Хелен Шойерер

Кровь и сталь

Helen Scheuerer

Blood & Steel

Copyright © Helen Scheuerer 2023

Опубликовано в согласии с автором и его литературными агентами, Ethan Ellenberg Literary Agency (США) через Игоря Корженевского от лица Агентства Александра Корженевского (Россия).

Художественное оформление Игоря Пинчука

© Милованова А., перевод на русский язык, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

Пророчество Срединных Королевств

Глава 1

Пророчество о смерти Алтеи Золтейр было вырезано на камне еще в ее детстве. Поэтому, пробираясь по землям, над которыми нависла тьма, она знала: дни еще не сочтены. Пока что.

Молния рассекла небо, за ней последовал раскат грома. Наслаждаясь насыщенным ароматом надвигавшейся грозы и упиваясь хаосом, который она с собой несла, Тея медленно продвигалась вдоль обрыва. Ей не следовало здесь находиться, но она уже давно научилась брать судьбу в свои руки.

Тея осматривала скалы в поисках укрытия, сердце ее гулко билось в груди. Здесь, на черных утесах, окруженных скалистыми горами и свирепыми морями, чьи гигантские волны дотягивались до облаков, встреча могла состояться в любой момент. Эти земли пугали всех, но для нее дикие пейзажи и холодные, резкие очертания Тезмарра были домом, других мест она не знала. Тея почти ничего не помнила о том, что было до того, как ее вместе с сестрой Эльврен оставили у ворот крепости.

Тея вновь сосредоточилась на месте встречи. Их было не видно, не слышно. Она нетерпеливо вздохнула, поиграла с висевшим у нее на шее камнем судьбы, проводя большим пальцем по выгравированному на нем числу. Для нее оно было судьбоносным.

Двадцать семь.

В этом возрасте ей суждено умереть. Всего три года – и смерть настигнет ее. Будущего Тея не боялась, но ее переполняли злость и чувство несправедливости. Три года – ничтожный срок для того, чтобы женщина добилась того, что хочет.

Легенда.

Прищурившись, она вглядывалась в небо в поисках солнца, которое едва проглядывалось сквозь серость. В окутанных мглой землях часто было трудно определить время. Если бы Тея была из тех женщин, что любят поспорить, – а она такой и была, – то сказала бы, что воины опаздывали. Безусловно, это плохой знак.

Небеса разверзлись, хлынул ливень, и земля под сапогами Теи превратилась в грязную реку. Сверкнула еще одна молния, осветившая нечто, находившееся за бурлящими водами, – Завесу. Огромная стена белого непроглядного тумана тянулась к богам, заключая Срединные Королевства в свои объятия и оберегая их. Сотни лет она защищала королевство от монстров. Однажды этому настал конец.

Эта мысль сподвигла Тею проверить, при ней ли ее самое ценное и запретное имущество. Ее кинжал, как всегда, надежно был спрятан в сапоге под брюками.

Внезапно по камням зацокали копыта. Увидев двух огромных жеребцов, Тея бросилась за кусты ежевики, в самую тень.

Ее пульс участился. Информатор был прав: такие вороные кони принадлежали особенным наездникам.

Тяжелые ботинки с плеском ударились о грязную землю, вдоль утеса разлетелись тихие голоса.

Они здесь.

Боевые Мечи Тезмарра.

Тея, ведомая неистовым желанием увидеть легендарных воинов вблизи, выглянула из-за укрытия.

На поляну вышли двое вооруженных до зубов мужчин в черной броне. На нарукавной повязке у каждого гордо красовался тотем – стальной узор из трех мечей, два из них скрещены, третий рассекает их посередине.

Тея неосознанно прикоснулась к своему плечу, представляя, что на нем тоже есть тотем.

Боевые Мечи подчинялись только Мастеру Гильдии.

Люди слагали баллады об их могуществе, о том, как, пройдя Великий Обряд, они становились еще сильнее, быстрее и ловчее самых выдающихся воинов. Ходили слухи, что некоторые из них бессмертны. Говорили, что они не рождаются – они закаляются кровью и сталью. Их осталось лишь трое.

И вот, двое из них стояли под дождем всего в нескольких метрах от Теи. Она пыталась посмотреть на них вблизи уже больше года. Ей хотелось понимать, что ожидает Срединные Королевства, и не оказаться застигнутой врасплох, когда на них обрушится тьма.

Этих двоих она видела в Главном зале уже много раз. Тордж Гроза Медведей – златовласый герой, владеющий молотом. Говорят, в лесах Твера он сразился с двумя проклятыми медведями. Вернич Кровопускатель – старший воин, в своих бесчисленных сражениях он пролил реки вражеской крови. Главным образом он руководил в битве, в которой пала Дельмира.

Вернич оглядел утес, на его лбу пролегла глубокая складка.

– Он сказал, что будет ждать здесь.

– Наверное, заблудился, ведь его так давно не было дома, – заявил Тордж, в голосе его прозвучала нотка веселья.

– Не хватало еще твоих дурацких шуток, – практически прорычал Вернич. – Я хочу уже укрыться от этого чертового дождя. Целую неделю хожу в мокрых ботинках.

– Но в его письме сказано ждать здесь...

– Я знаю, что сказано в письме, – перебил его Вернич. – Иначе я бы сейчас сидел у костра и пил уже третью кружку эля.

– Что ж, тогда иди и насладись элем. Я обязательно тебе все потом расскажу, – ответил Тордж, положив руку на головку боевого молота, висевшего у него на поясе.

Тея прикусила губу, сердце в ее груди все еще билось с бешеной скоростью.

Вернич начал ходить из стороны в сторону.

– Мы не видели этого ублюдка много лет, будто я...

Вдруг по склону раздалось цоканье копыт, в шуме дождя послышались брызги воды.

Как только к ним присоединился третий всадник, повисла напряженная тишина. Он слез со своего жеребца, и тонкие нотки розового дерева и кожи смешались с запахом дождя.

Увидев его, Тея не могла понять, на какую деталь обратить внимание в первую очередь. Его высокое мускулистое тело было облачено в черную броню, из-за спины выглядывали два гигантских меча. Влажные темные волосы были собраны в пучок на затылке, угловатый подбородок обрамляла аккуратная борода...

По спине Теи пробежался рой мурашек. Безусловно, она о нем слышала.

Хоть его не было в этих землях уже много лет, не знали о нем лишь единицы. Перед ней стоял Уайлдер Хоторн, самый молодой Боевой Меч Тезмарра, последний из воинов, прошедших Великий Обряд.

Его называли Рукой Смерти.

Сила исходила от него волнами.

Почувствовав эту силу, странную, неожиданную, Тея замерла... Она никогда не была так близка к настоящей магии, не многим простым людям представлялась такая возможность. В последние столетия в Срединных Королевствах магия стала непредсказуемой. Люди утеряли ее, теперь магия – дар, которым обладали только члены королевских семей и воины, прошедшие Великий Обряд и ставшие Боевыми Мечами. Но были и другие проявления: места, заклинания, монстры.

Тея могла только догадываться, каково это – обладать такой силой, упиваться могуществом...

Исходившая от Руки Смерти сила взывала к ней.

Хоторн повернулся к товарищам, окинул их скептическим взглядом.

Все молчали.

– Что ж, – наконец произнес он. – Вы здесь.

– Не думай, что я рад созыву, – коротко ответил Вернич.

Хоторн не обратил внимания на его слова:

– Нам необходимо многое обсудить.

Взгляд Теи впервые упал на то, что он держал в правой руке. Мешок. С него капало что-то красное.

Тордж тоже это заметил:

– Плохие новости?

Челюсть Хоторна напряглась.

– Новости всегда плохие.

– Что ж, рассказывай.

Он заговорил низким и глубоким голосом:

– Я вернулся с Расколотых островов. Там я уничтожил новую стаю тенетворцев. Я собирался сразу же вернуться в крепость с докладом, но рифохват преследовал мой корабль до нашего берега. Поэтому я увел его дальше на запад, к Завесе. Пока...

Он сунул Торджу окровавленный мешок.

– Пока, черт возьми, не наткнулся на тенетворца вблизи Тезмарра.

Со вздохом отвращения Тордж вытащил из мешка, с которого капало что-то черное.

Тею чуть не вырвало.

Сердце.

– Есть один – будут еще, – предупредил Хоторн. – У меня в другом мешке еще два. В Завесе все больше дыр. Эти ублюдки и другие, еще хуже, с каждым днем разрушают ее все сильнее.

– Да помогут нам Фурии, – пробормотал Тордж.

Хоторн мрачно рассмеялся:

– Фурии никому не помогут.

Слова слетели с его губ, и он поднял взгляд. По позвоночнику Теи пробежала дрожь, кровь в венах начала закипать.

Сквозь кусты ее глаза цвета морской волны встретились с серебристым взглядом Боевого Меча, имевшего недобрую славу.

Ее сердце сжалось, все тело вмиг напряглось.

Его взгляд пронзил ее до глубины души.

Хоторн медленно моргнул и перевел взгляд на своих спутников.

– Есть еще кое-что, но обсудим это не здесь.

– В смысле, не здесь? – взорвался Вернич. – Черт, я думал, мы собрались, чтобы...

– Не здесь.

Хоторн схватил поводья и, больше не глядя в сторону Теи, повел остальных в сторону черных гор.

Ноги Теи ослабли, руки дрожали. Он ее заметил. Заметил, но ничего не сказал... «Почему?»

Все еще в смятении, она заставила себя подняться. Убедившись, что Боевые Мечи ушли, она бросилась к узкой каменистой тропинке, которая вела к крепости. Ее камень судьбы бился о грудную клетку как боевой барабан, пока она карабкалась по скалам, спускалась по неровному склону горы, шла мимо толстых стен и ворот крепости к дверям северной башни. Тяжело дыша, она залетела внутрь, наконец-то спасаясь от ветра и дождя. Она выжимала свои волосы, бронзовые с золотым оттенком, и осмысляла то, что она увидела и услышала.

Это правда.

Спустя годы отсутствия Уайлдер Хоторн вернулся в Тезмарр и принес с собой сердца монстров.

Глава 2

– Ты сумасшедшая! – прошипела ее сестра Эльврен, как только Тея остановилась напротив нее в коридоре наверху.

Тея встретилась с сердитым взглядом Рен. У них был одинаковый цвет глаз – необычный оттенок цвета морской волны – и похожие темные густые брови. Обычно при помощи них Рен одаривала сестру суровым взглядом. У обеих были длинные бронзовые волосы, но у Теи с золотистым отливом, так как она проводила много времени на улице. Они – две стороны одной медали, однако черты Теи были более острыми, а тело мускулистее, Рен же была мягче и женственнее. За два десятилетия, прожитых в крепости, стало совершенно понятно: удача сопровождала девушек, которые мило улыбались и носили юбки, а не тех, кто ходит с поломанными ногтями и в поношенных брюках.

Однако сейчас от мягкости Рен не осталось и следа. Она оттащила Тею подальше от остальных, стянула ее промокший плащ и стряхнула с него большие куски засохшей грязи.

Тея раздраженно оттолкнула ее руку:

– Может, хватит? Я старшая, и это я...

Рен фыркнула:

– Тея, ты – тот редкий случай, доказывающий, что старший не всегда мудрее.

– Тогда тебе повезло, что я здесь. На моем фоне ты будешь выглядеть лучше. Хватит бубнить.

Рен покачала головой, отчего ее растрепанный пучок затрясся, и протянула Тее несколько листов пергамента. Она приняла их с недовольным видом. Опять эта женская работа. Яды и зелья вместо клинков и битв. Еще одна причина проклинать законы и возмущаться из-за пророчества, которого их учили бояться:

Двадцать лет назад, после оглашения смертоносного пророчества, женщинам пришлось избавиться от своего оружия. На тот момент Тее было всего четыре года. Высунувшись из-за решетки в подвале, она смотрела, как все происходило, наблюдала за гневом женщин, которых лишили права защищать Срединные Королевства.

Однако ее это не остановило.

Ничто не смогло бы ей помешать.

Она перевела взгляд в другой конец коридора, на зал с трофеями. Даже став взрослой, она мечтала посетить его, прочесть имена чемпионов. Например, Талемир Старлинг, которого называют Принцем Сердец, – Боевой Меч, непревзойденный мастер во владении двумя мечами. Согласно легендам, он вырезал сердца бесчисленного количества монстров.

Тею интересовало еще одно имя. Шесть лет назад она узнала, что их опекун Одра была чемпионкой Тезмарра по метанию ножей. Строгий библиотекарь с суровым лицом – единственная женщина-воин, которая сдала оружие и осталась в крепости.

– Я подменила тебя у Фариссы, сказала ей, что у тебя опять пошла кровь из носа, – сказала Рен.

– Спасибо, – ответила Тея, широко улыбнувшись.

– Если кровотечения происходят часто, у мастеров могут возникнуть вопросы.

– Хорошо, что на любой вопрос у тебя всегда найдется ответ.

Тея обняла сестру за шею. Рен была уважаемым алхимиком в Тезмарре, Тея же скорее походила на бродягу. Чтобы заработать на жизнь, она работала с сестрой в мастерской и библиотеке, но мысли ее всегда были где-то далеко – она размышляла о тех нескольких годах, что ей оставались, мечтала послать к черту правила, овладеть собственным мечом и бороться с тьмой.

Рен разочарованно цокнула языком и оттолкнула сестру:

– Сейчас я готова тебя ударить.

– Помни, что этому тебя научила я.

– Ти, лучше заткнись.

Почувствовав, что раздражение сестры действительно достигло предела, Тея сдержала порыв ей ответить.

Со двора донесся резкий звон стали о сталь. Тея подошла к окну и, впиваясь ногтями во влажный подоконник, посмотрела вниз.

К воротам направлялся новый отряд щитоносцев, среди них были подростки и молодые люди лет двадцати пяти, по пути они устраивали спарринги.

Сначала Гильдия оттачивала мастерство воинов – щитоносцев обучали искусству войны. Затем они проходили испытание в стражи Срединных Королевств, на плече они носили тотемы с изображением двух скрещенных мечей. Стражи могли остаться воинами среднего класса и верно служить Тезмарру или же продвинуться и стать командирами или мастерами в какой-то сфере. Выше всех стояли Боевые Мечи.

Стать Боевым Мечом – значит стать настоящей легендой.

Но воины, шагавшие за окном, были самыми обычными. Среди них Тея не видела Эсиллта, Мастера Оружия. Она с замиранием сердца смотрела, как щитоносцы, закинув щиты на спину, уходят. Воины, конечно же, отправлялись на учения в глубь Кровавых лесов. Тея наблюдала за их тренировками уже сотни раз.

Пальцы так и норовили достать кинжал из сапога.

– Тея, – предостерегающе произнесла сестра.

Но она уже все решила и, выхватив из рук Рен свой плащ, сунула бумаги обратно ей в руки.

– У меня опять пошла кровь из носа.

– Тея, нет...

Тея уже направлялась прочь:

– Ох, кажется, в этот раз кровь потечет рекой. Переписывание увлекательных томов Одры и перестановка пыльных книг подождут, я ведь не хочу их запачкать...

Рен попыталась преградить ей путь. В ее глазах, почти таких же, как у Теи, пылало разочарование.

– Боги, когда же ты уже повзрослеешь!

Она оглянулась на их друзей.

– Рен, а как же у меня раскалывается голова, ты бы знала.

Сестра раздраженно всплеснула руками и покачала головой, не веря своим глазам и ушам.

– Алтея, ты невероятная дура!

Тея усмехнулась. Разумеется, она знала, какая она. Она бы предпочла прожить сотню жизней за три года, чем потратить впустую то короткое время, что было ей отведено в этих королевствах. Спускаясь по лестнице, девушка легонько махнула рукой через плечо, а затем снова выскочила под дождь.

* * *

Над крепостью нависала непроглядная тьма. Тея, как всегда, незаметно прошла через ворота крепости. Держась на расстоянии, она следовала за отрядом щитоносцев. Тея прекрасно знала, куда они направляются – в густые Кровавые леса, окружавшие территорию Тезмарра. Здесь веками проливалась кровь воинов, а шелест листьев шептал древние тайны.

Дальше к югу простиралась поляна. На ней Эсиллт, Мастер Оружия, любил проводить тренировки с небольшими отрядами. Должно быть, он уже ждал, но Тея держалась в стороне от главной тропы на случай, если кто-то опоздает. Но в этом она сомневалась, ведь вряд ли даже самый недалекий щитоносец окажется настолько глуп. Гнев Эсиллта испытывать не стоило.

«Интересно, если бы он сразился с Одрой, кто бы победил...» – Тея фыркнула. Одра запросто ударила бы его по голове одной из своих книг, а ведь однажды она была чемпионкой по метанию ножей.

Смеясь над своими мыслями, Тея углублялась в темные прогалины Кровавых лесов, она наслаждалась влажным запахом земли и шуршанием листьев под сапогами. Она шла достаточно близко, чтобы слышать пробиравшийся сквозь лес отряд и видеть отстававших. «Бесспорно, самая незаметная группа», – подумала Тея и усмехнулась своей мысли. Однако она не могла оторвать завистливого взгляда от оружия, висевшего на их поясах.

В ночь, когда появилось пророчество, Фарисса, Мастер Алхимии, отвела всех детей Тезмарра в тайный подвал. Когда все уснули, Тея нашла решетку в каменной стене. Сквозь нее она увидела сожженный двор. Она никогда не забудет, как глубокой ночью женщины сдали свое оружие. Та ночь была наполнена звоном стали от брошенных в кучу мечей, кругом царила ярость.

– Пророчество сбывается, – прокричал Мастер Гильдии, заглушая яростные возгласы и звуки драк. – Женщины владеть оружием больше не будут. Либо вы находите себе новое дело, либо покидаете Гильдию.

– Осирис, ты ублюдок! – выкрикнул кто-то. – Ты позволишь ослабить Тезмарр? Ты повернешься спиной к тем, кто верно тебе служил...

– Я этого не хочу. Но такова воля богов, – ответил он. – Сдайте оружие добровольно – или оно будет отобрано силой!

Тогда Тея была слишком мала, чтобы понять происходившее, но эти воспоминания до сих пор не давали ей покоя. За исключением Одры, той же ночью ушли все женщины-воины. Никто не знал, куда они отправились, поскольку новый закон действовал не только в Тезмарре, но и во всех Срединных Королевствах. Женщинам больше нельзя было владеть оружием.

Многие годы Тея пыталась разговорить женщину, что ее вырастила, но библиотекарь отказывалась. На занятиях и в книгах говорилось о том, что пророчество появилось из-за маленькой девочки с клинком в руках. Введенные после законы – попытка Мастера Гильдии защитить Срединные Королевства от будущих дочерей тьмы.

Однажды, увидев ребенка с маленькой косой в руках, он вышел из себя. Если бы он знал, что у Теи есть оружие... Впрочем, он бы не узнал.

Тея остановилась на поляне, здесь она бывала часто. Место было хорошо скрыто от чужих глаз – идеальная смотровая площадка. Тея присела на корточки на опавшей листве и напрягла слух, желая расслышать речь Эсиллта. Тея слышала ее сотни раз, и каждый раз душа девушки трепетала.

Худощавый Мастер Оружия расхаживал перед группой новобранцев, в глазах которых горел энтузиазм. Мастер обхватил рукоять своего длинного меча и, выпятив грудь, сурово оглядывал их.

По всей поляне разнесся властный голос Эсиллта:

– Месяц назад вы были простыми учениками – мальчишками, чьи цели были самыми приземленными... Теперь же вы – щитоносцы Тезмарра, вы пришли сюда, в Кровавые леса, мечтая о большем, великом.

По коже Теи пробежал рой мурашек, она ловила каждое слово, будто это был эликсир, который ей жизненно необходим.

– Ближайшие месяцы будут и лучшими, и худшими в вашей жизни, – Эсиллт продолжил обрушивать слова на зачарованную публику. – Конечно, если вам удастся выжить. Некоторые из вас сдадутся через день, неделю, может, месяц. Остальные же познакомятся с болью и страхом лицом к лицу, вы узнаете, каково это – бороться за свое место изо всех сил. Узнаете, кому стоит доверять, а когда лучше спать с открытыми глазами. Те, кто не пройдут испытания, будут исключены из наших рядов. Те, кто обладают особыми талантами, могут стать учениками командиров. Некоторых из вас ранят. Некоторые – умрут.

Эсиллт снова сделал паузу, вглядываясь в лица стоявших перед ним воинов, будто прямо здесь и сейчас мог определить, кто справится, а кто потерпит неудачу. Он прокашлялся и продолжил.

– И лишь избранным, – начал он, многозначительно глядя на щитоносцев, – удастся приблизиться к мечте многих – стать стражами Срединных Королевств, воинами Тезмарра.

Тея вздохнула. Боги... Не имело значения, сколько раз она слышала вступительную речь Эсиллта, каждый раз сердце ее замирало. Тея будто приросла к земле, она, как и щитоносцы, мечтала стоять рядом с ними, разделить этот момент хотя бы с кем-то. Но девушка в очередной раз находилась в укрытии.

Эсиллт кашлянул:

– Итак, разбились на группы. Хочу посмотреть, чему вы уже научились.

Щитоносцы замешкались.

– Начали упражнения! – рявкнул Эсиллт. – Быстро.

Новобранцы немедленно повиновались, разделились на несколько небольших групп, схватили оружие и подняли щиты, заняв оборонительную позицию.

Тея наблюдала за происходящим: отмечала тех, кто держал щит слишком низко, неуклюже передвигался, и тех, кто был ей интересен как противник. Она изучала теорию много лет, в тайне практиковалась, но пальцы ее так и чесались достать свой кинжал вслед за ними. Тея и не заметила, как рука сама потянулась к кинжалу, спрятанному в сапоге.

Она осторожно отступила назад, чтобы ее не было видно, и приступила к собственной тренировке. Как и все дети в Тезмарре, она годами обучалась основам самообороны, но ей всегда было мало. С самого детства она издалека следила за каждой тренировкой, впитывая каждую крупицу знаний, каждый прием. Ей не хватало собственного оружия. Тот кинжал, которым она владела, был ее гордостью и радостью. Шесть лет назад Тея увидела, как он выпал из руки раненого воина, которого везли на повозке в крепость. Она показала этот подарок судьбы сестре, что стало ошибкой. Рен настаивала на том, чтобы сестра вернула кинжал, перед этим сказав, что он изготовлен из наарванской стали. Оружие из нее предназначалось только для Боевых Мечей, его дарили им после прохождения Великого Обряда.

Источник стали в Наарве создали сами Фурии, обрушившие на эти земли звездный дождь. Обнаруженная редкая железная руда – самая прочная во всех Срединных Королевствах, в ней заключена сила богов. Мужчинам, которые не прошли обряд посвящения, носить такое оружие было запрещено. Избранные воины, служившие Срединным Королевствам, считали такой поступок оскорблением. Но чтобы оружием владела женщина, тем более оружием из наарванской стали? Высшая форма предательства.

Поначалу Тея, разумеется, отказалась возвращать кинжал. В итоге она сдалась под напором сестры, которая привела внушительный список не самых приятных последствий. Рен была еще той занозой в заднице, и вскоре Тея поплелась в лазарет, чтобы вернуть вещь ее раненому хозяину.

Тея дождалась, пока лекари уйдут к другим пациентам, и подошла к его койке. Он был самым крупным мужчиной из всех, кого она когда-либо видела, практически гигантом. Его ноги свисали с края кровати, а матрас прогибался под весом. Его голова была перемотана большим количеством бинтов, через которые просачивалась кровь, а лицо опухло от ранений и было покрыто синяками, белки глаз покраснели.

Он умирал.

Тея впилась в него взглядом, ее тело кричало о том, что ей нельзя там находиться. Изо всех сил она постаралась найти в себе каплю того мужества, которое требовалось этому воину на поле боя, и протянула ему кинжал.

– Вы уронили его, – произнесла Тея. – Я подумала, что стоит его вам вернуть.

С трудом раскрывая глаза, мужчина издал такой тяжелый вздох, будто пытался сдвинуть с места телегу, целиком забитую кирпичами. Он что-то пробормотал, а затем поднял с кровати дрожащую руку и подтолкнул кинжал к Тее.

Он беззвучно открывал и закрывал рот.

Но Тее было ясно одно: он хотел, чтобы оружие осталось у нее.

Она прижала кинжал к груди и произнесла:

– Я буду использовать его с умом.

И вот сейчас она упражнялась с кинжалом, представляя, что держит меч. Тея знала, что у нее хорошая техника, но так мечтала поучаствовать в спарринге с достойным сильным противником. Иногда и на ее улицу приходил праздник, и ей удавалось уговорить своего чудного алхимика или кого-то с кухни, но это было совсем не то...

Листья зашелестели от легкого ветерка, и вдруг до Теи донесся тонкий аромат кожи и розового дерева, вызывая в ней странное томление. Она вздохнула, наслаждаясь криками и звоном стали, доносящимися снизу. Все еще сжимая кинжал, она осторожно выглянула из-за выступа, как...

В воздухе что-то просвистело.

Она отскочила в сторону, ее щеку пронзила острая боль.

С глухим звуком в корявый ствол дерева, у которого она стояла, вонзилась стрела.

Ее оперение дрожало на ветру.

Тею трясло, широко раскрытыми глазами она уставилась на все еще трепещущую стрелу. Она отступала назад – один шаг, второй...

А затем побежала.

Глава 3

Времени действовать незаметно не было. Тея бежала, рассекая вечернюю тьму, ее сапоги стучали по влажной лесной земле, по щеке стекала тонкая струйка крови. Ветви деревьев царапали кожу и рвали одежду, пока она пробиралась между ними, а ветер трепал косу.

Кто-то запустил в нее стрелу, но она знала, что тренировки по стрельбе проходили в другом месте. Выстрел не был случайным. Помедли она еще полсекунды, стрела попала бы ей между глаз. Тея прерывисто дышала, но ее успокаивал бившийся о грудную клетку камень судьбы.

Нефритовый камень на черном кожаном шнурке ей подарила в раннем детстве провидица. В те времена они вырезали судьбы на камнях. Иногда меткой становилось имя, иногда – символ или число. Эти знаки предвещали будущее, которому суждено воплотиться. Камни судьбы встречались редко, люди не стремились их заполучить. Особенно те, кто хотел жить в спокойствии.

Двадцать семь. Это ужасное число – обещание самого бога смерти. Когда Тее будет двадцать семь, Эновиус придет за ней, но для начала он поглумится. Смерть может настигнуть ровно в ту минуту, когда настанет ее день рождения, а может подождать еще год, когда Тее почти исполнится двадцать восемь. Камень судьбы давал ей время, но никаких подробностей. Проклятие, которое она не пожелала бы никому.

Страх подгонял ее, и она продолжала бежать, чувствуя, как по ногам хлестала грязь. Нет, сегодня она не умрет, ни за что. Она переживала о своем месте в Тезмарре, в своем доме. Приняв кинжал и из раза в раз практикуясь, она осознавала, чем рискует. Эта стрела – самое большое последствие.

Сверкнувшая молния осветила Кровавые леса на долю секунды. Впереди были только искривленные стволы деревьев и ужасающая пустота.

Вскоре она увидела свет факелов. Прерывисто дыша, Тея держалась ближе к основанию каменных стен, она направлялась к служебному выходу.

«Слава богам», – подумала Тея, когда поняла, что дверь не заперта. Она остановилась у кладовой и поднесла кусочек нефрита к губам.

– Что ж, пора в очередной раз испытать судьбу, – пролепетала она и нырнула в тускло освещенную комнату. Внутри было прохладно, на гигантских крюках с потолка свисало мясо. Проходя мимо них, она заметила, что люк подвала приоткрыт.

Тея поморщилась, услышав дверной скрип, и заглянула внутрь. Ее лицо обдало теплом, исходящим от нескольких печей, носа коснулись ароматы готовившегося ужина. Слуг поблизости не наблюдалось, и девушка прошла мимо столов и бурлящих кастрюль. Она подавила в себе желание взять из стоявшей рядом корзины горячий рулет – повар, вероятно, пересчитывал все до единого.

Приблизившись к двери, Тея замерла.

Перед разожженным камином в потрепанном кресле сидела крупная фигура, в ногах ее спала большая собака.

Тея перевела взгляд с собаки на наполовину сплетенный кожаный пояс в огромных руках, а затем встретилась с серыми глазами.

– Малик.

В ответ огромный мужчина улыбнулся. Именно он подарил ей свой кинжал на смертном одре. Но он не умер. Некогда лицо Малика выражало свирепость, оно было усеяно шрамами, теперь же его озаряла улыбка, которую Тея полюбила.

Малик был Боевым Мечом в отставке. На поле боя он получил почти смертельный удар по голове и с тех пор молчал. Тея слышала болтовню стражей и щитоносцев, они обсуждали, как знаменитый воин лишился славы и стал дурачком. Но она знала, что это не так. Вскоре после того, как он подарил ей кинжал, она сидела в углу библиотеки и читала вслух какой-то сложный отрывок из книги, чтобы лучше понять смысл. Тогда она и встретила Малика во второй раз. Из-за стеллажа выглянула его массивная фигура, отчего Тея едва не подпрыгнула.

Но он подошел к ней, широко улыбаясь, и сел на соседний стул с видом, будто хотел ее послушать. Тея поняла, что его заинтересовал текст, но, вероятно, прочитать его сам он не мог. С тех пор она читала ему вслух.

Оглядев Тею, промокшую и растрепанную, он засветился от веселья.

– Я не могу остаться, – произнесла она. – Ты ведь никому не расскажешь?

Малик лишь улыбнулся и продолжил плести пояс.

– Спасибо.

Тея благодарно сжала плечо нежного великана и направилась к юго-западной башне.

* * *

К тому времени как Тея переоделась в сухую тунику и привела себя в порядок, ужин уже начался. В огромных каминах в обоих концах зала потрескивало пламя, факелы на стенах отбрасывали переливающийся свет на каменный пол.

В самом центре зала находились гигантские скульптуры Фурий – первых Боевых Мечей. В руках богини держали могущественные мечи. Каменные фигуры возвышались до самого потолка, рукояти их мечей стремились в ночное небо, подпирая свод крыши.

Под скульптурами на возвышении располагался стол. За ним на стуле с высокой спинкой, словно король, восседал Осирис, Мастер Гильдии. По обе стороны от него занимали места Боевые Мечи Тезмарра, несколько командиров и управляющих персоналом крепости, включая Одру. Ее выражение лица было суровым, а взгляд зоркий, как у ястреба.

Чуть ниже стояли два дубовых стола длиной во весь зал, за ними расположились воины всех рангов и работники крепости. Они уже вовсю уплетали тушеное мясо в горшочках и жареный картофель с подносов.

Тея поспешила сесть к своим товарищам, стараясь не встречаться взглядом ни с кем за главным столом.

Эльврен пронзила сестру яростным взглядом и неохотно уступила ей место на скамье.

– Можно и не спрашивать, – процедила она сквозь стиснутые зубы, разглядывая порез на щеке Теи.

– Не стоит, – ответила Тея и потянулась за пустой тарелкой и подносом с картофелем.

– Могла бы хоть скрыть этот порез косметикой, которую я тебе оставила. Не похоже, будто ты лежала в постели с кровотечением из носа и головной болью.

Тея проигнорировала сестру и принялась за свой ужин, еле сдерживая стон от наслаждения вкусной едой.

– Ты пропустила увлекательную смену переписи, Алтея, – заявила сидевшая напротив Ида, подруга сестер, и заправила свои короткие волосы за ухо.

– Я бы не поставила в одно предложение слова «увлекательная смена» и «перепись», – ответила Тея с полным ртом хлеба, пропитанного подливкой.

– Заткнись.

Рен указала подбородком в сторону Осириса, который вставал из-за стола.

Тея выпрямилась. Осирис обращался ко всему залу нечасто.

Мужчина был среднего роста, но на фоне окружавших его воинов он казался карликом. Его голова была выбрита, он носил кожаную одежду и ботинки командиров Тезмарра. Несмотря на худощавое телосложение, форма сидела на нем хорошо. Он окинул столы перед собой проницательным взглядом, пронзая каждого, и заговорил:

– Сегодня мы рады приветствовать дома одного из самых любимых нами Боевых Мечей... – начал он.

По залу, подобно лесному пожару, разнесся шепот, многие люди вытянули шеи, чтобы хоть мельком взглянуть на знаменитого воина, сидевшего справа от Осириса.

Тея вспомнила, как на вершине утеса встретилась со взглядом этих серебристых глаз, и по коже пробежались мурашки.

Мастер Гильдии кашлянул и продолжил:

– Уайлдер Хоторн провел несколько лет за пределами дома, защищая Срединные Королевства. Куда бы он ни отправился, за ним следуют рассказы о его победах и доблести...

В воспоминаниях Теи промелькнул окровавленный мешок.

– Но самое главное – он вершил правосудие Тезмарра, уничтожая тех, кто шел против нас.

Взгляд Теи переместился на воина.

Капюшон Хоторна был откинут, она рассматривала его в свете свечей: точеные линии челюсти, слегка изогнутый нос, темные брови и несколько бледных шрамов, заметных на его загорелой коже. Выражение его лица было таким же свирепым, таким же неумолимым, каким она его запомнила.

Говорили, что Боевых Мечей выбирают сами Фурии и наделяют их своей силой. По прохождении Великого Обряда воинам вручают дары от королевств: оружие от Наарвы, жеребца от Твера, пузырек целебной родниковой воды от Авеума, броня от Дельмиры и яд от Харента.

Из рассказов Тея знала, что Хоторн – самый молодой из всех, когда-либо пытавшихся пройти Великий Обряд, самый молодой Боевой Меч в истории и что он последний, кто вступил в их ряды.

«Пока что», – мысленно заявила она.

Однако на его лице не было и следа молодости, оно выражало только холод и беспощадную жестокость убийцы. Он продолжал молча сидеть, откинувшись на спинку стула и обводя зал пронзительным взглядом. Хоть внешне он казался жестоким, от дерзкого огонька в его глазах Тея ощущала прилив энергии, ее тело наполнялось теплом. Она повернулась в его сторону, и ее охватила легкая дрожь.

Осирис поднял свой кубок и прокричал:

– За возвращение Хоторна!

Все присутствовавшие поспешили повторить тост, по залу пронеслось оживление.

Рука Смерти наблюдал за происходившим, кровь врагов все еще была на его ботинках.

– Как думаешь, скольких монстров он убил? – Тея не сводила глаз с воина, в памяти мелькнуло гадкое воспоминание о сердце тенетворца.

– Кого волнуют монстры? – фыркнула Самра. – Что насчет женщин? Взгляни на эту челюсть, эти плечи... Взгляни на его формы... Пусть убьет меня, когда хочет.

Ида рассмеялась:

– Сам, оставь свои влажные мечты при себе.

– С чего бы? Мужчины этого никогда не делают. И я вообще удивлена, что Хоторн жив, его должны были повесить как...

– Сам! – рявкнула Тея. – Он Боевой Меч Тезмарра, прояви каплю уважения.

Самра закатила глаза:

– Если ты дала дурацкий обет безбрачия, это не значит, что остальные не должны развлекаться.

– Я не давала обета безбрачия, – с горечью произнесла Тея, ее тело напряглось. – Я просто...

Рен опустила руку на ее плечо и сжала его:

– Ты не виновата в том, что Эвандер оказался придурком.

– Полный идиот, – добавила Ида.

Возникла неловкая пауза. Сам кивнула и произнесла:

– Первоклассный ублюдок.

На душе Теи потеплело оттого, как разговор об ученике Мастера Конюшни сплотил подруг, но она отмахнулась:

– Прошло уже много лет.

Сам пожала плечами:

– Но он так и остался ублюдком.

Тея выдавила улыбку, но плечи ее поникли, когда она вспомнила его слова.

«Меня не интересуют воины. Ты и так скрываешь свою красоту под мужской одеждой и грязью... Ты понравилась мне, когда была алхимиком. Но если ты собираешься практиковаться с оружием и всюду носиться, как парень... Еще и учитывая пророчество...» Он сказал ей эти слова, когда она поделилась с ним своими мечтами. Тогда ее мир остановился.

Тот разговор оставил после себя смешанные чувства ярости и разочарования. Тея сидела с сестрой на утесе и плакала в ее плечо, а затем решила оставить эти отношения позади. Единственный обет, который она когда-либо давала, – это обет самой себе; она решила сделать все для того, чтобы стать на путь Боевого Меча. Что касается парней, то после разрыва с Эвандером у нее были еще, но все эти отношения были мимолетными, а все парни – одинаковыми. Эвандер и все остальные были испуганными мальчишками из крепости, никак не мужчинами. Рен однажды сказала Тее: «Настоящий мужчина не бросит тебя в бою и не будет сражаться вместо тебя. Настоящий мужчина поможет заточить меч, прикроет твою спину и будет сражаться вместе с тобой перед лицом даже самой кромешной тьмы».

Такого мужчину Тея пока не встретила.

Все вокруг Теи увлеченно беседовали. Обсуждали не только возвращение Хоторна.

Недавно после сражений с угрозой к югу от зимнего королевства Авеум вернулся отряд воинов, пользовавшихся популярностью. И теперь девушкам за столом не терпелось обсудить, как они изменились.

– Грудь Рейнора определенно стала шире, – ухмыльнулась Самра, поиграв бровями.

– Надейся, – возразила Ида. – Вспомни, там и раньше смотреть было не на что.

Рен прыснула:

– Не будь злюкой. Ему всего-то двадцать. В любом случае Сам нравятся парни постарше, он для нее маловат, – добавила она, наливая еще одну кружку эля.

Сам откинула назад свои волосы вишневого цвета и положила руку на грудь, изображая боль.

– Рен, ты меня ранишь.

– А что насчет тебя, Алтея-Девять-Жизней? Кто-нибудь приглянулся? Любой на твой выбор.

Услышав прозвище, Тея прищурилась, отчего порез на щеке защипало. Подруги стали называть ее так за то, что она годами вела себя безрассудно и нарушала законы Гильдии. Сегодняшнее происшествие – очередное тому подтверждение.

Алтея-Девять-Жизней. Она ненавидела это прозвище. Во-первых, оно словно делало ее самой глупой девушкой в компании... Во-вторых... Ей нравилось думать, что у нее больше девяти жизней.

Не сводя взгляда с Боевого Меча, сидевшего за главным столом, она положила себе еще одну порцию рагу.

– Нет, – сказала она, вздернув подбородок. – Почему меня должно интересовать что-то помимо кратковременных физических удовольствий?

Сам фыркнула:

– Ты просто не встретила того самого.

– Это все пустая трата времени. Работа у Фариссы и Одры, тренировки, прочие дела – у меня просто нет времени на какого-то глупого мальчишку. У меня куча дел, целей, которые я хотела бы осуществить...

«И мало времени», – подумала Тея. У остальных впереди целая жизнь, у нее же было всего три года. И, во имя богов всех королевств, тратить эти годы впустую она не собиралась.

– Моя самая главная цель...

– Ах, ну конечно же, твоя цель... – Рен покачала головой и сжала переносицу, словно многострадальный старец. – Тея, они никогда не позволят тебе стать одной из них. Ни за что в жизни. Может, пора уже бросить эту затею и смириться со своей судьбой, как и все мы? Ты только навлечешь на себя неприятности или что похуже. Мы ведь тоже вносим свой вклад в защиту королевства. Ведь наша работа тоже достойна уважения.

Тея еле сдержала себя, чтобы не ответить про алхимиков и писарей, взяла кружку сестры и осушила ее.

– Можете продолжить разговор о мальчиках, – произнесла она. – Или о ком-то еще, – добавила Тея, кивнув Иде.

– Ты так добра, – сухо ответила Ида.

Рен забрала свою кружку и вновь наполнила ее.

Мыслями Тея была уже не с ними... Она думала о сероглазом Боевом Мече, сидевшем за главным столом.

* * *

Когда девушки вернулись в свою комнату, очаг уже остыл, и Тея выругалась из-за холода. С каждой минутой жалобы остальных становились всё громче, и сестры принялись разводить огонь, бросая в камин хворост. Тея вздохнула, когда ее пальцев коснулось тепло. Она протянула руки к огню, а затем резко отдернула, когда что-то пролетело в воздухе в ее сторону.

Небольшое лезвие, которыми открывали бутылки, вонзилось в деревянный пол рядом с ногой Теи.

– Что за...

В нее полетело еще одно лезвие.

Тея увернулась.

– Сам! – крикнула она. – Хватит!

Но она знала: бездействовать не стоит. Тея вскочила на ноги и стала перепрыгивать с одного места на другое, в то время как в нее продолжали лететь новые острые снаряды, издававшие ритмичные глухие удары о стены и пол. Это было мальчишеское тезмаррское состязание на развитие быстрой реакции. Конечно, девушкам играть в эту игру было запрещено, поэтому подруги адаптировали ее под себя. Самра всегда утверждала, что они правил не нарушают, ведь вместо традиционных лезвий в форме звездочек и кинжалов они использовали алхимические инструменты.

Также Самра всегда говорила: «Еще я просто обожаю швыряться в Тею».

Когда подруги стали подростками, они добавили элементы танца. Ида настаивала на том, что однажды, возможно, им предстоит танцевать на балу или на свадьбе, а никто из них не умел двигаться легко и непринужденно. Тея не решалась сказать подруге о том, что шанс посетить подобные мероприятия ничтожно мал, и так появилась игра «Танцующие алхимики».

За многие годы в спальнях девушек, а также на них самих остались царапины и шрамы – последствия их состязаний. Подруги уже давно не играли в любимую игру. Работа и ежедневная рутина лишали их тихих радостей жизни.

– Черт! – Тея едва не лишилась пальца ноги. – Сам, что ты творишь?

Самра лишь пожала плечами и метнула очередной заостренный снаряд.

– Ты так жаждала чего-нибудь интересного, Алтея-Девять-Жизней... Подумала, что могу тебе помочь.

– Не испытывай меня... Ты знаешь последствия. Ты пожалеешь.

– Да ладно тебе... У меня осталось всего три лезвия, – ответила подруга, угрожающе крутя их в руках.

Рен недовольно вздохнула и попыталась выхватить у Сам оставшиеся лезвия.

– Фарисса искала их!

Но Самра ее проигнорировала и быстро метнула в Тею оставшиеся лезвия одно за другим.

Ее охватил трепет, и она начала свой танец. Сейчас Тея чувствовала себя живой. Она грациозно кружилась, уворачивалась и извивалась, при этом подбирая упавшие лезвия. Этот навык Тея оттачивала сознательно, так как понимала, что против силы серьезных противников ей придется использовать скорость и ловкость.

Когда из рук Сам вылетело последнее лезвие, Тея одарила ее улыбкой, похожей на волчий оскал.

– Моя очередь.

Она мастерски взмахнула запястьем – и маленькое лезвие сверкнуло в воздухе...

– Тея! – крикнула Сам, когда лезвие прошлось по нижней части ее хвостика и вонзилось в стену, ухватив за собой прядь волос вишневого цвета.

– Да помогут нам Фурии... – пробормотала Ида, обхватив голову руками.

– Что такое? – невинно спросила Тея. – Ты как раз без конца говорила о том, что пора бы подстричься.

– Я тебя убью... – пригрозила Сам сквозь стиснутые зубы, выдергивая из каменной стены лезвие и прядь волос.

– Попробуй.

Сам уставилась на волосы в своей ладони и, качая головой, коснулась теперь отстриженного хвостика.

– Ты сумасшедшая.

– Или невероятно талантливая.

– Или и то и другое, – добавила Ида.

– Определенно, – произнесла Рен, отбирая у Теи инструменты Фариссы.

– Тебе следовало хорошенько подумать, прежде чем соревноваться со мной в «Танцующих алхимиках», – возразила Тея.

Сам продолжала качать головой, но гнев ее смягчился.

– Тея как всегда, – пробормотала она. – Не хочет быть женщиной, но танцует лучше всех нас.

Когда все успокоились, Тея дотронулась до тонкого пореза на щеке, покрывшегося корочкой, и в голове эхом пронесся звук рассекающей воздух стрелы. У нее появилось ощущение, словно несколькими часами ранее «Танцующие алхимики» спасли ей жизнь.

Рен поймала ее взгляд, и в глазах ее читалось множество вопросов.

Тея пожала плечами. Пускай Рен ничего не знает и спит спокойно. Да и в целом, сегодня был не такой уж и ужасный день.

И он продолжал оставаться таким до того момента, пока Тея не потянулась за своей ночной рубашкой и не скинула ботинки. Вдруг руки на пуговицах туники замерли, тело стало ватным, и, несмотря на жар от камина, ее внезапно охватил холод.

Ее кинжал пропал.

И она точно знала, где его оставила.

Глава 4

Тее снова снилась провидица.

«Помни меня», – произнесла она в ночи, вырезая на куске нефрита пророчество. У нее не было лица. Никаких отличительных черт. Но голос ее звучал как зов сирены. Сколько судеб она предсказала до Теи? Скольких она передала Эновиусу?

Тея ощутила на ладони холод камня судьбы и резко проснулась с прерывистым вздохом.

С соседней кровати за ней наблюдала Рен.

– В чем дело? – спросила сестра, задумчиво нахмурив брови.

Тяжело дыша, Тея пару мгновений привыкала к рассветному свету, проникавшему сквозь окна, и к утренней прохладе, ощущавшейся на разгоряченной коже. Остальные крепко спали.

– Все в порядке, – тихо ответила она, сердце ее все еще быстро билось. Она выпустила из руки камень судьбы и спрятала его под ночную рубашку.

Однако Рен все видела:

– Тебе снова приснился кошмар.

Спорить не было смысла. Тея кратко кивнула, стирая рукавом пот со лба.

– Я думаю, тебе действительно нужно поговорить с Фариссой. Она может дать тебе что-то...

– Я не собираюсь пить какое-то зелье, чтобы уснуть, – отрезала Тея. – Мне нужно быть начеку.

– Забудь, – со вздохом ответила Рен. – Я просто хочу, чтобы ты поделилась с кем-то своей проблемой.

– Ты знаешь. Этого достаточно.

– Разве? Носить камень судьбы... Это тяжелое бремя.

Но Тея была полна решимости.

– Это не бремя, а подарок, – возразила она, свешивая ноги с кровати и морщась от ледяного пола. – Знать, когда умрешь, – это знать, как жить, сестренка.

– Ладно, но помни, что пока ты действительно не умрешь – это не судьба.

Тея натянула брюки и тунику:

– Приму к сведению.

С другого конца комнаты донесся стон.

– Только не говорите, что вы уже готовы вцепиться друг другу в глотки, – пробормотала Ида из-под подушки.

– Ничего особенного, просто выражаем сестринскую любовь, – проворчала Рен, тоже поднимаясь с кровати.

– Боги милостивые, должно быть, действительно наступает конец света.

Тея подмигнула Рен и постучала по камню судьбы, спрятанному под одеждой.

– Не сегодня.

* * *

Если и существовало место, где Тея не хотела бы находиться в это утро, – это алхимическая мастерская. Задания были утомительными, и обычно она зарабатывала свежий ожог или порезы на руках. Без своего кинжала в сапоге Тея ощущала себя голой. На душе у нее было неспокойно, ей не терпелось поскорее отыскать его в Кровавых лесах, пока он не заржавел под влажными листьями или его не обнаружил какой-нибудь любопытный щитоносец.

– Черт. – Она почувствовала, как ее кожу пронзила боль от пореза, и отдернула руку от пучка дикой лаванды, которую срезала.

– Ты витаешь в облаках, – произнесла Рен и протянула сестре чистую салфетку, чтобы остановить кровь на указательном пальце.

– Потому что эта работа – неблагодарная, – ответила Тея.

Рен уперла руки в бока:

– Ты хоть знаешь, что мы сейчас готовим?

– Какое-то зелье? – тихо спросила Тея, видя, что сестра готова взорваться.

– Настойку от мигреней...

Тея открыла рот, чтобы перебить сестру, но Рен подняла руку, заставляя ее замолчать.

– От мигреней вроде тех, которыми страдает твой друг из библиотеки.

Малик.

Рен продолжила:

– Благодаря нашим трудам облегчаются страдания тех, кто пошел на невероятные жертвы, защищая наши королевства. И ты хочешь сказать, что эта работа неблагодарная, слишком неблагородная для таких, как ты?

Тея покраснела:

– Нет.

– То-то же. А теперь заткнись и постарайся не отрезать себе пальцы.

За их спинами раздался смех, и Тея с ужасом поняла, что это была Фарисса, Мастер Алхимии. Она выглядывала из-за их плеч, скрестив руки на груди.

– Я бы не смогла сказать лучше. – Она мило улыбнулась. – Тея, тебе следует прислушаться к сестре.

Тея стиснула зубы:

– Конечно, Фарисса.

– Вижу, ты уже оправилась от очередного кровотечения... Какое счастье.

Тея переступила с ноги на ногу, вновь устремив взгляд на лаванду:

– Да, это точно.

Мастер Алхимии покачала головой и повернулась к Рен.

– Я бы хотела еще раз взглянуть на те наброски, когда у тебя будет свободная минутка, Эльврен. Надеюсь, ты их взяла?

Рен кивнула:

– Конечно.

– Я бы попросила тебя оставить сестру доделывать настойку самостоятельно, но мы ведь не хотим никого отравить, верно?

Рен рассмеялась:

– Разумеется, нет. Я зайду к вам позже.

– Боги, какая же ты подлиза, – буркнула Тея, когда Фарисса подошла к другому столу.

– А ты ведешь себя как избалованный ребенок, – огрызнулась Рен. – Не будь ты такой занудой, я бы показала тебе, что придумала. Это нечто... В общем, ты бы это оценила.

Тея уловила нотку лукавства в голосе сестры. Если Рен в таком расположении духа, значит, Фурии благосклонны. Хоть Тее и не хотелось признавать вслух, но Рен была поистине гениальна. Она – прирожденный изобретатель, и по огоньку в ее глазах Тея понимала: все, что она создала, однажды обязательно изменит судьбы в королевствах.

– Ладно. – Тея скрестила руки на груди. – Давай взглянем.

Рен ответила ей зловещей улыбкой. Забыв о перепалке, она порылась в своей сумке и вытащила несколько листов пергамента, затем расправила их и положила на стол.

– Вот, – гордо произнесла она.

Глядя на эскизы, Тея нахмурилась.

– Чайник?

Он был очень красивым, идеально симметричным. Опять же, ее младшая сестра была невероятна хороша во всем, за что бралась. Настолько, что бесила.

– Это не просто чайник, – ухмыльнулась Рен. – Я назову его чайником для дамских обедов.

– Понимаю, – ответила Тея, хотя на самом деле это было неправдой. Ее не интересовали дамские обеды.

Однако Рен продолжила, она перешла к следующей странице. На ней был изображен детальный набросок чайника изнутри.

Тея прищурилась:

– Но почему в нем два отделения?

– Одно для чая, – ответила Рен, сверкнув глазами цвета морской волны. – Второе – для яда.

– Чего? – усмехнулась Тея.

Тея ожидала услышать от сестры что угодно, только не слово «яд».

– Пока ты останавливала свои кровотечения, мы с Фариссой работали над несколькими небольшими изобретениями, – объясняла Рен. – Этот чайник – одна из моих идей. Каждое отделение чайника соединено с потайным отверстием, расположенным около ручки.

Рен показала их на рисунке и продолжила:

– Чтобы налить определенный напиток, необходимо, чтобы отверстие было открыто.

– Но...

– Задумайся, Тея. Представь, что ты пришла в гости к человеку, которого подозреваешь в недобрых намерениях. Разве ты бы не захотела убедиться, что он пьет тот же напиток, что и ты, прежде чем самой рисковать?

– Ты права...

– Напитки в каждом отделении должны выглядеть одинаково. И тот, кто разливает, должен запомнить, где чай, а где – яд. Чтобы отравить врага, необходимо закрыть пальцем отверстие, ведущее к отделению с чаем. Чтобы налить напиток себе, нужно зажать отверстие, ведущее к отделению с ядом. Главное, не перепутать. Кажется, что напиток наливается из одного и того же места... Видишь?

Тея недоверчиво уставилась на листы:

– Но как?

– Сегодня днем я приступаю к созданию первой модели, чтобы показать, как это работает. Все просто: поверхностное натяжение и давление не дают жидкости вытечь из чайника. Если закрыть отверстие, воздух не сможет попасть в соответствующее отделение внутри чайника. – Рен вновь указала на эскиз. – Таким образом, площадь поверхности жидкости уменьшается, и она не может вытечь через носик. Если зажать отверстие, давление воздуха удержит жидкость, и она не выльется.

Тея медленно покачала головой в удивлении.

– Рен, очень впечатляет, – выдавила она, продолжая разглядывать листы.

– Спасибо.

– Знаешь... От тебя я никак не ожидала такого приспособления.

– Не только тебе быть сумасшедшей.

Тея рассмеялась, поддаваясь настроению сестры.

– Рада это слышать.

Остаток часа сестры работали в приятной тишине, они готовили различные настойки для лекарей и какие-то сомнительные тонизирующие зелья для неизвестных им людей, не задавая лишних вопросов. Так и работали все женщины в Тезмарре. В основном Тея слушала наставления Рен, все еще восхищаясь одаренностью сестры. Она представляла, для каких тайных миссий может пригодиться чайник для дамских обедов.

Все время, что Тея нарезала и измельчала ингредиенты, она думала о том, что ей не хватает соприкосновения ее кинжала с лодыжкой. Ей не верилось, что она умудрилась его потерять. В течение всей смены Тея пыталась найти возможность ускользнуть на его поиски, но Фарисса не спускала с нее глаз, точно ястреб. Сейчас она напоминала Одру, Фарисса будто чувствовала, что мысленно Тея уже одной ногой находилась за дверью.

* * *

К разочарованию Теи, обед был недолгим, и сбежать в Кровавые леса ей снова не удалось. Ощущая неприятную горечь, она шла по коридору первого этажа вместе с Рен, и чувство поражения преследовало ее с каждым шагом. Фарисса к пропуску вчерашней смены отнеслась спокойно, однако Тея сомневалась, что Одра проявит к ней такое же снисхождение. Тея прикоснулась рукой к ссадине на щеке и пожалела, что предусмотрительно не скрыла ее косметикой Рен.

Только они подошли к ступеням, ведущим в восточную башню, как неподалеку раздался резкий смех. Поняв, кому он принадлежит, Тея сжала пальцы в кулак. Веселье этого человека никогда не предвещало ничего хорошего. Она сделала шаг в направлении звука.

– Тея, не надо. – Рен была готова схватить Тею за локоть.

Несмотря на то что все внутри начало закипать, девушка уступила.

– Ладно, – пробормотала она и направилась к лестнице.

Шесть лет назад во время занятия по самообороне, после спарринга с Рен, сражаться с которой было неинтересно, Тея попросила соперника посильнее. Себастос Барлоу вызвался показать ей, какой он достойный противник. Однако Тея на глазах у всех группы нанесла ему такой удар, что он отшатнулся в сторону. Хоть в итоге раунд выиграл Себ, все же Тея задела его эго. Она захотела исправить ситуацию, поэтому после спарринга протянула ему руку для пожатия, но он отказался.

Себ сказал ей с усмешкой: «Думаешь, я пожму руку какой-то грязной беспризорной девке?»

Рен предупреждала Тею, что она нажила себе врага в лице Себастоса Барлоу. Сестра, как всегда, оказалась права. Если он рядом, значит, драки не миновать.

Смех прозвучал снова, на этот раз громче. Затем раздался издевательский голос, от которого по коже Теи всегда пробегал неприятный холод.

– ...взгляните на этого безмозглого идиота. Он даже не может идти ровно...

Тея без раздумий пошла на звук.

Она отмахнулась от хватки сестры и, игнорируя ее протесты, завернула за угол.

Тея увидела гигантскую фигура Малика, которую окружила группа щитоносцев. Они тыкали в него своими тренировочными мечами. Малик отступал от них, выставив огромные руки перед собой в попытке защититься, и спотыкался о собственные ноги.

У Теи кровь застучала в висках.

– Себ! – Ее голос эхом разнесся по коридору, она стояла, широко расставив ноги и напрягаясь всем телом.

За ее спиной послышался глубокий вздох Рен.

Щитоносец резко обернулся:

– Чего тебе, беспризорная?

Тея шагнула к нему, ее щеки пылали от гнева.

– До сих пор не придумал более оригинального оскорбления? – Глядя на порезы на руках Малика и растерянность в его серых глазах, она старалась говорить спокойно. – Половина жителей Тезмарра – сироты.

– Но ты – сама грязная и бесполезная. Посмотри на себя, – ответил он и брезгливо сморщил нос, глядя на ее брюки, тунику и грязные ботинки. – Даже не знаю, на кого ты больше похожа: на собаку или на своего уродливого друга. Или ты пытаешься выглядеть как мужчина?

Тея чувствовала ярость стоявшей за ее спиной Рен, но не обернулась. Она вновь сжала пальцы, словно собираясь схватить кинжал, которого у нее больше не было. Но это и неважно, если понадобится, она готова убить его голыми руками.

Себ продолжил глумиться над ней:

– Так чего тебе?

Тея сделала еще один шаг к щитоносцу, игнорируя его свиту. Все отвернулись от Малика, чтобы поиздеваться над ней, угрожающе сжимая свои тренировочные мечи.

– Оставьте его, – сказала она.

Себ фыркнул:

– А то что?

Тея сжала кулаки и оставила его вопрос без ответа. Хоть у нее не было оружия и они численно превосходили, Тея не могла закрыть глаза на то, что они делали с Маликом, и неважно, чего бы ей это стоило.

Она глубоко и прерывисто вздохнула.

– Оставьте его, – повторила Тея. – Он бывший Боевой Меч. И он заслуживает уважения. Ваше поведение – позор Тезмарру.

– Если бы ты была одной из них, то точно бы стала настоящим позором Тезмарра.

Он выпятил грудь и приблизился к Тее, возвысившись над ней.

Несмотря на недобрый огонек в его глазах, Тея не сдвинулась и на миллиметр.

Товарищи Себа расправили плечи и приблизились вслед за ним.

– На твоем месте я бы держалась от моей сестры подальше, – послышался голос Рен.

– Будто мы боимся эту неотесанную, – возразил Себ.

– А я и не говорила, что нужно бояться ее.

Мимо уха Теи пролетел ветерок. Поднялось облако фиолетовой пыли и затем опустилось на щитоносцев.

Кто-то закашлялся.

Себ раздраженно оглядел свою тунику, покрытую пылью.

– Это что, ведьмина проделка?

Он сердито смотрел на Рен и отряхивал пыль, как вдруг...

Выпучил глаза и схватился за шею.

На неприкрытой одеждой коже мгновенно появилась сыпь, и Себ начал яростно чесаться.

– Что ты сделала, тварь?

Лица товарищей, стоявших за его спиной, покраснели, и они принялись их чесать, царапая.

– Думаю, вам пора отправиться в лазарет, – сказала Рен и подошла к Тее, любуясь своей работой. – Не хотелось бы, чтобы случилась какая-то неприятность.

Себ вновь выпучил глаза.

– Сука! – крикнул он и, шатаясь, ушел от них, друзья его последовали за ним.

Тея повернулась к сестре, глядя на нее широко раскрытыми глазами.

Рен подняла брови:

– Ну что, начинай. Скажи, как ты не нуждаешься ни в чьей помощи, как ты справилась с ними самостоятельно.

– Я... – Тея не могла подобрать слов. – Ты... Ты была великолепна.

– Вау.

– Напомни мне бесить тебя чуточку меньше.

Тея заметила на своей коже фиолетовую пыль:

– Но почему я...

– Не повторила их участь? – перебила Рен. – У тебя иммунитет ко вдовьему пеплу.

– Что?.. Как?

– Потому что я постаралась.

– В смысле?

– В последние несколько месяцев я посыпаю им твои простыни. Повышаю твою толерантность.

– Так вот почему я столько раз просыпалась от чесотки... Боги, Рен. Скажи, что ты шутишь.

– Я не шучу со вдовьим пеплом.

– Ты сумасшедшая.

– Уверена? Может, я просто готовлю свою безрассудную сестренку к тому неизбежному моменту, когда она откусит больше, чем может проглотить, и нарвется на группу вооруженных щитоносцев?

Тея потерла виски, качая головой:

– И то и другое.

Рен рассмеялась.

– Пойдем, – сказала она. – Мы опаздываем к Одре.

Но внимание Теи теперь сосредоточилось на Малике, который стоял в паре метров от них. Он покраснел, лоб его покрылся бисеринками пота.

– Нужно проводить Малика в его покои, – ответила она сестре.

Рен проследила за ее взглядом. Бывший воин ходил взад-вперед, часто моргая и тяжело дыша.

– Думаю, ты права. Я предупрежу Одру.

– Забей на Одру, не оправдывайся. Ты и так будешь в полном дерьме.

– Я пойду с тобой...

Тея лишь отмахнулась:

– Ты его только смутишь. Иди, с нами все будет в порядке.

Рен коротко кивнула и, поднявшись по лестнице, скрылась за дверью.

Тея подошла к Малику, старясь не напугать его.

– Ты опять заблудился, приятель? – прошептала она.

Услышав ее голос, Малик широко раскрыл глаза и поднял голову. Пару мгновений он двигал ртом, а затем расслабился.

– Как хорошо, что я знаю дорогу, – сказала она. – Пойдем.

Ей хотелось взять его за руку, но делать этого она не стала. Ей неизвестно, насколько сложным было повреждение его мозга. Однако она знала Малика достаточно долго, чтобы понимать: после волнительных событий и встрясок ему становилось очень тяжело, он утомлялся, все его чувства и эмоции обострялись.

Она опасливо шла по крепости, отмечая, что сегодня Малик плохо держится на ногах.

– Тебе просто нужно немного побыть в тишине, – заверила она его, придерживая для него дверь.

Однажды, когда Малик заблудился, Одра показала Тее путь к его покоям. Острая на язык библиотекарь была нежна и добра к нему. Тея сделала вывод, что они знакомы, и только спустя время поняла: вероятно, Одра знала его с тех времен, когда он был Боевым Мечом. Возможно, они даже вместе тренировались.

Они подошли к покоям Малика и увидели, что дверь не заперта. Только она открылась, как Дакс, пес Малика, взволнованно их встретил.

– С ним все в порядке, – сказала Тея дворняге, активный хвост которого угрожал ей синяками на ногах.

В дверях она дождалась, пока Малик усядется в кресло перед холодным камином.

– Хочешь, я растоплю камин? – спросила она.

Малик уставился на черные угли.

– Хорошо, – произнесла Тея, обращаясь скорее к себе, нежели к бывшему воину. – Оставлю тебя.

Она развернулась, чтобы уйти, но услышала, как Малик издал скрипучий звук.

Девушка подождала, понимая, что он пытается выговорить слова и что ей никогда не понять этих мучений. Ей перехватило горло, она так хотела бы ему помочь.

Словно прочитав ее мысли, он покачал головой.

Тея откинула упавшие на лицо прядки волос и вздохнула, слова вырвались сами собой.

– Я потеряла его, – призналась она, постучав по лодыжке. Малик знал, где она хранила кинжал. – Я потеряла его в Кровавых лесах, мне так жаль, – произнесла она.

Малик улыбнулся, и Тея не могла понять, чему именно. Дрожащей рукой он махнул на дверь, веля ей уйти.

Тея ощущала во рту горький привкус сожаления. Она потеряла единственную вещь, напоминавшую о том, кем Малик был до ранения; вещь, которую он доверил ей хранить и беречь. Он прошел через столькие испытания, а Тея так глупо потеряла кинжал, добытый потом, кровью и самопожертвованием.

Нет, она все исправит. Тея закрыла за собой дверь бывшего Боевого Меча и двинулась по коридору. Но не в сторону кабинета Одры, где ее ждали задания. Она направлялась в Кровавые леса.

Снаружи царили серость и мрак, но все же свободно передвигаться по крепости и за ее стенами без риска оказаться замеченной было небезопасно. Однако у Теи имелись свои пути. За время ее интрижки с Эвандером она узнала о некоторых наименее охраняемых местах Тезмарра и о малоизвестных тропах на опушках лесов. Благодаря этим знаниям их отношения не были абсолютной тратой времени.

Вскоре она вновь оказалась среди деревьев Кровавых лесов. В воздухе витал насыщенный влажный запах приближавшегося дождя. Она наткнулась на свой след, оставшийся со вчера, и сразу же постаралась его замести. Меньшее, что ей нужно, – это чтобы какой-нибудь любопытный щитоносец шел за ней по пятам. Тея также не исключала, что Себ, желая отомстить, может отправить за ней парочку своих дружков. Она надеялась, что сам он все еще находится в лазарете и, словно блохастое животное, чешет свои яйца.

Вскоре Тея добралась до поляны, на которой была вчера. Разбуди ее среди ночи, она бы узнала это место. Это явно было оно – стрела все так же торчала из дерева. Тея задумчиво провела покрытыми шрамами пальцами по оперению. Оно оказалось таким мягким – поразительный контраст со смертоносным наконечником, впившимся в ствол.

Стрелявший хорошо знал свое дело. Если бы не ее быстрая реакция, выработанная за годы игры в «Танцующих алхимиков», стрела попала бы точно в цель.

Тея одернула себя. Она пришла сюда не для того, чтобы размышлять о случившемся.

«Где же я его уронила?» Тея присела на корточки и провела ладонями по земле. Затем еще раз... Она помнила, что держала кинжал до того, как в нее полетела стрела. Девушка корила себя. Ронять вещи, будучи застигнутой врасплох, – не самая лучшая черта великого воина.

Обходя пронзенное стрелой дерево, Тея копалась в опавшей листве. Она была уверена, что, даже если случайно пнула кинжал, он был где-то здесь. Он не мог укатиться далеко.

Пока она была занята поисками, тело охватило какое-то неприятное чувство.

Тея обшаривала усеянную листьями землю более лихорадочно, смотрела даже там, где кинжала быть не могло. Волнение в груди все нарастало, и в конце концов Тея упала на колени на влажную землю.

– Черт, – пробормотала она, уставившись на пустые руки.

Вдруг по ее коже пробежал холодок, волосы на затылке стали дыбом, и Тея подняла взгляд.

У нее перехватило дыхание.

Одетый в черные кожаные одежды воина и прислонившись к дереву, перед ней стоял Уайлдер Хоторн. В своих длинных татуированных пальцах он крутил ее кинжал.

– Это ищешь? – спросил он.

Глава 5

Каждая клеточка Теи буквально кричала о том, что нужно бежать, но она так и стояла на коленях в грязи, будто прикованная.

Взгляд серебристых глаз Хоторна пронзил ее, он решительно шагнул к Тее, возвысившись над ней своим мускулистым телом.

– Не отрицаешь? – Его голос глубокий, с хрипотцой. Казалось, слова отдавались эхом по всему ее телу.

Тея вскочила на ноги, ее сердце бешено стучало, больно ударяясь о грудную клетку, губы сжались в тонкую линию.

– Ты хоть знаешь, что это за кинжал? Что он особенный?

Хоторн вновь покрутил кинжалом. Его тон казался спокойным, но от взгляда Теи не скрылось, как мускул на его челюсти дернулся. Вблизи воин казался еще более свирепым, чем когда она наблюдала за ним на утесе и за ужином. Лицо его выражало невероятную суровость и жестокость, темная борода еще больше заостряла угловатую челюсть, а в глазах под длинными черными ресницами бушевала буря.

Тея вновь предпочла молчать. Что бы она ни сказала, он не поверит ей, не поймет. Она была алхимиком, причем плохим. Она нарушила закон Гильдии и, как бы сказал Себ, была позором Тезмарра. Тея никак не могла владеть кинжалом, не говоря уж... Она окинула взглядом пустой лес и на долю секунды задумалась...

– Можешь попробовать сбежать, если хочешь, – произнес он с промелькнувшим во взгляде весельем, будто бросая вызов. – Но ты забываешь, с кем имеешь дело.

Тея изо всех сил старалась проглотить ком в горле, ее пальцы онемели. Неважно, как усердно она втайне тренировалась и как хорошо изучила секретные места Кровавых лесов, – перед ней стоял Боевой Меч Тезмарра. У нее не было шанса.

Хоторн убрал ее кинжал в ножны на своем ремне, наблюдая, как на ее лице пронеслось осознание.

– Пойдешь в крепость добровольно или предпочитаешь унизительно отправиться туда на моем плече?

Услышав эти слова, Тея вздернула подбородок, ее возмутила нотка веселья в его голосе.

– Я пойду сама.

– Хорошо.

Они шли по Кровавым лесам молча, взгляд Теи то и дело возвращался к ее кинжалу на его поясе, она винила себя за собственную глупость. У нее забрали самое ценное, что у нее было, и она шла навстречу наказанию, которого так боялась. Тея не думала, что однажды оно ее настигнет. Неужели она была такой наивной? Такой безрассудной и глупой, как часто и говорила Рен?

«Очевидно, так и есть».

Она шла рядом с Боевым Мечом, и его властная фигура отбрасывала на землю длинные тени. Он излучал мощную силу, при взгляде на него по ее венам пробегали разряды энергии, она ощущала трепет в груди. Хотя он казался холодным и непреклонным, за его спиной были мечи и играли желваки, все же от чего-то по телу Теи разливалось тепло.

Он словно почувствовал предательскую реакцию ее тела, поэтому скользнул по ней своими серебристыми глазами.

– Хочешь что-то сказать? – прорычал он.

Тея проклинала себя. На кону ее будущее в Тезмарре, а она пожирает взглядом Боевого Меча, который может ее этого будущего лишить!

– Нет, – ответила она, глядя на свой кинжал в ножнах на его поясе.

– Хорошо.

И вот, в тени могущественного Боевого Меча Алтея Золтейр шла навстречу своей гибели.

* * *

Они подошли к покоям Мастера Гильдии. Хоторн сжал пальцы в кулак и забарабанил в дверь, и только тогда Тея поняла, насколько сильно она напугана. Ее туника промокла от пота, она собирала по крупицам свою силу воли, заставляя себя дышать ровно. Услышав шаги по ту сторону двери, она напряглась, ноги ее стали ватными.

Дверь распахнулась, и Тея уставилась на проницательное лицо Осириса.

– Хоторн, в чем дело? – спросил он, хмуро глядя на Боевого Меча, возвышавшегося над жалким растрепанным алхимиком.

– Нашел ее с оружием, и это не единственное ее правонарушение, – ответил Хоторн, даже не взглянув на нее.

– С оружием? – Осирис моргнул.

– Она была в Кровавых лесах с кинжалом. Из наарванской стали. – Тон Хоторна был отрывистым, словно ему не терпелось разобраться в ситуации и пойти по своим делаем; словно решать судьбу Теи – ниже его достоинства.

Осирис пронзил ее взглядом и скривил губы, его презрение к ней было практически осязаемым. Проигнорировав ее присутствие, он сказал:

– Отведи ее в зал совета и жди меня.

Дверь перед их лицами закрылась, и Хоторн жестом велел Тее идти за ним по коридору. По ее спине пробежала леденящая дрожь.

Зал совета. Над ней состоится суд? Тея взглянула на Боевого Меча справа от себя в попытке найти хоть какую-то подсказку и понять, что ее ждет.

Однако выражение его лица было непроницаемым. Она отметила лишь одну крошечную деталь: его рука то и дело тянулась к ее кинжалу на поясе и под темной щетиной подрагивал мускул.

«Кинжал что-то для него значит, – подумала Тея. – Но что именно?» Она владела кинжалом уже шесть лет, а до этого он принадлежал Малику. Она знала точно: когда она нашла оружие, Хоторна в Тезмарре не было.

Подойдя к дверям зала совета, Тея подавила в себе желание упереться ногами в пол и отказаться заходить внутрь.

– Что там будет происходить? – спросила она.

Боевой Меч даже не взглянул на нее, он лишь толкнул двери и подождал, пока она зайдет. От него исходила ярость.

За дверьми находился узкий прямоугольный зал с тусклым освещением. В центре располагался стол из дорогого красного дерева, вокруг которого стояли шесть стульев с высокими спинками. Хоторн собрал несколько лежавших на столе карт, свернул их и положил на ближайшую полку, забитую книгами. Тея оглядела бордовые шторы, которые, по-видимому, закрывали окно, и тележку с графинами, стоявшую в дальнем углу.

– Тебе стоит сесть.

Глубокий голос Хоторна заставил ее вздрогнуть.

– Постою.

По комнате пролетел сквозняк, и Тея вздрогнула. Она огляделась, пытаясь найти камин, но его не оказалось.

Боевой Меч следил за каждым ее движением.

Ей не нравилось, когда ее рассматривали.

– Что вы сделаете с моим кинжалом? – осторожно спросила она.

– Он не твой.

– Он мой.

– Давай на мгновение забудем, что женщинам владеть оружием запрещено, – сказал он, доставая кинжал из-за пояса и проверяя татуированным пальцем его остроту. – Откуда простой алхимик мог взять кинжал из наарванской стали?

– Я его не крала. – От его тона Тея скрипнула зубами. – Это подарок.

Хоторн моргнул:

– Подарок, значит.

Тея открыла рот, чтобы ответить что-то в свою защиту, как вдруг дверь распахнулась. И в этот момент она действительно пожалела, что не села.

В зал зашел не только Мастер Гильдии. Его сопровождали остальные Боевые Мечи: Тордж Гроза Медведей и Вернич Кровопускатель. Казалось, что вместе с Хоторном они заполняли весь зал совета.

– Сядь, – приказал Осирис.

На этот раз Тея подчинилась. Она выдвинула ближайший стул, опустилась на него и положила дрожащие руки на колени. Она не знала, куда смотреть. Только вчера она наблюдала, как могучие воины вернулись в Тезмарр. Могла ли она представить, что уже так скоро встретится с ними лицом к лицу?

– Что происходит, Осирис? – хриплым голосом требовал ответа Вернич. – Я собирался отправиться в Харент.

– У нас тут, оказывается, нарушитель. – Мастер Гильдии указал на Тею.

Ее сердце норовило выпрыгнуть из груди, но взгляд она не отвела.

Вернич скривил губы:

– Понятно.

– При ней было оружие из наарванской стали. – Осирис облокотился о стол и покачал головой. – Глупая девчонка. Неужели ты не понимаешь, что законы приняты для того, чтобы защитить женщин? Чтобы защитить всех нас?

– Я уже сказала ему, – она указала подбородком на Хоторна. – Этот кинжал – подарок. Боевой Меч настоял, чтобы...

– Ни один Боевой Меч не отдаст свое оружие. Особенно какой-то девчонке. Ты знаешь законы. Знаешь, чем рисковала.

Плечи Теи поникли. Они ей не верили. Даже если бы и поверили, она в любом случае нарушила правила. Все ее тело сковал животный страх, она ждала, что будет дальше.

– Тогда она изгнана. Отправь ее куда подальше, – заявил Вернич.

– Поддерживаю, – добавил Хоторн, скрестив руки на широкой груди.

Тордж Элдерброк бросил на них удивленный взгляд:

– Во имя всех королевств, вы действительно так просто согласитесь на это?

– Ты же знаешь, я и щитоносцев еле выношу, – продолжил Хоторн. – Что говорить о ворах, которые пробираются по Кровавым лесам с нашим священным оружием.

– Знаю, знаю, – проворчал Вернич. – Мы здесь как раз для того, чтобы...

Дверь с грохотом распахнулась.

Вошла Одра, библиотекарь. Ее глаза за стеклами очков выражали ярость, серебристые волосы были собраны в тугой пучок на затылке, и это придавало ее лицу еще более суровое выражение. Несмотря на небольшой рост, Одра выглядела так же угрожающе, как и могучие Боевые Мечи. Из-за того, что женщина была не в духе, она казалась еще более устрашающей.

– Почему я не в курсе, что вы допрашиваете одну из моих подопечных? – спросила библиотекарь.

Осирис скривился:

– Как ты узнала, что мы здесь?

– Я знаю обо всем, что происходит в крепости. Полагаю, вы не оповестили не случайно?

Тея уставилась на своего опекуна в изумлении.

– В данном случае решение только одно. – Осирис покраснел от ярости. – Поэтому твое присутствие необязательно. Я не позволю какой-то девчонке поставить под угрозу все, за что борется Гильдия. Разве ты не знаешь об обстановке в королевстве?

– Думаешь, одной девчонке под силу поставить все под угрозу?

Тее не послышалось? Одра ее защищала?

– Это ты мне скажи, – возразил Осирис. – В прошлый раз так и было.

– Да помогут нам Фурии. Осирис. Еще не время для пророчеств...

– Именно это ты и говорила из раза в раз, пока двадцать лет назад девочка не обрушила тьму на Тезмарр.

– И что ты тогда сделал? Лишил половину воинов оружия и вышвырнул их из королевства? Прекрасное решение.

– У меня не было выбора...

– Выбор есть всегда. И Тезмарр ослаб из-за твоего выбора.

– Хватит о прошлом, – вмешался Вернич. – Эта девчонка нарушила законы. Она должна понести наказание.

Девчонка. Вечно все называют ее девчонкой. Будто она непослушный ребенок, которого нужно наказать, а не женщина, которая выжила. В венах Теи затрещал гнев.

Одра напряглась, будто это оскорбление было и в ее адрес. Она взяла себя в руки.

– Стоит ли тебе напомнить, – произнесла она сквозь стиснутые зубы, – что изначально Боевыми Мечами были женщины? Три Фурии – на них основывалась наша культура, за них выступает Гильдия, все началось именно с них.

– Не приплетай сюда свои книги, – отрезал Осирис.

– Не приплетай сюда свои предрассудки, которым уже десятки лет, – огрызнулась Одра. – Вместо того чтобы наказывать Алтею, лучше спроси, почему она нарушает правила.

– Мне плевать.

– А зря. Она мечтала о тренировках с того момента, как научилась ходить. Тем временем новобранцев у нас все меньше и меньше. Щитоносцы проваливают испытание на посвящение все чаще, такого никогда не было. Некоторые до этого испытания даже не доходят. Возможно, пора что-то менять. Алтея не создана для науки, это точно.

Услышав последние слова, Тея едва удержалась, чтобы не скривиться.

Глаза Осириса сузились, в них появился опасный блеск.

– Это твоя вина, – ответил он Одре, не сводя глаз с маленьких кинжалов на ее ремне. – Своим вопиющим пренебрежением к нашим обычаям ты поощряешь такое поведение. Ты позволяешь своему прошлому затуманивать рассудок, оно мешает выполнению твоих рабочих обязанностей.

– Говоря о моем прошлом, ты имеешь в виду мою службу в качестве стража Срединных Королевств? Бывшего воина этой самой Гильдии?

Сквозь зубы Теи со свистом вылетел воздух. Библиотекарь никогда не произносила этого вслух.

Одра не позволила сбить себя с толку, голос ее стал ледяным.

– Тебе хорошо известно, Осирис, что обычаи Тезмарра я глубоко уважаю. Моя главная цель – поддерживать его дух и укреплять его положение в Срединных Королевствах. В этом причина, почему, даже после введения твоих возмутительных законов, я осталась здесь.

Указав на миниатюрные кинжалы на своем ремне, она добавила:

– А они, как я уже говорила, церемониальные. Дань уважения Фуриям.

– Как, по-твоему, твои подчиненные должны соблюдать законы, если ты сама...

– Лично для меня они выглядят как ножи для вскрытия писем, – вмешался Уайлдер Хоторн, не обращая внимание на Осириса. – Полезный инструмент для библиотекаря, Мастер Гильдии. Мы бы не смогли запретить Одре ими пользоваться. И, разумеется, воинов Тезмарра такие крошечные клинки бы не испугали.

Осирис, казалось, задавал вопросы вежливо, но Уайлдер Хоторн быстро положил конец разговору о ее ножах для вскрытия писем.

– Однако, возвращаясь к... обвинению... – презрительно произнес Хоторн.

Пальцы Теи, все еще лежавшие на коленях, сжались в кулаки, пульс участился.

– Она нарушила один из самых главных законов. А вы, похоже, предлагаете не только проявить к ней снисхождение. Может, еще предложите ей место в рядах щитоносцев?

В тот момент Тее было плевать, что Хоторн – самый знаменитый Боевой Меч всех времен, что она мимолетно любовалась им в зале. Он был самым бесчувственным ублюдком из всех.

Одра повернулась к нему и коротко произнесла:

– Одним словом, да.

Хоторн злобно рассмеялся:

– Воины Тезмарра закаляются кровью и сталью, они – не беглецы из Кровавых лесов и не алхимики из мастерской. – Слова его были резкими и грубыми, как и взгляд, которым он смотрел на Тею.

Девушка заерзала на стуле. Она не сказала в свою защиту и слова, но сейчас, понимая, что ее судьба висит на волоске, решилась что-то сказать.

– Я хороша, – выпалила она. – Даже лучше, чем просто хороша. Как сказала Одра, я тренировалась всю свою жизнь. Я могу быть полезной Тезмарру, Срединным Королевствам...

Хоторн сжал рукоять ее кинжала, костяшки его пальцев побелели, ноздри раздулись.

– Размахивание палкой в темноте – не тренировка воина.

Тея побледнела.

Осирис снова заговорил:

– Пророчество было предельно ясным тогда и остается таким же сейчас: «Дочь тьмы одной рукой обнажит меч, второй – повелит самой смерти»... Все вы, как и я, знаете его наизусть.

Одра фыркнула:

– Смерть все равно придет за Срединными Королевствами, и неважно, держит женщина в руке меч или нет.

– Храня меч из наарванской стали, Алтея рисковала всеми нами. И ты просишь пренебречь законами?

– Да.

Хоторн прорычал:

– Система уже разрушена, ее убивает жалкая кучка самозванцев, решивших стать наставниками, и слабые глупцы. Последнее, что нужно Тезмарру, – еще один щитоносец, с которым придется нянчиться словно с ребенком...

– Я не ребенок, – возразила Тея, – мне двадцать четыре года.

– Тогда, вероятно, ты уже стара, чтобы...

– Молчать! – Осирис сомкнул пальцы на переносице. – Уайлдер, я прекрасно осведомлен о твоем мнении. Ты не скрываешь его уже много лет. Одра, даже если бы я хотел допустить девчонку к тренировкам, это противоречит законам трех оставшихся королевств. Этот закон был принят, чтобы защитить всех нас.

Девчонка. Девчонка. Девчонка. В Тее заискрилась очередная вспышка ярости.

Взгляд серебристых глаз вновь остановился на ней, и она замерла.

Одра расхаживала во главе стола.

– Ты прав, – согласилась она. – Этого ты допустить не можешь.

Сердце Теи замерло.

– Однако... – продолжила Одра. – Как хорошо подметил Хоторн, система уже нарушена, и необходимо что-то предпринять. Через три дня в Хейлфорде праздник в честь окончания траура короля Артоса по королеве. Перед ним состоится судебное заседание, на котором будут присутствовать все короли и королевы Срединных Королевств. Там Алтея сможет рассказать о своей ситуации.

Тея, сама не заметив, поднялась на ноги, сердце ее трепетало от осознания того, что Одра только что сказала.

Мастер Гильдии снова заговорил, в голосе его звучали нотки удивления:

– Никогда не слышал, чтобы ты заступалась за подчиненных. Почему?

Продолжая неотрывно смотреть в глаза Осириса, она коснулась рукой одного из кинжалов на своем ремне.

– Вот почему.

Сверкнуло серебро, и кинжал рассек воздух.

Тея изогнулась, уворачиваясь от него.

Внезапно кинжал оказался в ее руке, она поймала его за украшенную драгоценными камнями рукоять.

Уайлдер Хоторн

Уайлдер напрягся всем телом, его рука метнулась к рукояти собственного клинка. Алхимик поймала летящий кинжал. В воздухе. Поймала, не дрогнув и без тени страха.

Он был не единственным, кто смотрел на нее в удивлении.

– Черт возьми, – произнес Тордж, тихо присвистнув.

Мастер Гильдии с раскрытым ртом опустился на ближайший стул, не сводя с алхимика глаз.

Вернич стоял безмолвно, но стиснутая челюсть выдавала его потрясение.

Теперь лицо девушки светилось азартом. Она подбросила оружие, поймала его пальцами за кончик и молча вернула библиотекарю рукоятью вперед.

Определенно, она не новичок.

Когда он заметил, как она, прятавшись на вершине утеса, шпионила за их собранием, у него возникло к ней странное чувство. Что-то помешало ему вытащить ее из кустов и потребовать ответов прямо там.

И вот теперь он рассматривал ее стройное телосложение, косу с золотистым отливом, обрамляющую лицо, на котором была отпечатана решительность, и покрывавшие изящные руки шрамы. В отличие от других алхимиков, она носила штаны, которые при движении облегали ее фигуру, рукава туники были закатаны до локтей, открывая вид на загорелую кожу и россыпь веснушек...

Что-то в душе Уайлдера неприятно шелохнулось, но он взял себя в руки. Эта девушка доставила хлопот. Она пошла против всего, за что стоял Тезмарр, и ее красивое лицо не могло ничего исправить.

Словно почувствовав его пристальный взгляд, алхимик встретилась с ним своими глазами цвета морской волны. Она с вызовом вздернула подбородок, будто одержала победу.

Одра первая прервала повисшую в зале совета тишину.

– Многие годы я выслушивала ваши переживания о том, что число щитоносцев сокращается. Годами я вместе с вами наблюдала, как тьма проникает в Срединные Королевства все глубже, как она проклинает наши земли, наш народ. – Голос библиотекаря звучал холодно и бесстрастно. – Все меньше и меньше щитоносцев становятся стражами, я даже не припомню, когда в последний раз кто-то из воинов хотя бы попытался пройти Великий Обряд. Хоторн – последний Боевой Меч, и стал он им давно. С каждым днем тьма сгущается все больше, Завеса содрогается от угрозы появления новых монстров... И вы хотите отказаться от перспективного воина?

– Мы не хотим ни от кого отказываться, – возразил Осирис. – Но законы нерушимы.

– Нерушимы – возможно... – согласилась Одра. – Но это не значит, что их нельзя изменить.

Алхимик нервно кусала губу. Это очередное свидетельство того, что из нее не самый лучший воин. Она была неопытна, ей не хватало должной подготовки и дисциплины.

Но Одра еще не закончила. Суровая женщина повернулась к Торджу.

– Элдерброк, сколько брешей в Завесе за этот месяц?

Тордж глубоко вздохнул.

– Эта информация не для всех, Одра, – ответил он извиняющимся тоном.

– Едва ли меня можно причислить к простым жителям. Я тренировалась в крепости еще до того, как подобные тебе появились на свет. – Женщина бросила на него сердитый взгляд. – Тогда что насчет прошлого года?

– Опять же, я не могу разглашать эти сведения...

Одра резко повернулась к Осирису, который сидел с еще более потрясенным видом, чем прежде.

– Мне продолжать? – требовательно спросила она. – Мы оба знаем, что я могу узнать что угодно и без твоих неотесанных воинов.

Осирис в отчаянии всплеснул руками:

– Что именно ты от меня хочешь, Одра?

– Зависит от тебя.

– Конкретнее.

– Считаешь ли ты, что темные времена настали? Что Срединным Королевствам угрожает опасность?

На виске Мастера Гильдии запульсировала вена.

– Да.

– Тогда мы должны позволить Алтее тренироваться в отряде щитоносцев.

Осирис напрягся от бессилия:

– Я уже сказал тебе: правила нерушимы. У меня связаны руки.

– Не так уж сильно, как ты думаешь.

Библиотекарь направилась к книжному шкафу в дальнем углу комнаты. Взяв с полки толстый том, она с грохотом бросила его на стол.

Завороженный Уайлдер успел прочитать название книги до того, как Одра раскрыла ее и начала изучать страницы. «Конституция Фурий-основательниц».

Он усмехнулся. «Ну конечно, Одра обязательно впутает в свои книги и Фурий». Хоть ей пришлось сдать свои клинки, она всегда будет воином Тезмарра. Одра могла превратить в оружие что угодно.

– Вот, – заявила она, в ее голосе слышались триумфальные нотки, когда она зачитала: – «В тяжелые времена Глава Гильдии может позволить всем, кто на это способен, взять оружие и от имени Тезмарра защищать Срединные Королевства».

– Одра, едва ли этого достаточно, чтобы отказаться от закона, который действует десятилетия.

– Да, но этого достаточно, чтобы обратиться к правителям с прошением.

Уайлдер скрестил руки на груди, его взгляд переметнулся с библиотекаря на алхимика. Глядя на ее приподнятые брови, он понял, что о таком пункте она слышала впервые. Однако он достаточно хорошо знал Одру, чтобы понимать – она неспроста так яростно защищала свою подопечную. Это часть плана, который она вынашивала уже долгое время. Когда Одра метнула клинок, она преследовала четкую цель и была уверена в своей подчиненной. Одра – старая хитрая лиса, и все, что происходило в зале, – лишь часть чего-то масштабного.

– Одра, эта просьба беспрецедентна... – предупредил Осирис.

– Беспрецедентные времена требуют подобных просьб, – парировала она. – Как и беспрецедентный талант. Многие твои воины могут поймать оружие в воздухе? Покажи хоть одного человека, который на это способен.

Хоть Уайлдеру не хотелось этого признавать, но Одра была права.

Алхимик молча наблюдала за происходящим, словно не могла поверить, что все взаправду. Уайлдеру тоже не верилось, потому что, судя по происходящему, Одра выигрывала этой схватке.

Библиотекарь и Мастер Гильдии буравили друг друга взглядами в безмолвной беседе.

– Хорошо. Значит, решено.

– Решено? – повторил Уайлдер, сжав пальцы в кулаки по бокам.

На этот раз алхимик не выдержала и обратилась к нему, ее голос прорезал густое напряжение:

– Да в чем твоя проблема? Чем ты так недоволен? Это тебя не касается.

– Не касается меня? Ты имеешь в виду, помимо того, что ты украла священное оружие и подвергла Срединные Королевства опасности? – огрызнулся он.

Дело было не просто в оружии. А именно в том, что оно теперь висело в ножнах на его поясе. На самом деле, с тех пор как много лет назад пала Наарва, Уайлдер был недоволен очень многим. Это и стало одной из причин, почему его постоянно отправляли за пределы крепости. И куда бы он ни отправился, его сопровождали шрамы и бурлящая ярость. Она же исходила от него и сейчас.

Но девушка лишь скрестила руки на груди и яростно сжала челюсть.

– Да.

Уайлдер еле удержал себя, чтобы не подойти к ней вплотную и не встряхнуть ее за плечи. Алхимик определенно была смелой, но одной смелости недостаточно для того, чтобы противостоять тьме, надвигавшейся на Срединные Королевства. Девушка с кинжалом не сможет побороть проклятых вездесущих существ, обитавших за Завесой.

Однако Боевой Меч подавил растущее раздражение и, стиснув зубы, посмотрел на Осириса.

– Не забудь добавить это в список своих ошибок, будучи на посту Мастера Гильдии, – произнес он тихим голосом.

По комнате прокатилось крайнее изумление. Осирис резко поднял голову, посмотрев на него широко раскрытыми глазами.

– Что ты сказал?

Сердце Уайлдера стучало с невероятной скоростью.

– Ты слышал, Осирис. Ты уже идешь на рекорд...

– Хоторн... – предостерег Тордж.

– Если спектакль окончен, мне нужно выпить, – проворчал он, направляясь к двери, его терпение было на исходе.

– Твое неуважение к Гильдии не знает границ, Боевой Меч... – заявил Осирис.

– Неуважение? – выплюнул Уайлдер, кровь его закипала. – Ты думаешь, это я не уважаю Тезмарр?

Вернич заерзал, в его глазах появился заинтересованный блеск. Уайлдер знал, ему доставляют удовольствие выволочки в адрес его боевых товарищей.

Взгляд Уайлдера снова упал на девушку, и он стиснул зубы. Мужчина чувствовал, как под этим пронзительным взглядом глаз цвета морской волны мышцы челюсти начинают болеть. Он не мог не восхищаться силой ее духа, но ярость все равно переполняла его.

– От нее будет больше бед, чем пользы.

Тордж, как всегда, взывал к благоразумию:

– Уходи, Уайлдер, – проворчал он.

– С удовольствием. – С этими словами он распахнул дверь и вылетел из зала, оставляя Одру наедине со своими играми, а алхимика – на произвол судьбы.

Глава 6

Алтее Золтейр велели вернуться в свою комнату и собрать вещи... однако не для того, чтобы изгнать из Тезмарра, а чтобы отправиться в Харент. Там она обратится к королям и королевам Срединных Королевств с прошением позволить ей тренироваться в качестве щитоносца.

Это была идея Одры. Именно Одра билась за Тею так яростно. Впервые суровость библиотекаря была направлена не на Тею, а ради нее... И, несмотря на все возражения Боевого Меча с серебристыми глазами, сам Мастер Гильдии уступил.

У Теи голова шла кругом.

Она осознала, что, видимо, какое-то время стояла в замешательстве около своей комнаты, только когда кто-то схватил ее за руку и затащил внутрь.

– Где ты была? – Рен почти кричала, глаза ее обеспокоенно вглядывались в лицо Теи.

– Я... – Тея не могла вымолвить ни слова.

– Боги, что ты натворила на этот раз? Тебя изгнали?!

За дверью послышалась какая-то суета, и в комнату ворвались Сам и Ида.

Сам, тряхнув теперь подстриженными вишневыми волосами, схватила Тею за плечи.

– Мы только что узнали! Это правда?

– Что «правда»? – требовала Рен, лицо ее выражало крайнее беспокойство.

– Боевой Меч поймал Тею в Кровавых лесах, – объяснила Ида, подводка на ее глазах смазалась. – Но... если бы это было правдой, ты бы здесь сейчас не стояла, так ведь?..

– Я... – Тея попыталась ответить, но тело вновь подвело ее.

– Алтея, будь добра, если ты сейчас же не расскажешь, что происходит, то...

Тея сглотнула ком в горле и позволила сестре провести ее к кровати.

Она села, минуту собиралась с мыслями, а затем взглянула на Рен и подруг.

– Это правда.

– Что?!

Тея посмотрела в глаза сестры, встречаясь со взглядом цвета морской волны, и все ей рассказала.

Когда она закончила, Рен издала тихий смешок, удивив Тею.

– Что такое?

Но Рен покачала головой, продолжая смеяться. Она принялась рыться в стоявшем в изножье своей кровати сундуке и выудила из него дорожный рюкзак.

Сам и Ида тоже смеялись.

Тея рявкнула на них:

– Кто-нибудь мне объяснит...

Ей ответила Рен, покачивая головой, глаза ее излучали веселье:

– Ты собираешься обратиться к правителям с прошением... Да уж, ты действительно Алтея-Девять-Жизней.

