Елена Романова

Исчадье

© Елена Романова, текст

© М. Маркина, иллюстрация на обложке

© shutterstock.com

© ООО «Издательство АСТ», 2025

Глава 1

В комнате было темно. Свет проникал только через приоткрытое окно. Большой светло-желтый диск луны просвечивал сквозь тонкую белую занавеску и освещал большую кровать, где спала молодая женщина. Она лежала на животе, согнув одну ногу в колене и обняв подушку. Женщина была обнажена, и ее тело отливало перламутром в лунном сиянии. Темные длинные волосы разметались по белой простыне.

Тикали часы на стене, в остальном в комнате царила полная тишина. С улицы тоже не доносилось ни звука. Но вот створка окна приоткрылась сильнее, занавеска всколыхнулась, пропуская внутрь силуэт высокого мужчины. Он двигался очень аккуратно и практически неслышно. Мужчина остановился у кровати, постоял несколько секунд, глядя на спящую, а потом наклонился и щелкнул выключателем торшера на тумбочке.

Комнату залил мягкий золотистый свет. Спящая зажмурилась, а потом спрятала лицо в подушке, сильнее обхватив ее тонкими руками.

– Вставай, Ева, – произнес мужчина, – надо поговорить.

Женщина протестующе замычала в подушку. Мужчина насмешливо хмыкнул, а потом отошел и сел в кресло с невысокой округлой спинкой, вытянув длинные ноги в черных джинсах. Пока он ждал пробуждения Евы, его взгляд лениво бродил по обстановке спальни. Было заметно, что она для него привычна. Взгляд очень темных глаз задержался лишь на белой вазе на низком полированном столике, в которой стоял роскошный букет красных роз.

Ева пошевелилась и медленно, неохотно села на кровати, подогнув ноги и прикрывшись большой белой подушкой.

– Киан, – произнесла она с упреком, – я легла всего два часа назад.

Глаза женщины наконец открылись, они оказались нежно-голубыми и прозрачными, словно волны теплого моря.

– Я знаю. – Мужчина смотрел на нее чуть насмешливо. – Но дело есть дело. Умойся, я подожду, пока ты будешь готова меня слушать.

Ева раздраженно откинула в сторону подушку и встала перед креслом, упершись одной рукой в бок. Киан окинул женщину взглядом, с видимым удовольствием скользнув им по длинным стройным ногам, тонкой талии, пышной груди, и лишь после этого взглянул в ее рассерженное лицо.

– Предпочитаешь слушать меня в таком виде? – спросил он, приподнимая черную бровь.

– Мой халат, – сказала Ева без тени смущения, – висит на спинке кресла за твоей спиной.

Мужчина чуть отстранился, завел руку назад и стащил со спинки шелковый пеньюар глубокого винного цвета. Он швырнул его Еве, она ловко перехватила легкое одеяние и демонстративно медленно накинула на себя.

– Что-то еще? – Киан вопросительно посмотрел на продолжавшую стоять перед ним молодую женщину.

– Ты сидишь на Эмили.

Киан закатил глаза и вытащил из-под себя мягкую игрушку в виде медвежонка в розовой кружевной юбочке. Он небрежно бросил находку на кровать. Только после этого Ева отправилась в ванную.

– Тебе сколько лет, – ворчливо спросил Киан, – что ты до сих пор играешь с игрушками?

– Двести двадцать пять, – отозвалась Ева из-за дверей. – Спасибо, что напомнил.

– Ну ты же не комплексуешь по поводу возраста? – Киан чуть повернул голову в сторону ванной. – Дорогая, ты бессмертна. Не бойся, морщины у тебя не появятся.

Ева вернулась через пару минут. Ее красивое лицо приняло хмурое выражение. Голубые глаза чуть щурились, когда она смотрела на мужчину в кресле, а полные, красиво очерченные губы сжимались.

– Ну, – произнесла она с вызовом, – говори, зачем пришел.

– Повежливее, – тон мужчины стал холоднее, а лицо приняло непроницаемое выражение. – Я тебе не курьер из закусочной.

– Извини. – Ева опустила глаза. – Я просто не выспалась. Ты же знаешь, я развлекала гостей всю прошлую ночь, а днем помогала Сэму заполнять базу данных клиентов. Я устала.

– Ничего. – Взгляд мужчины так и не смягчился. – Смерть от переутомления тебе тоже не грозит, так что отдохнешь позже.

Смирившись, Ева чуть заметно вздохнула и снова села на кровать, глядя на Киана. Он провел рукой по черным, зачесанным назад волосам, но непослушная прядь вновь упала ему на висок.

– Есть работа, – сказал он. – Сделать надо сегодня.

– Какая? – Ева выжидательно смотрела на мужчину.

– Отправишься по этому адресу. – Он протянул ей белый бумажный прямоугольник. – Мужчину зовут Робин. На него надо нанести связующие руны. Все, дальше не твоя забота.

– И как я должна это сделать? – Ее голубые глаза возмущенно распахнулись. – Мне что, попросить его постоять смирно, пока я буду рисовать на нем эти руны?

– Придумаешь что-нибудь. – Киан поднялся, поправил закатанные рукава белой рубашки. – Ты же у нас умница.

Он бросил холодный взгляд на недовольную девушку.

– Клиент хотя бы человек? – спросила она через минуту, смиряясь с неизбежным.

– Да, – отозвался Киан, – смертный. Поторопись, – добавил он, – встреча у тебя через час. Как сделаешь, можешь отдыхать до завтрашнего вечера.

– Премного благодарна, – процедила Ева сквозь зубы.

Киан уже подошел к двери спальни, но на пороге остановился и оглянулся.

– А, да, – произнес он небрежно, – он любит милых и невинных.

– Что? – Ева задохнулась от неожиданности. – Ты уверен, что я подойду для этого... задания? Боюсь, я не обладаю нужными качествами.

– Дорогая, ты же актриса. – Киан пожал плечами. – Я верю в твой талант.

Одарив ее напоследок насмешливым взглядом темных глаз, он вышел из комнаты.

– Как же я тебя ненавижу! – Вслед мужчине полетел медвежонок в розовой юбочке.

– Я все слышу, – раздался шепот у нее над ухом, и Ева вздрогнула.

– Это не меняет дела, – произнесла она уже спокойнее, но ответа не получила.

Взглянув на адрес, а потом на часы, Ева выругалась вполголоса, а потом бросилась к шкафу, чтобы выбрать одежду для предстоящего свидания. Подобное ей было не в новинку. Она постоянно выполняла задания, которые ей давал ее начальник и наставник Киан. Ева знала его уже двести лет. Именно Киан сделал ее бессмертной, именно с ним она заключила договор, отдав в залог свою бессмертную душу, и с тех пор служила ему.

Еве было двадцать пять, и она была певичкой и танцовщицей в кабаре. Обладая яркой красотой, грациозностью и приятным голосом, она имела успех и множество поклонников. Среди них встречались и весьма состоятельные приличные мужчины, но, повинуясь порыву глупого сердца, Ева выбрала себе в возлюбленные карточного шулера. Брук долго был баловнем фортуны, выигрывал довольно большие крупные суммы, не попадаясь на шулерстве. Картежник осыпал свою возлюбленную дорогими подарками и обещаниями лучшей жизни с собственным домиком, детьми и собакой. Ева была так влюблена, что верила Бруку безоговорочно. Это длилось, пока одним осенним дождливым вечером он не проигрался в пух и прах и, чтобы отыграться, поставил на кон свою возлюбленную. Ева ни о чем не подозревала, самозабвенно исполняя на сцене небольшого казино романтичную песенку о вечной любви.

Брук проиграл. Еве сообщил об этом здоровенный лысый бугай. Он стянул ее со сцены, наградил мокрым поцелуем и сказал, что теперь девушка принадлежит ему до тех пор, пока ему не надоест. Девушка оказалась в корне не согласна с таким положением дел. Она визжала и пиналась, пока здоровяк тянул ее в номер. Та м Ева ухитрилась схватить оставленный словно бы самой судьбой на столе нож и перерезала мужчине горло, а потом отправилась искать Брука, которого уже и след простыл. Девушку поймали через пару часов, судили и приговорили к пятнадцати годам тюрьмы. В камере она попыталась совершить самоубийство, но неудачно. Ева повредила себе шейные позвонки, потеряла голос и стала почти инвалидом. Ее отправили в тюремный лазарет, где лечили в основном кровопусканиями и кормили баландой из протухшей капусты. Однажды, воспользовавшись нерадивостью медсестер, Еве удалось открыть окно и вылезти через него на крышу. Она опасно шаталась на краю карниза, плохо соображая, что она вообще тут делает. Внезапно, когда девушка была готова упасть, ее схватили чьи-то сильные руки и втянули обратно. Ева вырывалась, хрипела и отчаянно боролась, думая, что ее заметили тюремные санитары, но внезапно замерла, когда увидела, что ее удерживает в своих руках самый красивый мужчина, которого она когда-либо только видела. Он был высоким и широкоплечим, темные волосы обрамляли мужественное аристократичное лицо, черные глаза сверкали огнем, а изумительные губы изгибались в пленительной улыбке. Это был Киан. Подождав, пока девушка чуть придет в себя, он сообщил, что он демон, и предложил сделать ее бессмертной и свободной, дабы она могла отомстить презренному Бруку, а заодно избежать тюрьмы или больницы. Ева посчитала, что терять ей абсолютно нечего. Душа не показалась ей такой уж большой потерей, клятва служить созданию из Ада в тот момент ничуть не испугала. Находясь на грани отчаяния, почти потеряв разум от боли и сердечных страданий, Ева подписала договор с демоном.

Киан тут же забрал ее с крыши и перенес совершенно в другой город, где ее никто не знал. Та к Ева застыла в своих двадцати пяти годах и начала абсолютно новую жизнь. По одному из пунктов ее контракта с Адом ей однажды вечером принесли голову Брука в мешке. Она взглянула на нее совершенно бесстрастно, а потом прогулялась до реки и швырнула мешок с моста, окончательно оставив позади прежнюю жизнь, привязанности и чувства. Поначалу Ева занималась почти тем же, что и раньше. Киан привел ее в дорогое казино в центре города, где она стала развлекать гостей пением и танцами. Очень скоро она узнала, что привычный ей мир имеет вторую сторону – невидимую, темную. Это были демоны и бесы разных мастей и рангов, вампиры, маги, суккубы и другие сущности. Внешне все они выглядели как люди, вели подчас вполне человеческую жизнь, но при этом незримо управляли городом, его самой темной частью. Им были подвластны человеческие пороки и слабости, они умело манипулировали, используя страсти человеческого сердца и самые низкие желания. Многих из демонов люди знали как удачливых дельцов, владельцев корпораций, казино и ресторанов, продюсеров. Некоторые являлись главами преступных синдикатов, заправляли торговлей наркотиками и даже людьми.

Люди, продавшие душу в обмен на исполнения каких-то желаний, становились марионетками, рабочей силой демонов, их исполнителями. Среди таких бессмертных тоже существовала своя иерархия, они имели своеобразные чины и звания, и некоторые из людей благодаря уму или таланту смогли подняться довольно высоко. Главное, что они все потеряли вместе с душой, – это свободу воли. Их вечная жизнь теперь принадлежала Аду.

Как только Ева немного освоилась, Киан принялся ее обучать. Она погрузилась в основы магии, владение которой девушка получила вместе с бессмертием. Заклинания, руны, особые колдовские зелья – все это стало предметом изучения. Конечно же, полученный дар был сущим пустяком по сравнению с магией Ада, но он был необходим для выполнения разных поручений.

Прошло немного времени, и Еве стали давать небольшие задания, и вот тогда-то она и начала понимать, во что вляпалась. Очаровать какого-нибудь богача, привести его к разорению, вынуждая продать весь свой бизнес кому следует. Разлучить влюбленных, один из которых оказался слишком несговорчивым в нужной демону сделке. Подставить кандидата в министры или президенты, чтобы привести к победе его соперника. Подбросить наркотики судье, что возомнил себя слишком честным.

Ева тонула в грязи и мраке. Она плакала, умоляла, проклинала, но все это не имело никакого смысла. Умереть теперь она уже не могла, отказаться выполнять свою работу тоже. Ад умел сделать так, что сопротивление становилось очень болезненным и неприятным.

После обучения Ева видела Киана нечасто. Ее передали другому хозяину. Девушка проклинала и ненавидела каждую минуту. Мысль о том, что это продлится вечно, доводила до безумия. Спасение пришло неожиданно. Однажды Киан явился за ней и сказал, что теперь она будет работать на него, но ей снова придется учиться. Ева в ответ на это подняла на мужчину погасшие глаза и просто кивнула. Оказалось, что Киан занимался тем, что отслеживал появление в человеческом мире низших демонических сущностей и водворял их обратно в преисподнюю. Таких, как он, называли охотниками.

– Я вижу, как ты двигаешься на сцене, – сообщил Киан равнодушной Еве. – У тебя отличная координация, ты умело владеешь телом, и у тебя верная рука и острый глаз. Я думаю, у тебя получиться. Я научу тебя, и ты станешь моей помощницей.

Сначала Ева восприняла обучение как новый вид мучений. Бесконечные тренировки на выносливость и силу, владение специальным оружием, главным из которого являлась огненная плеть, что заставляла адских тварей сжиматься от ужаса, – все это слилось в одну бесконечную череду дней. Сами чудовища, что прорывались сквозь невидимую границу и угрожали Апокалипсисом, ввергали девушку в ужас. Она и представить себе не могла, что их так много и что они так ужасны. Ева помнила, как ее буквально выворачивало наизнанку после того, как на ее глазах Киан рассек кнутом странных монстров, похожих на покрытых слизью пауков.

– Они сдохли? – с ужасом спросила девушка, глядя, как пузырятся на асфальте останки чудовищ.

– Нет, – ответил Киан, убирая огненный кнут, что появлялся и исчезал по его желанию. – Они не способны умереть здесь.

– Но ты же разорвал их на куски. – Ева с содроганием смотрела, как шевелятся оторванные конечности пауков.

– Они возродятся через пару часов, если я заклинанием не отправлю их сущности обратно.

Киан принялся читать заклинание. На глазах Евы останки чудовищ сначала превратились в пепел, а затем поднявшийся ветер унес их.

Ева до сих пор помнила первое чудовище, которое она изгнала. Когда она немного дрожащим голосом произнесла заклинание и в воздух взметнулся пепел, ее вдруг наполнили ликование и азарт. Ей понравилось! Понравилось чувствовать себя не жалкой прислужницей демонов, которая вынуждена выполнять то, что прикажут, а той, кто самостоятельно принимает решение, делает что-то хорошее, важное и полезное.

С тех пор жизнь Евы стала значительно легче. Она продолжала петь в казино, а время от времени вместе с Кианом или самостоятельно выходила на охоту. Правда, бывали в череде дней и такие, когда она должна была выполнять задания из ее прежней жизни. Киан просто одалживал ее другим высшим бессмертным. И Ева ненавидела его за это. Сначала она пыталась спорить, упрашивать, обижаться, даже сбегать, но Киан быстро напомнил ей, кто на самом деле владеет ее жизнью и что ее ждет за непослушание. Он просто устроил ей экскурсию в Ад. Пробыв там всего несколько часов, девушка стала как шелковая. С тех пор Киану не приходилось даже напоминать о возможном исходе: Ева твердо уяснила, лучше такая жизнь, чем преисподняя.

С Кианом у Евы были сложные отношения. С одной стороны, она ненавидела его за то, что когда-то он вынудил ее подписать договор. Теперь-то девушка твердо знала, что лучше было бы ей тогда умереть или даже остаться в тюрьме. А с другой – Киан был единственным в новом для нее мире, на кого она могла бы опереться, кому могла бы доверять хотя бы отчасти. Киан никогда не врал ей. Он был до ужаса прямолинеен и всегда называл вещи своими именами. И демон был достаточно терпелив при обучении, даже снисходителен к ней, хотя лишних поблажек тоже не делал. Киан умел быть жестоким, это Ева тоже быстро уяснила. Иногда месяцами между ними царило полное взаимопонимание, почти дружба, но потом демон ясно давал понять, что он хозяин, а она – всего лишь рабыня и должна слушаться беспрекословно.

Мужскую красоту Киана Ева отметила еще тогда, на крыше тюремной больницы. Его лицо и тело не могли оставить ее равнодушной, и, следуя привычке из смертной жизни, девушка попыталась его соблазнить. Однако у нее ничего не вышло. Киан холодно усмехнулся и сказал, что не спит с подчиненными и что ей больше не стоит тратить силы на его обольщение. Ева расстроилась, к тому же ее душила чисто женская обида: этот приспешник дьявола счел ее недостаточно привлекательной. Она видела его с другими женщинами. Все они без исключения были людьми. Киан находил их в том же казино, где пела Ева. Не сразу она узнала, что заведение принадлежит ему, как и еще несколько самых крупных и роскошных.

Женщины, что становились его подругами – иногда всего на ночь, иногда чуть дольше, – не были красивее или соблазнительнее Евы. Но она поняла, что у них перед нею есть одно важное преимущество. У них была душа, не запятнанная чередой гнусных дел, отвратительные подробности которых заставляли Еву ненавидеть саму себя.

Она отступила, однако ее женское чутье не раз говорило ей, что Киан не остается равнодушным к ней. Между ними двумя не раз и не два за эти годы вспыхивали искры. Что-то такое мелькало в темных глазах демона, что-то таилось в изгибе губ, что иногда оказывались слишком близко к ее коже, что-то особенное проскальзывало в прикосновении крепких рук. Со временем в их общение вплелся легкий флирт, игривые намеки, почти неосознанные попытки произвести впечатление, чтобы увидеть восхищение в глазах друг друга. И никогда ничего большего. Киана или действительно не интересовала его подчиненная как женщина, или же, верный своим принципам, он так хорошо справлялся с чувствами, что казался равнодушным.

Ева же совсем не искала привязанностей или случайных любовных связей на стороне. Ей не были нужны ни люди, ни бессмертные. Интимная сторона ее жизни давно смешалась с грязью, и она избегала ее, как только могла.

Ева очень надеялась, что сегодня тоже обойдется без этого и задание удастся выполнить без секса. Киан сказал, что клиент, заказавший девушку в номер отеля, любит милых и невинных. Она снова возмущенно фыркнула, глядя на себя в зеркало в гардеробной. Ее невинной вряд ли можно назвать. Она не казалась ею, даже когда действительно была таковой. Голубые глаза с длинными пушистыми ресницами всегда смотрели с хитринкой, полные губы наводили на мысли о жарких поцелуях. В ее внешности всегда сквозила страсть и внутренний огонь. Скрыть это за маской невинности вряд ли удастся. Чуть подумав, Ева все же решила придать своему облику больше девчачьей игривости и легкости. Длинные каштановые волосы с разбросанными по ним ярко-красными прядями она завязала в высокий хвост на затылке, нанесла на лицо минимум косметики, лишь подкрасила ресницы, а губы покрыла розовым блеском, выбрала в шкафу светлое короткое платье в мелкий цветочек. С соответствующим бельем возникли проблемы. Ева предпочитала только черное, простое или кружевное, другого не носила. Подумав, она решила, что сойдет и так. В конце концов, ей не дали подготовиться, выделив на сборы совсем мало времени.

– Надеюсь, когда я разденусь, – буркнула она недовольно, натягивая чулки, – ему уже будет все равно, какого цвета у меня трусы.

Под ложечкой засосало. За два века она так и не привыкла, даже вся ее хитрость, изобретательность и навыки не всегда позволяли избегать интимной близости с незнакомцами. А они далеко не всегда были приятными внешне, а уж внутренне...

Ева вылетела за дверь, понимая, что опаздывает. До нужного адреса добираться не меньше двадцати минут. Девушка выбежала из лифта в простой, но элегантный вестибюль, вежливо кивнула консьержу на входе.

– Решили немного развеяться, мисс Ева? – спросил ее добродушный старичок в светло-сером костюме, что служил здесь уже много лет. – Не спится?

– Да, Серж, – откликнулась она с улыбкой, – решили с подружками потанцевать.

– Вызвать вам такси, милая?

– Да, спасибо.

Машина подкатила к стеклянным дверям дома почти сразу же.

– Вам сегодня везет, – консьерж помахал ей на прощание.

– Очень на это надеюсь, – сказала Ева сама себе, махнув старику в ответ.

Желтое такси умчало ее в ночь, что сверкала тысячами огней. По дороге, откинувшись на сиденье, Ева пыталась составить хоть какой-то план действий. Но планирование никогда не было ее сильной стороной, она всегда действовала спонтанно. Киан говорил, что у нее сильно развитая интуиция. Она и позволяла Еве полагаться в делах на чутье и добиваться успехов.

– Скорей бы закончилась эта ночь, – взмолилась она, ловя взглядом ярко сияющие рекламные щиты, – скорей бы.

Глава 2

Дорогой отель в центре города был залит светом. В просторном холле пахло кожей и хорошими сигарами. Ева пересекла его уверенным шагом и вошла в зеркальный лифт. Отражение подсказало ей слегка поправить прическу. Все. Она безупречна.

Дверь номера открыл молодой светловолосый мужчина. Ева мысленно вздохнула с огромным облегчением. Ну, хотя бы не старик и не урод. Мужчина был вполне симпатичным. Приятное лицо, мускулистое тело. Неизвестно, соответствовала ли стоящая на пороге девушка его первоначальным запросам, но, открыв дверь, он, широко улыбаясь, восхищенно присвистнул:

– Ничего себе! Неужели это все мне?

– Конечно, милый!

Ева игриво улыбнулась в ответ и шагнула в гостеприимно открытые двери.

– Как тебя зовут, куколка? – мужчина проводил ее в гостиную, где на низком столике у дивана был накрыт легкий ужин из закусок и вина.

– Кэтрин, – сказала она, качнув бедрами, – а тебя?

– Пол.

– Очень приятно, Пол. – Девушка взмахнула ресницами, а потом кивнула на столик. – Это для нас?

– Да, думаю, мы приятно проведем время.

– Я уверена в этом.

Они разместились на диване, выпили вина. Парень оказался весьма приятным собеседником, непошлым и негрубым. Он не старался побыстрее затащить ее в постель, а, казалось, искренне наслаждался беседой. Однако Еве вовсе не хотелось затягивать эту встречу, поэтому, дождавшись паузы в разговоре, она изящным движением поставила свой бокал на столик, а потом чуть наклонилась вперед.

– Пол, может быть, мы продолжим наш разговор в другом месте?

Она провела зубами по своей нижней губе и заметила, как мужчина прикипел к ее рту взглядом.

– Как скажешь, милая, – произнес он чуть охрипшим голосом. – Я просто хотел быть вежливым.

– Ты уже достаточно вежлив, – подтвердила Ева, – я оценила.

Она мягко переместилась мужчине на колени, улыбнулась ему и поцеловала, обвив шею руками. Поцелуй был медленным, дразнящим, изучающим. Ева позволила провести по своим губам языком, ответила тем же, потом углубила поцелуй. Пол осмелел, его руки скользили по бедрам девушки, ее короткое платье совсем задралось и не скрывало ничего. Чулки, что были на ней, мужчина нетерпеливо сдвинул вниз, стремясь поскорее дотронуться до голой кожи. Его губы скользнули по шее, спустились к груди в глубоком вырезе платья. Ева протянула руку, желая отвести от его лица светлые волосы, но мужчина резким движением не дал ей этого сделать.

– Пойдем в спальню, – прошептал он ей на ухо и улыбнулся, словно извиняясь. – Хочу увидеть тебя всю.

Ева обвила его ногами за талию, а руками крепко ухватилась за шею. Пол рывком поднялся с дивана, и так они вместе двинулись в спальню. Девушка видела, как мужчина горит нетерпением, вряд ли он был намерен тянуть дольше, но ей необходимо было его притормозить.

– Надеюсь, ты не из тех мужчин, которых хватает на пять минут? – спросила она, округляя глаза. – Мне бы не хотелось, чтобы все закончилось быстро.

– Любишь поиграть? – спросил он ее, улыбаясь. – Что ж, я не против.

Пол отпустил ее, а сам уселся на широкую, застеленную золотистым покрывалом кровать.

– Давай, покажи мне себя сначала, – попросил он. – Уверен, без этого милого платья ты еще прекраснее.

Ева отступила назад на несколько шагов и принялась медленно раздеваться.

– Подожди, – остановил ее Пол, – я добавлю атмосферы.

Он достал мобильный телефон и, чуть повозившись, включил музыку. Спальню заполнила приятная медленная мелодия, а Ева продолжила свой моноспектакль. Она избавилась от чулок, что до сих пор оставались на ее ногах, потом расстегнула ряд мелких пуговок на платье. При этом девушка покачивалась под музыку, гладила себя по обнажающимся участкам тела. Наконец она стянула с себя платье и небрежно бросила его на край кровати, оставшись только в белье. Ева замерла, давая мужчине оценить открывшийся перед ним вид, потом завела руки за спину и щелкнула застежкой бюстгальтера. Ее голая грудь, казалось, произвела на Пола неизгладимое впечатление. Он сначала замер, потом вздохнул, облизал губы и потянулся к девушке, желая немедленно схватить ее и опрокинуть на кровать.

– Ну, ну, – мягко пожурила она его, чуть отступая назад и уворачиваясь от жадных рук. – Разве игра окончена?

– А чего ты хочешь еще, моя кошечка? – Пол усмехнулся. – Ты такая роскошная, я уже горю.

Ева изогнулась, демонстрируя себя во всей красе, а потом склонила голову набок.

– Хочешь, я сначала сделаю тебе особенный массаж? – предложила она приглушенным тоном.

По виду Пола было понятно, что ему не терпелось оказаться между ее раздвинутых ног, но решил поддаться уговорам.

– Хорошо, – кивнул он, соглашаясь, – давай. – Мужчина с трудом сглотнул. – Только сними сначала трусики.

Ева взялась пальцами за кружевную полоску у себя на животе, приспустила ее почти до самого предела, а потом быстро вернула обратно.

– Нет, – мягко возразила она, – пусть они пока побудут тут. Снимешь их потом с меня сам.

Пол со вздохом растянулся на кровати.

– Что за массаж такой? – спросил он.

У девушки в руках вдруг оказалось большое пышное перо. И откуда она его взяла? Этого мужчина не заметил.

– Вот этим. – Ева провела пером по своей обнаженной груди, задела напряженные вершинки сосков и застонала, прикрыв веки. – Тебе понравится. Ложись сначала на живот.

Пол послушно перевернулся, предварительно избавившись от уже расстегнутой рубашки и штанов. Девушка уселась на него сверху, сжав его бедрами, а потом наклонилась, прижавшись грудью к его спине. Мужчина испытал мгновенный порыв перевернуться, схватить эту игривую кошечку и начать играть по своим правилам, но в последний момент сдержался.

Ева мягко разминала его мышцы руками, и тело Пола постепенно избавилось от лишнего напряжения. Стало просто хорошо. Расслабившись, он позволил девушке делать с ним все, что она хочет. Ее умелые и достаточно сильные руки скользили по спине, разминали, растирали мышцы, нежно гладили кожу, чуть щекотали, заставляя покрываться мурашками.

– А теперь наше перышко, – прошептала она Полу на ухо, и он почувствовал почти невесомое, но невыразимо нежное прикосновение.

– Продолжай, пожалуйста, – попросил он.

– Как скажешь, милый.

Внезапно легкие прикосновения сменились другими. Девушка слегка царапнула его чем-то острым.

– Что это? – лениво спросил он, приподнимая голову.

– Я просто хочу написать на тебе свое имя. – В ее голосе прозвучал смех. – Помнишь, как меня зовут? Нет? Я так и думала. Вот я и напишу.

Пол засмеялся, чуть поеживаясь от ощущений, а потом замер, застывшим взглядом уставившись в пространство.

– Вот и все. – Ева резко завершила последнюю черточку и отбросила перо в сторону. – Ух! Как ловко все вышло.

Она слезла с кровати, нагнулась над мужчиной, заглянула ему в глаза. Он был недвижим и безучастен, связывающая руна держала в плену его тело, не давая пошевелиться. Теперь он беззащитен перед магическим или физическим воздействием. К тому же он не сможет лгать. Скоро здесь окажутся те, кто заказал сделать это. Зачем, Ева не интересовалась, да ей бы никто и не рассказал. Скорее всего, Пол владел какими-то секретами, которые заказчику нужно было узнать.

– Мне жаль, – произнесла она с сочувствием. Молодой мужчина не вызвал у нее неприятных чувств. Более того, встреться они с ним при других обстоятельствах, он бы Еве понравился.

Убедившись, что руна сработала как надо и жертва надежно связана, Ева принялась торопливо одеваться. Ей не хотелось встречаться с заказчиками. Уходя из номера, она бросила взгляд в зеркало и недовольно скривилась. Она ненавидела себя за то, что делала, но выбора у нее не было.

Вернувшись домой, Ева тут же отправилась в душ. Хотелось смыть с себя чужие прикосновения. Об этом Поле и его участи она старалась не думать. Не в ее силах ему помочь, оставалось надеяться, что полученная информация удовлетворит заказчика, и мужчина останется жив.

Выйдя из душа, Ева закуталась в белый махровый халат и вернулась в спальню, мечтая о сне. Она будет спать до завтрашнего обеда, не меньше. Девушка стянула полотенце с головы и принялась осторожно распутывать расческой длинные темные пряди. Треск, раздавшийся у нее за спиной, заставил ее испуганно вздрогнуть и обернуться.

Посреди ее спальни стояли двое мужчин. Одним из них был Киан, а второго Ева не знала. Он был высоким и худощавым, его длинный нос с горбинкой делал лицо каким-то хищным, а холодные светло-серые глаза заставляли внутренности сжиматься от страха.

– Кто вы? – воскликнула Ева в испуге. Она перевела взгляд на наставника. – Киан?

– Вот она, значит, какая, твоя птичка! – незнакомец окинул девушку гневным взглядом. – Вот та, что испортила нам все дело!

– Я? – спросила Ева севшим голосом, начиная подозревать, что влипла. – Я испортила?

– А кто же! – Мужчина сделал шаг и резко схватил девушку за волосы, буквально сдернув ее со стула. – Тварь, – процедил он с ненавистью, – бездарная глупая телка!

Ева вскрикнула, она вцепилась в руки державшего ее незнакомца, стараясь оторвать их от своих волос. Дернув ее еще раз, он швырнул девушку на пол.

– Спокойнее, Райн, – прозвучал спокойный холодный голос Киана. – Надо сначала выяснить, как так вышло.

Демон склонился над Евой, что смотрела на него с испугом и непониманием.

– Ева, – произнес он, – что случилось в гостинице?

– Ничего, – произнесла она, чуть заикаясь. – Я все сделала, как надо. Нанесла руну, убедилась, что она подействовала, и ушла. А что случилось?

– Случилось то, – рявкнул второй, кого Киан назвал Райном, – что этот мужик в гостинице мертв! И случилось все это по твоей вине.

– Мертв? – Ева растерянно смотрела на Киана. – Но почему? Когда я уходила, все было в порядке. Клянусь!

– Клянешься?! – Райн подскочил и с силой пнул девушку. Она вскрикнула и упала. – Сучка!

Киан обошел лежавшую на полу подчиненную и опустился в кресло, в котором он сидел всего несколько часов назад.

– Ева, – обратился он к ней с непроницаемым выражением лица, – прежде, чем наносить руну, ты проверила клиента на следы магического воздействия?

В комнате повисла звенящая тишина. Ева медленно села, ссутулившись под гнетом внезапно пришедшего понимания.

– Нет, – произнесла она чуть слышно, – не проверила.

– А стоило бы, дрянь ты такая! – Райн пылал гневом. – На нем была магическая печать, чтобы никто не добрался до сведений, что хранились в его башке.

– Печать? – Ева вспомнила, как Пол не дал ей откинуть волосы со своего лица. – У левого уха, да?

– А, так ты все же знаешь об этом! – Райн сжал зубы. – Значит, ты сделала это специально? Нанесла руну, понимая, что печать убьет его, как только мы попытаемся что-то узнать?

– Нет! – Ева с мольбой посмотрела на мужчин. – Я не знала! Я только сейчас догадалась, почему он не дал прикоснуться к своим волосам! Они у него до плеч, и я ничего не увидела.

– Ева, – прозвучал ледяной голос Киана, – ты обязана была проверить.

Она опустила голову.

– Да, – сказала она глухо, – я виновата.

– Из-за тебя, – прошипел Райн, брызгая слюной, – мы лишились важных сведений. Никчемная, глупая тварь!

– Простите меня. – Ева вжала голову в плечи, замирая от ужаса. – Простите.

– Простить?! – Райн склонился над ней. – Скажи спасибо, что из уважения к Киану я раздумал прямо сейчас закончить твое жалкое существование и оправить тебя в Ад.

Ева вздрогнула, чувствуя, как все ее существо наполняет ужас.

– Не надо, – прошептала она.

– Я не убью тебя, – зловеще произнес мужчина над ее ухом, – но тебя следует наказать.

Он выпрямился, а потом в его руках оказалась плеть. Не обычная, магическая. Из черной, оплетенной кожей рукоятки змеилась ярко-красная узкая лента. Ева знала, что это за плеть. Похожей, только куда более мощной, она загоняла чудовищ обратно в преисподнюю.

– Спусти халат с плеч, – прозвучал холодный приказ, – и назови свое истинное имя.

Ева бросила затравленный взгляд на Киана, но тот равнодушно закурил сигарету и на девушку даже не взглянул.

– Ну! – рявкнул Райн. – Не зли меня!

Ева непослушными руками распутала пояс, а потом неловко стянула мягкую белую ткань до пояса. В ней все сжималось от ужаса, спасения не было.

– Имя! – Райн щелкнул плетью, в комнате раздался треск, словно от электрического разряда.

У Евы пересохло во рту, она знала, видела не раз, как подобная плеть разрывает монстров на куски. И сейчас это жестокое орудие обрушится на нее.

– Ее зовут Эженил, – прозвучал в тишине спокойный голос Киана.

Девушка вскинула на него глаза, успев удивиться, что тот произнес ее настоящее имя неправильно. В прежней жизни ее звали Эжени, и демон это знал.

Через мгновение ее тело сковали магические путы. Они не позволяли ей сопротивляться, а истинное имя давало демону права на нее.

Райн взмахнул плетью и обрушил ее на обнаженную спину Евы. Она дернулась и закричала от разрывающей ее боли. Тело осталось неподвижным, она стояла на коленях, опираясь на вытянутые руки. Не успела Ева перевести дыхание, как плеть еще раз опустилась на плечи. Она вновь не сдержала крик, казалось, что плеть входит в ее тело, как в масло, и доходит до самых костей. Снова удар, руки дрожали от напряжения, пытаясь удержать тело в одном положении, удобном для мучителя. Краткий свист воздуха, и снова разрывающая боль, не дающая даже вздохнуть. Сердце бешено колотилось, а сознание мутилось, но не покидало. Взглядом, который то и дело заволакивало пеленой, Ева зацепилась за руку Киана, лежащую на подлокотнике кресла. Он по-прежнему держал сигарету, она почти прогорела, и пепел падал на светлый ковер.

Удар, и крик переходит в хрип. Перед глазами поплыли красные пятна и какие-то вспышки, ноги и руки занемели. Ева подумала, что следующего удара она не переживет.

– Хватит, Райн, – раздался спокойный, даже несколько скучающий голос Киана. – Иначе долго не сможет работать, я понесу убытки. Оставь, она все уяснила.

Магические путы исчезли, и Ева ничком упала на пол. Она дрожала с головы до ног, спина горела огнем.

– Научи свою подопечную быть внимательнее, – Райн смерил девушку презрительным взглядом, – иначе простой поркой она больше не отделается.

– Конечно, Райн. – Киан кивнул и затушил сигарету прямо о полированный подлокотник. – Я позабочусь об этом. Извини, что так вышло.

В комнате стало тихо. Слышны были лишь всхлипы Евы и ее рваное дыхание. Когда она решилась приподнять голову, Райна в комнате уже не было. Киан встал с кресла и прошел в ванную. Он вернулся спустя минуту, неся в руках мокрое полотенце. Мужчина подошел к ней и присел рядом.

– Я помогу, – сказал он, когда Ева дернулась в сторону и тут же вскрикнула. – Спокойно! – приказал он строго, а потом принялся аккуратно и бережно стирать кровь с ее спины.

Ева не сдержала стонов, было очень больно, и как бы она ни сжимала зубы, не могла не плакать.

– Через пару дней полегчает, – пообещал ей Киан, – шрамов не останется.

Он помог ей подняться и перейти на кровать, где девушка легла ничком. Мужчина вновь вышел в ванную, взял в аптечке заживляющую мазь и вернулся в спальню.

– После наказаний магию применять запрещено, – сказал он спокойно, – придется обойтись обычным человеческим средством.

Ева промолчала, она лежала, отвернув от него лицо, и тихо плакала – и от боли, и от обиды, и от разочарования. Ее никогда раньше так не наказывали. Киан, бывало, угрожал ей повторной прогулкой в Ад за непослушание, сильнее гонял на тренировках, но никогда не поднимал на нее руку. Она считала, что между ними сложились вполне дружеские отношения. Да черт побери, если она кому и доверяла в этой своей новой бессмертной жизни, то только ему. А сегодня он равнодушно курил, спокойно наблюдая, как ее избивают до полусмерти. Значит, она для него вообще не важна? Так, одна из его бессмертных подчиненных, чью душу он забрал по договору. Это ранило сильнее, чем плеть, это лишало ее жизнь последней иллюзии нормальности и человечности.

Киан закончил смазывать ее раны мазью и просто сидел рядом.

– Ева, – позвал он и чуть хмыкнул, когда девушка не прореагировала. – Ева, – повторил он снова, – я ничего не мог сделать. Это было не в моей власти.

Она чуть шевельнулась и, медленно подняв руку, убрала волосы от лица.

– Я пошел с Райном, чтобы не дать ему убить тебя. – Его голос смягчился, но потом снова стал строгим: – Как ни крути, ты все же виновата. В следующий раз будешь внимательнее.

Ева чуть повернула голову, глядя на него покрасневшими, опухшими глазами. Дышать стало чуточку легче, не намного, но все же.

– Ты ошибся, – сказала она тихо, – неправильно назвал мое имя. – Только сейчас она удивилась по-настоящему. – Но оно все равно сработало, почему?

По его красивым губам проскользнула чуть заметная улыбка.

– Я не ошибся, Эжени. Лишь добавил к твоему имени букву от своего истинного имени.

– Зачем?

– Потому что иначе ты бы могла не пережить даже эти пять ударов.

Он поднялся и взглянул на Еву с высоты своего роста.

– Я пришлю к тебе Леона, – сказал Киан и чуть усмехнулся, увидев ужас на ее лице. – Он позаботится о тебе. Я в няньки не гожусь.

– Нет, – прохрипела она, силясь приподняться, – только не его, пожалуйста.

– Отдыхай. – Киан проигнорировал ее. – Через неделю мы идем на охоту, на южной границе заметили странное свечение. Подозреваю, что там завелись бурги.

Он исчез, едва она открыла рот, чтобы возразить.

– Черт! – всхлипнула она жалобно, чувствуя, как по щекам снова льются слезы. – Только не Леон.

Слова Киана про лишнюю букву в своем имени она поняла только через пару дней, когда начала вставать. Походив по комнате, она опустилась в кресло, судорожно схватившись за подлокотники, чтобы переждать накатившую слабость и дурноту. И тогда они рассыпались у нее под руками, превратившись в груду обломков. Внезапно все встало на свои места: руки Киана на этих самых подлокотниках, когда ее били плетью, слова о букве его собственного имени, добавленной к ее. Имя связывает, отдавая права на тело и сознание тому, кто его знает.

– Он принял часть моего наказания, – произнесла Ева пораженно, все еще до конца не веря, – взял себе часть моей боли.

Глупое сердце вновь забилось, словно птичка в клетке.

– Ему не все равно, – от этой мысли хотелось одновременно смеяться и плакать.

Ева выбрала слезы. Она рыдала, спрятав лицо в ладонях, но чувствовала, что ей наконец-то становится легче.

Глава 3

Леон был ангелом. Самым настоящим небесным созданием. Выглядел он как молодой парень лет двадцати, с кудрявыми светлыми волосами и зелеными глазами. Милая улыбка, обаяние, доброта сделали бы его любимчиком всех без исключения, если бы не полное отсутствие чувства юмора и пугающая привычка принимать все за чистую монету. Леон не понимал скрытых и переносных смыслов и подчас был наивнее пятилетнего ребенка. Он, как и положено ангелу, не делил мир на черное и белое и одинаково хорошо относился ко всем: и к обычным людям, и к ангелам, и к демонам, и другим существам любого из миров.

Занятие у Леона тоже было вполне ангельское: он исполнял желания. Но не все, а те, которые не противоречили судьбоносному замыслу для каждого конкретного человека. Невидимый людям, он подслушивал тайные мысли и простые разговоры, а потом воплощал мечты в реальность. Но если бы только мечты! Леон вполне мог устроить кому-нибудь настоящий Ад.

– Чтоб я сдох! – в сердцах восклицал кто-нибудь во время обычного эмоционального разговора и буквально на следующий день оказывался на больничной койке. И хорошо, если Леону вовремя укажут на его ошибку и бедолагу удастся спасти.

– Я бы сейчас слона съела! – желала голодная девушка перед обедом и обнаруживала в меню ресторана блюда из мяса слона.

– Какой ужас! – кривилась она, а Леон обижался:

– Сама же просила.

В общем, рядом с ангелом приходилось тщательно контролировать свою речь, чтобы ненароком не пожелать себе или другим чего-нибудь этакого. Демоны и другие высшие бессмертные, конечно, не были подвержены его влиянию, а вот низшим бессмертным, к которым относились и люди, продавшие свои души, иногда приходилось несладко.

Именно поэтому, услышав, что Киан пришлет к ней на помощь Леона, Ева не обрадовалась. Однако ангел был в ее квартире уже через пятнадцать минут. Он тут же развил бурную деятельность, полностью отдавая себя делу служения ближнему. Тот факт, что Ева связана с Адом, дела не меняло. Она страдала, а значит, нуждалась в его милосердии.

Леон приготовил ей бульон, убрался в квартире, полил цветы. Он обработал ее раны с такой осторожностью и нежностью, что Ева снова расплакалась. К ней давно уже никто не относился с такой добротой – она считала, что и не достойна этого. В силу плохого самочувствия разговаривать ей не хотелось, поэтому казусов с ангельским пониманием не возникло. Через четыре дня Ева чувствовала себя уже довольно сносно.

– Как думаешь, – спросила она Леона, – у Киана тоже остались следы на спине?

– Нет, – ответил ангел. Он сидел на подоконнике и смотрел в окно. – Он забрал только часть твоей боли.

– И на том спасибо. – Ева спустила ноги с кровати, намереваясь встать, чтобы сварить им кофе. Постоянно лежать уже просто не было никакого терпения. – Хорошо, что этот Райн не догадался.

– О, я думаю, он догадался. – Ангел спрыгнул с подоконника и пошел за Евой на кухню. – Он не мог не почувствовать этого.

Ева замерла посреди кухни с туркой в руке.

– Догадался? – переспросила она пораженно. – Но тогда почему ничего не сказал? Почему позволил Киану помочь мне?

Леон пожал плечами.

– Я думаю, что его это устроило, – сказал он и отобрал у девушки турку. – Видишь ли, ты подчиненная Киана. Ты совершила ошибку, а значит, и он тоже в этом виноват.

Ева опустилась на стул у белого обеденного стола, наблюдая, как Леон деловито сновал по кухне и готовил кофе. Вскоре по квартире поплыл восхитительный аромат.

– Чтоб мне... – начала было Ева и тут же запнулась, поймав вопросительный взгляд ангела.

Она помотала головой, показывая, что совсем ничего такого не хочет, и тяжело вздохнула.

– Киан мне ничего не сказал, – вздохнула девушка, – даже не отругал толком. А он, оказывается, пострадал не меньше.

Леон подал ей белую фарфоровую чашку с золотым орнаментом по краю.

– Киан относится к тебе по-особенному, – ангел многозначительно приподнял бровь. – Разве ты не заметила?

– Не знаю. – Ева опустила голову. – Мы знакомы уже двести лет, и он всегда держится на расстоянии.

– Ну, бессмертные, которым доступна вечность, меряют время по-другому.

Леон уселся на соседний стул с такой же чашкой. Его зеленые глаза затуманились.

– Это для обычного человека двести лет – огромный срок, – продолжил он и подул на горячий напиток, – а для демона все равно что два года. Так что, я считаю, шанс у тебя есть.

Ева фыркнула.

– Еще не хватало пытаться его соблазнить, – произнесла она ворчливо. Не признаваться же, что она уже пробовала. Хотя по хитрому взгляду ангела было понятно, что он это и так знал.

Это был последний вечер, который она провела в его компании. Убедившись, что Ева уже может сама о себе позаботиться, Леон покинул ее.

– У меня еще куча дел, – вздохнул он. – Одна милая старушка недавно призналась своей подружке, что в молодости мечтала, чтобы ее украл какой-нибудь пират, увез на своем корабле на райский остров, где они бы день и ночь занимались любовью. Вот думаю, как это устроить.

– Э-э-э, – протянула Ева, насторожившись. – Леон, ты уверен, что она все еще этого хочет?

– Она же до сих пор говорит об этом. – Ангел улыбнулся, а потом вдруг побледнел: – Или я опять что-то неправильно понял?

– Думаю, что яркого сна о таком приключении в ее возрасте будет более чем достаточно. – Ева едва сдерживала смех. Хотя, если подумать, какой беды только что избежала старушка, то смеяться тут было не над чем.

– Ладно... – Леон как-то поник, видимо, в его голове уже складывался грандиозный план, а девушка его обломала.

«Надеюсь, я спасла старую леди, а не помешала ее счастью», – подумала Ева, проводив гостя.

Киан пришел к ней на следующий день. Демон окинул девушку взглядом с головы до ног и удовлетворенно кивнул.

– Вижу, тебе уже лучше, – сказал он. – Собирайся, пойдешь со мной.

– Куда? – спросила Ева. Ей отчаянно не хотелось покидать собственную уютную квартиру.

– На ужин, – Киан отвечал отрывисто, взгляд темных глаз был холоден. – Оденься красиво.

– Что за ужин? Это задание или просто развлечение?

Мужчина едва заметно поджал губы.

– Ни то, ни другое, – ответил он. – Мы просто должны там быть. Ужин устраивает архидемон, там соберутся многие высшие бессмертные.

– Ясно, – Ева кивнула. Особого желания идти не было, но, к счастью, это была не работа.

Через пятнадцать минут она вышла из гардеробной и продемонстрировала Киану ярко-желтое вечернее платье в пол. Оно эффектно облегало ее фигуру и очень ей шло.

– Нет, – коротко бросил демон и сам шагнул в просторную гардеробную. – Это не подойдет.

– Почему? – удивилась Ева. – Это новое платье, разве некрасивое?

Повозившись немного среди полок и стоек с одеждой, Киан снял с плечиков одно из платьев и кинул его девушке.

– Надень это, – сказал он.

Платье было из мерцающей ткани черного цвета, без рукавов, длиной чуть ниже колена.

– Я не могу надеть это, – Ева закусила губу. – У него открытая спина.

– Это как раз то, что требуется. – Взгляд Киана стал непроницаемым. – Надевай, и волосы убери наверх.

– Зачем? – Девушку обожгло нехорошее предчувствие. – Чтобы все увидели следы?

– Вот именно. – Он кивнул и сильнее поджал губы. – Я должен продемонстрировать архидемону твое послушание. Будешь вести себя скромно и...

– Униженно, – договорила она за него.

– Примерно так. – Киан отвел взгляд и вздохнул, почувствовав, как в ней закипает негодование. – Послушай, – произнес он, призвав на помощь все свое терпение, – если ты хочешь по-прежнему работать со мной, тебе придется это сделать.

– Почему ты говоришь так? – спросила она испуганно, тут же забыв о гневе. – Меня могут отдать кому-то другому? Но у меня договор с тобой! Они не могут!

– Они могут, – Киан произнес это отрывисто и четко. – Райн сказал архидемону, что я плохо воспитываю своих подчиненных и что, возможно, тебе стоит подыскать кого-то другого, того, кто научит тебя выполнять свои обязанности с большим усердием.

Ева похолодела от ужаса.

– Нет, – прошептала она, чувствуя головокружение. – Только не это. Я не хочу! – Последние слова она уже прокричала.

Киан криво улыбнулся.

– Ценю такую преданность, – хмыкнув, сказал он, – но сейчас твоя дальнейшая участь зависит только от тебя. Продемонстрируешь смирение, покажешь, что приняла наказание и сделала выводы, и будем надеяться, что все обойдется.

– Этому Райну было мало?! – воскликнула Ева. – Мало, что он избил меня, ведь он же знает, что и ты... тебя тоже... – Она поймала мрачный взгляд демона и с трудом закончила: – ...тебя тоже наказали из-за меня.

– Одевайся, – бросил ей Киан и вышел из спальни.

На ужин они прибыли одними из последних. В просторном банкетном зале элитного ресторана французской кухни собрался весь цвет общества Ада. Архидемон – главный среди высших бессмертных – принимал гостей. На первый взгляд этот ужин ничем не отличался от любого другого. Мужчины в дорогих костюмах, женщины в красивых платьях, шампанское, изысканные закуски. Играла приятная музыка, слышался смех и разговоры. Вот только предметами этих разговоров были весьма специфические вещи. Вампиры обсуждали раздел территории, заключали сделки, обмениваясь, покупая или продавая квоты на убийства людей. Демоны хвастались количеством договоров и людьми, которых удалось сманить на темную сторону. Планировались махинации, преступления. Демоны, бесы и другие сущности преисподней внедрились во все сферы бизнеса, в политику, спорт, шоу-бизнес.

Изредка в толпе можно было почувствовать ангельскую или иную светлую суть. Светлые также заключали сделки, но уже соответствующие своей специализации. Их было много в сфере медицины, благотворительности, искусства и науки. Вечное противоборство никогда не утихало, хотя иногда две стороны объединялись ради общей цели.

Когда Ева и Киан вошли в зал, к ним сразу же подошел высокий молодой мужчина в сером костюме. Его лицо было красивым. Такие лица обычно рисуют супергероям, спасающим мир от гибели: мужественный и благородный лик, серьезный честный взгляд синих глаз. Фото этого парня отлично бы смотрелось на плакатах, призывающих бороться с коррупцией или несправедливостью. Ева ясно чувствовала его ангельскую ипостась.

– Эван, – поздоровался Киан первым и коротко кивнул молодому человеку.

Ангел ответил таким же коротким приветствием и сразу перешел к делу.

– Бурги на окраине города, – сказал он, – и их становится все больше. Они пока не активны, но скоро наберутся сил.

– Мы собирались разобраться с ними завтра. – Киан доброжелательно улыбнулся и предложил: – Присоединяйся.

– Мы? – Ангел бросил на стоявшую рядом Еву слегка удивленный взгляд. – Я слышал, ее забирает Райн.

У девушки мгновенно пересохло во рту. Она была напряжена, словно струна.

– Райн слишком самонадеян, это неправда, – насмешливый ответ Киана вернул ей возможность дышать.

– Что ж, – бесстрастно произнес ангел, – встретимся завтра у развалин.

– Идет, – кивнул демон.

– Киан, – позвала его Ева слабым голосом, – этот Райн, чем он занимается?

– Наркотики, проституция. – Мужчина коротко взглянул на девушку. – Спокойно, Ева, – добавил он, видя, как она бледнеет. – Он тебя не получит.

– Очень жаль, Охотник. – Они не заметили, как демон, о котором они только что говорили, возник за их спиной. – Киан, разве ты не знаешь, что надо делиться с ближним? Нехорошо быть таким жадным. Мне твоя птичка понравилась. Я бы занялся ее обучением и воспитанием, думаю, она бы хорошо послужила мне.

– Забота о ближнем и необходимость делиться не в моем кодексе. – Киан смотрел на Райна без тени эмоций. – Ева нужна мне самому. Я не для того столько лет обучал ее охоте, чтобы отдать для твоих мелких делишек. Разве у тебя мало сотрудников? Кажется, ты у нас рекордсмен по количеству контрактов.

Райн скривился.

– Захотелось чего-то новенького, – признался он, облизнув губы, – не такого испорченного. Даже у меня, знаешь ли, наступает пресыщение от всех этих прожженных шлюх и конченых наркоманов.

Райн перевел взгляд на Еву, что стояла, чуть склонив голову и не поднимая глаз, чувствуя, как внутри все дрожит от страха.

– Твою птичку следует лишь хорошенько объездить и подучить, она бы могла мне помочь во многих делах.

– И все же поищи кого-нибудь другого. – Киан взял Еву под локоть. – Мне нужна эта охотница: другого человека обучать долго, а набеги последнее время участились.

– Как знаешь.

Райн не скрывал разочарования и похоти во взгляде. Он шагнул к девушке вплотную и провел кончиками пальцев по едва затянувшемуся рубцу на ее спине.

– Может, малышка сама захочет, – произнес он вкрадчиво. – Тогда не держи ее.

Ева едва удержалась от крика. Если бы Киан не сжимал ее локоть, она бы, пожалуй, убежала.

