Однажды я стала принцессой. Книга 3 (новелла)

Плутос
Однажды я стала принцессой
Книга 3

Принцесса Атанасия вновь обрела любовь отца, но испытания еще не окончены!

В Обелию прибывает делегация из Арланты, и вместе с ней возвращаются старые знакомые, включая рыцаря, который, кажется, влюбляется не в ту героиню! Тем временем маг Лукас становится все более непредсказуемым, а его прошлое начинает напоминать о себе. Кто он на самом деле и почему его имя связано с легендами о Черной башне?

Главная угроза скрывается в тени: загадочный персонаж, претендующий на титул мага Черной башни, плетет интриги, а Дженит оказывается втянута в его игру.

Атанасии предстоит не только разобраться в собственных чувствах, но и предотвратить надвигающуюся катастрофу. Сможет ли она изменить судьбу? Или на этот раз сюжет романа окажется сильнее?

Дизайн Екатерины Климовой

Who Made Me a Princess Vol. 3

Original Korean edition published by KWBOOKS

Russian Translation Copyright

This translated edition was published by arrangement with KWBOOKS through Shinwon Agency Co.

Illustration by Sonnet

* * *

Часть 15. Новая встреча с персонажем второго плана. Смешанные чувства на охотничьих состязаниях

Глава 139

Спустя некоторое время прибыла делегация из Арланты.

– Принцесса, вам нужно подготовиться к банкету.

Распрощавшись с Клодом, я внутренне застонала от слов Лили.

Сейчас все были страшно заняты подготовкой к банкету. Поскольку я не могла не встретить делегацию, меня с самого утра принялись отмывать и подвергать всевозможным косметическим процедурам. И почему нельзя было просто переодеться к ужину?

– Мы уже почти закончили, так что осталось потерпеть совсем немного, – Лили прочитала мои мысли, не иначе. А чего еще было от нее ожидать?!

– С делегацией приехал большой отряд красавцев-рыцарей. Все обитатели дворца очень взволнованы!

Услышав слова Ханны, я рассмеялась. Вот как, значит? Я уже приветствовала делегацию, но рыцари склонили головы, поэтому не могла увидеть их лиц. Как горничным удалось их рассмотреть? Я с подозрением прищурилась.

– Что ж, пока отдыхайте. Я вернусь, когда нужно будет продолжить подготовку.

Все ушли, и я осталась в комнате одна.

Арланта и Обелия отправляли друг другу делегации раз в два-три года. Однако я знала, что сейчас, в мирное время, не было особых причин для подобного визита.

Кстати, Кэвелл Эрнст, второстепенный персонаж, тоже приехал с делегацией? Если события развивались по книге, то он должен вот-вот появиться. Однако все рыцари носили одинаковую форму, поэтому издалека я не могла определить, кто есть кто.

Ну, времени-то у меня все равно было предостаточно, так что можно пойти посмотреть. Делегацию вроде бы разместили в Сапфировом дворце. Я подумала и решила, что нечего мне рассиживаться на диване. Если честно, мной двигало простое любопытство, а не искреннее желание узнать, приехал ли Кэвелл Эрнст.

Вшух.

Так я оказалась на вершине статуи ангела в Сапфировом дворце. Эй, сестренка! А чего у тебя крылья такие острые?! Так, погодите... Вот, совсем другое дело! Каменная статуя, конечно, мягкой не стала, но сидеть теперь было удобнее. Хотелось бы устроиться на голове сестренки-ангела – оттуда открывался прекрасный вид. Но я не могла так поступить! Усесться пятой точкой на голову ангела, которую вырезали с таким мастерством, было бы ужасным неуважением!

Когда я устроилась на крыльях статуи, увидела вдалеке длинную процессию. Ох, наверное, из-за размера делегации размещение их в покоях заняло больше времени, чем ожидалось.

Я нетерпеливо вглядывалась в медленно приближавшуюся процессию. Меня окутывало заклинание невидимости, поэтому можно было не волноваться о том, что меня заметят.

Хм, наш второстепенный персонаж здесь? Через какое-то время среди рыцарей я разглядела Кэвелла Эрнста. Вот он. Я искала его просто так, а в итоге нашла.

Та-а-ак, упоминалось ли в «Милой принцессе» какое-то крупное событие с его участием? По-моему, нет. Мне кажется, что он просто добавил небольшой перчинки в любовные отношения Иджекиила и Дженит, а затем исчез...

– Хм?

Однако Кэвелл Эрнст неожиданно начал озираться по сторонам, словно заметил что-то. На мгновение мы встретились взглядами. Парень удивленно воскликнул:

– Ах! Фея?!

Угх! Получен урон!

Громкий крик Кэвелла Эрнста эхом пронесся по Сапфировому дворцу. Я тут же воспользовалась магией и исчезла с крыльев статуи.

– Сэр Эрнст! Что за крики?

– Капитан, простите! Но на вершине статуи ангела сидела фея!..

– Кто-кто?

– Хм?

Однако теперь я была уже на шпиле Сапфирового дворца. Кэвелл Эрнст протирал глаза, озирался, а затем разочарованно поник, когда так и не смог меня найти. Он сильно возмужал за те три года, что я его не видела. Мое сердце екнуло.

Ну дела. Может же этот второстепенный персонаж пугать и удивлять. Какое-то шестое чувство заставило его неожиданно обратить внимание на вершину статуи. На этот раз я не запаниковала и сразу же исчезла. Как здорово, что годы тренировок не прошли зря. Кстати, раз Кэвелл Эрнст меня увидел, значит, он до сих пор носит тот артефакт?

Когда делегация из Арланты вошла в Сапфировый дворец, я вернулась к себе, в Изумрудный.

* * *

– Спасибо за этот приветственный банкет.

На банкете Кэвелла Эрнста не было видно. Я на мгновение перестала оглядываться и взглянула прямо перед собой. Да уж, в такой толпе найти второстепенного персонажа будет непросто. И если я не ошибаюсь, первая встреча Дженит и Кэвелла произошла не на банкете.

– Для меня огромная честь лично увидеть принцессу Атанасию, прекрасный цветок Обелии...

Представитель делегации Арланты сперва поблагодарил Клода, а затем начал осыпать комплиментами меня. Как там его? Герцог Селлойд? У него были усы. Неужели в Арланте до сих пор не прошла эта мода?

– Спасибо. Надеюсь, что вам понравится в Обелии.

Мне кажется, примерно в это время в романе произошла встреча Дженит и делегации из Арланты. Кэвелл Эрнст, наш второстепенный персонаж, с первого взгляда до беспамятства влюбился в Дженит, разорвав дружбу с Иджекиилом... Юноши превратились в соперников.

Пока Иджекиил будто бы игнорировал Кэвелла, Дженит с удовольствием общалась с жизнерадостным и ярким парнем. Но радость ее вовсе не была вызвана влюбленностью или симпатией. Это чувство можно было сравнить скорее с радостью от встречи с соседской собакой, радостно виляющей хвостом при виде тебя... Ах, от этой мысли мне стало так жалко парня!

– Ах, вы ведь на два года старше нашего кронпринца Дайса? При следующей возможности надо устроить встречу принцессы Атанасии и его высочества Дайса. Что скажете? Уверен, вы с ним прекрасно поладите. Быть может ваш союз – воля небес...

Треск! Хрусь!

Рядом со мной раздался такой звук, будто что-то сломалось. Ах, герцог Селлойд, вам не стоило этого говорить!

– Какая тонкая тарелка. Словно лист бумаги, – мрачно про бормотал Клод, глядя на расколовшуюся надвое тарелку.

Это ж с какой силой надо было мясо резать, чтобы сломать посуду?! Ее толщина тут вообще не при делах!

– Вы что-то говорили? Мне показалось, что я услышал какой-то бред, – мрачно поинтересовался Клод, пока слуги поспешно убирали.

– Ну, я... – Герцог Селлойд быстро спохватился и заверил, что ничего не говорил.

Я цокнула языком, наблюдая, как Клод сверлит герцога ледяным взглядом. Эх, герцог-герцог, нельзя такие вещи говорить отцу, который души не чает в своей доченьке! Не дергайте спящего льва за усы! «Ваш союз с его высочеством Дайсом – воля небес»!.. Если неосторожно запишете мне кого-нибудь в женихи, проблем потом не оберетесь.

– Герцог Селлойд, принцесса Атанасия ведь является наследницей престола империи? Крайне разумно заблаговременно наладить их отношения с его высочеством Дайсом, поэтому ваши слова были... – шепотом произнес член делегации, сидевший рядом с герцогом. Казалось, его тоже прошиб холодный пот.

Разговор был тихим, но... После того как Лукас стукнул меня веткой Мирового древа, мой слух немного улучшился, и я прекрасно слышала каждое слово.

– Хм? Разве я что-то говорил?

– Вы ведь только что предлагали брак по расчету?

Да, именно в этом и заключалась вся проблема. Слух о том, что я преемница Клода, уже разлетелся по всему миру, и теперь они хотят выдать меня за наследного принца своего государства? Даже если я не стану императрицей, то престол императора Обелии перейдет моему мужу. С большой долей вероятности. А Дайс, кронпринц Арланты, и так должен был сменить своего стареющего отца в роли правителя. Так что мне было крайне невыгодно выходить за него.

Тц. Даже если они просто хотели пошутить и разрядить атмосферу, то просчитались, ведь Клода таким не пронять. А если они предлагали это всерьез, то только выставили себя дураками.

– Как хрупкая женщина может всерьез планировать занять место императрицы? – следующие слова герцога Селлойда привели меня в бешенство. – Пусть сейчас место императрицы пустует, кто может гарантировать, что в будущем не родится законный кронпринц? Тогда порядок престолонаследия изменится. Принцесса такая нежная и прекрасная, как цветок. Не будет ли ей лучше, если она выйдет замуж за его высочество Дайса и не станет ввязываться в борьбу за престол? С давних времен величайшее счастье женщины заключалось в спокойной жизни под защитой мужа...

Треск! Клац!

В банкетном зале снова что-то сломалось. Двое мужчин, сидевшие напротив, взглянули на меня. Я широко улыбнулась и медленно расслабила пальцы.

Клац! Тук!

– Ой, простите.

– Кха! – послышалось с другого конца стола.

На стол со стуком упали вилка и нож, согнутые пополам. Герцог Селлойд и другие члены делегации удивленно раскрыли рты, увидев состояние приборов.

– Г-голыми руками согнуть столовые приборы...

– Мое тело переполнено магической энергией, поэтому такое иногда случается. Хорошо, что я еще никого не покалечила.

– В-вот как...

Я ослепительно улыбнулась побледневшим мужчинам. Что ж они так испугались нежной и хрупкой женщины, чье счастье заключается в спокойной жизни под защитой мужа? Тьфу! Пусть повторят мне это в лицо.

Герцог Селлойд выглядел немного потрясенным после того, как мы с Клодом продемонстрировали свои сверхспособности.

– Все приборы такие хрупкие, что ими просто невозможно пользоваться.

Однако я была не единственной, кого взбесили слова посла: посуда Клода превратилась в самую настоящую пыль.

– Надо бы заменить их на что-то понадежнее, да? – обыденным тоном спросила я, пока слуги меняли нам посуду.

Я осталась довольна, ведь весь оставшийся ужин прошел в гораздо более приятной обстановке.

Глава 140

– Ах!

Этот вздох показался мне почему-то знакомым. Прогуливаясь по саду с зонтиком в руках, я повернулась к источнику звука.

Передо мной оказался Кэвелл Эрнст собственной персоной. Круглые голубые глаза и вьющиеся каштановые волосы остались при нем. Он был в форме рыцарей Арланты и смотрел на меня так, словно не мог поверить своим глазам. Как и Иджекиил, Кэвелл за три года утратил детские черты и возмужал, однако его слова остались теми же:

– Ф-фея!

Да, я действительно немного походила на фею, ведь моей матерью была Диана. Я уже частично смирилась с прозвищем. Ах, мне даже не по себе, что я так спокойно реагировала по сравнению с тем, что было три года назад.

– Кхм.

Ах, Феликс! Ты еще смеешься?!

Когда я услышала покашливание Феликса, стоявшего рядом со мной, мои щеки стали пунцовыми. Феликс, будучи одним из самых дорогих мне людей, наравне с Лили, наверняка смеялся не над тем, что меня назвали феей. Ведь вид взрослого мужчины, говорившего такие по-детски наивные вещи, не мог не позабавить.

По крайней мере, я так думаю... Я ведь права, да?..

– Жаль вас разочаровывать, но я не фея, – ответила я юноше, который все еще не мог прийти в себя.

Кэвелл будто бы задумался, а затем крайне удивился, словно что-то понял. Ах, судя по выражению его лица, он осознал, кто я. Ну да, по цвету моих топазовых глаз трудно не догадаться.

Похоже, что три года не прошли для него бесследно. Он быстро собрался и вежливо извинился передо мной:

– Прошу простить меня за грубость, принцесса Атанасия!

– Представьтесь.

– Кэвелл Эрнст, член второго рыцарского отряда Арланты. Мне еще есть куда расти, но меня отобрали для сопровождения делегации. Долгих лет жизни и процветания, ваше высочество.

Хм? А ведь со стороны он казался вполне адекватным. Нет, не то чтобы я считала Кэвелла сумасшедшим... Просто по сравнению с тем, как он вел себя три года назад в академии Арланты, он повзрослел, что ли?.. При этом, судя по тому, что он до сих пор называл меня феей, его наивная сторона не исчезла бесследно.

Что ж, учитывая, как я сама смутилась, когда мы впервые встретились три года назад, можно с уверенностью заявить, что мы оба изменились.

– Вы решили прогуляться в одиночку?

– Да! Я увлекся своими мыслями и, похоже, свернул не туда, – растерянно произнес юноша. Он сильно волновался, и было заметно, что наша неожиданная встреча его потрясла. – П-простите за грубость. Просто я знаю одну фею, ой... одного человека... н-нет, не т-то чтобы знаю... Вы так похожи на человека, которого я разок видел...

От его милого заикания и покрасневших щек мне стало немного не по себе. Иджекиил тоже говорил мне что-то подобное в том ресторанчике, но какое различие было между ними!

– Понятно.

Кхм, но я действительно та самая «фея», которую он уже видел. Ах, что это меня кольнуло? Совесть? Нужно поскорее делать ноги.

– Я очень люблю этот сад.

– Ах, простите, что я вторгся сюда без разрешения! Я не хотел...

– Здесь такие красивые цветы. Так что, кто знает, может, здесь действительно живут феи... – Хоть с тех пор и прошло уже несколько лет, мне до сих пор жаль, что я появилась из ниоткуда и заставила его думать, что я фея. – В Обелии тепло круглый год, поэтому растения всегда в цвету. Поэтому, сэр Эрнст, возможно, именно фея и привела вас сюда.

– ...

– Мне нужно идти, а вы можете спокойно осматривать императорский сад. Всего хорошего, – с улыбкой произнесла я, а на лице Кэвелла Эрнста снова появилось глуповатое выражение.

Мне стало неловко, и, быстро развернувшись спиной к рыцарю, я поспешила уйти. По дороге Феликс тихо прошептал мне:

– Похоже, у принцессы появился новый поклонник.

– Кхм.

Н-неужто правда? Как ни посмотри, у него на лице было написано: «Влюбился с первого взгляда». Все потому, что он должен был сперва встретиться с Дженит, а вместо этого увидел меня? Поэтому и влюбился в меня, а не в Дженит? Эй, скажите, что я ошибаюсь...

Я оглянулась. Кэвелл Эрнст все еще провожал меня взглядом. Смутившись еще больше, я поспешно покинула сад.

* * *

Через два дня я снова встретила Кэвелла Эрнста.

– Здравствуйте!

Когда прогремел воодушевленный голос, я подпрыгнула и обернулась. Увидев перед собой лицо рыцаря, я непроизвольно вздохнула.

– Я Кэвелл Эрнст, член второго рыцарского отряда Арланты!

Похоже, он решил, что я могла его забыть, поэтому снова громко представился. Пусть сейчас мы были не в саду, все равно странно, что мы уже второй раз случайно пересекаемся.

– Похоже, вы сегодня снова решили прогуляться...

– Нет. Я тренировался с товарищем, но заметил вас вдалеке...

Чего?

Я удивленно застыла. Выходит, эта встреча не случайна, и он специально пришел сюда? Но зачем он?

Сам Кэвелл тоже смутился:

– П-просто я с-сегодня нашел цветок, который очень вам подойдет...

От его слов легче не стало. По моей спине покатилась капля холодного пота. Что этот второстепенный персонаж вытворяет? Он правда в меня влюбился?

– Так что я просто... хотел подарить его вам!

Я опустила взгляд на то, что протягивал мне Кэвелл Эрнст, и снова опешила. Это ведь цветок из моего сада? Он решил подарить мне цветок из моего же сада? Довольно странный подарок, разве нет?

А ведь я могла разозлиться и спросить, как он посмел срывать мои цветы! Но стоило мне перевести взгляд на него, я лишилась дара речи.

Похоже, Кэвелл правда пришел с тренировки, ведь на нем была легкая рубашка вместо рыцарского одеяния. Его волосы спутались, на штанах виднелись пятна грязи. Розовый цветок в его руках казался лишним. К тому же его лицо приобрело пунцовый оттенок: то ли из-за того, что он бежал сюда, то ли из-за смущения...

– Спасибо.

Мило ведь, правда?

Я приняла цветок из рук второстепенного персонажа, над которым Дженит всегда посмеивалась. Кэвелл Эрнст буквально засветился от счастья. Он походил на огромного щеночка. Глядя на него, я подумала, что он как открытая книга.

– Мне идет? – поддавшись внезапному порыву игривости, спросила я, приподнимая цветок.

– Он вам очень к лицу! – Кэвелл тут же утвердительно кивнул. – Так вы действительно похожи на цветочную фею, принцесса.

Феликс, стоявший рядом со мной, не смог сдержать смешка.

Кхм-кхм. Цветочная фея... Какое вгоняющее в краску прозвище. Самое время убраться от этого второстепенного персонажа подальше!

– Вернусь к себе, надо поставить цветок в вазу. Спасибо за подарок, сэр Эрнст.

Я отвернулась с улыбкой на лице, но спиной все еще чувствовала на себе его взгляд.

Настроение гулять улетучилось. Я вернулась в Изумрудный дворец и обнаружила в своей комнате Лукаса. Он уже давненько ко мне не приходил.

– Ты давно здесь?

Парень сидел на спинке дивана и со скучающим видом перелистывал страницы какой-то книги, а затем повернулся ко мне. Заметив, что я не с пустыми руками, он спросил:

– Что за цветок?

– Подарок.

Лукас тут же нахмурился.

– От кого?

– А, есть тут один бедный второстепенный персонаж.

– Хм.

Он опустил руку, в которой держал книгу, а вторую протянул мне. Я непроизвольно отдала ему цветок.

– Разве это не цветок из твоего сада? Что ж это за подарок такой?

Кхм. Вот же гаденыш, не в бровь, а в глаз!

– Самое главное не подарок, а внимание.

Понял? Не надо так пренебрежительно говорить о подарке Кэвелла Эрнста! Да, сперва я тоже так отреагировала, но в итоге решила, что это все же был милый жест. Особенно если учесть ту огромную пропасть между тем, что он сделал, и тем, как он это сделал.

Но неловкость никуда не делась. У меня такое ощущение, что я случайно увела персонажа, который должен был влюбиться в Дженит... Все из-за того, что она не жила в императорском дворце? А они вообще где впервые встретились? Не в саду императорского дворца? Ох, не помню.

За своими размышлениями я не сразу обратила внимание на возмущенный щебет птицы.

– Ты что вытворяешь?! – закричала я, повернув голову к клетке.

– Сама же сказала, что это подарок от какого-то отброса. Он наверняка понравится твоей птичке.

Прямо на моих глазах Лукас положил цветок в клетку, и Синяш принялся его неистово трепать!

– Похоже, твоей зверюшке он действительно пришелся по душе. Теперь ты знаешь, что можешь периодически так ее баловать, – произнес Лукас с ослепительной улыбкой.

Пип-пип! Пи-и-ип!

Я бросилась к клетке, но от цветка уже остались только чашечка и стебель. Теперь я могла лишь ошеломленно наблюдать за тем, как Синяш возбужденно клекочет, рвет и клюет разбросанные по дну клетки лепестки.

– Тебе сколько лет?! Почему ты превратил мой подарок в корм?

– Мне он не понравился.

– Чем именно?

– Цветок был до жути уродливым.

Чего?! Еще и мои цветы оскорбить решил?!

– Он был очень красивым! Ты хоть знаешь, насколько трепетно заботится о цветах придворный садовник?

– Не знаю и знать не хочу. Но взамен держи это.

