пожалеют об этом.

Анхель фыркнул.

– Думаешь, в драконьих семьях было по-другому? У вас убивали и за меньшие прегрешения, – Джейрис молчала. – Добро пожаловать в мой мир, – тихо добавил Анхель.

27

– Зачем ты убила меня?

Айлан блуждала по коридорам памяти. Она случайно забрела сюда. Какую бы дверь ведьма ни открывала, то сразу же слышала:

– Зачем ты убила меня? – молодой мужчина пристально смотрел на нее мертвыми глазами.

Ведьма остановилась.

– Зачем ты убила меня?

– Я не знаю, – прошептала она.

Он улыбнулся, обнажая окровавленные зубы.

– Ты знаешь.

Айлан с трудом разлепила веки, которые плохо слушались, как и все остальное тело. Она несколько раз моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд в полумраке. То, что она видела, было странным. Может, очередная уловка короля?

Король Джос сидел на полу ее камеры. Айлан безошибочно узнавала его по белеющим во мраке светлым волосам. Он был окружен четырьмя небольшими чашами, расположенными строго перед ним, позади и по бокам. Джос что-то тихо бормотал и кидал поочередно в чаши. Айлан не могла разобрать, что видела. Она вообще сомневалась, что это не игра затуманенного рассудка.

Джос внезапно резко поднялся, решительно подошел к ней и, прежде чем Айлан успела издать хоть звук, с силой вонзил кинжал ей в бок. Ведьма даже не почувствовала боли. Не самое худшее, что с ней сделали за последние дни. Король тем временем вынул нож, обильно испачканный ее кровью. Он снова встал в центре от чаш и капнул в каждую по капле крови, которая стекала с кинжала. Он продолжал что-то шептать, до ведьмы донеслось:

– ...Шаясу, Катару, Рани, – Джос повторил это более отчетливо еще два раза.

Пронизывающий ветер и замогильный холод потустороннего мира окутали Айлан, а дальше ей стало больно. Не просто больно. Чудовищно больно. Каждая клеточка вопила от боли. Она потеряла сознание.

Ведьма вздрогнула, очнувшись от забытья. Боль, воспользовавшись моментом, тут же хлынула в измученное тело. Но невероятным усилием Айлан загнала ее в дальний угол, прикрыв тенью. Что бы с ней ни происходило, все теперь казалось сном. Она попыталась пошевелить руками и ногами, но они не послушались. Ведьма продолжала висеть на цепях, кажется, ее вообще перестали снимать.

Айлан подумалось, она слишком долго была одна. Значит, скоро придут. Они приходили каждый день. Либо Джос, либо те, кто пытал. Иногда вместе. Король пытался сломить ее волю, но он не понимал: никакой воли у нее давно нет. Ведьма держалась только потому, что едва соображала, где находилась, и уже не помнила, что и зачем она скрыла. В голове блуждало слишком много теней, и она не имела ни малейшего представления, что под ними и как их разогнать. Чем больше боли Джос причинял, тем больше Айлан забывала.

За дверью ее камеры раздались голоса.

– Что-то я тебя не помню.

– Я из новобранцев. Но король меня заметил. И лично отправил сюда.

– Нравится пытать людей? – в голосе стражника не слышалось ни осуждения, ни удовлетворения.

– А тебе нет? Такая власть над человеческим телом, наслаждаешься их криками и болью. Раньше приходилось довольствоваться котятами и щенками, но наконец-то подвернулась работенка мне по душе, – в отличие от другого, этот голос был полон жестокости.

Айлан сжалась. К ней отправили очередного монстра, для которого она всего лишь кусок мяса. Ведьма неожиданно всхлипнула. Сколько еще она будет в состоянии это выдерживать? Лучше смерть.

– Понятно, почему ты здесь. Уж не знаю, что король хочет от нее услышать, но девчонка уже плоха. Не убей ее.

– Не переживай. Я умею чувствовать, когда человек находится на грани жизни и смерти. Это самая сладкая часть.

Ведьма подняла взгляд на свои затекшие руки, которые она давно перестала чувствовать. От слез изображение расплывалось. Хоть бы одна зазубрина на этих кандалах. Одна зазубрина, и она сможет попробовать вспороть себе вены.

– Ладно, ладно. Давай иди уже.

Айлан в панике задергалась. Ничего. Ничего.

Тогда ведьма полностью повисла на руках, оторвав ноги от пола. Она соберет последние силы и ударит его. И будет надеяться, мужчина придет в такую ярость, что убьет ее.

Дверь камеры открылась, пропуская тусклый свет из коридора, но длинная мужская тень тут же перекрыла его. Дверь захлопнулась, снова погружая камеру в полумрак. Лишь небольшой факел в углу давал слабое освещение. Ее палач медленно приближался.

Айлан, пребывая в каком-то трансе, резко вскинула ноги и направила их в неясный силуэт. Но мужчина с легкостью перехватил удар. Вот и все. Она даже это не смогла сделать.

Все еще удерживая ее ноги одной рукой, мужчина приблизился, и перед глазами всплыло его лицо. Он прижал палец к губам, показывая не издавать звуков. Он был ей знаком. Она точно его знала. Но откуда? Может, он из той части сознания, которую ведьма погрузила в тени? Но Айлан не могла достать эти знания. А потому ответа не было.

Айлан судорожно вздохнула и вгляделась в лицо пришедшего. Она уже видела эти серые глаза. Серые. Наконец-то не разноцветные.

– Когда я скажу – кричи, – тихо произнес он, осторожно опуская ее ноги на пол.

Айлан покорно кивнула. Она сделает все что угодно, лишь бы ее оставили в покое.

Мужчина извлек какие-то тонкие палочки и потянулся к кандалам.

– Давай.

Айлан хрипло закричала. Она не помнила, кричала ли она до этого. Ее разум все время пребывал в тумане.

Пока ведьма кричала, кандалы с щелчком расстегнулись. Крик оборвался, Айлан тут же рухнула, но мужчина успел ее подхватить. Мягко опустив ведьму на пол, он вернулся к двери и вышел. Что он делает? Он хочет позвать другого стражника? Хочет, чтобы ее избили? Или это очередная пытка? Дать ей крошечную надежду, а потом отнять.

Через несколько минут мужчина вернулся и, подхватив Айлан на руки, словно ребенка, направился к выходу. Так, должно быть, носила ее мама в детстве. Мама, которую она совсем не знала, потому что та умерла, когда Айлан была маленькой. У нее была только властная бабушка. Это она хорошо помнила. Эти воспоминания никуда не делись.

Куда они идут? Джос придумал новую изощренную пытку? Где он? Ведьма непроизвольно задергалась, пытаясь вырваться, но мужчина крепко прижал ее к себе. У Айлан осталось настолько мало сил, что даже это движение лишило ее малейшей возможности сопротивления.

Они вышли в коридор, и Айлан заметила лежавших без сознания стражников. Убитых стражников. Под ними растекались лужи крови. За что Джос наказал их? Мужчина тем временем решительно направился в глубь подземелья, петляя между заполненными камерами. До них долетали голоса заключенных. Видимо, он несет ее в новую камеру, где продолжится карнавал тьмы и боли. Возле очередного поворота он замер, еще сильнее прижимая Айлан. Прошла минута, две, десять. А они все стояли и чего-то ждали.

Внезапно раздался оглушительный взрыв, стены тюрьмы содрогнулись, но выстояли. Мужчина быстро ринулся туда, прямо в клубы пыли, поднятые взрывом, не дожидаясь, пока они рассеются. В стене зияла дыра, а по другую сторону их кто-то ждал.

Он аккуратно втолкнул Айлан в образовавшийся небольшой проем, передавая ее ожидавшему их мужчине, который, очевидно, и устроил взрыв.

Тот перехватил ее тело. Его светлые волосы разметались и теперь падали ему на лоб. Он мрачно усмехался.

– Ты оплошала, ведьмочка. И теперь мы в заднице.

28

Было пасмурно и прохладно. Айлан сидела у костра, завернутая в какой-то плед, и отстраненно смотрела на двух мужчин, которые расположились напротив и выжидающе сверлили ее взглядом.

Они ехали в молчании несколько часов, прежде чем остановились в лесу. Ведьма не знала, что они хотели от нее и зачем вытащили из тюрьмы, наверняка это очередной изощренный план Джоса, дабы она поверила, что свободна, и доверилась этим незнакомцам. Нет. Не бывать этому. Никому нельзя верить. Особенно мужчинам.

– Айлан? – осторожно спросил тот, что с рыжими волосами.

Она вытаращила глаза. Он знает ее имя. Конечно, знает. Джос рассказал им.

– Похоже, она тронулась умом... – пробормотал другой. Он отвернулся и теперь что-то чертил наконечником стрелы на земле. Айлан настороженно следила за его сильными руками, которые, несмотря на плохую погоду, не были покрыты черной туникой, надетой на нем. Такими руками только шеи и сворачивать.

Рыжеволосый сел рядом. Ведьма недоуменно уставилась на него.

– Айлан? – снова позвал он. – Ты помнишь меня?

А должна? Он, конечно, казался смутно знакомым, но... все это могло быть иллюзией Джоса.

Она покачала головой. Мужчина помрачнел.

– Меня зовут Касимус. Мы познакомились недавно. И теперь работаем вместе.

Что за чушь? Она не стала бы работать с какими-то непонятными мужчинами. Исполнять их приказы. Бррр... Но Айлан не подала виду, что их легенда с треском провалилась.

– Понятно, – безучастно ответила ведьма, отворачиваясь. Она наблюдала за огнем, который весело полыхал в костре, деловито поглощая брошенные в него поленья.

Мужчина, представившийся Касимусом, тяжело вздохнул.

– Слушай, я не знаю, что там с тобой сделали или что ты сделала сама, но ты должна все вспомнить.

Айлан медленно перевела взгляд на него и вгляделась. Он был симпатичным. Печальные глаза, жесткая линия губ, широкий подбородок. Он расстегнул верхние пуговицы серой рубашки, под которой мелькали легкие кожаные доспехи. Она разглядывала его бесконечно долго, пока внезапно он осторожно не взял ее за руку, выдергивая из заторможенности. Ведьма испугалась этого прикосновения и в панике задергалась, но мужчина крепко сжал ее ладонь.

– Айлан, – голос его звучал твердо. – Загляни в свой разум. Ты должна вспомнить. Если я могу чем-то помочь, то только скажи.

Ведьма продолжала смотреть на него и молчала. Он располагал к себе. Ей хотелось тянуться к нему. Но это невозможно. Джос играет с ней.

– Все реально, ведьмочка, – светловолосый мужчина швырнул свою стрелу в костер, и тот тут же радостно набросился на новое угощение. – Выбирайся уже из этого дерьма.

Ведьмочка. Слово резануло по ушам. Кто-то уже так обращался к ней.

– Некогда плакать и страдать, – продолжал он. – Будешь слабой – тебя убьют. Слабость – отрава, которая разъедает изнутри. Позволишь ей хозяйничать – и обратно уже будет тяжело вернуться. Победа никогда не придет к тем, кто не достоин. Ты должна быть сильнее. Сильнее даже самой себя.

Айлан молча слушала его. Это были рассуждения воина. Каждое слово, жест и внешний вид выдавали в нем опытного бойца. Она знала его. Это точно. Ведьма повернулась к мужчине, который продолжал сжимать ее руку. Он обеспокоенно всматривался в ее лицо. Он тоже воин. Но воин не по зову сердца, а по велению долга. Отчаяние всколыхнулось в ней. Что бы она ни забыла, она должна это вспомнить. Что же касается Джоса... Айлан уже смогла один раз противостоять ему, сможет и еще раз в случае необходимости.

– Шалфей, боярышник, розмарин и ромашка, – только и сказала она.

Мужчина кивнул и выпустил ее ладонь. Он принялся рыться в сумке, выкладывая пучки трав. Он что-то бормотал себе под нос, светловолосый периодически останавливал его и показывал, что убрать, а что, наоборот, пригодится. Кажется, он разбирался в травах лучше своего спутника.

Айлан, не издавая ни звука, водрузила небольшой котелок над костром, мужчина с рыжими волосами тут же налил туда воды из своей фляжки. Айлан вяло разобрала каждый пучок. Что-то она просто кинула в кипящую воду, что-то мелко порезала, а из чего-то выдавила несколько капель сока и все отправила в котел. Подобные отвары ведьма умела готовить с детства. Если знать свойства каждой травы, то не составит никакого труда приготовить зелье, которое поможет твоему организму.

Пока Айлан это делала, взгляд невольно падал на руки, и она их не узнавала. Это чьи-то чужие кисти и предплечья. Все сплошь покрыто жуткими ранами и нарывами. Ей не хотелось знать, как выглядело остальное тело.

Мужчины наблюдали за ее движениями.

– Нам бы поторопиться, – тихо сказал белокурый воин, но Айлан все равно его услышала, – дольше здесь оставаться небезопасно. Не хватало еще и нам угодить в плен к королю Андалии.

Ведьма помешивала свое зелье по часовой стрелке, а потом несколько раз против.

Другой молчал.

– До сих пор не могу поверить, что ты втянул меня в эту авантюру, – продолжал ворчать мужчина со светлыми волосами.

Айлан осторожно перелила часть варева в приготовленную заранее кружку. Жидкость дымилась и распространяла приятный аромат розмарина. Ведьма какое-то время в нерешительности смотрела на отвар, а затем осторожно погрузилась в глубину сознания, ощущая, как темнота окружает ее вязкой тягучей массой. В то же время она схватилась за кружку и залпом опрокинула в рот, не обращая внимания на то, как зелье сжигает ей горло.

29

Дворец королевы Мерены, хоть и небольшого размера, производил впечатление. Никаких простых линий и форм; торжество вычурности над обыденностью. Богато декорированные светлые фасады – первое, что притягивало взор. А дальше глаза разбегались, не понимая, за что цепляться: лепнины, роспись, резные панели, скульптуры, колонны. Казалось, под всем этим обилием и дворца-то не видно. Для Джейрис это был особенно сильный контраст, ведь единственный королевский дворец, который она видела, находился в Андалии, а его внешний вид отличался неким аскетизмом. Воображение отказывалось представлять, сколько труда и времени вложено в создание этого архитектурного шедевра.

Анхель и Джейрис прибыли в Вестор неделю назад и наконец-то смогли расслабиться. Здесь власть Андалии заканчивалась, и они могли спокойно ехать по главной дороге. Они снова были вынуждены украсть денег, на которые купили новое оружие и лошадей. Джейрис чувствовала себя гораздо лучше. Она немало удивилась, как первые дни Анхель бережно промывал и смазывал мазью ее раны. Такая забота – это что-то новое. Конечно, на спине теперь навсегда останутся уродливые шрамы, но сила возвращалась к ней и привычно бурлила внутри.

Они пришли к дворцу на рассвете, проведя ночь в городе в одном из трактиров. Перед воротами стояла стража, препятствуя входу.

– Мне нужна аудиенция у королевы, – Анхель обратился к ближайшему стражнику.

– Сегодня королева никого не принимает, – ответил он. – Приходите в другой день.

Джейрис с самого начала считала это глупой идей: просто заявиться во дворец, никто не пропустит их. Но принц лишь отмахнулся.

– Передайте королеве: прибыл странник. И это очень важно, – настаивал Анхель.

– Ну еще чего, – грубо бросил стражник.

Анхель подошел ближе и скрестил руки на груди.

– Как хотите. Но у меня очень важные сведения для Ее Величества, и если она не получит их сегодня, случится большая беда, – хмуро добавил принц, – а ты лишишься головы.

Стражник недоверчиво посмотрел на него, подмечая простую одежду, которая никак не могла принадлежать какой-нибудь значимой особе, но одновременно смущаясь от абсолютно не вяжущегося с образом простолюдина высокомерия просителя. Но все же сказал с усмешкой:

– Давай иди отсюда.

Едва уловимым движением Анхель переложил в руки гвардейца несколько золотых монет.

– Просто доложи королеве, – он хитро улыбнулся. – Я дам тебе еще. В конце концов, ты ничего не теряешь, даже если королева нас прогонит.

Стражник неуверенно помялся, но тем не менее спрятал монеты и быстро пошел в сторону дворца.

Джейрис не верила своим глазам. За считаные минуты Анхель убедил стражника. Видимо, искусство дипломатии в крови у любого королевского отпрыска. Торжествующе улыбаясь, принц подошел к Джейрис.

– Ждем. Как только окажемся перед королевой, ты снимешь свои маскирующие чары. Она должна узнать меня.

Джейрис кивнула. Когда после побега сила вернулась к ней, она обновила знаки, меняющие их внешность.

– Что означают твои слова про странника?

– Она меня так в шутку называла в детстве. Я любил убегать из дворца и бродить целыми днями. Потом я стал так подписывать свои письма.

Тяжело было предугадать настроение Анхеля. Многие ее вопросы он оставлял без ответа, на другие язвил и лишь на некоторые отвечал. Как происходил отбор в его голове, Джейрис не понимала. После побега они привычно почти не разговаривали. Она не знала, что Анхель чувствовал и о чем думал. Пережитые события нисколько не сблизили их.

Минуты тянулись медленно. Солнце решительно шествовало по небу, разливая свое тепло. Прошло не меньше часа, прежде чем стражник вернулся.

– Королева желает вас видеть, – сказал он, – но сначала мы вас досмотрим.

Анхель отдал ему свои кинжалы и отсыпал еще монет, как и обещал. У Джейрис также забрали оружие, но, к счастью, не нашли тщательно спрятанный серебряный кинжал в подкладке куртки. Кинжал был скрыт настолько хорошо, что даже в плену у Эмиля его не смогли обнаружить.

Стражник сделал жест следовать за ним. Внутренний интерьер дворца более спокойный. Залы и коридоры не перегружены узорами, картинами и статуями, хоть они и присутствовали. Все выполнено в пастельных тонах, создавая атмосферу уюта и покоя, но при этом через некоторое время утомляя своим однообразием. Спустя бесчисленное количество коридоров Джейрис уже перестала их различать, гадая, не ходят ли они по кругу.

Пока шли, девушка-дракон незаметно вытащила кончик кинжала и уколола палец. На ходу Джейрис рисовала необходимые знаки на себе и на рядом идущем Анхеле, не прижигая их. Эти жесты были заучены наизусть, и она могла делать это не глядя. Со стороны выглядело так, будто бы Джейрис внезапно решила взять принца за руку. Анхель слегка вздрогнул, когда она коснулась его, но никак не отреагировал, продолжая шагать.

Наконец добравшись до тронного зала, Джейрис уже не удивилась, насколько он светлый: огромные окна пропускали много солнечного света, который отражался от белого пола и стен, освещая даже самые дальние уголки. В другом конце зала на возвышении стоял трон из точно такого же белого камня, что и весь дворец, на котором величественно восседала королева Мерена.

Остановившись неподалеку, они поклонились. Королева красива, но это была строгая красота. Ее лицо, словно лицо статуи, неподвижно, темные каштановые волосы убраны в высокую прическу, и одета она в белое платье, представляя собой единое целое и с троном, и с залом, и с самим дворцом. Мерена смотрела сурово и властно.

Джейрис почувствовала себя неуютно. Несмотря на то что они обновили одежду и отмылись от пыли и крови, по сравнению с белизной зала путники были как два куска грязи.

Не теряя времени, она быстро сняла чары, пока их не приказали казнить. Джейрис выпустила несколько искр своего пламени, и руку обожгло болью. Придворные ахнули и зашептались. Значит, все получилось.

Мерена все еще молчала, на ее лице не отобразилось никаких эмоций.

– Анхель, – с внезапной нежностью произнесла она, вставая с трона.

Принц радостно улыбался королеве. Внутри Джейрис что-то всколыхнулось, но она быстро подавила это.

– Оставьте нас, – приказала королева, – все.

Придворные быстро покинули тронный зал. Только стража не тронулась с места.

Мерена плавно спустилась по ступенькам и подошла к Анхелю. Они тепло обнялись.

– Я рада тебе, – сказала она, и ее лицо озарилось светом.

Анхель, продолжая улыбаться, поцеловал руку королевы.

– Мерена... Можно ли быть еще прекрасней?

«Ты пришел сюда просить о помощи или любезничать?!» – раздраженно подумала Джейрис.

Мерена тепло улыбалась ему.

– Как же я счастлива, что с тобой все в порядке. Я получила тревожные известия из Андалии, – улыбка сменилась обеспокоенностью. – Это правда? Твой отец мертв, а Джос теперь на троне?

Мрачная тень набежала на Анхеля.

– А... Эмиль? – осторожно спросила королева.

Анхель недовольно покачал головой.

– Они оказались в сговоре и устроили переворот. То, что они задумали... коснется всех нас.

Тревога отразилась на, казалось, каменном лице королевы. Но ей пришлось быстро взять себя в руки.

– Тебе здесь ничего не угрожает, – пообещала Мерена. – Ты и твоя спутница в безопасности. Кстати... не представишь нас?

– Джейрис Мирасс, воспитанница моего отца, – тут же ответил Анхель.

Джейрис выпрямилась и натянула маску безразличия.

– Та самая? – королева с неподдельным интересом посмотрела на девушку-дракона.

Анхель кивнул.

Королева окинула ее оценивающим взглядом, а затем произнесла то, от чего у Джейрис пропал дар речи.

– Для меня большая честь познакомиться с вами. Уж сколько слухов и легенд я слышала. Но вы... прекрасны.

На лице Анхеля мелькнула довольная улыбка. От шока у Джейрис сковало язык, но она спохватилась и поклонилась, все так же сохраняя равнодушное выражение.