– Здесь решаю я. – Киан потянул Еву к себе, убирая ее из зоны досягаемости Райна. – Поэтому она не захочет.

Он увел ее в сторону стола с закусками, налил прохладного лимонада и протянул девушке. Она жадно осушила бокал.

– Киан, – произнесла она, чуть отдышавшись, – пожалуйста, давай уйдем отсюда?

Демон окинул ее холодным взглядом. Похоже, он даже рассердился.

– Я действительно избаловал тебя, Ева, – процедил он сквозь зубы. – Ты слишком много себе позволяешь, забывая, кто твой хозяин.

Она изумленно округлила глаза. Киан никогда так с ней не разговаривал. Он часто бывал равнодушен или строг, но никогда не груб и не жесток без причины. Она уже открыла рот, чтобы спросить, что происходит и чем она опять ему не угодила, но вовремя осеклась. Рядом стояли другие бессмертные. Они с интересом поглядывали на девушку и ее наставника, шептались и смеялись.

– Прости, – Ева покорно склонила голову.

Ужин в целом прошел неплохо. Райн куда-то исчез, а другие лишь смотрели, но от высказываний воздержались. Киан вел себя непринужденно, казалось, он получал удовольствие и от вина, и от вкусной еды. Демон поболтал с некоторыми знакомыми, весьма дружески перебросился парой слов с архидемоном. Ева все это время находилась рядом, словно была его тенью, молчаливой, послушной. Ей время показалось растянутым до бесконечности.

Когда они наконец оказались в машине, чтобы ехать домой, она чувствовала себя опустошенной.

– О чем думаешь? – спросил ее Киан, аккуратно, но быстро ведя свою черную машину по ночному городу.

– Пытаюсь понять, что хуже, – откликнулась Ева, – оказаться в Аду сразу или служить такому, как Райн?

– И к какому выводу пришла?

Ей показалось, что в его тоне проскользнула насмешка.

– Еще не решила. – Девушка с мрачным видом уставилась в окно. – Ведь теперь я лишена даже шанса просто спокойно умереть, не выдержав земных мук.

– Думай о преимуществах, что получила, – предложил Киан. – Ты вечно молода, красива, у тебя куча возможностей.

– Сейчас я бы все отдала за возможность быть смертной. – Ева так и не повернула головы, глядя на мелькающие за окном огни, и не видела, как Киан бросил на нее хмурый взгляд. Он ничего не ответил, только увеличил скорость. Ева не сказала этого вслух, но все же они оба понимали, кого следует винить. Все преимущества совершенной ими сделки давно превратились в ничто, сейчас бы девушка не задумываясь выбрала любую человеческую судьбу, даже тюрьму или болезнь, если бы потом у нее не маячила перспектива оказаться после смерти в Аду за сделку с демоном.

Киан высадил ее возле дома и уехал не попрощавшись. Ева поднялась к себе. Она уже хотела открыть дверь в квартиру, когда заметила мелькнувший силуэт за углом коридора. Девушка не испугалась, потому что знала, кто там прячется.

– Люси, – мягко позвала она.

Маленькая девочка вышла ей навстречу. Она была одета в мятую пижаму, а в руках держала мягкого зайца с оторванным глазом.

– Почему ты здесь? – спросила девочку Ева. – Мамы снова нет дома?

Малышка помотала головой, ее светлые волосы светились от лампы на стене, а в голубых глазах застыл страх. Ева вздохнула и подошла к девочке.

– Почему ты не спишь? – спросила она ее. – Уже очень поздно.

– Я боюсь одна, – ответила Люси. – А здесь, в коридоре, слышно, как люди ходят. Я подожду маму тут.

Ева вздохнула. Мать Люси – Андреа – часто пропадала по ночам, и бессмертная даже не хотела задумываться, где ее носит. Она уже не раз заставала девочку одну в коридоре среди ночи. А ведь Люси было всего пять. Да, очевидно, что не только у Евы жизнь полна тревог и разочарований.

– Хочешь, пойдем ко мне? – решилась предложить она. – Я сделаю тебе какао и включу мультики.

Девочка с тревогой оглянулась на приоткрытую дверь своей квартиры.

– Маме я оставлю записку, – успокоила ее Ева, – напишу, что ты у меня. Когда она вернется, то сразу заберет тебя.

Люси робко кивнула. Вдвоем они заперли дверь, оставив листок с запиской под дверной ручкой. У себя Ева быстро переоделась и занялась своей маленькой гостьей. Какао, которое она тоже обожала, пришлось весьма кстати, как и медовое печенье: девочка была голодна. А вот мультики не понадобились, Люси уснула на диване почти сразу же. Ева укрыла ее одеялом и долго смотрела на спящего ребенка. Так хотелось погладить ее по мягким светлым волосам, по нежной розовой щечке, но она не позволила себе этого. В своей прежней человеческой жизни Ева не успела стать матерью, а сейчас это и вовсе было невозможно. Она всегда любила детей, но теперь старалась избегать общения с ними. Они напоминали ей о том, чего она лишилась, и о том, кто она теперь. Это было очень болезненно, поэтому Ева старалась не позволять себе этих чувств, чтобы не делать себе еще больнее. Но Люси оставить в беде она не могла. Детские доверчивые глаза смотрели на нее с такой надеждой.

– Я твоей матери ноги вырву, – шепотом пообещала Ева, поправляя одеяло.

Она оставила ночник в гостиной и пошла отдыхать, открыв дверь между комнатами настежь. Спала она плохо. Вскакивала, чтобы убедиться, что Люси не проснулась, ничего не испугалась, что ей не надо воды или в туалет. Роль матери была ей в новинку. Девочка же безмятежно сопела, крепко обнимая игрушку. На миг Ева позволила себе представить, что эта малышка – ее дочь, но, когда глаза защипало, она сердито вытерла слезы и потребовала от себя выкинуть эти мысли из головы.

Глава 4

Проснувшись утром, Ева увидела, что ее гостиная полна разноцветных шариков. Люси смеялась и хлопала в ладоши, а на краешке дивана сидел Леон.

– Ну, конечно, – проворчала девушка, торопливо набрасывая на себя халат, – кто еще может устроить подобное?

– Ева! – закричала девочка, увидев ее. – Посмотри, какое чудо!

– Да, – согласилась Ева, – Леон у нас мастер на чудеса.

Ангел совершенно не уловил насмешки в ее голосе и расплылся в улыбке.

– Спасибо, моя дорогая, – поблагодарил он, светясь от удовольствия. – Я хотел доставить Люси радость.

– А еще я ела фиолетовое мороженое с красными конфетами внутри. – Люси аж подпрыгивала на диване. – И пила лимонад!

– И все это вместо завтрака! – Ева, нахмурившись, взглянула на Леона. – Вовремя же я проснулась. Хорошо, что ты не пожелала повисеть вниз головой с балкона.

Девочка рассмеялась шутке, а ангел поднялся с дивана, вопросительно глядя на Еву.

– Это шутка, Леон! – девушка закатила глаза.

– Я никогда не научусь понимать вас, людей, – поник ангел.

– Пожалуйста, – Ева взяла его за плечи и внимательно взглянула в его добрые глаза, – то, что касается этой девочки, уточняй сначала у меня, хорошо? Не спеши сразу выполнять ее желания.

– Хорошо, – улыбнулся Леон. – Я понял, сначала спрашивать у тебя.

– Вот и молодец, – улыбнулась ему в ответ Ева, а потом перевела взгляд на девочку. – А теперь все же завтракать. Я сварю кашу и сделаю омлет. А потом пойдем будить твою маму.

– Ой, – замахала девочка руками, – мама теперь будет спать до обеда. Она очень устает на своей ночной работе. Вот бы она нашла работу днем.

Ева осторожно взглянула на Леона, но тот покачал головой.

– Я ж все-таки не идиот, Ева, – сказал он тихо. – Я первым делом проверил, можно ли исправить судьбу ее матери. Оказалось, что нет. Она проходит урок и должна справиться с ним сама. Мне жаль.

– Да. – Ева кивнула. – Мне тоже.

Она отвела девочку домой около полудня, Андреа действительно еще спала, но проснулась при их появлении. Выглядела она плохо. Красивая, молодая, но потрепанная, со следами вчерашних возлияний на лице и черт знает чего еще. Женщина горячо поблагодарила соседку за то, что приютила дочь, но осталась глуха к ее словам.

– Заканчивай, Андреа, – сказала ей Ева, – иначе твоя девочка окажется в приюте, а ты – в какой-нибудь канаве.

– А ты что у нас, пророчица, – тут же огрызнулась соседка, – будущее предсказываешь? Не всем так повезло, как тебе.

– И в чем же мне так повезло? – Ева сложила руки на груди.

– Завела себе этого богатого красавчика и катаешься как сыр в масле, поешь в лучшем кабаре города, денег, видать, куры не клюют. Мне бы такую жизнь, как у тебя.

Еву передернуло.

– Не думаю, что тебе понравилось бы, – сказала она и, развернувшись, пошла к дверям своей квартиры.

Ева пожалела, что решилась сделать замечание Андреа. Кто она такая, чтобы учить ее жизни. Свое право поучать кого бы то ни было она потеряла двести лет назад.

Киан заехал за ней ближе к вечеру. Ева уже была готова. Для предстоящей охоты она надела старые черные джинсы – все равно потом, скорее всего, придется их выкинуть – и удобную куртку на молнии.

Машина Киана везла их на самую окраину большого шумного города, туда, где начинались заброшенные гаражи и свалки. Припарковав машину возле какой-то старой заброшки, Киан повернул голову к Еве и почти весело спросил:

– Готова развлечься? Она ответила ему улыбкой.

– Всегда!

Эту часть своей жизни она даже любила. Киан не зря разглядел в ней талант охотника. За двести лет Ева отлично отточила свое мастерство. Ей нравилось думать, что она делает что-то полезное.

– Ты не знаешь, сколько их?

Они притаились за разрушенной каменной стеной. Киан разбросал в кустах приманку – сочащееся кровью мясо. Ева благоразумно не стала уточнять, где он его взял. Может, ограбил мясной магазин, а может, и самолично зарубил какую-нибудь живность. Лучше даже не задумываться об этом.

– Эван сказал, что около двух десятков. – Киан проверил свое оружие. Кроме плети у него имелся пистолет с особыми разрывными пулями.

– Ого! – изумилась Ева. – Много. А сам ангел присоединится или это слишком грязная работа для его белоснежных крыльев?

Киан чуть улыбнулся.

– Сказал, что придет. Но я бы на него не слишком рассчитывал. Он дьявольски непунктуален.

Ева не успела рассмеяться, потому что Киан сделал знак не шуметь, а одновременно с этим в кустах раздалось отвратительное чавканье.

– Выходим! – Демон кинул быстрый взгляд на мгновенно подобравшуюся Еву. – Я справа, ты слева, – командовал он. – Делаем все быстро, если их действительно много, нельзя дать им опомниться.

– Поняла. – Ева скользнула на свою позицию, рука уже привычно обхватила рукоять огненного кнута.

Киан достал фонарик и осветил ими кусты. Чавканье сразу стихло, но послышался треск веток и шипение: твари реагировали на свет. Когда появилось первое чудовище, Ева содрогнулась. Бурги – одни из наиболее мерзких созданий Ада, порожденные хаосом с единственной целью уничтожать все живое, были похожи на покрытых слизью пауков. У них было по шесть ног-щупалец, на плоской голове светились с десяток красных глаз, а вечно приоткрытая пасть полна ядовитой слюны.

– Я и забыла, какие вы красивые, – прошептала Ева.

Киан подпустил монстров поближе, а потом выкрикнул:

– Давай!

Они выскочили одновременно. Взлетели в воздух огненные кнуты, чудовища почувствовали опасность и зашипели, разбрызгивая слюну. Ева знала: нельзя, чтобы она попала на открытую кожу. Слюна была способна прожечь тело до костей. Хотя Ева и получила бессмертие по договору с демоном, все же подобные сущности могли ее ранить и убить. Даже Киан был уязвим.

С первыми двумя тварями они вдвоем разобрались быстро. Ева стреножила одного кнутом, Киан вогнал в него разрывную пулю, и монстр рухнул на землю, а потом рассыпался прахом, возвращаясь в преисподнюю. Второй попытался встать на заднюю пару конечностей и тоже получил кнутом по морде, прямо по светящимся глазам. Он ослеп и не смог увернуться от пули.

Ева не успела порадоваться, как здесь, на окраине города, разверзся настоящий ад. Бурги ползли один за другим не останавливаясь, они щелкали челюстями и шипели. Девушка без остановки работала кнутом, у нее уже занемела рука, Киан стрелял, а твари все не кончались. Ева вскрикнула, когда одно из чудовищ подцепило ее своей конечностью, похожей на клешню, и швырнуло в самую гущу копошащихся тел. Девушка приземлилась, больно ударившись боком, и тут же вскочила, сжимая в руке свое оружие.

– Ева! – услышала она крик Киана, который потерял ее.

– Я здесь! – заорала она что было силы и поднырнула под брюхо одного из бургов, чтобы избежать пасти другого.

– Они плохо видят то, что находится снизу, – прокричал ей Киан. – Постарайся проползти ко мне по земле.

– Мамочки, – всхлипнула девушка, когда ее обдало ядовитой слюной – хорошо, что брызги на лицо не попали.

Она усиленно задвигала локтями, передвигаясь по земле в сторону, где видела просвет. Где-то там ее прикрывает Киан, но он совсем один, и ему тоже нужна ее помощь.

Ева все-таки выбралась, хотя и сама не поняла как. Просто внезапно выползла на чистое место, и ее вздернула вверх рука Киана.

– Цела? – Демон быстро оглядел девушку с головы до ног и удовлетворенно хмыкнул, не заметив на ней повреждений. – Давай, работы еще много.

Они вновь сражались плечом к плечу. Вокруг них земля кишела от темных склизких тел. Монстрам удалось окружить их. Теперь уже Ева испугалась по-настоящему. Кажется, они проигрывали. Спасение, возможно, было в бегстве, но Киан не собирался отступать. Сжав зубы, он посылал пулю за пулей в чудовищ. Еве не хватало его выносливости, она ощутимо устала. Ноги и руки стали дрожать, кнут уже не бил с такой точностью и силой. Девушка беспомощно оглянулась на Киана, готовая взмолиться о пощаде, но тут пространство вокруг осветила очень яркая и болезненная вспышка света. Этот свет обжигал, заставлял прерываться дыхание, но Ева была ему так рада.

– Эван! – закричал Киан со смесью ярости и облегчения. – Где носило твою святую задницу?

– Спасал заблудшие души, – отозвался спокойный голос ангела. – Отходите, остальными я займусь сам.

– Хочешь, как всегда, всю славу забрать себе? – рассмеялся Киан. – А потом доложишь начальству, что справился в одиночку? Не, ангел, так не пойдет.

Киан встал рядом с Эваном, и они уже вдвоем стали достаточно успешно разить чудовищ направо и налево. Ева прикрывала их спины, хоть и постоянно приходилось зажмуриваться от вспышек, которыми сражал врагов ангел. Этот свет был для них смертелен, он мгновенно сжигал их дотла. Когда вокруг стало тихо, Ева чувствовала себя так, словно и сама готова была последовать в Ад вслед за бургами. Глаза, обожженные ангельским светом, почти ничего не видели, руку, на которую все же попала ядовитая слюна, пронизывала адская боль, голова болела не меньше. Пожалуй, смерть сейчас стала бы милосердием, если бы Ева точно не знала, где окажется сразу после нее.

– Ева! – Рядом с ней оказался Киан, хотя девушка и не могла его рассмотреть. – Как ты?

– Умерла бы, – призналась она, – если бы это мне помогло.

– Все с тобой будет нормально. – Киан бережно поднял ее на руки. От этого движения ее голова закружилась еще сильнее, а потом она потеряла сознание.

Очнулась Ева уже у себя в квартире. Она лежала на кровати, и, судя по тому, как зябко ей было, абсолютно голая. Ее глаза прикрывало намоченное в холодной воде полотенце. Она подняла руку, чтобы стянуть его, но Киан не дал ей этого сделать.

– Лежи, не дергайся, – приказал он. – Я вытираю с тебя слизь.

Она тут же почувствовала, как ее касается еще одно мокрое полотенце.

– Ты взял мои новые полотенца персикового цвета? – спросила она слабым голосом.

– Какие нашел, – буркнул в ответ Киан. – Купишь себе новые.

– Какой смысл в бессмертной жизни, если меня способно покалечить чудовище преисподней?

– Ну, таков порядок вещей.

Демон методично продолжал свое дело. Правда Еве показалось, что он вытирает ее даже там, где никакой слизи бургов не было. Вот разве нуждалась в обтирании ее обнаженная грудь? Или живот почти в самом низу? Полотенце согрелось от ее кожи, но прикосновения вызвали мурашки по телу.

– Киан? – тихо спросила Ева.

– Да?

– Я тебе нравлюсь?

Движение прекратилось, она услышала смешок.

– Ты красива, Ева. И ты это хорошо знаешь.

–Знаю,– согласилась девушка.– Но хочу также знать, что видишь ты. Я нравлюсь тебе? – она замерла, ожидая ответа.

Слов она так и не дождалась, а вместо этого почувствовала, как мужчина склоняется над ней, а потом касается ее губ поцелуем. Ева предпочла бы, чтобы этот момент длился вечно. Но не успело ее тело вспыхнуть от желания, а губы ответить, как все закончилось. Она не удержала разочарованного вздоха.

– Отдыхай, Ева, – послышался насмешливый голос Киана. – Ты опять неработоспособна, сущее наказание.

– Исчадье! – наградила она его в сердцах, потом скинула с глаз полотенце.

Видела она очень расплывчато, свет настольной лампы приносил болезненные ощущения, но все же Ева увидела, что Киана в комнате уже нет.

– Исчадье, – повторила она, но уже с куда более ласковой интонацией, а потом прикоснулась пальцем к своим губам.

Надо же, Киану потребовалось двести лет, чтобы поцеловать ее. Возможно, ради этого стоило сегодня попасться адовым монстрам.

Глава 5

Кевин был мелким бесом. Основным его предназначением было шулерство. Он состоял в штате казино и следил за тем, чтобы особо удачливые клиенты не вынесли все деньги, сорвав куш. Как только крупье подавал ему знак, Кевин присоединялся к игре и, пользуясь ловкостью рук, виртуозными блефом и обманом, в которых было мало магии и много природного, отточенного веками мастерства, приводил расстановку финансов в казино к равновесию. Бес также выводил на чистую воду и других шулеров, что частенько просачивались за карточные столы. Конфликты и открытые разборки были не выгодны заведению, Кевин же умел решить проблему быстро и даже элегантно.

Внешность бес имел соответствующую: маленький, щуплый, с жидкими прилизанными черными волосами и хитрой блуждающей улыбкой на тонких губах. Он не вызывал доверия, но почему-то уже через пару минут игры необъяснимым образом очаровывал партнеров, притягивал к себе внимание и одновременно так ловко мухлевал, что обманутые игроки даже не смели связать свою неудачу в игре с Кевином.

У беса была партнерша. Стефани – ослепительно рыжая, яркая и фигуристая – привлекала внимание с первого взгляда. Она была человеком еще каких-то пятьдесят лет назад, попалась как раз на шулерстве. Девушке грозили ну очень крупные неприятности. Вовремя появившийся Киан предложил выход, за который красотка ухватилась без раздумий. Потеря души вообще не показалась ей существенной платой за вечную молодость, красоту и избавление от долгов.

Киан, впрочем, почти сразу понял, что использовать Стефани в какой-то другой сфере, кроме шулерства и обмана, невозможно. Свое дело она выполняла мастерски, но ни на что другое была не годна. Девушка так и не научилась пользоваться магией, даже простейшими заклинаниями, она явно была обделена умом и сообразительностью, впадала в ступор, если ситуация требовала самостоятельно принимать решения. Приметная внешность девушки в сфере обмана и карточных махинаций только мешала. Постоянные игроки довольно быстро замечали связь между ослепительной красоткой за их столом и своими неудачами. Киан не раз пожалел, что когда-то заключил со Стефани договор, с подчиненной было много проблем. Он уже даже подумывал избавиться от нее, но Кевин решил эту проблему, взяв девушку в напарницы. Бес обеспечивал Стефани мороком, создавая для нее каждый раз новые облики, так что она оставалась неузнанной. Вдвоем парочка образовала весьма слаженный и гармоничный дуэт, отлично служивший общему делу. Но вот неожиданно шулерша исчезла. А в казино намечалась большая игра, где ее присутствие было крайне желательно. Она же как сквозь землю провалилась. Ее не было ни в квартире, ни даже в городе. Киан не мог почувствовать ее ауру, как ни старался.

– Отправлю паршивку в Ад! – грозился он, пребывая в весьма дурном расположении духа. – Видимо, она не осознает, как хорошо ей жилось все это время!

Ева в глубине души была с ним согласна. От Стефани давно отстали, считая попросту дурочкой. Она занималась тем единственным, что хорошо умела: играла в карты, обводя крупных игроков вокруг пальца, помогала Кевину, а в остальном была предоставлена сама себе. Ни гнусных поручений, что выворачивали бы душу наизнанку, если бы эта душа у нее все еще была, ни ответственности. Ева даже подозревала, что Стефани умело притворяется идиоткой, когда надо. Жаль, что она сама в свое время не додумалась до такой стратегии: возможно, ее жизнь была бы намного проще.

А вот теперь Стефани пропала, и никто, даже ее демон-наставник, не мог ее найти.

– Может, с ней что-то случилось? – ради справедливости предположила Ева.

Киан скрипнул зубами и бросил на нее свирепый взгляд.

– С ней определенно что-то случится, если она не объявится к началу игры, – прорычал он. – Мое терпение на исходе!

Ева пожала плечами и стала готовиться к выступлению. Следовало отрепетировать новую песню, потом переодеться в вечернее платье, привести себя в порядок. Девушка сидела в своей гримерке и наносила на лицо тщательно продуманный макияж, но в голове билась одна мысль: «Стефани каким-то образом удалось скрыться. Что, если ее так и не найдут? Будут ли ее вообще искать?»

Не то чтобы Ева рассматривала реальность побега для себя, но ее интересовала сама теоретическая возможность.

Она вздрогнула, когда дверь небольшой гримерки распахнулась и со стуком ударилась о стену. В проеме вырос Киан.

– Поможешь сегодня Кевину, – произнес он с едва заметной вопросительной интонацией. Почти вежливая просьба с его стороны.

Ева замерла, поймав темный взгляд демона в зеркале.

– Я? – переспросила она, хотя в комнате больше никого не было, кроме нее.

Ее обдало ледяной волной, а потом холод свернулся калачиком где-то в области сердца.

– Именно, – Киан кивнул.

Он не отрывал глаз от ее, и в них даже мелькнуло что-то вроде беспокойства, сомнения, но эти мимолетные эмоции быстро исчезли.

– Тебе почти не придется ничего делать, – равнодушно произнес он, пожав плечами. – После выступления подсядешь к Кевину, будешь по его знаку отвлекать внимание нужных игроков на себя.

Ева медленно кивнула. Она не будет пытаться объяснить Киану, что отчаянно не желает этого делать. Работая в казино, Ева почти не подходила к игровым столам, ограничиваясь сценой, а еще иногда помогая с бухгалтерией: у нее были потрясающие математические способности. Шулеры, карточные дельцы, подобные Кевину, вызывали у нее тошноту. Слишком уж это напоминало ей того, кто когда-то погубил ее жизнь. Такой вот шулер когда-то поставил ее на кон в игре и проиграл, запустив цепочку трагических событий, что привела к заключению договора с демоном. Совсем игнорировать игровой бизнес она, конечно, не могла – он весь находился у нее на виду, – но сама никогда не играла и не общалась с теми, кто играл.

– А ты будешь здесь? – задала вопрос Ева, и ее голос против воли прозвучал жалобно. Рассердившись на себя, девушка стиснула зубы и отвела взгляд.

– Нет, – прозвучал холодный ответ, – я как раз попробую отыскать нашу пропажу. Мне подсказали, где она может быть.

Ева снова кивнула. Чтобы вернуть себе самообладание, она опять занялась макияжем, но это оказалось плохой идеей: стрелка, которую она пыталась нарисовать, вышла кривой.

– Долго собираешься пялиться на меня? – огрызнулась Ева, раздраженно втянув в себя воздух.

Лицо Киана словно заледенело, он явно с трудом сдержался, чтобы не устроить подчиненной выволочку за вопиющую дерзость. Краем сознания девушка даже удивилась, почему он так ничего и не сказал, а просто вышел, тихо прикрыв за собой дверь гримерки.

На сцене во время выступления Ева постаралась расслабиться. Любимое занятие – музыка – привело ее в чувство, она почти уговорила себя, что ничего необычного или неприятного ей сегодня вечером не грозит. Она даже рассердилась: ну сколько можно вести себя, словно истеричка? Может, ей еще к психологу сходить? Проработать, так сказать, давние травмы. Смешно. Ее обидчики давно наказаны. Правда, Ева до сих пор расплачивается за это. Но душевное же спокойствие она за это время должна была восстановить?

Закончив выступление, девушка забежала в гримерку, чтобы подправить макияж. Почти яростно Ева нанесла на губы ярко-красную помаду – хотелось выглядеть уверенно и обольстительно. Голубые глаза в отражении лихорадочно блестели, словно она выпила.

В дверь коротко стукнули, и в комнату просунулась голова Кевина.

– Готова?

Ева буркнула что-то неразборчивое.

– Отлично! – Бес удовлетворенно хмыкнул и потер узкие ладони. – Какую внешность предпочитаешь?

– Что? – Ева непонимающе уставилась на шулера.

– Я спрашиваю, как ты хочешь выглядеть? – повторил Кевин свой вопрос. – Могу сотворить любой облик. Хочешь стать пышнотелой блондинкой? Или, может, рыжей?

– А собой остаться нельзя? – Мысль носить чужую внешность сейчас не показалась Еве привлекательной. – К тому же, – быстро нашлась она, – я и сама немного владею мороком, могу несколько изменить свою внешность, если требуется.

– Не хочешь довериться профессионалу? – Лицо беса с мелкими чертами скривилось от улыбки. – Я бы устроил тебе настоящее перевоплощение.

– Нет, – качнула головой Ева. – На поддержание чужой иллюзии у меня уйдет много сил, а я устала после выступления. Справлюсь сама, сменю прическу и цвет глаз.

– Как знаешь. – Бес пожал плечами. – Жду в зале, игра начнется через пятнадцать минут. Твоя задача – отвлекать приезжего шулера. Узнаешь его сразу: толстый такой, лысый. Про него говорят, что он лучший. – Кевин противно захихикал. – Тем интереснее будет его обойти. Кто он против меня!

– Так, может, я тебе там и не нужна? – Ева зло прищурилась. – Раз ты такой непревзойденный!

– Нет, нет, – Кевин выставил ладони. – Ты мне нужна. Он кроме прочего еще и бабник – ни одну красотку не пропускает. Та к что давай, жду тебя в зале. Представлю как свою подругу.

Бес вышел, а Ева застыла, глядя на себя в зеркало. Живот снова скрутило спазмом. Девушка глубоко вздохнула, успокаивая нервы. Отражение через пару мгновений изменилось: длинные густые волосы стали намного короче, превратившись в стильное каре. Голубые глаза потемнели до темно-серого, а их уголки чуть вытянулись к вискам. Этих простых манипуляций хватило, чтобы изменить лицо почти до неузнаваемости. Ева сменила черное платье с блестками, в котором пела, на коротенькое платье-комбинацию алого цвета и решительно вышла в зал, боясь передумать. Дело было даже не в приказе Киана. Она хотела доказать себе, что все давно в прошлом.

Приезжего шулера она узнала сразу, как и говорил Кевин. За карточным столом сидел неопрятного вида толстяк, лысый, но с пушистой светлой бородой, что торчала во все стороны.

– Дорогая! – радостно воскликнул Кевин при виде Евы. Он окинул ее восхищенным взглядом, морок не ввел его в заблуждение, но заслужил одобрение. – Иди к нам скорее!

Ева изобразила лучезарную улыбку и скользнула к столу.

– Добрый вечер, – произнесла она томным приглушенным голосом. – Не хотела вам мешать.

Толстяк взглянул на нее с интересом, его светлые глаза удивленно расширились.

– Это и есть твоя телка? – спросил он Кевина с противным хрюкающим смешком. – Не смеши! Такая никогда не обратит внимания на такого, как ты. Ты просто грязь под ее ногами.

Он расхохотался уже откровенно. Лицо беса вытянулось в недоумении. Было заметно, что ему неприятно слышать такое, да еще из уст соперника. Ева тоже опешила на мгновение. Грубые комплименты толстяка озадачили ее. Кевин явно выбрал неправильную тактику. Что же теперь делать?

– У Кевина масса достоинств, – протянула девушка чуть жеманно и, облокотившись на стол, послала бесу лучезарную улыбку. – Ему есть чем увлечь женщину.

– Ты про деньги? – хохотнул толстяк, лениво наблюдая, как крупье раздает карты. – Так у меня их сегодня будет больше, чем у него. – Он поднял на нее заблестевшие глазки. – Если выиграю я, пойдешь со мной?

Еву передернуло от отвращения, но ей удалось справиться с собой. Она повела обнаженными плечами и, слегка поддев тонкую бретельку платья, словно невзначай спустила ее с плеча.

– Вот и посмотрим, насколько ты хорош, – пропела она с улыбкой. – Я предпочитаю победителей.

Толстяк подмигнул ей и заерзал на стуле, очевидно, уже предвкушая прекрасный вечер.

Игра началась. Ева совсем не следила за ней – продолжая улыбаться, она погрузилась в собственные мысли. Сегодня ей вновь выпало стать призом, добычей в противостоянии двух мужчин, каждый из которых видел в ней лишь красивую куклу без права выбора. С удивлением Ева поняла, что это трогает ее все меньше и меньше. Нервы успокоились, она виртуозно исполняла свою роль, почти не чувствуя страха или волнения. Возможно, большую роль сыграло то, что сегодня ей ничего не грозило. Даже если бес-шулер и проиграет, Еве ничего не стоит ускользнуть от его уже размечтавшегося соперника. Но, может быть, дело было совсем в другом? Может, за два века она окончательно зачерствела душой и прежние трагедии перестали ее трогать? Она уже не чувствительная молодая женщина, влюбленная и доверчивая, не познавшая коварство мира и людей. Мысль об этом внезапно поразила ее, и Ева на миг замерла. В кого превратили ее двести лет под властью Ада? Может ли она по-прежнему считать себя человеком?

Глава 6

Киан появился в квартире у Евы далеко за полночь. Он нашел девушку сидящей в кресле с бокалом красного вина. Она пришла домой недавно, но уже успела сменить платье на шелковый длинный халат серебристого цвета. Надетый прямо на голое тело, он делал Еву не менее соблазнительной, чем откровенное красное платье, в котором она была в казино.

На Киана девушка почти не обратила внимания. Она давно привыкла к его внезапным и довольно частым появлениям в ее квартире. Хорошо, что больше такой привилегией не обладал никто из бессмертных. Ну, разве что Леон захаживал так же бесцеремонно, как и демон, но его светлая суть давала ему беспрецедентные права.

– Как все прошло? – спросил Киан, пристально вглядываясь в лицо своей подопечной.

Она перевела на него взгляд голубых глаз, немного усталых и покрасневших от бессонницы, и слегка пожала плечами.

– Разве ты еще не знаешь? Кевин выиграл, конечно.

– Я спрашиваю не об этом. – Киан чуть нахмурился. Он опустился на кровать напротив Евы и оперся локтями о колени.

– А о чем? – голос девушки прозвучал чуть раздраженно. – Хочешь узнать, исполнила ли я твой приказ? Не волнуйся, бес остался мною доволен.

– Это я знаю.

– Тогда что еще?

Ева встала и поставила пустой бокал на журнальный столик.

– Мне сказали, ты поднималась с клиентом в номер.

Тон Киана был подчеркнуто нейтральный, но темные глаза неотрывно следили за девушкой. Услышав его вопрос, она обернулась на мужчину через плечо и улыбнулась.

– Ты что же, ревнуешь?

Киан проигнорировал ее вопрос и задал свой.

– Так зачем?

Ее игривое настроение исчезло также быстро, как и появилось.

– Хотела проверить кое-что, – ответила Ева и снова опустилась в кресло, поджав под себя длинные ноги. – Убедиться, что меня это больше не трогает.

– И как? К какому выводу ты пришла?

– Все перегорело, Киан. Сегодня своим приказом ты потревожил лишь горстку пепла. Да и он теперь развеялся. На короткое время этот толстый шулер напомнил мне того, кто когда-то выиграл меня в карты, но, к счастью, я быстро поняла, что меня это больше не волнует.

Киан быстро наклонился вперед и резко втянул в себя воздух рядом с Евой, а потом заметно расслабился.

– Ты не спала с ним, – произнес он удовлетворенно.

Ева расхохоталась.

– Конечно же нет! – ответила она наконец. – Зачем мне это? Я лишь проводила его до номера. А потом подарила сладкую иллюзию. Сны ему сегодня будут сниться весьма пикантные.

– Что ж, – хмыкнул Киан, – я рад, что ты справилась со своими эмоциями. Выходит, я зря беспокоился.

– Ты беспокоился? – с неподдельным изумлением спросила Ева. – Обо мне?

Демон небрежно взмахнул рукой.

– Ну, ты у нас весьма сложная натура, дорогая, и последние два века склонна к депрессиям. Мне не хотелось, чтобы мое задание оказалось для тебя слишком болезненным. Когда ты подавлена, с тобой бывает очень непросто.

– Хочешь сказать, – сердито сузила глаза Ева, – что я постоянно ною?

Красивые губы Киана сложились в улыбку.

– Частенько, дорогая, – кивнул он. – Я постоянно слышу, как ты жалеешь, что когда-то подписала со мной договор и мечтаешь умереть простой человеческой смертью без перспективы тут же попасть в Ад.

Ева чуть поежилась, но промолчала. Что ж, Киан прав, так оно и есть. Она перевела тему.

– Так ты нашел Стефани?

– Нашел. – Игривое настроение мужчины улетучилось. – Не так уж и далеко. За городом, в дешевом отеле развлекалась со своим любовником.

У Евы расширились глаза от удивления.

– Та к она не сбежала? – спросила она с изумлением. – Просто загуляла?

– Не совсем. Она хотела исчезнуть с этим мужиком.

– Но почему ты ее не чувствовал? Тем более что она была совсем рядом?

Киан чуть помедлил, словно не желал раскрывать подробности, но все же сказал:

– Она обратилась к ведьме. Та помогла ей скрыть ауру.

– К ведьме, – еле слышно повторила Ева, и взгляд ее замер.

Киан недовольно зыркнул на нее и нахмурился.

– Эта ведьма ее и выдала, – произнес он с мрачной усмешкой, – испугалась последствий.

– Я не знала, что это возможно. – Ева нервным движением тронула рассыпавшиеся по плечам волосы.

Киан внезапно оказался рядом с ней и навис над девушкой, обжигая темным взглядом.

– Невозможно! – прорычал он. – Даже не думай! От меня не скрыться. Нигде. Я нашел бы тебя где угодно, слышишь?

Ева промолчала, лишь подняла на демона глаза. Ее лицо ничего не выражало, но девушка отметила, как Киан задержал дыхание, как он замер, оказавшись совсем близко.

– Даже не думала, – несколько запоздало ответила Ева. – Какой толк вечно скрываться и скитаться по свету? Я бы не выбрала такой путь.

– Хорошо. – Киан выпрямился, напряжение оставило его.

– Где сейчас Стефани? – Ева не хотела задавать этот вопрос, но предпочла все же знать об участи глупой беглянки, чем мучиться сомнениями и предположениями.

– У себя дома.

Ответ удивил девушку. Она ожидала услышать совсем другое.

– Я думала, ты уже отправил ее в Ад за побег.

– Она нужна мне здесь.

– Ты простил Стефани? – Удивление в душе Евы смешалось с надеждой. – Она не пострадала?

Киан все же опустил взгляд, с преувеличенным вниманием уставившись на ряд небольших фотографий на стене.

– Она уже понесла наказание, – произнес он жестко.

– И какое? – Ева с трудом сглотнула, во рту стало почему-то горько.

– Она лишилась того, ради кого все это затеяла.

Киан наконец посмотрел на девушку, и ее испугали его глаза. Они показались ей двумя бездонными колодцами, заполненными тьмой до самых краев.

– Ты убил ее возлюбленного? – севшим голосом уточнила Ева, и демон кивнул.

– При ней, – хладнокровно сказал он и изобразил улыбку, больше похожую на оскал. – Я уже сказал: от меня невозможно скрыться, и я не прощаю предательства.

У Евы перед глазами замелькали блестящие мушки, предвещавшие дурноту. Она прикрыла веки и глубоко вдохнула, стараясь справиться с недомоганием.

– Киан, – тихо сказала Ева, не открывая глаз, – пожалуйста, уйди. Я очень устала сегодня. Могу я остаться одна?

Когда через пару мгновений девушка подняла веки, то обнаружила, что мужчины в ее квартире уже нет. Только рядом с Евой на столике внезапно оказался стакан с водой.

– Спасибо за заботу, – процедила она, а потом в порыве нахлынувшей ярости швырнула стакан в стену.

Сосуд разлетелся вдребезги, а Ева почувствовала себя чуть лучше. Она смотрела на мокрое пятно на светлой стене своей спальни и думала о том, что вот так вот, как этот стакан, разбиваются ее последние иллюзии. Что ж, правила этой игры известны ей давно, но она действительно забывала порой, кто такой Киан и на что он способен. Сегодня он ей напомнил. Впредь Ева постарается не забывать об этом.

На следующий день Ева была свободна до самого вечера, поэтому решила использовать это время, чтобы навестить одного старого друга. Она не взяла машину, а воспользовалась общественным транспортом. Старенький троллейбус привез ее на окраину города. Остановка, на которой она вышла, находилась напротив высокого кованого забора. За ним сквозь деревья просматривался большой дом из розоватого кирпича. Миновав калитку, Ева пошла по ухоженной дорожке, усаженной невысокими кустами сирени. Почти подойдя к парадному входу с невысоким пологим крыльцом, Ева свернула на боковую тропинку, обошла здание и оказалась в большом саду. То здесь, то там бродили люди, мужчины и женщины преклонного возраста в сопровождении медсестер и компаньонов. Они также занимали многочисленные скамеечки, беседки. Кто-то разговаривал, кто-то читал, некоторые просто наслаждались летним солнечным днем.

Ева шла уверенно, не искала никого в толпе. Она точно знала, где находится тот, кто ей нужен. Тенистая беседка, увитая плетистыми розами, служила отличным убежищем. На широкой скамейке спиной ко входу сидел седовласый мужчина. Он постукивал по колену тонкими пальцами, словно наигрывал неслышную посторонним мелодию, и иногда покачивал головой. Ева шагнула внутрь и, обойдя старика, встала перед ним.

– Снова что-то сочиняешь, Эдвард? – спросила она его с нежной улыбкой. – Или наигрываешь что-то из старенького?

– Из старенького, – засмеялся пожилой мужчина в ответ, – такого же, как я сам.

– Здравствуй. – Ева наклонилась и поцеловала морщинистую щеку.

– Здравствуй. – Эдвард ласково оглядел стоящую перед ним гостью. – А ты все такая же красивая и молодая.

Старик чуть прищурил серые глаза, а потом кивнул, словно подтверждая какой-то вывод.

– Ты поразительно похожа на мать, Ева, – сказал он, – но, если мне не изменяет память, она была немного ниже ростом.

– Так и есть. – Девушка, все так же легко улыбаясь, села рядом с Эдвардом, а потом крепко обняла его.

– Как ты? – спросила она его. – Прости, что давно не была.

– Я хорошо, – в голосе мужчины отчетливо проскользнуло удовольствие. Он был очень рад ей. – И не переживай, что мы давно не виделись. У меня ведь и новостей никаких нет, а у тебя куча дел.

– Новости – это не главное, – произнесла Ева. – Я соскучилась.

– И я соскучился. Но я могу сидеть тут и ждать тебя, сколько надо. Ты еще долго сможешь находить меня здесь, я обещаю.

– Хорошо, – Ева со вздохом прижалась лбом к плечу Эдварда.

Они помолчали, а потом старик спросил:

– Ты же поёшь? Занимаешься по моей методике?

– Конечно, регулярно. И я по-прежнему выступаю.

– Твоя мать чудесно пела. – Светлые глаза Эдварда затуманились от воспоминаний. – Но ее голос не был таким глубоким, как у тебя. Я помню, как она впервые появилась у меня. Такая вот, как ты сейчас, молодая и очень красивая. Впрочем, она всегда была такой, сколько я ее помню. У нее был отличный музыкальный слух и хороший голос, но над ним надо было поработать.

– И ты стал ее учителем, – Ева погладила старика по плечу, – и лучшим другом. Она мне много о тебе рассказывала.

– А мне о тебе она рассказала незадолго до... – Он горестно вздохнул и продолжил: – До своей гибели. Сказала, что у нее есть дочь и ее тоже зовут Ева, но она живет с отцом в Англии. Твоя мать пообещала, что ты когда-нибудь тоже навестишь меня.

– Та к и случилось, да? – Ева украдкой смахнула слезу. – Однажды я пришла к тебе на урок, как моя мать когда-то.

Эдвард рассмеялся и покачал головой, будто до сих пор не веря в ту далекую встречу.

– Я подумал, что сошел с ума, – покачал он головой, – когда на моем пороге вдруг возникла стройная молодая женщина, точь-в-точь Ева, которую я хорошо знал и которая... которая умерла пятнадцать лет назад.

– Я вернулась на мамину родину и тут же решила навестить тебя, – девушка ласково улыбнулась. – И мне ты тоже стал другом и учителем.

Старик взмахнул рукой.

– Мне почти нечему было тебя учить, дорогая, – сказал он, – лишь отточить твой талант. Ты уже и так прекрасно пела.

Эдвард поднял на Еву глаза, вглядываясь в ее лицо.

– Ты точно выступаешь? – спросил пожилой мужчина с беспокойством.

– Конечно, – кивнула она. – Ты же знаешь, я пою в одном заведении.

Старик досадливо поморщился.

– Это не то, – с нажимом произнес он, – ты достойна большой сцены, твой прекрасный голос мог бы собирать огромные залы.

Ева вновь обняла его, успокаивающе поглаживая по плечам.

– Но я этого не люблю, помнишь? Я лучше себя чувствую в таких вот небольших заведениях.

Она отстранилась и посмотрела в лицо своего учителя.

– Но я записала новый альбом, – торжественно сказала Ева, – со своими любимыми песнями. Мой друг в студии мне помогает. Я принесла его тебе.

Девушка вытащила из сумочки компакт-диск в прозрачной коробочке.

Эдвард взял его из ее рук и, чуть прищуриваясь, начал читать название песен на обороте.

– Эти песни пела и твоя мать, – дрогнувшим голосом произнес он. – Иногда мне кажется, что она никуда и не исчезала. Просто ушла ненадолго, а потом вернулась.

– Будем считать, что так и было. – Ева поцеловала старика в щеку.

Они еще поболтали немного, а потом девушка отправилась домой. После этих визитов в частный дом престарелых она чувствовала на душе светлую грусть, которую так хотелось сохранить в себе подольше.

Эдвард был учителем по вокалу, к которому она когда-то обратилась за уроками, чтобы профессионально поставить свой голос. Они сблизились, словно отец и дочь. Потом Еве пришлось покинуть своего друга и наставника, ее вечная молодость стала слишком подозрительной. Выдумка с дочерью стала залогом ее возвращения спустя годы. Она надеялась, что память Эдварда не сохранит мелких деталей и он посчитает, что она просто очень похожа на мать.

Ева вернулась вовремя. Эдвард стал совсем одиноким и часто болел. Девушка ухаживала за ним, как за родным, а потом устроила в этот частный дом престарелых, больше похожий на санаторий с первоклассным уходом. Ее образ жизни не позволял забрать старика к себе. Да и здесь он был счастлив, нашел новых друзей, руководил весьма впечатляющим хором, послушать который приезжали даже из других городов. Ева оплачивала его содержание и лечение, скрывая от друга внушительную сумму, и старалась навещать как можно чаще.

Эдвард возвращал ей ощущение человечности, сердечности, напоминал о действительно важных вещах. Девушка поклялась, что теперь не оставит его ни при каких обстоятельствах. Эдвард с удовольствием находил в ней сходство со своей любимой ученицей, и Ева была рада, что смогла вернуться к нему. Иногда она замечала на себе особенно пристальный взгляд старого музыканта, но уже не боялась, что он догадается о том, кто перед ним. А может быть, он уже давно все знал? Их обоих устраивала эта легенда, возвращающая Эдварду его подругу и дарящая Еве душевную теплоту, в которой она порой очень нуждалась.

Глава 7

Ева сошла с беговой дорожки и, взяв полотенце, промокнула мокрое от пота лицо и грудь. Осталась еще пара упражнений, и можно идти в душ. В это буднее утро посетителей в тренажерном зале было немного, и Ева полностью погрузилась в тренировку, старательно отрабатывая свой комплекс упражнений.

Ее бессмертие и молодость, застывшая на отметке в двадцать пять лет, не отменяли необходимости следить за фигурой и красотой. Кожа без должного ухода может утратить сияние и покрыться морщинками в любом возрасте, мышцы без тренажеров и физической нагрузки станут дряблыми и слабыми. Женщины знают, как легко испортить волосы постоянными укладками или окрашиваниями. Поэтому, чтобы оставаться не просто молодой, но и прекрасной, Еве приходилось стараться, как и любой другой даме. Тренировки в зале к тому же были жизненно необходимы охотнице за монстрами из преисподней.

Часы на стене зала показали десять утра, и Ева облегченно выдохнула. Можно заканчивать, она отлично потрудилась в это утро. Она поднялась на носочки, потянулась, глубоко вдохнув, и наклонилась вперед, выдыхая. Когда она распрямилась, дружеская рука протянула ей бутылку с водой.

– Спасибо, Леон, – благодарно улыбнулась ангелу Ева. – Ты действительно исполняешь желания.

Парень просиял.

– Я рад, когда у меня получается.

– Где ты был? – спросила Ева, присаживаясь на высокий стул у стойки спортивного бара. – Тебя давно не видно.

Леон как-то потускнел, опустил глаза, спрятав взгляд за густыми ресницами.

– Я был со Стефани, – вздохнув, сообщил он. – Она нуждается в утешении.

Упоминание о рыжеволосой шулерше тут же испортило настроение. Внутри вновь всколыхнулась горечь.

– Как она? Мы не подруги и даже почти не общались, но я сочувствую ей.

Леон уныло опустил плечи, его лицо в минуты печали казалось совсем детским.

– Она держится, но ей трудно. – Парень снова вздохнул. – И еще Стефани винит себя. Ее друг умер из-за нее.

Ева покачала головой.

– Она, конечно, поступила очень опрометчиво, – заметила Ева. – Не стоило и надеяться, что им удастся этот побег. О чем Стефани только думала?

– Стефани была горячо влюблена, – ангел грустно улыбнулся. – Ей захотелось вновь стать обычной девушкой, любить, быть любимой.

– Киан все равно нашел бы ее. – Горло Евы перехватило спазмом, и она с трудом продолжила: – Это был лишь вопрос времени. И все же я не ожидала, что он будет так жесток.

Леон вскинул на девушку чистые наивные глаза.

– А я, наоборот, удивлен, что Киан отнесся к ней достаточно мягко. Возможно, даже такой, как он, чувствует себя отчасти виноватым.

– Отчасти?! – Ева задохнулась от возмущения и гнева. – И ты действительно считаешь, что он поступил со Стефани мягко? Это потому, что после того, как демон убил ее возлюбленного, он не отправил ее саму в преисподнюю?

– Слабое сердце ее любимого спасло Стефани от наказания. – Ангел всхлипнул, готовый заплакать.

Девушка раздраженно поморщилась: не хватало еще утешать это плачущее небесное создание.

– Погоди, – насторожилась она вдруг, – что ты имеешь в виду, говоря о слабом сердце того несчастного парня?

Леон передумал плакать и потер глаза.

– То и имею в виду, – стал объяснять он. – Когда Киан явился за Стефани, он принял свой истинный облик. Понимаешь, он хотел как следует напугать девчонку, напомнить ей, с кем она связана, и все такое. А тут вернулся этот парень – он выходил, чтобы купить сигарет, – увидел нашего демона во всей его красе и умер от разрыва сердца. Стефани сказала, оно у него с рождения больное.

Леон приложил руку к груди и закатил глаза.

– Знаешь, я бы и сам умер, если бы мог, от такого сюрприза. Киан в истинном обличье совсем не тот красавец, к которому мы все привыкли.

– Так Киан не убивал его? – голос Евы повысился на целую октаву.

– Формально нет, – Леон поморщился. – Но все же парень, как ни крути, умер из-за него. Поэтому Киан и не стал наказывать Стефани. Вот я и думаю: может, его все-таки мучает чувство вины? Как думаешь, может у такого, как он, быть совесть?

Ангел продолжал рассуждать о совести, потерянной душе, но Ева его уже не слушала, погрузившись в задумчивость.

– Все мы дети Его, – услышала она, когда вынырнула из своих мыслей, – и иногда даже в худшем из нас можно найти что-то светлое.

Вернувшись домой, Ева обнаружила, что в ее отсутствие у нее побывали гости. Вернее, гость. Она явственно ощущала аромат кожи и дорогого табака – так всегда пахло от Киана. Своего наставника девушка не видела больше недели. К ней он не заходил и даже в казино не появлялся. Ева была этому очень рада, потому что боялась не справиться со своими чувствами. Она была разочарована, зла, напугана и растеряна. Сегодня слова ангела о том, что Киан на самом деле не убивал возлюбленного Стефани и все произошло случайно, отчасти вернули ей душевный покой. Нет, это совсем не означало, что Киан не мог бы сделать этого, но все же...

В спальне на кровати Ева обнаружила большую белую коробку. Нетерпеливо содрав с нее аккуратный бант из белого же атласа, девушка сняла крышку и нашла внутри воздушный наряд бирюзового цвета. Это был костюм для восточного танца: лиф, расшитый сверкающими камнями, и полупрозрачная тюлевая длинная юбка. Ева с восторгом коснулась нежнейшей ткани. Что это? Подарок? Все объяснила найденная здесь же записка.

«Сегодня в восемь мы приглашены на ужин к архидемону, – было написано знакомым размашистым почерком Киана. – Он просит тебя станцевать для него».

Просит. Ева хмыкнула. Как же. Такие, как он, не просят ничего у таких, как она. Они могут только приказывать. Для нее было не в новинку развлекать высоких гостей своим голосом или танцами. Восточные танцы были ее особенной любовью. Она увлекалась ими давно и могла по праву гордиться своим искусством.

«Интересно, – подумала Ева, – это Киан устроил мое выступление или архидемон вспомнил обо мне?»

И то, и другое было одинаково возможным, поэтому она не стала ломать голову, а начала подготовку к вечеру. Ей захотелось сегодня увидеть Киана и быть особенно красивой. Ева с удивлением призналась себе, что соскучилась, и что слова Леона вновь подарили ей призрачную, но все же надежду. Хотя, скорее всего, это лишь очередная иллюзия, которой она тешит свое сердце.

Ева была готова к семи часам вечера. Когда Киан, не затрудняя себя стуком, вошел в ее спальню, то застал девушку у зеркала. Одетая в присланный им наряд восточной принцессы, Ева, стоя у туалетного столика, подкрашивала губы красной помадой. На мужчину она не обернулась, лишь кинула на него беглый взгляд в зеркале.

– Я знал, что тебе пойдет этот цвет, – сказал Киан, с удовольствием любуясь девушкой. – Твои глаза стали еще ярче.

Если и можно было рассчитывать, что демон сделает первый шаг к примирению, то его слова значили именно это.

– Спасибо, – отозвалась Ева, следя за ним в отражении.

Киан практически всегда предпочитал одеваться в черное, но сегодня сделал небольшое исключение, надев белую рубашку под клубный пиджак.

– Гостей будет много? – спросила девушка, поворачиваясь наконец лицом к мужчине.

– Нет, всего несколько человек. Это неофициальный дружеский ужин.

– Я смогу уйти сразу после выступления?

– Нет, ты приглашена вместе со мной.

Ева удивилась. Ее персона была слишком незначительной, чтобы архидемон приглашал ее на ужин. Она и не думала, что мистер Кендол, а именно под этим именем знали архидемона в миру, вообще помнил о ее существовании. Внезапно предстоящий ужин показался ей подозрительным.

– Не волнуйся. – Киан подошел к ней и положил руки на ее обнаженные плечи. – Я буду рядом. Может, нас ждет какое-то задание.

Ладони Евы вспотели, и она нервно поежилась. Задание от архидемона. Вряд ли это будет что-то приятное. Тревога свернулась маленьким зверьком и затаилась где-то возле сердца.

– Пойдем, – Киан потянул ее за собой. – Скоро все узнаем.

Черная машина Киана доставила их в отель за четверть часа. Ева бывала здесь. Горничная пригласила их в большую роскошно обставленную гостиную, где уже собрались гости. Ужин действительно планировался лишь для небольшого числа гостей. Ева увидела двух мужчин – оба высшие бессмертные, чином ненамного ниже самого мистера Кендола. Они разговаривали с архидемоном, лениво потягивая аперитив. С ними была молодая женщина в белом открытом платье.