В ту же секунду меня окружил сладкий цветочный аромат. В себя я пришла только тогда, когда оказалась завалена целой горой роз.

Глава 141

Я недоуменно смотрела на Лукаса, а его едва ли не распирало от самодовольства при виде меня в созданной им горе цветов.

– Они ведь намного красивее, чем тот цветок, что тебе подарили.

– Они точно такие же!

– Разве?

Он надо мной поиздеваться решил? Очевидно, что это те же самые цветы!

Неожиданно я испытала чувство дежавю. После одного из пикников по пути домой произошло нечто похожее. Лукас тогда внезапно выбросил мои перчатки, а потом создал точно такие же. Он сказал, что якобы они испачкались, когда Иджекиил прикоснулся к ним. А теперь ему не понравился цветок, который подарил мне Кэвелл Эрнст...

В это мгновение меня осенило.

– Лукас, ты...

– А, чего? Можешь не благодарить. Это пустяк.

– Я не об этом...

– Дай знать, если тебе понадобится что-то еще. Не надо принимать подарки от незнакомцев.

Тут мои подозрения только усилились.

– И никому ничего не давай. Очень уж утомительно это все по том возвращать.

Лукас на мгновение нахмурился, словно бы не понимая, зачем это все сказал. Я удивленно спросила:

– Ты о чем? Что я кому давала?

– Не помнишь? Старикашке из башни. Материал для экспериментов.

Ах, он про волосы? Главный дед экспериментировал с ними, и, похоже, Лукас прознал об этом. Но «возвращать»? Это как понимать?

– Когда я впервые об этом узнал, мое настроение упало ниже плинтуса, – произнес парень, вытаскивая из кучи один цветок.

Он все еще улыбался, но я была поражена тем, насколько ледяными были его глаза. Только сейчас я поняла, что он пришел именно для того, чтобы высказать мне все это.

– Н-но это ведь всего лишь прядка волос. – Сама того не понимая, я начала оправдываться.

– Да, целая прядь волос.

Это ведь мне решать, кому что давать! Но я замолчала, глядя на Лукаса. Сейчас он пребывал в таком настроении, что, если честно, немного меня пугал.

– Из-за этого я даже подумывал всех там перебить.

П-перебить? Кого? Главного деда?!

– Но ограничился лишь тем, что разрушил лабораторию.

Я почувствовала облегчение. Нет, я не думала, что Лукас мог действительно убить главу башни. Но он говорил так искренне, что легкое беспокойство меня все же не оставляло.

– Я просто подумал, что ты меня возненавидишь, если я всех убью.

– Конечно! Взрослые люди должны уметь контролировать свой гнев...

– Но от одной мысли об этом мне снова становится плохо.

– Что?!

Какой непредсказуемый парень! Почему у него вдруг снова испортилось настроение?! Следующие слова Лукаса поставили меня в тупик:

– Это значит, что я и сам не заметил, как ты стала моим «ограничением».

– Лукас...

– Я даже не злюсь, хотя, по сути, у меня появилась слабость.

Я потеряла дар речи и просто ошарашенно смотрела на парня перед собой.

– Поэтому ничего не принимай от других и никому ничего не дари.

Вш-ш-ш.

Цветок в руке Лукаса тут же рассыпался белым пеплом.

– А то я не знаю, как отреагирую в следующий раз, – с этими словами парень посмотрел мне прямо в глаза, а затем неожиданно исчез.

Пепел бесшумно опустился туда, где секунду назад стоял Лукас. Я все еще сидела в окружении целой горы цветов, но в моей голове крутилась одна лишь мысль.

Лукас... Неужели он мне только что признался?..

* * *

Кхм. Лукас хоть и выдал мне это все... но сам-то хоть понял, что сказал?

Я размышляла о вчерашнем поведении парня. Да, часть его слов походила на признание, и он едва ли не кричал: «Это признание! Я признался! Вот!» Но это не укладывалось у меня в голове.

Ведь это Лукас, у него репутация настоящего подонка. Он из тех людей, которые считают, что все и так принадлежат им. Поэтому я не до конца уверена, что он не наговорил это из чувства собственничества.

Однако, когда мне в голову пришло слово «собственничество», я опешила. Мне ведь показалось? Почему это слово во мне так отозвалось? Он ведь не мог это всерьез говорить! Да он меня еще и своей слабостью назвал...

– Принцесса, как вы поживаете? Мира и процветания Обелийской империи, – пока я была погружена в свои мысли, ко мне кто-то подошел.

– Давно не виделись. Все ли у вас хорошо, герцог Альфиос? – я улыбнулась герцогу, которого впервые за долгое время встретила в императорском дворце.

Он окинул меня взглядом и с улыбкой произнес:

– Спасибо за беспокойство. Невозможно не восхищаться вашей красотой, которая день ото дня становится все неотразимей.

– Герцог Альфиос, а вы с каждым днем все молодеете.

Ха-ха-ха, хи-хи-хи. Со стороны казалось, что мы осыпаем друг друга комплиментами и наслаждаемся общением.

– Вы приехали на встречу с моим отцом?

– Да, верно. – Мистер Снежок откашлялся и тихо продолжил: – Вообще-то сейчас во дворце находится мой сын.

– Вот как?

– Он узнал, что один из членов делегации из Арланты – рыцарь, с которым он вместе учился, пока был за рубежом.

– Понятно.

За километр было видно, с какой целью герцог Альфиос рассказывал мне об этом, поэтому я не стала идти у него на поводу. Мой односложный ответ заставил мужчину нахмуриться.

На его лице читалось: «Поверить не могу, что она так холодно отреагировала на новость об Иджекииле!» Он искренне недоумевал. Любой другой человек на моем месте не остался бы так спокоен, узнав, что Иджекиил где-то рядом. Наверняка другие дамы уже бежали бы в его сторону, путаясь в юбках. Но мне куда больше хотелось посмеяться над мистером Снежком.

Герцог Альфиос понял, что новость о приезде Иджекиила меня не взволновала, и решил выложить на стол другой козырь:

– Кхм. Дженит тоже сейчас во дворце, так что, если вы захотите с ними пообщаться, они будут только рады.

– Леди Магрита тоже в императорском дворце?

– Да.

А это уже удивительно. После того чаепития Дженит не появлялась во дворце, списывая все то на одно, то на другое. Я собиралась сама ее навестить, но оказалась завалена работой, ведь Клоду в голову пришла идея: «Давай-ка используем твою магическую формулу, чтобы повысить урожайность!»

– Дворец большой, вам будет трудно их найти, поэтому лучше поручить слугам...

– В этом нет необходимости. С помощью магии я тут же узнаю, где они.

Во дворце меня не сдерживали магические ограничения, поэтому найти одного человека было для меня проще простого. Хотя я не так часто пользовалась этим заклинанием...

По правде говоря, я обычно не вела себя так самонадеянно перед другими людьми. Однако передо мной стоял мистер Снежок. Возможно, я подсознательно хотела его предупредить. Предупредить, что я не Атанасия из романа, у которой не было ни сил, ни способностей, и что со мной нужно считаться.

– Они на тренировочной площадке для рыцарей.

Поэтому сейчас я решила, что нужно устроить настоящее представление! Я щелкнула пальцами, вспыхнул яркий разноцветный свет и промчался мимо герцога Альфиоса.

Я ярко улыбнулась мужчине, который в замешательстве провожал взглядом затухающий фейерверк. Он какое-то время изучал мое лицо, а затем рассмеялся:

– Принцесса с самого рождения была особенной, но вы совершенствуете свои навыки день ото дня. Я счастлив быть вашим под данным.

Я с подозрением взглянула на него, а затем с улыбкой отвернулась.

– Я, пожалуй, прогуляюсь до тренировочной площадки. Герцог Альфиос, вам тоже не стоит задерживаться, скоро стемнеет. Да пребудет с вами благословение Обелии.

– Мира и процветания Обелийской империи.

Попрощавшись с мистером Снежком, я пошла пешком.

– Принцесса, вы на тренировочную площадку?

– Наверное.

На вопрос следующего за мной Феликса я ответила нерешительно. Мне вроде и хотелось встретиться с Дженит, но было крайне не по себе после разговора с мистером Снежком. Хоть последние несколько лет он всегда лебезил передо мной, но все же...

А на площадке была не только Дженит, но еще и Иджекиил...

Изначально я направлялась в башню, но тренировочная площадка для рыцарей располагалась как раз по пути к ней. Решив, что окончательно определюсь по дороге, я продолжила путь.

Хм? Если Дженит вместе с Иджекиилом, не значит ли это, что она еще и вместе с Кэвеллом? Неужели это первая встреча главной героини и второстепенного персонажа? Что же он ей там говорил? «Ах, я влюблен!» Мне резко стало до жути интересно!

– Феликс, я ненадолго загляну на тренировочную площадку.

– Как скажете, принцесса.

Я замерла. Я-то имела в виду, что пойду туда одна, а выходит, что за мной последует целая вереница стражников. Хоть мне и хотелось удовлетворить свое любопытство, лишнее внимание к моей персоне было совершенно ни к чему.

– Х-ха! Уф!

Тренировка на площадке была в самом разгаре. Я аккуратно шла под громкое пыхтение. Мне показалось или рыцари сегодня особенно активно занимались? Когда я подошла поближе, все встало на свои места.

Они были просто рады, что на них смотрит красивая девушка. Увидев Дженит с ее длинными каштановыми волосами, развевающимися под кружевным зонтиком, я могла понять их чувства.

Рыцари всегда пытались показать себя с лучшей стороны, когда за тренировкой наблюдали зрители. Это было особенно заметно, когда зрителем была Дженит.

А ведь в любовных романах частенько такое встречается! Я читала подобный буквально вчера, чтобы убить время. Сюжет о рыцарях, приносящих клятву благородной даме, разворачивался прямо у меня на глазах!

– Приготовились! Раз, два!

– Раз, два!

– Горизонтальный удар!

– Х-ха!

Пока императорские рыцари тренировались под команду, на площадке были и те, кто стоял с краю и тренировался отдельно.

Ах, это ведь Кэвелл Эрнст и Иджекиил, да? Дженит наблюдала именно за ними.

Так что, выходит, братцы-рыцари старались впустую? Бедняги.

Глава 142

– Это ведь лорд Альфиос и рыцарь, что недавно подарил принцессе цветок. Наверное, он и есть тот однокурсник по Арлантской академии, о котором говорил герцог Альфиос? – несколько удив ленно произнес Феликс.

Я впервые видела тренировку Иджекиила, поэтому мне было любопытно. Оба юноши держали по деревянному мечу. Но Иджекиил как будто не особенно старался?..

– Это ничья. Оказывается, лорду Альфиосу хорошо даются не только науки, но и искусство меча.

Как и сказал Феликс, бой окончился ничьей. Судя по всему, ни один юноша не сражался в полную силу, но казалось, что для Иджекиила это было просто забавой. Вот он, самый завидный жених Обелии!

Оба юноши подошли к Дженит, и я решила, что пора уходить.

– Идем, Феликс.

– Вы точно хотите просто уйти? – с понимающей улыбкой спросил Феликс. – Вы не отрывали глаз от своей подруги.

Ой, он заметил, что я постоянно смотрела на Дженит. Наш Феликс так вырос! Поверить не могу, что он стал таким проницательным. Я ужасно гордилась им, но сейчас это его новообретенное качество меня не порадовало.

– Кхм, но...

Почему-то мне было неловко подходить к ней. Я собралась снова предложить Феликсу уйти, как повернула голову в сторону тренировочной площадки – и встретилась взглядом с золотыми глазами, излучавшими солнечный свет.

Ой, я пересеклась взглядом с Иджекиилом. Но ведь я тихонько стояла в сторонке, почему он посмотрел сюда? Настоящая загадка. У меня возникло такое чувство, что меня застукали за подслушиванием. А вдруг это была правда? Я правда их не подслушивала? Кхм.

– Все трое смотрят сюда.

– Все из-за тебя, Феликс, – проворчала я.

Они подошли, и мне не оставалось ничего иного, как улыбнуться.

– Принцесса Атанасия. Мира и процветания Обелийской империи.

– Лорд Альфиос, леди Магрита и сэр Эрнст. Рада вас видеть.

У всех троих были разные выражения лиц. Иджекиил улыбался мне. Дженит тоже улыбалась, но так, словно ей было неуютно. Кэвелл Эрнст выглядел напряженным, но расплылся в счастливой улыбке, когда я поприветствовала его по имени.

– Похоже, что вы уже знакомы, – произнес Иджекиил, заметив необычное поведение своего друга.

– Да, мы познакомились на банкете в честь делегации из Арланты.

– Да! Для меня огромная честь снова с вами увидеться!

Я специально не стала упоминать встречу в саду и то, что он подарил мне цветок.

Но, кстати, чего наш второстепенный персонаж так раскраснелся, глядя на меня? Девушка, в которую он должен влюбиться, стоит рядом с ним! Прекрасная, как цветок, Дженит совсем рядом – надо только руку протянуть.

– Большое вам спасибо за тот раз! – неожиданно он начал меня благодарить. – Я был так счастлив, что вы приняли цветок!

О нет, зачем он сказал это?!

– Цветок, говоришь?

– Цветок?

Раздались удивленные голоса Иджекиила и Дженит.

– Я нашел и другие цветы, которые вам очень подойдут! Я подарю их вам в другой раз!

Не говорите мне, что он снова позарился на мои сады!

– Спасибо, но мне достаточно вашего внимания.

– Ах, моего внимания?..

Что это за реакция? Не надо так смущаться! Тут я заметила, как напрягся Иджекиил, наблюдая за поведением своего друга.

– Давно не виделись, леди Магрита.

Я постаралась игнорировать Кэвелла Эрнста и обратилась к Дженит. Она тоже с любопытством наблюдала за происходящим, а затем повернулась ко мне.

Казалось, что ей все еще было неуютно в сложившейся ситуации, но она этого не показала и ответила:

– Да. Я тоже рада нашей встрече, хоть и не ожидала сегодня увидеть принцессу.

– Хм, вы хотите сказать, что планировали уехать из дворца, даже не проведав меня?

– Ах, нет, что вы...

Извините, но я не могла сдержаться. Дженит смутилась от моих острых слов и поджала губы. Она выглядела очень мило, и мне стало стыдно, что я поставила ее в такое положение, поэтому решила пойти на попятную. Но не успела я и слова сказать, как на помощь Дженит пришел Иджекиил:

– Судя по всему, нет необходимости в подробном представлении, поэтому просто скажу, что это Кэвелл Эрнст, мой хороший друг со времен учебы в Арланте. Я приехал повидаться с ним. Про шу прощения, что предстал перед вами в неформальной одежде.

Он говорил так, словно знал, что я наблюдала за их тренировкой! Мне стало очень неловко, но я постаралась ответить уверенно:

– Что вы. Я просто проходила мимо тренировочной площадки, заметила ваш бой и остановилась посмотреть.

– Ах, неужели вы видели наш бой?! – реакция Кэвелла не разочаровала в своей бурности. – Иджекиил! Давай устроим еще один!

– Мы же договаривались всего на один.

– Он не считается, ведь закончился ничьей!

– Хм.

Иджекиил сперва с улыбкой отказался, а затем почему-то передумал и повернулся ко мне:

– Принцесса, с вашего позволения мы вас ненадолго оставим.

– Конечно. Я побуду с леди Магритой.

В ответ на мои слова Дженит тихонько ахнула, но юноши уже отошли от нас. Я с улыбкой наблюдала за ними.

– Дженит, садись рядом, – позвала я и расстелила на траве шаль, которую носила на плечах.

Девушка вздрогнула и покачала головой:

– Она испачкается. Я бы не хотела...

– Все в порядке. Ну же, давай, садись.

Я усадила отнекивавшуюся Дженит рядом с собой. Она неловко ерзала, словно была чем-то расстроена. Я аккуратно толкнула ее локтем в бок.

– Ты выглядишь расстроенной. Что-то случилось?

– Нет, все в порядке.

Не похоже, чтобы все было в порядке...

Ее ответ был настолько стремительным, что я не могла продолжить расспросы. Обычно отрицательный ответ на такой вопрос – хороший признак, но мне почему-то вспомнился день последнего чаепития.

Дженит тогда вышла в уборную, вернулась спустя долгое время, а по возвращении в сад смотрела на меня и остальных дам как будто бы издалека... А после этого Клод...

– ...

Я молча рассматривала лицо Дженит, вспоминая недавний разговор с Клодом.

– Говоришь, что хочешь присутствовать на грядущих охотничьих состязаниях?

Охотничьи состязания, о которых говорил Клод, – это мероприятие, в котором участвовала и делегация из Арланты. Оно проводилось для укрепления дружеских отношений между государствами. Мне, как принцессе Обелии, стоило там показаться.

– Да. Я ведь все равно не буду охотиться.

– Хорошо. Иди, если хочешь.

Клод сразу дал добро. Однако его следующие слова заставили меня призадуматься:

– Атанасия.

– Да?

– Среди твоих гостей на чаепитии была некая Магрита, да? – Слетевшее с его губ имя заставило мое сердце екнуть. – Я и раньше уже говорил: не сближайся с ней.

Клод произнес это с равнодушным выражением лица. Он действительно уже говорил мне что-то подобное. Тогда я была потрясена. Но на мой вопрос «почему» он ответил: «Потому что, если ты сильно к ней привяжешься, будет больнее расставаться».

Услышав это, я вспомнила, что Дженит уже давно живет в поместье герцога Альфиоса под фамилией Магрита. Но не было ли в словах Клода второго дна?

– Хм. Пап, ты что, ревнуешь?

У Клода дернулась бровь.

– Думаешь, я настолько мелочный, что стану ревновать?

– Да не волнуйся! Сколько бы друзей у меня ни появилось, папа все равно лучше всех!

– Естественно, – фыркнул Клод, словно я выдала неудачную шутку.

После этого я еще какое-то время подтрунивала над ним.

Кхм. Минутка воспоминаний окончена!

Я отвела взгляд от Дженит и посмотрела на тренировочную площадку.

– Ух ты, принцесса!

– Что?!

– Принцесса здесь?!

Заметившие меня рыцари изрядно удивились и принялись приветствовать. Я попросила командира рыцарей, подбежавшего ко мне, не обращать на меня внимания и продолжать тренировку.

– Внимание! Начать упражнение! Раз!

– Р-р-раз!

Мне показалось или команды стали звучать громче? Эх, ведь именно поэтому я и хотела пройти незаметно. Я раздосадовано цокнула языком.

Дженит смотрела на меня, о чем-то задумавшись. Судя по выражению ее лица, о чем-то не особо приятном.

– По дороге сюда я встретила герцога Альфиоса.

– Правда?

– Да. Как раз он мне и сказал, что ты и лорд Альфиос в императорском дворце.

– Я узнала, что друг Иджекиила в Обелии, и мне стало очень любопытно. Вот я и приехала вместе с ним.

Ее можно было понять. Каждому захочется познакомиться с другом человека, который тебе нравится. Даже в Обелии Иджекиил казался очень одиноким. Не думаю, что у него был здесь кто-то, кого он мог бы назвать другом. Хотя со многими аристократами у Иджекиила сложились хорошие отношения.

– Совсем как я. Я ведь сюда пришла, когда узнала, что ты здесь. Изначально я собиралась в башню.

От моих слов Дженит, наблюдавшая за тренировкой на площадке, вздрогнула. Я продолжила, глядя в ее голубые глаза:

– Оно и понятно, ведь в последнее время ты не навещала меня.

Девушка посмотрела на меня, и в ее глазах промелькнула странная эмоция. Я понимала, что у нее что-то случилось. Хоть и не знала, что именно, это «что-то» было достаточно серьезным, чтобы Дженит до сих пор оставалась такой подавленной.

– Если бы я не знала, что ты тоже здесь, я бы сюда даже не по вернула.

Другой человек на моем месте мог бы сказать что-то в духе: «Я не знаю, что именно с тобой происходит, но, если тебе плохо или тяжело, пожалуйста, поделись со мной» или «Я помогу тебе». Однако я этого не сказала.

Потому что я даже без предостережения Клода понимала, что мало чем могу ей помочь. Ведь я сама себе это постоянно напоминала.

– Принцесса, вы мне правда очень нравитесь.

– Ты тоже мне нравишься, Дженит.

Возможно, в это «нравишься» мы с ней вкладывали разные понятия. Поэтому мне и было ее жаль. Я понимала и одновременно отказывалась признавать, что именно по этой причине не могла ни принять эту девушку, ни полностью разорвать с ней связь.

Глава 143

– Ваше высочество, вы всегда говорите именно то, что я так хочу услышать. Поразительно.

Примерно те же эмоции я испытывала несколько лет назад, когда Дженит оплакивала свою тетю, графиню Розалию.

– Эй, не говори так!