* * *

Когда Тея добралась до конюшни, на улице было уже темно и прохладно. Она запахнула плащ поплотнее и поправила рюкзак на плече. Она почти не спала, до самого утра ворочалась с боку на бок, размышляя, как пройдет поездка в Харент, и вспоминая, взяла ли все необходимое. Она пыталась предугадать, как на ее прошение отреагируют правители: прислушаются или высмеют.

Но несмотря на терзавшую ее неопределенность, в ней теплилось чувство более сильное – надежда. Ей выпал шанс, о котором она так мечтала, – возможность побороться за то, чего она так отчаянно желала. И Тея ее не упустит.

Одра, облаченная в одежду для верховой езды, стояла в сарае с амуницией. С удивительной силой она снимала с крючка тяжелый вальтрап. Стоя в дверном проеме, Тея наблюдала за ней и думала о годах, которые они провели вместе... Одра всегда держала ее на расстоянии вытянутой руки и легко выходила из себя. Однако благодаря ее яростной защите у Теи появился шанс достичь чего-то великого.

Опекун заметила ее:

– И что ты стоишь? Лошадь сама себя не оседлает.

Тея пропустила резкие слова мимо ушей и вместе с библиотекарем проследовала к одному из стойл.

– Одра?

– Что? – рявкнула она и взглянула на Тею, отрываясь от регулирования стремени.

Тея не смогла сдержать улыбки:

– Спасибо.

Взгляд Одры на мгновение смягчился, но затем она громко нетерпеливо вздохнула и сказала:

– Поедешь на серой кобыле, пятое стойло. Поторопись. Выезжаем через пятнадцать минут. Не мешкай.

Вскоре женщины проезжали через ворота, а стражники смотрели им вслед. Зрелище, определенно, было необыкновенным: библиотекарь и алхимик верхом на лошадях направлялись в Харент.

Они покинули крепость, и у Теи перехватило дыхание. Прошла целая вечность с тех времен, когда она покидала территорию среди бела дня, не скрываясь. Верхом она не ездила еще дольше. Основам верховой езды обучали всех тезмаррцев еще в детстве, но женщинам шанс развивать этот навык выпадал редко. За те несколько месяцев отношений с Эвандером она вспомнила и улучшила свои навыки езды, но после его жестоких слов стала избегать конюшни. Сейчас же она наслаждалась ритмичной рысцой на своей кобыле.

На мгновение Тея осмелилась представить, что будет, если правители все же одобрят ее прошение.

– Ускорься, – скомандовала Одра. – До столицы три дня пути.

Эти слова стали усладой для ее ушей, и она перешла на легкий галоп, минуя каменные стены крепости и ворота, ведущие к единственной тропе, по которой можно попасть в Тезмарр и покинуть его. Тропа скорбящих – узкая каменистая тропинка, проходившая через Кровавые леса, она известна своими смертоносными ловушками и магическими защитными чарами. От одного названия по спине Теи пробежали мурашки. Сколько скорбящих прошло по этой тропе? В раннем тусклом свете дорога казалась безобидной... На них не бросались никакие существа, ничто не преграждало им путь. Однако Тея хорошо знала Тезмарр и его мастеров, чтобы слепо верить тому, что кажется на первый взгляд.

Тея бывала на этой тропе лишь однажды, по крайней мере ей так говорили. В тот день ее родители бросили Тею и Рен. Она размышляла, как им удалось справиться со всеми опасностями. Может, учитывая то, что они дали Гильдии, им позволили дойти до ворот беспрепятственно? Она нечасто позволяла себе думать о семье. Рен никогда это не одобряла, настаивая, что сам факт того, что их бросили, уже говорит о многом. Тея была с ней скорее согласна, хотя иногда задумывалась о том, не в крови ли у них воинственность.

Женщины молча скакали по зловещей дороге легким галопом, прохладный утренний воздух покалывал щеки Теи. Она не знала, сколько прошло времени, и ее это не волновало. Она просто наслаждалась свободой, ездой, видами Тропы скорбящих и серым небом, выглядывавшим из-за свисавших над головой крон.

Спустя время Тея не смогла больше терпеть тишину.

– Одра?

– Я так и знала, что покой не продлится долго, – проворчала женщина.

Тея продолжала:

– Вы когда-нибудь уже расскажете мне о том, что тогда случилось?

Одра одарила ее непонимающим взглядом.

– Что произошло той ночью, когда отобрали ваше оружие?

Одра застыла в седле:

– Ты знаешь, что тогда произошло. Тебе рассказывали об этом. Я уверена, что ты прочитала все книги, в которых упоминаются те события.

– Но вы все видели своими глазами. Вы былитам.

– Лучше бы меня там не было, – с горечью ответила Одра.

Она смягчилась и остановила лошадь.

– Пророчество было оглашено всего за несколько месяцев до тех событий, и Мастера Гильдии оно сильно беспокоило, – начала Одра. – Я пыталась убедить его в том, что никакие слова не могут разрушить ни Тезмарр, ни тем более Срединные Королевства, пока они находятся под нашей защитой. Он нервничал... Но все же мне удалось его убедить. Однако той ночью все изменилось. Была одна девочка, ее звали Ания. Ей было лет шесть-семь. Маленькое создание с волосами цвета меди, эта милая девочка всегда следовала всем правилам. Никто не знает как, но ей в руки попала коса из наарванской стали... Я почувствовала, что происходит что-то неладное, и велела Фариссе увести тебя и других детей. Я вышла во двор как раз в тот самый момент. От косы рябью исходили тени, на крепость надвигались тенетворцы. Той ночью мы потеряли семь тезмаррцев.

Тея вспомнила запах, который после того дня преследовал ее еще долго, и к горлу подкатил ком. Кровь и вереск.

– Я говорила Осирису, что произошедшему есть объяснение, что это недоразумение. Пыталась объяснить ему, что, лишив женщин права владеть оружием, он только ослабит Гильдию, начнутся недовольства. Но он мог думать только о телах у своего порога и о пророчестве. Остальные королевства поддержали его. С тех пор к нам почти не отправляли детей. Вот почему в Тезмарре больше нет семей, вот почему женщин так мало и почему на протяжении многих лет у нас так мало новобранцев. Тезмарр умирает, тот день стал началом.

– Что стало с женщинами-воинами?

– Они ушли.

– Но куда?

Одра фыркнула:

– Далеко отсюда. Точно не знает никто. За пределы Срединных Королевств.

– Вы не хотели тоже уйти?

– Неважно, чего я хотела. Кто-то должен придерживаться плана.

Тея выпрямилась:

– Я – часть этого плана?

Библиотекарь тихо рассмеялась:

– Я уже давно наблюдаю за тобой, Алтея Золтейр. Твои тайные тренировки, «Танцующие алхимики»... – Она сделала паузу и одарила Тею многозначительным взглядом. – Я знала обо всем с самого начала. Я всегда знала, что тебе может понадобиться помощь с Гильдией.

Тея поперхнулась воздухом:

– Но почему вы решили действовать только сейчас?

Библиотекарь вновь рассмеялась:

– Я ждала, пока ты будешь готова.

– Вы думаете, я готова? – Ее пальцы потянулись к камню судьбы.

– Нет, – резко ответила Одра. – Но у нас остается мало времени. Все, что я сказала в зале совета, – правда. Я знаю, что Завеса ослабевает, угроза подобралась к Срединным Королевствам ближе, чем мы думаем.

– Вы не верите в пророчество?

Одра усмехнулась:

– Я верю в то, что пророчества можно истолковать по-разному, и в то, что из-за своих страхов люди могут их толкования исказить... В конце концов, как долго ты носила тот кинжал? И мы, как видишь, всё еще стоим на ногах.

Тея замолчала, задумавшись.

– Как думаете, у меня есть шанс?

– Без понятия. Но следующее испытание на посвящение для щитоносцев состоится через три месяца, и тебе необходимо больше практиковаться, причем с более достойным соперником, чем дерево. Последний набор – сборная солянка. Одни – сотрудники замка, которые недовольны своей участью, вторые – сироты со всех Срединных Королевств, третьи – конечно же, жители Твера, Авеума и Харента, которые хотят прославиться, став стражами Тезмарра. Ты уже значительно отстаешь от них в плане тренировок, выносливости и всего остального.

У Теи все внутри сжалось.

– Но давай не будем забегать вперед и посмотрим, как пройдет встреча с правителями.

Тея была готова задать еще больше вопросов, поэтому повернулась в седле к Одре и увидела, что библиотекарь смотрит на ее руки, сжимавшие нефритовый кулон. Она быстро спрятала его под тунику, но было уже поздно.

– Думаешь, я не знаю, что это? Ты забываешь, кто нашел тебя и твою сестру у ворот крепости в ту ночь.

– Это ерунда.

– Глупости. Я прекрасно знаю, что это. Я знаю о твоей одержимости им с того момента, как ты попала в Тезмарр.

Тея неловко поежилась. Все это время Одра знала о ее камне судьбы? И ничего не сказала? Не сказала и слова, чтобы утешить ребенка, который боялся надвигающейся смерти? Не сказала и слова подростку, который убедил себя в том, что знать о своей смерти значит быть свободным? И, опять же, не сказала и слова девушке, которая соревнуется со смертью, пытаясь оставить что-то после себя?

Одра заговорила:

– Ты скоро поймешь, что бояться нужно не смерти, а жизни.

От этих слов сердце Теи замерло. Но когда она осмелилась взглянуть на своего опекуна, женщина снова пустила лошадь легким галопом.

Тея заставила себя расслабить сжатую челюсть, сжала поводья покрепче и последовала за ней, сосредоточившись на предстоящем пути.

Тропа скорбящих тянулась через Кровавые леса, казалось, бесконечность, но они наконец расступились, и Тее открылся вид на необъятные просторы. С возвышенности она видела разбросанные вдали фермы, склоны холмов, а также прорезавшие местность реки.

Тея хотела получше рассмотреть обширные земли на востоке, но заметила, что взгляд Одры устремлен на север – на большое переливающиеся озеро и земли за ним.

– На что вы смотрите?

Плечи Одры поникли.

– Вон там руины Дельмиры... – Она не отрывала взгляда от горизонта. – Если прищуриться, увидишь несколько одиноких сторожевых башен.

Она указала рукой в ту строну:

– Прямо за озером.

С этого расстояния так называемые сторожевые башни казались Тее лишь тенями, но все же, когда она оглядела окутанные тьмой земли, по ее затылку пробежались мурашки. Дельмира пала первой, давным-давно, затем, спустя шесть лет, ее участь повторила Наарва, королевство садов. Влияние монстров на Срединные Королевства было ощутимым.

Тея почувствовала на себе взгляд Одры.

– Что такое?

Казалось, библиотекарь оценивала ее, обдумывала слова, прежде чем произнести:

– Скажи мне, что я сделала правильный выбор, Алтея. Что я и Фурии будем гордиться тобой.

Тея побледнела. Одра просит ее развеять сомнение – неслыханно. Она медленно кивнула:

– Обещаю, Одра. Даю слово.

– Хорошо. – Женщина натянула поводья. – Тогда знай... Если ты стремишься к могуществу в мире мужчин и монстров – нет ничего более могущественного, чем знания и умение пользоваться ими правильно. Помни об этом, будущий щитоносец.

У Теи перехватило дыхание, и все, что она могла, – склонить голову в знак согласия, чувствуя, как на ее плечи опустилось тяжелое бремя.

Тея захотела разрядить обстановку, поэтому вновь взглянула на женщину, что ее вырастила, и сказала:

– Одра?

– Ну что еще?

– Тогда, в зале совета... – Она набралась смелости. – Это был чертовски хороший бросок.

Одра улыбнулась, и около ее губ проявились морщинки.

– Иногда у самого маленького оружия самый большой вес.

Они продолжили ехать, и в какой-то момент Тропа скорбящих перешла в Уэсфордскую дорогу. Она проходила через три оставшиеся Срединные Королевства. Здесь, на границе Тезмарра, Одра остановилась.

– Тут я тебя оставляю, – произнесла библиотекарь и протянула ей сумку, в которой, судя по всему, были припасы.

Нахмурившись, Тея приняла ее:

– Не думала, что мне позволят поехать одной.

Неподалеку послышался стук копыт.

– Не позволят, – раздался знакомый глубокий голос с хрипотцой.

Из Кровавых лесов верхом на черном жеребце и с двумя мечами за спиной появился Уайлдер Хоторн.

Глава 7

Тея уставилась на Боевого Меча и не сразу поняла, что Одра уже ускакала в сторону крепости.

– Почему ты?

Она попыталась скрыть нараставший в голосе гнев. Из всех возможных сопровождающих ей достался тот, кто выступал против нее больше остальных! Тот, кто украл ее кинжал и пытался выдворить из Тезмарра! К своему разочарованию, Тея заметила, что, если он не хмурился, черты его лица смягчались, и она не могла отрицать, что он красив.

Но ее восхищению быстро настал конец: Уайлдер нахмурился пуще прежнего.

– Мастер Гильдии время от времени любит напомнить мне, кто тут главный.

Тея нахмурила брови:

– Что ты имеешь в виду?

Но Хоторн пронзил ее свирепым взглядом, повернул коня и, не удостоив ответом, поскакал к пологому склону холма.

– Почему мы не едем по Уэсфордской дороге? – Играя желваками, Тея сжала пятками бока кобылы и последовала за воином.

– Потому что, алхимик, существует более быстрый путь до Харента, и я не хочу тратить на утомительное сопровождение больше времени, чем необходимо.

– Меня зовут Тея, – выпалила она и пожалела, что не сдержалась.

– Я уже сказал, – Боевой Меч настороженно покосился на нее, – я не хочу терять время.

Прежде чем Тея успела осознать то, с каким презрением Хоторн говорил, он уже ускакал дальше.

Проклиная воина, Тея последовала за ним.

В сопровождении высоко светившего над Срединными Королевствами солнца молодые люди мчались по землям Харента, оставляя мрачное небо Тезмарра позади. Несмотря на неприветливого спутника, Тея наслаждалась открывавшимися видами, словно жаждущий скиталец кружкой воды. Пологие холмы и долины покрывала сочная высокая трава. В сравнении с зубчатым осколком земли, на котором стояла крепость, эти места казались совершенно иным миром.

Некоторое время они шли вдоль одной из многочисленных быстрых рек, текущих по зеленым землям на восток. Тея осознала, что это место – самое удаленное от крепости, где она бывала. Ей хотелось, чтобы Рен оказалась рядом и увидела то же, что и она.

Рукояти двух клинков сверкнули на солнце, и она поняла, что пялится на его широкие плечи, обтянутые броней. Его резкие слова, произнесенные в зале совета, эхом отдавались в ее голове. Что она ему сделала? Его отказ разговаривать злил ее, тишина утомляла. Тот факт, что он был невероятно привлекательным, только усугублял ситуацию. Однако неважно, насколько его спина точеная и мускулистая, этот мужчина – самый настоящий грубиян.

Время близилось к вечеру, а они так ни разу и не остановились, чтобы отдохнуть, и поэтому нижняя часть тела Теи болезненно пульсировала. Спина болела, копчик был отбит до синяков, внутренняя поверхность бедер горела. Не то чтобы она жаловалась. Ни за что в жизни. Но все же Тея переживала, что не сможет ходить, когда наконец слезет с лошади... В животе у нее заурчало – кроме куска хлеба, ухваченного с кухни по пути на встречу с Одрой, она за весь день ничего не съела.

Только когда солнце скрылось за холмами, Хоторн остановился у берега реки.

– Здесь разобьем лагерь и переночуем, – произнес он первые слова спустя несколько часов тишины и одним грациозным движением спрыгнул с жеребца.

– Хорошо. – Голос Теи охрип от долгого молчания.

Она подождала, пока он отвернется, и только затем попыталась сползти с лошади. Как только ее ботинки коснулись земли, ноги подкосились и Тея начала падать.

Ее талию обхватили большие теплые ладони, поддерживая и помогая выпрямиться. От Хоторна исходил жар, его пальцы касались ее бедер, а тело возвышалось всего в нескольких сантиметрах от нее.

Пульс Теи участился, и по коже ее пробежались мурашки при мысли о том, где они сейчас друг друга касались, а где могли бы.

Хоторн смотрел на нее сверху вниз строгим и напряженным взглядом, будто оценивая ее. Тея покраснела и отстранилась, моля всех богов о том, чтобы ноги ее не подвели.

– Спасибо.

Боевой Меч тут же убрал от нее свои руки, закинул на плечо лук со стрелами и направился в лес.

– Я охотиться. Почисти лошадей и разведи огонь.

– Другими словами – «займись женскими обязанностями», – не подумав, выпалила она.

К ее удивлению, в глазах Хоторна мелькнула искорка веселья, и он протянул ей свой лук.

– Да на здоровье, тогда ужин добываешь ты.

Тея покраснела.

– Так я и думал, – усмехнулся Хоторн.

Тея решительно шагнула к нему:

– Покажи, как это делается.

– Я здесь не для того, чтобы учить тебя и нянчиться с тобой. Позаботься о лошадях. Разведи огонь.

Он раздраженно направился в лес. Тея выругалась.

– Я все слышал, – донесся из-за деревьев его ответ.

Тея позволила себе передохнуть пару минут, она вдыхала прохладный воздух и усмиряла свой гнев, стараясь не осыпать проклятиями этого невыносимого человека. Затем она приступила к своим задачам. Не обращая внимания на ноющие мышцы, Тея сняла с лошадей тяжелые седла и сбруи, а затем почистила их. Жеребец Хоторна был огромным: чтобы дотянуться до его холки и шеи, ей пришлось встать на валун. Зверь оказался добрее, чем она ожидала, и даже уткнулся носом ей в плечо, когда она вела его и свою кобылу к реке, чтобы они утолили жажду.

Тея смотрела, как они пьют, и испытывала невероятное желание окунуться в воду и отмыть свое липкое тело дочиста. Она чувствовала, как от дневной езды к коже налипла грязь, и знала, что от нее пахнет лошадью и потом. Но ей еще предстояли дела, поэтому она не собиралась отдыхать, пока Хоторн не делает того же. Раз он не верил, что Тея достойна стать воином Тезмарра, она, черт возьми, докажет ему обратное.

Она оставила лошадей пастись на ближайшей поляне и принялась собирать хворост для костра. Тея до конца не могла поверить, что находится здесь, и уж тем более в чьей компании. Затем она снова задумалась о месте, куда они направлялись, – в Сердце Харента, дворец короля Артоса, где ей предстояло обратиться с прошением о вступлении в ряды щитоносцев.

Тея искала наиболее подходящее место для костра, она решила разбить его на опушке леса, но недалеко от реки. Она постелила на землю ветки и выложила вокруг них собранные у берега камни, а сверху положила хворост. Затем принялась искать камни, которыми можно было бы ее разжечь.

Последние лучи солнца угасали, и Тея, взяв подходящие камни, присела на корточки рядом со своим творением и ударила ими друг о друга. Все ее тело ныло, и больше всего на свете ей хотелось лечь прямо в грязь и уснуть. Однако она была вознаграждена за свое упорство – на растопку полетели искры. Она подула на подожженную древесину, и наконец огонь разжегся.

Тея подкинула в огонь ветки побольше, следя, чтобы он продолжал гореть.

– Кто научил тебя разводить огонь? – раздался голос Хоторна. Он появился в поле зрения с луком и колчанами за плечом, держа в руке двух убитых зайцев.

– Думал, я не умею?

– Откуда алхимику знать, как разбить лагерь на дикой местности?

– Значит, ты был уверен, что у меня не получится?

Хоторн пожал плечами:

– Кто научил тебя?

– Не твое дело.

Ее научил Эвандер, но Тея скорее согласилась бы пройтись босиком по раскаленным углям, чем рассказать об этом Боевому Мечу. Она наблюдала, как он освежевал зайцев, затем насадил их на две длинные палки и принялся поджаривать над огнем. Вскоре от аромата готовящейся дичи у Теи потекли слюнки.

– Я мыться, – заявил Хоторн, после чего зажег факел и оставил ее переворачивать мясо.

Вскоре с берега донесся плеск воды, и при мысли о широких обнаженных плечах и крепком теле Боевого Меча без брони Тею охватил жар. Она облизнула губу, напрягаясь всем телом. Раздетый и мокрый Рука Смерти был совсем рядом.

Ее взгляд предательски метнулся в сторону реки, где лунный свет освещал татуированную кожу воина. Даже издалека она видела, что каждый сантиметр его тела покрывали крепкие мышцы.

«Идиотка», – ругала она себя, возвращаясь к еде и слишком активно переворачивая жарящихся зайцев. Какой бы ни была реакция ее тела на Боевого Меча, она была только физической. А Тея прекрасно отделяла свой разум от всего остального. В его жестокости была определенная красота, и на этом все, говорила она себе. Однако эти умозаключения не помешали ей представлять, как его крепкое тело движется в воде, и вспоминать прикосновения его рук на своей талии.

Хоторн вернулся в лагерь, его волосы были завязаны в узел, с них стекали капли воды.

– Если хочешь освежиться, можем подержать мясо подольше.

Тея кивнула, надеясь, что он не заметит ее порозовевших щек. Она приняла из его рук факел и быстро ушла, совершенно смятенная от собственных мыслей.

Тея чуть не вскрикнула, когда, опустив босую ногу в воду, обнаружила, насколько она ледяная. Но делать было нечего, Тея сомневалась, что сможет уснуть, зная, что она грязная и воняет. Она быстро стянула штаны и рубашку, жалея, что придется надевать их обратно на чистую кожу. С собой у нее было только два сменных наряда, а через несколько дней на королевском пире она должна выглядеть презентабельно.

Обнаженная, она передвигалась по мелководью и, дрожа, смывала дорожную пыль и пот. Она пожалела, что не взяла с собой мыло, но пока придется обойтись обычной водой.

Волосы на ее затылке стояли дыбом, а по коже бегали мурашки. Она оглянулась на лагерь. Хоторн сидел у огня и смотрел на языки пламени. Казалось, он сразу же ощутил на себе ее взгляд и поднял голову, на расстоянии сосредоточивая на ней свое внимание.

С пылающими щеками Тея отвернулась, натягивая одежду на мокрую, покалывающую от холода кожу и бормоча под нос проклятия. Ей нужно было собраться.

Она наконец вернулась в лагерь, и Хоторн протянул ей порцию жареного зайца.

– Спасибо.

Это было лучшее, что она когда-либо пробовала. Мясо было очень вкусным и сочным. Откусив кусочек, она еле заставила себя подавить удовлетворительный стон.

Во время еды она украдкой поглядывала на Боевого Меча. Тея не могла избавиться от мысли, что разделить с ним трапезу у костра доводилось немногим. Он почувствовал ее взгляд и посмотрела на нее.

– Что? – спросил он.

– Каково это? – Тея будто слышала себя со стороны.

– Конкретнее.

– Быть Боевым Мечом. Самым молодым Боевым Мечом в истории. Каково это?

Хоторн вытер рот тыльной стороной ладони и сделал большой глоток из своей фляжки.

– Купаться в приключениях? Славе? – предположила Тея.

Он зловеще рассмеялся:

– Ты получаешь куда больше приключений и славы, когда не вынужден кого-то куда-то сопровождать.

Тея резко вздохнула, закипая от гнева:

– У нас впереди два дня пути, а потом еще три обратно.

– Я умею считать.

– Так почему бы не вести себя вежливо? Так мы бы провели эти дни спокойнее.

– Я не веду себя вежливо с ворами.

– Что? – Тея увидела, как он тянется рукой к ее кинжалу. – Я уже говорила тебе, это подарок. Мне его подарил умирающий воин. И, кстати, я бы хотела забрать его обратно.

Хоторн снова усмехнулся:

– Ни за что.

– А тебе-то что? – огрызнулась она. – Он принадлежит тебе не больше, чем мне...

– Больше не желаю об этом слышать, – прервал он ее. – Он из наарванской стали, алхимик. Ты знаешь, что это значит. Более того, ты не имеешь права носить оружие.

– Пока что.

Его глаза сузились.

– Тогда скажи мне, почему ты так отчаянно хочешь стать щитоносцем?

– Не просто щитоносцем, – огрызнулась она. – Я смотрю дальше.

– Хорошо, стражем Срединных Королевств.

– Попробуй еще. И нет, – добавила она. – Не командиром, не Мастером Оружия. Кем-то большим.

Повисла пауза.

– Думаешь, ты способна пройти Великий Обряд? – спросил он, приподняв брови. – Думаешь...

– Почему тебе не рассказать мне о нем? И тогда я скажу тебе, прошла бы я его или нет.

– Я бы не рассказал тебе, даже если бы сам Эновиус приставил меч к моему сердцу.

– Ты настолько сильно меня презираешь?

– Великий Обряд священен, о нем знают только те, кто осмелился пройти его и смог выйти победителем. Если я расскажу тебе, в чем он заключается, то нарушу клятву Боевого Меча.

– Я выйду победителем. Хоть у меня и нет таких возможностей, как у остальных, я пройду Обряд и одержу победу. С хорошим наставником я бы...

– Наставников переоценивают, – перебил Хоторн. – Если думаешь, что кто-то будет нянчиться с тобой на пути воина, тебя ждет разочарование. Если ты ищешь учителя, лучше остаться алхимиком.

В его голосе звучала горечь.

В отчаянии Тея хрустнула костяшками пальцев.

– Мне не нужен человек, который будет со мной нянчиться, – выдавила она. – Все, чего я хочу, – чтобы кто-то меня направлял.

– Небольшой совет, алхимик, – произнес он тихим голосом. – Если ты хочешь чего-то достичь в Королевствах, добивайся всего сама. Полагайся только на себя.

– Вот как ты всего добился? – огрызнулась она.

Он недовольно покачал головой:

– Ложись спать. Завтра нас снова ожидает тяжелая поездка.

– Жду не дождусь, – пробормотала Тея.

Все еще кипя от гнева, она подошла к своим седельным сумкам и достала свой спальный коврик, а затем, мысленно ругаясь на своего недружелюбного спутника, устроилась недалеко от костра.

«Он, вероятно, один из самых могущественных воинов наших земель, и его присутствие вызывает определенную физическую реакцию... – позволила себе подумать она. – Но еще Хоторн самый настоящий засранец».

Рассвет наступил слишком быстро. Поднявшись на ноги, Тея чувствовала себя так, словно по ней прошло стадо коров. Каждый миллиметр тела болел.

Спальный коврик Хоторна был уже свернут и аккуратно лежал около седельной сумки. Однако самого его нигде не было видно.

«Ну и славно», – подумала Тея. Ей не хотелось с ним разговаривать. Если ее обязательно должен сопровождать Боевой Меч, почему же, например, не златовласый Тордж? Он казался более дружелюбным. Возможно, мужчина рассказал бы ей о том, как он отбился сразу от двух проклятых медведей. Эту историю ей было бы очень интересно послушать.

Настраиваясь перед тем, как столкнуться с утренним холодом, Тея потянулась под покрывалом. Она заскулила от боли, сковавшей мышцы, о наличии которых даже не подозревала. Если она собиралась стать щитоносцем, а затем и воином Тезмарра, ей следовало стать сильнее.

Тея съела яблоко и принялась готовить лошадей к поездке. Разделив огрызок между двумя животными, она неуклюже подтягивала подпруги и закрепляла уздечки, в то время как они терпеливо выдерживали ее манипуляции. Еще один урок от Эвандера. Хоть какая-то польза от общения с ним. Теперь она со стыдом вспоминала их отношения. В восемнадцать она считала ученика Мастера Конюшни красивым и толковым, но, оглядываясь назад, понимала, что он был не более чем узколобым идиотом. Ей все еще было больно, однако не оттого, что между ними все кончилось, а потому что из-за своей мечты она стала изгоем: никому не нужной, страшной и нелепой...

– Ты проснулась.

Хоторн шагал к ней, в одной руке он держал один из своих мечей.

– Ты наблюдательный, – ответила Тея и кивнула на его меч, отражающий солнечные лучи. – Не рановато для охоты на монстров?

– Я тренировался, – отрезал он. – Дисциплина, с которой ты не знакома.

Тея закрепила седельные сумки на свою лошадь.

– Я тренируюсь.

– Неуклюжее размахивание мечом, пока шпионишь за щитоносцами, едва ли можно назвать тренировкой.

Тея резко повернулась к нему:

– Я не неуклюжая, да и откуда тебе знать о моих тренировках?

– Я знаю практически обо всем, что происходит в Кровавых лесах, алхимик. И твое жалкое подобие спарринга – самое безобидное.

– Почему ты никому не рассказал?

– Не хотел тратить свое время.

– Но о моем кинжале доложил.

Его голосу вернулась строгость:

– Это другое дело. Этот кинжал принадлежит не тебе. Используя его, ты оскорбляешь и подвергаешь риску весь Тезмарр. Не говоря уже о...

– Кто еще видел меня в Кровавых лесах? – осторожно спросила Тея.

– Никто.

К ней пришло осознание.

– Значит, это был ты... Ты пустил в меня стрелу!

Хоторн забрался на лошадь одним легким движением.

– Подумал, что тебя нужно предупредить.

Тея яростно уставилась на него:

– Ты мог меня убить.

– Не убил бы, – ответил он и двинулся вперед, его конь взмахнул хвостом.

Тея вскочила на свою кобылу, мышцы ее слушались плохо.

– Ты невозможен, – сказала она, нагнав его.

Хоторн лишь приподнял бровь:

– Ты даже не представляешь насколько.

Глава 8

День, казалось, длился вечность, Тея наблюдала за своим сопровождающим все с тем же раздражением и восхищением. Два меча в ножнах у него за спиной были огромными. Как и все оружие Боевых Мечей, они были выкованы из наарванской стали. После падения Наарвы ни один воин не прошел Великий Обряд, следовательно, и нового оружия изготовлено не было. Вот почему Хоторн назвал ее кинжал священным?

Тея разглядывала, как он сидит в седле. Хоторн управлял лошадью, едва заметно двигая коленями, будто он и зверь – одно целое.

– Кто научил тебя ездить верхом? – спросила она, решив, что из всех вопросов, которые хотела бы задать, этот – самый безобидный.

Он по-настоящему прорычал.

– Всем будет легче, если ты перестанешь усложнять и просто ответишь.

– Я не обязан тебе отвечать, алхимик. Моя единственная задача – доставить тебя в Харент целой и невредимой. Хотя, учитывая, как усердно ты нарываешься, этого я обещать не могу.

– Это угроза?

– Это очередной вопрос?

Тея выругалась.

– Ты ругаешься как алхимик.

– А ты ведешь себя как придурок.

– Возможно, так и есть, – пробубнил он.

– В этом я не сомневаюсь.

На его челюсти дрогнул мускул.

– Как жаль разрушать твои иллюзии о легендарных Боевых Мечах.

– Тебе не жаль.

– Ты права, мне не жаль.

– Ты со всеми такой невыносимый? Или приберег всю свою спесь для меня?

– Невыносимый? – огрызнулся Хоторн. – Я подчиняюсь только Мастеру Гильдии. Вести с кем-либо беседы я не обязан, особенно с женщиной, завладевшей кинжалом и подвергшей опасности Срединные Королевства.

Настал ее черед издеваться.

– Я хожу с этим кинжалом уже шесть лет, – отрезала она. – И чего-то пока не вижу, чтобы на Тезмарр напала стая тенетворцев.

– Шесть лет?.. – задумчиво произнес он.

– Да. Шесть лет. – Тея осознала, что скрипит зубами. – Наверное, ты был прав. Будет лучше, если мы помолчим.

– Наконец-то мы договорились, – резко ответил Хоторн и рванул вперед на своем жеребце.

В этот раз она не стала его нагонять. Ей хотелось подышать свежим воздухом в одиночестве, без его раздражавшего присутствия.

* * *

Они проезжали по золотым и зеленым полям. Трудившиеся работники отвлекались от дел, чтобы посмотреть на них. Вернее, конечно, чтобы посмотреть на Хоторна – Руку Смерти. Тея подумала, что им, наверное, нечасто доводилось вживую встретить легендарных Боевых Мечей. Некоторые им даже кланялись, и такое почтение только раззадоривало любопытство Теи.

Когда он превратился из обычного человека в легенду? Был ли это конкретный момент? Сражение? Или он годами шел к своей кровавой репутации? Когда ее гнев утихал, ей хотелось спросить его что-нибудь, но он покачивал головой и во взгляде его читалось: «Не смей».

Они ехали уже несколько часов, когда Боевой Меч остановился рядом с полями, полными урожая.

– Лошадям нужно отдохнуть, – объяснил он.

После нескольких часов, проведенных в седле, Тея была рада возможности размять ноги. С вершины холма она рассматривала фермерские поля.

– Кто владеет ими? – спросила она, на мгновение забыв о своей компании.

К ее удивлению, Хоторн ответил:

– Король Артос.

– Он владеет всем?

– Семья Фэйрмур владеет всеми землями Харента. Поэтому люди и платят такие большие налоги.

– Ты когда-нибудь видел его? Короля Артоса.

– Много раз.

– И?

– Что – и?

– Какой он? Чего мне следует ожидать, когда я буду рассказывать ему и другим правителям о моем случае?

– Невозможно предсказать.

Тее хотелось, чтобы рядом оказалась Рен, и закатила глаза.

– Боги, ты ужасный собеседник.

– Я не обмениваюсь любезностями.

– Это я уже поняла, – выдохнула она. – Но для меня это не обмен любезностями. Это важно. Встреча с правителями значит для меня все.

Впервые за несколько часов Хоторн посмотрел на девушку по-настоящему.

– Короля Артоса сложно предугадать, – признался он. – Ты поймешь, что эта черта объединяет всех правителей Срединных Королевств.

Тея расхаживала по поляне, пытаясь прогнать нараставшее в груди беспокойство.

– Думаешь, я напрасно трачу время, да?

– Я этого не говорил.

– Но ты так думаешь.

– Неважно, что я думаю.

Тея резко остановилась:

– Неправда. Ты – Боевой Меч Тезмарра, тот, кем я стремлюсь стать. Как твое мнение может не быть важным?

Впервые с их первой встречи выражение Хоторна смягчилось. Черты его лица стали менее резкими, и он неуверенно улыбнулся.

– Если хочешь добиться успеха, тебе нужно стать более стойкой.

Его проявление доброты поразило ее. Мгновение она боролась с собой в попытке оторвать взгляд от мягкого изгиба его губ.

– Более стойкой, – выдавила она. – Понятно. Что-то еще?

– Постарайся не злить тех, кто стоит выше тебя.

Тея недоверчиво моргнула:

– Ты шутишь?

– Не понимаю, о чем ты.

Внезапно пронесся ледяной ветер, кусая ее щеки. Тея запахнула плащ плотнее, но он ситуацию не улучшил.

– Зимние ветры Авеума, – объяснил Хоторн. – Эта долина принимает основной удар, мы не успеем покинуть ее до заката. Нас ждет холодная ночь.

Когда Тея вновь забралась на лошадь, зубы ее уже стучали, а лучи солнца больше не грели.

– В этих землях всегда так?

– Нет. Ветры пришли раньше, чем ожидалось.

– Почему?

Хоторн посмотрел вдаль и поерзал в седле.

– Срединные Королевства отвечают на беспорядки.

* * *

С наступлением ночи ветер завыл еще сильнее, а укрыться от него было негде. Ледяные, острые как лезвие порывы проносились по долине. Выбора у них не было, и им пришлось разбить лагерь в пустом загоне для лошадей.

Тея и Хоторн попытались выполнить те же задачи, что и вчера, но при всем мастерстве развести огонь в таких условиях ей бы не удалось. Найти дичь тоже не вышло.

– Придется обойтись пайками, – заявил Хоторн и убрал лук к остальным вещам.

Тея лежала на земле, свернувшись калачиком. Она, дрожа, кивнула и замерзшими пальцами потянулась к своему мешку.

Хоторн все еще возвышался над ней.

– Если мы положим седла и сумки друг на друга, а сами ляжем за ними, то получится своеобразный барьер между ветром и нами, – сказал он, уже направляясь к своему жеребцу.

Хоть больше всего на свете Тее хотелось укутаться в одеяло, она заставила себя последовать его примеру. Ей не хотелось, чтобы он подумал, будто она слабая или ленивая. Вместе они соорудили самодельную стену, защищавшую от пробирающего до костей ветра, и, дрожа, устроились за ней бок о бок.

Тея взглянула на их руки, которые слегка касались друг друга. Хоторн был настолько крупным, что в таком ограниченном пространстве они бы неизбежно соприкоснулись. Он заметил ее взгляд.

– Если тебе некомфортно, я могу лечь в другом месте.

На мгновение Тея представила, как внушительный воин спит на открытом поле при пронизывающем насквозь ветре. Хоть она и опасалась этого грубияна, такой вариант ей не понравился. Она покачала головой.

– Все нормально, – ответила она, и тело ее затрепетало. – Думаю, стоит оставаться рядом и использовать все тепло по максимуму.

– Если ты уверена...

– Уверена.

В конце концов они не стали есть пайки и обсуждать завывавший ветер. Хоторн сидел, опираясь на седла, будто желая сохранить дистанцию между ними. Однако у Теи не было сил думать об этом. Она мечтала хотя бы немного поспать и, к счастью, свернувшись калачиком на своем спальном коврике, сразу уже уснула.

* * *

Тею обнимали сильные руки, окутывая приятным теплом, а изгиб шеи щекотало глубокое дыхание. Открыв глаза, она увидела розовые и сиреневые облака. Казалось, будто никакой ветер ночью и не завывал. Спиной Тея ощущала биение сердца, и она осознала, кому оно принадлежало...

Хоторн прижимал ее к своей груди, прикасаясь к ней каждой частичкой своего тела. Его жар проникал сквозь тонкие слои ткани между ними.

«Когда это произошло? Как?» Боевой Меч держал ее в своих объятиях. И, главное, какой Боевой Меч. Пребывая в глубоком сне, он прижал ее еще ближе к себе. Их тела жарко соприкоснулись, и Тея, все еще сонная, инстинктивно выгнулась.

И ощутила его желание.

Ее дыхание перехватило, а между бедер сладко заныло. Она откинула голову назад и почувствовала опьяняющий аромат его мыла. По телу разливалось тепло.

Хоторн медленно пошевелился, и с каждым его движением Тея все более отчетливо понимала, какими именно частями тел они соприкасались.

Ее кожи коснулся низкий вздох удовольствия, как...

– Черт!

Контакт их тел прервался, и Тея ощутила холодный рассветный воздух.

Еще раз выругавшись, Хоторн вскочил на ноги, щеки его покрывал румянец.

– Прости, я... – пролепетал он, отворачиваясь и поправляя одежду.

Тея встала, скрестила руки на груди, пытаясь согреться и стереть воспоминания о его прикосновениях.

– Все в порядке, – произнесла она, но голос ее предательски дрожал.

Боги, она прижималась к нему, она жаждала его прикосновений...

Он провел рукой по волосам:

– Правда, алхимик, я не собирался этого делать... Должно быть... я во сне... неосознанно...

Она расслабилась, когда заметила его смущение и стыд, а собственная растерянность отступила.

У нее вырвался смешок.

– Тебе смешно? – скептически спросил он.

– Есть немного.

Она многозначительно посмотрела на его брюки, которые нисколько не скрывали выпуклость.

– Боги, – пробормотал он, снова одергивая рубашку. – Ты меня погубишь.

Он подхватил с земли свои мечи и ушел. Вскоре Тея услышала ругательство и отчетливый звук воды, льющейся на его голову.

Уайлдер Хоторн

– Черт, – снова пробормотал Хоторн, стараясь уйти как можно дальше от алхимика, что выводила его из себя.

Он ушел из лагеря, его щеки пылали. В его памяти отпечаталось воспоминание о том, как она прижималась к нему ягодицами и выгибалась в его объятиях.

– Да помогут мне Фурии, – простонал он, выливая на голову целую флягу воды в надежде, что она остудит пылающий внутри пожар.

Не вышло.

Все тело дрожало, жаждало прикосновений, разрядки и, вопреки здравому смыслу, ее.

Он мысленно сказал себе: «Я всего лишь пытался согреться ее теплом ночью. И только».

Уайлдер оглянулся на их лагерь и увидел, что она занимается лошадьми. Он признал: она уже двигалась как воин Тезмарра. Ее шаги легкие, а движения плавные и выверенные. Все ее так называемые тренировки приносили плоды.

Он старался не обращать внимание на ее округлую грудь, на то, как она покачивает бедрами и откидывает назад косу, занимаясь своими делами.

Уайлдер отскочил от нее как от прокаженной, но на самом деле если бы он этого не сделал, то не сдержался бы и притянул ее ближе. О Фурии, она ему так подходила.

Боги, ему нужно было срочно сделать что-то со своей эрекцией. Желание переполняло его, отдавалось пульсацией так сильно, что он был готов сделать все сам, избавиться от него, снять это невероятное напряжение.

Он вновь тихо выругался. Это вряд ли бы решило проблему. Наоборот, могло усугубить. Тогда Уайлдер сделал глубокий вдох через нос и обнажил мечи. Он яростно размахивал ими, наслаждаясь приятной тяжестью стали.

Он избавится от неудовлетворенности методом Боевых Мечей.

Уайлдер сбросил верхнюю одежду, широко расставил ноги и принялся выполнять привычные упражнения. Он наслаждался дыханием ветра и рассекал воздух своими мечами, пытаясь забыться физической нагрузкой. Тренироваться без брони было наслаждением. В особенности ему не нравился нагрудник, который натирал плечо. Броня – один из даров, которые получал Боевой Меч после прохождения Великого Обряда. Однако к тому времени, как Уайлдер его прошел, Дельмира – королевство, даровавшее броню, – уже пала. Таким образом, его броня были лишь посредственной копией тех, что носили Вернич и Тордж, златовласый воин получил последний экземпляр от известной оружейной. Уайлдер уже на протяжении многих лет пользовался тем, что имел, и смирился, но тем не менее броня его раздражала.

Хоторн расправил плечи и начал тренировать атаку, он молниеносно взмахивал мечами, нападал и отступал в танце, который исполнял множество раз. Но сколько бы он ни ранил своего воображаемого противника, мысли его постоянно возвращались к ней. Вскоре он почувствовал на себе ее взгляд.

Он был целиком погружен в процесс, тщетно пытаясь выпустить пар, и игнорировал ее. Однако его все равно тянуло к ней. Ее настойчивость, врожденная пытливость, то, как она изучала его движения, будто отпечатывая их в своей памяти. Неважно, чем закончится поездка в Харент, он был уверен: алхимик не сдастся, и невольно это его восхищало.

Уайлдер взмахнул двумя мечами, нанося воображаемому оппоненту смертельный удар, а затем, повернув бедрами, занес руки с оружием над головой и обезглавил врага.

И только после этого он поднял взгляд на алхимика, пристально наблюдавшей за происходящим.

Чем быстрее она добьется своего, тем быстрее он избавится от нее и вернется к охоте на монстров тьмы.

Глава 9

Тея остановилась на вершине холма. Прятаться было негде, и поэтому она сидела на влажной траве и наблюдала за Хоторном, он был как на ладони.

Перед тренировкой Боевой Меч сбросил верхнюю одежду, оставшись в нижней сорочке с короткими рукавами. Впоследствии она промокла от пота и открыла вид на крепкие мышцы. Черные линии татуировок на его правой руке тянулись вверх по предплечью и бицепсу, а затем скрывались под рукавом.

Он рассекал воздух своими мечами, поражая невидимых противников.

Тея никогда не видела, чтобы кто-то двигался так, как он. Каждый удар, отражение, финт – шаг в смертоносном танце. Каждое движение – сочетание невероятной грации, дисциплины и силы, непостижимых ее пониманию.

«Даже Эсиллт, Мастер Оружия, не может сражаться так». Тея снова задумалась о том, кто же обучил Хоторна искусству боя. Его движения действительно были искусством. Каким бы высокомерным Хоторн ни был, невозможно отрицать непревзойденное мастерство хищника. Отточить эти навыки помог явно кто-то могущественнее Мастера Оружия, а после прохождения Великого Обряда его наделили силой сами Фурии.

Тея в красках представила Хоторна в разгаре настоящего сражения: он облачен в черную броню, по его красивому лицу стекают капли крови, он сражает одного врага за другим...

– Думаешь, шпионить за Боевым Мечом – разумно, алхимик? – спросил он, не отвлекаясь от тренировки.

– А я-то думала, мы начали ладить, – ответила она, не сдерживая ухмылки при виде румянца на его щеках. – Более того, если я не прячусь, это не шпионаж. Может, научишь меня парочке упражнений?

– Нет, – рыкнул он. – Я не ясно выразился?

– А я? – возразила она. – Я хочу учиться, а кто научит меня лучше, чем ты?

– Я не предлагал.

– Что тебе терять?

– Помимо времени?

– Кажется, совсем недавно ты был не против провести со мной время.

Он со злостью посмотрел на нее:

– Заткнись.

Но его раздражение лишь развеселило Тею.

– Да ладно тебе, мы уже столько всего разделили вместе, – поддразнила она. – Почему бы тебе не поделиться со мной еще и несколькими приемами? К тому же раньше Боевые Мечи брали учеников...

– Вот именно. Раньше, – отрезал он. – К счастью, от этой традиции отказались.

Тея чувствовала, как напряжение исходит от него волнами, пока он выполнял очередную связку упражнений. Она старалась запомнить каждое движение мечом и жалела, что не взяла пергамент и перо, чтобы записать. То, что ей доводилось наблюдать, не было похоже ни на одну из тренировок, что она видела. Каждый удар, каждый шаг был плавным. Уайлдер был мастером во всех смыслах этого слова.

– Вернич тебя бы уже убил.

Хоторн сделал мощный выпад одним мечом, а затем нанес точный удар вторым.

Тею его слова не удивили. Вернич Кровопускатель... Имя говорило само за себя.

– Ты не Вернич.

– Хорошо, что ты заметила.

– А как насчет Торджа Грозы Медведей? Стал бы он меня терпеть?

– Только если бы захотел с тобой переспать.

– Такое, конечно, не одобряется? Разве нет каких-то правил?

Хоторн прорычал:

– Удивительно слышать это от тебя.

– Ну, он же Боевой Меч.

– Возможно, нарушать правила любят не только алхимики.

Хоторн провел заключительный выпад, с каждым вращением и блокировкой соперника его скорость нарастала.

– Какие они? Остальные, – продолжила напирать с вопросами Тея.

Боевой Меч наконец остановился и протер пот со лба куском ткани.

– Я только что тебе сказал, – ответил он, убирая мечи в ножны.

Воин прошел мимо нее по склону и направился к ближайшему ручью.

Тея не задумываясь пошла за ним.

Хоторн резко остановился, повернулся и впился в нее взглядом.

– Ты собираешься смотреть и на то, как я моюсь?

Щеки Теи вспыхнули, но, вспомнив, как он прижимался к ее ягодицам, она вздернула подбородок.

– Уверена, там ничего такого, чего бы я еще не видела.

Уголок его рта предательски дрогнул, позволяя увидеть ямочку на щеке.

– Сомневаюсь, алхимик. Очень сомневаюсь.

* * *

К полудню на горизонте показалась столица Хейлфорд и большой дворец – Сердце Харента. Даже издалека вид был невероятным, будто необычная тьма на границах Срединных Королевств не смела коснуться кристально чистой души Харента. Дворец располагался на вершине холма, под ним же раскинулся город. Он был окружен каменными стенами, здания выстроились аккуратными рядами, словно восторженные поклонники перед сценой.

Тея не заметила, как они оказались у высоких железных ворот, усеянных шипами. При этом внушительное сооружение было украшено знаменами и цветами к приезду гостей из соседних королевств.

Приблизившись к воротам, Хоторн притормозил жеребца и обратился к одному из вооруженных стражей:

– Значит, праздник в самом разгаре?

Стражник почтительно склонил голову и ответил:

– Да, сэр. Правители Твера и Авеума прибыли два дня назад. Главный пир начнется на закате.

Хоторн кивнул:

– Мы как раз вовремя. Спасибо.

Стражник вновь склонил голову и приложил к плечу три пальца – выразил высший знак почтения Боевому Мечу. Его товарищ, стоявший с противоположной стороны, повторил жест.

– Для нас принимать таких высочайших гостей, как вы, – всегда большая честь. Добро пожаловать в Хейлфорд.

Хоторн благодарно кивнул и направил лошадь к открытым воротам, Тея последовала за ним. Заметив, что ожидало ее за стенами ворот, Тея широко распахнула глаза в удивлении.

Ворота вели на мощеную площадь, в центре которой стоял невероятной красоты фонтан в виде горного дракона на скалистой вершине. Из шипов зверя лились струи воды, каждая деталь скульптуры была настолько проработана, что Тея могла разглядеть чешуйки. Но рассмотреть фонтан получше возможности не было – Хоторн пустился рысцой по главной улице.

Тея не знала, куда смотреть в первую очередь. Лавки были открыты, в некоторых товары продавали с небольших палаток прямо на улице, товары вываливались из корзин, торговцы зазывали желающих посмотреть на них. Улицы украшали еще больше цветов и знамен, крыши зданий были усеяны лепестками. В воздухе витал дух праздника, люди выпивали и веселились, во всем Харенте жизнь била ключом, королевство самозабвенно радовалось. Тея впитывала все, что видела, она мечтала спрыгнуть с лошади и праздновать вместе со всеми.

Внимание Теи привлек особенно красочный прилавок, и ей так захотелось, чтобы Рен увидела множество специй в маленьких каменных вазочках и различные травы, свисавшие с тонкой веревки, привязанной к углам стола. Наверняка за этим прилавком находился продавец, у которого можно было найти что угодно, и скорее всего, именно у него Фарисса и повар из крепости брали ингредиенты как для зелий, так и для рагу.

– Не отставай! – крикнул ей Хоторн.

Тея неохотно сжала ногами бока своей кобылы, ускоряясь.

Завидев могучего черного жеребца и его всадника, толпы на улицах расступались. Некоторые приветствовали Боевого Меча тремя пальцами.

Улица огибала подножие холма и шла под уклон, и чем ближе она вела к дворцу, тем больше празднества и роскоши встречалось на их пути. Одежда зевак становилась более яркой и дорогой. Вместо простых шерстяных платьев и кофт люди на мостовой были одеты в шелковые платья, дальше вдоль улиц шли люди в бархатных туниках, украшенных фамильными гербами и символами на груди.

Тея и Хоторн проезжали мимо лавок, таверн и оживленных прилавков, как вдруг она увидела покачивающуюся деревянную вывеску с выгравированными скрещенными топорами. Увидев ее, Тея буквально пробудилась. Перед ними была великая кузница Харента. Тея знала, что оружие тезмаррских воинов изготавливалось здесь. Это был подходящий повод для того, чтобы спросить об оружии из наарванской стали, о том, где его ковали, но она не решилась. Не стоит устраивать очередную словесную перепалку так близко к дворцу.

У Теи перехватило дыхание, а все внутри сжалось от волнения. Она начала осознавать, что среди такого великолепия она стоит одетая в поношенную грязную одежду. Свежая рубашка, в которую она переоделась утром, покрылась пылью и пропахла лошадью. Тея знала, что перед встречей с королем возможности привести себя в порядок у нее не будет, и эта несправедливость не давала ей покоя.

Ближе к дворцу им встречались лавки более узконаправленные: галереи, мастерские ювелирных украшений, шелка...

Полный мужчина в красной бархатной тунике махал Хоторну так активно, что Тее подумалось: его рука вот-вот оторвется. Он стоял среди больших дубовых бочек у входа в помещение, похожее на винную лавку.

– Хоторн, мой дорогой друг! – позвал торговец, продолжая размахивать рукой, на его лице расплылась широкая улыбка.

– Будто у тебя вообще есть друзья, – прошептал он.

Однако, к удивлению Теи, Боевой Меч замедлился. Увидев на губах искреннюю улыбку, когда тот повернулся к мужчине, Тея удивилась еще сильнее. Так Хоторн выглядел еще моложе.

– Здравствуй, Марис.

– Ты обязан зайти сегодня, – выпалил он. – Я получил несколько новых вин. Уверен, что одно из них тебе особенно понравится!

Тея еле удержалась, чтобы не уставиться на него с открытым ртом. «Хоторн любит изысканные выдержанные напитки?..» Боевой Меч и виноторговец... Необычная дружба. К тому же это доказывало, что Хоторну не были чужды манеры и дружба. Просто не по отношению к ней.

«Высокомерный ублюдок».

– Может, в другой раз, – ответил Хоторн. – У меня есть дело во дворце.

– Дела порой так изнуряют...

– Не отрицаю.

Марис повернул шею и, кажется, наконец заметил Тею. Он не пытался скрыть свое любопытство.

– А что это за яркое создание рядом с тобой? Новая подруга?

Хоторн искренне рассмеялся, в очередной раз поражая Тею.

– Нет.

Марис не обратил внимания на его грубость и помахал Тее.

– Должно быть, вы – то самое дело. Приятно познакомиться, милая леди.

Тея чуть не свалилась с седла. Никогда в жизни ее не называли леди. Но ведь он был виноторговцем, не так ли? Скорее всего, он был пьян. А еще он назвал ее ярким созданием, что бы это ни значило.

– Взаимно, сэр, – выдавила она.

– Сэр? – Он откинул голову и громко рассмеялся. – Называй меня Марис, как и твой друг, – он указал на Хоторна.

И Тея, и Хоторн проигнорировали его слова.

Удивленная энтузиазмом мужчины, она кивнула:

– Я Тея.

Марис просиял:

– Ты обязательно должна зайти и отведать вина, моя дорогая Тея!

– Я...

Люди на улице остановились, чтобы посмотреть на них, Тея ощущала пронзающие взгляды.

Марис заметил нежелательное внимание и, внезапно став серьезным, подошел к жеребцу Хоторна. Он торопливо прошептал:

– Скоро состоится Кровавая дегустация. Я отправлю информацию в крепость.

Тея замерла. «Кровавая дегустация? Звучит зловеще».

Боевой Меч склонил голову:

– Премного благодарен.

Они поехали дальше. Тея чувствовала, что ее нервы находятся на пределе, когда они проезжали мимо жилого района, в котором каждый дом выглядел величественнее предыдущего. Казалось, близость к богатству создает богатство.

Наконец перед ними появились стены дворца, и путники остановились у золотых ворот.

– Добро пожаловать, Боевой Меч, – произнес один из стражей, приложив к левому плечу три пальца.

– Спасибо, – ответил Хоторн и слез с лошади; однако он все равно возвышался над стражами. – Моя подопечная желает присутствовать на судебном заседании. У нас есть письмо от Мастера Гильдии Тезмарра.

Хоторн достал сложенный пергамент и протянул его мужчине.

Стражник бегло прочитал письмо и посмотрел на Тею с недоверием. Тем не менее он вернул Хоторну письмо и обратился к Тее:

– Заседание идет прямо сейчас. Полагаю, оно уже подходит к концу.

– Подходит к концу? – начала Тея, спрыгивая с кобылы. – Сейчас? Я думала, у нас еще есть время до...

– Правители и знать с нетерпением ждут начала пира и торжества, – сказал стражник. – Если вы хотите, чтобы ваше дело рассмотрели правители, нужно идти сейчас. И то вы, возможно, уже опоздали.

Кровь застучала у Теи в висках, каждую клеточку тела охватила паника.

– Но...

Хоторн повернулся к ней, кивнул в сторону главного входа во дворец и сунул в руки письмо Мастера Гильдии.

– Советую поторопиться.

– Ты не пойдешь?

– У меня есть другие дела.

Тея уставилась на него, разинув рот.

– Чего ты ждешь?

Ее сердце бешено билось, тело охватывало отчаяние. Тея развернулась на пятках, готовясь бежать к лестнице.

– Не беги, – буднично добавил он. – А то тебе в горло пустят стрелу.

Мысленно проклиная Боевого Меча, Тея так быстро, как могла, направилась к входу, перешагивая через две ступеньки. Ее никто не остановил и не запустил ей в горло стрелу. Дворец – самое великолепное место из всех, где она когда-либо бывала, но остановиться и полюбоваться этим величием она не могла. У ближайшего стражника она спросила дорогу к залу суда и бросилась туда, повторяя про себя его указания.

Тея забыла о том, что она грязная и растрепанная. Забыла о неприветливом Боевом Мече. Девушка думала только об одном: она должна стать щитоносцем, а затем легендой Тезмарра. Она мечтала об этом моменте всю жизнь. Эта возможность должна оправдать ее тренировки, слежку за щитоносцами и многие другие риски, на которые она шла.

Когда Тея подошла к украшенным золотой филигранью дверям, ее поприветствовал герольд.

– Боюсь, суд уже заканчивается, – произнес он, с отвращением осматривая ее поношенную дорожную одежду.

Все еще сжимая уже скомканное письмо Мастера Гильдии, Тея ощутила, как сердце ее замерло.

– Прошу вас, я проделала долгий путь.

Еще мгновение герольд разглядывал ее, а затем заметил в ее руках пергамент с сургучной печатью Мастера Гильдии.

– Минуту, – наконец сказал он и скрылся за дверью.

Сердце Теи норовило разорваться, ей казалось, что от волнения ее вот-вот вырвет прямо на идеально чистый мраморный пол.

Спустя минуту вернулся герольд.

– Вы как раз вовремя. – Прежнее отвращение исчезло с его лица, и теперь оно выражало сожаление. – Они готовы принять вас.

На шок и панику времени не было. Тея выпрямилась, насколько смогла, отряхнула одежду, а затем кивнула герольду.

Он открыл двери.

От увиденного у Теи перехватило дыхание.

Тронный зал.

Над ней возвышались сводчатые потолки, украшенные хрустальными люстрами, от которых по залу и толпе знати разлетались лучи света. Все взгляды устремились на Тею, но она смотрела вперед. Мраморный пол под ее грязными сапогами вел в конец зала, где на широком, покрытом коврами возвышении стояли три позолоченных трона, на каждом восседал правитель.

Никогда прежде Тея не ощущала на себе такое внимание. Но если суждено пройти этот путь, она пройдет его с высоко поднятой головой. Подойдя к возвышению, девушка остановилась перед правителями и низко поклонилась.

Тея ощутила, как к ней потянулось нечто странное, заполняющее все ее существо, играющее с противоречивыми чувствами в груди, и по ее затылку пробежались мурашки.

«Магия», – осознала она. Ее окружала магия, но не та, что закаленная силой Боевых Мечей, а та, что порождается правителями земель. Королевская магия.

Вот она, ее практически можно было увидеть, точно цветовой спектр.

– Поднимись, – произнес теплый, глубокий голос.

Тея выпрямилась и встретилась взглядом с королем Артосом Фэйрмуром, правителем Харента. Хоть девушка никогда не видела короля вживую, она была уверена, что это он, так как узнала его по рассказам о ярко-зеленых глазах и красивом лице. Справа от него восседал мужчина, на дублете которого был вышит вставший на дыбы жеребец. Это был Лейко Сталлард, король Твера. Слева же сидела красивая женщина в короне с драгоценными камнями – не кто иной, как Рейна Дюфор, королева Авеума. Позади нее стоял привлекательный мужчина в такой же короне, его рука лежала у нее на плече. Тея поняла, что это король Элкан.

Она не могла оторвать взгляда от могущественных людей перед собой.

Из уроков Тея знала, что семья Фэйрмур, предки короля Артоса, славились магией разума. Поколениями у них рождались заклинатели, властители снов и эмпаты. Король Артос относился к последним. Род Сталлардов веками заклинал огонь, хотя ходили слухи, что король Лейко обладал лишь частичкой силы своих предков. Авеумский род Дюфоров славился провидцами разной силы...

– Скажи нам, дитя Тезмарра, – обратился к ней король Артос, заставляя вернуться к реальности. – Что привело тебя к нам сегодня?

За спиной Теи прокатилась волна шепота.

Она ощутила ком в горле и попыталась его проглотить. Возможно, это было ее бешено колотящееся сердце. Тея вновь поклонилась, выигрывая еще каплю времени.

– Ваши величества, – наконец промолвила она хриплым голосом. – Я хочу попросить вас об уступке в законе о запрете использования оружия женщинами.

На этот раз шум толпы не смогли приглушить ни веера, ни шелковые перчатки. Шок невозможно было выразить тихими голосами или осторожными взглядами.

Рука короля Артоса лежала на подлокотнике трона. Он поднял один палец, и знать разом замолчала.

Тея встретилась с ярко-зеленым взглядом.

– У меня есть письмо от Мастера Гильдии, в нем изложена вся суть, ваша светлость.

Правитель Харента кивнул слуге, тот подошел к Тее, забрал из ее рук пергамент, а затем с низким поклоном протянул его королю.

Тея сложила руки перед собой, скрывая дрожь, и наблюдала за тем, как король изучает послание Осириса. Нахмурившись, он передал пергамент королеве Рейне.

– Ваши величества, всю свою жизнь я хотела лишь одного: владеть мечом, защищать Срединные Королевства и их жителей, – начала она. – Я была рождена, чтобы сражаться, чтобы учиться у лучших в нашей могущественной Гильдии, чтобы примкнуть к воинам Тезмарра и сдерживать надвигающуюся тьму. Я пришла сюда сегодня, чтобы попросить вас о шансе, о возможности защищать ваши королевства.

Королева Рейна взглянула в пергамент.

– Ты хочешь стать щитоносцем? Пройти испытание на посвящение через три месяца и стать стражем Срединных Королевств, верно?

Магия в тронном зале потрескивала, но не было ясно, кому она принадлежала и какую форму могла принять. Остальные придворные казались невозмутимыми, но, с другой стороны, должно быть, они уже к ней привыкли.

Тея склонила голову:

– Верно, ваше величество. Для меня стать защитником стало бы самой большой честью.

Правители трех королевств обменялись безмолвными взглядами. Ее судьба была в их руках. Именно от их решения зависело, как она проведет последние годы своей жизни... В качестве жалкого подобия алхимика или же воина Тезмарра.

Король Артос смотрел на нее сверху добрым взглядом:

– Я не сомневаюсь в твоем мужестве...

Сердце Теи замерло, ноги стали ватными.

– И в благородных намерениях, – продолжил он. – Однако прошлое указало нам путь. Двадцать лет назад настал мрачный день в нашей истории, он изменил направления всех королевств. Он доказал, что женщина с оружием – угроза миру в наших королевствах. Прозвучало пророчество, закон был изменен. И впредь так и должно быть.

Тея подавила всхлип.

Король приложил руку к сердцу.

– Я бы хотел позволить тебе стать щитоносцем, дитя. Но изменить закон – значит подвергнуть Срединные Королевства опасности. Нам потребовалось много времени, чтобы восстановить силы и могущество, сдержать тьму. Поэтому, боюсь, мой ответ – нет.

Тея открыла рот, но, увидев, как расширились глаза слуг, сразу же его закрыла.

Она не в Тезмарре. Спорить здесь не было смысла.

Казалось, ее судьба решена.

Глава 10

Король Артос излучал сочувствие и доброту, от которых Тее стало тошно. Его извинения были искренними, а обволакивающая ее магия согревала и успокаивала, но извинения – совсем не то, о чем она мечтала все эти годы. Она осознавала, что ее будущее рухнуло, и перед глазами у нее плыло.

– Я очень надеюсь, что после долгого путешествия ты останешься на пир, – произнес король. – Я буду рад видеть тебя за своим столом. Не думай, что твоя роль в Тезмарре не заслуживает уважения.

– Спасибо, – прохрипела она и, в последний раз поклонившись, выбежала из тронного зала.

На мгновение Тее показалось, что время замерло, и слова короля снова и снова звучали в ее голове.

«Женщина с оружием – угроза миру в наших королевствах. Прозвучало пророчество, закон был изменен. И впредь так и должно быть».

Тея смаргивала слезы, ее руки дрожали.

«И впредь так и должно быть».

Все, чего она хотела, – стать одной из них, придать последним годам своей жизни какую-то цель. Стать... кем-то большим. Она не была из тех, кто плачет, но... Она не могла представить, что существует что-то больнее этого.

– Ну?

Хоторн стоял за дверью, прислонившись к идеально чистой кафельной стене и скрестив руки на груди.

Она не позволила слезам пролиться.

– Что «ну»?

– Что они сказали? – наседал Боевой Меч.

– Они мне отказали, – ответила она холодным тоном. – Прямо как ты и мечтал.

Тея попыталась пройти мимо него. Боги, меньше всего ей сейчас хотелось находиться в компании Хоторна, терпеть его самодовольство и удовлетворение ее неудачей.

– Понятно.

– Понятно? Ничего тебе не понятно.

Ярость пульсировала внутри нее точно поток электрической энергии, она рвалась наружу и вот нашла, на кого обрушиться. Тея едва сдержалась, чтобы не выхватить свой кинжал у него из-за пояса и не приставить к его горлу.

– Как тебе вообще может быть понятно? Будто ты знаешь, что это для меня значит.

После стольких лет, что она скрывалась и грезила, ее мечты могли вот-вот осуществиться, но в итоге разбились о глупое пророчество и закон.

– Они сказали что-то еще?

Конечно, он не признаёт ее ярости и несправедливости ситуации.

– Нет.

– Ничего?

Тея сдержала ругательства.

– Только то, что мне следует остаться на пир. Что король Артос будет рад видеть меня за своим столом.

Хоторн моргнул:

– Значит, нам нужно найти, где переночевать.

– В смысле? Я не пойду. Последнее, чего я хочу, – ужинать за одним столом с людьми, которые...

– Если король пригласил тебя сесть за его стол, значит, ты сядешь.

Хоторн испепелял ее взглядом, давая понять, что не пойдет на компромисс.

Снова вспыхнув, Тея осознала, что он прав. Не принять приглашение короля – оскорбить его. Она осмотрела свою грязную одежду.

– Я не могу пойти так. Одно дело – обратиться к королю в грязной одежде, но обедать за одним столом со знатью, когда от тебя несет, как от потной лошади...

– Думаю, ты права.

Тея взмахнула руками.

– Так что же мне делать? Ты знаешь, где бы я могла... – Ей уже не хватило слов, чтобы выразить ту боль, что была у нее на душе, и она многозначительно махнула рукой на свою одежду.

Хоторн устало вздохнул:

– В паре улице отсюда есть одно место. Там ты сможешь привести себя в порядок.

* * *

В сырой уборной пансиона Тея активно терла кожу грубой тряпкой. Она наблюдала, как хозяйка строила Хоторну глазки и пыталась прикоснуться к его мускулистым рукам под любым предлогом, и Тее совершенно не хотелось знать, как он узнал об этом месте.

Обнаженная, она дрожала и поливала холодной водой волосы. Тея молилась, чтобы ее усилия окупились и она стала выглядеть хоть на каплю лучше.

В дверь постучали кулаком, и она подпрыгнула от испуга.

– Ты закончила? – послышался глубокий голос Хоторна.

– Нет! – почти выкрикнула она и схватила потрепанное полотенце, которое ей дала хозяйка.

Тея поспешила поскорее натянуть нижнее белье и брюки. Затем она увидела, в каком состоянии была ее рубашка, и поморщилась. Мягко говоря, она была грязной... слева на ней красовалось огромное пятно... «Откуда оно взялось?» Ее запасная рубашка выглядела еще хуже.

Дверь со скрипом открылась, и Тея с замиранием сердца прикрыла грудь руками.

В щель протиснулась татуированная рука, держащая чистую белую льняную рубашку.

– Возьми, – произнес приглушенный грубый голос Боевого Меча.

Дрожа то ли от холода, то ли от предвкушения, Тея взяла рубашку, и ее ледяные пальцы соприкоснулись с теплой рукой Хоторна. Прикосновение поразило ее точно удар молнии, и по обнаженной коже пробежала волна мурашек.

Жалость – вот что руководило им. После всех оскорблений и перепалок Боевой Меч испытывал к ней жалость.

Но кто она такая, чтобы жаловаться? Никто.

– Спасибо, – тихо произнесла она, и дверь закрылась.

Рубашка была отглаженной и чистой, после нескольких дней в мокрой и грязной одежде ощутить на себе свежую оказалось невероятным восторгом. Тея просунула руки в рукава и застегнула ее.

Рубашка была огромной.

И тут до Теи дошло: это его рубашка. Он дал ей свою последнюю чистую одежду...

Она приложила все усилия, чтобы заправить то и дело вылезавшие края рубашки за пояс, а затем быстро заплела волосы в косу, с кончика которой все еще капала вода. Тея запихнула грязную одежду в сумку и открыла дверь.

Хоторн стоял, скрестив руки на рельефной груди, и разглядывал Тею. Его взгляд задержался на дорожке из капель воды, стекавших с ее волос, и неисчислимых складках рубашки.

– Хм, – протянул он.

– Даже и слова не скажешь? Я выгляжу плохо?

К ее удивлению, Хоторн рассмеялся, смех его оказался глубоким.

– Подойди.

Он потянулся к ее рукавам.

Вопреки здравому смыслу, Тея наклонилась к нему.

Она наблюдала, как Боевой Меч склонился над ней и закатал ткань до локтя. Его пальцы слегка касались ее кожи, отчего по телу расходилось приятное тепло.

Прикусив губу, он сосредоточенно закрепил ткань, а затем отступил на шаг и осмотрел Тею с ног до головы еще раз. Наконец их взгляды встретились.

– Так-то лучше.

Тея выдохнула:

– Спасибо.

Боевой Меч пожал плечами:

– Ты представляешь Тезмарр, нельзя допустить, чтобы ты выглядела как...

Растущее внутри Теи тепло рассеялось.

– Как дерьмо? – уточнила она.

– Я собирался сказать не это.

Тея старалась говорить непринужденно:

– Неважно. Спасибо за рубашку.

Хоторн на мгновение стушевался, но затем повернулся в сторону выхода.

– Тебе пора возвращаться во дворец.

По возвращении в Сердце Харента Тее и Хоторну показали, где будет проходить пир. Большой зал был украшен яркими шелками, цветами и лентами, сотнями свечей, за длинными столами с тонкими скатертями сидело более двух сотен знатных людей. Тея шла глубже в зал, боль в груди и обжигающий щеки стыд не покидали ее. Ничего не изменится – она вернется в Тезмарр тем же алхимиком. Что же с ней будет дальше? Слежке за тренировками щитоносцев и тренировкам втайне пришел конец, и теперь она понимала, что этого ей мало. Особенно после того, как она провела столько времени в компании Боевого Меча, хоть он ее и раздражал. Неужели ей суждено смешивать зелья и измельчать травы, пока в двадцать семь лет ее не настигнет судьба?

Хоторн оторвался от нее и занял пост у дальней стены, чтобы наблюдать за празднеством словно ястреб. Боевой Меч вновь сопровождал ее. В груди защемило от мысли, что ей стать Боевым Мечом теперь не суждено. Хоторн – человек, который был против нее с самого начала этого чертового дела. Но... Он обнимал ее во сне... Дал ей свою рубашку... Может, он и был высокомерным ублюдком, но... кажется, в нем была капля человечности?

Спрятав камень судьбы под воротник объемной рубашки, Тея направилась к королевскому столу. Король Артос сидел рядом с королем Твера Лейко, а напротив него сидела королева Авеума. Их магия снова потянулась к ней, и Тее хотелось понять ее, увидеть, какие уникальные формы она могла принимать.

Но на данный момент этот вопрос был не самым главным. Боги, она проклинала свою неуверенность в знаниях этикета и борющиеся внутри эмоции. Неужели ей действительно нужно благодарить человека, который лишь несколькими фразами разрушил ее мечту, так еще и заставил ее прийти на совершенно безразличный ей праздник? Благодарна ли она за приглашение? Должна ли она вообще с ним разговаривать? В Тезмарре она знала свое место, знала, что от нее ожидают и какие правила она хочет нарушить, но здесь... Здесь все совершенно иначе.

Однако ей было не о чем беспокоиться, поскольку король Артос заметил ее и жестом попросил подойти. Ее охватило чувство благодарности, она не ожидала от правителя такой заботы.

– Ах, Алтея... – Он приветствовал ее широкой улыбкой. – Я рад, что ты приняла мое приглашение, – произнес он, улыбаясь.

– Конечно, сэр, – она поклонилась. – Это честь для меня.

– Ой, ну что ты, что ты, – ответил он. – Принцесса Джазира, моя дочь, очень хочет с тобой познакомиться. Твоя смелость сегодня очень ее впечатлила.

Он жестом велел слуге подготовить несколько мест напротив себя.

Тея не смогла найти слов, поэтому промолчала, стараясь не смотреть в сторону Боевого Меча.

– В письме Мастер Гильдии упомянул, что ты алхимик. Я подумал, ты бы могла рассказать моей дочери что-нибудь интересное. Ее всегда привлекали различные учения.

Щеки Теи залились краской.

– Я была бы очень рада пообщаться с ней, ваше величество.

И вот Тея оказалась за одним столом с наследной принцессой Харента. Девушка была ровесницей Рен или чуть младше, ее взгляд просиял, когда она посмотрела на Тею.

В ответ Тея склонила голову:

– Ваше высочество.

Принцесса усмехнулась:

– Я уверена, ты не ожидала оказаться здесь этим вечером.

Тея побледнела:

– Это большая че...

– Не переживай. – Принцесса Джазира отпила из своего кубка. – Если бы у меня был выбор, меня бы тоже здесь не было.

Слуга поставил перед Теей тарелку с огромным количеством еды. Тея пролепетала слова благодарности, но слуга уже исчез.

– Я бы спросила тебя о твоей работе в Гильдии, но, судя по прошению, полагаю, она тебя мало интересует? – спросила принцесса Джазира.

– Я бы с радостью обсудила с вами мою работу, ваше высочество.

– Надеюсь, ты не собираешься заниматься формальностями весь вечер. Пожалуйста, зови меня Джази, эти титулы мне так надоели.

Тея закусила внутреннюю сторону щеки, она не могла поверить, что общается с принцессой Харента.

– Хорошо... Джази.

Принцесса, казалось, была довольна.

– Расскажи о своей работе в Гильдии. Чем вы занимаетесь?

– В основном я работаю в алхимической мастерской, ваше... Джази, – поправила себя Тея. – Еще время от времени я занимаюсь переписью текстов.

– И тебе не нравится эта работа?

– Моя сестра – настоящий мастер алхимии, – призналась Тея, глядя на ожоги на своих руках. – Я занимаюсь тем же, чем и она, по ее настоянию. Хотя, подозреваю, она делает это для того, чтобы за мной приглядывать.

– Эти шрамы ты получила на работе? – проследив за взглядом Теи, поинтересовалась принцесса Джазира.

– Некоторые получила на работе. Но большинство – из-за собственной неосторожности.

К удивлению Теи, принцесса рассмеялась. Ее смех был красивым, легким.

– Значит, в отличие от тебя, твоя сестра не хочет быть щитоносцем?

Тея покачала головой, думая о том, что можно было спросить принцессу, не нарушив приличия.

Принцесса Джазира избавила ее от размышлений:

– Чем же вы, алхимики, занимаетесь?

– Мы готовим настойки для лекарей и зелья. Более опытные алхимики проводят различные эксперименты.

– Очень увлекательно.

– Говорите прямо как моя сестра, – рассмеялась Тея.

Джазира искренне улыбнулась:

– Сочту за комплимент.

– Конечно, ваше высо... Джази.

Тея взглянула на королей и королеву, чувствуя, как ее обволакивает пульсирующая вокруг магия.

– Невероятно, – пробормотала она, обращаясь скорее к себе, чем к принцессе.

Однако она услышала эти слова и нахмурила брови.

– Что именно?

– Их магия, – завороженно ответила Тея.

Джазира непонимающе посмотрела на нее.

– Прошу прощения, ваше высочество, – склонила голову Тея. – Я не уверена, что по этикету позволено говорить о таких вещах. Нам, наверное, не стоит обсуждать это.

Тее показалось, что принцесса умело скрыла свои эмоции за непроницаемым выражением лица.

– Все в порядке. Полагаю... я привыкла к магии и поэтому практически не замечаю ее.

– Получается, вы уже тоже владеете магией? Члены королевской семьи Фэйрмур ведь рождаются с ней?

– Верно, – осторожно произнесла Джазира. – Должна признать, мои способности пока что полностью не раскрылись. Отец говорит, они еще проявятся.

– Я уверена, что он прав, – ответила Тея.

Кто-кто, а король Артос уж точно разбирался в магии.

Принцесса перевела взгляд на правителей Срединных Королевств, и складка между ее бровями стала глубже.

– Значит, ты чувствуешь...

– Тост! – крикнул кто-то. – За покойную королеву Мейлин, да покоится она с миром в царстве Эновиуса!

Принцесса застыла на месте, и Тея ощутила к ней глубокое сочувствие. Она знала, что пир был устроен в честь окончания траура короля. Тея не могла вспомнить, как давно скончалась королева Харента, но вне зависимости от своего положения она была матерью Джазиры. Тея сильно сомневалась, что боль принцессы прекратилась, потому что того требовал праздник.

– За покойную королеву! – повторил зал.

Принцесса вздрогнула.

Не задумываясь и позабыв об этикете, Тея наклонилась ближе к Джазире и прошептала:

– Я сожалению о вашей матери.

Взгляд принцессы был прикован к королю, который отпивал вино.

– Спасибо.

Вино плескалось по кубку короля Артоса, когда тот крутил его в руках, с наслаждением вдыхая аромат.

– Я бы сказал, что в этом сорте чувствуются нотки сирени... Вы согласны, король Элкан?

Тея наблюдала за их разговором, и ее носа коснулся еще один аромат, витавший в воздухе... Зола? Запах не похож на каминную золу, он был тонкий, еле ощутимый, с капелькой сладости...

Король Элкан удивился тому, что к нему обратились, но послушно понюхал собственный кубок.

– Должно быть, мое обоняние плохо улавливает подобные ноты, Артос. Я чувствую только аромат вина.

Король Артос рассмеялся:

– Да, да, разумеется. Но у каждой бочки вина свои особенности. – Он снова принюхался. – Да, я отчетливо чувствую нотки сирени...

По коже Теи пробежали мурашки, и она выпрямилась, выглядывая сопровождавшего ее Боевого Меча. Он стоял на том же месте в конце зала и наблюдал за происходящим своим проницательным хмурым взглядом.

С другого края стола кто-то заговорил, привлекая ее внимание.

– Торговец Марис говорит, что вино часто впитывает окружающие запахи. У вашего величества, определенно, очень острый нюх.

Что-то было не так. Тея знала, что в Харенте сирень не растет. Конечно, вино могли привезти откуда угодно, но... Странный аромат пепла заставил ее напрячься. Она оглядела стол, не понимая, что именно ищет.

Как вдруг увидела.

Возле личного графина короля она разглядела едва заметные следы голубого порошка.

Король Артос наконец поднес свой кубок к губам...

– Стойте!

Не задумываясь, Тея метнула свой нож.

Он летел в короля.

Сначала за столом, а потом по залу раздались крики.

Нож Теи прилетел в кубок, и тот с грохотом упал на пол. По мрамору, точно кровь, разлилось вино.

В одно мгновение рядом с ней оказались стражники, они схватили ее, оттащили с места и грубо заломили руки за спину.

– Вино отравлено! – закричала она, вырываясь из хватки стражников. – Оно бы убило короля.

Правитель поднялся на ноги и перевел потрясенный взгляд с пропитанного вином рукава на Тею, лицо его пылало.

– Ваше величество, прошу вас, – взмолилась она. – Вино отравлено.

Стражники принялись оттаскивать Тею, оставляя на ее теле синяки.

Сердце Теи билось с бешеной скоростью. Ее казнят прямо сейчас? Нет, это невозможно. Камень, покоившийся на ее вздымающейся груди, вселял в нее веру.

В ее голове эхом отозвались слова Одры: «Ты скоро поймешь, что бояться нужно не смерти, а жизни».

Тея ощутила горечь во рту. Она не умрет сегодня. Она умрет в двадцать семь лет, но... Ее могло ждать что-то похуже смерти. Годы пыток. Тюрьма... Боги, она метнула нож в короля. Все наверняка подумали, что она убийца. Но у нее не было времени, она сделала что могла, лишь бы спасти ему жизнь.

Стражники действовали жестко, они заломили ей руки с такой силой, что еще немного – и они бы вырвались из суставов...

– Ждать, – скомандовал король.

Стражники застыли, но хватку не ослабили.

Король жестом подозвал жилистого мужчину, который все время стоял у него за спиной около шторы.

– Ты пробовал вино? – спросил король невероятно мягким тором.

«Подчаший», – с удивлением осознала Тея. Она не задумывалась, что в зале может быть человек, который первым пробует его блюда и напитки. Она совершила ошибку.

– Конечно, ваше величество.

– Когда?

– Когда вино подали, ваша светлость.

Сердце Теи замерло. Судьба, которая сейчас ее настигнет, – совсем не та, что высечена на камне, но последствие ее безрассудства.

– Попробуй еще раз, – велел он твердым голосом.

– Сэр?

Подчаший моргнул и посмотрел на правителя широко раскрытыми глазами.

– Попробуй еще раз.

Тея напряглась, наблюдая, как подчаший потянулся к графину дрожащими руками.

– Из моего кубка, – приказал король.

Побледнев, подчаший наклонился, чтобы поднять кубок. Все взгляды были прикованы к нему, пока он наливал в кубок густую жидкость гранатового цвета. Его губы читали молитву. Он посмотрел на короля в последний раз.

Король Артос спокойно ждал.

Подчаший глубоко вздохнул, закрыл глаза и поднес кубок к губам. Он сделал большой глоток, как ему и велели.

Весь зал замер в изумлении и, позабыв о Тее, наблюдал за импровизированной сценой. Ее руки все еще пульсировали под хваткой стражников.

Подчаший опустил кубок, его плечи с облегчением опустились.

Безмолвный крик застрял в горле Теи, ее сердце сжалось – она поняла, что совершила ужасную ошибку, обрекла себя на...

Вдруг подчаший слегка закашлялся, в непонимании нахмурился и смущенно прикрыл рот рукой.

Тея не смела двинуться.

– Прошу прошения, мой король...

Он снова закашлял, издавая отрывистый скрипучий звук. Его повело, глаза вдруг покраснели.

Подчаший пошатнулся и схватился за скатерть. Он задыхался, в уголках распухшего рта выступила пена.

Его вырвало кровью, и он рухнул лицом на королевский стол.

К королю бросились еще несколько стражников и окружили его, другие оттащили подчашего от стола. Взглянув на него, они отшатнулись.

Его приоткрытые губы посинели.

Он был мертв.

Глава 11

На зал, точно слой пыли, опустилась тишина.

– Заприте двери! – крикнул кто-то. – Убийца все еще может быть среди нас!

Несколько стражников и слуг принялись исполнять приказ, личные стражи каждого правителя окружили своего хозяина.

Тея стояла все так же смирно, ее взгляд был прикован к королю Артосу, который, раскрыв рот в изумлении, смотрел на своего подчашего.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он взглянул на мужчин, державших Тею.

– Отпустить ее, – приказал он хриплым голосом.

Как только они ослабили хватку, Тея вырвалась из их тисков и поморщилась, потирая покрытые синяками руки.

– Как ты поняла? – спросил король Артос.

– Вы сказали, что вино пахло сиренью, ваша светлость. Затем я учуяла нечто похожее на пепел... Такое сочетание ароматов меня насторожило, потому что я знаю, что существует одна смесь, которая может оказать неблагоприятное воздействие. Рядом с вашим графином я увидела следы синего порошка... Я уже видела его прежде, сэр.

– Что это?

– Измельченная наарванская белладонна, ваше величество. С добавлением смертоносной смеси из сирени и вдовьего пепла.

– Откуда ты знаешь о таком яде?

Тея проглотила стоящий в горле ком:

– Алхимия – обширная и многогранная наука, сэр.

Тея умолчала о том, что странные травы и бурлящие зелья мало ее интересовали. Яды – вот что всегда ее привлекало.

Король кивнул. Волнение все еще ярко читалось в его глазах.

В зале царило напряжение, стражники контролировали все выходы и стояли вдоль столов. Хоторн наблюдал за происходящим со своего места у дальней стены с непроницаемым выражением лица.

Мысли Теи путались, и она осмелилась сделать шаг к королю Артосу, оглядывая устроенный подчашим беспорядок.

Стражник попытался ее остановить, но король поднял руку. Тогда Тея поняла, какая возможность ей предоставляется.

И вот она свободно продвигалась вдоль стола, внимательно изучая гостей. Одни смотрели на нее в ответ, не догадываясь о ее намерениях, другие бросали дерзкие или оскорбленные взгляды, а кто-то ерзал на своих стульях – они не замешаны в отравлении, но на уме у них были другие злодеяния.

Подойдя к концу стола, Тея замедлилась, наслаждаясь силой, которую ощущала.

– Один факт о наарванской белладонне, ваше величество, – произнесла она. – Она окрашивает кожу...

Король приоткрыл рот в удивлении.

Тея остановилась напротив одетого с иголочки мужчины, волосы которого были зачесаны назад с помощью масла, туника украшена золотой нитью. А на кончиках его пальцев виднелись едва заметные следы синего цвета.

– Это он, – заявила Тея.

Несколько человек громко ахнули.

Влиятельный человек, о котором шла речь, побледнел, но выдавил из себя смешок.

– Это всего лишь чернильные пятна, девчонка.

– Весьма необычно, что человек вашего положения, настолько высокого, чтобы сидеть за королевским столом, ведет документацию самостоятельно. У такого влиятельного человека, как вы, конечно же, есть писец?

В ответ тишина.

– И, конечно же, будь это чернильные пятна, вы бы обязательно хорошенько отмыли руки перед тем, как сесть за стол к королю? – настойчиво спросила Тея.

Мужчина вскочил с места, отчего его стул с грохотом отлетел назад. Он вскочил из-за стола и, уворачиваясь от рук стражников, бросился к выходу, который Тея не видела.

Девушка ринулась за ним, полная решимости не дать убийце сбежать.

Что-то просвистело в воздухе. Копье. Оно прилетело в преступника, пронзило его плащ и пригвоздило мужчину к помосту.

Стражники бросились к нему, копье все еще покачивалось от силы, с которой его метнули. Тея пыталась проследить, откуда оно прилетело, но в ней уже закралась догадка. Уайлдер Хоторн стоял, прислонившись к колонне, с видом, будто не пошевелил и пальцем. Восторженные лица знати и меткость говорили сами за себя.

Хоторн задержал отравителя короля.

Чтобы вытащить копье, потребовалось пять человек.

Аристократ протестовал, выкрикивая проклятия в адрес Теи и вырываясь из хватки стражников. Наконец, взглянув на короля, он замолчал.

Тея указала на его руки.

– Видите синие пятна, господин? Под ногтями. Это следы наарванской белладонны. Именно этот человек пытался лишить вас жизни, именно он отнял жизнь вашего подчашего.

Король перевел взгляд с пятен на коже мужчины на его широко раскрытые глаза.

– Что ж, Аэмунд... Выбирай.

– Ваше величество, прошу вас...

– Смерть, – продолжил он. – Либо Алая Башня.

Все внутри Теи свернулось в тугой узел. Она слышала лишь слухи об Алой Башне – тюрьме, расположенной недалеко от Завесы, южнее земель, которые раньше занимало королевство Наарва. И уже от этих слухов кровь в ее жилах стыла. Туда отправляли худших: тех, кто совершил непростительные преступления; тех, что заслуживал худшего наказания, чем казнь; и тех, кто вершил заговоры против законных правителей. Всех загоняли на хлипкую лодку, которая везла их мимо Расколотых островов, Наарвы, к крошечному клочку земли – в самое худшее место во всех Срединных Королевствах.

– Ваше величество, нет, я...

Король пристально на него смотрел.

– Смерть или Алая Башня. Выбирай.

Однажды Тея увидела рисунок этого места: одинокую каменную башню на необитаемом острове.

– Смерть, – выдавил Аэмунд. – Я выбираю смерть.

Король Артос еще пару мгновений изучал мужчину, задерживая взгляд на синих пятнах, покрывших его пальцы. Затем провернулся к стражникам.

– Отведите его в темницу. Допросите. Нужно узнать, с кем он сотрудничает. Затем отправить его в Алую Башню.

– Нет! – завизжал мужчина. – Ваше величество, молю вас...

– Умолять поздно, Аэмунд.

На этих словах стражники потащили его прочь.

Взгляд короля Артоса вернулся к Тее.

– Я в большом долгу перед тобой, – произнес он.

Руки Теи задрожали, кровь в венах застыла.

– Для меня большая честь служить вам, ваше величество.

Однако король недовольно покачал головой.

– Обычно за такой поступок я дарую земли и рыцарское звание, – заговорил он, подходя к ней; с каждым шагом голос его становился все громче. – Но я понимаю, что для такой женщины, как ты, богатство не имеет значения.

– Мне не нужно вознаграждение, сэр, – настаивала Тея, клянясь. – Я лишь хотела бы попросить прощения за суету, поднявшуюся из-за моих действий.

Король внимательно посмотрел на Тею, перевел взгляд на остальных правителей и затем снова вернул его к ней.

– Я хочу пересмотреть твое прошение, Алтея Золтейр.

Тея замерла. «В смысле?»

– Похоже, я был слишком поспешен в своем решении. – Он повернулся к остальным королям и королеве. – Алтея хочет, чтобы в Тезмарре ее приняли в отряд щитоносцев. С вашего благословения, я бы хотел удовлетворить ее прошение.

Впервые после того, как Тея метнула нож, по залу разнесся гул голосов. Помещение наполнилось сотнями приглушенных голосов, которые словно забирались ей под кожу, а взгляды впивались в ее спину. Но Тея не двигалась, она не смела надеяться.

– Ты не можешь решать в одиночку, – заявил король Лейко, кладя руку на рукоять своего меча.

– Ты, безусловно, прав, – согласился король Артос. – Поэтому я и обращаюсь к вам, друзья. Мастер Гильдии, а теперь и я, король Харента, поддерживаем эту девушку во вступлении в ряды щитоносцев Тезмарра. Что вы скажете?

Король Лейко прочистил горло.

– Но же ты говорил еще недавно? О стабильности Тезмарра и его целях?

– Введенный двадцать лет назад закон запрещает женщинам владеть оружием, но если бы не владеющая оружием женщина, я бы сегодня лишился жизни, – разнесся голос короля Артоса по всему залу. – Если бы не эта женщина, королевство Харент потеряло бы правителя. Заговорщики заполучили бы власть, и огромная территория погрязла бы в хаосе и войне. Я убежден, эта девушка – исключение из закона, принятого в прошлом. Мужество и мастерство, которые проявила Алтея, спасая мою жизнь, – несомненное тому доказательство.

– Я не отрицаю храбрости этой девчонки...

«Девчонка. Девчонка». Слова отдавались в голове Теи постоянной головной болью, но она молчала.

– Однако, – продолжал король Лейко. – Ты не можешь поручиться за нее в одиночку. Это будет означать, что у тебя есть личные интересы в Тезмарре. А Тезмарр всегда был и будет независимым от Срединных Королевств.

Тея наблюдала, как в очередной раз говорят о ней, а не с ней. В очередной раз мужчины решали ее будущее. Она комкала рукав своей рубашки и вспомнила о ее хозяине... Боевой Меч стоял все там же – у двери в дальнем конце зала. Его рука лежала на рукояти ее кинжала, он наблюдал за происходящим, а на его суровом лице не было ни единой эмоции.

– Ты считаешь, что наградить женщину, которая спасла мне жизнь, – неразумно? – возразил Артос.

– Только если это не затронет интересы Тезмарра, – отрезал король Лейко.

Следом заговорила Рейна, королева Авеума. Она грациозно поднялась с кресла и повернулась к обоим правителям.

– Я поддерживаю короля Артоса. Девушка доказала, что достойна этого. Она станет достойным пополнением к новобранцам Гильдии.

Сердце Теи разрывалось от переполнявших ее чувств. Она едва осмеливалась перевести взгляд с одного правителя на другого. Тея была уверена, что услышанное – это плод ее отчаявшегося воображения.

– Поддерживаю, – раздался тихий голос ее мужа, короля Элкана.

Король Лейко, правитель Твера, взглянул на Тею. Пауза, казалось, длилась вечность, прежде чем он вновь заговорил:

– Да будет так.

Король Артос повернулся к Тее и лучезарно улыбнулся.

– Поздравляю, Алтея Золтейр! Ты только что стала новым щитоносцем Тезмарра.

Ноги Теи так подкосились, что ей пришлось опереться на спинку стула.

– Теперь ты обладаешь всеми правами щитоносца. Ты можешь тренироваться, носить оружие и попробовать пройти испытание на посвящение в стражи Срединных Королевств через три месяца.

Он начал медленно хлопать, и вскоре все многочисленные гости поднялись и зааплодировали ей. По жесту короля подали свежее вино и вышли новые подчашие. Убедившись, что напиток безопасен, король Артос поднял свой кубок за Тею. Сама она не заметила, как в ее руке тоже оказался кубок.

– За Алтею Золтейр! – провозгласил король.

Алтея не смогла сдержать расплывшейся по лицу улыбки. Никогда за свои двадцать четыре года она не могла и представить, что ее имя будет эхом раздаваться по королевскому залу. По ее телу разлилось тепло, сердце гулко билось. Ей хотелось, чтобы Рен и подруги оказались рядом и увидели это.

«Алтея-Девять-Жизней», – мысленно рассмеялась она, поднося кубок к губам.

Не успело вкуснейшее вино коснуться языка, как ей на плечо легла тяжелая рука. Сквозь ткань рубашки она ощутила тепло нежной, но при этом твердой хватки.

– Что ж, щитоносец, – прогрохотал около ее уха знакомый низкий голос. – Нам пора возвращаться в крепость.

– Сейчас? – Тея обернулась к Боевому Мечу. – Кажется, ты говорил, что мы переночуем в Хейлфорде.

– Это было до того.

– До того, как я стала щитоносцем Тезмарра? – усмехнулась Тея.

На лице Хоторна дрогнул мускул.

– Уайлдер! – поприветствовал Боевого Меча король Артос. – Прошу, присоединяйся к нам.

К удивлению Теи, Хоторн покачал головой.

– Благодарю, сэр. Но долг призывает нас вернуться в Тезмарр.

Если король и был удивлен, он этого не показал. Он лишь снова поднял кубок, на этот раз в честь Хоторна.

– Для нас большая честь принимать тебя, Боевой Меч, пусть и ненадолго. И благодарю тебя за участие в поимке убийцы.

Хоторн поклонился и направился к дверям.

– Благодарю вас, ваши величества, – выпалила Тея, низко поклонилась и последовала за воином.