«Вампир», – легко угадала ее суть Ева.

Женщина смеялась, и между ее ярко-накрашенных губ отлично были заметны острые клыки.

Киан чувствовал себя в этой компании непринужденно. Его статус среди бессмертных гостей архидемона хоть и был ниже, но все же охотника явно уважали и общались весьма по-дружески. На Еву обратили внимание не больше, чем на мебель. Она тихо стояла позади своего наставника и нервничала с каждой минутой все сильнее, ощущая на себе странный плотоядный взгляд вампирши.

Наконец ее отпустили готовиться к выступлению, и Ева с облегчением вздохнула. В небольшой комнате рядом с гостиной для танцовщицы были приготовлены прохладительные напитки и фрукты, туалетный столик украшала большая ваза с алыми розами. Девушка почувствовала себя лучше. Значит, от нее хотят всего лишь развлечения остальных. Что ж, это она может. Даже, пожалуй, получит удовольствие от любимых танцев. Ева расправила по плечам длинные волосы, нанесла на губы немного влажного блеска и улыбнулась. В гостиной заиграла пленительная восточная мелодия, подавая сигнал о начале ее выступления.

Ева танцевала больше для себя, чем для гостей. Она чувствовала их откровенно восхищенные взгляды, и это подогревало ее радость. Движения были легки и отточенны, четкий ритм барабанов вводил танцовщицу в легкий транс, и она уже не замечала зрителей. Плавные грациозные движения рук, соблазнительные покачивания бедер, вращения и поклоны. Кожа вскоре повлажнела и жемчужно сияла под яркими лампами. Волосы шелковым покрывалом взлетали вверх и вновь окутывали плечи, голубые глаза сверкали от страсти и удовольствия. Танцовщица изгибалась, маня прикоснуться к себе, и тут же отстранялась, дразня и искушая. Музыка проникала в кровь и осталась там даже после того, как растаяли последние звуки.

Раздались бурные аплодисменты, и Ева склонилась в изящном поклоне. Вежливые похвалы, гул голосов, смех и неожиданно резкий голос совсем рядом:

– Я в восхищении, моя птичка, не зря мистер Кендол обещал мне сюрприз.

Ева вскинула глаза и с ужасом обнаружила стоящего рядом с ней Райна. Его серые, словно подтаявший снег, глаза с жадностью смотрели на нее. Она ничего не ответила, лишь тяжело дышала. Видимо, Райн появился уже во время танца, до этого демона не было среди гостей. Ева окинула взглядом гостиную и чуть успокоилась, отыскав Киана. Он уже шел к ней.

– Ева, – обратился он к девушке, ловко оттесняя ее от Райна, – переоденься, и мы ждем тебя к столу. Ужин вот-вот подадут.

Он подтолкнул Еву в направлении выхода, и она поспешила скрыться за дверью. Слова Киана о том, что ее ждут к столу, вызвали нездоровые ассоциации. Она на миг представила себя главным блюдом этого вечера. Содрогнувшись от омерзения, Ева глубоко вздохнула, стараясь взять себя в руки. Вряд ли ей что-то угрожает. На этот раз она ни в чем не виновата, никому ничего не должна, и с нею Киан. Он ведь не даст ее в обиду? Да и с чего она вообще взяла, что ее здесь кто-то обидит. Все-таки Райну удалось внушить ей настоящий ужас, она боялась его до чертиков. Даже сейчас, хотя ее спина давно зажила, она чувствовала рубцы от огненной плети, а масленый взгляд серых глаз заставлял дрожать.

Внезапно дверь в комнату, в которой укрылась Ева, с грохотом распахнулась, заставив ее вскрикнуть от страха. Но это оказался Киан, и девушка от облегчения глубоко вздохнула.

– Ты напугал меня.

Киан не ответил, его лицо было странно напряженным, а темные глаза горели мрачным огнем. Ева не успела вновь испугаться, как демон вдруг прижал ее к себе и впился в губы жгучим поцелуем.

Когда-то Ева мечтала о том, чтобы это наконец произошло, представляла, как бы все это могло быть. Каждый раз от этих мыслей она чувствовала приятное томление и жар в теле, но сейчас, когда Киан поцеловал ее в реальности, оказалась совсем не готова. Ева растерялась и замерла в его руках, не в силах ни ответить, ни оттолкнуть. А мужчина терзал ее губы, слепо, но настойчиво шарил по телу руками, сминая тонкую ткань платья.

– Киан, – простонала она, когда он на миг оторвался от ее рта, – что происходит?

Киан чуть отстранился и заглянул ей в глаза. Он тяжело дышал, его ноздри трепетали.

– Райн, – прохрипел он, – попросил тебя у Кендола, и тот согласился.

– Что?! – У Евы подогнулись ноги, и, если бы Киан не держал ее, она бы осела на пол. – Как?

– Если ты не связана плотской связью с другим демоном, то считаешься свободной и должна подчиниться тому, кто потребует тебя себе.

– Нет! – Ева смотрела на него круглыми от страха глазами. – Киан, нет!

– Я не отдам ему тебя! – Ева почувствовала, как ладони Киана на ее теле сжались в кулаки.

– Но как? – она пискнула и забилась в его хватке.

– Я должен отметить тебя, – тяжело сглотнув, ответил ей демон. – Мы переспим, и я скажу, что ты принадлежишь мне. На тебе останется мой след. Все почувствуют это. Никто не будет вправе требовать тебя себе.

Киан вновь принялся целовать ее, но уже не так лихорадочно и жестко. Его прикосновения стали более чувственными, умелыми. Руки и губы подчиняли себе, и Ева чувствовала, как ее тело отзывается, а внутри зреет восторг. Наконец-то! Киану не все равно! Он хочет ее и не в силах отдать кому-то другому. Руки девушки обвили крепкую шею мужчины. Ева изогнулась навстречу, когда Киан склонился, касаясь губами ее груди над низким вырезом лифа. Она согнула ногу, обвив ею его бедро и прижимаясь еще теснее. Дыхание сбивалось, а желание уже текло по венам, заставляя забывать обо всем. Ладонь Евы проникла под рубашку Киана, она с наслаждением ощутила его гладкую горячую кожу. Знакомый запах сводил с ума, она сгорала от нетерпения и необходимости поскорее избавиться и от своей, и от его одежды.

– Я не отдам, – прошептал Киан над ее ухом, – не позволю Райну обойти меня. Он не смеет мне указывать.

– Что? – Ева с усилием вынырнула на поверхность. – Что ты говоришь?

Жаркая волна сменилась ледяной и заставила девушку задрожать.

– Киан! – Ева уперлась руками в грудь мужчины, отстраняясь. – Скажи честно, почему ты здесь?

Он непонимающе потряс головой и вновь потянулся к ее губам, но девушка не позволила им коснуться себя.

– Райн обнаглел, – произнес Киан неохотно, – думает, что может получит все, что угодно, даже тебя. Я хочу поставить его на место. А ты разве не хочешь этого?

Ева яростно забилась в его руках, вырываясь и вынуждая Киана отпустить ее.

– И это все? – закричала она. – Ты здесь, лишь чтобы досадить Райну? Не потому, что защищаешь меня? Не потому, что хочешь меня? Ты не меня желаешь спасти, ты лишь хочешь доказать свое превосходство!

Киан смотрел на нее непонимающе.

– Разве одно мешает другому? – спросил он сердито. – Ева, что за капризы?

– Капризы? – переспросила она с горькой улыбкой. – Мои чувства для тебя – это капризы?

– Ты предпочитаешь отправиться к Райну? – Киан гневно сверкнул темными глазами. – Мое общество тебя не устраивает?

– Вот уж не думала, – пробормотала Ева, – что высшие бессмертные могут быть такими идиотами.

Глаза демона расширились от удивления, но не успел он возмутиться ее наглости, как дверь в комнату открылась. На пороге стояла горничная.

– Мистер Райн просил проводить мисс Еву в отведенную ему комнату, – невозмутимо сказала она. – А вас, мистер Киан, хозяин просит пройти к нему в кабинет.

Киан бросил на Еву убийственный взгляд и стремительно вышел из комнаты. Девушка осталась стоять, прижимая руки к груди в попытке сдержать панику и ругая себя за глупость. Что же она натворила! Ева оттолкнула свое спасение из-за нелепой в данной ситуации гордости. Просто ее мечты и радужные ожидания слишком внезапно рассыпались прахом, это оказалось больно, и она не справилась с эмоциями. А теперь Киан ушел, а ее ждет Райн, которого она боится, пожалуй, даже больше самого Ада, а уж от мысли, что ей придется оказаться с ним в постели, ее охватывает самый настоящий ужас. Она с трудом переставляла ноги, идя по коридору за горничной. Пожалуй, теперь она хорошо понимала, что чувствуют приговоренные к смертной казни по дороге на эшафот.

Глава 8

Райн встретил Еву в небольшом номере, что ему выделил мистер Кендол. Увидев застывшую на пороге девушку, он расплылся в радушной, как ему казалось, улыбке. Ева вздрогнула и едва заставила себя войти. Отчаянно хотелось наплевать на все, развернуться и бежать без оглядки. Но это действие было бы абсолютно бессмысленным и повлекло бы за собой весьма удручающие последствия, поэтому Ева постаралась взять себя в руки.

– Не бойся, моя птичка. – Райн мягко обнял девушку за плечи и увлек в комнату. – Сегодня мы прекрасно проведем время вместе.

Так как Ева все еще молчала, демон продолжил говорить:

– Я понимаю, что наше знакомство не было приятным, и мне жаль, что так случилось. Давай оставим это досадное недоразумение в прошлом и начнем сначала.

Ева вспомнила обжигающую боль и последовавшее за ней унижение и скрипнула зубами. Для Райна это было лишь недоразумение. Она не удержалась от злого взгляда, но это только заставило мужчину рассмеяться.

– Да ладно тебе! Расслабься, дорогая! Я умею обращаться с женщинами. Поверь, тебе понравится. От тебя требуется всего лишь быть послушной.

– О, любите полное подчинение? – от страха Ева всегда становилась дерзкой. – Тогда, может, вам лучше меня связать?

Райн потер подбородок, в его глазах вспыхнуло пламя.

– А это отличная идея, – протянул он и обошел вокруг девушки, словно хищник вокруг добычи. – Тебе самой это нравится или ты предложила, боясь, что не справишься и рассердишь меня?

У Евы вырвался нервный смешок. Демон принял ее предложение за чистую монету? Кажется, она сама вырыла себе яму.

– Я могу помочь тебе по-другому, – сказал Райн, подходя к ней вплотную.

– Это как? – спросила Ева, уклоняясь от пальцев, что уже коснулись ее полуобнаженной груди.

– У меня есть друг. – Демон проигнорировал ее сопротивление и обвил девушку рукой за талию, прижимая к себе. – Если он присоединится к нам, то, уверяю тебя, моя птичка, ты не просто угодишь мне, ты и сама получишь удовольствие. Ибо каждое мое и каждое твое действие доставит тебе наслаждение. Ты будешь мечтать понравиться мне.

Ева содрогнулась. Она поняла, о чем говорил Райн. Его другом был инкуб. Своим присутствием распутный демон превратит ее в существо, которое жаждет только секса. Не важно, с кем, не важно, как. Инкубы питались сексуальной энергией жертвы, словно вампиры. Они были способны убить, забрав всю жизненную силу, а несчастная даже не осознает этого. Убить Еву таким образом вряд ли возможно, но вот заставить ее желать Райна, не помня себя от страсти, – это запросто.

– Нет, – прошипела она, уворачиваясь от рта демона. – Не надо!

Райн обхватил девушку теснее, начиная раздражаться. Он наконец припал сухими губами к ее шее, шаря руками по голой спине и дергая застежку лифа.

– Тогда прекрати изображать из себя недотрогу, – произнес демон сердито и потянул Еву в сторону кровати в глубине комнаты.

Райн толкнул ее на шелковое покрывало и навис сверху.

– Не зли меня, птичка, – с улыбкой пригрозил он и облизал губы. – Твоя задача – мне угодить.

Стук в дверь номера заставил демона досадливо поморщиться.

– Вон! – проорал он. – Я занят!

– Мне очень жаль, но я вынужден прервать тебя, Райн.

Раздавшийся в комнате спокойный голос Киана для Евы был подобен хору ангелов. Она скатилась с кровати и уставилась на наставника круглыми от страха глазами.

– Что тебе надо? – Райн даже не стал утруждать себя тем, чтобы запахнуть халат, который успел развязать.

– Я забираю Еву. – Киан кивнул на застывшую девушку. – У нас с ней задание.

– Но мистер Кендол отдал ее мне!

– Сожалею, в центре города в метро появились странные сущности. Архидемон приказал нам срочно с этим разобраться.

– Ты что, не можешь сделать это один? – Райн не скрывал раздражения. – Или подожди хотя бы полчаса.

– Вряд ли после игр с тобой моя охотница будет в надлежащей форме для ответственного задания, – усмехнулся Киан. – Да и ждать нельзя. Эти сущности жрут людей. Это привлекает нежелательное для нас внимание. Мистер Кендол приказал действовать немедленно.

Райн скрипнул зубами, но ничего не сказал. Приказы начальства не обсуждаются.

Киан подхватил Еву под локоть и вывел в коридор, захлопнув за собой дверь в номер, где остался разозленный демон.

Черная машина стремительно мчалась по ночной дороге. Огни рекламных вывесок, витрин и окон домов сливались в огненные полосы, слепившие глаза. Ева сидела на переднем сиденье, кутаясь в наброшенный на плечи пиджак Киана. В машине было уютно и тепло, чуть слышное урчание мощного мотора успокаивало, девушка перестала дрожать. Она бросила осторожный взгляд на мужчину за рулем. Лицо Киана было непроницаемым, губы крепко сжатыми. Ева глубоко вздохнула и решилась на вопрос:

– Куда мы едем? Я не одета для охоты.

Киан бросил на нее быстрый взгляд и снова уставился на дорогу. Ева поежилась. Он все еще сердился на нее за отказ? Видимо, это слишком задело его самолюбие. Если бы не приказ архидемона немедленно отправиться на охоту...

– Нет никакой охоты, – произнес Киан несколько томительных минут спустя.

– Как это нет? – Ева развернулась на сиденье в его сторону и изумленно посмотрела на наставника. – А те сущности в метро?

Губы демона дрогнули и вдруг расплылись в совершенно хулиганской улыбке.

– Киан! – воскликнула Ева со смесью страха и восхищения. – Ты это выдумал?

Киан кивнул, продолжая улыбаться.

– То есть ты просто сказал Кендолу, что нам надо ехать, и он поверил?

– Не совсем. Пришлось просить о помощи чертова ангела. Теперь я ему должен.

– Ты говоришь про Эвана? – Ева не переставала удивляться.

– Да, я отправил ему сообщение с просьбой помочь, а он уже позвонил мне с ложным сообщением о нападении.

– И что ты должен ему за это? Киан непринужденно пожал плечами.

– Услугу за услугу, – ответил он равнодушно. – Когда-нибудь он попросит меня о чем-то, и я не смогу отказать.

Несмотря на то, что Киан сказал это, словно речь шла о сущем пустяке, Ева понимала, что такое обещание стоило многого. Такими вещами не разбрасываются направо и налево. Ангелу сегодняшняя его помощь ничего не стоила, даже если вскроется обман, а вот Киан рисковал и к тому же остался в долгу. Демон, должный ангелу! Ева покачала головой. Невероятно!

– Почему ты это сделал? – Ева задала вопрос и тут же закусила до боли губу, жалея, что не сдержалась. Что, если ответ ей снова не понравится?

Киан опять надолго замолчал, и она уже отвернулась от него к окну, скрывая подступившие к глазам слезы. Она слишком чувствительна сегодня. Разве это похоже на нее?

– Я не могу отдать тебя ему, – ответил он, когда Ева уже и не надеялась что-либо услышать. Она не повернула голову, пока не услышала продолжение фразы. – Ты слишком дорога мне.

Прозвучал легкий смешок, недоверчивый, тайный. Киан, кажется, сам удивлялся тому, что говорит.

– Я не смел прикоснуться к тебе столько лет, – сказал он тихо, – а тут должен был позволить...

– Но ты знал, что, выполняя поручения Ада, мне приходилось спать с мужчинами. За эти двести лет их было не так уж и мало.

Ева сегодня решилась пойти до конца, и, хотя сердце ее колотилось от волнения, она продолжила докапываться до истины.

Киан остановил машину – они подъехали к дому Евы – и заглушил мотор. Салон уютно освещался золотистыми уличными фонарями. Свет мягко ложился на лицо девушки и словно обходил стороной мужчину, оставляя его лицо в тени.

– Это другое, – ответил он вновь после долгой паузы. – То была работа, ты все равно оставалась моей. Я знаю, что за эти годы у тебя не было ни одного серьезного романа. А Райн потребовал тебя себе. – Киан резко взглянул на Еву, и она чуть задохнулась от ярости в его глазах. – Он не имеет на это права.

– Ты сказал, что все эти годы не смел коснуться меня, – напомнила Ева. – Почему? Ты же знал, не мог не замечать, что нравишься мне. Если бы ты позвал меня...

– Я не мог. – Киан резко оборвал ее, но потом продолжил более мягким тоном: – Не спрашивай, почему. Причина есть, хоть она, возможно, и глупая. Но я не хочу говорить.

– Хорошо, – смирившись, кивнула она. – Не говори. Но сегодня ты передумал?

Руки Киана стиснули руль, заскрипела рифленая кожа.

– Сегодня это был единственный способ спасти тебя от Райна. И это все еще единственный способ. Он не смирится с сегодняшней задержкой и попытается предъявить свои права на тебя снова.

– Тогда нам придется продолжить то, что мы начали в той комнате, верно?

Ева вдруг почувствовала уверенность в себе. Подумать только, даже у демонических мужчин есть свои тараканы в голове и принципы, которые ей как женщине кажутся совершенно бредовыми. Оказывается, они оба нравились друг другу. Та к какого черта надо было столько ждать, мучить ее и доводить ситуацию до абсурда?

– Твои неведомые мне причины не помешают нам? – Ева улыбнулась. – Ну, раз это единственный способ.

Киан не ответил на ее улыбку, его лицо на миг исказилось, но он быстро справился с собой и покачал головой.

– Когда-нибудь ты можешь возненавидеть меня, – предрек он мрачно.

– Киан, – усмехнулась Ева, – мы бессмертны, а конца света в ближайшие века, кажется, не предвидится. Так что да, за время нашего существования я, скорее всего, успею тебя и возненавидеть, и простить, и, возможно, вновь возненавидеть. Ты не представляешь, сколько поводов для этого даешь мне почти каждый день. Так стоит ли сейчас переживать об этом?

Красивое лицо Киана выражало некоторую растерянность от ее логики. Он смотрел на девушку, словно видел ее впервые или не знал, что с ней делать.

Ева рассмеялась и открыла дверцу машины, выскользнув в теплую ночь. Она легко взбежала по ступенькам и вошла в ярко освещенный вестибюль, поздоровалась с консьержем, пожелав ему доброй ночи, и на лифте поднялась на свой этаж. Девушка открыла двери ключом, вошла в квартиру, но не стала зажигать свет. Она скинула туфли и босая прошла в спальню.

Киан сидел на ее кровати и медленно поднял голову, когда Ева остановилась перед ним.

– Мне нужно в душ, – прошептала она, глядя на мужчину сверху вниз. – Ты подождешь меня?

Теперь ее неуверенный тон вернул ему самообладание и чувство превосходства.

– Я буду здесь, малышка, – сказал он с легкой насмешкой, – но поторопись, я все же слишком долго ждал.

Горячие струи смывали чужие прикосновения, страх и весь этот нелепый вечер. Ева не стала одеваться и вышла из ванной, закутавшись в полотенце. Спальня была пуста, и девушка в растерянности остановилась посреди комнаты, прислушиваясь к тишине. Она вздрогнула и едва не вскрикнула, когда на ее обнаженное плечо легла мужская рука.

– Не бойся, – прошептал Киан, и от его теплого дыхания у Евы по спине побежали мурашки.

Он отвел ее влажные волосы в сторону и прижался к плечу губами. Ева вздохнула, запрокидывая голову и чувствуя, как тело начинает плавиться под осторожными касаниями пальцев. Киан потянул за край полотенца, и единственная преграда между ними тотчас же исчезла. Ева спиной чувствовала горячую голую грудь мужчины, стоящего за ней. Значит, Киан уже успел снять рубашку. Ей хотелось повернуться, самой прикоснуться к нему руками, ощутить горячие губы. Киан почувствовал это и развернул Еву к себе лицом. Оказалось, что в комнате было не так уж и темно, Ева видела горящие глаза мужчины. Его лицо было сосредоточенным, а дыхание тяжелым. Он смотрел на нее так, словно видел впервые. Ладонь погладила щеку, скользнула по шее и спустилась к груди. Ева выгнулась навстречу и сама в ответ заскользила руками по его плечам, груди, спустилась к животу. Здесь шаловливые пальцы перехватили, девушка послушно вернула руки на шею Киана, обняла его и со стоном прижалась наконец к его губам. Поцелуи становились все жарче, движения рук все нетерпеливее.

Ева давно не испытывала настоящей страсти, и сейчас, когда тело изнывало от желания, она вдруг пожалела, что была лишена этого так долго. Ради чего, собственно? Или, вернее, из-за кого?

– Пожалуйста, – вырвалось у нее в перерыве между поцелуями.

Она и сама толком не понимала, о чем просит, но Киан, казалось, понял.

– Я не уйду, – сказал он ей, яростно прижимая к себе, – уже не смогу.

Они упали на кровать, и Ева вытянулась на простынях, замирая от жадного взгляда Киана. Он сейчас не касался ее, просто смотрел, а она вздрагивала, ощущая эти взгляды даже ярче, чем прикосновения.

– Ты очень красивая, – прошептал Киан и, наклонившись, проложил дорожку из поцелуев от ее шеи к груди и вниз к животу.

Она охнула, когда он легонько прикусил кожу возле ее пупка, а потом сразу же подул, словно извиняясь. Ева запустила пальцы в густые волосы мужчины, сжала их, стремясь прижать его к себе теснее. Ему не требовалось ее разрешение. Теперь он контролировал каждое движение, умелое, соблазняющее, еще больше разжигающее пламя в ее теле. Совсем скоро Ева уже не могла сдержать стоны удовольствия и нетерпения.

– Пожалуйста, – вновь взмолилась она, и снова мужчина услышал ее.

Он мягко прикоснулся к внутренней стороне ее бедра, погладил чувствительную кожу и накрыл ладонью изнывающее от желания лоно.

– Ах! – Ева выгнула спину, неосознанно приподняла бедра, стремясь прижаться к его руке, получить наконец то, чего так отчаянно хотелось.

Киан убрал руку, заставляя ее зарычать от нетерпения, но тут же накрыл девушку своим телом, навис над нею в ожидании, пока она полностью раскроется для него.

Проникновение было медленным и таким сладким, что Ева вновь не удержалась от стона. Они задвигались в унисон, теряясь в ощущениях, стремясь поскорее достичь удовольствия, не в силах больше откладывать то, что и так затянулось на долгие два века. Киан глухо вскрикнул первым, и Ева почти сразу за ним рассыпалась искрами, ощущая, как огонь внутри ее тела превращается в ласковое тепло удовлетворения и неги.

Ее ноги чуть дрожали от ушедшего напряжения, когда она вытянулась рядом с расслабившимся демоном. Он не отпустил ее и продолжал прижимать к себе, легко гладя по спине, рисуя на коже какие-то узоры. Ева обвила руками его талию и положила голову на грудь, чувствуя под ухом удары его сердца. Все казалось таким естественным, таким правильным. Девушка глубоко вздохнула.

– Что? – спросил ее Киан.

– Ты прав, – тихо ответила она, – я сейчас почти ненавижу тебя.

– Почему?

– Я двести лет должна была ждать, чтобы появился какой-нибудь Райн и ты решился быть со мной. Знаешь, – сказала она, подняв голову и упираясь подбородком в его грудь, – я, пожалуй, при встрече скажу ему спасибо.

Киан усмехнулся, но ничего не ответил.

– Как думаешь, – продолжила Ева, – он не станет больше преследовать меня? А вдруг он нажалуется на нас архидемону?

– Пусть жалуется, – лениво ответил Киан, – хотя, скорее всего, не станет. Архидемон просто не интересуется такой ерундой, как чье-то неудавшееся свидание. Райн не станет докучать ему пустяками.

– А тебе? Он может постараться отомстить тебе.

– Не думай об этом. – Киан погладил Еву по рассыпавшимся по плечам шелковистым волосам. – Райн потерял на тебя все права, теперь ты принадлежишь мне. А что касается меня, я его не боюсь.

Они уснули на рассвете, когда серый свет утра стал золотисто-розовым из-за поднимавшегося над городом солнца. Ева и во сне тесно прижималась к Киану. Ей доставляла удовольствие даже эта простая близость их тел, хотя обычно она любила засыпать, свободно раскинувшись на кровати. Усталость на время вытеснила все мысли, и до наступления дня можно было не волноваться о том, что теперь изменится в их жизни и отношениях. Сейчас они ничем не отличались от обычных любовников, мужчины и женщины, что, насытившись страстью, спали в объятиях друг друга. Глядя на них, нельзя было заподозрить, что эти двое прожили на свете уже очень долго и что их жизнь была заполнена в основном делами, что были далеки от светлого, чистого и доброго.

Глава 9

Ева и Киан выбрались из постели лишь к полудню. Они вместе позавтракали, а потом собрались в казино. У Киана были свои дела, а девушку ждала репетиция и танцевальная тренировка.

Утром после пробуждения к Еве вдруг вернулась неловкость. Все произошедшее накануне, а особенно жаркая ночь, казалось сном. Киан, невозмутимый и, как обычно, сдержанный, странно смотрелся на ее маленькой и уютной кухне. В отличие от слегка заспанной девушки, демон в любое время выглядел безупречно и свежо, а уж владел своими эмоциями он мастерски. Ева пила кофе из любимой кружки и осторожно поглядывала на мужчину поверх ее края. Ей хотелось получить от него какой-то знак, что их отношения изменились, что она теперь для него не только подопечная, чью душу он когда-то купил, – но Киан был занят своими мыслями. Когда кофе кончился, Ева со вздохом поднялась и шагнула к мойке, чтобы вымыть чашку. Она скользнула мимо Киана, и неожиданно его рука поймала ее – мужчина притянул девушку к себе на колени.

– Не жалеешь? – спросил он ее с легкой улыбкой.

– Я? – она опешила. – Какие глупости, конечно, нет. – Ева передернула плечами и, чуть запнувшись, задала встречный вопрос:

– А ты?

Киан хмыкнул и прислонился лбом к ее плечу.

– Об этом я точно никогда не пожалею, – сказал он.

– А о чем пожалеешь?

– У меня длинный список, но эта ночь и ты в него не входят.

Ева робко улыбнулась ему, а потом, осмелев, потянулась за поцелуем.

– Мы же повторим это в ближайшее время? – Киан вопросительно приподнял черную бровь, и Ева вновь почувствовала себя легко и непринужденно. Неловкость исчезла, уступив место теплу вернувшейся близости.

Выйти из дома они решили вместе. Киан не спешил исчезать, воспользовавшись своими способностями перемещаться в пространстве. Соседи или консьерж редко видели, чтобы этот мужчина входил в квартиру Евы. Сегодня же совместный выход подтверждал для всех, что они пара.

Ева закрывала дверь, когда они услышали тихие невнятные ругательства рядом с соседней дверью. Оглянувшись, девушка увидела Андреа. Та, пошатываясь, стояла у дверей своей квартиры и пыталась попасть ключом в замочную скважину. Даже одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что молодая женщина пьяна. Скорее всего, она еще не протрезвела с прошлой ночи, хотя сейчас время почти подошло к обеду.

– Андреа, – окликнула ее Ева, – тебе нужна помощь? Женщина обернулась, окинула соседку мутным взглядом, икнула и спросила:

– Мне кто-то поменял замок? Ключ не подходит.

– Позвольте вам помочь. – Киан аккуратно отстранил Андреа в сторону и взял из ее безвольной руки ключ.

– А я тебя знаю, – игриво пропела соседка, расплываясь в пьяной улыбке. – Ты с Евой, да? Тот самый красавчик.

– Да, это я, – Киан не стал спорить. Он повернул ключ в замке и распахнул дверь в квартиру. – Прошу.

– Благодарю. – Андреа пыталась кокетничать, но выглядело это жалко.

– Андреа, – позвала ее Ева, – а где Люси?

– Ночует у подружки, – женщина неопределенно махнула рукой. – Заберу ее скоро. Только отдохну после работы.

– Андреа! – Ева потянулась было за ней, но Киан подхватил ее под локоть и уверенно увлек за собой.

– Пойдем, – сказал он, – оставь ее.

Они вошли в лифт. Ева хмурилась, мысленно обещая себе проверить вечером, забрала ли горе-мать дочь и не оставила ли вновь одну дома на всю ночь.

– Она почти готова.

Занятая своими мыслями, девушка не сразу услышала, что сказал Киан.

– О чем ты? – переспросила она, поднимая на него глаза.

– Я думаю, склонить ее к договору скоро будет легче простого.

– Ты же не думаешь... – Ева запнулась. – Киан, ты же не собираешься... Нет, послушай. – Она испуганно схватила его за руку. – У Андреа маленькая дочка. Я думаю, ей еще можно помочь. Она ведь неплохая, просто запуталась, ей тяжело.

– Ева, – прервал ее Киан холодным тоном, – ты ни с кем меня не перепутала? Я не помогаю несчастным, меня не трогают их беды и трудности. Я ищу подобных этой Андреа и забираю их души в Ад. Это моя работа, если ты помнишь, и моя суть.

Ева неосознанно отступила, его темный взгляд вновь показался ей совсем нечеловеческим и жутким. Да, он прав: она забыла. Почему-то казалось, что прошедшая ночь многое изменила в ее жизни, изменила ее, изменила Киана. Но это невозможно, безжалостный свет дня вновь расставил все по своим местам.

– И все же... – Ева выпрямилась и твердо посмотрела в темные омуты черных глаз мужчины. – Я попрошу тебя не трогать пока ее. Прошу, оставь ее душу мне. – Ева даже улыбнулась. – В качестве подарка, если хочешь. Девочка, ее дочь, дорога мне, а ей нужна мать, даже такая.

Киан усмехнулся и расслабился. Он с интересом смотрел на Еву, словно она вдруг открылась перед ним с какой-то новой для него стороны.

– Хорошо, – медленно кивнул он, и пугающее выражение исчезло из его глаз. – Если хочешь, забирай.

Мужчина вдруг рассмеялся.

– Обычно женщины просят у меня в подарок драгоценности, меха и дорогие автомобили. – Киан покачал головой. – А ты просишь душу этой пьяницы и шлюхи. Смотри не прогадай.

– Ну, я не обычная твоя подружка, – Ева вернула ему улыбку. – Ко мне с твоими обычными методами не подкатишь, за мной надо ухаживать по-другому.

Чувствуя гордость от своей маленькой победы, Ева выпорхнула из лифта. Настроение вновь было прекрасным, солнце, отражаясь от окон домов и витрин, светило ярко, а жизнь неожиданно расцвела новыми красками.

* * *

Три головы склонились над узким лазом, уходящим куда-то глубоко под землю. На лицах – двух мужских и одном женском – отражалось сомнение.

– Я туда не полезу, – после некоторого раздумья заявила Ева. – Там может быть все, что угодно. Я боюсь.

Киан был склонен с ней согласиться, он в задумчивости почесывал подбородок и молчал. Эван – светловолосый ангел-охотник – напротив, был полон энтузиазма.

– Да там нет ничего страшного, – убеждал он всех, и на его лице было написано несколько презрительное выражение, словно он осуждал их за трусость.

– Тогда лезь туда сам, – процедила Ева сквозь зубы.

– Я туда не пролезу, – озвучил ангел очевидный факт, – там слишком узко.

– Это еще не повод пихать туда меня. – Ева вновь заглянула в лаз, оттуда пахнуло сыростью и еще чем-то сладким.

Эта странная парочка – ангел и демон – заявилась к ней в танцевальную студию и, ничего не объясняя, подхватила под руки и буквально утащила с собой, не дав даже времени переодеться. Она и сейчас была в узких легинсах и коротком спортивном топе. На ее возмущение никто не обратил внимания. Еву привезли на какую-то станцию метро, там они втроем спустились в тоннель и по путям вышли на заброшенную боковую ветку. Эван открыл крышку лаза и потребовал, чтобы она спустилась вниз. В ответ на ее удивленный взгляд он наконец снизошел до объяснений.

– В городе появился весьма странный наркотик, – сказал ангел. – Это не уколы, не таблетки, не сигареты, это некая слизь.

– Слизь? – Ева брезгливо поморщилась. – И как ею пользуются?

– Она впитывается в кожу. Действовать начинает быстро, а эффект очень сильный. Человек чувствует себя всесильным, он буквально материализует свои желания, воплощает мечты в жизнь.

– Ух ты! – восхитилась девушка. – И в чем подвох?

– Человек очень быстро растрачивает свои ресурсы. Одно воплощенное желание стоит ему десятка лет жизни. К тому же не все желания стоят того, чтобы их воплощали. Это может быть очень опасно.

– Много уже таких «волшебников»? – спросил ангела Киан.

– Пока нет, – покачал головой Эван, – всего человек пять. Мы следим за ними, чтобы не наделали глупостей. Но если об этом веществе станет известно, то мы не сможем контролировать ситуацию. Только представьте, что может случиться?

– Э-э-э, – протянула Ева, бросив быстрый взгляд на Киана, – а на бессмертных это вещество как действует?

– Никак. – Ангел пожал плечами, и девушка не сдержала разочарованного вздоха, а Киан засмеялся, глядя на нее.

– А что мы здесь делаем-то? – Теперь Ева уже хмурилась, подозревая, что ничего приятного ее точно не ждет. – Эта слизь что, там внизу? Как она туда попала?

Ангел сузил свои серьезные синие глаза и поджал губы.

– Она прячется там. Дело в том, что она, кажется, разумна.

– О господи! – не сдержалась Ева, и Эван бросил на нее взгляд, полный возмущения. Еще бы: никто, а тем более такая, как она, не смеет поминать божье имя всуе.

Киан предотвратил намечающиеся нравоучения и продолжил объяснения.

– Да, слизь ведет себя странно. Она двигается, появляется на поверхности, прячется. Мы облазили уже все метро, она словно играет с нами в прятки, и вот наконец загнали сюда, в этот то ли слив, то ли вентиляцию.

Впервые ее обнаружили именно здесь, в метро. Один студент случайно, а может, и не совсем случайно испачкался ею. А потом на «отлично» сдал экзамен, к которому даже не готовился. Дальше он выиграл в лотерею крупную сумму денег, снял в баре случайно заглянувшую туда кинозвезду. В общем, оторвался по полной.

– Неплохо, – согласилась Ева, – а сам-то он понял, в чем дело?

– К счастью, нет. Не успел. Умер.

Эван закатил глаза от логики демона и продолжил:

– Слизь сама липнет к людям, выбирает молодых и здоровых.

– Она питается энергией жизни? – догадалась Ева, и ангел кивнул:

– Похоже на то.

– Ладно, – сдвинула она брови. – Но чего вы хотите? Я должна достать ее оттуда?

– Да. – Эван протянул ей небольшой сосуд на цепочке. – Твоя задача собрать эту субстанцию сюда, в этот артефакт. Это позволит мне изучить ее, найти ее центр и призвать к себе, чтобы уничтожить или нейтрализовать.

– Почему просто не опустить вниз эту штуку? – Ева указала на сосуд. – И не зачерпнуть?

– Пробовали, – подал голос демон. – Эта зараза прижимается к стенкам. Нужен кто-то, кто спустится вниз.

– Вы ничего не знаете об этой слизи, только то, что она странная. Вдруг, почувствовав опасность, она все же нападет?

Ева была по-прежнему полна сомнений.

– Девушка! – Ангел вдруг выпрямился и даже стал выше ростом. На его благородном лице было написано одухотворение. – Ты, погрязшая в неисчислимых грехах, можешь послужить благому делу. Как ты можешь думать о своих страхах, ты должна...

– Заткнись, Эван! – Киан оттеснил его от изумленной Евы и сам встал перед ней.

– Послушай, детка, – сказал он ласково и с улыбкой, – там на самом деле не очень глубоко, и я буду держать тебя. При малейшей опасности я сразу тебя подниму. Тебе надо только попробовать. Если не получится, мы будем искать другой выход.

– Я понимаю, зачем все это ангелу, – проворчала Ева, чувствуя, что под взглядом Киана начинает уступать. – Его Святейшество спасает человечество, но тебе-то это зачем?

Демон лучезарно улыбнулся.

– И он, и я следим за балансом добра и зла в этом мире. Нельзя, чтобы одна из сторон слишком сильно вырвалась вперед. Даже добра, как бы этого ни хотелось Светлым, не должно стать слишком много. Со злом та же история. Во всем важно равновесие.

Ева скривилась, но спорить не стала. Она снова склонилась над лазом, вглядываясь в темноту. Опять запахло чем-то сладким, девушке запах напомнил молоко с медом.

– Ладно, – вздохнула она, – я попробую.

Киан достал веревку и обвязал Еву под мышками. Она все время смотрела на его лицо, чуть хмурое и сосредоточенное. Заметив ее пристальный взгляд, демон посмотрел на девушку.

– Ты ведь не стал бы рисковать мною? – спросила она его.

Киан остался серьезным, только губы чуть дрогнули.

– Стал бы, – признался он равнодушным тоном, – если бы это имело хоть какой-то смысл.

Мужчина все же улыбнулся, заметив, как Ева надула губы, и слегка подтолкнул ее к дыре в полу.

– Давай, не бойся, – сказал он, – ты еще нужна мне, охотница, зря я, что ли, спасал тебя от Райна.

Ева села на край и свесила вниз ноги. Ей было не по себе, по спине то и дело пробегала ледяная волна мурашек. А еще она ощущала брезгливость. Что еще за слизь там такая?

Киан придержал ее за руки и помог спуститься.

– Прыгай, – приказал он, – там невысоко, и внизу не так узко.

Ева задержала дыхание и почувствовала, как Киан отпустил ее. Девушка мягко приземлилась на пятки и тут же выпрямилась, с тревогой озираясь вокруг. Довольно мощный фонарик, что ей дали с собой, осветил каменную нору. Здесь внизу, она и правда была просторнее, чем вверху, – Ева не касалась стен. Девушка ожидала, что они будут покрыты той самой слизью или что слизь будет на дне, но ничего такого не обнаружила.

– О господи! – снова вырвалось у нее, когда она увидела то, что пряталось здесь в глубине.

На небольшом камне у стены сидел ребенок. Он был совсем маленьким, на вид не больше года – светловолосый и пухленький, с испуганными светлыми глазенками. Ребенок был абсолютно голеньким, и Ева увидела, что это мальчик. Малыш смотрел на девушку, и его нежный ротик дрожал от слез.

– Как ты сюда попал? – ошарашенно спросила она.

Ева подняла голову вверх, чтобы позвать Киана, сказать ему, что никакой слизи здесь нет, что нужно помочь мальчику. В голове проносились различные предположения, как ребенок мог попасть сюда. Однако, когда девушка посмотрела вверх, то не увидела отверстия, через которое ее опустили сюда. Над головой было синее высокое небо, ярко светило солнце. Голый пол под ногами неожиданно обернулся зеленым лугом. Ева чувствовала мягкое дыхание ветра, запах меда усилился. Она вдруг ощутила себя такой счастливой, свободной, захотелось смеяться. Малыш, что сидел теперь на траве перед ней, что-то лопотал на своем детском языке и взмахивал ручками, просясь, чтобы она взяла его. Внутри что-то сжалось, да так сильно, что дышать стало невозможно, а в горле стоял комок. Эйфория исчезла так же быстро, как и появилась. Грудь разрывалась от рыданий, и Ева не смогла их сдерживать. Она рухнула на колени и зашлась слезами. О чем она так горько плакала? Девушка внезапно осознала, что в этом ребенке, которого она сейчас видела перед собой, для нее воплотились все те мечты, которым уже никогда не суждено было сбыться. Ева даже не догадывалась, как глубоко внутри она прятала свое желание стать матерью, растить своего малыша и заботиться о нем. Мальчик тянул к ней ручки, а она пряталась от него, закрыв лицо ладонями. Еще никогда Ева не чувствовала себя такой одинокой, несчастной, ущербной.

Неожиданно ее грудь что-то сильно сдавило, тело дернулось, повинуясь невидимой руке.

– Ева! – проревел знакомый голос сверху. – Приди в себя! Эта сущность манипулирует тобой. Я не знаю, что именно ты видишь, но это все иллюзия. Не верь!

Ева вздрогнула, ощутив вернувшийся холод подземелья. Трава, небо, солнце – исчезли. Но ребенок по-прежнему был здесь, маленький, голенький, беззащитный. Как и говорил Киан, эта сущность не могла воплотить мечты бессмертных, тратя их жизненную силу, но она могла показать их, разъедая никогда не заживающую рану, давя на жалость и манипулируя.

Ева поднялась с колен, вытерла лицо руками.

– Бесполезно, – хрипло сказала девушка, стараясь призвать всю свою решимость и игнорировать невинный взгляд и дрожащие губки прелестного ребенка. – Я уже не человек, у меня другие мечты и слабости. – Она перевела дыхание и выкрикнула: – У меня нет души, чтобы выворачивать ее наизнанку!

Ева почувствовала себя лучше. Теперь она хорошо понимала, кто перед ней, и невинный вид ее больше не трогал.

– Как его поймать? – крикнула она наверх.

– Кого его? – спросил Киан. – Какую форму приняла сущность?

– Ребенок, – со злостью процедила Ева.

Наверху повисло молчание, а потом голос ангела произнес:

– Слизь воплощается в то, о чем ты думаешь. Подумай о чем-то, что можно поймать в сосуд.

– О чем, например? – Ева начинала злиться, а недавние опустошающие эмоции мешали сосредоточиться.

Ответа не последовало, и девушка скрипнула зубами.

– Я сейчас, кстати, очень голодная, – сказала она, подходя ближе к мальчику и склоняясь над ним. – А ты так вкусно пахнешь. Как ванильное мороженое.

В голубых глазах ребенка мелькнуло замешательство.

– Прохладное, сладкое, – вкрадчиво продолжала Ева, – мягкое. Оно тает во рту.

Девушка зажмурилась, стараясь как можно яснее представить лакомство, о котором говорила. Она даже ощутила на языке вкус. Когда Ева открыла глаза, то ребенка перед ней уже не было. На полу лежал большой ванильный шарик. Вскрикнув, она зачерпнула это мороженое сосудом и захлопнула крышку.

– А если у меня не получилось забрать все? – громко спросила она, с сомнением глядя на размазанный след на камнях.

– Не страшно, – прокричал Эван, – того, что поместилось, достаточно.

Мужчины подняли ее наверх, и Ева сунула артефакт в руку ангелу.

– Приятного аппетита! – язвительно сказала она ему. – Надеюсь, тебе тоже понравится.

Эван невозмутимо убрал сосуд в карман куртки.

– Ты послужила благому делу, падшая, – произнес он пафосно, – но это лишь капля в море, не рассчитывай на прощение.

Киан вновь послужил громоотводом, буквально оттащив разъяренную Еву от ангела. Они вышли из метро, и девушка заморгала от яркого солнца: заплаканным глазам стало больно.

– Что конкретно ты видела? – спросил Киан, когда они уже ехали в машине.

Демон посматривал на притихшую на соседнем сиденье Еву и чуть хмурил темные брови.

– То, чему не суждено сбыться, – ответила девушка.

– Иногда нам только кажется, что мы были бы счастливы, получив желаемое. – Демон внимательно следил за оживленной дорогой. – А еще счастье порой можно обнаружить совершенно не там, где ожидаешь.

– Если ты о том, что нужно во всем видеть хорошее, то лучше помолчи.

Ева не была настроена искать позитив в своих несбывшихся мечтах, и Киан предпочел оставить ее в покое.

– Мне прийти к тебе сегодня? – спросил он, высаживая девушку у дома. – Вдруг у меня получится воплотить в жизнь хотя бы некоторые твои желания. Я спец по самым извращенным фантазиям.

Вопреки своей воле, Ева улыбнулась. Действительно, не страдать же теперь по каждой упущенной возможности.

– Приходи, – ответила она. – Может, и у меня получится исполнить какое-нибудь из твоих желаний.

Взгляд у Киана потемнел, он усмехнулся, и Еве захотелось узнать, о чем именно он подумал.

Глава 10

Город утонул в золоте листопада. Когда дворники сожгли последние листья, пришел снег. В первые дни все выглядело новым и чистым, а потом снег потемнел, смешавшись с песком, грязью и дорожными реактивами, и уже не радовал, а только раздражал. Он лип к ботинкам, оставлял вечные следы на полу, забивался под воротник пальто, заставляя дрожать от холода. Горожане хмурились и с надеждой ждали Рождества, когда все вокруг примет праздничный вид и яркие огни развеют темноту долгих ночей.

Ева обычно почти не замечала течения времени. Оно давно уже потеряло значение. Времена года сменялись друг другом, не оставляя воспоминаний. Но теперь в мелькавших днях появился если не смысл, то хотя бы некий приятный акцент.

Роман с Кианом – а Ева считала, что у них именно роман, – длился уже несколько месяцев. Они по-прежнему работали вместе, выбирались на охоту, а ночи чаще всего проводили вместе. Именно эти ночи вернули Еве ощущение жизни вокруг. Она даже и не знала, как многого ей недоставало раньше. Киан – сдержанный и непробиваемый на эмоции в повседневной жизни – смог сделать так, что она почувствовала себя особенной, желанной, почти... любимой. Да, их ночи были наполнены страстью и нежностью, оба наслаждались долгожданной близостью.

Что же касается обычных рутинных дней, то Ева не могла сказать, что отношение Киана к ней сильно изменилось. Демон, как всегда, был требователен, бескомпромиссен и настойчив. Поблажек она не получила. Ева все так же пела для гостей казино, охотилась на монстров, сбежавших из преисподней, и выполняла особые поручения.

Чего стоило, к примеру, недавнее задание: одному несговорчивому боксеру, отказавшемуся проиграть бой, пришлось устроить аварию со смертельным исходом. Нет, умереть должен был не боксер, а жертва, попавшая под колеса машины спортсмена. Боксер, которому грозил солидный срок, стал покладистым и сговорчивым, лишь бы избежать тюрьмы. Ему и в голову не пришло, что женщина, которую он сбил насмерть и чье застывшее бездыханное тело он будет видеть теперь в кошмарах, пила сейчас кофе, закутавшись в пушистый плед. Да, жертвой была Ева. Вся инсценировка была тщательно спланирована, а тренировка «жертвы» заняла не один день.

– Мягче, Ева, мягче, – наставлял ее Киан, – сконцентрируйся. Не нужно первой кидаться на капот. Дождись, пока машина коснется тебя.

– Может, попробуешь сам? – Ева вытерла рукой мокрый лоб, мышцы уже дрожали от напряжения. – Не хочешь сам исполнить эту роль?

– Нет, – Киан пожал плечами. – Сообщение о сбитой молодой женщине произведет более сильное впечатление.

– Но я больше не могу, – простонала девушка, – я устала.

– Любишь же ты жаловаться. – На губах демона промелькнула улыбка. – Тут нет ничего сложного. Боксера отвлекут телефонным звонком, он будет разговаривать за рулем, это зафиксируют камеры, ты выскочишь на дорогу, ударишься о капот, и все.

Ева поежилась, с сомнением и тоской поглядывая на Киана.

– Тебе нечего бояться, – смягчился Киан, видя страх в ее голубых глазах, – я не позволю тебе пострадать. Но и тебе надо немного постараться, чтобы прошло как надо.

Все прошло как надо. В нужный момент Ева выскочила на дорогу, Киан несколько замедлил течение времени, дав своей ученице время сконцентрироваться в поистине каскадерском трюке. Но она не зря уже двести лет была умелой охотницей, обладала отличной координацией и почти сверхъестественным чутьем. Ева мягко опустилась на капот машины, на миг прижалась к лобовому стеклу – что тут же пошло трещинами – и скатилась обратно на асфальт, застыв в неестественной позе.

Все, кто смотрел на лежавшую девушку, были уверены, что она мертва. Ее остановившийся взгляд смотрел в небо, с уголка приоткрытого рта стекала струйка крови. Она и была мертва. Демон на время заключил ее душу в особое место. Еве этот момент особенно не понравился. Не Ад, конечно, но все же она ощутила первозданный ужас, когда внезапно оказалась среди клубящегося серого тумана. Больше там ничего не было, только пустота и туман. В этом пространстве было трудно понять, где верх, а где низ. Звуков тоже не было, а собственный голос, когда Ева попыталась говорить сама с собой, показался ей потусторонним. По ощущениям девушка провела там около тридцати минут, на деле же прошло целых два часа, пока ее бездыханное тело не забрали с места аварии, не отвезли в городской морг, где после короткого осмотра засунули в специальный холодильник.

Именно оттуда и вызволил ее Киан. Сделав первый вдох, Ева не почувствовала своего тела. Оно казалось деревянным, непослушным. Кровь, вновь побежавшая по жилам, причинила боль телу, уже ощутившему ледяной покой смерти. Ева захрипела, неспособная даже вскрикнуть.

– Тише, – шептал Киан, мягко поглаживая ее по обнаженным плечам, растирая. – Сейчас тебе станет лучше, потерпи немного.

Его ладони показались ей обжигающими, сначала это было неприятно, но вот оживающее с каждой секундой тело ощутило блаженное тепло. Оно растекалось по коже, согревая, возвращая гибкость и чувствительность. Убедившись, что Ева уже практически пришла в себя, Киан завернул ее в одеяло и вынес из морга. Уже дома он рассказал, что их представление удалось. Спортсмен с готовностью согласился на все условия, лишь бы избежать и наказания, и огласки.

Ева все еще дрожала, поэтому Киану пришлось применить более действенные методы вместо кофе с коньяком. Мужчина накрыл ее своим обнаженным телом, и вскоре уже Ева выгибалась под ним, ощущая, как плавится все внутри от желания и удовольствия.

– Мне надо будет уехать на пару недель, – сообщил Киан вскоре после этого события.

Они вновь проводили ночь вместе и сейчас лежали среди смятых простыней, отдыхая.

– Уехать? – Ева приподнялась в постели и удивленно посмотрела на него. – Куда и почему?

Киан лениво потянулся, а потом заложил руки за голову, предоставляя девушке возможность любоваться его безупречным мускулистым телом.

– Считай, что это командировка, – усмехнулся он. – Надо ликвидировать несколько обнаглевших сущностей на севере страны.

– Так ты отправляешься на охоту? А я? Почему ты не берешь с собой меня?

Ева уже сидела в кровати, прижимая к себе сползающее с груди одеяло.

Демон чуть повернулся и, потянув, сдернул с девушки этот тонкий покров. Он удовлетворенно хмыкнул, разглядывая открывшийся вид, и только потом ответил.

– Этот монстр тебе не по зубам, детка. Огненной плетью и заклинаниями его не возьмешь.

– Значит, это опасно? А как же ты?

– Я буду там не один. Помогу местному демону, он не справляется, а чудовище уже привлекло внимание людей.

– И когда ты уезжаешь? – Ева сникла. Кроме того, что ей не хотелось, чтобы Киан уезжал, она не желала оставаться здесь одна без его покровительства и защиты.

– Сразу после Дикой вечеринки. – Киан вновь потянулся и провел кончиками пальцев по нежной коже ее груди.

Несмотря на приятные мурашки, пробежавшие по телу, Ева недовольно скривилась и отстранилась. Дикая вечеринка! Этой зимой ей даже удалось забыть про нее. Эта пати устраивалась перед самым Новым годом и являлась самым грандиозным мероприятием для всех темных сил города. Обычно Ева старалась избежать присутствия на нем. Несмотря на то, что эта вечеринка была поистине роскошной и устраивалась в лучшем загородном клубе, она не зря называлась Дикой. На ней собиралась вся нечисть города – демоны, бесы, инкубы и суккубы, вампиры, оборотни и прочие представители темной стороны. Низшие бессмертные также были участниками этого мероприятия, сопровождая своих хозяев. Но кроме того здесь присутствовали и обычные люди. И они были отнюдь не гостями, хотя думали именно так. Люди этой ночью были развлечением, обслугой и закуской. Не всем им удавалось дожить до утра. Кто-то пополнял ряды низших бессмертных, обменяв свою душу на желаемый приз, а чьи-то бездыханные тела выносили через черный ход, чтобы они исчезли навсегда.

Ева с содроганием смотрела на творящиеся бесчинства и всегда старалась уйти как можно скорее. Только сейчас она осознала, насколько Киан всегда был мягок к ней, никогда не настаивая на присутствии девушки в клубе, уважая ее сохранившуюся человечность. Еве достаточно было лишь показаться в обществе наставника на так называемой официальной части праздника, а потом она могла уйти. Единственное, чего требовал от нее демон, – это чтобы она не вмешивалась в происходящее, что бы она ни увидела. Это грозило бы большими неприятностями, от которых Киан вряд ли смог бы ее уберечь.