– Вы мне льстите, Ваше Величество.

Королева улыбнулась и повернулась обратно к Анхелю.

– Вы – мои гости. Чувствуйте себя как дома.

– Вообще-то, – начал Анхель, – мне бы хотелось с тобой поговорить.

– Конечно, – тут же отозвалась Мерена, – я слушаю тебя.

– Я хочу сорвать корону с головы моего брата-предателя, который убил нашего отца. И остановить их... что бы они ни планировали, – глаза принца гневно сверкнули. – Но для этого мне понадобится твоя помощь.

Королева Мерена задумчиво выслушала его, снова исчезли все эмоции.

– Между нашими странами действует мирное соглашение.

– Но это соглашение заключалось моим отцом, – возразил Анхель. – Своим бесчестным поведением Джос и Эмиль нарушили все мыслимые и немыслимые законы. Они уже сговорились с Даганом. А что будет дальше, мы можем только гадать. Помоги мне. И когда я стану королем, я пересмотрю границы наших территорий. – Он на секунду замолчал. – Помоги мне. Ради наших стран.

Королева медленно вернулась к трону и села, словно ей тяжело было стоять.

– Я услышала тебя, дорогой друг, – спокойно сказала она. – Мне нужно время подумать. А пока, прошу вас, оставайтесь во дворце. Вы под моей защитой. И я жду вас сегодня отужинать со мной.

Анхель слегка поклонился и пошел к выходу. Джейрис сделала то же самое и поспешила за ним. Кажется, он не выглядел расстроенным, это хороший знак.

Слуги проводили их до покоев. Они хотели отвести Джейрис в отдельную комнату, но Анхель сказал, она останется с ним.

Джейрис не противилась. Небезопасно разлучаться. Хотя вроде Мерена и не производила впечатление коварной королевы, но недавние события убедили ее не доверять никому.

– Я рад, что ты в основном молчала и не сморозила какую-нибудь глупость или дерзость, – заговорил Анхель, когда они остались одни.

Джейрис тут же пожалела о своем намерении спать с ним в одной комнате.

– А я рада была заметить, что, оказывается, ты можешь быть милым. Такая неожиданность, – язвительно парировала она.

– Что ты имеешь в виду? – Анхель озадаченно посмотрел на нее.

– А то, что, похоже, только со мной ты груб и неучтив. Другие не удостоены подобной чести.

– Я не груб с тобой, – возразил принц.

– Неужели? – удивилась Джейрис. Раздражение нарастало в ней. – Я для тебя не более чем полезная вещица, помогающая в достижении целей. А зачем быть обходительным с вещью? Ты с детства меня ненавидел. – Джейрис уже не могла остановиться, яростный огонь всколыхнулся в драконе, отражаясь на волосах. – А я ненавижу тебя.

– Ты не права! – воскликнул Анхель, быстро начиная злиться. – Если бы это было так, мы бы не стояли сейчас здесь. Если бы это было так, я бы не заставлял тебя принести мне клятву на крови. Если бы это было так, ты бы умерла еще в той чертовой Долине!

Джейрис опешила.

– О чем ты?

– Ни о чем, – гневно отрезал Анхель, – ты же меня ненавидишь. Ну и пожалуйста. Мне наплевать.

– Как будто ты оставил мне выбор, как к тебе относиться после всех этих лет! – срываясь на крик, бросила Джей.

Анхель еще несколько секунд смотрел на нее, сверкая глазами, а потом молча отвернулся, не желая продолжать этот разговор.

Джейрис развернулась к окну, швыряя свои вещи на диван. Она была в ярости. И что значили эти слова «если бы это было так, ты бы умерла еще в той чертовой Долине». Что он сделал с ней?

30

На ужине с королевой были только они. Личная столовая королевы Мерены небольшая, такая же светлая, как и остальные помещения дворца, но обильно украшенная цветами. Вазы стояли везде, создавая ощущение, что принимаешь пищу в оранжерее. Иногда мимо сновали слуги, сменяя блюда на новые. Но Джейрис едва замечала их, кипя внутри как чайник. Того и гляди пар из ушей повалит.

Анхель с Мереной мило беседовали. Она же предпочитала молчать. Во-первых, к ней все равно никто не обращался, во-вторых, Джейрис еще злилась на Анхеля. Казалось, после стольких лет ее больше не должно трогать его отношение, но она злилась. Она не будет больше терпеть. Пусть он теперь делает с этим, что хочет. Ему нужна ее помощь, а если нет, то пусть разрывает свою дурацкую клятву прямо сейчас.

Джейрис аккуратно расправила складку на молочном платье, не особо прислушиваясь к разговору. Им предоставили новую чистую одежду. Джейрис досталось очаровательное светлое шифоновое платье без украшений, но очень изящное. Оно струилось по фигуре, словно молочная река. Джейрис заметила: в светлом дворце и остальные предпочитали светлые оттенки в одежде. Ее взгляд скользнул по Анхелю. Его камзол и рубашка были кремового цвета.

– Я слышала, драконы часто гневаются, – внезапно обратилась к Джейрис Мерена, глядя поверх ее головы. – Теперь я вижу... слухи не врут.

Джейрис спохватилась, заметив: пламя снова вспыхивало на волосах, которые были уложены на одну сторону, спадая по плечу на грудь.

– Прошу прощения, – пробормотала она, подавляя магию.

– Мы вас чем-то рассердили? – вежливо поинтересовалась королева.

Джейрис быстро взглянула на Анхеля, который смотрел на нее с непроницаемым лицом.

– Ну что вы, – ответила она, – моя сила все время хочет вырваться. Я не всегда сразу замечаю, что должна подавить ее.

– Как интересно, – произнесла Мерена. – Наверное, очень тяжело жить с таким грузом на плечах?

– Не тяжелее, чем жить с грузом королевы, – пожала плечами Джейрис.

Мерена внимательно разглядывала Джейрис, и та не отводила взгляд.

– Позвольте спросить, вы были воспитанницей короля, вы могли присягнуть на верность любому из принцев. Почему же именно Анхель?

Джейрис посмотрела на него. Лицо принца по-прежнему ничего не выражало, разве что стало чуточку бледнее. Значит, он не рассказал королеве про свой маленький фокус.

– Так сложились обстоятельства, – немного подумав, ответила Джейрис. Ей не хотелось выставлять принца в дурном свете. Если королева решит, что он не достоин, то не даст армию, и тогда Анхель не станет королем, и дракон навечно останется его собственностью. – Мы заключили сделку. Каждый получит то, что хочет.

– И чего же хотите вы? – напирала Мерена.

– Свободу.

Анхель заметно расслабился. Он понял, что выдавать его секреты не в ее интересах.

Мерену, кажется, удовлетворил этот ответ, и она повернулась к Анхелю, возвращаясь к разговору. Прислуга одновременно забрала у них грязные тарелки из-под салатов и тут же поставила супы. Но Джейрис отодвинула мутную жижу в сторону и попросила принести ей мяса. Схватившись за вилку, она продолжила рассматривать королеву, наблюдая, с какой грацией двигались ее руки, как изящно она наклоняла голову и как улыбка искрилась на алых губах. Ее движения плавные, а голос словно журчащий ручей.

– Какой магией вы обладаете? – Анхель что-то говорил, но Джейрис его перебила, желая подтвердить свою догадку. Все правители на континенте владели магической силой.

Мерена удивленно повернула голову в ее сторону. Анхель недовольно поморщился.

Затем королева медленно подняла ладонь, и из стоящего рядом бокала с водой потянулась тонкая струйка, стремясь к ее руке. Она змейкой начала виться между пальцев, а после покорно вернулась обратно в стакан.

Мир взорвался огнем. Мерена горела вместе со своим дворцом, пылали города, в панике кричали и умирали люди, а девушка-дракон задыхалась от дыма и пепла. Вестор молил о пощаде, но пощады не будет. Ее никто не щадил. Видение захлестнуло так, что невозможно было отделить реальность от вымысла. Словно все происходило наяву. Джейрис прикрыла глаза, отгоняя жуткую картину, по коже поползли мурашки. Она почувствовала, как холодный металл вилки, которую она все это время сжимала в руке, зашипел от жара, и Джейрис резко разжала ладонь, со звоном роняя прибор на стол. Вот проклятье. За последнее время у нее расшатались нервы, раз она стала так легко терять контроль над собой.

Джейрис так и предполагала, что Мерена управляла водной стихией. Весь ее внешний вид говорил об этом: такая же сильная и такая же мягкая, точно вода. Сила дракона неприязненно отреагировала на проявление водной магии, ощущая угрозу в чужом могуществе. Вода дарила жизнь, а могла принести и смерть, удушая или заставляя твою кровь подчиняться ее воле.

– Впечатляет, – только и произнесла Джейрис, с невозмутимым лицом взяв вилку обратно.

Анхель сверлил ее взглядом, а Мерена снисходительно улыбнулась, словно и не заметила очередной несдержанности драконьей силы.

– Благодарю, – а затем обратилась к принцу: – Что тебе еще известно об их планах?

Мерена, конечно же, имела в виду Эмиля и Джоса.

– К сожалению, почти ничего, – вздохнул Анхель. – Я всегда знал, что Джос хочет стать королем, и был только вопрос, когда он войдет в полную силу и совершит задуманное. Я надеялся, у меня больше времени. И разумеется, даже не подозревал, что Эмиль тоже с ним. – Принц медленно поводил ложкой в тарелке с супом. – Но одно понятно точно: их планы идут дальше трона Андалии. Хар и Нелида не просто так помогают им. Они преследуют свою выгоду.

– Может, им посулили новые земли? – предположила Мерена.

– Сомневаюсь. Им нужна Джейрис. Для чего правителю нужен дракон? Только для завоеваний. Они даже не поленились устроить проверку ее возможностей. Подстроили ловушку в Долине.

Джейрис нахмурилась. Да, подстроили. И она послушно заглотила очередную наживку.

– Думаешь, они хотят захватить всех... нас? – тихо спросила Мерена. – Джос писал мне, предлагал быть союзниками... в будущем. Но он не вдавался в подробности. А я ответила отказом.

Анхель кивнул. Он и так знал об этом.

– Не исключено. Видимо, они с даганцами решили, что пять королевств на континент – многовато. А вот два – в самый раз.

– Допустим. Но их армий не хватит противостоять Вестору, Сарии и Мадору.

– Поэтому Эмиль так рассвирепел, – внезапно сказала Джейрис, встревая в разговор. – По их замыслу, я приношу клятву на крови Джосу, а Анхеля запирают в какой-нибудь башне. И вот уже перевес сил на их стороне. Но мы сбежали. И они знали, куда мы направляемся, идя по нашему следу. А теперь мы можем предупредить других правителей. И они теряют эффект неожиданности.

И Джос, и Эмиль твердили Анхелю про глупость, которую он совершил и чуть все не погубил. Конечно, они хотели сохранить тайну до поры до времени, а потом нанести удар. Они даже разыграли фарс перед ними, будто Джос решил убить старшего брата, чтобы держать интригу до конца. А они спутали им карты. Следующая мысль пронзила Джейрис. Старшие принцы ездили с дипломатической миссией по королевствам. Какие же контакты они установили и какие союзы заключили на самом деле? Тогда они и сговорились с Даганом. Что, если еще кто-то примкнул к этому союзу?

– Почему же все-таки королем стал Джос? – Мерена задала вопрос, который и так крутился в их головах.

– Неважно, кто сидит на троне сейчас, – тихо проговорил Анхель, – если потом в их руках будет весь Астерон.

– Сдается мне, Эмиль не особо доверяет Джосу, – предположила Джейрис. Эта расплывчатая мысль появилась только что, обретая форму. – Он оставил его заниматься тем, чем тот и хотел, – править Андалией, а сам отправился за нами. Чтобы лично контролировать их главное оружие. И заодно держать своих союзников на коротком поводке.

Лицо Анхеля исказилось, а руки сжались в кулаки.

– Я только вот чего не понимаю, – продолжала Джейрис, – если король Долмар обладал даром предвидения, как он мог не знать, что дети предадут его?

Принц, справившись с собой, немного расслабился.

– Отец был слаб. Видения крайне редко посещали его. Я тоже надеялся на это, но боги распорядились по-другому.

Джейрис задумчиво смотрела на Анхеля через стол, подмечая его королевскую осанку и темный блеск в глазах. Она понимала его ярость и боль. Она чувствовала то же самое. Его тоже одурачили. Он тоже стал жертвой чужой жажды власти. Внезапно Джейрис подумала, что больше не злится на принца. Анхель делал все, чтобы выжить. Она бы поступила так же. Ей было бы наплевать на чувства и мысли других. Они не друзья. Но у них одна цель. И к этой цели они смогут дойти только вдвоем.

Спать Джейрис решила на диване рядом с кроватью. Утащив оттуда одеяло с подушкой, она плюхнулась на свое твердое ложе. Покрутившись, она поняла: как ни ляг, все неудобно. Ладно, в конце концов, в пути и на земле было удобно.

Анхель зашел в комнату, немного задержавшись с королевой после ужина. Что они там делали, интересно.

Быстро раздевшись, принц лег на кровать.

– Что это было за ужином? – спросил он, догадываясь, что Джейрис не спит.

– А что было? – не поняла она, уставившись в потолок. По нему гуляли слабые отсветы луны, которые настойчиво пробивались через окно.

– Зачем ты стала спрашивать Мерену о ее силе? Могла бы и у меня узнать. Да и твое пламя... На несколько мгновений мне показалось, ты не сдержишься и нападешь на нее.

– Ты что, ведьминских фруктов объелся? – фыркнула Джейрис. – Я, по-твоему, совсем обезумела? Просто моей силе неприятна ее магия. Огню чужда вода. А воде чужд огонь. Мы несем угрозу друг для друга на инстинктивном уровне. Но до тех пор, пока Мерена не приставила кинжал к моему горлу, ей нечего опасаться.

Джейрис больше беспокоили видения. Иногда ей казалось, она видит прошлые воспоминания своих предков, которые жгли города, а иногда свое будущее, если ее сила выйдет из-под контроля. Но ответов не было, в книгах о таком не писали. А в Андалии Джейрис никому не рассказывала, дабы ее не посадили под замок, как обезумевшего дракона.

Анхель молча обдумывал услышанное. Джейрис прикрыла глаза, пытаясь заснуть.

– Ты все еще злишься? – внезапно снова нарушил тишину принц.

Джейрис вздохнула. Похоже, поспать не удастся.

– А ты как думаешь?

– Но ты не рассказала Мерене про кровную клятву, почему?

– Вдруг она тоже поймет, какой ты жалкий, и не даст тебе армию. Я не хочу всю жизнь провести с тобой.

– Ай, – притворно воскликнул Анхель, – кажется, теперь ты грубишь.

– Хочешь, чтобы я перестала злиться? Расскажи, что произошло в Долине.

Анхель снова замолк, и молчание затягивалось. Джейрис уже подумала, он в очередной раз решил не отвечать, когда принц сказал:

– Ты умирала. Я видел, я был рядом, жизнь вытекала из тебя вместе с чудовищной силой, которую ты выпустила из себя. И я не знал, как это остановить, – последнюю фразу он произнес совсем тихо, Джейрис его едва расслышала.

– И что ты сделал? – недоуменно спросила она, не понимая, почему до сих пор жива.

– Я понимал, если срочно что-нибудь не придумаю, ты умрешь. И тогда я подумал, если сила крови настолько огромна, почему бы не попробовать... поделиться ею. Я разрезал свою ладонь и прислонил к твоему порезу. Поначалу ничего не происходило. Я уже начал думать, что я просто идиот, который бездарно тратит время, вместо того чтобы сделать что-то реальное для твоего спасения. Твое дыхание затихало. Но потом... это стало похоже на вихрь. Магия хлынула из меня бешеным потоком, всего за несколько секунд ты вычерпала меня до дна. Я увидел, что ты задышала и даже ненадолго пришла в себя.

Джейрис вспомнила его раненую руку и была потрясена. Вот почему ее беспокоило это. Она чувствовала: что-то не так. Но это невозможно. Просто невозможно. Обмен силами когда-то являлся распространенной практикой, но мог произойти только между драконами. Но Анхель не дракон, в нем нет ни капли драконьей крови. Может, дело в том, что они связаны кровной клятвой?

– Зачем ты это сделал? – еле слышно спросила Джейрис. – Я могла забрать всю твою силу и убить тебя.

– Вся жизнь – риск. Особенно моя, – Анхель усмехнулся. – У меня был шанс спасти тебя, и я воспользовался им.

Джейрис пыталась справиться со свалившейся информацией. Анхель спас ее. Между ними возможен обмен силами. Дракон жив только благодаря человеку, которого она с трудом выносила.

Но немного подумав, Джейрис не стала обольщаться его поступком. Она была нужна ему. Принц проделал большой путь и не мог ее потерять. Ни тогда, ни сейчас.

Да, она была нужна ему. А он был нужен ей.

– Спасибо, – все равно прошептала Джейрис в темноту.

– Я не знал, – тихо произнес Анхель.

– О чем? – не поняла Джейрис.

– Что тебя так сильно задевают мои слова... Я имею в виду, ты и сама за словом в карман не полезешь. Я вообще не думал, что такое возможно – обидеть тебя.

– Мне все равно, – буркнула Джейрис и закрыла глаза, надеясь, что на этом вечер откровений подошел к концу.

31

Рано утром королева вызвала их на аудиенцию в тронный зал.

Джейрис чувствовала себя разбитой. Она почти не спала, размышляя над тем, что поведал Анхель. В конце концов придя к решению, что это все неожиданное действие кровной клятвы, Джейрис попыталась уснуть. Но сомнение маленьким жучком ползало в голове, не давая сомкнуть глаз. А когда сон все-таки одолевал, Джейрис тут же просыпалась от кошмаров. Ей снова и снова снился проклятый лагерь, принц Эмиль, принцесса Нелида и ее безжалостный кнут. Они хлестали дракона по спине, наслаждаясь болью и криками.

Анхель выглядел задумчивым, но вполне бодрым. Сейчас решалась его судьба. Если королева Мерена откажет, остается уповать только на помощь знати. Но знать не пойдет за слабыми.

Их одежду тщательно отстирали, поэтому Джейрис надела свои обтягивающие штаны, блузу и накинула сверху куртку. Анхель ограничился штанами, рубашкой и коротким черным камзолом.

На пути в зал принц был спокоен и невозмутим. Каменная маска на лице Джейрис добавляла серьезности их дуэту.

Королева Мерена величественно сидела на троне, дожидаясь их. Ее окружали стража и советники. Все были хмурыми. Какое бы решение ни приняла королева, оно им явно не пришлось по нраву.

Анхель и Джейрис одновременно поклонились.

– Я обдумала вашу просьбу, – начала Мерена. – Я согласна помочь тебе, принц Анхель. Но взамен, когда станешь королем, ты отдашь мне западные территории, некогда принадлежащие Вестору.

Джейрис напряглась. Народу это не понравится. За эти земли пролили много крови.

Анхель молчал.

– Хорошо, – наконец произнес он, – эти земли будут твоими. Даю слово.

Королева удовлетворенно кивнула.

– Я бы хотела поговорить с тобой наедине. Оставьте нас. Все.

Джейрис поклонилась и покинула зал вместе с другими. О чем они будут разговаривать? О предстоящей войне? Но ей тоже нужно это знать. Или об их прошлом? Джейрис помнила: принц долгое время был влюблен в королеву. Ну а как не влюбиться в нее: красива, добра, умна. Да еще и владычица большого государства. Почему-то эти мысли были Джейрис неприятны. Хотя какое ей дело, чем они там занимаются вдвоем.

Анхель вернулся спустя час. Ничего не говоря, он уселся за письменный стол, подготовил бумагу и чернила и принялся писать.

Джейрис расположилась на диване. Заняться было нечем. Может, попросить у королевы разрешение посетить библиотеку?

У них была очень большая комната, из которой открывался красивый вид на реку Вест, протекавшую рядом с Калариком, столицей Вестора. Джейрис очень хотелось прогуляться по берегу, послушать шум течения, всплески воды, пение птиц... Но покидать дворец небезопасно. Так что обойдется.

– Что ты делаешь? – скучающим тоном спросила она Анхеля, и так зная ответ.

– Собираюсь отправить письма Домам, которые чисто теоретически могут меня поддержать.

«Интересно, как знатные Дома Андалии отнеслись к смене власти?» – но вслух задала другой вопрос:

– Когда мы выступаем?

– Нужна минимум неделя на подготовку. Плюс я сначала хочу дождаться ответов. Так что через месяц, не раньше, – Анхель вывел аккуратную подпись.

Месяц. В свете их положения – совсем не мало.

– Что мы будем делать здесь столько времени?

– Готовиться. Выстраивать стратегию. Ну или... – принц ухмыльнулся и посмотрел на нее, – придумаем что-нибудь поинтереснее.

– Не дождешься, – ответила Джейрис, угадывая пошлый намек.

– Я могу тебе просто приказать, – весело заметил Анхель.

– Ты этого не сделаешь, – Джейрис резко села.

– Конечно, не сделаю. Тебе и так нравится быть рядом со мной, и ты хочешь большего.

– Еще чего! – воскликнула Джейрис, вскакивая. – Что ты о себе возомнил? Если бы не клятва, я бы даже касаться тебя не стала. Меня от тебя тошнит!

Анхель тоже встал.