Когда они вышли из зала, Тея обратилась к Хоторну:

– «Если король пригласил тебя сесть за его стол, значит, ты сядешь». Кажется, это твои слова.

Хоторн продолжал идти.

– Я говорил это тебе. Однако я не подчиняюсь ни одному королю.

Очевидное высокомерие в его голосе заставило кровь в ее жилах побежать в два раза быстрее. Но она разжала кулаки и поклялась, что однажды сможет сказать так же.

И лишь на одно мимолетное мгновение она представила себя с собственными парными мечами из наарванской стали.

* * *

Королевские конюшни были идеально чистыми и в десять раз больше тезмаррских. В здании кипела жизнь: конюхи занимались лошадьми, а слуги чистили сбруи. Пахло сладким сеном, навозом и кожей.

– У тебя десять минут, – заявил Хоторн. – Собирайся.

– Мы будем ехать ночью?

– Боишься темноты, алхимик?

Глаза Теи сузились.

– Теперь я щитоносец. И нет. Я ничего не боюсь.

– Тогда ты еще глупее, чем я думал.

– Я не глупая.

– Да? – Хоторн резко повернулся к ней. – Такого безрассудного поведения я не видел никогда в жизни. В твоей тугой голове есть хоть какое-то подобие мозга?

– Я...

– Этот вопрос риторический, – отрезал он, маска равнодушия слетела с его лица. – Ты метнула нож в короля Харента. Чтобы ты делала, если бы ошиблась насчет яда?

– Но я не ошиблась.

– Ты не была уверена. Я видел по твоему лицу.

– Сегодня я спасла королю жизнь!

– И бездумно рисковала своей.

– Я спасла правителя Срединных Королевств! Разве это не твоя работа? – закричала она. – Я защитила одного из последних живущих обладателей магии. Разве ты не чувствовал, насколько он силен? Представь, что было бы, если бы он умер. Мы бы потеряли еще одного правителя этого королевства, а вместе с ним и его магию!

Хоторн замялся:

– Ты ее чувствовала?

Ярость ослепляла Тею.

– Конечно, я ее чувствовала. Да, для тебя я лишь алхимик, но я не идиотка. Их магия витала по тронному залу! А что касается моей жизни, с чего она вдруг тебя так волнует?

Хоторн на мгновение задумался, а затем снова напал на нее.

– Клянусь богами, она меня не волнует. – Глубокий голос стал громче, в свете зажженных факелов его глаза казались еще ярче. – Больше всего на свете я хочу избавиться от тебя. Ты – опасность и для себя, и для всех остальных.

В венах Теи заискрился знакомый гнев.

– Тогда почему ты здесь?

– Выполняю приказ, – выплюнул он. – И ты это знаешь. Меня приставили к тебе. Я об этом не просил. И определенно этого не хотел, но я вынужден нести за тебя ответственность. Надеюсь, это больше не повторится.

– В этом мы сходимся.

– Наконец мы согласны хоть в чем-то, – ярость сквозила в каждом его слове.

Хоторн покачал головой и направился в конюшню.

Однако Тея еще не закончила. Она бросилась за ним.

– Полагаю, ты слышал, что король Артос позволил мне тренироваться и носить оружие. Я хочу свой кинжал обратно.

– Боги, ты, видно, смерти ищешь, – проворчал Хоторн, не веря своим ушам.

– Он мой, – возразила Тея. – Я хочу, чтобы ты его вернул.

– А я хочу лежать в горячей ванне и есть виноград из рук обнаженной красавицы, – огрызнулся он. – Увы, мы не всегда получаем желаемое.

Тея, не задумываясь, замахнулась рукой.

Однако ее кулак накрыла его ладонь. Тея не успела осознать, как одним молниеносным движением Боевой Меч развернул ее, заломил обе руки за спину и прижал к стене. Ее лица и вздымавшейся под тонкой рубашкой груди коснулся холод камня.

Хоторн ее не отпускал. Он прижал ее сильнее к стене, его грудь касалась ее спины, а голос горячо прошептал прямо в ухо:

– Чтобы уложить меня, нужно сильно постараться, – прорычал он.

Тея не могла сдвинуться ни на сантиметр, не могла пошевелиться. Хоторн обладал невероятной силой. Он поймал ее, словно ему это ничего не стоило, и казалось, что мог удерживать ее так одним пальцем.

Он наконец отпустил девушку и ушел к своему жеребцу, а ее волнами накрыло возмущение.

Тея годами втайне тренировалась, следила за неблагодарными новобранцами, вопреки правилам прятала свое оружие и мечтала о дне, когда сможет владеть им свободно, и вот наконец она добилась того, чего всегда хотела. А теперь этот ублюдок с переменчивым настроением пытался лишить ее победы.

– Пять минут, – резко крикнул он из одного из стойл.

Стиснув зубы, Тея нашла свою кобылу и быстро ее оседлала. Она не сомневалась, что, не будь она готова вовремя, грубый воин с радостью оставит ее здесь, забыв о своей так называемой ответственности.

Когда они покинули королевские конюшни, луна высоко висела на черном небосводе. Тея все еще слышала, как люди в замке продолжают праздновать, но, когда они миновали ворота, по ее телу пробежала ледяная дрожь. Из-за ее действий сегодня ночью погиб невинный подчаший, а еще одного человека приговорили к заключению в Алой Башне. Она не задумывалась об этом, пока ритмичный топот копыт ее лошади не убаюкал ее, погрузив в размышления. Возможно, прямо сейчас она проезжала над подземельями, где тот человек сидел в цепях и ожидал участи худшей, чем смерть.

Она говорила себе: «Если бы подчаший выполнял свою работу качественно, он бы все равно умер. А второй... Он совершил предательство высшего уровня. И заслужил такой судьбы». И все же ей было горько.

Несмотря на все их гневные слова, Тея повернулась в седле и обратилась к Боевому Мечу:

– Что ты знаешь об Алой Башне?

Хоторн смотрел вперед:

– Достаточно.

– То есть?

– Достаточно, чтобы в случае чего тоже выбрать смерть.

Он бросил на нее свирепый взгляд, заставляя замолчать, и она напряглась. Это был уже не тот мужчина, который дал ей свою рубашку. Воин, ехавший рядом с ней, был суров, неумолим и жесток. Она вновь задумалась о том, что же он видел и что успел совершить за годы службы.

К ее удивлению, он скоро заговорил:

– Первый урок воина Тезмарра – знай, что все твои действия имеют последствия. Одни – больше, другие – меньше. И ты будешь помнить об этих последствиях до конца жизни. Понимаешь?

Тея вспомнила, как ее щеку оцарапала стрела. Как в Кровавых лесах Хоторн крутил в пальцах ее кинжал. Как Одра защищала ее перед Мастером Гильдии и как сначала испугалась ее сестра, узнав, что Тея собирается обратиться с прошением к королю. Она вспомнила дрожащие руки, посиневшие губы подчашего и, наконец, предателя из окружения короля... Тея задумалась о настоящем: прямо сейчас она ехала рядом с Боевым Мечом, ее ждала новая жизнь и тренировки щитоносца. Ее действия привели ко всем этим событиям.

– Понимаю, – тихо ответила она, осмеливаясь задуматься, куда они поведут ее дальше.

Путники молча ехали по крутому, вымощенному булыжником спуску от дворца к самому городу. К ночи на улицах Хейлфорда царили пьянство и разврат, и Тее стало интересно, что происходит в некоторых шумных тавернах и в украшенных шелками увеселительных домах. Но смех и мерцающие огни свечей остались позади, и гости покинули черту столицы, встречаясь с вездесущей тьмой.

* * *

Тея не знала, как долго они ехали, но луна была все еще высоко, и мириады звезд усыпали ночную небесную гладь. В животе ее заурчало от голода. На пиру она едва успела что-либо съесть, как поднялся хаос. А когда она ела до этого?.. Она понятия не имела. На мгновение перед глазами у нее поплыло, и Тея выпрямилась в седле, ее силы заканчивались, мышцы ослабли.

Последние дни были долгими и эмоциональными, поэтому неудивительно, что она решила, будто приступы голода – это мелочь. Как бы то ни было, в Харенте она достигла своей цели. Она возвращалась в Тезмарр не жалким подобием алхимика, а щитоносцем Гильдии.

Алтея-Девять-Жизней приблизилась на шаг к тому, чтобы стать легендой.

Это было последнее, о чем она подумала, прежде чем ее голова упала на грудь, а сама Тея соскользнула с седла.

Глава 12

Очнувшись, Тея ощутила, что спиной упирается в крепкие мышцы, а ее талию придерживает на удивление нежная рука, обхватив пальцами изгиб бедра. Несмотря на прохладу ночи, ее окутывало тепло, такое успокаивающее и надежное. Инстинктивно она прижалась к его источнику, наслаждаясь теплом, прикосновениями и тонким ароматом розового дерева и кожи. Рука, обнимавшая ее за талию, напряглась, и Тея замерла.

Голова девушки пульсировала. Она распахнула глаза и взглянула на звезды, которые сливались в одну яркую полосу. Постепенно зрение стало более четким, и благодаря лунному свету Тея начала понимать, где она. Также она осознала, что сидит в одном седле с Боевым Мечом.

Все еще ощущая слабость, Тея потянулась ладонью к виску, но пальцы Хоторна остановили ее, обхватив руку и опустив обратно.

– Кровь только остановилась, – проворчал он. – Не трогай.

Его дыхание обожгло ей затылок. Он был близко, слишком близко, его тело прижималось к ее. Она пошевелилась, и его рука слегка коснулась нижней части ее груди, от этого прикосновения Тея ощутила легкий импульс желания. Она сдержала порыв прижаться к Хоторну и заставила себя глубоко вздохнуть. Очевидно, она сильно ударилась головой. Иначе почему ее бедра непроизвольно раздвинулись? Почему пальцы заныли от желания прикоснуться к нему?

– Что случилось? – Она старалась звучать спокойно.

Тея посмотрела на свою кобылу, которая шла рядом с ними, ее поводья были привязаны к рожку на седле Хоторна.

Он вложил в ее слабую руку флягу:

– Выпей.

Все еще в растерянности, Тея подчинилась. Вкус холодной воды на распухшем языке казался божественным.

– Ты потеряла сознание. Судя по звуку, ударилась довольно сильно.

Ее голова гудела.

– По ощущениям, так и есть.

Ей почудилось или его руки прижали ее к себе крепче? Она проглотила подступивший к горлу ком, пытаясь отвлечься от того, как его грудь прижимается к ней, а внутренняя часть мускулистых бедер обхватывает ее.

Тея вспомнила их недавнюю перепалку, и щеки залил румянец. Они кричали друг на друга, она попыталась ударить его... А теперь?

– Я могу поехать на своей лошади.

Она потянулась к поводьям.

– Судя по недавним событиям – нет, – ответил Хоторн, от его глубокого голоса ее кожа покрылась мурашками.

– Я в порядке.

– Здесь неподалеку есть неплохое место для лагеря. Дотуда едешь со мной.

– Но...

– Ты не в состоянии ехать сама, если теряешь сознание в седле.

Тея стиснула зубы. Боги, ее это злило, но он был прав.

– Полагаю, мое падение лишний раз подтверждает твое мнение, что я не гожусь в воины и не смогу им стать.

– Я никогда этого не говорил. Ни разу.

– Ты говорил...

– Несколько вещей, – оборвал он ее. – Все слова – правда, но они о другом. Если уж на то пошло, благодаря твоей невероятной тупости и желанию самоутвердиться...

Она выпрямилась, готовая взорваться.

– Ты идеально вольешься в компанию этих идиотов.

Тея охнула.

В мелких зарослях неподалеку что-то зашуршало. Различить очертания местности было трудно. До того, как Тея упала, они находились неизвестно где, перед ними были лишь поросшие травой равнины.

– Ты тоже слышала... – прошептал Хоторн.

– Что это было?

– Пока не знаю. Но как только мы разобьем лагерь, я выясню.

К тому моменту, как Хоторн остановил своего жеребца, голова Теи начала кружиться. И настолько сильно, что, когда Боевой Меч спустился на землю и потянулся к ней, она не стала возражать, позволяя его большим рукам обхватить ее талию и помочь слезть. Не говоря ни слова, он усадил ее на вальтрап и подал воды.

Спорить с Боевым Мечом было бесполезно, Тея и не пыталась. Она не могла понять, на кого он больше зол – на нее или на себя. Он молча привел в порядок лошадей и развел небольшой костер. Затем дал девушке немного сушеного мяса, и, поев, она почувствовала себя лучше.

Тея решила, что воин придумывал себе задания, чтобы избегать ее. Возможно, она довела его до крайней точки.

«Больше всего на свете я хочу избавиться от тебя», – кричал он ранее.

«Что ж, он почти получил то, чего так хотел», – подумала она, продолжая жевать мясо.

Должно быть, Тея задремала, потому как проснулась оттого, что кто-то осторожно тряс ее за плечи.

Она вздрогнула, в голове вновь запульсировала боль.

– Что?

Быстро моргая, она проследила за устремленным вдаль взглядом Боевого Меча.

Сквозь траву на них уставилась пара светящихся желтых глаз. Монстр?

Хоторн встал между ней и чудовищем и вытащил из-за пояса ее кинжал.

– Заметила, что у нас компания? – пробормотал он, грациозно двигаясь – легко и бесшумно, точно тень.

– Да, – выдавила из себя Тея, вглядываясь в темноту.

Готовясь к нападению, Хоторн, прирожденный хищник, пригнулся.

– Он преследовал нас с тех пор, как мы покинули Кровавые леса, – прошептал мужчина. – Странно, однако он, видимо, ждал нашего возвращения. Еще более странно, что одинокий волк оказался в этих краях...

Тея нахмурилась и наклонилась вперед, ее рука потянулась к руке Хоторна, принуждая опустить оружие.

– Это не волк.

– В смысле? – спросил он, посмотрев на их руки.

– Это не волк, – повторила она, ей не хотелось позволить ему приблизиться к созданию с кинжалом. – Это Дакс, пес Малика, бывшего Боевого Меча.

Хоторн напрягся всем телом. Казалось, он вглядывался в ночную тьму еще пристальнее. В итоге мужчина тяжело вздохнул.

– Ты знаешь... – Он замолчал.

– Дакса? Малика? Невозможно знать одного из них и не знать другого.

– Откуда ты их знаешь?

Убедившись, что воин не собирается нападать на Дакса, Тея вновь прислонилась спиной к валуну.

– Малик мой друг.

Услышав имя хозяина, долговязая дворняга подбежала к ним. Пес сел рядом с ней, и она поморщила нос.

– Ты пахнешь отвратительно, – обратилась она к нему.

Хоторн изумленно наблюдал за ними.

– Твой друг? – с недоверием переспросил он.

Он выглядел более напряженным, чем обычно.

Тея с вызовом вздернула подбородок.

– Да.

– И как же простому алхимику удалось подружиться с Боевым Мечом Тезмарра? Как ты с ним познакомилась?

Его внезапный интерес вызвал рой мурашек на ее коже, Тея зарылась пальцами в шерсть Дакса.

– А что? – поинтересовалась она. – Зачем тебе это знать?

– Такое, очевидно, случается нечасто. – Он многозначительно посмотрел на пса.

– Пожалуй, – вынужденно призналась она.

– И все же – как тебе удалось подружиться с Маликом? – Голос Хоторна звучал иначе, мягче, будто его интерес был искренним, будто ему было действительно не все равно.

Тея не понимала, почему этот вопрос так его волновал, почему из всех возможных тем, казалось, именно эта стала причиной едва заметных изменений в его поведении. Но таким Боевой Меч нравился ей куда больше, чем тот ворчащий и нетерпеливый воин, сопровождавший ее в пути.

– Полагаю, постепенно, – ответила она, ощущая, как головная боль утихает. – Я увидела Малика, как только его привезли в лазарет. На Тропе скорбящих я нашла тот самый кинжал и, веришь или нет, пошла вернуть его.

Тея взглянула на кинжал, который теперь висел в ножнах на поясе Хоторна.

– Я не знала, кто он. Тогда было более трех Боевых Мечей...

Она давно не вспоминала о тех временах.

– Раньше нас было больше. Но с годами многое изменилось. Одни отказались от своих тотемов и от наарванской стали ради более спокойной жизни, другие ушли в отставку ради почетных должностей при королевских дворах... Многие покинули Срединные Королевства единственным для них способом.

– Ты имеешь в виду – в бою?

Хоторн кивнул:

– Величие в смерти – вот что в нас закладывают задолго до того, как допускают к Великому Обряду. Но мы говорили о Малике, алхимик.

Тея задумалась. Она решила, что если Боевой Меч отвечает на ее вопросы, то тоже имел право на ответы.

– Он не захотел забирать кинжал. Ну, когда я принесла его в лазарет. Малик не хотел его обратно.

– Он говорил с тобой?

– Ну да... Но не об этом.

– Что он сказал?

Тея закусила внутреннюю сторону щеки, подбирая слова.

– Он получил серьезную травму головы. То, что он сказал, не имело смысла.

– Все равно скажи.

– Он сказал: «Остерегайся гнева терпеливой дельмирки»... Это что-то значит?

Губы Хоторна приоткрылись, он нахмурился.

– Не знаю. – Голос его звучал отстраненно. – После этого он больше не разговаривал?

Тея покачала головой:

– Он доносил свои мысли без слов. Когда я попыталась вернуть ему кинжал, он оттолкнул его ко мне. Хотел, чтобы я сохранила его. Он словно...

– Словно?

– Словно он увидел меня. Не просто девчонку, которая изучает алхимию, а... настоящую меня. Или ту, кем я хотела стать. – Тея засмеялась. – Звучит глупо, да?

– Нет, – твердо сказал Хоторн. – Не глупо.

Тея улыбнулась:

– С тех пор... не знаю... Когда он поправился, я часто встречала его. Он всегда был таким одиноким. Думаю, я тоже чувствовала себя одинокой. Мы оба не могли быть теми, кем хотели. Вскоре он нашел меня в библиотеке. Он... Ему было плохо. Его ранение и сейчас дает о себе знать. Иногда ему очень тяжело от масштабов того, что происходит вокруг, иногда он не может что-то вспомнить. Кажется, Малику лучше, когда я ему читаю, поэтому с тех пор я это делаю.

Хоторн молчал. Тея видела, как мускул на его челюсти напрягся, а руки нервно подергивались.

– Ты читаешь ему? – наконец спросил он.

– Да. А что такое? Ему нравится слушать.

– Ничего.

Все еще хмурясь, Тея продолжила:

– Я думала о том, была ли у него когда-нибудь жена или семья. Может, кто-то читал ему раньше.

– Боевые Мечи не женятся. Это одна из клятв, которые мы даем во время Великого Обряда.

Тея понимающе охнула.

На мгновение Хоторн заколебался, а затем снова заговорил:

– Ему повезло, что у него есть ты, – тихо произнес он.

Не ожидав услышать такие слова, Тея удивленно посмотрела на него. Боевой Меч был соткан из противоречий. Он сидел неподвижно, стиснув зубы, но его серебристые глаза... их переполняла печаль.

Любопытство взяло над ней верх, и она спросила:

– Откуда ты знаешь Малика?

– Все Боевые Мечи знакомы друг с другом.

– Значит, ты можешь рассказать мне о каждом из них? Можно начать с того, который тебя обучал.

Резкие черты его лица на мгновение смягчила улыбка.

– Неплохая попытка, алхимик.

У Теи вырвался тихий смешок:

– Ты не можешь винить девушку за старания.

– Полагаю, ты права. – Хоторн потянулся к огню и подбросил в него веток. – Тебе нужно немного отдохнуть.

На этот раз Тея поступила так, как велел Боевой Меч.

Уайлдер Хоторн

Уайлдер грел руки о языки огня, в то время как алхимик спала, а пес его брата стоял на страже рядом с ней.

Он сразу же узнал кинжал Малика и ни на секунду не поверил, что это подарок. Боевые Мечи не дарили свое оружие никому, Малик – тем более, но... возможно, с тех пор все изменилось.

Уайлдер встретился с желтыми глазами Дакса. Дворняга появилась вскоре после возвращения Малика в Тезмарр и практически не отходила от него. Она была рядом с хозяином, пока тот учился заново ходить и есть. Казалось, пес сильно привязался к его брату и не отлучался от него. Поэтому Уайлдер не ожидал встретить его в землях Харента и не узнал его. В течение многих лет зверь не покидал крепость, и вот... Он здесь, рядом с алхимиком, и, очевидно, предан ей так же, как и его брату.

– Кто она? – тихо спросил Уайлдер.

Теперь он не сомневался, что если Дакс здесь, то она – особенная.

«Друг», – заявила она.

Уайлдер потер переносицу и сделал глоток из фляги, обжигающая жидкость согревала горло. С течением лет друзья Малика бросили его, они не смогли признать в нем человека, которым он однажды был: подобной им легендой, одним из лучших, которого, по их мнению, настигла участь ужаснее, чем смерть. Хуже всех поступил Талемир Старлинг – он оставил Малика в самый неподходящий момент, а Уайлдеру пришлось справляться с последствиями и собирать все по частям.

С тех пор у Малика больше не было друзей. И все же алхимик заявила, что он ее друг. Она говорила так яростно, уверенно, сжимала кулаки, будто собираясь броситься на его защиту.

Рука Уайлдера потянулась к кинжалу. Он думал, что оружие утеряно в битве, едва не унесшей жизнь его брата, что его затоптали в кровавых болотистых землях Наарвы. Он вытащил его из ножен и провел пальцем по его плоской части. На ней в мерцающем свете костра можно было прочесть выгравированные на древнем языке Фурий слова.

Величие в смерти, легенда – бессмертна.

Малик был известен тем, что шептал эти слова, убивая своих врагов.

Откуда-то свысока донесся тихий крик, и Уайлдер поднял глаза в небо. В лунном свете он увидел знакомого ястреба, кружащего над ними. Создание спикировало вниз, грациозно приземлилось и протянуло лапу, к которой был привязан маленький свиток.

– Терренс, – поприветствовал его Уайлдер и протянул пальцы к пергаменту, надеясь, что ястреб не раздерет их в кровь. – Давно не виделись...

Терренс взъерошил перья и настороженно посмотрел на Дакса.

– Он не настолько глуп, чтобы думать, что ты – его ужин. – Уайлдер приподнял бровь, глядя на ястреба.

Терренс продолжил сверлить пса взглядом.

Уайлдер быстро развязал свиток и, узнав беспорядочные каракули, полностью погрузился в текст. За долгие годы, проведенные вдали от Тезмарра за охотой на монстров по всем королевствам, он обзавелся источниками, которые докладывали ему о происходящем. Чаще всего ему писали из павшего королевства Наарва – там, втайне от многих, осталось небольшое количество выживших.

– О чем же хочешь рассказать, Дратос?.. – прошептал Уайлдер, разбирая слова в свете костра.

* * *

* * *

Уайлдер тяжело вздохнул. Он дал Терренсу остатки мяса и торопливо нацарапал ответ на обратной стороне пергамента, сообщая о своих недавних находках. Он не сомневался – дела шли всё хуже, с каждым днем тьма все более сгущалась, и как бы он ни хотел этого признавать, но Одра была права. Тезмарр и, следовательно, Срединные Королевства были ослаблены.

Уайлдер привязал свиток к лапе ястреба. Он удивлялся, как этому созданию удавалось его находить, ведь где он только ни оказывался по долгу службы. Хоторн надеялся, что увидит это темпераментное существо не скоро, потому что отсутствие новостей – хорошая новость.

– Дратосу, – обратился он к птице.

Терренс издал обиженный звук, будто и без Хоторна прекрасно знал, кто адресат.

– Тогда лети, – произнес он с ноткой веселья в голосе.

Ястреб взмыл в небо и скрылся в ночи.

Уайлдер отгонял мысли о тех, кто мог быть рядом с Дратосом, когда птица вернется в Наарву. Он давно оборвал эти связи.

Тогда он задумался об алхимике, что спала по ту сторону от костра. Во сне она обняла Дакса, который даже не вздрогнул. Еще одна странность. Хотя пес был всегда дружелюбен с Маликом и, следовательно, с Уайлдером, в крепости он не отличался нежностью. Большинство тезмаррцев по возможности избегали Дакса, так как знали – он не любит, когда к нему прикасаются. Поэтому его снисходительность и стремление защитить девушку вызывали у Уайлдера вопросы.

Уайлдер вновь посмотрел на Дакса.

– Вы с Маликом и ваши секреты...

Языки огня освещали длинные темные ресницы, кончики которых щекотали верхнюю часть розовых щек. Ее губы были слегка приоткрыты, а хрупкое тело вздымалось и опускалось с каждым ровным вздохом. Прядки бронзово-золотых волос выбились из косы и обрамляли ее лицо. Он осознал, что она была красива. Да, выводила его из себя, но как же она красива. Эта красота была редкой в своей силе и ярости. Уайлдер заметил, что даже во сне ее покрытые шрамами руки сжимались в кулаки, будто в желании схватить клинок, и поймал себя на том, что улыбается.

Сделав еще один глоток из фляги, Хоторн наклонился и подбросил в огонь веток. На мгновение он замер, а затем укрыл девушку пледом.

– Я начинаю думать, что ты не такая простая, какой кажешься, алхимик, – тихонько произнес он.

Глава 13

Когда рассветные лучи окрасили горизонт, Тея проснулась. Она обнаружила Боевого Меча, ожидавшего ее пробуждения с колчаном в руках.

– Сегодня я научу тебя охотиться, – заявил он.

Тея не спрашивала, что сподвигло его, она просто ухватилась за эту возможность, зная, что другой может не быть. Она не думала о том, что из-за обучения охоте им придется задержаться, и не задавала лишних вопросов. Она просто слушала низкий и мелодичный голос Боевого Меча, когда тот рассказывал о мельчайших особенностях охоты на дичь из лука, и слушала с удовольствием.

Дакс держался поблизости, он навострил уши, будто так же, как и Тея, внимал каждому слову.

Лучи солнца открыли взору небольшой лес на востоке. Еще стояло раннее утро, прохладный ветерок шелестел густой зеленой листвой. Тея снова задумалась о том, насколько отличаются королевства от мрачных пейзажей за утесами Тезмарра. Свежий воздух приятно холодил кожу, отчего кончик ее носа порозовел, и Тею охватило чувство, будто наступило утро весеннего дня. Хоть она знала, что на дворе осень, а на пятки ей наступает суровая зима, было приятно на мгновение об этом забыть.

Они подошли к опушке леса. На стволе дерева Хоторн вырезал неровный круг и повернулся к ней.

– Хочу, чтобы сначала ты посмотрела, как это делаю я. Обрати внимание на движения, о которых мы говорили, и следи за тем, как я их выполняю.

Тея кивнула. Такой просьбе она была только рада. К тому же, когда Уайлдер Хоторн не разбивал ее мечты, смотреть на него было приятно.

Она поймала себя на том, что засмотрелась на то, как его татуированная рука потянулась к колчану. Он бесшумно вытащил стрелу и наложил ее на тетиву. Его ноги были широко расставлены, а все тело, казалось, стало еще крупнее, когда своими сильными руками он оттянул тетиву.

Тея знала, что он двигался медленно специально для нее, и все же его сила завораживала ее. Тея ощущала, как магия Боевых Мечей витает вокруг него.

Он выпустил стрелу. Она полетела к вырезанной им мишени. Хоть он не обозначил середину, стрела попала именно в нее. Точно в центр.

Мягкий стук стрелы о дерево и едва уловимый звук натягиваемой тетивы были усладой для ушей Теи.

Двигаясь плавно и выверенно, Боевой Меч пускал стрелу за стрелой. Его движение к колчану было почти нежным, он достал очередную стрелу, наложил на тетиву, прицелился и отпустил... Тея видела в его действиях прекрасный танец.

Тея и Дакс наблюдали, как Хоторн подошел к дереву и вытащил из ствола стрелы одну за одной. Девушка не задумывалась, как глубоко они вонзились, пока не увидела, с какой силой он их выдергивал. Она вспомнила еще об одной стреле – о той, что чуть не прилетела ей между глаз, той, что он пустил, чтобы предупредить ее. Но она ничего не сказала, не желая напоминать об этом Боевому Мечу, только не сейчас, когда она так близка к тому, чтобы взять в руки оружие.

Подойдя к ней, воин протянул ей лук.

– Посмотрим, что у тебя получится, алхимик.

Он улыбнулся, и она увидела ямочку на его щеке во всей красе. На мгновение он казался моложе и менее жестоким.

Ее пальцы обхватили лук. Он оказался больше и тяжелее, чем она думала, хотя этого и следовало ожидать. Она видела его только издалека и на фоне могучего тела воина, сама же она была гораздо миниатюрнее. Но ей было все равно.

Тея широко расставила ноги – так же, как стоял Хоторн. Вложила стрелу в лук, расправляя грудную клетку. Натянула тетиву.

– Подними выше. – Голос Хоторна раздался ближе, чем она ожидала.

Его рука коснулась ее локтя, приподнимая.

– Вот так. – Его дыхание опалило ее ухо. – Нужно приложить больше силы. Оттяни дальше.

Она послушалась, стараясь не обращать внимания на тепло его тела, что было так близко к ней, и на неожиданное прикосновение, почти знакомое, но все же такое новое. Однако оно пропало так же быстро, как и появилось, отчего в глубине души Тея расстроилась.

«Да что со мной? – отчитывала она себя. – Я стою здесь, Боевой Меч обучает меня, а я думаю о том, как привлечь его? Неужели прошло столько времени с тех пор, как я...»

– Сильнее, – велел он, отвлекая ее от размышлений. – Если я не сломал его, то ты подавно не сломаешь.

Щеки Теи залились краской, и она подчинилась.

– Вот так.

Он стоял позади нее, прижимаясь к ней и придерживая ее. Своими ногами он расставил ее ступни дальше, из-за чего она шире развела ноги. Тею охватила волна желания, и она покраснела еще сильнее.

Хоторн положил одну руку поверх ее, все еще державшей лук, а вторую – на ее пальцы, удерживающие тетиву. Он не смотрел на шрамы, покрывавшие ее кожу, а лишь удерживал лук в ровном положении и отводил ее руку назад все дальше и дальше.

«О боги», – мысленно выругалась она, по затылку пробежались мурашки. Внезапно она ощутила, как сильно бьется ее сердце.

«Соберись, Тея», – приказала она себе, сосредотачиваясь на луке и цели. Ее мышцы подрагивали от напряжения.

– Вот так, – прошептал он. – Сейчас.

Оттого, как его дыхание защекотало ей шею, по телу пробежала дрожь, и девушка выпустила стрелу.

Рассекая воздух, она устремилась к цели, оперение затрепетало.

Раздался тихий стук от удара о дерево. Однако не о то, в которое Тея целилась, а через два от него.

Тея выругалась.

Стоявший за ее спиной Боевой Меч рассмеялся, звук был подобен музыке.

– Ну почти, алхимик.

Тея вскинула руку и резко повернулась к нему.

– Ты меня отвлек! – выкрикнула она, не подумав.

Хоторн медленно улыбнулся уголком рта.

«Ох уж эта ямочка...»

– Отвлек?

В серебристых глазах плескалось неподдельное веселье. Когда он не злился, его глаза казались более серыми, как у Малика.

– Я учил тебя, – возразил он. – С тех пор как мы покинули Тезмарр, ты именного этого и добивалась.

По телу Теи разлилось тепло, но она не собиралась уступать.

– Так ты обучаешь всех щитоносцев Гильдии?

Хоторн задумался, скрестив руки на своей невероятно широкой груди.

– Я никого не обучаю.

Он смотрел на нее так пристально, что Тее захотелось поежиться. Она отвела взгляд первой, кашлянула и повернулась обратно к мишени.

– Хочешь попробовать еще раз? – послышался его голос, на этот раз издалека.

– Ты же не думал, что я сдамся после первой попытки? – спросила она, выпрямляясь, как он показывал, и накладывая еще одну стрелу.

– Нет... – тихо ответил Хоторн. – Не сомневался ни на секунду.

На этот раз он направлял ее издалека, и Тея не знала, она больше сожалела об этом или же испытывала благодарность.

Пока Тея накладывала следующую стрелу на тетиву, он резко, но с добротой, критиковал ее стойку, его глубокий голос не отвлекал ее, а даже помогал. Вскоре стрельба по мишени так ее увлекла, что, несмотря на боль в руках и плечах, она чувствовала такую радость, какую не ощущала уже давно. Ей нравилось дрожание тетивы, когда она отпускала стрелу. Нравилось, как время словно останавливалось перед тем, как стрела попадала в цель. Казалось, что при ударе стрела пела, и в глубине души Тея чувствовала, что рождена именно для этого.

– Неплохо, алхимик, – похвалил Хоторн издалека. – Еще раз.

Камень судьбы под ее рубашкой нагрелся от кожи, и впервые она испытала благодарность: за знания, что он ей дал, за то, что он сподвигнул ее действовать, пройти все испытания и преодолеть невзгоды на пути к ее мечтам.

– Ты быстро учишься.

Одну за другой Хоторн вынимал из дерева стрелы, каждая попадала ближе к цели, чем предыдущая.

– Я много наблюдала. – Она слышала себя будто со стороны. – Когда дело касается занятия, которым Эсиллт увлечен, он особенно громкий. Стрельба из лука – одно из них, но...

– Все совсем иначе, когда сам держишь в руках оружие, – закончил Хоторн за нее.

– Именно, – кивнула Тея. – Теория дает не так уж много, по-настоящему учишься, лишь когда сам натягиваешь тетиву.

– Мой наставник говорил что-то подобное, – задумчиво произнес Боевой Меч.

Тее безумно хотелось спросить, кто же был его наставником и где он теперь. Она хотела знать все о человеке, который выковал воина, стоявшего перед ней, но... Взгляд Хоторна стал более отрешенным, и она решила, что не стоит давить.

– Нам пора выдвигаться.

Он прикрыл рукой глаза, определяя высоту солнца.

Как бы ей ни хотелось остаться, Тея не стала с ним спорить. Она прекрасно понимала, каким подарком стало сегодняшнее утро, поэтому просто кивнула.

– Спасибо, – произнесла она, протягивая ему лук. – Спасибо за занятие.

Губы Хоторна сжались, словно он собирался что-то сказать, но сдержался. Он просто кивнул и отвернулся.

Тея молча подошла к своей кобыле и забралась в седло. Дакс, который грелся на солнышке, вскочил на лапы в нетерпении продолжить долгий путь домой.

Тея и Хоторн направились обратно в Тезмарр, и дворняга следовала за ними по пятам.

Глава 14

После полудня на землю опустилась голубоватая дымка. Они ехали по равнинам, когда Хоторн решил первым начать разговор:

– Как долго ты следила за тренировками Гильдии?

Тея пожала плечами:

– С тех пор, как научилась ходить.

– Почему? Что увлекательного в тренировках ранним утром и ругани Эсиллта на безнадежных бедолаг?

Тея усмехнулась:

– Он кричит на всех.

– Это правда.

На мгновение Тея погрузилась в свои мысли. Уже давно никто не интересовался этим искренне. Она не могла рассказать Боевому Мечу о камне судьбы, ведь он только к ней потеплел. Тея не хотела, чтобы он думал, будто она – трата его времени. Она попыталась объяснить ему без упоминания камня судьбы.

– Я не люблю бездействовать, – призналась она. – Я никогда не могла усидеть на месте, и всякий раз, когда сражалась или держала в руках кинжал, то чувствовала себя живой, будто я на своем месте.

– Я вижу это в тебе. Ты жаждешь свободы, приключений...

– А кто их не жаждет?

– Все люди разные.

– А что насчет тебя? Почему ты решил стать воином? Боевым Мечом?

Боевой Меч крепче сжал поводья, будто обдумывая ответ.

– Мой брат, – наконец заговорил он. – Мой брат был Боевым Мечом. Я хотел быть как он.

Был. Это слово болезненно повисло между ними, и сердце Теи сжалось. Она не могла представить, каково это – потерять брата или сестру, она не могла представить свою жизнь без Рен. И не стала развивать эту тему. Если Хоторн захочет, он вернется к разговору о брате, когда посчитает нужным.

Дальше они ехали в дружелюбной тишине, и Тея поняла, что, в отличие от начала их путешествия, эта часть летела слишком быстро. Время очень непостоянно – это она знала очень хорошо.

* * *

Когда им на плечи опустились вторые сумерки, Хоторн не оставил ее заниматься лошадьми и костром. Он взял ее с собой в ближайший лес и показал, как выслеживать зайцев на подлеске.

– Принято начинать учиться на более крупной дичи. Но мы не съедим целого оленя, а я никогда не убиваю больше, чем нужно. Поэтому начнем сразу со сложной задачи, – объяснил он.

– Хорошо. Я люблю сложности.

В потемках он показал ей, как двигаться так, чтобы не хрустеть ветками и не шуршать листвой, – бесценный навык не только для охотника, но и для будущего Боевого Меча. Она наблюдала за ним с неистовым вниманием, впитывала каждую доступную крупицу знаний. Как много монстров он уничтожил во имя Срединных Королевств? С каким количеством темной магии, направленной против него, он столкнулся? Какие следы она оставила на теле воина?

Тея годами искала истории об элите Тезмарра. Большинство она знала наизусть. Она знала о стойкости Тезмарра, о кодексе чести Боевых Мечей, но никогда не говорила об этом с кем-либо, никогда не ездила с кем-то верхом, и вот сейчас... Она охотится на дичь с самим Рукой Смерти.

– Ты пялишься, – многозначительно заметил Хоторн.

Тея вздрогнула, щеки залило краской. Она действительно пялилась.

– Я учусь, – ответила она, стараясь повторить его последний шаг.

– Тебе это действительно важно?

– Хоть раз я вела себя так, чтобы ты в этом сомневался? – возразила она.

Хоторн наклонил голову вбок.

– Нет. Просто... Я давно не видел человека, настолько упрямого и преданного делу... Очень давно.

Она хотела задать ему еще вопрос, но он поднес палец, покрытый татуировками, к своим губам.

Тея проследила за его взглядом. На небольшой поляне на задних лапах стоял крупный заяц и жевал листву.

Рука Хоторна очень медленно потянулась к колчану. Он беззвучно наложил стрелу на лук и натянул тетиву. Под его скрипящей кожаной одеждой можно было видеть движение мышц.

Стрела полетела.

У зайца не было ни единого шанса.

Стрела попала ему в глаз и, пройдя насквозь, прибила к стоявшему за ним дереву.

– Мелкой дичи лучше целиться в глаз, – произнес Хоторн, направляясь за добычей. – Смерть наступит быстрее, и так не испортится и без того небольшое количество мяса.

Он вручил девушке лук и колчан.

– Твоя очередь, алхимик.

Они притаились в кустах и принялись ждать. Хоторн был так близко к Тее, что она чувствовала тепло его тела и улавливала тонкий аромат его мыла с розовым деревом.

Она взглянула на него и сжала лук крепче.

Боевой Меч замер, но скользнул по ней своим взглядом, в котором промелькнуло веселье.

Тея заметила какое-то движение и бесшумно приподнялась на цыпочки, как учил Хоторн. На поляне появился еще один заяц.

Тею охватил трепет, она вытащила стрелу из колчана и наложила ее на тетиву. Сделав вдох, она натянула тетиву, расправляя грудную клетку. Тея ощутила, как мышцы рук и плеч горят...

– Ты сейчас промахнешься.

От его голоса по телу пробежала дрожь.

Не обращая внимание на его слова, она выпустила стрелу.

И выругалась на него, когда стрела пролетела мимо цели.

Воин низко рассмеялся, и Тея смерила его укоризненным взглядом.

– Ты ведь не думала, что за один день научишься мастерски охотиться?

Тея выразительно выругалась, и он вновь засмеялся.

Разочарование вдруг отступило – она наслаждалась звуком.

Он забрал у нее лук и колчан:

– Лучше заберу, а то мы умрем от голода.

Вскоре воин поймал еще двух зайцев, и они отправились обратно в лагерь. Там на их ноги радостно прыгал Дакс, предчувствовавший ужин.

Пока Боевой Меч с жестокой эффективностью освежевывал дичь, Тея быстро развела огонь.

– Щитоносцев учат всему этому? – спросила она, подбрасывая ветки в огонь. – В смысле, как выживать в пути.

– Возможно, – допустил он.

– Как красочно ты описываешь, – Тея хмыкнула.

Уголок его рта дернулся в полуулыбке.

– По правде говоря, я не знаю. Я служил в Тезмарре давно. За время моего отсутствия многое поменялось.

– А в те времена этому учили?

– В те времена? Ты думаешь, я настолько старый?

Тея рассмеялась:

– Ты сам сказал, что это было давно. Сколько же тебе лет?

– Достаточно.

– Как обычно, отвечаешь загадками, спасибо.

– Все для тебя, алхимик. Что касается навыков выживания в лесу... Меня научил мой наставник. Я везде следовал за ним, почти все время мы проводили в путешествиях по королевствам. Я научился многому.

Хоторн насадил дичь на палки и расположил их над огнем. Затем присел на корточки и посмотрел на девушку, танцующие языки пламени отбрасывали тени на его лицо.

Дакс вышел из темноты и свернулся калачиком у ног Теи. Хоторн бросил на него изумленный взгляд.

– Что?

Мужчина кивнул на пса.

– Обычно он не отличается дружелюбием.

– Неудивительно, – возразила Тея. – В крепости полно придурков.

Хоторн подавился:

– Неужели?

– Ты явно проводишь дома слишком мало времени, – подметила она, а перед глазами у нее возникло самодовольное лицо Себа.

– Дом... – Он, казалось, обдумывал это слово. – Ты считаешь Тезмарр своим домом?

– А чем же еще?

Он пожал плечами:

– Посмотрим, что ты скажешь после начала тренировок.

– Я начала тренироваться очень давно.

– Я о другом, – настороженно произнес он.

– Я справлюсь, – заявила Тея, потянувшись за нежными цветами, которые росли рядом с ней.

Внезапно ей захотелось чем-то занять руки, и она сорвала несколько цветов с длинными стеблями. Она начала медленно переплетать их. Тея вспомнила, что когда-то в детстве она делала это вместе с Рен, но не могла сказать где. В Тезмарре цветочных полей точно не было.

– Кстати, где ты был все это время? – спросила она Хоторна, мастеря ожерелье.

– Я не очень люблю говорить об этом...

Тея продолжала сплетать маленькие цветы. Она удивилась, когда Хоторн вновь заговорил.

– Ты слышала, что Одра сказала об угрозах Срединным Королевствам?

– Конечно. За их пределами царит хаос, будто выжидая. Надвигаются бури, тучи сгущаются. Я и сама видела это с утесов.

– Ах да, очередное правило, которое ты нарушаешь. – В его голосе звучало веселье.

– Лучше и не считать.

– Я запомню.

Он перевернул мясо, казалось, обдумывая дальнейшие слова.

– Я странствовал по Срединным Королевствам, гонялся за слухами вдоль побережья, смотрел на Завесу за морями... Там действуют силы за пределами нашего понимания, – тихо произнес он. – Эти твари угрожают миру, за который три королевства боролись так упорно.

– Какие, например? Тенетворцы?

Хоторн смотрел прямо в сердце пламени и на мгновение заговорил сам с собой:

– Не только тенетворцы... Я видел многое, очень многое... Столько страданий, страха – они порождают в человечестве все самое худшее. Они расползаются по землям словно яд.

По рукам Теи пробежали мурашки. Королевствам всегда что-то угрожало, но сейчас все было иначе. Глобальнее, мрачнее...

– Чего боятся люди?

– Тварей, прорывающихся сквозь Завесу.

– Как...

– Я и так сказал слишком много, алхимик. – Он сказал твердо, но без злости, и Тея поняла, что на этом расспросы закончились. – Я говорю об этом только потому, что ты теперь щитоносец. И я чувствую, что покою наступает конец. Тезмаррцам нужно подготовиться.

Тея кивнула, мрачное настроение окутало ее, точно тяжелое одеяло.

– Спасибо. Что рассказал.

Наступила короткая пауза.

– А тебе нужна любая доступная помощь.

От серьезности не осталось и следа.

И Тея бросила в него свое ожерелье из цветов.

Хоторн с шаловливой улыбкой надел его на шею. Мужчина, сидевший с ней у костра, отличался от того, с кем она начинала путешествие. Ночь продолжалась, он точил свои клинки о точильный камень и говорил негромко и вдумчиво. У Теи возникло ощущение, что он не делал этого уже долгое время.

Они тихо беседовали о жизни в крепости. Казалось, что, хоть Хоторн и странствовал так долго и так далеко, сердце его все еще принадлежит Тезмарру. Голос Боевого Меча был словно песня, которую хотелось слушать вечность.

К ее радости, воин угостил ее чайными листьями, и теперь Тея держала в ладонях дымящуюся жестянку с мятным чаем.

– Обожаю мятный чай, – заявила девушка и удовлетворенно хмыкнула.

– Вот как?

Тея довольно промычала и с наслаждением вдохнула насыщенный аромат.

– Знаешь, мы ведь могли так же беседовать весь путь до Хейлфорда, – осмелилась произнести она, глядя на него через огонь.

Хоторн играл с ожерельем из цветов, лежащим у него на груди.

– Тогда я думал, что ты невоспитанная бунтарка.

– Могу сказать о тебе то же самое.

Боевой Меч удивленно посмотрел на нее, и Тея рассмеялась. Лежавший рядом с ней Дакс фыркнул, словно они его бесконечно утомили.

– Что заставило тебя поменять мнение?

– А кто сказал, что я его поменял?

Он задержал взгляд на ее пальцах, снова переплетающих цветы.

Тее показалось, что он смотрит на ее шрамы, и она, покраснев, инстинктивно сунула руки в карманы.

– Не нужно прятать от меня шрамы, алхимик. Я хорошо знаю, каково это.

Тея вгляделась в его лицо, освещаемое светом огня. Под его щетиной отчетливо виднелась пара шрамов, еще один – на его левой брови. Руки его тоже были ими усеяны.

Тея замялась.

– Мои шрамы – не от героических подвигов, – осмелилась сказать она. – По большей части они получены по собственной глупости.

Боевой Меч указал на свою бровь.

– Ты об этом? Уверяю тебя, им меня наградил не горный дракон. Я получил его, когда шел, а скорее вывалился, из погреба Мариса после того, как перебрал «особого» урожая. Врезался в водосточную трубу.

Представив это, Тея просияла.

– Ты? Пьяный?

– В стельку.

– Не могу этого представить, – сказала она, качая головой и неотрывно глядя на едва заметную белую полоску на его брови. – Вообще, я бы заплатила, чтобы увидеть это своими глазами.

– Это было очень давно, – пробормотал Хоторн, словно вспоминая тот момент.

– Ты больше не веселишься?

Он поймал ее взгляд сквозь огонь:

– «Веселиться» можно по-разному, алхимик...

Его интонация и эта дерзкая полуулыбка заставили Тею поджать пальцы на ногах.

– Как же тогда развлекаются тезмаррские алхимики? – спросил он, приподняв бровь со шрамом.

Тея сорвала травинку и стала наматывать ее на палец.

– На самом деле, я не знаю... Многие читают или общаются, другие гуляют по крепости и, когда могут, ухаживают за лошадьми. Сестра любит что-нибудь изобретать.

– У тебя есть сестра в Тезмарре?

– Да. Она самая талантливая в нашей группе. Когда Фарисса уйдет в отставку, она станет Мастером Алхимии.

– Она настолько хороша?

– Она лучшая, – с гордостью заявила Тея.

Взгляд Хоторна стал задумчивым.

– Хорошо, что вы есть друг у друга.

– Я знаю, – Тея замялась. – Ты с братом долго жил в Тезмарре?

Выражение его лица изменилось, он коснулся цветочного ожерелья.

– И да, и нет, – сказал он наконец. – Мой брат...

Тея ждала. Она видела, как ему тяжело об этом говорить.

Воин тяжело вздохнул:

– Малик – мой брат, алхимик.

Тея застыла в изумлении.

– Малик? Мой Малик?

Глаза Хоторна блестели в свете огня, он грустно улыбнулся:

– Да, тот самый Малик. Уверен, он бы счел фразу «мой Малик» невероятно забавной.

Тея уставилась на Боевого Меча:

– Как же я могла этого не знать?

– Мало кто в Тезмарре знает об этом. Став щитоносцем, я взял девичью фамилию матери. Хотел добиться успеха самостоятельно, а не жить в тени славы Малика.

– Очевидно, тебе удалось.

– Мировая слава – ничто, когда ты не можешь спасти брата от ужасной участи.

У Теи перехватило дыхание.

– Что произошло?

– Падение Наарвы... – Слова срывались с его губ так, словно он говорил их впервые. – На нас напала стая тенетворцев и их мастера, Малик и мой наставник вступили с ними в схватку. Те существа были самым крупными из всех, что я когда-либо видел. В сравнении с ними даже Малик казался маленьким.

Тея уставилась на него, не в силах представить, что существует кто-то крупнее Малика.

– Его окружили и швыряли как детскую игрушку, снова и снова ударяя о скалу. Я был слишком далеко, чтобы как-то ему помочь...

– Это не твоя вина, – тихонько произнесла Тея.

– Я должен был ему помочь.

– Если Малик не смог их остановить, у тебя бы не было шанса... – Она не заметила, как потянулась к руке Хоторна, прикасаясь ладонью к его теплой коже. – Он бы не хотел, чтобы ты пострадал.

– Когда-то его называли Малик Щитолом. Не было щита, который он не смог бы сломать. А еще он обучал щитоносцев, – будто опомнившись, воин посмотрел на ее руку. – Уже поздно.

Хоторн поднялся, и ее рука безвольно упала. Он начал доставать свой спальный коврик.

– Нам нужно набраться сил перед завтрашним днем.

Тея старалась не выдать своего разочарования:

– Конечно.

Боевой Меч остановился:

– Ты так и не ответила на вопрос.

– На какой?

– Как развлекаешься ты.

Тея на мгновение растерялась. У Рен были ее изобретения, у Сам – свои увлечения, Ида любила помогать в конюшне и ездить верхом, когда появлялась возможность. А Тея... Как же она развлекалась? Она никогда не стремилась к веселью, оно никогда ей не управляло, но это не означало, что она не знала радости...

Тея медленно перевела взгляд на Хоторна.

– Я тренируюсь.

– Оно и к лучшему, – он кивнул. – Ты и так отстаешь от остальных щитоносцев.

– Я же сказала, что люблю сложности.

Хоторн улегся на свой спальный коврик, положил руки под голову и устремил взгляд на звезды:

– Это я уже понял.

* * *

Тея проснулась оттого, что кто-то ее толкнул. Сверху, словно бездна, на нее смотрела темная ночь, и Тея ощутила себя маленькой и незначительной. Что-то толкнуло ее в ботинок, и она по привычке потянулась к кинжалу, которого у нее больше не было.

Это оказался всего лишь Дакс. В тлеющем огне она различила его вытянутую фигуру.

В метре от себя она заметила движение.

Хоторн. Он метался на своем спальном месте, что-то бессвязно бормотал, а на его лбу блестели капельки пота.

Тея застыла. Он бы точно не хотел, чтобы она видела его таким. Он мучился, с его губ слетели слова на незнакомом ей языке, а лицо исказилось от боли.

Тея слишком хорошо понимала, насколько сильны внутренние кошмары, и поэтому она не могла позволить им утянуть его за собой. Она подошла к нему и переплела свои пальцы с его. Они были ледяными.

– Хоторн, – позвала она его как можно мягче. – Хоторн, проснись...

Он сжал ее руку и задрожал.

– Нет, не надо! – Эти слова были и приказом и мольбой. – Нет...

– Хоторн, – Тея потрясла его за плечо, – проснись. Это сон, просто сон.

Он дернулся от ее прикосновения, и она склонилась над ним, встряхивая посильнее.

– Это сон, – повторила она. – Тебе нужно...

С рваным вздохом он распахнул глаза. Сейчас их цвет напоминал расплавленное серебро, взгляд стал диким.

И вдруг Тея оказалась на спине, он прижал ее к земле всем своим весом, тяжело дыша.

– Хоторн, это Тея... Это я, алхимик.

Он смотрел на нее звериным взглядом, будто не понимая, кто она и где они находятся.

– Уайлдер. – Она произнесла его имя мягко, но с приказными нотками. – Уайлдер... Это Тея.

Боевой Меч медленно моргнул. Пелена с его глаз исчезла.

– Тея?.. – выдохнул он.

Она проглотила комок в горле и кивнула. «Он никогда прежде не называл меня по имени», – осознала она. Внезапно она еще сильнее ощутила, как его тело прижимается к ее.

Он, казалось, тоже понял это и отпрянул от нее, словно обжегся.

Без его прикосновений ей стало холодно.

– Я... Извини, – пролепетал он, его плечи поникли. – Не знаю, как это произошло.

– Тебе приснился кошмар, – объяснила Тея, садясь. – Я сама виновата, пыталась тебя разбудить. Наверное, не самая лучшая идея...

– Нет, – перебил он. – Мне нужно было... Я... Спасибо.

Он не смотрел на нее, а уставился в землю, словно стыдясь. Его грудь вздымалась и опускалась, он пытался успокоиться.

Тея ждала. Она знала – в такие моменты сон и реальность переплетаются, по коже бегают мерзкие мурашки, а сердце бешено стучит. Нужно время, чтобы прийти в себя.

– Мне тоже снятся кошмары, – тихо сказала она.

Он встретился с ней взглядом. Его серебристые глаза устремились в ее цвета морской волны.

– О чем они? – выдавил он.

– О прошлом. По крайней мере, я думаю, что это прошлое.

Кивнув, он снова посмотрел ей в глаза и затем оглядел ее.

– Я тебя не поранил?

– Нет.

Его широкие плечи опустились, и он хотел кивнуть, как вдруг замер. Он смотрел на ее грудь.

– Что это?

Тея удивленно опустила взгляд. Одна из пуговиц ее рубашки – его рубашки – расстегнулась, открывая взору камень судьбы. Он лежал в ложбинке между грудей. Нефрит отражал свет угасавшего огня. Рука Теи потянулась к камню, она попыталась поскорее спрятать его обратно под ткань, но Хоторн ее опередил.

Он в одно мгновение преодолел расстояние между ними, его пальцы обхватили камень и покрутили его.

– Подобных вещиц я не видел уже очень давно.

Его дыхание щекотало щеку Теи.

– Тогда ты знаешь, что это.

Он замер, лишь проводя пальцем по выгравированному на камне числу.

– Большую часть обучения у наставника я провел в путешествии по зимнему королевству Авеум... – медленно произнес он. – В королевской семье Дюфоров много наследных провидцев. За время, что провел с ними, я узнал об этих камнях достаточно, чтобы понимать, какой хаос они сеют в жизнях людей.

Тея молчала. Она слышала о камнях судьбы только от Рен и Одры, когда та сказала несколько фраз во время их поездки. Больше ни от кого.

– Что значит «двадцать семь»? – спросил Хоторн, все еще находясь слишком близко.

Двадцать семь. Число, которое преследовало ее дольше, чем она себя помнила. Число, с которым она, казалось, смирилась, но оно все равно насмехалось над ней. Число, которое было лишь маленькой подсказкой большой загадки: она знала, когда примерно умрет, но не знала, как и от чего. Она боролась с желанием вырвать камень из его рук и сделать шаг назад. Его близость была почти невыносимой, Тею окутывал аромат розового дерева и кожи.

– Алтея? – Она с замиранием сердца поняла, что ей нравится, как звучит ее имя из его уст. – Я знаю, что все камни судьбы уникальны. Что означает этот?

– Не знаю, – соврала она и осторожно протянула руку к камню. – Я не знаю, что он значит. Он принадлежал подруге.

– Значит, на нем вырезана не твоя судьба?

Она покачала головой, чувствуя, как все внутри переворачивается:

– Нет.

– Тогда чей же он?

В надежде, что ее ответ предотвратит дальнейшие вопросы, Тея приложила все усилия, чтобы ложь звучала правдоподобно:

– Человека, которого давно нет в живых.

– Сожалею о твоей утрате, – искренне произнес он. – Но поблагодари богов за то, что он принадлежит не тебе.

По ее затылку прошел неприятный холодок.

– Почему ты так говоришь?

Внимание Хоторна было сосредоточено на камне судьбы, который он держал на раскрытой ладони, ее касалась рука Теи.

– Потому что от этих камней больше проблем, чем пользы, – тихо ответил он.

Тея не спешила убирать руку. Она осознала, что наслаждается его ароматом. Там, где их пальцы соприкасались, словно пробежал разряд тока.

– Но это не имеет значения, потому что он не твой.

Она медленно забрала камень судьбы из его рук и спрятала под рубашку.

– Да, – заверила она его. – Не мой.

Глава 15

Проснувшись, Тея обнаружила, что Хоторн сжимает ее руку в своей. Он лежал менее чем в метре от нее на своем спальном коврике, вытянув руку между ними. Не шевелясь, она наблюдала за тем, как поднимается и опускается его широкая грудь, изучала его лицо, резкие черты которого смягчались во сне. Длинные темные ресницы обрамляли высокие скулы, и она с трудом удержалась, чтобы не протянуть руку и не коснуться нежного изгиба его губ. Она не знала, кто из них искал тепла этим ранним утром, но прикосновение ее радовало. Оно помогало прогнать чувство вины за произнесенную ложь. Даже сейчас камень судьбы впивался в ее грудную клетку, неумолимо напоминая о ее поступке.

«Он не мой...» – сказала она. Но что хорошего принесла бы правда? В лучшем случае он бы ее пожалел, в худшем – ее долгожданное звание щитоносца оказалось бы под угрозой. Какой толк обучать ее, если через три года все закончится?

Тея осмелилась провести большим пальцем по тыльной стороне ладони Хоторна. Мягкую кожу усеивали такие же, как и у нее, крошечные шрамы.

Нет, она не будет себя винить. Не сейчас. Она затолкала эту мысль в тот темный уголок сознания, где хранила и остальные, ей подобные. Камень судьбы имел власть над ее смертью, но она не позволит ему управлять своей жизнью.

Хоторн пошевелился, и Тея закрыла глаза и расслабила лицо, делая вид, что спит. Она сразу решила, что на этот раз избавит его от смущения.

Она чувствовала, как Боевой Меч рядом с ней медленно просыпался и смутился, увидев их сплетенные руки. Он надолго замер, и Тея задумалась, рассматривает ли он ее так же, как и она его. Затем он осторожно высвободил свою руку. Через пару мгновений ее осторожно укрыли пледом, а затем слуха коснулся тихий шорох травы, подсказывающий ей, что Хоторн ушел.

Полежав еще некоторое время, Тея прогнала сон и села, мысленно улыбаясь. Она прибралась в лагере и проверила, есть ли у Дакса еда и вода. Уже зная, что Хоторн в порядке, она отправилась на его поиски.

В нескольких метрах от нее он делал утреннюю зарядку. Но в этот раз не стала просто наблюдать. Она подняла с земли две приличные палки и встала неподалеку.

Удивительно, но Боевой Меч не возмущался. Не засмеялся и не отчитал ее. Он продолжал разминку, будто ее здесь не было.

Тея следила за его движениями. Поначалу она повторяла их неуклюже, но постепенно поймала ритм и вслед за ним повторяла удары и отражения. Она рассекала воздух палками, словно мечами, он взмахивал своими – она повторяла. По крикам Эсиллта на щитоносцев она понимала, что половина успеха в практике с мечами заключалась в работе ног, поэтому следила за движениями Хоторна. Каждый шаг был выверенным, уверенным и беззвучным. С каждым движением он наносил удары по воображаемому противнику, держа торс и плечи на линии соприкосновения; у обоих мечей были равные возможности для нанесения удара.

Он словно танцевал. Великолепно танцевал.

Тея повторяла его шаги, но, хоть была миниатюрнее, чувствовала себя неуклюжей. Массивный воин, в отличие от нее, двигался так грациозно и ловко. Но Тея не сдавалась. Когда еще ей предоставится такая возможность?

Она погрузилась в упражнения, наслаждаясь каждым шагом и каждой атакой своим импровизированным оружием. Тея мечтала ощутить в своих руках вес настоящей стали. Она понимала: чтобы управляться с мечом, ей нужно укрепить верхнюю часть тела, и как можно скорее.

Когда она споткнулась в четвертый раз, Хоторн повернулся и замедлился, чтобы она могла лучше видеть его движения. И когда она споткнулась в следующий раз, он внезапно оказался рядом с ней.

– Ты слишком много думаешь, – тихо произнес он. – У тебя есть собственный ритм, доверься ему, и он поможет тебе. Попробуй еще раз.

Тея расставила ноги так же, как он, и последовала его указаниям. Она повторяла его движения мечами своими палками.

– Вот так, – пробормотал он. – Еще раз.

Они повторили упражнение. Шаг, замах, отражение, выпад, блок.

Они с Хоторном двигались в такт. Тея ни разу в жизни не была на балу, но она подумала, что, должно быть, их движения выглядели красивее любого вальса. И, более того, сейчас она ощущала себя на своем месте.

Шаг, замах, отражение, выпад, блок.

Они повторяли этот танец на равнине до тех пор, пока их рубашки не промокли от пота, а солнце не зашло высоко. Утро вступило в свои права.

Тея не могла вспомнить, когда в последний раз ощущала себя настолько... Живой.

Обычно она неслась навстречу неминуемой смерти, но здесь и сейчас она чувствовала себя живой.

Широко улыбаясь, Тея повернулась к Хоторну. Он на удивление тоже выглядел довольным собой.

– Что думаешь насчет того, чтобы я попробовала с твоими мечами? – смело спросила она, протянув воину взамен свои палки.

– Ни за что. Ты прекрасно знаешь, что наарванская сталь предназначена только для Боевых Мечей.

– Еще одна глупая традиция.

– И лучше тебе к этому привыкнуть. Жизнь воина полна глупых традиций.

Тея по-доброму усмехнулась и повернулась к лагерю.

Хоторн убрал мечи в ножны за спиной и последовал за ней. Пока они шли к лошадям, его рука задевала ее.

– Пора ехать? – спросила она, стараясь скрыть разочарование в голосе.

Он кивнул, задерживая на ней взгляд дольше, чем обычно. Тея вспомнила то утро, когда проснулась в его объятиях. Прямо сейчас она почти почувствовала, как он касался своим телом ее.

Хоторн отвернулся.

– Сегодня скачем быстро, – бросил он через плечо.

* * *

И они действительно скакали быстро, а Дакс радостно бежал по траве перед ними. Мысли Теи то и дело возвращались к тем мгновениям на рассвете, когда Боевой Меч держал ее руку в своей. Воспоминания омрачались ее ложью о камне судьбы и облегчением в его голосе, когда он эту ложь услышал. Чувство вины грызло ее изнутри, но она его подавила. Это Хоторна не касалось. Между ними установилось дружеское перемирие, и это было замечательно... даже лучше, чем замечательно. Но Тея не была наивной дурочкой. Она знала, что по возвращении в крепость их пути, скорее всего, больше не пересекутся. Тогда и зачем все это?

Пока они ехали, Тея поглядывала на воина, погруженного в свои мысли. Она понятия не имела, о чем он думал, но ей так хотелось, чтобы его мысли были о том же, что у нее: о путешествии, которое в начале, казалось, тянулось бесконечно, закончилось слишком быстро.

Завтра они вернутся в Тезмарр. Завтра все изменится. Тея станет щитоносцем, а Хоторн... Его снова отправят защищать Срединные Королевства.

Тея взяла себя в руки и прогнала тяжесть в груди. С этого момента она сосредоточится на том, чтобы заполучить собственный тотем стража.

* * *

Тея начала узнавать некоторые поля и деревни, которые, как она знала, находились к югу от Тезмарра. Она путешествовала по ним, когда еще была алхимиком, а теперь ехала с высоко поднятой головой, будучи щитоносцем. Она представила, что на это скажет Рен.

Скорее всего, она назовет ее Алтеей-Девять-Жизней и рассмеется вместе с остальными. Она нежно улыбнулась, подумав, что, возможно, это прозвище было не таким уж и плохим.

Тея с изумлением наблюдала, как Дакс бежит впереди по полям. Она всегда считала его старым облезлым созданием, но, глядя на него сейчас, можно было подумать, что перед ней щенок – он бежал по грязи с безудержной радостью, его длинные лапы болтались в разные стороны.

На долю секунды Тея задумалась, каково это – беззаботно бежать просто потому, что можешь. Она задумалась, какой могла быть ее жизнь, если бы на горизонте не маячила смерть. Тея покачала головой. Она нечасто позволяла себе такие мысли, но это путешествие... Оно что-то в ней изменило.

– Почему бы тебе не рассказать о твоем наставнике? – спросила она Хоторна, поравнявшись с ним.

Хоторн устало вздохнул:

– Ты не сдаешься?

– Очевидно, нет.

К ее удивлению, Боевой Меч обреченно рассмеялся:

– Его звали Талемир Старлинг.

– Талемир Старлинг? Твоим наставником был Принц Сердец?

– Значит, ты о нем слышала.

– Слышала о нем? Я читала о его подвигах в зале трофеев! Слышала рассказы о том, скольких монстров он убил в Наарве. А однажды...

Она замолчала, погружаясь в воспоминания. Это произошло в тот день, когда Малик подарил ей свой меч в лазарете.

– Однажды?..

– Много лет назад я видела его вживую. Слышала, как он разговаривал с Мастером Гильдии... – медленно произнесла она, вспоминая. – Вообще-то они говорили о тебе.

Хоторн приподнял бровь:

– Полагаю, им было что обсудить.

– Да? Почему ты так думаешь?

– Считай это предчувствием, – мрачно ответил он. – До того, как Талемир покинул Гильдию, я долгое время сражался с ним рука об руку. Мы были неразлучны годами.

– Он действительно был так хорош, как о нем говорят?

Хоторн улыбнулся:

– Лучше.

– Что с ним случилось? Почему он покинул Гильдию?

Хоторн ответил не сразу. Казалось, он подбирал слова.

– После официального падения Наарвы остались нерешенные вопросы. Вскоре последовал очередной конфликт.

– И он вернулся туда, чтобы сражаться?

Хоторн кивнул:

– Мы оба. Это было... Неожиданно.

– Опять твои красочные описания.

– Я не привык говорить о тех событиях. Это непросто.

Сердце Теи сильно ухнуло, рука потянулась к камню судьбы. Она знала это лучше, чем кто-либо. Сколько раз ей хотелось выразить, что она чувствует по поводу гонки с ускользающим временем! Что она невероятно переживает о том, что не успеет добиться всего, чего хочет. Что она не готова оставить Срединные Королевства. Однако если она приоткроет эту дверцу к своим мыслям и впустит кого-то туда, кто знает, что еще там найдется...

– Я понимаю.

Когда он взглянул на нее, она добавила:

– Но... Если ты захочешь поговорить об этом, я тебя выслушаю.

Суровое лицо Хоторна смягчилось.

– Подобного мне уже давно никто не предлагал.

Ей стало больно за него.

– Хоторн...

Он глубоко вздохнул:

– Талемир был для меня больше, чем просто наставник. Даже спустя долгое время после того, как я прошел Великий Обряд и стал Боевым Мечом. Он был моей семьей. И Малика тоже. Он научил меня всему, что я знаю. Он был величайшим Боевым Мечом за всю историю Срединных Королевств...

В словах воина сквозило горькое восхищение, и Тея заметила, как он крепче сжал поводья.

– Так говорят о тебе.

– Только благодаря ему. Но после второго конфликта в Наарве он покинул Гильдию по причинам, с которыми я не согласен и которых не понимал. И до сих пор не понимаю. Малика тяжело ранили, он все еще лечился. Брат считал Талемира ближайшим другом, а его не было рядом. Он не вернулся, не... После всего, что мы пережили вместе, после того, что случилось с Маликом... Талемир и я... Мы разошлись на плохой ноте.

– Мне жаль, – произнесла Тея, чувствуя на себе тяжесть его горя. – Он еще жив?

– Да, но он где-то далеко.

Тея кивнула:

– Может, однажды вы вновь встретитесь и уладите разногласия.

– Может быть. – Хоторн грустно улыбнулся. – Может быть.

На несколько минут повисла тишина. Тея хотела узнать еще так много о мужчине, который ехал рядом с ней.

Хоторн первым нарушил тишину:

– Раз ты так умело выпытываешь мои секреты, почему бы тебе не поделиться своими?

– Неужели ты хочешь знать мои самые сокровенные желания, Боевой Меч?

Последовала пауза, а взгляд его стал напряженным, затуманенным.

– Сам удивлен, что из множества вещей я бы хотел узнать именно это.

Между ног у Теи заныло, и седло, в которое она вжималась, не смогло подавить внезапную волну возбуждения.

Она отвела взгляд, молясь, чтобы он не заметил ее чувств.

– Ты уже знаешь. Я хочу защищать Тезмарр, стать воином, а однажды – Боевым Мечом.

Хоторн улыбнулся.

– Что? Думаешь, глупо?

– Мне казалось, этот момент мы уже прояснили. – Он покачал головой. – Нет, просто ты напоминаешь мне кое-кого...

Его слова заставили ее задуматься, глубоко внутри возникло неприятное чувство.

– Женщину?

– Да.

– Она была красивой?

Слова вырвались прежде, чем она успела себя остановить, и ее щеки вспыхнули. Откуда взялись эти мысли?

Однако Хоторн задумался.

– Да... Она была... Она красивая.

В груди у Теи что-то неприятно кольнуло.

– Талемир женился на ней, – добавил Хоторн, на его щеке появилась ямочка.

– Женился? – вскрикнула он. – Разве Боевые Мечи женятся?

– Талемир больше не Боевой Меч.

В его голосе звучали нотки раздражения. Но затем его взгляд скользнул к Тее и задержался на ней.

– Ты красивая, знаешь? – Его слова были тихими, осторожными.

Тея то ли усмехнулась, то ли фыркнула. Такого ей никогда и никто не говорил, только Рен.

– В смысле, если бы я носила платья и вела себя более женственно?

Хоторн наклонился и резко натянул ее поводья, вынудив их обоих остановиться.

– Нет, – твердо сказал он. – Ты красива сама по себе. И я готов поспорить, что с мечом в руке и кровью врагов на лице ты будешь еще прекраснее.

У нее перехватило дыхание.

– Алтея. – Ее имя на его устах прозвучало как мелодия, он наклонился к ней через лошадей, роняя взгляд на ее губы, и тихо продолжил: – Нет ничего привлекательнее женщины, которая знает, чего хочет.

Ее тело напряглось, точно струна.

Хоторн на мгновение замер, а затем отстранился:

– Запомни это.

* * *

Они скакали галопом по полям и лугам в сторону северо-запада, к крепости. Тея видела дымку над Черными горами на горизонте и почти ощущала запах сосен и насыщенного древесного сока Кровавых лесов. Она взглянула на Боевого Меча, который невозмутимо ехал рядом. Его темные волосы были собраны в беспорядочный пучок на затылке, взгляд устремлен на дорогу. Тее показалось, что на его плечи вновь опустилось напряжение. Он молчал слишком долго даже по его собственным меркам, и она поймала себя на мысли, что жаждет поговорить с ним.

Но черты его лица стали жестче, спина выпрямилась, будто он собирался с духом. Почему – Тея не знала.

День клонился к вечеру, когда они наконец приблизились к Тропе скорбящих. Солнце скрылось за горами, воздух стал прохладным. Опускались сумерки, и лес окутала синева. Они выехали на тропу, и Тея услышала, как Хоторн резко вздохнул.

Она открыла рот, чтобы заговорить с ним, но не знала, что сказать. Непринужденность и все, что между ними возникло, испарилось.

Дакс, который шел впереди, исчез за деревьями. Исчезло и все, что открылось ей в Боевом Мече. Он стал снова холодным и непреклонным. От него исходило напряжение, но Тея не могла понять, с чем оно связано. Оно направлено на нее? На крепость?

Она была уверена, что Хоторн больше не скажет ей и слова, но, как только впереди показались ворота Тезмарра, он прогремел:

– От некоторых из них ты отстаешь уже на годы. Ближайшее испытание на посвящение состоится через три месяца, а следующее – не раньше, чем через год, – казалось, он подбирал слова. – Тебе нужно подготовиться.

Тея расправила плечи.

– Я подготовлюсь, – твердо сказала она.

Ворота перед ними открылись, Боевой Меч и щитоносец въехали внутрь.

Глава 16

Хоторн проехал мимо конюшен, провел их через внутренний двор, а затем и мимо южной части крепости.

– Куда мы едем? – Нахмурившись, Тея поторопила кобылу, чтобы не отставать.

Но Боевой Меч не ответил.

Тогда все стало ясно. Он говорил ей, что отведет ее прямиком к Эсиллту. Однако он не упомянул, что тренировка по спаррингу будет в самом разгаре.

И действительно, когда они добрались до оружейной, Мастер Оружия кричал на троицу щитоносцев. Тее потребовалась вся сила воли, чтобы продолжить смиренно идти.

Около двадцати молодых людей с благоговением уставились на Хоторна, а затем с подозрением посмотрели на нее. К собственному ужасу, Тея заметила в толпе Себа. Когда его взгляд опустился на нее, он угрожающе сжал в руке тренировочный меч, отчего костяшки его пальцев побелели.

Тея напряглась. Если он так невзлюбил ее из-за того занятия по самообороне много лет назад, то теперь, когда она попала в отряд щитоносцев, его ненависть стала безграничной.

– Хоторн. – Эсиллт перестал отчитывать молодых людей и склонил голову перед Боевым Мечом. – Чем могу быть полезным?

Хоторн указал подбородком на Тею.

– Новобранец.

Все открыто уставились. Себ кипел от гнева.

– Чего? – Эсиллт приложил ладонь к уху, будто ослышался.

– Новобранец, – повторил Хоторн. – Правители одобрили ее прошение, у нее есть разрешение на тренировки.

– Понятно.

– Тогда оставляю ее с тобой, Эсиллт.

– Как скажешь, – ответил Мастер Оружия, слегка нахмурившись.

Хоторн кивнул и повернул коня обратно к крепости, встречаясь взглядом с Теей. Он многозначительно огляделся через плечо, смотря теперь уже на сердитых молодых людей.

– Что ж, алхимик... – произнес он тихо.

От Теи не ускользнуло, как он обратился к ней по прежнему прозвищу, ей это не понравилось.

Но Боевой Меч, похоже, решил быть с ней холодным.

– Будет нелегко.

Тея спустилась на землю и передала ему поводья. Игнорируя свои вспыхнувшие щеки, она расправила плечи.

– Кто говорил, что я ищу легких путей?

Мозолистые пальцы Хоторна коснулись ее ладони, отчего по телу пробежал заряд энергии. На мгновение его взгляд задержался на ней. Не сказав больше ни слова, он ускакал, ее лошадь последовала за ним. Тея смотрела ему вслед, и на душе у нее было тяжело. Она задавалась вопросом, увидит ли его когда-нибудь еще, сотрет ли он из памяти воспоминания о тех умиротворенных моментах, которые они провели вместе, если, конечно, он вообще их запомнил.

Надо отдать Эсиллту должное: он не медлил. Он бросил Тее деревянный тренировочный меч, который она, к счастью, поймала, и махнул рукой в сторону одного из щитоносцев, который казался одним из самых молодых.

– Ты с Киппом.

– Меня зовут Алтея, сэр...

– Мне все равно, – резко сказал он, снова разворачиваясь к группе.

Стараясь не раскраснеться, Тея схватила покрепче свой деревянный меч и подошла к молодому человеку, на которого указал Эсиллт. Он был долговязым и жилистым, его рыжеватые волосы падали ему на глаза. Когда девушка к нему приблизилась, он застенчиво улыбнулся.

– Я Кипп... Кипп Сноуден, – зачем-то добавил он.

Тея сразу отметила, что он держит меч неправильно. Она вежливо ему кивнула и, ощущая жгучее негодование щитоносцев вокруг нее, переключила внимание на Эсиллта. В ее сторону бросали сердитые взгляды, многие злобно шептались, другие же улыбались ей кривыми и недобрыми улыбками, а некоторые качали головой, открыто выражая недовольство из-за ее присутствия.

Тея пристально смотрела на Эсиллта, подавляя порыв убежать.

– Пятнадцать минут спарринга, – резко заявил он. – Считайте это разминкой. Сегодня без переломов, Себастос.

От этих слов Тея ощутила мерзкий привкус во рту. Значит, Себ относился ко всем как ублюдок.

– Пятнадцать минут, начали.

По двору разнесся шум, послышались удары деревянных мечей и отчаянные крики.

Себ быстро настиг ее, казалось, он воспринимал ее присутствие как личное оскорбление.

– Со сколькими людьми тебе пришлось переспать, чтобы оказаться здесь, беспризорная?

У Теи защемило в груди, но она промолчала.

Ее молчание, казалось, только раззадорило его. Он подошел ближе, рассматривая ее поношенные брюки и плащ, растрепавшую косу и мужскую рубашку с закатанными до локтей рукавами.

– Мужская одежда не делает тебя одной из нас, – буквально выплюнул он.

Тея сжала свой тренировочный меч крепче.

– Ты не мужчина.

– Поспорим? – прорычал Себ, краснея.

– Барлоу! – завопил Эсиллт, брызгая слюной. – Я приказал конкурировать или драться?

Теперь уши Себа были такими же красными, как и его щеки. К счастью Теи, он пробубнил какое-то ругательство и ретировался.

– Готова? – Кипп повернулся к ней с улыбкой.

Тея медленно улыбнулась и расслабилась.

– Что ж, посмотрим, на что ты способен, – ответила она, занимая боевую стойку.

Без предупреждений Кипп бросился в бой. Но Тея была наготове. По тому, как щитоносец держал меч, она поняла, что удар будет плохой. Так и произошло. Она забыла о жестоких словах Себа и, отразив удар, увернулась. Тея упивалась вибрацией, которая прошла по руке от соприкосновения мечами. Обойдя Киппа, она направила меч ему в живот. Кипп едва смог отразить атаку и отшатнулся назад. Тея развернулась и нацелилась в его левый бок.

Щитоносец удивленно вскрикнул.

Но Тея не давала ему и шанса на передышку. Она атаковала жестко и быстро, уворачивалась и наносила удары со всей точностью, на которые была способна.

Горячие мысли и чувства к Хоторну отступили. Тея мысленно порадовалась тому, что он ушел. Ей не хотелось отвлечься на него или столкнуться с его плохим настроением, когда ее мечты стали наконец-то достижимы. Она была здесь. Она тренировалась. Со щитоносцами. Тея с легкостью отразила очередной удар Киппа, стараясь избежать удара по голове. Она была хороша. Она держала собственный...

– Неуклюже, – послышался голос. – Абсолютно. Никакой дисциплины.

Уверенная, что Мастер Оружия сверлит взглядом Киппа, потому что к нему это все тоже относилось, Тея обернулась. Однако оказалось, что Эсиллт смотрит на нее.

Должно быть, он заметил на ее лице удивление, потому что сказал:

– Да-да. Ты. Все мы, как дважды два, знаем, что Кипп бесполезен. Но ты... Ты неуклюжая, в твоих движениях нет дисциплины.

Щеки Теи залились румянцем.

– И я сказал: пятнадцать минут. Ты не задумывалась, что после спарринга будут еще упражнения? Или тебе так не терпится проявить себя, что ты готова истратить всю энергию в один присест?

Она было открыла рот, но не нашлась, что сказать.

Эсиллт покачал головой:

– Но ты, конечно, продолжай. Если ты упадешь замертво от усталости, то избавишь остальных щитоносцев от издевательств над тобой.

Тея крепче сжала меч, но Эсиллт уже ушел отчитывать следующую пару.

– Не обращай внимание. – Кипп попытался поддержать ее. – Он такой со всеми.

– Мне не нужна твоя жалость.

– Я и не жалею тебя. Я берегу всю свою жалость для себя, – невозмутимо ответит Кипп. – Ты же слышала, как он сказал: «Кипп бесполезен». За сегодня это всего лишь двадцатый раз.

Тея снова расслабилась и не смогла сдержать улыбки.

– Тебе лучше отвесить мне еще пару ударов, а то в следующий раз он обвинит тебя в лени, – предупредил Кипп.

Ему не нужно было повторять дважды. В этот раз она двигалась, стараясь экономить энергию. Она наносила такие сильные и безжалостные удары, но меньше крутилась и следила за тем, чтобы движения ног были четкими и оправданными. Она думала о своей манере сражения: в чем ей требовалась дисциплина?

– Теперь ты слишком много думаешь, – послышался насмешливый голос Эсиллта.

Тея стиснула зубы. «Это я уже слышала». Ей очень хотелось сказать Мастеру Оружия, что здесь сейчас не особо-то и учили. Как она могла чему-то научиться, если он только критиковал?

– Боги милостивые, Кипп. Удивительно, как ты до сих пор не споткнулся о свои длиннющие ноги, – крикнул Эсиллт настолько громко, что это услышали все.

По всему двору покатился смех, среди всех голосов Тея могла различить насмешки Себа. Неужели все остановились, чтобы посмотреть?

По неприятному покалыванию в затылке она поняла, что так и было. Но Тею не заботили остальные, она думала только о движениях Киппа. Он двигался на ногах неуклюже, словно младенец, который не понимает, что у него есть ноги. И после недолгого спарринга она поняла, что его слабым местом была левая сторона – он постоянно держал ее незащищенной.

Слова Эсиллта, конечно, задели ее самолюбие, однако на бедолагу Киппа, казалось, обрушивалась вся критика и издевки. Тея блокировала атаки и делала ложные выпады, а мысли в ее голове путались. У нее было два варианта: она могла воспользоваться тем, что его левая сторона открыта, и победить либо...

Она бросилась под меч Киппа и, когда деревянное оружие полоснуло по ее плечу, зашипела от боли.

– Ты выиграл.

Кипп окинул ее недоуменным взглядом.

Знакомый издевательский смех разлетелся по двору, отражаясь от каменных стен крепости.

– Похоже, мы наконец нашли кого-то похуже старины Киппа, – злорадствовал Себ. – Отличная парочка, да?

Несколько приятелей этого ублюдка захихикали, но на этот раз издевка Себа не попала в цель.

«Пускай он меня недооценивает», – подумала Тея. А если это еще и отвлечет общее внимание от Киппа, она не против.

Себ, казалось, собирался продолжить насмешки над ними, но Мастер Оружия поднял руку, призывая к тишине.

– Воспримем это увлекательное зрелище как знак того, что все вы достаточно разогрелись. Возьмите щиты.

Хоть Тея не была в восторге от методов обучения Эсиллта, она не могла не восхититься его командной интонацией: даже такие придурки, как Себ, безукоризненно следовали его указаниям.

Она вслед за Киппом отправилась к сараю, где висели щиты, как Мастер Оружия схватил ее за локоть.

– Интересный выбор...

– Я...

Но он уже подтолкнул ее к Киппу.

Значит, Эсиллт понял, что она ему поддалась.

– Держи, – произнес Кипп и протянул ей щит.

Под весом щита ее рука опустилась.

– Боги.

– Тяжелый, да? – спросил Кипп, устраивая свой на предплечье. – Кавалерийские щиты намного легче, хотя мне в целом все равно. Вообще, я больше стратег.

Эсиллт кашлянул:

– Как вы знаете, в бою важно не только владение оружием, но и выносливость. Вам нужно уметь владеть и мечом и щитом. Наступит момент, когда вам придется ехать верхом со щитом в одной руке и с мечом – в другой. Или придется пробежать через все поле боя, помогая товарищу.

Тея стиснула зубы и подняла щит, ее мышцы уже горели.

– Начали!

Ложная победа Киппа вселила в него уверенность – на этот раз он атаковал Тею с большим рвением. Однако лучше от этого не стало. Она подняла щит, защищаясь от его атак. Отразила одну, вторую, третью, а затем уклонилась и сама нанесла удар.

Если раньше Мастер Оружия считал ее неуклюжей, то теперь она стала настоящей ходячей катастрофой. Из-за щита ей было трудно удерживать равновесие, движения замедлились. Хоть Кипп ненамного лучше ее, он хотя бы более опытен и мог удерживать щит вертикально на протяжении всего поединка.

Боги, насколько же самоуверенной она была. Как она могла думать, что слежка за щитоносцами, самостоятельные тренировки в темноте и несколько дней в компании Боевого Меча дадут ей навыки великого воина Тезмарра?

Тея сосредоточилась на своем щите и отражении ударов, отодвигая на второй план крики и лязг тренировочных мечей. Казалось, что теперь снисходительность проявлял Кипп. Его удары стали мягче. Но ей все равно было тяжело, и она, стиснув зубы, изо всех сил старалась удерживать щит.

На ее лбу выступили капельки пота, рубашка промокла и прилипала к спине. Она снова попыталась атаковать Киппа, но он уклонился от удара, отчего Тея разозлилась. Неужели она его недооценила? Или всему виной тяжелый щит?

Тея покрутила шеей в попытке снять напряжение. Неужели всего около часа назад она ехала вместе с Хоторном, направляясь прямо сюда и страстно желая взять в руки оружие? Она сделала очередной выпад...

– Стоп, – прорычал Эсиллт, и все сразу же остановились. – Я в жизни не видел более жалкого подобия щитоносцев.

– Мы не виноваты, что они допустили к тренировкам девушку, – выкрикнул кто-то позади.

– Да ты ее видел? Она не девушка.

– Я разве говорил о девчонке? Думай о своих способностях, Лачин. Или об их отсутствии.

Тея не удержалась и обменялась с Киппом улыбками.

– На сегодня все, – грозно объявил Эсиллт. – Не могу выносить это зрелище так долго. Кипп, Тея и Кэллахан, за уборку.

Улыбка исчезла с лица Киппа.

– Но...

– Если ты не собираешься меня поблагодарить, Кипп Сноуден, я бы еще раз подумал, прежде чем что-то сказать.

Кипп склонил голову:

– Да, сэр.

Тея и Кипп дождались, когда взмокшие и растрепанные щитоносцы, пошатываясь, ушли.

– Что нужно делать?

– Убраться в оружейной. Начистить оружие. Убедиться, что все лежит на своих местах, дабы завтра мы могли снова навести бардак.

– Ну и настрой, Кипп, – прозвучал третий голос.

К ним подошел худощавый, но мускулистый молодой человек. Его каштановые волосы были собраны в короткий хвост.

– Ты же меня знаешь, я неисправимый оптимист.

– Скорее неисправимый дурак.

Молодой человек рассмеялся и хлопнул его по плечу. Он повернулся к Тее.

– Я Кэллахан Уитлок, или просто Кэл, – представился он и протянул ей руку.

– Тея, – представилась она, крепко пожимая его ладонь.

Он кивнул:

– Приятно познакомиться с тобой при таких прекраснейших обстоятельствах, Тея. Нам пора начать, если мы планируем поесть в этом столетии.

Несколько озадаченная, Тея последовала за ними. Оказалось, что ее ожидало именно то, о чем и говорил Кипп. Она расставила щиты вдоль стены в порядке возрастания и начала протирать их влажной тряпкой.

– Есть ли причина, по которой Эсиллт выбрал именно нас? – спросила она, отжимая тряпку.

– Кэл считает, что он выбирает худших щитоносцев дня, – ответил Кипп, кативший большой щит на место. – Но лично я думаю, что он знает имена лишь нескольких человек.

– Серьезно?

– Так Кипп себя утешает, – отметил Кэл.

– Не понимаю, почему ты не согласен. Если прав я, значит, ты не так уж и плох, как думаешь.

– Ты знаешь, что я хорошо стреляю. После этих тренировок я никогда не убираюсь.

– Как скажешь, – ответил он, пожимая плечами.

– Как давно вы уже тренируетесь? – поинтересовалась Тея, с любопытством наблюдая за их непринужденностью.

– Я – девять месяцев. Бедный старина Кипп – десять лет. Он у нас медленный, – ответил Кэл.

– Да ну тебя, – возразил Кипп и повернулся к Тее. – Клянусь, не десять лет. Я бесполезный, но не настолько.

Кэл фыркнул.

Бросив на него презрительный взгляд, Кипп продолжил:

– Я здесь с десяти лет. Но тренироваться я начал... пару лет назад.

– Может, все-таки пять? – съязвил Кэл.

– Вы уже пытались пройти испытание на посвящение?

Кипп покачал головой:

– Мастер Оружия настаивает, что пока еще рано. Говорит, если бы я попробовал в первый год, то умер бы. На четвертый год он сказал: «Может, еще годик?..»

– Интересно, что он скажет в этом году, – рассмеялся Кэл.

К удивлению Теи, Кипп лишь добродушно пожал плечами:

– Кто знает, Кэллахан... Кто знает.

– Значит, тебя это не особо волнует?

– Зависит от того, когда спросишь. Но лично я никогда не видел себя стражем Срединных Королевств.

– Тогда зачем ты тренируешься? Почему бы просто не работать в крепости?

Тея не могла поверить, что среди щитоносцев учился человек, который этого не хотел, в то время как она так боролась за свое место. Эту мысль она не озвучила.

– Количество щитоносцев с каждым годом становится все меньше и меньше. Поэтому они набирают кого могут.

Об этом Тея уже слышала, но получить подтверждение из первых уст – совсем другое дело. Разговор себя исчерпал, и, закончив со щитами, они направились в оружейную.

– Что теперь? – спросила Тея.

Кэл бросил ей чистую тряпку.

– Эсиллт любит, когда все сияет.

Тея обреченно вздохнула:

– Мы здесь надолго...

Они принялись за чистку бесчисленных мечей и клинков в оружейной, и теперь вопросы посыпались уже на Тею.

– Значит... Ты ездила в Харент?.. С Боевым Мечом? – уточнил Кипп.

– Чтобы обратиться с прошением к правителям Срединных Королевств? – воодушевленно добавил Кэл.

На мгновение перед глазами Теи промелькнула ямочка на щеке Хоторна, шрам на его лбу, а затем хмурый взгляд.

– Ну... да, – выдавила она. – С Уайлдером Хоторном.

Кэл присвистнул:

– Говорят, он хуже, чем Кровопускатель.

Тея тщательно отчищала грязь с лезвия. Она пожала плечами.

– Он не так уж плох. – Тея попыталась защитить его. – Возможно, расскажу вам в другой раз.

– Зато честно.

Она была благодарна им за то, что они не давили.

– Мы должны рассказать ей о кодексе... – произнес Кипп.

– О каком кодексе?

Кэл кивнул:

– Да так, обычное дело... То, что происходит между щитоносцами, остается между щитоносцами.

– Например, не жаловаться командирам, что над тобой издеваются?

– Вроде того. – Кипп вздохнул. – Не везде в Тезмарре подчиняются законам. Это как раз относится к тренировкам щитоносцев.

– Понятно. Но я бы и не стала сразу же бежать к Эсиллту жаловаться.

– Возможно, это пока, – серьезно возразил Кэл. – Я пару раз оказывался в ситуации, когда вмешательство командира не помешало бы.

– Согласен, – поддакнул Кипп.

От этого предупреждения Тея поежилась.

Они приводили в порядок оружейную целую вечность. Наконец Кэл и Кипп объявили, что по меркам Эсиллта все готово. К тому времени Тея уже умирала от голода и еле держалась на ногах. Она проснулась на рассвете, преодолела долгий путь и вдобавок ко всему была измотана спаррингом.

Они добрались до крепости и вошли в оживленный Главный зал. Тея направилась к столу, за которым всегда сидела. Она издалека заметила растрепанный пучок бронзовых волос Рен.

Боги, как же ей хотелось поговорить с ней, рассказать о... Обо всем.

– Куда ты идешь? – спросил Кипп.

– К моему месту за...

Но Кэл покачал головой:

– Ты теперь щитоносец, Тея. И должна есть за нашим столом.

Тея вытянула шею, надеясь поймать взгляд сестры. Ее окутало волнение. Почему же она сразу об этом не подумала?

– Пойдем, люди начинают пялиться, – тихо произнес Кипп, подталкивая Тею к столу.

Она неохотно оторвала взгляд от алхимиков. Чтобы поговорить с Рен, ей придется дождаться, пока вся чертова крепость уляжется спать.

– Тея... – предостерегающе прошептал Кипп, бросая многозначительные взгляды на толпу.

Множество взглядов были прикованы к ней.

Жители крепости так смотрели не из-за их опоздания.

Они так смотрели, потому что за столом щитоносцев сидела женщина.

По залу гулял шепот, и Тея мечтала спрятаться. Но увы. К огромному недовольству остальных щитоносцев, Кэл и Кипп освободили для нее место на одной из скамей. Всем пришлось прилично потесниться и поругаться, и лишь тогда Тею смогли усадить между ее двумя новыми товарищами.

На нее продолжали пялиться.

Внезапно она ощутила себя еще более незваным гостем, чем во дворце в окружении знати.

Только Тея потянулась за едой, как кто-то выхватил тарелку из ее рук.

Тогда она потянулась за медовухой, но кто-то схватил кувшин.

Внезапно ее зверский аппетит пропал.

По ту сторону стола на нее смотрели хмурые взгляды, щитоносцы сидели с поджатыми губами и скрещенными на груди руками.

Затем до нее донеслись перешептывания, кругом были одни недовольные лица. Тея расправила плечи и высоко подняла подбородок.

Хоть ее аппетит окончательно пропал, она снова потянулась за едой – на этот раз за тарелкой с зеленью. Это блюдо было наименее популярным, но тарелку тут же выхватили.

– Серьезно? – тихо возмутилась она.

– Держи, – произнес Кипп и переложил ей на тарелку половину содержимого своей.

– Ты не обязан... – принялась возражать она.

Но Кипп лишь пожал плечами:

– Обычно они проделывают это со мной. Тупым ублюдкам иногда становится скучно.

– Спасибо, – тихо произнесла она, его доброта ее тронула.

Тея ела быстро, при этом осмеливаясь оглядывать зал. Первое, что она заметила, – за главным столом не было Хоторна. Его место пустовало. Зато Одра занимала свое обычное место. Она встретилась с Теей взглядом. Библиотекарь не улыбалась, но Тея заметила в ее глазах блеск перед тем, как она с суровым видом отвела взгляд.

За ее столом возобновились разговоры, и не самые приятные.

– Ставлю три золотых, что она сдастся к концу недели, – заявил молодой человек, которого Эсиллт назвал Лачином, и хлопнул ладонью по столу.

– А я ставлю пять, что она выдохнется уже завтра. И заплачет, – ответил другой.

– У тебя нет пяти золотых, тупица, – вступился Кэл.

– Ставлю десять золотых, – заявил Себ, заглушая остальных. – Что беспризорная раздвинет ноги, лишь бы не вылететь с обучения.

Тея мгновенно вскочила на ноги и схватила его за рубашку.

– Ты...