– Вечеринка уже через три дня? – уточнила Ева, и мужчина кивнул.

Игривое настроение окончательно исчезло. Конец года обещал стать особенно гнусным. Желая вернуть своей любовнице хорошее расположение духа, Киан обнял ее, зарываясь руками в роскошные темные волосы.

– Я вернусь, и мы устроим себе каникулы, – прошептал он ей на ухо.

– Каникулы? – она против воли рассмеялась, предложение прозвучало так по-человечески.

– Да, – протянул Киан, поглаживая девушку по спине, – отвезу тебя куда-нибудь. Я знаю, что ты не любишь зиму. Хочешь, улетим на море?

От подобной перспективы у Евы загорелись глаза.

– Конечно, хочу! – воскликнула она. – Я и не знала, что мне тоже можно поехать в отпуск.

– Это мой тебе подарок на Рождество. – Киан заставил Еву запрокинуть голову и впился губами в ее шею.

– На Рождество? – задыхаясь и от вернувшегося желания, и от смеха, произнесла девушка. – Ты серьезно? Может, еще и на церковную службу сходишь?

Киан не ответил, он опрокинул Еву на постель и отбросил далеко в сторону мешавшее ему одеяло. Смех замер на ее губах, а все вопросы стали неважны.

Хотя Ева не собиралась надолго задерживаться на вечеринке, готовилась она тщательно. В клубе соберется весь темный свет города, нельзя было ударить в грязь лицом. Для выхода девушка выбрала платье из струящегося алого шелка с открытыми плечами. Оно эффектно облегало фигуру сверху и мягкими складками падало до самого пола. Темные волосы Ева убрала в высокую элегантную прическу, выпустив спереди выкрашенные в красный цвет волнистые пряди. Лицо по правилам этого вечера прикрывала простая черная бархатная маска.

Киан не смог сопровождать Еву: у него были какие-то дела, в которые он девушку не посвятил. Они должны были встретиться прямо в клубе. Однако, когда Ева вышла из дома к ожидавшей ее машине, у открытой дверцы ее ждал Леон.

– Ты? – удивленно спросила Ева. – Неужели ты поедешь со мной?

– Поеду, – ангел кивнул. – Я твой партнер на этот вечер.

Леон выглядел необычайно элегантно в темном костюме и с уложенными светлыми волосами. Выражение лица, наоборот, было совсем не лучезарным. Он хмурился и кусал губы.

– Леон, – с сомнением произнесла Ева, – а ты уверен, что тебе туда надо? Ты в курсе, что это за мероприятие?

– В курсе, – скривился ангел. – Дикая новогодняя вечеринка, настоящий шабаш, похлеще Вальпургиевой ночи. Но мне туда надо. Я наблюдатель от светлой стороны.

– Это что, как на выборах? – Ева фыркнула: идея показалась ей странной, но что взять с ангелов.

– Да, – согласно кивнул Леон, – примерно так. Последние годы эти вечеринки переходят все границы по уровню порока и по количеству жертв. Мы добились того, чтобы присутствовать в качестве наблюдателей.

– И что, вы будете считать и определять, сколько людей должно умереть этой ночью? – Ева все еще считала эту идею бредовой. – Что, есть какая-то квота?

– Ты правда хочешь узнать? – Ангел мрачнел с каждой минутой.

– Нет, – Ева решительно покачала головой. – Пожалуй, нет. Пойдем, раз уж нам обоим нельзя этого избежать.

Машина доставила их за город, поездка заняла не больше получаса. Они могли бы перенестись в клуб мгновенно, но Ева не любила переходы. У низших бессмертных такие фокусы отнимали значительную долю энергии.

Клуб был расположен среди величественных деревьев, сосен и елей, сейчас укрытых пушистыми шапками снега.Трехэтажное здание горело десятками огней – гирлянды, фонарики, факелы. Новогодняя елка тоже имелась. Она стояла посреди широкого двора и тоже сверкала огоньками.

Еве вся эта мишура казалась искусственной и вычурной, особенно в свете предстоящих кровавых развлечений.

– Пойдем, – вздохнув, сказала она Леону, – к счастью, мне не нужно оставаться здесь надолго.

Они стали подниматься по тщательно расчищенным ступенькам высокого крыльца.

– А где твое Исчадье? – с несколько вымученной улыбкой спросил Леон. – Он сам попросил меня приглядеть за тобой сегодня.

– Киан чем-то занят, – Ева пожала плечами. – Меня он редко посвящает в свои дела. Но я рада, что этим вечером ты будешь со мной. Вот только... – Девушка в сомнении посмотрела на своего сопровождающего и продолжила: – Не подведет ли тебя твой дар? Здесь сегодня не будут стесняться в выражениях, но не все желания будут истинными. Да и вмешиваться ни во что нельзя.

– Мой дар на сегодня заблокирован, – ангел горько улыбнулся. – Так что я не смогу исполнить ни одного желания.

Парочка застыла перед большими стеклянными дверями, собираясь с духом, чтобы перешагнуть порог. Ева ободряюще улыбнулась спутнику и первая потянула его за собой.

Торжественная и достаточно мирная часть праздника закончилась быстро. Гости собрались не для скучных речей и степенных разговоров. Музыка с каждой минутой становилась все громче, бокалы постоянно наполнялись алкоголем и еще чем похуже. Все ярче сверкали глаза, а улыбки некоторых уже не скрывали острых клыков.

Обычных людей Ева вычислила быстро. Только некоторые из них понимали, куда они попали и среди кого находятся. Это были те, кто жаждал бессмертия и готов был заплатить за него огромную цену. Другие смертные считали, что присутствуют на необычной вечеринке, новогоднем маскараде. Пока они еще не ощущали опасности и с интересом осматривались вокруг.

– Это не Стефани там? – спросила Ева, вытягивая шею, чтобы лучше рассмотреть рыжеволосую девушку у стойки бара.

– Она, – подтвердил Леон.

– Кажется, она уже пришла в себя. – Ева с любопытством разглядывала мужчину, что обнимал Стефани за талию. Та смеялась, откидывая назад гибкую белую шею.

– Я бы так не сказал. – Ангел кивнул в сторону парочки. – Приглядись, ее дружок инкуб.

– Точно! – пораженно воскликнула Ева. – Она ведь не может не знать этого! Но тогда зачем?

Леон склонился к самому уху девушки, музыка гремела басами.

– Она использует его как алкоголь, – сказал он. – Он опустошает ее и заставляет забыться.

– Если это будет продолжаться, Киан отошлет ее куда-нибудь. – Ева с сожалением смотрела на шулершу.

Время тянулось бесконечно, от громкой музыки уже побаливала голова, становилось душно. Ева высчитывала момент, когда можно будет уйти. Вечеринка вот-вот грозила перейти все границы. Леон периодически исчезал, выполняя свои обязанности наблюдателя, а возвращался с каждым разом все мрачнее. Его лицо побледнело, слишком большое количество темных бессмертных плохо влияло на его светлую ауру.

Киан так и не появился, девушка тщетно гадала, что за дела заставили его отлучиться так надолго. Кроме Леона на празднике не было никого, кого бы она рада была видеть.

Еву кто-то задел плечом, и она недовольно отодвинулась, давая дорогу высокому светловолосому мужчине в синем костюме. Он благодарно улыбнулся ей, и девушка увидела блеснувшие острые клыки. Вампир. Ева поневоле поежилась. Из всех представителей тьмы вампиры всегда казались ей наиболее опасными. Они плохо контролировали свою жажду, были агрессивны и совершенно аморальны.

Недовольно проследив взглядом за упырем, Ева увидела его спутницу. Блондинка в коротком черном платье показалась ей знакомой. Разноцветный дым, что время от времени пускали со сцены, на несколько секунд заслонил парочку. Но вот дым растаял, и девушка громко вскрикнула, узнав подругу вампира. Ева вцепилась в руку ангела, который с тревогой взглянул на нее.

– Леон! Это Андреа, мама Люси!

Он резко повернул голову, вглядываясь в сверкающее огнями пространство.

– Вот черт! – выругался ангел, но ни он сам, ни Ева этого даже не заметили.

Девушка двинулась в сторону смеющейся пары, но Леон резко перехватил ее.

– Останься здесь, – сказал он ей жестко, – я кое-что проверю.

Ангел мгновенно растворился в разношерстной толпе, а Ева осталась стоять, не отрывая глаз от нерадивой матери Люси и ее опасного спутника.

Глава 11

Ева старалась не потерять из виду Андреа, что было нелегко. Их постоянно заслоняли другие танцующие и веселящиеся гости. Она постаралась незаметно подобраться к парочке поближе. Ей это удалось, и теперь соседка и ее друг находились от нее на расстоянии вытянутой руки. Ева видела, как вампир склоняется к Андреа, что-то шепчет ей на ухо, а она кивает и улыбается. Девушка забеспокоилась, когда пара явно собралась уходить. Ладонь мужчины мягко подталкивала спутницу к выходу, та, пританцовывая под зажигательную музыку, медленно продвигалась сквозь толпу.

Ева рванула за ними, но ее остановили. Леон внезапно возник рядом и схватил за локоть.

– Они уходят! – сквозь грохот музыки прокричала ему Ева. – Надо их остановить!

– Нет!

Ангел сокрушенно покачал головой, выражение его лица было каменным.

– Нельзя, – повторил он, – она входит в квоту.

– Что?! – У Евы округлились глаза. – Ты серьезно? В какую еще квоту? Хочешь сказать, что она предназначена этому упырю на ужин?

Она уже поняла весь нелепый трагизм ситуации, как и то, что вряд ли сможет что-то сделать с этим, но ее душа не могла согласиться с таким раскладом.

– Дьявол! – прорычала она. – Я не позволю!

Леон не дал ей вырваться.

– Ева, уже поздно, – сурово сказал он девушке. – Андреа сама виновата, ее образ жизни привел к такому вот исходу. Мне жаль, но так бывает.

– И это говоришь мне ты? – Ева уставилась на него со злым удивлением. – Ты ангел, не забыл? Ты должен спасать, помогать, а сам собираешься стоять здесь, зная, что Андреа умрет этой ночью.

– Не всех и не всегда можно спасти. – Леон был удручен, его глаза даже в свете сверкающих огней вечеринки выглядели безжизненными. – Мне жаль, Ева.

Она сердито вырвала у него руку и с отчаянием посмотрела в сторону, куда только что удалилась ее беспутная соседка. Перед глазами вновь возникло нежное невинное личико маленькой Люси. Ребенок и так был заброшенным, а сегодня и вовсе лишится матери. Какая судьба ждет сироту в этом неуютном мире?

Ева стиснула зубы, потом резко вдохнула и рванула сквозь толпу. Сердце стучало где-то в горле, ладони вспотели. Она так боялась, что ее остановят, боялась, что не успеет. К ее удивлению, Андреа она догнала без труда. Та стояла у гардероба, ожидая, пока ее спутник принесет пальто.

– Андреа! – громко позвала Ева, и молодая женщина обернулась.

Несколько мгновений она непонимающе смотрела на девушку в красном платье, не узнавая ее, и пьяно заулыбалась, лишь когда Ева сдернула с лица черную полумаску.

– Ева! – воскликнула она. – И ты здесь! Рада видеть тебя. Крутое место, да? Я отлично повеселилась.

Ева подошла к ней вплотную, чтобы их не услышали чужие уши.

– Тебе надо уходить отсюда, – быстро проговорила она.

– А я и так ухожу, – продолжила, улыбаясь, Андреа и оглянулась через плечо. – Мы уходим. Решили продолжить вечер в другом месте.

Девица захихикала, наблюдая, как к ним приближается ее спутник с пальто в руках.

– Тебе угрожает опасность, – жарко зашептала Ева, – пожалуйста, пойдем со мной. Я отведу тебя домой, к Люси.

Женщина оттолкнула ее с возмущенным воплем.

– Ты что, – заорала она, – опять учить меня вздумала? Что тебе надо от меня? Отвали, слышишь? Тоже мне святоша. Сама-то что здесь делаешь, а?!

Вампир подошел к ним и смерил Еву недовольным взглядом.

– Она твоя родственница? – глубоким низким голосом спросил он.

– Нет, – Ева обреченно покачала головой.

– Тогда у тебя нет права...

Он не договорил, его глаза остановились на ком-то, кто стоял позади девушки.

– Моя подруга обозналась, – услышала Ева голос Киана. – Хорошего вам вечера, друзья.

Вампир сухо кивнул, подхватил под руку Андреа, и они вышли на улицу, запустив в вестибюль клубы холодного, переливающегося огнями воздуха.

– Ты что творишь? – спросил Киан строго, разворачивая Еву лицом к себе.

– Это Андреа, – тихо ответила она и шмыгнула носом.

– И что? – Киан пожал плечами. – Раз она здесь, значит, ей уже не поможешь. Ты же прекрасно знаешь правила.

– Я должна была попытаться.

– Это была жалкая попытка. – Голос демона стал холоднее. – Если вампир пожалуется, тебя накажут, а меня даже не будет рядом. Я уезжаю сегодня, подошел попрощаться.

Мысли о собственной участи пока не трогали Еву, она все еще думала, даже не о беспутной соседке, а о маленькой девочке со светлыми волосами.

– Уже знаешь, сколько тебя не будет?

Девушка попыталась справиться с эмоциями и принять тот факт, что некоторых необходимо предоставить их собственной судьбе.

– Недели три. – Киан хмурился, недовольно глядя на нее. – Постарайся не вляпаться в неприятности.

– Постараюсь.

Ева судорожно вздохнула, и Киан вдруг смягчился, притянул девушку к себе, прижимая ее и поглаживая по спине. Она чуть расслабилась, уткнувшись лбом в его плечо.

– Можно мне уже пойти домой? – спросила она тихо. – Я хочу увидеть Люси.

– Да, – кивнул Киан. – Я отвезу тебя.

– Какая милая сцена, – прозвучал насмешливый голос за спиной, и они обернулись.

Прислонившись к стене в паре метров от них, стоял Райн. Его лицо перекосило от гнева.

– Скажи, Киан, ты сделал это специально? Это из-за тебя меня высылают из города?

Ева непонимающе взглянула на непроницаемое лицо наставника, а Райн тем временем продолжил:

– Ты выдал меня архидемону, не так ли?

– Выдал? – равнодушно откликнулся Киан. – Говоришь так, словно тебя несправедливо обвинили в преступлении. Разве не ты спонсировал и поддерживал эти притоны на окраине? Развел там сатанинские секты пополам с борделями, заставляешь людей верить во всякую ересь, привлекаешь слишком много внимания, искажаешь истину, втягивая подростков, богатеешь с доверчивых безумцев, ничего не платя в казну.

– Вот именно это, я думаю, и возмутило Кендола, – ехидно произнес Райн. – Плевать он хотел на подростков, внимание и истину. Его бы все это устроило. Лишь бы договоров было достаточно. А вот отсутствие взносов возмутило.

Киан не стал спорить и кивнул.

– Скорее всего, – сказал он, – но об этом тебе лучше поговорить с ним самим. Продумаешь свою речь, находясь в другом месте, отдохнешь от суеты, наберешься сил.

Райн прищурился и перевел взгляд на застывшую в объятиях демона Еву.

– Я знаю, зачем ты сделал это, – с глумливой улыбкой произнес он. – Не захотел, чтобы твоя птичка оставалась в одном городе со мной, пока сам будешь в отъезде. Боишься, что она все-таки достанется мне.

– Она моя, – прорычал Киан, – ты чувствуешь мою печать.

Райн хохотнул.

– Да уж, чувствую, ты тогда поторопился трахнуть ее, чтобы она не стала моей. А ведь терпел столько лет. А тут пришлось заглушить голос совести, да? Хотя какая у демонов совесть? Ты у нас уникум, удивляешь всех своей принципиальностью. Ну а я считаю это несусветной тупостью. Подстроить договор, заполучить девчонку и держаться от нее на расстоянии. Да ты просто идиот.

Киан стремительно метнулся к нему, схватил Райна за шею и с силой впечатал его в стену. Зазвенели подвески на хрустальных светильниках, свет замигал.

Ева недоуменно смотрела на них. Она не поняла, о чем шла речь, и сейчас со страхом наблюдала за разгоравшимся конфликтом. Дверь в танцевальный зал приоткрылась, и девушка заметила скользнувшего в вестибюль Леона. Ангел окинул всех троих подозрительным взглядом и подошел к Еве.

Райн захрипел в хватке соперника, но ему удалось скинуть его руку со своей шеи и вывернуться.

– Что? – немного сипло прокричал он. – Ты так и не сказал ей? Твоя птичка не знает, кому обязана своим бессмертием и вечной молодостью?

Райн захохотал, уворачиваясь от броска Киана.

– Брось, друг, к чему скрывать? Она ведь должна быть благодарна тебе, не так ли?

– О чем он? – Ева ощутила неприятное чувство в животе, словно она отравилась несвежей едой. Ее вдруг замутило. – Киан! О чем он говорит?

А Киан вдруг перестал пытаться убить Райна. Он остался стоять у стены, понимая, что уже не в силах предотвратить то, что тот собирался сделать. Рассказать правду. Киан застыл, словно превратился в одну из статуй, что украшали вестибюль загородного клуба. Ева с ужасом увидела, как его темные глаза заполняет непроглядная тьма.

– О чем я говорю, милочка? – Райн понял, что Киан больше не мешает ему, и развернулся лицом к девушке. – Да всего лишь вспоминаю давнюю историю, в результате которой ты продала свою бессмертную душу. Знаешь, мы, демоны, любим иногда под бокал вина обмениваться историями о своих победах.

– Райн, – подал голос Леон, стоявший позади Евы, – не надо.

– Заткнись, ангел! – рявкнул демон и вновь обратил свой взгляд на обескураженную девушку. – Ты помнишь, как заключила договор, птичка? – приторно-ласковым тоном спросил он ее.

– Помню, – выдохнула она и вновь посмотрела на Киана. – Я была в тюремной больнице и готовилась совершить самоубийство.

– Угу, – с понимающим видом кивнул ей Райн, – а наш герой Киан, можно сказать, спас тебя, предложил вечную жизнь и наказание для твоего дружка в награду. Потом ты, конечно, много раз пожалела, что согласилась, но тут вопрос уже больше философский, что лучше: твоя никчемная жизнь или вечность в служении Аду.

– Что тебе надо? – в сердцах воскликнула Ева. Она по-прежнему не понимала, к чему Райн затеял этот разговор, почему Киан позволяет ему это.

– Ничего, – пожал плечами демон. – Просто ты, наверное, не знаешь, что все это подстроил твой любимый Киан. И проигрыш твоего дружка-шулера, и посетившая его удачная мысль поставить на кон тебя в надежде отыграться. Надо ли говорить, что отыграться он не смог бы, даже будучи гением в покере. Ну а дальше все пошло как по маслу, и в итоге договор на твою душу оказался у Киана в кармане.

Райн наконец замолчал, окидывая Еву взглядом победителя. А она почувствовала, как пол уходит у нее из-под ног. Она смотрела только на Киана, силясь найти в его черных глазах хоть что-нибудь, что сказало бы ей, что все это неправда. Но взгляд демона по-прежнему был непроницаемым, а лицо походило на маску. Почему он молчит? Почему не закроет этому Райну рот, не скажет, что он лжет? Может, потому что это правда до самого последнего слова?

Ева на миг перевела взгляд на Райна и не увидела, как Киан чуть заметно кивнул Леону, а тот ответил ему таким же кивком.

– Это правда? – Ева шагнула к наставнику. Ее голос дрогнул, а дыхание прервалось. – Скажи мне... – Она глубоко вздохнула, собираясь закричать, лишь бы вывести его из этого состояния неподвижности и получить свои ответы, но он внезапно открыл рот и твердо, громко произнес:

– Да, это правда. Я подстроил проигрыш и внушил Бруку мысль играть на тебя. Проиграл он тоже из-за меня.

Ева отшатнулась. Она бы упала, если бы сзади вновь не очутился Леон. Он мягко обнял ее, и вовремя: Ева теряла связь с реальностью. Она умирала сейчас. Умирала именно теперь, а не тогда, на крыше, двести лет назад. Тогда все происходящее ей казалось спасением. Ее жизнь бесповоротно изменилась, но это все-таки была жизнь. В ней тоже было место радостям, надеждам, удовольствиям и привязанностям. А вот сегодня все это закончилось.

Ева, покачиваясь, развернулась в руках Леона.

– Пожалуйста, – тихо попросила она, – забери меня отсюда.

– Хорошо, – тихо ответил он, – закрой глаза.

Ева зажмурилась и тут же ощутила противную невесомость, так бывает в лифте, когда тот начинает двигаться. Все продлилось всего несколько секунд. Открыла глаза она уже в своей спальне. Леон аккуратно посадил ее на кровать и остался рядом. Девушка оперлась руками о постель и стала чуть покачиваться взад и вперед.

– Знаешь, – произнесла она спустя некоторое время, – а я ведь даже подумала, что люблю его.

– Ты же не поверишь, если я скажу, что он тоже тебя любит? – Леон смотрел на девушку с сочувствием.

Она зло рассмеялась в ответ.

– Разве демоны умеют любить? – спросила она, поднимая на него глаза. – Я бы никогда не стала ожидать от него этого. Разве, отказавшись от Бога, восстав против него, служа Аду, демоны не потеряли право на любовь?

– У них никто ничего не отбирал, – глухо произнес ангел. – Мы все созданы единым отцом, и каждый имеет право и на любовь, и на прощение.

– Прощение... – повторила за ним Ева, а затем спросила: – Считаешь, я должна его простить? Не думаю, что ему это вообще надо. Он и не заметит ничего. Я для него игрушка, одна из его подопечных, которую он использует для своих целей: охота, задания, а вот с недавнего времени – и постель.

Ангел медленно опустился на колени перед девушкой и взял в свои ладони ее ледяные руки.

– Ева, Киан совершил ошибку, и он сам осознал это.

– Он лишь поступил согласно своей сути, – Ева упрямо мотнула головой. – На самом деле мне не за что его винить. Это я жила иллюзиями, вообразила то, чего нет, решила, что он может что-то чувствовать, что дорога ему.

– Ты дорога ему. Вспомни, он сам себя наказал, запретив себе касаться тебя.

– Ай, прекрати! – Ева скривилась. – Я просто была ему не нужна, пока Райн не заявил права на его собственность.

Она всхлипнула и опустила голову.

– Все в порядке, – дрожащим голосом сказала она, – говорю же, это я виновата. Он демон, это я позволила себе забыть об этом. Просто я теперь... я теперь не знаю, как мне жить дальше. – Слезы полились из ее глаз, а горло перехватило судорогой. – Я позволила себе думать, что у меня что-то есть. А теперь ничего не осталось, и я не знаю, не знаю, как вынести все это.

Ева зарыдала, закрыв лицо ладонями и сотрясаясь всем телом. Ангел подался вперед и обнял ее. Девушка плакала долго, и Леон позволил ей излить свое горе, а потом тихо зашептал какие-то слова нараспев, и Ева сквозь изнеможение поняла, что он молится. Молится о ней, о павшей, грешнице, служащей преисподней, той, чья душа уже принадлежала Аду. Внезапно ее окружил покой, Ева словно провалилась в мягкое пушистое облако, теплое, нежное. Девушка погрузилась в негу, все сильные эмоции утихли, она покачивалась на волнах состояния, похожего на сон. Ее пальцы тонули в чем-то необыкновенно приятном. Приоткрыв глаза, Ева увидела белые перья и тихо ахнула.

– Не смотри на меня, милая, – ласково напомнил Леон, – твоим глазам будет больно.

Конечно же, Ева знала, что нельзя смотреть на ангелов в их истинном обличье. Их свет слишком ярок для созданий тьмы. И она знала, что у ангелов есть крылья, но ей никогда не доводилось видеть или трогать их. То, что Леон позволил ей прикоснуться к ним, дорогого стоило. Девушка вновь прикрыла веки и прильнула к белоснежным перьям.

– Спасибо, – прошептала она, – я рада, что не все на свете теряет смысл. Кое-что остается. Ангелы, к примеру, спасают.

– Ангелы тоже бывают разные, – с тихой грустью произнес Леон. – Некоторые умеют лишь карать, другие только указывают путь или передают послания.

– Тогда я рада, что мне попался именно ты. – Ева блаженно вздохнула.

Девушка погружалась в сон, который должен был подарить успокоение ее душе. Она у нее все же была, хоть и давно принадлежала другому. Демону, что заполучил ее обманом и исчерпал до дна, оставив от бессмертного сокровища лишь тусклую оболочку.

Глава 12

Когда Ева открыла глаза, в спальне было еще темно. Зимнее утро не торопилось прогонять ночь. В первые минуты ей было так спокойно и хорошо, что девушка с наслаждением потянулась в постели. Потребовалось некоторое время, чтобы она вспомнила о том, что произошло накануне. Ангельская анестезия закончилась, и Ева со стоном села на кровати. Она с удивлением заметила, что одета в розовую пижаму с рисунком из белых медвежат. Она точно знала, что у нее таких вещей нет. И где Леон только ее откопал? Детская пижама тут же направила поток мыслей в новом направлении. Ева вскочила, путаясь в одеяле, и рванула к двери. Собственные проблемы отступили перед одной большой трагедией маленькой девочки со светлыми волосами.

Ева подбежала к дверям соседки и прислушалась. Было еще очень рано, возможно, девочка еще спала, а может быть, Андреа попросила кого-то присмотреть за дочкой, хотя это было и не в ее правилах. Ева осторожно толкнула дверь – та оказалась незапертой и приоткрылась в темную прихожую. В квартире было тихо, но в глубине дальней комнаты горел приглушенный свет, и Ева направилась туда. Она не ошиблась: свет горел в спальне. На широкой кровати, свернувшись под одеялом, спала маленькая девочка. Ее личико было безмятежным и расслабленным, но Ева заметила следы высохших слез на щеках.

Мысленно она отругала себя: вчера ей следовало сразу прийти к Люси, но она слишком была поглощена собственными переживаниями и забыла о ребенке.

Ева осторожно присела на край кровати. Будить Люси не хотелось, лучше было бы подождать, пока она проснется сама. К тому же Ева все еще не придумала, что скажет девочке. Было очевидно, что ее мать уже не вернется. Скорее всего, она уже мертва.

– Что же мне с тобой делать? – прошептала Ева.

Веки девочки дрогнули, она сморщила маленький носик и открыла глаза.

– Привет, – несколько растерянно произнесла Ева. – Как спалось, милая?

Девочка села и сонно заморгала.

– Я ждала маму, – сказала она и зевнула, – но уснула в ее кровати. Она еще не пришла? А то мама ругается, если я сплю здесь.

У Евы защемило сердце, ей пришлось закусить губу, чтобы не заплакать.

– Нет, Люси, – произнесла она, справившись с собой, – мамы нет. Ей пришлось срочно уехать по делам, и она попросила меня присмотреть за тобой.

Девочка, казалось, восприняла новость спокойно. Она привыкла оставаться одна и привыкла, что Ева часто брала ее к себе.

– Ее долго не будет? – спросила Люси, выбираясь из кровати.

– Наверное, долго, – неуверенно отозвалась Ева и тут же улыбнулась, чтобы не расстраивать ребенка. – Давай соберем твои вещи, игрушки и пойдем ко мне.

Сборы не заняли много времени, и скоро они уже сидели на кухне в квартире Евы, и она готовила малышке завтрак.

– Послушай, Люси, – спросила Ева, старательно взбивая венчиком яйца для омлета, – твоя мама очень спешила и не успела мне сказать, есть ли у вас родственники?

– Родственники? – морща лобик, переспросила Люси.

– Да, может быть, твой папа?

Девочка фыркнула с презрением и, старательно копируя тон Андреа, сказала:

– Мой папа урод и мерзавец, он свалил от мамы, как только узнал, что она беременна.

– Понятно, – протянула Ева, глядя на девочку с сочувствием. Грубые слова в устах ребенка прозвучали особенно вызывающе. – А бабушка или тетя, возможно, дядя, дедушка?

– Да, у меня есть бабушка. – Люси принялась складывать из лежащей на столе салфетки розочку.

– Правда? – Ева почувствовала надежду, но следующие слова девочки тут же ее разрушили.

– Ага, она в прошлом году прислала мне открытку на Рождество, и мама сказала, что удивительно, что она еще, оказывается, жива.

– Она что, очень старая?

– Нет, – сказала Люси, пожав плечами, – просто мама говорит, что она наркоманка и давно уже должна была сдохнуть.

– Боже, – прошептала Ева, в отчаянии возводя глаза к потолку.

Она вернулась к готовке, прекратив на время расспросы, но не переставая думать о том, что же ей теперь делать.

Было очевидно, что как только станет известно о смерти Андреа, служба опеки заберет Люси в детский дом. Еве бы очень этого не хотелось, но и рядом с ней ребенку не место. Ее образ жизни, окружение, все, чем она занимается, – это не то, что нужно маленькой девочке. Она не должна касаться этой грязи, этой тьмы. Из всех ее знакомых один только Леон мог сойти за хорошую компанию, да и то ангела иногда заносило. Очевидно, девочке надо было найти достойную приемную семью, что вырастила бы ее в настоящей любви и заботе. Возможно даже, Люси со временем и вовсе забудет все плохое, что уже было в ее недолгой жизни, а образ родной матери превратится лишь в смутное воспоминание.

Ева вздохнула. Дни предстоят нелегкие, а решения придется принимать не те, о которых просит сердце. Так легко было представить эту милую девчушку своей дочерью, кормить ее завтраками, водить в школу, наряжать, покупать игрушки, любить и заботиться. Но Ева не могла себе этого позволить. У нее никогда не будет детей, она никогда не сможет стать матерью. Бессмертная скрипнула зубами – внезапно к боли примешалась изрядная доля ярости. Чертов Киан! Это он во всем виноват! Он отобрал у нее ее жизнь, превратил ее в существо, подобное себе, темное, жестокое, недостойное обычных человеческих радостей. Киан обрек ее на существование, которое гораздо хуже смерти, лишил ее души и надежды на спасение. Она проклята и останется такой на веки вечные.

Запах начинающего подгорать омлета заставил Еву вынырнуть из своих мыслей и вернуться к новым заботам. О Киане пока лучше даже не думать, сначала надо помочь Люси.

До самого вечера Ева ожидала, что вот-вот в дверь постучат и полиция сообщит, что найдено тело Андреа. Она так и не придумала, что делать с Люси. Девочку наверняка не оставят с посторонней ей соседкой. Однако тревожное ожидание не оправдалось. День прошел, а полиция так и не явилась.

Ева устроила Люси на диване в гостиной в окружении любимых игрушек. Она весь день пыталась развлечь малышку, готовила ей, читала. На следующий день известий об Андреа снова не было. Ева подумала, что, скорее всего, вампир очень хорошо прибрал за собой, и тело несчастной женщины могут обнаружить только через несколько месяцев в каком-нибудь колодце или в лесу, а могут и вовсе не найти никогда. Ева терзалась сомнениями: следовало ли ей заявить в полицию о пропаже человека или все же сначала попробовать решить судьбу Люси?

Вечером ей пришлось почувствовать себя на месте беспутной Андреа: Еве нужно было уйти на работу, где она выступала на новогодней вечеринке, а Люси оставить было совершенно не с кем. Скрепя сердце она решила взять девочку с собой. Народу в казино нынче будет много, вечеринка не выйдет за пределы обычного предновогоднего праздника, так что ребенок будет там в безопасности. Ева попросит кого-нибудь из сотрудников приглядеть за Люси, пока она выступает.

Любопытные детские глаза наблюдали, как Ева собирается на работу.

– Какое красивое у тебя платье! – восхищенно ахнула Люси, увидев девушку в ярко-синем наряде с тесным обтягивающим лифом и расшитой бисером и стеклярусом юбке. – Ты похожа на птичку, что нарисована в моей книжке. У нее синее перышки, и она живет в жарких лесах. Мне про нее читала мама.

Девочка вздохнула и поджала губки: кажется, она уже начала скучать по матери.

– Хочешь, я дам тебе поносить свои украшения и ты тоже будешь очень нарядной сегодня?

Ева склонилась над ребенком и погладила ее по светлым волосам. Глаза Люси тут же вспыхнули.

– Да, хочу! – захлопала она в ладоши. – Я тоже поиграю, будто я птичка.

В шкафу Люси нашлось нарядное белое платье с пышной юбочкой и рукавами-фонариками. Ева надела ей на шейку блестящие бусы из прозрачного, сверкающего радугой стекла, и они обе, весьма довольные своим внешним видом, отправились на праздник.

Публика в казино этим вечером собралась весьма разношерстная, но почти все гости были обычными смертными – бессмертные уже отгуляли свою Дикую вечеринку и присмирели на время. Ева заметила в зале лишь пару мелких бесов, что пришли поиграть в азартные игры – больше для удовольствия, чем для реального дела, – а еще у стойки бара лениво потягивала коктейль рыжая Стефани.

– Приве-е-ет, – протянула она с пьяной улыбкой, увидев несколько оробевшую от шума и блеска огней Люси. – Какое прелестное создание!

Стефани перевела взгляд на Еву и, усмехнувшись, спросила:

– Завела себе питомицу? Она милая.

– Замолчи, – поморщилась девушка. – Это же ребенок!

– Ах, детки! – Стефани закатила глаза. – Меня на них никогда не тянуло, предпочитаю смотреть на этих существ со стороны.

Ева уже хотела отойти от пьяной шулерши, но та вдруг схватила ее за руку влажными пальцами.

– У моего Мейсона был сынок, – доверительно сообщила она девушке, – но я не успела с ним познакомиться.

– Мейсон – это...

– Да, мой дружок, к которому я сбежала. Знаешь, он был таким настоящим. Это меня и подкупило. Надоели все эти бездушные лица, захотелось вспомнить, что это значит – быть человеком.

– Мне жаль, – с искренним сочувствием произнесла Ева, но снова дернулась, чтобы уйти: разговор ей не нравился.

– Да. – Стефани задумчиво покрутила в руках бокал. – Но я сама виновата, доверилась этой старой ведьме. Хотя она меня тоже предупреждала, без истинного имени тут ничего толкового не сотворишь, так, легкий морок на пару дней, но я решила, что успею спрятаться как следует.

– О каком имени ты говоришь? – Ева ощутила пробежавшую по позвоночнику ледяную волну.

Стефани взглянула на нее недоуменно.

– Об имени демона, с которым у тебя договор. – Она фыркнула и шумно отпила из полупустого бокала. – Договор подписан истинным именем, он и скрепляет его. Вот если знаешь его... – Стефани не договорила, она повернулась к бармену и подала ему знак снова налить ей шампанского.

Еве продолжение и не требовалось. Она осознавала силу истинного имени. Их никто не знал. Для общения с людьми и демоны, и ангелы выбирали обычные человеческие имена. Бессмертные чаще всего тоже не знали, как кого зовут на самом деле. Имя давало власть, могло использоваться в ритуалах, поэтому хранилось в строжайшей тайне. Демоны пользовались им при подписании договоров со смертными. Сами договоры тут же исчезали и хранились где-то на просторах вселенной. Добыть их или прочитать было совершенно невозможно.

Та к получилось, что Еве довелось узнать одну-единственную букву истинного имени Киана. Что-то толкнуло его на то, чтобы помочь Еве, защитить ее от гнева Райна. Тогда девушка думала, что это была привязанность Киана к ней, теперь же она считала, что он просто защищал свою собственность.

Одна-единственная буква! Сколько их всего в именах этих исчадий ада? Может, всего две-три, а может быть, десятки или даже сотни. И все же...

– А эта ведьма, – небрежным тоном спросила Ева Стефани, – она по-прежнему живет там, на северной окраине города?

Шулерша перевела на девушку осоловевший от выпивки взгляд.

– На каком севере? – переспросила она и глупо захихикала: – Там, где белые медведи и эти, как их, пингвины?

– Пингвины в Антарктиде, – поправила ее Ева, стараясь не выдать своего интереса.

Стефани в ответ махнула рукой.

– Да все равно, – сказала она и икнула. – Нет, она живет у заправки на выезде из города, там еще лес начинается.

Рыжая замолчала, ее пошатывало. Ева подумала, что та уже и забыла, о чем только что говорила, но Стефани вдруг подняла на нее глаза, и они были неожиданно трезвыми.

– А ты, что же, знаешь его? – спросила она, подаваясь вперед.

– Что знаю?

– Истинное имя нашего Киана. – Стефани усмехнулась. – Ты же спишь с ним, все говорят. Может, он шепнул его тебе как-нибудь ночью? Как ты его называешь в постели, а?

– Не говори глупостей. – Ева отпрянула от нее. – Думаешь, он говорит свое имя всем, с кем спит? Он же не идиот.

– Попробовать все же стоило. – Стефани разочарованно вздохнула, а потом отвернулась и буквально упала на барный стул, тяжело опираясь на стойку.

Ева поспешила отойти от нее. Люси ловила снежинки искусственного снега, что порхали возле елки в центре зала, и при взгляде на девочку у нее сжалось сердце. Она не властна ни над своей судьбой, ни над чьей-либо еще. Чертово бессмертие! Она потеряла все в обмен на сомнительную радость вечной молодости. Снова накатила ярость. Киан отнял у нее все. Он не спас ее от смерти или тюрьмы, как она когда-то думала. Демон обрек ее на договор, подстроив трагические события, которых не должно было случиться без его вмешательства.

– Ненавижу! – прошептала девушка, невольно стискивая кулаки. – Никогда не прощу тебя, гнусное ты исчадье!

Она заставила себя успокоиться: ей предстояло выступить на сцене – не время раскисать. К тому же Люси пока еще с ней, и она должна позаботиться об этом маленьком невинном создании. Расправив плечи и изобразив на ярко накрашенных губах ослепительную улыбку, Ева шагнула к сцене.

Была уже глубокая ночь, когда праздник закончился и усталые гости стали разъезжаться по домам. Ева выступила блестяще, но сама она вряд ли осознавала это, слишком много мыслей роилось в голове, грустных мыслей. Если бы не Люси, девушка наверняка бы соскользнула в свойственную ей временами меланхолию. Теперь для этого были все основания, но маленькая девочка, уснувшая среди суеты и шума на боковом диванчике, не давала ей думать только о себе и своих потерях.

Ева только наклонилась, чтобы взять ребенка на руки, как кто-то мягко тронул ее за плечо. Девушка выпрямилась и увидела стоящего за ее спиной Эвана. Как всегда строгий и высокомерный, ангел смотрел на нее без улыбки на благородном лице.

– Тебе письмо, – произнес он вместо приветствия и протянул простой белый конверт.

Ева взяла его с некоторой опаской, догадываясь, от кого может быть это послание.

– Ад нанял тебя почтальоном? – не удержалась она, чтобы не поддеть вредного ангела.

Он поджал губы, но ничего не ответил. Ева обреченно вздохнула и распечатала конверт. Несколько строчек, написанных размашистым четким почерком, заставили ее сердце учащенно забиться.

«Пока меня не будет, помоги Эвану. Ему нужна помощница на охоте. Я вернусь, и мы поговорим.

P.S. Я подумал, если ты в мое отсутствие убьешь парочку монстров, то будешь меньше злиться».

Меньше злиться? Ева скрипнула зубами. Так Киан считает, что она просто злится, и поэтому ей лучше выпустить пар? Злится! Не находится в отчаянии, не погружена в пучину беспросветной депрессии, не балансирует на грани помешательства от осознания того, кто и почему лишил ее нормальной жизни, а просто злится. Бесчувственная скотина! Ева даже зарычала и задышала часто, представляя, что бы ей хотелось сделать сейчас с чертовым демоном. Эван смотрел на нее, чуть склонив голову набок и с интересом наблюдая за эмоциями на ее лице.

– Что! – рявкнула девушка, заметив его взгляд.

– На охоту идем завтра, после заката.

– Но завтра тридцать первое декабря! – Ева на миг растерялась.

Ангел приподнял безупречную бровь, глядя на девушку с холодной иронией.

– Будешь наряжать елку? – спросил он ее. – Или даешь благотворительный концерт в сиротском приюте?

Еве захотелось его пнуть. Тем более что он был почти прав. Да, она собиралась наряжать елку и устроить маленький праздник для Люси. А теперь эти планы оказались под угрозой срыва.

– Нет, – прошипела она в ответ, глядя в честное и благородное лицо представителя света, – хотела подцепить какого-нибудь инкуба и завалиться с ним в постель.

Лицо Эвана вытянулось.

– А ты?.. – неуверенно начал он. – А вы с Кианом?..

– Что мы с Кианом?

– Разве вы не вместе? – Ангел окончательно стушевался и опустил взгляд. – Просто все говорят.

Ева мысленно закатила глаза. Оказывается, неспособность воспринимать иронию – это общая черта всех ангелов.

– Конечно, – мстительно улыбнулась она, глядя на его обескураженное лицо. – Но это не мешает нам развлекаться так, как мы привыкли. Видишь ли, я не могу так долго сдерживаться. Понимаешь, мне хочется ощутить, как горячие губы касаются моей голой груди...

– Все! – прервал ее Эван, и на его лице отразилось отвращение. – Хватит! Мне не нужны подробности твоей грязной жизни. Будь добра отложить свидание. Встречаемся завтра в шесть у старой крепости.

Ангел буквально отпрыгнул от девушки, отвернулся и стремительно покинул зал.

– Кто такой инкуб?

Детский голосок за спиной заставил злую улыбку на губах Евы погаснуть. Она испуганно схватилась за сердце и обернулась, гадая, что из ее речи ребенок запомнил и понял.

Люси сидела на диванчике, сонно моргая.

– Я просто шутила, детка, – поторопилась с ответом Ева. – Не слушай взрослые разговоры.

Девочка согласно кивнула и зевнула.

– Поедем домой, Люси, – сказала Ева, протягивая ей руки, – а завтра подумаем о том, как встретить Новый год.

– И этот инкуб тоже придет? – устраивая голову на плече девушки, вновь спросила малышка, и Ева мысленно выругалась. Вот же черт! Вот какая из нее опекунша? Она поспешила унести девочку из зала, надеясь, что сон сотрет из памяти ненужные ребенку воспоминания.

Глава 13

В канун нового года город накрыло пушистым снегом. Он начал падать с полудня, кружился большими хлопьями, мягко ложился на сразу притихший мегаполис. После обеда коммунальные службы расчистили дороги и посыпали их реагентами, превратив снег в грязь, но на газонах, домах и деревьях он остался лежать шапками, радуя глаз.

Ева вышла из дома, крутя на пальце ключи от машины. Нажала кнопку, и большой джип Киана приветливо отозвался, как послушный пес, и моргнул фарами. Ключи от внедорожника еще утром передал ей консьерж. Ева усмехнулась: наставник позаботился о своей ученице. Добраться до места охоты на своей маленькой машинке девушке было бы проблематично. Она решила не спорить, хотя в первый момент хотелось выкинуть эти ключи в сугроб. Практичность и здравый смысл возобладали.

Люси Ева оставила с Леоном. Она прочитала им кучу наставлений и дала указания, стараясь предугадать все возможные ситуации.

– Не есть сладкое, пока я не вернусь, не зажигать фейерверки, – перечисляла Ева, загибая пальцы, – не лепить снеговиков в комнате, не ходить по карнизу.

Люси и Леон сидели рядышком на диване и смотрели на нее, как глядят дети на учительницу, которая доносит до них очередные азбучные истины – давно понятные, надоевшие и нудные. Они временами переглядывались, но молчали, давая Еве выговориться, понимая, что без этого она их в покое не оставит.

– Леон! – Палец ткнулся ангелу в грудь. – Мое желание на сегодня, чтобы ты не исполнял никаких желаний Люси. Ты понял? Играйте, читайте, смотрите мультики, в холодильнике есть полезная еда. Я вернусь быстро.

Губы парня чуть дрогнули в улыбке, но он постарался оставаться серьезным.

– Я понял, Ева, – ответил он. – Ты желаешь, чтобы твоя квартира осталась невредимой, а девочка провела самый скучный новогодний вечер в ее жизни.

– Ничего. – Ева согласно закивала. – У нас еще будет время повеселиться, но все начнется только после моего возвращения.

Наконец она накинула на себя короткий пуховик, натянула черную шапочку, спрятав под нее волосы, взяла перчатки и вышла из дома.

Старая крепость, возле которой у нее была назначена встреча с Эваном, находилась сразу за городом. Руины зам ка, кажется, какого-то религиозного ордена, выглядели непривычно нарядно, укрытые снегом. Обычно сюда водили экскурсии, но не зимой. За развалинами находилась небольшая деревня фермеров. Сейчас дома светились уютными огнями, издалека слышалась приглушенная музыка, люди готовились встретить Новый год.

Ева остановилась на краю дороги. Дальше, у самой крепости, она не была расчищена – кругом простирались бескрайние снежные поля. Наступивший вечер был светел от снега и луны. Дверь машины захлопнулась с глухим звуком. Ева раздраженно повела плечами, чуть вздрогнув после тепла машины, и огляделась.

– Гд е этот святоша? – вполголоса произнесла девушка.

– Я здесь, – раздался позади нее голос ангела.

Ева невольно признала, что выглядел он весьма эпично и впечатляюще. В черных джинсах и куртке, опоясанный ремнями, на которых висели ножны со священными клинками, светлые волосы чуть раздувал ветер, взгляд синих глаз был ясен и тверд.

– «Марвел» не с тебя капитана Америку рисовал? – Ева окинула его преувеличенно восхищенным взглядом.

Эван недоуменно посмотрел на нее.

– Забудь! – махнула ему девушка. – Так, где твое чудовище? Надеюсь, оно одно, нет времени долго возиться.

– Чудовище одно, – подтвердил ангел, – с твоей помощью мы справимся быстро.

– Чего оно боится? – спросила Ева, деловито проверяя свой арсенал: огненную плеть, пистолет с серебряными пулями, несколько гранат со святой водой, нож с заговоренной сталью.

– Тебе оружие не понадобится, – заявил Эван, наблюдая за ее подготовкой.

– Это как? – Девушка застыла на месте. – Как же мы его уничтожим? Ты прочитаешь ему одну из своих нудных проповедей и он умрет от угрызений совести?

Мужчина не прореагировал на шутку, он серьезно взглянул на девушку и сказал:

– Будем ловить его на живца, заманим в ловушку, и я уничтожу его ангельским светом. Все просто.

– Все просто, – согласно кивнула Ева, и вдруг ее накрыло осознание. – Погоди, ты хочешь сказать, что приманкой буду я?

– Именно, – подтвердил ангел, – уверен, монстр клюнет на твой запах, тем более что я намажу тебя кровью. Вчера он сожрал деревенскую корову, поэтому мясо точно любит.

– А что за монстр? – севшим от потрясения голосом поинтересовалась Ева, внутри все сжалось от страха.

– Огромный червь, – охотно разъяснил Эван. – Он жил в земле под замком уже много веков. Рыцари ордена святой Розы пленили его и связали заклинаниями, но недавно сатанисты Райана проводили здесь обряд и случайно освободили монстра. Червь голоден, пока он еще не набрался сил, но если съест еще кого-нибудь, то станет очень опасен.

– И ты хочешь предложить ему на ужин меня? – Ева округлила глаза от шока. – Ангел, ты сдурел? Я не хочу!

– Не бойся, – отмахнулся Эван. – Поверь, тебе ничего не грозит. Как только он появится на поверхности, я ослеплю его светом и уничтожу. Потом можешь отправляться к твоему инкубу.

– К черту инкуба! – заорала Ева. – И тебя к черту! Я не собираюсь выступать куском мяса в твоих экспериментах.

– Ты не веришь мне? – удивленно и даже несколько обиженно спросил Эван.

– Ты не Господь Бог, чтоб я в тебя верила. – Ева развернулась и шагнула к машине. – Я ухожу! Найди себе другую дуру.

– Мне уже поздно искать другую дуру, – в голосе ангела прозвучало беспокойство. Кажется, он осознал, что его охота вот-вот сорвется.

Эван схватил Еву за руку.

– Тебе ничего не грозит. Ты просто постоишь посреди поля, я буду рядом. Подумай, сколько жизней ты спасешь. Если этот червь наберется сил, он начнет жрать все живое вокруг.

– Ты уже делал это раньше? – Ева, прищурившись, смотрела на ангела. Она все еще сомневалась, но чувствовала, как в ней нарастает некое смирение. Или это называется обреченностью? Наверняка святоша использовал на ней ментальные ангельские штучки, чтобы убедить участвовать в своей авантюре.

– Конечно, делал. Ничего сложного. Эта тварь тупа, ею движут лишь инстинкты.

О том, что она сама тоже не отличается интеллектом, Ева подумала почти сразу после того, как оказалась в одиночестве посреди заснеженного поля. Иначе как она могла все же согласиться на такое?

– Так вот как Киан представлял развлечение для меня, – бурчала девушка вполголоса, переступая с ноги на ногу в глубоком сугробе. – Убьешь парочку монстров! – передразнила она демона. – Будешь меньше на меня злиться!

Ева осторожно втянула холодный воздух ноздрями. Пахло кровью. Эван щедро полил ею девушку, испортив куртку. Он перенес свою приманку в центр поля, а сам отошел, скрыв свою ауру, чтобы чудовище не почуяло присутствия ангела.

Ева чуть дрожала. От холода, что стал пробираться под одежду, и от страха. Она чувствовала себя совершенно беззащитной. Привычное оружие здесь не сработает. Вся надежда была лишь на ангела и его свет. Долгое время ничего не происходило, Ева чувствовала, что начинает замерзать. Она уже хотела позвать Эвана, как вдруг ощутила, что земля под ее ногами начинает дрожать. Сначала это была мягкая, почти незаметная вибрация, но она нарастала с каждой минутой, и вот уже земля под снегом гудела. Ощущение было такое, словно очень близко к поверхности проходило метро. Постепенно дрожь будто бы приобрела очертание. Что-то большое двигалось вокруг девушки, и эти круги все сжимались.

Ева закричала, когда поняла, что примятый снег под ее ногами начинает проседать. Она будто тонула в болоте. Осознание этого и заставило девушку заорать.

– Эван! – раздался ее вопль. – Эта тварь не собирается показываться на поверхности! Она тянет меня к себе!

Ангел выдернул ее из снега в последний момент, через секунду земля провалилась, и что-то в глубине громко чавкнуло. Эван поставил ее в новом месте и снова исчез. У Евы кружилась голова, к тому же она принялась вертеться во все стороны, ожидая, с какой теперь стороны появится монстр. Но червь опять не появился. Вновь снег под ногами стал вязким, а потом провалился. Ева упала на колени на следующем участке поля, куда ее снова перенес ангел. Все повторилось в очередной раз.

– Он не собирается на поверхность! – прокричала девушка, когда в очередной раз приземлилась в сугроб.

– Да, – раздался над ее ухом голос Эвана. – Пожалуй, так не получится. Придется попробовать по-другому.

– Как? – спросила Ева, страшась услышать ответ.

Через пару минут девушка висела в нескольких метрах над землей, привязанная к ветке высокого дерева. Оно росло у заснеженной дороги через поле и было сейчас единственной возвышенностью среди зимней пустыни.

– Мы заставим его показаться над землей, – голос ангела оставался хладнокровным. – Как только высунет голову, я его уничтожу.

– А если не появится? – Еве хотелось заскулить от страха.

– Вряд ли червь захочет сожрать тебя вместе с деревом.

Ангел засмеялся. Эта охота доставляла ему явное удовольствие.

Веревка крепко обвивала талию девушки, она висела в воздухе и чувствовала себя наживкой рыбака. Теперь-то она знает, что ощущают бедные червячки на крючке.

Сейчас Ева не слышала гула земли, но она видела, как взрываются сугробы, когда нечто огромное стало вспахивать их, нарезая круги все ближе к привязанной жертве. Вот уже сугроб под деревом взорвался фонтаном снежных брызг.

– Господи, помоги! – орала Ева, дергаясь на веревке. – Мамочка!

Оттого, что она так отчаянно вертелась, центр тяжести сместился, и внезапно девушка повисла вниз головой.

– А-а-а! – Ее вопль, скорее всего, был слышен даже в городе, далекие огни которого яркими вспышками промелькнули у Евы перед глазами.

Земля разверзлась, и оттуда показалась черная гладкая голова гигантского червя. У него не было глаз или щупалец, но когда он раскрыл свою пасть, то буквально выплюнул в свою жертву поток зеленой слизи, что мгновенно покрыла Еву с головы до ног. Она уже не кричала, оцепенев, но инстинкт заставил ее закрыть лицо и голову руками. Это уберегло ее от яркой вспышки света, волна от которой прокатилась по полю и погасла где-то у крепости.

– Все! – сквозь сумасшедший оглушающий стук сердца услышала девушка радостный голос Эвана. – Я же говорил, ничего сложного.

– Чтоб ты сдох в страшных муках, – с трудом прохрипела еле живая Ева.

Она сидела под деревом и вяло пыталась хоть как-то стереть с себя вонючую зеленую слизь. Устав бороться, она бросила эту затею и оперлась спиной о ствол дерева, прикрыв глаза.

– Спасибо за помощь. – Ангел проигнорировал ее проклятие и в кои-то веки не стал читать нотации. – Ты очень храбрая.