– Да неужели? Лгунья, – скривился принц. – В любом случае как жаль, что ты обязана выполнять все, что я пожелаю. А если я не стану королем, то ты будешь делать все, что я захочу, до конца своей жизни. А захочу я многого, – он хищно улыбнулся. – Целуй меня. Целуй так, словно мечтаешь только обо мне.

Джейрис почувствовала, как магия подстегнула ее, и она медленно побрела к принцу. Поцелуй тут же захватил их обоих.

– Еще, – зашептал Анхель, – еще, еще...

Джейрис уже не понимала, где сила клятвы, а где ее желания. Она страстно целовала его, касаясь волос. Он прижимал ее крепче и крепче, сжимая талию, бедра и нежно лаская губами и языком. Внезапно принц подхватил ее и усадил на рядом стоящий стол. Его поцелуи становились все настойчивее, рука заскользила под рубашку, требовательно касаясь кожи. Это он желал ее.

– Еще, – продолжал шептать Анхель, начиная опускаться ниже.

Джейрис внезапно испуганно оттолкнула принца, с ужасом осознавая происходящее.

Анхель посмотрел на нее слегка затуманенными глазами. Какое-то время они молча разглядывали друг друга, а затем он отошел, а Джейрис соскочила со стола.

Анхель выглядел смущенным. Она быстро вышла из комнаты.

Пройдя несколько коридоров, Джейрис остановилась у окна. Что же это? Магия? Или ей действительно нравится? Что за безумие... Как она может испытывать чувства к нему? Он столько лет ни во что ее не ставил. Джейрис ненавидит его. Ничто этого не изменит.

– Ненавижу... – прошептала она, хватаясь за слово, как за якорь. Это какая-то магия, это не по-настоящему. Анхель снова одурманил ее.

Нужно отвлечься.

Джейрис отправилась в библиотеку.

Хранилище книг ничем не отличалось от библиотеки в Андалии. Только комната была меньше. Джейрис начала с интересом просматривать полки с книгами. Ничего о драконах. Ее привлек стеллаж с какими-то чертежами. Поддаваясь странному желанию, она вытащила их на стол и стала рассматривать. Карта Вестора, карты континента, чертеж дворца с детально проработанными схемами помещений, системы водоснабжения и канализации Каларика. Джейрис внимательно их изучила, но затем, осознав, что занимается какой-то ерундой, убрала обратно.

Когда она вернулась в комнату, Анхель заканчивал свои письма для знатных Домов. Джейрис села на диван. Принц даже не повернул головы в ее сторону.

Девушку захлестнуло негодование. Эмоции окутывали ее, и она не понимала, как с ними быть.

– Больше так не делай, – сердито произнесла Джейрис, прожигая спину принца взглядом.

Анхель на секунду замер, но, ничего не ответив, начал запечатывать конверты.

Шли дни подготовки и ожидания. Джейрис попросила королеву о разрешении упражняться с мечом во дворе. Мерена позволила и даже выделила несколько солдат ей в помощь. Остальное время она проводила в библиотеке. Чем занимался Анхель, она не знала. Джейрис по возможности его избегала или игнорировала. Анхель же, напротив, стал очень приветлив. Он не грубил, перестал смотреть свысока и даже предлагал поменяться местами для сна, уступая кровать. Но Джейрис отказалась, стараясь не думать о причинах такой перемены. Она не позволит снова себя одурачить. Но в целом тоже пробовала быть милой, чтобы не провоцировать новые конфликты. В конце концов, они собирались на войну и были на одной стороне.

Утром Анхель получил первый ответ. От Дома Авар, самого сильного и богатого в Андалии. Судя по хмурому лицу Анхеля, ничего хорошего там не написано, но Джейрис тем не менее решила спросить, нарушив свое обычное молчание.

– Что там?

– Отказ, – Анхель тяжело вздохнул, стоя посреди комнаты. – Король Джос старше, и он занимает трон на законном основании. Не говоря уже об Эмиле. А все остальное – домыслы и сплетни. Тут так написано. – Принц помахал пергаментом. – Он не собирается рисковать своей репутацией и жизнью ради сомнительной авантюры.

– Ничего, – уверенно произнесла Джейрис, – еще есть другие Дома.

Анхель смял письмо.

– Да, но... Дом Аваров самый могущественный, и он мог потянуть за собой остальных.

Джейрис решительно подошла к нему.

– Не волнуйся. Они и так пойдут за тобой, – а затем добавила с усмешкой, желая хоть немного развеселить принца: – А если нет, то я приду к ним и дотла сожгу их дома.

Несколько секунд Анхель растерянно хлопал глазами, пока не понял: это шутка. Он рассмеялся.

– Ты шутишь. Не знал, что ты умеешь, – сказал он.

Джейрис пожала плечами и отошла. Пора отправляться на тренировку. Но ее занимала совсем другая мысль. Она тоже отправила письмо. Единственному ее возможному союзнику. Но ответа все не было.

32

Дорога до Сарии была быстрее, чем до Андалии. Наверное, потому что они почти не останавливались. Похоже, ни Касимус, ни Аракан не нуждались в отдыхе. Они стремительно неслись как по главным дорогам, так и по лесным тропкам. Айлан ехала на одной лошади с Касом, сидя за его спиной. Периодически она так и засыпала, не обращая внимания на тряску. Ее ум постепенно прояснялся. День за днем ведьма развеивала внутренние тени, позволяя себе вспомнить все глубоко запрятанное. Но вместе с воспоминаниями наружу вырвалась и телесная боль, которая до этого терпеливо ждала где-то на задворках сознания. Оказалось, у нее болит абсолютно все. Айлан ощущала каждую кость, которая капризно ныла при любом движении. Те части тела, которые она была в состоянии охватить взглядом, покрыты синяками и порезами. Вся кожа стала одним сплошным рубцом. Но благодаря мазям, изготовленным в дороге, с каждым днем ей становилось все лучше, а раны превращались в застарелые шрамы. Аракан сказал, что понимает толк в ранениях, и постоянно поил ее каким-то отваром. Вкус напоминал тухлое мясо и плесень, поэтому Айлан не стала спрашивать, из чего он приготовлен. Она только надеялась, Аракан не пытается отравить ее таким способом. У нее было смутное подозрение, что он добавлял туда еще и что-то для сна, так как засыпала ведьма всегда неожиданно и пребывала в забытье часами, то и дело норовя свалиться с лошади. Касимус даже иногда привязывал ее веревками к себе. Но Айлан исправно пила, и ей действительно становилось легче.

– Он нас убьет, – произнес Аракан. – Мало того что мы упустили Джейрис, так еще и вломились во дворец.

Они сбавили темп. Айлан тем временем дремала, прислонившись к плечу Каса, но проснулась от их разговора. Она сидела с закрытыми глазами, прижимаясь к его теплой спине.

– Сдалась тебе эта ведьма, – продолжал он. – Вот с этой ведьмой он нас и похоронит.

– Хватит ныть, – сердито ответил Касимус, стараясь поменьше дергаться, давая ей возможность выспаться, – и без тебя тошно.

– Надо было оставить ее там, – не унимался Аракан. – Сама виновата, что попалась.

– Я тебя в следующий раз где-нибудь оставлю, – огрызнулся Кас.

Аракан нисколько не огорчился.

– И правильно сделаешь. Потому что мои ошибки не должны подставлять остальных. То, что мы делаем, важнее...

– Да заткнись ты уже.

Айлан все еще сидела, привалившись к спине своего спутника. Ей стало стыдно, ведь она их подвела. Касимусу и Аракану пришлось рисковать жизнями из-за ее неразумности. Неудивительно, что Аракан злился. Он прав. Рей будет в ярости.

– Если тебе просто хочется кого-нибудь трахнуть, то попроси Левадию. Она тебе не откажет, – если Аракан решил высказаться, то ничего не могло заставить его остановиться.

– Если скажешь еще хоть слово, то я убью тебя раньше, чем ты доедешь до Рееника, – прорычал Касимус. Его плечи ощутимо напряглись. Кажется, он действительно начал выходить из себя.

Аракан только фыркнул.

Ведьма предусмотрительно продолжила притворяться спящей. Ей не хотелось, чтобы они поняли, что она слышала их разговор. Во-первых, Айлан съедало чувство вины. А во-вторых, последние слова Аракана... ее смутили. Как ему в голову могло прийти такое? Вряд ли у Каса вообще были подобные мысли по отношению к ней.

Айлан размеренно вдыхала аромат, исходящий от мужчины. Он пах дубленой кожей и дымом. Ей нравился этот запах. И Касимус ей нравился, в отличие от того же грубого Аракана. Он не был похож ни на одного мужчину из нынешнего ее окружения или из прошлого. В нем отсутствовали высокомерие и желание превосходства. Он относился к женщинам как к равным. И он не бросил ее. Хотя мог бы. И никто бы и слова не сказал. Кас пришел спасти ее и заставил Аракана ему помогать, несмотря на то, что тот явно был не в восторге. Ведьму всю жизнь учили: мужчинам нельзя доверять. Все они будут хотеть только одного: использовать ее в своих низменных желаниях. «Никогда не позволяй мужчине коснуться твоего сердца, иначе ты станешь его рабой, пока не надоешь», – всегда говорила бабушка. Но ей казалось, Кас не такой. Возможно, Айлан всего лишь хотелось так думать. Но ведь он пришел за ней. А это многое говорило о человеке.

К моменту, когда они добрались до Рееника, настроение в их компании стало совсем мрачным. Несмотря на это, Айлан уже чувствовала себя хорошо. Ее психическое здоровье еще было под вопросом, поэтому воспоминания о времени, проведенном в плену у Джоса, она прятала тенями. Ведьма не хотела, чтобы этот ужас затопил ее снова и сломал. Но иногда они вторгались в ее сны. Там она долгими мгновениями бродила по камере, а за ней неотступно следовали два разноцветных глаза, требуя во всем признаться. Ее преследовал шепот: «Шаясу, Катару, Рани...» Какие странные слова...

И тогда Айлан одолевала паника, что это реально, она все еще в тюрьме, а дорога до Сарии лишь попытка ослабленного сознания защитить от ужасов происходящего. Просыпаясь, Айлан тут же неосознанно крепче прижималась к Касу, судорожно вдыхая запах и впитывая его тепло. Это подсказывало, что это реально. Он настоящий. Ведьма не может сейчас быть слабой.

Сам же Касимус все время пребывал не в духе, и даже дерзкий Аракан в основном молчал.

Подъехав к дому и спешившись с лошадей, они невольно замерли перед дверью, не решаясь проходить.

– Да ладно, – буркнул Аракан сам себе и толкнул увесистую темную деревянную дверь.

Рей встретил их в гостиной. Его внешность, как и прежде, была неопределенной, зато ярость, разлившаяся в воздухе, – вполне ощутимой. Касимус и Аракан спокойно прошли в глубь комнаты, а Айлан встала чуть в стороне. Он медленно обвел всех взглядом, лишь слегка задержавшись на уже едва заметных благодаря травам и снадобью Аракана синяках на лице ведьмы.

– Где Джейрис? – холодно спросил Рей, хотя уже наверняка прекрасно знал ответ.

Касимус застыл с невозмутимым лицом, гордо расправив плечи и готовый встретиться со всеми опасностями.

– Сбежала.

Рей не спеша приблизился к нему.

– Хочешь сказать, ты вызвался на это задание и провалил его? – голос звучал тихо, но у Айлан пробежали мурашки.

– Все пошло не по плану, – сдержанно ответил Кас.

Рей со всей силы ударил его в живот. Айлан невольно вскрикнула. Касимус же согнулся пополам, не издав ни звука. Рей тут же схватил его за волосы и приблизился к мужчине.

– Вас было трое. Вы что, не в состоянии поймать одну девчонку?!

Касимус молчал. Тогда Рей ударил его кулаком по лицу, при этом продолжая удерживать за волосы другой рукой. Один раз, второй, третий... Превращая его лицо в кровавое месиво. Кас не предпринимал ни единой попытки защититься, позволяя ему избивать себя. Аракан побледнел, но покорно стоял рядом, не вмешиваясь.

Вокруг Айлан заклубились тени. Она видела, что кулак Рея окрасился кровью, слышала, как Кас стиснул зубы, не позволяя ни единому стону боли вырваться.

– Хватит! Перестань! – не выдержала она.

Рей резко выпустил Каса и стремительно подошел к ведьме. Он оказался настолько близко, что ее тени теперь касались его. Она непроизвольно отшатнулась, ожидая, что он и ее сейчас ударит за то, что не смолчала.

– Ты боишься меня, Айлан?

Ведьма покачала головой. Тени вырвались не из страха за себя. Она хотела защитить...

Словно прочитав ее мысли, взгляд Рея метнулся к Касу, который, сплюнув кровь, теперь снова стоял прямо. Если Рей что-то и подумал по этому поводу, то промолчал.

– Расскажи мне все, что видела во дворце, – потребовал он. – Я хочу знать каждое слово, каждый жест дракона.

Айлан сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями. Этот человек нагонял на нее ужас, особенно сейчас. Что, если он и ее решит так избить? Нет. Если он посмеет хотя бы коснуться ее, ведьма не останется здесь ни минуты. Айлан не потерпит подобного отношения ни от одного мужчины. Сейчас она должна быть смелой.

Ведьма приступила к рассказу о том, свидетелем чего стала в тронном зале дворца Андалии. Рей по-прежнему находился рядом, впившись в нее взглядом и ловя даже крупицы информации.

– ...и тогда Джейрис сказала, что уже дала кровную клятву принцу Анхелю...

Рей внезапно схватил ее за руку, больно сжимая предплечье. Его пальцы все еще были в крови Каса.

– Что?! Что ты сказала?! – казалось, он не разговаривал, а шипел. – Она принесла кровную клятву Ваалару?!

Вот теперь Айлан его боялась. Даже воздух вокруг задрожал от магии, которая вскипела в нем. Рей был не просто зол. Он был в бешенстве. Айлан подумалось, сейчас он убьет ее и всех в этом доме.

– Она так сказала, – голос ведьмы предательски задрожал. «Что стало с желанием быть смелой?!»

Но Рей внезапно успокоился.

– Вот как... – он разжал пальцы, выпуская Айлан из своей мертвой хватки, и повернулся к Касимусу. Они долго смотрели друг на друга, словно между ними происходил мысленный разговор.

– Ну, мы не будем делать поспешных выводов, – наконец произнес Рей уже гораздо мягче, но все еще со звенящей угрозой. Он развернулся обратно к ведьме, побуждая продолжать.

Айлан рассказала, как Джейрис в итоге сбежала с принцем. И потом с неохотой добавила про то, как ее поймали, а Кас и Аракан освободили, подчеркнув, что ничего не выдала Джосу. Все равно Рей узнает. Лучше сразу признаться. Пусть не думает, что Айлан трусиха. Достаточно того, что так думает она.

– Вот как... – снова повторил Рей, бросая очередной взгляд на Касимуса, а затем тихо спросил Айлан: – И ты выдержала пытки ради нас?

Ведьма кивнула. Да, выдержала. А какой выбор у нее был? Умереть от рук Джоса там или умереть от рук Рея здесь за предательство. Второй вариант представлялся ей в десятки раз более худшим исходом событий.

– А от ведьмы-то, похоже, оказалось толку больше, чем от вас, – громко высказался Рей, обращаясь к Касимусу и Аракану. – Что у нас получается. Вы упустили дракона. Позволили пленить и пытать ведьму. Устроили переполох во дворце. Поставили под угрозу наше пребывание здесь и все планы. – С хищной грацией он медленно подошел к ним. – Это... просто феерический провал. Что скажете в свое оправдание?

– Что мы идиоты? – попытался пошутить Аракан.

Рей молниеносно выхватил кинжал из-за пояса и полоснул по лицу светловолосого мужчины, чудом не задевая глаз. Айлан в ужасе прижала руки ко рту. Его лицо, его красивое лицо...

– Ответ неверный, – прошипел Рей.

Аракан плотно сжал губы, но даже не дернулся зажать рану, из которой несколько мгновений обильно хлестала кровь. Но уже через минуту Айлан заметила, как рана начала затягиваться. Спустя секунды остались только кровавые разводы на щеке и красный шрам, который, очевидно, исчезнет до утра. Магия исцеляла его.

– Джос... – начала ведьма, стараясь сохранять голос твердым. Она боялась, что в такой ярости Рей изрежет и лицо Каса, поэтому спешно перетягивала внимание на себя, – сделал кое-что еще.

Рей кивнул, заставляя продолжать и убирая окровавленный кинжал себе за пояс.

– Мне кажется... Я не уверена, но... Он что-то вызвал... – Айлан запнулась и потупила взор, пытаясь сформулировать свою мысль. Это было нелегко, учитывая, как страстно она мечтала забыть о том времени. Тени инстинктивно застилали эти воспоминания, усложняя задачу. К тому же ведьма до сих пор сомневалась, что странный ритуал ей не привиделся. Джос, окруженный чашами, его кинжал в ее боку... Все было слишком непонятно. Она могла бы подумать, что это очередной способ ее разговорить, но он ничего не предпринял в дальнейшем, оставив наедине с мучителями в подземелье.

Когда Айлан снова подняла голову, оказалось, Рей опять стоял прямо перед ней.

– Быстрее, ведьма! – нетерпеливо рявкнул он, сверля ее взглядом.

– Я не особо понимаю, что это было. Какой-то призывающий ритуал. Он использовал для этого меня... Я запомнила три слова: Шаясу, Катару и Рани.

Повисла звенящая тишина.

– Что ты сказала? – тихо спросил Рей. Даже несмотря на то, что он стоял рядом с ней, Айлан едва его расслышала.

– Шая...

– Нет, стой! Не повторяй, – резко оборвал он ее, а затем грязно выругался.

33

Кажется, Рей был потрясен. Нет, не потрясен. Ошеломлен.

Он отошел от ведьмы, что-то бормоча под нос. Айлан только услышала: «Этот королевский щенок еще безумнее, чем я думал...»

– Что это такое? – спросила она.

– Три духа, – вместо него ответил Аракан, пока Рей погрузился в себя. Красный рубец еще выделялся резким контрастом на загорелой коже. – Прихвостни богов. Их лакеи, если угодно.

– И что это значит? – все еще не понимала ведьма.

– Они делают за богов всю грязную работу, – пояснил он.

– Грязную работу? – переспросила Айлан.

Аракан раздраженно вздохнул от ее непонимания. Он оставался стоять на месте, невозмутимый и самоуверенный, но опасающийся нервировать Рея лишними движениями.

– Ну вот представь. Молится человек, допустим... богине плодородия. Просит послать ему богатый урожай в этом году. Богине и дела нет до людских проблем, но все-таки она решает помочь и отправляет этих дружков. А что делают они? Дают щедрый урожай. Но... затем могут наслать полчища саранчи, которые все сожрут. Или вырастят хороший урожай сорняков и каких-нибудь бесполезных трав. Другой пример, воин пришел помолиться, чтобы пережить войну. Бог его услышал и по старой схеме отсылает прислужников. Они помогают тому выжить, но человек лишается двух ног. И в итоге уже не может ни воевать, ни работать. И умирает с голоду. И ведь не придерешься. О чем просил, то и дали. В общем, пакостники еще те.

Айлан стало не по себе.

– Зачем Джосу могли понадобиться подобные существа?

– Король очень самонадеян, – ответил Рей, который вынырнул из задумчивости. – Он решил, что сможет их контролировать. Заставит эту силу служить себе. Но это лишь иллюзия. Духи будут подчиняться ему в благодарность за возможность очутиться в нашем мире, где такое раздолье для проказ. Но то будет продолжаться, лишь пока они не сочтут это утомительным. Что произойдет довольно-таки скоро.

– И что тогда?

– Эти духи обожают хаос. Его они и начнут сеять.

– Их можно как-нибудь отослать обратно?

Все это звучало скверно. Должен же быть способ вернуть духов туда, откуда они пришли.

– К сожалению, вызвать их гораздо проще, чем отослать. Они подчиняются только богам, слову которых не в силах противиться, даже если сильно захотят. Но боги могут заметить отсутствие своих приспешников через сто или тысячу лет, а к тому времени жизни не останется не то что на континенте, но и во всем мире.

– Неужели вообще ничего нельзя сделать?

– Ты что, совсем не знакома с историей? – пренебрежительно ответил вопросом на вопрос Рей.

Айлан оскорбилась, но только и произнесла:

– Знакома.

– Темный век помнишь?

Айлан медленно кивнула. Как можно не знать о таком? Десятилетия полной неразберихи, рек крови и смерти.

– Почти шесть веков назад, – решил все-таки объяснить Рей, – глупые правители, наделенные магической силой, не зная, как нанести окончательный сокрушительный удар по драконам, с которыми не прекращалась постоянная борьба, призвали на континент трех духов. До того их обожествляли и почитали хранителями миров. Люди полагали, духи якобы охраняют врата между мирами, что, разумеется, как мы знаем сейчас, полная чушь. Духи немного повеселились с драконами, загнав тех в подполье, ну а дальше пустились во все тяжкие. Помимо силы, которой их наделяют боги по своему усмотрению, у них есть и собственные способности. Они могут разрезать материю, включая и ткань мироздания, брать под контроль животных и людей с ослабшим разумом, заставляя их сеять смуту. Континент полыхал от безумия так, как драконам даже и не снилось. Тогда правители взмолились богам. Боги согласились забрать своих слуг, но захотели наказать людей за то, что посмели призвать такие силы без дозволения. Несколько тысяч душ – цена, которую пришлось заплатить ради избавления от духов. Самое интересное, что, скрывая свои ошибки, правители повесили вину на выживших драконов. Мол, эти смерти и хаос их рук деяния. Очень удобно обвинить дракона в «пожаре», не так ли? Приговоры оглашались от рассвета до заката. Тогда казнили всех, до кого смогли добраться. – При этих словах голос Рея перестал что-либо выражать, словно он рассказывал лишь сказку. Он опять выглядел спокойным. Ярость плескалась в нем волнами, как в неугомонном море, то швыряя его к берегу покоя, то обратно в пучину гнева.