Но Кипп и Кэл уже тащили ее обратно.

– Плохая идея, – прошептал Кипп. – Очень плохая.

– Тея, оставь его. – Кэл силой усадил ее обратно на скамейку. – Он этого и добивается.

– Что там происходит?! – прокричал Эсиллт со своего места за главным столом.

– Ничего, сэр! Все нормально! – отозвался Кипп.

– Очень правдоподобно, – ответил Эсиллт, качая головой. – Если я еще раз увижу суету за вашим столом, хоть малейший намек, то позволю командирам использовать вас как мишени на занятиях по стрельбе.

Угроза Эсиллта мгновенно остудила бурлящую ярость Теи. К счастью, Себ и другие идиоты решили, что лучше больше не раздражать Тею и не испытывать гнев Мастера Оружия.

Больше всего Тее хотелось, чтобы ужин поскорее закончился и ей больше не нужно было смотреть на уродливое самодовольное лицо Себа. Боги, она никогда не думала, что будет тосковать по своей спальне с Рен и подругами.

Когда прозвонил колокол, Рен подошла к ней с мешком с ее вещами. Времени на разговоры не было. Сестра успела лишь предупредить:

– Мне сказали, что ты теперь будешь жить с парнями. Да хранят тебя Фурии. – Рен крепко обняла ее. – Спи с открытыми глазами.

Потрясенная Тея обняла ее крепче:

– Со мной все будет в порядке.

Она не была уверена, обращалась ли к Рен или к самой себе. Она похлопала себя по тому месту, где покоился ее камень судьбы.

– Пора снова испытать судьбу?

Рен побледнела:

– Твои жизни уже заканчиваются.

Она внезапно ощутила, что сестру охватил настоящий ужас. Отстранилась и собралась с силами.

– Со мной все будет в порядке, – повторила она. – Увидимся, Рен.

Но когда Тея осталась одна и направилась в сторону спален щитоносцев, ее саму охватил сильнейший страх. Уже на ужине стало понятно, как все к ней относятся... Что ж, перспективы ей не нравились. У нее отобрали возможность чувствовать себя в безопасности, ей некуда было пойти. С этого момента она должна всегда быть начеку.

Собравшись с духом, она прошептала:

– Ты хотела стать щитоносцем, Алтея. Ты получила то, чего желала. Так что соответствуй.

Она подошла к двери и услышала, как из-за нее доносится хриплый смех и крики. Она расправила плечи, пытаясь найти в себе силы, чтобы пережить эту ночь.

В ее голове прозвучал голос Одры: «Изначально Боевыми Мечами были женщины. Три Фурии – на них основывалась наша культура, за них выступает Гильдия, все началось именно с них».

Прокручивая в голове эти слова, Тея толкнула дверь и вошла в логово дракона.

Глава 17

Как только Тея вошла внутрь, прижимая к груди свои несчастные пожитки, в комнате воцарилась тишина. В спальне было по меньшей мере двенадцать кроватей, а может, и больше. Все замерли – одни были полностью одеты, другие – частично.

– Что она здесь делает? – выкрикнул кто-то.

– Это шутка? – послышался еще голос.

– Я тоже об этом не просила. Куда я могу лечь?

Парень, которого она видела впервые, указал в конец комнаты. Там под большим окном стояла узкая кровать.

Ну конечно, самое холодное место в спальне.

– Отлично, – прошептала она.

– Знаешь, милая... Тебе стоит подумать, чего ты хочешь на самом деле.

Этот щитоносец был одним из старших, его поведение неудивительно.

– Я всегда хотела стать воином, – вздернув подбородок, ответила Тея.

– Этого ты никогда не достигнешь.

Тея повернулась и собралась пойти к своему месту, держа в руках своих вещи.

– Что ж, увидим.

– Тебе здесь не место, – со вздохом произнес щитоносец.

Не обращая внимания на злобные взгляды, она пересекла комнату и заняла кровать, мысленно осыпая ругательствами Мастера Гильдии за его жестокость. Необходимость жить со щитоносцами никак не отразится на ее тренировках. Она была бы полной дурой, если бы не осознавала, насколько это опасно. Но Тея все понимала: так он пытался вынудить ее бросить эту затею. Делать этого она не собиралась.

Из-за двери справа вышел еще один молодой человек, и Тея с ужасом поняла, что там, должно быть, купальня... Сама она отчаянно хотела помыться.

– Мастер Гильдии попросил меня напомнить всем о строгом запрете личных отношений, – громко заявил он.

Тея чуть не взвыла от отчаяния. Запреты лишь побуждают к действию. Она поежилась под скользящими по ней взглядами.

– В чем дело? – прозвучал знакомый голос.

Из купальни вышел Кэл в одном лишь полотенце, обернутом вокруг талии.

– Погляди, кто к нам заехал, – кто-то указал на нее.

Кэл вздрогнул:

– Тея? Не может быть.

– Похоже, я должна пройти полноценный путь щитоносца.

– Черт, – Кэл потер затылок.

– Ага.

Тея хотела спросить его, где находится ближайшая женская купальня, но вовремя прикусила язык. Кэл да и Кипп уже и так подставились за ужином, когда пытались ей помочь. Она не могла просить о чем-то еще и ставить под угрозу их положение.

Все неохотно принялись готовиться ко сну. Тее же ничего не оставалось, кроме как смотреть в непроглядную тьму за окном, чтобы щитоносцы могли спокойно переодеться. Однако она не была уверена, что они ответят ей тем же. Тея подумала о том, чтобы забраться в кровать в грязной дорожной одежде, но лишь поежилась от этой мысли. Поэтому, скрестив ноги, она сидела на тонком одеяле и вглядывалась в желтую луну.

Одна за другой потухли свечи, и Тея с благодарностью осознала: очевидно, Себастос Барлоу жил в другой спальне.

«Хоть что-то хорошее», – подумала она, не замечая, как пальцы без ее воли играют камнем судьбы.

Когда комната погрузилась во тьму, она услышала, как кто-то к ней приближается, и замерла. Уже в который раз она жалела, что не имеет при себе кинжала, и мысленно прокляла Боевого Меча.

– Эй! – кто-то прошептал.

– Кэл? – так же шепотом ответила она.

Он ее не трогал, но она могла видеть очертания его силуэта в слабом свете.

– Кипп попросил тебе передать. Дождись ночи. Тогда ты сможешь выбраться отсюда и воспользоваться купальнями мастеров, они дальше по коридору. Последняя дверь слева.

Тея порадовалась, что было темно, потому что на ее глаза навернулись слезы. Она протянула руку, чтобы благодарно похлопать его по плечу, но перед ней оказалось пусто. Возможно, это и к лучшему.

– Спасибо, – тихо произнесла она. – Правда.

– Пустяки. Похоже, мы будем проводить много времени вместе. Не хватало, чтобы от тебя воняло на всю крепость.

Тея сдержала смех:

– Как я могу...

Он шикнул:

– Не нужно. Здесь так принято. В конце концов, каждый находит того, кто его прикроет.

Тея преодолела огромное желание обнять его. Возможно, она все-таки выживет в этой спальне.

– Спасибо.

– Ни я, ни Кипп не говорили тебе этого. Если тебя поймают.

– Конечно.

– Тогда желаю спокойной ночи.

Тея еле сдержалась, чтобы не поблагодарить его в третий раз, и просто наблюдала, как он направляется к своей кровати, исчезая в глубине комнаты.

Затем она принялась долго ждать.

Прошло много часов. По всей комнате разносились разной громкости храпы и прочие... звуки. Тее показалось, что она находится в помещении с кучей животных. Она приложила все силы, чтобы посчитать количество звуков. Она была почти уверена, что все спят, собрала свои вещи и на цыпочках прокралась к двери.

Когда она открылась и в спальню просочился луч света, Тея вздрогнула. Возвращаться было поздно. Спустя пару мгновений она уже стояла по ту сторону двери. Девушка замерла, ожидая, что кто-то неминуемо выйдет и обнаружит ее.

Либо все спали, либо тем, кто не спал, было все равно.

Оба варианта ее устраивали.

Прижимая к себе мешок с одеждой и следуя указаниям Кэла, Тея кралась по коридору к последней двери слева. Она толкнула ее, задержав дыхание и молясь, чтобы внутри никого не оказалось.

В купальне было пусто, и она чуть не заплакала от облегчения.

Эта купальня была гораздо роскошнее, чем та, к которой Тея привыкла. Свет факелов освещал мозаичные плитки на стенах. На них были изображены легендарные сирены, обитающие по ту сторону Завесы. Красивые женщины с волосами по пояс в облегающих мокрых сорочках на фоне волн. Одра рассказывала о них. Эти существа способны одной песней убить человека. Тее всегда нравились эти истории.

Девушка с замиранием сердца смотрела на это произведение искусства, боясь представить, что еще скрывается в морях за стеной тумана. Она прошла дальше и обнаружила несколько деревянных ванн, наполовину врытых в кафельный пол. По всему помещению на небольших плитах стояли котлы с горячей водой, а также несколько ширм.

– Слава богам, – прошептала Тея и направилась к самой дальней ванне.

Она положила вещи на скамью рядом со стопкой чистых полотенец.

Тея принялась подготавливать ванну. Налила в нее кипяток из котла, затем, чтобы не обжечься, добавила несколько ведер холодной воды. Тея задержалась у небольшой полки, уставленной бесчисленным количеством бутылочек и мыла. Выбирая аромат, она поднесла мыло к носу и, глубоко вдохнув, ощутила... Аромат розового дерева. Ее окутало тепло, в памяти всплыли недавние воспоминания, в груди затрепетало...

– Что ты творишь? – тихо отчитала она себя, практически отбросила бутылек обратно и схватила другой первый попавшийся.

«Хватит», – твердо решила Тея. Она здесь по одной-единственной причине. Никакого Уайлдера Хоторна.

Наконец она поставила перед ванной ширму и осмотрела плоды своих трудов. От воды поднимался пар, а аромат мыла почти опьянял. У нее больше не было сил ждать. Ей до смерти хотелось ощутить себя чистой, абсолютно чистой.

Тея стянула с себя рубашку Боевого Меча, с горечью понимая, что ее придется вернуть. Она расплела косу, быстро стащила ботинки, брюки, нижнее белье и подошла к краю ванной. Единственное, что она не сняла, – камень судьбы. Нефрит был ее постоянным спутником и напоминанием о том, что смерть ходит за ней по пятам.

Она нерешительно опустила пальцы ног в ванну и тихо вскрикнула. Вода была горячей, но Тее это нравилось. Расслабляясь, она медленно встала в ванну ногами и поморщилась от первых ощущений жара к коже. Издав глубокий удовлетворенный вздох, девушка погрузилась в воду.

Тепло обволакивало ее ноющие мышцы. И поездка, и спарринг изрядно ее потрепали, и она мысленно поблагодарила Киппа и Кэла за то, что они поведали ей об этом месте. Наконец-то она могла оттереть грязь с кожи и смыть пыль с волос. Она ощущала себя на седьмом небе от счастья. Тея промыла свои длинные локоны, вдыхая насыщенный аромат лилий. Он ей нравился, но все же не так сильно, как...

Тея прогнала эту мысль и снова нырнула под воду. Она не могла вспомнить, когда в последний раз позволяла себе такую роскошь, как побыть наедине с собой целый час или полежать в такой большой ванне и настолько горячей воде. Тея нежилась в воде, размышляя обо всем, что произошло за последнюю неделю, и весь мир перестал для нее существовать. Она покинула Тезмарр и посетила Харент и его столицу – такое довелось испытать немногим женщинам крепости. Она путешествовала в компании Боевого Меча... Познакомилась с правителями Срединных Королевств. Она чувствовала, как ее окутывала их магия, их сила. И она спасла жизнь самому королю Артосу... Казалось, будто с этого момента прошла целая вечность. И вот она вернулась в Тезмарр и стала самым слабым щитоносцем.

– Что ты, черт возьми, делаешь? – нарушил тишину знакомый голос.

Тея мгновенно распахнула глаза и увидела Хоторна, который смотрел на нее сверху вниз. При виде ее мокрого обнаженного тела его губы приоткрылись.

Она засуетилась в воде, стараясь прикрыть себя как можно большим количеством пены. Но он уже увидел. Он увидел все.

– Это что ты, черт возьми, делаешь? – огрызнулась она, щеки ее залились густым румянцем. – Зачем, по-твоему, существует эта дурацкая ширма?

– Я звал. Дважды.

– И?

Он изучал ее ванну, и его обычно свирепый взгляд стал затуманенным.

– Все мастера и командиры у Мастера Гильдии... – Он глубоко вздохнул, его взгляд опустился на ее губы, ключицу. – По идее, здесь должно быть пусто.

По телу Теи разлилось тепло, и это было не тепло от воды. Кожа внезапно стала чувствительной к прохладному воздуху, который касался ее затылка и обнаженных плеч.

– Может, вспомнишь о приличиях и отвернешься? – выпалила она, чувствуя, как сердце с бешеной скоростью ударяется о грудную клетку.

– Прости, – пробормотал он и начал отворачиваться.

Но все тело Теи словно ожило, смущение Хоторна придало ей смелости. Она знала, что не выдумала ту связь, которая возникла между ними в путешествии. Их долгие взгляды, то, как по телу разливалось тепло от случайных прикосновений.

Она приподнялась, и пена стала стекать по груди и животу, мокрые волосы прилипли к коже, а предвкушение прошло разрядом по всему телу.

– Серьезно? Просишь прощения?

Хоторн снова повернулся к ней лицом, на этот раз он открыто пожирал ее взглядом: ее грудь набухла, изгиб бедер и все, что ниже, было скрыто под водой.

– Нет.

От его громкого хриплого голоса Тея ощутила, как ее захлестнула волна желания, а между ног сладко заныло.

Она тоже пристально оглядела его. Прошлась глазами по плотно сжатой челюсти, напряженным широким плечам, массивной груди, а затем опустила взгляд ниже... к неприкрытой выпуклости на его штанах. С губ сорвался тихий вздох.

Ее бедра под водой раздвинулись, каждый миллиметр тела жаждал его.

Хоторн застыл точно статуя, не делая ни малейшей попытки скрыть свое желание. Наконец он заговорил:

– Фурии знают, мне не стыдно, и я не буду просить прощения за то, что увидел тебя такой.

Его пристальный, полный желания взгляд вновь прошелся по ее обнаженной коже и задержался на лице.

– Но как бы сильно мне ни хотелось... – Он замолчал, проводя рукой по волосам. – Я должен идти.

Тея прерывисто выдохнула. Он схватил что-то с ближайшей полки и ушел, вместе с тем забирая с собой напряжение, сковавшее ее тело.

Сдавленно вздохнув, Тея обхватила себя руками и погрузилась под воду в надежде, что та смоет ее смущение.

Уайлдер Хоторн

Уайлдеру потребовалось собрать в кулак всю свою силу воли, чтобы передвигать ногами и покинуть прекрасную обнаженную женщину. Да видят Фурии, он попал. До этого вечера он разрывался между желанием придушить ее и заняться с ней любовью, но теперь... Теперь сомнений не было.

Во влажной от пота ладони он крепко сжал лекарство, которое схватил с полки, и направился к Малику. Если бы его брата не охватил приступ, ничто не помешало бы ему сорвать с себя одежду и взять Алтею Золтейр прямо в ванне.

Он едва ли помнил, что говорил ей. Он все еще желал ее.

– Черт, – прошипел Хоторн.

Он снова провел рукой по волосам, пытаясь прогнать мысли, затуманившие его разум. Он вспомнил эти глаза цвета морской волны, которые так нагло рассматривали его, ее округлую грудь, вздымавшуюся от прерывистого дыхания.

– Черт, – снова выругался он.

Уайлдер яростно ударил ладонью по ближайшей стене, а затем поспешил к брату. Он уже давно не был с женщиной, давно не чувствовал в этом потребности. Он своими глазами видел, что может сделать с Боевым Мечом страсть. Но алхимик... Она оживила что-то внутри него.

«Малик, – приказал он себе. – Думай о Малике». Вернувшись в Тезмарр, Уайлдер разыскал брата, чтобы вернуть ему кинжал и попытаться понять его дружбу с алхимиком. Однако когда он пришел к брату, то увидел, как тот втиснулся своим гигантским телом в небольшое пространство между спинкой кровати и стеной. Малик сидел с крепко закрытыми глазами, колени были подтянуты к груди, а уши прикрыты руками.

Уайлдер попятился назад, он знал, что помочь Малику нельзя, нужно лишь ждать, пока самое худшее окажется позади. А его присутствие могло только усугубить ситуацию. Поэтому он решил взять одно из лекарств Фариссы и дать его Малику, когда тот успокоится. Это средство они использовали уже много раз, казалось, что всего несколько капель под язык помогали Малику вернуться к реальности. Мастер Алхимии всегда хранила полный запас основных лекарств в купальне, куда и отправился Хоторн. Но, увидев Алтею, все его мысли вылетели из головы.

Как только он вернулся к Малику, вновь сумел обрести над собой контроль. Он тихонько постучал в дверь, вошел и с облегчением обнаружил, что брат уже сидел в кресле у камина. Дакс лежал у него в ногах.

– Хорошо, – буркнул Уайлдер, закрывая за собой дверь. – Ты в порядке.

Малик, все еще бледный, выдавил из себя кривую улыбку, рассеянно поглаживая рукой спутанную шерсть Дакса.

Уайлдер протянул ему пузырек с лекарством, внутри у него все содрогалось.

– Смотри, что я тебе принес.

Малик лишь медленно моргнул. Сердце Уайлдера слегка сжалось при виде брата в отрешенном состоянии.

– Тогда давай я тебе помогу, – тихонько произнес он.

Уайлдер вытащил пробку из пузырька и наполнил пипетку. Очень осторожно он помог Малику запрокинуть голову и приоткрыть рот, а затем отсчитал три капли лекарства Фариссы.

Уайлдер сжал плечо брата:

– Тебе станет легче.

Он разжег камин и придвинул к нему свободный стул.

– Мне скучно, так что, если ты не занят, я могу ненадолго остаться.

Малик не ответил, но Уайлдер все равно сел. Он откинулся на спинку стула, вытянул длинные ноги и закинул одну лодыжку на другую, стараясь не задеть Дакса. Он посмотрел на пса.

– Ты ведь гуляешь по всей крепости, да?

Дакс не обратил на него внимание. Видимо, он предпочитал только компанию Малика и алхимика. Не сказать, что Уайлдер винил его.

Огонь, потрескивая, разгорался, и Уайлдер взглянул на брата, который пристально смотрел на языки пламени. Он часто так делал, когда его одолевали сокрушительные переживания. Уайлдер тяжело вздохнул, пытаясь прогнать воспоминания многолетней давности о том дне в Наарве. Тот день был темным, как ночь, из-за стаи тенетворцев и более устрашающих монстров. Малик и Талемир сражались бок о бок на каменных кругах Ислатона.

Уайлдер поймал себя на том, что сжимает подлокотники кресла настолько сильно, что костяшки пальцев побелели. Перед глазами поплыло. В тот день Малик чуть не лишился всего. Талемир тоже. И Уайлдер не мог их спасти.

Взяв себя в руки, Уайлдер потянулся к кинжалу на своем поясе.

– Мал. Смотри, что я нашел...

Он протянул брату кинжал из наарванской стали, не зная, какой реакции ждать и будет ли она вообще.

Гигантская фигура Малика медленно повернулась, и его взгляд упал на протянутое оружие. Уайлдер раскрыл рот в изумлении.

Губы брата растянулись в улыбке. И не в той испуганной, что так часто украшала его лицо, а в понимающей и озорной.

– Значит, узнаешь его?

Он ощутил странное волнение, когда Малик потянулся за кинжалом. Когда-то из них двоих Малик был более серьезным, но из-за травмы они поменялись ролями. Уайлдер стал более напряженным и сдержанным, а Малик, казалось, находил тихие забавы в необычных вещах.

К удивлению Уайлдера, Малик не взял оружие. Его брат просто оттолкнул его и зашевелил губами, будто хотел что-то сказать.

Но не сказал ни слова.

Сердце Уайлдера пропустило удар, но Малик все так же улыбался, и тогда он подумал, что брату достаточно и просто взгляда на свое оружие.

– Будь по-твоему.

Он убрал клинок в ножны на своем ремне, жалея, что не расспросил Алтею подробнее о ее дружбе с братом. От одного ее имени по телу разносился волнующий трепет.

«Боги, во что я вляпался?» Он поднялся на ноги, чувствуя, как сильно не хочет идти в свой домик, расположенный за пределами крепости.

– Оставляю тебя и вот это, Мал, – сказал он и поставил лекарство Фариссы на видном месте.

Когда он уходил, брат все еще улыбался.

Продвигаясь по освещенным факелами коридорам, Уайлдер заметил, что он не один. За ним по пятам бесшумно следовал Дакс. Пес прошел с ним по всей крепости и остановился у спален щитоносцев.

Гигантская дворняга тихо зарычала, и Уайлдер остановился, переводя взгляд с собаки на дверь.

Не понимая, что на него нашло, Уайлдер взялся за ручку и приоткрыл ее.

– Присмотри за ней, ладно?

Дакс, не оглядываясь, проскользнул за дверь.

Глава 18

Тея отбросила все мысли о Хоторне и поспешила обратно в спальню. Чтобы избежать неловкости утром, она сразу переоделась в чистые рубашку и брюки. Шли минуты, а она снова собиралась с духом. Тея решила, что, несмотря на издевательства, она докажет этим ублюдкам, что они не правы. Она собиралась стать лучшим щитоносцем, которого они когда-либо видели, а однажды добьется большего, великого.

Когда после встречи с Хоторном она прокралась в спальню, ее пробирал ужас. Если кто-то из комнаты хоть немного походил на Себа, то ее ожидали неприятности.

В комнате еще горела одинокая свеча – тот парень, который назвал ее «милая», читал. Когда она по темноте шла к своей кровати, его взгляд блуждал по ней, и от этого по ее коже побежали мурашки. Ее переполняла радость оттого, что она была одета в рубашку и брюки, а не в ночную сорочку.

В ее голове звучали его слова: «Тебе здесь не место. Тебе здесь не место».

Нарастающая тревога подсказывала ей, что за ней наблюдает не одна пара глаз, и вся та решимость и мужество, которые она ощущала всего несколько мгновений назад, бесследно исчезли. Она смирилась с тем, что ее ожидает бессонная ночь, и жалела, что у нее больше нет кинжала. Сердце билось с неистовой скоростью. Она подошла к кровати, откинула одеяло и осмотрела простыни на предмет каких-либо проделок от щитоносцев.

Она ничего не обнаружила. Однако это не значило, что ей ничего не грозит. По напряжению, витавшему в воздухе, она понимала, что некоторые не прочь ей навредить.

Стараясь двигаться ровно и уверенно, Тея засунула свои вещи под кровать и скользнула под одеяло. Она едва не вскрикнула от холода простыней и поежилась.

Одинокая свеча погасла.

Комнату окутала непроглядная тьма, и сердце Теи едва ли не выскочило из груди.

Они будут ждать, пока она заснет? Какие ужасы они подготовили? Они просто издевались? Или ее ожидало что-то серьезное?

Тея насторожилась, услышав, как заскрипели пружины матраса, а затем чьи-то босые ноги зашаркали по полу.

Значит, они решили не ждать. Кто-то шел к ней. Она сжала кулаки в готовности нанести удар и поклялась, что если переживет эту ночь, то украдет какой-нибудь клинок из оружейной или хотя бы нож с утренней трапезы. Она слышала приближающиеся шаги.

Вдруг раздался угрожающий рык.

Тея резко села.

– Что за... – проворчал щитоносец, а затем в ужасе закричал. Кто-то выругался из-за шума и зажег свечу.

В центре комнаты стоял Дакс, пес Малика. Своей огромной лапой он прижимал к полу голову щитоносца – казалось, он вот-вот раздавит ее.

– Ладно, ладно! – завопил щитоносец, назвавший Тею «милой». – Отзови своего зверя, девчонка. Я не собирался ничего делать.

Сердце Теи все еще бешено ударялось о грудную клетку, и, переведя дыхание, она подошла к потенциальному нападавшему. Он обливался потом под весом Дакса.

– Пожалуйста, – взмолился он.

По комнате разнесся еще один низкий рык, сквозивший предупреждением.

Тея смерила парня мрачным взглядом:

– Ты ведь не повторишь этого снова, да?

– Я не... я не собирался!..

Дакс обнажил клыки, и слюна закапала парню на лицо.

Тея равнодушно наблюдала за происходящим. Ей очень хотелось позволить Даксу растерзать ублюдка, но вряд ли это положительно скажется на ее пути щитоносца.

– Дакс, ко мне, – наконец скомандовала она.

Дакс убрал свою гигантскую лапу с парня, и тот заскулил. Пес бросился к кровати Теи.

Щитоносец же поспешил прочь.

Тея мысленно улыбнулась, забираясь под одеяло. Огромный пес трижды покрутился вокруг себя, устраиваясь у нее в ногах. Своими желтыми глазами он принялся наблюдать за спальней.

Впервые после возвращения в Тезмарр Тея смогла расслабиться.

Она почесала гигантского зверя за ушами.

– Хороший мальчик, – похвалила она его.

Под охраной Дакса она свернулась калачиком на своей узкой кровати и проспала всю ночь без сновидений.

* * *

Было еще темно, когда Тея проснулась из-за ворчания щитоносцев. Все они натягивали на себя одежду и проклинали холод, не обращая на нее никакого внимания. Наверное, было еще слишком рано, и они не до конца проснулись, чтобы думать о ней.

Тея их понимала. Она вылезла из-под теплого одеяла и ощутила, как холод воздуха и пола пронизывает ее ноющее тело. Окоченевшими пальцами она натянула на ноги шерстяные носки.

Дакса нигде не было, но место у нее в ногах, где он лежал, свернувшись калачиком, было еще теплым.

«Боги, спасибо за эту собаку», – подумала она про себя, после чего зашнуровала ботинки и натянула плащ.

Не имея и малейшего представления о том, что будет происходить дальше, Тея сидела на краю кровати и ждала, пока остальные закончат одеваться. Она размышляла, как бы ей сообщить Рен, что с ней все в порядке.

– Смотрю, ты пережила эту ночь, – произнес Кэл вместо приветствия.

– Как видишь.

– Кипп обрадуется. Он, кстати, действительно верит, что вчера победил тебя в спарринге.

– Так и есть.

– Тебе когда-нибудь говорили, что ты не умеешь врать? Более того, даже те из нас, кто любит Киппа, знают, что он не владеет мечом. – Кэл потянул ее за руку. – Пойдем, а то всю еду съедят.

Тея проследовала за своим новым другом в Главный зал. Остальные жители крепости еще спали, поэтому щитоносцы расселись по разным столам. Так Тее нравилось больше. Она могла взять все, что хотела, с главного стола, а затем пойти за свой.

Кипп радостно помахал им рукой. Перед ним лежал сборник карт.

– Ты жива!

Тея и Кэл переглянулись.

– Ты во мне сомневался? – спросила она, когда они подошли к Киппу.

– Ни на секунду, – ответил тот, засовывая в рот огромный кусок хлеба.

– Это хорошо, – произнесла Тея, грея руки о кружку с чаем. – Потому что я здесь надолго.

– Я знаю. Поэтому я поставил на тебя три серебряных.

Тея опешила:

– Ты тоже сделал ставку?

Тея и сама не понимала, почему так удивилась. Она знала Киппа и Кэллахана всего полдня, они ничего ей не должны.

– Конечно, – гордо заявил Кипп. – Я поспорил с Лачином на три серебряных, что ты блестяще пройдешь испытание на посвящение.

Кэл легонько толкнул ее локтем:

– Кипп ставит против остальных. Он говорит, что ты выиграешь.

Тея не знала, то ли от холода, то ли от голода ее мозг отказывался соображать. Наконец их слова сложились в единое целое.

– Ой. Что ж, я постараюсь тебя обогатить.

Кипп выглядел довольным:

– Когда я получу деньги Лачина, мы с вами отправимся в Харент. До смерти хочу вновь посетить «Веселого лиса» и выпить кислой медовухи.

– «Веселый лис»?

– По всей видимости, любимая таверна этого шута в Харенте, – предположил Кэл, качая головой. – Хотя я подозреваю, что его нога не ступала ни в одну таверну...

– Я бывал много где.

Тея полила кашу медом и отправила в рот ложку, задумываясь о том, что не знает, когда они поедят в следующий раз.

– Не знала, что щитоносцы могут покидать территорию...

– В свободное время – нет, – усмехнулся Кэл. – Нас часто посылают по поручениям Мастера Гильдии, командиров и Боевых Мечей. Например, доставить сообщение, забрать товары и припасы для крепости и тому подобное.

– Иногда на пути мы совершенно случайно натыкаемся на какую-нибудь таверну... – добавил Кипп.

Кэл закатил глаза:

– Одна таверна. Один раз. И то не факт. А ты только об этом и треплешься без конца.

– Нет, не...

Тея спокойно ела свой завтрак, пока парни препирались. Глядя на них, она с нежностью поняла, что они напоминают ей Сам и Иду, а также ее и Рен. Она поклялась себе не слишком зависеть от них. Эти парни любезно приняли ее под свое крыло, но кто знает, как долго это продлится? Ей нужно стать независимой и найти способ заставить остальных щитоносцев уважать ее, а еще лучше – бояться.

Пока Тея размышляла об этом, ее сверлили взгляды из-за соседних столов. Она не сомневалась, что Себ начал подготавливать почву для заговора против нее. Если в Тезмарре и был хоть один мужчина, чья мужественность растворялась от одного лишь присутствия женщины, то это был Себ.

– Чей пес спал у тебя на кровати ночью? – спросил Кэл. – Я уже несколько лет вижу его в крепости, но никогда не замечал, чтобы он вел себя с кем-либо так, как с тобой.

– Друга.

– Понятно, – игриво протянул Кэл.

– Ты не так понял, – быстро возразила Тея, но, услышав намек в его голосе, мысленно вернулась к моменту, как Хоторн разглядывал ее обнаженное тело.

Кэл вскинул руки, показывая, что сдается.

– Не осуждаю.

Над их столом нависла тень.

– Давайте все наплюем на тренировки, соберемся у костра и будем делиться историями, – заскрежетал голос Эсиллта.

Все трое подскочили.

– Во внутренний двор! Сейчас же!

Видимо, Мастер Оружия уже был в дурном настроении.

Они чуть ли не повалились с ног, пока бежали к дверям.

Кто-то сзади грубо толкнул Тею, и она растянулась на каменном полу. Руки жгло от боли.

– Смотри, куда идешь, беспризорная, – прорычал Себ и изо всех сил постарался наступить на нее, пока она пыталась встать.

Кипп поднял ее. Тея удивилась тому, что его худощавое тело оказалось достаточно сильным.

Себ шел вперед, расталкивая людей на своем пути. Он крикнул в ответ:

– Слышал, ты даже спишь с собаками, беспризорная. Скоро тебя вышвырнут отсюда вместе с остальными бездомными животными.

Тея отряхнулась, кивком поблагодарила Киппа и приложила ладони ко рту рупором.

– Как там с сыпью, Себ? – прокричала она. – Девочки говорят, что ты ходил красный целую неделю.

Впереди послышалось яростное возмущение, но Себу не удалось вернуться к Тее, потому что узкий проход заполонила толпа щитоносцев.

Кэл и Кипп смотрели на нее, не веря своим ушам. Она одарила их самодовольной улыбкой.

– Благодаря моей сестре несколько недель назад он и его свита отправились в лазарет...

У Киппа отвисла челюсть.

– Я должен с ней познакомиться. Немедленно.

Тея рассмеялась:

– Если ты подскажешь мне, как лучше всего передать ей сообщение, то, может быть, я ей представлю тебя.

– А я и не нуждаюсь в представлении, – заявил Кэл, выпятив грудь и положив на нее руку.

Тея подавила смешок, думая, что бы Рен сказала об этих двух щитоносцах. Но все мысли вылетели из ее головы, как только они оказались в холодном дворе.

Перед воротами крепости стоял Осирис, Мастер Гильдии, смиряя всех холодным и суровым взглядом. Справа от него стоял Эсиллт, а по бокам – три Боевых Меча Тезмарра. Включая Хоторна. Взгляд Теи сразу же метнулся к нему, по телу разлилось тепло. Он был одет во все черное, за спиной два меча, его руки покоились на рукоятях острых сабель, висевших у него на поясе. Он, как всегда, выглядел непоколебимым. Никакого затуманенного взгляда и раскрытых губ, что она видела вчера. Ее сердце замерло.

Она надеялась встретиться с ним глазами, но Хоторн не смотрел на нее. Он просто окидывал щитоносцев и своих товарищей презрительным взглядом. Даже Тордж, которого Тея считала самым спокойным, был напряжен до предела.

– Что происходит? – прошептал Кипп.

– У них объявление, – кто-то тихо ответил ему.

– А нельзя было сделать его в зале, где тепло? – пробурчал Кипп.

– Заткнись, – рявкнул другой щитоносец.

Осирис поднял руку, и толпа щитоносцев замолчала. По двору разнесся его голос:

– У нас для вас новость, новобранцы, – начал он. – В последние годы наши Боевые Мечи много путешествовали, защищая Срединные Королевства. Хоть их число сократилось, именно благодаря им три наших королевства целы, а магия их правителей сохранилась. Короли и королевы решили, что наши лучшие воины должны быть с нами и что мы нуждаемся в их мудрости и опыте, дабы взращивать воинов будущего...

От волнения у Теи перехватило дыхание.

Вздохнув, Осирис продолжил:

– С тех пор как мы обрели последнего Боевого Меча, прошло уже более десяти лет... Отныне щитоносцам будет уделяться больше внимания, чем когда-либо.

В воздухе витало нетерпение и предвкушение. Тея посмотрела на Киппа и Кэла, их взгляды были прикованы к Мастеру Гильдии.

– Джентльмены, внимательно посмотрите на наших славных Боевых Мечей. Задумайтесь, кому из них вы бы хотели с гордостью служить. После испытания на посвящение каждый Боевой Меч выберет себе ученика.

Глава 19

Взгляд Теи метнулся к Хоторну и задержался на нем. Наконец он поднял свои серебристые глаза на нее, и их взгляды встретились. Он смотрел так пронзительно, что она вздрогнула. Хоторн скрестил руки на груди. Эти руки... Они показывали ей, как держать лук, обнимали ее ночью, могли с легкостью вытащить ее обнаженное тело из ванны и...

На его скулах заиграли желваки, глаза блеснули мрачным блеском. Казалось, Хоторн тоже вспоминал те моменты и думал о том, что они значат теперь, после объявления Мастера Гильдии.

Боевым Мечам предстояло стать наставниками... И это их явно не радовало. Три воина наблюдали за перешептывающейся толпой холодными взглядами. Очевидно, эти изменения – не их идея. Но Тее было все равно. На кону стояло обучение у Боевого Меча. Как и все, она почти ничего не знала о Великом Обряде Боевых Мечей. Но было ясно одно: у тех, кто попадет под их наставничество, больше шансов успешно пройти это ужасающее испытание. Тея лихорадочно размышляла об этой возможности. У нее оставалось всего лишь три года. Если она станет ученицей Боевого Меча, то ее судьба могла бы измениться. Тея могла бы оставить свой отпечаток в памяти Срединных Королевств, стать легендой.

Да, ее ждала смерть, но она умрет Боевым Мечом – это ее самая большая мечта.

Тея отвела взгляд от Хоторна.

Кипп стоял с широко раскрытыми глазами.

– Ученик Боевого Меча. И мы можем попросить кого захотим! А ты...

Кто-то рядом усмехнулся.

– Ты же не думаешь, что у тебя есть шанс? – спросил Лачин.

– Все возможно. – Кипп пожал плечами, а затем обратился к Тее и Кэлу: – Конечно, не думаю, но ведь мне все равно интересно.

В тот момент он напомнил Тее ребенка, а его оптимизм был заразителен.

– Это было бы... – произнесла она себе под нос, ощущая, как ее потрясывает от предвкушения.

– Вы с ним поладили? Я имею в виду, ты и Хоторн, – проследив за ее взглядом, спросил Кэл. – Ну, когда он сопровождал тебя в Хейлфорд. Как думаешь, ты получила его расположение?

Тея густо покраснела, не зная, что сказать. Глубоко вздохнув, она ответила:

– Ну... Не совсем...

– Алхимик.

Она обернулась и наткнулась на возвышавшегося над ней Боевого Меча. Он играл желваками, а его мощное тело, казалось, готово броситься в бой в любой момент.

– На пару слов.

Тея злилась на приказ в его тоне, на то, что оставила ошеломленных товарищей и сразу же пошла с ним. Она следовала за Хоторном по незнакомому коридору крепости, и он затащил ее в скрытый от чужих глаз альков.

Кэл и Кипп еще не успели разузнать у нее подробности о путешествии с легендарным воином, и эта ситуация, без сомнений, еще больше подогреет их интерес.

Но все мысли улетучились, как только Хоторн прислонился к каменной стене и впился в нее таким же пристальным взглядом, как и вчера, когда на ней не было одежды.

– Ну?

Тея попыталась успокоить свой потрясенный рассудок и колотящееся сердце.

– Что «ну»?

– Я не подхожу тебе в наставники.

Он не отрывал от нее взгляда ни на секунду.

Этого она точно не ожидала услышать.

– Я ведь не... – медленно начала она, собираясь с мыслями. – Неужели ты думал, что после вчерашнего я буду умолять, чтобы тебя назначили моим наставником?

– Умолять? Явно не об этом... – На его щеке выступила ямочка.

Тея задохнулась от возмущения:

– Ты придурок. Я бы ни за что не стала...

– Не стала что? Умолять?

В Тее разгоралась ярость. Нахальство этого человека не знало границ.

– Давай кое-что проясним, – процедила она. – Я не хочу, чтобы ты был моим наставником. Ты неуравновешенный, непредсказуемый и...

– И?

Тея старалась не поддаться эмоциям.

– Невыносимый.

– Ты собиралась сказать не это.

– Я не буду играть в эту игру.

– В какую?

Ее носа коснулся аромат его мыла, и, видят Фурии, она еле остановила себя, чтобы не потянуться к Хоторну. Собравшись с мыслями, Тея проигнорировала вопрос и скрестила руки на груди. Она пыталась оградиться от него, пыталась забыть, что он видел ее без одежды.

– Вот и решили. Я не буду просить о том, чтобы тебя назначили моим наставником. Доволен?

– Ничуть, алхимик.

– Тогда что? – воскликнула она. – Чего ты тогда добиваешься, Хоторн?

На мгновение между ними повисла тяжелая тишина. Тея пристально смотрела на него, ей не удавалось унять ни бешеного сердцебиения, ни томительного желания внизу живота. Казалось, что он это почувствовал, потому что на мгновение его взгляд упал на ее губы.

– Я не собираюсь быть хорошим наставником.

Этими словам он лишь подлил масло в огонь.

– То есть ты готов лишить подающего надежды щитоносца возможности, которая когда-то предоставилась тебе?

Он оперся рукой о стену над ее головой и склонился к ней.

– Лучше бы не предоставилась.

– Бред.

– Из меня плохой учитель, – произнес он, приблизив свое лицо к ее. – У меня был ужасный пример.

– Это я уже слышала, – холодно бросила Тея. – Тогда я попрошу назначить мне Элдерброка.

– Хороший выбор.

Тея опустила взгляд. Ей срочно нужно было посмотреть на что угодно, только не на него. Почему она чувствовала себя идиоткой? Тея ведь не сделала ничего постыдного, и все же она ощутила такую пустоту внутри, словно потеряла что-то, что никогда ей не принадлежало. Он ведь тоже хотел ее тогда, в купальне. Девушка видела доказательство его желания. Даже сейчас между ними летали искры.

Пытаясь взять себя в руки, Тея разглаживала складки своей одежды. Наконец она вновь посмотрела ему в глаза:

– Все?

Выражение его лица едва заметно смягчилось.

– Алхимик...

На этот раз голос Хоторна был низким и нежным. Его большая теплая ладонь потянулась к ней и мягко обхватила ее руку.

– Алтея... – тихо и проникновенно произнес он, словно заключая в ее имени все то многое, что на самом деле хотел сказать.

И несмотря на их напряженный разговор, несмотря на тяжесть на душе, тело Теи вновь предало ее. Она поймала себя на том, что тянется к нему, подсознательно ищет его прикосновения, его тепла.

Он ясно дал понять, что из него выйдет паршивый наставник, но вдруг... Вдруг, если ее наставником станет другой Боевой Меч, у них появится возможность выяснить, что же между ними происходит? Возможно...

Свист, донесшийся со двора, вмиг разрезал напряжение, словно горячий нож – масло.

Хоторн отпрянул, и без прикосновения его ладони коже стало холодно.

– Значит, мы договорились, алхимик?

Тея резко втянула воздух.

– Да, – произнесла она, а в груди у нее защемило. – Мы договорились.

* * *

Щитоносцы, к ее удивлению, стояли на том же месте.

К счастью, у Кэла и Киппа не было времени на вопросы.

– Отставили сплетни, – усмирил болтовню повелительный тон Эсиллта. – Мы распределили вас на три группы, каждой будет руководить один из Боевых Мечей. Впитывайте каждое знание. И не выводите их своим нытьем. Вам повезло, что они будут вас учить.

Посыл был ясен: они не хотят вас учить. Не усугубляйте ситуацию. Тея старалась не смотреть в сторону Хоторна.

Мастер Оружия зачитывал имена с помятого листа пергамента. Тея, услышав, что будет в одной группе с Киппом и Кэлом, ощутила невероятное облегчение. К ее ужасу, к ним распределили Себа и Лачина.

– Вы все у Торджа, – громко объявил Эсиллт, и щитоносцы сразу же принялись выполнять указания.

Тея и ее приятели направились к Грозе Медведей. Его золотистые волосы переливались в лучах утреннего солнца, проглядывавших сквозь зубцы башни. Он обреченно смотрел на них.

– Боги... – Мужчина глубоко вздохнул и потер переносицу.

Тея уже привыкла к презрению, поэтому не обратила внимания на его реакцию и воспользовалась возможностью рассмотреть возвышавшегося над ними воина поближе. При нем не было знаменитого молота, но в ножнах на его поясе она заметила меч. Уже по оружию можно было понять, кто перед ней. Она узнала бы блеск наарванской стали где угодно.

– Собрались, – приказал Тордж. – Отправляемся в Кровавые леса на тренировку. Настало время поработать с оружием дальнего следования.

– Ну наконец-то, – радостно выдохнул Кэл.

– Если ты утрешь нос Себу, я буду тебе очень признателен, – заявил Кипп.

– Я бы заплатила за это зрелище, – согласилась Тея.

Кэл отвесил им шутливый поклон, когда они проходили через ворота.

– Считайте, я уже это сделал.

Кипп повернулся к Тее:

– Ты расскажешь нам о том, что вы обсуждали с Рукой Смерти? Неужели он уже выбрал тебя?

– Куда уж, конечно нет.

Лучи раннего утреннего солнца едва пробивались сквозь плотные кроны деревьев, и поэтому в густых Кровавых лесах было холодно, как в подземелье. Тея прижала ладони ко рту в попытке согреть пальцы своим дыханием. Они шли, а в голове она прокручивала речь Мастера Гильдии, пока мысли не вернулись к словам Хоторна.

«Там действуют силы за пределами нашего понимания... Эти твари угрожают миру, за который три королевства боролись так упорно... Столько страданий, страха – они порождают в человечестве все самое худшее. Они расползаются по землям словно яд... Твари, прорывающиеся сквозь Завесу».

Вот почему Боевые Мечи остались в Тезмарре? Вот почему их вдруг заставили «взращивать воинов будущего»?

«Я чувствую, что покою наступает конец. Тезмаррцам нужно подготовиться».

Вскоре они вышли на знакомую Тее поляну, но в этот раз она уже не пряталась в тени. Теперь она была щитоносцем. Это маленькая, но очень важная победа.

На поляне все уже было подготовлено для тренировки. На секунду Тее стало жаль бедолаг, которым пришлось проснуться еще раньше щитоносцев. Она бы предпочла уборку в оружейной в любой день, чем такое дежурство перед рассветом.

По краям поляны расставили стойки с оружием: копья, длинные луки, арбалеты, металлические звезды для метания, пращи и колчаны со стрелами. К деревьям были прикреплены куски пергамента с мишенями.

Тея, а также Кипп и Кэл яро пробивались вперед, чтобы разглядеть все поближе. Здесь она чувствовала себя иначе, чем в оружейной или во время спарринга. Она наконец-то возьмет в руки настоящую сталь.

Тордж Гроза Медведей скрестил руки на своей мускулистой груди, отчего его кожаные одежды заскрипели, – и принялся ждать. Одно лишь его присутствие заставляло замолчать. Его телосложение было таким же мощным, как и у остальных Боевых Мечей.

Он оглядел щитоносцев своим пронзительным взглядом голубых глаз и, узнав Тею, на мгновение задержался на ней. Он едва заметно кивнул ей в знак приветствия, а затем продолжил изучать остальных.

– На сегодня у нас две задачи, – начал он без церемоний. – В первую очередь вы узнаете о сущности тотема, который вам предстоит раздобыть во время испытания на посвящение.

Рассматривая тотем в руках златовласого воина, Тея облизнула губу. На нем красовалась пара скрещенных мечей – эмблема стражей, первое звание, которое получает воин Тезмарра.

– Тотем носит на плече каждый страж. Однако не все новички знают, что тотемы – не просто показатель звания в Тезмарре, а нечто большее. В каждом из них есть частичка древней магии, и с ее помощью тотемы распознают достойного воина. Во время испытания на посвящение тотемы будут взывать только к достойным щитоносцам – тем, в которых нуждается Гильдия Тезмарра. Тотем получается раз и навсегда. Без них вы не сможете стать ни стражем Срединных Королевств, ни воином Тезмарра. Во время испытания вы обнаружите их в самых необычных местах и при самых непредсказуемых и непростых обстоятельствах. Провалите испытание – будете исключены.

Слова Боевого Меча отдавались тяжестью в груди Теи, и она ощутила срочную необходимость двигаться, тренироваться. Нельзя бездействовать, когда где-то ее ждет тотем, заполучить который будет непросто.

– Помимо этого, мы пришли сюда, чтобы выяснить, работа с каким оружием вам дается лучше. Те, кто уже определился – доверьтесь себе. – Он многозначительно посмотрел на Кэла. – Тем же, кто менее опытен, я советую попробовать разные виды оружия и посмотреть, чем вы владеете лучше. Можете не торопиться, в нашем распоряжении все утро. Тезмарру не нужны стражи, которые наскоро изучили основы и по факту ни черта не умеют.

Пара щитоносцев рассмеялись.

– Правда, что Боевые Мечи владеют всеми видами оружия? – громко спросила Тея.

Она думала, что за такой вопрос ей оторвут голову, но Тордж ответил простое:

– Да.

Повисла тишина, все с восхищением смотрели на воина.

– Покажете? – вновь заговорила Тея.

– Чего?

Она повторила вопрос.

Тордж уставился на нее. Он нахмурился, обдумывая ее просьбу.

Тею охватил ужас. «Боги, я что, его оскорбила? Попросила выступить, словно циркача? Лучше бы держала свой длинный язык за зубами. Рен права. Я то и дело ввязываюсь в проблемы».

Неожиданно для Теи на губах Боевого Меча появилась широкая улыбка. В сочетании с блеском его голубых глаз он походил на безумца. Тордж подошел к одной из стоек и взял копье.

Тея едва различила, как оно с невероятной скоростью полетело в сторону леса.

Раздался громкий удар.

Вместе с остальными Тея уставилась на копье, которое попало точно в цель. Оно глубоко вонзилось в мишень, его конец дрожал от силы броска Торджа.

С раскрытым от удивления ртом она повернулась к Боевому Мечу и увидела, как он уже накладывает стрелу на длинный лук. Тею завораживало могущество воина, то, как он натягивал тетиву, как при этом двигалась его грудная клетка. В памяти мелькнуло непрошеное воспоминание о мастерстве Хоторна и его нежные прикосновения.

Стрела со свистом рассекла воздух.

Раздался очередной удар. Стрела также попала прямо в цель.

Кто-то издал восхищенный возглас, и спустя секунду Тея поняла почему – стрела отколола часть древка копья.

Не успели они повернуть головы, как между деревьев пролетели три металлические звезды. Они летели так близко к одному из щитоносцев, что слегка задели его плащ и обрезали пару нитей. Затем они вонзились точно в цель, образовав идеальный полукруг около стрелы и копья.

– Этого достаточно? – самодовольно спросил Тордж.

Ответом ему послужили восхищенные взгляды.

– Так-то. Приступайте.

Тея не стала медлить. Полная решимости, она пробиралась сквозь толпу к звездам для метания. Наконец-то она сможет продемонстрировать навыки, полученные в «Танцующих алхимиках». Она мечтала об этой возможности так долго. В ней томилось предвкушение. Пусть она не была такой крупной и сильной, как остальные щитоносцы, зато она была быстрой и меткой. Девушка оттачивала навык метания годами, и вот ей выдался шанс показать своему потенциальному наставнику, на что она способна.

Тея убедилась, что находится в поле зрения Торджа, и заняла место в центре поляны. Она встала лицом к мишени, на которой все еще оставались доказательства мастерства воина, и широко расставила ноги.

Без промедлений она метнула звезды одну за одной. Три металлических лезвия вонзились в пергамент и ствол дерева с поразительной точностью, как Тея и задумывала – лишь в миллиметре от тех, что метнул Тордж.

За ее спиной послышался восхищенный возглас Кэла.

Он подошел к мишени и удивленно рассматривал вонзенные звезды. Остальные же, казалось, замерли от любопытства.

– Ты делаешь это не в первый раз, – заявил Кэл.

– Не понимаю, о чем ты.

– Ой, да ладно тебе...

Тея заговорщицки улыбнулась:

– Мы с сестрой и подругами придумали игру...

– Так-так.

– И назвали ее «Танцующие алхимики».

Она бросила в Кэла звездочку, и та угодила между его ботинок. Он, ругаясь, отскочил назад.

– Что за...

Из ее руки полетела еще одна звезда, и он вновь с криком отпрыгнул.

– А теперь представь, что ты алхимик.

Тея усмехнулась и запустила в него последнюю звезду, из-за чего Кэлу пришлось резко увернуться.

– Вот такая игра.

Кэл перевел взгляд со звезд, которые чуть не отрезали ему пальцы ног, на Тею и удивленно рассмеялся:

– Впечатляет.

– Что бы нас впечатлило еще больше... – из густого подлеска вышел Тордж, держась за рукоять меча, – так это если бы мои щитоносцы не ржали и прыгали, как полные идиоты, а усердно тренировались.

В его тоне слышалось раздражение, отчего все внутри сжалось от волнения. Видел ли он ее броски? Отметил ли ее меткость?

– Уитлок! – крикнул он Кэлу. – Длинный лук. Живо.

Кэл ринулся к стойке, схватил лук и повесил на плечо колчан со стрелами.

– Куда целиться?

Тея взволнованно наблюдала за тем, как сначала Тордж оценивающе посмотрел на Кэла, а затем перевел взгляд на густой лес. Без сомнений, он искал невозможную цель. Время, казалось, замерло, и Тея понимала: так воин пытался унизить их за то, что они, как ему показалось, не восприняли задание всерьез.

Наконец Тордж указал на цель.

– Видишь тот красный флажок? Примерно в сотне метров отсюда. Где-то половина расстояния до вон того большого дерева.

«В сотне метров?» Тея проследила за его пальцем. Чтобы разглядеть кусок красной ткани, ей пришлось прищуриться. «Зачем он там вообще?»

– Да, сэр, – ответил Кэл, накладывая стрелу.

«Он же это несерьезно...» Тея уставилась на него.

Таким серьезным она Кэллахана Уитлока еще не видела. Не отрывая взгляда от цели, которую Тея едва могла разглядеть, он умело натянул тетиву.

Стрела со свистом пронеслась по воздуху.

И воткнулась вместе с флажком в дерево.

Кэл медленно опустил лук.

Широко улыбаясь, Тордж похлопал его по плечу.

– Все так же хорош, Уитлок. Продолжай в том же духе – и скоро станешь лучшим лучником Тезмарра.

Тея уставилась на Кэла в изумлении. Он говорил, что оружие дальнего действия – его сильная сторона, но такого она точно не ожидала. Только что он совершил невозможное. А Тордж... Он действительно его похвалил? Значит ли это, что Боевой Меч рассматривает Кэла как потенциального ученика?

Кэл лишь пожал плечами и смущенно ей улыбнулся. Определенно, за этим стоит какая-то история.

Оказалось, что Тордж не забыл о том, что она тоже смеялась и дурачилась.

– Теперь ты, Алтея.

Он жестом велел ей забрать у Кэла лук.

Тея взяла его дрожащими руками. Она понимала, почему так волнуется. Только что с помощью звездочек она завоевала уважение некоторых щитоносцев и теперь рисковала его потерять.

– Куда целиться? – спросила она, следуя примеру Киппа.

Тордж схватил копье и метнул его в лес. Оно пролетело примерно пятьдесят метров и вонзилось в ствол дерева. От силы удара оружие задрожало.

– Вот.

– Хорошо...

Тея стиснула зубы и расправила плечи. Она сосредоточилась и попыталась вспомнить, чему ее учил Хоторн. Девушка подняла лук перед собой, позволяя его словам прозвучать в своей голове и вспоминая, как его руки направляли ее.

Она сконцентрировалась на мишени, которая все еще пошатывалась, и наложила стрелу на тетиву.

Тея выдохнула и отвела руку назад. Она мысленно напомнила себе, что если хочет выпустить стрелу с достаточной силой, то ее мышцы должны гореть от напряжения.

Сейчас.

Тея почти услышала команду Хоторна в своей голове и отпустила тетиву.

Стрела со свистом рассекла воздух и с глухим стуком приземлилась чуть выше цели.

Кэл одобрительно присвистнул.

Стоявший рядом с ним Тордж закивал.

– Не ожидал. – Златовласый воин с интересом изучал ее. – Любопытная техника.

Тея взглянула на свои руки, все еще сжимавшие лук, и нахмурилась.

– Она неправильная?

– Я этого не говорил. Я лишь сказал, что она любопытная.

– Почему?

Тордж одарил ее нечитаемым взглядом:

– Потому что я знаю только одного воина, который держит лук таким образом. И, насколько мне известно, он своими методами не делится.

Тея понимающе охнула, чувствуя, как кожа покрылась мурашками.

Было видно, что Торджа не особо это волновало, он не злился, но уходил все же несколько сбитым с толку.

Кэл пристально смотрел на нее:

– Кто тебя научил?

Тея нервно теребила подол плаща, ее внутренний голос не позволял ответить на вопрос. С самого их знакомства Кэл был к ней так добр. Ей нравилась его искренность, и она очень хотела довериться ему и Киппу. Она понимала – ей так тяжело из-за того, что много лет назад она доверилась не тому парню и потом жалела. И все же она так и не смогла произнести имя.

Она повернулась с Кэлу и выпалила:

– Где ты научился так стрелять?

Его щеки покрылись румянцем.

– Ну... Члены моей семьи были охотниками. В основном на оленей. Так что лук со мной с самого рождения. Но... – Он покраснел еще сильнее. – С каждым годом дичи в наших краях становилось все меньше, и моим родителям стало сложно меня содержать. Поэтому они отправили меня сюда еще подростком. У меня остались три сестры.

Тея охнула. Она встречала не так уж много людей, которые выросли вне Гильдии. Большинство попали в Тезмарр в младенчестве: их либо бросали, как ее, либо продавали, обещая, что у ребенка есть дар. Все дети служили на благо Срединных Королевств, но до того передавались под опеку Мастера Гильдии. Кэл же знал, что такое жизнь за пределами крепости, у него была семья... с которой ему пришлось разлучиться.

– Мне очень жаль.

Он лишь пожал плечами:

– Это было очень давно.

В его голосе Тея различила нотки напускной беспечности. Она и сама часто так делала.

– Но ты все еще скучаешь по ним.

– Каждый день.

Кэл потянулся за луком.

Они тренировались до полудня. Все это время Тея задавала Кэлу вопросы и просила совета о том, как лучше стрелять из длинного лука. Вскоре она обнаружила, что он неплохо владел пращой и копьем, а также щедро делился своими знаниями. Он терпеливо обучил ее нескольким техникам.

– Судя по тому, что я видел, лучше всего ты метаешь звезды.

Тея неловко кивнула.

– Не то, что ты хотела услышать?

Тея закусила нижнюю губу. Она ответила не сразу.

– Я... Я хочу владеть всем оружием, – наконец ответила она.

Она думала, что Кэл рассмеется или начнет шутить над ней, но он лишь пожал плечами и ответил:

– Тогда тебе предстоит много тренироваться.

Вдруг по лесу разнесся резкий голос.

– ...этот идиот не умеет обращаться ни с луком, ни с мечом. Он него никакой пользы. Лишь Фурии знают, почему он все еще здесь.

По коже Теи побежали мурашки. Она сразу же поняла, в чем дело.

Вместе с Кэлом они разыскали в Кровавых лесах Киппа. Его с обеих сторон держали дружки Себа, сам же он держал у горла Киппа стрелу.

– Себастос, я уже не первый год тебе говорю, что моя сильная сторона – стратегическое планирование, – произнес Кипп, отодвигаясь от наконечника, по его шее потекла струйка крови.

Себ наклонился к нему:

– А я уже не первый год говорю тебе: никому не сдался командир, который не умеет управляться с мечом и копьем.

Послышался скрипучий звук тетивы.

– Себ! – Кэл стоял наготове, направляя на него стрелу. – Отпусти его.

Сердце Теи забилось быстрее. Ситуация накалялась очень быстро. Где же Тордж? Ему стоило бы вмешаться.

Однако теперь Себ обратил свою спесь на Кэла.

– Вот тебя я никогда не понимал. Почему ты связываешься с чудилами? Сначала этот слабак. – Он ударил Киппа по лицу плоской стороной наконечника, а затем указал подбородком на Тею. – Теперь эта сука, которая считает себя мужчиной.

Тея заставила себя держать лицо. Она сжала кулаки и выпрямилась. Если Кэл выстрелит, начнется хаос. Она жалела, что не прихватила парочку звезд для метания.

Пальцы Кэла, все еще сжимавшие лук, побелели, но он продолжал гордо стоять.

– Хочешь знать, почему я не заодно с вами? – Он грубо усмехнулся. – У меня нет никакого желания быть мальчиком на побегушках у блатного придурка, который использует силы других в своих интересах. Ты здесь лишь потому, что твой дядя дружит с Мастером Гильдии.

Тея чуть не раскрыла рот от удивления. «Что он сказал?»

Кончики ушей Себа покраснели.

– Это неправда.

Кэл пропустил его слова мимо ушей.

– Отпусти Киппа.

– А то что? Запустишь в меня стрелу?

Кровь зашумела в ушах у Теи, и она не задумываясь сделала шаг вперед. Что-то в ее груди затрещало, кончики пальцев будто наэлектризовались. Весь страх улетучился, осталась лишь одна цель – проучить Себастоса Барлоу. Все ее тело переполняла ярость, и она чувствовала, что ей ничего не стоило уничтожить этого ублюдка.

– Ну так что? – подначивал Себ, вжимая наконечник стрелы в шею Киппа.

Тот поморщился, по его лицу скатилась капелька пота.

Себ испытывал истинное наслаждение.

– Стреляешь в меня или как?

Тея сделала еще один шаг вперед.

– Он может, – раздался за их спинами глубокий голос Торджа.

Себ вздрогнул.

Тея застыла.

– И, судя по тому, что я видел, Уитлок не промахивается, – добавил он, подходя к Тее.

Его голос был спокоен, будто он только что не стал свидетелем кровавой переделки своих щитоносцев. Однако его голубые глаза выдавали ярость.

– Все опустили оружие, – прозвучал приказной тон, которому нельзя не повиноваться.

Дружки Себа тут же отпустили Киппа. Себ убрал стрелу, а Кэл опустил лук. Тея разжала кулаки, но продолжала их сжимать, больно впиваясь ногтями в ладони.

Тордж оглядел всех ледяным взглядом.

– У вас два варианта... – протянул он. – Либо я списываю на обычные издевательства, и мы обо всем забываем. Либо... Если я когда-либо увижу это вновь... Я подвешу вас в пещерах на горных утесах, и вы медленно утонете в водах бурь. Уяснили?

– Да, сэр, – промямлили все в унисон.

– То-то же.

После этого он объявил перерыв.

– Возвращайтесь в зал и поешьте. Не сомневаюсь, эта тренировка покажется вам лишь разминкой по сравнению с тем, что вас ожидает после обеда.

Тея и Кэл дождались, пока все разойдутся, и поспешили к Киппу. Он был бледный.

– Я в порядке, – пролепетал он, стирая кровь с шеи.

– Чертов ублюдок, – прорычал Кэл, глядя, как Себ удаляется в направлении крепости.

– В этом никто не сомневался, – ответил Кипп.

Тея взяла Киппа под руку и сжала его ладонь.

– Уверен, что с тобой все в порядке?

Он обреченно улыбнулся:

– Не сказать, что я мечтал провести утро именно так. Но да, все нормально. Благодаря тебе и Кэлу.

– Я ничего не сделала, – призналась она.

– Если бы не Тордж, – возразил Кипп. – Ты выглядела так... Могущественно. Словно у тебя было какое-то секретное оружие, которым ты собиралась воспользоваться против него. Я сам чуть было не испугался.

Та сила даже сейчас бурлила в ней, но она просто рассмеялась:

– Очевидно, вот что может сотворить ярость.

– Очевидно... – отстраненно повторил Кипп.

– Ты чего? – спросил Кэл.

Кипп замялся. Он сглотнул и, сжавшись, высвободил свою руку, а затем заговорил, не глядя на них:

– Вы же помните, что мне ближе военная стратегия?

Тея растерянно переглянулась с Кэлом и нахмурилась:

– Да. К чему ты это говоришь?

– Я... Я просто хочу, чтобы вы знали, что в этом я хорош, – произнес он застенчиво. – Действительно хорош. Да, возможно, от меня «никакой пользы» в бою, но как командир я всегда вас прикрою.

Сердце Теи болело за него.

– Кипп, мы не сомневаемся.

– Конечно, – подключился Кэл. – У каждого свои сильные стороны.

Кипп натянуто улыбнулся и постучал пальцем по виску.

– Вот эта голова – не просто украшение.

– Слава Фуриям, потому что она некрасивая. – Кэл закинул руку на его плечи, приобнимая.

Кипп фыркнул:

– Ты всегда поддержишь в трудную минуту, Кэллахан.

Тея неловко рассмеялась. Напряжение наконец улетучилось.

На пути в крепость Кипп прикоснулся рукой к порезу от наконечника стрелы на своей шее. Покачав головой, он сказал себе под нос:

– Гребаный Себ Барлоу... В «Лисе» его бы никогда не обслужили.

В этот раз Тея и Кэл промолчали.

В Главном зале Тея схватила еду, которую можно было унести с собой, и направилась в алхимическую мастерскую. Хотя ее бывшие коллеги каждый третий день после полудня отдыхали, она знала, что ее сестра будет возиться со своим чайником для дамских обедов.

Когда Тея вошла, Рен, склонившись над верстаком, хмуро разглядывала часть фарфорового изделия. Через несколько столов от нее сидела Ида. Она подняла взгляд и увидела Тею, на ее губах медленно растянулась улыбка.

– Алтея-Девять-Жизней выстояла очередной день.

Тея усмехнулась.

– Я щитоносец... – осмелилась сказать она.

Девушка смотрела на сестру, ожидая хоть какой-нибудь реакции. Ничего. Рен, как обычно, поглощена работой.

– Это мы слышали, – ответила Ида. – Все только о тебе и говорят.

– И что же все говорят? – бодро спросила она, надеясь, что Рен обратит на нее внимание.

– Одни говорят, что ты самоуверенная дура. Другие, что ты – свежая кровь, в которой нуждается Тезмарр.

– Любопытно.

Тея подошла к верстаку. Она взглянула на творение Рен и протянула ей толстый кусок хлеба.

Наконец Рен подняла голову и благодарно приняла еду.

– Как продвигается работа над чайником?

– Пока что в процессе, – ответила Рен с набитым ртом. – Я подкрашиваю воду красителем, чтобы убедиться, что нет утечки из разных отделений.

– Может закончиться плачевно.

– Вот именно. Этот момент нужно доработать.

– Ты справишься.

– Я знаю, – ответила Рен и с энтузиазмом откусила еще кусочек. – Каково тебе быть щитоносцем? Все ли так, как ты мечтала?

Тея взглянула на Иду, которая увлеченно занималась своими зельями. Не то чтобы у Теи были секреты... Во всяком случае, их было немного. С остальными она не была так открыта, как с Рен. К большому раздражению Теи, хоть Рен была младше, она обладала мудростью и хладнокровием. Пока Ида отвлеклась, Тея позволила себе задуматься о вопросе Рен. Она вспомнила утреннюю тренировку с Торджем, то, как напряглись ее мышцы, когда она натягивала тетиву. Тея вспомнила и охвативший ее страх, когда она зашла в спальню прошлым вечером, как все косо смотрели на нее за ужином.

– Отчасти, – честно призналась она.

Рен кивнула.

– Ты знала, что так будет? – спросила Тея.

– Я подозревала, что не все будут в восторге оттого, что женщине позволят сражаться бок о бок с самыми уважаемыми воинами Гильдии, – поморщившись, ответила Рен.

– Я была слишком поглощена желанием пробиться, иметь возможность называть себя щитоносцем.

– Я знаю.

Тея оперлась руками о верстак, запрыгнула на него и свесила ноги.

– Кажется, ты много чего узнала за последние дни.

Рен прыснула:

– Я всезнающая и всемогущая.

– Не удивила.

Покачивая головой, Рен перелистала несколько листов пергамента и сверилась с наброском.

– Я так понимаю, ты хочешь стать ученицей одного из Боевых Мечей? Об этом ведь объявили утром? Что вы обсуждали с... Хоторном?

Тея ответила не сразу.

– Откуда ты знаешь, что я что-то с ним обсуждала?

Рен пожала плечами.

– Я видела, как он подошел к тебе во дворе, – невозмутимо произнесла она. – Мне не нравится, как он на тебя смотрит.

– В смысле?

Ее щеки предательски покраснели.

Рен многозначительно посмотрела на нее:

– От менее жарких взглядов, чем те, которыми вы обмениваетесь, начинались войны. Между вами что-то...

– Нет, – оборвала ее Тея. – Он просто хотел, чтобы я пообещала, что не буду просить его в качестве наставника. Вот и все.

Если Рен и уловила в ее голосе нотки горечи, то вида не подала. Она продолжала рассматривать эскизы.

– Думаю, проблема не в этом, Те...

– Нет никакой «проблемы», – возразила Тея. – И вообще, кто бы не захотел стать учеником Боевого Меча?

Рен усмехнулась:

– Я могу назвать нескольких человек...

– Рен, я рождена для этого, – оборвала ее Тея.

Взгляд сестры задержался на камне судьбы Теи, который касался ее кожи под рубашкой.

– Я не сомневаюсь. Просто будь осторожна. Ты не неуязвима.

Тею вновь начал охватывать страх, пережитый прошлой ночью, но она не хотела, чтобы сестра знала и половины этого.

Тея покончила с едой и стряхнула крошки с груди.

– Ты специально? – упрекнула ее Рен, указывая на свое рабочее место.

Тея лишь усмехнулась:

– Итак, что еще говорят про Алтею-Девять-Жизней?

Рен глубоко и устало вздохнула. Из-за этого люди часто думали, что из них двоих она старшая.

– Лишь то, что сказала Ида. Либо ты идиотка, которая ищет смерти, либо надежда на светлое будущее.

Тея фыркнула:

– А что говоришь ты?

Рен целиком погрузилась в свое творение, она возилась с элементом, который Тея не видела. Но на губах Рен играла улыбка, а в глазах светилась гордость.

– Я говорю, что ты моя сестра.

Глава 20

Тея посвятила обучению всю себя. Камень судьбы был ее вечным напоминанием о том, что смерть ступает ей на пятки. Когда пришло время подать официальную бумагу о том, кого бы Тея хотела видеть в качестве своего наставника, она без колебаний вписала имя Торджа Элдерброка рядом со своим собственным. Тренировки с Грозой Медведей проходили хорошо, ей нравились его открытость и чувство юмора. Она не сомневалась, что из него выйдет прекрасный наставник.

Может, Уайлдер Хоторн и был самым молодым воином, прошедшим Великий Обряд, но с помощью Торджа Элдерброка Тея собиралась побить этот рекорд. Поэтому она не высовывалась и благодарила судьбу за то, что Себ и приспешники, похоже, восприняли предупреждение Торджа всерьез, за то, что Дакс все так же охранял ее по ночам. Еще больше она была благодарна за то, что теперь не сталкивалась с Хоторном. Наконец-то она могла сосредоточиться на своих целях, и удача была на ее стороне.

Однако спустя неделю удача от нее отвернулась.

Холодным осенним утром Тея, Кэл и Кипп ждали остальных во дворе. Их поприветствовал Мэдден, Мастер Конюшни, и, к огорчению Теи, рядом с ним стоял его ученик Эвандер. Он даже не скрывал своего удивления.

Тея тут же отвела взгляд, однако Себ успел заметить неловкость между ними. Тея увидела огонек интереса в его глазах, и ей это не понравилось, но что-либо поделать она не могла. Поэтому внимательно слушала Мастера Конюшни.

– Я бы хотел подчеркнуть, что щитоносцам Тезмарра следует хорошо владеть лошадью. От вас ожидают, что вы всегда поможете Гильдии чем угодно. Например, доставите сообщение, сразитесь бок о бок со стражами и командирами и сослужите им на поле боя. Если вы пройдете испытание на посвящение, то, когда потребуется, вас станут отправлять в поездки по всем трем королевствам. Вы должны быть идеальны во всем на службе Гильдии. – Он, как и Боевые Мечи, бесстрастно изучал их. – Сегодня мы отправимся на лошадях к равнинам Оракса. Там будем практиковаться в езде с оружием, езде в строю и в сражении верхом.

– Надеюсь, вы не такие жалкие, как вчерашняя группа. – Раздалось типичное оскорбление Эсиллта, стоявшего у входа в конюшню. – Первый щитоносец, который свалится с лошади, будет убираться в оружейной до конца недели. Не позорьте меня перед Мэдденом.

Они срезали путь через Кровавые леса. Об этом пути Тея не знала. Казалось, они так глубоко зашли в лес, что увидят чистое небо еще не скоро, но вдруг деревья поредели, и всадники вышли на укрытые травой равнины на вершине тезмаррийских скал. За их острыми зубьями шумели темные моря, а еще дальше на горизонте тянулась к небу туманная Завеса.

Тея вдохнула соленый морской воздух. Казалось, она целую вечность назад сидела в одиночестве в тени зубчатых скал, которые освещали разряды молний. Сколько же прошло времени с тех пор, как она стояла там, сжимая камень судьбы, и отчаянно желала получить шанс стать кем-то большим?..

И вот она здесь. Она не заметила, как рука сама потянулась к кусочку нефрита. В последнюю секунду она себя одернула, сунула руки в карманы и сосредоточилась на начинавшейся тренировке.

Тея внимательно наблюдала, как Мэдден и Эсиллт демонстрировали несколько стилей верховой езды, и ей уже не терпелось попрактиковаться самой. К чести Эвандера, он всегда говорил ей, что в быстрой езде худощавость – преимущество. Но сейчас речь шла не только о скорости. Оба мастера подняли щиты и мечи, и Тея поняла, что ее мышцы ожидает очередная пытка.

Ожидая своей очереди, она заметила, что Себ и его дружки окружили Эвандера. Ученик Мастера Конюшни выставил руки в попытке защититься и что-то быстро и тихо говорил. Тею охватило дурное предчувствие. Она не знала, что этот ублюдок затеял, но понимала – ничего хорошего это не предвещало. Ее пугала мысль о том, что он мог узнать хоть что-то о ее личной жизни. Однако вмешиваться было нельзя – это лишь подстегнет Себа. Кто знает, какую чушь Эвандер уже успел наговорить?

Тея оторвала взгляд от тревожащей картины, поставила ногу в стремя и забралась на бело-серого мерина. Он был крупнее, чем та кобыла, на которой она ездила в Харент, и гораздо более упрямым. Однако она его обуздала, воспользовавшись приемами, которым ее когда-то научил Эвандер. Давая непокорному зверю только одну команду зараз, она заставила его пройти несколько небольших кругов, чтобы приструнить его своеволие.

– Правильный подход, девчонка, – заметил стоявший неподалеку Мэдден. – Важно никогда не торопиться и не быть очень требовательным, особенно с молодыми конями.

– Спасибо, сэр.

– Чтобы направлять его, нужно использовать колени и пятки, – снова заговорил Мэдден, приближаясь к ней с тренировочным мечом в руках.

На мгновение Тея растерялась, перекинула поводья через рожок седла и молча приняла тренировочное оружие.

Кэл протянул ей щит. Он оказался легче того, с которым она тренировалась в самый первый день.

– Это не пехотный, а кавалерийский щит, – пояснил он и отступил назад.

Она закрепила щит на предплечье, как ранее показал Эсиллт, а затем сжала бока мерина пятками. Удержав себя от того, чтобы схватить поводья, она развернула коня к равнине. Тее предстояло проскакать по ней легким галопом, высоко держа щит и меч, и при этом не свалиться.

Несколько щитоносцев уже справились с этим заданием и громко ликовали. Судя по их успехам, многие тренировалась в верховой езде годами. Сжимая щит и меч, Тея не удержалась и посмотрела на Эвандера. Она вспоминала его ответы на ее многочисленные вопросы. Даже тогда она мечтала об этом моменте.

– Мы не будем ждать тебя весь день, – рявкнул Эсиллт, отчего Тея чуть не подпрыгнула.

Однако она была не единственной, кто волновался. Появилась новая группа щитоносцев, и они были гораздо менее опытны предыдущих. Тея видела неприкрытое волнение на их лицах.

Как выяснилось, тревога охватывала не только щитоносцев, но и лошадей. Они становились беспокойными, некоторые нервно били копытами по земле.

– Боги, прошу, не дайте мне упасть, – прошептала она.

Тея не позволила себе медлить ни секундой дольше. Она сжала пятками бока мерина, и он рванулся вперед. Полный энергии, он помчался по траве, почти сразу переходя на легкий галоп.

В лицо Тее внезапно подул соленый ветер, и, чтобы не вывалиться из седла, она напрягла все мышцы пресса. Удерживаясь изо всех сил, девушка закрывалась щитом от воображаемых противников, а в какой-то момент даже осмелилась замахнуться мечом.

Внезапно осознав, что пора тормозить, Тея резко втянула воздух. Она справилась с паникой и откинулась в седле, призывая коня сбавить темп. Затем с помощью ног она развернула коня и, пустив в легкий галоп, поскакала обратно.

Тея скакала с поднятым оружием, холодный морской воздух обдувал ее кожу, и она ощущала вкус победы. Вкус свободы.

Приблизившись к своей группе, Тея замедлилась. На ее лице появилась широкая улыбка... Как вдруг раздался мерзкий смешок Себа:

– Ты так скачешь не только на коне, да, беспризорная?

От этих слов все мысли о победе улетучились.

Тея слезла с лошади и сделала шаг к щитоносцу.

– Что ты сказал? – процедила она сквозь стиснутые зубы.

– Ты меня слышала. – Он многозначительно посмотрел на Эвандера, который стоял в стороне, опустив глаза. – Я знал, что этот конюх любит животных, но чтобы...

Тею будто пронзил разряд тока, ее кулак метнулся в воздух.

И прилетел Себу в левый глаз.

Он отшатнулся, схватившись за лицо.

– Что за...

Тея потрясенно уставилась на него, костяшки ее пальцев болели.

– Сэр! – закричал Себ. – Вы виде...

– Видел что?

Мастер Оружия изучал щитоносца с нескрываемой неприязнью.

– Эта сука ударила меня!

Эсиллт нахмурился и, не взглянув на Тею, произнес:

– Не понимаю, о чем ты. Но если ты утверждаешь, что тебя ударила женщина с плохой подготовкой, то я бы сказал, что сука – это ты, Себастос.

Воцарилось удивленное молчание.

Внезапно Мэдден расхохотался, и его смех подхватили все остальные щитоносцы.

С каждой секундой лицо Себа краснело все больше и больше. Выругавшись, он помчался в сторону Кровавых лесов.

– Если хочешь стать воином Тезмарра, тебе нужно бить сильнее, – пролепетал Эсиллт в сторону Теи.

Она удивленно подняла глаза, но Мастер Оружия уже уходил прочь.

Вскоре к ней подошли Кэл и Кипп.

– Ну и кретин, – проворчал Кэл, кинув взгляд на Эвандера. – Раз он посмел говорить так о тебе, значит, у него нет ни чести, ни достоинства. Его тоже следует разукрасить.

Лицо Теи все еще горело. Одно дело – обсуждать такие подробности личной жизни с Рен, Сам и Идой, а совсем другое – когда о ее прошлом узнали все щитоносцы Тезмарра. Ее захлестнула липкая тревога. Что именно Эвандер им сказал? Что спал с ней в конюшне? Какая она без одежды? Она провела достаточно времени в спальне щитоносцев, чтобы знать, как мужчины обсуждают женщин...

– Я был с девушкой лишь однажды, – мечтательно произнес Кипп, прерывая ее размышления.

Интерес Теи и Киппа разгорелся настолько, что на мгновение она забыла о смущении.

– Да ладно? – недоверчиво усмехнулся Кэл.

– Познакомился с ней в «Веселом лисе». Такая красавица.

Кэл расхохотался.

– Ты? С девушкой? В «Веселом лисе»? Да ты был там один раз, если это вообще правда. – От смеха он схватился за живот и запрокинул голову.

Тея усмехнулась. Она не осуждала Киппа, но действительно слабо ему верила.

Кипп не обращал на них внимания.

– Волосы черные как смоль, такие мягкие, точно шелк... – Он на мгновение засмущался, глядя на Тею, которая лишь подняла бровь. – А ее душа...

Кэл уже стирал слезы с уголков глаз.

– А эта девушка... Ты ей нравился?

– Да! – утверждал Кипп. – Мы с ней смеялись всю ночь.

– А ты уверен, что она смеялась не над тобой?

– Ой, Кэл, отстань от него. – Тея хлопнула Кэла по руке.

– Ну и не верьте, – заявил Кипп.

– О чем это вы трое чешете языками? – проревел Эсиллт. – Не видите, что половина группы уже ушла на следующую тренировку? Поверьте, опаздывать не стоит.

К ужасу Теи, он был прав. Мэддена, Эвандера, лошадей и след простыл. Были видны лишь отстающие на опушке Кровавых лесов.

Все трое поторопились догнать их, а Мастер Оружия покачал головой.

– Более ничтожных щитоносцев я не видел. Пошевеливайтесь!

– Сэр? – неловко обратился к нему Кипп.

– Чего тебе?

– А куда нам идти?

Эсиллт обернулся на них с отвисшей челюстью. Тея подготовилась к новым крикам.

– Вы хотите сказать, что за последние десять минут не слышали ни единого моего слова?

– Сэр, мы...

Он поднял руку, призывая Киппа замолчать.

Тея понятия не имела, какие наказания полагались щитоносцам помимо уборки, и ей совсем не хотелось этого выяснять.

– Я в жизни... – Эсиллт прервался, проводя рукой по редеющим волосам.

Он покачал головой.

– Вас ждут на северной тренировочной площадке для рукопашного боя. Вам всем, – он многозначительно посмотрел на Тею, – этот навык очень пригодится.

Затем он перевел взгляд на Киппа:

– А ты... Ты определенно самый худший щитоносец из всех, кого я имел несчастье встречать.

Эсиллт тяжело вздохнул и велел им убраться с его глаз.

Троица была и рада оказать ему такую честь. Они побежали в Кровавые леса.

– Нет, ну вы слышали? – сбивчиво спросил Кипп, пока они пробирались через деревья.

– Что именно? – спросила Тея, все еще пораженная речью Эсиллта.

Кипп ухмыльнулся:

– Я знаменит.

– Да помогут нам Фурии, – вздохнул Кэл.

Смеясь, они промчались через лес к северной части крепости. К счастью, Кипп знал, куда им идти. И тут веселье кончилось.

Тренировочная площадка находилась у подножия Черных гор. И это оказалась не поляна, а самая настоящая арена, на которой все могли наблюдать за кровавыми победами и поражениями с удобного ракурса. Кровавыми их называли неспроста – Тея видела на земле темно-красные пятна.

В центре арены стояли Боевые Мечи Тезмарра.

И во главе их стоял Хоторн.

Глава 21

Тея чуть было не встала как вкопанная. После их напряженного разговора в алькове почти неделю назад она Хоторна не видела. В голове эхом прозвучали его слова, и сердце ее неприятно кольнуло.

«Я не буду просить о том, чтобы тебя назначили мои наставником. Доволен?»

«Ничуть, алхимик».

Она все еще ощущала горечь от его слов, но когда увидела его... В ней что-то сломалось. Хоторн стоял с прямой спиной и широко расставив ноги, в его глазах читалась жестокость. Да, один его вид наводил ужас, но внутри него словно таилось что-то еще. Что-то, что она хотела открыть, изучить... Оно ускользало сквозь пальцы, из раза в раз оставляя между ними недосказанность и неопределенность.

Кэл слегка пихнул девушку локтем, призывая двигаться к арене.

Вернич Кровопускатель и Тордж Гроза Медведей стояли без рубашек, демонстрируя мышцы на внушительных телах. Рука Смерти лишь закатал рукава своей рубашки, будто и не собирался потеть.

Первым заговорил Вернич, его хриплый голос разносился по всей огромной площадке:

– Вы здесь для того, чтобы научиться рукопашному бою. Сначала проведем спарринг мы, чтобы вы увидели технику в лучшем ее проявлении. Затем вы разобьетесь на пары и будете избивать друг друга до полусмерти.

Услышав в его словах нотку удовлетворения, Тея вздрогнула.

С искусством рукопашного боя Тея была знакома меньше всего. До этого момента она даже не подозревала о существовании этой площадки. Подумать только, за столько лет, что она следила за щитоносцами, ей ни разу не довелось увидеть тренировку по рукопашному бою. А теперь... Теперь же она вынуждена встретиться с неизвестным и избивать кого-то до полусмерти. Все это время Боевые Мечи будут наблюдать за ними, рассматривая претендентов на место ученика.

Не она одна в толпе переживала, но эта мысль мало ее утешала.

– Для начала я выбираю Грозу Медведей, – заявил Вернич, кивнув златовласому воину.

Тордж лишь усмехнулся:

– Как пожелаешь, брат.

Было в их поведении что-то безумное, и Тея задумалась, сколько раз они вот так проливали свою кровь. Мужчины оценивающе оглядели друг друга и заняли позиции.

Хоторн коротко кивнул и отошел наблюдать за ними к краю арены.

Тея проглотила ком в горле и сосредоточила внимание на Тордже – Боевом Мече, который, как она надеялась, будет ее наставником, ключом к тому, чтобы стать легендой.

Не было ни официального начала, ни прелюдий. Боевые Мечи просто подняли кулаки, защищая лицо, и закружили друг перед другом. Как только они начали, послышался всеобщий вздох. Все узрели дары Фурий вживую: неестественная скорость, сила и ловкость исходили от них волнами. Воины преследовали друг друга как добычу.

Тея нервно переступила с ноги на ногу.

Вернич нанес первый удар. Тордж легко его отразил и воспользовался возможностью ударить своего товарища. Тея поморщилась от одной лишь силы, с которой они наносили удары. Даже отражение удара выглядело болезненно.

Но Боевые Мечи свирепо скалились. Выражения их лиц были настолько дикими, что Тея не в первый раз задумалась, как Великий Обряд превращал людей в Боевых Мечей. С чем они сталкиваются, чтобы получить такую нечеловеческую силу? Но ходили и другие легенды... О том, что некоторые удостоились больших даров, чем другие... Бессмертие.

Гроза Медведей и Кровопускатель крутились в яростном вихре кулаков и пинков, расцепляясь, чтобы вновь сойтись.

– Какое скучное зрелище, – буднично заявил Хоторн, все еще стоя в стороне.

Его слова, казалось, подстегнули Вернича. Старший Боевой Меч обрушил на Торджа серию ударов, за его кулаками было сложно уследить. Тея старалась обращать внимание не только на удары, но и на движения их ног. Воины, как и при сражении на мечах, словно кружились в танце. Тея понимала, что раз она не была такой сильной, то ей нужно использовать всю свою ловкость и меткость.

Боевые Мечи передвигались по всей арене, а щитоносцы, наблюдавшие за ними, впитывали каждое их движение. Удары, изощренные хуки и апперкоты не достигали цели. Каждый воин пытался заполучить преимущество, напряжение нарастало. Вернич выставил Торджу подножку, но Гроза Медведей перепрыгнул ее и нанес мощный удар по лицу Кровопускателя сбоку. Точный удар распалил старшего воина. Он сделал выпад и обрушил на Торджа серию ударов, которые тот блокировал. Они кружили и кружили по арене.

– Кажется, они наконец поняли... – крикнул Хоторн с края арены.

Тордж удивился, завидев его. Казалось, он настолько погрузился в бой, что позабыл о его присутствии.

Вернич воспользовался возможностью: он оторвал противника от земли и сбросил с ринга.

Тордж рухнул на землю, из-за чего пораженные щитоносцы отскочили в разные стороны.

От силы удара Гроза Медведей точно должен был сломать позвоночник, однако он мгновенно поднялся на ноги со смущенной улыбкой и отряхнулся.

– Если ты так переживаешь, что они заскучали, – рявкнул Вернич Хоторну. – Давай их повеселим.

Он подошел к Себу, который стоял сбоку и держал его ножны.

Тея нахмурилась. С каких пор они так близки? Хотя если взглянуть с другой стороны – два самых мерзких человека в Тезмарре объединились.

Кровопускатель обнажил устрашающего вида меч.

– Раз ты настаиваешь, – ответил он скучающим тоном, хватаясь за свой меч. – До первой крови.

– По рукам.

Вернич вышел на середину арены.

Ничего подобного Тея в жизни не видела. Хоторн нанес удар первым – грубо взмахнул огромным мечом, демонстрируя всю свою силу. Вернич отразил удар и, вытащив из-за голени кинжал, угрожающе сжал его в ладони. Хоторн держал лицо, продолжая рассекать мечом воздух.

По арене разносились удары стали о сталь. Тея же застыла на месте, наблюдая, как они отражают удары, делают финты и выпады. Каждое их движение было более жестоким, чем предыдущее, мышцы воинов дрожали от напряжения.

– Еще не устал, старик? – прорычал Хоторн.

Вернич сплюнул кровь на грязную землю.

– Завались, Хоторн.

Волосы Хоторна были зачесаны назад, закатанные рукава рубашки открывали взору мускулистые предплечья и татуировку, которая тянулась от его ладони выше. Он двигался настолько жестко и мастерски, что Тею одновременно охватили и зависть и желание, отчего щеки покрылись румянцем. Она распознала несколько приемов из его утренних тренировок. Его техника была настолько отточена и выверена, что стала инстинктом.

Глядя на Хоторна в бою, Тея пожалела о своем обещании попросить в наставники Торджа. Его тренировки в дороге, то, как он учил ее стрелять, не шло ни в какое сравнение с тем, что открывалось ее взору сейчас. Он был воплощением силы Фурий, самым искусным Боевым Мечом, которого Тезмарр когда-либо видел.

Рука Смерти.

Его меч сверкнул в воздухе, и послышалось шипение Вернича.

На его бицепсе появился небольшой порез, из которого стекала тонкая струйка крови.

– Первая кровь, – заявил Хоторн, опуская меч.

– Еще раз! – проревел Вернич, делая яростный выпад.

Хоторн отбил удар, срывая с уст Вернича очередное проклятие.

На бицепсе его второй руки появился такой же кровоточащий порез.

Хоторн выжидающе смотрел на него, по стали меча стекала кровь.

Лицо Вернича исказилось в отчаянном оскале, на долю секунды показалось, что он вот-вот снова атакует. Однако он хмыкнул, стер кровь с обеих рук и кивнул Хоторну, а затем ушел из центра арены.

– Разбейтесь на пары.

Хоторну не нужно было ни повышать голос, ни повторять дважды. Вдохновленные его демонстрацией щитоносцы поспешили исполнить приказ.

Внезапно путь Теи преградил Себ.

– Я с беспризорной, – заявил он, а по его лицу расплылась мерзкая улыбка. – Пора поставить ее на место.

– Ни в коем случае, – вмешался Кэл и оттолкнул Себа.

– Почему нет? – Тея будто слышала себя со стороны. – Кажется, под вторым глазом не хватает синяка.

Несмотря на собственные слова, сердце Теи сжалось от страха. Она не была дурой. До этого момента ей везло, но она знала, что противостоять Себу не сможет. И не только потому, что он крупнее и сильнее ее, но и потому, что он тренировался годами.

– Не глупи, – произнес над ухом знакомый голос, от которого тело пронзил разряд энергии.

Тею потянули в сторону, вырывая из накалявшейся атмосферы, и она обнаружила Хоторна, пристально вглядывавшегося в ее лицо. В его серебристых глазах мелькнуло раздражение.

– Я и не глуплю, – упрямо возразила Тея.

Хоторн не обратил внимания на ее слова. Он по-прежнему крепко сжимал ее руку, словно ожидая, что она набросится на Себа.

И ей хотелось, в ней бурлила ненависть к ублюдку, который только и делал, что пытался ее унизить. Она вырвала руку из хватки Хоторна.

– Я его уложу, – решительно прошептала она.

Хоторн не отходил от нее:

– Возможно, однажды. Но не сегодня. Не завтра. И ты это знаешь. И, что еще хуже, это знает он.

У Теи перехватило дыхание.

– Почему ты это делаешь? Зачем говоришь со мной? – тихо спросила она. – Ты ясно дал понять, что не хочешь иметь со мной дела.

Глаза Хоторна потемнели, он удивленно посмотрел на нее.

– Вот что ты вынесла из того разговора?

Его низкий голос проникал ей под кожу, и Тея вновь ощутила, как сильно бьется в груди ее сердце.

Мгновение Боевой Меч рассматривал ее, затем облизнул губы и потер затылок.

– Не здесь. – Он сделал шаг назад и указал на Киппа. – Ты!

Что бы между ними ни происходило, это была игра с огнем. И все же Тея попыталась скрыть разочарование, когда к ней приблизился Кипп. Ей очень нравился ее друг, искренне нравился, но он не был бойцом. Если она хотела улучшить свои способности, ей нужен был более сильный противник.

Словно почувствовав ее разочарование, Хоторн снова тихо обратился к девушке:

– Ты не станешь легендой за одну ночь. Легенды закаляются кровью и сталью. Это требует времени.

«У меня нет времени», – как же ей хотелось крикнуть ему. Однако она лишь поджала губы и удержалась, чтобы не потянуться к камню судьбы.

– Изучи правила, – прогрохотал он низким голосом. – Только после этого ты можешь их нарушить.

– Еще какая-нибудь мудрость для меня?

Тея мечтала, чтобы он объяснил все ей и Киппу, прекрасно понимая, что он не будет этого делать.

– Тебе явно мудрость не помешает, – сухо ответил Хоторн. – Начни вот с чего: если сражаешься как дурак, то и умрешь как дурак.

– Прекрасно, спасибо.

Теперь Кипп стоял рядом с ней, переминаясь с ноги на ногу. Присутствие воина вызывало у него любопытство, оно плескалось в его глазах.

Хоторн дождался, пока долговязый щитоносец успокоится и перестанет ерзать.

– Еще кое-что. Всегда добивайте противника по возможности. Мужчины часто притворяются мертвыми и сбегают в ночи либо возвращаются, чтобы перерезать тебе горло, пока ты спишь. Ни человек, ни монстр не сможет сбежать с распоротыми кишками или с отсеченной головой.

На этой жестокой ноте Боевой Меч оставил двух щитоносцев. Они смотрели ему вслед, пока тот обходил дерущиеся пары.

– Мрачновато, – озадаченно заявил Кипп. – Что еще он тебе сказал?

– Что-то типа «если сражаешься как дурак, то и умрешь как дурак».

Тея чувствовала себя так, словно ее облили ледяной водой, а сердце ее бешено билось.

Кипп усмехнулся:

– Тогда я, наверное, покойник.

Под приказные возгласы Вернича Кровопускателя с арены они приступили к тренировке.

* * *

Остаток дня пролетел незаметно, и к закату каждая мышца Теи протестующе ныла. Эта неделя высосала из Теи все силы, и она, с трудом передвигаясь и прихрамывая, возвращалась по тропинке к крепости. Страдала не только она. В тот вечер два новобранца молча покинули Тезмарр.

Несмотря на все усилия, Тее все еще не хватало подготовки и дисциплины. Она определенно не могла сравниться с Себом. А если она не могла сравниться с подобными ему, значит, она недостойна ни одного воинского звания. Теперь, когда на кону стояло обучение у Боевых Мечей, она пообещала себе трудиться сильнее, чем когда-либо.

«Если ты стремишься к могуществу в мире мужчин и монстров – нет ничего более могущественного, чем знания и умение пользоваться ими правильно».

Преисполнившись решимости, Тея свернулась калачиком на своей холодной узкой кровати. В ее ногах вновь покоился Дакс, и она, чувствуя себя в безопасности, уснула крепким сном.

Тея проснулась задолго до рассвета. Выскользнув из спальни, она отправилась на одиночную тренировку в темноте.

* * *

Последующие недели в качестве щитоносца ощущались для Теи как первая. Круговорот тренировок и спаррингов, занятия на выносливость и обучение стене щитов. Поначалу боль в мышцах, легких, костях сопровождала ее постоянно... От неустанных нагрузок, которым она себя всецело отдавала, все ее тело болело. Однако она не сдавалась и постепенно становилась все сильнее и быстрее. Каждый день она просыпалась раньше остальных и тренировалась. Ее не останавливали даже сильные штормы, которые в ранние часы обрушивались на Тезмарр.