Со стороны тренировочной площадки донесся громкий крик. Я повернула голову и увидела, что кричал Кэвелл Эрнст. Похоже, Иджекиил зачем-то подшучивал над рыцарем, хотя сам бой уже закончился.

– Похоже, что Иджекиил победил, – лицо Дженит стало заметно более радостным.

– Наверное. Я отвлеклась на наш разговор и даже не смотрела на бой.

– Я тоже.

Увидев двух приближавшихся к нам юношей, мы с Дженит переглянулись и улыбнулись.

– Вы оба были великолепны.

– Ах, правда?

– Именно! Вы были просто невероятны.

Кэвелл Эрнст подошел, понурив голову, но сразу же приосанился после нашей похвалы. Его глаза были чуть светлее, чем у Дженит, и сверкали, как стеклянные бусины.

Хм, а ведь он хорош собой! Может, я настолько привыкла видеть вокруг себя красивых людей, что в моих глазах все теперь красивые? Ну вот почему он второстепенный персонаж?

– Вообще-то в академии мои оценки по спортивным дисциплинам были лучше, чем у Иджекиила!

– Ах, истории со времен вашей учебы! Как интересно!

– Я расскажу подробнее в нашу следующую встречу.

Естественно, Дженит имела в виду «мне интересно, каким Иджекиил был в академии», но в целом это было неважно. Глядя на Дженит и Кэвелла Эрнста, которые казались довольно счастливыми, я покачала головой и задалась вопросом: «Уж не настигла ли их наконец стрела Амура?»

– Иджекиил, давай сразимся еще раз!

– Мне кажется, что двух боев достаточно.

– Если ты настоящий мужчина, то драться нужно трижды! Давай еще раз! Еще раз!

В юноше горел дух соперничества. Кхм-кхм, какой же он настойчивый. Дженит тоже смотрела на него с несколько удивленным выражением лица. Только Иджекиил отреагировал так, словно к подобному уже привык.

– Принцесса Атанасия!

Кто это там опять меня зовет? На этот раз голос раздался откуда-то сзади. Я повернулась на источник звука и оторопела.

– Вот вы где!

Ко мне приближались Лукас и один из магов Черной башни. Но звал меня не Лукас, а другой маг, с которым я познакомилась во время визитов в башню.

– Принцесса, мы вас не дождались, поэтому пошли вам навстречу!

– Я уж подумал, что вы потерялись по дороге к башне.

Вторая фраза принадлежала Лукасу. Ах, какой же он все-таки нахал! С улыбкой строил из себя порядочного мага, но говорил такие грубые вещи.

– Я встретила друзей, поэтому задержалась. Простите, что за ставила вас ждать.

Обычно всем было плевать, когда я приходила в башню: раньше оговоренного времени или позже, все занимались своими делами! Так почему же сегодня они вдруг проделали весь этот путь, чтобы найти меня? Ах, мне теперь кажется, что между Лукасом и Иджекиилом засверкали молнии, поэтому моя тревога была на высоте!

– Ах, неужели вы маги Черной башни?!

Напряженную атмосферу нарушил крик Кэвелла. Молодчина, второстепенный персонаж!

– Ах, неужели вы из Арланты?! – вскричал второй маг, увидевший эмблему Арланты на одежде Кэвелла.

– Если вы не против, не могли бы вы сразиться со мной? – вдруг спросил тот.

Рыцарю не хватило тренировок с Иджекиилом, и он решил бросить вызов магу?

Дилинь!

«Кэвелл Эрнст, член второго рыцарского отряда Арланты, отправил запрос на тренировочный бой. Принять его?»

Маг из Черной башни получил неожиданный квест. Однако он засмущался и отказался:

– Из-за заклинания, которое я сейчас изучаю, мне нельзя впустую растрачивать магическую силу.

«Запрос на тренировочный бой был отклонен».

Теперь Кэвелл перевел вопрошающий взгляд на Лукаса. Тот наверняка тоже откажется. Хоть он и строил из себя паиньку, на его лице все это время сохранялось недовольное выражение.

– Сразимся, маг!

– Вам было бы лучше сразиться с другими рыцарями на тренировочной площадке.

– Мне всегда хотелось сразиться с магом из Черной башни. С тех самых пор, как я только узнал о ней! Я слышал, что императорская семья Обелии ограничивает вашу магическую силу? Если это правда, вы можете просто иногда использовать защитные заклинания! Если вам станет слишком сложно, скажите, и я тут же остановлюсь! Я вовсе не хочу вас переутомить, господин маг!

– К-кха!

Из горла мага, что стоял рядом с Лукасом, вырвался кашель. Он пялился на Кэвелла Эрнста с тем же недоуменным выражением, что и я.

Х-хватит! Он ведь дергал спящего льва за усы! Нельзя недооценивать Лукаса! У него что, девять жизней?

– Хе-хе.

У меня по коже пробежали мурашки, когда Лукас тихо рассмеялся.

– У-убийства запрещены, – дрожащим голосом пролепетал второй маг, вероятно думая о том же, о чем и я.

– Ах, не переживайте. Разве такое может случиться во время тренировочного боя? К тому же я знаю, что маги довольно слабы физически, поэтому я буду предельно осторожен.

– Э-это я не вам... – уточнил маг.

Кэвелл, это за твою голову беспокоятся!

– Значит, теперь будет бой с господином магом? – с любопытством спросила Дженит, стоявшая рядом со мной.

Иджекиил переводил взгляд с Кэвелла на Лукаса, словно оценивая их. Пытался прикинуть, у кого больше шансов на победу? Глаза рыцаря ярко сияли. Он еще даже не подозревал о печальном исходе, который его ждет.

Наконец Лукас произнес с жуткой улыбкой:

– Я не так уж хорош, но почему бы и не попробовать?

Дилинь!

«Запрос на тренировочный бой принят!»

Мне показалось, что перед глазами на мгновение промелькнуло окно уведомления о том, что квест принят. Эх, хороший был персонаж...

Мы со вторым магом из башни обеспокоенно смотрели на Кэвелла Эрнста, последовавшего за Лукасом.

– Это будет интересный бой.

– В каком-то смысле бой действительно будет захватывающим.

– Принцесса, как вы думаете, кто победит?

Первая фраза принадлежала Феликсу, вторая – Иджекиилу, а третья – Дженит. Мы все наблюдали за удалявшимися юношами. С нами остался еще и маг, который глядел на Кэвелла полными жалости глазами...

– Ох, пресвятые небеса...

Он молиться начал!

– Пожалуйста, спасите это бедное существо. Пусть его смерть... ох... будет быстрой и безболезненной.

Но почему молитва такая жуткая?! Кто-то точно сегодня умрет! Однако я и слова не успела сказать, как поднялся шум.

Ба-бах! Бах!

– А-а-а!

Ба-бах! Бах-бах!

– П-помогите!.. Угх, ах!..

По тренировочной площадке пронесся оглушительный грохот вперемешку со страшными криками.

Прощай, мой милый друг. Пришло время расстаться.

– М-может, нам надо вмешаться? – взволнованно спросила Дженит.

Тренировочная площадка была одним из тех мест в императорском дворце, где разрешалось использование магии. Однако маги были обязаны возводить барьер на время боя. Сейчас мы видели лишь клубы пыли внутри барьера. По взрывам, вихрям и время от времени доносившимся пронзительным крикам можно было сделать вывод, что Кэвелл Эрнст терпел поражение.

– Тренировочный бой – это святое, его нельзя прерывать.

– Все будет хорошо. Он крепкий малый.

– Он не умрет. Наверное...

Какое еще «наверное»? Я еще могла понять Феликса, когда он сказал не вмешиваться, но Иджекиил? У него-то откуда такая уверенность? Выдал такое со столь беспечной улыбкой!

Ба-бах!

– Кха!

Конечно, раз именно Кэвелл был инициатором дуэли и спровоцировал Лукаса, я не была уверена, можно ли вмешиваться в поединок. Поэтому мы с Дженит лишь молча и испуганно наблюдали за происходящим. Другие рыцари на площадке тоже прекратили тренировку и пялились в сторону барьера.

Внезапно на площадке все стихло.

– Ах, я славно размялся.

Пыль улеглась, и мы все увидели, как Лукас встряхнул руками. Бессовестный какой! Как он мог с таким переполохом загонять рыцаря и остаться таким довольным!

Погодите, а с Кэвеллом-то что?! К счастью, он был жив. Казалось, что на нем и места живого не осталось, он просто лежал на земле, как труп. Вскоре рыцарь с трудом поднял дрожащую руку и показал Лукасу большой палец.

– Э-это был лучший... поединок.

С этими словами он тут же потерял сознание. Мы издалека наблюдали, как другие рыцари выносили его с тренировочной площадки.

– Состояние у него не очень. С ним точно все в порядке будет? – поинтересовался Феликс.

– Не волнуйтесь. Мой друг не настолько слаб, чтобы вот так сдаться. – Иджекиил все еще улыбался.

– Похоже, что он чередовал атакующие и исцеляющие заклинания. Чтобы подольше его помучить... Кха!

Кхм, неужели маг по своему опыту говорит? Стой, только не надо плакать!

– Так, раз с неприятным делом покончено, можем уже пойти? – легкими шагами к нам подошел Лукас и широко улыбнулся, словно ничего особенного не произошло.

– Господин маг... эм, вы такой сильный, – пробормотала Дженит так тихо, что ее услышала только я. Мда, похоже, ее мнение о Лукасе сильно изменилось.

– Что ж, идемте... – Я потрясенно рассмеялась.

Перед тем как мы разошлись, я на мгновение пересеклась взглядом с Иджекиилом, но отвернулась, так ничего и не сказав.

– А малый оказался неплох, – внезапно произнес Лукас по пути к башне.

Он был крайне весел, поэтому мне в очередной раз стало жаль второстепенного персонажа. Маг, что пришел вместе с Лукасом, похоже, утомился от такого количества событий и убежал в башню первым.

Глава 144

Я отправила Феликса проведать Кэвелла Эрнста, поэтому сейчас рядом со мной шел только Лукас. Уверена, что он держал себя в руках и не сильно навредил рыцарю. Просто было странно слышать, как он кого-то так высоко оценивает. При мне такое происходило впервые.

– Да? Он оказался сильнее, чем ты думал?

– Думаю, что он не сдастся даже перед лицом самой смерти.

Если переводить на нормальный язык, Лукас имел в виду: «Сперва я пытался сдерживаться, но он не отступал, поэтому я избил его до полусмерти».

О нет! А это точно хорошо? Я стала еще сильнее жалеть рыцаря! В какой-то степени даже удивительно, что он до последнего не сдавался, хотя его так отделали. От следующих слов Лукаса я еще больше прониклась сочувствием к Кэвеллу:

– Он буквально напрашивался на хорошую взбучку.

Ему еще и понравилось?! Глаза так и горят, словно у хищника, преследующего добычу. Ах, беги, второстепенный герой, беги!

Раньше я переживала, что мне будет неловко находиться рядом с Лукасом после того, что произошло между нами в прошлый раз. Но сейчас, по дороге к башне, я вздохнула с облегчением – наш разговор ничем не отличался от обычного.

* * *

– Принцесса, он не слишком горячий?

– Вам не жарко?

– Я принесла вам прохладного лимонада.

– Ах, Сет. Спасибо.

Сет улыбнулась мне в ответ. На самом деле с помощью магии было проще простого справиться с такими мелочами, но горничные сильно расстраивались, ведь после открытия моих магических сил у них стало меньше работы.

– Что вы, принцесса. Я ведь ваша горничная.

– Именно так!

Услышав наполненный гордостью голос Сет, Феликс согласно закивал. Из всей моей свиты на охотничьих состязаниях меня сопровождали только Сет и Феликс. Лили тоже собиралась пойти с нами, но со вчерашнего вечера она плохо себя чувствовала, поэтому я велела ей сидеть во дворце. Мне не хотелось оставлять ее одну, и Ханна вызвалась позаботиться о ней.

– Я думала, что здесь будет столпотворение, но людей на удивление мало.

– Делегация из Арланты почти полностью состоит из мужчин, поэтому большинство ушло в лес.

Конечно, были и люди, которые не уходили на охоту, а оставались здесь, но таких было меньшинство. На фоне аристократов Обелии казалось, что гости из Арланты любили охоту гораздо больше.

– Принцесса, сюда направляется сэр Эрнст.

Хм? Мы уже поздоровались, что еще ему нужно? Я думала, что он уже отправился в лес с остальными?

– Принцесса Атанасия.

– Сэр Эрнст.

– Если вы не против, вы не могли бы дать мне носовой платок?

– Платок?

Я озадаченно посмотрела на юношу. Кэвелл стоял весь красный и отчаянно старался не смотреть мне в глаза. Как странно. Почему он так засмущался? Он ведь всего лишь платок попросил?

И если так подумать, здесь было столько человек, что он мог попросить его у кого угодно, но нет, он пришел именно в мою палатку. Неужели у него здесь не нашлось других знакомых? Как минимум Иджекиил должен быть где-то здесь.

– Феликс, у тебя есть носовой платок?

Я хотела спросить у Сет, но она вышла осмотреться, поэтому пришлось обратиться к Феликсу.

– Что?!

– Мой платок?!

В ответ на мой вопрос оба воскликнули в унисон, словно долго репетировали. Я была поражена. Я сказала что-то не то? Почему они так отреагировали? Феликс слегка откашлялся, чтобы взять себя в руки, и тихо прошептал мне на ухо:

– Принцесса, скорее всего, он пришел в ваш шатер не за самим платком.

– А зачем тогда?

– За символом победы, так сказать.

Ах! Тут меня осенило. В Арланте существовал обычай, когда во время состязаний по охоте или фехтованию девушки дарили носовой платок тому, кому желали победы, и повязывали его своему избраннику на запястье или оружие.

Но это было в прошлом. Говорят, что сейчас такое считается старомодным.

– Ах, извините. В Обелии так не принято. Простите.

– Ничего. Это даже в Арланте не очень распространено.

Судя по выражению его лица, Кэвелл Эрнст был рад, что не получил платок от Феликса. Только сейчас я поняла, почему они так перепугались. Кхм, я, как купидон, только что попыталась связать их.

Кажется, платок был среди вещей, что взяла с собой Сет...

– И никому ничего не давай. Очень уж утомительно это все потом возвращать.

Не знаю почему, но мне вспомнились слова Лукаса. Я прокрутила их в голове, а затем с сожалением на лице произнесла:

– К сожалению, у меня нет с собой платка.

– Ах, понятно...

Кэвелл моментально поник. Я поспешила его поддержать, и вскоре он снова воспрял духом.

– Я слышала, что вы любите охоту. С нетерпением жду ваших успехов.

– Я не подведу!

Я смотрела, как радостно рыцарь убегал, даже не получив желаемого. Так он очень походил на щеночка.

Кстати, ведь бой с Лукасом был совсем недавно, а он уже совершенно здоров. Крепкий малый, да? Пока я размышляла об этом, вернулась Сет. Я поднялась, решив, что нужно присоединиться к остальным гостям.

* * *

– Принцесса, мы здесь!

Среди аристократов, присутствовавших сегодня на охотничьих соревнованиях, молодые люди держались несколько в стороне и общались между собой.

Я направилась к группе девушек и юношей. Так, посмотрим. Ни Иджекиила, ни Дженит здесь не было. Герцога Альфиоса тоже нигде не видно. Он мог уехать куда-то, но я не знала наверняка.

Когда я подошла к группе, меня ожидал теплый прием. Основную часть приветствий мы уже успели выполнить, поэтому сейчас могли обойтись без излишних формальностей.

– Я еще издалека слышала ваш смех. Случилось что-то любопытное?

– Принцесса, вы когда-нибудь встречались с магом Черной башни?

А, маг Черной башни снова стал главной темой обсуждений!

– Да, встречалась.

– Он правда так же красив, как говорят слухи?

Я даже не знала, что на это ответить.

– Говорят, что он настоящий красавец с зелеными волосами и черными глазами!

– Он молод, и у него действительно зеленые волосы и черные глаза, – сухо подтвердила я.

– Членам делегации интересно, правдивы ли слухи о возвращении мага Черной башни.

Ох, как неловко-то! Не могла же я им в лоб сказать: «Знаете, появился человек, утверждающий, что он маг Черной башни, но есть большая вероятность, что он фальшивка, хо-хо-хо!»

Однако, несмотря на это, я с улыбкой произнесла:

– Я видела его всего раз. Кажется, он большой любитель поговорить.

– Ах, правда? На этот раз он появился спустя несколько лет. Кстати, я еще слышала, что Черная башня императорского дворца недавно полностью преобразилась?

Кхм, стоило ожидать, что эти слухи разлетятся.

На мгновение я почувствовала прилив слабости, вспомнив о придворных магах, заходившихся в рыданиях о том, что их давнее желание наконец-то исполнилось.

Несколько дней назад императорский дворец зачем-то посетил самопровозглашенный маг Черной башни, представившийся Караксом. Естественно, что придворные маги встрепенулись. Страстное желание поприветствовать мага Черной башни заставило их провести ремонт, который они так долго откладывали.

– Теперь можно умереть без сожалений. Ах!

– Сам маг Черной башни находится в нашей Черной башне! Я даже мечтать не смел, что стану свидетелем подобного!

– Давайте будем отмечать этот день каждый год?

– Ах, это ведь след мага Черной башни! Нужно сохранить его навеки!

– Волосы мага Черной башни! Они станут нашей реликвией!

К тому же он отметил, что башня выглядела очень ветхой, и одним махом восстановил ее с помощью магии. Узнав об этом, Клод сказал следующее:

– Каждому свое ремесло. У него талант создавать видимость.

Казалось, он даже несколько удивился тому, что маг использовал более сложную магию, чем ожидалось. Лукас тоже был в шоке, когда узнал о том, что произошло за время его отсутствия:

– Вот же гады. Еще выносили мне мозги на пустом месте. Бошки им поотрываю.

– Чего и следовало ожидать от самого мага Черной башни! Могущественный красавец, да еще и живет почти вечность! Какой он крутой!

– Но господин Лукас мне...

Хелена Ирейн покраснела и прошептала в ответ другой девушке. Ох, девушка-лилия себе не изменяет!

– Ах!

– В чем дело?

– Что-то упало мне на шляпку...

В этот же момент что-то спрыгнуло на траву.

– Белка?

– Разве это не бурундук?

– Такой хорошенький. Шатер стоит рядом с лесом, наверное, поэтому он и забрел сюда.

– Я его глажу, а он даже не сопротивляется!

– Ах, я тоже хочу его погладить.

Дамы переключили свое внимание на бурундука, совершенно забыв о том, что только что восторгались магом Черной башни.

– Принцесса, а вы не хотите его погладить? У него такая мягкая шерстка.

Но, как и в случае с кроликом на последнем пикнике, я не стала к ним подходить.

– Я не очень люблю животных.

– Да? Но ведь у вас был домашний питомец...

Девушка, которая видела Черныша на моем чаепитии, внезапно запнулась.

– Верно, – с улыбкой ответила я. – Сейчас у меня есть синяя птица.

– Вот как.

Шурх.

– Ах, лорд Альфиос!

– Здравствуйте, леди Магрита.

Я почувствовала, что за моей спиной кто-то стоит. Повернув голову, я встретилась взглядом с Иджекиилом, который только что вошел в шатер.

– Принцесса, вы тоже здесь, – произнес он.

Я перевела взгляд на Дженит, стоявшую рядом с Иджекиилом. На ее плечах висел пиджак, похожий на мужской. Сам же юноша был в рубашке и жилете. Другие девушки начали перешептываться между собой, приговаривая: «Божечки».

– Дождь пошел? – спросила я, заметив, что их волосы и одежда были слегка влажными.

– Да, начался, когда мы шли сюда.

– Как же там те, кто ушел в лес...

– Это всего лишь дождь, не переживайте.

Дамы в шатре переводили взгляды с Иджекиила на Дженит, а затем спросили:

– Вы нашли то, что искали?

– Да, к счастью, это было в карете, – ответила девушка.

– Вы же могли приказать горничной принести.

– Ах, но я хотела найти это сама.

Судя по разговору, они вдвоем ходили искать что-то. Тон, с которым девушка обратилась к Дженит, звучал резко. Наверное, из-за того, что она давно восхищалась Иджекиилом.

Глава 145

Похоже, Дженит тоже это заметила: в ее глазах читалось недоумение.

– Понимаю. Я сама стараюсь не доверять горничным драгоценности.

– Дело не в том, что я подозреваю горничных.

Другая девушка говорила словно в поддержку Дженит, но от последовавшего ответа атмосфера в шатре стала еще прохладнее. Ох, такими темпами и до ссоры недалеко.

– Леди Магрита, я рада, что вы нашли потерянную вещь, – я поняла, что надо спасать ситуацию. – Ой, вы же совсем промок ли. Вам нужно вытереться. Сет, принеси леди Магрите полотенце.