Девушка фыркнула, сил на сарказм не осталось.

– Как твое имя?

Вопрос ангела заставил ее распахнуть глаза. Это святое отродье что, до сих пор не удосужилось запомнить, как ее зовут? Она для него просто ничтожество?

Ева уже открыла рот, прилив адреналина от накатившего гнева придал ей сил для того, что высказать ангелу все, что она о нем думает. Эван остановил ее, предостерегающе выставив вперед руку.

– Я имею в виду твое истинное имя, Ева, – усмехнулся он.

Девушка закашлялась, поперхнувшись невысказанной тирадой.

– Зачем оно тебе? – с подозрением уставилась она на ангела.

– Не бойся, ангелы не используют имена во зло. Просто скажи, хочу знать.

– Эжени, – тихо сказала она, глядя в пустоту. – Когда-то меня звали именно так.

– Почему ты выбрала имя Ева? – через пару мгновений спросил Эван. – Имя первой человеческой женщины.

– Не знаю, – девушка грустно улыбнулась. – Что, думаешь, мне надо было выбрать другое?

Ангел ничего не ответил, лишь пожал плечами.

Когда Ева вошла в свою квартиру, ее встретил приглушенный звук включенного телевизора и запах мандаринов. Услышав, что дверь открылась, в прихожую дружно выглянули Люси и Леон.

– Ой! – пораженно воскликнула девочка, увидев Еву. – На тебя чихнул слон?

Ева с трудом расстегнула куртку и принялась стягивать ее с себя.

– У меня такое чувство, что слон на меня не просто чихнул, – севшим от криков голосом сказала она, – он меня, как минимум, отым...

– Ева! – прервал ее Леон, выскакивая вперед. – Я думаю, тебе нужна горячая ванна и кофе.

– Ванна, – согласилась девушка. Она сняла наконец куртку и брезгливо швырнула ее на пол. – Но не кофе, мне надо выпить. Принеси мне бутылку коньяка в ванную комнату.

Ева шагнула вперед, заставляя парня отступить.

– Ева, давай ты помоешься и отдохнешь, а потом мы выпьем шампанского. Люси ждала тебя, чтобы вместе посмотреть фейерверк и открыть подарки.

Леон был настойчив, но заботливо помог Еве дойти до ванны, где включил воду, а потом принес девушке из спальни халат. Если бы не любопытное личико Люси, что явно ожидала обещанного праздника, она бы точно напилась сегодня, а потом заснула бы, закутавшись с головой в одеяло. Но Ева взяла на себя определенные обязательства, и их надо было выполнять.

Ей хватило времени, чтобы отмокнуть в горячей воде и смыть всю покрывавшую ее мерзость. Когда она вышла из ванной комнаты, небо над городом как раз расцвело огнями фейерверков. Все вместе они вышли на балкон, чтобы лучше видеть праздничный салют. Люси радостно вскрикивала при каждой вспышке и хлопала в ладоши.

Леон протянул Еве бокал с шампанским.

– С Новым годом, дорогая, – улыбаясь, сказал он. – Загадай желание.

– Мои желания не сбываются. – Девушка с наслаждением отпила напиток. Пузырьки приятно защекотали небо. Сейчас она предпочла бы что-то покрепче, но приходилось пока сдерживаться.

– А я знаю, чего ты желаешь. – Леон все так же мягко улыбался. – Хочешь, я помогу сделать так, чтобы тебе официально передали опеку над Люси?

– Нет, – Ева решительно замотала головой. – Разве ты не видишь, что я не гожусь в матери.

– Детям нужны не идеальные матери, а любящие. Разве ты не сможешь подарить этой девочке любовь? А она будет любить тебя.

– Ты вроде не демон, чтобы вводить в искушение, – грустно улыбнулась Ева. – Нет, Леон. Люси нужна человеческая семья, ей не место рядом со мной.

Леон решил отступить.

– Ты уже сообщила в полицию об исчезновении Андреа?

– Пока нет, не хотела портить Люси праздники. Сообщу через пару дней.

Ева тронула Леона за плечо, с мольбой заглядывая в его добрые глаза.

– Послушай, – заговорила она. – Я не гожусь в матери, но может быть, ты поспособствуешь тому, чтобы Люси нашла любящую семью? Пусть это будет моим новогодним желанием.

Ангел задумался на мгновение, но потом все же кивнул.

– Хорошо, – улыбнулся он, – твое желание принято.

Ева в ответ тоже улыбнулась, впервые за этот вечер радостно и облегченно.

– Пойдемте откроем все подарки под елкой, – позвала она всех в комнату, – уже можно.

Засыпая ночью, она наконец-то чувствовала себя почти счастливой. Хоть на что-то она способна, хоть кому-то может принести добро. Маленькая Люси не останется одна, пусть ее желание в эту новогоднюю ночь сбудется.

Глава 14

Через два дня после праздника Еву вызвали к архидемону. Она получила по почте ничем не примечательное письмо в обычном белом конверте и, распечатав его, прочитала, что ее приглашают явиться к мистеру Кендолу для приватной беседы. Время и день она могла выбрать сама, но мисс Еве Кейс рекомендовали не затягивать с визитом.

Медлить действительно не было смысла. Ева перебрала в голове возможные варианты тем для этой приватной беседы с архидемоном, но к утешительным выводам не пришла. Либо ее хотят наказать за вмешательство в дела вампира на Дикой вечеринке, либо передать другому демону в отсутствие Киана.

На всякий случай Ева попрощалась с Люси, сказав, что за ней пока присмотрит Леон.

– Ты боишься не вернуться сегодня? – с тревогой спросил ангел девушку.

– Не знаю, – она пожала плечами. – Тут ни в чем нельзя быть уверенной. Киана нет. Как бы мне ни хотелось задушить его, но надо признать, что он единственный, кто мог бы меня защитить.

Ева грустно улыбнулась.

– Если я не вернусь, исполни мое новогоднее желание, – напомнила она. – Люси должна найти семью.

– Конечно, – закивал с готовностью ангел, – даже не сомневайся, я уже занимаюсь этим. Не волнуйся, с девочкой все будет хорошо. И я почему-то уверен, что и с тобой тоже. Мне подсказывает моя интуиция.

Ева засмеялась.

– Что ж, – сказала она, – будем надеяться, что она тебя не подводит.

К визиту девушка подготовилась тщательно. Она даже пошла и купила себе новое платье. Облегающее, чуть ниже колен, глубокого синего цвета. Наряд дополняли туфли на высокой шпильке, а в ложбинке груди сверкало мелкой россыпью бриллиантов золотое сердечко на тонкой цепочке.

Ева взглянула на себя в зеркало и осталась довольна. Волосы лежали как надо, темной волной покрывая плечи, макияж был безупречен, а капелька любимых духов с ароматом терпкой вишни придавала так нужную ей сегодня уверенность.

Леон подал ей меховое манто и проводил до машины.

– Я правда думаю, что все будет хорошо, – заявил парень. – Мы с Люси будем ждать тебя дома. Что ты хочешь на ужин?

Будничный вопрос заставил Еву почувствовать себя лучше. Итак, у них троих были планы на вечер. Осталось только до него дожить.

– Закажем огромную пиццу. – Она улыбнулась. – И я даже разрешу тебе и Люси сладкое на ночь.

– Идет! – светло улыбнулся ангел.

Отель, в котором предпочитал жить архидемон, как обычно поражал роскошью и изысканностью апартаментов. Прислуга тоже была безупречна. Девушку проводили в приемную при кабинете Кендола и вежливо попросили подождать. Ждать, впрочем, пришлось недолго. Двери распахнулись, и красивая секретарша в строгом костюме пригласила Еву войти.

Это удивительно, но Ева не помнила лица архидемона, хотя встречала его, конечно же, не раз и не два. Было в его внешности что-то такое, что заставляло забывать, как он выглядит, как только Кендол пропадал из поля зрения. Очевидно, это было особенностью его ауры. Непримечательная внешность делала демона практически незаметным среди людей. Сейчас, глядя на него, Ева видела высокого плотного мужчину с русыми волосами и темными внимательными глазами. Когда девушка вошла в кабинет, Кендол поднялся из кресла за большим полированным столом и вышел к ней. Он улыбался, глядя на напряженно стоящую перед ним девушку.

– Мисс Кейс, – произнес он своим очень низким, глубоким голосом, от которого Еву неизменно бросало в дрожь. – Я рад вас видеть, проходите.

Они расположились в удобных креслах возле кофейного столика, демон явно чувствовал себя комфортно, а его гостья сидела на самом краешке сиденья, чинно сложив руки на коленях.

– Я слышал о вашей недавней удачной охоте, – усмехнулся Кендол. – Надо признать, наш общий знакомый Райс доставил нам неудобства своей подпольной деятельностью. Киан очень вовремя доложил о том, что этот мерзавец творит за нашей спиной.

– Да, охота прошла успешно, – Ева сдержанно кивнула.

– Вы не пострадали, надеюсь? – голос архидемона был полон участия. – Я знаю, что ангелы не склонны проявлять милосердие к таким, как мы.

– Все прошло нормально, – Ева слегка улыбнулась. Забота Кендола ее не обманула. Она знала, на что способны представители темной стороны к так называемым «своим».

– Что ж, я рад. Тогда к делу. Ваш наставник еще в отъезде, но мы не дадим вам скучать, дорогая, и возьмем под свою опеку. Вам будет чем заняться, пока вы ждете его возвращения.

Ева немного выдохнула. Итак, разговор пойдет не о наказании.

Кендол поднялся, взял со стола красную пластиковую папку и подал ее девушке.

– В нашем городе есть крупная исследовательская лаборатория, – начал рассказывать архидемон. – В ней проходят испытания новые лекарства, прежде чем попасть на рынок. Так вот, в этой лаборатории работает некий Адам Бакер. Он и есть ваше задание.

– Адам? – Ева не удержалась от усмешки. – Как символично.

Она опустила взгляд и открыла папку: с первой страницы с фотографии на нее смотрел молодой симпатичный мужчина. Фото было цветным, и девушка увидела чуть рыжеватые волосы, красивые светло-карие глаза, широковатый рот и подбородок с ямочкой в центре.

– Вы правы, дорогая. – Кендол лениво оперся о стол и серьезно смотрел на Еву. – Вам суждено стать той самой искусительницей, что собьет праведника с истинного пути.

Она с усилием сохранила непроницаемое выражение лица.

– И что же мне предстоит сделать? Соблазнить его?

– Все намного серьезнее, мисс Кейс. Вы должны полностью захватить его внимание, заставить потерять голову, забыть обо всем на свете. Он должен жить только вами, потом желательно разбить ему сердце. Уверен, что с этой задачей вы справитесь блестяще. Не зря же от вашей красоты и очарования теряют голову даже демоны, да и ангелы постоянно рядом отираются неспроста.

Ева захлопнула папку и подняла глаза на мужчину перед собой.

– Могу я узнать цель всего этого? – спросила она холодно. – Думаю, это помогло бы мне выстроить правильную стратегию поведения.

Кендол задумчиво постучал указательным пальцем по своим тонким губам, а потом с некоторой неохотой произнес:

– Пожалуй. Вам необходимо максимально отвлечь нашего героя. Он должен забыть обо всем, кроме отношений с вами. И отношения эти должны быть такими, чтобы ни на что другое не оставалось времени.

– Это как-то связано с его работой? Взгляд демона посуровел.

– Вас это не должно волновать. Просто выполните задание – не такое и сложное, кстати говоря. Надеюсь, вы справитесь. – Кендол кивнул на папку в руках девушки. – Изучите собранные материалы и начинайте действовать. Время от времени вам будут помогать мои сотрудники, подкидывать нужную информацию, к примеру.

Ева вновь открыла папку и взглянула на мужчину на фото. Задание ее не обрадовало, но выбора, как обычно, ей не предоставили. Лучше каждый день ловить червей в качестве живца, чем это. Девушка чуть заметно вздохнула, и это не укрылось от внимания Кендола.

– Считайте это задание своей переаттестацией, Ева, – произнес он с усмешкой. – До меня доходили слухи о некоторых ваших неудачах, которые, как я склонен полагать, случились от недостаточного желания выполнять свою работу. Не скрою, у меня были мысли дать вам другого наставника, но не хотелось бы обижать Киана. Он, кажется, привязан к вам, а я ценю его как весьма способного сотрудника. Поэтому, Ева, постарайтесь. Мне было бы неприятно принимать меры, которые всех нас огорчат.

– Я поняла. – Ева захлопнула папку и встала. – Могу я идти? Горю от нетерпения приступить к выполнению задания.

– Дерзите? – Демон широко улыбнулся. – Это хорошо, в вас есть необходимый огонь. Вы определенно понравитесь Адаму. Мы не зря выбрали именно вас. Мой суккуб проникла в его сны и узнала его сокровенные сексуальные желания. Женщина вашего типажа – просто мечта Бакера. Поэтому внешность не меняйте, но сильно сразу не давите. Наш герой человек мягкий и довольно скромный – не напугайте его излишним напором. Хотя не мне вас учить. Уверен, вы скоро порадуете меня результатом.

– Почему не поручить это задание суккубу? – рискнула задать вопрос Ева. – Они профессионалы в соблазнении, сделали бы все быстро.

– Мне не нужно, чтобы его иссушили до предела, – ответил демон резким тоном. – Он умный малый, я наде юсь использовать его способности в дальнейшем, возможно, заключить контракт. Та к что действовать надо мягко.

Ева нервно поправила платье, одернув подол, и поймала взгляд Кендола на своей груди.

– Саманта проводит вас к Кларе, – произнес архидемон медленно и с каким-то удовольствием, – она суккуб, что занимается снами и фантазиями Бакера. Надо, чтобы отныне у него в подсознании был именно ваш облик.

Еву передернуло. Этого еще не хватало! Суккубов и их коллег противоположного пола – инкубов – девушка, мягко говоря, недолюбливала. Они всегда казались ей паразитами, сродни вампирам, только питались не кровью, а энергией людей, воруя ее во время секса. Это было особенно мерзко. Такие демонические сущности вызывали или вытаскивали на поверхность самые грязные пороки человека, заставляли потакать своей похоти, ввергали в разврат и иссушали тело и душу, выпивая энергию жизни до самой капли.

Секретарь архидемона молча проводила Еву в другое крыло отеля, где распахнула для гостьи дверь в большой богато обставленный номер и ушла. Просторная гостиная, оформленная в золотисто-сливочных тонах, была пуста. Ева огляделась по сторонам, она заметно нервничала в ожидании тех, кто должен был здесь появиться с минуты на минуту. И все же появление хозяев, а вернее, хозяйки апартаментов, девушка пропустила.

– Ты почти такая, как я себе представляла, – услышала Ева голос за спиной.

По телу пробежала волна тепла, что тут же сконцентрировалась в самом низу живота. Ева невольно задержала дыхание и поспешила обернуться. Она отступила на пару шагов назад, чтобы увеличить расстояние между собой и стоявшим почти вплотную к ней суккубом.

Девушка была очень красива. Это была мулатка лет двадцати, таких мужчины любят называть шоколадками. Это сравнение подходило к суккубу больше всего: идеально гладкая, шелковая на вид кожа цвета молочного шоколада так и манила прикоснуться к себе, фигура стройная, как у статуэтки, но с очень женственными формами, что легко угадывались под обтягивающим платьем. Глаза девушки были карими, бархатными, окруженными густыми ресницами, носик маленький и аккуратный, губы очень красивой формы, пухлые, с четко очерченным контуром. Вьющиеся черные волосы в роскошном беспорядке разметались по точеным плечам.

– Нравлюсь? – Черная идеальная бровь вопросительно изогнулась.

Ева негромко фыркнула.

– Ты знаешь, насколько красива, – сказала она. – Ты всем нравишься.

– Ты тоже красива. – Девушка протянула руку и легко провела по предплечью Евы, вызвав у той целую волну мурашек.

– Зачем я здесь? – Ева отступила еще на шаг, но суккуб снова двинулась за ней.

– Я должна вложить твой образ в голову Адаму. Ты должна стать женщиной его мечты, стать его наваждением.

– Ты посмотрела на меня, я могу теперь идти?

Ева откинула волосы от лица, она чувствовала себя не в своей тарелке, хотелось поскорее покинуть это место.

– Нет, – мулатка покачала головой. – Пока не можешь. Мне надо немного твоей энергии, чтобы заставить Адама хотеть тебя по-настоящему.

У Евы неприятно заныло под ложечкой, а вместе с этим жар внизу живота стал сильнее. Девушка ощущала на себе влияние демонической силы суккуба.

– Что ты собираешься делать?

Она скрестила руки на груди, непроизвольно закрываясь, но при этом испытывая все большее искушение, тело предавало ее. Ева плотнее стиснула ноги, и это не укрылось от внимания демоницы.

– Ты нервничаешь, – констатировала она. – Не любишь женщин? Ладно, я могла бы тебя уговорить, но не буду. Позову к нам Дага.

Почти сразу же после ее фразы дверь в гостиную открылась, и в комнату вошел высокий темноволосый мужчина. Он был светлокожим, но таким же притягательным, как и его... коллега.

– Клара, звала? – спросил он.

Не дожидаясь очевидного ответа, мужчина приблизился к девушкам. Ева почувствовала себя в ловушке. Час от часу не легче! Что эти двое собираются с нею делать?

– Малышка волнуется, – оглянувшись через плечо, сказала Клара. – А мне надо взять у нее немного энергии. Приказ Кендола.

– Ясно, – мужчина улыбнулся, его зеленые глаза мягко блеснули. Еве стало жарко, желание снять с себя одежду стало почти нестерпимым.

– Я не хочу, – выдавила она с трудом. – Не трогайте меня.

Демоны рассмеялись, словно услышали глупую шутку, и в унисон покачали головами.

– Пойдем, милая, – произнес Даг. – Не бойся, я не сделаю тебе ничего плохого. Ничего, чего ты сама не захочешь.

Он взял Еву за руку и потянул за собой. Она послушно пошла за ним, ощущая слабость в подгибающихся ногах. Вместе они вошли в смежную с гостиной спальню. Там горел приглушенный свет, шторы на окнах были опущены. В центре комнаты стояла большая двуспальная кровать, застеленная темно-красным шелковым покрывалом.

Ева при виде этого огромного ложа ощутила непреодолимое желание растянуться на нем, ощутить обнаженной кожей нежность шелка. Ее начало трясти от возросшего возбуждения, с которым она уже не справлялась. Закрыть глаза и отдаться – вот было единственное ее желание.

– Пожалуйста, – прошептала она пересохшими губами, даже не понимая, о чем просит.

– Сейчас, малышка, – мужчина мягко подтолкнул девушку к кровати. – Не бойся, тебе будет хорошо.

В следующее мгновение он прильнул к ее губам. Поцелуй был жарким, глубоким, заставляющим забыть все, но Ева каким-то чудом просунула между их телами руки и уперлась инкубу в грудь, отталкивая его.

– Ты сопротивляешься? – удивленно сказал Даг, глядя на девушку сверху вниз. – Я не нравлюсь тебе? Могу принять любой облик, стать любой твоей фантазией. Признайся, кого ты хочешь?

Ева тяжело дышала, находясь на грани, она плохо соображала, а в ее голове вдруг замелькали образы. Она не вызывала их, это сделал инкуб, желая докопаться до ее сексуальных предпочтений.

– О, – сказал он с улыбкой и кивнул, – все, что пожелаешь, дорогая.

Зрение Евы вдруг на пару секунд затуманилось, она невольно заморгала, а когда снова стала нормально видеть, то пораженно ахнула. Прямо перед нею стоял Киан. Черные волосы, глубокий взгляд темных глаз, ироничная улыбка на красивых губах. Девушка застонала и сама подалась навстречу мужчине. Он сжал ее в объятиях, сминая платье, скользя горячими руками по ее телу.

– Так-то лучше, дорогая, – усмехнулся Киан в ее губы и принялся ее целовать.

Ева уже ничего не соображала. Ее единственным желанием сейчас было раствориться в этом мужчине, ощутить его в себе. Она громко стонала, руки лихорадочно теребили одежду, стремясь скорее освободиться от нее. Ева горела каждой клеточкой своего тела, и единственным ее спасением сейчас был Киан. Когда он опрокинул ее на кровать, Ева выгнулась, прижимаясь к мужчине сильнее, стремясь слиться с ним. Ее голова заметалась по покрывалу, секунды промедления казались пыткой.

– Эй! – сквозь туман услышала она женский голос. – Даг, не увлекайся! Нам столько не надо. Не трать ее силы, она нужна Кендолу для работы.

Все закончилось внезапно и грубо. Еще мгновение назад Ева таяла под губами и умелыми руками любовника, а уже в следующую секунду была одна. Туман в голове медленно рассеялся, сознание вернулось, и только тело все еще ощущало отголоски страсти и мучилось от неудовлетворенного желания.

Ева медленно села на кровати, в комнате она была одна. Демоны, получив свое, просто ушли. Мимолетный взгляд в зеркало, что оказалось прямо напротив кровати, подсказал ей, что выглядит она крайне взбудораженной и растрепанной. Когда до Евы дошла вся суть произошедшего, ее щеки вновь вспыхнули. Девушка закрыла лицо ладонями и грязно выругалась. Она чувствовала себя вывернутой наизнанку, выпотрошенной и морально изнасилованной, а еще самую чуточку разочарованной. Ах, черт побери! Сильно разочарованной тем, что инкуб не довел дело до конца. Ева в ярости хлопнула ладонями по кровати. Как же все достало!

Она поднялась и принялась приводить себя в порядок, не желая оставаться в этом здании ни секундой дольше. Ева торопливо поправила смявшееся платье, как могла причесала пальцами волосы. Она накинула на себя свое манто, обнаружившееся в кресле гостиной, и выскочила из номера. Ей не привыкать ни к такому отношению, ни к методам, что использовали демоны, но сегодня все это коснулось слишком личных чувств, и девушка чувствовала себя использованной.

Когда Ева вышла из отеля, она все ощущала, как пылают ее щеки. Ей было жарко, платье прилипло к спине. Она раздраженно скинула с себя манто, небрежно перекинув его через руку, и вдохнула чистый морозный воздух. Заставила себя думать о предстоящем задании. Ей необходимо справиться с ним. Напрасно Ева думала, что ее промахи окажутся без внимания вышестоящего начальства.

Она села в машину и кинула красную папку на заднее сиденье. Такие задания Ева ненавидела больше всего. Ее человечность каждый раз бунтовала против откровенного зла. Да, она не убивала людей, но ее действия были призваны изменить их жизнь, сбить с верного пути, лишить чего-то важного. Она разлучала влюбленных, заставляла мужчин и женщин совершать поступки, что тяжелым грузом лягут на их совесть, приведут к краху репутации, карьеры, разрушат жизнь. Она ничем не лучше тех же демонов, инкубов, вампиров и прочих созданий Ада.

После выполнения очередного такого поручения Ева никогда не узнавала о дальнейшей судьбе своих жертв. Она ощущала, что не выдержала бы вины. Ей за два века так и не удалось лишиться этого человеческого чувства, демон не смог своим контрактом вместе с душой лишить ее совести.

Машина с визгом шин рванула со стоянки, какой-то мужчина, шедший к своему автомобилю, еле успел отпрыгнуть в сторону, чтобы не попасть под колеса. Ева заставила себя быть внимательной. Не хватало еще дополнить список преступлениями, спровоцированными именно ею. Она приложила усилия, чтобы переключить мысли. Дома ее ждут Люси и Леон, она обещала им пиццу и сладости. Киан вернется через пару недель. Нет, Ева вовсе не горела желанием его видеть. Особенно теперь. Просто гнев отвлечет ее, заставит думать о своих личных трагедиях и не даст слишком погрузиться в жалость или симпатию к этому Адаму Бакеру.

Глава 15

Вечером Ева сидела на своей кровати и никак не решалась открыть красную папку, чтобы начать изучать ее содержимое. Она оттягивала этот момент несколько часов: сначала ужинала с Люси и Леоном, потом, когда девочка легла спать, долго принимала ванну. И вот теперь Ева раздумывала, может ли ее задание подождать хотя бы до утра или стоит приступить к нему немедленно. Она уже решилась было хотя бы бегло почитать материалы, когда в дверь спальни тихонько постучали. На пороге стоял Леон. За последние дни Ева так привыкла к его почти постоянному присутствию рядом, что нисколько не удивлялась, когда видела его в любое время дня и ночи. Они втроем представляли собой странную маленькую семью: ребенок, ангел и бывшая смертная, служащая Аду. Разве может быть что-то более нелепое?

– Ева, я хотел тебе кое-что показать. – Леон мялся на пороге, кусал губы и выглядел весьма неуверенным.

– Надеюсь, что-то хорошее? – спросила его Ева.

Она села поудобнее, подобрав под себя ноги и облокотившись на подушку.

Ангел вошел и сел на край кровати.

– Когда человек испытывает сильные эмоции, я могу это чувствовать, – начал он, – потому что это всегда связано с какими-то желаниями. Твоя главная эмоция в последнее время – это гнев.

– Пожалуй, – усмехнулась Ева. – Мне что-то трудно испытывать другие чувства в сложившихся обстоятельствах.

– Да, – кивнул Леон, – ты очень злишься на Киана, считаешь его поступок ужасным, не можешь простить, ты разочарована, расстроена.

– Все так. – Ева не могла понять, к чему он клонит.

– Я вижу образы, что мелькают в твоей голове. – Леон прикрыл глаза и чуть поморщился, будто ему было неприятно. – Я чувствую твои желания.

Ева напряглась и инстинктивно отодвинулась от собеседника.

– Какие желания? – спросила она осторожно.

Обычно мягкий, взгляд ангела посуровел, из глаз пропал золотистый свет. Девушка едва узнавала его сейчас, даже черты миловидного лица парня стали жестче.

– Ты хотела бы убить Киана, – сказал Леон резко, – и раз за разом выдумываешь для него способы жестокой расправы. Разве нет?

Ева ощутила, как кровь отхлынула от ее лица.

– О дьявол! – еле слышно произнесла она, с ужасом глядя на ангела. – Леон, что ты сделал?!

Парень сунул руку за пазуху своей светлой куртки из тонкой замши и вытащил пухлый конверт.

– Вот, – сказал он, протягивая его Еве.

– Что это?

– Исполнение твоего желания, взгляни.

Девушка не сразу заставила себя взять конверт. Рука ее дрожала, и поэтому содержимое почти тотчас же высыпалось на покрывало кровати. Это были цветные фотографии, и на всех изображен Киан. Едва Ева взглянула на них, как вскрикнула от ужаса.

– Что ты наделал, Леон? – Она принялась лихорадочно перебирать снимки. Сердце билось как сумасшедшее, а кровь стучала в висках.

Киан на фотографиях был мертв. На одном снимке в его груди торчал здоровенный нож и кровь заливала его рубашку, на другом его голова была отделена от тела, а лицо представляло собой жуткую маску. Еще на одной фотографии демон был четвертован, на следующей повешен, на другой сожжен.

– Что это? – повторяла Ева, не в силах осознать то, что видит. – Что ты наделал?

– Я всего лишь исполнил твое желание, – Леон пожал плечами. – Оно было столь явным, жгучим, что у меня не оставалось выбора.

– Ты что, убил его? – девушка вскочила на ноги, фотографии посыпались на пол. – Ты, чертов ангел, убил демона?

– Разве ты не этого хотела?

По лицу Евы непроизвольно потекли слезы.

– Нет, – прошептала она, чувствуя, как горе заполняет ее всю целиком.

– Он так поступил с тобой, отобрал у тебя жизнь, обманом заставил служить тьме. Разве Киан не заслуживает всего этого?

Девушка закрыла лицо руками и зарыдала. На нее нахлынула волна боли и отчаяния. Заслужил ли Киан смерти за то, что сделал с ней? Определенно, да. Хотела ли Ева его смерти? Его реальной смерти, как на всех этих фотографиях? Только сейчас она поняла, что нет. Она ненавидела этого демона и, несмотря ни на что, любила мужчину, каким он мог быть только с нею.

– Я хотел, чтобы ты посмотрела на свои исполнившиеся желания и решила, действительно ли хочешь этого.

Ева внезапно перестала рыдать. Она громко шмыгнула носом, жалобно всхлипнула и уставилась мокрыми глазами на сидящего ангела.

– Ты не убил его, – сказала она и вытерла нос рукавом халата. – Ты, сволочь такая, меня разыграл.

– Я бы не назвал это розыгрышем, – снисходительно усмехнулся Леон. – Ты права, я не в силах убить демона. Поэтому я просто показал тебе, чтобы ты поняла...

Ева с рычанием бросилась на парня, опрокинула на кровать и принялась беспорядочно молотить по его телу руками.

– Идиот! – кричала она. – Ты почти заставил меня поверить!

– Так, значит, ты совсем не хочешь этого? – Леон отбивался, стараясь увернуться от разъяренной девушки. – Зато теперь ты это знаешь. Знаешь, что любишь Киана и сможешь когда-нибудь его простить.

Внезапно обессилев, Ева прекратила избивать ангела и опустилась на кровать.

– Леон, – произнесла она тусклым голосом человека, вымотанного до предела, – уйди отсюда. И постарайся в ближайшее время не появляться поблизости, иначе, клянусь, в отношении тебя у меня тоже возникнет желание убивать. Оно уже сейчас почти нестерпимо.

Леон скатился с кровати, поспешно собрал все фотографии и вышел из спальни.

– Господи, – Ева возвела глаза к потолку, – за что мне все это? Я настолько проклята, что даже ангелы рядом становятся сущим наказанием.

Утром на ясную голову Ева решила, что прежде, чем приступать к выполнению своего задания, ей следует решить проблему с Люси. Расставаться с девочкой и отдавать ее в чужие руки было тяжело, но необходимо. Тянуть дальше не было смысла.

Сегодня в подготовительной школе Люси возобновлялись занятия. Ева отвезла ее туда, а на обратном пути заехала в полицейский участок и написала заявление о пропаже человека. С девочкой она собиралась поговорить вечером и весь день мысленно подбирала слова. Нужных слов не находилось, Ева несколько раз заново пыталась представить свой разговор, но каждый раз досадливо морщилась. Все, что она хотела сказать, выходило либо сухим, либо жалким. Как вообще можно сообщить ребенку о смерти матери? Мелькнула мысль поручить все Леону, но девушка сразу отбросила ее. Она взяла на себя ответственность за эту девочку и обязана сделать все правильно.

Зимний день быстро угас, за окном начало темнеть, и Ева засобиралась за Люси в школу. Она решила, что сначала сводит ее в кафе, а потом уже дома все скажет. Ева накинула пальто и взяла ключи от машины, когда в комнате вдруг резко запахло озоном и свежескошенной травой. Ангельская аура ощущалась за несколько секунд до появления его самого.

– Я запретила тебе появляться у меня, – строго сказала Ева, но тут же осеклась, подавилась воздухом и, с трудом справившись с дыханием, спросила: – Твою ж мать, Леон, что с тобой случилось?

Ангел, появившийся в ее гостиной, выглядел так, словно подрался с кошками. Лицо исцарапано, волосы всколочены, один глаз почти заплыл, губы разбиты, а его любимая замшевая куртка порвана. Она никогда еще не видела Леона в таком состоянии. Ева в принципе не могла представить, чтобы этот добряк с кем-то мог подраться или что кто-то может напасть на него самого, хотя вчера она сама поколотила его.

– Кому-то еще не понравилось исполнение его желаний? – спросила Ева, уперев руки в бока.

– Люси, – прохрипел Леон и виновато посмотрел на девушку.

– Что Люси? – Ева мгновенно подобралась, сердце с силой ударило о ребра. – Что-то случилось с Люси? Отвечай!

– Ее забрала Андреа.

Ангел опустил взгляд и расстроенно сник.

– Что ты несешь? – У Евы заныло под ложечкой. – Какая Андреа? Ты забыл, что она мертва?

– Не совсем мертва. – Леон осторожно прикоснулся к разбитой губе и сморщился от боли. – Она пришла в школу и забрала Люси. Я присматривал за девочкой и увидел их, выходящих из здания, попытался остановить, и вот, – он указал на свое разбитое лицо.

Ева медленно опустилась на диван.

– Так она жива, – ошарашенно произнесла она. – Не думала, что это возможно.

– Нет, Ева. – Парень шагнул ближе. – Она не то чтобы жива, просто...

Девушка несколько секунд смотрела на него застывшим взглядом, а потом чуть слышно сказала:

– Она стала вампиром.

– Именно. – Ангел кивнул. – Выглядит прекрасно, набралась сил и пришла за дочерью. Прости, я пытался ей помешать, но она оказалась убедительнее.

– Черт! – Ева вскочила и лихорадочно заметалась по комнате, потом подскочила к парню и схватила его за плечи. – Надо что-то делать! Поднимай своих. Мы должны найти их и забрать у нее девочку. Ты только подумай, что грозит ребенку в руках вампиров. Куда она ее повела? К своим новым друзьям, очевидно.

– Нет, Ева, здесь мы ничего не сможем сделать. – Леон был расстроен, но решительно перехватил запястья вцепившейся в него девушки. – Мы не имеем права.

– Как это не имеем! – фыркнула возмущенно Ева. – Живая девочка у вампиров! Только представь, что они с нею сделают, может быть, уже сделали!

– Андреа ее мать, – Леон был непреклонен. – Она не причинит ей вреда. Она поклялась, и я принял ее клятву, ее нельзя нарушить.

– Почему ты так в этом уверен? – Ева уже кричала. – Она и раньше-то не очень заботилась о девочке, а теперь она вампир. Существо, что питается кровью. Ребенок для нее добыча. Не она сама, так ее дружки убьют Люси. О боже, а если они превратят ее в вампира?

– Нет, – Ангел снова покачал головой. – Она не сделает это. Андреа хочет попрощаться с дочерью. Они проведут вместе эту ночь, а потом она отвезет ее к своей сестре.

– У нее нет сестры, Люси говорила, что у них нет родственников, кроме бабушки-наркоманки в Австралии.

– Есть, Андреа с ней не общалась много лет, поэтому девочка ничего не знает о тете.

– И кто она такая? – с сомнением спросила Ева. – Гд е живет? Я должна проверить.

– Я уже проверил. – Леон сел рядом с девушкой на диван и обнял ее за плечи. – Ее сестра хорошая женщина, старше ее всего на год, живет на юге страны. У нее хорошая семья: муж и ребенок, мальчик семи лет.

– А если она не захочет взять Люси? – У Евы кончились силы, и она поникла, чувствуя приближение слез.

– Захочет, она добрая и не откажется взять к себе племянницу.

– Ты не мог раньше выяснить про эту сестру? – Девушка шмыгнула носом. – Ты же ангел, черт тебя дери!

– Андреа не говорила про сестру, в воспоминаниях девочки тоже ее не было. – Леон виновато улыбнулся. – Мне не пришло в голову проверить.

– А должен был! – Ева смахнула слезы. – От тебя никакого толка!

– Согласен, – смиренно признал парень, – но послушай, так ведь лучше. Люси не окажется в чужих руках. Сейчас она с матерью, а потом будет с родной тетей. А у Андреа теперь совсем другая судьба.

– Уверен, что она доставит ребенка в целости и сохранности? – Еву все еще мучили сомнения.

– Уверен, – голос ангела был тверд.

Девушка взглянула на него и улыбнулась сквозь слезы. Выглядел он уже значительно лучше, мелкие царапины зажили, подбитый глаз вновь мог видеть. Ангелы, как и другие бессмертные, восстанавливались быстро.

Когда он исчез, Ева, несмотря на вечернее время, решила съездить в пансион. Ей просто необходимо было простое человеческое общение, нужно было ощутить рядом человека, который любил ее. Демоны, ангелы, вампиры, суккубы и все остальные уже просто исчерпали запас ее терпения. Внезапное расставание с Люси, которая стала ей очень дорога, было очень болезненным. По дороге Ева вновь зашла в полицию и забрала свое заявление. «Моя соседка объявилась, – рассказала она. – Забрала дочь и уехала в другой город».

Окна пансиона светились мягким светом. Его обитатели уже разошлись по своим номерам, кто-то смотрел телевизор, кто-то читал или слушал музыку, некоторые предпочли нанести визит соседям. Когда Ева вошла в номер Эдварда, то застала его за книгой. Настольная лампа с оранжевым абажуром создавала вокруг пожилого мужчины мягкий круг света. Он поднял голову, и его глаза за тонкими стеклами очков в элегантной оправе радостно блеснули.

– Ева! – воскликнул он. – Как неожиданно!

Девушка торопливо сбросила пальто, прошла по ковру и опустилась на пол у кресла, в котором сидел Эдвард. Она положила голову ему на колени, а руками обвила его талию. Через мгновение замешательства мужчина опустил ладонь на ее волосы и принялся их поглаживать, ласково перебирая пряди.

– Что-то случилось? – спросил он с тревогой. – Что-то плохое?

– Нет. – Ева тут же подняла голову и улыбнулась, глядя ему в лицо. – Прости, что напугала.

Эдвард некоторое время внимательно вглядывался в ее глаза, а потом улыбнулся в ответ.

– Тогда я очень рад, что ты решила скрасить мне вечер.

– Я соскучилась. Мне захотелось... на ручки.

Пожилой мужчина расхохотался. Он склонился к девушке и обхватил ее лицо своими сухими ладонями.

– О, моя дорогая, – произнес он ласково, – это запросто. Только давай все же пересядем для этого на диван.

Ева помогла ему встать и переместиться на диван у стены. Рядом с ним стоял кофейный столик, на котором красовалась вазочка с шоколадными конфетами, и девушка, прежде чем сесть, загребла их целую кучу.

Эдвард снова засмеялся. Они прижались друг к другу, Ева положила голову старику на грудь и с облегчением вздохнула.

– Именно этого мне и не хватало, – сказала она, прикрывая глаза.

– Чего именно?

– Ощущения человеческого тепла рядом.

– Ты одинока, моя милая?

– Нет, но рядом не совсем те, кто нужен мне прямо сейчас.

Эдвард понимающе хмыкнул, но ничего не сказал, лишь поцеловал девушку в макушку. Зашуршала обертка, Ева отправила в рот первую конфету.

– М-м-м, – удовлетворенно произнесла она, – этого мне тоже не хватало.

– Я начинаю тревожиться по-настоящему, – прозвучал над ее головой голос мужчины, – в твоей жизни нет ни близких друзей, ни шоколада?

– Нет, – призналась Ева, – но у меня есть ты, а у тебя есть конфеты. И этого достаточно.

Он рассмеялся. Они надолго замолчали, греясь в тепле друг друга.

– Ты всегда любила шоколадные конфеты с вафельной крошкой. Говорила, что впервые попробовала их именно у меня в гостях, когда пришла на свой первый урок.

– Да. – Ева лениво жевала очередную конфету. – Именно так. Мы пили чай, а эти конфеты лежали в синей стеклянной вазочке.

Девушка вдруг перестала есть, она замерла, а потом медленно отстранилась и подняла глаза на Эдварда. Он улыбался, а серые глаза светились безграничной любовью и пониманием.

– Как давно ты знаешь? – спросила его Ева.

Он снова притянул ее к своему сердцу.

– Я всегда это знал, Ева, – ласково ответил ей мужчина, и в его голосе проскользнула легкая грусть. – Когда через пятнадцать лет после разлуки ты вновь вошла в мою жизнь, я с первой минуты понял, что это именно ты. Никакая дочь не могла бы быть столь похожей на мою любимую Еву.

– И ты ничего не сказал, не спросил.

– Сначала я хотел, очень хотел. В моей голове была сотня вопросов, но потом я решил, что тебе нужно, чтобы все было именно так. И я не стал спрашивать. Мне было достаточно, что ты вновь вошла в мою жизнь. Я боялся, что, если начну расспрашивать, пытаться что-то у тебя выведать, ты просто исчезнешь.

Ева помолчала, а потом с неохотой признала:

– Наверное, все было бы именно так.

– Значит, я выбрал верную тактику. – Эдвард вновь погладил ее по волосам. – Не могу сказать, что не пытался строить догадки, возможно, какая-то из них даже попала в точку, но потом я просто принял то, что есть.

– А сейчас, – несмело начала Ева. – Сейчас ты ничего не хочешь спросить?

– Разве что-то изменилось? Ты можешь мне что-то рассказать? Рассказать и остаться рядом. Потому что если нет, то молчи. Мне важно, чтобы ты хотя бы иногда приходила ко мне. Пока у меня еще есть время и возможность видеть тебя, я не хочу потерять это.

Ева вновь подняла на мужчину глаза, в которых стояли слезы.

– Я всегда буду приходить, – пообещала она, – так часто, насколько смогу.

Он кивнул и обнял ее крепче.

– А что, если я ужасный человек? – спросила девушка, крутя в руках фантик. – Или даже не человек вовсе?

– Ешь конфеты, Ева. – Над ухом прозвучал легкий вздох.

– Они кончились, – она бросила разочарованный взгляд на пустую вазочку.

– В шкафу на кухне есть еще.

– Хватит, наверное.

Эдвард легонько толкнул ее в бок.

– Давай, не ленись. Сходи завари старику чаю и принеси конфеты, я тоже захотел сладкого.

Ева со смехом поднялась. В дверях кухни она оглянулась через плечо.

– Спасибо, что ты есть, – сказала она с чувством.

– Спасибо, что ты не меняешься, – произнес он в ответ. – Для меня радость видеть тебя такой же, какой я встретил тебя впервые. И ты всегда можешь прийти ко мне, когда тебе захочется на ручки.

Ева заваривала чай в пузатом ярко-красном в белый горошек чайнике. От сердца отлегло. Как, оказывается, важно для нее, что ее готовы принять без вопросов, без выяснения отношений, без ожиданий и упреков. Такая безусловная любовь согрела ее. Но надолго ли хватит ее человечности? Пожалуй, для Евы это роскошь. Совесть, человеческие чувства и эмоции очень мешали в ее нечеловеческой жизни, заставляли страдать, горевать и сопротивляться. Для нее гораздо выгоднее и легче было бы стать холодной и равнодушной, принять свою судьбу, перестать жаловаться на свое бессмертие и усердно служить тем, кто купил ее душу.

Все же Киан просчитался, заключив с ней контракт. Не получилась из нее образцовая послушная слуга Ада. Ева до сих пор сожалела и будет сожалеть всегда, не сможет привыкнуть ко злу даже за тысячу лет. Несмотря на это, девушка ощущала, что годы службы все же ожесточили ее, сделали менее чувствительной к порокам. Она уже могла пройти мимо несчастий, не испытать сочувствия там, где раньше непременно бы кинулась помогать. Многие задания девушка выполняла хоть и без рвения, но все же равнодушно, с каждым разом испытывая все меньше и меньше нравственных мук. До сих пор в ее жизни было по-настоящему теплое чувство лишь к Эдварду, а еще она полюбила Люси. Девочке удалось затронуть ее тайное, нереализованное желание стать матерью.

Когда Ева возвращалась домой по засыпанному снегом городу, она подумала о том, что с сантиментами пора кончать. Пусть Эдвард будет ее тайным прибежищем, единственной отдушиной, но больше она не позволит себе чувств ни к кому. Это всегда оказывалось слишком болезненным. Пора принять свою жизнь такой, какой она являлась. Душу она утратила двести лет назад, так пора научиться жить без нее.

Глава 1б

Уютное кафе, оформленное в скандинавском стиле, было в это время полупустым. Студенты находились на занятиях, время обеда еще не наступило. За одним столиком сидела мамочка с ребенком лет трех, они пробовали новые пирожные и громко восхищались новогодним декором на окнах, за другим столиком две женщины, склонив друг к другу головы, о чем-то оживленно болтали и время от времени тихонько смеялись, в углу ссутулилась пожилая дама с книгой – она была поглощена чтением и не обращала внимания на окружающих. Перед ней на столике стояла чашка с кофе и кекс с белой глазурью. Еще за одним столиком у окна расположился молодой мужчина, он тоже был поглощен своими делами: на столе лежали бумаги, которые он внимательно просматривал и иногда делал какие-то пометки красной ручкой. Дело, очевидно, было очень важным, мужчина хмурил лоб, запускал пальцы в рыжеватые волосы и уже значительно их разлохматил, карие глаза были серьезны, а широкий рот кривился в недовольной гримасе.

Дверь в кафе открылась, послышался звон колокольчиков, и в кафе с улицы проник клуб холодного воздуха. Сидевший у окна рыжеволосый мужчина чуть поежился, но глаз не поднял, продолжая штудировать свои бумаги.

– Здесь свободно? – послышался мелодичный женский голос. – Я могу присесть?

Мужчина взглянул сначала недовольно, а потом недоуменно: в кафе было несколько абсолютно пустых столиков.

– Здесь еще много свободных мест, – произнес он, ревниво прикрыв бумаги. – А я работаю.

– Но у окна только этот столик, – возразила девушка, – а я люблю смотреть на улицу.

Незнакомка бесцеремонно села напротив, стянула с плеч короткую белую курточку и сняла ярко-голубую шапочку с длинных темных волос.

Мужчина откинулся на спинку своего стула и уставился на девицу хмурым недовольным взглядом. Она, не обращая на него ни малейшего внимания, изучала меню. Голубые глаза лишь раз взглянули на мужчину, а потом вернулись к рассматриванию страниц с яркими фото блюд.

Мужчина попытался вернуться к своей работе, но из этого ничего не вышло. Девушка принялась вслух обсуждать сладости.

– В этом куске торта слишком много шоколада, – сведя к переносице изящные брови, сказала она. – А в этом глазурь какая-то странная. Это пирожное я уже пробовала, хочется чего-нибудь новенького.

Заметив, что ее сосед смотрит на нее исподлобья, она очаровательно улыбнулась ярко накрашенными губами и спросила:

– Вы пробовали их пончики? Может быть, мне заказать именно их?

– Заказывайте что хотите. – Мужчина постарался отодвинуться подальше. – Только молчите, пожалуйста, вы мне мешаете.

Девушка фыркнула и поставила локти на столик, словно специально стараясь занять побольше пространства.

– Люди ходят в кафе, чтобы вкусно поесть, – заявила она, – пообщаться и приятно провести время.

– Я уже поел, общаться не хочу, а составлять вам приятную компанию не собираюсь.

Девушка надула было губки, но потом улыбнулась и лукаво склонила голову набок.

– У вас на тарелке еще целое пирожное, – сказала она, – а есть и работать одновременно – вредно.

Мужчина возмущенно встал и сгреб свои бумаги, он оглянулся в поисках свободного места и с удивлением заметил, что все столики уже заняты. Он даже не заметил, когда в кафе вошли другие посетители. Девчонка притянула к себе все его внимание. Молодой человек нервно взглянул на часы, вздохнул и сел обратно. Он собрал бумаги в стопку и запихнул в черную папку, которую положил на край стола.

– Так-то лучше, – удовлетворенно заявила девушка и улыбнулась. – Давайте съедим что-нибудь особенное.

– Вы всегда такая настырная и пристаете к незнакомцам?

– Нет, – она покачала головой. – Но мне показалось, что вы нуждаетесь в хорошей компании.

– То есть хорошая компания для меня – это вы? С чего вы это взяли?

– А почему нет? – Девушка пожала плечами и вдруг протянула ему через стол узкую ладошку. – Меня зовут Ева.

Он усмехнулся и с сомнением покачал головой.

– Надо же, – услышала она его бормотание.

Руки мужчина не подал. Ева пожала плечами и вернулась к меню.

– Закажу кекс с глазурью и капучино, – решила она. – Обожаю капучино, а вы любите кофе?

Ей снова не ответили. Мужчина смотрел в окно и временами нервно кидал взгляд на часы.

– Вы кого-то ждете?

Он все же вынужден был посмотреть на девушку, чтобы не прослыть грубияном.

– У меня скоро важная встреча, – ответил он неохотно.

– Это из-за нее вы психуете?

– С чего вы взяли, что я психую? – Его карие глаза сверкнули. – Оттого, что я не пожелал с вами знакомиться и поддерживать беседу? Могу я хотеть побыть в одиночестве?

– В многолюдном кафе? – Ева скептически скривилась.

– Когда я пришел сюда, здесь почти никого не было.

Ненадолго девушка затихла. Ей принесли заказ, и она  наслаждением принялась поглощать кекс. На столик посыпались крошки шоколада с глазури.

– Вкусно, – произнесла Ева с набитым ртом и прикрыла глаза, смакуя каждый кусочек.

Ее сосед осуждающе покачал головой, но невольно улыбнулся. Девушка была похожа на ребенка. Она ела не торопясь, забыв про то, что находится не одна. Хотя, судя по ее поведению, ей, скорее, было просто плевать на это. Эта Ева казалась ему смутно знакомой, он словно уже видел ее раньше. Знал, как она улыбается, как смотрит, чуть наклоняя голову набок, отбрасывает назад густые пряди темных волос, среди которых ярко выделяются несколько красных. А еще совершенно неожиданно его посетили видения, в которых Ева вдруг томно запрокидывает голову назад, открывая длинную шею, он скользит взглядом ниже и видит обнаженную округлую грудь, слышит стон, слетающий с полуоткрытых губ. Мужчина помотал головой, прогоняя непрошеные бесстыдные грезы. Просто наваждение какое-то!

Девушка тем временем доела кекс и допила свой кофе. Она махнула официанту и, когда ей принесли счет, полезла в сумочку. Покопавшись в ней некоторое время, она вдруг замерла и растерянно заморгала.

– Точно помню, что бросила карточку в сумку, – пробормотала Ева.

Девушка суетливыми движениями перебирала вещи в сумочке, а потом и вовсе перевернула ее над столом, высыпав на его поверхность все содержимое. По столешнице покатились помада, ручка, мини-флакончик духов, ключи от машины, высыпались какие-то мелкие бумажки, а еще упала какая-то небольшая черная тряпочка, шелковая, обшитая узким кружевом.

Ева испуганно вскрикнула, стрельнула в соседа смущенным взглядом, отчаянно покраснела и, схватив вещицу, тут же сунула ее обратно в сумку. В этот момент до мужчины дошло, что это было. Трусики! Эта настырная особа только что продемонстрировала ему свои трусики! Они лежали прямо на столе среди шоколадных крошек. Он почувствовал, как мгновенно вспотели ладони, и посмотрел в окно, надеясь, что девица в свою очередь не заметит, как он смутился.

Ева убрала все вещи обратно в сумочку и расстроенно поникла. Она так долго молчала, что мужчина не выдержал и вопросительно взглянул на нее.

– Что-то случилось?

– Я забыла дома карточку.

– Не страшно, деньги можно перевести с телефона.

– Он разряжен.

Девушка оглянулась, словно пытаясь отыскать среди посетителей знакомых, и разочарованно вздохнула.

– Неприятно, – признала она, чуть виновато улыбаясь. – Придется просить о снисхождении, оставить что-нибудь в залог.

– Я заплачу, – слова вырвались у него, и он сам им удивился. – Это пустяки. Всего-то кекс и кофе.

– Вы правда сделаете это для меня? – Ева смотрела на него так восторженно, словно он был настоящим героем.

– Сделаю, – ворчливо произнес он, почувствовав раздражение. – Очевидно, я должен заплатить, чтобы от вас избавиться.

Она обиделась. Это было заметно по опущенным векам, по чуть поджатым губам.

– Я верну вам деньги, дайте свой номер.

– Не надо, послушайте, это действительно мелочи. Считайте, что я вас угостил.

– Вы не хотели меня пускать, – ехидно напомнила Ева, – и всячески выказывали свое недовольство моим присутствием. Даже имени своего не сказали.

– Адам, – прервал он ее упреки. – И можно просто сказать спасибо.

– Спасибо. – Ее губы дрогнули в смущенной улыбке, она вновь склонила голову к плечу и переспросила: – Адам?

Он невольно улыбнулся.

– Да, такое совпадение случается нечасто.

– У меня нет ни одного знакомого Адама. Как думаете, а вдруг это судьба?

– Я так не считаю. – Мужчина снова взглянул на часы и поднялся. – Мне пора.

Адам расплатился с официантом за них обоих, торопливо накинул на плечи серое драповое пальто и сухо кивнул Еве.

– Всего хорошего, – произнес он и буквально выскочил за дверь.

– Пока-пока, – протянула девушка и расслабленно откинулась на спинку стула.

Потом она потянулась и взяла с противоположного края стола черную папку, оставшуюся лежать там после поспешного ухода мужчины. Отвлечь его внимание в последний момент не составило труда. Что ж, раз объект не желает продолжать знакомство, придется его заставить.

Вообще, Ева была несколько обескуражена. Изучив всю предоставленную ей информацию, она решила, что Адам будет легкой добычей. Тем более что суккуб уже постаралась, подготовила, так сказать, почву. Еве нужно было лишь попасться объекту на глаза. Адам этого не помнил, но на самом деле он встречал Еву уже дважды. Первый раз он столкнулся с ней возле торгового центра, девушка буквально врезалась в него и едва не упала, поскользнувшись на ледяном тротуаре. Адам помог ей удержаться на ногах и подал варежку, которую она уронила, и ушел, кутая горло в длинный черный шарф. Второй раз мужчина вечером возвращался с работы и, проходя мимо катка, увидел одинокую фигуристку. Девушка кружилась под медленно падающим снегом и делала это так красиво, так легко. Адам остановился и стал смотреть на нее, любуясь грациозными движениями. Заметив его интерес, девушка сделала изящный пирует и помахала ему. Он робко махнул ей в ответ. Фигуристка двинулась было ему навстречу, но у мужчины зазвонил телефон, он ответил и поспешил мимо заборчика катка, тут же забыв про незнакомку.