Как и предрекал Эсиллт, некоторые новобранцы не выдерживали суровых тренировок и устрашающих предупреждений о надвигавшейся смерти, поэтому уходили. Иногда щитоносцы просто замечали, что кого-то не хватает, но ничего по этому поводу не говорили. Кипп и Кэл стали ее постоянными спутниками. Тее часто не хватало Рен, Сам и Иды, и она была очень благодарна парням за их дружбу. Без них в Кровавых лесах, на арене и в Главном зале ей было бы одиноко. Они вместе праздновали свои маленькие победы, сочувствовали друг другу из-за синяков, порезов и царапин. Кипп и Кэл понимали то, чего не понимала ее сестра. Они понимали, насколько ей важно стать воином Тезмарра.

Тея погрузилась в новую рутину: больше тренировок, бесчисленное количество повторений, перерыв на еду, поиск информации о том, как испытание на посвящение проходило в прошлом, и изучение историй о Боевых Мечах с Маликом в библиотеке. Затем она просто вырубалась, и в ее ногах всегда лежал Дакс, свернувшись клубочком. В зависимости от степени измождения Тея пользовалась либо купальнями мастеров, либо, не желая испытывать судьбу, отправлялась в женскую купальню в другой части крепости.

С каждым днем ее стремление успешно пройти испытание на посвящение, как и невероятное желание стать ученицей Боевого Меча, только усиливалось. Напряжение витало между всеми щитоносцами, соперничество росло с каждым занятием, с каждым упражнением.

Тее больше не нужно было следить за щитоносцами, и теперь она прислушивалась к каждому шепоту в крепости, собирая новости об очередных брешах в Завесе и о тварях, про которых говорил Хоторн. Такие секреты тщательно охранялись высшими представителями Гильдии, но все же напряжение было ощутимым. Что-то надвигалось.

Время летело незаметно, и вскоре в Тезмарр пришла осень, окрашивая Кровавые леса в рыжие, золотые и багряные тона.

Боевые Мечи и командиры были всё так же ими недовольны. Кэл и Кипп часто сравнивали наставников со зверями, которые рычат при малейшей ошибке. Ни для кого не было секретом, что тренировать щитоносцев они не хотели. И уж точно секретом не было то, что никто из них не хотел становиться наставником. Однако Тея тренировалась, несмотря ни на что. Хоторн был прав – она отставала от остальных на годы, и поэтому ее переполняла решимость трудиться в два, а то и в три раза усерднее остальных.

Погода становилась холоднее, дни – короче, а Тея, Кэл и Кипп впитывали все, чему их учили мастера: как держаться в седле со щитом и мечом в руках, как защититься щитом от града стрел, как определить север и юг по россыпи звезд на ночном небе и высоте солнца. Но что Тея впитала каждой клеточкой – как владеть мечом. Она стала с ним одним целым. Она научилась размахивать им, поражать свою цель, убивать врагов. На ее руках, и без того усеянных следами от ожогов, добавились грубые мозоли. Но ее это мало волновало.

С каждым днем она чувствовала прогресс. Тея понимала это по тому, как остальные щитоносцы перестали над ней насмехаться. Постепенно из объекта насмешек и презрения она стала им равной. По прошествии времени девушка твердо решила вновь подняться в их глазах – заставить парней бояться.

Как и остальные щитоносцы, Тея всякий раз радовалась возможности выполнить поручение командиров, будь то доставка сообщения по крепости, чистка оружия или подготовка лошадей к поездке. Как и все, она хотела доказать, что Тезмарр невероятно нуждается в ней. Она хотела, чтобы командиры знали ее имя, давали ей советы и хвалили, хоть это и было редкостью.

В каждой группе были явные отличники, и, к ее разочарованию, одним из них оказался Себастос Барлоу. Хоть Тея и заметно улучшила навыки по сравнению с первым днем, она все еще оставалась середнячком по своим умениям. Каждый раз, когда она задумывалась об этом, в ее голове эхом отдавались слова Хоторна:

«От некоторых из них ты отстаешь уже на годы. Ближайшее испытание на посвящение состоится через три месяца, а следующее – не раньше, чем через год. Тебе нужно подготовиться».

Алтея-Девять-Жизней будет готова. И никак иначе.

Глава 22

Прошел месяц с тех пор, как Тея стала щитоносцем. Так как помимо необходимых нагрузок она тренировалась еще и самостоятельно, они с Рен почти не виделись. Когда сестра за час до рассвета нашла ее в оружейной, Тея поняла – что-то случилось.

– Вот ты где! Я тебя везде ищу! – Несмотря на холод и ранний час, Рен сияла. – Фарисса стала моим наставником! Тея, представляешь, я ее официальный ученик!

На мгновение Тея замерла, а затем, бросив оружие, которое точила, кинулась к сестре.

– Рен, это потрясающе. Я знала, что выберут тебя! Ты самая лучшая.

– Ты действительно за меня рада?

Тея отстранилась и приподняла бровь.

– Конечно, я рада за тебя. Ведь ты мечтала об этом.

– Знаю, я просто...

– «Просто» что?

– Ну, я не была уверена, что ты искренне обрадуешься.

– С чего бы мне не радоваться?

– Я... Ладно, неважно, – Рен ухмыльнулась. – Пойдем, покажу тебе свою новую комнату! Невероятно, теперь у меня есть собственная спальня!

У Теи, в общем-то, не было выбора. Рен буквально поволокла ее в крепость. Немного растерянная, Тея позволила Рен протащить ее по коридорам. Они поднимались на верхние этажи, к комнатам мастеров и командиров.

– Ты будешь жить здесь? Наверху?

– Я должна жить рядом с Фариссой. Моя комната рядом с ее.

Наконец они подошли к комнате Рен. Она открыла дверь и с гордостью пригласила Тею войти.

– Как долго ты уже здесь живешь?

Тея нахмурилась, увидев страшный беспорядок. Сестра никогда не была аккуратной, но это было чересчур. Везде, где только можно, стояли растения, стрелянные флаконы так и норовили упасть.

– Два дня.

Тея не поверила своим ушам.

– Два дня? И комната уже в таком состоянии?

– Да будет тебе известно, Тея, это творческий беспорядок. Я знаю, где у меня что лежит.

– Да помогут боги всем, кому будет нужно здесь что-то найти, – ответила Тея и рассмеялась.

– Никто не станет, – радостно заявила Рен. – Это моя комната. И только моя.

Тея прекрасно понимала сестру. За все годы, что они провели в Тезмарре, ни у одной из них не было личного уголка. Поэтому Тея протянула руку и сжала плечо сестры.

– Поздравляю, Рен. Ты это заслужила.

– Спасибо.

Помедлив, Тея спросила:

– У тебя есть запасной ключ?

– Ни за что, Тея, – заявила она. – Я только от тебя избавилась.

Тея хохотнула.

– Шучу-шучу... А может, нет. Попробуй поживи в комнате с двенадцатью парнями. Они шумят. От них воняет. И они то и дело хвастаются, что спали с женщинами, с которыми явно никогда не разговаривали.

– Очаровательно.

– Ты даже не представляешь насколько.

– Тея, заходи почаще, – неожиданно произнесла Рен. – Сам и Ида скучают. Ты пропустила столько интересного. После обеда они устраивают для меня небольшой праздник. Приходи тоже.

– Не могу. – Тея тяжело вздохнула. – Рен, у меня нет времени. Если я хочу стать...

– Воином Тезмарра. Боевым Мечом, – резко оборвала ее Рен. – Мы знаем. Знаем, как тебе это важно. Но есть и другие важные вещи.

Рука Теи потянулась к камню судьбы.

– Для меня – нет...

Она сразу же пожалела о словах, как только они сорвались с ее губ. Но было уже поздно.

Рен помрачнела.

– Тея, когда я в последний раз тебя о чем-либо просила? Когда ты в последний раз для кого-либо что-то делала?

– Это же просто праздник, Рен...

– Это не просто праздник. Девочки хотят поддержать меня. Твою сестру. Порадоваться достижению, к которому я шла годами. Каково бы тебе было, если бы ты стала Боевым Мечом, а всем было плевать?

– Это не то же самое.

– Не то же самое? Хочешь сказать, что быть алхимиком не настолько престижно, как быть Боевым Мечом? Что твои мечты важнее и благороднее, чем мечты всех остальных?

– Я не это имела в...

– Нет, именно это. Как хочешь. Если ты так решительно настроена стать Боевым Мечом – вперед, Тея. Но когда ты обманешь смерть и захочешь, чтобы кто-то порадовался твоим победам, не удивляйся, если рядом никого не окажется.

– Рен...

– Тея, ты даже не представляешь, понятия не имеешь, что я делаю для нас. Для тебя. И теперь ты со своим комплексом Боевого Меча думаешь, что ты выше остальных. Знаешь, где бы ты была без меня? Знаешь, что бы случилось...

– Рен, прошу.

Тея ощутила горький привкус во рту. Она никогда не видела сестру такой разъяренной, почти обезумевшей. О чем она говорила? О том маневре со вдовьим пеплом? Или о том, что она прикрывала ее перед Одрой и Фариссой? Сердце замирало от волнения. Она не ожидала, что разговор окончится так. Ей действительно хотелось отпраздновать достижения Рен, но...

Рен качала головой, ее щеки пылали от гнева.

– Видеть тебя не могу, – выплюнула она. – Проваливай. Меня ждут мои дурацкие зелья и чайники.

– Я не говорила, что...

– Вон.

Тея опустила голову, ее потряхивало. Выйдя из новой комнаты Рен, она увидела, что ее ждет Дакс. Но даже верный пес, шагающий рядом с ней, не смог избавить ее от мрачных мыслей. У нее было чувство, что за словами Рен кроется нечто большее, словно она что-то недоговаривает.

* * *

В следующие дни Тея замкнулась в себе. Сестры ссорились всю свою жизнь, но сейчас все было иначе. Между ними образовалась стена, и с каждым днем она становилась лишь шире и выше.

Тея пыталась поговорить с сестрой, объясниться. Она искала ее на следующий день, через день, но сестра ускользала от нее, словно песок сквозь пальцы. От мысли, что Рен праздновала свою победу без нее, сердце Теи защемило. Она жалела, что все сложилось так и что ее не было рядом.

– Что с тобой происходит в последние дни? – спросил Кэл за завтраком.

Он сильно хмурил брови и изучал ее внимательным взглядом.

– Ничего, – тихо ответила Тея, кладя в рот кашу.

– Врешь, – подключился Кипп. – Ты уже который день киснешь. А ты не из тех, кто киснет. Я видел, как тебя повалил парень в два раза крупнее тебя. Тогда ты и глазом не моргнула. Так что здесь что-то не так.

Они выжидающе на нее смотрели, чем вывели из себя.

– Я поссорилась с Рен, довольны? – огрызнулась она.

– По поводу?

Тея вздохнула.

– Не знаю. По поводу того, что меня волнует только то, как стать Боевым Мечом. Что-то вроде того.

– И ты ей так и сказала?

– Случайно.

Кэл присвистнул:

– Жестоко.

– Я не это имела в виду.

– Что ж, тебе стоит с ней помириться. Ты не сможешь стать учеником Боевого Меча, если будешь унылой тупицей, – заявил Кипп.

– Твоя поддержка, как всегда, бесценна, – безжизненно произнесла она.

– Давайте попросим отгул. Отведем ее в «Веселого лиса».

– Опять ты своим дурацким «Веселым лисом»! – Кэл чуть не опрокинул свой завтрак. – Ради всех богов, может, хватит уже? Ты хоть раз слышал о том, чтобы кто-то в Тезмарре взял отгул, придурок?

Тея отмахнулась от него.

– Все в порядке, успокойся. Он же просто пытается...

– Помочь, знаю. Но почему же его помощь так раздражает?

Тея заерзала на стуле и обменялась с Киппом озадаченными взглядами.

– Кажется, не только я сегодня не в духе...

– Ой, не начинай.

К ее удивлению, Кипп весело улыбнулся.

– Ну и кто она?

– О чем ты?

– Только одно может так вывести тебя из себя, и это точно не мои несчастные попытки помочь Тее. Так кто она?

Кипп подмигнул подруге.

Интерес Теи мгновенно загорелся, и она взглянула на Кэла, щеки которого покраснели.

– Мы не будем об этом говорить, – твердо заявил он и поднялся на ноги.

– Мы определенно поговорим об этом, – прошептал он Тее, когда они встали из-за стола. – Бросай сегодня свои книжки и выпей с нами медовухи. Мы его расколем. Во всяком случае, это поможет тебе на час забыть о проблемах с сестрой.

Впервые за несколько дней Тея улыбнулась.

– Хорошо.

Хотя в глубине души Тею не отпускало чувство вины, благодаря Киппу и Кэлу, который и сам был в плохом настроении, ей стало легче.

Время пролетело незаметно. Они завершили тренировку на выносливость, посетили тренировку по стрельбе из лука, а затем, к собственному удивлению, провели несколько часов в библиотеке с самим Мастером Гильдии. Он рассказал им о нескольких военных стратегиях, которые воины применяли на протяжении многих лет. Из всей группы выделялся Кипп – полный энтузиазма, он то и дело перебивал Осириса вопросами и комментариями. Поразительно, но, казалось, тот вовсе не злился, а только радовался такому заинтересованному собеседнику. Хоть Кипп несколько раз говорил Тее о том, что ему ближе военная стратегия, она не придавала этому значения. И вот теперь стало ясно, что в этом вопросе он на голову выше остальных. Ему не хватало координации и силы, зато он компенсировал это владением изобретательными тактиками и глубоким пониманием того, как работает армия.

Когда они выходили из библиотеки, Кипп буквально светился от радости.

– Это же невероятно, согласись!

– Что именно? – угрюмо поинтересовался Кэл. – Способы, которыми люди и монстры могут убить друг друга?

Кипп просиял:

– Именно! За все время, что мы здесь, можно было бы подумать, что бой – просто взмахи мечом и удары топором, но стратегия... – На мгновение он затих в благоговении. – Стратегия – нечто большее. Она демонстрирует хитрость и жестокость в гораздо более утонченной форме.

– И этим нужно восхищаться? – уточнил Кэл, после чего перевел взгляд на Тею и приподнял бровь.

– Конечно. Это заслуживает не меньшего восхищения, чем происходящее на поле боя. Вы так не думаете?

– Пойдем быстрее, – поторопила Тея, дергая Киппа за рукав. – Мы опоздаем.

– Боги, сейчас же ближний бой у Кровопускателя? – Друг мгновенно ускорился.

– Да, и ты знаешь, каким Вернич бывает.

Тея присутствовала лишь на нескольких тренировках у старшего Боевого Меча, и все, что там происходило, ей не нравилось. Но, так или иначе, через несколько минут они должны были стоять на тренировочной площадке, и испытывать гнев наставника Тее не хотелось.

К счастью, они пришли вовремя – их группа как раз собиралась вокруг арены. Предвкушение уже сковывало ее тело. После той драки Боевых Мечей на первом занятии она успела поучаствовать в спаррингах со многими ребятами, помимо Кэла и Киппа, и каждый раз она узнавала что-то новое. Следуя совету Хоторна, за несколько недель она выучила правила ведения боя, а затем начала их нарушать. Она заметила в себе перемены. Тея не только физически сильнее и быстрее, но и более уверенной. Первоначальный страх провала растворился, и, хоть Тордж и называл ее нерадивым бойцом, в большинстве случаев она могла постоять за себя. Тея наслаждалась ближним боем, ударами и защитными маневрами, звоном в ушах от лязга стали о сталь, тяжестью щита на своей руке.

И поэтому, когда на арену вышел Вернич Кровопускатель, Тея не боялась.

Однако стоило бы.

Старший Боевой Меч уже был в скверном расположении духа. Она поняла это по стиснутым зубам и прищуренному взгляду, которым он всех оглядел.

– Поделились на пары! – рявкнул Вернич.

Как всегда, у их троицы приказ вызвал секундное замешательство. Тея уступила им и обернулась в поиске партнера. Лачин оказался одним из немногих, у кого не было пары, поэтому Тея неохотно подошла к нему.

Он в искреннем удивлении огляделся:

– Серьезно?

– Очевидно, у нас обоих нет пары.

С ним Тея прежде не дралась – она приравнивала его к Себу, которого старалась избегать. Она ожидала, что парень будет возражать или отпустит какую-нибудь мерзкую шутку, но он просто пожал плечами и бросил ей тренировочный меч.

– Ну ладно, – произнес он, расставляя ноги пошире. – Готова?

– Готова, – ответила она и сделала выпад.

Тея уже поняла, что большинство ожидало, что она замешкается или не будет торопиться атаковать первой, поэтому делала обратное. Чаще всего она наносила удар первой, и, как правило, такая тактика заставала противника врасплох.

Но не его.

Лачин был готов. Он отразил первый выпад ее тренировочного меча и сам нанес мощный удар. Тея не знала, сколько Лачину лет и как долго он тренировался в Тезмарре, но по его движениям она понимала, что он намного старше ее.

Однако это ее не смущало. Она была сильнее и быстрее, чем когда-либо, и у нее было преимущество, о котором никто не знал: она сражалась так, словно на кону стояла ее судьба. И это было правдой.

Поэтому она немедля продолжила. Тея нанесла высокий горизонтальный удар по слабой стороне Лачина. Он, удерживая деревянный меч двумя руками, повернулся и отразил атаку. От удара по рукам Теи прошлась вибрация, и она счастливо улыбнулась. Девушка жила ради этого, ради битвы.

Лачин тоже улыбался:

– У тебя получается лучше, чем раньше.

– Я знаю, – ответила она, снова взмахнув мечом.

Еще совсем немного, и Лачин бы не успел блокировать удар. Он нанес новый.

– Не хочешь пользоваться щитом? – пошутил Лачин.

Внезапно Тея поняла, что он шутил – не издевался... Что-то в их отношениях поменялось.

Она одарила его очередной улыбкой:

– С тобой он мне не нужен.

Лачин фыркнул и попытался нанести удар снизу тыльной стороной меча, но Тея отразила его. Ей удалось на мгновение подцепить его меч своим и опустить вниз, после чего она нанесла резкий удар ногой в неприкрытый щитом бок.

Парень охнул от неожиданности.

Тея отступила и обошла его.

– Еще не устал? – поддразнила она.

– Мечтай...

– Ты гребаный бесполезный идиот! – раздался рев Вернича по всей арене.

Все щитоносцы замерли. За криком послышался хруст костей.

У Теи все внутри похолодело, она встревоженно посмотрела на своего оппонента. Девушка оглядела все пары, паника вцепилась в ее сердце своими когтями, тело сковал страх. Она сразу же заметила массивную фигуру Боевого Меча.

Он возвышался над Киппом, который согнулся пополам и прижимал руки к окровавленному лицу.

Ее дыхание сбилось, она чувствовала, что задыхается.

Вернич приближался к ее другу с красным от гнева лицом, на его губах кривилась усмешка.

– Ты еле держишь меч, ты жалкий кусок дерьма!

Кэл шагнул вперед:

– Сэр, это моя...

Вернич схватил его за ворот рубашки и толкнул с такой силой, что он налетел на нескольких стоявших позади него щитоносцев.

– Не лезь, – прорычал Вернич, вновь приближаясь к Киппу.

Тея еле дышала, ее руки дрожали. Он ведь не станет этого делать? Ни один командир или мастер не поднимал руку на щитоносцев.

Вернич снова ударил Киппа, и тот со стоном упал в грязь.

Тея не успела задуматься, как ее ноги сами понесли ее. Кровь стучала в ушах, перед глазами поплыло.

Почувствовав, что она направляется к нему, Вернич резко обернулся. Он не сводил с нее глаз, в которых плескалась ненависть. Тея вздрогнула, страх парализовал ее.

– Ты... – рявкнул он и сделал к ней шаг, его тень нависла над ней. – Ты такая же никчемная, как и он. О чем они думали, когда принимали в Гильдию женщину?

За его спиной Кэл бросился к Киппу. Не отрывая испуганного взгляда от Теи, он пытался поднять его на ноги.

– Пусть это будет уроком для всех вас. Не суйтесь туда, где вам не место.

Тея задыхалась, она не чувствовала ни рук, ни ног, а Вернич все приближался к ней.

– Хотела стать одной из нас? – На этот раз он произнес тихо. – Тогда покажи, как сильно.

Тея изо всех сил пыталась сдержать ужас, но с каждой секундой он охватывал ее все сильнее. Она слышала, как по грязи скрипят ботинки Киппа, когда Кэл поднимал его на ноги. Слышала его тяжелые вздохи, чувствовала металлический запах крови, стекавшей по его рту.

Она подняла глаза на Вернича в ожидании.

– Ты исполнишь его наказание, – приказал Боевой Меч. – Три удара.

Тея уставилась на него. Она отчаянно надеялась, что кто-то вмешается.

Вернич гадко улыбнулся:

– Если удары окажутся слабыми, последуют издевательства.

Тея на мгновение взглянула на Киппа. Он висел на руках Кэла, один его глаз заплыл, но он все равно поймал ее взгляд и попытался кивнуть. Он позволял ей пойти на ту жестокость, которую от нее требовали.

– Нет.

Вернич скрестил руки на груди, нависая над ней.

– Что ты сказала?

Тея собрала всю смелость в кулак и подняла подбородок.

– Нет.

– Я не спрашивал. – Голос Вернича был пропитан жестокостью.

– Я сказала – нет.

Рука Вернича взмыла в воздух, он схватил ее за ворот рубашки и толкнул к Кэлу и Киппу.

Она чуть было не упала, но смогла удержаться на ногах.

– Тогда будешь наказана вместе с ним, – прорычал Вернич, вновь краснея от ярости.

Он повернулся к толпе и указал на Себастоса Барлоу.

– Ты! Исполняй. Три удара подряд. Если под конец они не будут валяться на земле и звать своих матерей... – Ему не нужно было завершать угрозу.

Однако Себа не нужно просить дважды, он с радостью примет участие в чем-то столь мерзком. Ублюдок направился к Тее, и на его лице застыло выражение триумфа, садистского удовольствия.

Он встал перед ней и угрожающе хрустнул костяшками. Тея не шелохнулась.

«Будет больно, но я не доставлю ему удовольствия. Я устою на ногах. Не заплачу», – сказала она самой себе.

Не успела Тея вздохнуть, как его кулак прилетел ей в живот – ее отбросило назад, а воздух в легких кончился. Боль пронзила ее, Тея схватилась руками за живот и отчаянно вздохнула. Она хрипела и кашляла, из глаз хлынули слезы, но она заставила себя выпрямиться и встретить довольный взгляд Себа с вызовом. Она не могла говорить, но позволила своему многозначительному взгляду пошатнуть его хрупкое самолюбие.

«Это все, на что ты способен?» – мысленно поддразнила она.

Тея видела, как на нее летит второй удар, но толку от этого? Она не могла защититься, не могла облегчить боль или укротить панику, которые охватили ее после первого удара и не позволяли вздохнуть.

Она согнулась пополам и прерывисто всхлипнула, ее ломало изнутри. Живот пронзила невыносимая боль, желудок, казалось, застрял в горле. Ее затошнило, а ноги чуть не подкосились. Усилием воли она заставила себя выпрямиться. Перед глазами возникла пелена, Тея ощутила, что у нее изо рта свисала слюна, но она не позволяла себя сломить.

Последний удар застал ее врасплох. На этот раз кулак Себа прилетел ей в бок, принося острую невыносимую боль. Тея оказалась на грязной земле. Эта боль была другой. И дело было не только в том, где она разрасталась...

Ее рубашка промокла.

Она опустила глаза и увидела, как из бока сочится кровь.

– Ты ублюдок! – выкрикнул кто-то.

Тея подняла взгляд ровно в то мгновение, когда между костяшек пальцев у Себа блеснуло серебро, а затем исчезло в кармане.

– Черт возьми, да он ударил ее ножом! – выкрикнул кто-то еще.

Тея была слишком изможденной, чтобы что-либо понимать. Ее волновало лишь одно. Ей было плевать, что из глаз текли слезы, а по подбородку текла слюна.

«Если под конец они не будут валяться на земле и звать своих матерей...»

Эти слова неустанно звучали в ее голове. Алтея-Девять-Жизней зажала руками кровоточащую рану и, сдерживая рвотный позыв, поднялась на ноги.

– Не можешь побить даже девчонку, Себ, – прохрипела она и сплюнула кровь на землю.

Его глаза вспыхнули унижением и яростью, и он бросился на нее.

Однако тут же полетел на грязную землю.

– Что здесь, черт возьми, происходит? – взревел Тордж Гроза Медведей, ошалело глядя на Вернича.

Старший Боевой Меч презрительно посмотрел на него и пожал плечами.

– Обычные издевательства щитоносцев, – ответил он, а затем крикнул остальным: – Все свободны!

Себ, как и подобает настоящему трусу, ушел вслед за Кровопускателем. Голова Теи кружилась, но на мгновение она посмотрела на удаляющиеся фигуры.

«Ты здесь лишь потому, что твой дядя дружит с Мастером Гильдии», – сказал тогда в лесу Кэл. Только сейчас Тея внезапно осознала, почему за свои поступки Себ не получает по заслугам.

Тордж повернулся к Тее и сжал ее плечи.

– Что произошло? – спросил он, глядя на пятна крови на ее рубашке.

В это время Кэл помогал Киппу подойти к ней.

Тея чувствовала, как вокруг них толпятся остальные щитоносцы, и понимала, что стоит перед выбором. Давным-давно Кэл и Кипп рассказали ей о кодексе щитоносцев. И будь она проклята, если нарушит его. Если у Себа действительно были связи с Мастером Гильдии, то донос не принесет ничего хорошего.

Она заставила себя как ни в чем не бывало опустить руку с кровоточащего бока и, подавив дрожь, выпрямилась.

– Ничего, сэр.

– По тебе, черт возьми, не скажешь.

Тея изо всех сил удерживала себя на ногах. Если бы не большие руки Торджа, сжимавшие ее плечи, ее бы повело.

– Правда ничего, – повторила она, ощущая вкус крови во рту.

– Тея говорит правду, – поддакнул кто-то. – Обычные издевательства, которые вышли из-под контроля.

– Точно, сэр. Барлоу, как обычно, показал свой ублюдский характер, – добавил Лачин. – С Теей все в порядке.

Ей не послышалось? Или удары были не в живот, а по голове? Что они...

– Видели его лицо, сэр? – подключился Кэл. – Тея его уделала.

Голос Кэла среди остальных помог ей сложить пазл. Щитоносцы не оправдывали Вернича и Себа. Не приуменьшали ее страдания... Они поддержали ее решение ничего не говорить. Щитоносцы, включая даже Лачина, прикрывали ее.

Оглядев уверенные лица, Тордж отпустил ее. Каким-то образом ей удалось удержаться на ногах.

– Пара ударов и царапин, сэр, – прохрипела она.

От Боевого Меча исходила ярость. Он, без сомнений, вспомнил недавние угрозы, которые обрушил на них, застав их конфликт. Однако поскольку никто не возразил и не сказал правду, Тордж не мог ничего сделать.

– Ладно, – отрезал он. – Как скажете.

Он повернулся к группе:

– Вам пора вернуться в крепость. Советую поторопиться.

Когда он ушел, Лачин взял Тею под руку и повел ее к воротам.

– Хорошая выдержка... – неуверенно произнес он.

Тея с болью втянула воздух.

– Не думал... – она снова вздохнула, – что... она... у меня... есть?

– Я больше не буду в тебе сомневаться.

– Стоит... Стоит отдать три серебряных...

– О, они уже ждут Киппа. Я бы отдал их ему прямо сейчас, да только он не может ровно ходить.

Тея оглянулась и увидела, что Кэл тащит их друга по укрытому травой склону. Боевой Меч ударил его по голове. Скорее всего, у него сотрясение мозга, а может, что и похуже.

Когда они подошли к воротам, Тея высвободила свою руку.

– Спасибо.

– Тебе не нужно помочь?..

Что-что, а помощь ей действительно была нужна. Адреналин все еще помогал ей удержаться на ногах, поэтому она лишь покачала головой.

– Тогда это все будет напрасным.

– Понял, – он кивнул ей и направился в крепость.

Тея остановилась и прислонилась к дверям. На нее никогда не обрушивалась такая жестокость, она все еще чувствовала, как из раны сочится теплая струйка крови. Несмотря на то, чем закончилась последняя встреча с Рен, ей нужно было найти сестру. Скоро шок отступит, и она знала – когда это случится, дела у нее будут плохи.

Если бы она чаще посещала занятия по целительству с девочками, то бы смогла оказать себе хотя бы первую помощь. Тея мало что знала о боевых ранах, она лишь могла остановить кровотечение. На занятиях по владению оружием эта тема пока не затрагивалась.

Она пыталась приподнять свой настрой, думая о том, что показала всем, включая Вернича Кровопускателя, что Себастос Барлоу не сможет сломить ее. Тея показала им всем, что она нерушима, что ее место – в Тезмарре. Но все это окажется напрасным, если она умрет в коридоре.

Тея сделала первые самостоятельные шаги и поморщилась.

– Ты сможешь, – прошептала она себе.

Рана не переставала кровоточить. У нее кружилась голова, и Тея понимала, что потеря крови дает о себе знать.

Кэла и Киппа нигде не было, и Тея решила, что они, должно быть, отправились прямиком в лазарет. Ей и самой следовало туда пойти.

Пошатываясь, Тея брела по коридору. Она держалась за стену, чтобы не упасть. «Найти Рен. Найти Рен», – твердила она себе точно заклинание. Она завернула за угол, и дышать стало тяжелее. Ей нужно было всего лишь дойти до комнаты Рен, и тогда все будет хорошо. Перед глазами плыло. Она нащупала прохладную дверную ручку, повернула ее и ввалилась внутрь.

В комнате царила кромешная тьма, и даже в своем затуманенном состоянии Тея понимала: она попала не туда, куда направлялась. У нее вырвался хриплый стон, и она почувствовала, что силы иссякли. Девушка прислонилась спиной к холодной каменной стене и запрокинула голову. Нужно просто немножко передохнуть. Затем она найдет Рен. А Рен знает, что делать. Она всегда все знает.

Колени Теи задрожали, и она почувствовала, как скользит...

Дверь распахнулась, и свет из коридора заслонила огромная фигура.

– Боги, – прозвучал глубокий голос, он, словно мелодия, трогал тонкие струнки души.

Она знала этот голос.

Большие нежные руки стягивали с нее пропитанную кровью рубашку. Мозолистый палец приподнял ее подбородок.

– Кто? – требовал Хоторн. – Кто это сделал?

Глава 23

Ноги Теи подкосились, и она начала скатываться на пол, но Боевой Меч ее поймал.

– Кто это сделал? – вновь спрашивал он.

Хоторн крепко держал Тею за талию. Он рассматривал ее своими серебристыми глазами, в которых полыхала ярость.

От его слов по ее телу словно прошел разряд тока, и она вздрогнула. Девушка продолжала молчать.

Хоторн коснулся рукой ее бока.

– Ты серьезно не собираешься говорить, кто сделал это с тобой?

У Теи перехватило дыхание.

– Да.

Эта битва не его.

– Я с легкостью все выясню. Ты даже представить не можешь, какое наказание будет их ждать.

На мгновение Тея представила: Себа подвесили, он истекает кровью и испытывает самые худшие в мире муки. Но она лишь покачала головой.

– Да, но ты этого не сделаешь, – ответила она хриплым голосом.

– Неужели?

– Да. Ты не сможешь лишить меня того, что по праву мое.

– Чего же я не могу тебя лишить? – спросил Хоторн, будто зная, что она ответит.

Тея поймала его взгляд, приходя в себя.

– Мести.

Крылья его носа задрожали, но уже через мгновение его выражение лица смягчилось.

– Да, – наконец согласился он. – Ее я тебя лишить не могу.

Внезапно Тею охватили холод и смятение. Она осознала, что они находятся в какой-то тесной комнате и что воин так близко к ней.

– Где мы? – с трудом выговорила она, веки ее стали тяжелыми.

– В чулане.

Он разорвал ее рубашку посередине и принялся изучать рану.

Под одеждой на Тее была лишь ткань, обтягивающая ее грудь, и камень судьбы. Хоторн стянул с ее покалеченного тела то, что осталось от рубашки. Тея была слишком растеряна, чтобы смутиться.

Осмотрев ее, он тихо выругался.

– Рана глубокая.

Перед глазами у Теи плыло, голова кружилась. Она совершенно не понимала, что происходит.

– Почему? – пролепетала она.

– Что «почему»?

На своей холодной липкой коже Тея ощутила его горячие пальцы.

Он прикоснулся к ране, и она резко втянула воздух сквозь стиснутые зубы.

– Почему мы в чулане?

– Не знаю. Я пришел сюда по следам крови на полу.

– Я... Искала свою сестру. Она... Она поможет.

Хоторн разрывал ее рубашку на полосы.

– Сначала нужно остановить кровотечение. – Он оборачивал вокруг ее тела ткань, его пальцы касались ее кожи. – Будет больно.

Тея осознала, что он делает, только когда полосы ткани туже стянули нежную кожу, давя на рану. Тею пронзила невероятная боль, она сдавленно вздохнула и в поиске облегчения инстинктивно сжала его предплечье.

Не возражая, свободной рукой Хоторн потянулся за чем-то. Из мешочка на поясе он достал сушеный лист, поднес его к ее рту и приказал:

– Жуй.

Тея повиновалась и почувствовала легкое прикосновение его пальцев к своим губам. Лист оказался горьким на вкус.

– Это тебя взбодрит и не позволит потерять сознание. – Он проверил импровизированную повязку на ее боку. – Ты не должна отключаться.

Поморщившись, Тея проглотила лекарство. Она почти мгновенно ощутила, как возвращается к жизни. Первое, что заметила, – она все еще касалась Хоторна, ее рука обвивала мускулистое предплечье. Второе – его рука покоилась на ее неприкрытой одеждой талии. От его тела исходило тепло, и ей пришлось подавить неосознанное желание приблизиться к нему и насладиться его запахом.

Его тело напряглось, будто он тоже подумал о том, как они касаются друг друга.

– О чем бы ты ни думала, мы не можем, – прорычал он. – Ты еле жива, алхимик.

– Я ничего не говорила.

– Слова и не нужны.

– Не только мой разум пошатнулся, Боевой Меч.

Она заметила, как он заиграл желваками.

Проигнорировав ее слова, Хоторн указал на ее раны и спросил:

– Как это случилось? Ты можешь сказать хотя бы это?

Бок Теи пульсировал невероятной болью, по коже пробежала ледяная дрожь, однако ничто не могло оторвать ее от него.

– На тренировке.

– Вы еще не тренируетесь с оружием из стали. Как?

Тея поморщилась и, взяв себя в руки, процедила сквозь зубы:

– Видимо, кому-то следовало лучше следить за наказаниями.

По огню, вспыхнувшему в его ледяном взгляде, было ясно, что Хоторн ее понял. На мгновение он неестественно замер.

– Сможешь встать? – мягко спросил он.

Она не отвечала.

– Тея?

Он назвал ее по имени. Не алхимик и даже не Алтея. Тея...

– Думаю, да, – наконец произнесла она, удивляясь тому, насколько хрипло звучал ее голос.

Хоторн аккуратно помог дрожащей Тее встать на ноги. Он накинул на ее обнаженные плечи свой плащ и застегнул его.

«Наверное, он чувствует, как бешено бьется мое сердце», – подумала она, глядя на костяшки его пальцев, которые задержались на ее коже.

И сейчас, в тусклом освещении тесного чулана, Тея на мгновение забыла о том, как рана пульсирует от боли, об изуродованном синяками животе, забыла и о жестокости Себа и Вернича... Она думала о едва уловимой энергии, исходящей от Хоторна. Поймала его взгляд, и они просто смотрели друг на друга. Тея перевела взгляд на его губы.

«Я брежу?» – задумалась она, ее охватило тепло.

– Ты могла умереть здесь. – В его тоне прозвучала какая-то неуловимая эмоция, однако затем он продолжил с напускной легкостью: – Тогда бы ты точно стала легендой... Алхимик, потерявший сознание в чулане.

Сердце колотилось как безумное, ей так хотелось потянуться к камню судьбы, вложить его в теплую ладонь Хоторна и рассказать ему о нем, рассказать, чей он на самом деле. Эновиус не заберет ее. Не сегодня.

Но она лишь покачала головой, отошла от Боевого Меча и открыла дверь.

– Нет. Я бы не умерла.

Свет факелов из коридора залил крошечный чулан. Тея шагнула из него и вдохнула холодный воздух, тело все еще дрожало. Она сразу ощутила, как ей хочется вновь оказаться близко к нему.

Хоторн выглядел все таким же напряженным.

– Если хочешь стать воином Тезмарра, мало научиться просто сражаться.

– Поделишься еще какой мудростью? – слабо произнесла она.

– В этой крепости тебе понадобятся друзья, команда. Тебе нужно научиться залечивать раны. У тебя их будет еще много. И у твоих друзей тоже. Научись этому если не для себя, то хотя бы ради них.

Тея подумала о Рен, Иде и Сам, затем о Кэле и Киппе. Иногда она пыталась убедить себя в том, что они ей не нужны, что им будет лучше без нее – девушки, которая уже одной ногой в могиле...

– Никогда не замечала рядом с тобой друзей.

Она не собиралась говорить этого вслух, но слова вырвались сами собой.

Хоторн пронзительно на нее посмотрел. Проигнорировав ее слова, он продолжил:

– Каждая дисциплина, которой тебя обучают в этой крепости, очень важна. Ты должна уважать их. Овладеть всеми. Гильдия – не только мечи и кулаки.

– Моя сестра говорит то же самое, – неожиданно для самой себя ответила Тея.

– Тебе следует прислушаться. Она знает, о чем говорит.

Хоторн придерживал девушку весь путь до комнаты Рен. Как только подошли, дверь тут же распахнулась.

В глазах сестры плескалась паника, она мгновенно оказалась рядом. Рен закинула руку Теи себе на плечо, облегчая ношу Хоторна.

– Дальше я сама, – кинула она ему.

Боевой Меч замешкался на пороге.

– Спасибо, что помог моей сестре, – довольно резко сказала Рен, а затем закрыла дверь перед его носом.

Тея была слишком обессилена, поэтому не могла осудить грубость сестры или сказать, что хочет, чтобы он остался.

Рен помогла ей пройти в комнату и осторожно усадила ее на кровать.

– Кэллахан отправил всех алхимиков на твои поиски. Он рассказал, что случилось. Боги, Тея! Почему ты не отправила кого-нибудь за мной?! Ты же знаешь, я бы... – Слова срывались с ее губ ошеломленным потоком, в конце ее голос сорвался. – Что бы ни происходило между нами, ты моя сестра.

– Я знаю, – выдавила Тея. – Я искала тебя.

– Тогда где же, черт возьми, ты была?

Рен откинула тяжелый плащ и увидела окровавленную ткань, которой была обмотана талия Теи. Она взглянула на свои пальцы, на которых остались волоски темной шерсти, и замерла.

– Это плащ Боевого Меча.

Тея утвердительно кивнула и заметила, как сестра напряглась.

– Сам Рука Смерти дал тебе свой плащ?

Тея не стала отвечать на вопрос. Рен прикусила внутреннюю сторону щеки, обдумывая следующие слова, а затем встретилась с вопросительным взглядом Теи.

– Он... Он мне не нравится.

– С каких пор у тебя появилось категоричное мнение о каком-либо Боевом Мече?

Тея тяжело выдохнула сквозь зубы, пока Рен осматривала ее раны.

– У меня о каждом категоричное мнение, большое спасибо... С тех самых пор, как один из них, кажется, начал следить за моей сестрой.

Тея рассмеялась, и от острой боли у нее перехватило дыхание.

– Это неправда, – прохрипела она.

Рен присела на край кровати, на ее лице не было ни намека на веселье.

– Ти, держись от него подальше... Он хуже всех. Знаю, ты считаешь их благородными...

– Некоторых, – буркнула Тея, держась за бок.

– Но то, что говорят об Уайлдере Хоторне... – осторожно продолжила Рен. – Даже у тебя волосы встанут дыбом. Он опасен.

– Конечно, он опасен! Он, черт возьми, Рука Смерти. Они все опасны, в этом-то и суть, нет?

Рен качала головой:

– У него дурная слава, Тея. Он монстр. Страшнее тех, что убивает. Он вырезает их сердца... Забирает их как трофеи. Вот что говорят в крепости.

– Сплетники, – возразила Тея. – Им скучно, вот они и суют свои носы...

– Послушай меня хоть раз, – прошипела Рен. – Я видела своими глазами. Мне поручили... отнести ему припасы. Я видела эти черные окровавленные сердца.

Внезапно перед глазами Теи мелькнуло воспоминание, и ее сердце сжалось. Разве в тот день, когда Хоторн вернулся в Тезмарр, она не видела мешок, с которого капала кровь?

Но Тея покачала головой:

– Он помог мне. Остановил кровь. Дал мне какой-то лист.

Рен встревоженно посмотрела на нее.

– Что это было?

Тея задумчиво хмыкнула.

– О, Фурии... Тея, я тебя умоляю. Ты изучаешь алхимию уже больше десяти лет и не смогла понять, что он тебе дал?

– Какую-то сушеную траву, – выпалила она. – Горькую. Он сказал, она поможет не потерять сознание.

Рен с облегчением выдохнула.

– Ирусид.

– Почему ты так переживаешь?

– У Боевых Мечей при себе всегда есть разные снадобья. Я подумала, что он дал тебе какой-нибудь стимулятор.

– Рен, я была одной ногой у Эновиуса. Было уже не так важно, что он мне дал.

Сестра фыркнула и расслабилась.

– А я-то думала, что ты не можешь умереть... Ляг на спину и не ерзай.

Рен аккуратно сняла окровавленную ткань и, пока варилась какая-то настойка с отвратным запахом, тщательно промыла рану.

Стиснув зубы, Тея терпела боль. Из-за манипуляций сестры открытая рана ужасно болела. Тея скривилась.

– Ты можешь открыть окно? Воняет ужасно.

Рен выполнила просьбу, подошла к маленькому котелку и помешала кошмарное варево. Она хмурилась, и Тея знала: сейчас мысли сестры заняты чем-то совершенно другим.

– Рен? – позвала Тея и попыталась сесть.

– Лежи! Или снова пойдет кровь. Стоит наложить тебе швы.

– Я просто хотела... Извиниться... За тот день. За свои слова. Я имела в виду не это. Ты же знаешь, мне не все равно...

– Ой, заткнись, – оборвала ее Рен и махнула рукой. – Знаю.

– Тогда о чем ты думаешь?

Лицо Рен исказилось гневом, ее глаза цвета морской волны сузились.

– Алтея, тебя ударили ножом...

– Я в курсе.

– Ты решила победить ублюдка Себа Барлоу, позволив ему избить тебя до полусмерти и воткнуть нож тебе между ребер?

Рен сняла с небольшой плиты котелок и перелила дымящуюся жидкость в миску.

От этого запаха у Теи заслезились глаза.

– А я и не говорила, что план идеален. Но эта игра долгая, Рен.

Сестра повернулась к ней лицом, уперев руки в бока.

– Да? С каких пор? Не припомню, чтобы ты думала о будущем дальше следующего приема пищи.

Тея улыбнулась:

– С тех самых, как поняла, что легендами не становятся за одну ночь.

* * *

Тея провела ночь в комнате Рен под ее внимательной заботой. Спустя несколько часов синяки на ее животе превратились в багровое пятно. Рен постоянно ощупывала и осматривала его и даже обводила контур синяков чернилами. У Теи не было сил с ней спорить, и она позволила себе расслабиться. Каким же это стало облегчением. Ей так не хотелось возвращаться в свою спальню, что она бы даже предпочла пройти через эти страдания в чулане. Поэтому уютные покои Рен были очень кстати.

Ночью Тея проснулась от тихого стука в дверь, затем послышались тихие голоса. Она не могла уловить, о чем они говорили, и вскоре снова погрузилась в сон.

Тее снилась провидица и камень судьбы. Как и всегда, зеленый нефрит на фоне бледной кожи ее ладони.

«Запомни меня». И вновь эти слова, пронизанные магией и тайной, предвещающие ее смерть. Она вспомнила облегчение в голосе Хоторна, когда тот услышал, что камень принадлежит не ей. «Что бы он сказал, если бы узнал правду?» И почему, во имя всех богов, ее это волновало? Она жила с этим всю свою жизнь, так зачем рассказывать кому-то сейчас?

Ранним утром Рен разбудила Тею, чтобы проверить, жива ли она. Какая глупость. Но она вновь не стала спорить, ответила на вопросы сестры и позволила себя осмотреть. Рен спрашивала, чувствует ли Тея покалывание в руках и ногах, есть ли у нее одышка, больно ли ей.

– Всё сразу, – пробормотала Тея себе под нос.

Рен выругалась и заметалась по комнате, начиная готовить отвратно пахнущие припарки и тонизирующие зелья, пока Тея обливалась потом. Либо сестра настолько хорошо владела искусством врачевания, либо ей просто нравилось мучить Тею.

Сквозь грязное окно комнату осветили рассветные лучи, и Тея приоткрыла глаза. Она увидела, что Рен спала в кресле у кровати, у нее в ногах стояла миска с окровавленной тканью. Волосы Рен растрепались, на ней была вчерашняя одежда, а под глазами залегли темные круги.

Тее так не хотелось будить Рен, но она знала: сестра ее убьет, если она позволит ей пропустить одну из ее любимых смен.

– У тебя так заболит шея, – прошептала Тея.

Рен слегка пошевелилась, ее руки поднялись к вискам и потерли их.

– Боги... Чувствую себя так, словно выпила целую бочку вина... – Она скривилась и провела рукой по рту. – Даже привкус во рту соответствующий.

– Возможно, это всё восхитительные испарения, которые витали тут ночью.

– И это вместо спасибо? – буркнула Рен и, скорчив лицо, потерла шею. – Как ты себя чувствуешь?

Морщась, Тея медленно села.

– Как будто меня избил и пырнул ножом какой-то отморозок.

– Прекрасно, что он не выбил из тебя чувство юмора. – Рен встала и потянулась. – Можешь остаться у меня днем, прийти в себя.

– Не могу.

Рен обернулась к ней, уперев руки в бока.

– Алтея, только попробуй! Я не спала всю ночь, переживала и ухаживала за тобой. Не смей возвращаться к себе и снова ввязываться в...

– Я думала пойти с тобой сегодня.

Тея подавила улыбку. Все всегда считали ее вспыльчивой, но при желании Рен могла с легкостью ее обойти.

– Со мной?.. В смысле? На занятие по алхимии? В целительскую мастерскую? В...

Тея отмахнулась от нее.

– Да, да, да.

– Но...

– Воин Тезмарра должен уметь не только сражаться.

Она подумала о Боевом Мече, который натолкнул ее на эту мысль, и ее щеки залил румянец.

Шок на лице сестры напомнил ей о том, какой она была раньше.

«Это в прошлом», – поклялась себе Тея. Она собиралась стать воином, легендой Гильдии, и поэтому ей нужно было взяться за ум. Сегодня Тея не могла тренироваться, и она закрыла глаза на свою гордость, которая твердила ей, что нужно показать лицо. Стоять сложа руки и доказывать Себу, что он ее не сломил, – неразумная трата времени. До испытания на посвящение оставалось всего восемь недель, и Тее следовало как никогда распорядиться временем разумно.

Рен ждала ее в дверях.

– Ты серьезно пойдешь?

– Да.

Тея медленно опустила ноги и поставила ступни на пол. Она проверяла, может ли удержать собственный вес.

– Тебе лучше сегодня отдохнуть, правда, – тихо произнесла Рен, прекрасно понимая, что, если Тея приняла решение, его уже не изменить.

– У тебя есть что-нибудь... На что бы я могла опереться?

Тея еле держалась на ногах и уже тяжело дышала, ей очень не хотелось задерживать Рен. Она была ученицей Мастера Алхимии. Теперь помимо работы в мастерской у нее были и другие обязанности.

Рен оглядела свою захламленную комнату. Подошла к окну и сняла с деревянной подставки в виде палки несколько пустых горшков.

– Подойдет? – спросила, протягивая Тее палку.

Она осторожно опробовала ее:

– Да, спасибо.

Рен как-то странно на нее посмотрела. Или... Это было удивление? Разве Тея никогда раньше не благодарила ее? Тея открыла рот, чтобы что-то сказать, как ее сестра засуетилась по комнате. Она собирала вещи, а затем подошла к Тее и влила ей в рот очередное отвратительное зелье.

Она кашляла и плевалась, но стойко выполняла все, что просила Рен. Наконец они собрались, и Тея вышла за сестрой в коридор, шаркая и опираясь на свою импровизированную трость.

– Если рана начнет кровоточить, ты сразу же сообщаешь мне. Сегодня мы не будем испытывать судьбу.

Тея отсалютовала ей и улыбнулась:

– Так точно.

– Почему бы тебе не быть такой всегда? – проворчала Рен по пути в мастерскую. – Так с тобой намного легче общаться.

– Кто-то должен держать тебя в тонусе, сестренка.

Рен закатила глаза.

Они зашли в мастерскую, и разговоры мгновенно прекратились, как только все увидели Тею.

Она нашла глазами Сам и Иду, которые сидели за своим обычным столом. Улыбки пропали с их лиц, когда они заметили ее трость и болезненную бледность.

– Какие люди, – заявила Фарисса, стоявшая в другом конце комнаты. – Заблудившаяся овечка вернулась в стадо?

– Ненадолго, Фарисса, – ответила Тея. – Если позволите.

Женщина улыбнулась:

– Здесь тебе всегда рады, Алтея.

Тея благодарно кивнула и, шаркая, направилась к месту, где обычно сидела. Когда она добралась до верстака, с нее уже рекой стекал пот, а дыхание сбилось. К счастью, сестра принесла ей табурет, и она уселась на него с признательной улыбкой.

– Ну, – прохрипела она. – Как продвигается разработка чайника для дамских обедов?

Рен просияла:

– Сейчас покажу.

В течение следующего часа она внимательно слушала сестру. Тея всегда знала, что ее сестра гениальна, но этот чайник... Причудливый, разрисованный цветами и изящными узорами – настоящее оружие. Почему Тея так долго не понимала, что Рен – такой же воин Тезмарра? Она создавала изобретения для отравления врагов. Гильдия полагалась на нее в тонком искусстве использования ядов.

Тея впитывала каждое слово, следовала каждому наставлению Рен, ее очаровывали ее ум и хитрость. Боевые Мечи были лицом Тезмарра, а алхимики – незаметными убийцами, словно тени в ночи. Тею переполняла гордость за сестру. Она не сомневалась, что однажды Рен станет Мастером Алхимии.

Когда смена закончилась, Тея сказала сестре, что хочет навестить Киппа. К ее удивлению, Рен настояла на том, чтобы пойти вместе.

Лазарет занимал весь первый этаж юго-западной башни. Когда-то давно им пользовались гораздо чаще, тогда множество воинов Тезмарра возвращались ранеными с битв. Хоть за эти годы Тея получила не одну травму, она бывала в лазарете лишь однажды – когда пыталась вернуть Малику его кинжал... Сестры шли мимо рядов пустых узких коек, и Тея думала о том, как же ей не хватает своего кинжала.

– Я видела твоих друзей лишь мельком, – заговорила Рен. – Пора узнать, с кем же живет моя единственная сестра.

Девушки зашли в дальний конец крыла и увидели Киппа, лежащего на одной из кроватей. Половина его лица распухла настолько, что его было не узнать. Усмешка сразу же исчезла с губ Теи.

Она прикоснулась к другу.

– Боги, Кипп... Что же он с тобой сделал...

Глядя на нее, друг моргнул здоровым глазом.

– Сломана скула, глазница, – прохрипел он. – Так мне сказали. Меня тут держат, чтобы убедиться, что не поврежден мозг. Хотя я сказал им, что это мое обычное состояние.

Тея сдавленно рассмеялась, ее сердце обливалось кровью за Киппа.

– Оно того стоило, – заявил он и попытался сесть.

– О чем ты? – Тея изумленно смотрела на него.

– Ну, ты привела свою очаровательную сестру, и теперь она сидит у моей кровати...

Тея легонько шлепнула его по руке и присела с краю.

– Бесстыдник! – Она подозвала Рен к себе: – Рен, это мой друг Кипп. Кипп, это моя сестра Эльврен.

– Я невероятно рад познакомиться лично, Эльврен Золтейр, сестра несокрушимой Теи, – произнес Кипп, улыбаясь так широко, как ему позволял отек лица. – Уверяю тебя, обычно я намного привлекательнее.

Рен рассмеялась:

– Я видела тебя до травмы, Кипп.

От прижал руку к груди, изображая обиду:

– Такая жестокая, такая красивая. Ты мне нравишься.

Тея покачала головой, мысленно извиняясь перед сестрой за своего друга.

– Рада видеть, что ты, как всегда, в своем репертуаре, Кипп.

– Ты же знаешь: чтобы выбить из моей головы всю дурь, Боевому Мечу мало просто ударить меня. Я считаю, что он пытался дать мне немного мудрости. Увы, миссия с треском провалилась. Я рассказывал, как напился в «Веселом лисе» и пытался сразиться в армрестлинге с солдатом из батальона?

Тея фыркнула:

– Это было до или после красавицы с черными как смоль волосами?

– Кто же вспомнит, Тея. Кто же вспомнит... – Он внимательно оглядел ее. – Как ты?

– Судя по всему, лучше, чем ты.

– Я бы поспорил.

– Я в порядке.

Послышался раздраженный вздох Рен.

– Ты явно не в порядке, – отрезала она. – Тебя ударили ножом, и у тебя повреждены внутренние органы. Если бы ты не была такой упрямой, то лежала бы сейчас здесь со своим другом.

Тея заговорщически улыбнулась Киппу.

– Как жаль, что мое упрямство, так же как и дурь Киппа, выбить невозможно.

– Знаю, иначе я бы уже попыталась.

Кипп через боль засмеялся:

– Я бы заплатил, чтобы увидеть это зрелище.

Улыбаясь, Тея сжала руку Киппа. Она оказалась холодной и липкой.

– Где Кэл?

– На тренировке. И это к лучшему. Кто-то же должен представлять наше трио неудачников.

От Теи не ускользнуло, что он дрожал.

– Что такое?

Его дыхание стало тяжелым.

– Голова... То болит, то отпускает. Иногда сильно.

– Тея, ему нужно отдохнуть, – мягко вмешалась Рен. – Кипп, может, тебе что-нибудь принести?

– Я бы не отказался от кружки кислой медовухи из «Веселого лиса»... – ответил он слабым голосом.

Тея рассмеялась:

– Когда тебе станет лучше, мы отведем тебя туда. Может, даже встретим ту девушку, о которой ты постоянно говоришь.

Кипп устало улыбнулся и откинулся на подушку. Его здоровый глаз закрылся, грудь мерно поднималась и опускалась во сне.

– Пойдем, Тея, – прошептала сестра. – Пусть он отдохнет.

Неожиданно эмоции охватили Тею, к горлу подошла тошнота.

– Как думаешь, он поправится?

– Со временем, – ответила Рен и мягко подтолкнула сестру к двери.

Тея оттолкнула ее, отчего рана ужасно заныла. В лазарет, пошатываясь, вошли две фигуры.

Эсиллт чуть не валился с ног от веса Вернича Кровопускателя, которого тащил на себе. Его лицо было похоже на лицо Киппа – опухшее и в кровоподтеках. Двое мужчин прошли мимо Теи и Рен, не замечая их за беседой.

– Он сошел с ума, – прошипел Вернич сквозь окровавленные зубы.

– Я не вмешиваюсь в дела Боевых Мечей...

– Вот и не лезь.

– Но Хоторн не стал бы атаковать без причины.

Вернич оттолкнул Эсиллта.

– Думаешь, эта жестокость оправданна? – спросил он, выплевывая кровь изо рта.

Эсиллт лишь пожал плечами:

– Странно слышать от тебя этот вопрос. Мы все знаем, что ты обожаешь применять насилие на своих занятиях.

– Отвали, Эсиллт.

– Да с радостью.

Не сказав больше ни слова, Мастер Оружия вышел из лазарета, а шокированные Тея и Рен так и смотрели на истекавшего кровью Боевого Меча.

Уайлдер Хоторн

Кто-то избил ее. Сильно. Каких бы принципов долга и чести он ни придерживался – после такого они разбились вдребезги.

Его руки все еще были испачканы ее кровью.

Этого было достаточно, чтобы развязать его руки. Он и сам не знал, когда перешел черту, в какой момент из-за несносного алхимика он стал готов поступиться правилами...

И он поступился – теперь на его руках была кровь не только ее, но и Вернича Уорнера, над которым он не задумываясь совершил жестокое правосудие. Когда его кулаки ударили по лицу товарища, разодрали кожу, сломали кости, Уайлдер понял, что поступил безрассудно. Так же безрассудно, как обычно поступала она... Но ему было плевать. Вернич получил по заслугам.

Представив этого ублюдка в роли чьего-то наставника, а потом и себя, Уайлдер фыркнул. Вот еще одна причина, по которой он был против наставничества. Все Боевые Мечи эгоисты. И, так или иначе, они всегда предают доверие.

И Алтею предали самым жестоким образом.

Однако по выражению лица Вернича было понятно, что такого больше не повторится.

Уайлдеру невероятно хотелось так же расправиться с ублюдком Себастом Барлоу. Достаточно одного взгляда на самодовольное лицо щитоносца, чтобы понять – именно он ударил Тею ножом в ребра. Он остался безнаказанным лишь из-за связей. Но она была права. Уайлдер не сможет лишить ее мести, и он точно знал: Тея рано или поздно ее осуществит.

В его домике в гостиной потрескивал огонь, Уайлдер стоял у раковины и смывал со своих рук кровь. Он старался отогнать мысли о том, как Тея упала в его руки, каким бледным было ее лицо, как ее тело обмякло, стало почти безжизненным. Охвативший его страх до сих пор тяготил, он не был похож ни на что. У Уайлдера было чувство, словно изнутри его терзал загнанный в угол зверь.

Когда он обработал ее рану и дал ей сушеные листья ирусида, ужас на мгновение отступил. Ему на смену пришло нечто такое же искреннее, первобытное. В тусклом свете чулана от ее близости его тело словно ожило, и больше всего на свете ему хотелось позаботиться о ней и защитить ее.

Выругавшись себе под нос, Уайлдер схватил грубую щетку и провел ею под ногтями, стирая кровь и не обращая внимание на боль от разбитых костяшек.

От размышлений его отвлек сильный удар в дверь.

– Слышал, ты устроил взбучку нашему Кровопускателю, – заявил Тордж, обходя Уайлдера.

Он прошел в домик и уселся в одно из кресел.

– Чувствуй себя как дома, – буркнул Уайлдер, закрывая за ним дверь.

– Вообще-то я с подарками, – возразил Тордж и помахал темной бутылкой.

Уайлдер глубоко вздохнул.

– Я рассчитывал на теплый прием.

– Возможно, пора снизить ожидания, – ответил Уайлдер, достал из шкафчика два бокала и сел в соседнее кресло. – Что тебя сюда привело?

– Хотел проверить, вдруг ты в таком же состоянии, что и наш дорогой брат по оружию.

– Я тебя умоляю. Он даже замахнуться не успел. – Уайлдер указал на бутылку в руке Торджа: – Ты принес ее для вида или действительно планируешь пить?

– Утолим жажду?

Тордж рассмеялся, а затем вытащил пробку зубами и плеснул в каждый бокал янтарную жидкость.

Боги, как же Уайлдер ненавидел эту огненную настойку, которую все покупали у Мариса. Однако он осушил бокал одним глотком, и жидкость мгновенно обожгла горло, а затем и желудок.

– Кажется, тебе этого действительно не хватало, брат.

– В следующий раз налей больше.

Тордж опять хохотнул и снова наполнил бокал, в этот раз более щедро.

– Так что у вас Верничем произошло?

– Будто ты не знаешь, – проворчал Уайлдер, делая небольшой глоток. – Слышал, ты пришел под конец.

– Ты про щитоносцев? Думал, тебе плевать на их тренировки.

– Так и есть. Но Гильдии явно не пойдет на пользу то, что два щитоносца после тренировки с Боевыми Мечами оказываются при смерти.

– Согласен, – ответил Тордж, задумчиво потягивая свой напиток. – Я попытался вмешаться, но ты же их знаешь. Гребаный кодекс не позволяет...

– Плевать я хотел, что он им не позволяет.

– Хочешь сказать, я сделал недостаточно? Что должен был выбить из них признание? Унизить...

Уайлдер перебил его обреченным стоном.

– Я не знаю.

Тордж заговорил не сразу, давая Уайлдеру время подумать.

– Атаковать Вернича было ошибкой.

– Да что ты!

– Теперь он знает, что дамочка-щитоносец тебе небезразлична.

– Это не так.

Тордж усмехнулся:

– Со мной это не прокатит.

Уайлдер сделал большой глоток в попытке успокоиться.

– Это не важно. Она попросила, чтобы после испытания ее наставником назначили тебя.

– Серьезно? – Тордж изогнул бровь. – Моя популярность не перестает меня удивлять.

– А меня – твоя глупость.

– Для тебя глупость, для меня – обаяние. Почему ты не хочешь ее обучать?

– Ты знаешь, что я обо всем этом думаю.

– Да. Но кого это волнует? Хочешь или нет, но тебе дадут ученика. Почему бы не выбрать того, кто... нравится тебе больше всех?

– Все не так просто.

– Разве? Хоторн, черт возьми... Старлинг сильно повлиял на тебя. Ты когда-нибудь расскажешь, что тогда произошло? Что такого он сделал? Я слышу о нем только хорошее.

– Он ушел, Тордж, – выпалил Хоторн. – Это все, что тебе следует знать. Он просто взял и ушел, когда я нуждался в нем. Он поклялся быть рядом. И ради чего? Ради какой-то...

– Он едва ли не единственный Боевой Меч, покинувший Тезмарр, – перебил друга Тордж. – И, если ты не заметил, нас, черт возьми, осталось всего трое.

– И посмотри, что происходит в королевствах. Сквозь Завесу проникают всевозможные монстры. Тьма сгущается... Нам как никогда нужны Боевые Мечи.

Тордж наполнил бокалы:

– Еще одна причина взять ученика. И не избивать действующих Боевых Мечей до полусмерти.

– Он, черт возьми, напросился, – после короткой паузы отметил Уайлдер.

Тордж чокнулся с ним своим бокалом.

– Не сомневаюсь, брат.

В камине потрескивал огонь, мужчины вытянули перед ним ноги и некоторое время беседовали на другие темы. Вскоре бутылка опустела, от тепла и алкоголя глаза Уайлдера начали слипаться.

Когда он в конце концов уснул, сидя в кресле, ему снились не монстры и не Боевые Мечи.

Ему снилась Алтея Золтейр, с уст которой срывалась клятва отомстить.

Глава 24

Время шло, Тея начала выздоравливать. В один из дней она оказалась на занятии по целительству вместе с Рен. Это был один из немногих предметов, которому Гильдия продолжала обучать даже после того, как ученики достигали совершеннолетия и посвящали себя другим специальностям.

Рен объясняла это тем, что постоянно появляются новые методы лечения и лекарства. В связи с этим тезмаррцам, а в особенности алхимикам, необходимо владеть искусством целительства, чтобы помогать своим воинам.

Поэтому, когда Фарисса рассказывала им о различных настойках и лекарствах, Тея достала перо с пергаментом и сделала заметки. Она не обращала внимания на удивленные взгляды и торопливо записывала слова Фариссы, отвлекаясь только на то, чтобы уточнить у Рен, как правильно пишется тот или иной ингредиент.

Когда Фарисса показала, как снимать кору эльваны так, чтобы сохранились целебные свойства, Тея подняла руку.

Фарисса смотрела на нее, не веря своим глазам.

– Что случилось, Алтея?

– Хотела бы попросить вас кое о чем, – твердо сказала Тея.

– Слушаю.

– Не могли бы вы рассказать о том, как залечивать боевые раны? Ну, например... Как обработать рану в экстремальных условиях и что делать, если при себе мало лекарств? В общем, как спасти жизнь, когда бой в самом разгаре.

Все напряженно притихли, Ида бросила на Тею обеспокоенный взгляд из-за соседнего стола. Хоть Фарисса и сказала, что Тее здесь всегда рады, но вряд ли она обрадовалась тому, что Тея прервала занятие и попросила обучить всех тому, что хочет она. Официально в Срединных Королевствах войны не было, не было и сражений, в эпицентре которых могли бы оказаться алхимики, и все же...

Губы Фариссы медленно растянулись в улыбке.

– Алтея, я думала, ты никогда не попросишь об этом.

Она сцепила пальцы в замок и начала расхаживать по кабинету. Глубоко задумавшись, хмурила брови. Через пару мгновений женщина подняла взгляд, и в глазах ее горел воодушевленный огонек.

– Залечивание ран на поле боя – искусство особое...

* * *

Впервые за свои двадцать четыре года Тея послушала свою сестру. Как бы тяжело ей ни было не тренироваться вместе с остальными щитоносцами, она понимала – ее тело не готово. Живот все еще болел, рана грозила открыться при малейшем резком движении, она до сих пор чувствовала слабость, и при ходьбе появлялась одышка. Тее невыносимо хотелось вернуться к упражнениям, и ее все чаще стали одолевать переживания о том, что она может утратить свои силу и выносливость, ради которых так упорно трудилась. Но она понимала: начать тренироваться сейчас – прямой путь в лазарет. Поэтому с большим энтузиазмом возобновила занятия алхимией, и в голове ее постоянно отдавались слова Хоторна:

«Если хочешь стать воином Тезмарра, мало научиться просто сражаться... Каждая дисциплина, которой тебя обучают в этой крепости, очень важна. Ты должна уважать их. Овладеть всеми. Гильдия – не только мечи и кулаки».

Эти слова воодушевили Тею, и она стала делиться этими мыслями со всеми, кто был готов слушать. В основном она говорила с Кэлом и Киппом за обедом. Кипп встал на ноги раньше, чем все прогнозировали. Пока что ему запрещали напрягаться, и поэтому он с интересом слушал о том, чему Тея научилась за эти дни. Он утверждал, что каждый аспект боя, будь то даже уборка в оружейной или лечение раненых, учитывается при стратегическом планировании.

Тея вернулась в спальню щитоносцев, где в изножье кровати ее ждал Дакс. С ее возвращения он оставался с ней. Вечера она проводила либо в библиотеке с Маликом, либо за ужином с друзьями и сестрой.

Постепенно к Тее возвращались силы, и она пришла на тренировочную площадку понаблюдать за тем, как занимаются остальные. Она села на задних рядах и на скомканном листе пергамента делала записи о различных приемах. Она пристально наблюдала за Боевыми Мечами, отпечатывая в памяти каждое их действие. Даже садиста Вернича.

«Нет ничего более могущественного, чем знания и умение пользоваться ими правильно».

Вскоре ее заметил Себ. Он направился к ней, надменно размахивая тренировочным мечом.

– Конспектируешь, словно прилежная ученица. Это не сделает тебя воином.

– Если совать нос не в свое дело, тоже далеко не уйдешь, – отрезала Тея, заканчивая запись о том, как лучше всего стоять во время стены щитов.

– Это мое дело, когда в ряды тезмаррцев допускают беспризорных. Ты...

Тея раздраженно вздохнула:

– Барлоу, неужели я пугаю тебя так сильно? Настолько, что ты готов прервать собственную тренировку, рискнуть прогрессом лишь для того, чтобы попытаться меня унизить?

– Ты? Пугаешь меня? – Он мерзко рассмеялся.

– Да, – просто ответила она.

Тея пыталась рассмотреть, как за его спиной Тордж сражается с одним из щитоносцев на длинных мечах. Себ нарочно загораживал ей обор.

– Ты мешаешь, – резко произнесла она.

– Я тебя победил, – выпалил он. – Почему ты не ушла?

– Я имею такие же права, как и ты. И ты меня не победил. Не мечтай. Я выдержала два удара, которых было не избежать, и один ножом исподтишка. И все равно устояла, тебе не удалось меня сломить. Поэтому я воин, и я лучше тебя. Тебе до меня никогда не достать.

Стоявшие неподалеку щитоносцы уставились на них. Однако вместо прежнего веселья на их лицах было написано раздражение. Они, казалось, тоже были сыты по горло выходками Себа.

Его щеки вспыхнули.

– Чего ты добиваешься? Тебе никогда не стать одной из нас.

– Ошибаешься, Барлоу. Ты ошибаешься. Я уже одна из вас. И я обещаю: когда мы с тобой вновь встретимся лицом к лицу, на земле окажешься ты. И, в отличие от меня, ты на ноги не поднимешься.

– Ты бредишь, ты...

– Заткнись, Себ! – крикнул Лачин, стоявший в метре от них.

– Что ты сказал?

– Я сказал «заткнись». Ты задолбал всех своей болтовней.

Потеряв дар речи, Себ отшагнул от Теи. Выражение его лица помрачнело, он бросил на нее последний прищуренный взгляд и ушел прочь.

Тея благодарно кивнула Лачину. Щитоносец лишь пожал плечами и продолжил спарринг.

Она устремила взгляд в центр арены, на которой появился Хоторн. Он, как обычно, был одет во все черное, рукава рубашки закатаны выше локтя, открывая взору рельефные мышцы и покрытую чернилами кожу. Как и Тордж, он сжимал в руках два длинных меча. Хоторн расхаживал по тренировочной площадке, в каждом его движении ощущалась невероятная сила.

Тело Теи отозвалось напряжением, по коже пробежались мурашки. Она не видела его с того дня, когда он обработал ее рану в тесном чулане, спас ей жизнь и отвел к Рен. Она думала о нем, о Фурии, она думала о нем... И о его растерянном выражении лица, когда Рен закрыла дверь у него перед носом. Тея прокручивала в голове каждый проведенный с ним момент, и огонь внутри с каждым воспоминанием разгорался все сильнее. Единственное, что ее отрезвляло, – он не пытался найти ее... Не пытался узнать, как она. Тея запуталась, она не знала, что должна чувствовать. Убеждала себя, что должна чувствовать только благодарность. Однако ее другая, темная сторона жаждала большего.

Сейчас Хоторн стоял лицом к лицу со своим товарищем, и в его серебристых глазах сверкал вызов.

Забыв о пере и пергаменте, Тея завороженно наблюдала за смертельным танцем, который они исполняли прямо у нее на глазах. Ведущей ногой Хоторн сделал широкий шаг в сторону и, вытолкнув себя бедрами, обрушил на Торджа свои мечи. Златовласый воин выставил собственные в защите, но не выдержал силы удара Хоторна.

– Чтобы так сражаться, требуется огромная сила, – раздался голос за спиной Теи.

Она обернулась и увидела Одру. Тея сталкивалась с библиотекарем в коридорах, видела издалека в Главном зале, но с тех пор, как они вместе ехали по Тропе скорбящих, со своей опекуншей она не разговаривала.

Однако Одра смотрела не на нее. Взгляд женщины был устремлен на сражавшихся Боевых Мечей.

– Чтобы так сражаться, требуется огромная сила, – повторила она отстраненным тоном. – Но иногда требуется еще больше сил, чтобы знать, когда стоит отсидеться.

Скамья под Теей прогнулась – Одра заняла место рядом с ней.

– Обещаю, Алтея, ты вернешься еще более сильной.

Они вместе продолжили наблюдать за тренировкой легенд Тезмарра.

* * *

Позже тем же вечером Тея, которая чувствовала себя более окрепшей, решила, что уже слишком долго откладывает одно дело. Поэтому после ужина она пришла в комнату к Рен и, пока сестры не было, воспользовалась ее расческой и зеркалом. В кои-то веки Тея распустила свои бронзовые локоны. Она потратила немало времени, чтобы расчесать спутанные концы. Она изучала свое отражение и хмурилась, глядя на острые черты лица. Ей очень хотелось сделать что-то такое, что помогло бы ей выглядеть более... женственной.

Дверь распахнулась, и в комнату вошла Рен. Она, кажется, ничуть не удивилась, застав ее у себя.

– Как чудно, что ты чувствуешь себя как... – Сестра прервалась на полуслове и остановилась, рассматривая Тею. – Ты хорошо выглядишь...

– Думаешь?

Рен кивнула:

– Подозрительно хорошо.

– Ну... спасибо.

Рен рассмеялась:

– Мне не стоит спрашивать?

– Пожалуй, не стоит.

– Ты все еще принимаешь настойку, которую я тебе даю? – неожиданно серьезно спросила Рен. – Которая предотвращает бе...

– Боги, – Тея покраснела. – Да. Принимаю.

– Тогда все понятно. Минутку. – Рен поправила волосы, чтобы они лежали на плечах более элегантной волной. – Вот так.

– Спасибо.

Рен подтолкнула ее к двери:

– Ну иди.

Тея бродила по коридорам, где располагались покои командиров. Под мышкой она держала большую чистую рубашку и плащ.

Неожиданно она натолкнулась на Эсиллта.

– Что ты слоняешься тут без дела? – прорычал он ненамного тише, чем обычно.

– Я пытаюсь найти Боевого Меча Хоторна, – ответила она с большей уверенностью, чем испытывала на самом деле.

Она не задумывалась, как будет выглядеть в чужих глазах с одеждой воина в руках...

– Хоторн не живет в крепости, – ответил Эсиллт, хмуря брови. – Зачем он тебе?

Тея внутренне поежилась, жалея, что не продумала ответ заранее.

– У меня тут пара его вещей, он одолжил их мне во время нашей поездки в Харент. Я хотела их вернуть.

– Ну, здесь ты его не найдешь. Он живет в домике у западного подножия гор.

– Понятно. Могу ли я передать его вещи вам, сэр?

Эсиллт скрестил руки на груди и злобно на нее посмотрел.

– Алтея, я не мальчик на побегушках. Выполняй свои задачи сама.

– Конечно, сэр. Я просто... не уверена, что это... прилично.

– Прилично? – усмехнулся Мастер Оружия. – Уже сколько времени прошло. Как думаешь, что более неприлично? Вернуть вещи Боевого Меча слишком поздно или хранить их у себя неделями?

Тея удивленно уставилась не него.

– Я бы на твоем месте бежал к нему.

– Где...

– Я что, похож на карту? Разбирайся сама.

Бросив эти слова, раздраженный Мастер Оружия зашагал в противоположном направлении и, громко хлопнув дверью, скрылся в своих покоях.

– Боги, – выдохнула Тея, покачивая головой и рассматривая вещи, которые все еще держала в руках.

Она вернулась в Главный зал и попыталась разузнать дорогу у щитоносцев, которые всё еще там оставались.

– Наверняка кто-то из вас бывал у него. По поручению. Например, доставлял сообщение.

– Не-а, – пробубнил Лачин, чавкая заварным кремом. – Хоторн всех сторонится. Он так-то еле выдерживает наше общество, что уж говорить о личном времени.

Тея стиснула зубы:

– Твой ответ не особо помог.

– Не могу знать того, чего не знаю. – Лачин пожал плечами и уставился на нее, хмуря брови; рука с ложкой застыла в воздухе. – Ты выглядишь как-то по-другому.

Тея указала на волосы:

– Без косы.

– Да, точно... – растерянно произнес он, а затем опомнился и снова пожал плечами. – Так лучше.

Тея закатила глаза:

– Вот это да. Спасибо.

Она почти сдалась и собиралась отправиться в спальню, как чуть не налетела на Торджа напротив статуи трех Фурий.

– Что ты делаешь? – спросил он, прислонившись к монументу.

Тея знала, что Мастер Гильдии не потерпит такого неуважения, поэтому огляделась. Его нигде не было, а Тордж выжидающе смотрел на нее сверху вниз.

– Я пытаюсь найти Боевого Меча Хоторна, хотела отдать ему его вещи.

– Вот как? – В глазах Торджа загорелся веселый огонек.

– Да. – Она попыталась скрыть разочарование в голосе. – Но никто не может мне сказать, где его дом.

– Я могу, – просто ответил он.

Тея на мгновение растерялась.

– Я была бы вам благодарна, – наконец ответила она.

– А вот он – явно нет, – со смехом ответил Тордж, но наклонился к девушке и рассказал, как пройти к домику.

Тея запомнила слова Торджа, застегнула свой плащ и зажгла факел. Сопротивляясь порывам ветра, она отправилась на поиски домика Боевого Меча.

Тея свернула на скрытую тропу за тренировочной ареной в лес с высокими тонкими деревьями. Он отличался от Кровавых лесов к югу от крепости, здесь многие деревья уже стояли голыми – приближалась зима. В свете сияющей луны Тея видела, как вырисовываются очертания гор, а вскоре услышала шум водопада.

Мысленно повторяя указания Торджа, она шла в темноте чуть больше получаса. Наконец она увидела мягкий свет свечей, видневшийся сквозь маленькие квадратные окна. В прохладном ночном воздухе было видно, как от трубы исходили струйки дыма, медленно поднимаясь к небу.

Внезапно Тея занервничала. Она поднялась на маленькое крыльцо, поднесла к двери кулак и громко постучала. Она ждала, настороженно прислушиваясь к каждому шороху, доносившемуся из дома.

Но было тихо.

Она снова постучала. Ее потряхивало. Вдруг она его разбудила? Или он не один? Или он вообще не дома? Может, оставить вещи на крыльце? Она сделала шаг назад, размышляя, как поступить...

Как вдруг дверь распахнулась, и в проеме появилась высокая фигура.

На пороге стоял Уайлдер Хоторн. Одной рукой он придерживал повязанное низко на бедрах полотенце, а во второй сжимал кинжал.

Ее кинжал – осознала Тея, а затем все мысли вылетели из ее головы.

Он был обнажен, если не считать полотенца, и весь мокрый.

По его телу стекали капли воды, они дорожками спускались по широкой груди, прессу, огибая неровный шрам, и направлялись ниже, исчезая под полотенцем. Капельки прилипли к темным волосам на его торсе, Тея не могла отвести взгляда. Его тело... Оно было создано богами, выточено...

– Что ты здесь забыла? – прорычал он, опуская оружие.

Во рту у Теи пересохло. Она откашлялась и только затем смогла ответить:

– Я пришла, чтобы вернуть твои вещи. Плащ и рубашку. Ты всегда открываешь дверь в таком виде?

– А ты всегда приходишь без приглашения? – Он нервно вздохнул. – Как ты нашла мой дом?

– Тордж рассказал мне, как сюда добраться.

– Ну конечно, – усмехнулся он, все еще придерживая полотенце, которое находилось опасно низко.

Хоторн не приглашал ее войти, но отошел назад и оставил дверь приоткрытой, поэтому она зашла.

Когда Тея смогла наконец немного расслабиться, она принялась рассматривать татуировку, которую до этого видела лишь мельком. Рисунок тянулся от его левой руки вверх по плечу, а затем уходил вниз по мощной спине. Вблизи она увидела, что это произведение искусства представляло собой черные завитки и надпись на языке, которого она не знала, за исключением одного участка. Линия текста вдоль позвоночника совпадала с надписью на ее кинжале, который теперь находился у него. Ей потребовалось собрать в кулак всю свою силу воли, чтобы не сократить расстояние между ними и не провести пальцем по словам.

– Что тут написано? – густо краснея, спросила она. – Я про надпись на твоей спине. Такая же выгравирована на моем кинжале.

– Все еще настаиваешь, что он твой...

– Он мой.

В ожидании Тея наблюдала, как Хоторн повернулся к ней в этом чертовом полотенце, крутя кинжал между пальцами. Воин перевел взгляд с клинка на нее. Он размышлял, всегда о чем-то размышлял.

– Она значит «Величие в смерти, легенда – бессмертна». Это древний язык Фурий – первых Боевых Мечей.

Тея сглотнула:

– Не хочешь одеться?

Уголок его рта приподнялся, и на щеке на долю секунды появилась ямочка, которая, как знала Тея, скрывалась под его бородой.

– А что такое? Я тебя смущаю?

– Это...

– Отвлекает? – закончил он за нее.

– Да, – серьезно ответила она, осознавая, как сильно сжимает в руках его вещи.

Тея положила рубашку и плащ на скамью, стоявшую вдоль стены. Ей было жарко. Пытаясь отвлечься от вида его тела, Тея огляделась по сторонам. Не так она себе представляла его жилище. В отличие от него самого, домик был теплым и уютным. В камине потрескивали дрова, всюду стояли растения в горшках, отчего домик наполнялся жизнью и цветом. У стены под одним из окон стояли стол и стулья, а перед камином находились два потрепанных кресла.

– Даже не думай чувствовать себя как дома, – раздался глубокий громкий голос.

Тея чуть не подпрыгнула.

Хоторн вернулся в комнату и пристально рассматривал ее. Он был все еще босой, но в свободных брюках и расстегнутой рубашке, струящейся по его точеному телу.

– Выглядишь вполне выздоровевшей, – заметил он.

– Благодаря сестре... И тебе, – искренне призналась она. – Не знаю, что бы было, если бы ты мне тогда не помог.

– Ты бы умерла в чулане.

– Может быть. А может, и нет.

– Давай посмотрим.

Тея растерялась, по коже пробежался рой мурашек.

– Посмотрим что?

– Твою рану. Как она зажила.

– Все в порядке. Моя сестра...

– Покажи мне.

Это была не просьба. В голосе звучал приказ, и Тея по опыту знала, что Боевой Меч привык добиваться своего.

И из-за этого факта ей захотелось стать той, которая ему откажет.

– Нет.

Она не заметила, как Хоторн мгновенно оказался рядом и прижал ее к стене. Он отбросил в сторону ее плащ, расстегнул рубашку, обнажая кожу и открывая обзор на розовый шрам, который ее ничуть не украшал.

– Ты обычно не предлагаешь гостям что-нибудь выпить, прежде чем срывать с них одежду? – проворчала она, стараясь не обращать внимания на близость Хоторна и исходящий от его тела жар.

– Обычно нет.

Он коснулся пальцами только зажившей раны, и она услышала, как скрипят его зубы.

– За это с него надо было содрать кожу.

От прикосновения по коже пробежали мурашки, и Тея могла поклясться – между ними сверкнула невидимая молния.

– Он получит по заслугам, – поклялась Тея.

Пальцы Хоторна задержались на шраме, отчего по ее телу пробежал мощный разряд тока.

– Когда этот день настанет, ты должна быть сильнее и быстрее.

Боги, он был так близко. Тее стоило поднять голову и слегка потянуться к нему, и их губы соприкоснутся. Ее тело чуть было не предало ее, когда она вдохнула пьянящий аромат розового дерева, ощутила, как его тепло окутывает ее.

– Я буду, – хриплым голосом пообещала Тея, после чего потянулась к подолу рубашки и оттянула его вниз.

Хоторн выглядел смущенным, его рука замерла на ее бедре, словно он хотел...

Он сделал шаг назад, тепло между ними исчезло.

– В последнее время от тебя одни проблемы, алхимик.

Тея замерла на мгновение, а затем слишком резко оправила рубашку.

– Может, и так, но ты прекрасно знаешь, что я больше не алхимик.

Хоторн прошел в дальний угол, где находилась небольшая кухня. Он поднял со стола бокал, сделал несколько больших глотков и вновь посмотрел на нее.

Тея неподвижно стояла на том же месте, прислонившись к стене, ее кожу все еще покалывало от его прикосновения. Она опустила руки по бокам и сжала пальцы, пытаясь избавиться от странного ощущения. Но оно не уходило, Тея все еще чувствовала его пальцы на своем шраме.

Хоторн смотрел на гостью нечитаемым взглядом.

Тея скрестила руки на груди, пытаясь защититься.

– Ты ударил Вернича, – произнесла она, глядя на него так же пристально, как и он на нее.

– Пару раз. – Его мрачное выражение лица было все таким же непроницаемым.

– Почему?

– Он ублюдок.

– И все?

Повисла напряженная тишина.

– И все? – повторила Тея.

– Он заслужил, – наконец ответил Хоторн. – За то, что сделал с твоим другом, с тобой.

Тея изо всех сил старалась сохранять спокойствие, хотя не знала, чего ее тело хочет сильнее – заерзать под его пристальным взглядом или подойти к нему. Она пыталась собраться с мыслями и что-то сказать, но в голову ничего не приходило. Поэтому она молча проклинала Хоторна за то, как легко ему удавалось путать ее мысли.

Вдруг ее взгляд упал на стол у окна. На нем лежало ожерелье из цветов. У нее снова перехватило дыхание. Это ожерелье сделала она, когда они возвращались из Харента. Она бросила его в Хоторна... Он сохранил его.

Напряжение становилось невыносимым, и Тея набралась смелости, чтобы спросить:

– Что происходит? Между нами.

Ей невероятно хотелось подойти к нему, коснуться его руками, прижаться к нему, поцеловать.

– Между нам ничего не происходит.

– Лжец.

Мускул на его челюсти дрогнул. Он молча сократил расстояние между ними.

– Ты невероятно выводишь меня из себя, – процедил он. – Но...

– Но?

– Но, кажется, я не могу держаться от тебя подальше.

Он снова стоял всего в нескольких сантиметрах от нее.

– И не надо, – уверенно произнесла она.

Тея второй раз рискнула сказать ему, чего хотела. Ее сердце норовило выпрыгнуть из груди, когда она потянулась к Хоторну и осмелилась запустить пальцы под распахнутую рубашку. Она провела ими по мускулистой груди, от его кожи исходил жар.

Он не шевелился.

– Хоторн? – позвала она дрожащим голосом.

Девушка жаждала прикоснуться своими губами к его, желание прижаться к нему всем телом было непреодолимым.

Его руки потянулись к ней, и ее охватило предчувствие первого прикосновения. Прикосновения, которое станет фатальным.

Пальцы убрали с ее лица выбившуюся прядь волос и нежно заправили за ухо.

– Ты сменила прическу... – коснулся ее слуха ласковый шепот.

Нежно проведя по волосам, он накрутил концы на руку и притянул ее к себе. Его губы оказались более мягкими, чем она себе представляла, такими горячими и сдержанными. Прикосновение было обещанием чего-то большего, всепоглощающего.

Тея чуть не застонала, каждая клеточка ее тела напряглась, желание усилилось, обострилось. Фурии, как же она его хотела. Она хотела завершить то, что вспыхнуло между ними в тот день, когда она проснулась в его объятиях.

А затем его губы захватили Тею, и он поцеловал ее со всей страстью.

Девушка разомкнула губы, позволяя его языку коснуться ее, рука Хоторна обхватила ее шею и притянула ближе.

Она отвечала на поцелуй, подстраиваясь под его ритм, и Хоторн застонал. Чувственный звук будоражил, мужчина размотал клубок желания внутри нее.

У нее перехватило дыхание, она осознала, что все поцелуи до этого – лишь жалкое подобие того, каким должен быть настоящий поцелуй. Она могла лишь гадать, что же ждало ее дальше.

Ее сердце трепетало, Тея целовала воина с большим рвением, она растворялась в нем. Ее руки скользнули вниз по торсу Хоторна, она восхищалась его силой.

Вдруг пальцы обхватили ее запястья.

И затем он убрал их со своего тела.

– Прости, – хрипло произнес он. – Мы не можем. Ты не должна быть здесь. Я не должен был...

Тею словно окатили ледяной водой. Она резко отстранилась, ее сердце пропустило удар, а перед глазами поплыло. Она второй раз сделала первый шаг, и второй раз он ее отвергает. Что не так с «женщиной, которая знает, чего хочет»?

– Что за игру ты ведешь? – резко спросила она.

– Никаких игр. – Его слова были пронизаны болью. – Я видел, что подобное делает с людьми. А ты... Ты так упорно шла к тому, что имеешь. Я не хочу стать причиной, по которой тебя могут всего этого лишить. Прости. Я не должен был этого делать. Не должен был позволять этому случиться.

Тея вздрогнула:

– Да, не должен, если действительно так думаешь.

– Я... правда так думаю.

– Тогда я пойду, – услышала она свой голос.

С пылающим лицом она подобрала плащ, плотнее укуталась в него и, прихватив факел, направилась к двери.

– Тея... – раздался за ее спиной умоляющий шепот.

Но было слишком поздно. С нее хватит. Не сказав больше ни слова, она покинула теплый домик и поспешила скрыться в темноте, стараясь не задохнуться от охватившего ее стыда и смущения.

Когда Тея скользнула под свое одеяло, а Дакс послушно устроился у ее ног, сон к ней не шел. Все ее чувства обострились, она ощущала прикосновения простыней к своей коже, в голове отдавался его низкий голос, вызывающий рой мурашек по всему телу. Тея тяжело выдохнула, пытаясь выбросить из головы мысли о полуобнаженном Боевом Мече, его рельефных мышцах и горячих прикосновениях.

Как она ни старалась, ей не удавалось избавиться ни от воспоминаний о его страстных поцелуях, ни от пульсации между ног.

Тея пролежала, глядя в потолок, до тех пор, пока не наступило дождливое утро. Ей ничего не оставалось, кроме как встать и вернуться к тренировкам.

Глава 25

С той ужасной тренировки прошло уже две недели, и Тея вернулась к обычным будням щитоносца с большим рвением. Дни проходили быстро и спокойно, она чувствовала себя сильнее, намного сильнее. Кипп тоже вернулся к тренировкам, после травмы его лицо стало выглядеть несколько иначе.

– Теперь я еще более неотразим, – заявил он однажды утром за завтраком.

– За всю историю Срединных Королевств хоть один человек назвал тебя неотразимым? – возмутился Кэл.

– Если тебе так хочется знать, то я скажу тебе, что да, в «Ве...

– Даже не начинай, – оборвал его Кэл и бросил предупреждающий взгляд.

Однако продолжить перепалку им не дали. Всей группе велели отправиться в конюшню, и Тее пришлось буквально тащить парней туда, чтобы не опоздать.

В конюшне Тея с содроганием заметила Вернича, на лице которого все еще оставались следы побоев Хоторна. Он активно что-то обсуждал с Эсиллтом и Торджем. Присутствие Грозы Медведей заставило ее поискать взглядом третьего Боевого Меча, но Хоторна нигде не было видно. После ее визита к нему домой она не видела его даже мельком. Мысли же ее часто возвращались к той ночи. У нее подгибались колени при воспоминании о том, как его губы накрывали ее, как она утопала в его запахе, а сердце слегка сжималось, когда она вспоминала о цветочном ожерелье на его столе. Но он выразился предельно ясно.

При виде Кровопускателя Кипп, стоявший рядом с ней, напрягся, и Тея сжала его руку в поддержке. Неважно, насколько жестокими должны быть тезмаррские тренировки, произошедшее никогда не должно было случаться. Ни Кипп, ни она сама не поднимали эту тему, но тот день оставил им не только физические шрамы. По тому, как Кипп скрипел зубами, Тея поняла, что пережитое ими наложило свой отпечаток и на него. Он винил себя за то, что не смог защитить их, и эта мысль ранила сильнее любого ножа.

Кипп сжал ее руку в ответ и отпустил, чтобы никто не увидел.

Эсиллт поднял руку, призывая к тишине. Группа сразу же притихла, всем не терпелось узнать, какое безумие их ожидает на этот раз.

– Мастер Гильдии велел устроить тренировочный бой, – объявил он. – Спарринговать на арене – это одно, а применить навыки в разгар битвы – совсем другое. Всем собрать щиты и оружие, встречаемся на равнинах Оракса. Дальнейшие указания на месте.

По толпе пронеслись оживленные возгласы.

– Отнеситесь к этому заданию серьезно, – разнесся по конюшням голос Эсиллта. – Мы будем наблюдать за каждым из вас. Если вы хорошо владеете каким-то оружием – самое время это показать.

Его слова еще сильнее взбодрили щитоносцев, и они, активно переговариваясь, поспешили взять оружие из оружейной и направились вниз, к полям за Кровавыми лесами.

В отличие от Кэла и Киппа, оружие, которым владела Тея, для тренировочного боя не подходило. Она была чертовски хороша в метании звездочек, но едва ли могла воспользоваться ими и никого не поранить.

На протяжении многочисленных занятий она усердно практиковалась владением двумя мечами, как Хоторн и великий Талемир Старлинг. Поэтому повесила на пояс два тренировочных меча.

– Ты прекрасно владеешь длинным луком и управляешь лошадью, – заявил Кипп, выбирая себе легкий щит. – Я бы поставил тебя в начале битвы, пока не начнется неразбериха.

Тея благодарно кивнула, взяла лук с колчаном и закрепила их на спине. Раз на нее собираются смотреть командиры и Боевые Мечи, то она покажет им, на что способна.

– Мы должны работать как единое целое, – произнес Кипп, когда они во всеоружии шли через Кровавые леса к равнинам Оракса.

– Ну да... – ответил Кэл. – Разве не в этом заключается тренировочный бой?

– Он имеет в виду – быть командой внутри команды, болван, – объяснила Тея. – Верно, Кипп?

– Именно. Будем выполнять приказы командира, но держаться вместе, прикрывать друг друга. Кэл, может, поможет нам с дальнего расстояния. Тея, ты можешь возглавить кавалерию, а я сделаю все возможное, оценивая бой.

Тея ожидала, что Кэл отпустит саркастичный комментарий, но тот лишь серьезно кивнул.

– Звучит хорошо.

Хоть она и знала, что бой учебный, сражаться с друзьями бок о бок казалось таким правильным. Они добрались до поля вместе с остальной группой и увидели, что их уже ждали Мэдден и Эвандер с оседланными лошадьми.

Эвандер попытался поймать ее взгляд, но Тея отвернулась. У нее были дела поважнее.

– Все сюда! Все сюда! – прокричал Эсиллт. – К вашим отрядам приставят Боевых Мечей, они помогут направить вас, но сражаться вы будете сами. Нам не нужны грязные драки, сломанные кости и пролитая кровь. Но это проверка, и она позволит вам понять, каким непредсказуемым бывает поле битвы.

«Как, во имя всех королевств, они собираются это провернуть?» Не успела Тея опомниться, как из ниоткуда к ним вышли несколько младших воинов с ведрами краски в руках.

– Будет две команды: одна – красная, вторая – синяя, – объявил Эсиллт. – Покрасьте свое оружие в соответствующий цвет и в бою оставьте как можно больше следов на своих противниках... Лучники, умные девушки крепости специально для вас изготовили тупые наконечники для стрел...

Тея и Кэл обменялись многозначительными улыбками. Они были рядом с Рен, когда ей в голову пришла идея покрыть наконечники стрел твердой морской губкой, которую она открыла всего за несколько недель до этого. Если закрепить ее правильно, то удар стрелы не пронзит противнику кожу, а лишь оставит синяк и след от краски.

Щитоносцев разделили на две группы. Во главе отряда, в который попала Тея, был Тордж, и это ее очень порадовало. Еще больше ее обрадовало, что Себ и его дружки оказались во вражеском отряде с Верничем во главе.

«Где Хоторн?» — эта мысль пронеслась у нее в голове, как падающая звезда по ночному небу, и быстро исчезла.