– Слушаюсь, принцесса.

– Взгляните на время. Мне кажется, что пора перекусить.

В это время другие дамы со сверкающими глазами подошли к Иджекиилу.

– Лорд Альфиос, присоединитесь к нам? В любом случае уже поздно идти в лес. Да и дождь льет.

– Точно! Вы оживите нашу скучную девичью компанию.

– К тому же у нас...

На этих словах девушки резко вздрогнули, кое-что вспомнив. Ах, а ведь я сама не лучше! С нами же были другие юноши! Об их присутствии все позабыли... Стало даже жаль тех, чье существование все это время игнорировалось.

Похоже, что Иджекиил собирался участвовать в охоте, но не успел из-за Дженит. Даже если бы он сейчас и отправился в лес, вероятно, лучшую добычу уже успели поймать. Еще и дождь пошел так не вовремя.

Иджекиил и решил остаться в шатре. Тут он заметил, что на плечах Дженит до сих пор его пиджак.

– Дженит, отдай пиджак слугам.

– Нет, я пока его оставлю.

Эти слова вновь поразили девушек. Ее тонкая рука аккуратно схватилась за накинутый на плечи пиджак. Дженит потупила взгляд и добавила:

– Стало прохладнее.

– Наверное, это из-за дождя. Может, дать вам одеяло?

– Нет, все в порядке. Мне не настолько холодно.

Кхм, ну, что тут сказать? Между этими двумя действительно напряженная атмосфера. Все присутствующие стали элементами фона. Если бы мы ставили пьесу, они бы играли роль деревьев на углу улицы или случайных прохожих...

Девушки вновь начали перешептываться. Видимо, не я одна так подумала.

– У лорда Альфиоса и леди Магриты такие хорошие отношения.

– Они ведь родственники. Нет смысла их ревновать.

– Ох, как же завидно. Я тоже хочу, чтобы обо мне так заботились.

После небольшой перепалки все успокоились.

Ах, главные герои, даже промокнув, выглядят прекрасно. Как и любой другой человек, я после дождя была бы больше похожа на водоросли. Н-нет. Скорее даже на камень, покрытый водорослями. Кхм.

– Принцесса, вы говорили, что у вас есть синяя птица?

Как бы невзначай спросила одна из девушек, и мне стало не по себе. Она вернулась к тому разговору, что мы вели до появления Иджекиила и Дженит. Они оба тоже посмотрели на меня. Чувствуя на себе их взгляды, я ответила:

– Да, верно.

– Говорят, что за ними трудно ухаживать. Это правда?

– Как вам сказать... Я не испытываю особых трудностей. Но, может, Синяш такой хороший, что ему много и не нужно, – не задумываясь, ответила я.

– Ах, его зовут Синяш?

От удивления я чуть язык не прикусила. Я сказала это случайно!

– Какое миленькое имя.

– Да, только слышишь его, как перед глазами сразу возникают небесно-голубые перья.

– Имя действительно прекрасное. Чего и следовало ожидать от принцессы.

Воспользовавшись случаем, все дамы присоединились к разговору. Эх, зачем они так? Я-то прекрасно знаю свое умение давать клички.

– Идеальное имя для птицы принцессы.

О нет, еще и Иджекиил к ним подключился? Он, как всегда, говорил с мягкой улыбкой, но в его глазах плясали чертята. Именно с таким выражением лица он всегда меня дразнил! Должно быть, его крайне забавляло затруднительное положение, в котором я оказалась!

А сами его слова! Вы уловили нюанс? Звучало так, словно он знал моего Синяша. Нет, конечно, Иджекиил его знал, ведь именно он мне его и подарил... Но тем не менее! Я специально никому ничего не рассказывала, так зачем он произнес это таким многозначительным тоном?

Как и ожидалось, девушка, внимательно слушавшая Иджекиила, внезапно спросила:

– Лорд Альфиос, вы видели птицу принцессы?

Я взглянула на Иджекиила и послала ему мысленный сигнал, но парень дал совсем не тот ответ, на который я рассчитывала:

– Однажды случайно видел.

– Ах.

Он серьезно? Я так и представила, как воображение девушек заработало, подсказывая им самые разные сценарии того, как он мог увидеть мою птицу!

– У него еще была привычка клевать всех за руки. Он до сих пор так делает?

Я неодобрительно взглянула на улыбавшееся лицо Иджекиила и ответила:

– Синяш клюет только тех, кто ему не нравится.

– Тогда, наверное, я ему не понравился.

– Скорее всего.

Ой, я перегнула палку? Я правда была сильно раздражена, поэтому, сама того не осознавая, закончила разговор. Кхм.

Затем я услышала сдавленный смешок и подняла взгляд на Иджекиила. Его глаза, смотревшие на меня, излучали такое тепло, что я на мгновение потеряла дар речи. Другие дамы уставились на его улыбку.

– Я тоже.

Раздался чей-то тихий голос. Я повернула голову на звук. На лице Дженит застыло удивленное выражение, словно она сама не ожидала от себя этих слов.

– Я тоже видела птицу принцессы, – продолжила она уже более спокойно.

– Ах, правда?

– Да, это очень красивая синяя птица. А кончики перьев более темного цвета...

Все снова посмотрели на Дженит. Она решила помочь, потому что подумала, что мне неловко? Вот только дело в том, что я никогда не показывала ей Синяша. Откуда она могла знать такие подробности?

Может, она видела его в поместье герцога Альфиоса, пока Синяша еще не отправили мне? Доставка здесь – дело не быстрое, а сам торговец не мог отправить птицу напрямую в императорский дворец, поэтому Синяш действительно мог какое-то время находиться в поместье.

– Настолько красивая птица? Принцесса, покажите ее и нам.

– В следующий раз обязательно, – с улыбкой ответила я.

– Мы в Арланте в основном разводим соколов...

Разговор продолжился, и его сопровождал шум дождя, бьющего по шатру. Дженит все еще сидела в пиджаке Иджекиила. Я намеренно старалась не смотреть в их сторону.

* * *

Когда дождь немного стих, я оставила молодежь, решив осмотреться и пообщаться с гостями в других шатрах.

Похоже, тут собрались уже более взрослые аристократы. Интересно, мистер Снежок тоже был здесь?

Я вошла в шатер, но моего появления, кажется, никто не заметил. Все были сосредоточены на разговоре... Неужели они политику обсуждали? Неудивительно. Взрослые везде одинаковые, что здесь, что в другом мире.

– Нет, что вы только что сказали?

– А что, я сказал что-то не то?

Атмосфера здесь была довольно напряженной. Они едва ли не с кулаками друг на друга бросались. Я оглянулась и заметила горничную, которой поручила сообщать мне обо всех происшествиях, но она просто стояла на месте. По ней было видно, что она не знала, как себя вести.

Следующие слова споривших сразу расставили все на свои места.

– Разумеется, его высочество Дайс – лучший жених.

– Может, в Арланте это действительно так, но не в Обелии.

– Стоит принцессе хоть разок его увидеть, как она тут же изменит свое мнение.

– Принцесса Атанасия не передумает так просто. Вам стоит поумерить свои ожидания, иначе вы познаете горький вкус разочарования. Откажитесь от столь абсурдных планов.

Ох, эти двое сейчас из-за меня сцепились? Между мистером Снежком и герцогом Селлойдом так и сверкали искры. От услышанного разговора мне стало не по себе.

– Принцесса Атанасия никогда не выйдет замуж за выходца из Арланты. Она найдет себе хорошего мужа в Обелии, и вам останется лишь ее поздравить.

– Откуда в вас такая уверенность в будущем? До сих пор никто не смог разгадать тайну отношений между мужчиной и женщиной...

Я решила тихонько уйти.

– На самом деле принцесса и его величество никогда не говорили о свадьбе, поэтому в вашем споре нет смысла...

В тот самый момент, когда я собралась уходить из шатра, к разговору мистера Снежка и герцога Селлойда присоединился чей-то ледяной голос, но я решила не задерживаться.

– А я ведь правда даже не думала об этом.

– Его величество разгневается, если узнает об этом.

– Ты собираешься ему рассказать?

– А что еще мне делать?

Феликс улыбался так, словно находил это все забавным. Увидев это, я проворчала:

– Феликс, тебя это будто бы забавля... Ой!

Тут с моей ноги слетела туфля, и я оказалась босая на мокрой траве.

– Фу.

– Землю размыло из-за дождя, и туфля застряла в ней.

Феликс был прав, туфля застряла. А ведь я, зная, что долгое время сегодня буду на улице, специально надела более легкое платье и туфли на низком каблуке!

Эх, ничего не поделаешь. Туфли хоть целы остались, и их можно будет спасти. А Сет ведь брала с собой запасную одежду для меня, может, там и запасная пара обуви найдется?

Но сейчас шел дождь, все сидели в шатрах, поэтому я подумала, что туфлю в любом случае придется надеть.

– Я вам ее надену.

– Нет, я...

– Все в порядке?

Раздавшийся за моей спиной голос принадлежал уже не Феликсу. Он-то тут какими судьбами оказался?

Глава 146

– Лорд Альфиос... Дождь еще не закончился, что вы здесь делаете?

– Вас долго не было, принцесса, и я решил выйти подышать свежим воздухом...

Его взгляд опустился вниз. Мне стало очень неловко, и я попыталась спрятать испачканную ногу за другую.

– Со мной все в порядке.

– Если вы не против, я вам помогу.

Иджекиил начал приближаться ко мне, и я поспешно произнесла:

– Не надо. Мне поможет Феликс.

– Я сейчас держу зонт, поэтому мне довольно затруднительно двигаться.

– Что...

– Как нам повезло, что сюда пришел лорд Альфиос. Не так ли? – произнес Феликс с широкой невинной улыбкой.

Что он несет?! Всего минуту назад он пел совсем по-другому! Н-неужели он?..

– Прошу меня простить.

Пока я паниковала, Иджекиил нагнулся, чтобы поднять туфлю позади меня. Она с легкостью выскользнула из мягкой земли.

– Думаю, что было бы лучше надеть ее в шатре.

– Я так и собиралась сделать.

Феликс поддерживал меня одной рукой, поэтому я без труда балансировала на одной ноге. Хотя ногу я все равно уже испачкала, так что можно было просто стоять спокойно. Иджекиил встал передо мной и опустился на колено.

– Вы же испачкаетесь!

– Не волнуйтесь.

Я думала, он просто поставит туфлю и отойдет, но Иджекиил сам обул меня. Хоть сейчас он оказался под зонтиком, который держал Феликс, его волосы все еще были мокрыми.

Я молча смотрела на него. В голове всплыл образ Иджекиила и Дженит во время их прогулки в городе. Да... Теперь я немного поняла, что чувствовала Дженит в тот день. Снизу послышался тихий голос:

– Какая у вас крохотная ножка.

Низкий голос Иджекиила смешался с нежным шелестом дождя. Что это за атмосфера? Почему-то мне стало неловко... Я сделала шаг назад.

– Вы так удивляетесь, словно никогда не видели женской обуви.

Я произнесла это, вспомнив, как видела Дженит и Иджекиила в городе, а потом напряглась, испугавшись что ляпнула что-то не то. Иджекиил, все еще сидя передо мной, поднял голову и посмотрел на меня. Наши взгляды встретились.

– Конечно, я ее уже видел.

После небольшой паузы он поднялся и протянул мне руку:

– Я провожу вас внутрь. Земля мягкая, поэтому будет удобнее опереться о кого-то.

Я молча смотрела на его руку, а затем произнесла:

– Спасибо.

Мы зашли в мой пустой шатер. Феликс отправился за Сет, и мы с Иджекиилом остались вдвоем.

– Лорд Альфиос, – начала я, взглянув на профиль юноши, все еще стоявшего у входа.

Я хотела обсудить то, существование чего игнорировала с тех самых пор, как мы встретились в резиденции герцога Альфиоса несколько лет назад. Так не могло продолжаться вечно.

– Я вас не ненавижу.

При этих словах Иджекиил взглянул на меня.

– Но...

– Я не желаю этого слышать, – меня прервал тихий голос.

Я замолчала, разглядывая его привычно сдержанное лицо. На губах юноши играла мрачная улыбка.

– Знаю, что нельзя говорить подобное... – В ушах раздавался стук дождя по крыше шатра. – Но иногда мне хочется посадить вас в клетку.

Как и три года назад, мне было нелегко иметь дело с Иджекиилом.

– Может, тогда вы бы удостоили меня хоть каплей вашего внимания.

Теплый воздух наполнил холодный голос. Но сейчас Иджекиил был не таким напористым, как в ту нашу встречу на поле цветов. Однако в его шепоте отчетливо слышались все те эмоции, что обуревали его.

Я молча рассматривала его лицо, озаренное пробивавшимися сквозь тучи лучами солнца. Через какое-то время я отвернулась от него и произнесла:

– Благодарю вас за помощь. Ситуация довольно неловкая, поэтому прошу вас никому не рассказывать о том, что произошло.

– Как пожелаете.

– И... – после небольшой паузы я добавила: – Вы промокли, можете простудиться, поэтому вам тоже стоит вернуться и вытереться насухо, лорд Альфиос.

Я чувствовала взгляд Иджекиила на себе, но больше не поворачивалась к нему. Вскоре до меня донесся тихий голос:

– Обязательно.

Кап, кап.

Повисшую тишину теперь нарушал только шелест дождя.

* * *

Я надела чулки до колена и другие туфли, которые мне принесла Сет. У этих туфель каблук был выше, но ничего. Если бы я знала, что так будет, то просто пришла бы в сапогах, как и хотела. Но горничные тогда завопили, что мне ни за что нельзя так делать...

Мой взгляд зацепился за место, где раньше стоял Иджекиил. И тут меня осенило.

Я ведь могла просто использовать магию! Одним взмахом руки я могла избавиться от грязи и вернуть туфлю. Тогда бы не пришлось принимать его помощь!

Я застонала и встала со своего места. Ненадолго заглянув в шатер к другим молодым аристократам, я вернулась к себе, сославшись на дурное самочувствие. Ни Иджекиила, ни Дженит там не было. Как мне сказали, Дженит стало плохо, и они вместе ушли в свой шатер.

Кап, кап.

Дождь усилился. Я сказала слугам, что хочу остаться одна, и они ушли. Шатер был поделен на несколько комнат, поэтому они, скорее всего, ждали меня в одной из них.

Я опустилась на скамью, усыпанную подушками, и взглянула на туфли, стоявшие на полу. Туфли, которые мне надел Иджекиил, были покрыты грязью.

– Неужто у тебя деньги закончились? Чего ты пол так пристально рассматриваешь?

Через какое-то время мне на плечи навалилась какая-то тяжесть, а в ушах, помимо звука дождя, раздался чей-то голос. Единственным, кто мог так внезапно появиться в моем личном пространстве, был только Лукас.

– А, ты не деньги ищешь, а на какашки смотришь? Почему у тебя такие грязные туфли?

– Будь добр, свали. Я не в настроении.

– Что, так расстроилась, что вступила в какашки?

Ах, вот же! Я пыталась удержать остатки настроения, но все усилия пошли насмарку!

– Я расстроилась из-за того, что ты говоришь только о какашках!

– Как по мне, так у тебя еще до моего прихода не было настроения.

Он в-видел? Мне стало не по себе. Но вместе с тем я почувствовала, что с появлением Лукаса уныние отступило. Я подняла голову и увидела на полу тонкую полоску света, просачивавшегося сквозь щель в шатре.

Скрип.

Я откинулась назад, облокачиваясь о тепло за моей спиной.

– Мне жаль одного человека.

– Почему?

Я подумала о том, кто не дал мне договорить, и снова загрустила.

«Лорд Альфиос, я вас не ненавижу, но...»

«Я не желаю этого слышать».

Возможно, мне немного нравился Иджекиил. Нет, говорить об этом с такой неуверенностью – лгать самой себе.

Три года назад, когда мы встретились с ним на цветочном поле, я, наверное, не смогла бы ему отказать, если бы Лукас не телепортировал меня в императорский дворец. В тот день меня сильно тянуло к нему.

– Потому что я солгала.

Но у меня не было никаких намерений строить что-то с Иджекиилом. Он ведь главный герой романа. Возлюбленный Дженит. Связан с герцогом Альфиосом. Было столько моментов, которые меня беспокоили, и после долгих и тщательных размышлений я приняла эгоистичное решение.

– Насчет чего?

– Просто сказала человеку, с которым у меня могли сложиться прекрасные отношения, что это невозможно.

Ах, все равно бы ничего не получилось. Если бы мы продолжили в том же духе, позже точно бы пожалели. Поэтому я решила все закончить, пока не стало слишком поздно.

Я солгала Иджекиилу и попрощалась со своей первой любовью, пока мои чувства к нему не стали глубже.

– Да? Тогда это не ложь.

Я знала, что чувства Иджекиила были искренними. Три года назад я хотела, чтобы он вычеркнул меня из своей жизни. Но и мне не удалось этого сделать.

– Хм, от этого меня только сильнее мучают угрызения совести.

Однако сейчас я испытывала совсем не то, что три года назад.

Подобно грязи, оставшейся на моих туфлях, то были остатки прежних чувств, которые до сих пор тлели внутри.

– Но из-за чего? Ты ведь никогда не говорила ему о своих чувствах. Даже забавно было наблюдать, как он чего-то там себе на придумывал.

За моей спиной снова раздался голос. Мне стало не по себе, и я спросила:

– Как ты можешь говорить с такой уверенностью?

– Я абсолютно уверен, что он узколобый, – Лукас хмыкнул, а затем продолжил: – И я бы никогда не посадил тебя в клетку.

А!

– Ты все слышал?!

Я развернулась к Лукасу. Парень, сидевший позади, взглянул на меня. В рубиновых глазах мелькнула улыбка, которая показалась мне дерзкой. Но от его следующих слов у меня отвисла челюсть:

– Весь мир – клетка на моей ладони. Так с чего мне задумываться о таких мелочах?

Вы только взгляните на него. Самомнение мирового масштаба.

– Кроме того, кто в здравом уме может говорить, что хочет по садить тебя в клетку?

– Ох, мне ужасно неловко. Завязывай уже.

– Ты моя.

Тихий голос пронзил влажный воздух. А? В этот момент мое сердце странно затрепетало. У меня не было даже возможности сделать вид, что я ослышалась, ведь ни на секунду не отрывала взгляда от парня позади меня. Я полностью прочувствовала неловкость повисшей атмосферы.

– С самого первого момента, как я тебя увидел. С макушки до пят.

Тихий шепот был едва различим на фоне дождя.

– Ты моя.

Он лениво играл с моими волосами. Я с затаенным дыханием наблюдала, как Лукас поднес к губам одну прядку и поцеловал ее.

– И я тебя никому не отдам.

Глава 147

Мое сердце екнуло, когда я встретилась взглядом с его рубиновыми глазами. Когда лицо Лукаса начало приближаться, моя рука непроизвольно двинулась.

Шлеп!

– Ох.

Услышав резкий звук, я застыла, пораженная собственными действиями.

М-моя рука! Как она там оказалась?! Я только что стукнула Лукаса по лбу? Правда? Н-наши лица оказались так близко, что я не осознанно попыталась его оттолкнуть!

– Ты меня только что ударила?

Я п-поняла! Тот черный дракон, столь долго находившийся в спячке, вновь завладел моей правой рукой!

– Т-ты!..

– Я что?

Не могла же я сказать, что мне стало не по себе из-за странной атмосферы. Но сейчас он вел себя как обычно, так что, может, мне просто показалось?

– Ты говоришь ерунду!

– Что?

– С каких это пор я твоя? Я своя собственная!

– Ты принадлежишь себе, но еще и мне...

– Я тебя не слушаю! И чего ты так неожиданно явился? Проваливай поскорее! Иначе я позову Феликса и Сет!

Чего и следовало ожидать – серьезная атмосфера между нами не могла сохраняться долго. Я взяла подушку и замахнулась на Лукаса. Парень с озорной улыбкой уклонялся от моих атак, а затем внезапно исчез.

– Кхм, принцесса?

– Ах, здесь все в лебедином пуху из подушек!

Когда в шатер вошли остальные, я поняла, что Лукас использовал заклинание тишины. Феликс и Сет были крайне удивлены, застав запыхавшуюся меня и парящие в воздухе перья.

– Уф, я решила позаниматься спортом.

– Спорт? В такую-то погоду? Ах, как же вы вспотели! Я принесу вам холодной воды!

– Принцесса, я буду обмахивать вас веером.

Я осталась совершенно без сил и мечтала о скорейшем завершении охотничьих состязаний.

* * *

Примерно через час вернулись промокшие насквозь охотники.

– Дождь так внезапно хлынул.