Ева злилась. Сделать знакомство случайным и непринужденным не получалось. Сегодня утром ей уже звонили. Пока просто посоветовали приложить больше усилий, но девушка чувствовала недовольство начальства. Пришлось действовать наглее, выставить себя не нежной романтичной девушкой, а нагловатой особой. И снова встреча получилась недолгой, а особенного интереса со стороны мужчины Ева почти не увидела. Хотя и нельзя было сказать, что Адам остался совсем уж равнодушным. Она явно заинтриговала его, зацепила, значит, стоит выбрать именно эту линию поведения. Просто что-то или кто-то отвлекает его, есть нечто в его жизни, что важнее встреч и романов с красивыми незнакомками.

Выждав минут пять, Ева тоже вышла из кафе и отправилась домой. Теперь, если Адам и обнаружит пропажу и вернется в кафе, ни бумаг, ни девушки, что забрала их, он уже не найдет.

Ева специально ожидала несколько часов, прежде чем связаться с Бакером. Адрес электронной почты был пропечатан в правом левом углу каждой страницы оставленных им бумаг. Ева могла бы найти Адама и по-другому, но е-мейл пришелся весьма кстати. Вечером, когда город окутали уютные снежные сумерки, девушка отправила сообщение и стала ждать. Впрочем, долго ожидание не продлилось.

Губы Евы растянулись в улыбке, когда менее чем через пять минут она получила ответное послание: «Скиньте свой адрес, я заберу их у вас».

Вот так, ни здравствуйте, ни спасибо. Письмо было сухим и невежливым, но в каждой букве короткого предложения сквозило нетерпение и раздражение.

Когда раздался короткий звонок, Ева распахнула дверь и непринужденно махнула стоящему на пороге мужчине.

– Входите, – пригласила она. – Сейчас я принесу ваши документы.

Адам хмуро взглянул на девушку и коротко кивнул. Она крутанулась на месте и умчалась куда-то вглубь просторной квартиры. Ева вернулась через минуту и протянула ему черную папку. Только когда она оказалась в его руках, Адам вздохнул с облегчением.

– До свидания, – произнес он и уже повернулся к входной двери, когда услышал возмущенный возглас Евы.

– Можно было бы и спасибо сказать, – проворчала она.

Девушка стояла перед ним, сложив руки на груди, и сердито сопела. Адам окинул ее взглядом, невольно задержавшись на бесконечно длинных ногах в коротеньких шортах, на оголенном плече в вырезе растянутой домашней майки. И снова его обожгло короткое видение: он абсолютно точно знал, как выглядит ее грудь без этой майки и какого цвета ее соски. В светлой прихожей запахло вишней, сдобренной специями, и ноздри Адама чуть дрогнули. Этот запах казался ему знакомым и был таким привлекательным.

– Зачем вы вообще забрали папку? – стараясь скрыть свой странный интерес, спросил мужчина. – Я вернулся за ней, а вы ее уже утащили.

– Утащила? – Ева округлила свои голубые глаза и сердито фыркнула. – Вы еще скажите, что я ее у вас украла! Да я выскочила сразу за вами, а вас и след простыл. Я не знала, вернетесь вы или нет, подумала, что официанты просто выбросят ее, поэтому глянула на первый лист, увидела е-мейл и решила, что лучше вернуть вам документы лично. Я так поняла, что они очень важны для вас. Теперь я понимаю, что зря беспокоилась.

– Ладно. – Адам прервал ее сердитую тираду и примирительно поднял вверх ладонь. – Ладно, извините. И спасибо.

Ева переминалась с ноги на ногу и молчала.

– Я же поблагодарил. – Под ее взглядом Адам почувствовал себя неуверенно.

– Тогда уходите. – Ева кивнула на дверь. – Всего доброго.

– До свидания. – Мужчина взялся за дверную ручку, но в последний момент обернулся. – Могу я пригласить вас как-нибудь выпить кофе? – спросил он несмело и чуть улыбнулся. – Чтобы вы не подумали, что я грубиян.

Улыбка преобразила его строгое лицо, зажгла свет в теплых карих глазах.

– Можете, – согласилась Ева, склонив голову набок. – Я напишу вам, когда буду свободна.

– Лучше я дам вам свой номер телефона. – Адам завозился, хлопая себя по карманам, очевидно, в поисках ручки.

Ева протянула ему свою, лежавшую на полочке с ключами, и квадратик бумаги для заметок. Записав свой номер, Адам попрощался и ушел. Ева подпрыгнула на месте от радости. Есть! Он только что практически пригласил ее на свидание. Теперь ей будет что сказать начальству.

Когда эмоциональный всплеск утих, Ева задумалась о том, каким должно быть их первое свидание. Адам – мужчина серьезный, его просто так не пронять. Даже видя ее во сне, он не сразу соблаговолил начать с ней общаться. Вести с ним интеллектуальные беседы у Евы не получится, она это прекрасно осознавала. Суккуб сообщила, что в сексуальных фантазиях Бакер видел женщину, подобную ей. И фантазии эти были яркими и достаточно откровенными. Значит, зануда-ученый втайне мечтает о жарком приключении, и образ милой скромницы его не привлечет? Что ж, Еве придется играть по этим правилам. Она должна стать его самым незабываемым, самым провокационным и самым выматывающим душу знакомством.

В голове словно зажглась лампочка. Ева внезапно поняла, куда она позовет Адама на их первое свидание.

– Что ж, Бакер, проверим крепость твоих нервов? – усмехнулась она. – А еще посмотрим, способен ли ты выдержать женщину, о которой мечтаешь.

Глава 17

Однако с первым свиданием пришлось повременить. Еве необходимо было выйти на охоту. В компании с тремя мелкими бесами она три дня пыталась выследить несколько призраков. Это были души, обнаружившие изредка истончающуюся грань между миром живых и мертвых. А если проще, то сбежавшие из преисподней, куда попали после смерти в связи с тем, что еще при жизни продали себя Аду.

Об этом Ева с содроганием узнала от компании бесов, с которыми ей предстояло отправиться на охоту. Она испытала странное чувство. Девушка не могла не думать о том, что когда-то беглецы были людьми. Людьми, заключившими договор с демонами и после своей смерти оказавшиеся там, где и должны были, – в Аду. Они были такими же, как она. Очевидно, на своей службе они совершили фатальную ошибку, за что их бессмертное существование преждевременно прервалось. Сейчас они потеряли даже остатки своей былой человечности. Это были голодные сущности, не имеющие памяти и чувств, что ворвались в мир живых, и пока их не поймали, поглощали жизненные силы людей. Их необходимо было отправить обратно как можно скорее. Демонов не слишком волновало то, что могут пострадать люди, которым не посчастливится повстречаться с беглецами, их больше заботило то, что можно покинуть их безупречную тюрьму. Обратного пути не должно существовать, бесы-тюремщики проследят за тем, чтобы каждый проклятый вернулся в преисподнюю.

Призраков было шестеро. Они появлялись в загородных отелях, гаражах, в заброшенных на окраине города старых домах. Им уже посчастливилось поймать нескольких людей. Полиция растерянно разводила руками. Несколько трупов без следов насилия на теле. Удивляло лишь застывшее на мертвых лицах выражение ужаса. Стали поговаривать о появившемся в городе маньяке, но официальные власти слухи не подтверждали.

– Кендол приказал всех обратно не отправлять. – Один из бесов смачно сплюнул на снег. – Захватим их в артефакт.

– Зачем они ему? – удивилась Ева. – Допросить? На девушку обратился мрачный взгляд прищуренных глаз.

– Не тупи, – с ухмылкой произнес бес. – На черта ему их допрашивать? Да и что они могут сказать?

– Тогда зачем? – Ева зябко поежилась.

– Чтобы использовать как оружие, – снизошел охотник до объяснения. – Подошлют кому надо.

Ева за прошедшие три дня устала и основательно промерзла. Сейчас хотелось, чтобы все поскорее закончилось, но мысль о том, чтобы использовать обезумевшие души против людей, ее покоробила. Обычно они с Кианом, а иногда в компании с Эваном, просто загоняли тварей обратно в Ад или уничтожали. Это даже приносило удовлетворение. Чудовища не смогут и дальше вредить невинным людям. Здесь же охотники собирали темные сущности, чтобы использовать их для еще большего вреда.

– Что, приятно посмотреть на свое будущее? – Бес противно загоготал, временами даже похрюкивая от удовольствия. – Может, когда-нибудь и тебя так будем ловить.

Ева не ответила и отошла в сторону. За прошедшие дни она насмотрелась на мерзких приспешников дьявола. Ее буквально выворачивало наизнанку от их вида и поведения. Бесов было трое. Грязные, вонючие, они выглядели как законченные наркоманы: противные небритые рожи, пошлые намеки и откровенные издевательства над единственной девушкой в их компании, а вернее, стае, как они любили себя называть. Бесы, конечно же, мнили себя волками, Ева же иначе как гиенами их не назвала бы.

Сейчас они притаились в заброшенном здании, где, по последней информации, засекли беглые души. Днем они сожрали парочку каких-то бездомных. Их тела, присыпанные снегом, до сих пор лежали на каменном крыльце. Завтра утром их обнаружат полицейские, и слухи о загадочных смертях возобновятся.

– Нам удалось их окружить. – К девушке подошел один из охотников. – Брат заканчивает рисовать ловчую сеть снаружи. Будь внимательна, когда подам сигнал, ты должна будешь войти в здание и открыть артефакт. Когда души затянет, захлопни его и держи крепче, не упусти. Мы пока отправим в Ад остальных. Поняла?

Ева кивнула. К счастью, скоро все закончится. Возможно, уже этой ночью она будет спать в своей кровати, а сначала отогреется и отмокнет в очень горячей ванне.

– Пойманных надо будет сначала откормить, – услышала девушка разговор бесов, – а то истощенные они плохо слушаются.

– Куда ты хочешь их определить?

– Да можно подкинуть в какой-нибудь дом. Они останутся под сетью, но поедят вдоволь, потом уснут.

– Можно. Сделаем сегодня. Кендол будет доволен. А город еще немного помусолит слухи про страшного маньяка.

Троица загоготала. Для них это было настоящее развлечение. Эти бесы-охотники были просто созданы для такой работы. А вот Ева не понимала, что она тут делает. Особой необходимости в ее участии в охоте не было, да и квалификация у нее несколько другая. Но архидемон лично приказал ей присоединиться к стае. Это не иначе как проверка или изощренное наказание за прошлые ошибки. Даже Бакер отошел пока на второй план.

– Пошла! – махнул ей один из бесов, и девушка, зажав в руке маленькую черную коробочку, рванула к зданию.

Призраков оцепили в большом зале на втором этаже. Они метались внутри каменных стен, но выбраться уже не могли: снаружи их надежно удерживала магическая сеть.

– Двух отправляем обратно, – донесся до Евы крик снаружи, – а четверых берем с собой, устроим им сегодня пиршество. Внимание всем, я скоро открою портал.

Ева с коробочкой в руке встала в центре комнаты и медленно сняла с нее простую крышку. Рука сразу ощутила тяжесть, внутри коробочки ожила воронка чудовищной силы. Души стало затягивать в нее. Вот они оказались совсем близко к центру, где стояла девушка. Она чувствовала мертвящий холод, исходящий от призрачных тел. Ева зажмурилась и отвернулась в сторону, держа артефакт на вытянутой руке. Еще немного, и все будет кончено.

– Готово? – услышала она сквозь завывания ветра. – Открывать портал?

Ева внезапно решилась. Она взяла артефакт обеими руками и просто выломала тонкую крышку, что должна была закрывать коробочку, а потом бросила ее на каменный пол, для верности поддав носком сапога.

– Готово! – крикнула она в темноту. – Открывай!

Центр притяжения мгновенно сместился. Сломанный артефакт валялся среди каких-то обломков, ни на что более не пригодный, зато прямо за оконным проемом раскрылся портал. Призраки практически мгновенно исчезли в нем, и вокруг наконец наступила долгожданная тишина.

Ева осталась стоять на месте, по спине стекал холодный пот, а разум постепенно охватывало осознание того, что она только что натворила.

Когда трое бесов стремительно ворвались в комнату, Ева в панике прижалась к стене, с ужасом глядя на разъяренных охотников.

– Ты что, сучка, натворила! – заорал один из стаи. – Ты упустила их!

– Я не удержала артефакт, – дрожащим голосом попыталась она оправдаться, – он, кажется, был неисправен.

– Да все с ним было в порядке! – кричал другой, медленно наступая на Еву. – Это ты испортила его! Из-за тебя мы всех отправили обратно.

Третий охотник наклонился и поднял коробочку, внимательно ее рассмотрел, а потом смачно сплюнул на пол.

– Девка сломала его, – уверенно заявил он своим товарищам, – выдрала крышку.

– Да ты хоть знаешь, что тебе за это будет?! – Грязные руки сомкнулись на горле Евы. – Да Кендол тебя живо в Ад отправит, а до этого мы сами тебя проучим, чтобы даже через сотню лет помнила.

– Ты зачем это сделала, дура? – Один из бесов плевался слюной от злости, девушка чувствовала его зловонное дыхание и одуряющий запах грязи. – Пожалела людишек? Забыла, кому служишь?

Он занес кулак над Евой, она зажмурилась, ожидая удара, но его не произошло.

– Погодите, парни, – послышался насмешливый голос. С закрытыми глазами девушка не разобрала, кому из троих бесов он принадлежит. – Мы всегда успеем ее наказать, но может быть, пусть она попробует частично компенсировать нам неудачную охоту?

– На ней печать, – засомневался один, – она принадлежит демону.

– Да после того, как мы доложим Кендолу о том, что она сделала, будет уже без разницы, какому демону принадлежит эта сучка. Для нее все кончено.

– Ты прав, братишка, – послышался глумливый смех. Ева словно очнулась, отступила назад и выхватила висевшую на поясе огненную плеть.

– Давайте! – прорычала она, становясь в боевую стойку. – Сейчас я и вас отправлю вслед за этими душами.

– Зря ты так, – покачал головой бес. – Угодила бы нам, глядишь, мы бы и не стали докладывать архидемону о твоем проступке.

– Катись ты! – прошипела Ева и взмахнула плетью, показывая, что собирается бороться до конца, и плевать, что там будет дальше.

Бесы попятились было, но отступать тоже не собирались. Переглянувшись, они бросились на девушку все разом. Удары плети обрушивались на бандитов, их кожаные куртки дымились. Иногда точным движением удавалось достать и до голой кожи. Бесы старались нападать сразу с нескольких сторон, и вот одному из них все же удалось перехватить руку девушки и вырвать у нее оружие.

Еву накрыл ужас. Она уже поняла, что легкой смерти ей не видать. Надо же было так вляпаться! И ради чего? Ради кого? Что заставило ее сломать эту чертову коробку?

Между тем Еву хорошенько встряхнули, а потом швырнули на пол. Она вскрикнула. Трое бесов нависали над ней с похотливыми улыбками на мерзких рожах. Девушка попыталась отползти назад, но один из охотников ловко схватил ее за ногу и подтянул к себе.

– Чур я буду первый, – произнес он и облизал тонкие обветренные губы.

Бес протянул руку и, схватив Еву за воротник куртки, рванул его и легко разорвал. Девушка завизжала, изо всех сил молотя руками по груди нависшего над ней парня. Для охотника ее сопротивление ровным счетом ничего не значило. Он играючи справлялся со своей жертвой. Ева ощутила, как его руки вцепились в пояс ее штанов, грозя разорвать и их.

– Ну же, детка, – захохотал он, – давай порезвимся напоследок.

Ева вновь закричала, чувствуя, как убывают ее силы, и тут внезапно всех ослепил безумно яркий и горячий свет.

– Прошу прощения, господа, – прозвучал холодный голос Эвана. – Но я вынужден прервать вашу вечеринку.

Ева осталась лежать на полу, зажмурившись, а трое бесов с шипением закрывали лица, стараясь уберечь глаза от ангельского света. Свет пропал, хотя присутствие ангела ощущалось все так же явно.

– Тебе что тут надо? – зло проорал один из охотников, щуря слезящиеся обожженные глаза. – Убирайся и не вмешивайся не в свое дело.

– Это мое дело, – безапелляционно заявил Эван. – Нам поступил сигнал о голодных сущностях, и я пришел проверить, ликвидированы ли они.

– Ликвидированы, не волнуйся, святоша. – Бес расплылся в глумливой ухмылке. – Все отправлены в Ад, твоих драгоценных людишек в ближайшее время никто не побеспокоит.

– Прекрасно, – ангел с достоинством кивнул. – Но я заберу девушку с собой.

– Это с чего вдруг? – Бесы, наконец, проморгались и решились побороться за свою добычу. – Девка наша. К тому же она проштрафилась и должна ответить перед архидемоном.

– Проштрафилась? – удивился ангел. – А мне казалось, что это вы сплоховали, и наказание грозит именно вам.

– Это она отпустила души и артефакт сломала. – Один из бесов лениво пнул лежавшую на полу Еву. Она сжалась в комочек.

– Разве? – Светлые брови Эвана поползли вверх. – Ну да ладно, допустим. Чего ждать от бывшей смертной, они все слишком эмоциональны. Но вы, ребята, позволили себе кое-что похуже.

– И что же? – Охотники смотрели на ангела с подозрением.

– Открытое неуважение к вышестоящему по чину, – Ангел укоризненно покачал головой, а бесы вдруг с испугом переглянулись.

Эван нарисовал в воздухе круг, и он вдруг превратился в некий экран, на котором отобразилась вся троица, сидящая в засаде.

– Кендол, старый дурень, – произнес один из охотников на экране, – заставляет нас мерзнуть тут уже третий день. А могли бы сейчас пить с ребятами в баре.

– Я бы с радостью его послал, – вторил ему другой, – но он пока еще архидемон. Говорят, скоро его сместит Стивенсон. Вот он конкретный чувак и наших признает, говорят, в его подчинении есть своя собственная стая. Такие дела ребята творят! Все их уважают. А мы как шавки у Кендола на побегушках. Может, переметнемся, а?

– Рано, – лениво отозвался последний из троицы, – подождем, когда Кендола свергнут, как жареным для него запахнет, так и поможем Стивенсону. А он за помощь благодарен будет.

Окно-экран в воздухе погасло. Стая понуро молчала.

– Подслушивать – это не по-ангельски, – высказался наконец один.

– Иногда во имя добра приходится идти на жертвы, – Эван развел руками. – Давно наблюдаю за вами, ребятки, и не вмешался бы, если б вы свое дело честно делали.

– Мы делали, что приказано. – Бес сверкнул глазами. – Че тебе надо, святоша? Девку хочешь забрать? Забирай, не велика добыча.

– Заберу. Девушка идет со мной, и я забываю о вашей беседе, а вы не говорите Кендолу о причине неудачной охоты. Артефакт сломался, с кем не бывает. Тем более вы все равно не очень дорожите работой, верно? Но, как вы правильно заметили, ваш архидемон все еще у власти, поэтому в ваших интересах, чтобы он не узнал о ваших предательских разговорах.

– Почему мы должны тебе верить? – Один из охотников стиснул зубы, но смело шагнул навстречу Эвану. – Вдруг ты и девку заберешь, и нас Кендолу выдашь.

– Ну, ребята... – ангел покачал головой. – Я же не вы. Я не вру и обещаний не нарушаю. Так что, клянусь, наша беседа останется строго между нами. Но если у Евы после сегодняшних событий будут неприятности, то я так же обещаю, что эти же неприятности начнутся и у вас.

Наконец, помявшись немного и поогрызавшись для видимости, бесы ретировались.

Эван наклонился над все еще лежавшей на ледяном полу Евой и протянул ей руку.

– Киан прав, – сказал он, с интересом разглядывая бледную растрепанную охотницу, – тебя нельзя оставлять без присмотра.

– Почему ты помог мне? – стуча зубами от холода, спросила Ева ангела.

– Я видел, что ты сделала. – Он непринужденно пожал плечами. – И мы не раз вместе охотились. Считай, что я ощутил некую ответственность за тебя. Тем более что Киан – мой... друг.

– Демон – твой друг, – недоверчиво повторила Ева. – Я никогда не пойму, как устроен этот мир.

– Да просто он устроен, – улыбнулся Эван. – И, Ева, я же вижу, что ты до сих пор сопротивляешься.

– В этом нет смысла. – Она удрученно опустила голову.

– Смысл в том, что, если ты живешь в грязи, не обязательно становиться такой же грязью.

– Что?

Ева брезгливо поморщилась, а ангел расхохотался:

– Ну, я просто хотел ввернуть нечто такое глубокомысленное и философское. Не получилось, ну и ладно. Ты ж меня поняла. Пойдем, охотница, я доставлю тебя домой. Тебе достаточно приключений на сегодня.

Глава 18

Записку Адаму принесли прямо на работу в лабораторию. Вернее, ее оставили на проходной и отдали ему вечером, когда он уходил домой.

«Сегодня в 21.00», – значилось там. А дальше адрес и подпись: «Та самая Ева».

Куда звала Адама «та самая Ева», он не знал, пока в девять вечера не подъехал на такси к сверкающему огнями зданию. Ярче всего светилась элегантная вывеска с надписью «Казино». Швейцар у входа доброжелательно улыбался, но Адам не спешил входить, полагая, что таксист привез его не по тому адресу. Мужчина еще раз сверился с запиской. Нет, все правильно. Свидание ему было назначено именно здесь. Свидание? Адам усмехнулся и покачал головой. Что за мысли? Просто кофе в благодарность за возвращенные бумаги. Он до сих пор не понимал до конца, что толкнуло его тогда пригласить девушку. Адам не планировал этого, но когда понял, что это, возможно, последний раз, когда он видит Еву, то слова вырвались сами собой. Он хотел увидеть ее хотя бы еще раз. Кроме того, мужчина пожалел, что дал ей свой телефон и не узнал ее номер. Таким образом, он переложил ответственность за их встречу именно на Еву и вынужден был ждать ее звонка.

Адам вернулся к привычному образу жизни, работал, оставаясь в лаборатории до позднего вечера, и почти перестал думать о несколько эксцентричной особе, хотя ее образ продолжал жить в его голове. Это было неясное ощущение присутствия, которое не мешало, но приятно будоражило чувства.

Адам решился, он подошел к прозрачным дверям, из-за которых лился яркий свет, и, кивнув вежливому швейцару, вошел внутрь. У него приняли пальто и проводили в основной зал, откуда лились звуки музыки.

– Вы можете присоединиться к играющим, – напутствовал его служащий, – или сначала пройти к бару и посмотреть выступление, оно уже началось.

– Выступление? – растерянно оглядываясь по сторонам в поисках Евы, спросил Адам. – А кто выступает?

– О, вам понравится, – уверенно заявил служащий. – Для нас почти каждый вечер поет певица с потрясающим голосом. Некоторые приходят сюда специально, чтобы послушать ее.

Адам решил последовать совету и прошел к стойке, где уселся на высокий стул и заказал бармену воду со льдом. Раз Ева позвала его сюда, скорее всего, она сама найдет его.

Мужчина перекинулся парой ничего не значащих фраз с барменом, когда музыка вдруг стала громче, а огни софитов осветили небольшую сцену. Адам развернулся на стуле и, как и все, стал смотреть на вышедшую к зрителям женщину. Сначала свет был настолько ярок, что лица было не разглядеть, лишь размытый силуэт. Но вот певица запела, а свет стал затухать, пока не ушел на задний план, лишь деликатно подчеркивая фигуру артистки.

Адам не сразу узнал Еву. Певица на сцене выглядела нереально красивой. Черный матовый шелк длинного вечернего платья соблазнительно облегал идеальное тело, за счет чего девушка была похожа на изысканную статуэтку. Темные волосы были гладко зачесаны и собраны в объемный низкий пучок. Из украшений на ней были лишь сверкающие тонкие серьги-цепочки, что подчеркивали и без того длинную шею.

Артистка запела, и Адам оказался под магией ее волшебного голоса – мягкого, но глубокого и сильного. Она пела что-то мелодичное, медленное и чувственное. Присутствующие, даже те, кто был занят игрой, поворачивали головы и застывали, забыв сделать ставки. Впрочем, крупье с вежливыми улыбками приостановили все игры на время выступления, дав возможность клиентам насладиться чарующим пением.

Только когда Ева нашла глазами Адама и слегка кивнула ему, он окончательно узнал ее. Мужчина продолжал слушать, а в голове прочно засела мысль, что все происходящее просто нереально. Взбалмошная девчонка, что нагло уселась за его столик пару дней назад, оказалась певицей с волшебным голосом, роскошной женщиной, при взгляде на которую перехватывало дыхание.

Адам не разбирался в музыке и редко искал что-то специально для себя, предпочитая включать иногда что-то из микса попсы для фона, но сейчас он решил, что Ева поет романсы. Только они могли звучать так чувственно, так эмоционально.

Девушка закончила первую песню, и зал взорвался овациями – искренними и бурными. Адам улыбался, хлопая певице в таком же, как и все остальные, восхищении. Ева слегка поклонилась зрителям и тепло улыбнулась Адаму. Он почувствовал себя выделенным, и в груди зажглось пламя. Надо же, он знает эту девушку! И она настоящая, а не плод его воображения!

Ева вновь запела, зал замерцал десятками разноцветных огоньков, что вспыхивали, как маленькие звездочки, медленно таяли, чтобы вновь зажечься в ином месте. Вторая песня была другой, это был не медленный печальный блюз, в этой музыке таилась страсть. Сложный ритм заставлял ее дыхание сбиваться, а голос понижаться до хрипотцы. Адам непроизвольно вздрагивал, мелодия и голос проникали прямо в кровь.

Третья песня вновь оказалась медленной, певица пела ее на каком-то незнакомом Адаму языке, и от этого романс становился несколько экзотичным и очень сексуальным. Адам часто ловил на себе взгляд Евы и неосознанно распрямлял плечи, стараясь выглядеть выше и солиднее, чтобы хоть немного соответствовать прекрасному созданию на сцене.

Но внезапно все изменилось. В зале отчетливо разлилось напряжение, а воздух зазвенел. Все длилось не больше пары секунд, но оставило неприятное ощущение. Певица тоже заметила неладное. Она чуть заметно сбилась с ритма, а ее взгляд заметался по залу, подобно бабочке, что ищет источник огня. И она его нашла. Ева даже подалась вперед, повернувшись к новому зрителю бара. Адам проследил за направлением ее взгляда и, увидев, на кого смотрит девушка, невольно вздрогнул, а волосы на затылке встали дыбом. Нет, мужчина у бара не выглядел устрашающе или грозно, наоборот, он был красив и элегантен, в черной рубашке и джинсах, с безупречно уложенными волосами, гладко выбритым лицом и едва заметной улыбкой на губах. Но от него исходила какая-то особенная энергия. Она притягивала к себе, удерживала, не отпускала и подчиняла. Ощущение силы читалось в каждом жесте, в каждом движении. И Ева попала в паутину этой темной энергии и уже не могла из нее выбраться. Адам видел и чувствовал, что с этого мгновения она забыла обо всех в зале и пела только для него, для этого незнакомца в черном. А он принимал это как должное, уверенный, что яркая бабочка перед ним принадлежит ему безоговорочно.

Адам, глядя на них обоих, не мог не признать, что они идеально смотрелись вместе. Оба красивые, словно сошедшие с экрана или обложки пафосного журнала, подходящие друг другу, как элементы пазла, связанные невидимыми, но прочными узами. Адам чувствовал эту связь между Евой и мужчиной, а себя вдруг ощутил лишним – неуклюжим, неловким, занудным ученым, который уж точно не пара этой девушке. О чем он там думал еще совсем недавно? О том, что Ева пригласила его на свидание? Чушь! Это невозможно. Она может быть только с таким, как этот мужик. Кем он там является? Смесь мафиози с красавчиком из рекламы мужского нижнего белья? Это ей Адам предлагал выпить кофе в благодарность за возвращенные бумаги? Идиот. Пей кофе с секретаршей из лаборатории или с младшей сотрудницей научного отдела, что недавно назвала Адама милым.

Песня еще звучала, а Адам не глядя поставил стакан с водой на стойку, а потом встал и пошел к выходу. В холле ему подали пальто, и он со злостью на самого себя рванул входную дверь и с облегчением вдохнул морозный воздух. В ушах звенело, поэтому Адам не сразу расслышал, как его окликают по имени, а когда услышал и обернулся, то увидел прямо перед собой Еву. Она стояла у дверей и смотрела на него с удивлением.

– Куда же вы? – спросила девушка. – Почему уходите? Разве мы не собирались выпить кофе? Наверное, вы устали ждать. Простите, я не предупредила, что освобожусь не сразу. Вы спешите?

Она спрашивала с искренним беспокойством, а Адам чувствовал себя последним болваном.

– Я просто не должен здесь находиться, – произнес он, окончательно стушевавшись, – простите.

– Почему?

Он помолчал, не зная, как объяснить ей, что ему тут не место.

– Тут, кажется, не подают кофе, – выдал он наконец.

Ева рассмеялась.

– Ах, вот оно что! Но я попрошу сварить его специально для нас.

Адам все еще мялся, несмело поглядывая на девушку, и вдруг заметил, как ее обнаженные руки и плечи покрылись мурашками от холода.

– Вы простудитесь, – торопливо сказал он, – возвращайтесь в тепло, а я, пожалуй, пойду.

– Только вместе с вами, – упрямо покачав головой, заявила Ева. – А не пойдете, замерзну тут насмерть. Вы видели мое платье?

Она повернулась, и Адам закашлялся, поперхнувшись холодным воздухом. Конечно же, когда девушка стояла на сцене, он не мог видеть, как выглядит ее наряд сзади. Теперь же она продемонстрировала полное отсутствие ткани на своей спине. Платье начиналось, или лучше сказать, заканчивалось чуть ниже поясницы, оставляя спину полностью обнаженной. Сейчас эта соблазнительная красота была покрыта мурашками холода.

– Пойдемте! – Адам буквально втолкнул девушку в двери, обратно в тепло, и вошел следом.

Ева провела своего гостя к уютному местечку в зале, недалеко от бара. Отсюда хорошо просматривалось все помещение, но те, кто сидел за столиком, оставались в тени. Адам заметил, что девушка убрала табличку с надписью «Администратор», прежде чем сесть.

– Извините, что заставила вас ждать. – Ева склонила голову чуть набок, и Адам мгновенно перенесся в кафе, где они познакомились, а девушка перестала казаться ему далекой звездой.

– Я не зря ждал. – Мужчина улыбался уже увереннее. – Вы прекрасно поете. Я не ожидал. Значит, вы певица?

– Давайте не будем так официальны? А то я чувствую себя, как на светском рауте. Будем говорить друг другу «ты»?

– Я никогда не был на светском рауте, – усмехнулся Адам, – но я согласен.

– Да, я пою здесь.

Ева окинула взглядом зал, а потом повернулась к мужчине и, поставив локти на столик, чуть подалась вперед.

– А ты ученый, да? – спросила она с нескрываемым любопытством. – Извини, я заглянула в твои бумаги, когда искала адрес. Я, конечно, ничего там не поняла, какие-то формулы и невыговариваемые слова, но я все же поняла, что твоя работа связана с химией.

– Я бы не назвал себя ученым, – смутился он. – Я работаю в химической лаборатории, в отделе фармакологии.

– Фармакология? – Ева чуть сдвинула брови, вспоминая значение сложного слова. – А-а-а, лекарства?

Адам радостно кивнул.

– Да, в нашей лаборатории мы тестируем новые лекарства и время от времени пробуем новые формулы, проводим опыты, изучаем, как будут вести себя возбудители болезней под воздействием того или иного вещества или, к примеру, как меняется от выбранной дозы биохимический состав крови.

У мужчины горели глаза, он говорил торопливо и с явным удовольствием, но вдруг резко остановился и откинулся на спинку стула.

– Извини, – виновато произнес он, – меня о работе лучше не спрашивать. Я могу болтать о ней без остановки. Обычно это интересно только мне и моим коллегам.

– Мне тоже интересно, – заверила его девушка, – по крайней мере, пока. Значит, ты делаешь очень важное дело? Надо же, вот как, оказывается, появляются на свет новые лекарства! И над чем же ты работаешь сейчас? От чего собираешься спасти мир? Адам рассмеялся.

– До этого, боюсь, далеко, – покачал он головой, – и над чем конкретно работаю, тоже не могу тебе сказать.

– Это секретная информация? – Ева округлила глаза от восхищения и удивления. – Вот это да! Значит, те бумаги, что я вернула тебе, на самом деле очень важны?

– Там были лишь заметки для одной моей задумки, ничего серьезного. Но я рад, что они не потерялись, не хотелось бы начинать все сначала.

Им принесли ароматный кофе в черных маленьких чашечках и тарелку с миндальным печеньем. Беседа замерла. Адам вновь почувствовал себя неловко, хотя это чувство вызывала уже не сидевшая рядом красивая девушка, а сама обстановка.

– Тебе не очень нравится здесь? – Ева заметила его растерянность.

– Обычно я такие места не посещаю, – признался Адам, – а в казино и вовсе никогда не был.

– Хочешь попробовать сыграть во что-нибудь? – В глазах девушки загорелся огонек азарта. – Я могу объяснить тебе, что к чему.

– Нет-нет, – решительно замотал головой мужчина. – Не стоит, спасибо. Азартные игры меня не интересуют.

– А что интересует? – спросила его Ева. – Как ты любишь развлекаться и отдыхать?

Адам несколько обескураженно развел руками.

– Да я, собственно... – начал он, но договорить не успел.

За спиной Евы выросла тень, а мужская рука легла на ее обнаженное плечо. Девушка вздрогнула, а потом напряженно замерла.

– Ева, – произнес глубокий голос, – не представишь меня своему гостю?

Рядом с их столиком стоял тот самый темноволосый мужчина, которого Адам заметил недавно во время выступления.

– Это Адам, – произнесла Ева каким-то странным голосом, – мы познакомились с ним совсем недавно. Я пригласила его выпить кофе.

– Вот как? – Мужчина с доброжелательной улыбкой протянул руку Адаму. – Я Киан, владелец этого заведения. Вам нравится у нас?

Адам слегка привстал, пожал ему руку и плюхнулся обратно на свой стул, снова почувствовав себя маленькой никчемной букашкой рядом с небожителем. Аура темноволосого мужчины сейчас ощущалась еще отчетливее, она подавляла волю и буквально убивала самооценку. По крайней мере, Адам чувствовал себя рядом с ним именно так.

– Очень мило, – закивал он в ответ на вопрос Киана и закашлялся, маскируя неуверенность.

– Хотите сыграть? Новичкам обычно везет. Может, проверите свою удачу? – тон владельца стал более вкрадчивым и каким-то искушающим. Адам замер, ощущая, как внутри просыпается желание попробовать. А почему, собственно, нет? Что, если сделать пару ставок?

– Адам не интересуется азартными играми.

Твердый голос Евы внезапно вернул его с небес на землю. Он заморгал, словно приходя в себя после сна.

– Он серьезный ученый, – продолжила Ева, – и не занимается ерундой.

– Ну надо же, – Киан с насмешкой взглянул на девушку. – Ах, дорогая моя, тебе ли не знать, что у нас тут бывают и серьезные ученые, и политики, и врачи. Кто-то явно, кто-то инкогнито.

– Я, пожалуй, и правда не буду. – Адаму удалось сбросить противное оцепенение, а владелец казино потерял ореол сверхъестественности. Просто красивый, уверенный в себе мужчина.

Адам встал и с улыбкой посмотрел на Еву.

– Мне пора, рад был встретиться, – произнес он, а потом настолько осмелел, что предложил, даже несмотря на присутствие рядом Киана: – Может, как-нибудь снова выпьем вместе кофе?

Ладонь, что по-прежнему лежала на плече девушки, чуть сжалась. Это не укрылось от внимания Адама, но вызвало какой-то внутренний протест, тем более что ему показалось, будто Еве это собственническое прикосновение неприятно. Поэтому он попросил:

– Не дашь мне свой номер? Обещаю пригласить тебя в какое-нибудь славное место.

– Конечно, – Ева кивнула и быстро записала номер телефона на салфетке.

– Еву трудно чем-либо удивить. – Киан вновь абсолютно бесцеремонно вклинился в их беседу. – Она очень искушенная особа.

Фраза, произнесенная чуть насмешливым тоном, заставила девушку сверкнуть глазами от злости и резко встать.

– Я провожу тебя, Адам, – сказала она и шагнула вперед, избавляясь от прикосновения мужчины.

Адам торопливо пробормотал слова прощания владельцу и с облегчением последовал за девушкой к выходу. Вновь стоя на улице перед заведением, он хотел сказать ей что-то приятное на прощание, но заметил, что она рассеянна и вроде как расстроена. Было видно, что ей уже не до Адама, что-то другое или кто-то другой занимал все ее мысли. Торопливо попрощавшись, он сел в такси и назвал водителю свой домашний адрес. Когда машина отъезжала, Адам обернулся, но Евы у входа уже не было.

Дверь в кабинет Киана раскрылась медленно, словно нехотя. Он стоял у окна со стаканом золотистого коньяка в руке и лишь слегка повернул голову.

– Я не знала, что ты уже вернулся.

Ева вошла, но остановилась у дверей.

– Не ждала меня? – спросил Киан, глядя на сверкающий огнями город за окном.

Ева не ответила, хотя мысленно ей и захотелось закричать: «Не ждала! Не так скоро! Я не готова!» Она и правда не знала, что чувствует сейчас, не хотела разговоров, объяснений. На расстоянии злиться было легче. Сейчас, когда Киан находился рядом, Ева невольно попадала под его магнетизм. Она не могла игнорировать свои чувства, хотя, черт возьми, она не знала, что она сейчас чувствует.

– Тебе ведь нужны объяснения.

Это не было вопросом, оба понимали, что разговора не избежать. И все же Ева замотала головой. К глазам подступили жгучие слезы, а ноги предательски ослабели.

– Ева! – Голос Киана прозвучал жестко, даже чуточку зло. – Ты же не из тех истеричных особ, что при проблемах закрывают уши руками и визжат, что ничего не хотят знать, а мужчина, обидевший их, однозначно мерзавец, что заслуживает самой ужасной кары?

– О, – негромко протянула девушка, – мне кажется, что я именно из таких особ.

Киан повернулся к ней и смотрел холодно и иронично. Сдержанный и безупречный, тогда как она готова была рассыпаться на кусочки. Его губы чуть дрогнули в улыбке, но лицо осталось серьезным.

– Давай, – прикрыв глаза, сказала Ева, – расскажи мне, как все было. Я выслушаю твои оправдания и, если ты не против, пойду домой.

– Я не собираюсь оправдываться.

Киан шагнул к ней ближе, а она отступила, прижавшись спиной к закрытой двери.

– Я и сейчас поступил бы так же.

Еще ближе мужчина подходить не стал, и Ева была ему за это благодарна.

– Двести лет назад, когда я увидел тебя, ты должна была умереть.

У девушки вырвался нервный смешок.

– И ты решил спасти меня? – спросила она и скривилась: – Как благородно с твоей стороны.

То, что сказал Киан, вызвало у Евы приступ гнева. В ее глазах грозившая ей преждевременная смерть не являлась оправданием тому, что он превратил ее в проклятое бессмертное существо.

– Спас меня? – повторила она со злостью. – Меня изнасиловали, я убила человека, оказалась в тюрьме, едва не совершила самоубийство и заключила контракт с дьяволом, когда собиралась сделать еще одну попытку. И все это ради славной и беззаботной бессмертной жизни. Интересно, ты долго писал для меня этот чудный сценарий?

Киан чуть свел к переносице свои черные брови и поджал губы. Больше ничего в его лице не выдавало эмоций.

– Я ничего не придумывал для тебя, – спокойно ответил он на обвинения. – Все это тоже было в твоей судьбе.

– Как это? – выкрикнула она зло. – Я что, сначала должна была умереть, а потом, если не получится, сесть в тюрьму и покончить с собой? Не многовато ли для одного человека?

Киан отошел к столу и взял оставленный там стакан, посмотрел его на свет и поставил обратно, раздумав допивать.

– Будущее – это не всегда один вариант, – сказал он. – Человек движется по ветке своей судьбы, но в любой момент может перейти на другую, и его жизнь пойдет иначе.

– И что, обе мои ветки оказались тупиковыми?

– Да.

Киан вновь с сомнением взглянул на стакан, а потом все же залпом выпил крепкий напиток.

– Ты должна была умереть, я предотвратил это, но стал проигрываться второй вариант. Я не имел права больше вмешиваться.

– Лучше бы я умерла в первом варианте. – Голос Евы был не громче шепота. Она дрожала, обхватив себя руками. – Почему ты не позволил мне этого?

– Когда я спасал тебя в первый раз, я не знал, что есть второй вариант.

Киан быстро взглянул на девушку, но подойти ближе больше не пытался.

– Я действительно хотел помочь.

– Райн говорил, что ты все подстроил, чтобы я заключила контракт.

– Не подстроил. Но ускорил события. Все должно было случиться через пару лет, но я не стал ждать, боялся, что кто-то другой из демонов окажется рядом.

– Как я должна была умереть в первый раз? – Голос Евы прозвучал жалобно. – Я заболела или меня бы убили?

– Несчастный случай, – ответил Киан, заставив глаза девушки широко распахнуться от шока.

– Я умудрилась бы попасть под какой-нибудь экипаж, свалилась бы с высоты, утонула? – срывающимся голосом спросила она.

Киан усмехнулся и покачал головой.

– Нет, ты не настолько неуклюжа. Это случилось бы на площади во время народного гулянья по случаю выборов нового губернатора. На него хотели совершить покушение, после выстрела в толпе началась бы паника, ты бы упала, и тебя просто затоптали бы.

Ева некоторое время молчала, о чем-то сосредоточенно размышляя, а потом сказала:

– А я ведь помню это. Кто-то остановил панику, в губернатора так и не попали. Об этом долго потом говорили, а горе-убийцу поймали.

Она тряхнула головой, сбрасывая оцепенение, несколько прядей волос выбились из прически и упали на ее мокрые от слез щеки.

– Надо же, как ты заморочился, – сказала она с усмешкой, – предотвратил покушение ради меня. Не проще было просто заставить меня вовремя уйти оттуда? И еще вопрос, главный, пожалуй: зачем я тебе?

– Ты же не поверишь, если я скажу, что влюбился в тебя?

Киан сказал это таким тоном, будто и сам не верил в то, что говорил. Не поверила и Ева. Она горько рассмеялась.

– Любовь? – переспросила она. – Не смеши меня. Демоны не могут любить. Все знают, вы лишились возможности любить, когда предали Бога. Бог есть любовь, помнишь? Нет Бога – нет любви. Пытаешься надавить на меня? Признайся лучше, ты просто захотел, чтобы я принадлежала тебе. Новая игрушка, да? Теперь я знаю правду, но это не значит, что я могу простить тебя. Я не считаю, что ты спас меня. Ты меня уничтожил и превратил мою жизнь в ад.

Ева развернулась, чтобы уйти, но Киан ее остановил.

– Кто такой этот Адам? – спросил он буднично, словно и не было сейчас этого разговора между ними.

Ева оглянулась через плечо, и ее красивое лицо исказилось.

– Ревность и похоть, – с презрением сказала она, – вот и все, что ты способен чувствовать, Киан.

Демон молча ждал ответа, все так же холодно глядя на девушку.

– Адам – мое задание, – бросила она. – И не мешай мне, Кендол лично следит за моими успехами. Мне нужно максимально отвлечь Адама от его работы.

– Я так понимаю, ты решила максимально быстро затащить этого простофилю в постель? Не пробовала действовать по-другому? Иногда недоступность женщины сильнее разжигает страсть и сносит крышу.

Ева не стала отвечать, она рванула дверь на себя и выскочила в коридор. Ее щеки пылали от гнева, а кулаки так и сжимались от желания разбить Киану хотя бы нос.

– Исчадье, – прошипела она, стараясь овладеть собой. – Чертов демон! Чтоб тебя!

В кабинете Киан, оставшись в одиночестве, так же зло сверлил темным взглядом закрытую дверь. Хотелось кинуться вслед за Евой, схватить ее за плечи и тряхнуть, заставить понять. Только вот что? Что двести лет назад он пошел на поводу у своих желаний?

Внезапно Киан заметил на полу маленькое светлое пятнышко. Наклонившись, он увидел лежащее на ковре серебристое перышко и в недоумении замер. Оно чуть поблескивало в неярком свете настенных светильников. Только ангельских перьев здесь не хватало. Мужчина придавил перышко подошвой ботинка и с силой растер его, превратив в бесформенный комок грязи.

Глава 19

Адаму снова снился этот сон. В нем была девушка, чей образ посещал его уже не раз. Только раньше он не мог разглядеть ее лица и больше обращал внимание на соблазнительное обнаженное тело. Теперь же облик красавицы стал более конкретным. У нее были яркие голубые глаза и пленительная улыбка, и она знакомо склоняла голову набок. Адаму казалось, что в его снах всегда была именно Ева.

Эти сны были очень реалистичными и заставляли его просыпаться изнывающим от желания. Еще долго после пробуждения руки ощущали прикосновение к гладкой женской коже, губы покалывало от страстных поцелуев. Он слышал шепот, но не мог разобрать слов. В своих снах Адам опрокидывал Еву на кровать, любовался ее красивым телом на шелковых простынях. Она протягивала к нему руки, и он кидался в эти объятия как в омут. Он чувствовал аромат ее кожи, не мог оторвать ладоней от пышной груди, сходил с ума от желания обладать этой девушкой, но всегда просыпался в самый ответственный момент. Всегда. Как бы он ни пытался продлить сновидение, удержаться на самом краешке сна, Адам всегда соскальзывал в реальность. Он просыпался с бешено бьющимся сердцем, возбужденный и неудовлетворенный.

Так было и этой ночью. Адам застонал от разочарования, когда понял, что его сон вновь прервался. Простыни под ним были влажными от пота, одеяло запуталось в ногах. Что ж за наваждение такое!

Адам не мог обвинить в своих страданиях именно Еву. Сны начались до знакомства с ней. Но его эротическая фантазия была очень на нее похожа, а вот теперь у нее и вовсе было лицо Евы.

Рука мужчины легла было на живот, двинулась ниже, но остановилась. Боже, он ведет себя как подросток! Почему-то попытки продолжить свои фантазии наяву и подарить себе облегчение казались Адаму недостойными. Он рывком вскочил с постели и пошел в ванную, чтобы включить холодный душ.

Стоя под упругими струями воды, Адам все равно продолжал думать о своей новой знакомой. Есть ли у него хоть какой-то шанс? И если есть, нужен ли он ему?

Адам чувствовал, что они с Евой слишком разные. Она яркая, живая и непосредственная, возможно, несколько ветреная, привыкшая к восхищению мужчин, ибо хорошо понимала, насколько красива. А он, поглощенный своей работой, скучный, неумеющий развлекаться, любящий тишину и одиночество. Разве могут они быть вместе?

Мужчина выключил воду и остервенело вытерся полотенцем, потом вышел из ванной в гостиную. Взглянув на часы, он понял, что до позднего зимнего рассвета еще несколько часов, но сон окончательно ушел. Адам решил поработать и включил настольную лампу над темным столом у стены. Привычное занятие прояснит мысли и хотя бы на время избавит его от сладких иллюзий. Уже через несколько минут он погрузился в сложные расчеты и химические формулы, тело успокоилось, подчинившись сильному разуму ученого, а образ соблазнительной красотки отступил на самую периферию сознания, чтобы, несомненно, вернуться уже следующей ночью.

Ева заканчивала макияж, когда почувствовала появление демона в своей квартире. Она досадливо поморщилась, но предпочла не возмущаться несвоевременному и нежеланному вторжению. Смысла в этом все равно не было.

– Ты куда-то собираешься? – спросил Киан, непринужденно опускаясь в кресло.

– Я иду на танцы, – холодно сообщила Ева, не отрывая взгляда от своего лица в зеркале, на мужчину смотреть не хотелось. – Адам пригласил меня.

– Этот увалень умеет танцевать? – в голосе Киана послышалась откровенная издевка. – Ты уверена, что он тебя не опозорит?

– Мы будем учиться танцевать вместе. – Девушка сосредоточенно красила тушью ресницы. – Я тоже никогда не занималась латиноамериканскими танцами.

Смешок Киана был еще более издевательским. Он явно провоцировал Еву, стараясь заставить ее отвечать ему, проявить эмоции.

Не получив желаемого, мужчина вздохнул.

– Вообще-то, я пришел не просто так, – заявил он и встал, чтобы подойти к Еве.

Она замерла, физически всем телом ощутив его приближение, но не поменяла равнодушного выражения лица.

– Я принес тебе кое-что. – Киан остановился прямо за ее спиной, достал что-то из кармана и протянул Еве.

Она скосила глаза на блестящую штучку в его ладони и недоуменно приподняла брови, когда поняла, что это золотой медальон на довольно толстой цепочке.

– И что же это? Только не говори, что хочешь сделать мне подарок.

Она все же взяла медальон с его ладони и взглянула на крышечку. Выпуклый рисунок изображал голову какого-то мифического существа, похожего на быка. Его лобастую голову венчали мощные рога, а из широких ноздрей вырывался пар. В глаза существа были вставлены два темных камня, возможно, агата.

– О-о-о, – с пониманием протянула Ева. – Ты даришь мне свой портрет в истинном обличье? Очень мило, я польщена.

– Ты разве когда-нибудь видела меня в истинном обличье, Ева? – Киан чуть склонился над девушкой, его дыхание согрело кожу ее плеча, с которого соскользнула тонкая бретелька платья.

– Уверена, что ты примерно так и выглядишь. – Ева поймала взгляд мужчины в зеркале и тут же опустила глаза.

– Хочешь, я обращусь, а ты сравнишь свои ожидания с реальностью? – голос Киана прозвучал вкрадчиво и низко.

– Я ожидаю, что в ближайшее время буду общаться с тобой как можно меньше. – Ева постаралась, чтобы ее тон звучал равнодушно, хотя ее волнение от близости Киана выдавал вспыхнувший на щеках румянец.

– Возможно, тебе повезет. Когда-нибудь. Именно поэтому я и принес тебе медальон. Его не надо носить, просто спрячь, но не забудь, куда.

– Зачем он мне? – Ева невольно заинтересовалась.

– Если вдруг ты останешься без меня, – начал Киан и наконец отступил назад, создавая дистанцию между ними, – медальон откроется. Там будет то, что тебе поможет.

Девушка обернулась, теперь уже не отрывая взгляда от мужчины.

– Что ты имеешь в виду? – спросила она встревоженно. – Как это: если я останусь без тебя? Ты снова уезжаешь?

– Нет, – Киан отрицательно качнул головой. – Я просто хочу, чтобы это было у тебя.

– Ладно. – Ева вновь взглянула на медальон в своей руке. – А что в нем? Ты сказал, что это мне поможет.

– Это ты узнаешь, если тебе действительно понадобится помощь, а меня не будет.

– Как я открою его?

– В нем особая магическая программа, он откроется сам в нужное время.

– Хорошо. – Девушка открыла ящик под туалетным столиком и опустила в него массивное украшение. Неясное чувство какой-то тревоги так и не ушло. Несмотря на гнев на Киана, на обиду, она не могла представить, что останется в этом недоброжелательном мире без его защиты, не могла представить, что Киан может куда-то исчезнуть.

– Скажи, – несмело произнесла она, – ты ведь не можешь умереть?

Киан рассмеялся, весело, от души, его темные глаза сверкнули.

– Что, уже начала мечтать, как избавишься от меня? – отсмеявшись, спросил он. – Боюсь, это будет нелегко, скорее даже невозможно.

Ева почувствовала себя спокойнее, но не стала уверять Киана, что подумала вовсе не об этом. Она задержала взгляд на смеющемся лице демона, красивом, благородном, безупречном, и, склонив голову набок, задала еще один вопрос:

– Киан, откуда у тебя эта внешность? Ты специально выбрал выглядеть именно так? Нравится быть неотразимым красавцем? Видимо, так легче доводить женщин до грехопадения.

Киан снова рассмеялся.

– Думаешь, все это морок? – он обвел рукой вокруг своего лица и покачал головой. – Я не настолько тщеславен, как ты думаешь. Мой облик в человеческом воплощении такой же настоящий, как и тот, другой. Так что я не специально.

Ева чуть надула губы, недовольная тем, что он смеется над ней, и повернулась обратно к зеркалу. Оставалось лишь накрасить губы. Киан опять уселся в кресло, продолжая наблюдать за ней.

– Значит, вы собираетесь танцевать?

– Да.

– И этот Адам будет обнимать тебя за талию, прижимать к себе?

Ева фыркнула.

– Твоя ревность совершенно неуместна.

– Я не ревную, я лишь хочу указать тебе на ошибку.

– Какую же?

– Твое платье – неудачный выбор.

Ева недоуменно посмотрела сначала на Киана, а потом на себя. Для танцевального вечера она выбрала расшитое пайетками короткое платье серебристого цвета. Ее длинные ноги были максимально обнажены, так же как руки и плечи. Разве может быть что-то более соблазнительное? Да Адам должен дар речи потерять при виде нее.