Голос Торджа разнесся по их группе.

– Забудьте, что это сражение – учебное, – приказал он глубоким и серьезным голосом. – Представьте, что за этим полем находится армия монстров из-за Завесы или проклятых гражданских. Между ними и нашим миром стоите вы. Так что запомните: истинный страж Срединных Королевств не столько ненавидит зло перед собой, сколько любит родные земли и их жителей за своей спиной. Помните: слава не в том, что вы не пали в бою, а в том, что вы смогли подняться из хаоса. Не подведите меня.

От этих слов по телу Теи пробежала дрожь. Тордж Гроза Медведей разделил щитоносцев на несколько отрядов.

– Сперва несколько стандартных отрядов, а также нам нужна линия фронта. Кому хватит мужества посмотреть смерти в лицо?

Тея первой шагнула вперед.

– Пусть я не мужчина, но я всегда рада попытать судьбу.

Губы Торджа растянулись в улыбку, обнажая сияющие зубы.

– Отлично, Алтея, тогда ты в центре. Они этого не ожидают. Кто руководит атакой?

Все удивленно уставились на Торджа. Неожиданно Кэл выкрикнул:

– Кипп!

Тея подтолкнула друга вперед.

– Да, за стратегией – к Киппу!

Боевой Меч повернулся к густо покрасневшему Киппу.

– Готов, Сноуден?

– Да, сэр. Безусловно, – выпалил Кипп.

– Тогда скажи мне. Что ты видишь?

Кипп ответил сразу же.

– Местность кажется довольно равнинной, но здесь, как и везде, есть впадины и холмы. Нам нужно обернуть это в свою пользу.

Тея оглядела поле. Кипп был прав – на первый взгляд поросшее травой поле казалось ровным, но если приглядеться, то можно увидеть то, о чем он говорил.

– Совершенно верно, – согласился Тордж. – Это ваша первая тактика.

Как и договаривались, троица друзей держалась вместе. Они в предвкушении заняли начальную позицию. Кипп торопливо объяснял, как они могут использовать особенности местности против вражеской команды. Тея могла только представлять, каково это – оказаться на пороге настоящего сражения.

– Помните, – призвал Тордж. – Эта атака – первая из нескольких. Сражайтесь с умом и не подведите меня!

Повернувшись к Киппу, он обратился к нему.

– Все в твоих руках, Кипп.

Кипп серьезно кивнул, а затем повернулся к своему отряду.

– Оружие на изготовку, – скомандовал он неожиданно громким и властным голосом.

Отряд повиновался.

– По моей команде!.. В атаку!

Вместе с остальными Тея бросилась в бой. Она мчалась по равнине, размахивая щитом и деревянным тренировочным мечом.

Силы двух сторон беспорядочно схлестнулись – поле мгновенно превратилось в пятно красок, воины размахивали руками и ногами, воздух наполнился криками.

Однако ей никто не нанес ни единого удара.

Она легко кружилась по полю боя, уклонялась от атак и наносила псевдоудары противнику, окрашивая нескольких щитоносцев синей краской.

Но было во всем происходившем что-то забавное. Разве настоящий бой не должен быть более изощренным? Тее казалось, что со стороны они выглядели как кучка глупых детей, которые пытаются изобразить что-то, чего не понимают.

– Довольно! – взревел Вернич, перекраивая шум. – Жалкое зрелище! Я скорее сдохну, чем буду сражаться бок о бок с...

– Мы тебя услышали, Вернич, – огрызнулся Тордж. – Мой отряд, за мной. Начинаем заново.

Как только они вернулись на свою сторону поля, Тордж оглядел их.

– Это задание развивает тактические, стратегические навыки и дисциплину... Как бы мне ни хотелось, но вынужден согласиться с Кровопускателем. Ничего подобного я прежде не видел.

Тордж расхаживал перед ними, размахивая своим боевым молотом и яростно качая головой.

– Когда вы окажетесь на настоящем поле боя, все будет не так просто. Поймите это наконец и отнеситесь серьезно. Эта краска означает смерть на сражении. Вы хотите умереть сегодня?

– Нет, сэр! – в унисон ответили щитоносцы.

– Я спрашиваю. Вы хотите умереть сегодня?

– Нет, сэр!

– Тогда взяли и...

– Сэр?

Тордж удивленно поднял бровь.

– Ты перебиваешь Боевого Меча посреди...

– Да, сэр! – ответил Кипп. – Но только потому, что вы сказали мне выработать стратегию...

– И?

– Мы на широкомасштабных полевых учениях, сэр... И никто не использует вон ту вершину холма, – Кипп указал на возвышенность на севере. – Мы можем отправить туда небольшой отряд лучников. Захват высот – основа бесчисленного количества военных стратегий.

Губы Торджа медленно растянулись в улыбку.

– И кто же тебя этому научил, Кипп?

– Вы, сэр.

Тею переполнило чувство гордости. Может, Кипп и плохо владел мечом, но, как он и говорил, стратег из него отменный.

– Ты чертовски прав. – Боевой Меч обратился к щитоносцу слева от Киппа: – Кэл, возьми десять лучших лучников, атакуйте с этого возвышения.

Кэл сразу же повернулся к Тее.

– Алтея остается впереди по центру. Она вызвалась добровольцем, это ее позиция до конца битвы.

Тею охватило разочарование, но она, держа меч наготове, подчинилась. Ей было что доказать.

По команде Торджа Тея повела следующую атаку через равнину. Кэл в то же время осыпал врага градом стрел, а Кипп руководил тылом. С другой стороны послышались крики, и Тея увидела, как впереди полетела синяя краска. Все шло хорошо.

Пока не началась контратака.

К ним приближался вражеский отряд копьеметателей...

– Стена щитов! – услышав свой крик сквозь гам, Тея резко остановилась и выставила перед собой щит. – Стена щитов!

Она ожидала, что щитоносцы встанут рядом с ней и выставят щиты, но этого не произошло. Ее отряд продолжал наступать на затупленные копья, наконечники которых были окрашены в красный цвет.

Она предприняла последнюю попытку.

– Стена щитов!

Однако ее никто не слушал.

– Назад! – прорезался сквозь шум голос Киппа. – Назад!

Тея повиновалась приказу друга и отступила вместе с остальными бойцами своего отряда. Ярость бурлила в венах.

– Это была правильная мысль, – сказал Тордж, когда они собрались для обсуждения следующей стратегии.

– Какая разница, если никто не слушает.

– Согласен. Никакой.

Слова Торджа не помогли Тее усмирить ярость.

Постановочный бой продолжался еще час, может, больше. Тея не могла сказать точно. Гнев отступил, и по мере того, как они начинали заново и заново, его сменила усталость. Наконец Тордж и Вернич объявили об окончании тренировочного боя.

Они провозгласили победу отряда Торджа и неохотно пожали друг другу руки.

Хоть Тее не удалось выстроить стену щитов, она вместе со всеми аплодировала и хлопала своих друзей по спинам. Ее расстраивало, что она не внесла своего вклада в победу, но искренне радовалась за Кэла и Киппа, которые сегодня явно отличились.

– Ты была права, решив выстроить стену щитов, – сказал ей Кипп.

– Я так и думала. Но меня никто не по...

– С чего кто-то должен слушать тебя? – раздался голос одного из дружков Себа. – Ты не командир, не воин и даже не мужчина, как бы ты из себя его ни строила.

Кровь застучала в висках у Теи, и она сжала кулаки в готовности нанести удар.

Но Кипп оттолкнул его.

– Отвали, придурок. Я видел, как ты ошивался в тылу, боясь пораниться. Тея в десять раз лучше тебя.

Щитоносец бросился на Киппа, но Тордж многозначительно прокашлялся.

– В реальной жизни победы не такие сладкие, – напомнил он им, задумчиво оглядывая свой отряд. – Посмотрите, как много ваших соратников перепачкано краской. В реальной битве многие бы погибли, большая часть получила бы травмы, последствия которых необратимы. И посмотрите на поле боя. На настоящем вы бы увидели груду трупов, которые с радостью склевали бы вороны, и тьму стонущих в агонии воинов, умоляющих избавить их от страданий.

Воцарилась тишина. Боевой Меч продолжил:

– Хоть бой длился недолго, даже по моим меркам он был беспорядочным. А вы пытаетесь избежать беспорядочного боя любой ценой. Настоящий воин Тезмарра жесток, но он эффективен, быстр и милосерден. Мы не выносим страданий наших мужей... И женщин, – добавил он, бросив взгляд на Тею. – Вам всем не помешает это запомнить.

Слова Торджа отозвались в бойцах, они заставили их заземлиться и задуматься. Тея прочувствовала реальность боя, осознала, как легко ликование и разговоры о личных победах могут захлестнуть сознание, в то время как они не сталкивались с суровостью войны.

– Как думаете, мы их впечатлили? – тихо спросил Кипп, кивая в сторону командиров и воинов.

– Ты – точно, – ответил Кипп. – Скольких противников ты уничтожил?

– Точно не уверен.

– Как минимум пятнадцать, – произнесла Тея.

– Я не считал.

– Врешь и не краснеешь, – фыркнул Кипп.

Кэл рассмеялся:

– Ладно-ладно, двадцать два.

Тея слегка толкнула Киппа локтем.

– Ты тоже был хорош. Король тактики.

– Я тебе твержу об этом уже целую вечность.

Несмотря на то что слова Торджа омрачили радость победы, друзья не смогли сдержать смеха при виде Себа, измазанного синей краской с головы до ног. Тея рассматривала своего давнего противника, и плечи ее тряслись от переполнявшего безудержного ликования.

– Похоже, он не выжил в тренировочном бою... – громко произнес Кипп.

Рассмеялся даже Тордж.

Кипевший от злости Себ направлялся в Кровавые леса, волоча за собой деревянный меч.

Тея обняла своих друзей за плечи и позволила себе утонуть в переполнявшей ее гордости. Трое неудачников Тезмарра прошли большой путь.

Но прежде чем троица направилась в сторону крепости, Эсиллт шагнул вперед и окликнул их:

– Вы трое!

Тея застыла. Так обращались только к ним, и обычно это не предвещало ничего хорошего. Она мысленно подготовилась к тому, что им предстоит уборка в оружейной. И это будет в десять раз хуже обычной уборки, потому что все оружие измазано в краске.

– Да, сэр? – спросил Кэл, когда они настороженно подошли к Мастеру Оружия.

– У меня и у Вернича есть письма, которые необходимо немедленно отправить в Хейлфорд. Учитывая ваши сегодняшние впечатляющие результаты, мы с Боевыми Мечами решили поручить это задание вам.

– Вы хотите, чтобы мы отправились в Хейлфорд? – переспросил Кипп.

Эсиллт явно с трудом подавил раздраженный вздох.

– Не заставляй меня пожалеть об этом решении, Сноуден. Да, вы трое отправляетесь в Хейлфорд с несколькими посланиями по всему городу.

Тее казалось, что она прежде уже видела Киппа счастливым, но это никак не сравнится с тем, что она видела сейчас. На лице друга сияла широкая глуповатая улыбка.

– Да, сэр! Это большая честь.

Мастер Оружия уже негодующе покачивал головой.

– Идите на кухню. Повар уже приготовил для вас провизию. Затем идите в конюшню, возьмите лошадей. К этому времени мы соберем для вас письма. Отправляетесь через час.

Троицу захлестнула новая волна воодушевления. Хоть они были измотаны после тренировочного сражения, предвкушение приключений вне Тезмарра придало им сил. Они поспешили в крепость выполнять поручения Эсиллта.

– «Веселый лис» ждет нас, друзья! – радостно закричал Кипп, когда друзья поблагодарили повара.

Кэл бросил на Тею страдальческий взгляд, а затем повернулся к другу:

– Тебе не кажется, что пора уже остановиться?

– О чем ты?

Кэл раздраженно вздохнул:

– Постоянно говорить о таверне. Хватит врать.

– А я и не вру! Всего через пару дней мы будем есть как короли на пиру и пить как не в себя!

Кэл закатил глаза:

– Как скажешь.

* * *

Мастер Оружия ждал их в конюшне и нетерпеливо постукивал ногой, позади него стояли три запряженные и оседланные лошади.

– Езжайте в столицу Харента по Уэсфордской дороге, никаких обходных путей, – строго приказал он. – Дорога в одну сторону займет три дня, в городе для вас подготовлено жилье на одну ночь.

«Мы остановимся в Харенте? В Хейлфорде?» Еще немного – и у Теи закружилась бы голова, она чувствовала, что друзей переполняет предвкушение.

Мастер Оружия вручил им несколько писем.

– Кэллахан, у тебя корреспонденция для сэра Браяра. Кипп, это советнику Хенрикссону. Спросите дорогу у стражников и без труда найдете их владения.

Эсиллт вручил Тее запечатанное письмо.

– Это – для короля Артоса. Насколько я понимаю, его величество уже знаком с тобой, Алтея.

Она почувствовала удивленные взгляды Киппа и Кэла.

– Да, сэр, – не обращая на них внимания, ответила девушка и сунула письмо в карман.

– Надеюсь, не нужно напоминать, что эти письма конфиденциальны? Если печати будут вскрыты, вас ожидают розги или еще чего похуже... Чего ждете? Пошевеливайтесь!

Троица поспешила набить седельные сумки припасами и забраться на лошадей. Не оглядываясь на Эсиллта, Тея встала во главу их крошечного отряда и повела друзей от конюшни к Тропе скорбящих.

За последнее время Тея уже дважды проезжала по этой дороге, поэтому не стала останавливаться, чтобы полюбоваться ее красотами. Она прибавила скорость, чтобы избежать расспросов Кэла и Киппа о ее знакомстве с королем, пока они не доберутся до Уэсфордской дороги. Но как только все трое свернули на широкую грунтовую дорогу, соединявшую королевства, на Тею посыпались вопросы.

– Что имел в виду Эсиллт, когда говорил о тебе и короле Артосе? – сразу же спросил Кипп. – Ну я помню, что ты обращалась с прошением к правителям, но...

– И я хотел спросить об этом, – добавил Кэл.

– Если заткнетесь, расскажу.

И она рассказала. О путешествии с Боевым Мечом и о том, что они шли не по главной дороге. О том, как она едва не упустила возможность обратиться к правителям Срединных Королевств и что сначала они ей отказали. Когда она дошла до пира и яда, оба парня смотрели на Тею со своих лошадей, разинув рты.

– Ты спасла короля? – У Киппа отвисла челюсть.

– Кажется, я это уже сказала.

– Но... Ты... Спасла его? От верной смерти?

– Да. От наарванской белладонны. Смерть была бы ужасной. Они увидели это на примере бедного подчашего. Я никогда не видела яд в действии.

– Он умер прямо на твоих глазах? – спросил Кэл.

Тея кивнула, вздрагивая от воспоминания.

– Но ты спасла короля, – восхищенно повторил Кипп. – Так вот как ты получила разрешение тренироваться с нами?..

– Да. Он убедил остальных правителей.

– А что было после?

– Мы ушли.

Кипп нахмурил брови:

– В смысле?

Тея пожала плечами:

– Хоторн сказал, что пора уезжать, ну мы и уехали.

– Он ушел прямо посреди королевского пира? Сразу после того, как тебе даровали то, ради чего ты преодолела такой путь? – спросил Кэл.

Тея вновь пожала плечами, сжала бока своей лошади и пустила ее легким галопом.

– Боевые Мечи подчиняются только Тезмарру! – крикнула она друзьям, поднимая столб пыли и оставляя их позади себя.

* * *

Три дня пути пролетели быстро. Все были наполнены безудержной радостью и свободой путешествия с друзьями. Как им и велели, днем они ехали по Уэсфордской дороге, а в сумерках останавливались и охотились. Учитывая то, из какой семьи вышел Кэл, неудивительно, что он с легкостью добывал для друзей лучшую мелкую дичь, которую они каждый вечер готовили на костре. Он поделился с жаждущей знаний Теей своими охотничьим приемами. Кипп, ухаживая за лошадьми, вслух мечтал о жареном кабане из «Веселого лиса».

Тея переживала о том, что пропускает тренировки в крепости. Однако, размышляя о путешествии с Хоторном, а теперь и о днях, проведенных с друзьями, она осознала, что уроки в дороге не менее важны.

Когда опустились очередные сумерки, они разбили лагерь у текущей на юг реки. Троица планировала порыбачить и приготовить из добычи ужин. Они расседлали лошадей и оставили их мирно щипать траву. Вскоре ребята поняли, что по какой-то причине рыба держится на противоположном берегу реки, вне досягаемости.

Подстегнутый элем Кипп придумал игру, суть которой – перебраться через реку с помощью палки. Каждому было необходимо выбрать палку, способную выдержать его вес, затем, сильно разбежавшись в сторону берега, в определенный момент воткнуть палку в землю и переправить себя через реку. Тея никогда не смеялась так сильно. Самым смешным моментом стало то, как палка Киппа сломалась и он оказался по пояс в ледяной воде.

В тот вечер троица рассуждала о содержании врученных им писем, но, разумеется, никто не предложил повредить сургучные печати и проверить. Как бы им ни было любопытно, они и на секунду не сомневались, что угрозы Эсиллта были правдивыми.

Во тьме ночи мысли Теи возвращались к Хоторну и их путешествию – оно стало началом чего-то, чему уже никогда не суждено сбыться. Тея попыталась понять ту боль, что поселилась в ней, но не могла. Поэтому она решила стать жестче, запереть эти мысли на задворках своего сознания.

День клонился к вечеру, когда на горизонте показалась столица Хейлфорд. Тее с трудом верилось, что время пролетело так быстро. Она настолько погрузилась в общение с друзьями, что дни пролетали незаметно. Теперь, когда взору открылись ворота города, всех охватило предвкушение. Им предстояло провести в городе ночь, они могли делать что хотят, и радость временной свободы их не покидала.

Как только все трое миновали ворота, Тея обернулась к друзьям.

– Предлагаю доставить письма как можно скорее, – начала она. – А потом встретимся в «Веселом лисе», о котором Кипп постоянно говорит.

– Отличный план! – произнес Кэл, криво улыбаясь.

Тея обернулась к Киппу, но тот уже скакал прочь.

Помахав Кэлу, она погнала свою лошадь вперед. Она знала, как добраться до Сердца Харента, и не собиралась заставлять короля Артоса ждать.

Глава 26

Дворцовая стража уже ожидала Тею, ее сопроводили в тронный зал. Там король Артос и принцесса Джазира что-то увлеченно обсуждали. Собравшись с духом, Тея вошла и поклонилась им обоим. Перед ней был правитель, который изменил ход ее судьбы. Правитель, который заслужил ее непоколебимую преданность.

И снова Тея на мгновение была ошеломлена магией, которая тянулась к ней, она играючи витала в воздухе, изучала ее. Без магии остальных правителей девушка ощущала себя сильной.

Что-то внутри Теи шевельнулось, будто она узнала магию, и та ответила ей. Девушка вздрогнула. Это ощущение было очень странным и необычным, но забываться было нельзя.

– Ваше величество. Ваше высочество, – поприветствовала она короля и принцессу.

– Ах! Алтея Золтейр! – тепло произнес король Артос. – Встань же, дитя. Встань!

Тея повиновалась и, переполняемая гордостью, тепло улыбнулась в ответ.

– Ваше величество, у меня для вас письмо от Мастера Гильдии.

Король махнул рукой слуге, и тот подал Тее пустое серебряное блюдо. Она положила на него конверт, слуга передал его королю. Артос положил письмо во внутренний карман своего камзола.

– Похоже, жизнь щитоносца подходит тебе, Алтея, – заметил король, разглядывая ее загорелую кожу и униформу Тезмарра.

Окружавшая магия, казалось, излучала тепло и отражала его добродушие.

– Это действительно так, ваше величество. И все благодаря вам.

– Я всего лишь дал свое согласие. Остальное зависит от тебя, – любезно ответил он.

Тея покраснела:

– Благодарю вас, сэр.

– Тебе нравятся тренировки? – поинтересовался он.

В груди у Теи затрепетало, она была тронута таким интересом со стороны короля Харента. Внезапно она ощутила непреодолимую потребность ему угодить.

– Да, ваше величество. Я словно рождена для этого.

– Рад это слышать. Недавно я слышал, что тебя ранили. Это правда?

Она хотела было спросить, откуда он узнал о ее ранах, но оборвала себя на полуслове. Кто она такая, чтобы задавать королю подобные вопросы?

– Слегка, сэр, – ответила Тея, не желая портить впечатление о себе. – Я быстро встала на ноги.

– Что ж, я рад, что ты выздоровела, Алтея. Должен признаться, я чувствую себя причастным к твоему пути, поскольку наблюдал за самым его началом. Хотя, возможно, мне не следует тебе этого говорить. В конце концов, королевства не должны иметь влияния на Гильдию.

– Это большая честь для меня, ваше величество, – произнесла она, снова краснея.

Ей невероятно льстил особый интерес короля.

Тея подняла глаза, осознав, что с момента ее появления принцесса Джазира не проронила ни слова.

– А как вы поживаете, ваше высочество? – поинтересовалась Тея, надеясь, что она не показалась невежливой.

– Вполне хорошо.

За ответом принцессы последовала неловкая тишина.

– Алтея, надеюсь, что в этот раз тебе удастся насладиться городом, – произнес король. – Знаю, в прошлый раз Боевой Меч Хоторн не позволил тебе осмотреть достопримечательности. Также ты уехала раньше, чем я смог тебе кое-то подарить.

– Вы подарили мне все, на что я только могла надеяться, ваше высочество, – Тея низко поклонилась.

– Вы послушайте! – Король махнул рукой, и слуга снова вышел вперед, протягивая к ней ладонь. – Алтея Золтейр, ты спасла мне жизнь. Я хочу выразить тебе свою благодарность.

Сгорая от любопытства, Тея посмотрела на ладонь слуги. Он держал маленькую серебряную монету незнакомой ей валюты.

– Это мой личный жетон, – объяснил король. – Предъяви эту монету в любой точке Срединных Королевств, и в мою казну отправят чек.

Тея замялась.

– Ваше высочество, я не могу принять...

– Не приму возражений! – настаивал он. – Ночной Хейлфорд прекрасен. Советую воспользоваться ей уже сегодня.

– Вы так великодушны, ваше величество. – Тея запнулась.

– Больше не желаю об этом слышать. Ты спасла мне жизнь. И раз я не могу вмешиваться в дела Гильдии, тогда я приму тебя как почетного гостя в моем королевстве и везде, где у меня есть влияние. Возьми монету и пользуйся ею так часто, как пожелаешь.

Тея не могла поверить своим ушам. Она приняла жетон дрожащими руками.

– Сэр, я очень вам благодарна. Вы так добры.

Король Артос лишь отмахнулся:

– Я отпускаю тебя, исследуй город. И прошу, меня очень оскорбит, если я не получу ни одного счета.

Обволакивающая магия, к которой Тея почти привыкла, рассеялась. Еще раз низко поклонившись, она пролепетала слова благодарности и покинула тронный зал.

Оказавшись за воротами дворца и оседлав свою кобылу, Тея не могла поверить своей удаче. У нее не только был целый вечер в Хейлфорде, но и деньги?

Тея спросила прохожего, как добраться до «Веселого лиса», и начала спускаться в город, минуя поместья. Она не успевала осматриваться, кругом было столько всего – прекрасные резиденции, киоски и магазины. Хотя официальные торжества уже завершились, Хейлфорд все так же процветал и кипел жизнью, как и в ее первый визит.

После нескольких неверных поворотов и множества новых указаний от прохожих на стене одного из зданий Тея наконец заметила деревянную вывеску. На ней был изображен хохочущий лис, вокруг туловища которого красиво обвивался пушистый хвост. Лошадей Кэла и Киппа видно не было, но она все равно спустилась с кобылы, отвела ее к кормушке и привязала поводья к столбу.

Прежде Тея никогда не бывала в таверне, поэтому, заходя внутрь, не знала, чего ожидать. Ее встретили оживленные шумные разговоры и музыка, в дальнем конце огромного зала на небольшой сцене она заметила пару скрипачей. В центре зала располагался бар, повсюду были расставлены кабинки и столики, и все они были заняты.

Внезапно ощутив себя неуютно, Тея прошлась по залу. Она прислушивалась к веселой болтовне, принюхивалась к восхитительному запаху жареного мяса, доносившегося с кухни, рассматривала танцующие под веселые мелодии скрипок пары. Она собиралась пройти еще один круг, как двери с грохотом распахнулись и в зал вошли Кипп и Кэл.

– Ты! – выкрикнул стоявший за стойкой здоровяк, указывая на парней пальцем.

Кипп застыл в дверях. Кэл вздрогнул, а Тея в ужасе застыла.

В таверне повисла тишина, замерли даже скрипачи.

Дверца стойки громко скрипнула, и из-за нее вышел рослый трактирщик, перекидывая через плечо полотенце. Вальяжной походкой он приблизился к долговязому щитоносцу, критически его оглядывая.

Внезапно он вскинул руки и заключил Киппа в медвежьи объятия.

– Сын лиса вернулся! – прокричал он, радостно смеясь и ероша его каштановые волосы. – Освободите кабинку Киппа!

От облегчения у Теи подкосились ноги.

У окруженного толпой Кэла от изумления отвисла челюсть.

– Дорогу! Пропустите! – Кричал мужчина, расчищая для них с Киппом путь.

Тея направилась к ним и у только что освободившейся кабинки Киппа встретила Кэла. Они ошеломленно уставились на него.

Кипп ухмыльнулся:

– Я вам не рассказывал? – Он рассмеялся. – Я родился здесь.

Тея скользнула в кабинку. От заявления она едва не поперхнулась воздухом.

– Чего?

– Да, прямо вон там, на кухне. – Кипп указал на дверь рядом с баром.

Кэл хлопнул ладонью по столу. Тее показалось, что с большей силой, чем собирался.

– Ты рассказывал столько глупых историй и про это не упомянул ни разу.

– Не показалось важным.

– Не показалось важным? Все это время я был уверен, что ты выдумал эту таверну!

– Зачем мне было это делать?

– Смеха ради! Чтобы меня позлить! Чтобы доказать, что ты знаешь Харент лучше нас всех! – По мере перечисления возможных поводов, Кипп становился все более озадаченным.

– Жаль тебя разочаровывать, но ничего подобного.

– Ну, теперь-то я знаю!

Тея сильнее вжалась в мягкую обивку сиденья, ее плечи содрогались от беззвучного смеха.

– Твои родители все еще здесь? – спросил Кэл, оглядывая оживленную таверну, словно мог наткнуться на мать или отца Киппа.

– Их здесь нет уже давно. Мама какое-то время работала на кухне, затем родился я. Об отце я ничего не знаю. Но здешняя повар знает меня, она приглядывает за мной, когда я наведываюсь сюда, и все такое.

Здоровяк трактирщик кашлянул, привлекая их внимание.

– Первый заход за мой счет, Кипп. Но неважно, здесь ты родился или нет, сынок, дальше ты платишь сам.

Кипп поморщился.

– Кстати, об этом. Альберт, может, ты...

Мужчина зарычал.

– Только не говори, что ты снова с пустым кошельком! Ты все еще не оплатил счет за прошлый раз!

– Я... Возможно, я могу с этим помочь, – неловко произнесла Тея, протягивая через стол королевскую монету.

Мужчина уставился на маленький серебряный диск.

– Черт возьми... Королевская монета. Никогда не видел вживую. – Альберт взял ее, повертел в толстых пальцах, а затем тихо присвистнул. – Значит, это ты? Девушка из Тезмарра, которая спасла ему жизнь.

Тея густо покраснела:

– Да.

Сидевший рядом Кипп просиял и добродушно прохлопал ее по спине.

– Ну конечно, это она! Альберт, перед тобой несравненная Алтея Золтейр. Тезмаррский щитоносец и герой короля!

Тея пихнула его локтем, призывая замолчать, лицо ее все еще пылало.

– А это Кэл, – указала она на друга.

Однако Кипп уже позабыл о них.

– Альберт, мы будем кабана! И три кувшина твоей кислой медовухи. И жареный картофель. И финиковый пудинг с карамелью, который готовит Мальва, и...

– Кипп... – позвала его Тея. – Будь благоразумен.

– Так это благоразумно, моя дорогая подруга! Как думаешь, может, нам взять двух кабанов? – Он вскочил на ноги и побежал за Альбертом. – Альберт, два кабана!

Тея пораженно покачала головой, а Кэл рассмеялся.

– Тебе не стоило ее показывать, – Он кивнул на монету, которую здоровяк вернул Тее.

Вскоре троица сидела с такими огромными пивными кружками, каких Тея прежде не видела, пенящаяся медовуха доходила до краев. Они ждали еду, которой, несомненно, хватило бы на целую армию.

Кипп поднял свою кружку.

– За Алтею Золтейр – щитоносца, которая спасла жизнь самого могущественного в истории эмпата и поделилась своей удачей с друзьями.

Кэл фыркнул:

– Будто ты оставил ей выбор.

Тея на мгновение задумалась.

– Не знала про короля Артоса. Ну я знала, что он эмпат, но... Самый могущественный?

Кипп активно закивал головой:

– Безусловно. Считается, что он сыграл большую роль в установлении прочного мира в Срединных Королевствах.

– Серьезно?

– Абсолютно.

– И я спасла жизнь ему... – потрясенно произнесла Тея.

Кипп хлопнул Тею по спине, ее медовуха выплеснулась на стол.

– Так говорят.

Кэл покачал головой и в замешательстве оглядел таверну.

– Теперь мы с этим разобрались. Расскажи нам, как же тебе, во имя всех королевств, удалось посещать это место так часто?

– Ты забываешь, что я щитоносец уже не первый год... Далеко не первый... Как думаешь, кого командиры отправляют доставлять письма, если никого из группы нельзя оторвать от тренировок?

– Не первый год – это сколько? – вмешалась Тея.

– Достаточно для того, чтобы знать все тосты, весь персонал и всех красивых женщин, – ответил он, подмигивая.

Тея снова подняла кружку и сделала большой глоток холодного освежающего напитка.

– Тогда с тебя тост.

– Для тоста мне нужно выпить еще кружку, иначе плохая примета.

– Да ты от этой едва ли отпил! – с недоверием возразил Кэл.

Судя по всему, обвинение задело Киппа, и он быстро осушил свою кружку, проливая большую часть напитка себе на грудь.

Тея закатила глаза и пошла к бару. Она наполнила кружки друзей и поклялась, что ее следующая кружка будет последней. Ей ведь хотелось запомнить время, проведенное здесь.

Она поставила перед друзьями напитки и выжидающе посмотрела на Киппа.

Внезапно друг стал очень серьезным, слегка покачиваясь, он взял кружку двумя руками и поднялся на ноги. Он встретился взглядом с Теей, а затем чокнулся со всеми кружками и посмотрел на Кэла.

– Да позволит Эновиус полюбоваться чудесами загробных садов полчаса, прежде чем вынести приговор вашим деяниям.

Затем он с серьезнейшим видом запрокинул голову и осушил всю кружку. Медовуха выплеснулась на него, на стол, а сам он драматично плюхнулся на свое место.

Тея и Кэл встретились взглядами и расхохотались.

– Чего вы? – крикнул Кипп.

Лицо Теи болело от того, как сильно она улыбалась.

– Отличный тост.

Спустя мгновение из толпы вышли несколько официантов с полными еды подносами.

Тея ахнула.

– Кипп, ты серьезно? В нас столько не влезет!

Не успели тарелки оказаться на столе, как Кипп уже взял с подноса свиную рульку.

– Смотрите и учитесь.

Ничего вкуснее Тея в жизни не ела. Жареный кабан был сочным и невероятно вкусным, картофель – восхитительно хрустящим снаружи и мягким внутри, а финиковый пудинг с карамелью словно приготовляли сами боги.

Тея съела так много, что больше не могла проглотить ни кусочка, и положила руку на вздувшийся живот. Она повернулась к Киппу, который, к ее удивлению, наливал себе еще одну порцию подливки.

– Ты получишь заворот кишок, – сказала она ему.

Кипп лишь рассмеялся и ответил ей с набитым ртом:

– Тея, дорогая, я не первый раз в «Лисе».

Кэл поморщился и потер живот, а затем снова обвел взглядом таверну.

– Итак, «Веселый лис» существует, и еда здесь тоже настоящая... А что же насчет, как ты говоришь, красивых...

Только слова слетели с его губ, как сквозь толпу пробилась прекрасная девушка с черными как смоль волосами и направилась прямиком к Киппу. Тея и Кэл в изумлении наблюдали, как она приблизилась к ним и положила руки по обе стороны от щитоносца.

– Кристофер Сноуден, ты обещал мне написать, – заявила она, приблизив к нему свое лицо.

Тея резко повернулась к Кэлу.

– Кристофер? – одними губами произнесла она с широко раскрытыми от удивления глазами.

Но Кэлу было не до вопроса: едва сдерживая смех, он наполовину засунул кулак в рот.

Кипп мягко положил свои руки на ее.

– Прости меня, Милла. Ты ведь знаешь, насколько порой непредсказуемой бывает жизнь тезмаррского щитоносца. Меня ранили в бою...

– Ранили? – Ее милое лицо сразу смягчилось. – Что случилось?

– О, пустяки, – ответил он. – Безусловно, меня это не оправдывает. Как я могу загладить свою вину?

Милла уже тащила Киппа прочь из будки.

– У меня есть пара идей, – сладко промурлыкала она.

– Я в твоем распоряжении, – хитро ухмыльнулся он.

Тея смотрела им вслед – длинные руки Киппа обвились вокруг талии девушки и ее пышных форм.

– Не могу поверить... – произнес Кэл, когда пара поднялась по винтовой лестнице и скрылась с их глаз. – Все это время он говорил правду... Обо всем.

Тея покачала головой:

– Ты знал, что его зовут Кристофер?

– Видимо, я вообще ничего о нем не знал. – Кэл сделал большой глоток медовухи.

Пока Кипп был занят своей подругой, Тея и Кэл пили медовуху и слушали музыку. Тея рассказала ему о встрече с королем, а он поделился с ней, как сэр Браяр угрожал отрезать Кэлу яйца, если тот посмотрит в сторону его дочери.

– Понимаешь, ты бы тоже на нее посмотрела. У нее на носу гигантская бородавка, – оправдывался он.

Тея хохотала так сильно, что медовуха потекла у нее из носа. Вытирая слезы, она заметила, что рука Кэла лежит позади нее, его рукав касается ее шеи. По мере того как музыка становилась все громче и громче, они придвигались ближе друг к другу. Однако теперь его нога прижималась к ее, и он смотрел на нее... иначе. Из-под опущенных ресниц.

– Кэл... – протянула она.

Он был так близко, что его теплое дыхание щекотало ей лицо, она чувствовала слабый запах медовухи, что они пили всю ночь.

– Тея... – игриво ответил он, однако имя прозвучало невнятно.

Он без стеснения обнял Тею за плечи, нежно сжимая ее.

– Не хочешь подняться наверх? Если желаешь, я готов быть в твоем распоряжении...

Тея не могла отрицать – Кэл был красив. На короткое мгновение она позволила взгляду упасть на его губы. Она задумалась, каково это – целоваться с ним, чувствовать его щетину на своей коже. Однако предложи ей хоть всю медовуху Срединных Королевств, она не променяет на нее дружбу, которую они построили за последние несколько месяцев. Да и дело не только в этом... Она ничего к нему не чувствовала. Ее тело не трепетало от его присутствия. Она хотела поцеловать не Кэла. Ей хотелось, чтобы ее кожу исследовали не его руки.

Тея осторожно оттолкнула его.

– Плохая идея, Кэл, – произнесла она так мягко, как могла.

Она подготовилась к гневу – обычно именно так реагировали мужчины, когда не получали то, чего хотели.

Однако Кэл, смущенно улыбаясь, отстранился.

– Но стоило же попробовать.

– Какой же ты идиот.

От мысли, что между ними не было напряженности, Тея мгновенно ощутила облегчение.

– Что правда, то правда.

– Бросаем Киппа на произвол судьбы? Он сам дойдет до ночлега?

Кэл рассмеялся:

– Не думаю, что он к нам присоединится. – Парень неуклюже поднялся на ноги и оперся о стол. – Пойдем проспимся. Помолимся, чтобы на обратном пути у нас не было похмелья. Кипп найдет нас утром.

Держась под руки и спотыкаясь, Тея и Кэл добрались до своего жилья, которое располагалось неподалеку. Они упали на свои кровати, и Кэл сразу же захрапел.

* * *

Следующее утро оказалось не самым приятным. Голова Теи раскалывалась, во рту пересохло, а мысль о том, что ей предстоит трястись в седле весь день, заставила ее поморщиться. И это она еще даже не поднялась с кровати.

К их с Кэлом большой досаде, в конюшне их уже ждал свежий и полный энергии Кипп.

– Я погляжу, вы не смогли вовремя остановиться, – заявил он. – Думаю, вы мало ели. Ошибка всех новичков.

– Мало ели? Да ты смеешься, – застонал Кэл.

– Обязательно говорить так громко, Кристофер? – спросила Тея, подгоняя длину стремян.

Кипп одарил Тею улыбкой, которая еще больше ее разозлила.

– Я говорю как обычно.

– Брехня, – возмутился Кипп, выводя лошадь из стойла. – Ты вопишь громче, чем горный дракон. Обязательно быть таким веселым? Ты не хуже нас знаешь, что похмелье любит, когда страдают все.

– Не понимаю, о чем ты. И зачем же страдать? Впереди ведь такой прекрасный день.

Солнце медленно плыло по розовато-фиолетовому небу, и троица выдвинулась домой, оставляя Хейлфорд позади. Тея и Кипп – помятые, а Кипп – невероятно полный сил.

* * *

Весь путь в Тезмарр Тея и Кэл то и дело расспрашивали Киппа о его отношениях с темноволосой красавицей Миллой. Однако Кипп перевел внимание на Кэла, настаивая, что у него есть девушка, о которой он ничего не рассказывал.

– Помнишь то утро, когда ты был не в духе? Я уверен, что тогда что-то случилось, – настаивал Кипп. – Но потом меня и Тею избили до полусмерти, и я забыл спросить.

Но Кэл отказался что-либо рассказывать. Он заявил, что Кипп только недавно соизволил сообщить свое настоящее имя, поэтому подробности его личной жизни, если она вообще имелась, – не его дело.

– А что насчет тебя, Тея? – добродушно спросил Кипп. – Мы знаем, что ты встречалась с тем парнем из конюшни...

– Учеником, – глубоко вздохнув, поправила Тея. – Он ученик Мастера Конюшен.

– Точно. Ученик... Я так понял, у вас все кончилось? Есть ли еще кто?..

Тея покачала головой.

– Нет, – резко ответила она. – Никого нет.

Как и в первую часть их путешествия, путь домой, в крепость, пролетел незаметно. За все время лишь изредка они встречали торговцев. Хоть ночи уже стали холодными, зимних бурь им удалось избежать.

Поездка пошла Тее на пользу. Ей ни разу не приснился камень судьбы или провидица. Она не задумывалась о том, сколько лет ей осталось жить, сколько месяцев или недель осталось до испытания на посвящение. Рядом с ней были ее друзья, и она жила настоящим моментом – такого она не позволяла себе никогда.

Однако счастье продлилось недолго.

Когда в угасающем полуденном свете показались окраины Тезмарра, слуха коснулся звук...

Колоколов.

Со сторожевых башен доносился звон колоколов. Предупреждение.

Кожа Теи покрылась мурашками, сердце сжалось от ужаса.

За все годы, проведенные в Тезмарре, Тея прекрасно усвоила, что означает этот звон. Надвигается угроза из-за Завесы.

И тезмаррцы должны подготовиться к встрече с ней.

Глава 27

Во дворе крепости царил хаос. Собрались все группы щитоносцев, мастера всех дисциплин перекрикивали шум, а Мастер Конюшен и его помощники выводили десятки оседланных лошадей. Боевые Мечи, все трое облаченные в кожаную черную броню и вооруженные до самых зубов, также находились во дворе.

Взгляд Теи устремился прямо на Хоторна. Стоя в стороне, он наблюдал за происходящим балаганом. На красивом суровом лице воина застыло нетерпение.

Тея спрыгнула со своей кобылы.

– Что случилось? – спросила она первого попавшегося щитоносца.

– Разведчики видели, как на севере сквозь Завесу пробираются какие-то существа. Они движутся в направлении руин Дельмиры.

Тею охватил ужас. Это то, о чем говорил Хоторн? Вот оно – начало? Твари, прорывающиеся сквозь Завесу?

«Покою наступает конец. Тезмаррцам нужно подготовиться».

– Это недалеко от нас, – заметил Кипп.

– Вот именно, – кивнул щитоносец. – Мастер Гильдии отправляет Боевых Мечей и небольшой отряд, чтобы перехватить их и не позволить добраться до Харента или соседних городов.

– Кэл! – закричал Тордж Гроза Медведей.

Кэл бросился вперед.

– Я здесь, сэр!

– Хорошо, что вы вернулись. Ты со мной. Бери свой лук. – Затем Боевой Меч заметил Тею и Киппа. – Вы двое – тоже.

– Тордж, – вмешался Эсиллт, пробираясь сквозь толпу. – Они только вернулись из Харента. И они не тренировались шесть дней.

– Значит, это задание станет для них настоящей проверкой.

Тея никогда не слышала, чтобы Тордж огрызался на Мастера Оружия. Значит, дела обстояли действительно плохо.

– Вы слышали, – поторопил их Эсиллт. – Взять оружие. Не тренировочное, настоящее. И найдите свежих лошадей.

Сердце Теи бешено колотилось, и она, готовая действовать, проверяла стойла в поисках свободной лошади. Не удивляясь тому, что всех боевых лошадей и жеребцов уже разобрали, она заприметила одного-единственного молодого мерина. Ей ничего не оставалось, кроме как начать его седлать. Когда у нее лишь с третьего раза получилось разобраться с уздечкой, она поняла, что дрожит. Застегнуть подпругу под животом коня ей удалось с четвертой попытки. Закончив, она сделала шаг назад и уставилась на свои дрожащие пальцы.

На сено у ее ног упала тень.

– Нервничаешь, – произнес знакомый низкий голос.

Хоторн стоял в дверях, не сводя взгляда с ее трясущихся рук.

– Я не нервничаю, – возразила она и сжала поводья в попытке скрыть дрожь.

– Нервничаешь. И не делать этого было бы глупо.

Стиснув зубы, Тея в последний раз проверила упряжь и повела мерина из стойла.

Хоторн преградил ей путь и теперь возвышался над ней.

– Когда я видел тебя в последний раз, твоя рана едва зажила. Тебе не стоит ехать.

При упоминании об их последней встрече сердце ее болезненно сжалось. Тея вспомнила его домик, то, как проводила пальцами по мускулистой груди и как ощущала его горячие губы на своих. Как он оставил ее сгорать от желания. Снова. Но она не отступила ни на шаг. Она расправила плечи и гордо подняла подбородок.

– Никто, даже ты, не помешает мне поехать с моими товарищами. Тезмарр нуждается в нас, и я не собираюсь оставаться в стороне.

– Вот как.

– Да.

Хоторн проницательно осматривал девушку.

– Твои раны зажили?

– А ты снова собираешься облапать меня и проверить? – усмехнулась она.

Губы его приоткрылись, он словно всерьез думал об этом.

– В тот день лапал не только я, алхимик.

Тея не позволила себе смутиться.

– Возможно, – согласилась она. – Однако я ясно дала понять, чего хочу, а ты... Ты же такой чести мне не оказал.

В словах ее было столько строгости, Тея в них вложила всю ту боль и обиду, которые, как ей казалось, она спрятала глубоко в себе.

Он сделал шаг к ней.

– Те... Алхимик... – В голосе звучала мольба, в серебристых глазах мелькнуло сожаление.

Кровь бурлила, Тее отчаянно хотелось узнать, какими же словами он хотел сломить выстроенную ей стену.

Невероятный шум снаружи становился еще громче, нетерпеливее. На мгновение задумавшись, Хоторн отстранился от нее и уступил дорогу.

– Готовься.

Тея так и не смогла понять к чему – к битве или же к нему.

Во дворе Боевые Мечи активно распределяли силы. Было решено, что они поведут к руинам Дельмиры целое подразделение воинов, состоящее как из стражей, так и из щитоносцев.

Творившийся хаос закружил Тею. Она наблюдала, как воины из рук в руки передают пайки и фляги с водой, а затем рассовывают по сумкам. Как щитоносцы спорят о том, кто будет сопровождать стражей. Как у ворот командиры обсуждают стратегию, а мастера снуют туда-сюда, как обезглавленные курицы.

Сквозь суматоху пробился голос Хоторна:

– Если вы не участвуете в битве, убирайтесь, черт возьми, с дороги. Мы выезжаем через пять минут. Угроза нас ждать не будет, – приказ, требующий беспрекословного выполнения, истинная сила.

Напряжение витало в воздухе, оно было ощутимо почти физически, и Тее не терпелось скорее уехать. Не обращая внимания на боль в пояснице, Тея вставила ногу в стремя и забралась на своего мерина.

– Тея! – раздался из толпы знакомый голос. – Тея, подожди!

Рен пробивалась сквозь толпу щитоносцев. Было холодно, но она даже не накинула плаща. В одной руке она сжимала оборки юбки, чтобы не споткнуться, а во второй – небольшую сумку. Подбежав к воротам, она протянула сумку Тее.

– Я так знала, что тебя отправят, – задыхаясь, произнесла она.

– Что это? – спросила Тея.

– Припасы.

– Какие?

Рен обхватила ее лодыжку, глядя на сестру снизу вверх широко раскрытыми глазами.

– Ты же слушала, что говорила Фарисса на тех сменах?

В словах сестры сквозило отчаяние, отчего Тея напряглась.

– Я слушала...

– Вперед! – на весь двор проревел Тордж Гроза Медведей.

Рен отскочила от нее.

– Тогда ты знаешь, что с ними делать! – крикнула она, отскакивая с дороги.

– Тея! – позвал ее Кэл. – Шевелись!

Запихнув припасы Рен в одну из седельных сумок, Тея схватила поводья, сжала бока коня и вслед за остальными направила его к воротам.

Не успели Тея и ее друзья вернуться в Тезмарр, как вновь отправлялись в путь. Они бежали галопом по Тропе скорбящих, разнося между деревьев громовой топот двух сотен лошадей. Усталость, пронизывающая Тею до костей, ушла, уступив место тихому трепету предвкушения. И страху.

Хоторн был прав: не бояться предстоящего было бы глупо. Больше никто не говорил об угрозе или о том, что их ожидает в руинах. Однако Тея понимала – это не простое учебное задание.

Время летело так же стремительно, как и они мчались сквозь Кровавые леса. Когда всадники пересекли границу Тезмарра, Хоторн, сидевший верхом на своем черном жеребце и окруженный остальными Боевыми Мечами, повел всех на север. К наступлению ночи они свернули налево – к развилке Уэсфордской дороги, некогда соединявшей павшее королевство Дельмира с остальными.

На север Тея никогда не путешествовала, поэтому не знала, сколько потребуется времени, чтобы добраться до руин. За годы в крепости она изучила некоторые факты о географии и истории этой территории... Например, местность вплоть до Дельмиры постепенно поднималась, а земли павшего королевства изобиловали бесчисленными холмами и долинами. Еще Тея знала, что между руинами и Харентом находится большое озеро, но вспомнить его название не могла.

«Наверное, уже и неважно», – подумала она.

Тея читала, что Дельмира, а вернее ее руины, располагалась на плоскогорье за древними скалами. В течение многих лет после ее падения фермеры пытались забрать эти земли, однако каждого постигала неудача. Поэтому во всех Срединных Королевствах верили, что королевство и его земли прокляты.

Эти мысли заполняли неугомонный разум Теи, пока они ехали в ночи. Также она все время думала о том, как бы ей хотелось уметь здесь ориентироваться, знать эту местность так же хорошо, как и Боевые Мечи.

«Однажды, – поклялась она. – Однажды я буду знать Срединные Королевства так хорошо, что смогу ездить по ним с закрытыми глазами».

В кромешной тьме Тея различала силуэты ехавших рядом с ней друзей. С тех пор, как они покинули Тезмарр, ни один из них не проронил ни слова. Молчали все, кроме Боевых Мечей – их тихие голоса доносились до конца отряда. Тея осторожно привлекла внимание Кэла и Киппа и ускорила шаг лошади, протискиваясь вперед.

Теперь слова Боевых Мечей звучали отчетливее.

– Есть сведения сколько? – спросил Тордж.

– Разведчики доложили, что минимум три, может, и больше. Они сказали, что такой тьмы не видели никогда, – прорычал Вернич.

– Неудивительно, – согласился Хоторн. – Я наблюдал это множество раз за последнее время. Тьму сеют тенетворцы. Они создают ее и управляют, как пожелают. Тьма может принимать форму плетей, которыми они разрезают своих жертв, а может вызывать их самые темные воспоминания. И это только начало. С помощью тьмы они могут поглотить жертву целиком.

На спине у Теи выступили капельки пота, по телу пробежалась ледяная дрожь.

После тяжелой паузы Тордж продолжил:

– Думаешь, они похожи на тех, что были в Наарве?

– Именно они, – ответил Хоторн.

Дрожь сотрясала все ее тело.

– И все это время ты охотился на тенетворцев?

– Ты же знаешь, Тордж. И на прочую дрянь, что пробирается сквозь Завесу.

– Мы знали только то, что ты охотился на монстров, – вмешался Вернич. – И заметь, не из писем, которые ты не пишешь. Мы не знали, на каких именно монстров ты охотишься и где.

– И я не знал, пока не столкнулся с ними.

– Нам хватит людей? – тихо спросил Тордж.

Вновь повисло молчание, и на мгновение Тея подумала, что Хоторн уже не ответит.

Но наконец он произнес:

– Надеюсь.

* * *

Несколько часов группа ехала по старой заброшенной тропе, желтая луна со сверкавшими звездами едва освещали им путь. В воздухе чувствовалось морозное дыхание надвигавшейся зимы. Тея слышала, как Кэл и Кипп стучат зубами, а если бы она посмотрела в ночное небо, то увидела, как из ее рта вырываются облачка пара.

Чтобы отвлечься от мыслей о том, что ждет впереди, мужчины по традиции делились историями. Они рассказывали о морских драконах, гигантских пантерах, о странных плотоядных мотыльках и водяных лошадях, которых называют бакахастами, о рифохватах и всемогущих тиранах. Но ни одна история не леденила душу так, как мысли о тех существах, что описывал Хоторн.

Если Рука Смерти настороже, значит, всем стоит последовать его примеру.

Затем разговор перешел к смертельно опасным местам, где воинам доводилось бывать. Один солдат рассказал, как сопровождал заключенных в Алую Башню на побережье Наарвы. По его словам, это место опустошило его, лишило воли к жизни. Другой воин рассказал, как вел баржу по Расколотым островам. Он клялся, что затыкал уши, чтобы не слышать смертоносных песен древних сирен. Один из командиров поведал, как чуть не замерз насмерть по пути в Авеум. Каждая история рассказывалась с достоинством, воины пытались доказать, что они здесь не просто так, что заслужили свое право сражаться с угрожавшей королевству тьмой.

Услышав один из голосов, Тея мысленно взвыла. Она без труда различила прорезавшийся сквозь шепот надменный тон Себа Барлоу.

– В свой первый год в Тезмарре я обнаружил в Черных горах несколько пещер. Каждую зиму их затапливает во время бурь. Говорят, молния в одно место дважды не бьет, но... По этому же месту молния бьет каждый год.

Тея тихо выругалась и усмехнулась – не смогла удержаться. Все рассказывали о своих приключениях за пределами крепости, о смертельных проклятиях, непроходимых землях и древнем зле... В то время как Себ рассказывал жалкую историю о том, как даже не покинул родных пенатов.

Однако Себ услышал ее.

– Там лежат десятки скелетов, – продолжил он низким голосом, в котором сквозила угроза. – Согласно легенде, именно туда воины Тезмарра привозили распутниц, которые больше не были им нужны. Они связывали их и оставляли, а когда пещеры затапливало, те тонули. Такое жертвоприношение богам морей. Даже Элдерброк говорил об этом, помните?

По венам Теи бежал гнев, ее пальцы прокалывало от желания вцепиться в горло ублюдка.

– Не обращай внимания, – шепнул Кипп.

– Трудно не обращать на него внимания, когда хочется его убить.

Кипп издал звук, похожий на смешок:

– Знаешь, что говорила мне повар в «Веселом лисе», когда в детстве надо мной издевались?

– Что?

– Она говорила: «Кристофер...»

Тея фыркнула, когда он называл свое настоящее имя.

Слегка изменив тон, Кэл продолжил:

– Она говорила: «Кристофер, неважно, кто идет против тебя... Важно, кто идет с тобой».

Тея охнула.

– С тех пор я живу по этому принципу. Всегда найдутся люди, которые будут против тебя, Тея. Но люди, которые перед лицом врага стоят с тобой плечом к плечу, – самое великое богатство.

Тея пропустила слова друга через себя. Она постаралась отпечатать их в своей памяти наряду с другими ценными воспоминаниями, и устремила взгляд вперед.

* * *

Боевые Мечи задавали изнурительный темп, отряд скакал весь день и всю следующую ночь, лишь изредка делая остановки, чтобы отдохнуть и напоить лошадей. По мере того как они приближались к цели, разговоры становились всё тише, и в итоге разговаривали только Боевые Мечи.

По отряду, особенно среди щитоносцев, поползло липкое напряжение. На них обрушилась реальность: им предстоял не тренировочный бой, а настоящая битва, после которой жизнь некоторых может бесповоротно измениться, а кто-то отправится к Эновиусу.

Тея напряженно ехала в седле, ее рука невольно потянулась к камню судьбы. От тепла ее кожи кусочек нефрита нагрелся. Сейчас, оказавшись лицом к лицу с такой тьмой, она не знала, успокаивает ли он ее или пугает. Хоть благодаря ему она была уверена, что не лишится жизни среди руин Дельмиры, каких-либо других гарантий у нее не было. Неважно, сколько времени она выиграла у жизни, этого недостаточно, чтобы избежать судьбы. Единственный выход... Стать учеником Боевого Меча.

Разум шептал ее слова Одры: «Бояться нужно не смерти, а жизни».

Тея провела подушечкой большого пальца по выгравированному на камне числу. Ее всю жизнь называли безрассудной, говорили, что она сама ищет смерти. Однако больше всего ей хотелось просто жить.

Из раздумий ее вырвал всеобщий вздох.

Золотистая заря освещала покрытое вереском поле перед ними, а вдали виднелись руины Дельмиры. Тея могла разглядеть разрушенные сторожевые башни, осыпающиеся стены и выжженную землю.

Солнце поднималось все выше, и армия Тезмарра направлялась к сердцу павшего королевства.

Земляной запах вереска щекотал нос Теи. Этот аромат словно дергал за какие-то ниточки глубоко внутри нее, но что это было и почему – понять она не могла. Сжимавшие поводья ладони стали влажными и липкими, плечи напряглись, а волоски на руках встали дыбом.

И вдруг она поняла почему.

Заволакивая рассветное небо, на горизонте сгущалась неестественная тьма. Сердце Теи бешено застучало, когда она насчитала пять отчетливых фигур...

Хоторн грубо выругался, в точности повторяя слова, крутившиеся в голове Теи.

Он подал отряду знак остановиться и обнажил оба своих меча.

Тордж схватил свой знаменитый боевой молот.

– Значит, их больше, чем мы ожидали. Мы же справимся?

– Дело не только в том, что их больше. – Хоторн развернул коня к воину. – Перед нами не простые тенетворцы... Это регульдские жнецы – короли тенетворцев. Они – зло гораздо более темное и разрушительное. Они крупнее и сильнее, более развиты. В отличие от своего потомства, их больше интересует распространение тьмы. Хоть их, как и обычных тенетворцев, привлекает сила, они также ищут тех, на кого можно наслать собственное проклятие. Жнецы стремятся создать больше монстров, а не только издеваться и убивать. Меняем тактику. Наша армия не сможет сразиться с ними.

Хоторн не отрывал взгляда от существ неподалеку от них.

– Здесь и за Завесой творится что-то странное... Но размышлять об этом некогда. Главное – убить их можно только одним способом.

– Каким? – Вернич испепелял его взглядом.

– Нужно вырезать их сердца, – ровно заявил Хоторн. – Наша с вами сила привлечет их. Противостоять им можем только мы.

– Расскажи, что нам делать, – попросил Тордж.

Его желваки заиграли, он кивнул.

Тея с ужасом внимала каждому слову Боевого Меча. К моменту, когда он закончил, к ее горлу подкатила тошнота.

– Значит, с помощью армии мы их выманиваем, окружаем, – повторил Вернич. – А атакуют только Боевые Мечи?

Тея смотрела, как тьма окутывает руины павшего королевства, по коже ее бегали мурашки.

– Да, – подтвердил Хоторн.

– Хоторн, ты словно плохая примета, от тебя хорошего не жди, – раздосадованно произнес Вернич. – Вечно. По всем Срединным Королевствам тебя преследует хаос.

– Тогда молись, что он последует за мной и в битве и отправит эту дрянь туда, откуда она пришла.

– Хватит, – вмешался Тордж. – Нам нужно сообщить всем остальным.

С пугающим спокойствием Боевые Мечи принялись объяснять командирам тактику. Те же, в свою очередь, стали объединять воинов в отряды.

Тея, Кэл, Кипп и еще около двух дюжин тезмаррцев попали под командование Эсиллта. Тея никогда не была так благодарна Мастеру Оружия за его грубый характер. Он говорил с ними так же, как и в крепости, умудряясь вселить в них спокойствие, несмотря на нависавшую опасность.

– Мы должны отвлечь тварей, дать Боевым Мечам лучшую возможность уничтожить их. Это не игра. За героизм наград не ждите. Вы выполняете приказы. Делаете только то, что я говорю! То, что приказываю! Если я говорю атаковать, вы атакуете! Если я говорю двигаться вправо, вы двигаетесь! А если я приказываю остановиться, вы, черт возьми, останавливаетесь! Я не потерплю смертей в своем отряде, ясно?

Ответом ему была гробовая тишина, и Эсиллта это явно не устраивало.

– Я спрашиваю, ясно?!

– Да, сэр! – хором ответил отряд.

Слыша голоса своих товарищей, Тея приободрилась и собралась с духом, ведь теперь ее охватывал не просто страх, а самый настоящий ужас.

Эсиллт взглянул на Боевых Мечей и кивнул им. Он выполнил свою задачу – ввел всех в курс дела, хотя Тея сомневалась, что его слова могли подготовить щитоносцев к предстоящему безумию.

Все еще сидя в седле, Тордж потянулся к Хоторну и похлопал его по плечу.

– Мы должны выступить перед армией. А лучше ты. Ведь ты лучше всех знаешь, с кем мы имеем дело.

– Хорошо, – ответил Хоторн.

Все отряды внимательно смотрели на них.

Сердце Теи бешено застучало, когда она взглянула на него. Суровый Боевой Меч закрыл глаза и глубоко вздохнул через нос, словно настраивая себя к предстоявшему. Эмоции захлестнули Тею – перед ней стоял могучий воин, защитник Срединных Королевств.

Он развернул жеребца и оказался лицом к толпе бойцов. Тея не могла оторвать от него взгляда. Он могущественно возвышался на фоне охватывавшей горизонт тьмы. Его черные одежды обтягивали широкие плечи и мускулистую грудь словно вторая кожа. Хоторн прямо сидел в седле, поводья были обернуты вокруг рожка седла. Из-за спины он вытащил два меча и, взмахнув ими, призвал всех замолчать. В угасавшем свете виднелась татуировка на его руке.

Над отрядами нависла звенящая тишина. В серебристых глазах Хоторна плескалась ярость, он устремил свой взгляд на толпу.

– В руинах нас ожидают существа, которых вы раньше никогда не встречали. – Его голос разносился далеко-далеко, до самого последнего щитоносца. – Эти твари способны не только разорвать человека пополам, но и порождать тень и тьму. Они могут проникнуть в душу человека и наслать на нее то же проклятие, что и хранят в себе...

Тело Теи налилось свинцом.

– Нам предстоит встреча с регульдскими жнецами. Эти древние монстры – короли обычных тенетворцев. Во время странствий по Наарве я понял: убить одного жнеца – значит убить тех тенетворцев, что он породил, и уничтожить их можно лишь одним способом. Сегодня эта задача ложится только на меня и моих братьев. Но вы здесь не для того, чтобы сидеть без дела. Ваши командиры будут отдавать приказы. А вы обязаны их выполнять.

Тея могла поклясться – его взгляд задержался на ней.

– Воины Тезмарра! – проревел Хоторн. – Будете ли вы биться с нами рука об руку? Отвлечете ли внимание врага вашими боевыми кличами? Проявите всё свое мужество?

Тордж ударил молотом по щиту.

– Проследуете с нами в самую гущу зла? Поможете загнать его обратно в черную брешь, из которой оно явилось?

Все воины ударяли оружием по щитам. Удары были такими сильными и ритмичными – точно бой боевых барабанов. Этот звук проникал в ее сознание, он задавал ее сердцебиение, заставлял кровь в венах бежать быстрее, наполняя Тею потрескивающей энергией.

– Воины Тезмарра! – вновь позвал Хоторн. – Судьба, что ждет нас в руинах, – та слава, которой вы жаждете. Сражайтесь вместе со мной, сражайтесь против тьмы и станьте вновь победителями, защитниками Срединных Королевств.

Удары оружием продолжались, нарастая с каждым могущественным словом. Тея осознала, что все это время сжимала камень судьбы так сильно, что ногти впились в ладонь. Она спрятала его под рубашку, обнажила свой меч и ударила им по щиту, отчего в слабом свете блеснула сталь.

– Что ж, пора в очередной раз испытывать судьбу.

Жеребец Хоторна встал на дыбы, и Боевой Меч вскинул свои мечи к небу. Подобно сокрушительной волне, на войско обрушился его приказ.

– В атаку!

Глава 28

Конь Теи помчался вперед вместе с остальными, и она, затерявшись среди устремившихся навстречу тьме воинов, ощутила, как все мысли улетучиваются.

Копыта двух сотен лошадей с грохотом топтали вереск. На мгновение Тея забыла об иерархии воинов и своей судьбе. Она полной грудью вдыхала смесь страха и гордости. Вот какой он, дух Тезмарра, вот каково быть частью Гильдии, и Тея, бесспорно, теперь была ее частью.

Во главе с тремя могущественными Боевыми Мечами они вихрем скакали к руинам, и крики Теи тонули в возгласах остальных.

По мере того как армия приближалась к врагу, Тея различала не только полосы теней, но теперь и самих существ, которые их порождали...

Ее сердце в ужасе сжалось.

Существ перед ними окутывал темный туман, они явно пришли из другого мира. Возможно, когда-то они были людьми, но теперь... Чудовища были очень высокими – Тея предположила, что они возвышаются над землей на два с половиной – три метра. Телосложение их было очень необычным: худые, но мускулистые, вместо рук у них были когти, а из голов торчали изогнутые рога, напоминавшие оленьи.

– Направо! – прорезался голос Эсиллта сквозь пелену ужаса. – Направо, живо!

Тея и остальная часть ее отряда повиновались. Они отделились от войска и двинулись по окраинам руин, окружая врага.

Распознав отвлекающий маневр, регульдские жнецы зарычали на Боевых Мечей, которые отделились от армии и бросились прямо на них. Было невозможно не заметить вскинутые парные мечи.

Теперь тьма потоком исходила от всех пяти существ. Тея чувствовала ее холод и злобу на расстоянии нескольких метров.

– Стоять! – раздался крик Эсиллта, когда отряды встретились на другой стороне.

Вспотевшими руками Тея натянула поводья, напрягаясь всем телом. Кавалерия Тезмарра окружила руины давным-давно рухнувших стен столицы и наблюдала, как Боевые Мечи спрыгнули с коней и бросились в атаку.

Трое против пятерых.

Жнецы передвигались словно тени. Только что их едва не проткнуло лезвие меча, как в следующее мгновение они оказывались уже где-то вдали, словно их здесь и не было. Тьма их обрушивалась, будто удар хлыста.

Тея чувствовала их неугомонную жажду крови и разрушения.

– Огненосцы! Лучники! – взвыл Эсиллт. – Приготовиться!

Тея внимательно наблюдала, как они наложили горящие стрелы и натянули тетивы своих луков.

– Во имя Фурий, только не попадите по нашим! – ревел Мастер Оружия. – Стреляйте!

Огненные стрелы дождем посыпались на монстров, вырывая из их иссохших глоток яростные вопли и отвлекая внимание от основной атаки.

«Почему же мы просто стоим?!» – отчаянно кричал разум Теи. Ей не хватало воздуха, ребра сдавливали ее легкие, внутри бушевало пламя. Единственное, что она могла, – наблюдать, как Боевые Мечи бросаются на чужеземных существ.

Время замедлилось.

У нее перехватило дыхание, когда Хоторн, размахивая парными мечами, направился к самому большому монстру. В каждом его движении чувствовалось величие Фурий, которые наделили его своими дарами – скоростью, силой и ловкостью. Он бросился в атаку, за движениями его мечей было невозможно уследить – они сливались в серебристый ком на фоне черной силы, обрушившейся на него дождем. Боевой Меч отразил тьму, а затем, подкатившись под существо, нанес удары по задней части его ног.

Жнец завизжал и в ярости бросился на Хоторна.

Однако воин ударил снова – в этот раз он оттолкнулся от выставленного Торджем щита и подпрыгнул в воздух. Он вонзил оба клинка в живот чудовища, и оно взвыло, перекрывая своим криком весь шум.

По воздуху пронесся еще один залп горящих стрел.

Один из тезмаррских отрядов накрыло волной тьмы.

Тея не знала, куда смотреть. Справа от Хоторна Вернич сражался с двумя мерзкими тварями, а слева Тордж еще с одним...

«Тогда... где же пятый?» — подумала Тея и вздрогнула, осматривая руины.

– Боги, – сорвалось с ее губ, когда она заметила, как он крадется по периметру вокруг Боевых Мечей.

Не раздумывая, Тея погнала лошадь вперед, как...

Прямо перед ее грудной клеткой взметнулся чей-то меч.

– Даже не думай, – прорычал Эсиллт.

«Откуда он тут взялся?»

– Мы же не можем бросить их сражаться в одиночку.

– Твоя единственная задача – выполнять мои приказы. Ты подвергаешь их сомнению?

Тея стушевалась:

– Нет, сэр, я...

– Правильный ответ «нет, сэр», и точка.

Мастер Оружия встретился с ней взглядом, отвлекая ее внимание от разворачивавшейся на их глазах битвы. В его взгляде кипела ярость, он смотрел на Тею предостерегающе.

– Мы ничего не можем сделать. Убить подобное существо может только Боевой Меч... Мы делаем все возможное, чтобы помочь.

– Если бы вы сказали нам как, мы бы могли...

– Ни слова больше, – прорычал Эсиллт. – Если ты еще раз поставишь под сомнение мои полномочия, я своими руками повешу тебя, а затем скормлю одному из них. Ты щитоносец. Ты многого не знаешь о Срединных Королевствах. И если ты хочешь выжить и однажды сразиться с тварями сама, то сейчас же заткнешься и будешь выполнять мои приказы.

– Да, сэр, – с трудом выдавила Тея.

Эсиллт снова пошел к передним рядам отряда, а Тея перевела взгляд на Хоторна. Он прижимал жнеца к земле, одним из мечей рассекая ему грудь. Когда лезвие вонзилось в плоть существа, оно издало пронзительный крик, который эхом пронесся по руинам. Хоторн вонзил второй меч в мягкую землю и придавил горло жнеца, заглушая ботинком его вопли. Затем голой рукой он потянулся к его грудной клетке.

Если бы щит Теи не был зафиксирован на ее предплечье, она бы его выронила.

С тошнотворным влажным звуком Хоторн вырвал из грудной клетки сердце.

Послышался странный крик, и кровь у Теи в жилах застыла.

На Хоторна бросился другой жнец.

– Лучники, стреляйте! – разнесся по полю боя приказ Эсиллта.

Однако стрелы едва ли могли повредить грубую и толстую кожу монстров.

Тордж бросился к товарищу, прыгнул перед ним и принял атаку на свой щит.

Кавалеристы хором вздохнули, наблюдая, как Тордж и Хоторн, мечи которого теперь пылали огнем, сражаются с двумя тварями.

В паре метров от них раздался душераздирающий крик.

Вернич с ревом вырвал сердце жнеца и отбросил его, по руке воина стекала черно-красная кровь. Сердце с глухим стуком упало на землю.

Теперь сражались трое против троих.

Тея забыла моргать, и теперь глаза ее слезились. Мертвой хваткой она сжимала поводья, отчего костяшки пальцев побелели. Она была не в силах отвести взгляда. Не могла поверить своим глазам, не могла поверить, что стоит и бездействует.

Подобно богам, Боевые Мечи рассекали тьму своим оружием, оно было словно продолжением их тел. Они побеждали зло.

То, что всего пару мгновений назад казалось невозможным, осуществлялось прямо у них на глазах. Боевые Мечи Тезмарра сразились с повелителями теней и вышли победителями.

Не успела эта мысль промелькнуть в голове Теи, как ситуация начала меняться.

Черные плети регульдских жнецов множились и теперь не только наносили сокрушительные удары по передним рядам войск. Они, точно разъяренные гадюки, обвивались вокруг ног Боевых Мечей, вокруг их запястий...

– Нет, – выдохнула Тея.

Два существа держали в своих когтях трех воинов, пытавшихся отбиться от тьмы, и жестоко игрались с ними. Третий же жнец оценивал армию, окружившую руины. Гигантский жнец возвышался над двумя сотнями воинов, в сравнении с ним воины казались пустым местом.

Пока Боевые Мечи были обездвижены, третий монстр расхаживал по полю, пожирая кавалерию огромными голубыми глазами, затянутыми пеленой. Некоторые бойцы лежали на земле и истекали кровью от предыдущих атак. Остальные дрожали при виде существа. От его длинного тела исходили тени, они извивались, тянулись в сторону щитоносцев и воинов. Сам же монстр странно шипел, и от этого звука волосы Теи вставали дыбом.

Несмотря на всю выучку, лошади начали паниковать, они били копытами и жалобно ржали.

– Всем стоять на местах! – закричал Эсиллт и поднял кулак, когда существо приблизилось к их отряду. – Не сметь, мать вашу, двигаться! Я сказал – всем стоять!

Жнец принюхивался, будто мог учуять в воздухе их страх, будто смаковал его, точно аромат хорошего вина. Он подкрадывался к ним, его тени плясали.

Тея судорожно вздохнула.

Голова существа повернулась прямо к ней, он пронзил ее своим взглядом.

– Стоять! – снова прогремел голос Эсиллта.

Он ждал, что сделают Боевые Мечи. У них, похоже, было полно...

Существо устремилось к отряду.

Кто-то закричал, и Эсиллт полетел с лошади. Его тело с глухим стуком упало на землю.

В панике его лошадь понеслась прочь. За ней последовала дюжина остальных, всадники либо также выпадали из седел, либо едва успевали удержаться, пока лошади убегали из хаоса.

Их строй пал.

Шипение жнеца раздалось ближе.

Он возвышался над ними, размахивал смертоносными когтями, от него исходил черный туман. Он изучал армию своим ужасающим взглядом. Казалось, он искал кого-то. Его глаза вновь остановились на Тее.

Ее тело задрожало, сквозь него прошел поток чего-то могущественного, и она сдавленно вскрикнула.

– Себ, нет! – закричал кто-то.

Себастос Барлоу оказался на земле, он замахнулся мечом на монстра, а рядом с ним был один из его дружков. Молодые люди двинулись на существо, размахивая оружием, но не смогли нанести ни одного удара.

Черная сила ударила по другу Себа, отбрасывая его через все руины. С тошнотворным треском его тело впечаталось в каменные обломки. Жнец повернулся к Себу и, шипя и щелкая своими темными плетьми, направился к нему.

Тея прыгнула в воздух, приземлилась на корточки перед Себом и притянула его к себе, прикрывая щитом.

Удар магии жнеца едва не расколол щит на две части. Дерево задрожало, и дрожь эта отозвалась в костях Теи, воздействие энергии словно пробудило ее. Существо нанесло еще несколько ударов по щиту, за которым укрывались Тея с Себом.

Темная магия отпрянула, готовясь к новой атаке.

– Стена щитов! – словно со стороны услышала Тея свой крик. – Стена щитов!

Она не знала, слышит ли ее кто-то, станет ли вообще кто-либо ее слушать. Происходившее в руинах больше не было подвластно могущественным созданиям и лучшим тезмаррцам, начинался хаос.

Оглушаемая собственным сердцебиением, она подготовилась к очередному удару. Тея не была уверена, что щит выдержит продолжавшуюся атаку.

Однако внезапно ее окружили, и рядом с ней с глухим стуком приземлились щиты.

Раздавшийся вдалеке пронзительный крик подсказал ей, что Боевые Мечи одолели противника.

– Гоните его назад, – проревела Тея. – Гоните его к Боевым Мечам. Они прикончат его. Вырежут его черное сердце!

Плечом к плечу со своими товарищами, перекрывая щиты друг другом, Тея повела строй вперед. Они оттесняли существо назад, из-за укрепленной обороны его атаки ослабевали.

Размахивая сталью, Боевые Мечи наконец вырвались из ядовитых щупалец.

Все больше и больше щитоносцев и воинов присоединялись к стене Теи, выставляя свои щиты. Их сила росла по мере того, как они продвигались сантиметр за сантиметром, оттесняя...

На них обрушились брызги горячей жидкости, и даже в тусклом свете Тея увидела их цвет – красный с черными вкраплениями. Кровь жнеца. Струйка потекла по ее лицу, в ноздри ударил запах жженых волос.

Они продолжали двигаться вперед, и Тея, заглянув в дыру между щитами, увидела, как Тордж яростно ударял своим молотом по голове существа, а Хоторн, весь измазанный кровью, сжал в кулаке влажный ком – еще одно сердце.

– Вперед! – закричала она, налегая на щит всем своим весом.

Вместе они отогнали монстра назад.

Над руинами разнесся победный крик, и что-то с глухим стуком упало на землю, укатившись к ногам Теи. Она медленно опустила щит.

Перед ней лежала голова жнеца. Его затуманенные глаза теперь были пустыми и смотрели в небо.

Остатки тьмы рассеялись, и воины из отряда Теи постепенно разбредались кто куда. Тишину нарушил влажный чавкающий звук – Тордж кинжалом вырезал сердце еще одного монстра.

Поблизости кого-то вырвало на грязную землю.

Утренний свет, который был поглощен созданиями тьмы, медленно возвращался. Он освещал поле битвы, позволяя ясно увидеть леденящие душу последствия.

Тея была так поглощена происходившим с ее отрядом, что не обращала внимания на остальных. Среди руин лежали мужчины, кто-то истекал кровью, у кого-то неестественно торчали конечности. А затем она вспомнила...

– Эсиллт!

Выронив меч и щит, она бросилась туда, где Мастер Оружия упал с лошади. Она бежала к руинам городских стен, чувствуя рядом с собой Киппа. Они нашли Эсиллта среди обломков, он полулежал, прислонившись спиной к частично разрушенной каменной колонне. Его седые волосы были перепачканы кровью. Его собственной.

Тея опустилась на колени рядом с ним.

– Эсиллт, вы меня слышите?

Мастер Оружия простонал, его подбородок неуклюже оторвался от груди.

– Да, к сожалению... – пробормотал он.

Тея с облечением вздохнула и присела на корточки, пока Кипп осматривал рану на его голове.

– Придется наложить несколько швов, сэр.

– Только не ты, мальчишка, – проворчал Эсиллт, морщась от прикосновения Киппа.

– Я бы и не мечтал о таком, сэр. Для вас только самое лучшее.

Эсиллт усмехнулся, и из-за этого из его рта потекла струйка крови.

– Кипп, – позвала друга Тея, внезапно вспомнив. – Найди в моей седельной сумке черную сумку и принеси сюда. У меня должно что-нибудь быть.

Кипп сразу же подскочил на ноги.

– Где Вернич? – прогремел голос Хоторна.

Ожидая Киппа, Тея всматривалась в кровавое месиво, пытаясь найти старшего воина.

– Вон он! – крикнул кто-то через мгновение, указывая на прихрамывающую фигуру, которая приближалась с северных окраин руин.

Когда старший Боевой Меч приблизился, Тея увидела под слоем грязи и крови его бледную кожу. Штанина на левой ноге была разодрана, как и плоть под ней, из раны сочилась свежая кровь.

– Тордж! – закричал Хоторн, бросаясь вперед и подхватывая споткнувшегося Вернича.

– Что случилось? – спросил он, присоединившись к своим товарищам и разглядывая ужасное состояние ноги Вернича.

– Эта дрянь сбежала, – ответил Вернич сквозь стиснутые зубы. – Она изодрала в клочья ногу и... Взорвалась. Я подумал, что он уничтожил сам себя, но... Когда пришел в себя, увидел, как черная тень движется к морю, к Завесе.

Хоторн выругался.

– Тея, держи. – Голос Киппа вернул внимание Теи к несчастному Эсиллту.

Она очень надеялась, что поняла слова Рен правильно...

– Эсиллт, – мягко позвала она. – В наших войсках кто-то владеет боевым целительством? Есть ли у нас целительские припасы?

Мастер Оружия застонал, когда она помогала ему ровно сесть.

– Эсиллт?

– Боевые Мечи, – ответил он. – Но, судя по всему, им нужно позаботиться о своих собственных. Некоторые командиры... – Он поморщился от того, что Тея убрала его спутанные волосы от раны.

Тея посмотрела на Киппа.

– Иди поспрашивай их, узнай, кто умеет оказывать помощь раненым. – Она заглянула в сумку и с облегчением вздохнула. – Скажи, что у меня есть кое-какие припасы.

Он уже подорвался в сторону командиров.

– Кипп! – позвала она, парень мгновенно остановился и повернулся.

– Найдешь Кэла? Убедись, что с ним все в порядке.

– Будет сделано, – ответил он, отдавая честь.

Вместе с парой человек Тея половину утра помогала раненым щитоносцам. Хоть она знала, что ей никогда не стать такой же умелой, как Фарисса и Рен, она была благодарна за те уроки, на которых тогда настояла, и за то, что после всего произошедшего в руинах Дельмиры руки ее все еще были тверды.

Она видела, что многие щитоносцы были шокированы. Фарисса предупреждала ее об этом, и Тея знала, что если бы не была занята делом, то сейчас была бы в таком же состоянии. Она настояла на том, чтобы раздать содержимое сумки Рен лично, так как сестра положила не только целебные средства, но и яды.

«Рен такая Рен...»

Тея с головой погрузилась в работу: перевязывала раны чистыми льняными бинтами, не забывая при этом говорить каждому «пациенту», что она не целитель и по возвращении в Тезмарр им следует сходить в лазарет. Казалось, что эти заявления никого не волновали – все лишь благодарили девушку за лечение, и Тея надеялась, что оно помогло предотвратить возможные инфекции.

– Тея... – мягко позвал Кипп.

Тея резко обернулась.

– Что-то с Кэлом? Ты нашел...

– Кэл в порядке. Пара царапин, воняет, как загаженный ночной горшок, но в порядке.

С души словно упал камень.

– Тогда что такое?

Лицо Киппа помрачнело.

– Лачин.

– Что с ним?

– Я подумал, тебе следует знать. Он... Он умер.

Тея моргнула, до нее не доходил смысл слов.

– Умер?

Кипп кивнул.

Руки Теи упали со щитоносца, раны которого она залечивала. Она осела на сырую землю и прикрыла рот дрожащей рукой.

– Он... – Тея не смогла выразить свои мысли.

– Держи! – Кипп вложил ей в ладони что-то холодное. – Выпей. Ты не останавливалась и на минуту...

Тея машинально поднесла флягу к губам и поняла, что то была не вода, а обжигающая горло жидкость. Этот факт ее порадовал. Она только сейчас осознала, насколько замерзла.

– Как? Как Лачин умер? – наконец выдавила она.

Кипп поморщился:

– Одна из тех тварей чуть не разрезала его на две части...

Тея подавила подступившую тошноту и постаралась не представлять себе их товарища.

– Боги.

Над ними нависла тень Хоторна. Боевой Меч оглядел шеренгу воинов, на которых были следы ее лечения, и протянул ей руку.

– Я думаю, ты сделала все, что могла.

Тея приняла его руку и поднялась на ноги. От прикосновения по телу разлилось тепло.

– Ты не ранена? – мягко спросил он.

– Нет. Не ранена.

Она осмотрела его, отмечая бесчисленные порезы и различные кровоподтеки, выступившие на его коже.

Хоторн проследил за ее взглядом.

– У меня были раны намного хуже, – тихо произнес он.

Тея потянулась к сумке.

– Позволь помочь...

Однако Хоторн покачал головой и обхватил ее руки своими, останавливая.

– Отдохни.

А затем ушел.

Кажется, они вечно уходили друг от друга.

Спустя некоторое время Тея заметила, что к ней с Киппом присоединился Кэл. У него была глубокая рана на ключице, но в целом он не пострадал.

– Мне казалось, ты сказала нам, что у тебя «никого» на горизонте, мм? – спросил Кипп, проследив за ее взглядом, который был устремлен на Хоторна.

Тея не ответила. Она бесцельно бродила по руинам в ожидании приказов, чувствуя, как ею начинает овладевать собственный шок. Она заставила себя глубоко вдохнуть прохладный утренний воздух, игнорируя металлический запах крови. Тея успокаивала себя тем, что ее друзья рядом. В полуденном свете она видела запятнавшую землю кровь – как человеческую, так и тенетворцев.

Боевые Мечи собрались в центре руин.

Нога Вернича была зашита довольно неаккуратно, но он стоял так же прямо, как и остальные. Скрестив руки на груди, он вместе с Торджем и Хоторном разглядывал кровавую кучу у их ног.

– Мы должны их сжечь, – заговорил Тордж.

– А пепел развеять над морем, – согласился Вернич.

Однако Хоторн, измазанный кровью и грязью, покачал головой.

– Мы возьмем сердца с собой, – заявил он. – Отвезем их в Тезмарр.

И вот, с сердцами монстров, пропитывающими мешки кровью, и телами павших товарищей, привязанными к лошадям без наездников, Боевые Мечи оседлали своих жеребцов и повели воинов Тезмарра домой.

Уайлдер Хоторн

На обратном пути Уайлдер оторвался от отряда и ехал впереди. Ему было необходимо оградиться от братьев, командиров, от всех и вся. В том числе и от ужаса, охватившего его, когда жнец увидел Тею.

Регульдский жнец... Существо безграничной тьмы, монстр, который мог «проникнуть в душу человека и наслать на нее то же проклятие, что хранит в себе». И его тянуло именно к ней.

Под броней рубашка Хоторна стала влажной от пота. Тенетворцы и их мастера не обитали в Срединных Королевствах, никогда не обитали. И все же они были здесь, свободно передвигались по королевствам в поиске силы. Ее они жаждали больше всего – больше, чем крови, больше смерти.

Сила. Они могли чувствовать ее, учуять в толпе...

И один нашел ее в Тее.

В разгаре битвы Уайлдер наблюдал, как существо замерло на полпути к цели и его внимание приковалось к ней. Словно кто-то развеял пелену перед его глазами, и оно наконец увидело то, что всегда искало.

С тех пор как Уайлдер узнал об этих монстрах и столкнулся с ними лично, вторжений становилось все больше. Учитывая, что гибель жнеца означала и смерть тех существ, что он породил, встретить сразу пятерых он не ожидал. Уайлдер осознал, что тогда их должно быть больше, чем предполагают. Если для них потеря пятерых – пустяк, значит, их достаточно много. Жнецы становятся всё увереннее в себе. Обе мысли внушают ужас.

Напряжение выбивало воздух из груди, его легкие горели. Уайлдер откинул со лба выбившиеся пряди, потянулся за флягой и сделал глоток столь необходимой обжигающей жидкости.

В письме Дратос сообщил лишь о простых тенетворцах – не о жнецах. Однако пять смогли прорваться... Пять.

«С каждым днем Завеса становится все слабее. Наши рейнджеры докладывают о странных звуках, доносящихся из-за ее туманов, и о подземных толчках, сотрясающих окраины наших земель».

Получается, в Завесе была брешь к югу от Наарвы, а теперь появилась еще одна – к северу от Дельмиры. На королевства одна за другой надвигались угрозы, и ужасам, которые могли обрушиться, не было предела. Трем оставшимся королевствам не хватало Боевых Мечей, чтобы защитить жителей.

Сердца жнецов глухо стучали о его седло, от пропитанных кровью мешков исходил отвратительный запах паленых волос. Уайлдер, как обычно, отдаст их Фариссе, чтобы она попыталась узнать что-нибудь о природе и слабостях этих существ.

Он продолжал ехать, и его кожа между плечом и грудью пылала болью – там была глубокая рана. Не в первый раз он проклинал то, что прошел Великий Обряд слишком поздно, уже после того, как Дельмира пала и все запасы брони для Боевых Мечей иссякли. На нем же была жалкая копия, и она делала его уязвимым – похоже, монстр прилично ударил его.

Хоторн опустил взгляд на рану – она горела и в ней начиналась инфекция. Он неохотно вылил немного напитка на порез и, когда кожу защипало, выругался. Именно на такую рану какой-нибудь воин использовал бы пузырек родниковой воды из Авеума. Эта вода была чистейшей во всех королевствах, она обладала лечебными свойствами, и многие мечтали заполучить себе пузырек. Однако Уайлдер справлялся с ранами и похуже, и поэтому считал, что ни на одну из них тратить свой пузырек не стоит. Он прекрасно со всем справится, как и в предыдущие разы.

Талемир и Малик израсходовали свои пузырьки слишком рано, и когда настал по-настоящему страшный час, у них ничего не осталось. А к тому времени, как Уайлдер до них добрался, воспользоваться собственным было уже поздно. Он не собирался повторять их ошибки. Он будет беречь свой до тех пор, пока перед лицом злой судьбы у него не останется выбора.

Царапина – мелочь. Уайлдер отчаянно жалел о том, что они не прикончили последнюю тварь, что она улизнула к морю. Кто знает, сколько еще тенетворцев погибли бы после смерти своего создателя? Они упустили возможность.

Уайлдер отпил еще огненной настойки и поморщился оттого, что своим движением побеспокоил рану. И ничто не могло избавить его от терзавших мыслей. Регульдский жнец тянулся к Тее, он выделил ее из толпы.

Игнорируя боль, Уайлдер пустил жеребца в галоп. Ему нужно было вернуться в крепость. Ему были нужны ответы.

Глава 29

Их встречали неискренними одобрительными возгласами. Тезмаррские войска, испачканные запекшейся кровью и грязью и с телами павших, совершенно не чувствовали себя победителями. Они вошли во двор и, мрачные, отправились возвращать лошадей в конюшни, многие воины были растеряны. Воспоминания о пережитых ими ужасах были самыми яркими и жестокими в их жизни. В руинах Дельмиры из двухсот воинов погибли шесть. Включая Лачина.

Однако никто не пострадал от темного проклятия, которое несли в себе регульдские жнецы. Никто не превратился в монстра тьмы. Это слегка утешало.

Но глубокое тревожное чувство все еще охватывало воинов.

– Они привезли сердца... – тихо произнес Кипп, когда друзья вошли в Главный зал.

Кэл потер виски. Он выглядел таким же изможденным, как и Тея.

– Что они с ними сделают? В них ведь заключена темная магия... Должна быть причина, по которой они не сожгли их и не развеяли пепел над морем.

– Они, черт возьми, должны были это сделать, – проворчал старший воин за их спинами. – Хранить проклятые вещи к добру не приведет.

Кэл и Кипп что-то согласно пробормотали.

Тея же молчала. Отрешенные щитоносцы направились в свои спальни и купальни, она же отделилась от группы. Не обращая внимания на ощущавшуюся в каждой клеточке тела вселенскую усталость и прилипшую всюду грязь, девушка повесила на плечо почти пустую сумку Рен и поднялась по бесконечным лестницам. Она направилась в единственное место, где сможет найти ответы.

В камине потрескивал огонь, и одно из кресел занимала знакомая огромная фигура, в ногах которой лежало что-то пушистое.

– Малик, – выдохнула Тея.

Она была рада найти его здесь.

На этот раз его внимание не было поглощено языками пламени, и он медленно развернулся в кресле. Увидев ее, он вскочил на ноги невероятно быстро – такой скорости у него Тея еще видела. Дакс залаял оттого, что его потревожили.

Серые глаза Малика переполняла тревога. При виде такого беспокойства Тея внезапно ощутила себя беспомощной, даже хрупкой – этих чувств она никогда не испытывала или не позволяла себе испытывать уже давно.

Малик застыл на месте.

– Я в порядке, – прохрипела Тея. – Я не ранена.

На этих словах ее голос дрогнул. Внезапно ей показалась, что она начинает терять рассудок. Она даже не знала, что ищет, не представляла, с чего начать. Мысль о том, чтобы начать изучать каждую книгу в надежде найти крупицу знаний, находившихся за пределами ее понимая, сводила ее с ума. Перед глазами продолжали мелькать воспоминания из руин Дельмиры, и вскоре дышать становилось все тяжелее и тяжелее. Ей не хватало воздуха...

Большая ладонь нежно легла на ее плечо.

Сбитая с толку, она позволила Малику бережно усадить себя на свободное кресло.

Тея не могла вспомнить, когда в последний раз сидела на чем-то помимо седла. Она откинулась на мягкую подушку кресла, от волнения в груди у нее защемило.

– Я в порядке, – сказала она ему, самой себе. – Я в порядке.

Он, очевидно, не поверил ее словам, и Тея его не винила. Она могла лишь догадываться, как выглядела – потрепанная и вся в крови.

Но Малик не отступал. Он ждал.

Тея положила руки на колени и наклонилась вперед. Она пыталась подавить разливавшуюся по венам тревогу.

Малик снова сел на свое обычное место, откинулся на спинку потертого кресла и вытянул длинные ноги перед собой. Он успокаивающе похлопал ее по руке, а Дакс устроился в ногах хозяина перед камином. Пес фыркал, словно ему очень не понравилось то, что его отвлекли от сна.

– Спасибо, друзья, – тихо произнесла Тея.

Некоторое время они сидели в умиротворительной тишине. Малик и Дакс позволили Тее расслабиться, но были готовы поддержать ее, если понадобится.

Неожиданно в библиотеку вошел Хоторн, отчего Дакс навострил уши, а Тея вскочила на ноги. На нем уже не было брони, но на коже все еще оставались следы крови.

– Ты, – сказал он, шагнув вперед. – Что ты здесь делаешь?

Он перевел взгляд с ее неопрятного наряда на Малика и Дакса, которые не двигались с места.

– Читаю, – не сразу ответила Тея, потянувшись за ближайшей книгой.

Взгляд Хоторна задержался на бывшем Боевом Мече.

– Уйди, – приказал он Тее.

– Я...

– Это не просьба, алхимик.

Тея заметила под его ключицей все еще кровоточащую рану.

– Ты ранен.

– Ерунда.

– Я могу помочь.

– Мне не нужна твоя помощь.

Это стало для нее последней каплей. Тея бросилась прямо на него. Сейчас ее гнев был настолько силен, что Тею не смущало, что перед ней возвышался мужчина с внушительным боевым опытом.

– Мне плевать, – отрезала она. – Сядь и заткнись. И дай мне обработать рану, пока не стало хуже.

Она не осознавала, что держит руки на бедрах. В жилах бурлила ярость, и она не стала скрывать ее в своем взгляде, устремленном на Хоторна.

Опешив, он шагнул назад.

– Живо, – практически прорычала она.

К ее удивлению, Боевой Меч сделал, что она велела – уселся в освободившееся кресло.

– Рубашка, – приказала она.

Тея подняла сумку Рен и принялась рыться в оставшихся припасах.

Раздался громкий треск, и Тея, подняв взгляд, увидела, как Хоторн разрывает ткань.

– Обязательно было это делать?

Девушка достала из сумки последние чистые бинты.

– Она уже и так была порвана.

Вздохнув, Тея подошла к нему.

Даже сидя перед ней, он был невероятно большой. Ее позабавил вид могучего воина, втиснувшегося в зеленое бархатное кресло. Она не стала озвучивать эту мысль и принялась изучать рану.

Та оказалась глубокой и рваной, кожа вокруг нее была горячей и раздраженной. Тея не сдержалась и нервно щелкнула языком.

– Тебе стоило позволить мне ее обработать.

– Ты и так много сделала.

– Это не тебе решать, – ответила она и промыла рану остатками пасты Рен.

Хоторн зашипел от боли.

– Да, боюсь, мои прикосновения не такие нежные, как у настоящих целителей, – продолжая свое дело, заметила она. – Когти монстра смогли повредить твою броню?

Боевой Меч утвердительно хмыкнул:

– Мой нагрудник – кусок дерьма.

– Разве он не должен быть непробиваемым? Дельмира ведь дарует вам особую броню.

– Так было с каждым Боевым Мечом до меня. – Поморщившись, он добавил: – Когда я прошел Великий Обряд, Дельмира уже пала, ее запасы были исчерпаны. Мне досталась плохая копия из Харента.

Тея охнула.

Хоторн многозначительно посмотрел на Малика.

– Если бы он не был таким гигантом, я бы мог позаимствовать его броню.

Казалось, Малика развеселил этот укол.

– А что насчет твоего пузырька от Авеума? Он ведь обладает целебными свойствами? Вода смогла бы вылечить... – отважилась спросить Тея.

– Я берегу ее.

– Для чего?

– Для чего-то похуже царапины, алхимик.

– Боги, какой же ты упрямый. – Тея вытерла руки о свою грязную рубашку и убрала банку в сумку. – Это должно сдержать инфекцию, пока ты не дойдешь до лазарета.

– Лазарет переполнен. Мне не нужна...

– Нет, нужна.

Тея не понимала, откуда в ее голосе столько властности, но ей нравилось. Особенно ей нравилось, когда Хоторн с ней не спорил.

Она не спеша наложила на рану марлевый лоскут и принялась перевязывать Хоторна. Все это время она чувствовала, как Малик смотрит на них...

– Значит, ты последовала моему совету... – осторожно начал он.

– Какому?

– Научиться залечивать раны.

– Возможно, тебе и самому это не мешало.

– Я и так хорошо это делаю.