Айлан потрясенно слушала Рея. Да, она знала: в Темный век смерть вольно расхаживала по континенту. Но официальная история говорила: это действительно делали драконы. Они сжигали целые селения и убивали без разбора. Откуда Рей знает эту версию? Может, он ее просто выдумал. Но для чего? Если же он говорил правду, то это было чудовищно несправедливым. Хоть ведьма и не питала особой симпатии к драконам, как и все остальные, что уж говорить, грехов им хватало. Но отвечать еще и за преступления, которые не совершал... это слишком.

– То есть нам снова придется просить богов их забрать? – все же спросила она. – И... платить?

Рей покачал головой.

– У нас нет силы обращаться к богам. Как и для призывающего ритуала, нужны пять составляющих: огонь, вода, воздух, земля и тьма. Но не просто элементы, а представители этой магической силы. А собрать такой комплект – задача не из простых.

Рей замолчал. Все погрузились в невеселые мысли. Людей, наделенных магическим даром стихий, немного, и в основном все они сосредоточены в королевских семьях континента.

– Где же Джос взял элементы для призыва?

– Один из его братьев владеет магией воздуха, другой льда, та же вода, значит, и в его крови присутствуют эти элементы, хоть и в неактивной форме. Огонь было достать не проблема. Джейрис много лет жила с ним в одном дворце. Она могла оцарапаться, разбить нос или что угодно, если он задумал это давно, то припас пару капель ее крови. Земля... Сила короля Охтара. Не так давно принцы Андалии посещали его с дипломатической миссией, либо Джос уговорил добровольно поделиться несколькими каплями крови, либо задурманил его разум и взял силой. Ну а тьма сама пришла к нему в руки.

У Айлан перехватило дыхание. Ее ошибка повлекла за собой целую череду непоправимых последствий.

– С помощью этих тварей Джос хочет убить своего брата, – нарушил тишину Касимус. Ведьма вздрогнула, она уже успела забыть об их присутствии, увлеченная рассказами Рея и чувством вины. – И Джейрис. Если она не подчинится.

Айлан вспомнила гордо вздернутый подбородок, решительный взгляд и дерзкую улыбку.

– Она не подчинится, – тихо произнесла ведьма. – Джейрис обречена.

Снова молчание. В безмолвии слышались лишь стрекот сверчков, который доносился из раскрытого окна, и легкие шаги снующих слуг за дверью.

– Что будем делать? – спросил Кас.

Он застыл прямой как палка, несмотря на то, что кровь из разбитого носа и губ уже залила ему подбородок и грудь. Но Касимус, казалось, едва замечал это.

Рей подошел к окну и сцепил руки за спиной. Гнетущее молчание продолжалось.

– Ничего, – наконец сказал он, поворачиваясь к ним. – Мы ничего не будем делать. Пока. Если Джейрис решила ввязаться в дворцовые игры, мы подождем. Посмотрим, чего она стоит на самом деле. Если духи охотятся на нее... мы в любом случае бессильны. Возможно, ее судьба – умереть в этой войне.

Рей прошелся по комнате и остановился возле Каса. Они оказались одинакового роста.

– Ну а если она выживет, то приведи ее мне. Мне нужна Джейрис! Это ясно? – прорычал он, и магия снова начала пугающе потрескивать вокруг него. – А если ты еще раз провалишь задание, я заставлю тебя пожалеть о каждом своем вздохе. Не разочаровывай меня больше, – а затем тихо добавил: – Если не можешь, не берись за оружие. А если взялся, то не выпускай. Будь достоин до самого конца.

Касимус покорно кивнул. Айлан недоумевала, как он после всего произошедшего четверть часа назад мог смотреть на него с такой преданностью. Сколь же огромна была власть Рея над ними?

34

Айлан постучала в белую дверь. Там стояла тишина. Тогда она постучала еще раз уже громче. Спустя время раздался шорох, и дверь распахнулась. Перед ней возник растерянный Касимус. Он так и не переоделся, и его одежда из плотной темной кожи оставалась залитой кровью. Но он отмыл лицо, на котором уже явственно проступили жуткие синяки и ссадины, губы в ужасных ранах. Но при этом он выглядел лучше, чем часом ранее. Какой бы магией Кас ни владел, она исцеляла его так же, как и Аракана, но недостаточно быстро.

Ведьма держала в руках несколько чистых тряпок и две миски: одна с водой, другая с только что приготовленной ею мазью.

– Я пришла помочь тебе, – сказала она. – В конце концов, ты пострадал из-за меня.

Кас как-то странно посмотрел.

– Не стоило, – ответил он, тем не менее пропуская ее внутрь.

В его комнате царил хаос. Видимо, Кас разбирал сумки перед ее приходом, но выглядело так, словно он просто все вывалил на пол. Стол у окна был заложен книгами, а кровать в дальнем конце помещения стала пристанищем для различного оружия, начиная от кинжалов и заканчивая луком со стрелами. Айлан осторожно сдвинула пару книг, освобождая место на столе, и сложила туда все, что принесла. Касимус молча наблюдал за ней.

– Позволь мне обработать твои раны, – ведьма кивком указала на простое кресло возле стола.

По-прежнему не говоря ни слова, мужчина послушно опустился перед ней. Айлан намочила полотенце и осторожно протерла его лицо. А затем обмакнула средний палец в миску, зачерпывая мазь, и снова повернулась к Касу. Она на мгновение замерла, встретившись с его серыми глазами. Он смотрел на нее так... завороженно.

– Будет немного неприятно, – с трудом переключая внимание на ссадины, сказала ведьма, – но затем тебе станет гораздо лучше. Я сама придумала рецепт еще много лет назад. – Айлан мягко коснулась его щеки, продолжая болтать, чтобы не думать о том, как Кас смотрит на нее. – Здесь только самые действенные компоненты. Есть еще секретный прием при приготовлении, благодаря которому мазь становится в разы эффективнее. И я добавила побольше мяты. Она хорошо обезболивает.

– Я не боюсь боли, – Касимус слегка улыбнулся и тут же поморщился. – К ней привыкаешь.

Да, Айлан это прекрасно знала. Бабушка не церемонилась с наказаниями. Обычно она часами заставляла ее стоять коленями на острых камнях, которые раздирали кожу до крови. Не говоря уже о времени, проведенном в темнице у Джоса... Только магия теней помогла ей не пасть под властью его силы и боли.

Воздух благоухал запахом трав, даря ощущение умиротворения. Ведьма глубоко его вдохнула, подавляя неприятные воспоминания.

– И часто у вас... так? – Айлан аккуратно промокнула чистой тряпкой раны на губах и продолжила наносить мазь.

Кас пожал плечами.

– Потерпел неудачу – получил наказание. Все справедливо. Рей не будет наказывать просто так.

Похоже, это его нисколько не беспокоило.

– Кажется, несмотря ни на что, ты продолжаешь уважать его. Но это же варварство. А попытка изуродовать Аракана...

Касимус тихо фыркнул, стараясь не дергаться под ее руками.

– Вот уж о ком можешь не волноваться. Заживлению его ран позавидует любая целительница. Затащит в постель какую-нибудь красотку и к утру даже не вспомнит о случившемся. А насчет остального... Ты не понимаешь. Рей много сделал для нас. Больше, чем кто бы то ни было. Ты можешь думать о нем что хочешь, но он такой, каким и должен быть лидер. И он не раздумывая умрет за каждого из нас.

Рей действительно обладал какой-то странной притягивающей силой. За ним хотелось следовать, хотелось подчиняться. Айлан даже сама не понимала, как она так легко оказалась у него на службе, и ее не коробило, что она находится во власти мужчины. Аура могущества околдовывала их всех, заставляя покорно склониться перед его величием. Но ведьму удивляло другое. Как причудливо в Рее сочеталась жестокость со... справедливостью? Она даже не знала, как это можно назвать. Рей покупал и освобождал рабов, но нанимал желающих на работу. Он избивал своих людей, но при этом ты в любой момент мог оставить службу. Он требовал полного подчинения, но щедро оплачивал чужой труд.

– Зачем ему Джейрис? – задумчиво спросила Айлан.

Несмотря на всю силу Рея, она не понимала, каким образом он намеревался контролировать дракона. И для чего использовать. Джейрис связана клятвой с одним из принцев Андалии, а потому абсолютно бесполезна для него. Это немыслимо. К тому же Джейрис кровожадна и жестока, как и ее предки, события в Долине это подтвердили. Ее так просто не подчинить. Она их всех убьет, если выживет. И даже если духи в итоге пощадят ее, ничего хорошего от дракона миру ждать не придется.

Касимус внезапно перехватил руку Айлан и слегка сжал запястье.

– Меньшее, что мне сейчас хочется, это говорить о Джейрис.

Айлан кивнула, выпутываясь из его пальцев. Она совсем близко склонилась над ним, заканчивая наносить мазь, и зачем-то снова посмотрела ему в глаза. И тут же утонула. Как океан в дождливую погоду, он захлестнул ее волнами. Ведьма никогда не испытывала ничего подобного. Что за наваждение. Ни один мужчина не будоражил ее воображение настолько, насколько это делал Кас. Интересно, каково это – целовать его?

– Если хочется, то сделай, – прошептал он, угадав ее мысли.

Они все еще смотрели друг другу в глаза. Айлан приблизилась к нему и застыла в нерешительности. Взгляд уперся в его израненные губы. Касимус запустил руку в ее распущенные волосы и мягко привлек к себе. Айлан ощутила вкусы трав, которые она добавила в мазь, и его крови, но не могла остановиться. Поначалу ее губы были неловкими и скованными, но он умело направлял ее. Их дыхание участилось, и Кас рывком усадил ведьму к себе на колени. Его руки заскользили по ее спине, плотнее прижимая к своему телу, внезапно ставшему очень горячим. Он касался ее с таким трепетом и лаской, что у Айлан внутри все сжалось от незнакомого ощущения.

– Нет, – неожиданно выдохнул Кас, отстраняясь.

Айлан тут же испуганно соскочила с его колен. Лунная богиня, что на нее нашло? Касимус тоже выглядел ошеломленным, он пытался что-то сказать, но ведьма уже стремительно выбежала из его комнаты.

35

Ответное письмо от Элаи пришло через несколько дней. К тому времени Анхель получил ответы от Домов Барас, Крадс и Самиле. Первые с готовностью согласились, считая произошедшее нарушением всех моральных норм и чести, и не желали видеть подобного короля на троне. А вот Дом Самиле дал категоричный отказ, посоветовав жалкому принцу, прячущемуся за женской юбкой, поступить как мужчина и сдаться на милость действующего короля. Анхель скомкал письмо и в ярости зашвырнул его в дальний угол комнаты.

Ответ Элаи Джейрис не порадовал. Точнее, порадовал, но... Неведомым образом той удалось убедить Арэса Авара поддержать Анхеля, но у лорда были условия. Конечно же, расширение его территорий, снижение налогов и прочие мелочи. Джейрис даже усмехнулась. Неудивительно, что Арэс так разбогател и поднял свой Дом из руин. Выгоду выискивать он умел. Но далее шло условие: Анхель должен жениться на одной из его дочерей (может выбирать любую) и сделать ее королевой. Джейрис нахмурилась. Мысль о женитьбе принца отозвалась спазмом в груди. Хотя это и было логично, что он обязан жениться, но почему это условие ее так взволновало?

– У тебя такое лицо, словно ты килограмм лимонов съела.

Джейрис вздрогнула. Она не заметила, как Анхель вошел. Ну что ж, тянуть бессмысленно. Джей молча протянула письмо принцу. По мере прочтения он становился все мрачнее. Закончив, Анхель тихо выругался.

– Я не знаю, как тебе это удалось, но мне это не нравится, – он сел за стол и снова просмотрел письмо.

– Его требования вполне справедливы, – осторожно заметила Джейрис, подходя к нему сзади.

– Да, но я не собираюсь жениться на его дочерях.

– Тебе все равно придется выбрать жену, а здесь мы можем получить так необходимую нам поддержку, – Джейрис было противно уговаривать его, но она должна. На кону ее свобода. И если для этого ей нужно будет тащить принца за шиворот к алтарю, она это сделает.

– Я не хочу, чтобы люди шли за мной только потому, что я решил жениться на ком-то, – резко сказал Анхель, не глядя на нее.

– Но ты собираешься стать королем. Твоя жизнь больше не принадлежит тебе. Пора приносить жертвы.

– Нечего меня учить, – огрызнулся Анхель, вставая. Теперь они стояли почти вплотную. – Я принес более чем достаточно жертв. И теперь я сам буду управлять своей жизнью... и своим королевством.

Несколько минут они молча гневно смотрели друг на друга, пока Джейрис не отвернулась и не отошла. Похоже, не видать ей свободы.

– Ты же спал с кем-то из сестер Авар, – предприняла она последнюю попытку, – что такого, если ты женишься на ней.

Анхель скривился.

– Я не спал с этими стервами.

Джейрис удивленно взглянула него.

– Странно, я слышала...

– Одна из них сама распускала эти слухи. А мне было плевать, – Анхель продолжал стоять и буравить ее взглядом.

Джейрис вздохнула и села на диван. Вообще-то ее это почему-то обрадовало, но она тщательно замаскировала свою реакцию.

– Стоит подумать о том, чтобы превратить слухи в правду, – все-таки произнесла она.

– Давай объясню на более понятном тебе языке. – Принц начал мерить шагами комнату. – Представь, тебе сказали, что ты должна выйти замуж за... ну, допустим, Эмиля. И тогда тебе дадут армию. Что ты ответишь?

От одной мысли Джейрис затошнило. Она мгновенно ощутила ледяные прикосновения и стальной взгляд старшего принца, по коже поползли мурашки. Худший кошмар и вообразить сложно. Лучше уж до конца жизни служить Анхелю.

– Ты и сам знаешь, как это отвратительно. Но разница в том, что я не король, а ты – да.

– Как будто с деревом разговариваю, – раздраженно пробормотал он и вышел из комнаты.

Джейрис задумчиво посмотрела ему вслед. Последние дни она много думала и поняла одну вещь. Бесполезно реагировать и обижаться на его грубости. С детства этот человек сражался и защищался. Он создал образ, который считал безопасным, и выстроил вокруг стену, толщине которой позавидовала бы самая мощная крепость. Каждое его движение, жест – все тщательно отрабатывалось годами. Даже привычка заставлять ее целовать его – часть этого маскарада. Анхель хотел, чтобы Джейрис видела его власть над ней, но на самом деле он всего лишь нуждался хоть в каком-то тепле. Пряча боль, принц убедил себя и всех остальных, что ему все равно, но это не так. За стеной скрывалась благородная душа. Она видела их отношения с Мереной, Анхель был совсем другим. Королеве был доступ за эту стену. А Джейрис нет. Иногда ей казалось, дверь приоткрывается, но потом она тут же захлопывалась обратно. Джейрис могла лишь надеяться, что когда-нибудь принц сможет снять преграды, чтобы просто жить.

Последующие дни Анхель общался с ней исключительно по делу, обсуждая важные моменты подготовки. Он продолжал получать письма и встречаться с королевой Мереной. Иногда Джейрис присоединялась к ним за обедом или ужином.

К теме свадьбы они больше не возвращались, но Джейрис ловила на себе его угрожающий взгляд каждый раз, как только принцу казалось, что она собирается что-то сказать по этому поводу. Но она и сама больше не предпринимала попыток заговорить об этом. Джейрис осознала: она действительно не может требовать подобного от Анхеля. Иначе чем она лучше тех, с кем борется. Она всю жизнь выполняла чьи-то требования и указания и мечтала освободиться. Анхель тоже жил в плену. В плену своей семьи и своих страданий. Он так же заслуживал свободы. Для чего тогда они вообще сражаются, если не ради этого.

Но вслух Джейрис не озвучивала эти мысли. А то принц еще подумает, что ей небезразлична его дурацкая жизнь. Тогда все пять королевств не справятся с его самомнением.

Сегодня Джейрис ужинала с королевой и ее двором. Они с Анхелем сидели по левую руку от Мерены за длинным прямоугольным столом. Она лениво копалась в тарелке. Аппетита не было. Почти все готово, через пару дней должны отправиться. А значит, прощай покой, к которому Джейрис опять начинала привыкать, и здравствуй неизвестность.

Королева позвала музыкантов, которые, по-видимому, должны были отвлечь их от тяжелых мыслей. Сердце Джейрис сжалось, когда она услышала, что кто-то из них играл на гитаре. Ее новая прекрасная гитара от неизвестного дарителя осталась с отрядом, когда они покинули Долину. Джейрис надеялась, кто-то из солдат забрал ее себе и она не валяется и не гниет в какой-нибудь канаве. Но в следующее мгновение тоска сменилась раздражением. Этот идиот безжалостно терзал струны, еще и не попадая в ноты.

– Джейрис обожает играть на гитаре, – сказал Анхель Мерене, когда они оба заметили ее недовольство, – с детства играет.

Джейрис удивленно посмотрела на него. Она не думала, что он помнил об этом. А помнил ли он, почему она перестала играть? Внезапная мысль ошеломила, поэтому Джейрис постаралась побыстрее засунуть ее подальше.

– Правда? – спросила Мерена, Джейрис ответила кивком. – Что же вы раньше не говорили? Я бы с удовольствием послушала.

– Ну что вы, – ответила Джейрис, – мне не сравниться мастерством с вашими музыкантами.

Анхель только хмыкнул на ее ложь, а Мерена не обратила внимания, заводя разговор с придворным по правую руку от нее.

– Это был ты, – тихо сказала Джейрис, убедившись, что Мерена занята беседой.

– Ммм? – Анхель отхлебнул вина из кубка.

– Ты подарил мне гитару, – Джейрис напряженно замолчала, ожидая, что сейчас принц поднимет ее на смех.

– Ну да, – он пожал плечами и принялся за еду.

– Зачем?

– Я сломал твою. Давно думал это сделать, но никак не решался. В итоге перед походом в Долину подумал, вдруг другого случая не представится.

– Почему не сказал, что это от тебя? – потрясенно спросила Джейрис, не отрывая взгляда от него.

– Ну а какое это имеет значение? – Анхель тоже посмотрел на нее.

– Ну... – она замолчала, а потом выпалила: – Я бы хотя бы знала, что ты не такой уж и придурок.

Анхель рассмеялся.

– Да мне все равно.

Джейрис знала: это неправда. Но скрывать свои чувства стало постоянной и самой важной привычкой младшего принца.

– Жаль, теперь единственное доказательство того, что у тебя есть сердце, а не выгребная яма вместо него, навсегда потеряно, – насмешливо произнесла она.

Анхель наклонился к ней и сверкнул глазами. Джейрис неожиданно взбудоражила его близость.

– Добудешь мне корону, и я куплю тебе десяток гитар. Каких только пожелаешь. Хоть из чистого золота.

36

Они стояли на холме, а теплый ветер обдувал их лица и теребил волосы. Джейрис сидела на лошади рядом с конем Анхеля. Позади расположились представители пяти Домов, согласившихся примкнуть к ним, и армия королевы Мерены. Они ждали. Вдалеке растянулась армия короля Джоса. Помимо Андалии Джейрис разглядела знамена Дагана и, к немалому удивлению, Сарии. Как они короля Охтара умудрились склонить на свою сторону?

Джос поджидал в двух неделях пути от столицы Вестора возле Искара. Все эти дни Джейрис старалась не использовать свою магию, накапливая огонь, и сейчас он требовательно вспыхивал внутри. Они знали, что армия Джоса огромна, но все равно увиденное при приближении к Искару впечатляло. Море людей протянулось на километры, возможностей зрения не хватало охватить всех. И больше половины точно увешаны серебром. Мерзкий запах этой дряни забивал ноздри.

Король со своим сопровождением приближался к ним. Джос был расслаблен, на его губах гуляла легкая улыбка. Кажется, он нисколько не нервничал, что предстояло сражение. Эмиля не было видно.

– Ах, братец, – он хлопнул в ладоши с притворным восхищением, – ты неплохо потрудился. Я впечатлен. – Улыбка исчезла, сменившись жестокостью. – А теперь заканчивай этот цирк. Сдайся. Я пощажу твою глупую жизнь, младший брат. Распусти свою армию, – последнее слово Джос произнес насмешливо, – и отдай мне дракона.

Ни один мускул не дрогнул на лице Анхеля.

– Ты заплатишь за то, что сделал.

Джос хмыкнул.

– Ну что ж, дело твое. Тогда увидимся завтра. Когда я вздерну ваши тела у городских стен, – с этими словами он развернул свою лошадь и поехал прочь.

Они в молчании вернулись в лагерь. Анхель тут же устроил совещание с командирами, Джейрис слушала вполуха. Она и так уже все знала. Ее больше волновало сражение. Несмотря на всю союзническую помощь, их силы в разы меньше. Но выбора не было. Или они, или их. Джейрис не хотела всю жизнь скрываться. Лучше погибнуть здесь, на поле боя, чем скитаться по странам, прячась как крыса по углам.