– Ха-ха-ха, зато моя добыча почти не промокла. Смотрите, как блестит черный мех.

Я взглянула на людей, похожих на мокрых мышей, и взмахнула рукой.

Буш.

– Хм?

– Моя одежда вдруг высохла!

– Что это было?!

– Ах, принцесса!..

Неужели для кого-то это еще новость? Они ведь не могли просто забыть, что я владею магией?

– Спасибо, принцесса!

– Пустяки.

Я оглядела сиявших от гордости людей. Ой, а там кто? Остался еще один мокрый мышонок!

– П-принцесса...

Кэвелл Эрнст, мокрый до нитки, особенно сильно выделялся на фоне уже сухих товарищей. Но он стоял в углу, и другие его будто бы не замечали.

– Ох!

– П-подождите!

Что это за реакция? Неужели он решил, что я специально не применила магию лишь к нему? Я удивленно вскочила с своего места и бросилась за Кэвеллом.

– Сэр Эрнст.

– П-простите, принцесса. Я не знал, что настолько вам неприятен...

– Н-нет, вы ошибаетесь.

Я поспешила заверить в обратном рыцаря, который уже хотел зарыться в землю.

– У вас случайно нет никаких магических артефактов?

– М? Магических артефактов?

– Ну, может, вы держите что-то при себе. Какое-нибудь небольшое украшение...

– Я их не ношу, слишком уж громоздкие.

Ох, что ж он такой тугодум? Придется идти в лоб.

– Украшение для меча, например?

– А! Я до сих пор ношу подарок сестры. – Юноша положил руку на меч, закрепленный на поясе. – Ой, что это с ним?

По середине украшения на кончике рукояти проходила трещина. Оно будто бы только и ждало: стоило к нему прикоснуться, как оно начало падать вниз, и Кэвелл не смог сдержать удивленного возгласа. Я взяла артефакт и присмотрелась. Это был тот же самый медальон, что я уже видела.

– Это магический артефакт, который сводит магию на нет.

– Ах, значит, сейчас как раз он и сработал?

– Да, верно.

– Как я рад! – радостно воскликнул рыцарь, осознав, что я не специально оставила его в образе мокрого мышонка.

Прежде чем вернуть украшение, я снова применила магию.

– Именно это я и имела в виду под «держать при себе».

– Моя сестренка решила сделать мне приятно.

– Похоже, что она очень вас любит.

– П-правда?

Похоже, он сам не замечал, насколько души не чает в своей сестре. С первого же взгляда на его счастливое и светящееся гордостью лицо мне все стало ясно.

Хм? Кстати, если присмотреться, у артефакта не просто кусочек отломался. Его будто бы разорвало какой-то мощной магией. Он в таком состоянии после жестокого тренировочного боя с Лукасом?

– Вы не снимали его после прибытия в Обелию?

– Нет, сестренка очень переживала за меня и умоляла его не снимать. Он громоздкий, конечно, но что ж поделать...

Ого. Значит, это магия Лукаса так на него подействовала. Я немного расстроилась и попыталась с помощью заклинания восстановить артефакт, но целым он все равно не стал. Не получилось!

– Тут не веревка порвалась, а сам артефакт разломался по шву. Не думаю, что смогу починить его магией.

– А вы просто надавите вот так, поверните, и все!

Ух ты! Кэвелл Эрнст обладал незаурядной силой. Починил артефакт голыми руками!

– Кстати, я поймал красивого павлина. Его разноцветные перья напомнили мне ваши глаза. Я хотел бы преподнести его вам в качестве подарка. Вы его примете?

– Да, спасибо, – ответила я, не подумав.

Получив мой положительный ответ, Кэвелл, как мне показалось, обрадовался и ушел. Я тоже решила последовать его примеру, но на душе остался неприятный осадок.

После оценки пойманной добычи охотничьи состязания наконец-то закончатся. Ах, как же здорово. Мне хотелось как можно скорее вернуться в свою комнату и слиться с кроватью, хе-хе-хе.

– Леди Магрита, примите этого белого оленя, которого я пой мал!

Хм? Откуда-то послышался знакомый голос. Повернув голову, я увидела, как Кэвелл шел к Дженит и страстно кричал:

– Сверкающие глаза, грация и нежность белого оленя напомнили мне леди Магриту! Ох, на всем свете нет подобной красоты...

А, так он не только мне хотел подарить свою добычу. Значит, в этом жесте не было той значимости, как в его просьбе о платке. Хвала небесам. Меня все это время беспокоило то, что Кэвелл не проявлял к Дженит особых знаков внимания, хотя в романе влюбился в нее до беспамятства.

– Если вы правда этого хотите...

– Ах, спасибо! Олень тоже будет счастлив!

Дженит выглядела смущенной, но все же ответила рыцарю с улыбкой. Меня это несколько удивило, но похоже, она считала Кэвелла Эрнста интересным.

Кстати, говорили же, что Дженит плохо себя чувствовала, но, видимо, ей стало лучше. Я пошла вперед с мыслью о том, что надо еще успеть подготовиться к финалу охотничьих состязаний.

– Ой! Я наступил на что-то?

– Думаю, это брошь или медальон. Может, кто-то обронил? Спросите у слуг.

За моей спиной продолжались приглушенные разговоры аристократов, но большую их часть мне расслышать не удалось.

Ах, наконец-то можно домой! Я радостно направилась к своему шатру.

Часть 15.5. Дженит и маг Черной башни

– Я скоро вернусь. Подожди немного.

– Будь осторожен.

Сразу после того, как принцесса ушла с магами, Дженит и Иджекиил покинули тренировочную площадку. Девушка беспокоилась за Кэвелла Эрнста, которого выносили рыцари, поэтому попросила Иджекиила пойти за ними и узнать, как он себя чувствует. Вероятно, сам Иджекиил тоже волновался за друга и сразу же согласился выполнить ее просьбу. Дженит осталась в саду одна.

– Ах, они похожи на цветы из сада принцессы.

Тонкие пальцы коснулись алых лепестков. Они казались ей ярким лучом света посреди той темноты, которая поселилась в ее сердце. С тех самых пор, как она встретила Клода в саду императорского дворца во время последнего чаепития, Дженит постоянно хотелось плакать. Воображение постоянно показывало ей картину, как гордо принцесса Атанасия стояла рядом с Клодом.

И, просыпаясь каждое утро, Дженит сравнивала себя с ней. Чем дольше это продолжалось, тем хуже она себя чувствовала и от ощущения беспомощности впадала в бездонную депрессию. Именно поэтому она избегала встреч с принцессой Атанасией. Дженит казалось, что она не имеет права появляться перед ней с такими мыслями.

Но ее жутко интересовало, кем был близкий друг Иджекиила, который приехал в Обелию в составе делегации из Арланты. Интерес подогревался еще и тем, что это был первый человек, которого Иджекиил назвал другом. Ведомая любопытством, Дженит и отправилась вместе с ним в императорский дворец.

Самое удивительное – как только она увидела принцессу Атанасию, ее плохое настроение будто рукой сняло.

Дженит прикоснулась к лепесткам распустившегося цветка и поджала губы.

– Мне нравится принцесса.

Тихий голос на мгновение повис в воздухе и затих где-то среди цветов.

– Да. Мне нравится принцесса.

Робкий шепот был обращен к ней самой. Так она пыталась либо найти подтверждение этой фразе в самой себе, либо собраться с мыслями. Дженит хотелось пресечь ужасные мысли, которые крутились в голове и давали о себе знать против ее воли.

Рука Дженит упала с цветка. Неожиданно за спиной раздался незнакомый мужской голос.

– Я как раз хотел тебя навестить, а ты здесь.

Чирик!

Вдалеке раздался щебет птиц. Дженит испуганно обернулась, и на нее упала чья-то тень. Иссиня-черные глаза смотрели сверху вниз.

– Кто вы? – спросила она, нерешительно отшагнув назад. Однако позади были цветочные кусты, поэтому ей не удалось сделать больше пары шажков.

Мужчина, вероятно, заметил ее настороженность. Он сам отдалился от девушки и улыбнулся.

– Думаю, меня можно назвать добрым дядей, который сможет исполнить желание юной леди.

– Мое желание?

Перед Дженит стоял незнакомец с темно-зелеными волосами и черными глазами. У него была вполне обычная внешность, однако его окружала странная атмосфера.

Глава 148

– Так ведь принято – делать подарок другу, с которым вы дол го не виделись.

Она не могла понять, о чем он говорил. В какой-то степени даже казалось, что он общался сам с собой, а не с ней.

– Ах, как же хорошо вновь увидеть эту черную магию спустя столько времени, – прошептал мужчина и засмеялся. – Но вот и для тебя подарок.

Когда он это произносил, на Дженит будто опустилось ночное небо. Над головой сгустились тучи. На мгновение перед глазами стало темно.

Чирик.

Стоило девушке моргнуть, как вокруг снова возник привычный мирный пейзаж.

– Что это было?

Дженит огляделась, не до конца уверенная, не сон ли это. Однако воспоминания о человеке, которого она только что встретила, полностью стерлись из ее памяти.

– Дженит.

Наконец появился тот, кого она ждала.

– Иджекиил, – девушка подошла к нему с улыбкой на лице. – Ты вернулся быстрее, чем я думала.

– Да? Мне, наоборот, показалось, что я заставил тебя долго ждать.

– Нет, что ты. Как по мне, так ты вернулся в мгновение ока.

В этот момент его взгляд замер на голове Дженит. Он протянул к ней руку. Когда она вздрогнула, Иджекиил произнес:

– Не двигайся.

Дженит с затаенным дыханием смотрела на юношу. В его лучистых золотых глазах она видела свое отражение. Прикосновение к ее голове было легким, как перышко, и сердце девушки забилось сильнее.

– У тебя листик в волосах запутался. Теперь можем идти.

Голос, прозвучавший в ее ушах, был мягким и равнодушным. Дженит мельком взглянула на Иджекиила, который, как обычно, шел рядом, и снова опустила глаза. Она знала, что такое его поведение – не проявление заботы или доброты, а лишь укоренившаяся привычка.

– ...Как сэр Эрнст?

– С ним все в порядке, не переживай.

Но даже зная это, она не могла так просто сдаться. Особенно когда его лицо, обращенное к ней, светилось такой теплой улыбкой.

– Рада это слышать.

Дженит слегка улыбнулась уголками губ. За ее спиной на мгновение промелькнула черная энергия, а затем исчезла.

* * *

– Явился?

На первый взгляд казалось, что он слился с листвой и дождем. Его темно-зеленые волосы намокли и наполовину закрывали черные глаза.

Лукас зло рассмеялся, увидев сидящего на дереве человека.

– Говоришь так, будто бы только меня и ждал.

– Я действительно тебя ждал.

Какие бы чувства ни испытывал Лукас, другой мужчина, казалось, был доволен сложившейся ситуацией.

– Ты, похоже, опять принялся разгуливать перед всеми, притворяясь мной. И как? Понравилось? – Лукас со смехом приземлился на ветку неподалеку от мужчины. – Фальшивый маг Черной башни.

Кап-кап.

Дождь вновь забарабанил по листьям. Вдалеке раздался какой-то шум. Судя по всему, охотничьи состязания закончились, и все направились в императорский дворец. Лукас и незнакомец были в лесу, но в стороне от остальных.

– Ну что, некроз уже наступил?

Юноша на мгновение повернулся в сторону шума, а затем снова посмотрел вперед. Его взгляд остановился на предплечье мужчины, видневшемся из-под рукава.

– Какой-то прохладный прием, тебе не кажется?

– А чего ты ожидал? – произнес Лукас, словно призывая собеседника не нести чепухи. – Ты ведь та крыса, что шарилась по моей башне без разрешения?

– Верно. Я думал, что ты еще спишь. Каково было мое удивление, когда я увидел, что башня пуста, – охотно признался тот.

– И что в итоге? Ты украл все магические артефакты, а что я сделал?

– Ничего другого мне не оставалось, ведь маны у меня почти не было. Но ты сам не лучше. Видишь мою руку? Она черна как смоль.

– А кто разрешал тебе лезть в мою башню?

Мужчина показал свою правую руку и пожаловался, но Лукас даже бровью не повел.

– И это ведь ты съел все плоды моего Мирового древа?

– Строго говоря, ничего твоего я не ел. Но я действительно узнал о нем из твоих записей в башне.

– Заткнись. Я собирался их съесть, так что они были моими.

Так встретились фальшивый маг Черной башни, что будоражил империю Обелия последние несколько лет, и настоящий маг Черной башни, который все это время скрывал свою личность. Хотя они виделись впервые, разговаривали они как старые приятели, знакомые долгие годы.

– Как тебя зовут-то? – вдруг спросил Лукас.

– С чего такой вопрос?

– Тогда мне стоит называть тебя Этернитасом?

В этот момент мужчина громко рассмеялся.

– Ха-ха-ха. Я не слышал этого имени уже две сотни лет.

Черные глаза жутко сверкнули. Этернитас был величайшим магом-императором. Однако человек, произнесший имя того, кто умер более двухсот лет назад, и второй, услышавший его, остались предельно спокойными.

– Каракс. Теперь меня называют так.

– Паршивое имя.

Каракс, бывший великий маг-император, на эти слова просто пожал плечами.

– Вообще-то я думал, что ты выйдешь на меня быстрее. Я оставил много следов, не правда ли?

– Да, я сперва подумывал сразу же найти тебя и надрать тебе задницу, – при следующих словах Лукаса Каракс переменился в лице. – Но мне не хотелось выслушивать нытье ребенка, требующего внимания.

Взгляд черных глаз стал острее. Однако Лукас продолжал невозмутимо смотреть на собеседника. Вскоре Каракс улыбнулся, от прежних эмоций не осталось и следа.

– Ладно. Я за этим к тебе и пришел.

– Ты под какими веществами сейчас? Что с тобой не так?

– Мне было одиноко.

На этих словах у Лукаса отвисла челюсть.

– Когда я переродился в этом теле, я был в ярости.

Каракс взглянул на свои почерневшие руки и тихо пробормотал:

– Я знал, как с помощью запрещенной магии прожить почти вечность, но в итоге переродился в это жалкое тело.

Лукас ответил без тени жалости и сочувствия:

– Ты от жадности пожирал своих потомков ради самого себя.

– Но я был молод, красив и силен, меня прославляли как величайшего мага-императора. Как тут не стать жадным?

– Ты-то? Молод, красив и силен? – Юноша ухмыльнулся, а за тем сурово произнес: – У тебя в самом начале ничего этого не было.

С тех пор прошло уже несколько веков. Тогда Лукас, еще странствовавший по миру как маг Черной башни, остановился в Обелии.

В то время императором Обелии был Кайлум. Мудрый и могущественный, он обладал огромной магической силой, и, если бы его правление длилось дольше, он бы остался в анналах истории.

У него был ненадежный преемник, Этернитас. Он отличался от своего отца всем: ему не повезло с внешностью, он не обладал сильным характером и не мог контролировать свою нестабильную магическую силу.

Кайлум просил Лукаса заняться его сыном, но тот сразу же отказался. Через некоторое время Лукас покинул императорский дворец, где по благосклонности Кайлума провел много времени, и вернулся в свою башню.

Проснулся же он через много-много лет. И Кайлум, и Этернитас давно умерли. Никто даже представить не мог, как Лукаса забавляли записи об Этернитасе в учебниках истории. Он был озадачен резким вымиранием священных зверей за последние несколько веков, сокращением количества магов в Обелии и состоянием магической силы в императорской семье, которая вскоре после смерти Этернитаса стала нестабильной.

Наконец Лукас нашел ответ. Этернитас использовал запрещенную магию ради удовлетворения собственных прихотей и пожертвовал десятками или даже сотнями поколений своих потомков. Все ради красивой внешности, мощной маны и острого ума, которые принесли ему звание мудреца. А главное – ради почти бесконечной жизни.

– На самом деле я хотел стать таким, как ты. – Каракс, которому была дарована жизнь без воспоминаний о прошлом, ярко улыбнулся единственному человеку, который знал его раньше. – Разве мы сейчас не похожи?

– Не будь идиотом. Как ты смеешь сравнивать нас?

Конечно, подобные речи не могли сработать на Лукасе. Его не волновало, восхищался ли им Каракс и нарушал ли существовавшие табу. И еще менее его волновало то, какую цену подражателю придется заплатить в будущем за нарушение этих самых табу.

– Ее зовут Атанасия, да?

Однако стоило Лукасу услышать бормотание Каракса, как его лицо тут же стало холодным.

– Кажется, она тебе интересна, вот и я тоже обратил на нее внимание.

– Ты чертов убл...

– Моя магия повлияла на то дитя? Я даже представить не мог, что кто-то из моих потомков будет проживать вторую жизнь, как и я.

Кап. Кап.

Капли дожди с силой ударялись о листья и разлетались в стороны. Караксу, судя по всему, стало холодно, и он начал кашлять. Вскоре, растянув губы в кривой усмешке, он посмотрел на Лукаса, все еще сверлившего его ледяным взглядом.

– К тому же три года назад ты вообще ее бросил. Ну я и подумал: «Она ведь все равно должна была умереть».

– Заткнись.

– Ха-ха-ха, ты чего? Ты ведь и сам это знал. Тогда ее магия была настолько нестабильной, что девочка могла погибнуть за время твоего отсутствия.

Лукас не стал ни подтверждать, ни опровергать его слова. Но Караксу, похоже, было достаточно видеть холодное выражение на его лице.

– Вот я и решил наложить на нее небольшое проклятие, и результаты оказались даже интереснее, чем я предполагал, – мужчина усмехнулся, словно воспоминания об этом его забавляли. – И все то, что здесь произошло, пока ты был у Мирового древа, – моя заслуга.

– Ты забыл еще об одном проклятии.

– То был пустяк. Я и не думал, что оно разрастется как снежный ком. Ой, или ты про Дженит? Как приятно знать, что у меня есть еще один потомок.

Каракс очень обрадовался, увидев Дженит. Он пошел по следам Лукаса, когда узнал, что Черная башня пустует, и понял, что он в императорском дворце. Затем он объявил себя магом Черной башни, чтобы выманить Лукаса, но все пошло не по плану. Настоящего великого мага не интересовали подражатели.

Каракс раздумывал над тем, как сделать так, чтобы маг пришел к нему первым. Сам же к нему пойти он не мог. Лукас назвал его требующим внимания ребенком, но он ошибался. Просто Каракс хотел добиться его признания с самой первой их встречи, когда он ощутил на себе силу его магии.

Глава 149

Каракс надеялся, что маг, так ярко сияющий рядом с ним, признает его самого, а не только его отца. А если не получится, то будет лучше погрузить его в сон, чтобы он проспал до самой смерти.

После этого Каракс переродился с помощью запрещенной магии и узнал, что Лукас тоже пробудился. Ему так не терпелось рассказать магу, какой великий поступок он совершил. Насколько Лукас удивился бы, если бы увидел его сейчас?

Но для этого нужно было сперва встретиться с ним. Может, стоило что-то сделать с принцессой Атанасией? Однако он до ужаса боялся Лукаса в гневе.

И вот однажды он увидел Дженит, которая приехала в императорский дворец на чаепитие к принцессе Атанасии. И тогда он понял, что существует еще один человек с магической силой императорской семьи. Судя по темному оттенку маны, Дженит была ближе к его прямой линии, чем Атанасия.

– Лукас, ты ведь помнишь герцога Альфиоса? Он слепо исполнял любой каприз моего отца. Он бы без вопросов лизал мне туфли, если бы ему приказали. – Каракс усмехнулся, вспомнив нынешне го герцога Альфиоса, который был до жути похож на того, кого он знал раньше, но обладал совершенно другим складом ума. – Как раз поэтому я избавился от него, когда стал императором.

Из любопытства Каракс наложил проклятие на безделушку, что валялась в коробке в комнате Дженит, и отправился к Мировому древу, чтобы обрести ману и стать могущественнее Лукаса.

– Кхм. Девчушка собиралась сделать подарок принцессе Атанасии, вот я и решил немного поколдовать над лентой.

Однако он и представить не мог, что Лукас получит ветвь древа вместо плодов. Он думал, что тот просто уйдет с пустыми руками, увидев, что все плоды Мирового древа испорчены.

Но у Каракса пути назад уже не было: он уничтожил все плоды, да еще и навлек на себя гнев Мирового древа. К тому же его тело испытывало тяжелейшие побочные эффекты от всего лишь одного фрукта.

Эх, если бы он только знал, что все так обернется, он бы просто остался во дворце и развлекал себя осмотром достопримечательностей.

– Кха-кха... – И без того бледный Каракс зашелся кашлем, исторгая кровь.

Лукас хладнокровно наблюдал за ним.

– Кха...