– Глядя на эту рану, я сомневаюсь... – Тея усмехнулась. – Да. Я попросила Фариссу научить нас. Меня и остальных алхимиков. Подумала, что это очень даже неплохой совет. Кроме того, – добавила она и сделала шаг назад, разглядывая результат своих трудов и при этом стараясь игнорировать рельефные изгибы его торса. – Теперь мы квиты.

Хоторн окинул ее пристальным взглядом, прикусив нижнюю губу.

– Полагаю, да.

Внезапно смутившись, Тея принялась упаковывать теперь уже скудные запасы Рен. Она без необходимости долго крутила пробку одного из флаконов, чтобы отвлечься от повисшего между ними тяжелого молчания.

Хоторн первым нарушил тишину. Он кашлянул и произнес:

– Теперь можешь уходить.

Тея удивленно подняла брови:

– Не похоже на благодарность.

– Ты сама сказала – мы квиты, – пожав плечами, ответил Боевой Меч.

– Рада, что ты снова ведешь себя как обычно.

Она перевела взгляд на Малика, который казался встревоженным.

Хоторн заметил ее волнение:

– Я составлю ему компанию. Мне нравится, что он молчит.

Тея могла поклясться – в глазах Малика плясали смешинки.

Боевой Меч указал на дверь.

– Давай, убирайся. Теперь мне нужен покой от твоего общества.

– Ублюдок, – пробормотала она и пошла к выходу.

Боги, как же она устала от смены его настроения. Вдруг, поддавшись какому-то странному порыву, Тея остановилась в дверях и оглянулась через плечо.

Откинув голову на спинку кресла, Боевой Меч тяжело вздохнул, а затем одарил ухмылявшегося Малика долгим взглядом.

– Ой, заткнись, – буркнул он и почесал Дакса за ухом.

Тея нахмурилась и на цыпочках вышла за дверь, налетев в коридоре на Одру.

Библиотекарь взглянула на ее грязную одежду и произнесла:

– Не надо пачкать мои книги кровью.

Тея заверила Одру, что ничего такого не делала, и, послав к черту всякую осторожность, направилась в купальню мастеров. Но она понимала: сколько бы времени она ни провела в ванне, ей не удастся отмыться от ощущения грязи на своей коже и избавиться от зияющей пустоты внутри.

Глава 30

Тезмарр погрузился в траур по погибшим на поле битвы. На вершине утеса, где еще недавно проходил тренировочный бой, горели шесть погребальных костров в честь павших воинов.

Все стояли молча, и Тея заметила измученные взгляды тех, кто в тот день сражался в руинах. Всю ночь щитоносцы бормотали во сне, и она прекрасно понимала, что они видели. Жнецы преследовали их во снах, заполоняя их разумы своей тенью в момент, когда щитоносцы наиболее беззащитны. Тея видела их и в своих снах, она видела и провидицу, и камень судьбы, словно их судьбы связаны.

И вот сейчас, когда языки пламени касались неба, пошел первый снег.

Тея подняла голову и устремила взгляд на облака. От целовавших кожу снежинок она закрыла глаза, и мысли ее были с павшим в руинах щитоносцем. Поначалу она презирала Лачина, считала его одним из безмозглых прислужников Себа, вечно сновавших за ним. Но шли недели, и он изменился. Лачин... Он стал союзником. И если бы силы тьмы не забрали его из Срединных Королевств так рано, он мог бы стать ее другом.

На душе у нее не становилось лучше.

Ее группа потеряла одного из своих воинов. Хорошего воина.

От холода ее лицо щипало, из носа текло. Она продолжала стоять плечом к плечу с Кэлом и Киппом, молча прощаясь с Лачином. Когда костры догорели, они вернулись в крепость. Там в Главном зале на каменных мечах Мастер Гильдии вырезал имя Лачина вместе с именами остальных, увековечивая их жертву Срединным Королевствам.

В последующие дни в Тезмарре и его Гильдии произошли перемены. Ощущение нависавшей опасности побуждало всех к тренировкам и спаррингам. Они видели, на что способны враги одним лишь взмахом своих когтей. Также никто не забывал о том, что один из регульдских жнецов сбежал.

Помня о том, что до испытания на посвящение оставалась всего пара недель, и до сих пор ощущая прогорклый запах жженых волос, Тея не жалела сил как никогда. Несмотря на зимние бури, которые постоянно обрушивались на Тезмарр, она просыпалась раньше всех и принималась за дело – сама тренировалась с оружием, выполняла упражнения на выносливость. Спать она ложилась намного позже своих товарищей, так как решила, что должна подготовиться ко всему, что ждет впереди, не только физически, но и подковать знания.

Одно дело – услышать предостережение Хоторна об угрозе, а совсем другое – увидеть ползущие тени своими глазами. Все были на взводе, все ожидали.

– Мы не в последний раз видим эти черные сердца и темные проклятия, – шепнул Кэл, когда однажды днем они шли через Кровавые леса в крепость. – Тьма годами сгущалась над Срединными Королевствами... И с каждым днем становится все хуже.

– Однако никто ничего не говорит. Даже нам, – ответил Кипп. – Плохой знак, согласитесь.

Тея не могла избавиться от чувства, словно ее каким-то образом отметили. Она все еще вздрагивала при воспоминании о том, как ей на лицо брызнула теплая кровь. Она множество раз терла кожу до красноты, но невидимое пятно все равно оставалось.

Но Тея взяла себя в руки.

– Не знаю, что с этим делать. Единственное, что я знаю, – в тот день в Дельмире Боевые Мечи победили. И они всегда будут побеждать.

– Ты видела ногу Вернича. Даже Боевые Мечи уязвимы.

На горизонте показалась крепость, и между друзьями повисло молчание.

Как только они прошли через сторожку у ворот, Тея поняла: что-то не так. Во дворе ухаживали за великолепными чистокровными лошадьми, а у входа стояло полдюжины стражников, на одеждах которых был герб Харента.

– Что происходит? – прошептал Кэл позади нее.

Тею охватила тревога:

– Здесь король Артос.

– Не может быть, – произнес Кипп. – Никто из членов королевских семей никогда не приезжает в Тезмарр.

Тея уже поднималась по каменным ступеням:

– Видимо, теперь приезжают.

В крепости оказалось еще несколько стражников, но ни короля, ни Мастера Гильдии нигде не было. Тея заметила Эсиллта, направлявшегося в Главный зал, и быстро нагнала его.

– Что происходит, сэр? – спросила она, поравнявшись с ним.

Ей почему-то показалось, что Мастер Оружия состарился. Он похудел, новые морщины на его лице делали его еще более суровым. Однако, как ни странно, его выражение смягчилось, когда он увидел Тею. Возможно, дело в том, что она обработала его рану на поле боя.

– Вечером будет пир, – сказал он, взглянув на вставших за ней Кэла и Киппа.

– По какому поводу?

Ей показалось, что, перед тем как ответить, Эсиллт на мгновение растерялся.

– Король Артос пожелал отпраздновать победу в Дельмире.

Все трое друзей замерли.

«Отпраздновать?» – подумала Тея. Хоть они и победили большинство жнецов, один из них сбежал, а воины вернулись в Тезмарр, жгли погребальные костры. Как можно праздновать, когда они переживали такую потерю?

Должно быть, ее мысли явно читались на ее лице. Мастер Оружия вздохнул.

– Король также желает почтить память погибших и их жертву во имя Срединных Королевств, – сухо добавил он. – Его величество великодушно привез все необходимое для пира, а также прислугу, которая обо всем позаботится.

– Так много людей... – пробормотал Кэл.

Эсиллт кивнул:

– Король Артос намерен вознаградить всех тезмаррцев. Поэтому возвращайтесь к себе и приведите себя в порядок. Все должны выглядеть прилично и одеться в лучшие одежды, чтобы приветствовать наших королевских гостей.

Троица повиновалась и поспешила к себе.

Крепость кипела жизнью, и тех, кого не было в Дельмире, переполняло праздничное предвкушение. В Тезмарре никогда прежде не устраивали королевских пиров, поэтому обсуждали то, что король Артос привез с собой дворцовых поваров. Тея считала это неправильным. Погребальные костры едва успели потухнуть. Где-то на свободе передвигался жнец, и каждый день Тея ощущала, как фантомная струйка свежей крови стекает по ее лицу.

Но ничего не поделать. Тея быстро переоделась в свежую рубашку, гадая, наденет ли Рен и подруги свои лучшие платья. Сам и Ида всегда мечтали попасть на бал, и Тея подумала, что предстоящее мероприятие – самое официальное в их жизни.

Спеша в Главный зал, Тея оторвалась от Кэла и Киппа. В коридорах ее со всех сторон окружили люди, все они мечтали занять хорошее место, с которого могли бы лучше рассмотреть короля. Или, что еще лучше, прекрасную юную принцессу.

Тею усадили на скамью со щитоносцами, чьи лица она узнавала, но не знала имен. Она вытянула шею, высматривая Кэла и Киппа. За столами сидело больше людей, чем обычно, поэтому среди персонала крепости и воинов разглядеть их она не смогла. Она перевела внимание на главный стол – Мастер Гильдии уступил королю свое место.

Король Харента Артос восседал в кресле с высокой спинкой, на голове его сверкала позолоченная корона. Справа от него сидела его дочь, слева – Осирис. Боевые Мечи заняли свои обычные места. Одру, Эсиллта и остальных пересадили за другой стол.

У Теи перехватило дыхание, когда на мгновение их с Хоторном взгляды пересеклись. На его лице застыла все та же маска несокрушимой жестокости. Однако по тому, как играли его желваки, Тея понимала – что-то не так.

Она перевела взгляд.

Тея даже на расстоянии ощущала магию короля. На мгновение она задумалась, что он чувствует от них всех. Он не телепат, а эмпат, но каково это? Он просто считывал эмоции людей или был способен на что-то большее? Мог ли он воздействовать своей силой? Манипулировать? Кипп однажды сказал, что Артос – самый могущественный эмпат в семье Фэйрмур за последние столетия...

Дворцовые слуги вошли в зал с серебряными подносами, уставленными едой, и от аромата жареного мяса у Теи потекли слюнки. В центре стола расставили огромные блюда с печеным картофелем, медовой морковью и зеленью в масле, свежеиспеченным хлебом, а также кувшины с густой подливкой и графины с вкуснейшим вином. Такой роскоши в Тезмарре прежде не видели.

Когда, казалось, все до одного жителя крепости уселись, король Артос поднял руку, безмолвно призывая к тишине.

Все замолчали, и король, держа кубок в руке, поднялся.

– Приветствую вас, жители Тезмарра, – начал он, его голос разносился до дальних углов зала. – В первую очередь хочу благодарить вас за то, что приняли меня и мою семью в вашей чудной крепости. После событий, произошедших в руинах Дельмиры на прошлой неделе, мы с остальными правителями Срединных Королевств сочли необходимым должным образом выразить вам свою благодарность и подчеркнуть наше единство. Я представляю не только свое королевство Харент, но и Твер и Авеум. Сегодняшний праздник призван почтить ваш великий труд – все, что вы делаете здесь и в других землях, защищая наш народ.

На пару мгновений король замолчал, чтобы жители вняли его словам.

– На прошлой неделе на Срединные Королевства жестоко напали, поставили под угрозу саму основу мира, за который мы так усердно боролись. Но наши воины Тезмарра, наши Боевые Мечи освободили наши земли от тьмы. Сегодня мы празднуем это освобождение.

Тея заерзала на месте, ощущая, как к горлу подступает ком. Несколько человек, сидевших рядом, тоже заерзали. Она снова оглядела столы в попытке найти друзей. Ей хотелось, чтобы они сейчас были рядом и она могла обменяться с ними понимающими взглядами. Тея не могла найти и Рен – ее бронзового пучка на макушке нигде не было видно. Зал был слишком переполнен.

– Конечно же, мы хотим почтить память тех, кто отдал свои жизни, – серьезным голосом произнес король.

Он перечислил все шесть имен. Тея сжала кубок в своей руке и невольно перевела взгляд на гигантские каменные мечи, на которых всего несколько дней назад вырезали имя их товарища. Чьи еще имена увидит она на этом камне, прежде чем встретит собственный конец?

Король Артос поднял свой кубок и провозгласил:

– За павших!

– За павших! – эхом прокатилось по залу, все подняли свои кубки или кружки и отпили из них.

Однако король еще не закончил.

– События в Дельмире и потеря стольких подававших надежды воинов вынуждают нас действовать.

От этих слов по коже Теи побежали мурашки. Она заметила, что ее товарищей охватило беспокойство. Снова взглянула на Хоторна, но он смотрел не на нее. Его глаза были прикованы к королю.

Артос обратился к Осирису:

– Мастер Гильдии, поделюсь новостью?

Осирис застыл на месте, и у Теи сложилось впечатление, что в первоначальный план не входили никакие новости. Но у Мастера Гильдии выбора не было, поэтому он сцепил пальцы на столе и кивнул.

Спустя пару мгновений король Артос объявил:

– Я задержусь в Тезмарре на неделю. В связи с надвигающейся угрозой от существ из-за Завесы и с наступлением темных времен Мастер Гильдии и правители Срединных Королевств сошлись во мнении, что в наших рядах не хватает воинов... Поэтому мы решили, что предстоящее щитоносцам испытание на посвящение необходимо перенести.

Все вокруг Теи резко вздохнули. Она же не была уверена, что помнит, как дышать.

«Перенести? – Тея снова заерзала. – Во имя всех королевств, где Кэл и Кипп?»

– Оно состоится через два дня.

Зал охватил хаос.

Глава 31

Два дня.

Всего два дня до испытания, которое покажет, достойна ли она и ее друзья звания воинов Тезмарра.

Тея воспользовалась поднявшейся суматохой и выскользнула из-за стола. Стоя на границе хаоса, она оглядывала бесчисленное количество щитоносцев и работников крепости в поисках Кэла и Киппа. Они должны были услышать эту новость вместе, и должны быть вместе сейчас, чтобы все обдумать и выработать план действий. У Киппа, без сомнений, есть стратегия. Они должны подготовиться. Они справятся со всем вместе.

«Где же парни?»

Тут ее осенило: они наверняка подумали о том же и сбежали, чтобы найти ее. Тею накрыло облегчение, и она выскользнула из зала, радуясь возможности покинуть хаос. Она направилась к спальням, представляя, что Кипп и Кэл ждут ее, чтобы все обсудить.

Они вместе прошли самые жесткие в Срединных Королевствах тренировки, противостояли беспощадности Вернича Кровопускателя и держали оборону из щитов против регульдского жнеца – мастера, короля тенетворцев. После всего этого испытание покажется им легким.

Тея ворвалась в спальню, готовая произнести пламенную речь, полная решимости...

В комнате никого не оказалось.

Ни следа Кэла и Киппа.

Потирая затылок, Тея прошлась по комнате. Неужели она ошиблась? Она зашла в остальные комнаты – тоже пусто. Может, она забыла зайти куда-то еще? Может, они в оружейной? Тея не подумала о ней сразу, потому что в разгар зимы в оружейной холодно. Но если парней не было здесь... Она схватила теплый плащ и направилась к дверям, чувствуя, как внутри затягивается узел напряжения.

Тея списала это чувство на переживания перед испытанием и поторопилась. Она быстро шла по коридору, и с каждым шагом напряжение только усиливалось. Вдруг она услышала голоса за следующим поворотом и остановилась.

– ...Видимо, это какой-то идиотский розыгрыш... – послышался тихий голос Торджа. – Но учитывая то, что происходит в последнее время... Мы должны их вернуть. Мы несем за них ответственность.

– Мы никогда не просили о такой ответственности, – резко ответил Хоторн.

Тея прижалась к холодной каменной стене и прокралась вперед, чувствуя, с каким сумасшедшим ритмом бьется ее сердце.

– Это наша обязанность, – грубо заявил Тордж. – Мы защитники Срединных Королевств, всех и каждого, в том числе Тезмарра. Мы не можем просто так это оставить...

– Отправьте на их поиски виновников.

– Они отрицают причастность.

У Теи появилась догадка, и по ее коже побежали мерзкие мурашки, пульс застучал в висках. На ум приходило только одно имя.

– Конечно, отрицают. Передай их Верничу. Он выбьет из них признание.

– Уайлдер, мы с тобой так не работаем. И у Вернича есть любимчики.

– Ты абсолютно ничего не знаешь о том, как я работаю, Тордж. Именно по этой причине. Никому нельзя доверять. Ни на кого нельзя полагаться.

Следующие слова Тордж произнес настолько тихо, что Тее пришлось подобраться к углу еще ближе, чтобы расслышать их.

Она бы хотела не слышать.

– Это Кэллахан Уитлок и Кристофер Сноуден...

Колени Теи подогнулись, и она прижала руку к груди, которую резко сдавило.

Последовало тяжелое молчание. Тея впилась кончиками пальцев в стену, отчаянно пытаясь ухватиться за что угодно, лишь бы не упасть.

Наконец Хоторн заговорил:

– Откуда ты знаешь?

– Кто-то доложил. Один из младших щитоносцев нарушил кодекс. Он сказал, что конфликт вышел за рамки обычных издевательств.

– И он не смог сказать, куда они их увели?

– Нет. Остальные почувствовали его колебания. Его вырубили. Я нашел его в конюшне только что.

Хоторн грубо выругался.

– Дело плохо, – произнес Тордж. – Я не имею ни малейшего представления, с чего начать.

Тея взяла себя в руки и вышла из-за угла, встречаясь лицом к лицу с Боевыми Мечами.

– Я знаю.

Хоторн снова выругался и, схватившись за переносицу, отошел от них на пару шагов. Однако Тордж повернулся к ней.

– Ты имеешь к этому какое-то отношение?

– Вы думаете, я бы причинила Кэлу или Киппу вред? – гневно выпалила она, прежде чем осознала, с кем говорит.

Но Тордж лишь покачал головой:

– Нет, нет, я не... Но ты знаешь, где они?

Все время, что она подслушивала разговор, перед ее глазами мелькало лицо Себа Барлоу. Он был главным нарушителем всех правил, и, очевидно, его никто не трогал из-за отношений его дяди с Мастером Гильдии. После возвращения в крепость Тея его почти не видела, и она решила, что между ними негласное перемирие. В конце концов, она спасла его жизнь от жнеца, и наивная часть ее души полагала, что он поубавил свою спесь. Но ей стоило понимать, что он никогда не изменится. Себ воспринимал ее действия как унижение, сомнение в его воинских способностях... И выжидал подходящего момента.

Слова Себа эхом отдавались в ее голове:

«Я обнаружил в Черных горах несколько пещер. Каждую зиму их затапливает во время бурь. Говорят, молния в одно место дважды не бьет, но... По этому же месту молния бьет каждый год... Там лежат десятки скелетов... Согласно легенде, именно туда воины Тезмарра привозили распутниц, которые больше не были им нужны».

И это было именно то место, куда бы он отвел пленников. Место, которое он считал позорным. Место смерти женщин низкого положения и распутниц – но не мужчин. По какой-то причине Себ не смог добраться до нее, поэтому придумал что-то получше.

«Ублюдок. Нужно было позволить жнецу разобраться с ним, позволить убить его», – мысленно ругалась Тея. Если ее друзья пострадали, его ждет такая же участь.

– Алтея? – Тордж вырвал ее из мыслей.

– Это только предположение, – призналась она. – Я думаю, Себ оставил их в пещерах в Черных горах. В тех, что затапливает каждую...

– Зимнюю бурю, – закончил за нее Хоторн уже на ходу.

Тордж тут же оказался рядом с ним.

Тея бросилась за ними.

– Боги, – сокрушался Тордж, когда они бежали к конюшням. – Это ведь я подал им эту гребаную идею... К пещерам ведут две тропы. Они могли пойти по любой.

Хоторн кивнул:

– Разделимся. Я пойду по северной, ты – по южной. Встретимся у пещер.

– Я сообщу Мастеру Гильдии...

– Некогда, – отрезал Хоторн. – Тем более здесь король. Нам не нужно, чтобы он знал.

Кровь в жилах Теи стыла, пока она бежала за воинами. Когда она впервые встретила Киппа, то подумала, что он ее погубит. Но если она не доберется до пещер – это она его погубит. Было трудно бежать, когда внезапно весь ее мир был на грани краха, перед ее глазами мелькали все ее с Себом стычки. Это была ее вина. Из-за нее ее друзья могли умереть. И она этого не допустит.

Вслед за Боевыми Мечами она вбежала в конюшню, как вдруг ее оторвали от земли и впечатали в стену.

– Во имя всех богов, что ты, черт возьми, делаешь? – прорычал Хоторн, сжимая в кулаке ее рубашку.

Тея дернулась и, высвободившись из хватки Хоторна, оттолкнула его назад.

На его лице мелькнуло удивление.

– Я поеду с вами, – яростно заявила она.

– Ни за что, алхимик.

Тея была сыта по горло разговорами, тем, что мужчины недооценивают ее и вечно говорят, что ей делать. Она выпрямилась и шагнула к Боевому Мечу, испепеляя его своим взглядом.

– Попробуй меня остановить.

– Хоторн? – Тордж выглянул из одного из стойл и, заметив ее, удивленно поднял брови.

– Алтея, что ты здесь делаешь?

– Собираюсь спасти друзей.

Серебристые глаза Хоторна наполнились гневом.

– Я не позволю какому-то безрассудному щитоносцу поехать со мной в Черные, черт возьми, горы...

Тея повернулась к нему лицом, в ней самой клокотал гнев.

– Ты сам сказал мне найти в этой крепости друзей, собрать команду, – прорычала она. – И я это сделала. Кэл и Кипп – мои друзья. Им я доверяю больше, чему кому-либо в этом забытом богами месте. И я собираюсь найти их, и мне все равно – с тобой или без тебя.

– Алхимик... – низким предостерегающим голосом начал Хоторн.

– Мое имя – Тея, – сердито перебила она. – Похоже, тебе не хватает сил его произнести. Ответь мне: неужели тебе никогда не хотелось кого-нибудь защитить? Ты хочешь мне в этом отказать?

Забыв о лошади, Тордж наблюдал за происходящим.

– Кажется, Уайлдер пытается кого-то защитить прямо сейчас... – задумчиво пролепетал он.

Тея не обратила внимания на Грозу Медведей, продолжая смотреть на Боевого Меча, чей путь, казалось, переплетен с ее собственным.

Его лицо на мгновение помрачнело, желваки дрогнули.

Боевой Меч преодолел последние сантиметры между ними, и Тея задержала дыхание.

Он наклонялся к ней все ближе и ближе...

Раздался скрежет стали.

С полки позади девушки Хоторн снял меч, а затем вложил его в ее руки.

– Ты никому не расскажешь, – тихо сказал он.

– Никому, – согласилась она, обхватывая пальцами рукоять.

Садясь на коня, Тордж громко откашлялся:

– Отлично. Раз мы всё решили...

Тея и Хоторн отпрянули друг от друга.

Златовласый воин закреплял свой боевой молот на спине и настороженно смотрел на них.

– Встретимся у пещер, – произнес он и, оставляя их наедине, направил жеребца к воротам.

Боевой Меч и щитоносец оседлали лошадей, закрепили оружие и молча поскакали в ночи.

Даже в слабом лунном свете Тея почти сразу же узнала дорогу. Она часто взбиралась по ней на скалы, пока Хоторн не поймал ее с кинжалом и все не изменилось. Она вела к тому месту, откуда Тея наблюдала за возвращением Хоторна в Тезмарр и воображала, как о ней самой слагают легенды.

Верхом они быстро преодолели лесную часть тропы. Волосы на ее затылке стали дыбом. Дальше начинался уклон более каменистый. В горах и на утесах завывали зимние ветры, пронизывая Тею сквозь каждый слой одежды. Небеса разверзлись, и на землю обрушился сильный ледяной дождь. Тея стиснула зубы и тихо выругалась.

– Если мы их не найдем, они умрут, – вырвалось у нее.

– Мы найдем их, – последовал ответ Хоторна. – Мы их вернем.

Боевой Меч и щитоносец продолжали подниматься в горы, они миновали утес, где Хоторн впервые ее обнаружил. Луну закрыли густые черные тучи, не было видно ни звезды. Тея слышала рев волн и не могла унять охватившую тело дрожь при мысли о том, насколько сильно могли подняться волны. Крепко сжимая поводья в одной руке, второй Тея рылась в тканях плаща в поиске камня судьбы. Кусочек нефрита, размером меньше головки чайной ложки, был одновременно и проклятием и утешением.

Лошади везли их выше. На вершинах гор ветер был настолько резким, что, казалось, может поцарапать, как осколок стекла. Один неверный шаг мог закончиться смертью. Тея сжала камень крепче. Это не ее судьба. Не сегодня.

Шум волн становился все громче. Вспомнив, что видела, как они касались облаков, Тея представила, как их воды долетают до склона горы и затапливают пещеру, в которой брошены ее друзья. Тея вздрогнула и ускорила шаг лошади, насколько опасная местность позволяла.

Ливень хлынул стеной с новой мощнейшей силой. Небо озарилось – зазубренная молния устремилась в черные волнующиеся воды, которые поднимались у подножия утесов и обрушивались на горный склон.

Морские брызги прилетели Тее в лицо, и она почувствовала на губах вкус соли. Паника сжала ее сердце крепкой хваткой. Насколько вода уже затопила пещеру? Как долго Кипп и Кэл страдают?

– Туда! – перекричал Хоторн вой ветра.

Прищурившись, Тея сквозь дождь и тьму едва смогла разглядеть узкую расщелину на склоне скалы.

– Нам придется оставить лошадей, – крикнул он, спрыгивая с жеребца.

– Они убегут!

– Сюда!

Воин обхватил талию девушки и помог спуститься с лошади, вокруг них сверкали новые молнии, за которыми следовали оглушительные раскаты грома. Как только ее ноги коснулись мокрой каменистой тропинки, он схватил ее поводья.

Хоторн слабо привязал лошадей к свисавшей ветке.

– Если они испугаются, то лучше пусть убегут, чем поранятся.

Звери были напуганы, но, почувствовав прикосновение Хоторна, словно поняли, что оставаться здесь – безопаснее всего.

Тея уже направлялась к пещере. Вода лилась с обеих сторон, поток уносился в темноту.

– Кэл! Кипп! – закричала она.

Ответом ей была тишина.

Через мгновение рядом с ней оказался Хоторн, который чиркал кремнем по факелу. Молча она выхватила факел из его рук и бросилась к входу...

Он резко схватил ее за руку. По его лицу стекала вода.

– Ты с ума сошла? – закричал он. – Ты настолько жаждешь рискнуть жизнью?

Он оттолкнул ее в сторону и, забрав факел, вошел в пещеру первым.

Тея выругалась и, не отставая, последовала за ним. Она резко выдохнула, когда они, спустившись в пещеру, оказались по бедра в ледяной воде.

Даже из глубины пещеры был слышен устрашающий шум грозы, гром эхом отражался от мокрых стен.

– Кэл? Кипп? – вновь позвала она хриплым голосом.

Мимо них проплывала всякая грязь, но Тея устремила сосредоточенный взгляд вперед, высматривая в своеобразном гроте друзей. Факел Хоторна освещал свисавшие сверху сталактиты, похожие на кинжалы, и следы на стенах, которые напоминали следы когтей.

Они повернули в сторону, вода поднималась с пугающей скоростью. Теперь она достигала Тее до пояса...

Она сдавленно вздохнула.

Впереди они увидели два подвешенных за запястья безвольных тела. Их головы свесились на грудь.

Тея услышала крик, эхом разнесшийся по пещере. Не заметив, что этот крик сорвался с ее уст, она бросилась к друзьям по бурлившей воде.

Вода доходила им до плеч, но их волосы были полностью сырыми. Значит, волны уже какое-то время били по ним.

– Нет, пожалуйста, нет, – бормотала она, подплывая к ним.

Свет факела остался где-то позади, по волнам сбоку она поняла, что Хоторн плывет с ней. Не отвлекаясь, Тея упорно продвигалась вперед, отчаянно пытаясь добраться до друзей.

Она плавала не идеально, и вес одежды и меча за спиной тянули ее ко дну, но охвативший ужас, такой не похожий на все, что она до этого испытывала, придавал каждой клеточке ее тела сил. Он подпитывал ее, пока Тея продвигалась вперед по воде.

Всхлипнув, она наконец обхватила ногу Кэла под водой. Хоторн подплыл к Киппу.

– Кэл, – тяжело дыша, пролепетала она. – Кэл, посмотри на меня, прошу!

Его глаза оставались закрытыми.

Тея в отчаянии огляделась. Ни она, ни Хоторн не могли дотянуться до веревок, но ведь должен быть другой выход...

– Смотри! – крикнула она.

На скалистой стене перед ней был выступ, и она поплыла к нему. Ей потребовались все силы, чтобы подтянуться, с ее одежды стекала вода, и Тея чуть было не упала обратно в воду. Она пальцами вцепилась в скалу, пытаясь найти опору. Прижимаясь к неровной поверхности, медленно продвигалась по выступу, сердце больно билось о грудную клетку. Она не сводила глаз с друзей. Как долго они здесь? Сколько страданий они пережили? Тея отбросила эти мысли. Ее единственная задача – вытащить их из этой камеры пыток, помочь друзьям выжить.

Продолжая двигаться вдоль выступа, Тея вытащила меч из ножен. Однако она слишком поздно поняла, что не дотянется до веревок.

– Тебе придется подпрыгнуть! – крикнул Хоторн. – И побыстрее – вода поднимается!

Веревки, к которым они были привязаны, свисали где-то в метре от выступа. Ей предстояло перерезать веревку Киппа, а затем Кэла.

«Одна попытка, – осознала она. – Второй не будет. Если промахнусь, то, пока буду добираться сюда снова, всю пещеру затопит».

Она представила тела утонувших друзей под водой.

– У тебя получится, – послышался сильный и уверенный голос Хоторна.

Тея подавила страх и, сжимая меч, посмотрела на две туго натянутые веревки.

«Одна попытка», – повторила она, отступая на несколько шагов.

Тея разбежалась и прыгнула.

Ноги оторвались от твердой земли, меч рассек воздух. Время остановилось. На мгновение ей показалось, что она не падает, а парит над погибающими друзьями с занесенным мечом...

Внезапно под ней пронесся ветер, меч перерезал веревку, затем вторую, и она полетела в воду.

Перед тем как удариться о поверхность воды, она услышала два отчетливых всплеска.

Тея погрузилась под воду.

Холодная вода поглотила ее, утягивая на глубину. Тея не знала, насколько здесь глубоко, но дна она не коснулась. Все еще сжимая меч, она изо всех сил пыталась всплыть. Кэл и Кипп были наверху. Она должна отвезти их домой, помочь им, вылечить. Легкие горели, но она пробивалась наверх. Наконец с глубоким вздохом вынырнула.

В свете факела она увидела, как Хоторн с невероятной силой вытаскивает ее друзей из воды. Они всё так же не приходили в сознание. Ботинками Тея наткнулась на поднимавшийся склон. Пошатываясь, она направилась к ним, промокшая одежда усложняла каждый ее шаг.

– Алхимик, – раздался приказной тон Хоторна.

Тея резко повернула голову и посмотрела на него.

– Буря усиливается. – Он указал на поднимавшуюся у них под ногами воду, снаружи слышался рев волн. – Пора убираться отсюда, пока мы все не утонули.

Словно подтверждая его слова, пещеру озарила яркая вспышка, а грохот снаружи сотряс стены.

Хоторн перекинул Киппа через плечо и подхватил Кэла, Тея же забросила на себя его безвольную руку, пытаясь подстроиться под его высокий рост.

– Быстрее.

Тея и Хоторн вынесли щитоносцев из глубин заброшенной пещеры. Вода доходила им до колен, она скрывала собой препятствия на земле, о которые они спотыкались.

Все мышцы Теи горели, пока она помогала тащить Киппа через пещеру. С каждым шагом его промокшее бесчувственное тело становилось тяжелее.

– Давай же, Кипп, – прошептала она. – Я держу тебя. Мы вытащим тебя отсюда.

В пещеру хлынула волна, едва не сбив Тею с ног, но Хоторн успел ее удержать. Она приготовилась к новой волне, такой же сильной, как и любой удар. Соленая вода щипала глаза, заливалась в нос и уши.

Откашлявшись, Тея стиснула зубы и сделала шаг вперед. Хоторн перенес на себя больше веса.

– Кипп, мы тебя держим, – прохрипела она.

Наконец показался выход, и Тея взмолилась, чтобы лошади ждали там, где их оставили... Если они убежали, Кэлу и Киппу не выжить.

Хоторн подождал, пока Тея выпрямится. Сейчас, с перекинутым через плечо Кэлом и Киппом, висевшим на другом боку, он был воплощением выносливости.

– Лошади? – вздохнула она, лихорадочно оглядывая погрузившиеся во мрак скалы. – Они...

Вспышка молнии расколола небо на две части и обрушилась на истерзанную бурей землю, на Тею.

Она толкнула Киппа на Хоторна. Тея не успела отскочить в сторону, не успела даже прикрыть глаза от ослепительного света и этой силы. Она инстинктивно вскинула руки, будто это могло ее спасти.

Все стало белым, ослепительно-ярким.

Удар не причинил вреда.

Поток устремился в скалистую землю под ногами, прошел через нее...

Ее тело затрепетало, оно откликалось.

Тея пошатнулась под тяжестью молнии. Она знала это чувство, знала эту силу... Она упала на колени.

Вслед за ударом раздался раскат грома. Он эхом отдавался в каждой клеточке ее тела, и Тея судорожно вздохнула.

Вокруг бушевала буря, хлестал пронизывающий ветер, дождь кропил, словно осколки стекла. Тея содрогнулась, и небо прорезала еще одна полоса ослепительного белого света – кривой разветвленный поток остановил царивший над морями хаос.

А затем шторм развеялся, в небе появился сияющий диск луны и звезды – они осветили теперь уже тихую скалистую гору.

Тея тяжело дышала, в ушах у нее звенело. У своих колен на земле, куда ударила молния, она увидела черный след, который был заметен даже на мокром камне. Вздрогнув, девушка подняла взгляд и встретилась с серебристыми глазами.

Хоторн шагнул к ней с Кэлом, который все еще безвольно висел на его плече, и прижатым к боку Киппом. Он вглядывался в ее лицо так, словно видел ее впервые.

– Ты должна была умереть... – тихо произнес Боевой Меч.

Сердце билось настолько сильно, что Тее казалось, оно выпрыгнет из груди. Она старалась не обращать внимания на странное искрящееся чувство, расползавшееся по венам.

– Я... Я знаю... – ответила она, глядя на прозрачную морскую гладь.

Хоторн же не сводил с нее глаз.

– Что... Кто... Кто ты?

Глава 32

– Их ищете?

На узкой тропинке, верхом на своем жеребце, появился Тордж Элдерброк. За собой он вел лошадей Теи и Хоторна.

Оставив Хоторна наедине с его пристальным взглядом, Тея бросилась вперед.

– Слава богам, – с облегчением выдохнула она.

– Хотелось бы услышать что-то приятное и в свой адрес, – заявил Тордж.

Он спрыгнул с жеребца и направился к Хоторну, чтобы забрать у него ледяного Киппа.

– Нужно отвезти их в укрытие, и побыстрее, – произнес он, глядя на Хоторна, который все еще смотрел вниз с края скал. – Что это с ним?

– Без понятия.

Тея пожала плечами и забралась на лошадь.

– Уайлдер! – приказным тоном позвал Тордж, укутывая Киппа в свой плащ и усаживая его в седло перед собой. – Нам надо помочь им. Здесь они долго не продержатся.

От этих слов по спине Теи пробежал холодок.

Хоторн зашевелился, вскочил на своего жеребца, одной рукой удерживая перед собой Кэла, а второй сжимая поводья.

К ужасу Теи, с моря снова надвигались густые черные тучи, где-то вдалеке прогрохотал гром.

– Ко мне домой, Тордж, – приказал Хоторн. – Мы не успеем добраться до крепости до начала очередной бури.

– Понял.

Лошади рванули с места, и Тея крепко сжала поводья. Они ехали по узкой извилистой горной тропе. Она устремила взгляд на спины Боевых Мечей перед ней и вдруг осознала, что жизни друзей висят на волоске.

«Все будет хорошо, – повторяла она про себя. – Все будет хорошо».

Снова разразилась буря. Тучи опять закрыли собой луну и обрушили на землю потоки дождя. В расщелинах гор завывал ветер, а вдалеке раздавались раскаты грома.

Они огибали очередной участок тропы, и Тея смотрела на бушующее море, на невероятную силу, сосредоточенную в нем. Ту самую, что поразила ее, прошла сквозь нее. Если бы не рокот в ее теле, она бы ни за что в это не поверила. Но сейчас было не время размышлять об этом. Она оторвала взгляд от бушующих волн и снова сосредоточилась на дороге.

Наконец они добрались до домика Хоторна. Воины спрыгнули со своих жеребцов и внесли щитоносцев внутрь. Тея быстро разгрузила лошадей и отвела их к еде и воде, а затем бросилась за Боевыми Мечами.

Домик был освещен светом разожженного камина и нескольких свечей, и Тея могла разглядеть, насколько плохо Кэл и Кипп выглядели. Они лежали на огромной кровати, лица их были мертвенно-белыми, а на запястьях виднелись яркие следы от веревок.

– Разденьте их, – словно со стороны услышала она свой голос. – Нужно согреть их как можно скорее.

Она оставила мужчин, а сама отправилась искать одеяла и греть воду на огне. Дрожащими руками делала все, чтобы помочь друзьям, но мысли ее были далеко.

«Выживут ли они? Если выживут, останутся ли самими собой? Успеют ли восстановиться к испытанию? Знают ли они вообще, что до него осталось два дня?» Все то время, что она сидела в теплом зале и слушала речь короля Артоса, они страдали. И это была ее вина. Ведь Себ искренне ненавидел именно ее. Он сделал это, чтобы причинить ей боль.

По этой причине ее друзья могли погибнуть. Из-за нее. Их жизни все еще под угрозой.

Тея сидела рядом с ними, и ей становилось только хуже. В руинах она спасла Себу жизнь, и вот чем это обернулось. Как она могла думать, что сможет стать щитоносцем, а тем более воином Тезмарра или Боевым Мечом? Неудачница – вот кто она.

– О чем бы ты ни думала, – прорычал Хоторн, – остановись.

Боль в груди не утихала.

– Ты не понимаешь...

– Нет, понимаю. Лучше, чем ты думаешь... Я отправил Торджа за целителем. Они выживут.

– Откуда ты знаешь... – Голос Теи дрогнул.

– Они сильные и упрямые. Совсем как ты. А теперь иди и обсушись у огня. Они не проснутся еще долго.

Тея позволила Боевому Мечу отвести ее из спальни в главную комнату. Пока он не подвел ее к креслу у камина, она не осознавала, насколько плохо себя чувствовала. Он осторожно усадил ее на подушки и протянул кружку, от которой исходил пар.

– Выпей.

Тея даже не стала спрашивать, что в кружке. Проще было просто делать что сказали, поэтому она поднесла ее к губам.

Аромат коснулся ее носа, и она осознала. «Мятный чай... Он запомнил...» Тепло разливалось внутри, и Тея осознала, насколько сильно замерзла. Она промокла насквозь, на ней уже несколько часов была сырая одежда...

На ее плечи опустилось тяжелое одеяло.

– Не вини себя, – мягко произнес Хоторн.

Тея плотнее закуталась в одеяло и уставилась на пламя.

– Не могу. Это сделал Себ... Из-за меня.

– Это его поступок, и он за него ответит.

– Я об этом позабочусь, – прошептала девушка, представляя, как пронзит ублюдка мечами.

– Не сомневаюсь.

Тея подняла голову и удивленно посмотрела на Хоторна.

– Почему ты ко мне так добр? Я думала, ты не хотел...

Хоторн вздохнул:

– Я знаю, что такое вина, и никому не пожелаю ее испытывать. Даже безумному щитоносцу, который ищет смерти.

– Я не ищу смерти.

– Разве? Тогда почему всякий раз, что я тебя вижу, ты нарываешься на неприятности? – Он снова вздохнул. – Отдохни немного.

* * *

Спустя какое-то время Тея проснулась. Она бросилась к Кэлу и Киппу, которые все еще спали. К их лицам вернулся румянец, и когда Тея коснулась их щек, то обнаружила, что они теплые.

Охватившее облегчение едва не захлестнуло ее с головой. Тея отступила назад и оставила парней отдыхать. Она нашла Хоторна на крыльце, он прислонился спиной к стене и всматривался в темноту раннего утра. По крыше домика все еще барабанил дождь.

– Торджа не видно? – спросила она.

Хоторн даже не вздрогнул от ее внезапного появления, он буквально почувствовал, что она здесь.

– Нет, но должен скоро вернуться. Потребуется время, чтобы найти нужных людей, лекарства и подготовить новых лошадей.

Тея кивнула.

– Кэл и Кипп выглядят немного лучше, – тихо произнесла она.

Теперь кивнул Хоторн:

– Мне удалось дать немного бульона каждому.

– Они просыпались? Почему ты не?..

– Потому что тебе тоже нужно было отдохнуть. Мне не хватало еще одного щитоносца при смерти.

Тея внутренне сжалась:

– Они что-нибудь сказали?

– Мы почти не говорили.

– Но... Как думаешь, они смогут полностью выздороветь?

– Не мне судить, – произнес Хоторн и, оторвав взгляд от леса, пристально посмотрел на девушку.

– Что? – резко спросила она, внезапно смутившись.

– Обсудим? – тихо уточнил он, полностью поворачиваясь к ней.

– Обсудим что?

– То, что произошло на скалах.

Тея замерла.

– Твою магию, алхимик.

Не веря своим ушам, Тея уставилась на него. Слово пробудило армию мурашек на ее коже, вернуло ее обратно в ту бурю... В голове, точно рой пчел, разнесся оглушительный гул, отдаваясь в каждой клеточке тела.

– Ты обладаешь магией. – Хоторн скрестил руки на груди. – То была магия.

Магия. Тея спрятала дрожащие руки. Она и сама с трудом понимала, что тогда произошло, и уж точно не собиралась обсуждать это с ним. Если Гильдии станет известно, что она обладает хоть толикой силы, ее положение окажется под угрозой, начнутся вопросы, а там и допросы.

Нет, нельзя допускать подобных мыслей, делиться ими с Хоторном, тем более перед самым посвящением.

– Ты серьезно? – Тея усмехнулась. – То были Фурии, и тогда на горе они хотели надрать наши жалкие задницы, и лишь благодаря невероятнейшей удаче им это не удалось.

– Я знаю, что видел, – тихо сказал он.

– Да ты бредишь. Наверное, волны ударили тебя по голове слишком сильно или молния на мгновение ослепила. Там не было ничего такого.

Выпалив эти слова, Тея потянулась к камню судьбы и, как всегда, провела большим пальцем по гравировке. Магия то была или нет – она снова избежала смерти. И не из-за того, что обладала тайными способностями, а потому, что еще не время.

Но Хоторну это знать необязательно.

– Откуда ты, алхимик? – спросил он, удивляя ее сменой темы.

– Из Тезмарра.

Он раздраженно вздохнул:

– Ты не из Тезмарра.

Хоторн все еще стоял, прислонившись к стене и скрестив руки на широкой груди. Он буравил ее таким взглядом, что от напряжения она поджала пальцы ног в промокших ботинках.

Тея вновь ощутила рокотание по своим венам, и он напрягся, словно тоже почувствовав.

– Я знаю, что видел. Знаю, что чувствовал.

– Ты это уже говорил, – она усмехнулась. – Ты серьезно думаешь...

Сощурив глаза, Хоторн оттолкнулся от стены и в один шаг сократил расстояние между ними.

– Хочешь знать, что я думаю? Я думаю... – он глубоко, размеренно вздохнул.

– Что же? – дразнила она, чувствуя, что и сама теряет терпение. – Мне жизненно необходимо знать, какие мудрые мысли кишат в твоей голове. Ну же, расскажи мне.

– Я думаю, что никогда не встречал человека, который бы настолько сильно выводил меня из себя... Человека, из-за которого кровь вскипает так, что хочется одновременно тебя убить и поцеловать.

Тея осознала, насколько близко он стоял, отчего сердце ее замерло, а кожа покрылась мурашками.

– Не сомневаюсь, что ты опять все испортишь, – издевалась она, вспомнив, как после близости он оставлял ее сгорать от желания в одиночестве. – Но давай. Вперед.

Его взгляд потемнел.

– Убить или поцеловать?

Вопреки всякой логике, она приблизилась к нему. Она хотела этого, хотела его, пусть и понимала, что нельзя. Даже если это станет ошибкой. Даже если это поставит под угрозу все, к чему она так стремилась. Даже если это был сам Уайлдер Хоторн и он отверг ее уже дважды.

Тея вздернула подбородок:

– Выбирай, Боевой Меч.

В следующий момент его руки обхватили талию Теи, притянули к себе, и он накрыл ее губы своими. Поцелуй был грубым, таким не похожим на тот, в его доме. Казалось, в этом поцелуе они боролись не друг с другом, а каждый с самим собой. Под его напором она приоткрыла губы, и его жесткая щетина коснулась ее подбородка. На языке Тея ощутила его мятный вкус, а аромат розового дерева и кожи опьянял ее, поглотил все чувства, ноги ее стали ватными.

Она яростно отвечала на его поцелуй, растворяясь в его вкусе и близости, буря в ее груди молила о выходе наружу.

Крепко сжав ее талию, Хоторн развернул ее. Он почти приподнял Тею и прижал к стене, впечатываясь в ее тело своим и окутывая теплом.

Хоторн углубил поцелуй, делая его еще более обжигающим, сокрушительным, требовательным...

Тея выгнула спину и простонала ему в губы, целуя его в ответ так же неистово; она чувствовала, как бешено бьется его сердце. Она провела руками по его мощному торсу, наслаждаясь ощущением его силы и могущества. Затем переместила руки на его грудь – как же давно она мечтала об этом! Его рубашка была все еще влажной от дождя, сквозь мягкую ткань выпирали твердые соски.

Пальцами Хоторн грубо вцепился в ее волосы и завладел ее ртом. Он прикусил ее нижнюю губу, лишая ее кислорода, а затем отстранился и взглянул на нее.

Увидев в его взгляде пожар, Тея схватилась за пуговицы его брюк.

– Что ты со мной делаешь, Тея? – прошептал Хоторн и коснулся своими мягкими губами ее шеи.

Тело девушки пульсировало желанием, ее захлестнула жадная страсть. Она провела коленкой между его ног.

И Хоторн издал горловой звук, который стал для нее началом конца.

Его пальцы прошлись по ее затылку, ключице, по нежной коже яремной впадины, где покоился ее камень судьбы. И она снова поцеловала его, сплетая их языки.

«Еще, – хотелось ее выкрикнуть. – Еще».

И он продолжал. С каждым легким прикосновением ее накрывало новой волной наслаждения, все тело изнывало от жажды. Можно ли умереть от желания?

Он поцеловал бешено пульсирующую венку на ее шее, а его руки нащупали подол ее рубашки и скользнули под него. Его мозолистые пальцы коснулись ее обнаженной кожи, обвели ребра и изгибы груди. Затем они опустились между ее ног, гладя сквозь ткань.

Тея ахнула.

– Вот чего ты хочешь? – спросил Уайлдер, его глубокий голос звучал так многообещающе, так страстно.

– Да, – выдохнула она.

«Мы сделаем это здесь, на крыльце, на улице». Эта глупая мысль раздавалась эхом в ее голове. Глупая, потому что ей было все равно, где она. Единственное, о чем она думала, чего хотела, – чтобы между ними не было слоев одежды, чтобы он касался ее и оказался внутри нее. Тея хотела каждую клеточку его тела. Она наконец расстегнула пуговицы на его брюках, и он судорожно вздохнул.

Сама Тея часто дышала, желание разгоралось точно пожар. Девушка полностью растворилась в нем. И она знала, что они в точке невозврата, знала, что это все изменит.

Руки, что вырывали сердца монстров, теперь скользили по ее коже. Они подбирались опасно близко к ее собственному сердцу. Вырвет ли он его из груди? Да и важно ли это?

– Уайлдер... – прошептала она, его имя – молитва на ее устах.

Внезапно Хоторн отстранился.

– Кто-то идет, – прошептал он и направился к двери, оставляя ее одну со сбитым дыханием.

Спустя мгновение на крыльце послышались шаги, кто-то кашлянул.

К домику приближался Тордж, а за ним следовали Фарисса и Рен.

Глава 33

Казалось, Уайлдер забрал с собой весь воздух из ее легких. Сейчас, когда он больше не прижимался к ней, ей вдруг стало холодно. Тея с трудом остановила свои пальцы, которые так и хотели прикоснуться к губам, и, приняв невозмутимый вид, поприветствовала Фариссу и Рен.

– Я так рада, что вы пришли! – произнесла она, крепко обнимая сестру.

Даже если кто-то из алхимиков заподозрил, чему они только что помешали, вида никто не подал. Рен лишь сжала ее в ответных объятиях, и Тее не нужно было гадать – Тордж рассказал им обо всем, что произошло.

Тея провела алхимиков внутрь, где их ждали Тордж и Хоторн.

– Сюда, – произнес Хоторн, проводя гостей через весь дом в спальню.

К облегчению Теи, оба щитоносца были в сознании, хоть и слабы.

– Вы живы! – Она бросилась к кровати.

– Ага, – с трудом произнес Кипп, поморщившись, и попытался сесть.

Тею охватило чувство вины. Не только за то, что друзья пережили такие страдания, но и за то, что, пока они лежали здесь и боролись за жизнь, она на улице лапала Боевого Меча.

Должно быть, она заметно изменилась в лице, потому что Кипп потянулся к руке Теи и сжал ее.

– Мы в порядке. Или, по крайней мере, скоро будем.

Однако Кэл молчал.

Фарисса и Рен стояли в углу комнаты и копались в большой сумке в поисках различных настоек. Однако взгляд Теи будто по своей воле переместился на ужасные следы на их запястьях. Она заставила себя кивнуть и сморгнуть слезы, от которых ее глаза защипало.

– Что случилось? – спросила она. – Как он поймал вас?

Щеки Киппа налились краской.

– У всех на виду. Когда мы выходили из спальни, кто-то схватил нас и накрыл рты тканью, пропитанной каким-то ядом со сладким запахом...

– Можешь подробнее описать запах? – вмешалась Фарисса. – Если мы определим, что это был за яд, то сможем приготовить лекарство, которое нейтрализует оставшиеся побочные эффекты, – добродушно объяснила она.

– Ох... Кэл?

– Не помню, – ответил он.

Кэл, нахмурившись, замолчал.

– Хм... Мне кажется... Запах... был приторно-сладким, я... Сейчас уже не вспомнить.

– Все в порядке, милый, не переживай, – заверила его Фарисса. – Что было после того, как вы его вдохнули?

– Все будто замедлилось, да, Кэл?

Кэл не ответил. Тогда Кипп продолжил:

– У меня закружилась голова, а потом я отключился... Очнулся уже в пещере, подвешенный за запястья...

К глазам Теи подступили слезы. Видеть их в таком состоянии – один из худших моментов в ее жизни.

Фарисса задумчиво закивала:

– Кажется, я поняла, что это было.

Не сказав больше ни слова, она вернулась в угол, чтобы посоветоваться с Рен.

Наблюдая за Рен, Кипп просиял.

– Эльврен пришла навестить меня у очередной больничной койки. Кажется, нам пора перестать видеться при таких обстоятельствах.

Рен фыркнула:

– Тогда, возможно, тебе стоит не попадать в неприятности.

– Ради встречи с тобой я готов оказаться на больничной койке сколько угодно раз, – самоуверенно заявил он.

Если бы Тея не была так близка к тому, чтобы заплакать, она бы рассмеялась.

– Ты когда-нибудь успокоишься? – усмехнулся Кэл, похоже, приходя в себя. – А как же очаровательная Милла из «Веселого лиса»?

– Хм, что же щитоносец знает о «Веселом лисе»? – поинтересовался Тордж.

Кипп стушевался.

– Э-э... Ничего, сэр... Вообще ничего, – промямлил он.

Боевой Меч усмехнулся:

– Правдоподобно. Рад, что вы выжили. Без вас в крепости было бы скучно.

– Спасибо, сэр.

Тея попыталась взглядом найти Хоторна, но он куда-то пропал.

Наконец ее самая долгая в жизни ночь перетекла в утро. Тея оставалась рядом с друзьями и помогала Рен с Фариссой, чем могла. Они обработали раны от веревок целебной мазью, внимательно отслеживали температуру и обследовали обоих на предмет повреждения внутренних органов.

Фарисса расспрашивала щитоносцев о том, как долго, по их мнению, они так провисели, однако никто из них ответить не смог. Кипп вел себя почти как обычно, а вот Кэл... Тее казалось, что он оградился от нее, но эти мысли она пока держала при себе. Она дождется, пока они останутся втроем, и тогда обязательно будет молить их о прощении.

Поэтому, когда Кэл и Кипп снова уснули, Тея решила воспользоваться возможностью и поговорить с сестрой один на один. Фарисса была увлечена беседой с Торджем, Хоторн находился неизвестно где, и Тея потащила сестру на улицу.

Нависшие над головой серые тучи не пропускали и лучика солнца даже в разгар дня. У подножия деревьев стелился густой туман, все вокруг было серым, покрытым тонкой коркой льда из-за зимнего холода.

Тея отпустила Рен, лишь когда убедилась, что их точно никто не услышит.

– В чем дело? – пытаясь согреться, Рен скрестила руки на груди. – Что на тебя нашло?

Они стояли на крыльце. Всего несколько часов назад Хоторн держал ее здесь в своих объятиях... Тея отбросила эту мысль.

– Я хотела тебя спросить... – после паузы произнесла она.

Внезапно она растерялась – не знала, с чего начать, ей не хотелось пугать сестру своими вопросами.

– Это как-то связано с тем, что, когда мы пришли, ты была такой... взволнованной?

Щеки Теи вспыхнули.

– Нет.

Рен ухмыльнулась:

– Алтея-Девять-Жизней, ты думаешь, что умеешь врать, но это совсем не так. И опять все как обычно. Я говорю тебе держаться от кого-то подальше, а ты берешь и...

– Я не вру, – отрезала Тея, щеки ее горели.

Рен молча смотрела на встревоженную сестру:

– Тогда в чем дело?

«Ты обладаешь магией», – пронеслось в ее голове.

– Я... – Тея запнулась, пытаясь подобрать правильные слова, однако, как ни подбирай, – выход только один, говорить как есть. – Что ты помнишь до Тезмарра?

Такого вопроса Рен явно не ожидала:

– До того, как родители оставили нас у ворот?

Тея кивнула.

– Почему ты спрашиваешь?

Тея откинула с лица выбившиеся пряди и, покусывая внутреннюю сторону щеки, села на верхнюю ступеньку крыльца. Рен опустилась рядом с ней, пытаясь заглянуть ей в глаза, в душу. Она знала, что Тея вечно что-то скрывала, и это выводило ее из себя.

Тея потерла ноющие виски.

– Пожалуйста, Рен.

Сестра вскинула брови в удивлении:

– Не припомню, когда ты в последний раз говорила «пожалуйста»...

Тея бросила на нее серьезный взгляд.

Пожав плечами, Рен начала:

– Я говорила тебе, что помню немного... Звуки, цвета... И то я не уверена, это реальные воспоминания или плоды моего воображения от впечатлений после рассказов Одры. Я знаю только то, что нам рассказывали: нас оставили у ворот крепости завернутыми в одеяла. Не было никаких признаков, откуда мы родом, ни записки – ничего... – Она закусила губу и, казалось, обдумывала свои следующие слова. – Когда мы были младше, иногда на уроках меня охватывало странное чувство, словно какой-то факт или фразу я уже слышала раньше. Или какой-то образ казался мне знакомым. Или я чувствовала какой-то запах, и на мгновение возникало странное, щемящее чувство, будто он мне знаком... Тея, все эти ощущения такие расплывчатые. Я была ребенком. И ты тоже. Разве могли мы что-либо запомнить?

– Не знаю. Я помню только то, как провидица дала мне его. – Она достала из-под рубашки камень судьбы. – И даже это воспоминание... Оно такое размытое, понимаешь? Когда я вижу ее во сне, то не могу разглядеть лица. И она всегда повторяет одно и то же: «Помни меня». Будто я могу забыть женщину, сказавшую, что жить мне недолго.

Рен протянула руку к камню судьбы и обхватила его пальцами. Нахмурившись, она рассматривала его.

– Тея, я понимаю, что ты спрашиваешь не просто так. Что случилось?

Головная боль усиливалась, а червячок страха прогрызал дыру в душе Теи. Испытание на посвящение уже через день. Друзья так и не приходили в себя полностью, она почти не спала, и тело ее невероятно ныло. Вдруг сегодня они все пропустят тренировки, которые помогут им лучше подготовиться к испытанию? Может, не стоит обсуждать все это с Рен именно сейчас? Может, стоит подождать, когда наиболее серьезные и неотложные дела будут позади?

«Ты обладаешь магией», – вновь пронеслось у нее в голове. Она не могла перестать думать о неподдельном шоке в голосе Хоторна.

Тея вспомнила выжженное черное пятно на скалах, оглушительные всплески волн, которые затихли вместе с бурей, этот отклик внутри нее...

Продолжая сжимать нефрит большим и указательным пальцами, Рен все еще внимательно смотрела на Тею.

– Расскажи мне.

– Это глупости.

– Все равно расскажи.

Тея открывала и тут же закрывала рот, размышляя, с чего начать и как много стоит рассказать.

– После того как мы вытащили Кэла и Киппа из пещеры, произошло что-то очень странное...

Рен молча ждала.

– Буря... Она была очень сильной. О склон горы разбивались волны, а потом молния...

На лице Рен промелькнуло какое-то нечитаемое выражение.

Тея замолчала, подумав, что сестра что-то скажет, но та молчала.

– Молния... Она ударила в меня.

Все тело Рен напряглось как струна. Она замерла, и Тее показалось, что сестра даже не дышит.

– Рен?

Тея забрала из ее застывшей руки свой камень судьбы и спрятала его под рубашку.

Рен громко сглотнула:

– Боги, ты не поранилась? Ты уверена, что она действительно попала в тебя? Потому что...

– Я понимаю, как это звучит. Безумно. Но нет, я не поранилась.

– Хорошо, что произошло потом?

Нахмурившись, Тея продолжила:

– На мгновение буря будто замерла, а затем... просто отступила.

– Отступила?

Тея кивнула:

– Да... Казалось, все замерло, а затем весь хаос отступил, буря поплыла прочь, и море успокоилось.

– Хорошо... И о чем именно ты хочешь спросить?

Тея вновь потерла виски в попытке прогнать усталость и бредовые мысли.

– Хоторн... Он сказал, что это была магия.

– Ты серьезно?

– Это его слова. Он звучал уверенно.

Спустя мгновение на лице Рен появилась улыбка.

– Магия? – Она рассмеялась. – Да не может быть!

Тея смутилась, внезапно ощутив себя глупой. Она задумалась, какой вообще реакции ожидала от Рен... Явно не такой.

Все еще тихо посмеиваясь, Рен закинула руку ей на плечо.

– Мне кажется, просто боги приглядели за тобой вместо меня.

Сковавшее тело Теи напряжение медленно отступило, ему на смену пришло облегчение.

– Я ответила что-то в этом духе.

– Да? – Рен лукаво улыбнулась. – А это было до или после того, как ты чуть не сорвала с него одежду прямо на этом крыльце?

Тея застыла:

– Ты видела?

– Мне не нужно было видеть. – Рен подмигнула. – Сестра всегда все чувствует. Тем более не забывай, что в тот раз именно я застукала тебя с Эвандером, когда вы катались по сену. Я узнала это виноватое выражение лица.

– Я не...

– Я подумала, что вам, щитоносцам, стоит поучиться лучше скрывать эмоции.

Тея обхватила тяжелую голову руками.

– Возможно... – прошептала она, а сердце ее замерло.

На этот раз Рен заговорила намного мягче:

– Ти, ты же понимаешь, что это не может продолжаться?

Ти... Рен очень редко так ее называла.

И хоть она понимала, что сестра была права, легче не становилось.

– Знаю.

– Так будет правильно. – Рен подсела ближе, и Тея ощутила справа ее тепло. – Иногда путям некоторых людей суждено разойтись, ничто не вечно. Они могут пересекаться на кратчайший срок, какое-то время идти в одном направлении, а затем разойтись снова. И все это не просто так, не зря, – мягко произнесла она.

Тея приподняла бровь:

– Откуда моя маленькая сестренка столько знает о подобных вещах?

– Я уже не маленькая.

Тея грустно улыбнулась:

– Да уж, это я уже хорошо поняла...

Рен протянула руку и поправила ее косу.

– Ты же понимаешь, ничто не может подставить под угрозу твое положение больше, чем он... Переспав с человеком более высокого положения, ты можешь запятнать репутацию, за которую так упорно боролась.

– Я знаю.

– Он Боевой Меч.

Впервые за долгое время Тея прильнула к сестре и положила голову ей на плечо. Она ненавидела то, что чувствовала себя такой маленькой, такой слабой.

– Я знаю.

Рен поцеловала ее в лоб:

– Тея, ты почти у цели. Послезавтра ты станешь воином Тезмарра, и это... Все это уже покажется тебе такой мелочью.

Тея не ответила. Она лишь надеялась, что сестра была права.

Рен крепче обняла Тею и сжала ее плечо:

– Значит, он подумал, что ты обладаешь магией?

– Да.

Тея все еще ощущала отголоски силы на кончиках своих пальцев, но, взяв себя в руки, решила не развивать эту тему.

Однако Рен вновь издала смешок, сквозивший недоверием.

– Ну ты только представь. Спустя столько лет жизни в Тезмарре выясняется, что ты – пропавшая наследница, обладающая магией.

Слова на мгновение оглушили ее, и она вздрогнула всем телом. Тея совсем забыла, что магией обладали только члены королевских семей.

– Да уж.

Сестры пробыли на крыльце еще некоторое время, пока ледяной зимний ветер не вынудил их вернуться обратно в дом.

* * *

Позже, когда Фарисса и Рен вернулись в крепость, Тею разбудили чьи-то голоса. Отходя ото сна, она обнаружила, что снова сидит в одном из кресел у камина в одиночестве.

– ...никогда не было так плохо, – говорил Кэл.

Дверь спальни была открыта, и Тея невольно замерла у порога.

– Он почему-то ненавидит Тею...

– Кэл, если не Тея, это был бы кто-то еще, – возразил Кипп.

– Да неужели? Она единственная женщина-щитоносец.

– Значит, проблема в женщинах, не в Тее. Просто так вышло, что она – женщина. С этим ничего не поделать. Как и с тем, что она, видимо, пугает этого урода. Себ – просто конченый ублюдок. Вот и все. Жестокий, невыносимый и прикрывается связями. Вот они – качества худшего воина Тезмарра.

Кэл отчаянно вздохнул:

– Ты слышал слова Фариссы. Испытание уже послезавтра...

Значит, они в курсе.

– ...Посмотри на нас. Как мы должны... После всего, что произошло... Мы здесь только потому, что Себ точит зуб на Тею. Мы ни при чем.

Его слова ранили сильнее любого лезвия. Все ее горькие мысли, все, что она о себе думала, – они считали так же. Из-за нее друзей ждали одни беды. И они наконец это осознали.

– Она чуть не умерла, спасая вас, – раздался из комнаты глубокий голос. – Если ищете виноватого – вините ублюдка, которые привязал вас и оставил тонуть. Не смейте перекидывать вину на друга.

Хоторн.

– Откуда... – осторожно произнес Кэл. – Откуда вы здесь?.. Сэр.

– Это мой дом, – отрезал Хоторн.

– Точно, простите, сэр.

Тея услышала тяжелый вздох Хоторна.

– Если бы она не отправилась со мной спасать ваши жалкие задницы, вы бы умерли. И всё.

– Он имел в виду... – начал Кэл.

– Я слишком долго был терпеливым... – медленно, словно сдерживая гнев, произнес Хоторн. – Но предательства я не потерплю никогда.

Сердце Теи сжалось от невероятной боли.

– Мы не предаем ее, она – одна из нас, она наша подруга, – возразил Кипп.

– Тогда, черт возьми, ведите себя соответствующе, – это были последние слова Боевого Меча, и в них сквозила угроза.

Раздался хлопок двери. Заполнившая пространство тяжелая тишина подсказала Тее, что Хоторн покинул комнату через другую дверь.

– Он прав... – наконец сказал Кипп.

Последовал тяжкий вздох.

– Кипп, поверь, я знаю. Но... Я ничего не могу поделать с тем, что чувствую, ничего не могу поделать с этим... гневом.

Глаза Теи защипало, и на трясущихся ногах она сделала шаг назад. Внезапно она ощутила себя лишней в этом доме.

Ей стало нечем дышать, давление внутри нарастало, и казалось, еще немного – и она даст волю чувствам прямо здесь. Стены будто давили на нее, воздух заканчивался. Она бросилась к двери.

Тея не остановилась, даже когда в лицо ей ударил ледяной зимний воздух.

Оставив домик позади, она продолжила бежать.

Уайлдер Хоторн

Алтея Золтейр забрала весь кислород из его легких и разожгла огонь в его сердце. Уайлдер не мог говорить, не мог думать ни о чем, кроме нее, кроме ее тела, прижимавшегося к нему, ее горячей коже под своими руками.

Боги, между ними было слишком много одежды. Как же он желал избавиться от этих тканей, прикоснуться руками к ее изгибам, исследовать их губами, попробовать на вкус каждый миллиметр ее великолепного тела.

Даже сейчас, спустя несколько часов, он не мог выносить того, как желает ее, как его кожа горит и жаждет ее прикосновений. В тот момент, когда он ее поцеловал, весь остальной мир исчез – осталась только она, только Тея.

На протяжении всех этих месяцев он отрицал, как сильно желал ее, как она заняла все его мысли. А теперь... Черт, а что теперь? Теперь сердце его едва не выпрыгивало из груди лишь при одном воспоминании о ней, о ее нежных губах, руках на его поясе и вздымавшейся груди, прижатой к его телу. О том, как его имя срывается с ее губ, как она жарко вздыхает.

Из-за нахлынувшего желания Уайлдер тихо выругался, расхаживая по теперь уже пустому дому. Ему так хотелось, чтобы прямо сейчас она оказалась здесь и они могли завершить начатое. Он ждал возможности поговорить с ней, объяснить, что, если бы не появлялись остальные, его бы не остановил даже горный дракон – он бы взял ее прямо на крыльце у стены...

Но она ушла, не сказав ни слова, оставила его помогать Фариссе ухаживать за двумя щитоносцами, а затем доставить их обратно в крепость. Уайлдер не винил ее. Он облажался уже дважды.

Снова оставшись один, он погрузился в свои мысли, пытаясь сосредоточиться на чем-то помимо потребности в ней, которая, казалось, только усиливалась.

Он заставил себя вспомнить о том, что увидел на вершине утеса. Ослепительная вспышка молнии прорезала ночное небо и поразила Тею... Или все-таки землю рядом с ней?

Она отрицала, что обладает магией, но он же ее видел. Или он был настолько изможден битвой в руинах Дельмиры и спасением щитоносцев, что увиденное – плод его воображения? Тогда удивляться было нечему.

Прямо перед поцелуем он был так уверен, но теперь...

«Черт, да я схожу с ума», – подумал он, все еще расхаживая по дому, в котором стало темнее из-за почти угасшего камина. Впервые за долгое время ему захотелось посоветоваться с Талемиром Старлингом. Его наставник с чем только ни сталкивался. Но даже если бы Талемир оказался рядом, Уайлдер не был уверен, что доверился бы ему, смог бы рассказать о Тее. В картине не хватало слишком многих деталей.

Но поведение жнеца и произошедшее на скалах говорили об одном: хоть Алтея Золтейр и не признавала этого, но было в ней нечто особенное, могущественное.

Тьма в своих многочисленных проявлениях сгущалась.

Тихо выругавшись, Уайлдер запустил руку в волосы.

Этот прекрасный алхимик станет его судьбой – и его проклятием.

Глава 34

До испытания оставался один день, и Тея уже пришла на тренировочную площадку. В надежде отогнать страх она рассекала воздух двумя тренировочными мечами. Киппа и Кэла доставили в крепость и поместили в лазарет для финального обследования. Рен рассказала ей, что они выглядели вполне неплохо и оба должны полностью восстановиться. Однако слова сестры не приносили утешения, Тея не могла стереть воспоминания о том, как тела ее друзей были подвешены в пещере на растерзание буре.

Однажды Хоторн сказал, что, для того чтобы выжить в Тезмарре, ей понадобятся друзья. Однако им она была не нужна. Вот к чему привела дружба с ней – они чуть не погибли.

«Может, жизнь проверяет меня на прочность?» – подумала Тея, кружась в танце отражения и атаки – этой комбинации научил ее Лачин незадолго до смерти. Она не пошла в Главный зал на завтрак. Решила потренироваться на арене в одиночестве. Когда остальные щитоносцы пришли на заключительную перед испытанием тренировку, она, ограждаясь от остальных, пристроилась в самом конце.

Однако когда среди толпы она увидела Себа, на лице которого не было и капли раскаяния, внутри нее глубоко начало зарождаться странное ощущение. Оно было сильнее ярости, ее словно пронзал обжигающий поток энергии. Тея впилась ногтями в ладони, и ей потребовалась вся сила воли, чтобы устоять на месте.

Однако ублюдок заметил ее, заметил выражение ее лица, в котором можно было прочесть готовность положить конец его жалкому существованию прямо здесь и сейчас, если...

– На что уставилась, беспризорная? – усмехнулся он, делая шаг к ней.

Тея выдохнула через нос, все еще сжимая кулаки по бокам. Себ приближался, она же не двигалась, словно приросла к земле.

– Слышал, что случилось с твоими глупыми друзьями.

Тея не издала ни звука.

Казалось, ее молчание только распаляло его. Он подошел ближе, настолько близко, что Тея ощутила на своем лице его дыхание. Но она не сдвинулась и на миллиметр.

– Может, возьмешь свой игрушечный меч и посмотришь, каково сражаться с настоящим...

– Барлоу! – взревел Тордж.

У Себа хватило ума прислушаться к этому тону.

– Если хочешь сразиться с Алтеей один на один, то советую сделать это после завтрашнего испытания, – строго произнес Боевой Меч. – А теперь перестал отвлекать всех и вернулся к тренировке.

Себ скользнул взглядом по Тее и прищурился.

– Со сколькими Боевыми Мечами ты трахаешься? Они постоянно спасают твою шкуру, – прошипел он. – Однако они будут рядом не всегда...

Тея продолжала молча смотреть на него. Ей не нужно было отвечать ему. Несколько месяцев назад, когда Лачин еще был жив, она уже дала Себу клятву. Произнесла свое обещание достаточно громко, чтобы его услышал Себ и все остальные щитоносцы.

«Когда мы с тобой вновь встретимся лицом к лицу, на земле окажешься ты. И, в отличие от меня, ты на ноги не поднимешься».

Именно за эти слова она сейчас отчаянно хваталась, подпитывала ими свою ярость от этой несправедливости. Тея отточит эту ярость и ту странную энергию, наполнявшую все ее существо. Она заточит ее как острие меча и с ее помощью справится с предстоявшим испытанием.

* * *

Остаток для прошел словно в тумане, и внезапно подкралась ночь. Тея была на пределе как никогда, и причина крылась не только в последних тренировках и напутствиях. Хоть Хоторна она вчера и сегодня не видела, мысли о нем практически не покидали ее. Они разжигали огонь внутри нее, и она переживала, что они захлестнут ее, не позволят сосредоточиться на главном.

Король Артос действительно задержался в Тезмарре, решив посмотреть на результаты испытания на посвящение. Об этом решении старшие воины то и дело перешептывались между собой.

За вечерней трапезой накануне испытания король вновь занял место Мастера Гильдии. Сидевший слева от Артоса Осирис поднял руку, призывая к тишине, и начал речь:

– Мои доблестные щитоносцы Тезмарра, – воззвал он.

Тея заерзала на месте, пристально глядя на Мастера Гильдии и игнорируя взгляды Киппа. С тех пор, как их отпустили из лазарета, она избегала обоих. Кипп активно пытался выловить ее и поговорить наедине, Кэл же проявлял меньше рвения. Однако она не знала, что им сказать, не знала, как выразить, насколько ей жаль.

В зале воцарилась тишина, и Осирис продолжил:

– Возможно, в это трудно поверить... Но однажды я был таким же, как и вы, – молодым человеком, которому вот-вот предстояло стать полноправным членом Гильдии. Я знаю, какой страх, трепет и волнение вы испытываете прямо сейчас, знаю, как усердно вы старались для того, чтобы оказаться здесь. Осень выдалась жуткой, опустошающей. И я не могу не вспомнить тех, кого мы потеряли на этом пути, – он кивнул на трех Фурий.

Тею захлестнуло волной грусти, ей стало больно за Лачина, за будущее, которого у него никогда не будет.

– С вами во главе нашей армии их жертва не станет напрасной, – воззвал Осирис. – Вы закаляли себя кровью и потом, сражались за право стать частью этой великой силы, обрести самую почетную роль, о которой можно только мечтать в этом приключении, называемом жизнью. Завтра вы станете гордостью ваших командиров, мастеров и наших Боевых Мечей, а вечером мы отпразднуем ваши победы.

Осирис молча вглядывался в лица перед собой, позволил словам проникнуть в сознание завороженной аудитории. Он откашлялся и сложил руки вместе.

– Иногда, погрязнув в изнурительных тренировках, мы забываем, чем занимаемся в Тезмарре на самом деле. Наша цель – защитить Срединные Королевства любой ценой. Завтра на рассвете вам придется ответить на вопрос: достойны ли вы такой чести? Справитесь ли вы?

По коже Теи пробежали мурашки, и все щитоносцы вокруг нее разразились громоподобными возгласами и аплодисментами.

Пока ее товарищи поднимали тосты за неминуемый успех, Тея выскользнула из Главного зала и отправилась к сестре.

* * *

Рен, Ида и Сам ждали ее в комнате сестры. На пороге следующего этапа ее жизни Тее показалось правильным провести вечер с теми, кто был с ней с самого начала, с теми, кто всегда оставался рядом.

Рен уговорила повара дать им несколько десертов, и вот они, сидя на кровати Рен, скрестив ноги, с удовольствием их уплетали и размышляли, что может ждать Тею на завтрашнем испытании. Она знала: им ни за что не угадать, что ей предстоит, но присутствие подруг – самая лучшая в мире поддержка.

– Эти два идиота так и не образумились? – спросила Ида, отправляя в рот целое сахарное печенье.

Тея рассказала Рен о том диалоге Кэла и Киппа в домике Хоторна, поэтому то, что все остальные были в курсе, ее не удивило. Она вдруг осознала, что ей было все равно. Она знала, что подругам можно доверить секреты.

Тея прислонилась к стене, неохотно откусывая свой десерт.

– Как бы то ни было, я думаю, что в основном все дело в отношении Кэла.

– Который красавчик? – спросила Сам.

– Ага, красавчик... – грустно улыбнулась Тея.

Сам недовольно хмыкнула:

– В этом и проблема всех красивых мужчин, в-о-о-т здесь у них обычно негусто, – она с умным видом постучала себе по виску.

Ида фыркнула:

– Не думала, что их ум тебя так волнует, Сам.

Она лишь пожала плечами:

– Если бы волновал, то я бы не строила никаких ожиданий.

Рен, улыбаясь, покачала головой, но затем стала серьезной.

– Не хочу оправдывать Кэла, но... Я думаю, он все еще не оправился. Он пережил такие мучения и пытается справиться с последствиями. Тея, не принимай на свой счет. Он придет в себя.

Тея снова вспомнила, как он и Кипп висели одни в пещере. Она сделала пару глубоких вздохов, отгоняя картинки воспоминаний, и тихо заговорила:

– Но он прав...

– Нет, Тея, – твердо ответила Рен. – Он не прав.

– Поддерживаю, – согласилась Ида.

Сэм осушила свою чашку вина:

– И я.

– Ни одна женщина не в ответе за слабость мужчины, чья мужественность так легко пошатнулась, – заявила Рен, и сила ее слов покорила всех. – Настоящий мужчина будет гордиться тем, что сражается рядом с тобой. Он бы признал тебя и то, что с тобой нужно считаться, Алтея-Девять-Жизней.

Эмоции охватили Тею, и глаза ее заслезились. Эти женщины были все время рядом, молча поддерживали на протяжении всего пути.

Рен подняла свою чашку:

– Тея, ты можешь намного больше, чем думаешь, и завтра ты всем им это докажешь.

– За Тею, – провозгласила Ида. – И за все ее жизни.

Тея чокнулась чашками с сестрой и подругами. Она смаковала решимость, которая поселилась глубоко в ее душе.

* * *

Когда Тея вышла из спальни Рен, остальные крепко спали, а за окном еще было темно. Она поплотнее укуталась в плащ и, мысленно подготовившись к холодному зимнему воздуху, направилась к Кровавым лесам.

На краю небольшой поляны, где в дереве все еще торчала стрела Уайлдера Хоторна, сам он ждал ее в лучах лунного света.

– Тебе не следует быть здесь, – тихо произнес он.

Его прекрасное тело было облачено в черные кожаные одежды, широкие плечи обрамлял меховой плащ. Он выглядел внушительнее, чем когда-либо.

Все, чего Тея хотела, – прикоснуться к нему.

Она подошла ближе и остановилась где-то в метре от него.

– Мне было необходимо увидеть тебя, поговорить с тобой до того... До того, как все изменится.

Пронзая ее своими серебристыми глазами, Хоторн сделал шаг к ней:

– У нас с тобой незаконченное дело.

Тело Теи затрепетало в предвкушении.

– Верно.

– Я хочу, чтобы ты знала, – начал он хриплым голосом. – Той ночью... Я не хотел тебя оставлять. И никогда не хотел.

А затем его губы накрыли ее в требовательном поцелуе. Языки переплелись, отчего по венам Теи пробежал разряд энергии. Она выгнулась ему навстречу, наслаждаясь крепкими руками на своей талии, пояснице, тем, как он в тихом голоде прижимал ее ближе к себе. Больше всего на свете ей хотелось прикоснуться к его пылающей коже, избавиться от этих слоев одежды между ними.

Однако она, тяжело дыша и сжимая в кулаках его рубашку, отстранилась.

– Покажи, – сказала она, не в силах больше выносить этого всепоглощающего ноющего желания. – Я хочу, чтобы ты показал, что хочешь этого, что хочешь меня.

Уайлдер вглядывался в ее лицо, его взгляд смягчился.

Тея, полная решимости, смотрела на него в ответ, все ее тело взывало к нему.

Он оглядел темный лес и сглотнул, отчего его кадык дернулся.

– Ты уверена?

– Уверена, – тихо прохрипела она.

Ее сердце билось как никогда быстро. Она хотела его с того самого момента, как впервые увидела. Тея расстегнула плащ, и он упал с ее плеч в небольшую лужу на земле.

– Тея, – тихо начал Уайлдер и, нащупав пуговицы на ее рубашке, расстегнул первую. – Я не буду нежным.

Еще одна пуговица.

– Я и не хочу нежности.

– Ты точно уверена?

Он прильнул к ней, и его вопрос обжег изгиб ее шеи, рубашка распахнулась. Уайлдер разорвал полоску ткани на груди Теи, обнажая ее. Ощутив на своей коже ночную прохладу, Тея ахнула.

Его серебристые глаза жадно смотрели на нее из-под ресниц, она видела, как его огромное тело было напряжено до предела.

– Да.

Вся его сдержанность испарилась – он подтолкнул ее к дереву позади и прижал к нему своим мощным торсом.

Рука Теи потянулась вверх и обхватила древко стрелы, которую он однажды пустил в нее.

Мужчина снова накрыл ее губы своими и принялся настойчиво исследовать рот горячим языком, а грубыми ладонями – ее обнаженную грудь.

Тея подавалась навстречу его рукам, желая, требуя большего, постанывая от прикосновений к его груди. Она жаждала этого так долго. И ей было мало. Это было лишь меньшее из того, в чем она сейчас так нуждалась. Тея никогда и никого не хотела настолько сильно, как сейчас; она никогда не была такой жадной.

Повозившись с застежкой на плаще Уайлдера, она сбросила ткань, не задумываясь. Затем рубашка. Он отстранился, но лишь для того, чтобы нетерпеливо стянуть ее через голову и отбросить в сторону.

Тея сглотнула. Боги, она уже видела достаточно, чтобы знать, что его тело великолепно и оно усеяно шрамами. Но как только она увидела его вблизи, получила возможность провести руками по обнаженной мускулистой груди и рельефному торсу и почувствовала, как его кожа воспламеняется под ее прикосновениями, Тея поняла, что оно было создано самими Фуриями. В лунном свете она могла разглядеть завитки чернил, тянувшиеся от руки к правой части торса и ниже, а также ту часть его тела, что сейчас особенно ее волновала.

– Ты пришла просто посмотреть? – прошептал он.

– Нет.

Сквозь брюки Тея накрыла рукой его достоинство.

– Черт! – рыкнул он, а затем опять грубо завладел ее губами и языком.

Тея улыбнулась в поцелуй и потянулась к его поясу.

Охваченные неистовым желанием, они лихорадочно срывали друг с друга одежду, разрывая ткань и отрывая пуговицы, и все равно им казалось, что время тянется бесконечно медленно. Тея нуждалась в нем, хотела ощущать вес его тела на себе.

Во рту у нее пересохло и все мысли вылетели из головы, когда она, опустив штаны Уайлдера до колен, взглянула вниз.

Она потянулась к нему, но Уайлдер схватил ее за запястья и прижал их к дереву над ее головой.

– Я с тобой еще не закончил, – прохрипел он.

Удерживая ее на месте одной рукой, второй Уайлдер стянул с нее нижнее белье, отчего внизу сладко заныло, а сердце застучало где-то в горле.

Она оказалась без одежды, совершенно обнаженной перед ним. Кожа ее порозовела и покрылась мурашками, ноги инстинктивно раздвинулись. Уайлдер коленом раздвинул их еще шире и, не отводя взгляда, провел ладонью вниз между ее набухшими грудями, мимо пупка и ниже. Под его прикосновениями она извивалась, почти задыхалась от желания.

Кончиками пальцев он обвел ее горячий, влажный центр... С ее губ сорвался стон наслаждения. Тею захлестнула волна удовольствия, и она забыла о холоде ночи и об испытании на посвящение. Существовал только Уайлдер, его рука, его рот и его достоинство.

Губы мужчины сомкнулись вокруг ее груди, он прикусил ее зубами, продолжая ласкать девушку между бедер, и Тея прогнулась.

Уайлдер пальцем скользнул в нее, и она, двигаясь ему навстречу, вскрикнула. Ей было недостаточно. Она хотела его по-настоящему.

Он отстранился, чтобы оглядеть ее извивавшееся тело, задерживая взгляд на своих пальцах, которые все еще заполоняли ее. Казалось, он сдерживал себя, упивался тем, как ее охватывает удовольствие.

Узел внутри затягивался все туже и туже, и он вынул пальцы, а затем обвел ту самую чувствительную точку, почти доводя ее до кульминации.

– Уайлдер, – выдохнула Тея. – Я хочу другого.

Он сразу же остановился.

– Другого?

– Да... Я хочу тебя. Всего тебя. Сейчас.

Его взгляд скользнул по ее влажному и сгоравшему от желания телу, раскрасневшимся щекам, все еще раздвинутым ногам.

– Хорошо, – ответил он.

Хоторн отпустил запястья Теи и прижал ее всем своим весом к дереву так сильно, что шершавая кора впилась ей в спину. Он коснулся места, где всего пару мгновений назад были его пальцы, и посмотрел на нее в ожидании.

Тея обхватила ногами его талию и притянула Уайлдера ближе.

Тея запрокинула голову и больно ударилась о дерево, но ей было плевать. Все ее мысли были заняты только им.

Уайлдер выругался ей в губы и, впиваясь пальцами в ее бедра, брал ее грубо и глубоко, погружался в нее до предела.

Буря внутри нее усиливалась, и Тея застонала, когда он мучительно медленно вышел из нее, а затем молниеносно вошел, заполняя собой каждый миллиметр.

Уайлдер оказался именно таким, каким она себе его представляла. Лучше. Грубый, необузданный и страстный. Она жадно принимала каждый толчок, отвечала на каждый обжигающий поцелуй. Впивалась ногтями в его напряженную спину, наслаждалась каждым движением. Их тела обливались липким потом.

– Фурии, что ты со мной делаешь, – прошептал он, наматывая ее спутанную косу на кулак и дергая руку.

Острая боль лишь обострила эти всепоглощающие ощущения, и Тея ахнула, когда ее начала накрывать волна нарастающего удовольствия.

– Уайлдер, я...

Она крепче обхватила его ногами и сжалась вокруг него, желая, чтобы он стал с ней одним целым.

– Испытай со мной пик наслаждения, – задыхаясь, взмолилась Тея, она не хотела переступать за черту без него.

Серебристые глаза приковались к ней, и он задвигался в ней с новой яростью.

– Тея... – простонал он.

Услышав свое имя, сорвавшееся с его губ, она достигла пика. Удовольствие накрыло ее волнами, сотрясая каждую клеточку тела, и Тея, уткнувшись в плечо Уайлдера, подавляла свои стоны. Достигнув кульминации, он выругался и, продлевая последние мгновения их наслаждения, замедлил толчки.

Время замедлилось, пока они прижимались друг к другу, не расплетая тел.

Уайлдер прислонился своим лбом к ее и глубоко вздохнул, будто пытался впитать каждую секунду, проведенную вместе с ней.

Сердце Теи гулко стучало, в нем уже начала разрастаться боль от мысли, что ей придется с ним расстаться.

А затем он поцеловал ее медленно и глубоко, словно наслаждаясь ее вкусом и запечатлевая его в памяти.

Тея запустила пальцы в его волосы и ответила на поцелуй. Она старалась взять все, что могла, потому что знала – совсем скоро настанет рассвет и реальность обрушится на них.

Слишком скоро Уайлдер отстранился и, сняв ее с себя, осторожно поставил на землю.

Ее ноги подкосились, но он подхватил ее. Не сводя с нее взгляда, он оторвал от своей рубашки кусок ткани и протянул ей.

Несмотря на все еще дрожащее тело, Тея попыталась привести себя в порядок.

Они молча подобрали свою одежду и, не обращая внимание на отсутствовавшие пуговицы, оделись. Уайлдер помог Тее затянуть вокруг груди разорванную ткань, задерживая пальцы на ее коже.

Ей вновь захотелось ощутить его прикосновения по всему своему телу.

Уайлдер, казалось, почувствовал это, а возможно, его и самого охватила новая волна возбуждения. Он заключил ее в теплые и успокаивающие объятия.

– Все хорошо?

Тея кивнула. Она не решалась заговорить, все еще пытаясь осознать то, что произошло между ними, и свои чувства.

Уайлдер заправил ей за ухо выбившуюся прядь, а затем нежно обхватил подбородок и повернул ее лицо к своему.

– То, что происходит между нами... – осторожно произнес он. – Ты тоже это чувствуешь?

– Да, – прошептала она, ощущая, как тело заныло от желания.

– Я этого не хотел, – признался Уайлдер, все еще глядя ей в глаза.

– Я тоже. По крайней мере, не с самого начала... Что же теперь? Чего ты хочешь?

– Тебя.

– Ты только что...

Он накрыл рот Теи своим, прикусил ее нижнюю губу, а затем провел языком по маленькой ранке.

– Одного раза недостаточно, Тея... – выдохнул он. – Совсем недостаточно.

Его слова, ее имя на его устах и тембр голоса распалили ее желание еще сильнее, но она должна была спросить:

– Что же теперь?

Уайлдер отстранился, но она все равно ощущала жар, исходящий от его тела.

– Если ты пройдешь испытание на посвящение и станешь учеником другого Боевого Меча... У нас будет возможность... Точно понять, что между нами происходит, – тихо ответил он.

– Понять?

– Да. – Он утянул ее в очередной поцелуй, на этот раз настолько горячий, что она чуть не всхлипнула от того, насколько желала его. – Я отрицал это слишком долго. Я хочу быть с тобой, Тея.

Она яростно ответила на поцелуй, путая пальцы в его волосах.

– Испытание... – прошептала она в его губы. – Я должна идти.

– Тогда иди, – ответил он, проводя руками по изгибам ее тела. – А когда ты вернешься ко мне...

– Мы повторим?

– Много-много раз, – пообещал он, и от озорной улыбки на его щеке появилась ямочка.

Тея оторвалась от своего воина и направилась в оружейную.

Ей нужен был щит и меч.

Уайлдер Хоторн

Уайлдер провожал ее взглядом. Смотря на решительную походку, хрупкие плечи и изгиб ягодиц, он чувствовал, как в нем неугасимо пылает желание. Все те месяцы, что он отказывал себе, были настоящей пыткой. Однако теперь, когда он познал, каково это – быть с Алтеей Золтейр, каждая секунда без нее становилась мучительным ожиданием.

«Покажи», – сказала она. И для него это стало началом конца. Каждый поцелуй, каждое касание, каждая секунда, проведенная с ней, опьяняла, поглощала его целиком. Даже сейчас, когда Уайлдер вышел к Тропе скорбящих и далекий отблеск рассвета коснулся края неба, он желал ее до безумия.

Он должен был понять сразу, с того момента, как их глаза встретились, и в каждый последующий, что чувства к ней неизбежны. Уайлдер направился к крепости, чувствуя, как кровь бурлит по венам. Он желал, чтобы у них было чуть больше времени, хотя бы час, и тогда бы он выжал из ее извивающего тела все удовольствие, до последней капли. Но испытание...

Эта мысль его отрезвила. Уайлдер был настолько поглощен девушкой, что до конца и не осознавал той суровой реальности, с которой она оставила его один на один. Тее предстояло одно из страшнейших испытаний в ее жизни, оно проверит каждый освоенный навык, каждый усвоенный ею урок.

Хоть он и сомневался, что Тея нуждалась в нем или хотела его защиты, но при мысли о том, что девушка столкнется с ужасами в одиночку, у него возникало желание ударить кулаком по ближайшему дереву. Эти мысли убивали его.

Когда Уайлдер добрался до опускной решетки ворот, что-то внутри него сжалось. Он сам не заметил, как побрел по знакомому коридору, ведущему в спальню Малика. Уайлдеру нужно было отвлечься от царившей в Тезмарре суматохи, которую создавали готовившиеся к посвящению щитоносцы. Где-то среди них была и Тея, наверняка сейчас она надевала броню и закрепляла оружие на теле, которым он не успел насладиться по-настоящему.

Комната Малика пустовала. Уайлдер оглядел аккуратно застеленную постель и давно потухший камин. Дакса тоже не было видно. Их отсутствие взволновало его еще сильнее. В поисках их Уайлдер понесся по крепости, скалясь на каждого, кто хотя бы мельком глядел в его сторону.

«Во имя Фурий, куда подевался Малик?» Уайлдер понимал, что не мог мыслить трезво, понимал, что вел себя как сорвавшийся с цепи зверь, но ему было плевать. Одним лишь богам было известно почему, но ему срочно нужно было увидеть брата.

Он ворвался на кухню и случайно опрокинул кастрюлю с рагу и корзинку с хлебом, отчего повар вскрикнул от неожиданности. В Главном зале не было никого, за исключением нескольких командиров, делавших ставки на щитоносцев. Уайлдер положил конец их играм лишь одним испепеляющим взглядом, и они бросились в противоположном направлении. У входа в мастерскую толпилась группа алхимиков. При виде них у него защемило в груди, и он тут же развернулся на пятках.

«Она уже собралась? – подумал он. – Осирис уже все им рассказал?»

Он мог думать только о Тее и опасностях, с которыми она столкнется...

Уайлдер наконец нашел Малика и Дакса в библиотеке. Боевой Меч ворвался в погруженную в тишину комнату, ругая себя за то, что не посмотрел здесь с самого начала. Малик оторвал взгляд от ремня, который плел, и выжидающе взглянул на Уайлдера своими серыми глазами.

– Мал... – выдавил он, тяжело дыша и расхаживая по потертому ковру перед камином. – Я...

Руки брата, переплетавшие кожаные шнурки, замерли. Малик терпеливо ждал, безразлично оглядывая потрепанную и порванную одежду младшего брата.

Уайлдер провел рукой по волосам, по бороде, слова будто застряли у него в горле, в ушах звенело. Внезапно Уайлдеру начало казаться, что время замедлилось. Он попытался выразить обуревавшие его эмоции словами, но ничего не выходило, не получалось выдавить и звука. Уайлдер взглянул на пустое кресло рядом с Малом, но понял, что не сможет спокойно сидеть. Ему было необходимо двигаться, избавиться от страха, который плыл по его венам.

Что бы он сказал? Что все это время пытался держать себя в руках и в итоге... Что сейчас дорогая ему женщина проходила испытание на посвящение? Что оно может изменить ее до неузнаваемости? Фурии знали, он не желал этого. Уайлдер изо всех сил сдерживал себя, но... алхимик стала кем-то большим. Как он мог отрицать свои чувства к ней?

Несмотря на то что он ощущал тепло от огня и постоянно передвигался, Уайлдеру было холодно и тревожно. На его плечо вдруг легла большая теплая рука.

Уайлдер обернулся и увидел перед собой возвышавшегося над ним брата. К его удивлению, Малик молча притянул Уайлдера к себе и просто обнял.

Мужчина не помнил, когда в последний раз его кто-либо утешал, обнимал вот так, и впервые за долгое время он с благодарностью принимал поддержку. Уже шесть лет он ощущал себя старшим братом, но прямо сейчас Малик был таким, каким Уайлдер его помнил, – сильным и непробиваемым, точно убежище.

– Спасибо, брат, – проговорил Уайлдер, наконец отстраняясь. – Не знаю, что на меня нашло.

Малик пронзил его понимающим взглядом, будто пытаясь сказать: нет, знаешь.

Уайлдер снова провел пальцами по бороде и мрачно усмехнулся.

– Ладно, возможно, и правда знаю, – согласился он.

Малик улыбнулся в ответ. Затем потянулся к книге, лежавшей на столике рядом с его креслом, и протянул ее Уайлдеру с таким видом, будто она решит все его проблемы.

Подыгрывая брату, мужчина принял книгу и взглянул на название.

«Исследование королевской родословной Срединных Королевств».

– Это чтобы мне лучше спалось?

Нахмурившись, он смотрел на выцветшую кожаную обложку.

Малик издал какой-то звук, вероятно попытавшись выразить недовольство. Он открыл книгу и указал на текст.