Она много думала о своем участии в сражении. Можно было бы попробовать то же самое, что и в Долине, но риск слишком велик. Та армия была гораздо меньше, Джейрис чуть не погибла, уничтожая ее. К тому же Джосу известно об этом, а значит, ее будут ждать, и она вряд ли сумеет замкнуть круг. Оставалось участвовать наравне со всеми, как рядовой солдат. Положение осложнялось обилием серебра на поле боя. Кладовые дворца Андалии были забиты этим проклятым металлом в связи с пребыванием дракона, и сейчас все это обратится против нее. Но Джейрис умела пользоваться оружием. Что уж скромничать, хорошо умела. Бывший король Долмар постарался на славу, взращивая из нее свой меч, даже не догадываясь, что в один из дней этот меч ополчится против его сыновей. Странно, что его видения не рассказали ему этого. Как и то, что собственные дети прикончат его. Долмар окружил себя силой: дракон, сыновья, наделенные могущественной магией, но не смог ее контролировать. И то, что он выстраивал годами, они собирались разнести в щепки.

– Кажется, ты не рада, – произнес Анхель, нарушая ее размышления.

Она и не заметила, что они остались одни.

Джейрис вздохнула.

– Просто думаю.

– Поделишься? – принц обошел стол и сел на стул рядом с ней.

– О сражении. О том, что будет. И о том, что я не хочу больше убегать.

Анхель внимательно смотрел на нее. Его черные кудри растрепались.

– Они не оставят нас, – заметил он.

– Знаешь... – задумчиво проговорила Джейрис, – драконы созданы для служения кому-то, для войны. Мы – оружие. Но... разве все обязательно должно быть именно так. Что, если я всего лишь хочу быть свободной?

Анхель положил руку поверх ее. Джейрис стало так спокойно от его прикосновения.

– Ты будешь свободна, – тихо сказал он. На его лице отразилась печаль.

Джейрис встала, собираясь покинуть палатку принца.

– Поцелуй меня, – Анхель тоже поднялся и теперь тепло улыбался ей. – Вдруг больше не доведется.

Джейрис почувствовала: это не приказ, а просьба. И она с готовностью исполнила ее.

Джейрис вонзила меч в солдата и резко развернулась. Анхель яростно сражался с человеком во вражеской форме, не замечая ничего вокруг. Тех, кто пытался приблизиться к нему, он отшвыривал воздушным потоком, но чувствовалось: его силы на исходе.

Солнце неумолимо клонилось к закату. Джейрис уже и не помнила, сколько они провели на поле боя. С самого начала она понимала: передовые ряды защищены серебром от ее огня, потому старалась пробиться вглубь. Когда стало очевидно, что дальше уже не продвинуться, она выпустила пламя, которое усмиряла столько дней. Огонь уничтожил часть солдат там, где смог дотянуться, но остальные сразу же бросились на нее. Одной рукой Джейрис размахивала мечом, а другой швыряла заговоренные кровью кинжалы, которые разили точно в цель, а потом возвращались к ней.

Наравне с простыми солдатами рядом бились лорды Андалии, присягнувшие на верность Анхелю. Они не отсиживались в лагере. Лорд Крадс сражался сразу с двумя, на его кольчуге виднелось несколько прорех. Лорд Вар, только что убивший одного из людей Джоса, потерялся в потоке солдат. Лорд Барас громко отдавал приказы. Остальных Джейрис давно не видела.

Уже много часов она снова и снова взмахивала мечом, стараясь не выпускать Анхеля из виду. Джейрис повернулась обратно и увидела: на нее бежит мужчина с мечом наготове. Он тут же загорелся и с криком упал на землю, корчась от боли. На нем не было ничего серебряного, не повезло.

Тут же на нее набросился другой солдат. Джейрис заблокировала удар его меча и пнула в живот. Мужчина скорчился, и она рубанула лезвием по груди. Доспехи не спасли его.

Краем глаза Джейрис заметила: лорд Крадс оступился и упал. Она швырнула два кинжала одной рукой, они пробили шейные позвонки его противников и вернулись к ней. Кинжалы стали скользкими от крови, и Джейрис выронила их.

Прежде чем поднять оружие, девушка обернулась в поисках Анхеля. Беглый принц по-прежнему бился с тем человеком. Сзади к нему приближался другой солдат, занося меч для удара. Внезапно она осознала: принц не обернется. Джейрис бросилась к нему. Она бежала изо всех сил. Услышав, солдат резко направил оружие в ее сторону. Меч пробил легкие доспехи, пронзив живот. Серебро! Джейрис вскрикнула. Она видела полные ненависти светло-карие глаза, медленно опускаясь на землю. Словно во сне она коснулась места, где мгновение назад было лезвие, и почувствовала теплую жидкость, сочившуюся сквозь пальцы. Рот тут же наполнился мерзким привкусом металла.

Анхель, увидев, что Джейрис ранена, кинулся к ней и в следующее мгновение получил удар в спину.

– Нет! – завопила она.

Джейрис забыла про боль и, пошарив рукой по земле, подобрала меч. Быстро вскочив, она бросилась на солдата, но ноги подкосились. Прежде чем упасть, извернувшись, Джейрис сбила воина на землю, придавливая его своим весом и прижимая лезвие меча плашмя в зазор между шлемом и доспехом.

– Драконы говорили, смерть от огня чиста, – прорычала она в закрытое лицо. Но Джейрис могла разглядеть в прорезе шлема полные ужаса глаза. – А ты умрешь в грязи. – И повернула лезвие острием, перерезая ему горло. Последнее, что видел солдат: разъяренного дракона.

Джейрис заставила себя встать и тут же убила другого воина, несшегося на нее. Больше никто не смотрел. Джейрис снова опустилась на землю. Прижав руку к ране, она, с трудом передвигаясь, подползла к Анхелю. Он был еще жив, но умирал. Принц с трудом дышал, издавая хрипы и булькающие звуки, кровь стекала из его рта, а карие глаза полны мучительной боли и предсмертной агонии. Ему пробили легкое.

– Нет, нет, нет! – повторяла Джейрис, прижав его к себе. – Нет... только не так.

Она должна что-то сделать. Что угодно. Он не умрет. Джейрис собрала последние силы, превозмогая боль, встала и потащила его в сторону леса, чтобы скрыться среди деревьев.

– Оставь... – прохрипел Анхель. – Все кончено. Спасайся.

Джейрис не тратила внимание ни на его слова, ни на адскую боль, разрывающую живот. Серебро долго не позволит ране затянуться. А если хоть какие-то частицы попали в кровь, то она скоро лишится магии.

Анхеля тоже скрутило от боли, но он предпринимал слабые попытки помочь достигнуть деревьев.

Джейрис не знала, сколько они уже двигались, от боли она едва могла видеть. Может, час, а может, всего несколько секунд. Анхель хрипел все сильнее, он захлебывался кровью. Неожиданно перед ней возникли несколько нагроможденных друг на друга камней, она затащила принца в небольшое углубление между ними.

И внезапно застыла. Мороз стал расползаться по коже, оставляя мерзкий влажный след. Волосы зашевелились на затылке, словно там копошились маленькие жучки. Ее окружили.

Джейрис резко выпрямилась, игнорируя очередной болезненный спазм, и огляделась. Но никого не было. Никого из людей. Она всем телом ощущала чужое присутствие. Оно так же осязаемо, как крики и звон мечей, доносящиеся с поля боя. Что-то холодное, потустороннее и жуткое.

Джейрис перевела взгляд на Анхеля, принц все еще хрипел и, казалось, ничего не замечал. Но она чуть не закричала от ужаса. Вокруг него кружили три неясные тени, которые слегка мерцали. У них не было формы, они перетекали одна в другую, постоянно меняясь и не задерживаясь. До нее долетал странный запах. Запах смерти. Запах иного мира.

Тени тянулись к принцу, почти касаясь его смертельно-бледной кожи.

– Нет! – закричала Джейрис, вскидывая руки и подаваясь вперед. Что бы это ни было, она не даст им дотронуться до него.

Тени замерли и повернулись к ней. А затем снова направились к Анхелю.

– Стойте! – Джейрис не знала, что делать. Она не понимала, что это за чертовщина. Истощенное пламя вспыхнуло на пальцах, но оно едва ли напугало их.

Тени в очередной раз поплыли к принцу.

– Прочь! Прочь! Прочь! – завопила Джейрис, пытаясь атаковать огнем, но все летело мимо, не причиняя ни малейшего вреда.

Тени отшатнулись и с шипением бросились к ней. Они закружили, как стая воронов, и шипели, шипели, шипели... Джейрис крутилась вокруг себя, пытаясь защититься. Но никто не нападал.

– Кто ты?! – внезапно различала она слова сквозь шипение.

– Убирайтесь прочь! – крикнула Джейрис вместо ответа.

Что за жуткая сила?! Анхель умирал, а она теряла время... Джейрис не знала, почему разговаривала с ними. Как будто это могло помочь. Но возможно, она сможет выиграть время и что-то придумать.

– Кто ты?! – снова зашипели тени, нависая над ней.

– Я сказала, убирайтесь прочь! Никогда не смейте прикасаться к нему! – продолжала кричать одаренная огнем, зачем-то размахивая руками.

Тени застыли.

Внезапно боль от ранения, которую она не замечала какое-то время, обрушилась на нее с новой силой. Джейрис рухнула на колени, живот пронзило молнией с такой неистовой яростью, что в глазах потемнело.

– Как прикажешь, госпожа, – донеслось до нее шипение будто бы с... неохотой?

Взор стал проясняться. Госпожа? Должно быть, она ослышалась. Их бормотание было еле различимым.

Джейрис подняла голову. Никого больше не было. Только Анхель уже почти захлебнулся кровью. Она подползла к нему и, прислонившись к камню спиной, положила голову принца на свои колени. Его глаза застилала пелена. В безумном отчаянии она прижала его к себе, слезы текли по щекам.

– Нет... Ты не можешь умереть... – Джейрис чувствовала, как ее душат рыдания.

«Только не сейчас. Только не так».

Отчаяние причиняло ей не меньшую физическую боль, чем рана в животе. Словно все тело истыкано десятками серебряных кинжалов. Джейрис вдруг осознала, что за необъяснимое притяжение происходило между ними. Их встреча, путь – все не случайно. Они – две стороны одной монеты. Их измученные души, как зеркала, отражались друг от друга. Рабы обстоятельств, жертвы чужих прихотей. Их вражда – всего лишь следствие схожести. Но внутренняя боль многие годы застилала глаза. А теперь становилось мучительно поздно. Время его жизни неумолимо утекало, быстрее, чем вода в ручье.

Внезапная мысль болезненной вспышкой пронеслась в голове. Тогда, в Долине, Анхель смог ее спасти. Обмен силами. Между ними возможен обмен силами. Быстро выхватив серебряный кинжал, Джейрис разрезала свою ладонь, а затем ладонь Анхеля. Дрожа, она переплела их руки и мысленно призвала на помощь всю магию. Пусть совместные силы их исцелят.

Ничего.

А затем... жгучая боль стала распространяться по предплечью, поднимаясь все выше. Джейрис стиснула зубы, не отнимая ладонь. Что-то чужеродное проникло в нее и в то же время опустошило. Она вскрикнула, чувствуя, что теряет сознание. Джейрис попыталась судорожно ухватиться за реальность, но провалилась в тьму.

37

Джейрис очнулась, почувствовав, что ей холодно. Шел дождь, его капли стекали по лицу, а порывы ветра трепали мокрые волосы. Она так и сидела, прислонившись спиной к камню, и прижимала к себе Анхеля. Джейрис в панике коснулась его шеи, проверяя, жив ли он. Она с облегчением ощутила мягкие размеренные удары пульса. Казалось, принц просто спал. Быстро задрав его рубашку и отодвинув доспех, чтобы осмотреть рану, Джейрис слегка повернула Анхеля. Там все еще было сильное повреждение, но основательно затянувшееся. Джейрис коснулась своей раны на животе и обнаружила только уродливый рубец, но он почти не кровоточил.

– Невероятно... – пробормотала она.

От ее движений Анхель проснулся и несколько секунд недоуменно смотрел в пустоту. Затем медленно моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд.

– Что произошло? – непонимающе спросил он, осознав, что лежит на коленях у Джейрис.

– Лучше не спрашивай... – ответила она, все еще шокированная, а затем радостно добавила: – Ты жив! У меня получилось! – Джейрис рассмеялась. Смех смешался со слезами.

Анхель не понимал происходящего, но, приподнявшись, молча обнял ее. Она прижалась к нему.

Через некоторое время принц осторожно отстранился и взглянул в ее радостное лицо.

– Я почти ничего не помню... Меня ранили? Подожди... Последнее, что я помню, как ранили тебя. Что вообще случилось? – недоуменно произносил Анхель, начиная разглядывать ее в поисках признаков ранения.

– Как ты себя чувствуешь? – вместо ответа спросила Джейрис.

– Нормально... – растерянно пробормотал Анхель, а затем прислушался. Стояла тишина. Бой закончился. – Надо идти.

Выбравшись из камней, они заметили огни своего лагеря и в темноте побрели туда. Джейрис ощущала чудовищную слабость. С ее пальца соскользнула искра и тут же погасла. Магия кончилась и не желала освещать дорогу. Девушке хотелось лечь возле этих камней и спать, пока мир не рухнет в бездну. Но они должны вернуться к своей армии. Если они отсутствовали слишком долго, то среди солдат могла начаться паника, что принц и дракон погибли. А знатные Дома уже паковали вещички, чтобы скрыться от двора как можно дальше. Анхель с трудом шел, но судя по сосредоточенному выражению, его занимали точно такие же мысли.

Место сражения усыпали тела. Джейрис внутренне сжималась, замечая обугленные останки.

Лорд Барас и лорд Крадс встретили их, едва они подошли к лагерю. Мужчины уже сняли свои доспехи, оставаясь в простой форме солдат Андалии. На их лицах местами виднелись пятна грязи, короткие седеющие волосы спутались, и у обоих была одинаково глубокая усталость и безнадежность, которые делали их похожими, словно братья.

– Боже мой, что с вами случилось? – спросил Крадс. – Мы думали, вас взяли в плен.

– К счастью, все обошлось, – коротко ответил Анхель, шагая в глубь лагеря. – Что произошло?

– Нам пришлось отступать, – сказал Барас, стараясь не отставать. – Мы проигрываем. Армия Джоса дала нам передышку. Он просто забавляется. Ничего не изменить. Завтра мы уходим...

– Сбегаете, милорды? – язвительно уколол Анхель, останавливаясь то ли от того, что после пережитого ранения ему тяжело долго быть в движении, то ли для того, чтобы пристыдить лордов своим презрительным взглядом.

– Мы хотим выжить, – ответил Крадс. Несмотря на то что лорд старше принца, он будто бы съежился под этим взглядом. С одной стороны, на нем явственно написаны чувства вины и стыда, но с другой – он был готов упрямо защищаться. – Пока еще есть шанс.

Земля уходила из-под ног. Джейрис поплелась в свою палатку. Они проиграли. Проиграли. Завтра они умрут. Либо она останется рабыней Анхеля на всю жизнь, если они сумеют сбежать. Либо Джос закует ее в серебро. Все кончено. Она проиграла.

Джейрис рухнула на кровать и тут же заснула.

Проснулась она поздней ночью. Лагерь спал. Джейрис лежала на спине и гипнотизировала потолок палатки. Внезапно она пожалела, что отказалась спать в палатке Анхеля, как он и предлагал в начале похода, ведь они привыкли делить одну комнату во дворце у Мерены. Его размеренное сонное дыхание успокоило бы и придало сил.

Джос сильнее. Какой бы могущественной и храброй Джейрис ни была, он все предусмотрел. Его армия больше, запасы серебра огромны, а хитрость безгранична. И эти странные тени... Что это за сила? Наверняка тоже его рук дело. Три духа были там, чтобы убить их. Она знала это. Они пахли смертью. Но не смогли. Как ей удалось их прогнать? И что, если они придут снова.

Нет.

Джейрис резко села на походной кровати. Голова сильно закружилась, все тело запротестовало, требуя вернуться обратно в лежачее положение.

Надо остановить это любой ценой.

Джейрис решила действовать быстро, прежде чем рассвет коснется небес. Она накинула плащ, взяла все имеющееся у нее оружие и вышла. Всего-то и нужно пересечь небольшой участок леса – и окажешься в лагере короля Джоса. Прощаться с Анхелем Джейрис не будет. Он запретит ей осуществить задуманное, а противиться приказу она не сможет.

Джейрис медленно вступила в густую тень деревьев, сделала несколько шагов и замерла в нерешительности. Запах мокрой хвои окутывал. Ее руки осторожно коснулись шершавой коры ближайшей сосны. Она рассеянно водила ладонями по стволу, а затем прижалась лбом. Она глубоко задышала, пытаясь успокоиться. В голове разносился гул голосов.

«Не бойся, Джейрис. Будь храброй и сильной», – слова одного незнакомца. Она даже не помнила, кто, где и когда сказал ей это. Но слышала их снова и снова, когда становилось трудно.

Родился план. Нравился он ей или нет, но другого не было. Единственный шанс прекратить это безумие – убить Джоса и Эмиля. Но ее силы еще не восстановились, а тех крох, которые остались, недостаточно. Выхода все равно нет. Чем быть всю жизнь чьей-то собственностью, лучше умереть. Но умереть с пользой. Пусть хоть кто-то из них обретет нормальную жизнь.

В конце концов, это не самая плохая смерть. Джейрис уже была мертва, когда ее младенцем привезли во дворец. Это было лишь делом времени.

Джейрис сползла по стволу на землю, оказавшись на коленях перед деревом, которое, несмотря на свою древность, было таким живым. Ей казалось, его жизнь струится сквозь ее пальцы. Она ощущала приятную пульсацию. Еще не до конца зажившая рана в животе противно заныла. На глаза выступили предательские слезы. Джейрис не хотела умирать.

Но никто больше не будет управлять ее жизнью.

«Когда утратишь путь в час тревоги, не блуждай в лесу, как в лабиринте. В обход иль напрямик, конец один. Вопрос только в том, как ты придешь к нему». Забавно, что совет, которому она собиралась последовать, дал ей именно Джос.

Джейрис смахнула ненавистную влагу с лица, все еще стоя на коленях, последний раз глубоко вздохнула и достала серебряный кинжал. Кровь послушно засочилась из свежего пореза. Девушка-дракон начала не спеша рисовать знаки на руках и лице. Ветер слегка трепал листву, делая своим убаюкивающим шорохом ее движения ритмичными. Она замерла на секунду над последним знаком, а затем решительно его закончила. Замешкавшись, Джейрис обернулась на лагерь. Там властвовало спокойствие, нарушаемое лишь стонами раненых.

Пора.

Она уверенно отвернулась, теперь готовая смотреть только вперед.

Джейрис вознесла молитву Огненному богу, прося о милости.

«Великий бог огня и света, в сиянии Твоем – мое смирение, в мудрости Твоей – мое освобождение, в силе Твоей – мое спасение. Моя жизнь – жертва во славу Тебе. Прими и даруй благословение».

Она призвала Дар.

Огромная сила, увеличивающая собственную магию в десятки раз. Огненный бог мог даровать эту силу, но взамен забирал жизнь.

Все внутри обожгло огнем, Джейрис почувствовала нарастающий жар и мощь. От волос и пальцев посыпались искры.

Боли больше не было. Сомнений больше не было. Страха больше не было. Был только огонь. Только сила. Тело теперь лишь хрупкая оболочка, которая скоро падет.

Не теряя времени, Джейрис добавила себе маскирующих знаков и смело двинулась навстречу смерти.

38

От волнения казалось, прошла целая вечность, прежде чем Джейрис добралась до лагеря Джоса. Караульные ее не заметили, и никто не обратил внимания на темную фигуру, направляющуюся к палатке короля. Знаки, наполненные невиданной силой, охраняли дракона.

Джейрис подошла к красивому шатру, который раскинулся прямо в центре лагеря. Она огляделась и решительно зашла внутрь, снимая чары. Там было удивительно светло, горели свечи.

Джос сидел за столом, на его голове блестела корона.

– Я заждался тебя, – протянул он. – Мне начинает казаться, тебе нравится заставлять меня ждать.

Джейрис вздрогнула, она надеялась, король спит. Глупая надежда, конечно.

– Если бы я знала, то поторопилась, – спокойно парировала она, снимая капюшон.

– О, – Джос удивленно взглянул на ее лицо, испещренное знаками, – очень воинственно. Но мне больше нравилось, как было раньше.

Джос не понимал значения этих символов, иначе бы не был так спокоен.

– Откуда ты знал, что я приду? – Джейрис решила заболтать его, ослабить бдительность и защиту короля. Какой бы магией Джос ни пользовался, ее присутствие явственно ощущалось в воздухе.

– Это было ожидаемо. Когда мои духи по неизвестной причине не смогли с вами расправиться, я понял: Анхель не упустит такую возможность. Избавиться от меня и попробовать получить корону.

– Ну, тут ты не угадал, – Джейрис села напротив. – Анхель не знает, что я здесь.

– Неужели он привязался к тебе? – снисходительно улыбнулся Джос. – Какая жалость. – Он немного помолчал. – Глупо было приходить сюда, Джейрис.

Король медленно положил на стол серебряный ошейник. Джейрис молчала, стараясь не смотреть на этот предмет. Новая сила распирала ее. Не сейчас. Еще не время.

Ее лицо озарила беззаботная улыбка.

– Что это за милые ребята, которых ты прислал к нам? С удовольствием поболтаю с ними еще раз.

Король вопросительно поднял брови.

– Милые ребята? Осторожнее, Джейрис. Богам могут не понравиться твои неуважительные слова про их верных служащих.