– Чем тебе не нравится это платье? – Она недовольно нахмурилась, а потом с вызовом сложила руки на груди. – По-моему, очень красивое.

– Красивое. – Киан согласно кивнул. – Но из-за этих блестяшек оно колючее и жесткое. Ты же хочешь, чтобы мужчине было приятно касаться тебя? А так он скорее исцарапает себе ладони и предпочтет не дотрагиваться до твоей талии. Выбери лучше шелк или бархат, что-то такое же нежное, как твоя кожа.

– Предположим. – Ева почувствовала раздражение, осознав его правоту. – Что-то еще?

– Пожалуй. – Киан окинул девушку оценивающим взглядом, чуть прищурив темные глаза, и спросил: – Скажи, ты уверена, что стоит сразу показывать почти все? Ты подаешь кавалеру на блюдечке сразу и свои потрясающие ноги, даешь ему полюбоваться голыми плечами и грудью. Ева, ты не оставляешь никакой загадки. Ты прекрасна, дорогая, но не стоит сразу дарить мужчине так много.

– Я смотрю, ты истинный эксперт. – Она разозлилась по-настоящему. – Я сама решу, как мне одеваться, как вести себя и как быстро затащить Адама в постель. Если захочу, сделаю это уже сегодня вечером.

– Как хочешь. – Киан медленно поднялся с кресла, с легкой улыбкой глядя на сердитую Еву. – Но тогда ты провалишь свое задание, и мистер Кендол будет тобой недоволен. Получив главный приз, этот занудный Адам вернется к своей работе. Ведь именно в ней еще так много непознанного, ему предстоит так много открытий. Ты же останешься лишь приятным моментом в его жизни. Поверь мне, дорогая, я знаю, о чем говорю. Я же все-таки демон, соблазнять – мое призвание.

Ева переоделась. Скрипя зубами, она все же вынуждена была признать, что чертов демон прав. Девушка торопилась. Задание, как обычно, не приносило ей удовольствия. Хотелось сделать все быстро и забыть. Но Киан подметил верно. Ее цель состоит не в соблазнении Адама – она должна как можно больше отвлекать его от работы. Очевидно, ученый вот-вот должен был сделать что-то, что не нравится демонам. Задачей Евы было добиться того, чтобы он не мог сосредоточиться на своем деле, забыл обо всем, кроме нее. А для этого необходимо как можно дольше держать Адама на крючке, будоражить его, завладеть всеми мыслями и чувствами.

Ева выбрала короткие кожаные шорты, решив, что сегодня Адам будет любоваться ее ногами. К ним она добавила белую свободную рубашку, завязанную узлом на талии. Волосы девушка собрала в высокий хвост. Образ получился игривым и легким. Капелька любимых духов с запахом вишни заставит мужчину запомнить ее даже на уровне обоняния.

К удивлению Евы и самого Адама, танцевал мужчина весьма неплохо. Он обладал природной грацией и чувством ритма, что позволило ему достойно выглядеть на танцполе. В целом они прекрасно провели время, много смеялись, двигались и часто касались друг друга. Поначалу робкий, Адам быстро освоился, и его рука уже смело касалась талии партнерши по танцам. Сама же Ева была очарована. Перестав смущаться и попав в более непринужденную обстановку, Адам оказался легким в общении, внимательным и умным кавалером. Также он мог похвастать хорошим чувством юмора. В кафе, куда они заглянули выпить кофе после урока танцев, парочка болтала без умолку, находя все больше общих тем для разговора.

И все же именно Адам все испортил. Когда пришло время прощаться, он вдруг посерьезнел, посмотрел на девушку исподлобья и, потянувшись через стол, взял ее руку в свои ладони. Ева ласково улыбнулась ему, поощряя момент близости, но Адам, казалось, колебался, никак не решаясь сказать нечто важное.

– Что случилось? – вскинув брови, спросила Ева. – Что-то не так?

– Все так, – стушевался Адам, а потом взглянул ей в глаза. – Я просто подумал вот о чем. Ты очень красивая девушка, Ева. И наверняка привыкла к постоянному восхищению мужчин.

Ева молчала, ожидая продолжения. Мужчина покраснел и торопливо продолжил, боясь, очевидно, передумать:

– Мне удивительно, что ты обратила на меня внимание. Если прошлую нашу встречу можно считать простым знаком внимания, то сегодня ты согласилась пойти со мной на танцы уже не просто из вежливости.

– Не просто. – Ева непринужденно пожала плечами. – Я подумала, это будет весело. Так и оказалось. В чем дело, Адам? Тебе что-то не понравилось?

– Я боюсь, что все это быстро закончится. Я все же не очень веселый и общительный человек, у меня много работы, и развлекаюсь я редко. Тебе быстро станет скучно со мной, я не умею ухаживать за девушками. А ты привыкла...

– Так, все! – Ева в негодовании вырвала свою руку и взглянула на мужчину в ярости. – Я поняла! Ты про меня уже все решил, какая я, чего хочу и к чему привыкла. У нас всего третья встреча, даже свиданием назвать нельзя, а ты уже навешал на меня ярлыки.

– Ева... – Адам испугался и ее реакции, и выводов, которые она сделала. – Я совсем не то хотел сказать.

– Но сказал. – Девушка встала и торопливо сдернула со спинки стула свою куртку. – Я поняла. И знаешь, ты прав. От мужчины, с которым бы я собралась встречаться, я ждала бы и его внимания, и его времени. Все так и есть, я не позволю ставить себя на второе место. Поэтому давай закончим на этом.

Она смахнула со щеки одинокую слезинку обиды и судорожно вздохнула.

– Мне было приятно провести с тобой время, Адам, – произнесла Ева чопорно и кивнула, – жаль, что не оправдала твоих ожиданий и не согласилась иногда быть твоей подружкой.

Не глядя больше на мужчину, Ева развернулась и стремительно выбежала из кафе, оставив обескураженного Адама в растерянности хлопать глазами.

– Я хотел сказать, что недостоин ее, – пробормотал он, – и что боюсь не дать ей всего, чего она заслуживает. А она решила, что...

Адам почесал в затылке, взлохматив рыжеватые волосы.

– Черт! – выругался он. – Я даже не понял, на что она обиделась. Но понял, что виноват.

Адам покачал головой, мысленно посмеиваясь над собой: «Вот олух! Я и правда не умею общаться с женщинами, особенно с такими, как Ева. Как теперь исправлять все это?»

Выйдя из кафе и завернув за угол, Ева притормозила. На ее лице была улыбка. Как хорошо все вышло. Адам, сам того не зная, дал ей повод зацепить его еще сильнее: чувство вины не даст ему спокойно спать, да и суккуб постарается, чтобы ночами он изнывал от желания. И свои приоритеты Ева озвучила ясно: ей нужно все его время, все его внимание, только тогда он может рассчитывать на что-то. В том, что Адам очень скоро позвонит с извинениями и предложением новой встречи, она не сомневалась. Проблем с выполнением задания возникнуть не должно.

Но настроение тут же испортилось. Адам – прекрасный человек, а ее задача – его губить, выворачивая душу наизнанку и разбивая сердце.

Домой Ева возвращалась пешком, неспешно бредя по засыпанному снегом городу, такому чистому и все еще праздничному. Она провожала взглядом встречавшихся людей, гадая, куда они спешат, к кому, кто их ждет дома. Ее не ждал никто, некому было подарить заботу и тепло, так же, как и ей его никто не подарит. Мелькнула тоскливая мысль о Киане, и в груди тут же заныло. Нет, прощать его она не собирается. Чертов спаситель! Своим вмешательством он все испортил, и плевать на причины. Глаза защипало от слез, Ева подняла голову и быстро заморгала. Такой одинокой и преданной она еще никогда себя не чувствовала. Девушка медленно пошла по аллее, уже не замечая ни прохожих, ни сверкающего под фонарями снега. Вскоре ночь поглотила ее, укрыв и спрятав от всех под своим крылом.

Глава 20

Ева сидела в кресле в своей гостиной и методично покрывала ногти на ногах ярко-красным лаком. В комнате резко запахло озоном и летним дождем, а пространство едва заметно заискрилось.

– Не дом, а проходной двор, – пробормотала девушка себе под нос, но глаз от своей работы не подняла, пока свет от окна ей не заслонила фигура мужчины.

– Эван, ангелов не учат хотя бы стучаться? – спросила она и обреченно вздохнула.

Эван окинул ее взглядом, в котором явственно сквозило неодобрение: девушка сидела в кресле в одном нижнем белье, черном, кружевном и очень соблазнительном.

– Я у себя дома, – вновь напомнила непрошеному гостю Ева, – а не посреди площади, полной добродетельных горожан. Ты чего хотел?

Она все же накинула на себя халат, не желая в очередной раз выслушивать нудные нотации.

– Хотел узнать, – ангел выглядел серьезно, даже по сравнению со своим обычным видом, – давно ли ты видела Киана?

Ева мысленно прикинула время.

– Дней пять назад, вообще-то, – сообщила она, – да и то мельком. Он заходил в казино.

– Вы не говорили?

– Мы последнее время редко разговариваем. – Ева мазнула лаком мимо ногтя и выругалась. – Ой, – рассмеялась она, бросив быстрый взгляд на мужчину, – прости.

Ангел, казалось, даже не заметил ее ужасного поведения. Он задумчиво потирал подбородок и на девушку не смотрел.

– Что-то случилось? – Ева почувствовала тревогу. Она видела, что и Эван встревожен. И тот факт, что ангел тревожится за демона, заставил ее вдруг по-настоящему испугаться. – С Кианом что-то случилось?

– Как он вел себя последнее время? Может, говорил о чем-то?

– Говорю же, мы мало общаемся. У меня задание, и после возвращения Киана я редко его вижу.

– Вы не помирились? Ева качнула головой.

– Нет, – ответила она и добавила неохотно: – Я не стремлюсь к этому.

Девушка встала, плотнее запахнув на себе халат, и сложила руки на груди.

– Да скажешь ты, наконец, в чем дело?

– Мы с Кианом недавно обнаружили бездну. Это разлом, через который в этот мир проникают разные твари из тьмы. Именно поэтому их в последнее время стало больше.

– А их стало больше? – удивилась Ева. – Я ничего не знала об этом, Киан не говорил.

– Ну, вы же не разговариваете, – с ноткой упрека произнес ангел.

– Вы ходили на охоту без меня? – Девушка почувствовала себя несколько уязвленной. Киан всегда брал ее с собой, а сейчас намеренно игнорировал? Разве он не должен пытаться помириться с ней?

– Да, – кивнул Эван, подтверждая ее опасения, – мы ходили вдвоем, иногда Киан брал с собой кого-то из бесов-охотников.

– А почему ты сейчас беспокоишься? Как это связано с Кианом?

– Он исчез три дня назад.

– Исчез?! – Ева отбросила чувство нелепой обиды и почувствовала нарастающий страх. – Эван, ты думаешь, с ним что-то случилось?

Не дожидаясь ответа ангела, она вдруг вскрикнула и метнулась к своему туалетному столику, дернула на себя ящик и стала лихорадочно шарить внутри, а когда нашла искомое, то пораженно замерла.

– Что там у тебя?

Эван шагнул к ней ближе, заглядывая через плечо. Ева подняла на ладони медальон, показывая ему крышку.

– Он открылся! – воскликнула она. – Посмотри, открылся!

Ева повернулась к Эвану, едва не врезавшись в него носом, и торопливо начала объяснять:

– Киан дал мне этот медальон не так давно, почти сразу после своего возвращения. Сказал, что если я вдруг останусь без него, то он откроется, и там я найду помощь.

Ангел быстро взглянул на девушку и взял из ее рук медальон.

– Он ведь не может умереть? – спросила Ева и тут же замотала головой. – Не может, он мне говорил. Но с ним что-то случилось, раз медальон раскрылся. Что внутри?

Она привстала на цыпочки, стараясь заглянуть внутрь. Под золотой крышечкой лежала всего лишь свернутая трубочкой бумажка.

– Что это? – нетерпеливо повторила свой вопрос Ева, а потом и вовсе вырвала украшение из рук ангела, который, казалось, застыл в недоумении.

Девушка развернула бумажку и обнаружила на ней буквы. Написанные черными чернилами, они представляли собой некую последовательность на неизвестном ей языке.

– Ты понимаешь, что здесь написано? – обратилась она к Эвану и затормошила его, выводя из задумчивости. – Да очнись же ты!

– Это его истинное имя, Ева, – медленно произнес ангел, – написанное на первом языке.

Ева ощутила, как у нее перехватило дыхание, а горло сжал спазм.

– Истинное имя? – хрипло переспросила она. – Но зачем? Почему сейчас?

– Чтобы ты могла разорвать свой контракт, если с Кианом что-то случится.

– Значит, с ним все-таки что-то случилось?

Про истинное имя она пока не хотела даже думать. Киан. Невозможно даже представить себе, что с демоном что-то произошло. С ее демоном случилось что-то очень плохое.

– Ты думаешь, он полез в эту, как ее, бездну? Один?

Ева скинула с себя халат и, не обращая внимания на мужчину в своей комнате, заметалась в поисках одежды. Джинсы, теплый свитер, носки.

– Скорее всего, – подтвердил ее опасения Эван. – Разлом расположен довольно далеко внизу, это в песчаных карьерах в тридцати милях за городом. Снаружи закрыть не получалось, как мы ни старались. Хотели уведомить начальство и попросить помощи, но...

Ангел развел руками.

– Но Киан решил погеройствовать, – догадалась Ева и разозлилась. – Зачем?

Она торопливо расчесывала волосы, собираясь свернуть их в тугой пучок, движения были резкие, и девушка зашипела, когда ненароком чуть не вырвала прядь.

– Понимаешь, – протянул Эван, – Киан в последнее время сам не свой.

Ева замерла с расческой в руках, а потом подарила хмурый взгляд ангелу.

– Хочешь сказать, – прищурила она голубые глаза, – что это из-за меня? Я виновата? Да ты хоть в курсе, что он сделал? Кто меня вверг во все это? Ты же ангел, мать твою! Разве ты не должен сейчас быть за меня и негодовать? А ты, я смотрю, очень беспокоишься о демоне. Это ли не странно?

Она перевела дух и продолжила уже спокойнее:

– Нет, я тоже беспокоюсь. Очень. Я просто в ужасе. Но это ведь я. – Ева неожиданно всхлипнула и вдруг призналась: – Я ведь люблю этого негодяя, даже сейчас. А ты тут при чем?

– Он тоже тебя любит. – Эван не ответил на вопрос, но тон у него был непререкаемый.

– О, – тут же взвилась Ева, – только ты не начинай. Киан тоже пытался прикрыться любовью, но я же знаю, что демоны на нее не способны. Похоть, страсть, возможно, привязанность, но не любовь.

– Вообще-то... – Эван принял строгий вид школьного учителя, что объясняет азбучные истины нерадивому ученику. – Вообще-то, это ангелы не способны на любовь, а демонам как раз-то доступны все сильные чувства.

Девушка медленно опустилась в кресло позади себя.

– Как это? Ангелы не могут любить? Разве это не ваша, ну как бы... обязанность?

– Ева, ангелы – бесстрастные существа, нам доступны сочувствие, милосердие, сострадание, симпатия. Но мы должны быть свободны от страстей, чтобы выполнять свою работу, не поддаваясь желаниям.

– А демоны что же?

– Демоны управляют сильными желаниями, часто доводя их до пороков. Они играют на слабостях, замечают все оттенки чувств и эмоций. Но чтобы быть такими, они должны сами чувствовать все это. Так что любить они тоже могут, просто не часто себе это позволяют. Видишь ли, очень трудно угодить таким искушенным существам.

– Черт, – произнесла Ева, глядя в пространство застывшим взглядом, уловила, как ангел набрал воздуха для упрека, и на автомате произнесла: – Ладно, извини.

Она подняла глаза на Эвана, в них заблестели слезы.

– Так что, это, значит, все-таки из-за меня? – Ева кивнула на блестевший на столике раскрытый медальон. – И это тоже? Он предвидел, что может попасть в беду?

Эван вздохнул.

– Он видел, что ты не можешь смириться, – сказал ангел, и его голос не был обвиняющим, скорее сочувствующим. – А когда ты узнала правду, то и вовсе отказалась от него.

– Я не отказывалась от него! – вскричала Ева, вскакивая. – Разве я не могу после того, как узнала такое о своей жизни, хотя бы обидеться, пострадать от того, что мне не оставили выбора, превратили в проклятое существо? Меня, между прочим, ждет Ад. Или это все нормально? Все, видимо, из любви ко мне.

– По-другому Киан не сумел. Он двести лет сожалел о том, что сделал. Потом ему показалось, что ты все же простила его, но вот все снова рухнуло.

– И он отправился в бездну! – Ева всплеснула руками. – Потрясающая мужская логика! Или это демоническая? Мне, человеку, она недоступна.

Зазвонил телефон, девушка схватила трубку и не глядя на экран рявкнула:

– Да!

Пару мгновений она молча слушала, а потом произнесла уже нормальным тоном:

– Адам, прости, мы не можем сегодня встретиться, как договаривались. У меня тут запарка... на работе, с начальником.

Ева положила телефон на столик и недовольно взглянула на Эвана.

– Вот, из-за тебя и Киана теперь и мое свидание сорвалось.

Она быстро вышла в прихожую, где открыла шкаф, выбирая куртку.

– Давай, – перебирая вещи, бросила она ангелу, – говори, как мы будем его искать и как вытаскивать. – Ее голова выглянула из-за створки шкафа. – И ты так и не сказал, какое тебе дело до всего этого. Если ты до сих пор не знаешь, ангелы и демоны – враги.

– Объясню позже. – Эван наблюдал за ее сборами. – Выбери крепкую обувь, придется лезть по камням.

До места – остановленных на холодный сезон песчаных карьеров – они добрались на джипе Киана, дубликат ключей от машины по-прежнему был у Евы. Девушка отказалась перемещаться через портал: это вытянуло бы из нее изрядную долю сил. Домчались они достаточно быстро, всего минут за сорок. Остановились на самом верху карьера, чьи заснеженные крутые склоны походили на гигантские жерла вулканов.

– Надо спуститься пешком почти на самый нижний ярус, – пояснил Эван, – а потом я покажу.

Дорога была скользкой. Ева порадовалась, что надела обувь с подошвой, усеянной шипами, это позволяло довольно хорошо держаться на обледеневших мелких камнях.

– Куда теперь? – в голосе девушки звучало сомнение. Они стояли почти на самом дне огромной песчаной ямы, и дальше пути просто не было.

– Пройдем на середину, – сказал Эван и потянул ее за собой, – сейчас увидишь.

Он повел девушку по довольно широкому и ровному дну карьера, на котором даже сейчас были видны следы от колес больших грузовиков, вывозивших отсюда наверх песок. И вот при приближении к центру этой наезженной площадки Ева заметила глубокий темный разлом в земле, своеобразную трещину шириной метра в четыре. С опаской заглянув в нее, девушка увидела лишь неровные склоны, чуть обледеневшие вверху и темнеющие влажной породой снизу.

– Чем глубже, тем шире становится разлом, – объяснил стоящий рядом Эван.

– И ты думаешь, что Киан где-то там, внизу? – Ева поежилась, пропасть под ногами казалась бесконечной.

– Скорее всего, – подтвердил ангел. – Чтобы бездна исчезла, необходимо закрыть ее края, спаять их, соединить и закрепить шов. Мы с Кианом решили, что разлом находится в самом низу этой пропасти.

– И насколько это глубоко?

– Я не знаю. – Мужчина с сожалением пожал плечами. – Мы собирались это выяснить, но Киан, видимо, ушел один. Просто больше ему быть негде.

– И что теперь? Мы полезем туда его искать? Ангел замялся и не ответил на вопрос, но Ева и так уже все поняла.

– Хочешь сказать, что туда полезу я? – с удивлением и зарождающимся страхом спросила она. – А ты?

– Понимаешь... – к чести Эвана, он заметно смутился и выглядел удрученно. – Я не могу туда спуститься.

– Что, размах крыльев не позволяет? – Ева смотрела на него с раздражением.

– Нет, в этом месте, там, внизу, слишком много тьмы. Она меня не пускает.

– Да что ты говоришь! Очень удобно, да? – Ева прищурилась еще сильнее. – Почему вы с Кианом вечно засовываете меня в такие вот злачные места, а? Вечно у вас обоих какие-то причины: то дыра слишком узкая для вас, то святость не пускает, то в качестве приманки для гигантского червя я вкуснее. Мне кажется, что вы просто очень успешно делаете из меня дурочку, а сами, наверное, тайком смеетесь.

– Нет, Ева, поверь, никаких интриг. Я правда сейчас не могу туда спуститься. Я чувствую, что разлом еще не закрыт, хотя он и стал гораздо слабее. Но если ты отказываешься, то ничего не поделаешь, придется позвать на помощь какого-нибудь другого охотника. Но тогда, боюсь, обо всем узнает архидемон, а эта наша вылазка была не совсем, так скажем, санкционирована.

– Наглая манипуляция! – Ева возмущалась уже больше для вида. На самом деле она смирилась, что именно ей придется спуститься вниз. – Вы оба врете мне все время и почему-то прикрываете друг друга. С этим я еще разберусь.

Она вновь подобралась к самому краю и взглянула вниз.

– Как я туда спущусь?

– Я опущу тебя на веревке до того места, где пролом расширяется, а дальше, я полагаю, можно будет спуститься вниз без страховки.

– Как мне искать Киана?

– Посмотри, закрыта ли бездна – ты увидишь голубоватое свечение по разлому, если она все еще открыта. Только не подходи к краю, иначе попадешь туда сама.

– А что делать, если она открыта, а Киана там нет?

– Ничего. – Эван посуровел. – Тогда ничего, просто возвращайся. Это будет означать, что Киан отправился дальше. Уже не в нашей власти будет вытащить его оттуда. Придется сообщить архидемону. Но я все же рассчитываю, что он там, на дне, может быть, ранен или обессилен. Все же добровольно лезть в бездну – это самоубийство, не думаю, что он пойдет на такое. Твоя задача – только проверить и сразу назад.

– Как жаль, что у Киана нет твоих крыльев, – посетовала девушка, – он бы просто вылетел на них оттуда.

– Его крылья заперты, – тихо сказал ангел, но в ответ на удивленный взгляд напарницы просто махнул рукой: сейчас не до объяснений.

– Мне понадобится оружие. – Ева деловито проверяла свой небольшой арсенал на поясе. – Там ведь могут остаться какие-нибудь твари из бездны.

– Оружие возьми, – кивнул ангел, – на всякий случай, но я постараюсь обезопасить твой путь. Перед тем, как ты спустишься, я озарю пролом своим светом. Это убьет тех, кто мог там притаиться. Не волнуйся, для демона это мелочи, он не пострадает.

– Как мило, – пробормотала Ева и, вздохнув, взяла протянутую Эваном веревку.

Мужчина крепко обвязал ею девушку за талию, потом выполнил обещание, буквально затопив пропасть слепящим светом.

– Можно, – кивнул он девушке, и она, уже не споря, шагнула к краю. У нее еще будет время поквитаться с этой странной парочкой позже. А пока надо достать этого несносного демона из поглотившей его бездны.

Глава 21

Скользя ногами по обледенелому склону, что осыпался вниз мелким песком при соприкосновении с подошвами ее ботинок, Ева не могла не думать о том, что Киан действительно сейчас в большой опасности. Если он вообще жив. Если он вообще еще в этом мире, а не отправился в бездну вслед за какой-нибудь тварью. Не зря же медальон раскрылся. Магия в нем сделала бы это, только если демон больше не мог быть рядом с Евой. Киан не хотел, чтобы девушка осталась здесь без него. Он дарил ей спасение, отдавал обратно ее душу. Но что это значило для него самого? Какие случаи он предусмотрел, что заложил в артефакт?

Ева довольно быстро добралась до места, где расщелина разрасталась и уже не представляла собой отвесные стены. Теперь вокруг было много уступов, больших камней и даже относительно ровных участков. До дна по-прежнему было далековато, но оно все же хорошо просматривалось с места, где стояла девушка. Дно было покрыто большими валунами. Они словно скатились откуда-то и беспорядочно застыли на земле. Там, между несколькими камнями поменьше, Еве почудилось бледное голубоватое сияние. Приглядевшись, она поняла, что так оно и есть: узкая, словно ручеек, неровная полоска голубого света мягко мерцала внизу.

– Я вижу свет! – прокричала Ева, подняв голову наверх.

– Свет? – переспросил Эван. Голос его был хорошо слышен, как будто мужчина говорил в большую трубу. – Значит, разлом не закрыт. И много его там?

– Нет. Узкая полоска, но нужно спуститься ниже, чтобы лучше все рассмотреть.

– Давай, только осторожнее. Не подходи к разлому, это очень опасно.

– Угу, – пробормотала Ева себе под нос, – поэтому Ваша Святость меня туда и послала.

Она стала спускаться, каждый шаг сопровождался шуршанием осыпающегося песка. Веревку Ева скинула – в ней больше не было необходимости – и уже через пару минут оказалась внизу.

Светящийся ручеек и правда был небольшим, всего около полуметра шириной. Свет от него чуть пульсировал, и Еве показалось, что с каждым мгновением полоска света чуть-чуть уменьшается. Из расщелины, в которой скрывалась бездна, будто откачивали свет, и края медленно, но верно сжимались.

Ева покрутила головой и вдруг быстро отступила назад, резко схватившись за рукоять своей огненной плети. Справа от нее, на другом берегу светящегося ручья, полускрытое большим валуном, лежало чудовище. Темное туловище тяжело распласталось на земле, голову с внушительными витыми рогами частично прикрывала мощная мускулистая рука. Пальцы на этой руке были скрючены, а ногти, или, скорее, когти, – обломаны. Чудовище, видимо, скребло ими землю: рядом Ева увидела глубокие тонкие борозды. Другая рука монстра была по локоть погружена в бездну. Он лежал на животе, широкую спину прикрывали неожиданно красивые светлые крылья с длинными перьями серебристого цвета.

Ева с опаской подошла ближе. Судя по всему, монстр был мертв и уже не опасен. Он не шевелился, грудь не приподнималась от дыхания, и вообще все его могучее тело казалось застывшим, словно изваянным из камня серого цвета.

– Эван, – сначала негромко позвала Ева, запрокинув голову кверху, а потом повторила уже гораздо громче: – Эван!

– Что там? – донеслось до нее. – Ты нашла Киана?

– Нет, – с сожалением отозвалась девушка. – Здесь только...

Внезапно она замолчала, задохнувшись своим же дыханием, а потом, чувствуя нарастающую панику, проорала:

– Эван! Какого цвета крылья у Киана?

– Серебристые, – откликнулся ангел. – Так ты нашла его?

– Боюсь, что да. – Ева на негнущихся ногах подошла к распростертому телу и склонилась над ним, вглядываясь в... лицо?

– Киан? – позвала она с сомнением, и голос ее дрогнул. Если это был ее демон, то дело совсем плохо.

Ева никогда не видела Киана в другом обличье, кроме человеческого. Она и не хотела, справедливо ожидая, что его истинный облик вызовет у нее страх. Сейчас же страх у нее вызывал не его внешний вид, а то, что демон лежал так неподвижно, не подавая признаков жизни.

– Я нашла его! – закричала она. – Но он не шевелится. Эван!

– Он ранен?

– Я не вижу ран. Но он не двигается и даже не дышит. Подойти вплотную Еве мешал голубой ручеек бездны.

Перейти через нее девушка не могла. Скользнув по мерцающему провалу, она вновь увидела, что рука демона погружена в это сияние, как в воду.

– У него рука в бездне! – крикнула она.

– Дерьмо, – удрученно отозвался ангел.

Видимо, дела обстояли хуже некуда, что даже Эван выругался.

– Я знаю, что с ним, – сказал он чуть погодя. – Киан закрывает провал. Он использует свою силу. Очевидно, он не ранен, он просто сильно ослаб.

– Он умер, наверное... – Голос Евы сорвался. – Эван, говорю тебе, он не дышит.

– Он жив, – уверенно заявил Эван. – А дышать ему не обязательно. Киан экономит силы.

– А если они у него кончатся раньше, чем закроется эта проклятая бездна?

Ангел промолчал, заставив Еву вновь запаниковать.

– Что мне делать? – закричала она в отчаянии. – Ты можешь спуститься сюда?

– Не раньше, чем бездна полностью закроется, – сообщил Эван и добавил: – Ева, уже ничего не сделаешь. Надо ждать и надеяться, что у Киана хватит сил. Судя по всему, осталось недолго.

– Может быть, все-таки позвать помощь? – Ева не могла принять, что им придется просто сидеть и ждать, пока из Киана капля за каплей утекают силы.

«Медальон раскрылся, – вновь подумала она, – значит, он может не очнуться».

– Помощь не успеет, – с сожалением прокричал ей ангел. – Скоро все закончится.

Девушка опустилась на один из камней в опасной близости от разлома. Раз ничего другого не остается, она будет ждать. Ей на ум пришло очевидное сходство с известной сказкой. Девушка фыркнула. Тоже мне, красавица и чудовище! Только вот поцелуй ее исчадье не разбудит. Ева даже рассердилась. Всегда выдержанный и умный, Киан вляпался в такие неприятности. Ей сейчас захотелось не поцеловать его, а пнуть как следует. К сожалению, это было невозможно: тяжелое тело лежало с другой стороны все еще раскрытой бездны.

Ева заметила, что ручеек стал уже, наметила себе ориентиры из мелких камушков и стала следить за ними и за лежащим демоном. Она хмуро рассматривала монстра, но с каждой минутой находила между ним и Кианом все большее сходство. Надбровные дуги крупного лица повторяли форму бровей Киана в человеческом облике, и рот был почти такой же, только больше. На голове темные пряди образовывали что-то вроде гребня или, скорее, гривы. Ева хмыкнула, вспомнив всегда безупречно уложенные волосы Киана. Она тут же жалобно всхлипнула, вновь подумав, что может так никогда больше и не увидеть, как Киан откидывает назад непослушную прядь волос, как смотрит на нее с иронией, которая всегда ужасно ее бесила.

– Когда ты очнешься, – тихо сказала она, – я сама тебя убью, мерзавец, чтобы не смел бросать меня и выкидывать такие вот фокусы.

Словно в ответ на ее слова, тело демона чуть вздрогнуло, он сделал вдох, а потом снова застыл.

Ева встрепенулась. Он жив! Точно еще жив! А может, он даже слышит ее? Говорят, люди в глубокой коме слышат, когда с ними говорят их близкие. Хотелось верить, что она тоже достаточно близка и дорога Киану.

Девушка осторожно подползла к самому краю, отметив, что бездна еще немного сузилась, и позвала:

– Киан, ты слышишь меня? Пожалуйста, держись! Осталось совсем немного. Только не покидай меня. Если ты исчезнешь, даже твое истинное имя не станет мне утешением.

Она перевела дыхание и только хотела признаться, наконец, демону в любви, как он вдруг опять вздрогнул, и сквозь его губы пробился тихий болезненный стон. Ева, не ожидавшая, что ее слова вызовут такой отклик, отпрянула назад, и тут она увидела их.

Несколько маленьких, не больше домашней кошки, голых созданий, напоминавших по виду злобных гномов или карликов, стали вылезать из ручья бездны. Они тихо подкрадывались к неподвижному телу демона и впивались в его плоть острыми, как иглы, зубами. По ноге их жертвы уже текла кровь – особенно красная на серой коже.

– Ах! – Ева вскочила и мгновенно выхватила из-за пояса свою плеть. Яркое пламя извилистой змейкой обожгло воздух. – Прочь! – закричала девушка, размахивая своим оружием.

Сама она не могла перейти ручей, сколь бы узок он ни был, но плети бездна не была помехой. Ева стегнула одного из уродцев, и он тут же осел на землю, превратившись в пепел, другого она отогнала, карлик злобно скалился из-за камня. Из голубого сияния бездны вылезали еще такие же существа. Они осторожно и поразительно бесстрашно подкрадывались к демону и старались укусить его, чтобы слизнуть хотя бы каплю его крови.

Ева размахивала плетью направо и налево, но не всегда успевала. Кое-кто из карликов все же добирался до Киана.

– Эван! – закричала она тогда, едва переводя дыхание. – Хотя бы посвети нам, раз уж спуститься стесняешься!

– Отойди за камень, – услышала она голос ангела, – зажмурься и закрой голову руками.

Ева проворно отбежала, отогнав напоследок от тела демона столько существ, сколько смогла, и, спрятавшись, крепко закрыла глаза. Даже сквозь ладони на своем лице она ощутила ослепительный свет, а потом блаженную темноту. Когда, моргая заслезившимися глазами, Ева осмотрела недавнее место битвы, то с облегчением увидела, что карликов больше нет. Кроме того, разлом наконец закрылся. Не осталось ни следа от голубого свечения. А рядом с телом демона стоял Эван.

– А, вот и ты, – охрипшим голосом сказала Ева, – не прошло и года.

Ангел не ответил, он с озабоченным видом склонился над Кианом. Ева поднялась и поспешила к ним.

– Жив? – спросила она с надеждой и испытала облегчение, когда Эван коротко кивнул.

– Жив, – подтвердил он, – но почти без сил.

– Чертов герой! – Теперь Ева позволила себе поворчать. – Зачем он полез сюда в одиночку? Кому и что хотел доказать?

– Идиот, – впервые согласился с ней ангел, а потом опустился на колени рядом с почти бездыханным телом.

– Киан, – мягко позвал он, – ответь мне, брат.

Брат?! Ева вытаращила на Эвана глаза. Какой, к черту, ангел брат демону? В том, что Киан демон, не было никаких сомнений, ангелы все же в истинном обличье выглядят не так устрашающе. Только вот эти странные для создания тьмы серебристые крылья. Ангельские крылья!

И вновь Ева не стала выпытывать у Эвана правду. Не сейчас. Надо сперва убедиться, что это странное создание по имени Киан выживет. Девушка тоже опустилась на колени и осмелилась прикоснуться к руке демона. Кожа была прохладной, но не ледяной. Она ласково погладила его, потом с некоторой опаской коснулась грубого, но не лишенного определенной величественной красоты лица.

– Киан, – повторила она за Эваном, а потом пристально посмотрела на него: – Послушай! Может, надо позвать его тем именем, настоящим, что было в медальоне? Я взяла его с собой.

Ева вытащила медальон из кармана куртки и протянула ангелу.

– Не надо, – отказался он взять украшение, – я знаю его имя.

«Вот же, зараза, – мысленно разозлилась Ева, – знал, а мне сказать не мог!»

Эван тем временем склонился над демоном и произнес нечто сложновыговариваемое, на слух девушка смогла различить лишь несколько знакомых ей звуков, а вот повторить такое у нее точно не получилось бы. Идея оказалась удачной. Киан, или как его там звали на самом деле, сделал вдох, другой, а потом по его серой, будто покрытой пеплом коже пробежала волна дрожи. Демон открыл глаза, оказавшиеся двумя черными провалами, и издал низкий утробный звук, заставивший Еву инстинктивно отпрянуть.

– Брат, – вновь обратился к Киану ангел, – постарайся принять человеческий облик. Так мне будет легче тебе помочь, а еще ты пугаешь Еву.

Девушка уже хотела вмешаться и сказать, что вовсе не боится, но слова Эвана подействовали. Тело демона на пару мгновений потеряло очертания, исчезло на долю секунды, а потом снова появилось, только уже в человеческом обличье.

Киан был голым и почти таким же серым, как и в прежней своей ипостаси. Глаза он вновь закрыл и то ли потерял сознание, то ли уснул от изнеможения.

– Надо его забрать отсюда, – тонким голосом, едва сдерживая слезы облегчения и жалости, сказала девушка.

– Я заберу, – согласно кивнул Эван и ласково взглянул на несколько растерянную Еву. – Не волнуйся, с ним все будет хорошо.

Она потопталась на месте, пока Эван кружил над Кианом, окутывая того мягким белым светом, не слепящим, а ласковым и теплым.

– Ты доберешься домой одна? – спросил девушку ангел, когда они вынесли Киана на поверхность.

Эван держал друга на руках легко, словно тот почти ничего не весил.

– Доберусь, – подтвердила Ева и бросила на бездыханного Киана хмурый взгляд, скрывающий тревогу. – Куда ты его отнесешь?

– Туда, где ему быстро станет лучше, – успокоил ее ангел. – Ему нужно немного света, одной тьмы мало, чтобы восстановить силы.

Ева кивнула, а потом отвернулась, смахнув со щек предательски побежавшие слезы. Она, не прощаясь, села в черную машину и уже через минуту сорвалась с места, оставляя позади небольшое пыльное облако. Не удержавшись, Ева прежде, чем свернуть от карьера на главную дорогу, взглянула на зеркало заднего вида, но ангела с его ношей там уже не было. Девушка прибавила газу, выжимая из мощного мотора все, что тот мог дать. В груди набухал комок слез, вызванных целым клубком чувств: облегчением, остатками страха, обидой и надеждой, раздражением и усталостью. Не в силах больше сдерживаться, Ева остановила машину, прижавшись к обочине, и разрыдалась, дав себе волю. Она плакала в голос, ревела до полного изнеможения, до онемевших от напряжения губ, но чувствовала, как отравляющий ком в груди тает, смывается потоком слез и дышать становится намного легче.

Глава 22

Ева уже дважды отменяла свидание с Адамом. Она сейчас была просто не в состоянии быть милой и соблазнительной, разговаривать, улыбаться, стараться, чтобы мужчина был очарован ею и забывал в ее присутствии обо всем на свете.

Девушка заперлась дома, отменив выступления в казино. Она долго валялась в постели по утрам, не желая подниматься и чем-либо заниматься. Сегодня все было точно так же. Ева лежала, свернувшись калачиком. В руке она зажимала золотой медальон. Ее пропуск на свободу, что оказался у нее так неожиданно. Она не знала, что ей теперь делать.

С Кианом все было в порядке. Об этом девушке сообщил Леон.

– Он в своей квартире, – сказал ангел, несколько смущенный хмурым взглядом девушки, – восстанавливает силы.

Ева просто кивнула в ответ, никак не комментируя и не задавая никаких вопросов. Свои вопросы она задаст именно Киану Хотя эти предатели, Эван и Леон, несомненно, тоже знали все о демоне с серебристыми ангельскими крыльями.

Девушка вновь стиснула в руке медальон – ключ к новой жизни, обычной жизни обычного человека. Стоило воспользоваться шансом и вернуть себе свободу воли. Не будет больше ни мерзких заданий, ни необходимости подчиняться темным силам, не будет охоты на монстров, никаких ангелов, демонов, вампиров. Она может жить как все нормальные люди, найти себе дело по душе, может быть, даже петь на большой сцене, а может поехать путешествовать, куда душе угодно, – денег у нее достаточно. Возможно, вскоре Ева встретит хорошего мужчину, влюбится в него, может, даже родит ребенка, маленькую девочку, как Люси. Она проживет свою жизнь, медленно старясь в окружении близких людей.

Ева задержала дыхание. Мысли приняли другое направление. Никто не может ей сказать, как повернется ее жизнь. Возможно, ее вновь поджидает смерть. Что, если она по-прежнему сторожит ее, стоит только высунуть нос из своего бессмертия? Ева может умереть от болезни, несчастного случая, руки преступника. Ей стало страшно, по-настоящему страшно. За два века она привыкла к своей неуязвимости, красоте и молодости.

Ева вдруг откинула одеяло, вскочила и подбежала к туалетному столику. Она встала, опираясь руками о столешницу и внимательно вглядываясь в зеркало. Гладкое стекло отразило соблазнительное тело, едва прикрытое черной сорочкой, красивое лицо с ясными выразительными глазами под пушистыми ресницами, длинные темные волосы, падающие на плечи, – красивую молодую женщину, знающую о силе своей красоты. Готова ли она поменять все это на скоротечную человеческую жизнь? Раньше Ева только об этом и мечтала, теперь же все стало не так однозначно. И еще – готова ли она отказаться от Киана, что когда-то втянул ее во все это? К этому демону с серебристыми ангельскими крыльями у нее были вопросы. И раз уж он не приходит к ней, она навестит его сама.

Ева не часто, но бывала у Киана раньше. Он жил в одном из небоскребов, в роскошной современной квартире. Пока девушка поднималась в лифте на нужный этаж, она пыталась в своей голове придумать, как ей начать разговор. Но все фразы казались ей неуместными или пафосными. Вздохнув, она решила, что ситуация сама подскажет нужные слова. Едва Ева позвонила, дверь гостеприимно открылась, но просторный холл оказался пустым. Лишь из глубины квартиры доносилась негромкая музыка, кажется классика. Мраморный темный пол не поглощал звуки, но Ева была в кроссовках, поэтому прошла в гостиную практически бесшумно.

Киан был там, он стоял у окна большой комнаты и смотрел на зажигающиеся вечерние фонари. Когда девушка вошла, он повернулся и просто посмотрел на нее, пока она не подошла и не остановилась возле большого кожаного дивана. Их разделял лишь хрупкий кофейный столик.

– Как ты? – спросила Ева вместо приветствия.

Мужчина чуть улыбнулся.

– Уже все в порядке, – сообщил он. – Только немного болят ноги, которые погрызли эти злобные существа. Твари оказались ядовиты. Я знаю, что именно ты отгоняла их от меня.

Киан был еще бледным и выглядел хоть и привычно, но несколько измученно.

– О, прости! – абсолютно искренне воскликнула девушка, вновь вспомнив тот страшный момент. – Я оказалась недостаточно проворна, и они все же искусали тебя.

– Ничего, – улыбнулся Киан, – это я переживу. Как я уже говорил, меня не так легко убить.

– Но все же скажи мне, – повысила тон Ева, – зачем ты полез туда? Почему было не позвать на помощь? Почему ты решил закрывать эту чертову бездну один?

Мужчина опустил глаза и чуть заметно усмехнулся, а потом покачал головой.

– Я знал, что это опасно и что, возможно, мне придется самому оказаться в бездне. Я бы не погиб, но несколько лет на восстановление мне бы, конечно, понадобилось.

– Именно поэтому ты дал мне его? – Ева вытащила из кармана джинсов золотой медальон, а потом положила его на стеклянную столешницу. – Ты боялся не вернуться?

– Ева, я хотел подарить тебе шанс, но по-другому не мог бы это сделать. Я не мог просто отпустить тебя, никто бы мне не позволил. Но на тебе моя печать, мы связаны теперь физически, я твой наставник и не могу оставлять тебя без своей защиты и покровительства. Если я вынужден был надолго покинуть тебя, тогда я мог разорвать контракт.

Ева слушала его молча, но опустилась на диван, не в силах держаться на ослабевших ногах.

– Я видел, что ты никак не можешь смириться, – продолжил Киан, чуть хмуря черные брови, но не отводя взгляд, – ты не простила меня и сожалела каждый день своей новой жизни. Я отчаялся ждать, когда ты перестанешь обвинять меня, когда примешь. Даже когда мы стали близки, ты не перестала мечтать о другой жизни.

Мужчина кивнул на медальон.

– Мое имя у тебя, – произнес он бесстрастно, – ты можешь воспользоваться им.

Ева надолго замолчала, кусая губы, а Киан отвернулся от нее, вновь скользя рассеянным взглядом по вечернему городу.

– Я видела твои крылья, – сказала она, решив пока сменить тему, – такие красивые. Раньше я думала, что они у тебя черные. Скажешь мне правду?

– Разве ты еще не выпытала ее у Эвана или Леона? – Киан со смехом покачал головой, а потом повернулся и сел в кресло напротив девушки. – Я был уверен, что они уже все тебе рассказали.

– Я не спрашивала их ни о чем. – Ева чуть задрала подбородок. – Но о многом я уже догадалась сама. Эван волнуется о тебе и называет братом. Осталось лишь подтвердить свои подозрения.

– Что ж, – смиренно согласился мужчина, – тогда спрашивай.

Ева набрала воздуха в грудь и решилась.

– Киан, ты падший ангел?

Взгляд Киана застыл на мгновение, а потом он кивнул.

– Уже больше пятисот лет.

– Но как это возможно! – Ева пораженно распахнула глаза. Правда, которую она и так уже знала, все же поразила ее до глубины души. – Что с тобой случилось?

Киан откинулся на спинку кресла, его темные глаза потускнели, хотя лицо и оставалось холодным, лишенным эмоций.

– Я был ангелом, что сопровождает самоубийц в место их наказания. Ты ведь знаешь, что самоубийство – это один из самых страшных грехов? Преступление, которое не прощается. Люди, что добровольно отдают величайший дар – жизнь, – отвергаются Богом.

– Знаю, – чуть слышно выдохнула Ева и до боли закусила губу, вспомнив, как сама пыталась сделать это. Дважды.

– Человеку, что задумал самоубийство, – продолжил Киан, – нельзя мешать. Все упирается в проклятую свободу воли. Мы, ангелы, можем лишь наблюдать, решится он или нет. Эту борьбу он должен выдержать в одиночку ради своей души. Знаешь, что происходит с теми, кто все же решает умереть?

Ева замотала головой, глаза защипало от слез. Она не была уверена, что хочет это узнать.

– Эти души подлежат полному уничтожению, – безжалостно сообщил Киан. – Им не позволено вновь воплотиться, чтобы отработать свой кармический долг, пройти заново урок и получить помилование.

Киан поднялся и вновь подошел к окну, что притягивало его, словно магнит, а может, он просто не в силах был смотреть на девушку, что замерла на краешке дивана.

– Убить бессмертную душу не так легко. – Киан прикоснулся пальцами к холодному стеклу и проследил дорожку от таявших снежинок, что быстро исчезали, превращаясь в капли. – На это нужно много времени. И это больно. Душа создавалась бессмертной. Смерть для нее противоестественна, нелогична. Она сопротивляется, но итог все равно один.

Мужчина замолчал, застыв как изваяние, полуосвещенный неясным светом, одинокий и напряженный.

– Я не считал, что это всегда справедливо. – Его голос вновь зазвучал в полутьме. – Многим можно было бы помочь, направить, поддержать, показать другой путь. Но мы могли только наблюдать, ждать. Не вмешиваться было тяжело. Несчастные матери, потерявшие своих детей, отчаявшиеся, тяжело больные люди, уставшие от невыносимых страданий, безмерно одинокие, преданные, сломленные чувством вины, иногда мнимой, не справившиеся с тяжким бременем, что свалилось на них, как испытание – несправедливое, неподъемное. Им нужна была помощь. Но нет. Ее не было.

– И ты не смог? – севшим от сдерживаемых слез голосом спросила Ева.

– Не смог, – согласился Киан. – Я взбунтовался, потерял веру. Вера должна быть слепа, а моя прозрела и требовала ответов. Никто не собирался мне их давать.

– Тебя не простили?

– Я не просил о прощении, – тон мужчины стал холоднее.

Ева поняла, что он до сих пор не желает этого прощения. Он несет свое наказание, сожалеет, но не считает себя неправым.

– Ева, – позвал Киан, чуть повернув к ней голову, – когда твоя судьба вновь свернула не туда и я понял, что ты не справляешься, я не мог допустить... Мне не позволили вновь вмешаться, а ангел смерти уже наблюдал за тобой. Просто стоял за твоим плечом и смотрел. Тогда я не нашел другого выхода, решил, что лучше заберу твою душу, чем позволю уничтожить ее. Пожалуйста, поверь, я не хотел, чтобы ты страдала, прости, что не нашел другого решения.

Ева поднялась и на дрожащих ногах подошла к мужчине. Она положила ладони на его широкую спину, а потом всем телом прижалась к нему, ощутив живое тепло.

– Я верю тебе, – прошептала она срывающимся голосом, – я верю и прощаю! Слышишь? Тебе надо было все рассказать мне раньше, а ты слушал, как я обвиняю тебя и молчал. Дурак! – воскликнула она, внезапно рассердившись, и стукнула его по спине кулачками. – Я же люблю тебя! Демон ты или ангел, мне все равно. И я знаю, теперь я верю, что ты тоже любишь меня. Я не верила, потому что не знала всего этого.

Киан повернулся и мгновенно обвил ее сильными руками, прижимая к себе, утешая и защищая.

– Ты не была готова, – заявил он, и девушка что-то протестующе промычала ему в грудь.

Они затихли, молча обнимая друг друга. Потом Ева оторвалась от любимого и заглянула ему в лицо.

– А ведь признай, – прищурившись, произнесла она, – ты все еще помогаешь ангелам. Я не раз замечала, что вы действуете заодно, и ты на многое закрываешь глаза.

Киан рассмеялся.

– Этого я никогда не скажу, – покачал он головой. – Теперь я принадлежу другой стороне, и дороги обратно нет. Если я вызову слишком большие подозрения, меня накажут.

– Ты агент под прикрытием! – ахнула Ева.

Киан в тот же момент наклонился над девушкой и закрыл ей рот поцелуем, жгучим, страстным, заставляющим мгновенно забыть обо всех крамольных разговорах. Ева ответила так же жарко, она обвила шею мужчины руками, теснее прижимая его к себе. Он просунул свои горячие ладони под ее свитер и положил их на голую кожу ее спины. Девушка подалась ему навстречу, что-то жалобно простонав Киану прямо в губы. Осторожно, плавно, словно в медленном танце, пара стала двигаться к дивану. Мужчина ловко обошел стеклянный столик с лежащим на нем медальоном и, не размыкая объятий и не отрывая жадных губ, опустил Еву на мягкую поверхность. Пришлось все же отстраниться, чтобы снять с девушки ее джемпер. Вознаграждая за терпение, губы Киана тут же прильнули к ее груди, целуя, чуть покусывая, посасывая. Ева в ответ приподнялась, желая в свою очередь добраться до тела Киана. Его рубашка до сих пор была на нем, и сейчас это незначительное препятствие ужасно раздражало.

– Ш-ш-ш, – ласково успокаивал ее Киан, когда его пуговицы посыпались на пол. – Я весь твой.

Он помог ее нетерпеливым рукам, и вот наконец два обнаженных тела смогли беспрепятственно прильнуть друг к другу, повторяя все изгибы, заполняя впадинки, словно два элемента одной мозаики.

Миг соединения вызвал у Евы резкий вскрик, еще никогда ощущения не были столь острыми, столь поглощающими. Хотя они занимались любовью не первый раз, только сегодня Ева позволила Киану полностью владеть ею. Она сама стремилась к тому, чтобы отдаться, раствориться, быть покоренной.

Жар растекался по телам, движения становились все более сильными, сбивающими дыхание. Тело стремилось к пику, а сознание пыталось оттянуть ослепительный миг, продлить сладкую агонию, будто боялось, что это никогда больше не повторится. И все же волна вознесла их на самый верх, а потом мягко отхлынула, оставив на берегу, все еще трепещущих и дрожащих в руках друг друга.

Через некоторое время Киан попробовал приподняться, но Ева не позволила, удержав его тяжелое тело на себе. Он смирился, лишь немного сместился в сторону, чтобы не раздавить ее. Так они и заснули, даже во сне слыша стук сердца другого и отмеряя по нему время.

Утром Киан проснулся и обнаружил, что по-прежнему лежит на диване, но один. Он был укрыт пледом. Мужчина приподнял голову и прислушался к тишине в квартире. Куда подевалась Ева? Может быть, проголодалась и пошла на кухню? Или решила принять душ? Но в квартире царила абсолютная тишина. Нахмурившись, Киан сел и рассеянно осмотрел гостиную. Одежды, которую они накануне швыряли во все стороны, не было. Свою он позже обнаружил сложенной на кресле, а вот вещи Евы исчезли. Как исчез и еще один предмет. Киан хорошо помнил, как девушка вчера положила золотой медальон на столик перед диваном. Он и оставался там все то время, пока они разговаривали, и потом, когда занимались любовью. А вот теперь его не было, как не было в его квартире и Евы. Она ушла, захватив с собой свой ключ к свободе.

Киан застыл на диване, ощутив, как в груди начинает жечь. Он рассеянно потер ребра, чуть поморщившись от непривычных ощущений. Да, когда он стал демоном, вместе с новой ипостасью бывший ангел получил новые чувства, почти человеческие. Это было новым опытом, не всегда приятным. Вот и сейчас демон задохнулся от захлестнувшего его разочарования и боли. Она ушла. Выбрала свободу. Что ж, разве это неправильно? Разве он не сам предложил ей это? Кто бы на ее месте поступил иначе и выбрал бы вечную жизнь с проданной Аду душой, когда спасение так близко?

Киан заставил себя оставаться на месте и не мешать. Его демоническая суть требовала предотвратить разрыв контракта, но он сам подарил медальон Еве и не вправе отбирать назад свой дар. Он следил за часами на стене и пытался угадать тот миг, когда Ева станет свободной, когда она вновь вернет себе свою бессмертную душу. Часы показали полдень, когда его дыхание вдруг сбилось, а сердце пронзила короткая вспышка боли. Все кончено. Он почувствовал, как рвутся нити, что связывали демона и его подопечную. Недолгая агония от разрыва договора, и все закончилось.

Ева получила назад свою душу, а он снова был один. Падший ангел, чей контракт с Адом не суждено разорвать никаким силам.