Однако Уайлдер никак не мог сфокусировать взгляд. Он ощущал тяжесть реальности на своих плечах всем своим существом.

– Брат, она же справится?

– Тея справится, – раздался голос у двери.

В комнату вошла Одра, женщина-воин, ставшая библиотекарем. Она приближалась, как всегда, с ровной спиной и суровым видом.

Уайлдер не стал отрицать, что имел в виду именно Тею. У него все было написано на лице.

– Почему вы так уверены?

Женщина буравила его взглядом.

– Потому что я ее вырастила.

Внезапно Дакс с громким лаем вскочил и бросился к окну. Передними лапами он оперся на подоконник и, рыча, выглянул наружу.

Нахмурившись, Уайлдер, Малик, а теперь и Одра последовали за ним.

За окном кружил ястреб Терренс, к его лапе был привязан очередной свиток.

– Черт, – шикнул Уайлдер, открывая окно.

Он не ожидал получить ответ от Дратоса так скоро.

– О чем он? – спросила Одра ледяным голосом.

Уайлдер запустил Терренса внутрь, развернул свиток и, не прикрывая его от библиотекаря, начал читать.

– Очередная брешь в Завесе, – тихо сказал он Одре и Малику, чувствуя, как в груди все переворачивается. – В королевства пробирается все больше монстров.

– Сколько их теперь? И не надо говорить мне свои бредни про то, что я мирный житель, Хоторн. Я сражалась бок о бок с твоим братом еще до того, как ты взял в руки тренировочный меч.

Малик одарил ее нежным взглядом.

Уайлдер протянул ей письмо.

– Три. Три бреши, о которых мы знаем.

– И, конечно же, их будет больше.

– Да. Их будет больше.

Братья и библиотекарь устремили взгляды на северную часть Тезмарра – там за зубчатыми горами сгущалась неестественная тьма.

По спине Уайлдера пробежала дрожь и внутри похолодело. Рука опустилась на рукоять кинжала, висевшего на поясе.

Он сразу же подумал о Тее. Уайлдер жалел, что не поговорил с ней, не подобрал слов, что смогли бы выразить ту бурю чувств, терзавшую его изнутри. Борясь со страхом за нее, он пообещал себе: после того, как она, без сомнений, пройдет испытание на посвящение и они снова встретятся, он заключит ее в свои объятия и больше не отпустит.

Глава 35

Последний рассвет Теи в качестве щитоносца медленно расплывался по небу, на которое с севера надвигались зловещие тучи. Наконец, вооружившись стальным мечом и крепким щитом, она отбросила все мысли об Уайлдере и, как велел Мастер Гильдии, вместе с остальными щитоносцами ждала начала на равнинах Оракса, морально готовясь к тому, что ее ждало дальше.

Ей не нравилось вот так находиться на открытой местности. Здесь Тея чувствовала себя уязвимой и неподготовленной, но она понимала – так и задумано. Гильдия хочет, чтобы они находились на грани паники еще до начала испытания. Вдалеке Тея видела бушевавшие за разбросанными островами темные моря и молилась, чтобы сгущавшийся хаос не настиг щитоносцев, пока они не завершат испытание.

Она заметила Киппа и Кэла, которые проталкивались сквозь ряды щитоносцев, надеясь встать рядом с ней, оба пытались поймать ее взгляд. Однако Осирис, рядом с которым стояли король Артос, мастера и командиры, ударил копьем по лицевой стороне щита, требуя тишины и предельного внимания.

– Испытание на посвящение совсем простое, – раздался его голос над холодными полями. – Вы должны найти и принести тотемы стражей с Цепных островов.

Тея ощутила нараставшее кругом напряжение, почувствовала, как и саму ее сковывает страх. Уже несколько десятилетий никто не отваживался ступать на Цепные острова.

«До сегодняшнего дня», – отметила она, задумавшись о землях, расположенных недалеко от побережья Тезмарра. Они назывались так неспроста: небольшую группу островов соединяли настоящие толстые цепи. Тея насчитала по меньшей мере семь – они сильно возвышались над разбивавшимися внизу волнами, их белые скалистые утесы были неприступными, они словно насмехались над всяким, кто попытается к ним приблизиться.

– Вас пятьдесят человек, а тотемов – всего тридцать. Те, кто не смогут принести тотем, и те, кто не успеют вернуться в отведенное время, будут изгнаны из всех наших боевых рядов. Если эти бедолаги захотят остаться в Тезмарре, то будут лишь прислугой: поварами, конюхами, прачками и так далее. Говорю прямо: в Гильдию принимают только воинов. Если вы еще не усвоили наши правила, то не усвоите никогда. У вас есть время до захода солнца.

Вот и все.

Спустя несколько секунд два щитоносца бросили на траву свое оружие и, видимо решив, что ничто не стоит предстоящих опасностей, развернулись на пятках и направилась обратно к крепости.

Все остальные на мгновение замерли в оцепенении, осознавая слова Мастера Гильдии. Вдруг раздался рык Эсиллта:

– Чего встали?

Тея бросилась спускаться со склона, направляясь вдоль Кровавых лесов к крутому обрыву утеса. Ее нагнали две знакомые фигуры.

– Тея, прошу, послушай нас, – умолял Кипп.

– Не здесь и не сейчас, – пролепетала она, сжимая меч, когда показался край утеса, о который ударялись темные волны.

– Нет, как раз здесь и сейчас, – возразил Кэл, положив руку ей на плечо. – Я знаю, ты меня тогда слышала. Я наговорил глупостей.

– Знаю, – ответила она, упорно продолжая идти, остальные щитоносцы пихались позади них.

– Но я имел в виду не то, что сказал! – отчаянно воскликнул он.

– Нет, именно это ты и имел в виду, – отрезала Тея. – И, честно говоря, я тебя не виню. То, что вы пережили той ночью... Это ужасно. Я помню, как вы оба висели в той пещере, вы бы умерли...

Кэл взял ее за плечи и остановил.

– Это была не твоя вина. Теперь я это знаю.

– Я всегда это знал, – добавил Кипп.

– Я повел себя как дурак. После всего я не мог мыслить трезво. Тея, прошу, – не обращая внимания на слова Киппа, говорил Кэл. – Я не могу отправиться на испытание без тебя. Нас же трое, вместе мы сильнее. Мы команда, единое целое, помнишь?

Конечно, она помнила. Тея помнила, что они действовали как отдельный отряд на протяжении тренировочного боя. Помнила, как прикрывали друг друга в сражении в руинах Дельмиры.

– Черт возьми! – крикнул кто-то впереди.

Забыв о разговоре, Тея, Кэл и Кипп вытянули шеи, чтобы посмотреть, что происходит.

У Теи перехватило дыхание, когда она увидела своими глазами.

До ближайшего острова не было ни моста, ни веревки – ничего... Только резкий обрыв, а под ним – море и зазубренные скалы.

– Вот же... – сбоку от нее пробурчал Кэл.

Если бы Тея не была так напугана, то рассмеялась.

– Возможно, нам лучше держаться вместе, хотя бы на этом этапе...

Кипп с отвисшей челюстью уставился на смертельную пропасть, через которую им предстояло перебраться.

– Я приму любую возможную помощь.

Пару секунд они наблюдали, как несколько их товарищей попытались просто перепрыгнуть пропасть. Остров был немного ниже утеса, на котором они стояли, но это мало успокаивало ее. Тея не знала ни первого, ни второго упавшего, но третьего она множество раз встречала за трапезой. Жизни всех троих теперь оказались во власти волн и скал.

Тея в отчаянии огляделась по сторонам. Ее пугало, что они столкнулись с такой трудностью еще до того, как по-настоящему начали испытание. Она посмотрела на лук и колчан за спиной Кэла.

– У тебя получится перебросить веревку на ту сторону? Закрепим одну часть там, а вторую – на дереве в Кровавых лесах... И так мы бы смогли перебраться.

– Я никому не доверяю, – тихо сказал он. – После случившегося. Найдется тот, кто обрежет веревку, и мы разобьемся насмерть.

Сердце Теи екнуло. Он был прав. Из них троих только у Киппа с его длинными ногами был шанс перепрыгнуть через пропасть. Тее не хватало роста, а Кэл, хоть и был худощавым и высоким, скорее всего, тоже не смог бы перебраться самостоятельно.

Однако Кипп и на секунду не задумывался о том, чтобы оставить их.

Переведя взгляд с острова на Кровавые леса, он нахмурился так, что между его бровями залегла глубокая складка.

– Помните, как по пути в Харент...

– Можно конкретнее, Кристофер? – произнес Кэл.

– Помните, как мы переправлялись через реку? Использовали ветки как опору и перепрыгивали через нее?

Тея взвыла:

– Не нравится мне эта идея...

– Мне тоже, – признался Кипп. – Учитывая, что в воду упал именно я. Но я не вижу другого способа.

Он замолчал. Что-то привлекло его внимание, и он указал пальцем в сторону.

– Смотрите! Тея, некоторые уже пытаются так сделать. И вон!.. Кто-то ищет более безопасный путь, они спускаются по скалам...

К горлу Теи подступила тошнота. Действительно ли это лучший вариант? Своего рода трансформация глупой игры, которую они придумали, когда пытались найти лучшее место для рыбалки.

Очевидно, так оно и было. Кипп уже направился к Кровавым лесам.

С замирающим сердцем Тея пошла за ним, ища среди листьев на земле подходящую ветку – прочную и гибкую.

Боги, она действительно подписалась на это? Камень судьбы подсказывал ей, что сегодня Эновиус не примет ее в свое царство. Однако у друзей гарантий не было.

К ее сожалению, совсем скоро каждый держал в руках по ветке. Оружие все надежно закрепили на теле.

– Не смогу смотреть, как вы это делаете, – прохрипела Тея, чувствуя, как громко стучит ее сердце.

– Тогда дамы вперед. – Кипп отвесил шутливый поклон, хоть и сам выглядел не лучше Теи – с таким же ужасом в глазах, как и у нее самой.

– Тея, у тебя получится, – подбодрил Кипп. – Представь, что это очень широкая река.

– Спасибо...

Она отступила на несколько шагов назад, становясь ровно напротив острова. Затем перекинула через плечо сумку Рен, которую та снова ей собрала, так, чтобы она оказалась на спине.

Тея глубоко вздохнула и закрыла глаза. Она пыталась отогнать страх, стереть из памяти картинку разбивавшихся о зазубренные скалы волн.

– Сегодня я не умру, – прошептала она, чувствуя, как ее сковывает неприятное предвкушение.

Тея открыла глаза, сжала ветку обеими руками и бросилась к краю обрыва.

Воткнув ветку в землю, Алтея-Девять-Жизней оттолкнулась и резко взмыла в воздух...

На мгновение время остановилось, Тея невесомо парила над ревущим внизу морем. Она ощутила на своей спине прикосновение ветра и ледяные соленые брызги волн, разбивавшихся о скалы под ней.

Преодолевая силу ветра, Тея напряглась всем телом. Она летела, а остров все приближался.

Тея выпустила ветку из рук – та сыграла свою роль. С ухающим сердцем она ловко приземлилась на твердую землю, и под ботинками успокаивающе захрустел гравий. Подняв глаза, она увидела, как перед ней разворачивается настоящий хаос.

Она не подозревала, как много щитоносцев уже перебрались через пропасть. Тея выхватила меч и спряталась за валуном. Жестом она приказала друзьям, которые всё еще находились на землях Тезмарра, поторопиться.

Неподалеку слышался лязг стали и злобные крики, и Тея, выглянув из-за своего укрытия, увидела, что между щитоносцами завязалась драка...

«Вас пятьдесят человек, а тотемов – всего тридцать...»

Оказалось, что некоторые чувствовали зов тотемов, а те же, кому это не удавалось, пытались вывести товарищей из игры.

Бросая ветку рядом с собой, в метре от нее с рыком приземлился Кипп.

– Сюда!

Кипп бросился к ней, и от картины, что он тоже увидел, на его лице застыл ужас.

– Боги, они сошли с ума.

Он присел на корточки рядом с ней, доставая свой меч.

Но Тея смотрела на Кэла, который оценивал расстояние между скалой и островом.

– Ну же, Кэл... – прошептала она, до боли сжимая рукоять меча.

Точно так же, как она и Кипп ранее, он разбежался, длинные ноги затопали по поросшей травой земле. Он воткнул ветку в землю недалеко от края, прыгнул, полетел в их направлении, как...

Ветка хрустнула.

Кэл замахал руками и ногами, он перевернулся в воздухе с немым криком.

Он начал падать, и при виде этого в горле Теи застрял крик.

Уронив меч, Тея схватила сук, который бросил Кипп, и бросилась к обрыву. Едва обращая внимание на то, что Кипп вцепился ей в ноги, она опустила сук между островом и тезмаррскими скалами, молясь, чтобы он выдержал его вес.

Кэл падал в их сторону. Вдруг он заметил вытянутую ветку, сузил глаза и...

И с охом ухватился за нее подмышкой.

Ветка прогнулась под его весом. Ноги Кэла безвольно болтались.

Вдвоем Тея и Кипп потащили ветку на себя. Когда Кэл оказался достаточно близко, то вскарабкался на выступ. Он потянулся к друзьям, и они подняли его наверх. Все трое еле дышали.

Грудь Теи сдавило так сильно, что ей показалось, она вот-вот лопнет. Девушка не отпускала Кэла, боясь, что, если уберет от него руки, он тут же упадет в море.

Его рука крепко сжала ее руку в ответ, успокаивая.

– Святые Фурии, – прохрипел он. – Больше никогда не буду этого делать.

– Вот и хорошо, – произнес Кипп, упираясь руками в колени и пытаясь отдышаться. – У тебя это получается ужасно.

Кэл через силу рассмеялся, и Тея почувствовала, как ее лицо расплылось в безумной улыбке. Однако раздававшиеся неподалеку крики не позволили им насладиться победой. Тея потянула друзей в укрытие, чтобы оценить обстановку.

– Как я понимаю, несколько тотемов лежали здесь на виду и Себ с дружками пытаются заполучить их силой у тех, кто успели первыми их забрать. – Она смотрела на то, как Себ сбил с ног другого щитоносца и потянулся за чем-то на земле.

– У этого ублюдка нет и капли чести... – проворчал Кипп, наблюдая, как их общий враг отдает приказы своим товарищам. – Да уж, идеальный пример достойного воина.

– Это мы и так знали... – тихо ответил Кэл.

Тея услышала, как сбоку от нее сглотнул Кипп.

– Это... Совсем не то, чего я ожидал от испытания... Разве воровство тотемов друг у друга и нападения помогут нам лучше защищать королевства?

– Думаю, они считают, что испытание сделает нас сильнее, – ответила Тея, не сводя глаз с Себа и одного из его товарищей, которые нашли еще один тотем. – Оно должно отсеять слабых, показать истинные лица людей.

– Оно лишь приводит людей в отчаяние и делает их непредсказуемыми, – буркнул Кэл. – Все щитоносцы должны работать в команде. Разве не в этом смысл?

– Нет, если тотемов всего тридцать, а щитоносцев – пятьдесят, – возразила Тея. – Давайте, пора действовать.

Брови Киппа взлетели вверх.

– Ты хочешь сразиться с Себом?

Тея смотрела, как ублюдок расхаживал по вершине утеса – словно ему было нечего бояться, словно он был здесь главным.

Она наконец ответила:

– Хочу. Но не сегодня... – Она отвернулась от кровавой бойни у ног Себа и указала на другие острова. – Давайте отправимся на острова, где никто еще не был. Тотемы должны быть спрятаны на каждом.

– А было бы неплохо просто взять и подобрать их... – буркнул Кипп.

Острова были разбросаны вдоль всего побережья Тезмарра, между ними проносились завывающие зимние ветры. Так как их соединяли толстые цепи, друзья с легкостью перебрались на следующий остров. Они хотели сбежать от Себа как можно дальше. Если он будет где-то поблизости, испытание может закончиться плохо.

Второй остров оказался намного больше первого и совсем не походил на каменную глыбу, возвышавшуюся посреди моря. Осматривая окрестности, Тея поймала себя на том, что берет командование их отрядом на себя. Кругом на земле стелились белые зазубренные валуны. По мере того как друзья заходили дальше, им открылась уходящая вниз долина. Ее обрамляли необычайно тонкие деревья со множеством крупных изумрудно-зеленых листьев, свисавших с их вершин.

– Никогда не видела ничего подобного, – восхищенно пролепетала Тея.

Однако Кипп уже направлялся к странному ущелью, его ботинки скользили по каменистой осыпи.

– Тотем где-то внизу, – заявил он. – Я его чувствую.

Тею охватил трепет. Хоть им и рассказывали о магии тотемов, она не знала, чего ожидать и насколько стоит этому верить. Но возбужденный блеск в глазах друга говорил о том, что это правда – тотемы действительно обладают силой, которая влечет достойного воина Тезмарра.

– Это похоже... Похоже на песню сирен, – зачарованно произнес он.

Вскоре Тея его поняла – она услышала тихую мелодию, манящую к себе. По выражению лица Кэла она сделала вывод, что он тоже чувствовал тотем.

По ущелью пронесся сильный ветер, обжигая лицо и руки Теи, но она лишь стиснула зубы и продолжила идти, отчаянно желая раздобыть для каждого из них тотем. А затем они отпразднуют это в Главном зале.

– Вон он! – вскрикнул Кипп и бросился вперед к пропасти, где возвышалась скала, напоминавшая постамент.

На вершине скалистого выступа Тея заметила блеск железа.

Ей стало не по себе. Все не могло быть так просто.

Послышался хруст, а за ним по ущелью эхом пронесся звон. Тея резко обернулась. Это была стрела? Или...

Недалеко раздался громкий удар.

Внезапно с верхней части долины, быстро набирая скорость, покатился огромный валун. Он занимал всю ширину ущелья и стремился сровнять с землей все на своем пути.

Взгляд Теи метнулся к Киппу, у ног которого лежал оборванный шнур.

– Это была растяжка! – крикнула она. – Хватай тотем и бежим!

Валун несся прямо на них, разрушая все кругом с ужасающей скоростью. Они не смогут убежать от него.

– Кипп, быстрее!

Он схватил тотем с постамента и в ужасе посмотрел на Тею и Кэла. Тея уже карабкалась к другой стороне долины, которая поднималась над землей, образуя скалистый выступ.

– Наверх! – Она схватила Киппа за руку и подтолкнула за собой. – Лезь!

Троица карабкалась на скалу, изо всех сил пытаясь спастись.

– Он нас раздавит! – завопил Кэл.

– Хватайтесь за выступ! Быстрее!

Ее мышцы дрожали от напряжения. Если они доберутся до выступа, валун прокатится под ними.

Тея первой схватилась за выступ и повисла над долиной, размахивая ногами. Она наблюдала, как округлая каменная глыба летит на них, а друзья всё еще у нее на пути. Она просто висела и сдерживала крики ужаса, которые явно не смогли бы помочь Кэлу и Киппу.

Внезапно рядом с ней повис раскрасневшийся Кэл, по его лицу струился пот.

– Кипп, давай! – проревел Кэл.

Он прыгнул и...

Размахивая длинными ногами, Кипп с визгом вцепился в выступ.

Валун с грохотом пролетел в ущелье под ними, проминая под себя деревья и траву, царапая склоны долины и кроша камни.

Тея в ужасе наблюдала за этой картиной, представляя, что если бы они не сошли с его пути, то от них осталось бы лишь мокрое место. Все трое замерли, когда валун врезался в край ущелья и разлетелся на куски.

Убедившись, что за ним не следует очередная каменная глыба, Тея отпустила руки и ловко приземлилась на ноги.

– Святые боги... – пролепетал Кипп, менее грациозно приземлившись рядом с ней.

Кэл оказался рядом с ними.

– Тея, без тебя мы бы умерли, – сказал он, хлопая ее по плечу.

Однако взгляд Теи был прикован к тотему в руках Киппа.

– Давайте посмотрим на него поближе.

Он лежал у Киппа на ладони. Вот он, тотем стража, – пара скрещенных мечей на черной полосе ткани.

– Как мы решим, чей он? – тихо спросил Кипп. – Мы все его чувствовали. Мы все достойны.

Тея оторвала взгляд от тотема и отряхнула руки о штаны.

– Он твой, Кипп. Ты почувствовал его первым, и ты же первым до него добрался.

– Но без вас...

Кэл отмахнулся от него.

– Один готов. Осталось еще два.

Тея почувствовала, как ее охватило облегчение.

– Тогда давайте выбираться отсюда. Не хочется убегать от очередного валуна.

– Мне тоже, – согласился Кэл, оглядывая ущелье. – Вверх или вниз?

– Вверх, – решила Тея. – Сможем видеть побережье Тезмарра и другие острова. Согласны?

– Согласны, – ответил Кипп, закрепляя тотем на руке. – Кто бы мог подумать, что такой бесполезный старик, как я, будет первым?

– Ой, Кипп, отвали. Если бы не Тея, тебя бы просто размазало по камням прямо рядом с тотемом.

Тея сдавленно рассмеялась, пока они начали подниматься обратно к долине.

– Один готов. Осталось еще два.

К моменту, когда троица снова добралась до вершины ущелья, полуденное солнце, несмотря на зимний холод, на удивление пригревало. Других щитоносцев не было видно, и это насторожило Тею. Либо все сильно их опережали и тотемы были сильно разбросаны, либо пугающее число щитоносцев погибло на скалах или от рук своих же товарищей. Она не знала, что хуже.

Не упуская из вида береговую линию Тезмарра, они направились к следующему острову. Пропасть до него была больше, чем до предыдущего, но ржавая цепь, что их соединяла, оказалась толстой, поэтому идти было легко. Добравшись до той стороны, Кипп протянул руку и, крепко сжимая ладонь Теи, помог ей пройти последние несколько звеньев. Кэл следовал за ней.

Они оказались на косе и спустя пару мгновений уже пересекали небольшой цепной мостик, ведущий на следующий остров. Он был больше, здесь росли более густые деревья и кустарники, чем на предыдущем. Их кроны сомкнулись над друзьями и закрыли собой солнце.

По коже Теи пробежали мурашки. Сначала ей показалось, что это тотем взывает к ней, она услышала что-то похожее на песни сирен, как описывал Кипп. Однако она ошиблась. Тея ощутила неприятное покалывание на затылке, а она хорошо знала это чувство – за ними кто-то наблюдал.

– Кипп, Кэл...

Они оба остановились и, хмуря брови, повернулись к ней.

– Ты что-то чувствуешь? – спросил Кэл.

Тея покачала головой.

– Мне кажется, кто-то следит за нами, – произнесла она как можно тише, вынимая меч из ножен. – Будьте начеку.

Кэл стиснул зубы и кивнул, поудобнее сжимая свой меч.

Вместе они пробирались сквозь странный, напоминавший джунгли лес третьего острова. Друзья были готовы к нападению, но никто не давал о себе знать, не выпрыгивал из-за кустов. И все же по ее коже бегали мурашки, поэтому Тея не теряла бдительности. Она уже давно научилась доверять своим инстинктам.

Ребята держались подлеска, стараясь не выпускать Тезмарр из виду. Они уже столкнулись со смертельно опасным прыжком над пропастью, коварством собственных товарищей и гигантским убийственным валуном... Что же еще могло угрожать их миссии, их жизням?

– Подождите, – вдруг прошептал Кэл и поднял кулак, призывая остановиться.

Он поднял голову и посмотрел на листву, его тело напряглось и чуть наклонилось вперед.

И тут Тея почувствовала. То же манящее ощущение, что и в прошлый раз.

Кэл указал на листья над головой.

– Наверху.

Тея проследила за его пальцем и в ветвях дерева увидела что-то похожее на гнездо. Ощущение усилилось. Он был прав.

Кипп простонал.

– Опять лезть...

– Тебя никто и не просит лезть, – ответил Кэл и посмотрел на Тею. – Бросим жребий?

Но Тея покачала головой.

– Он твой. Мой следующий.

Кэл на мгновение стушевался, но затем снял свой щит и протянул девушке колчан и лук.

Тее и Киппу ничего не оставалось, кроме как наблюдать за тем, как друг карабкается по дереву. Тея подавила желание попросить его быть осторожнее, подумав, что все это и так понимают. Затылок все так же мерзко покалывало, и она никак не могла избавиться от этого чувства...

Беспокойство сковывало все ее тело, пока она наблюдала, как Кэл взобрался по стволу почти до самой вершины...

– Он там? – крикнул стоявший рядом Кипп.

– Должен быть, я его чувствую, – послышался ответ, когда Кэл приблизился к гнезду.

От наступившей тишины кожа Теи покрылась мурашками. Она не видела, что Кэл делал на дереве, только его ноги.

– Нашел! – победно воскликнул он.

Однако за победным возгласом последовал крик.

Глава 36

Вдруг Кэл полетел вниз, по пути ударяясь о ветки.

Из крон деревьев вылетели десятки огромных черных птиц, они хлопали крыльями и громко кричали. На мгновение их стало настолько много, что они заслонили пробивавшийся сквозь листву свет.

Тея почувствовала очередной магический зов и устремила взгляд ввысь.

Но Кэл все еще падал. Казалось, это длилось бесконечность – он все летел и летел, а его крики заглушались ударами о ветки.

С глухим стуком Кэл ударился о землю. От боли он зажмурил глаза. В одной руке Кэл сжимал тотем, вторая же была в крови, а в кожу между большим и указательным пальцами впилась извивающаяся коричневая гадюка.

Забыв о зове еще одного тотема, Тея с замирающим сердцем опустилась рядом с другом на колени. Не раздумывая ни секунды, с силой оторвала от него змею и швырнула ее в сторону обрыва.

– Укусили, – прохрипел Кэл, корчась и извиваясь от боли. – Их было три.

Очевидно, этот укус был не единственным. Тея перевернула руку Кэла и обнаружила еще два набухающих укуса.

Она выругалась.

– Кипп, дай мою сумку и флягу с водой.

– Они ядовитые, да? – тяжело дыша сквозь стиснутые зубы, спросил Кэл.

– Боюсь, что да, – ответила Тея, вспоминая, что уже видела такую змею с коричневыми чешуйками, когда несколько лет назад Фарисса проводила эксперимент. – Но не переживай.

– Легко тебе говорить, – огрызнулся Кэл.

Кип протянул Тее сумку.

– Может, мне высосать яд?

Кэл застонал от боли.

– Ты, Кристофер, ничего у меня сосать не будешь...

Тея быстро открутила крышку фляги.

– Это миф, его не надо высасывать, – сказала она, стараясь скрыть страх в голосе. – Кэл, держи руку ниже. Это замедлит движение яда к сердцу.

– Как мило.

На его лбу выступили капельки пота.

Тея промыла рану водой, а затем порылась в сумке, которую собрала Рен. Она должна была положить что-то такое. Мазь от ожогов. Бинты. Сушеные листья ирусида. «Может, еще понадобятся», – подумала она, заставляя себя мыслить логически. Порошок корня синильника. Настойка лаванды от боли...

– Вот оно! – почти закричала Тея.

Она достала из внутреннего кармана крошечный пузырек с коричневой жидкостью и открыла его зубами. Рен все продумала.

– Оно остановит действие яда.

Она подняла маленькую палку и наклонилась к Кэлу.

– Прикуси ее, – сказала она ему, располагая палку между зубов. – Кипп, держи его крепче.

Глаза Киппа широко раскрылись, и он, поморщившись, положил руки на плечи друга, бормоча извинения.

Тея, не теряя времени, полила каждый укус жидкостью из пузырька.

Кэл забился в руках Киппа, его крики заглушались зажатой во рту палкой.

– Это противоядие, – произнесла она, пытаясь его успокоить, пока его с головой накрывали волны боли и он бился в конвульсиях. – Прости, прости меня.

Закончив, Тея достала из сумки чистые льняные бинты и туго перевязала каждую рану.

Кэл лежал у Киппа на коленях. Он весь покрылся потом и тяжело дышал, его кожа слегка позеленела.

Кипп помог ему сесть.

– Он поправится?

Тея вытерла пот со лба друга и поднесла к его губам флягу, принуждая попить.

– Думаю, да. Благодаря Рен, – ответила она, хлопая по сумке.

– И тебе, – прохрипел Кэл.

– Меня можешь поблагодарить позже.

Пытаясь взять себя в руки, Тея отвернулась от них. Она уже дважды чуть не потеряла Кэла.

Когда она обернулась, Кэл слабо улыбался.

– Два готовы... – Он поднял свой тотем.

Сердце Теи больно кольнуло, когда она вспомнила, как зов тотема поманил ее к стае вылетевших из крон птиц.

– Кстати, об этом... – прошептала она. – Мне кажется, еще один у тех птиц.

Кэл уставился на нее.

– В смысле?

– Я почувствовала его прямо перед тем, как ты упал.

Кэл толкнул Киппа локтем, чтобы тот помог ему подняться.

– Тогда надо поторопиться. Давай достанем тебе тотем.

Сначала он пошатывался, но, когда они собрали свое оружие, казалось, шел уже уверенно.

Не так скоро, как могли бы, все трое подошли к краю острова. И резко остановились.

Пропасть между этим островом и следующим была гораздо больше, чем между Тезмарром и первым. Их глазам предстала длинная горизонтальная лестница из тонких ржавых цепей, соединявшая две земли. Волны под лестницей пенились и разбивались о скалы.

Изучая препятствие, Тея потерла виски.

– Придется перебираться на руках. Или ползти по ней... – задумчиво произнесла она.

Затылок в очередной раз неприятно кольнуло, и Тея обернулась, чтобы оглядеть опушку джунглей, из которых они только что вышли. Никого не было видно. Повернувшись обратно к металлическому мосту, девушка собралась с духом.

– Мы все тренировались, у нас хватит сил... Да?

Кэл кивнул:

– Я справлюсь.

Все трое надежно закрепили оружие, и Тея уже не в первый раз задумалась, куда же подевались остальные щитоносцы. Она отбросила эту мысль и расправила плечи, готовясь к очередному препятствию. Тея не видела каких-либо механизмов или ловушек... но она чувствовала неладное, что-то за их спинами привлекало ее внимание. Однако там ничего не было.

– Вы первые, – заявила она.

Чтобы не переносить вес всего тела на поврежденную руку, Кэл решил перебраться поверху. Кипп же поочередно перебирал руками с одной перекладины лестницы на другую, точно какой-нибудь зверь из джунглей.

Посмотрев вперед, Тея ощутила, что сердце забилось быстрее. Над островом кружила стая черных птиц. Она чувствовала зов тотема – он был у них. Ей нужно было всего лишь перебраться через эту лестницу из цепей...

Тея выбрала метод Киппа. В последний раз проверив, надежно ли закреплены меч, щит и сумка, она взялась руками за металлические прутья и начала перебираться. Поражаясь тому, какой сильной стала за эти месяцы, девушка с легкостью переносила свой вес с одной цепи на другую. Тея не успела заметить, как добралась до середины моста, не обращая внимания на рев волн прямо под собой. Она потянулась к...

В воздухе просвистела стрела.

Острие прошлось по предплечью. От неожиданности она вскрикнула и едва не разжала руку.

– Тея! – в панике крикнул Кипп с другой стороны.

Рядом с ее болтавшимися ногами просвистела еще одна стрела, и Тея, громко выругавшись, бросилась к следующей перекладине. Она заметила, что Кэл, готовый ее защитить, накладывает стрелу на свой лук.

Стрелы пролетали над пропастью, и Тея продолжала изо всех сил передвигать руками, отчаянно пытаясь перебраться на ту сторону целой и невредимой.

– Кэл! – позвала она, вдруг вспомнив о дурацком крылатом существе, которое находилось где-то поблизости и держало ее тотем. – Мне понадобятся стрелы, чтобы выстрелить в птицу!

– Но...

– Не смей больше стрелять!

Тея пересекла уже две трети моста, оставалось немного, она сможет...

Еще одна стрела прошлась по ее боку, больно царапая кожу.

Ругаясь и обливаясь потом, Тея повисла на одной руке, а второй потянулась к своей сумке, стиснув зубы. Вслепую она нащупала пальцами нужную банку и, продолжая держаться изо всех сил, швырнула ее в нападавших.

Стекло вдребезги разбилось о камни, и поднялся густой дым. По ущелью эхом разнеслись тревожные крики и вопли боли.

– А вот это уже моя заслуга, Рен, – прошептала она самой себе, преодолевая последние перекладины.

Кэл и Кипп бросились к подруге и едва не задушили в объятиях.

Все еще удивленный Кэл покачал головой.

– Во имя всех богов, что это было?

– Порошок корня синильника. Я собираю его с тех пор, как научилась держать садовый совок. Здорово наконец увидеть его в действии.

Она приподняла рубашку, чтобы посмотреть на последствия ударов. Параллельно шраму, который оставил ей Себ, появился приличный порез. Хоть он не был таким глубоким, как прошлая рана, кожу все равно сильно жгло.

– Ты в порядке? – спросил Кипп, увидев, как она морщится, и попытался взглянуть на рану через ее плечо.

– Просто царапина, – заверила она его, заправляя рубашку в брюки и выискивая взглядом птиц. – Вон они!

Забыв о боли и нападавших, Тея бросилась к кружившей неподалеку стае птиц. Она снова ощутила зов тотема.

– Уже близко, – произнес Кэл. – Я чувствую, как он гудит.

На скалах впереди сидели огромные черные птицы, некоторые взмывали обратно в небо.

Тея подняла кулак, призывая друзей остановиться, и спряталась за колючим кустарником.

И тут она увидела. Тотем, сверкающий в паре когтей на фоне подрагивающих крыльев, взмыл в небо.

– Кэл, лук, – произнесла она, протягивая руку.

– Хочешь, я выстрелю?

Она задумалась.

– Тея, для меня это было бы честью. Ты спасла мне жизнь. Уже дважды. Позволь мне, – попросил он, приложив руку к сердцу.

Безусловно, Кэл стрелял лучше, его мастерство не имело равных. Она множество раз наблюдала за тем, как он уверенно совершает что-то немыслимое, попадает цель, которая казалась невозможной, но...

Алтея-Девять-Жизней тоже была не проста, и она знала, что не сможет с гордостью носить тотем, если не заполучит его самостоятельно.

– Спасибо, Кэл. Я смогу сделать это сама.

Он кивнул и протянул ей лук.

Не сводя глаз со своей цели, что поблескивала на солнце, Тея взяла оружие. Она наложила стрелу на тетиву и прицелилась.

Сосредоточилась.

У нее лишь одна попытка.

«Ты можешь попросить Кэла», – тихонько напомнил внутренний голос. Она отмахнулась от него и завела руку назад.

Однако теперь в голове зазвучал уже другой голос. «Нужно приложить больше силы», – прошептал Уайлдер ей на ухо.

Тея так и сделала. Прищурившись, она не сводила глаз с державшей тотем птицы. Заводя стрелу все дальше и дальше, она напрягла руки, плечи, спину.

– Сейчас, – прошептала она себе, как Хоторн однажды, и спустила тетиву.

Стрела ровной линией рассекла воздух.

Раздался пронзительный крик.

А затем птица начала падать.

Она с глухим стуком ударилась о землю в паре метров от Теи. Та бросилась к ней.

Опустившись на колени, девушка вытащила из когтей мертвой птицы тотем. Сжимая его в своих пальцах, Тея никак не могла поверить, что наконец заполучила его.

– Отличный выстрел, – послышался голос Кэла за ее спиной.

Тея посмотрела на друзей, в руках которых красовались тотемы.

– Мы справились... – прошептала она.

Оба молодых человека опустились на колени рядом с ней и обняли ее.

– Справились, – улыбнулся Кипп.

Они сидели так еще пару мгновений, будто эта минута требовалась им, чтобы осознать реальность. Тея почувствовала, как эмоции готовы вырваться наружу, но отругала себя. Сейчас не время для слез.

– Все хорошо, – шептал Кипп. – Мы все с тотемами...

Наконец они оторвались друг от друга.

– Отлично, – рассмеялась Тея, привязывая тотем воина к руке. – А теперь, черт возьми, давайте вернемся в Тезмарр.

Троица направилась к краю острова, чтобы решить, как перебраться. Они побывали на нескольких островах, и теперь расстояние между ними и Кровавыми лесами на той стороне значительно увеличилось.

– Каков наш план?

Тее не терпелось вернуться в Тезмарр, она мечтала, чтобы Мастер Гильдии провозгласил их победу.

Выглянув из-за выступа, Кипп поморщился.

– Можно спуститься и попробовать дойти по скалам... Сейчас отлив, волны уже не такие сильные.

Тее эта идея не особо пришлась по душе. Был отлив или нет – эти моря непредсказуемы, друзья и сами убедились в этом всего пару дней назад.

– Не хочешь рисковать? – понял Кипп.

– Только если не будет другого выхода. Вы не видели, как быстро разразилась буря той ночью. Нам повезло, что она отступила, но она могла запросто усилиться настолько, что мы бы разбились прямо о скалы. К тому же я боюсь, что это займет слишком много времени.

– А как насчет той идеи Теи? – внезапно спросил Кэл.

Он сузил глаза, выглядывая что-то на той стороне.

Тея моргнула.

– Которой?..

– Я мог бы перебросить веревку, и мы переберемся по ней. На этот раз нас не будет поджидать толпа щитоносцев, которые могут нам помешать. Если на той стороне кто-то и есть, то они уже заполучили тотемы и, скорее всего, уже сидят пьяные в Главном зале.

– Я... Не уверена, что сил моих рук хватит, чтобы преодолеть еще одно препятствие, – призналась Тея.

Рана на боку и порез от первой стрелы пульсировали, а руки болели от лука и лестницы из цепей.

– Я тоже, – ответил Кэл, указывая на укусы гадюки.

– А нам и не придется сильно напрягать руки, – заявил Кипп с блеском в глазах.

Тея наблюдала, как его пытливый ум продумывает стратегию.

– Этот остров расположен выше, чем Тезмарр. Кэл, если ты перебросишь веревку вон на тот выступ... – указал он. – То мы сможем использовать наши ремни как крюки, а вес просто потянет нас вниз. Уйдет меньше минуты на каждого...

Кэл положил свою руку на плечо Киппа.

– Кристофер, ты молодец!

– Я занят, – многозначительно произнес Кипп, убирая руку друга.

Не в силах сдержать широкой улыбки, расплывшейся по лицу, Тея повернулась к Кэлу.

– Что ж, не окажешь ли нам честь?

Кэл отвесил шутливый поклон.

– С удовольствием.

Победа опьяняла. Тея чувствовала себя легкой, как перышко, – казалось, еще немного – и она взмоет в воздух. Они справились! Теперь они стражи Тезмарра.

Кипп привязал конец веревки к одному из самых крепких деревьев неподалеку, Тея проверила узел несколько раз. Кэл в это время закреплял другой конец на стреле.

– Увидел выступ, про который я говорил? – спросил Кипп.

– Думаешь, лучше он, чем какое-нибудь дерево в Кровавом лесу?

Кипп активно закивал.

– Те деревья на окраине – карравеи. У них невероятно мягкая древесина, их кора отслаивается и рассыпается. Боюсь, дерево не выдержит нашего веса. А выступ облегчит нам спуск. И с него просто подняться наверх. Понимаешь?

– Да, – ответил Кэл, накладывая стрелу на лук.

Тея неумолимо восхищалась силой, которая исходила от друга, когда он с выверенностью натянул тетиву.

Стрела полетела.

Они втроем наблюдали, как она парит над пропастью между островом и землями Тезмарра.

Веревка полетела за стрелой и вдруг натянулась.

Кэл потянул за нее, проверяя, насколько крепко она держится. Он обернулся к друзьям с улыбкой:

– Кто первый?

– Вы уверены, что она достаточно прочная? – решила спросить Тея и сама сильно потянула за нее.

Казалось, что все хорошо.

– Что ж, – сказал Кипп, выпятив грудь. – Приму удар на себя – пойду первым. Пообещайте рассказать Милле о моем подвиге.

– Значит, в следующий раз ты нас с ней познакомишь? – рассмеялась Тея.

Кипп убедился, надежно ли закреплено оружие и щит, дважды проверил тотем на своей руке, а затем обернулся к ней.

– Ничего не обещаю, Алтея. Каждая минута на счету, когда представляется возможность увидеть ее.

Он расстегнул свой ремень и, перекинув его через веревку, отдал друзьям честь.

– Увидимся на той стороне.

А затем взмыл над пропастью с радостным криком.

Друзья молча наблюдали за ним.

– Ты никогда не задумывалась, не сумасшедший ли он? – покачав головой, спросил Кэл Тею, глядя вслед Киппу, фигура которого становилась все меньше и меньше по мере того, как отдалялась.

– Время от времени...

Кэл рассмеялся. Увидев, что Кипп благополучно перебрался на ту сторону и уже взбирался на вершину, он подал знак Тее.

– Дамы вперед.

Дрожащими пальцами Тея расстегнула ремень, надеясь, что брюки не свалятся с нее на середине пути. Она перекинула его через веревку и еще раз дернула за нее, проверяя, точно ли та выдержит ее вес.

Бросив последний взгляд на тотем, поблескивавший на правом предплечье, она оттолкнулась от скалы.

Ледяной ветер неожиданно ударил ее по лицу, запутался в ее косе, но, когда Тея взмыла над скалами и морем, глаза ее заслезились от радости. Изо всех сил вцепившись в ремень, она безудержно расхохоталась от абсурдности происходящего.

Она не могла поверить, что все позади. Свобода. Победа.

Вблизи отчетливо показался выступ, и она замедлилась, чтобы не врезаться в скалу. Ботинки заскользили по каменной поверхности, и девушка уперлась в нее пятками, резко останавливаясь. Она справилась.

Тея оглянулась на Цепные острова, выглядывая фигуру Кэла. Она помахала ему обеими руками, а затем затянула ремень на брюках и стала подниматься наверх. Всего пара движений, и она уже карабкалась по краю, а затем крепкие руки Киппа подняли ее наверх.

Они вместе смотрели, как по веревке за ними последовал Кэл. Вскоре он присоединился к ним на тезмаррской земле. Солнце начало садиться, и они втроем взглянули на то, что только что преодолели. Цепные острова, испытание на посвящение... Хоть их еще не провозгласили, но теперь они были стражами Гильдии, защитниками Срединных Королевств...

Откуда-то снизу раздался крик.

Все трое мигом выхватили свое оружие: Кэл – лук и стрелы, Кипп и Тея – мечи.

Они медленно приблизились к краю обрыва и увидели внизу на выступе Себастоса Барлоу.

Кэл нацелил лук ему в лицо.

Заметно побледневший Себ стал отчаянно озираться в поисках укрытия.

Однако прятаться было негде. Он был уязвим, находился полностью в их власти.

Тея взглянула на Кэла и увидела, как его лицо исказилось от ярости.

– Кэл... – тихо произнесла она.

Тея не узнала голос друга, в нем сквозил холод и ненависть.

– Назови хоть одну причину, по которой я не должен пустить стрелу ублюдку в глаз.

– Возможно, должен, – ответил Кипп со все еще занесенным мечом. – Он заслужил.

Себ тяжело дышал, он вскинул руки и плотно закрыл глаза.

– Пожалуйста... – одними губами произнес он.

– Если его не убьешь ты, это сделаю я, – прорычал Кипп.

Тея встала перед друзьями, загораживая собой выступ.

– Не надо, – услышала она свой голос.

Кэл колебался:

– Тея, ты же знаешь, что он сделал... Видела нас, видела, что...

– Знаю, – ответила она, складывая руки в мольбе, чувствуя, как все ее тело напрягается. – Он и меня ранил. Но это не вы, в вас говорит...

– Меня все устраивает, – ответил Кэл.

В его глазах все еще сверкала ярость, державшие лук руки дрожали.

– Неправда, – сказала Тея, убирая меч в ножны. – Это не вы, и вы оба это знаете.

На мгновение воцарилась тишина.

Кипп вдруг тяжело вздохнул:

– Она права, Кэл...

Себ все так же стоял на месте, теперь широко распахнув глаза и наблюдая за ними, будто что-то продумывая.

– Кэл... – мягко позвала Тея, протягивая к нему руки.

С гневным рыком Кэл поднял лук и выпустил стрелу прямо Себу в плечо.

Себ закричал, падая на колени, и крик его эхом отразился от скал. Из раны сочилась кровь.

– Ты заслуживаешь гораздо более жестокой участи.

Кэл злобно выругался и умчался прочь.

Кипп бросил на Тею страдальческий взгляд и пошел за ним.

Тея задержалась на краю тезмаррского обрыва и наклонилась вперед, наблюдая за Себом, который прижимал руку к кровоточащему плечу и скулил от боли.

– Не принимай наше милосердие за слабость, – холодно обратилась она к нему. – Когда мы одержим над тобой победу, это увидят все. И теперь ты дважды обязан мне по гроб жизни.

С этими словами она направилась за друзьями в Кровавые леса.

Оказавшись в лесной гуще, Тея ощутила, как по спине прокатилась ледяная дрожь. Она сразу же выхватила меч.

– Кэл?.. Кипп?

Друзья не могли уйти далеко.

Она углубилась в лес, уверенная, что услышит их голоса впереди.

– Кэл! Кипп! – уже громче позвала она. – Это не смешно...

Не успели слова слететь с ее губ, как мимо нее пронеслись черные тени и все вокруг погрузилось почти в полнейший мрак.

Тишину прорезало странное гортанное шипение. Узнав звук, который преследовал ее в ночных кошмарах, Тея отскочила назад. Носа коснулся запах паленых волос.

Тея почувствовала движение рядом с собой, шипение раздалось настолько близко, что она буквально ощущала его на своей коже. Дрожа, Тея медленно двинулась вперед.

Брызнула кровь.

Ее кровь.

Глава 37

Где-то здесь был регульдский жнец.

Тея закричала, когда в плечо вонзились острые когти, а затем ее подбросило в воздух. Врезавшись в дерево, она со сдавленным стоном соскользнула на землю. Девушка вспомнила, что случилось с теми, кто двигался медленно. Поэтому, подавив крик боли, вскочила на ноги, срывая со спины щит. Она выставила его перед собой и стала оглядывать лес, который погружался во тьму.

«Где же ты?» Открытую рану прорезала боль, по руке стекала горячая кровь, но Тея, пошатываясь и сжимая меч, двинулась вперед. Она вглядывалась в черные тени, кружившие вокруг нее.

Сейчас не имело значения, как существу удалось попасть в Тезмарр незамеченным. Главное – выжить. Ей нужно было найти друзей и убежать...

По лесу разнесся громкий, пробирающий до глубины души рев.

И тут появился жнец – он возвышался над деревьями, из-за него земля под ее ногами дрожала.

«Черт, черт, черт». Что, во имя всех королевств, ей делать? Как справиться с ним? Теа видела в Дельмире, на что они способны. Видела, что стало с Лачином и остальными...

«Спокойно», – приказала она себе, вжимаясь спиной в дерево и не обращая внимания на жгучую боль в плече. Он был один или их несколько? Они уже напали на ее друзей? На крепость? На Рен? Теа отбросила шквал вопросов и крепче сжала меч. По руке струилась кровь, отчего ладони становились скользкими.

«Сосредоточься», – велела она себе.

Блеснув сталью, меч Теи резко скользнул по когтю жнеца, не позволяя ему разодрать ей лицо. С трудом дыша, она быстро выставила щит, перехватывая удар. Затем развернулась, уворачиваясь от стремительного удара другой конечности, с которой уже стекали капли ее крови.

Она справится. Она для этого и тренировалась. Тея заставила себя отбросить все мысли и утихомирить сердцебиение. Ей нужно было найти островок спокойствия в глубине своей души, а затем убить существо.

Она распахнула глаза и отскочила в сторону, уворачиваясь от взмаха тени. Ее кончик коснулся предплечья, и Тея закричала, слезы затуманили взор, перед глазами поплыло.

Эта боль была сравнима с малейшим прикосновением докрасна раскаленного в кузнице меча.

Существо замерло, принюхиваясь к воздуху, оно будто смаковало тяжелый запах ее страданий. Жнец наклонил свою рогатую голову, его темные плети извивались с неистовым любопытством. Монстр подкрадывался к девушке, его сила искала ее.

Не сводя глаз со жнеца, она быстро переставляла ногами, пока они кружили друг вокруг друга по лесу.

Он забавлялся, наслаждался своей охотой, игрой.

Но Тея тоже умела охотиться. Она угрожающе взмахнула мечом. Если жнец хотел крови, он ее получит.

Она отразила очередную атаку смертоносных когтей и, вскрикнув, приняла удар его тьмы щитом. Он оказался таким сильным, что девушка еле устояла, изо всех сил упираясь ногами во влажную землю.

Тея сделала ложный выпад вправо и нанесла сильный удар мечом по жилистой ноге существа.

Монстр завопил, и этот пронзительный звук эхом разнесся по лесу.

Она сделала очередной выпад, пытаясь перехватить контроль.

Но жнец был умен, он убивал бойцов сильнее Теи, и его терпение вдруг иссякло. Он захотел заполучить добычу.

Уворачиваясь от очередной атаки, Тея пыталась вспомнить, как Боевые Мечи справились со жнецами в Дельмире. Однако они работали в команде, и у них было оружие из наарванской стали, вырезающее темные сердца...

И ее друзей нигде не было видно. Скорее всего, где-то поблизости лежали их тела.

Тея была одна. И она не сможет уклоняться бесконечно, не сможет справиться с монстром в одиночку.

Может, если бы у нее была веревка или лук Кэла, она бы смогла задержать его настолько, чтобы успеть убежать, но у нее не было ни того, ни другого.

Жнец накинулся на нее с когтями и тенями, черные плети хлестали по ней, обвивались вокруг щита, били по ногам. Еле дыша, Тея попятилась назад, продираясь сквозь измазанные кровью листья. Она прошла испытание на посвящение, встретилась с опасностями, преодолела все препятствия, но угодила прямо в ловушку жнеца. Все тело горело, мышцы ныли при каждом движении, но она не сдавалась.

Тея с воплем бросилась вперед, нанося удары по незащищенным конечностям существа. Как бы она ни устала, она будет биться до конца. Она была истинным воином Тезмарра...

Теа отлетела в сторону и врезалась в другое дерево, от удара у нее заскрежетали зубы, все тело сотрясла дрожь.

Но нет, ее время еще не пришло. Так просто не могло быть. Только если ей суждено не умереть, а самой стать одним из монстров... Она рванула вперед, перед глазами все расплывалось...

Раздался крик.

Не ее.

Внезапно темноту озарило сияние пылающих огнем парных мечей.

Между ней и жнецом приземлился Уайлдер Хоторн.

Тея сдавленно ахнула, при виде его у нее подогнулись колени.

Однако существо не остановилось. Оно зашипело на новую жертву, и Боевой Меч дразняще взмахнул огненными мечами.

Издав яростный вопль, жнец бросился на Уайлдера. За хищником было невозможно уследить – он с невероятной скоростью размахивал когтями, вокруг него извивались сгустки тьмы. Однако Боевой Меч знал этот смертоносный танец. Он пригнулся, уворачиваясь от атаки, а затем сам обрушил серию ударов по туловищу монстра.

– Тея? – позвал Уайлдер.

Она привалилась спиной к дереву, пользуясь возможностью отдышаться, которую предоставил ей воин. Сделав глубокий вдох, Тея оттолкнулась от ствола и подняла меч.

– Справа!

Она отразила удар плети щитом и, решительно сжав меч, пролетела между теней к незащищенному боку существа, а затем нанесла мощный удар.

Жнец заверещал от боли, и Тея прокрутила меч, заставляя его прочувствовать муку каждой клеточкой.

– Блок! – закричал Уайлдер.

Тея инстинктивно подняла руку со щитом, и как раз вовремя – она отразила смертельный удар острейших когтей.

Под сокрушительной мощью жнеца ее силы ослабли – внезапно она ощутила каждый порез на своем теле, каждый ушиб. Тяжело дыша и пытаясь собраться с силами, Тея по-прежнему укрывалась за своим щитом.

Казалось, монстр почувствовал, что она теряет силы, и нанес более яростный удар, чем прежде, – плети ониксовой магии обрушились на нее неумолимой волной. Девушка не могла отразить их все. Одну она приняла на свой щит, вторую отбила мечом, а третья... Третий удар пришелся на кожу под ключицами. Тея закричала, ее окутала тьма, в глазах потемнело и...

* * *

* * *

Странное видение растворилось, и Тее показалось, словно мир ускользает от нее, рассыпается и улетает, как частички пепла после пожара. Она теряла себя, понимала, что умирает, что камень судьбы не выдержал ударов плетьми тенетворца. Боль отзывалась в каждой клеточке ее тела, она обжигала и мучила.

Хрипя, Тея хватала ртом воздух, снова задыхаясь от запаха паленых волос.

На нее набросились когти, не давая подумать о том, что она только что увидела. Девушка прикрылась щитом, и все, о чем она могла думать, – о мучительной боли. Невообразимая сила отбросила ее назад, выбивая воздух из легких. Ее рот наполнился кровью, и на языке она ощутила вкус железа.

Тьма пришла за ней.

И Тея позволила ей завладеть собой. Она посвятила всю себя тому, чтобы оставить след в этом мире, но Рен оказалась права. Она не была неуязвимой, и даже сама судьба не смогла противостоять темным силам, пришедшим из-за Завесы...

– Не смей сдаваться! – раздался низкий голос Уайлдера, разрушая восторг от надвигавшейся смерти.

Слова вернули ее с края пропасти, задели какую-то струнку. Приходя в себя и игнорируя боль, Тея ощутила, как внутри нарастает знакомая энергия. Что-то древнее потекло по ее венам, и она, выронив оружие, подняла голову к небу. Она развела руки в стороны, в ее ладонях пульсировала сила.

Небо расколола белая молния, и Алтея Золтейр знала: они – часть одной силы.

На кончиках ее пальцев плясала магия, и Тея не задумываясь обрушила ее на тенетворца.

В себя ее привел крик монстра.

Поток силы исчез, но Тея не стала упускать такую возможность. Она схватила свой меч и через секунду оказалась на ногах, у нее словно открылось второе дыхание. Она приблизилась к тенетворцу, который с трудом поднялся. Его кожа, пораженная молнией, тлела.

Тея стиснула зубы, борясь с неотступающей болью. Рука, сжимавшая меч, была липкой от крови и пота, но это не помешало ей нанести резкий удар.

Полилась черно-красная кровь.

– Сюда! – крикнула она воину, понимая, что жнец теряет силы.

Уайлдер мгновенно оказался рядом с ней, и вместе они оттеснили ослабевшее существо назад, поражая его тени огнем и сталью.

Они сражались бок о бок. Тея почувствовала обжигающий жар от оружия Боевого Меча, когда он уклонился от когтей. В следующий момент мужчина замахнулся мечами и обрушил мощные горизонтальные удары по торсу тенетворца.

Существо снова закричало, и звук этот разнесся по всему лесу, по всему Тезмарру.

Тея отбросила щит в сторону и, подпрыгнув, бросилась на монстра. Она крутанула мечом, как это когда-то делал Уайлдер, и, собрав последние силы, двумя руками нанесла удар в грудь твари.

Ее меч прошел сквозь обтянутую кожей плоть, хрящи, мышцы и кости.

Внезапно она начала падать вместе со жнецом.

Уайлдер рядом с ней тоже прыгнул и...

Они полетели на монстра, Уайлдер приземлился прямо на него, пригвоздив к земле. Его пылающие мечи вонзились в бицепсы монстра.

Жнец визжал и бился в агонии, но не мог освободиться.

Лицо Уайлдера было мокрым от крови и пота. Он потянулся к своему поясу и вытащил кинжал Малика.

Тея не отрывала от него глаз. С решимостью в своих серебристых глазах он протянул кинжал ей.

– Теперь ты закалена кровью и сталью, – прохрипел Уайлдер.

Не раздумывая, Тея твердой рукой приняла кинжал и вонзила его в грудь жнеца. Она пронзала ткани и сухожилия – из раны, как и из десятков других, начала сочиться черно-красная кровь.

Крики ослабли, и монстр, издав сдавленный хрип, затих под ее мечом.

Тея вонзила кинжал глубже и под пристальным взглядом Уайлдера вырезала сердце жнеца.

Глава 38

Со смертью жнеца тень и мрак, опустившиеся на Кровавые леса, развеялись, обнажая залитую солнцем листву и привычную тишину леса.

Тяжело дыша, Уайлдер бросил мечи в листву и бросился к Тее. Он нежно обхватил ее руками и притянул к себе, рассматривая девушку. В серебристых глазах бушевал страх, взгляд скользил по бесчисленным брызгам крови на ее разодранной одежде, а затем упал на кровавую массу в ее руках – сердце тенетворца.

– Ты сильно ранена? – тихо спросил он.

Он выглядел так же плохо, как и она. Одежда местами порвалась, кровь и грязь покрывали тело с головы до ног, а на коже появились несколько ужасных синяков и порезов.

– Нормально, переживу, – наконец ответила Теа хриплым голосом.

Однако когда Хоторн отвернул ее рубашку, в глазах его появился ужас. Вокруг неровной раны под ключицами проступала паутинка черных вен.

Тея тоже уставилась на порез. Казалось, что кожа гноится.

Уайлдер вложил что-то ей в руку.

– Пей.

Его пузырек с родниковой водой из Авеума.

– Я не могу, он твой...

– Тея, прошу тебя.

Он откупорил пузырек и поднес горлышко к ее рту.

Тея оглядела место сражения в поисках своей сумки.

– У меня есть листья ирусида, они помогут не отключиться, пока я добираюсь до...

– Тея... Ирусид ничего не сделает. Эта рана – не обычная. Я знал людей, отмеченных тьмой... Они частично стали тенетворцами. Такой жизни я не пожелал бы никому, особенно тебе. Все это время я хранил пузырек для подобной раны.

– Но...

– Черт возьми, просто выпей.

Он уже подносил пузырек к ее губам.

Языка коснулась струйка воды, она оказалась сладкой, холодной и освежающей. Под воздействием магических чар все тело Теи начало покалывать.

Самые глубокие раны затянулись, оставляя после себя лишь бледно-розовые шрамы. Сетка черных вен на коже посветлела, а через считаные мгновения полностью исчезла.

– Слава богам, – выдохнул Уайлдер, завороженно проводя пальцами по исцеленной коже. – Я видел, что может сотворить прикосновение жнеца. Однако вода сработала, ты... Ты осталась самой собой.

Тея потрясенно смотрела на Уайлдера.

– Ты потратил свой пузырек на меня.

– Я уже говорил тебе, я его берег.

– Спасибо, – прохрипела она, в горле застрял ком. Дрожащей рукой она потянулась к нему, желая убедиться, что он в порядке. – А как же ты?

Он наклонился к ней и прижался своим лбом к ее, на мгновение закрывая глаза.

– Переживу.

– Хорошо, – выдавила Тея.

Уайлдер улыбнулся ее ответу.

– Рад, что ты так считаешь.

Тея встала на колени, обвила рукой шею Боевого Меча и утянула его в глубокий поцелуй. Ей было необходимо успокоиться, она нуждалась в его тепле, которое прогнало пронизывавший ее холод.

– Мы выжили, – прошептала она в его губы.

– Благодаря тебе. – Он отстранился и с трепетом взглянул на нее. – Молния...

Тея моргнула, вспоминая о том, как сквозь ее тело прошел разряд тока. От этих мыслей она вздрогнула.

– Это была я... – неуверенно произнесла она, чувствуя покалывание на своей коже. – Я...

– Ты обладаешь магией, – закончил он за нее.

У Теи закружилась голова, она вдруг почувствовала себя маленькой девочкой.

– Не понимаю, как это возможно, – дрожащим голосом произнесла она.

– Я тоже. – Уайлдер притянул ее к себе. – Но мы разберемся с этим. Вместе.

Плечи ее поникли, и она позволила себе на мгновение прижаться к нему, вдохнуть его силу и насладиться тем, что даже сейчас ее тело трепетало от его близости. Однако уже темнело.

– Магии придется подождать, – произнесла она и с сожалением, но решительно прервала чувственные объятия. – Мне нужно попасть в крепость до захода солнца.

Вдруг Тея вспомнила, что кое-что уронила на залитую кровью землю. Спустя минуту поисков она протянула Уайлдеру кинжал из наарванской стали.

– Возьми.

Боевой Меч покачал головой:

– Он твой.

Они молча шли по Кровавым лесам. Тея то и дело ловила на себе восхищенные взгляды Уайлдера и отвечала ему такими же. Она никак не могла осознать все, что с ней произошло, но каждый раз, когда она смотрела на мужчину, в ее голове настойчиво звучала одна мысль.

Это были слова Рен, которые та сказала ей давным-давно: «Настоящий мужчина поможет заточить меч, прикроет твою спину и будет сражаться вместе с тобой перед лицом даже самой кромешной тьмы».

По пути они не увидели ни следов Кэла и Киппа, ни следов борьбы, ни свидетельств того, что здесь были другие жнецы или обычные тенетворцы. Хрупкое сознание Теи терзали вопросы, но она отбросила их. «Позже», – пообещала она себе, завидев ворота и клонившееся к горизонту солнце.

Они наконец добрались до Главного зала. Уайлдер распахнул двери, которые громким ударом о стены напугали всех находившихся внутри.

Тея и ее Боевой Меч вошли внутрь, и на них устремились взгляды ошеломленной толпы. Они шли к главному столу в гробовой тишине, и все, что слышала Тея, – как с черного сердца, что она все еще сжимала в руке, капает кровь.

Мастер Гильдии вскочил на ноги, переводя безумный взгляд с Теи на Уайлдера, в выражении его лица читалось ошеломление. Сидевший рядом Король Артос, Боевые Мечи и командиры выглядели не менее пораженными.

– Сегодня днем в Кровавые леса каким-то образом пробрался регульдский жнец, – разнесся низкий голос Уайлдера по всему залу.

Мастер Гильдии оперся о стол костяшками пальцев и, несмотря на их говорящий внешний вид, произнес:

– Невозможно.

В зале вновь воцарилась оглушительная тишина. И вдруг Тея нарушила ее – бросила черное сердце к ногам Осириса, на каменный пол брызнула кровь.

– Этого доказательства мало?

Все молчали. Мерцающий свет факелов осветил запекшуюся кровь на вырезанном сердце.

– По дороге в крепость я оторвалась от своих друзей, – объяснила Тея. – И тот монстр напал на меня в Кровавых лесах.

Следующим заговорил король Артос:

– Во имя всех королевств, как жнец попал в Тезмарр? – требовательно спросил он. – Не говоря уже о Срединных Королевствах в целом?

Он задавал вопросы столь резко, как если бы метнул в Мастера Гильдии клинок. Осирис побледнел.

– Мы оповещали всех правителей о том, что в руинах Дельмиры один из монстров сбежал.

Тею охватило странное ощущение, словно тревожный звоночек. Перед глазами появилось то видение с маленькой девочкой на выжженном дворе. Ания – та самая девочка, что навлекла большие перемены на Тезмарр. Почему во тьме тенетворца Тея увидела ее?

– Я правильно понимаю, что ситуация не была урегулирована? – спросил король. – Жители Срединных Королевств доверяют свою безопасность стражам. Хотите сказать, что Гильдия не справилась со своей задачей?

– Ваше величество, уверяю вас...

Артос поднял руку:

– Кажется, Тезмарр и все Срединные Королевства в большом долгу перед мисс Золтейр.

Осирис покраснел, переводя взгляд на Тею, а затем на Уайлдера.

– Хочешь сказать, что жнеца убила девчонка?

Напряжение от Боевого Меча исходило волнами.

– Да. Именно Алтея вырезала его сердце.

Осирис замер:

– Простой щитоносец?

Тея расправила плечи и показала тотем.

– Я больше не щитоносец. Я страж Срединных Королевств.

Король Артос похлопал Осириса по плечу.

– Тогда, Мастер Гильдии, если в Тезмарре вы готовите именно таких воинов, то у нас нет никаких проблем.

Осирис продолжил буравить Тею взглядом, но в итоге все же кивнул.

– Прекрасно. Поздравляю, мисс Золтейр. Мы, безусловно, обсудим эту ситуацию позже, а сейчас нам пора продолжить церемонию посвящения в стражи, а затем объявить учеников Боевых Мечей.

От этих слов душа Теи затрепетала, и она позволила Уайлдеру отвести себя в другой конец зала, чтобы не мешать. Ошеломленная, она наблюдала, как Мастер Гильдии проверяет тотемы ее товарищей.

Сердце радостно запрыгало у нее в груди при виде Кэла и Киппа, которые приближались к столу. Напряжение отпустило ее, сменяясь облегчением.

– С ними все в порядке, – прошептала Тея Уайлдеру. – Не понимаю, как...

– Я думаю, жнец выжидал тебя, – тихо ответил он, наблюдая, как ее друзья жмут руку Осирису. – Его не интересовали Сноуден и Уитлок. Он жаждал твоей силы.

По спине Теи пробежал холодок, и ее ноги едва не подкосились. Однако разговор прервал Осирис, который закончил поздравлять новоиспеченных стражей и принимать их в ряды воинов Тезмарра.

– А теперь то, чего все мы так ждали... Объявление учеников Боевых Мечей. Ваше величество, окажете ли честь?

Лучезарно улыбаясь, король Артос хлопнул в ладоши.

– С удовольствием, Мастер Гильдии. Добрые жители Тезмарра, – начал он. – От имени Харента, Авеума и Твера хочу поздравить всех, кто прошел испытание на посвящение. Срединные Королевства приветствуют вас и возлагают на вас надежды.

Тея чувствовала всеобщее беспокойство. Всюду разносилось шарканье ног, возня столовыми приборами и едва слышный нетерпеливый шепот.

– Учениками Боевых Мечей становятся... – Король Артос выдержал долгую, напряженную паузу. – Ученик Вернича Уорнера – Себастос Барлоу.

Кровь застыла в жилах Теи.

– Нет... – вырвался у нее прерывистый шепот.

Позади нее раздались слабые аплодисменты, но она не осмелилась обернуться. Не осмелилась встретиться взглядами с Кэлом и Киппом, чьей мести она не позволила осуществиться. Теперь всем им пришлось столкнуться с ужасной реальностью.

Себ с перевязанным плечом и мокрым от пота лицом вышел вперед.

Однако король не давал времени подумать, продолжая оглашать список.

– Учеником Торджа Элдерброка становится... – громко объявил Артос, перекрикивая шум.

Сердце Теи замерло. Наконец-то. Вот он момент, к которому она готовилась все эти месяцы. Ладони вспотели, она представила, как король произносит ее имя, и...

– Кэллахан Уитлок.

Тея не знала, куда смотреть. Уж точно не на Кэла, который сейчас гордо шагал к Боевому Мечу с вытянутой рукой.

Она заставила себя поднять ладони и захлопать вместе с остальными, хотя на щеках ее выступил румянец унижения. Аплодисменты Кэлу были гораздо более громкими, чем Себу.

Тордж Элдерброк выбрал Кэла.

И, к своему большому огорчению, Тея понимала почему. Однако ей все равно было больно, и она ощущала укол зависти, понимая, что следующим объявят ученика Уайлдера.

Наконец она подняла глаза к главному столу, обнаруживая, что на нее во все глаза смотрит Осирис и во взгляде его закипает ярость. Он вскинул руку.

– Ваше величество, подождите! – почти вскрикнул он и, громко скрипнув креслом, встал из-за стола и направился к Тее.

Тея поборола желание отступить назад. «Ну что еще?»

– Скажи мне, что это не то, о чем я думаю, – подойдя к ней, прорычал Осирис и указал на ее бедро.

Нахмурившись, Тея опустила глаза.

У нее на поясе висел кинжал Малика.

– Скажи мне, что это не наарванская сталь, что это не тот кинжал, из-за которого все началось, – требовал Мастер Гильдии.

Сердце сильно билось о грудную клетку, и Тея вздрогнула, но не сделала и шага назад.

– Не могу, сэр...

Слюна собралась в уголках его рта, ноздри раздулись.

– Когда в последний раз женщина прикоснулась к священному оружию, на Тезмарр обрушился хаос, – возбужденно говорил Осирис. – Наарванская сталь в руках женщины призывает тьму. Откуда нам знать, что это не ты выманила тенетворца из-за Завесы?

Уайлдер шагнул вперед.

– Я отдал ей кинжал, – прорычал он. – Я видел, как она вырезала сердце гребаного монстра.

– В таком случае теперь она – твоя забота, Хоторн. Ты – Боевой Меч, вложивший оружие из наарванской стали в руку женщины. «Она занесет меч и предопределит течение судеб». Только ты будешь нести за это ответственность.

– Да будет так, – ответил Уайлдер. – Я за нее ручаюсь.

На лице Мастера Гильдии появилось победное выражение.

– Хорошо, – произнес он. – Тогда настоящим я объявляю, что учеником Уайлдера Хоторна становится Алтея Золтейр.

Уайлдер Хоторн

Он потянул ее к выходу из Главного зала, отчаянно пытаясь найти место, где можно было бы поговорить наедине. Уайлдер завел Тею в чулан, в котором нашел ее несколько недель назад истекающей кровью. С содроганием он обнаружил, что ее кровь все еще капает на каменный пол.

– Уайлдер? – Тея в замешательстве смотрела за тем, как он закрывает за ними дверь.

Мужчина вел себя безрассудно, вот так уводя ее, но ему нужно было поговорить с ней. Если они смогут прийти к общему решению, то справятся со всем – с магией, наставничеством.

Не обращая внимания на запах сырости, Уайлдер нежно обхватил ее руки.

– Если мы оба откажемся от наставничества, они ничего не смогут с этим сделать, – сказал он, чувствуя, как сильно бьется его сердце.

В ее присутствии, казалось, все его чувства обострялись, тело трепетало. Они смогут быть вместе, у них все может получиться, но только если они не будут мастером и учеником. Те чувства, что он к ней испытывал, не позволят ему стать хорошим мастером.

Мысли его затуманились, когда Уайлдер увидел выражение ее лица. Глаза Теи опустились, темные брови нахмурились, в пальцах она сжимала кусочек нефрита, висевший на ее шее.

– В чем дело? – спросил он.

– Я не хочу отказываться.

Он уставился на нее, чувствуя, как земля начинает уходить из-под ног.

– Что?

– Это мой последний шанс, – произнесла она с нотками мольбы в голосе. – Стать Боевым Мечом. Ты – мой шанс.

– Но мы договаривались...

– Что я буду просить о назначении моим наставником Торджа, и я это сделала. Но теперь... Либо ты, либо никто. У меня осталось всего три года, чтобы оставить след в этом мире. Меньше.

Уайлдер выпустил Тею из рук.

– Три года? О чем ты говоришь?

Ее нижняя губа задрожала, Тея положила нефритовый камень судьбы ему на ладонь.

– О нем.

Уайлдер уставился на минерал. Когда он впервые его увидел, его охватил неподдельный страх, но когда он спросил...

– Ты сказала мне, что он не твой... – медленно произнес он, перекатывая камень между пальцами.

«Двадцать семь» – гласила надпись на камне, заставляя мурашки побежать по коже, покрытой холодным потом.

– Я соврала.

Взгляд замер на ней, пульс участился.

– Соврала?

Тея кивнула, ее глаза наполнились слезами.

– Я не хотела, чтобы ты меня жалел... Не хотела, чтобы считал, что учить меня – пустая трата времени.

Уайлдер вздрогнул и отпустил камень. Он приземлился между ее грудей, свисая на кожаном шнурке, тем самым дразня его. Тея действительно считала его настолько холодным?

В глазах у него защипало, дыхание перехватило. Он не мог набраться смелости и задать вопрос, вертевшийся на языке.

«Двадцать семь», – без остановки отдавалось в его голове.

Тея все равно ответила ему мягким голосом:

– В этом возрасте я умру.

Внезапно чулан стал слишком маленьким, Уайлдер начал задыхаться. Грудь тяжело вздымалась, сердце болезненно сжалось. В двадцать семь лет Тея умрет. Через три года... Неожиданно для него самого перед глазами пролетели картинки совместного счастливого будущего, которому теперь не суждено сбыться.

Тея, его Тея, хотела большего от той недолгой жизни, что ей оставалась. И Уайлдер знал, что не сможет помочь ей достичь этой цели, если будет одновременно и любовником и наставником. То короткое время, что они были вместе, повлияло на него так сильно, что это пугало его. Он уже не мог думать ни о чем, кроме нее, и он знал – если они будут вместе, он не сможет учить ее, тренировать... Хоторн понимал: если они будут вместе, он не сможет гонять ее так сильно, как требуется, потому что она хотела стать Боевым Мечом, а Боевого Меча нужно закалять до предела.

– Пожалуйста, Уайлдер... – Она задыхалась. – Я хочу этого. Больше всего на свете.

«Больше всего на свете... Больше, чем тебя».

– Значит, ты настаиваешь на решении Мастера Гильдии? – спросил он.

Ему хотелось кричать, хотелось выплеснуть ярость на самих Фурий за подарок судьбы, который оказался таким недолговечным.

Тея взглянула ему в глаза своими покрасневшими, но полными решимости.

– Да.

Он и Тея... В Кровавых лесах и задолго до того они дали начало чему-то хрупкому, но это... Это все меняло. Однако это ее жизнь и ее выбор. А ее Уайлдер всегда будет ставить на первое место. Раз она собиралась пройти Великий Обряд, значит, он, черт возьми, сделает все, что может, чтобы ее подготовить. Значит, он станет Боевым Мечом Хоторном, ее наставником и мастером, а не Уайлдером, ее любовником. Не место колебаниям, альтернативам. Он должен был поставить точку. Чувства не позволят ему оставаться с Теей и привести ее к цели. Он добьется этого, только если станет самым суровым и жестоким наставником, которого когда-либо знали Срединные Королевства.

Спрятав дрожащие руки в карманы, он смерил ее холодным, жестоким взглядом.

– Ты соврала мне.

Тея потянулась к нему.

– Прости меня, я...

– Не волнуйся. Это все упрощает, – отрезал Хоторн и убрал ее руки, ощущая, как что-то глубоко внутри него надломилось.

– Уайлдер...

– Раз ты настаиваешь на этом проклятом назначении, так тому и быть. Теперь мы наставник и ученик, не более того.

Глаза ее округлились.

– А как же...

Он выпрямился в полный рост и потянулся к ручке двери, лицо его выражало неподдельный гнев.

– То, что произошло в Кровавых лесах, было ошибкой. И больше этого никогда не повторится, алхимик.

Он больше не мог выносить растущего давления в груди.

Уайлдер вылетел из чулана, оставляя крепость и своего нового ученика позади.

Глава 39

Когда он ушел, у Теи вырвался прерывистый вздох, и она, обхватив себя руками, согнулась пополам. Сначала боль пронзила ее сердце, а теперь... Теперь у нее болело все, каждая частичка тела. Одна, в этом чертовом чулане, она дала себе минуту, одну лишь минуту, чтобы справиться с этой неумолимой болью в груди, вздохнуть.

На долю секунды ее захлестнули события последних двадцати четырех часов. Они разом обрушились на нее, но она цеплялась за одно особенное чувство, то самое, что притупляло боль и одновременно разжигало огонь внутри: ярость.

Тея больше не алхимик, не щитоносец. Теперь она – страж Срединных Королевств и ученик Боевого Меча, имевшего самую дурную славу. И она выстоит, ничто не сломит ее.

Кто, черт возьми, Хоторн такой, чтобы злиться на нее? Это она умирала. Это она бежала наперегонки со смертью.

В ответ на бушевавшую в груди бурю ужаса кончики пальцев защипало. Та ее часть, что так долго дремала внутри, полностью пробудилась и желала вырваться на волю.

И Тея знала, на кого ее направить.

Рен была одна в алхимической мастерской. От одного лишь взгляда на израненную и окровавленную Тею она разрыдалась. Рен бросилась к ней и, несмотря на раны, заключила сестру в крепкие объятия. Пузырек Уайлдера залечил самые серьезные раны, но Тея все еще чувствовала слабость.

– Боги, Ти... Что случилось? – спросила Рен дрожащим голосом, ее слезы стекали по шее Теи. – Я пыталась узнать о тебе, но мне сказали, ты еще не вернулась.

Поток воспоминаний и эмоций нахлынул на Тею с такой силой, что ей пришлось ухватиться за край стола, дабы не упасть.

– Мне нужно с тобой поговорить, – тихо сказала Тея.

Рен вдруг молча отступила назад.

«Неужели понимает, о чем я хочу поговорить?» – подумала Тея, глядя на сестру. Оцепенение распространялось от груди по всему телу. Тея всегда в первую очередь шла к Рен, сестра знала о ней все – и хорошее, и плохое, и о нависающей над ней смерти. А теперь... Ей вдруг показалось, что она совсем не знает Рен.

– Может, хочешь что-нибудь мне сказать? – мягко спросила Тея.

Рен вернулась к своим настойкам, ее руки хватали различные стеклянные пузырьки.

– Что я рада, что ты жива? Что мне интересно, что, во имя всех королевств, случилось?

У Теи голова шла кругом. «Ты даже не представляешь... Понятия не имеешь, что я делаю для нас», – не так давно в порыве злости кричала сестра. И Тее никогда не приходило в голову спросить, что именно Рен для нее делала. До этого момента.

– Нет... Ни то, ни другое, – ответила она.

– Тогда что?

– Ты знаешь что.

Тее потребовались все силы, чтобы продолжить ровно стоять, усталость и боль валили ее с ног. Но она не позволит себе продолжить этот разговор с больничной койки.

– Ты соврала мне.

От нее не ускользнуло – она необдуманно повторила слова Уайлдера, что он произнес всего несколько минут назад.

Рен даже не шелохнулась:

– Разве? О чем?

– О магии.

Тея не сводила глаз с сестры, ожидая, что та будет яростно отрицать, изображать удивление, а затем обвинит в невежестве.

Однако ничего из этого не последовало.

Рен повернулась к ней, и Тея встретила ее взгляд с той же непокорностью в глазах, как всегда.

– Да, – наконец ответила Рен. – Я соврала.

Ноги Теи подкосились, и она оперлась о край стола. Сестра даже не пошевелилась, чтобы помочь ей.

– Зачем... – наконец заговорила она, в ушах у нее звенело. – Зачем тебе врать об этом?

Рен сократила то небольшое расстояние между ними и, встав прямо перед Теей, протянула руку к камню судьбы. Он уже принес ей столько боли и страданий. Изумрудный цвет проглядывал из-под облепившей его крови и грязи.

– Я не просто соврала о магии, – медленно произнесла Рен, вертя камень в пальцах. – Я подавляла ее.

– Что?

Тея не могла поверить, что это говорила ее сестра.

Рен постучала по камню грязным ногтем:

– Когда ты в последний раз снимала его?

– Я... Что это зна... – Тея замолчала, тяжесть в груди стала невероятной ношей.

Рен мягко усадила ее на ближайшую табуретку.

– Я годами покрывала камень мощным подавляющим эликсиром.

Тея могла лишь смотреть на нее, разинув рот, ощущая, как внутри все сжимается.

Рен с грустью взглянула на нее:

– Мою магию я почувствовала намного раньше...

Тея резко подняла голову:

– Твою?

– Да. Я обладаю такой же магией, что и ты. Думаю, твоя не проявлялась из-за того, что ты всегда много двигалась. Вечно убегала куда-то, пыталась подраться с мальчишками из крепости, призывала играть в «Танцующих алхимиков»... У меня же более спокойный образ жизни, я много сижу. Думаю, именно поэтому она пробудилась во мне раньше.

– Рен... Это невозможно...

– Скажи это молниям, бегущим по нашим венам.

Руки Теи тряслись.

– Рен.

Однако сестра не закончила:

– Я изобрела этот эликсир, когда мне было четырнадцать – тогда я впервые почувствовала молнии на кончиках своих пальцев. Ты не подавала признаков, но я всегда знала, что это вопрос времени. Когда шесть лет назад на вершине утеса ты плакала по этому дурацкому конюху, я почувствовала, что магия пробуждается и в тебе. Тогда я и украла твой камень судьбы и обработала его тем же средством, что и сама использовала много лет. Все это время ты ни о чем не догадывалась.

– Но ведь я спросила тебя в ту ночь, когда Кэл и Кипп пострадали. Я спросила тебя, а ты рассмеялась мне в лицо. Ты выставила меня сумасшедшей...

– Ты не была готова. А тебя было так легко убедить, хотя ты сама чувствовала эту силу. И ты отмахнулась от нее. Позволила нескольким словам отвергнуть саму суть твоего существа.

Тея уставилась на свои руки, впервые замечая черные пятна на кончиках пальцев.

– До сегодняшнего дня, – прохрипела она. – Когда использовала молнию против регульдского жнеца.

Рен вздрогнула, не сумев скрыть своего потрясения.

– Что ж, значит... В самых отчаянных ситуациях магия способна превзойти даже самую сильную алхимию.

– Откуда... Откуда ты знаешь так много? Кто-то еще в курсе?

– Я – ученый, – как ни в чем не бывало ответила Рен. – Как только я обнаружила у себя... признаки магии, начала поиски. И нет, никто не знает, хотя я думаю, что твой Боевой Меч догадывается.

– Он не мой. – К горлу Теи подступила тошнота. – Но если мы обладаем магией, значит... Рен, этого не может быть. Мы же просто сироты, которых оставили в Тезмарре, никто.

Рен внимательно наблюдала за ней, за ее реакцией.

– «Никто» не обладают магией, Тея.

Внезапно все стало невыносимым. Тея не чувствовала ни боли, ни усталости. Пошатываясь, она поднялась на ноги, сердце ее гулко стучало, дыхание стало быстрым и поверхностным.

– Тея, я делала это, чтобы защитить тебя.

– Нет, – она попятилась от сестры.

Рен потянулась к ней.

– Как думаешь, Ти, сколько жизней у тебя еще осталось?

Тея больше не могла здесь находиться. Бездна силы внутри нее стала большой настолько, что магия, требуя освобождения, посылала по венам электрический ток. Тея забыла о своих ранах, крови и черных метках на кончиках пальцев и покинула крепость. Впервые в жизни Рен за ней не последовала.

* * *

Алтея Золтейр сидела на краю черных зазубренных скал Тезмарра и смотрела на темнеющий горизонт. Солнце давно зашло, и затянувшие небо тучи тяжело нависали над бушующим морем.

«Ты обладаешь магией», – заявил Хоторн на крыльце своего дома, казалось, вечность назад.

А когда Тея повторила его слова сестре, та рассмеялась. «Да не может быть!»

Всю свою жизнь она ощущала странное покалывание на коже и эту вечную неугомонность... Теперь кусочки головоломки начали вставать на свои места.

Крик жнеца, на которого обрушилась порожденная ей молния, все еще звенел в ушах, его кровь все еще покрывала ее кожу.

Пальцы Теи потянулись к камню судьбы – ее проклятию.

Рен так ловко воспользовалась ее одержимостью против нее.

«Лгунья», – прошипел голос в ее голове. Сестра предала ее.

По щекам катились слезы, и Тея со сдавленным вздохом сорвала с шеи кожаный шнурок. Собрав все оставшиеся силы, она с криком швырнула кусок нефрита за край обрыва.

Только что висевший на шее камень больше не подавлял ее естество, и Тею отбросило назад.

Сила быстро наполняла ее, на кончиках пальцев потрескивали молнии, кислород в легких заканчивался. Хватая ртом воздух и пошатываясь, она двинулась вперед, что-то на горизонте взывало к ней.

Тея не знала, что звало ее, но, пойдя на зов, она вытянула руку вперед и провела пальцем по линии горизонта, где небо встречалось с морем...

Королевства прорезали три толстые молнии, они были ярче и мощнее всех, что она когда-либо видела. Казалось, они вот-вот расколют мир на части в отместку за ее смятение.

Тея чувствовала силу всем своим существом, всем сердцем, всей душой.

Молния принадлежала ей, а она – молнии.

Магия рвалась на свободу, на кончиках пальцев заплясали трескучие разряды молний. Над головой сгустились черные тучи и прогремел гром, гневаясь вместе с ней.

Позади хрустнула ветка, и Тея, широко раскрыв глаза, обернулась.

Из-за зазубренных скал появился Уайлдер Хоторн. Его взгляд был прикован к ней, к силе, исходящей от нее.

– Я уже спрашивал тебя об этом и спрошу еще раз.

Уайлдер шагнул вперед, его глубокий голос еще больше подпитывал ее магию.

– Кто ты?

Эпилог

Уайлдер Хоторн

– Кто ты?

Уайлдер не сводил глаз с женщины, чье имя, голос, прикосновение будоражили его тело и едва ли не уничтожили его. Даже сейчас, когда она стояла в самом сердце черной бури, а внизу яростно бушевали волны, он чувствовал себя в полной власти момента, в ее власти.

Тея резко обернулась, на ее лице отражалось изумление, а на кончиках пальцев плясали молнии. Он чувствовал, как в груди вибрирует ее сила, как этот неиспользованный потенциал переплетается с ее замешательством, яростью.

Он шагнул к ней...

– Не подходи! Я... Я не знаю, как ее контролировать! Я не знала...

«Как такое возможно?» Он уже видел, как она призвала эту силу и обрушила ее на жнеца. Он смотрел на нее, отмечая каждую мелочь: отсутствие камня судьбы на шее, разорванную, пропитанную кровью одежду и сильнейший ужас в голосе.

Она была хрупкой и уязвимой, но иначе, чем в чулане. Тогда она боялась боли потери – его и своего будущего, но сейчас... Сейчас она боялась саму себя и того, что может обрушить на мир.

Дочь тьмы. Эти слова эхом отдавались в его голове.

– Все в порядке, – сказал он ей.

Небо над бушующим морем расколола еще одна молния, а молнии на кончиках ее пальцев, словно в ответ, стали еще ярче. Ее магия была сильной, беспорядочной и прекрасной, как и она сама.

Ее глаза горели изумлением и ужасом.

– Как же это возможно?

В тот момент Уайлдер забыл о своих жестоких словах, он наблюдал за тем, как Тея несколько раз моргнула, словно надеясь, что, когда снова откроет глаза, все исчезнет, будто этого никогда не происходило.

Уайлдер сделал еще один шаг к ней. Хотел что-то сделать, но и сам не знал что. Он просто хотел быть ближе к ней.

– Я не хочу поранить тебя, – произнесла Тея.

– Ты не поранишь, – ответил он, встречаясь с ней взглядом в попытке хоть как-то поддержать ее.

– Как это получилось? – спросила она дрожащим голосом.

Теперь он стоял рядом с ней, не касаясь ее.

– Почему бы тебе не рассказать мне об этом, алхимик?

Услышав прозвище, Тея вздрогнула всем телом, магия вокруг них трещала.

– Рен, – прохрипела она. – Она соврала мне. Она... Делала что-то с моим камнем судьбы.

«Ах. Значит, замешана сестра. Ну конечно... Мастер алхимии».

– Мы со всем разберемся.

Он не сводил глаз с молнии, танцующей между кончиками ее пальцев. Она светилась необычным голубым цветом, мерцая неровной сетью ответвлений.

– Мы? – тихо спросила Тея.

– Да, мы, – твердо ответил Уайлдер. – В конце концов, ты мой ученик.

Плечи Теи поникли, и молния, в последний раз вспыхнув, исчезла. Черные тучи над головой отступили к морю с оглушительным ревом.

Уайлдер сжал ее ладони в своих, ощущая, как от них исходит мягкая энергия.

От прикосновения Тея покачнулась, ее губы, словно в удивлении, приоткрылись.

Она упала, и Уайлдер подхватил ее.

* * *

Боевой Меч отнес свою ученицу в свой дом, его разум все еще не мог отойти от всего увиденного, и ему предстояло во всем разобраться. Ее тело обмякло в его руках. Несмотря на целебные действия родниковой воды из Авеума, Тея была измотана испытанием, сражением с монстром и открытием собственной магии.

Магия. Он начал подозревать о ней с той злополучной ночи, когда они спасли ее друзей. Уайлдер чувствовал магию, как она подчинялась безмолвному приказу.

И все же тогда Тея еще не знала. Девушка действительно думала, что она – обычная сирота из Тезмарра...

Уайлдер с ноги открыл дверь. Он представлял себе этот день совершено иначе. Всепоглощающий секс, эйфория от того, что она стала его, и невероятный ужас, когда Уайлдер понял, что жнец жаждет силы, ее силы.

Когда он увидел, что на Тею обрушивается тьма, он потерял всякое подобие контроля. Его охватил ни на что не похожий страх, плотно сжавший в своих когтях его сердце. Только ритмичные взмахи мечей и сражавшаяся бок о бок с ним Тея помогли ему выстоять.

Он задумался обо всем, что произошло после, – когти жнеца, разрезающие кожу под ключицей, действия Мастера Гильдии против них обоих, ее признание о камне судьбы и то, как он оставил ее.

Разговор в чулане ранил его, опустошил... Уайлдер планировал оставить свою новоявленную ученицу и отправиться в Харент, а там напиться в стельку с Марисом. Только этот способ мог помочь ему справиться хотя бы с частью того, что произошло между ними.

Однако когда Уайлдер дрожащими руками седлал своего жеребца, он увидел, как небо прорезала молния, и все понял. Ее сила взывала к его. Тея нуждалась в нем.

Уайлдер не раздумывая поспешил к ней. Подъем по скалам прошел как в тумане.

Теперь же, пытаясь успокоить неровное сердцебиение, он положил ее на свою кровать. Тея была все еще без сознания, безмятежно оторванная от окружающего мира.

Понимая, что шок все еще держит его в своих тисках, Уайлдер расхаживал по хижине, бездумно играя с ожерельем из цветов, которое Тея сплела несколько месяцев назад. Он так и не смог его выбросить. Уайлдер напряженно наблюдал за тем, как поднимается и опускается ее грудь, как вдруг его взгляд упал на книгу, что Малик дал ему в библиотеке.

«Исследование королевской родословной Срединных Королевств».

Прочитав название, он почувствовал, как по спине пробежались мурашки. Он вспомнил, как брат пытался ему что-то показать, но его состояние и появление Одры ему помешали. Теперь же он раскрыл книгу и положил ее на стол перед собой. Сердце его замерло при виде беспорядочных каракулей, начерченных рукой Малика. Брат нарисовал звезду рядом с длинным списком членов королевских семей.

Уайлдер читал, и по рукам его пробежалась волна мурашек, сердце сжалось. Он перечитывал строчки снова и снова, и мысли его кружились так быстро, что уловить суть было сложно. Однако когда он наконец смог взять себя в руки и дочитать, то понял – книга подтверждала его догадки, появившиеся в тот день, когда они вытащили щитоносцев из горных пещер.

Все это время Малик знал. В лазарете после битвы с тенетворцами он сказал Тее свои последние слова: «Остерегайся гнева терпеливой дельмирки».

Он знал.

Уайлдер наконец отложил тяжелый том в сторону и стал ждать.

Спустя много времени Тея пришла в себя. Открыв глаза, она посмотрела на него снизу вверх, в ее глазах цвета морской волны бушевала непрекращающаяся буря.

Он тихо выругался, поскольку все его догадки оказались правдой.

Теперь он знал три вещи...

Во-первых, Алтея Золтейр была повелителем бурь. Ее магия означала, что она не только одна из потерянных наследников Срединных Королевств, но и то, что она – принцесса королевства Дельмира.

Во-вторых, теперь Алтея Золтейр закалена кровью и сталью и, вопреки его желанию, стала его ученицей.

И в-третьих... Несмотря на все его жестокие слова и данные клятвы, Уайлдер Хоторн – Рука Смерти, Боевой Меч Тезмарра – был окончательно и бесповоротно в нее влюблен.

Благодарности

В первую очередь следует признать, что писать эту книгу было страшно. Смена поджанра, высокий рейтинг, масштаб приключения, в которое я хотела отправиться, – когда-то «Кровь и сталь» казалась мне непосильной задачей. Однако в этом путешествии меня невероятно поддерживали прекрасные люди.

Во-первых, Гэри... Очередное посвящение тебе, и на то есть множество оснований. Спасибо тебе за то, что вдохновил меня на создание новой серии книг, за бесконечные мозговые штурмы и выходные, потраченные на чтение отзывов. В особенности спасибо за твои предложения по пророчеству, а также за Киппа и «Веселого лиса». Его возвращение в таверну всегда будет напоминать мне о том, каково это – зайти с тобой в бар в Куинстауне. Ты – самый поддерживающий партнер, о котором автор может только мечтать. Спасибо тебе за это.

Саша, королева мятежников, думаю, когда ты прочитаешь этот текст, я отправлю тебе голосовое сообщение. Спасибо тебе за мудрость и бесконечную поддержку. Уверена, я уже говорила это, но повторюсь еще раз: клянусь, я не знаю, как я справлялась с писательскими буднями до того, как ты появилась в моей жизни.

Алиша, как всегда, спасибо тебе за обратную связь и за то, что помогаешь мне стать лучшим писателем, даже когда я больше не могу выносить мыслей об этой книге.

Мои подруги, писательницы Клэр Сейджер и Сильвия Мерседес, спасибо вам за то, что помогли мне лучше разобраться в данном поджанре, за то, что отвечали на вопросы и поддерживали.

Спасибо Энн, моей особенной читательнице и подруге с другого конца земли. Твои прекрасные сообщения и подарки очень мне дороги, а твой навык поиска опечаток не знает равных, спасибо тебе.

Мои замечательные благотворители, огромное спасибо вам за терпение во времена, когда я терялась в писательстве, и за поддержку всех моих анонсов. Особое спасибо человеку, предложившему имя «Одра», когда у меня возникли трудности с выбором имен для персонажей. Хоть я не могу найти тот пост, я уверена – это был кто-то из вас!

Спасибо клану Шойерер из Сиднея... Прошло уже почти четыре года с нашей последней встречи, но я, как всегда, благодарю вас за любовь и поддержку на расстоянии.

Спасибо моим потрясающим друзьям, которые меня всячески поддерживают: Лизи, Ева, Фэй, Наталия, Клэр, Ханна, Бен, Эрин, Даниэль, Фиби, Мария, Бетани, Подж, Джо, Энни, Хлоя и Нэтти.

Особая благодарность невероятным друзьям из «Букстаграма» под следующими никами: literarycollectors, itsmejayse, bookbookowl, bookscandlescats, bookishbron, leezland, just_perfiction, queenof_midnight, bookbriefs, balancingbooksandcoffee, joyfulreader, linathebookaddict, labsandliterature, leezland, clareapediabooks, coffeebooksandmagic и по-русски devoured_pages.

И в последнюю, но не по значению, очередь, как всегда... Спасибо ТЕБЕ, дорогой читатель, за то, что выбрал эту книгу и присоединился ко мне в очередном приключении. Выпьем же за следующее!