– Да? – притворно удивилась она. – Так тебе теперь даже боги помогают? Что ты пообещал им взамен? Свою душу? Хотя нет... Не думаю. Боги не возьмут ее, побоятся испачкаться.

Джос расхохотался.

– Моя душа чище, чем твой дерзкий язык. Но мне всегда это нравилось, – он хищно улыбнулся. – Меня восхищают женщины, которые готовы сражаться против целого мира. Что же до твоих вопросов... Боги мне не помогают. Но очевидно, не против происходящего. Я призвал их помощников. Думаю, мы неплохо проведем время.

Вопросов меньше не стало, но Джейрис было тяжело концентрироваться на разговоре. Бум, бум, бум – стучало в висках. Она едва сдержалась, чтобы не прижать пальцы ко лбу и хоть как-то угомонить этот грохот. Очень жарко. Ей казалось, теперь вместо крови по ее венам течет жидкое пламя. Джейрис оглянулась.

– Где же Эмиль? – спросила она.

– В отъезде, – ответил Джос.

– И оставил тебя в одиночестве разбираться с этой заварушкой? Ну, как-то это... не по-братски, – усмехнулась Джейрис, пряча свое истинное состояние. Но на лбу проступила испарина.

Джос лениво улыбнулся. Он по-настоящему наслаждался их беседой, как в прежние времена.

– Это лишь пыль... по сравнению с остальным.

– И что же это – остальное? – Джейрис не особо вслушивалась в его слова, ей нужно еще потянуть время, чтобы настроиться... Она не рассчитывала жить настолько долго, чтобы ей пригодилась эта информация.

– Мир устарел. Пора его поменять, – Джос тоже не планировал, что она долго протянет, раз решил рассказать. – Все эти короли, королевы, застрявшие в прошлом. Они держатся за свои устои, как дети за юбки матерей.

– Ну а чего же хотите вы?

– Власти, конечно. Зачем быть королем только одной страны, когда мы можем править всеми пятью.

Они с Анхелем думали об этом, но Джейрис все равно нахмурилась, на секунду забыв, зачем она здесь. Что за бред?! Этот же вопрос она произнесла вслух.

Джос вздохнул, словно разговаривал с ребенком.

– Мы хотим создать империю. Зачем нам на Астероне столько правителей. Мы десятилетиями сражаемся друг с другом за никому не нужные клочки земли вместо того, чтобы думать о благополучии людей, которые живут в наших королевствах. Эта бесконечная вражда не приносит пользу никому и ничему.

Порывы, конечно, благородные, но едва ли Джос на самом деле думал о благополучии подданных.

– Тебя не интересуют другие жизни. Ты всего лишь хочешь захватить себе кусок побольше у пирога под названием «власть». Вы все разрушите, сломаете множество судеб, и на этом все закончится.

– Новый мир не построить без потерь.

– Ошибаешься. Вы даже не интересовались, а нужно ли это людям? Да, людям нужны мир и благополучие. Но так сделайте сначала хоть что-то в своей стране, а потом хватайтесь за другие. Но с твоим правлением в жизнях подданных Андалии не поменялось ровным счетом ничего. Это лишнее доказательство того, что ты всего лишь пускаешь мне пыль в глаза. И видимо, не только мне. Что там с даганскими наследниками? Они тоже поддались на ваши очаровательные речи. Вы им пообещали вторую половину этого пирога? А эти алчные наследнички, конечно же, согласились. А как же будет на деле? Когда вы собираетесь вонзить им нож в спину? Сомневаюсь, что вы намерены делиться властью. Не говоря уже о Сарии. Как они-то оказались с вами заодно? Король Охтар человек умный и рассудительный. Или ты и ему затуманил разум?

– Потрясающая речь, – насмешливо произнес Джос. – Готовилась?

Джейрис промолчала. Становилось все тяжелее удерживать магию. Но мысли лихорадочно носились в голове. Очень амбициозно. Они хотели уничтожить других правителей и захватить их королевства. Сколько людей при этом погибнет, абсолютно неважно. Еще и каких-то прислужников богов сюда привел. Последнее было самым странным и непонятным. Как это вообще работает?

– Я надеялся, ты поймешь. Потомок правителей... Если бы тебе выпал шанс прибрать к рукам все пять королевств, разве бы ты устояла? Сомневаюсь. В свое время драконы разнесли весь континент, лишь бы усесться на трон. – Джос задумчиво постучал по столу. – Но знаешь, мне доставляло истинное наслаждение водить тебя за нос и наблюдать, как ты цапаешься с бедным Анхелем, которому и так доставалось. Я до последнего надеялся, что ты примкнешь к нам, я ведь столько сил потратил, стараясь понравиться тебе. Но очевидно, недостаточно.

– По-твоему, у меня мозгов как у курицы? Подмигнул, улыбнулся, и я вся твоя?

«Давай, давай, давай», – шептала сила. Рано.

– Я думал, твоих мозгов хватит, чтобы усмотреть выгоду. Вместо этого ты поплелась за моим глуповатым братом. Что начинает вызывать сомнения в твоей адекватности. Драконы всегда на стороне силы. Это тот язык, которым они владеют в совершенстве. Но ты выбрала сторону проигравших. Очень жаль... – холодно сказал Джос. – А знаешь, наш отец ведь хотел того же. Полного господства на континенте. Как думаешь, для чего еще он притащил тебя во дворец и тренировал?

Ну конечно же. Вот, значит, какие планы были у бывшего короля.

– Зачем вы тогда убили его?

Джос откинулся на спинку кресла и вытянул ноги.

– Слишком долго. Он ждал слишком долго. Надо было начинать гораздо раньше. Раньше, чем у нашего дракончика прорежутся зубки. Мы устали ждать. К тому же отец начал сомневаться. Мы боялись, еще немного, и все пойдет прахом. Сейчас самое подходящее время. Королевства слабеют. Слабые правители, восстания. Пришлось ускорить процесс. Ты даже представить себе не можешь, насколько они все оказались жадными. Кто до власти, кто до территорий. Мы сделали заманчивое предложение всем правителям. Разумеется, все они полагали, что такие единственные. Мадор пожелал сохранять свой исторический нейтралитет, Даган сразу ухватился за шанс проявить себя, король Охтар из Сарии согласился на любое участие, если мы вернем ему прежние территории. Поэтому с радостью устроил вам западню в Долине. Возможно, и правда надеялся, что вас там прикончат. Он ведь всех нас ненавидит. Конечно, ничем делиться с ними мы не собираемся. Избавимся от всех, когда придет время. А вот Мерена оказалась крепким орешком. Уже с первых писем я понял: ее не склонить. Пусть сгорит вместе со своим троном.

Джейрис передернула плечами от отвращения. К старшим принцам, подлым правителям, коварным и предательским планам. С какой легкостью Эмиль и Джос завладели чужими умами, склонили их на свою сторону и манипулировали ими. Даган, Сария... Глупые, алчные короли. Может, не такая уж и плохая идея лишить их трона.

– Я хочу построить новый мир, нравится это кому-то или нет, но я сделаю это. И у меня есть к тебе предложение, – продолжал Джос. – Позволь мне уничтожить моего брата, останься в стороне. И я дам тебе все, что ты захочешь: деньги, власть, положение в обществе.

– Зачем тебе это? – язвительно спросила Джейрис, припоминая сомнения в ее адекватности.

– Твоя сила... Дракон должен стать моим союзником. Помнишь, я подарил тебе книгу «Хроники первородного дракона»? Мне было интересно, сможешь ли ты хоть что-то повторить из написанного там. И в Долине ты проявила себя.

– Меня это не интересует, – поспешно ответила она.

– Неужели? Ты забываешь, я вижу ложь так же ясно, как письмена на твоем лице. Я видел блеск в твоих глазах. Я видел твои желания, когда мы танцевали. Ты мечтаешь, чтоб перед тобой склонили головы. Ты мечтаешь о величии. Я могу дать тебе это.

Лицо Джейрис ничего не выражало. Да, это ее самые потаенные желания. Она потомок великих правителей, и она не заслужила прозябания в чужой тени. Джос бил точно в цель. Он надеялся, Джейрис поймет его мотивы, но она не понимала.

– И как же я это получу? Принесу тебе клятву на крови, после того как ты убьешь Анхеля? Или всю жизнь буду носить серебряный ошейник?

– Я женюсь на тебе. Сделаю своей королевой. Мы будем равны. И будем одними из тех, кто возглавит новую империю, – произнес Джос, наслаждаясь ее реакцией.

Королевой...

– Ты и так, считай, победил.

– Мне наплевать на Анхеля. Он с детства был занозой в заднице. Он – ничто. Мне нужна ты. Твоя сила. Я не получу ее, нацепив на тебя ошейник. Я уничтожу это ради тебя, – Джос театрально бросил серебряный металл себе за спину. Джейрис завороженно проследила, как он падает на землю с глухим стуком. – Подумай, мы ведь созданы друг для друга: твое могущество и моя власть. У наших ног может оказаться не только Астерон, но и весь мир.

Мысль об этом захлестнула Джейрис, на мгновение она перестала дышать. Она могла бы править миром... Не быть чужой волей, а властвовать самой.

Она тряхнула головой, не позволяя этой идее завладеть ею окончательно.

– Ты – король, я – королева, а как же Эмиль? Какую роль мы отведем ему в нашем идеальном мире? – насмешливо спросила Джейрис.

– Места хватит всем, – просто ответил Джос.

– А законы? Народ никогда не примет такую королеву.

– Законы можно и изменить. Это мелочи на фоне того, что мы изменим мир.

– Что же поменяется для людей? Кроме того, что объединятся страны, – Джейрис пыталась собрать картину воедино.

– Для начала уберем старые варварские законы и обычаи. Ты, например, знала, что в Мадоре до сих пор практикуют женское обрезание? А в Сарии сохраняется рабовладельческий строй. Разве ты не хочешь помочь этим бедолагам? – вкрадчиво спросил Джос.

Джейрис чувствовала: он, как змей, извивается вокруг нее, пробуя на вкус каждый ее вздох. Теперь он бил на поражение. Джос много лет ловко дергал за ниточки. Он и сейчас знал, за что потянуть. Мысль о тех людях отозвалась болью. Рабы, женщины... в положении гораздо худшем, чем она. Джейрис скорбела вместе с ними. Но она не в состоянии им помочь. Сейчас. Будучи королевой, она покончит с несправедливостью. Она сможет даровать им то, что сама вынуждена годами вырывать зубами. Свободу. Слово сладостно разлилось внутри.

Но все это лишь самообман. Джейрис не будет свободной. Она станет послушной игрушкой в руках Джоса. Что бы он ни обещал сейчас, это ложь. И эти люди не будут свободными. Только не с такими правителями, которые готовы убить и отца, и брата. Они не пожалели их. С чего им жалеть других. Им нет дела до тех людей. Им нет дела ни до чего, кроме собственного превосходства. И какими бы благородными устремлениями они ни прикрывали свою корысть, это ничего не изменит. Ничего. Однажды придут те, кто реально положит конец деспотизму, кто действительно изменит мир. Жаль, она этого не увидит.

– Что ж, предложение заманчивое, – наконец произнесла Джейрис, понимая: не имеет смысла больше его слушать, – но королевой я могу стать и без твоего участия. Так что спасибо. – Она поднялась.

Джос снова расхохотался.

– Жаль, – сквозь смех выдавил он, – я надеялся, ты все-таки умнее, дочь огня.

Джейрис покачала головой. Сила кипела, и она не могла больше ее сдерживать.

– Ты так и не понял. Я не дитя огня. Я и есть огонь.

В мгновение весь шатер охватило пламя. Король даже не дернулся, лишь вопросительно выгнул бровь. С молниеносной скоростью Джейрис выхватила кинжал и швырнула его, целясь в горло короля Джоса. С неменьшей быстротой Джос перехватил рукоятку, лезвие застыло в нескольких миллиметрах от его горла. Он ухмыльнулся, но внезапно раздался треск, и другое лезвие высунулось из гортани короля, пробив спинку кресла. И еще два торчали из его груди. Лицо Джоса исказило удивление, на этот раз неподдельное.

Джейрис заранее оставила несколько кинжалов возле палатки, заговоренные кровью, чтобы призвать их в нужный момент. Она знала: Джос пользуется магической защитой, она хотела его отвлечь. Джейрис перетянула все его внимание и силу на себя и сделала то, чего он никак не ожидал. И никакая магия и серебро не спасли короля от смертоносной кровавой силы драконов.

Она стояла и наблюдала, как король Джос захлебывается своей кровью. Насладившись его предсмертными хрипами, Джейрис вышла из шатра. Но оказалось, она окружена.

39

Когда Джос успел подать им знак? Похоже, вся армия собралась здесь. Они убьют ее. Ну что ж, пусть попытаются.

Джейрис скинула плащ, выхватила меч и выпустила весь ад, который давно жег изнутри. Солдаты бросились на нее.

Кто-то сгорал от жара, кто-то слеп от огненного света, кто-то погибал от удара меча Джейрис. Пламя лилось из нее бесконечным потоком, уничтожая лагерь, лес, людей без серебра. Огонь был такой силы, что даже в ином мире холоднее. Из-за огненного вихря Джейрис едва видела, но продолжала рубить любого, кто приближался к ней.

Анхеля разбудил лорд Барас.

– Ваше Величество, вставайте.

– Что случилось? – сонно пробормотал он, пытаясь понять, какая сейчас часть суток. – Напали?

Что бы Джейрис с ним ни сделала, чувствовал он себя паршиво. Руки и ноги налиты свинцом, Анхель с трудом пошевелил пальцами.

– Нет... но там что-то происходит. Что-то чудовищное.

Анхель вскочил, тут же через силу сбрасывая оцепенение, натянул первую попавшуюся одежду и, пошатываясь, вышел наружу, следуя за лордом Барасом.

Но далеко идти не пришлось. Было темно, ночь еще не закончилась, и то, что хотел показать лорд, видно везде. Повсюду пылало пламя, лагерь врага превратился в огненное море. Анхель ощутил, как ужас сковывает его.

– Где Джейрис?!

– Мы не можем ее найти.

Анхель кинулся к шатру, хватая меч.

– Коня мне! – бросил он на ходу.

– Но...

– Живее!

Несмотря на слабость, он быстро вскочил на лошадь и понесся к другому лагерю. «Что ты наделала, Джейрис?! Что ты наделала?» Анхель заметил, как его солдаты тоже седлают лошадей и отправляются вслед за ним.

– Только бы успеть... – шептал он.

Джейрис чувствовала, что слабеет. Вокруг все еще полыхал неистовый пожар, но она уже несколько раз пропустила удары и поплатилась ранами на руках и ноге. Сила стремительно покидала ее. Часть сделки была выполнена, теперь Огненный бог требовал плату.

Джейрис подумала об Анхеле. Она сдержала свое слово. Преподнесла ему корону. Жаль, она не увидит, как он ее наденет. Джейрис представила, как улыбка озаряет его красивое лицо, а корона поблескивает на черных кудрях. Настоящий король.

Оставалось надеяться, что дальше Анхель справится сам. Найдет Эмиля, уничтожит остатки армии. И воцарится мир.

Ноги подкосились, и Джейрис рухнула на колени. Кто-то тут же вонзил в нее меч. Но она уже не ощущала боли. Мысли улетали. Магия покидала ее вместе с жизнью, все темнело. Вместо бушующего пожара внутри теперь тлели лишь угли. Джейрис отчаянно цеплялась за мысли об Анхеле, но затем рухнула в пустоту.

Анхель слетел с коня, когда увидел лежащее на земле тело. Огонь стихал, остатки вражеской армии добивали его солдаты, а кто-то уже бросал мечи и сдавался. Он рубанул по прыгнувшему ему наперерез воину и не глядя побежал к Джейрис.

Ее лицо окружали обожженные рыжие волосы, вся одежда стала похожа на обгоревшие лохмотья. Глаза стекленели.

– Джейрис! – Анхель стал трясти девушку. – Вернись! Не смей умирать!

Он разрезал свою руку, ладонь Джейрис и прижал их друг к другу. У него практически не было сил, но пусть эти крупицы помогут. Принц прижимал руку снова и снова, но магия обмена не срабатывала. Он продолжал трясти ее.

– Живи! Я приказываю тебе жить! Джейрис! Джейрис! – отчаяние захлестывало Анхеля. – Живи! Я приказываю тебе! Джейрис, нет! Я приказываю тебе!

Анхель прижимал свою ладонь к ее, но, сколько бы он ни пытался, ничего не происходило.

Вокруг все было в огне. Но Джейрис не боялась. Огонь – ее стихия. Огонь – ее дом. После стольких скитаний она наконец-то дома. Здесь она обретет свободу и покой.

Но Джейрис не желала умирать. Она слышала, что ее зовут, но не могла откликнуться. Ее тянуло обратно. Тот, кто кричал, ей нравился, Джейрис не хотелось его огорчать и покидать.

Джейрис стояла на коленях, склонив голову, и ждала. Пора платить.

– Ты готова? – раздался громыхающий голос. Казалось, он звучит повсюду. В отличие от голоса, который ее звал, этот был древним и лишенным жизни.

Джейрис всхлипнула и покачала головой.

– Мы заключили сделку! – прогромыхал голос.

– Я не хочу умирать, – тихо сказала девушка-дракон. Пламя вокруг ласково касалось, приглашая разделить с ним вечность.

– Ты знала, какова цена. Твоя жизнь.

– Знала, – кивнула Джейрис, – но я не хочу умирать.

– На что ты готова пойти, чтобы вернуться? – неожиданно спросил голос Огненного бога.

Джейрис напряглась. Ничем хорошим такие вопросы не заканчиваются.

– А что ты хочешь? – тем не менее решилась узнать она.

– Мы можем заключить другую сделку, – предложил голос. – Я дарую тебе жизнь, но, когда придет время, ты принесешь жертву. Я укажу на нее.

– Жертву? – удивленно спросила Джейрис, поднимая голову. Никого. Только пламя.

– Эта жертва была обещана мне много лет назад, но украдена. Отдай ее мне.

Джейрис знала: заключать сделки с богами – плохая идея. Там всегда есть подвох. Но разве стоит упускать такой шанс.

– Кто это?

– Узнаешь, когда придет время.

– Это тот, кого я знаю?

– Нет... не знаешь.

«Возможно, потом я об этом пожалею, но...»

– Я согласна, – сказала Джейрис, снова оглядываясь по сторонам. Вокруг сплошной огонь.

– Но помни, если посмеешь ослушаться, я заберу не только твою жизнь, но и жизни всех, кто тебе дорог. Ты согласна?

– Согласна, – повторила она.

Джейрис резко вздохнула. Мир наполнился звуками и запахами. Лязг оружия, крики, треск догорающего огня. Нос забился от дыма и пепла. Во рту стоял ненавистный привкус металла и горечи. Она открыла глаза. Над ней склонилось испуганное и отчаянное лицо Анхеля. Темные глаза полны горя и слез.

– Джейрис? – удивленно спросил он, слегка отшатываясь.

Джейрис не могла выдавить ни слова. Она умерла? Она жива? Она заключила сделку с Огненным богом? Или то было просто кошмарным сном.

– Джейрис? – снова позвал Анхель, мягко разворачивая ее голову к себе.

– Я жива? – прохрипела Джейрис.

– Похоже на то, – принц облегченно улыбнулся. – Что произошло?

– Не знаю, – соврала Джейрис, пытаясь подняться, но сил не хватало.

– Я даже не понимаю, злиться на тебя или расцеловать, – ошарашенно произнес Анхель.

– Лучше поцелуй, – слабо хихикнула она.

Принц осторожно коснулся губами ее пересохших губ, а затем отстранился.

– Джос мертв, – внезапно вспомнила Джейрис. – Я убила его.

Анхель покачал головой.

– Как ты могла устроить подобное за моей спиной?

– У меня не было выхода.

– Не делай так больше, – тихо попросил Анхель.

– Ваше Величество, – окликнул его кто-то.

Анхель обернулся, а затем встал. Джейрис заметила: ему протягивали корону, которая каким-то чудом уцелела в ее неистовом пламени. Она была почти черной от копоти и гари, но ни один зубчик не расплавился. Принц молча коснулся ее. Нет... не принц. Король.

Люди вокруг стали опускаться на колени и кланяться, присягая на верность. Джейрис все еще лежала на земле, надеясь, что новый король простит ей то, что она не на коленях.

40

Дни Айлан проходили спокойно и размеренно. Рей пока не давал никаких поручений, и ведьма была предоставлена самой себе. Бо́льшую часть времени он где-то отсутствовал, как и Аракан с Левадией (Айлан решила, что это имя голубоглазой девушки – Аракан как-то вскользь упомянул в разговоре). Возможно, Рей искал способ избавиться от трех злобных духов, которые теперь угрожали порядку в их мире, а может, разыскивал магический артефакт богини охоты, сережку-каф. Айлан не представляла, для чего ему это, но вещь, конечно, полезная. Если она существовала на самом деле.

В доме они оставались только с Касимусом, ожидая вестей из Андалии, но ведьма его старательно избегала после того, что между ними произошло. Тщательно все обдумав, Айлан пришлось согласиться с собой: Кас ей действительно нравится, как бы тяжело ни было признавать этот факт. А также пришла к выводу, что и ему она небезразлична. Ведьма видела тогда, каким взглядом он смотрел на нее. Это не просто желание обладания ею, а нечто большее, но что-то его останавливало. Она не знала что, а Кас не считал нужным делиться.