Через какое-то время мужчина выпрямился, стирая кровь с губ. С его пальцев падали алые капли, а сами руки, иссиня-черные, резко контрастировали с белой кожей лица. Он пожал плечами и громко рассмеялся.

– Ах, это тело совершенно бесполезно. Я столько сил положил на то, чтобы достать плод Мирового древа, но оказался так слаб, что этим лишь приблизил свой конец.

Складывалось впечатление, что Каракс добрался до Мирового древа лишь благодаря магическим артефактам Лукаса, потому что собственных сил его тела не хватило бы даже для этого. Более того, Мировое древо сказало, что вышвырнуло незваного гостя до появления Лукаса. Не сделай оно этого, последствия для ослабленного мужчины были бы еще губительнее.

Для Каракса плоды Мирового дерева оказались ядовитыми. Но жалости он все равно не вызывал. Губы Лукаса медленно разомкнулись, и маг произнес устрашающим тоном:

– Так что, ты свихнулся и теперь жаждешь умереть от моей руки?

Однако Каракс лишь рассмеялся:

– Я и без твоей помощи скоро кони двину, так что делай что хочешь.

Лукас едва сдержал смех:

– Псих. Появился из ниоткуда, строишь из себя невесть кого и несешь такую несусветную чушь.

По правде говоря, маг знал о выходках Этернитаса за время его сна и не испытывал к нему ни жалости, ни сочувствия.

– Ничего не могу с собой поделать. Всякий раз, как вижу счастливого человека, сразу хочу его помучить.

Лукас нахмурился, глядя на хихикавшего Каракса, изо рта которого продолжала капать кровь.

– Но я собираюсь завязать с этим. Я не буду ее трогать. Не хочу, чтобы ты меня ненавидел.

– Как же бесит, – пробормотал себе под нос Лукас, сбившись со счета, сколько раз эта фраза всплывала в его разуме за этот день.

А ведь Каракс не считал себя ребенком, который в попытке привлечь внимание родителей учинил всевозможные шалости. Он наследил везде, где Лукас мог заметить: в императорском дворце, в башне, в резиденции Снежков.

Когда Каракс продолжил со слабой улыбкой, взгляд Лукаса стал острым:

– Если я умру и перерожусь снова, ты будешь единственным, кто вспомнит меня таким, как сейчас.

– Не неси чепухи.

– Ах, разве ты не из-за этого остановил свой выбор на Атанасии?

– Заткнись, пока мое терпение не иссякло.

Однако, несмотря на предупреждение Лукаса, мужчина продолжил говорить, глядя на него понимающим взглядом:

– Ты не можешь убить меня, ведь мы с тобой одинаковые, не правда ли?

Бах!

В лесу раздался грохот. Птицы, скрывавшиеся среди деревьев от дождя, взмахнули крыльями и взмыли высоко в небо.

– У меня есть для тебя подарок. Считай, что это извинение за посягательство на то, что принадлежит тебе.

Однако на месте взрыва ничего не было. Каракс приземлился на дерево рядом с Лукасом, улыбнулся и попрощался. На лице мага читалось желание кого-нибудь прикончить.

– Если подарок придется по душе, приходи ко мне еще. А пока – до встречи.

И он исчез.

Часть 16. Когда приближается кульминация истории

Однажды Лукас пришел ко мне не с пустыми руками.

– Что это такое?

– Подобрал по дороге.

Я без каких-либо колебаний взяла это и тут же изумленно ахнула.

– Черныш?..

Но, присмотревшись, поняла, что это не он. На первый взгляд зверек напоминал Черныша, но это было другое существо, хоть и похожее. Почему Лукас так неожиданно вручил его мне?

– Похож на смесь лепи и баума.

Парень решил сесть не на диван, а на стул, который придвинул ближе ко мне.

Я неловко застыла от тепла, исходившего от животного в моих руках. Лукас назвал его помесью лепи и баума, но у зверька был черный как смоль мех и круглые уши.

– Зачем ты его принес?

– Говорю же, просто подобрал по дороге.

– Так верни его обратно.

– Мне он не нужен, так что забирай себе.

Иными словами, это был подарок. Но почему зверек издавал такие звуки? Я машинально взяла его, а теперь пыталась вернуть его Лукасу. Однако зверек издал тихий писк.

Стоило мне опустить взгляд, как я тут же застонала. Смотревшие на меня круглые голубые глаза влажно блестели. Они будто спрашивали: «Неужели ты отдашь меня ему? Правда?»

Я колебалась, не в состоянии ни оставить его, ни отдать. На самом деле после исчезновения Черныша я сознательно избегала животных. При их виде я не могла не думать о нем. Оказывается, я любила Черныша больше, чем думала.

В мире романа он был единственным, кто по-настоящему принадлежал мне. Только Черныша не было ни у Атанасии, ни у Дженит. Я прекрасно понимала, как по-детски это звучит, поэтому никогда не произносила этого вслух.

– Он миленький, – неосознанно пробормотала я, играя с его шерсткой.

Зверьку, похоже, нравились мои прикосновения, ведь он начал мурчать и тереться головой о мою руку. Я невольно смягчилась, впервые за долгое время ощутив ладонями живое тепло. Удобно откинувшись на спинку дивана, я принялась гладить черную шерстку.

Лукас молча изучал меня взглядом, опираясь руками о спинку стула, а затем внезапно переключил внимание на книгу, которую я читала.

– Тебе не надоело? Или решила перечитать все книги на свете?

– Тц. Нет предела совершенству. Всегда есть что-то, чему можно научиться.

Сейчас я читала книгу о достижениях великих людей. Лукас пролистал ее со скучающим выражением лица, но вдруг наткнулся на что-то, что его явно разозлило.

– Эх, ну и выскочка же он. Даже здесь лицом светит.

– Ты про кого?

– Как про кого? Про Этернитаса. Вот же псих.

Хм. Похоже, что Лукас и правда ненавидел императора Этернитаса.

– Говорят, что они с магом Черной башни были близки.

– Близки, как же!

Мои слова искренне возмутили Лукаса. От такого выражения на его лице я чуть не рассмеялась.

– Я слышала, что маг Черной башни очень любил императора Этернитаса. Именно поэтому от отчаяния он и исчез после смерти императора.

– Ага, надо найти автора этого бреда и наказать его.

Ой! Моя попытка закончилась провалом! Только я решила принять поражение, как Лукас продолжил:

– Кто у нас тут такой смелый, что называет подобную писанину книгой и выпускает ее в свет?

Тут я поняла, что нельзя все так оставлять, иначе быть беде.

– Т-там не только это написано! – нужно было срочно поднять настроение парню, рассказав ему что-то хорошее. – Там очень подробно описывается, насколько велик маг Черной башни! Почитай!

Я быстро открыла книгу на нужной странице и протянула ее Лукасу. Он принялся читать, делая вид, что ему не интересно, а затем фыркнул:

– Да, люди любят такое читать. Главное – преподнести красиво.

Тем не менее он заметно повеселел. Вот так просто. А раньше, стоило мне упомянуть о маге Черной башни, Лукас тут же резко заявлял, что написанное в книгах и рядом не стояло с реальными событиями. Вот я и решила, что ему, как и мне, очень нравился маг Черной башни.

– Кстати, ты знала, что маг Черной башни из всех сказок – на самом деле сын первого мага башни?

– Ого, правда?

Сейчас Лукас чувствовал себя лучше и бодрее, так что решил поделиться со мной новой информацией. Я была настолько потрясена, что даже не заметила, как задала вопрос. К тому же то были даже не книги сказок, а учебники истории! Но это не имело значения.

– Первый маг прожил тысячу двести лет.

– Ой, так долго.

Тысячу двести лет? Для меня, простой смертной, это очень много. Даже представить трудно. Сколько же маны у него было?

Лукас согласно кивнул.

– Это тот возраст, когда уже надоедает жить.

– Если жить так долго, то любой интерес со временем исчезнет!

Внезапно я вспомнила книгу, которую Лили читала мне в детстве.

Глава 150

«Если маг из этой башни задастся такой целью, он может стереть с лица земли всю империю».

«Вот почему говорят, что маги замораживают собственные сердца».

«Когда сердца магов переполняют эмоции и страсть, они руководствуются не разумом и холодным расчетом и используют свои силы для личных дел, а не для высшего блага».

– Ах, вот почему говорят, что маг Черной башни заморозил собственное сердце. Это было в переносном смысле, – пробормотала я.

Эх, все-таки гуманитарные и точные науки – словно небо и земля. Можно же было просто написать: «Он жил так долго, что устал».

Услышав мое бормотание, Лукас словно невзначай бросил:

– Звучит чересчур витиевато, но вполне соответствует правде.

А, так это не чистая выдумка? Да? Но как это понимать? Следующие слова Лукаса поразили меня еще больше:

– Среди древних запрещенных заклинаний есть те, что полностью стирают эмоции.

– Если они запрещены, то разве не относятся к черной магии?

– Нет, но сходства с ней есть.

Мой академический энтузиазм, что и без того был выше, чем у многих, пробудился с новой силой. Но почему-то я стеснялась затрагивать такую щепетильную тему. Однако Лукас, похоже, ничего не имел против объяснений и охотно продолжил:

– Если хочешь что-то забыть, можно устранить самого человека или вещь, а можно избавиться от чувств, которые они вызывают, словно их никогда и не было. Это как альтернатива полному стиранию памяти, которое неэффективно и вместе с тем опасно, – добавил он. – Например, один из прошлых магов Черной башни воспользовался этим способом, когда его сын, единственный родственник, умер от старости раньше него. Так он сохранил воспоминания о сыне, но не испытывал никаких эмоций.

– Но как это выглядит на практике?

– Сейчас расскажу.

Его рассказ меня испугал.

– Человек забывает все чувства, связанные с воспоминания ми, которые остаются в его голове. Можно сказать, что он становится посторонним человеком, наблюдающим за чужой жизнью. Он забывает грусть и счастье, и воспоминания утрачивают смысл. Со временем они действительно становятся чуждыми.

Вот что значит стереть эмоции? Речь Лукаса казалась выдумкой, потому что я даже представить себе такое не могла.

– Поэтому, как правило, воспоминания без привязанных к ним эмоций забываются сами по себе. Вряд ли кто-то долго помнит, как во время прогулки камешек ударил его по ноге или какую-нибудь мелочь, что приключилась со случайным прохожим.

Выходило так, что память стиралась и в таком случае, просто медленнее, чем при использовании черной магии, зато безопаснее. Однако утверждать, что это лучший способ, у меня язык не повернулся бы.

– Это... как-то неправильно.

– Да, так и есть.

Лукас криво улыбнулся в ответ на мои слова. Но в этой улыбке не было ничего приятного. Казалось, что он смеялся над чем-то, чего я не знала.

– Так вот, предыдущий маг Черной башни сошел с ума.

Какое-то время я молча разглядывала парня. Я перестала гладить зверька, что сидел у меня на руках, и он начал ерзать на моих коленях.

– Он часто прибегал к этому заклинанию, а в итоге наложил на себя руки.

Лукас рассказывал о жизни прошлого мага Черной башни с таким спокойствием, словно речь шла о ком-то постороннем. Мне же это давалось куда труднее – я не могла слушать его с той же холодной отстраненностью.

– А ты? – тихо спросила я, неотрывно глядя на парня. – Сколько раз ты использовал это заклинание?

Лукас искоса изучал меня, а затем ответил:

– Я не такой слабовольный, как тот старик, поэтому использовал его не так уж и часто.

Да, я так и думала, что Лукас мог прибегать к подобной магии. Однако это еще означало, что за всю свою жизнь он несколько раз использовал запрещенную магию. Пусть и не часто, но все же.

За последние три года Лукас несколько раз читал мне лекции и постоянно твердил: «Запрещенная магия запрещена не просто так, поэтому прибегай к ней лишь в самом крайнем случае, когда совсем прижмет». Значит, раз он стирал свои эмоции, они настолько сильно его мучили?

– Ты чего творишь?

Мне стало так грустно, что я положила руку ему на голову и осторожно провела по волосам, а потом заметила на лице парня вопросительное выражение.

– Пытаюсь утешить твою израненную душу.

– Хватит. Убери руку.

– Эй, самому же нравится, так и сиди спокойно!

– Я уже слишком взрослый для таких утешений!

– Ты же сам говорил, что мы ровесники?

Я вспомнила слова Лукаса, брошенные им давным-давно.

Он переменился в лице, словно большего бреда в жизни не слышал, но я продолжила гладить его по голове, как чуть раньше гладила зверька.

Хоть парень и продолжил хмуриться, руку мою так и не убрал.

* * *

– Говоришь, что хочешь оставить этого щенка?

Клод взглянул на комок черного меха, который я держала на руках, и вопросительно изогнул бровь.

– Это не щенок, а помесь лепи и баума, судя по всему.

– В нем все равно есть что-то от собаки, так что это щенок.

Но ведь это н-неправда. Однако он просто оставил бы все мои доводы без внимания, поэтому я решила даже не пытаться переубедить его в обратном.

– Лукас осмотрел его и сказал, что он не представляет никакой угрозы. К тому же он не магическая сущность.

В этот момент Клод нахмурился. Ах, это неодобрение? Он против?

Я с грустью взглянула на животное, которого жалобно облизывало мою руку. Но вскоре лицо Клода расслабилось, и он произнес:

– Раз он так сказал, то ладно.

Погодите-ка... Здесь должен быть какой-то подвох. Что это за беспочвенное доверие? Я даже не знала, что отец настолько доверял Лукасу. Или, может, я чего-то не знала? Я на мгновение задумалась, а затем позвала его:

– Пап.

– Что?

– Мне кажется, что Лукас – тот самый маг Черной башни, – наконец произнесла я слова, которые долго вынашивала в себе.

Я давно думала, что Лукас и есть настоящий маг Черной башни. Однако он до сих пор не признался, и я засомневалась: а вдруг я заблуждаюсь, и мой фанатизм по отношению к магу Черной башни только подпитывал мои заблуждения...

Но вчера мои сомнения подтвердились.

– Он тебе так сказал?

– Нет. Просто у меня такое ощущение.

Услышав это, Клод долго изучал меня взглядом. И наконец, невозмутимо произнес:

– Да, наверное.

А? И на этом в-все? Я была поражена подобной реакцией:

– Пап, ты тоже так думаешь?

– У меня были некоторые подозрения.

В-вот как. Вроде бы и хорошо, что не я одна так думала и кто-то разделял мои подозрения. И все равно мне было не по себе, ведь теперь казалось, что лишь я одна так поздно до этого додумалась.

– Ладно, тебе пора. Тут уже все в собачьей шерсти.

– Это не собака!

– Что собака, что баум – без разницы.

Ах, он даже с Чернышом так себя вел! Похоже, папе не очень нравились животные. Но почему? Они же миленькие!

– Впредь, когда я буду приходить, этого пса не должно быть со мной в одной комнате.

Но заметьте, при этом он не сказал, что перестанет приходить ко мне в гости.

– Не хочешь разок взять его на руки?

– Убери его.

Клод выглядел настолько возмущенным, что я не стала настаивать. Я покинула Гранатовый дворец, размышляя над тем, как назвать этот комок меха, подаренный Лукасом.

* * *

После охотничьих состязаний между юными аристократами Обелии и Арланты завязались близкие отношения. Мы часто собирались вместе на чаепития. И поскольку целью делегации было как раз укрепление дружеских отношений между государствами, общение молодежи всех более чем устраивало.

– Сэр Эрнст, присаживайтесь здесь, посередине. Вы даже не представляете, как сильно я ждала сегодняшнего дня.

– Я тоже!

Особенно огромной популярностью у обелийских девушек пользовался Кэвелл Эрнст! И не просто так.

– Вы сегодня расскажете еще что-нибудь о лорде Альфиосе?

– Так интересно слушать о студенческой жизни юного герцога!

Истории о студенчестве Иджекиила! Дамы никак не могли упустить такую редкую возможность.

– Леди Магрита, если вы того пожелаете, я вам все расскажу.

В последнее время Кэвелл активно ухлестывал за Дженит. Он общался с ней слишком дружелюбно для лучшего друга ее родственника, поэтому многие многозначительно поглядывали на этих двоих.

– Вы невероятно добры, сэр Эрнст. Не могли бы вы, пожалуйста, рассказать ради всех присутствующих?

– Если вы попросите, леди Магрита, я хоть сотню, хоть тысячу раз расскажу!

Сперва Дженит было заметно неловко от такого внимания, но потом она привыкла и отвечала расслабленным тоном. Более того, она стала чаще общаться не только с Кэвеллом, но и с другими людьми. Полагаю, это рыцарь на нее так повлиял.

И стоит ли говорить, что другие люди в компании нашего второстепенного персонажа чувствовали душевный подъем? Вероятно, потому, что Кэвелл часто обращался к Дженит, другие тоже стали к ней ближе. Так и продолжалось с охотничьих состязаний.

День первый.

– Леди Магрита! Я не могу передать вам, сколько раз думал о вас за те несколько дней, что не видел. Вы ослепляете меня своей красотой!

День второй.

– Леди Магрита, не могли бы вы называть меня просто Кэвеллом? И е-если вы не п-против, я бы хотел называть и вас без...

День третий.

– Леди Магрита, вы даже не представляете, какая это честь – сидеть рядом с вами. Если вы будете называть меня всегда просто Кэвеллом, мне будет не о чем...

Так, вряд ли бы нашелся хоть один человек, который не заметил, что Кэвеллу нравилась Дженит. На удивление она не испытывала к рыцарю неприязни. Да, он не нравился ей в романтическом плане, но, как мне казалось, ей было интересно и приятно с ним общаться.

– Именно поэтому мне пришлось уступить свое заслуженное первое место. Я не стал делать вид, что не замечаю затруднений Иджекиила, и решил устроить реванш в другой раз.

– Значит, по итогу победил лорд Альфиос?

– Важны не победа или поражение! Один из людей, кого я глубоко уважаю, лорд Туарот, сказал: «Издавна основными добродетелями, которыми должен обладать рыцарь, были: проявлять милость к слабым, не закрывать глаза на тяжелое состояние товарищей и спокойно принимать любой исход...»

Кхм. Да, рассказы Кэвелла о студенчестве Иджекиила частенько сворачивали не туда.

Глава 151

В большинстве случаев он начинал рассказывать об Иджекииле, а затем переходил к хвастовству о самом себе. Я решила, что Кэвелл поступал так неосознанно, из желания поразить Дженит.

– Моя сестра сказала, что в такой ситуации поражение равносильно победе. Так что у нас с Иджекиилом получилась ничья.

– Сэр Эрнст, вы так близки со своей сестрой. Я это еще давно заметила.

– Прошу, зовите меня просто Кэвелл, леди Магрита. И да, вы правы, сестра меня очень любит.

Это была еще одна его отличительная черта. Стоило кому-то сказать, что он любит свою младшую сестру, как рыцарь сразу переводил стрелки. Более того, он с такой гордостью говорил, что она в нем души не чает!

Похоже, что другие присутствующие подумали о том же, о чем и я.

– К слову, вы нашли то, что искали? Я слышала, что это был подарок от вашей сестры.

– Нет, пока не нашел...

Только что сиявший от радости Кэвелл внезапно сделался угрюмым.

Значит, он еще не нашел свой медальон на меч. Он даже не знал, где именно его потерял. Если это произошло по дороге с охотничьих состязаний, то найти медальон будет практически невозможно. А я видела, какой у того медальона был стык...

– Не расстраивайтесь. Я сама недавно потеряла кое-что очень ценное для меня, поэтому прекрасно понимаю ваши чувства, сэр Эрнст. Я довольно быстро это нашла, так что, возможно, вас тоже ждут хорошие новости.

– Леди Магрита!..

В глазах Кэвелла едва ли мультяшные сердечки не запрыгали от утешений Дженит. Да, истинная сущность второстепенного персонажа никуда не делась.

– Что новенького?

Неожиданно раздавшийся рядом со мной голос принадлежал некому иному, как Лукасу. Хоть я и привыкла к подобному, все равно не смогла сдержать удивления его внезапным появлением, особенно сидя на крыльях статуи ангела.

– Что новенького?..

Похоже, он пришел сюда от скуки. Я задумчиво повторила его вопрос и повернулась к парню. Увидев Лукаса, я так испугалась, что невольно вскрикнула:

– Лукас! Как так можно?!

От звонкого негодования в моем голосе он и сам вздрогнул.

– Что я такого сделал?

Я возмущенно крикнула:

– Уселся на голову сестренки-ангела!

– Чего?

– Это оскорбление сестренки-ангела!

Лукас был явно не готов к таким обвинениям. Но все именно так! Я сама не могла разместить свою пятую точку на голове сестренки-ангела, поэтому всегда садилась на ее крылья!

– Слезай оттуда, живо! Давай, ишь расселся!