Глава 23

Машина неслась по заснеженной дороге в предрассветных сумерках. На редких пустых поворотах тормоза повизгивали, пугая редких в этот час прохожих. Девушка за рулем явно спешила.

Ева с трудом заставила себя вести машину спокойнее и снизить скорость. Да, она пока еще бессмертная, и в случае аварии ей ничего не грозит, но не хватало ей еще убить кого-нибудь ненароком. И все же с нетерпением справиться было трудно.

Ева не спала полночи. После короткого сна она пробудилась и долго лежала с открытыми глазами, вглядываясь в разбавленную огнями города за окном темноту. Рядом спокойно спал Киан. Во сне он обнимал девушку, Ева положила ладонь на его грудь и отчетливо слышала биение сильного сердца. Демон. Ее демон. Теперь, когда она знала все о нем, все о том, что он для нее сделал, все ее обиды, претензии просто улетучились. На столике рядом с диваном тускло поблескивал золотой медальон. Ева чуть повернула голову, чтобы видеть его. Теперь ничто не отделяло ее от свободы. Только вот... свобода вдруг стала не столь желанной. Еще утром Еву удерживал страх так резко поменять свою жизнь, утратить все преимущества бессмертия и стать обычным человеком. Теперь к страху примешалась печаль. Она потеряет и Киана. Мужчину, которого она ненавидела, но ждала двести лет, кого в итоге полюбила всем сердцем, того, кто решился ее отпустить. А она больше не хотела уходить. Вот бы забыть обо всем, сжечь эту маленькую бумажечку с именем, словно ее никогда и не было, и жить по-прежнему. Но в этой прежней жизни был Адам и задание от архидемона, что внимательно следил за его выполнением. Ей не позволят соскочить. Вот если только... Если она станет смертной, все связи с Адом порвутся, она будет не обязана участвовать в этой гнусной затее против молодого талантливого ученого.

За окном стало сереть, а свет фонарей потускнел в предрассветной дымке. Девушка аккуратно сняла с себя руку мужчины и очень осторожно выбралась из его объятий. Киан чуть пошевелился и даже приоткрыл сонные глаза.

– Спи, спи, – шепнула она ему, – я с тобой.

Мужчина вновь погрузился в глубокий сон, а Ева, стараясь двигаться бесшумно, собрала свою одежду и быстро собралась. Она вышла, не зажигая света, и очень тихо прикрыла за собой входную дверь. Она вернется, только сначала надо отдать все долги, обнулить счет и начать все сначала. Только теперь – она верила в это – все будет по-другому. Ева вернется добровольно и без претензий к мужчине, который стал для нее целым миром.

Девушка так спешила, так боялась передумать, что едва не пропустила нужный дом у старой заправки. А ведь тогда, после разговора со Стефани, она нашла этот дом на карте и мысленно проехала к нему нужным маршрутом. Потом она заставила себя забыть об этом, еще и Киан напугал ее крайне неприятными последствиями. И Ева забыла, засунула призрачную надежду в самый дальний уголок сердца, а сегодня с не меньшим страхом вновь извлекла ее наружу.

Дом ведьмы был старым и обветшалым. В неярком свете зимнего утра он казался нежилым. Он стоял чуть в стороне от других построек – нескольких небольших частных магазинчиков, какой-то автомастерской и дешевого кафе. Дом казался странным, за его сгорбленной неровной крышей высились высотки и современные здания. Он же был старомодным и нелепым. Давно не крашенные доски, которыми он был обит, потемнели от сырости, а маленькие подслеповатые окна были грязны.

«Самое подходящее жилище для ведьмы», – подумала Ева, вылезая из машины. Она чуть потопталась на месте, а потом, собрав всю свою решительность, двинулась вперед по едва заметной, не чищенной после недавнего снегопада дорожке. Забора вокруг дома не было, кривая собачья будка у самого крыльца пустовала. Девушка чуть помедлила на невысоком крыльце, а потом постучала.

Дверь открыли не сразу. Ева уже успела расстроиться, что дома никого нет, как вдруг раздался скрип несмазанных петель, и дверь медленно отворилась. Из нутра дома лился свет – теплый и достаточно яркий. Девушка удивилась, что его не было заметно снаружи. Уже чуть смелее она толкнула дверь и вошла. Послышался звон колокольчиков, запахло какой-то выпечкой и кофе. Ева с удовольствием принюхалась.

– Да проходи ты! – услышала она недовольный старческий голос. – Ты же не любишь холодный кофе?

Девушка пошла на голос и, миновав небольшую обитую деревянными панелями прихожую, оказалась в уютной кухне. Эта была настоящая избушка колдуньи из сказки: деревянная мебель, пучки ароматных трав на стенах и связки лука, чеснока и сушеных грибов. В камине пылал яркий огонь. За большим столом сидела старуха. Ее тоже можно было бы назвать типичной ведьмой: сгорбленная, с большим носом, в одежде, украшенной яркими заплатками. Взгляд ее живых темных глаз смотрел на гостью с любопытством и легкой насмешкой.

– Проходи, – вновь предложила ведьма и указала на свободный стул. – Я сварила кофе.

– Спасибо, – поблагодарила Ева и с осторожностью села. – Вы очень добры.

– Угу. – Ведьма едва заметно усмехнулась, а потом спросила: – Ну что, получила, наконец, то, что хотела?

– Вы меня знаете? – Ева в принципе привыкла к странностям бессмертного мира, но все же старуха показалась ей очень необычной.

– Не знаю, – пожала та плечами. – Но зачем ты пришла, знаю, и что в кармане у тебя, вижу. Попьем кофе и начнем.

Ева безропотно кивнула и отпила горячий напиток.

– Вкусно, – похвалила она хозяйку, и та довольно заулыбалась щербатым ртом.

– Не бойся, девочка, сегодня будешь свободна, – пообещала ведьма, быстро расправившись со своей чашкой. – Все сделаю как надо.

– Вы уже делали это раньше? – поинтересовалась Ева. Ей все вокруг казалось странным, она чувствовала себя попавшей в сказку или в свой собственный сон.

– Делала, конечно, – успокоила ее старуха. – Деловто, когда известно истинное имя.

– А часто удается разорвать договор?

– Не часто, тебе повезло. – Ведьма потянулась через стол, заглянула практически в полную чашку девушки и нетерпеливо сказала: – Допила? Та к давай работать, а то у меня, знаешь ли, дел невпроворот. Некогда рассиживаться.

Она поднялась и потянула Еву за собой вглубь дома. Снаружи это было незаметно, но помещение оказалось довольно просторным, комнаты были большие, с высокими потолками, уютные и теплые. Повсюду лежали самодельные коврики-циновки, на низком диванчике расположилась целая груда ярких подушек, пахло воском и чем-то сладким.

– Что я вам буду должна? – спросила Ева, когда они обе остановились вокруг круглого полированного столика, уставленного свечами, колбочками и камнями на подставках.

– Ничего! – резко ответила ведьма. – Это я плачу, мой урок, мои прегрешения.

Дальше она забормотала что-то неразборчивое, и Ева предпочла не расспрашивать ее больше.

Старуха поставила на небольшую треногу черный котелок, насыпала туда углей из камина и стала бросать внутрь какие-то травы. Комнату заволокло голубоватым дымом. Ева закашлялась. Происходящее все больше походило на сказку. В мире бессмертных давно все привыкли к современным технологиям, магия стала технологичной, демоны и ангелы вовсю пользовались компьютерами, интернетом и прочими благами цивилизации. Да даже очередной договор на покупку чьей-то бедной души прислужники Ада вполне могли прислать по факсу. А тут сплошное средневековье: котелки, травы, свечи и заклинания.

Глаза Евы расширились, когда на столе прямо перед ней вдруг возник развернутый лист бумаги с чуть подкрученными внутрь краями и исписанный четким ровным почерком.

– Что это? – спросила она пораженно.

– Не узнаешь? – хихикнула ведьма. – Твой договор, что же еще.

Ева наклонилась вперед, разогнала надоедливый дымок руками и смогла различить буквы, что складывались в весьма определенные слова.

– Я, Эжени, отдаю свою душу, – прочитала она с трепетом, но старуха резко вырвала у нее свиток.

– Не надо этого произносить, – строго сказала она, – а то накличешь. Давай сюда имя этого нечистого.

Ведьма нетерпеливо протянула руку, но Ева вдруг схватилась за нее, словно утопающая за соломинку.

– Подождите! – остановила она старуху. – Скажите, смогу ли я потом вернуть все обратно?

Старая ведьма смотрела на девушку с недоумением.

– Ты случайно головой не ударялась? – спросила она с подозрением, потом попыталась вытащить свою руку из хватки Евы, но та держала крепко.

– Могу ли я потом заключить со своим демоном новый договор? Понимаете, мы с ним любим друг друга, и вообще он бывший ангел. Мне надо лишь на время освободиться, чтобы решить одно важное дело, спасти человека, а потом я хотела бы вновь вернуться.

Ведьма некоторое время удивленно хлопала набрякшими веками, а потом чуть откинулась назад, оглядывая девушку оценивающим взглядом.

– Да на здоровье, – протянула она, придя, видимо, к какому-то заключению относительно своей гостьи, а потом сердито нахмурилась: – Да что ж ты, беспутная, всю карму мне портишь?

– Простите, – с сожалением произнесла Ева. – Но мне нужно.

– Нужно ей, – проворчала ведьма, подбрасывая еще щепотку трав в котелок. – И где вас, таких дур, только берут?

Вопрос, очевидно, был риторическим, потому что старуха не стала дожидаться ответа и вновь потребовала:

– Имя давай! Мне с тобой возиться теперь вообще резону нет.

Ева полезла в карман куртки и протянула ведьме медальон. Она ловко извлекла из-под крышечки тонкую бумажку, принюхалась к ней, а потом просто бросила в котелок. Вверх взметнулось голубоватое пламя, колдунья, не опасаясь огня, полезла внутрь котелка и вытащила оттуда горстку пепла. Потом она посыпала пеплом лежащий на столе договор, и буквы на нем стали исчезать прямо на глазах. Меньше чем через минуту лист был чист.

– Все! – резко объявила ведьма и высокомерно посмотрела на девушку. – Свободна, можешь начинать губить себя сначала. Только больше не приходи, хотя вряд ли тебе еще раз так повезет.

– Спасибо, – искренне поблагодарила Ева и даже улыбнулась старухе.

Но та на улыбку не ответила. Она почти вытолкала Еву за дверь, раздраженная и раздосадованная. Девушка и сама не собиралась задерживаться. Чувствовала она себя странно: с одной стороны, ничего в ней не изменилось, выглядела и ощущала себя Ева точно так же, как и до прихода сюда, а с другой стороны, остро понимала свою уязвимость. Даже сходя со скользких ступенек крыльца, девушка старалась держаться крепче. Не хватало еще упасть, приложиться затылком и быстро распрощаться с жизнью.

– Постой, – остановил ее скрипучий голос, и Ева обернулась. – Если уж тебе так хочется вновь лишиться своей души, заключай личный договор, раз доверяешь своему демону.

Ведьма стояла в дверях и зябко куталась в пеструю шаль.

– Как это – личный договор? – Ева смотрела на старую колдунью во все глаза.

– Ты связана с демоном, я чувствую. Он может стать твоим единственным хозяином. Он будет хранить твою душу, а ты будешь подчиняться лишь ему одному. Хорошего в этом тоже мало, уж поверь. Ведь сам он служит своим темным господам. Но хоть какая-то поблажка. Не забудь уточнить это при подписании договора.

– Спасибо! – Ева расцвела такой счастливой улыбкой, будто ведьма пообещала ей все сокровища мира.

Старуха не ответила, покачала головой и скрылась в доме, плотно прикрыв за собой дверь.

Домой Ева возвращалась, ведя машину аккуратно и тщательно следя за дорогой. Ей было страшно. Пугали встречные и обгоняющие машины, пешеходы на дороге словно специально не смотрели по сторонам, светофоры мигали невпопад. Ева вспотела, пока добралась до дома, ноги ее дрожали, когда она, затравленно озираясь по сторонам, бросилась к своему подъезду. В лифте она с тревогой прислушивалась к звуку поднимающего механизма, в голове мелькали страшные истории о падениях из-за обрыва троса. Только закрыв дверь в свою квартиру, Ева почувствовала себя спокойнее.

В ванной она долго вглядывалась в свое отражение, отыскивая ранние морщинки и седые волосы в густой шевелюре. Решив поесть, она тщательно исследовала упаковку, проверяя состав продуктов и сроки годности. Как, оказывается, опасен мир смертных.

– Ничего, – успокаивала себя Ева, в пятый раз проверяя, выключила ли она электрическую плиту, – мне надо продержаться всего лишь до завтра.

Ближе к вечеру она позвонила Адаму и предложила ему встретиться. Мужчина, измученный долгим ожиданием, с радостью согласился. Он пригласил девушку на ужин к себе домой, обещая приятный вечер. Ева понимала, что означает это приглашение. Они встречались уже достаточное время, чтобы попробовать перевести их отношения на новый уровень. Еще пару дней назад Ева бы поддержала эту затею, но теперь все изменилось. Ей надо не привязывать к себе Адама, а, наоборот, попрощаться с ним.

Адам расстарался вовсю. С утра он буквально вылизал всю свою квартиру, купил цветы (букет темно-красных роз – он уже знал, что это любимые цветы Евы), тщательно выгладил новую бежевую рубашку. До назначенного времени оставалось около десяти минут, и мужчина окинул гостиную взглядом, а потом критично посмотрел на себя в зеркало. Что ж, неплохо. Не красавец, но вполне привлекательный молодой человек, приятные черты лица, выразительные глаза. Адам чуть приободрился. Что он, в самом деле? Ведь всегда легко общался с женщинами и никогда не был рохлей. С Евой ему тоже стало проще, чем в самом начале. Эти несколько недель дали ему возможность принять, хоть и с удивлением, что такая девушка, как она, снизошла, чтобы одарить его своей симпатией. Впрочем, никакого высокомерия или, не дай бог, пренебрежения от нее к своей персоне Адам не чувствовал. Девушка была очень искренней, милой, внимательной и крайне соблазнительной. Страстные, даже пошлые сны по ночам с ее участием перестали его мучить, развеялись как дым. Теперь ему хватало своего воображения и яви, когда она была рядом. Нет, между ними еще мало что было, хотя они уже и целовались, а еще Адам знал, какая у нее гладкая кожа. Сегодня он надеялся, что они смогут позволить себе больше. Эта мысль сводила его с ума, не давала сосредоточиться и думать ни о чем другом.

Адам взглянул на телефон, желая узнать время, и вновь увидел три непрочитанных сообщения. Он скривился от досады. Писали из лаборатории, а он даже не удосужился прочесть, не то что ответить. Впрочем, Адам и так знал, о чем там говорится. Он обещал закончить отчет, а сам не притрагивался к нему последние дней десять. Просто не мог заставить свой мозг думать.

– Крайне важно, – с нажимом говорил ему начальник научного отдела мистер Лоренц, – чтобы мы закончили проверку нашей формулы раньше, чем лаборатория в Чикаго. Адам, я очень надеюсь на тебя. Ты наш ведущий специалист. Осталось ведь немного, да?

– Да, – уверенно кивал Адам, – проверить формулу на устойчивость и сроки вывода из организма, нейтрализовать некоторые побочные эффекты.

– Отлично! – Лоренц довольно потер руки. – Ты представляешь, какая это будет сенсация? Сразу с десяток болезней может быть побежден. Конечно, понадобятся еще довольно длительные испытания на людях. Но если мы представим исчерпывающий и подробный отчет, нам дадут разрешение и на это.

– А на каком этапе чикагская лаборатория?

– Они тоже близки, – начальник скривился. – Ты же знаешь, для них это способ оправдаться. Скандал с производством наркотических веществ до сих пор не утих до конца. Темные делишки творятся. Их даже хотели совсем закрыть, но они ухватились за эту возможность с разработкой новой формулы. – Лоренц жестко взглянул на Адама. – Мы не должны позволить им обогнать нас.

– Не позволим, – уверенно заявил Адам. – Я почти закончил. Можете заказывать шампанское для банкета.

Начальник хохотнул и довольно ударил его по плечу.

– Отлично, дружище, не подведи!

И вот он забыл обо всем ради нежных голубых глаз прекрасной Евы. Адам вдруг почувствовал стыд. Как он так может? Любовь любовью, но он же хорошо понимает, что стоит на кону. Престиж лаборатории, деньги, наконец, жизни и здоровье многих людей. Адам тряхнул головой. Все, решено. Он завтра же сядет за работу. Он закончит ее, у него есть еще время. Немного, но есть.

Звонок в дверь заставил его вздрогнуть, а сердце радостно забиться. Ева шагнула на его порог, свежая с мороза, красивая и уже такая близкая.

– Привет! – сказал он с улыбкой и потянулся, чтобы поцеловать в прохладную щеку.

Сегодня она выглядела почти как тогда, когда они встретились впервые, в том кафе, где девушка бесцеремонно уселась за его столик. На ней и сейчас была голубая пушистая шапочка и короткая белая куртка, стройные ноги облегали темные джинсы.

– Я не особо умею готовить, – несколько смущенно признался он Еве, провожая ее в гостиную, – поэтому приготовил только салат. Но я заказал нам еду в очень хорошем ресторане. Надеюсь, что тебе понравится.

– И розы. – Ева с улыбкой оглянулась через плечо. – Мои любимые, спасибо.

Адам тоже заулыбался, чувствуя себя увереннее. С Евой всегда так. Сначала он даже смотреть на нее боялся, ему  все казалось, что она вот-вот исчезнет, но с каждой минутой общения эта девушка становилась ему все ближе, и он уже мог позволить себе мечтать о большем.

– Давай сядем, – пригласил Адам, – я открыл вино, оно уже подышало. Тебе налить?

Мужчина скользнул к небольшому красиво сервированному столу, но остановился, видя, что девушка медлит.

– Адам, подожди, – сказала она, – нам надо поговорить.

Адамом мгновенно овладело дурное предчувствие. Теперь, с беспокойством вглядываясь в лицо Евы, он заметил, что она несколько бледна, а голубые глаза смотрят растерянно.

– Что-то случилось? – спросил он ее.

– Ничего ужасного не случилось, – заверила мужчину Ева. – Просто я должна тебе сказать, что я уезжаю.

– Куда?

– Помнишь, я говорила тебе, что мечтаю петь на большой сцене? Так вот, я подала заявку на конкурс и уже завтра уезжаю в столицу.

Адам, который при первых ее словах напрягся, облегченно выдохнул.

– На конкурс? – переспросил он. – Ева, ты напугала меня. Я думал, ты уезжаешь навсегда. Это же прекрасная новость! Я желаю тебе большой удачи и буду болеть за тебя. А когда выступление? Может быть, мне удастся взять небольшой отпуск и поехать с тобой.

– Нет, – опустила глаза Ева, – на самом деле первое прослушивание было заочным. Я посылала жюри свои запи си. И меня взяли. Я еду заключать контракт со студией звукозаписи и крупной музыкальной компанией. Я переезжаю жить в столицу.

Последовало продолжительное молчание, в течение которого Адам пытался переварить услышанное.

– Хорошо, – кивнул он наконец. – Это же не край света. Я смогу приезжать к тебе, или ты приедешь ко мне. А потом решим. Да?

Это его «Да?», произнесенное с такой надеждой и робостью, сломило Еву. Она поняла, что не сможет сейчас окончательно разорвать с Адамом все отношения.

– Да, – согласилась она, – конечно.

– Тогда давай ужинать? – предложил он, все еще заметно волнуясь. – Отметим твою победу, и ты мне все расскажешь.

– Расскажу, – пообещала Ева и склонила голову набок, – только сначала ты расскажешь мне о своей работе. Хотя бы то, что можно.

– Да все можно, – засмеялся Адам. – Расскажу, конечно.

Они сели за стол и выпили вина. Ева видела, что Адам старается скрыть разочарование, но храбрится. Она же уже ругала себя, что не обрубила все разом. Теперь придется просто исчезнуть.

Ева заставила Адама говорить. И в процессе разговора, умело нажимая на чувствительные точки его сердца и души, она увидела, как он наполняется воодушевлением.

– Мы совершим настоящий прорыв! – воскликнул он с горящими от азарта глазами.

– Это потрясающе, – искренне согласилась с мужчиной Ева. – Только не останавливайся, ты нужен стольким людям. Ты принесешь столько пользы своим исследованием.

– Возможно, когда мы получим одобрение и разрешение на исследование препаратов на людях, меня переведут в столицу. – Адам почувствовал воодушевление. – Обычно все тесты там и проводят. Тогда мы сможем видеться чаще.

И снова Ева не смогла сказать ему «нет». Не сейчас. Адам должен вернуться к работе. Он должен хотеть ее сделать и идти дальше. Разочарование сейчас может, наоборот, откинуть его назад, демоны воспользуются этим и получат свое. Лекарство не будет изобретено, преимущество получит лаборатория в Чикаго, подконтрольная темным силам.

Вечер прошел очень приятно, но его логичное завершение Ева категорически отвергла. Она принадлежала другому с тех пор, как они с Кианом стали близки, девушка не позволяла себе вольностей. Да, ее жизнь не была целомудренной, но и распущенной и излишне свободной в любви Ева себя не считала. Поэтому она твердо отказала Адаму, хоть мужчину это и очень огорчило.

– Мы расстаемся, – покачала головой девушка, – неизвестно на какое время. Думаю, будет правильным пока не переходить к новой фазе наших отношений. Решим все, когда встретимся вновь.

Скрепя сердце Адам был вынужден согласиться. Эту девушку он готов был ждать, сколько потребуется. А пока и правда стоит направить все мысли на работу. Уже ночью, когда он, проводив Еву, остался в квартире один, Адам включил компьютер, достал все нужные бумаги и с головой погрузился в работу. Что ж, его любовь подождет, а вот человечество нет. Свет горел в квартире ученого до самого утра, глаза болели от напряжения, но цифры в программе вставали на нужные места, а все решения сходились. Около полудня Адам скинул всю работу по электронной почте, а сам отправился в лабораторию.

Глава 24

Когда утром следующего дня Леон появился у Евы, она в лихорадочном возбуждении схватила его за руки.

– Ты уже знаешь, да? – спросила она его.

На лице девушки поминутно менялось выражение, дрожащая улыбка сменялась нахмуренными бровями. Леона насторожили ее ледяные ладони и искусанные в кровь губы.

– Знаю, – поспешил подтвердить он. – Я пришел тебя поздравить. Но тебе надо успокоиться, иначе ты заболеешь.

Ева рассмеялась.

– Меня бы это волновало, но к счастью, скоро все закончится. Вряд ли я успею себе навредить.

– Закончится? – с подозрением переспросил Леон. – О чем это ты?

– Я собираюсь вновь заключить договор, – ошарашила его Ева.

Ангел в недоумении открыл рот.

– Не смотри на меня так! – девушка вспылила, она не могла держать свое лихорадочное возбужденное состояние под должным контролем. – Я вполне понимаю, о чем говорю! Я знаю, что мечтала освободиться.

– И что изменилось? – Леон грозно сдвинул брови, а его всегда добрые зеленые глаза приобрели ледяное выражение.

– Я поняла, что не могу без Киана, – пожала плечами Ева. – И я знаю все о нем. И не говори мне, что вы временами не сотрудничаете.

– Ева! – ангел сжал челюсти от накатившего раздражения и даже, пожалуй, злости. Такое он чувствовал нечасто. – Ева, это ничего не меняет. Ты не можешь так поступать со своей душой. Ты с ума сошла! Это же не товар. Тебе мало было два века служить демонам? Подумай, на что ты себя обрекаешь.

– Я знаю. – Ева на миг прикрыла глаза. – Я все это знаю, Леон. Но я решила. По-другому я жить не умею, и мне нужен Киан. Если он будет со мной, мне ничего не страшно. Он ведь не такой, как остальные. Ты же знаешь!

Леон покачал головой.

– Киан не примет тебя, – заявил он уверенно.

У Евы вырвался испуганный возглас.

– Почему? – выдохнула она, а потом нервно рассмеялась: – Нет, не говори ерунду. Он очень любит меня.

– Вот поэтому и не примет.

Девушка сжала зубы.

– Посмотрим, – произнесла она с вызовом. – Поехали к нему.

– Поехали, – согласился Леон. – Я побуду рядом, чтобы убедиться, что с тобой все в порядке.

Еве и Леону пришлось прождать Киана несколько часов. Хозяина, скорее всего, не было дома со вчерашнего дня, и никто не мог сказать, когда он вернется.

Ева мерила широкий коридор нервными шагами, Леон сидел прямо на полу и меланхолично крутил в руках ключи от машины. Он отказался покидать девушку и остался ждать вместе с ней, за что Ева была ему благодарна.

Она страшно нервничала, хотелось увидеть Киана, хотелось сообщить ему хорошую новость, хотелось, чтобы все поскорее закончилось. Вчера она покинула мужчину без всяких объяснений, стремясь закончить все дела и боясь передумать. Ева думала, что управится быстрее и вернется к любимому демону, который, несомненно, волновался из-за ее ухода. И, конечно же, Киан уже знал, что она воспользовалась его именем и разорвала договор. Он мог подумать, что Ева решила его бросить. Справедливости ради, именно так все это и выглядело. Именно поэтому девушка торопилась, как могла.

Когда мелодичный сигнал лифта оповестил о том, что хозяин квартиры возвращается, Ева замерла, прижав руки к бешено бьющемуся сердцу. Леон медленно поднялся и придвинулся к девушке чуть ближе. Двери лифта бесшумно разъехались, и Киан шагнул навстречу. Его взгляд остановился на девушке. Наступила зловещая тишина, она длилась несколько мгновений, пока Ева и Киан смотрели друг на друга. В ее глазах горело с трудом сдерживаемое радостное ожидание, сдобренное неуверенностью и страхом. Глаза демона были темны и пусты, как пропасть.

– Что ты тут делаешь? – спросил он наконец и прошел мимо к своим дверям, что тут же открылись, щелкнув электронным замком. – Пришла попрощаться? Очень мило с твоей стороны, но это лишнее. Я так понял, что ты уже сказала мне «до свидания».

– Нет! – Ева бросила быстрый взгляд на стоящего в стороне Леона, будто прося у него поддержки, а потом проследовала вслед за Кианом, что уже вошел в квартиру.

– Киан, послушай, все не так, – торопливо продолжила она.

– Разве? – Мужчина прошел в гостиную и, не снимая пальто, уселся в кресло. Лицо его было усталым, но равнодушным. – Разве ты не получила то, чего хотела? Теперь тебе здесь нечего делать, отправляйся устраивать свою новую жизнь.

– Киан, выслушай ее. – Леон встал рядом с несколько растерявшейся девушкой.

Демон смерил их обоих взглядом и милостиво кивнул.

– Что ж, я слушаю. Ева, видимо, хочет сказать мне какие-то слова благодарности, но одна не решается. Дорогая, ты забыла сделать это вчера утром, когда так поспешно убежала?

– Киан! – Еве с трудом удалось игнорировать его ироничный тон. Она ненавидела, когда он так с ней разговаривал. – Киан, я не собираюсь покидать тебя. Я пришла, чтобы сказать тебе, что хочу снова заключить с тобой договор.

Мужчина несколько секунд молча смотрел на нее, а потом спросил ледяным тоном:

– Ты ненормальная?

Ева чуть вздрогнула от его голоса, но глаза не опустила.

– Я разорвала договор, чтобы решить проблему с Адамом, – торопливо стала объяснять она. – Я воспользовалась шансом не губить этого человека. Я стала смертной и разорвала с ним все отношения, сказала, что уезжаю. Он вернется к своей работе. Архидемон не может предъявить мне претензий, что я не выполнила его задание. Прежней Евы больше нет.

– Вот и отлично! – Киан вскочил, заставив Еву отпрянуть от него в испуге. – Прекрасно! Ты теперь свободна, так уходи! Что ты тут забыла? Куда снова лезешь? О каком новом договоре ты здесь толкуешь?

Девушка глубоко вздохнула, стараясь держать себя в руках.

– Я пришла, чтобы быть с тобой, – сообщила она. – Я люблю тебя, и я приняла решение. Я хочу быть с тобой, даже если это будет означать новый договор.

Если Ева ожидала, что Киан обрадуется и раскроет ей свои объятия, то она жестоко ошиблась. Демон расхохотался, глядя ей в лицо.

– Это самое тупое, что я от тебя когда-либо слышал, – процедил он зло. – Как тебе такое в голову пришло? Забыла, что именно ты ненавидела все эти двести лет? Забыла о том, что тебе приходилось делать? Ты каждый день мечтала умереть обычной человеческой смертью. Вспомни лица всех тех людей, которых ты обманывала, увлекала на путь греха, предавала, губила. И страдала при этом сама. Ты непоследовательна, дорогая. Хочешь продолжения?

Ева молчала, тяжело дыша и пытаясь сдержать слезы. Она не ожидала такой реакции на свои слова.

– Все совсем не так, – сказала она, – Киан, теперь все будет по-другому.

– Да? – Черные брови мужчины издевательски поползли вверх. – И как же, интересно?

– Да, сначала я была согласна даже на прежний договор, хоть это и звучит глупо, но я поняла, что не хочу и не могу отказаться от тебя. Для тебя это ничто? Но ты сам был готов жертвовать собой ради меня, почему же не ждешь того же от меня?

Киан открыл рот, чтобы разразиться очередной гневной тирадой, но Ева не дала ему заговорить.

– Подожди! – остановила она его. – Дослушай. Ведьма сказала мне, что в нашем с тобой случае можно заключить личный договор. Я могу принадлежать только тебе и подчиняться только тебе. Больше не надо будет выполнять никаких заданий от архидемона или других высших бессмертных. Только ты будешь иметь на меня права.

Киан сузил глаза, которые на миг блеснули красным мрачным отсветом, а потом взревел:

– А я, по-твоему, кто? Что ты там себе напридумывала, а?

Он перевел горящий взгляд на Леона, Ева была уверена, что слышала, как заскрипели его зубы.

– Что вы позволили ей думать? – обратился он к ангелу. – В какую чушь поверить?

– Брат... – начал было Леон, но Киан не дал ему закончить.

– Я тебе не брат! – низким рычащим голосом произнес он. – Я демон! И останусь им до скончания времен. Я тот, кто сеет зло, а вы с Эваном позволили этой дурочке думать, что из-за того, что я когда-то был ангелом, все может быть по-другому. Не может! – Киан вновь повернулся к Еве. – Тебе удалось освободится от Ада, так беги – и подальше. Извлеки уроки из своей бессмертной жизни и позаботься о душе. Уходи отсюда немедленно, пока я еще даю тебе эту возможность.

Он отвернулся от Евы. Она видела, как вздрагивают его плечи и как он старается держать себя в руках.

– Я не хочу, – тихо, но твердо сказала девушка. – Пожалуйста, позволь мне остаться.

Он проигнорировал ее просьбу, но чуть повернул голову и сказал:

– Сегодня я отбываю на свое новое место службы. Не ищи меня, это бессмысленно. Не будь, идиоткой, Ева. Давай попрощаемся сейчас.

– Почему ты будешь служить в другом месте? – Ева услышала только то, что он может исчезнуть и она действительно не сможет его найти.

– А ты думала, что меня погладят по головке и наградят за то, что я позволил разорвать с тобой договор?

– Тебя наказали из-за меня?

– Я это переживу, поверь. Но ты не должна питать иллюзий. Тебе рядом со мной не место. Радуйся, что все так удачно сложилось.

Ева молчала. Она никак не могла собрать разбегающиеся мысли, найти нужные слова. Они теснились в ее голове и в сердце, но произнести ничего не получалось.

Киан, все еще стоящий к ней спиной, медленно повернулся. Он мазнул взглядом по заплаканной девушке, а потом обратился к хмурому Леону.

– Я знаю, что она попытается на что-то тебя подбить или будет действовать в одиночку. Я запрещаю тебе выполнять ее желания. – Киан говорил так, словно Евы в комнате не было, и кольнувшая обида немного привела ее в чувство.

– Я еще здесь, Киан, говори со мной, – сказала она жестко.

– Хорошо, – мужчина посмотрел ей в глаза. – Я знаю твою импульсивность, Ева, и твое стремление к саморазрушению. Не смей даже думать о том, чтобы обратиться за договором к другому демону. А еще не смей меня провоцировать и пытаться мною манипулировать. Я не изменю своего решения. Поэтому, если ты решишь вдруг встать на пути идущего поезда или прогуляться по краешку небоскреба в надежде, что я кинусь тебя спасать, то не стоит. Я этого не сделаю. Если тебе охота таким образом расстаться с жизнью, я мешать не буду. А чем это грозит твоей душе, думаю, я достаточно доходчиво рассказал тебе накануне.

Леону пришлось буквально вытаскивать Еву из квартиры Киана. Она все еще пыталась тому что-то сказать, плакала, умоляла, но демон оставался непоколебимым.

В машине девушка сидела молча. Она позволила Леону вести, а сама отвернулась к окну. Глаза ее высохли и напряженно блестели.

– Я чувствую, как ворочаются мысли в твоей голове. – Парень быстро взглянул на Еву и вновь сосредоточился на дороге.

Она пожала плечами, но не повернулась.

– Что ты решила? – не отставал ангел. Такое затишье от всегда импульсивной подруги его пугало, и он хотел прояснить ситуацию.

– Ничего, – все же ответила она. – Он не хочет меня. Не хочет, чтобы я была рядом. Что я могу с этим поделать?

– Он не хочет совсем иного, – не согласился Леон. – Разве ты не понимаешь? Киан не хочет, чтобы ты вновь потеряла свою душу. Я, кстати, тоже этого не хочу. Я знал, что все так будет, и пошел с тобой, чтобы поддержать, а не помочь уговорить Киана.

– Да какая уж от тебя помощь. – Ева зябко поежилась и невесело улыбнулась. – Но спасибо.

– Забудь обо всем, Ева. – Тон ангела стал строг. – Начни уже жить так, как ты мечтала. Сейчас ты просто боишься, ты отвыкла от человеческой жизни, не знаешь ее, вот и паникуешь. Поверь, все уляжется. Ты ведь сильная, талантливая, красивая – ты можешь получить все, что хочешь.

Ева долго молчала, глядя в окно, а потом все-таки произнесла:

– Ты прав, наверное. Я на самом деле паникую. Я не знаю, как жить эту жизнь. А Киан – единственное, что поддерживало меня все это время. Мое проклятье и моя любовь. Я не умею жить без него. Мне кажется, что я только родилась и совершенно беспомощна.

– Это пройдет. – Леон ласково коснулся ее руки. – Ты научишься. Я буду рядом. Обещаю, что не оставлю тебя. Ну скажи, у кого из людей есть друг-ангел, а?

– В психушке таких полно, – сквозь вновь набежавшие слезы засмеялась Ева.

Леон расхохотался в ответ.

– Знаешь, многие из пациентов не врут, и голоса, что они слышат, вовсе не проявление болезни.

– Ох, мне ли не знать, как на самом деле безумен этот мир.

Ева глубоко вздохнула, постепенно успокаиваясь. Да, сегодняшний день пошел вовсе не так, как ей того хотелось. Но Леон, скорее всего, прав: ее желание – всего лишь проявление слабости и страха. Надо собраться. Жаль только, что расстаться с Кианом пришлось так.

– Его не слишком наказали из-за меня? – спросила девушка с вновь возникшим беспокойством.

– Не волнуйся, – ушел от прямого ответа Леон. – Киан справится, он ведь тоже знает, что поступил правильно.

Дальше они ехали в молчании, но чем дальше от демона уезжала Ева, тем сильнее в ее груди зрело чувство покоя и легкости. Скоро придет пора строить планы и воплощать их в жизнь. Человеческое существование так недолго, нельзя терять дни на бесплодные мечтания. Она получила королевский подарок, следует воспользоваться им с умом, чтобы ни о чем не жалеть.

Глава 25

Можно сказать, что Ева ни в чем и не обманула Адама. Когда все ее эмоции немного улеглись, чувства успокоились и ее перестало штормить от коренных изменений в жизни, она подумала о том, что большая сцена – это то, что ей нужно. Уж петь-то она умеет, здесь ничего не придется менять.

Девушка подала заявки на все проходящие в столице конкурсы, разослала свои записи, и ей почти незамедлительно пришел ответ. Да, она принята вне конкурса.

– Надо же! – удивленно сказала она сидящему на ее диване Леону. – Может быть, у меня дар предвидения?

Ангел ничего не ответил, лишь отвел глаза.

Ева собирала вещи, прикидывая, что из них взять с собой, а что лучше оставить. Ведь в столице столько магазинов! Она купит себе новые! А еще обязательно сходит к косметологу и наберет самой лучшей косметики и витаминов. Теперь придется заботиться о себе более тщательно.

– Самолет вечером. – Устало вздохнув, Ева тоже села на диван. – Все готово, с Эдвардом я уже попрощалась.

– Предвкушаешь новую жизнь? – Леон посмотрел на нее с улыбкой.

– Пока скорее опасаюсь, – Ева покачала головой, но улыбнулась. – Но я знаю, что это пройдет. Впереди только хорошее.

Она немного помялась, но все же спросила:

– Ты не знаешь, как там Киан?

– Ева, – голос Ангела сразу стал строг. – Мы договорились не упоминать о Киане.

– Да, но...

– Никаких «но», собирайся, тебе пора в аэропорт. – Леон поднялся. – Провожать тебя не буду, я обещал Люси принести воздушные шоколадные шарики. Такие, знаешь, сначала большие, а потом они лопаются и превращаются в конфеты.

Ева рассмеялась.

– Что за безумная идея! Но мне нравится.

В такси до аэропорта Еву охватило нетерпение. Теперь, когда все решения были приняты, не хотелось ждать ни секунды. Она прибыла за несколько часов до отлета своего самолета и, оформив все документы и багаж, уселась в удобном кресле зала ожидания для пассажиров первого класса.

За большими окнами виднелись огни города и взлетной полосы. Вылет был глубокой ночью, а уже утром она будет на месте. Ева вздохнула и прикрыла глаза, убаюканная размеренным звучанием большого экрана телевизора под потолком – показывали какое-то развлекательное ш о у.

Когда объявили ее самолет, она с готовностью поднялась и вместе с другими пассажирами прошла на посадку. Салон первого класса оказался заполненным практически полностью, но место рядом с Евой оказалось пустым. В соседнем ряду расположилась пожилая пара, а через пару кресел наискосок девушка увидела мать с маленьким белокурым сыном лет пяти. Ребенок выглядел очень серьезным для своих лет и на приветливую улыбку Евы не ответил, спрятавшись за спинку кресла.

Взлет прошел гладко, и вот уже симпатичная стюардесса разрешила своим пассажирам расстегнуть ремни. Ева достала из своей небольшой сумки книгу, что захватила с собой в дорогу, и только хотела погрузиться в чтение, как вдруг место рядом с нею кто-то занял, грузно опустившись на сиденье. Девушка испытала краткую вспышку недовольства, все же сидеть одной было удобнее, но повернулась к своему соседу, чтобы поздороваться.

И тут же замерла, чувствуя, как у нее начинает бешено биться сердце.

– Ну, здравствуй, птичка! – Улыбка Райна была обманчиво благодушной. – Скучала? Решил вот составить тебе компанию во время полета, ты не против?

– Что вы тут делаете? – сквозь зубы спросила Ева, беспомощно оглядываясь, словно кто-то в этом самолете мог бы прийти ей на помощь.

– Ну что ты нервничаешь. – Демон все так же улыбался, расслабленно откинувшись в кресле. – Летишь, значит, устраивать свою новую жизнь – свободную от сил зла?

Он противно и громко расхохотался, находя свою шутку очень забавной. Ева вновь осмотрелась, но никто из пассажиров не прореагировал на чрезмерно шумного соседа. И тогда Ева поняла, что никто из них Райна не видит.

– Я тут слышал, ты все же по нам скучала.

Демон полуобернулся к Еве, заслонив от нее проход и других людей. Она сразу почувствовала себя отрезанной ото всех.

– По вам не скучала, – произнесла она четко, осмелившись взглянуть в глаза мужчине. – Оставьте меня в покое. Я больше не принадлежу Аду.

– А я слышал другое, – несколько разочарованно протянул Райн. – Слышал, ты очень хотела возобновить договор, умоляла об этом нашего дорогого друга Киана, только он отказался. Экий мерзавец, да? Это он, очевидно, обиделся, что его из-за тебя сослали в пустыню.

– Киан в пустыне? – Ева тут же зацепилась за полученную информацию.

– Ага, на алмазных копях – в жаре, грязи. Пыльная, скажу я тебе, работенка. Нет, сам он, конечно, своими холеными ручками алмазы не добывает, а лишь следит за работниками, да старается, чтобы лучшие камушки попали к нужным людям, а еще умело разжигает жажду наживы в чистых душах людишек.

Девушка чуть заметно облегченно выдохнула. Не так страшно, она боялась для любимого демона худшей участи.

– Так что? – голос Райна вывел ее из минутной задумчивости.

– Что вам надо?

– Помочь хочу по старой дружбе. Ты хотела договор, можем прямо сейчас оформить. Составлю на лучших условиях для такой маленькой сладкой пташки. Хочешь петь? Пожалуйста! – он развел руками. – Будешь петь на лучших сценах мира за огромные гонорары, навсегда останешься молодой и красивой.

– И буду выполнять для вас грязную работу? – Ева скривилась. – Нет уж. Довольно, я больше этого не хочу. Оставьте меня, я больше не буду служить вам. Больше ничто не заставит меня заключить договор.

– Ты уверена в этом, птичка? – голос демона стал опасно вкрадчивым. Он все так же лениво посматривал на девушку, заставляя все ее существо наполняться страхом.

Самолет тряхнуло, потом еще раз и еще. Послышались испуганные крики пассажиров и голос стюардессы, что пыталась всех успокоить.

– Ой, – равнодушно произнес Райн, не отрывая глаз от Евы.

– Воздушная яма, наверное, – прошептала она то ли ему, то ли себе.

– Ага, – с готовностью согласился демон, – огромная такая.

Самолет опять ухнул куда-то на пару секунд, и вновь послышались крики ужаса, заплакал ребенок.

– Прекрати! – прошипела Ева. – Прекрати немедленно!

Она вцепилась в подлокотники кресла напряженными руками, от страха затошнило, желудок скрутило в узел.

– Могу прекратить, – вновь согласился Райн. – В любой момент. Ты заключаешь договор, и этот маленький самолетик со всеми этими человечками благополучно приземляется в столичном аэропорту.

Салон самолета заполнил странный рваный шум, будто что-то работало на износ с перебоями.

– Посмотри-ка в иллюминатор, милая, – предложил демон, – там кое-что интересное.

Брошенный за круглое окно беглый взгляд позволил понять, что у одной из турбин вырывается пламя.

– О боже! – Ева подскочила на сиденье, а Райн расхохотался.

– Не, дорогая Ева, это не бог, – сказал он, – поверь, он сюда вмешиваться не будет. Все только в твоих руках. Вот тебе это под силу. Знаешь, сколько пассажиров на борту? Нет? Я тебе скажу: двести одиннадцать. Хочешь спасти их жалкие жизни?

Ева почувствовала себя на дне пропасти, из которой уже не выбраться. Она предупреждала Киана, что не умеет жить эту жизнь. Если бы он согласился, и она, и эти люди были бы сейчас в безопасности. Тогда решение приняла она сама. Теперь же выбора ей не оставили.

– Решайся, – подталкивал ее Райн. – Времени мало.

Ева смотрела на него расширенными глазами, из которых текли слезы. Самолет опасно накренился набок, от криков хотелось заткнуть уши.

– Считаю до трех, Ева, – жестко предупредил демон, – и я роняю этот чертов самолет о грешную землю. Раз, два...

Все вдруг страшно завертелось, ослепительная вспышка, казалось, выжгла глаза. Чувство свободного падения заставило сердце и желудок сжаться. Закричать девушка не смогла: для этого ей не хватило дыхания. А потом ее накрыла блаженная темнота.

* * *

Солнце палило немилосердно. Сухой воздух раздражал горло, отчего хотелось откашляться. Только облегчения это не приносило. Техника замерла на краю огромного карьера, шум моторов затих. Эти несколько часов самой сильной жары все пережидали в тени тентов и палаток.

Киан вытер пот со лба уже довольно грязным платком и взял в руки небольшую бутыль с водой в плетеной фляжке. Вода оказалась теплой и невкусной. Мужчина не стал пить, лишь прополоскал рот и выплюнул воду на землю. Чтобы напиться нормальной воды, надо сходить в домик, где он жил. Та м был холодильник, а в нем холодное пиво. От этих мыслей даже дышать стало легче, и Киан довольно бодрым шагом направился в сторону небольшого поселка, где жили рабочие. Ближе к вечеру работы возобновятся, но на карьер он сегодня больше не пойдет. У него были дела в конторе. Следовало сверить бухгалтерские расчеты и кое-что аккуратно в них подправить. А уже после захода солнца он хотел проследить за одним пари среди добытчиков. Эх, чувствует он, что дело кончится дракой, и это будет весело.

Уже входя в свой небольшой коттедж, Киан вдруг вспомнил, что сегодня или завтра ожидается проверка качества алмазов. Целая бригада дармоедов. Мужчина презрительно скривился. Эти чистоплюи будут придираться к каждому камушку, требовать все заново взвешивать, до последней мелочи. Пожалуй, бумаги в бухгалтерии пока лучше не трогать.

Киан достал бутылку запотевшего пива из холодильника и уже откупорил ее, предвкушая первый глоток, как вдруг услышал шум моторов нескольких автомобилей. Неужели гости уже здесь? Нахмурившись, он поставил бутылку на грубый деревянный стол и вышел наружу. Киан приставил руку козырьком к глазам, следя за несколькими мужчинами, что выходили из укрытых тканевыми тентами машин. И вдруг его бессмертное сердце пропустило один удар или даже два. По крайней мере, ему показалось, что сердце сжалось в комочек. Из машины выпорхнула женщина. Ее ладная фигурка в хлопковом комбинезоне цвета хаки, темные, заплетенные в косу волосы и мелодичный смех, с которым она поблагодарила мужчину, что помог ей, показались ему странно знакомыми.

Киан не страдал близорукостью и, несмотря на палящее солнце, прекрасно видел, кто легкой походкой приближается к нему.

– Дьявол меня забери, – пробормотал он со смесью удивления и ужаса. – Ева?!

– Киан! – ее приветственный вопль сотряс пески, а лучезарная счастливая улыбка светила ярче солнца.

Ева стремительно преодолела расстояние между ними и бросилась Киану на шею, игнорируя его пыльную одежду и настороженный взгляд.

– Это правда ты? – Он с некоторым трудом расцепил руки девушки на своей шее и с подозрением уставился на нее. – Что ты тут делаешь? А? Отвечай немедленно!

Ева состроила обиженную гримаску, надула губы.

– Ты что, не рад меня видеть? А я всю дорогу заставляла гнать машину, так хотела побыстрее с тобой встретиться. Я соскучилась.

Последняя фраза, произнесенная жалобным тоном, едва не заставила Киана вновь притянуть девушку к себе. Такую красивую, желанную и любимую. Но он заставил себя сохранять непроницаемое выражение лица.

– Сначала скажи, – строго произнес он, – что ты тут делаешь?

Мужчина наклонился и осторожно принюхался к Еве. Она засмеялась.

– Осторожно, милый, ты ведешь себя странно, а за нами наблюдают.

– Ты человек, – заключил Киан, проигнорировав ее предупреждение.

– Ну а кто еще, – закатила глаза Ева. – Не крокодил же.

– Но что-то в тебе не так. – Демон, сузив глаза, продолжал наблюдать за девушкой. – Говори, почему ты здесь.

– Я здесь работаю, – ошарашила она его вновь, заставив недоверчиво хмыкнуть.

– Ты? И кем же?

– Я вхожу в комиссию по оценке качества алмазов, что отправляются нашим покупателям.

Ева гордо задрала подбородок. Киан все смотрел на нее, силясь найти подвох.

– Что ты можешь смыслить в алмазах? – спросил он насмешливо.

– О, не переживай, – отмахнулась она от него, – мне дали брошюру, почитаю на досуге.

Потом Ева наклонилась ближе и с улыбкой, что была предназначена скорее для посторонних, сказала:

– Можно подумать, что ты в них сильно разбираешься.

Киан поперхнулся воздухом, а она похлопала его по плечу.

– Кстати, Киан, жить мы будем вместе. Я всем сказала, что ты мой жених.

Мужчина еще не успел переварить эту новость, как Ева потянула его к домику.

– Это здесь? Пойдем, покажешь, куда сложить свои вещи.

Они укрылись от палящего солнца в доме, и Киан наконец схватил свою бутылку пива и осушил ее в несколько глотков.

– Раньше ты предпочитал виски, – иронично подметила Ева.

– Здесь его нет. – Киан повернулся к ней. – Как нет дорогих магазинов, спа-салонов, шелкового белья. Не боишься покрыться солнечными ожогами, Ева, а потом и морщинами?

– Мне это не грозит, – ответила она, продолжая улыбаться, а потом понизила голос и сообщила: – Я по-прежнему бессмертна, Киан.

Демон с грохотом поставил пустую бутылку на стол.

– Это как? – взревел он. – А ну рассказывай, что ты натворила!

– Расскажу, – сказала она уже серьезным тоном и опустилась на грубый табурет у такого же деревянного стола.

Киан сел на второй.

– Когда ты бросил меня, – начала Ева и с нажимом повторила, когда он открыл рот, чтобы возразить: – Да, да, когда ты оставил меня одну, я решила начать новую жизнь. Но мне этого сделать не дали. В самолете, в котором я летела в столицу, появился Райн.

Киан мгновенно напрягся и взглянул на девушку со страхом.

– Он пообещал устроить авиакатастрофу для меня и заодно еще двухсот пассажиров, если я не соглашусь на договор с ним. – Ева вздрогнула от воспоминаний.

– Ты же не согласилась? – Голос мужчины охрип. – Нет, я же чувствую!

– Я бы согласилась, Киан, – грустно призналась Ева, – что еще мне оставалось. Речь шла не только обо мне.

– И как ты выпуталась?

– Никак, – девушка пожала плечами. – Меня спас Эван. Ангел вытащил меня из этого самолета в последний момент. Он спас меня, но стало ясно, что Ад меня в покое не оставит. Меня бы не отпустили, а тебя не было рядом.

В ее голосе вновь прозвучал упрек, но Киан уже не смел возражать. Он молча ждал продолжения.

– Леон нашел выход. Теперь я на службе у ангелов, представляешь?

Киан не представлял, поэтому покачал головой.

– Что это значит и почему ты здесь?

– Ангелы не заключают договоров, требуя душу, они наделяют некоторых людей особыми полномочиями для выполнения миссии.

– О как! – Киан качнулся на кривоватом табурете и едва не упал. – И какая же у тебя миссия?

– Следить за тобой, конечно. – Ева рассмеялась. – И мешать тебе, когда ты творишь свои темные дела. Здорово, правда?

Мужчина долго молчал, глядя на девушку во все глаза, а потом кивнул.

– Очень здорово, – медленно произнес он. – Та к ты что, мое личное проклятие?

– Почему сразу проклятие? – Ева вновь обиженно надула губы. – Я твой личный почти ангел. Пока на три года, а потом будет видно. Если буду полезна, мою миссию продлят. А я буду очень полезна, Киан. И мы с тобой будем вместе вечно.

Киан расхохотался от души, чувствуя, как облегчение и радость начинают заполнять его темное сердце.

– Знаешь, что я сделаю первым делом? – спросила Ева без тени улыбки в строгом голосе.

– И что же?

– Заставлю тебя побриться для начала и сменить одеж ду, – она перечисляла, загибая тонкие пальцы с идеальным маникюром. – Потом мы вычистим эту конуру, чтобы она могла считаться домом, повесим занавески и купим нормальную кровать. И не говори мне, что здесь нет магазинов. Есть, в ближайшем же городе. Завтра мы едем с тобой туда.

– О, нет, нет. – Киан вскочил, протестующе вскинув вверх руки. – Это без меня. У меня много работы, а вот ты должна понять, что тут тебе не цивилизованный город. Мне пора.

Крутанувшись на подошве очень пыльных ботинок, Киан выскочил за дверь. Он услышал вслед себе затейливое ругательство и рассмеялся. Ангелок не утратил прежних навыков. Демон торопливо отошел за угол и остановился. В груди было тепло, а губы сами растягивались в улыбке. Ну надо же, Ева все-таки добилась своего. Они вместе! Эта мысль билась в его голове, постепенно заполняя собою все его существо. И Эван с Леоном тоже хороши. Это ж надо! Сделать из Евы ангела для демона. Ангел из нее, конечно, такой себе. Но это неважно. Они вместе!

Солнце медленно сползало с неба, все больше склоняясь к горизонту. Возобновили работу большие машины. Они медленно спускались по серпантинной дороге на самое дно большого карьера, чтобы через некоторое время вновь начать подъем, везя драгоценную руду. Проходили часы, они складывались в дни и недели. Что-то менялось, места, люди, а что-то оставалось неизменным. За человеческую душу всегда будет идти борьба, две стороны будут биться, бороться, губить и спасать. Подсчет очков в этой войне случится не скоро, а значит, есть еще время, чтобы делать ошибки и исправлять их во имя добра, справедливости и любви.