Наконец-то у нее появилось время заняться тем, что действительно приносило удовольствие. В углу сада Айлан облюбовала клочок земли, где посадила цветы и травы, которых, по ее мнению, им не хватало. И теперь ежедневно тщательно отслеживала процесс их роста. Рассаду ведьма приобрела на рынке. За деньги. Было так странно прийти туда и расплатиться за товар, который ей понравился, из собственного кошелька. Она не удержалась и купила красивый серебряный гребень для волос и новое фиалковое платье.

В один из дней Айлан пришла в свой старый дом, где раньше снимала комнату. Ведьма медленно прошлась вдоль стен со слезающей краской, покрытых таким слоем грязи, что невозможно понять, какого они когда-то были цвета. Мелькнула неприятная мысль: чтобы не возвращаться сюда, она готова служить даже богу смерти. Но тут же отогнала ее, надеясь, что не опустится так низко.

Айлан постучала в одну из дверей, подмечая трещины и ветхость дерева. Спустя несколько мгновений она со скрипом распахнулась, и перед ней возникла невысокая женщина, которая подозрительно окинула ее взглядом своих маленьких светло-карих глаз.

– Чем могу помочь? – спросила Париста, не узнав прежнюю соседку.

– Париста, это же я, – улыбнулась ведьма, глядя сверху вниз. Она была на голову выше.

– Айлан? – недоверчиво переспросила женщина, разглядывая красивое шелковое платье цвета весенней зелени, доходящее до самого горла, но без рукавов, и мягкие кожаные туфли без каблука. Конечно, Париста ее не узнала. Раньше ведьма ходила только в штанах и рубашках, никогда не подходящих ей по размеру, грязная и оборванная. А сейчас перед ней состоятельная горожанка.

– Святые боги... – пробормотала Париста и бросилась ее обнимать, всхлипывая. – Я думала, тебя убили. Ты исчезла... Я всех спрашивала, но никто тебя не видел.

Айлан в ответ сжала женщину в объятиях.

– Не волнуйся... У меня все хорошо. Просто не могла прийти раньше.

Париста отстранилась.

– Что с тобой случилось? – она в очередной раз обеспокоенно оглядела ведьму с головы до ног. – Ты такая... красивая. Как принцесса из сказки.

Айлан мысленно усмехнулась этому сравнению. Она сейчас занималась совсем не делами принцесс.

– Скажем так, я нашла работу, – уже говоря это, Айлан поняла, о какой работе сейчас подумает Париста, и, судя по выражению ее лица, так оно и было. – Не то, что ты могла бы предположить. Нормальная работа, и платят хорошо.

Женщина подозрительно сощурилась.

– Айлан, дорогая, если ты связалась с чем-то противозаконным или неприятным для тебя, то брось это. Если из-за денег, то не стоит оно того. Ты можешь пожить со мной. Вместе как-нибудь протянем. Я скоро замуж выхожу, мы тебя не оставим.

Айлан удивленно улыбнулась. Она думала, рассказы про жениха – это совсем не серьезно. А оказывается, свадьба скоро.

– Поздравляю, – искренне обрадовалась ведьма. – Я очень за тебя рада. За меня не беспокойся. Работа приличная, и мне там нравится, хоть и не всегда бывает... легко. – Темница и Джос встали перед глазами. Айлан сжала зубы. Она должна справиться с этим.

– Я кое-что принесла тебе, – продолжала Айлан, отгоняя жуткую картину. Воспоминания мгновенно рассеялись легкой дымкой. Кажется, ее упражнения не прошли даром.

Айлан полезла в карман платья, выудила оттуда кожаный мешочек и протянула Паристе.

– Что это, дорогая? – озадаченно спросила женщина, взяв его в руки.

– Моя благодарность. Ты всегда мне помогала, защищала. Ты относилась ко мне лучше, чем в родном доме.

Ведьма собрала все оставшиеся деньги, которые успела заработать, получилась неплохая сумма. И затем решила отнести верной подруге.

Париста, поняв, что внутри, тут же закачала головой и попыталась всунуть мешочек обратно Айлан.

– Нет, что ты. Я не возьму. Что ты.

Ведьма перехватила ее руки таким образом, что деньги оказались зажатыми между ладонями женщины, и крепко стиснула.

– Возьми. Я так хочу. Тебе нужнее. А у меня и так теперь есть все необходимое. У тебя ребенок. И свадьба. К тому же ты сможешь переехать в место получше, чем этот разваливающийся сарай, который мы по какой-то причине называем домом. Если тебе понадобится какая-либо помощь, только скажи.

Париста все еще трясла головой.

– Что ж, – сказала Айлан, выпуская ее руки, – дело твое. Но я не заберу это обратно. Можешь пойти и бросить в море.

Женщина снова заплакала и обняла Айлан.

После возращения из трущоб Айлан приступила к еще одному занятию, которое начала осваивать только недавно. Медитация. В свободное время от работы в саду Айлан занималась этим и проверкой своих возможностей. Ведьма часами сидела на земле в саду под густыми кронами деревьев, погружая отдельные участки сознания в тени, выуживая и пряча единичные воспоминания. После ей казалось, она провела во тьме несколько дней, а не пару часов. Она была уставшей, но вполне довольной собой. Просто чудо, что тогда Айлан смогла провернуть это в плену у Джоса без должной подготовки и не лишиться разума. Тогда ведьма сделала это интуитивно, она знала, что может, но никогда не пыталась раньше. Хотя возвращение далось нелегко. Сейчас же Айлан оттачивала этот навык.

Боль от пленения все еще преследовала, но ведьма держала ее особняком. Разум Айлан отдельно, боль отдельно. Словно теперь это лишняя часть, которую она могла скрывать, но никак не получалось избавиться окончательно. Но она работала над этим и над собой. «Я не боюсь боли», – постоянно твердила Айлан сама себе слова Касимуса. Она не позволит случившемуся одолеть ее. Она будет достойной.

– Зачем ты убила меня?

Она снова оказалась в своей пустоте. Айлан понимала, что погрузилась слишком глубоко, но она сделала несколько вздохов, полностью заполняя легкие воздухом, и успокоилась. Бегать вечно невозможно. Ведьма внимательно разглядывала молодого мужчину, лежащего на земле. Его стеклянные карие глаза следили за ней.

– Зачем ты убила меня? – повторил он.

– Потому что могла. Потому что ты всего лишь человек, лишенный каких-либо магических способностей. Потому что ты всего лишь мужчина. Потому что твоя жизнь ничего не стоит для меня. Я не думала, что твоя смерть что-то изменит. Это всего лишь смерть. Сотни таких, как ты, умирают каждый день. И это ничего не значит. Так я думала. Но правда в том... Часть моей души умерла тогда вместе с тобой. Там теперь вечная зима. В этой стуже она останется навсегда, засыпанная снегом. Осужденная навеки. Позабытая мной...

Твоя смерть изменила мою судьбу. Я бы никогда не согласилась на то, на что согласилась, если бы не ты. У меня не было бы того, что есть сейчас.

Твоя жизнь ничего не стоит. Но твоя смерть изменила все.

Айлан облегченно выдохнула, произнеся это. Хватит прятаться от самой себя. Пора покинуть бездну. И возможно, когда-нибудь обрести обитель богов.

Мужчина улыбнулся и растворился в серой дымке воспоминаний.

– Не помешаю? – раздался за спиной голос Каса.

Айлан вздрогнула, сидя на теплой траве под ласкающими солнечными лучами. Она не услышала, как он подошел. Ведьма смогла только покачать головой, постепенно выныривая из темноты. Быстро это сделать не получалось. Ощущение, что она с головой ушла в зыбучий песок, а теперь пытается выбраться. Он тянул ее назад, но она сильнее. Она хозяйка этой тьмы. Тьма не будет управлять ею.

– Я бы хотел поговорить, – продолжал Касимус.

Айлан сдержанно кивнула, показывая, что слушает, и в это время возвращалась к реальности.

– Насчет случившегося между нами... – он запнулся, подбирая слова, – я не хочу, чтобы ты думала, будто это ты сделала что-то не так...

– Я так и не думала, – ответила Айлан, все еще немного заторможенная после своего «путешествия».

– Отлично. Просто...

– Я знаю, – перебила его Айлан, вставая с земли и стараясь не пошатнуться. Тьма ее отпустила. Но тело ощущало себя так, словно она физически выбиралась из тягучей как кисель массы. – Я знаю, есть что-то, что тяготит тебя. И пока ты не разрешишь эту проблему, ничего не может быть.

Касимус вздохнул и запустил пальцы в рыжие волосы, зачесывая их назад, а затем внезапно обхватил Айлан за талию и притянул к себе.

– Ты мне очень, очень нравишься. Даже больше, чем я когда-либо мог представить, что мне кто-то будет нравиться. Но сейчас... я не могу. Я не могу себе позволить ничего такого. Я тебе все расскажу... но позже. Хорошо?

Ведьма заметила: когда Кас был чем-то взволнован, то начинал говорить быстро. Совсем как мадорцы. Наверняка это не просто совпадение.

Айлан позволила себе посмотреть на него подольше, запоминая острые скулы, серые глаза, ярко-рыжие волосы. Она слегка улыбнулась ему и кивнула. Он выпустил ее из своих объятий, и ветер тут же коснулся того места, где секунду назад лежала его рука, оставляя неприятное чувство холода.

– Помнится, я обещал тебя научить нескольким приемам самообороны, приступим? – Касимус дерзко ей улыбнулся и протянул кинжал рукояткой вперед.

Айлан коснулась холодного металла, обхватывая пальцами. Рукоятка еще хранила его тепло. Кожей она ощутила какие-то неровности и шероховатости. Ведьма снова взглянула на Каса и внезапно застыла.

Ее пронзила молния, когда она увидела эту улыбку, глаза... Айлан все поняла. Озарение вспышкой пронеслось сквозь темный коридор, который она называла сознанием. Есть такие тайны, разгадку которых тебе не узнать и за всю жизнь. Ты можешь биться над ответом, думая, что все бессмысленно, и не понимая, что каждый шаг приближает тебя к решению. Ответ на все ее вопросы был постоянно рядом, а она ничего не замечала. Пальцы непроизвольно разжались, и кинжал упал вниз, вонзаясь острием в землю. Но ведьма даже не заметила, продолжая потрясенно таращиться на мужчину перед ней, словно видела его впервые. Кас нахмурился, а Айлан начала пятиться, не веря своим глазам. Этого не может быть. Не может.

41

Джейрис не помнила, как оказалась во дворце. Всю дорогу она провела в забытье. Иногда она просыпалась, ее чем-то поили, водили в туалет, а затем она засыпала снова.

Джейрис не знала, как дела у Анхеля, но надеялась: все беды позади.

Лишь однажды до окончательного пробуждения она почувствовала: что-то не так. Находясь на границе между сном и явью, Джейрис ощутила, что не одна. Было очень холодно. Она с силой вытолкнула себя из тяжелого сна и открыла глаза. Три тени склонились над ней и тихо шипели. Грудь сковало словно железным обручем, она судорожно задышала. Тени тянулись к ней, но не решались прикоснуться. Девушка-дракон попытался отмахнуться, но не получалось пошевелить и пальцем. Она пробовала что-то сказать, но язык отказывался слушаться. Тени продолжали шипеть и кружить над ней, пока изможденный организм не заставил опять погрузиться в беспамятство.

Окончательно Джейрис пришла в себя только во дворце. Миллион мыслей крутились в голове, но она их отодвинула. Тяжело было отделить сон и явь. Но для начала нужно понять, все ли хорошо. Джейрис села на кровати и осмотрелась. Ее прежние покои. Здесь все было по-старому, как будто она никуда и не уезжала. Раскиданные по столу книги, к которым даже после ее побега слуги не осмелились прикоснуться, зная, как дочь огня реагирует на это, любимая рубашка, забытая на спинке стула, старые записи со знаками на тумбочке.

Она оглядела себя, на ней была надета только ночная рубашка и больше ничего. Надо порыться в шкафу. Джейрис встала, но ноги тут же подогнулись, и она опустилась обратно. Ей срочно нужно увидеть Анхеля. Что же делать.

Вошла служанка и, заметив, что девушка проснулась, поклонилась и немедленно вышла. Это еще что. Джейрис хотела ее окликнуть, но из горла вырвался только хрип. Сколько она проспала? Когда последний раз разговаривала?

Джейрис предприняла очередную попытку подняться. На этот раз получилось, но пришлось ухватиться за спинку кровати. Джей медленно подошла к зеркалу и с ужасом взглянула на себя. Волосы висели кривыми обожженными спутанными прядями, одна из которых отчетливо выделялась, так как, в отличие от остальных рыжих волос, была абсолютно белой. Щеки ввалились, и ее скулы стали еще острее, под глазами огромные сине-желтые круги, кожа бледная точно у мертвеца, губы сухие и потрескавшиеся, в нескольких местах синяки и царапины. Джейрис осторожно потрогала руками седую прядь и лицо, словно сомневаясь, что все это принадлежит ей. Рубашка висела на ней так, будто она ее украла у кого-то явно большего размера, чем ее собственный.

Служанка вернулась.

– Позвольте помочь вам приготовиться, – сказала она. – Король сейчас придет.

Джейрис резко обернулась. У нее закружилась голова, и она пошатнулась. Служанка успела ее поддержать. Король... Она вспомнила, как солдаты кланялись Анхелю.

Вряд ли что-то поможет ей выглядеть лучше. Она отмахнулась.

– Уходи.

– Но... нельзя же перед королем в таком виде...

– Я сказала, уходи, – буркнула Джейрис, садясь обратно на кровать.

Служанка поклонилась и вышла. Джейрис осталась одна. Она чувствовала себя сильно уставшей и голодной, хотелось есть и снова лечь спать, но сначала нужно все узнать.

Анхель не заставил себя долго ждать. Он вихрем ворвался в комнату. На нем был великолепный черный камзол, расшитый серебром, глаза поблескивали под темными кудрями. По сравнению с ним Джейрис выглядела как дворовая побитая собака

Но казалось, Анхель едва это заметил. Он тут же сел рядом с ней на кровать и обнял. Это было неожиданно. Хоть и в их взаимоотношениях наступили значительные перемены.

– Ну наконец-то, – пробормотал он, – я уж думал, ты никогда не очнешься.

Она медленно коснулась его, не позволяя раздумывать над этим. Затем Анхель отстранился.

– Как ты? – спросил он.

– Я чувствую себя так же, как выгляжу, – ответила Джейрис, глядя ему в глаза.

– Ты всех нас спасла, – сказал Анхель. – Все это благодаря тебе. – Он обвел рукой комнату. – Ты сдержала слово. Проси все что хочешь.

Джейрис не колебалась ни минуты.

– Ты знаешь, что я хочу.

– Через несколько дней моя коронация, – произнес Анхель. – И там я награжу всех, кто помогал мне. И освобожу тебя от клятвы, – поспешно добавил он.

Джейрис удовлетворенно кивнула.

– Расскажи мне все, – попросила она.

– Мы обязательно поговорим. Завтра. Поужинаем вместе? Если будешь себя плохо чувствовать, то ужин подадут прямо сюда.

Джейрис отрицательно качнула головой.

– Не надо. Я буду в порядке. Приду, куда скажешь.

– Отдыхай, – король поцеловал ее руку. – Мне надо идти. Я сбежал прямо с заседания. Увидимся завтра.

Как только Анхель покинул комнату, в дверях появилась служанка с подносом, на котором стояла тарелка с супом и несколько кусочков хлеба.

Сидя за столом, Джейрис лениво ела суп. Она была ужасно голодна, но попытки встать с кровати и разговор с Анхелем лишили ее тех крох сил, которые она сумела восстановить.

Скоро. Скоро она станет свободной. Но что дальше? Так далеко Джейрис старалась не заглядывать. Все ее мысли были заняты тем, как выжить. Конечно, она знала, чего хотела. Но хотела ли она этого сейчас? Остались ли у нее силы бороться дальше? Ответов Джейрис не знала.

Проглотив последнюю ложку, она вернулась обратно в кровать и мгновенно уснула.

На следующий день ей стало гораздо лучше. Джейрис чувствовала: ее магия, словно возрождаясь из пепла, помогала ей. Слабость отступала, уступая место привычно бурлящей энергии. Но Джейрис не спешила ее растрачивать. А потому встала с кровати только после обеда. Для начала она приказала служанкам приготовить горячей воды. Пока они этим занимались, Джей придирчиво рассматривала свой старый гардероб. Платьев у нее не много, она их не любила, предпочитая штаны и рубашки. Конечно, Анхель бы не возражал, даже если бы она явилась к нему на ужин хоть голой (наверное, был бы даже больше рад), но все-таки он теперь король... Да и от его шуточек Джейрис уже через пять минут будет тошнить. Поэтому нужно выбрать что-то посолиднее. Ее пальцы наткнулись на красное платье. То самое, которое она надевала на роковое празднество и в котором приносила клятву на крови. Пролившееся вино с него убрали. Может, надеть его на коронацию? Будет забавно. Джейрис с раздражением сдвинула его в сторону. Наконец она остановила свой выбор на платье цвета морской синевы. Оно было свободного кроя, только перехваченное поясом на талии. Хоть как-то скроет ее худобу.

Тщательно вымывшись, Джейрис приступила к подготовке к ужину. Она подошла к зеркалу и стала разглядывать свое тело. Ребра выпирали острыми углами, как и остальные кости. Мышцы ощутимо усохли. Она с сожалением заметила, что и грудь заметно уменьшилась. Но хуже всего был жуткий шрам на животе. Тогда у нее не было времени промыть рану, и та зарубцевалась, оставляя еще одно напоминание о минувших событиях. Джейрис медленно повернулась к зеркалу спиной и в очередной раз с тоской посмотрела на неровную поверхность кожи благодаря Нелиде и ее серебряному кнуту. Рэм часто бил ее кнутом, но если успеть вовремя вымыть серебряные частицы из раны, то оставался лишь едва заметный шрам, а то и вовсе ничего. Но здесь был не тот случай. Эта злобная тварь изуродовала ее спину. Нелида заплатит за это. Теперь у нее есть время. Хоть Джейрис и не знала сколько.

Ее обожженные волосы аккуратно подстригли и собрали на затылке, украсив лентой в тон платью. Седая прядь бросалась в глаза. Теперь это ее вечный спутник, который будет напоминать о смерти. Ей вплели золотые нити. Джейрис хотела фыркнуть на служанок, что идет всего лишь на ужин к королю, а не прямиком к нему в постель, нечего тут распыляться. Но не захотела тратить силы. К тому же ей нравилось, что она видела в зеркале. После бесконечных походов по лесам и сражений это было приятное разнообразие.

Король Анхель ждал ее в королевских покоях. Здесь была отдельная столовая с балконом, куда он и велел подать ужин. Джейрис на секунду задержалась у двери, оглядывая комнату. Длинный стол в самом центре, окруженный креслами, золоченые скульптуры вдоль стен, огромные окна, выходящие на балкон с видом на сад.

В комнате было красиво и свежо. По пути сюда Джейрис задержалась в нескольких коридорах, ее взгляд рассеянно блуждал по облезшим стенам, покрытым черной гарью. Последствия пожара, устроенного ею во время побега от Джоса. Видимо, еще не успели отремонтировать. Она ведь тогда подожгла половину дворца.

– Я вижу, тебе лучше, – заметил Анхель, отворачиваясь от окна. От его внимания не укрылись ни платье, ни прическа, ни румяна на ее все еще бледных щеках. Служанкам пришлось постараться, чтобы скрыть чудовищное состояние кожи.

Джейрис сделала реверанс, как того и требовал этикет.

– Проходи, – сказал Анхель.

Она молча приблизилась к нему. Анхель взял ее за руку и произнес то, что она никогда не ожидала услышать от него:

– Моя огненная спасительница. Мне целой жизни будет мало, чтобы оплатить этот долг. Ты спасла столько жизней, включая мою. И это после всего того, что я сделал. Твой свет вывел меня из тьмы, а твой дух указал путь. Ты – необычайная женщина. Твой подвиг не будет забыт, твоя сила не будет забыта. Отныне, где бы ты ни была, с какими бы ужасами ни столкнулась, пусть мой дом служит тебе путеводной звездой. Куда бы ты ни решила отправиться, я всегда буду ждать здесь. Под моей крышей ты получишь кров и еду. Я клянусь в вечном мире и дружбе между нами. Никто более не посмеет обидеть тебя, ведь я буду защищать тебя до последнего вздоха.

Джейрис потрясенно смотрела, как король Андалии клянется ей, а затем кланяется. Все это смахивало на сон.

Анхель тепло улыбнулся и махнул на стол, предлагая садиться.

– Я даже не знаю, что сказать, – пробормотала она.

– Ну, наконец-то у дерзкого дракона закончились слова. Как долго я об этом мечтал, – усмехнулся Анхель. От прежней торжественности не осталось и следа.

– Надо было полагать, что тебя надолго не хватит, – Джейрис расслабилась, понимая, что все возвращается на круги своя. – А то одни сплошные благодарности за последние дни.

– А вот и дар речи вернулся, – весело заметил король.

Приятно было видеть, что все тяготы не изменили его насмешливой натуры. Хотя Джейрис не знала, как к этому относиться. Она ведь немало пострадала от насмешек Анхеля. Но она рада видеть хоть что-то постоянное в ее изменившемся мире.

Слуги поставили перед ними первые блюда. Салат с рыбой и зеленью.

– Рассказывай, – попросила Джейрис, приступая к еде. Со вчерашнего дня она постоянно ощущала чудовищный голод. Поэтому с трудом удержалась, чтобы не заглотить салат одним махом.