Меня так взбесили ужасные манеры Лукаса, что я начала стягивать его с облюбованного им места. Крылья сестренки-ангела были достаточно большими, поэтому места на двоих там точно хватило бы.

С выражением искреннего недоумения на лице парень пересел, решив не сопротивляться. Однако от всех своих телодвижений я потеряла равновесие.

– А-а-а!

Звук, вырвавшийся из моего горла, не походил на милое «Кья!» Этим баффом могут пользоваться только главные героини романов, кхм. Но когда я чуть не упала, Лукас поймал меня.

– Осторожнее.

Его голос прозвучал прямо над моим ухом. От удивления я повернула голову и взглянула на парня. Не надо было этого делать. Как только я встретилась взглядом с его рубиновыми глазами, которые вдруг оказались слишком близко, смутилась еще больше.

Освободив руку из хватки Лукаса, что все еще поддерживал меня, я пробормотала:

– М-мне все равно ничего бы не было, даже если бы я упала.

– Зато земле было бы.

Он ничего не попутал?! Я-то думала, что он мне помог, а оно вот как!

– Нет, я имела в виду, что магией смогу остановить падение.

– Да, и твоя магия повредила бы землю.

– Да я не об этом!

– О чем же тогда?

Все, я сдаюсь. С Лукасом бесполезно спорить. Даже сейчас на его лице было хитрое выражение, словно он надеялся, что я продолжу. Я хотела было что-то сказать, но сдержалась и недовольно опустила голову.

– Ты что, обиделась? – удивленно поинтересовался Лукас.

– Ни капельки.

– Ни капельки, значит? Тогда посмотри на меня.

Нет, я правда не злилась. Но нужно было поскорее вернуть разговор в мирное русло хиханек и хаханек. Кашлянув, я сказала:

– Я придумала кличку для малыша, что ты мне подарил.

– И какую же?

– Нокс.

– Ха, – Лукас шокированно посмотрел на меня. – Ты кто такая? И что ты сделала с Атанасией? Выкладывай по-хорошему.

– Ты чего?

– У Атанасии, что я знаю, всегда был ужасный вкус на имена.

– Эй, нормальный у меня вкус!

У меня даже слов не было!

– Это имя правда ты придумала? До сих пор были только Черныши и Синяши, а тут ни с того ни с сего что-то нормальное?

– Что, круто звучит, да? Удивлен?

Хе-хе, я столько усилий приложила, чтобы это имя придумать! У странного зверька – помеси лепи и баума мех был черным, как ночное небо, а голубые глаза напоминали занимающийся рассвет.

И вот после нескольких дней раздумий я назвала его Ноксом, что означает «ночь». Хе-хе, хвалите меня, хвалите! Я изменилась! Я больше не та, что прежде!

– Похоже, ты сама в восторге от этой клички?

– А как иначе? Я же ее и придумала!

– От клички и от собаки.

– Он не собака!

– Он похож на собаку, так что плевать.

Эх, почему люди, а в частности Клод с Лукасом, настойчиво называли моего нового питомца собакой?

– Если тебя что-то будет тревожить, не держи все в себе. Лучше потискай Нокса.

Эти слова заставили меня удивленно посмотреть на Лукаса.

В смысле? Неужто он специально подарил мне его, потому что я грустила всякий раз, как вспоминала о Черныше?

У Лукаса есть и заботливая сторона? Нет, более того...

– Ты...

Я что, ему правда нравлюсь?..

– Что я?

– Нет, ничего.

Он изучал меня прищуренным взглядом, но я решила ничего не говорить.

Раннее летнее солнце было теплым. Мое лицо горело именно из-за него.

* * *

– Дженит, не хочешь сегодня после обеда выпить со мной чаю в Изумрудном дворце?

– Ах... Простите, принцесса, но сегодня у меня уже запланирована встреча.

Ой, мне отказали. Дженит с сожалением в голосе отклонила мое приглашение на чай. Но если у нее уже запланирована встреча, то ничего не поделаешь. В последнее время Дженит была нарасхват у юных аристократов. Все хотели или пригласить ее к себе, или получить от нее приглашение.

– Поэтому, боюсь, я не смогу.

Ах, так вот что испытывает мать, глядя на своего повзрослевшего ребенка?.. Нет, скорее не мать, а тетя? Дженит расцвела и стала увереннее, скорее всего из-за того, что круг ее общения заметно расширился.

Я была рада за нее. Однако, с другой стороны, задавалась вопросом, не связаны ли эти перемены с магией Дженит? Поэтому я не могла оставить это без внимания.

– Принцесса.

– Да?

– Нет... Нет, ничего.

Хм? Чего это с ней?

Дженит собиралась что-то сказать, но осеклась и в итоге просто улыбнулась. Она выглядела так же, как всегда, но меня так просто не проведешь.

– Что же, тогда до встречи, леди Магрита.

Я не стала задавать вопросов и попрощалась с девушкой. Какое-то время я провожала взглядом Дженит, уходившую от меня по украшенной цветами дорожке, а затем отвернулась.

Похоже, она сегодня снова собралась в Сапфировый дворец. Меня тоже звали туда на чай, но я отказалась, ведь праздник урожая сам себя не подготовит.

– Леди Магрита так занята в последнее время. Какая жалость.

Слова Феликса меня удивили.

– Феликс, ты будто потеплел к ней.

– Конечно, ведь она ваша подруга, принцесса.

Ага, как же. В прошлом, когда мистер Снежок пытался свести меня с Иджекиилом и Дженит, Феликс возмутился чуть ли не больше всех. Еще и вступил с ними в соревнование, заявив, что именно он станет достойным кандидатом мне в друзья.

Я до сих пор с содроганием вспоминаю те дни, когда он корпел над книгами! А теперь он вдруг начал поддерживать мою дружбу с Дженит?

– Хм? Принцесса, что вы делаете?

Я изучала лицо Феликса, а затем протянула ему руку. Рыцарь не на шутку перепугался, когда моя ладонь коснулась его груди. Я без каких-либо объяснений наложила на него заклинание очищения.

– Ой, что это? Мне как будто бы легче на душе стало. – Феликс с любопытством ощупывал себя.

– Ты ощущаешь что-то, кроме легкости?

– Что-то еще?.. Да вроде бы нет.

На его лице появилось озадаченное выражение. Хм, судя по столь привычному поведению, все в порядке. Выходит, я зря волновалась.

«Очищающая магия наполнит ваше тело легкостью и уверенностью!» – чем вам не рекламный слоган косметического средства? Хуже от нее Феликсу точно не станет.

– Если ты вдруг почувствуешь недомогание или головокружение, скажи мне.

– Ах, так это заклинание, которое стабилизирует тело и разум? Я действительно чувствовал какую-то тяжесть в последнее время.

– Ну, можно и так сказать.

– Принцесса, мне даже не верится, что вы так заботитесь обо мне! Ваш покорный слуга ужасно тронут.

Кхм-кхм. Его глаза наполнились слезами, и мне стало не по себе.

– Нам нужно идти.

– Да, принцесса!

Возможно, это заклинание очищения так хорошо сработало, но Феликс стал будто бы бодрее и энергичнее. Наверное, надо было еще раньше наложить его.

Решено, теперь каждый день буду заниматься очищением Феликса! Кивнув своим мыслям, я направилась к Изумрудному дворцу.

* * *

– Лилиан, тебе не тяжело? Давай я помогу.

– Я впервые за долгое время тренировался с другими рыцарями. Это так освежает!

– Принцесса, если вам что-то нужно, вы только скажите!

Вероятно, под воздействием ежедневного очищения Феликс порхал по дворцу, как птица. Я на всякий случай посоветовалась с Лукасом, и он подтвердил, что это заклинание способствует запуску процесса самоочищения организма и не обладает накопительным эффектом, поэтому его можно использовать каждый день.

На себе я тоже его опробовала, и действительно, почти сразу же ощутила небывалую легкость. Это как съесть леденец для горла с освежающим мятным вкусом. Или приклеить охлаждающий пластырь! Вот на что это похоже. К-кхм. Да, странные сравнения, но все равно!

– Принцесса, я впервые за долгое время решил снова сесть за учебу.

Я с сомнением взглянула на будто бы помолодевшего Феликса.

– С возрастом мой мозг становился все тяжелее, и я быстрее уставал, поэтому трудно было найти время для самосовершенствования. Но в последнее время мое тело стало казаться легче, а разум – яснее...

С-странно. Очищающая магия ведь не должна быть настолько сильной? Она же не панацея, а кратковременное средство для снятия усталости и поднятия настроения.

Глава 152

– Вот поэтому я в свободное время читаю Библию священной империи Сайкансии.

Феликс с каждым днем становился все энергичнее и возбужденно рассказывал о том, чем занимался в последнее время.

Я д-даже не замечала изменений в нем, но сейчас, глядя на него, разница с прежним Феликсом казалась мне просто огромной. Может быть, дело в том, что мы виделись каждый день? Мне всегда казалось, что то было его нормальное состояние, но как же я ошибалась... Вот настоящий Феликс!

Поразительно, как могут преобразиться люди! Словно увядающая трава, которая зеленеет после дождя!

– Принцесса, не могли бы вы наложить заклинание очищения и на меня? Интересно, каково это.

Заметив преображение Феликса, Ханна тоже заинтересовалась очищающей магией. Дело было пустяковое, поэтому я использовала заклинание и на ней.

– Ой, как странно, – широко распахнув глаза, произнесла девушка.

Неужели у Ханны такой же прилив энергии, как у Феликса?

– Сработало?

– Нет. Поразительно, но я вообще ничего не чувствую!

Минуточку! В голосе Ханны, разглядывавшей себя, слышалось любопытство.

– А, да?

– Да. На мгновение я почувствовала какую-то свежесть. Однако мне не хочется скакать, как жеребенок, только-только научившийся ходить, точно как сэр Робейн.

Х-ханна! Так вот ты какого мнения о Феликсе! Но справедливости ради: он не мог контролировать свою энергию, так что действительно бегал по дворцу как угорелый.

– Сет! Подойди на минутку.

– В чем дело?

– Принцесса, не могли бы вы и на Сет использовать это заклинание?

Да не вопрос. Я тут же наложила заклинание на девушку, что только что вошла в комнату.

– Ты тоже чувствуешь себя так, будто бы просто хорошо отдохнула, да?

Девушка задумчиво кивнула головой.

– Странно. Но вы с Сет еще молодые. Может, в этом дело?

– Возможно.

Ба-бах!

Рядом со мной на пол упало что-то тяжелое. Я повернулась в сторону звука и увидела Феликса, понурившего голову и согнувшегося над чайным столиком.

Он снова просил меня дать ему какое-нибудь задание, поэтому я поручила ему передвинуть стол.

– Да, возраст... Годы не врут. Мне ведь уже почти сорок...

Ой, я только сейчас поняла, что ляпнула во время разговора.

П-признаю, это было грубо! Но я не хотела никого обидеть! А вообще я регулярно подначивала Клода насчет его возраста, но тот лишь фыркал. Я и подумать не могла, что Феликса это заденет.

– Н-нет! Что ты такое говоришь, Феликс? Ты тоже еще молодой! Просто Ханна и Сет немного младше тебя.

– Точно! Сэр Робейн все еще в самом расцвете сил!

– Именно, сэр Робейн.

– Не надо меня утешать.

Однако Феликс уже был настолько подавлен, что наши слова не возымели никакого эффекта. Даже по одному его виду было понятно, что ему грустно: его плечи все так же печально висели. Он п-правда расстроился?

– Принцесса, вы не против, если я немного отдохну? Только что все было нормально, но тут навалился возраст, и у меня внезапно скрутило живот.

– К-конечно, иди.

– Похоже, пора мне переходить на всякие бальзамы и оздоровительные супчики из курицы и карпа.

– О-оздоровительные супчики?

– Нельзя доставлять окружающим неудобства. Людям в возрасте нужно внимательнее относиться к собственному здоровью.

С этими словами Феликс решительно направился к выходу.

– Я впервые вижу сэра Робейна таким подавленным.

– Мы с-совершили ужасную ошибку, да?

– К сожалению.

Обливаясь холодным потом, мы смотрели на его удаляющуюся спину.

* * *

– Пап, не надо так расстраиваться! Взбодрись!

При этих словах бровь Клода медленно поползла вверх. После случая с Феликсом я все никак не могла успокоиться, поэтому пошла к Клоду.

– Я совсем не думала о твоих чувствах, пап. Я ужасная дочь.

– Ты о чем?

Меня терзало, что из чувства беспокойства я постоянно докучала Клоду, призывая его заниматься спортом и хорошо высыпаться. Плюс сыпала фразами в духе: «Пап, ты уже в таком возрасте...» или «Пап, ты все молодишься!»

Я беспокоилась, что Клод совершенно не заботится о себе, но после разговора с Феликсом мне показалось, что я была слишком резка. Хотя даже Феликс пришел в ужас от его распорядка и все сетовал, что император смерти своей жаждет. А ведь Клод старше Феликса!

– Старение – неотъемлемая часть природы, но не перегибала ли я палку все это время?

От этой мысли мне вдруг стало нестерпимо грустно. Я подошла к Клоду и взяла его за руку:

– Кто угодно забеспокоился бы, увидев эти черные круги под твоими глазами. Ты с ними на больного цыпленка похож! Естественно, с годами внешность меняется, никто не выглядит так же, как в юности, но я совсем не задумывалась, как ты это все переживаешь.

– Что...

– Но не волнуйся! Я рядом! – Пока я продолжала говорить, у Клода дернулась бровь. – Я буду с тобой даже тогда, когда ты больше не сможешь ходить! Поэтому не переживай из-за старости и оставайся со мной тысячу, десять тысяч лет, пока ты не...

– Какая муха тебя укусила? Это из-за Феликса?

Ой!

Клод напрягся всем телом, и атмосфера вокруг него быстро стала зловещей.

– Н-нет. Дело не совсем в Феликсе...

– Феликс!

Однако Клод уже успел позвать рыцаря, стоявшего за дверью. Как обычно, тот сию секунду появился на пороге.

– Да, ваше величество.

– Ты наверняка знаешь, почему я тебя позвал.

Встретившись взглядом с ледяными глазами Клода, которые, казалось, говорили: «Ты ведь знаешь, где согрешил?», Феликс вздрогнул. Я и сама пребывала в шоке. Нет, у Феликса и так депрессия, не надо на него давить!

– Папа, Феликс тут ни при чем! Просто я...

– Прошу меня простить, ваше величество! Я совершил смертный грех!

Феликс неожиданно рухнул ниц перед Клодом и принялся извиняться.

– Я забыл свое место в угоду собственным корыстным интересам. Никаких извинений не хватит, чтобы загладить мою вину!

А? А??? Я понятия не имела, за что он так корил себя. Обычно, когда на Клода находило такое настроение, нужно было просто извиниться и поскорее слинять. Однако в данной ситуации это вряд ли бы помогло.

Ох, неужели он провинился в чем-то серьезном? Совершил какое-то преступление из личных интересов? Что, черт побери, он натворил?!

А если Феликс брал тайком взятки или таскал деньги из императорской казны? Но он бы ни за что так не поступил!

Тем не менее его поведение было столь необычным, что я напряглась. Увидев его искренне раскаивающееся лицо, я сразу поняла, что что-то не так.

Судя по всему, Клод тоже не ожидал такой искренности от Феликса. Это было заметно по его нахмуренному лицу и подозрению во взгляде.

– Прекрасно. Раз ты знаешь, в чем провинился, то озвучь это лично.

Похоже, Клод тоже понятия не имел, почему Феликс так себя ведет, но мастерски скрывал это. Однако царившее в кабинете напряжение было разрушено в мгновение ока:

– Оздоровительный суп... Я присвоил этот оздоровительный суп себе!.. Я должен был поговорить с вашим величеством, прежде чем вкушать его, но мне не хватило дальновидности!

О-оздоровительный суп? Неожиданные слова, слетевшие с губ Феликса, заставили меня ахнуть. Он ведь упоминал, что будет есть его в целях заботы о своем здоровье. Видимо, он действительно нашел его и съел!

Клод тоже не был готов к такому повороту.

– Оздоровительный суп?

– Я был таким слабым как физически, так и морально, что начал искать различные бальзамы с оздоровительным эффектом. Я и подумать не мог, что ваше величество так разозлится... Нет, нет. Это целиком и полностью моя вина! Время вспять не повернуть, и вам, ваше величество, приходится, наверное, еще тяжелее, чем мне!

Именно в этот момент Клод вздрогнул.

– Как я мог думать о подобном, когда, по сравнению с вашим величеством, мое истощение было просто юношеской усталостью? Я ужасно виноват! Пожалуйста, накажите меня!

Ф-феликс! Ты в опасности! Я не могла оторвать взгляда от черной ауры, исходящей от Клода. Однако сам Феликс будто бы ничего не замечал, ведь был поглощен самобичеванием.

– Верно. Пришелся ли тебе по вкусу этот оздоровительный суп?

– Нет! Мне сказали, что его привезли с востока и он вряд ли понравится обелийцам. Это оказалось правдой. Я съел всего лишь ложку, но суп был таким отвратительным... Я рассчитывал, что он поможет мне помолодеть, но в итоге получил три дня несварения.

Судя по реакции Клода, его самого тоже заинтересовал суп из курицы и карпа.

– Этот суп ужасен, – тут же добавил Феликс. – Но любое хорошее лекарство неприятно на вкус. Так что, если ваше величество сможет выдержать эту горечь, его эффект вас удивит...

– Феликс Робейн. С этого дня и в течение месяца ты будешь каждый день есть этот суп. Это приказ.

– Что?

– Если пропустишь хоть один день, тебя ждет еще более суровое наказание, так что имей это в виду.

Так Феликсу снова досталось. Хм, а ведь я пришла утешить Клода, но в итоге только добавила проблем, да?

Я взглянула на Феликса и была поражена гаммой эмоций, отраженной на его лице.

– Ваше величество, вы так заботитесь о моем здоровье, что велели есть оздоравливающий суп!..

Ч-чего? С-сомневаюсь, что папа именно это имел в виду. Он ведь слышал, что Клод угрожал «еще более суровым наказанием» за нарушение приказа? Не просто «суровым наказанием», а «еще более суровым наказанием»? Следовательно, поедание супа само по себе уже наказание.

– Я, ваш покорный слуга, буду и дальше всецело посвящать себя служению вашему величеству!

Однако Феликс выглядел настолько растроганным, что я решила не возвращать его с небес на землю. Хотя, даже если бы я это сделала, он бы меня и слушать не стал...

Как бы то ни было, все остались довольны. Клод наказал Феликса, как и хотел, а Феликс увидел в этом наказании награду... Кхм.

Покидая кабинет, я забрала с собой и счастливого Феликса.

Глава 153

– Ах, так вот как все было?

Вечером того же дня я рассказала Лили о случившемся, и она от смеха даже прикрыла рот рукой. Похоже, что сегодняшние события ее позабавили. Если так подумать, это все было действительно забавно, поэтому я и сама присоединилась к веселью.

– И с завтрашнего дня Феликс должен каждый день есть этот самый оздоровительный супчик.

– Значит, нужно распорядиться, чтобы в Изумрудном дворце на его долю не готовили.

Рассматривая мягкую улыбку Лили, я вдруг тихо спросила:

– Лили, ты не хочешь выйти замуж?

Мой вопрос явно застал ее врасплох. Она застилала постель, но вдруг остановилась и повернулась ко мне.

– Мне и так хорошо, но, если мне встретится подходящий человек, я выйду за него.

Я давно задавалась вопросом, не из-за меня ли Феликс, Лили и остальные не вступали в брак. Естественно, стоило мне заговорить об этом, как меня заверяли, что это не так и что у меня нет причин для беспокойства, но...

По правде говоря, в детстве я думала, что Феликс и Лили поженятся, однако этого так и не произошло. А ведь Феликс носил прозвище Кровавый рыцарь Обелии... Кхм. Такое просто за красивые глаза не получить. А Лили была моей личной горничной, и при желании они бы без проблем нашли себе хорошую партию. Именно поэтому я и задавалась вопросом, не во мне ли дело.

Но Лили, как всегда, ответила с дружелюбной улыбкой:

– Больше всего мне хочется заботиться о вас, принцесса. По этому мысль о браке меня даже не посещает.

Вот-вот, Феликс говорит мне то же самое. Но я не могла не беспокоиться. Хотя при этом мне хотелось, чтобы они оба оставались рядом со мной и все было как прежде.

– Как было бы здорово, если бы у тебя был ребенок, похожий на тебя, Лили.

Лили стала бы для своих собственных детей прекрасной матерью, каковой ее считала я.

– Мне не нужны другие дети, кроме вас, принцесса.

Можно ли считать меня плохим человеком, раз мне приятны ее слова?

– Я тоже всегда считала тебя своей мамой.