И Анхель рассказал. Джейрис провела в забытье почти десять дней. После смерти Джоса верные ему знатные Дома разбежались кто куда. Кто-то решил затаиться, кто-то тут же поклялся в верности новому королю, кто-то еще пытался сопротивляться, но эти попытки быстро пресекли, а зачинщиков казнили. Большая часть знати короля Джоса была помилована, но находилась под тщательным наблюдением. Выжившие сарийцы и даганцы спешно удрали к себе, а про Эмиля ничего не было слышно. Никто не знал, где он. Либо принц скрывался, либо готовил ответный удар. Поэтому Анхель теперь стал единственным законным наследником. Даже если кого-то это не устраивало, им пришлось подчиниться. Армия королевы Мерены вернулась домой. После коронации Анхель собирался даровать ей западные земли, как и обещал. Разумеется, это вызвало множество неодобрений.

– И что ты собираешься с этим делать? – спросила Джейрис, поглощая второе блюдо: жареное мясо с овощами.

– Я просто сказал им заткнуться, если они не хотят, чтобы ты повторила с ними то же, что сделала с армией Джоса, – безмятежно ответил Анхель.

Джейрис поперхнулась. Анхель рассмеялся.

– На самом деле я всего лишь объяснил им, что это часть сделки, и какой же я после этого король, если нарушу ее. Жителям этих мест я, разумеется, все компенсировал. Более чем щедро. К тому же я добавил, что, если бы не армия наших союзников, они все еще оставались бы подданными короля-тирана с сомнительными целями. Джос поднял налоги в два раза, а уж сколько он казнил неугодных ему, я даже произносить не хочу. И это не говоря про множество других дел, которые он успел наворотить.

– Что ж, кажется, ты неплохо справляешься, – произнесла Джейрис.

Анхель немного помолчал.

– Ты совсем не притрагиваешься к вину, – хмуро заметил он.

– Уж прости, вино теперь не самый мой любимый напиток, – усмехнулась Джейрис, намекая на его трюк, проделанный над ней.

– Неужели ты все еще боишься, что я что-то туда добавил? – удивился Анхель.

– Нет, но...

– После всего ты мне до сих пор не доверяешь? – Джейрис молчала. – Неужели ты так и не поняла, зачем я отравил вино? Я не хотел. Правда не хотел так поступать с тобой. Но Джос не оставил мне выбора. Я видел, что он очаровывает тебя, как и всех остальных, и понимал: мое время на исходе. А другого способа заручиться твоей поддержкой у меня не было. – Его слова звучали искренне, с тягучими нотками сожаления. – Ты бы скорее надела серебряный ошейник, чем согласилась бы помогать мне, – Анхель грустно улыбнулся.

– Я знаю, знаю, – Джейрис положила ладонь на руку Анхеля. Больше ей нечего было ему сказать. Король Андалии удивленно опустил взгляд.

– А как показал исход битвы, без тебя у меня не было ни единого шанса. Я поклялся тебе в вечной дружбе. Так давай же выпьем за нее, – король поднял бокал и многозначительно посмотрел на нее.

Джейрис решительно взяла бокал, убирая ладонь с руки Анхеля, чокнулась с ним и залпом осушила.

– Ну что, не умерла? – насмешливо спросил он, сбрасывая вязкую печаль, висевшую в воздухе, и потягивая свое вино.

– Скоро увидим, – в тон ему ответила Джейрис.

– Не хочешь рассказать, что тогда на самом деле произошло? – внезапно спросил Анхель.

– О чем ты? – осторожно уточнила Джейрис, хотя она уже и так все поняла.

– Что случилось в том сражении? – Анхель тоже понимал, что она осознает, о чем речь, но терпеливо включился в игру. – Как ты убила моего брата? Откуда такая громадная сила? И... – он запнулся, – как ты выжила? Жизнь почти покинула тебя... Я видел. И я не мог тебя спасти, – тихо добавил король.

Джейрис слегка затошнило, аппетит мгновенно пропал. Сделка с Огненным богом. Она знала, ей не привиделось. Она должна была умереть, но ее пощадили. И теперь она обязана привести к нему жертву. Но... кого? Да, она сдержала клятву перед Анхелем, надела корону на его голову. Но какой ценой?

Джейрис поведала про то, как призвала Дар, а после пробралась в лагерь и затеяла беседу с Джосом. Пересказала их разговор, умолчав о призванных духах и его предложении стать королевой. Насчет этих жутких теней она пока все равно не могла сказать ничего конкретного. Если бы Джейрис знала, что выживет, то расспросила бы Джоса подробнее. Не стоит сеять панику раньше, чем она поймет, что на самом деле творится в этом чертовом мире. Где-то в уголке сознания у нее была мысль: со смертью короля прекратится и действие его колдовства. Но то, что духи пришли к ней в то время, когда она находилась без сознания, говорило об обратном. Джейрис была почти уверена: это происходило в реальности, но теплилась крошечная надежда, что подобное окажется лишь игрой обессиленного разума.

Почему она не рассказала о том, что Джос предлагал ей стать королевой? Джейрис затруднялась ответить даже самой себе. Наверное, ей не хотелось, чтобы у Анхеля мелькнула хотя бы тень подозрения насчет нее. Вдруг передумает освобождать от клятвы. Джейрис тут же поймала себя на неприятной мысли. Она все еще сомневается в Анхеле. После всего, что случилось, дракон внутри нее как будто пытается найти повод не доверять ему. А ведь она была готова отдать жизнь ради него. Но Джейрис никому не могла полностью доверять. Возможно, со временем она научится.

Джейрис упомянула про предполагаемую помощь людям, которую обещал король Джос.

– Думаешь, они бы действительно это сделали? – задала она вопрос, который мучил ее с самого начала.

Анхель задумчиво жевал мясо.

– Не знаю, – наконец честно ответил он. – Мне хочется верить, что да. Хочется верить, что Эмиль и Джос не настолько отъявленные мерзавцы и хотя бы попытались сделать что-то действительно хорошее. Другой вопрос, сколько плохого они сделали бы сначала. – Анхель немного помолчал, глядя прямо перед собой. – С твоей помощью они бы сжигали города. Всех, кто противился. Всех недовольных. – Он моргнул, отгоняя кошмарные видения. – Что произошло дальше?

– Ну а дальше ты все сам видел, – закончила Джейрис, с напряжением ожидая вопросов.

– Постой... – медленно сказал Анхель, – если ты призвала Дар, значит, должна была расплатиться своей жизнью... Но как?..

– Это, конечно, еще одна очень увлекательная история, – улыбнулась Джейрис, собирая всю волю в кулак. Она не хотела, чтобы Анхель знал, насколько ей страшно, – но я расскажу ее как-нибудь в другой раз.

Судя по лицу Анхеля, она нисколько его не обманула своей улыбкой и беззаботным голосом. Но он лишь пожал плечами и не стал настаивать.

Ужин подходил к концу. Джейрис сомневалась, что сможет впихнуть в себя еще хоть кусочек. А от выпитого вина ее изрядно разморило. Пришлось выпить еще, чтобы заглушить неприятные воспоминания.

– Потанцуем? – неожиданно предложил Анхель.

– Без музыки?

– Можно подумать, это тебя когда-то останавливало.

Это правда. Джейрис могла танцевать всегда и везде с музыкой и без. Она часто танцевала с Джосом в полной тишине. Воспоминания в очередной раз больно ущипнули, напоминая о том, какой слепой она была. Анхель был прав, когда однажды сказал, что во всем виновата она. Ведь заметь она раньше, столько всего можно было бы избежать.

– Хорошо, – согласилась Джейрис, отмахиваясь от мыслей, шквалом обрушенных на нее неожиданным предложением короля.

Анхель осторожно привлек ее к себе и закружил в медленном танце под несуществующую музыку. Она не знала, что за мелодия звучит в его голове, но легко подстраивалась. Казалось, Джейрис тоже слышит эту мелодию. Она вспомнила его искаженное ужасом и болью лицо, когда вернулась от Огненного бога. Неужели она стала настолько дорога для него? Она старалась не думать про неожиданное открытие, сделанное во время сражения, про близость их душ. Джейрис не хотела усложнять только-только устанавливающиеся теплые отношения между ними.

– Ты уже решила, куда отправишься... после коронации? – тихо спросил Анхель, касаясь губами ее уха.

– Нет, – честно ответила Джейрис, наслаждаясь его близким присутствием, – вероятно, я на какое-то время останусь во дворце. Если ты не возражаешь.

– Оставайся сколько захочешь, – прошептал Анхель.

Они продолжили кружиться в танце, радуясь наконец-то наступившему миру. Надолго ли?

42

В утро коронации Джейрис проснулась рано. Множество мыслей одолевали ее. Сегодня все закончится. Она больше не будет никому служить. Она получит свою свободу, по крайней мере максимально возможную для дракона. Наступит новая жизнь, хоть пока она и не осознавала, какая именно.

Джейрис не ощущала радости. Она не освободится окончательно. У нее есть долг, и этот долг она не сможет не отдать. А значит, отныне ее жизнь будет подчинена единственной цели – расплате. Можно, конечно, сесть во дворце и спокойно выжидать, когда обещанная Огненному богу жертва явится сама, но... Девушка не хотела оттягивать неизбежное.

С рассветом в комнату вошла служанка с платьем.

– Что это? – спросила Джейрис, садясь на кровати.

– Его Величество прислали платье для коронации, – ответила она.

Джейрис нахмурилась и взглянула на наряд. Платье было великолепным. Шелковое, насыщенного красного цвета, расшитый золотом широкий подол. Платье, достойное королевы.

– У меня есть платья, – отрезала Джейрис.

Служанка сделала реверанс и протянула письмо. Анхель предвидел, что она попытается отказаться.

«Сегодня все должно быть идеальным, и ты в том числе.

Я обожаю, когда ты в красном».

Джейрис скомкала записку, и та тут же превратилась в горстку пепла. Служанка ойкнула и, повесив платье, поспешила скрыться за дверью, опасаясь, что она следующая.

«Вот мерзавец!» – раздраженно подумала Джейрис. Она приносила клятву в красном платье, и теперь ему хочется, чтобы она была в красном при разрыве. Как символично. Может, позлить короля и надеть то самое?

Затем Джейрис вздохнула и подошла к новому платью. Оно было роскошным. Не надеть его просто преступление. Интересно, его сшили специально для нее? Но когда успели снять мерки? Или король просто отобрал его у одной из бывших любовниц? Последнее, конечно, маловероятно, она не видела такого ни у кого.

Мысленно отметив поквитаться с Анхелем за колкость, Джейрис подошла к столу, взяла кусочек пергамента, чернила и написала:

«Удачи. Сегодня и всегда».

Затем позвала другую служанку и попросила немедленно передать королю.

Тронный зал был украшен великолепно. Множество белых цветов, светлые полотна с гербом Андалии, сквозь окна пробивался солнечный свет. Джейрис не помнила, чтобы этот зал был когда-нибудь настолько светлым. Она поискала глазами Анхеля, но короля нигде не было видно.

Она все-таки надела его подарок. Платье идеально сидело по фигуре, словно швея шила его прямо на ней. Надо будет спросить: Анхель снимал мерки, когда она лежала без сознания?

Зал постепенно заполнялся придворными. Дамы в основном предпочли спокойные светлые тона в своих нарядах. Джейрис выделялась среди них как яркий цветок. Интересно, король так и задумывал?

Джейрис едва сдержала улыбку, внезапно вспомнив, что Анхель выполнил и другое свое обещание. После обеда к ней неожиданно пришли несколько лакеев и принесли еще один подарок от короля. Гитары. Ровно десять штук. И одна из чистого золота. Конечно, играть на ней было невозможно, а только использовать как предмет интерьера, но выглядело впечатляюще. И где Анхель только ее раздобыл? Другие гитары тоже отличались друг от друга. Разная древесина, разный материал для струн. Одна из них являлась точной копией утерянной после Долины. Лакеи давно покинули комнату, а Джейрис так и сидела с открытым ртом, глядя на все это. Что ей вообще делать с таким большим количеством музыкальных инструментов?

Джейрис окинула взглядом зал в поисках знакомых лиц. Их было много, но она помнила имена и титулы далеко не всех. Лорды Крадс и Барас с семьями уже расположились в первых рядах. Чуть в стороне она заметила лорда Вара, также отозвавшегося на зов Анхеля, он мило болтал с какой-то симпатичной девушкой. Лорды Розантэл и Дорам о чем-то переговаривались в другом конце зала.

Сестер Авар не было. Их отец не откликнулся на призыв нового короля, теперь он затих в своей крепости, ожидая последующего наказания.

Принцесса Джосин стояла ближе всех к трону. Ее белокурые волосы были красиво уложены в высокую прическу. Но лицо бледное и изможденное. И без того стройная, она, казалось, стала тоньше раза в два. Анхель сказал, она тяжело перенесла предательство братьев и последующую смерть одного из них. Джос был ее любимым братом, ее близнецом, частичкой души. Принцесса отказывалась есть и вставать с кровати, пока Анхель не стал кормить ее силой.

У Джейрис уже давно мелькала предательская мысль: а не была ли Джосин заодно с Эмилем и Джосом, но она не посмела высказать свое предположение. Она боялась, что Анхель лишится еще и сестры. Это уже чересчур. Но Джейрис решила понаблюдать за ней.

Джосин, увидев, что дочь огня приближается, бросила на нее пустой взгляд, а затем отвела. Но Джейрис успела заметить мелькнувший гнев. Она не могла винить ее. В конце концов, это она убила Джоса. А принцесса и без того никогда не любила Джейрис. Теперь она занимает первое место в списке врагов Джосин. Или вообще единственное.

Сердце Джейрис сжалось. Она искренне сочувствовала Джосин. Как бы она сама хотела, чтобы все сложилось по-другому. Но себя она жалела больше всех. Джейрис скорее убила бы себя на месте, чем позволила бы Джосу надеть на нее ошейник.

Девушка-дракон заняла место недалеко от трона и мысленно отсчитывала минуты до начала.

Анхель появился, когда все собрались, и непринужденно направился к трону. Джейрис на секунду залюбовалась им. Высокий, с идеальными чертами лица, легкой улыбкой, одетый с безупречным вкусом – настоящий король. Джейрис смотрела на него и испытывала гордость, ощущая свою причастность к этому событию. Новый король закален пламенем дракона. Ее пламенем. Анхель поймал взгляд Джейрис и подмигнул. Она спохватилась и тут же приняла равнодушное выражение лица.

Коронация шла своим чередом. Джейрис наблюдала, как Анхель встает на колени перед троном, клянется служить своей стране до конца жизни, и священнослужитель водружает корону на его голову. Стандартный ритуал.

«Ну что ж, король Анхель, давай свою обещанную справедливость», – подумала Джейрис.

– А теперь самая интересная часть, – весело произнес новый король, хлопнув ладонями. – Награждения.

Джейрис мысленно подобралась.

– И начать я хочу с самого главного человека сегодняшнего вечера, без которого мы бы здесь не стояли. По крайней мере, уж я точно, – с улыбкой добавил Анхель. – Наша героиня. – Он посмотрел на Джейрис и протянул ей руку.

Она ухватилась за нее, и король подвел девушку-дракона к себе. Они встали лицом друг к другу. Анхель смотрел с такой теплотой, что ее сердце невольно замерло. Джейрис не слышала ни шепота в зале, ни других звуков – сейчас существовали только они вдвоем.

– Однажды ты оказала мне большую честь, – начал Анхель, – ты поклялась мне в своей верности на крови и с достоинством несла эту ношу. Я дал тебе слово, что освобожу, когда придет время. И время пришло.

Джейрис медленно опустилась на колени. Анхелю немедленно подали серебряный кинжал. Он надрезал свою руку.

– Я разрываю нашу клятву, – несколько капель упали на пол. – Ты свободна, – прошептал король.

Джейрис взяла кинжал и тоже провела по своей ладони. Кровь капнула в то же место и слегка засветилась. Тут же она почувствовала, как лопнули нити, которые связывали их, и... осталась только звенящая пустота. Джейрис резко вздохнула.

Анхель помог ей подняться, аккуратно прикладывая платок к ее ране. Ужасно кружилась голова, но Джейрис выпрямилась.

– Это не единственный мой подарок тебе, – тихо сказал король, так что слышала только она.

Джейрис удивленно взглянула на него, Анхель мягко отодвинул ее в сторону и громко объявил:

– Я снимаю все запреты на территории нашей страны, налагаемые древними законами на драконов. Отныне они свободны. Они могут вступать в брак с кем хотят, жить, где хотят, и заниматься тем, чем хотят. Отныне мы все равны. Долой суеверные страхи. Пришла пора мира. Мира для всех.

Джейрис побледнела. Что он делает? Возможно ли? Похоже, и остальные разделяли ее чувства, придворные недоуменно смотрели друг на друга и перешептывались.

Все еще не веря, Джейрис поклонилась, поблагодарила короля и отошла в сторону.

Лорды, самоотверженно пришедшие на помощь, тоже получили награды: знаки отличия, новые титулы, земли. Награждались командиры и даже парочка простых солдат. Церемония шла своим чередом, кажется, нисколько не утомляя молодого короля.

Джейрис оглядела зал. Она еще не до конца пришла в себя после разрыва клятвы да и прочих новостей. Внезапно она поняла: чего-то не хватает, точнее, кого-то. Рэма. Она нигде не видела воина, преданно служившего старому королю Долмару. Неужели?..

Начался бал. Джейрис наблюдала за танцующими со стороны, расположившись в углу с бокалом вина. Она уже отвергла несколько предложений потанцевать, решив, что сегодня ее главная цель – напиться до беспамятства. Анхель постоянно мелькал среди толпы, то танцуя с какой-нибудь хорошенькой девушкой, то переговариваясь с кем-нибудь. Казалось, он рожден для таких мероприятий. С лица не сходила довольная улыбка, а за ним неотступно следовала атмосфера веселья и радости. Это напоминало Джоса, вечно веселого принца. Но Джос был насквозь фальшивым, а Анхель наконец мог быть самим собой. Они прошли ужасный путь. Теперь надо было жить дальше.

Джейрис не сразу заметила, как Анхель оказался возле нее.

– Вина много, ты уверена, что хочешь выпить все? – весело спросил он.

– Мне стоит переживать? – вопросом на вопрос ответила Джейрис, покачивая бокалом.

– Нет, конечно, – Анхель уловил очередной намек на ведьминский фрукт. – Потанцуем? – и поспешно добавил: – Королю нельзя отказывать.

Джейрис вздохнула, поставила бокал и протянула ему руку. Он тут же увлек ее в центр зала и закружил в танце.

– Отличное платье, – заметил Анхель.

Джейрис хмыкнула в ответ.

– Что дальше? – спросил король. – Свобода теперь в твоих руках, как ты и мечтала. Что будешь делать с ней?

«Ах, если бы все было так легко». Она на секунду задумалась, сосредотачиваясь, чтобы не наделать ошибок в движениях.

– Ты спрашиваешь, потому что?..

– Я просто спрашиваю.

– И что, даже работу мне не предложишь? – усмехнулась Джейрис.

Анхель не улыбнулся.

– Я бы очень хотел... Мне бы пригодился дракон на службе. Особенно сейчас, когда мое положение еще шатко. Но я не желаю более ни к чему тебя принуждать. Я хочу, чтобы ты увидела другой мир. Мир, где ты сможешь сама выбирать свою судьбу. Мир, где тебя не будут вынуждать служить кому-то или чему-то. Свобода – великий дар. Кто-то уже рождается с ним, но не знает, что с этим делать. Кому-то повезло меньше. Я только надеюсь, что ты мудро распорядишься им.

Джейрис удивленно моргнула. Когда уже Анхель перестанет делать и говорить то, чего она никак не ожидает?

– Я тоже на это надеюсь, – пробормотала она, а затем улыбнулась, глядя ему в глаза. – Знаешь, трудно поверить, но когда-то танец с тобой был самым большим моим испытанием.

На этот раз Анхель ответил на ее улыбку.

– Буду расценивать это как комплимент.

– Столько всего произошло... Я даже не знаю, как снова собрать свою жизнь воедино.

– Главное, не те демоны, что нас окружают, а те, что внутри. Сможем ли мы их победить? – Король продолжал смотреть ей в глаза.

Джейрис отвела взгляд. Хороший вопрос. Сможет ли она? Ее демоны методично пожирали изнутри. Ее демоны опасны.

– Спасибо, – внезапно произнесла Джейрис.

Анхель вопросительно поднял брови.

– За все. За все, что дал мне. Я теперь свободна. Без тебя я бы так и осталась чьей-то собственностью. И каждая минута, пропитанная ненавистью к тебе и остальным, стоила того, чтобы оказаться здесь. И прости, что, как и другие, недооценивала тебя. Мне жаль, что я была слепа столько лет. Быть может, всего, что произошло, можно было бы избежать. Мне очень... очень жаль, что я не видела всей боли, которую ты скрывал. Ты поклялся мне в своей дружбе. Я тоже клянусь, что навсегда останусь твоим другом. Где бы мы ни находились, ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь. Я уничтожу всех твоих врагов.

Анхель потрясенно смотрел на нее. Джейрис даже не заметила, что они перестали танцевать и просто стояли посреди зала, окруженные танцующими, глядя друг другу в глаза. Анхель снова привлек ее к себе, поцеловал в щеку и обнял. Так они и стояли, молча обнявшись, посреди зарождающегося нового мира. Джейрис взглянула на трон, виднеющийся из-за плеча короля.

«Осталось совсем немного».