– Леди Диана была бы опечалена, услышав это.

– Почему? Просто у меня две мамы. Мне ужасно повезло, не правда ли?

Лили на мгновение замерла, а затем нежно погладила меня по голове. Ее глаза влажно блестели, и я улыбнулась ей еще шире.

* * *

– Как ни посмотри, это ведь странно, да? – спросила я Лукаса, когда мы бок о бок сидели на ветке цветущего дерева и наблюдали за людьми внизу.

– Они однозначно странные, – он легко согласился со мной.

Я с недоумением наблюдала за Дженит, стоявшей в центре толпы.

– Я выбирал этот подарок, думая только о вас, леди Магрита!

За пределами императорского дворца отношения между девушками и юношами набирали обороты. После званого обеда, что состоялся в Сапфировом дворце два дня назад, я решила не участвовать в сегодняшнем пикнике. Однако мое внимание привлек тот факт, что отношения развивались не столько между девушками и юношами, сколько между Дженит и всеми.

Сейчас какой-то другой юноша преподнес ей подарок. В самом этом жесте не было ничего странного. Проблема заключалась в кардинальной перемене в поведении людей. Конечно, возможно, что все только сейчас заметили обаяние Дженит, но... У меня на сердце было неспокойно.

Лукас тоже внимательно наблюдал за сценой, разворачивавшейся внизу. Вскоре он мерзко усмехнулся, словно увидел что-то неприятное.

– Да уж. Ну и подарочек он подготовил...

Как это понимать? Лукас уже видел того парня?

– Что там за подарок?

– Да так, какая-то глупость от одного тупицы.

Не грубовато ли он высказывался о юноше, которого видел впервые? И что же там за подарок? Мне было до жути интересно, но я не могла ничего рассмотреть.

– Что ты собираешься делать с этой химерой? – внезапно спросил Лукас.

М-мне показалось или в его глазах действительно читалось: «Мне избавиться от нее прямо сейчас?»?

– Какая сегодня прекрасная погода. Смотрите, все цветы распустились!

– Какими бы красивыми ни были цветы, им не сравниться с красотой леди Магриты.

Я взглянула на отдыхавших внизу людей.

– Это не может продолжаться вечно.

Однако даже в тот момент, когда эти слова слетели с моих губ, я знала, что во всем виновата моя жадность. Как же мне хотелось, чтобы мы могли и дальше жить мирно, чтобы не было необходимости проводить четкие границы...

Иными словами, надо было поддерживать статус-кво. И я сомневалась, что Дженит такой вариант устроит.

– Ну, рано или поздно все устаканится, так что не бери в голову.

– Что? Чего ты вдруг?..

– Давай прогуляемся, – неожиданно предложил Лукас.

Я даже сообразить ничего не успела, как парень уже взял меня за руку.

– Эй! Подожди!

Естественно, моя просьба была проигнорирована. Буквально через секунду я уже шагала под руку с Лукасом по воздуху. С дерева, на котором мы сидели, сорвались лепестки.

– Ой, там, наверное, птица сидела.

Снизу послышался голос одного из гостей пикника.

– Предупреждать о таком надо!!!

– Ты чего? Ведешь себя как дилетантка.

Да, мы уже как-то летали вместе с Лукасом... точнее, гуляли по воздуху. Поэтому в этот раз я не столь сильно удивилась такой прогулке. Прекрасно это понимая, Лукас лишь фыркнул в ответ на мое возмущение.

– А куда мы идем?

Направление, в котором мы двигались, вызывало у меня подозрения.

– Ты же хотела поближе рассмотреть озеро?

– Говорила, но не так... Ой!

Лукас подхватил меня и начал спускаться к середине озера! Сверкавшая под лучами солнца водная гладь напоминала серебряный поднос, но тем не менее я не хотела настолько близко его рассматривать!

– Ты от страха так дергаешься?

В тоне голоса и выражении лица Лукаса явно читалось веселье. Все так, мне страшно. Ох, сперва мы по воздуху ходили, теперь – по воде!

– М-мне это все не нравится.

Да, плавать я умела, но все равно как-то мне совсем не хотелось оказаться в воде. Издалека озеро было едва заметным, но отсюда, с его середины, казалось, что я дрейфую в открытом море.

И вот я все еще парила в воздухе, а Лукас, уже успевший опуститься на воду, смотрел на меня и улыбался. Точнее, усмехался.

– Ты хорошо держишься! И если ты хотела меня рассмешить, то блестяще справилась с этой задачей. Надо снять заклинание невидимости и повеселить всех остальных.

– Только попробуй, и ты труп!

Я взглянула вниз на стоявшего на воде Лукаса. Хм, похоже, это безопаснее, чем я думала...

– Ты же не станешь чудить и подшучивать надо мной?

– Чего ты так распереживалась? – фыркнул маг, словно я беспокоилась по пустякам. – Ты только что гуляла по воздуху. Лучше ведь хотя бы воду под ногами иметь, чем ничего?

Д-да? Я, будучи падкой на красивые слова, взяла себя в руки. И в самом деле, всего минуту назад я гуляла по небу, а вот по воде боялась ходить. Решив больше не сопротивляться, я ступила на поверхность озера.

– О! Получилось! У меня получилось!

Стоило мне восторженно заверещать, как Лукас встал рядом и внимательно взглянул на меня.

– Вода как желе!

Но ощущения были совсем не те, как во время прогулки по воздуху! Казалось, что я стою на мягкой резине и при каждом шаге она дрожит.

– Тебе не кажется, что мы стоим на пудинге?

– Мне кажется, что кто-то очень любит поесть.

Вот же гаденыш! Я резко подняла на него взгляд. Но Лукас ухмыльнулся и взмахнул рукой в воздухе.

– Настоящая принцесса-обжора.

Мне оставалось лишь ошарашенно наблюдать за происходящим. Сперва появился круглый столик, вскоре его накрыла белоснежная скатерть. Из ниоткуда взялась посуда: в воздухе закружились тарелки, приборы и стаканы.

Клац.

Теперь на столе возникла трехуровневая этажерка для десертов. Я с восхищением наблюдала, как на ней появляются красивые и аппетитные десерты. Да и сам стол был заставлен всевозможными пирожными, пудингами, печеньем и вареньем к чаю. Чайник, который сам по себе принялся разливать ароматный напиток по чашкам. Неожиданно рядом я заметила еще и сахарницу с чайными ложками.

Посередине стола возникла хрустальная ваза с распустившимися розовыми цветами. Несколько нежных лепестков упали на белую скатерть. Когда я пришла в себя, то уже сидела за столом.

– Ч-что это все значит?

Какая неожиданность. Ой, а стулья-то когда успели появиться? Более того, я вообще не помню, как садилась на стул. Я просто смотрела по сторонам, а потом – вжух! – и оказалась уже за столом.

Вид богато накрытого стола посреди озера был сюрреалистичным. Я все никак не могла отойти от потрясения, а Лукас оставался спокойным как удав.

– Ты впервые на чаепитии, что ли? Сама же постоянно их устраиваешь.

– Это совсем другое!

Да, я регулярно устраивала чаепития для своих гостей. Да, стол выглядел вполне обычно. Но теперь он стоял на воде! Значит, это можно назвать чаепитием на воде? Мне было трудно найти слова, чтобы описать происходящее.

– Я будто в бреду, – наконец рассеянно пробормотала я, оглядываясь по сторонам.

Мамочки, ну где еще можно найти такого отменного идиота?! Мало того, что он заставил меня впервые в жизни ходить по воде, так еще и дальше пошел: решил перекусить прямо на озере.

– Считай, что это своего рода урок. Ты должна понять, что находишься на ином уровне, выше остальных, – сказал Лукас, который до сих пор время от времени обучал меня магии.

Наверное, это как разница между наследником, получающим богатство, накопленное поколениями, и везунчиком, внезапно разбогатевшим после выигрыша в лотерею. Между обычным человеком и великим архимагом тоже должна быть пропасть – огромная, почти непреодолимая.

Глава 154

Хотя я и живу уже вторую жизнь, еще и магией пользуюсь, мой мозг до сих пор не перестроился с мышления обычного человека. В отличие от меня, Лукас всегда поступал так, как мне бы даже в голову не пришло.

Хе-хе. Я смущенно опустила взгляд на стол. До сих пор ощущала себя не в своей тарелке. Ах, но тут была настоящая сокровищница сладостей.

Лукас уже держал в руках чашку и спокойно попивал чай.

– Та, что рядом со мной, немного порвана, – заметил он, кивая в сторону куклы. – Следи за словами. Она очень чувствительная.

Я нерешительно взглянула на бумажную куклу рядом со мной. Полагаю, она должна была послужить заменой горничным и слугам на время чаепития. Но зачем создавать их, когда можно было ограничиться использованием магии?

И галстук-бабочка у нее на шее?! Может, это та самая кукла, что была моим партнером по танцам? Хм, может, и нет, но выглядит она точно так же.

Неужели он думал, что сможет во второй раз меня вот так провести?

– Не смеши меня. Ты же сам в прошлый раз говорил, что кукла не понимает человеческой речи?

– Это улучшенная версия. Видишь, она уже едва слезы сдерживает.

– Ой, правда?

– Неужто поверила?

Меня обманули дважды. Я сердито взглянула на Лукаса, а он лишь рассмеялся и одним движением избавился от бумажной куклы, стоявшей рядом с ним.

Но окружающий пейзаж был настолько прекрасным, что долго злиться я не могла. К тому же, хорошо это или нет, с Лукасом не было места скуке.

– Ой, под нами плавают рыбы!

– А ты чего ожидала? Мы же на озере.

– Они ведь не запрыгнут нам на стол?

– Могу от них избавиться, если хочешь.

– От кого ты избавляться собрался? Экосистему беречь нужно!

Я отчитала Лукаса и снова принялась озираться по сторонам. Поверхность воды мерцала, как драгоценный камень. Легкая рябь переливалась на солнце. В ней отражались деревья, покрытые белыми цветами. Место, где мы находились, напоминало рай.

– Озеро так сверкает. Очень красиво.

Но постепенно мне становилось все более неловко, ведь, кроме нас с Лукасом, тут никого не было. Вся эта обстановка очень уж походила на свидание.

Нет-нет-нет. Мы не впервые оказываемся с ним наедине. В этом не было ничего странного, несмотря на атмосферу.

– Верно.

Стоило мне встретиться взглядом с Лукасом, как все мысли улетучились.

– Оно сверкает, как твои глаза, – прошептал он, подперев рукой подбородок, и медленно растянул губы в улыбке.

Не знаю почему, но в тот момент я потеряла дар речи. Меня так потрясло нехарактерное для Лукаса мягкое и дружелюбное выражение лица? Или же его неожиданные слова?

Я моргнула, не понимая, почему так смутилась, и быстро выпалила:

– Х-хватит говорить такие странности! Лучше торт съешь!

– Мне больше нравится смотреть, как ты ешь.

Моя реакция его только позабавила, и он намеренно вел себя еще более игриво. В итоге я не выдержала и попыталась засунуть кусок торта ему в рот.

* * *

Вскоре после этого состоялся прощальный праздничный ужин для делегации, возвращавшейся в Арланту.

– Прибыла ее высочество принцесса Атанасия де Эльджео Обелия!

Я вошла в банкетный зал под зычный голос церемониймейстера.

– Прибыл сэр Робейн!

Поскольку Клод должен был прийти лишь к середине банкета, меня сопровождал Феликс.

– Вы ослепительны, принцесса, – сказал он с улыбкой, как только мы вошли в зал.

Я не склонна к самолюбованию, но с возрастом моя красота действительно расцвела. Респект моим родителям за отличные гены!

Вы даже представить себе не можете, с каким волнением горничные готовили меня к вечеру. Все-таки это был последний банкет перед отъездом делегации в Арланту.

Особенно отличились Ханна и Сет. Все знают, что главная героиня появляется с опозданием... Ну да ладно. Просто подготовка к банкету немного затянулась, поэтому к моему приходу большинство гостей уже собрались.

– Принцесса, вы прекрасно выглядите.

– Можно пригласить вас на второй танец?..

Ой, меня снова начали окружать. Но я уже привыкла – улыбки, комплименты, почтительные взгляды. Сейчас гости разбились на небольшие группки и беседовали, но вскоре нам предстояло переместиться в танцевальный зал. Я не планировала сегодня долго там находиться. Собиралась разок потанцевать с Феликсом, а потом уйти.

– Феликс, заранее приношу свои извинения.

– Не стоит...

Однако, вопреки его словам, лицо Феликса уже выглядело изможденным. Пусть мои танцевальные способности не улучшались с каждым днем, но я танцевала гораздо лучше, чем во время своего дебюта! Но все равно регулярно оттаптывала ноги своим партнерам. Спасало лишь то, что окружающие этого вроде бы не замечали.

Эх. Сегодняшней жертвой должен был стать Феликс. И я уверена, что Клод придет на банкет ближе к его середине как раз потому, что не хочет со мной танцевать. И если я права, то это настоящий удар в спину!

– Я не против, если даже вы немного наступите мне на ногу. Каждый день я хорошо питаюсь и забочусь о своем здоровье!

Э-это он про оздоровительный суп из курицы и карпа? Каким бы полезным он ни был, ни один суп не обезболит твои ступни...

– Поэтому можете сколько угодно наступать мне на ноги!

– Л-ладно.

Ну, ничего не попишешь, если он не против.

– Принцесса Атанасия, вечного процветания империи Обелия.

– Долгих лет жизни и процветания, ваше высочество.

Тут ко мне подошла девушка-лилия со своим партнером. Хм, я только сейчас поняла, как давно мы не виделись. Рядом с ней стоял ее брат, лорд Ирейн, прекраснейший из цветов.

– Хелена, лорд Ирейн. Мы так давно не виделись.

– Вы и не представляете, как меня тяготила наша разлука.

Девушка-лилия рассказала, что болела и долгое время не могла выходить из дома.

– Вы, как всегда, прекрасны, принцесса.

– Ха-ха-ха... спасибо, лорд Ирейн. Вы тоже прекрасно выглядите.

Ох, вот это да. Над головой лорда Цветка снова наметился ореол. Красота этого юноши действительно оправдывала такое прозвище. Поэтому я очень смутилась, когда он сделал комплимент моей внешности.

– Здравствуйте, Кровавый рыцарь.

– Хе-хе... – услышав из уст девушки-лилии такое прозвище, Феликс неловко рассмеялся.

– Там происходит что-то интересное?

Я проследила за ее взглядом и увидела шумную компанию. В ее центре стояла Дженит. Заметив это, лорд Цветок произнес:

– Это ведь леди Магрита.

– Ох, вот это да. Леди Магрита в центре! Принцесса, наверное, я многое пропустила за время своей болезни.

Девушка-лилия и лорд Цветок, давно не посещавшие подобные мероприятия, выглядели удивленными. Я могла их понять. До охотничьих состязаний я подобной сцены даже представить не могла.

– Не хотите прогуляться с нами?

– Конечно.

Клод еще не пришел, делать было нечего, поэтому я взяла Феликса под руку и последовала за ними. По дороге со мной заговаривали другие гости, поэтому приходилось останавливаться.

– Вы хорошо проводите время?

Стоило кому-то заметить меня – тут же звучали приветствия. Красивая девушка в окружении других дам и господ посмотрела на меня с раскаянием на лице:

– Долгих лет жизни и процветания Обелии, принцесса. Простите, надо было сразу же подойти к вам и поздороваться.

Это так в духе Дженит.

– Похоже, вы были увлечены беседой.

– Да, здесь рассказывали удивительные истории.

Я улыбнулась Дженит и украдкой наложила на всех окружающих заклинание очищения. На этот раз, поскольку мне пришлось использовать магию сразу на нескольких людях, радиус заклинания был шире обычного.

– Хм? Как будто прохладный ветерок прошел...

– У меня голова внезапно прояснилась.

– Как странно. Мне тоже что-то показалось.

Когда прокатилась волна магии, стоявшие поблизости люди удивленно забормотали. Дженит озадаченно наблюдала за их реакцией людей, словно не понимая, что только что произошло. Ох, похоже, она делала это неосознанно. От этого мне стало немного легче.

– Прибыл его величество, Клод де Эльджео Обелия.

Я заметила, как взгляд голубых глаз Дженит тут же устремился в сторону входа. Какое-то время я изучала ее лицо, а затем ушла. Когда прозвучало имя императора, все гости тут же согнулись в поклоне. Поэтому я смогла беспрепятственно пройти прямо к Клоду.

– Ты наконец-то пришел.

– Да.

Стоило ему взмахнуть рукой, как банкет возобновился, и зал вновь наполнился звуками музыки.

– Принцесса.

О нет, пришла моя очередь отправиться в танцевальный зал.

– Я буду за главным столом, так что можешь танцевать, сколь ко твоей душе угодно.

Эх, какой он жестокий. Прекрасно ведь знает, что я терпеть не могу танцы. Я прошептала:

– Если хочешь, я могу потанцевать с тобой, а не с Феликсом.

– Откажусь.

С легкой улыбочкой на устах Клод моментально забраковал мою идею. Ах, без ножа меня режет. Попытка освободить Феликса от ужасной участи с крахом провалилась, и я, обиженно поджав губы, ушла.

У рыцаря был такой грустный взгляд, словно он никак не рассчитывал на подобный поворот. Затем, словно делал выбор между жизнью и смертью, он решительно произнес:

– Все нормально. Я должен заплатить за оздоровительный суп, который подарил мне сам его величество.

П-погодите. Неужели он не мог сказать это с меньшей помпезностью? Звучит так, словно танец со мной – сродни тому, чтобы выйти на поле боя и в одиночку сразиться с сотней тысяч солдат!

– Ой!

И сегодня я снова отдавила Феликсу ноги.

Глава 155

– В-все в порядке. Терпимо. Как и ожидалось, супчик работает... Ай!

Если несколько лет назад я осторожничала, то теперь двигалась так, как мне удобно. Раз я в любом случае отдавлю ноги партнеру, то лучше хотя бы выглядеть спокойно и уверенно, не так ли? К тому же, мои навыки за это время интересно трансформировались: даже если я наступала партнеру на ногу, то грациозно переходила к следующему элементу танца, как вода, даже не споткнувшись!

Тем не менее это вовсе не означало, что я сохраняла полное спокойствие. Правда! Даже сейчас я чувствовала себя ужасно виноватой перед Феликсом. Хнык.

Хлоп-хлоп-хлоп!

Вот так мне удалось поистине красиво закончить танец и получить столько аплодисментов, сколько комплиментов мне делала моя преподавательница по танцам.

– Феликс, спасибо тебе за терпение.

– Что вы...

Когда закончилась музыка, я ободряюще похлопала Феликса по плечу. Но куда испарилась его решимость, которую он демонстрировал перед танцем? Сейчас он едва переставлял ноги, а на его лице читалась вселенская усталость. Что и требовалось доказать, оздоровительный супчик вообще не работает. Кхм.

– Вы уже все?

А как это понимать? Эти пять минут Феликсу показались пятью часами. Судя по тому, как Клод сидел на троне, подперев подбородок и лениво глядя на меня, он жутко хотел спать. Эй, приятель. Потанцуешь со мной? Ты точно взбодришься!

– Пап, может, хоть один танец со мной станцуешь?

– Я рассмотрю твое предложение при условии, что на тебе не будет оружия.

Ах, как он мог назвать мои туфли оружием?! Феликс, стоявший рядом со мной, покачал головой, словно пытался избавиться от нахлынувших воспоминаний о нашем танце.

Выходит, Клод действительно не хотел, чтобы я отдавила ему ноги, поэтому и передал эту роль Феликсу.

– Ваше величество Клод, ваше высочество Атанасия.

К нам приблизился герцог Селлойд.

– Спасибо за столь грандиозный прощальный банкет для на шей делегации.

Герцог выступал в качестве представителя делегации. Он продолжил распространяться на предмет того, каким прекрасным был банкет, как хорошо и приятно они провели время в Обелии и какое важное дипломатическое значение имела встреча между двумя странами.

Клод довольно холодно и отстраненно выслушал эту речь и в конце коротко произнес:

– Давайте до конца насладимся этим вечером.

Я все понимаю, но это ведь прощальный банкет. Надо бы, наверное, сказать больше шести слов? Однако делегация приезжала сюда не впервые, и все прекрасно знали, чего можно ожидать от императора Обелии.

Герцог Селлойд не был удивлен таким ответом Клода, поэтому просто с улыбкой поблагодарил его и откланялся. Однако сперва он почему-то взглянул на меня и облизнулся.

– Кхе-кхе. Как ни посмотри, ваш союз с его высочеством Дай сом – союз, заключенный на небесах...

Я мысленно закатила глаза. Он все еще не оставил попыток сосватать мне своего принца. Как наивно.

– Довольно, герцог Селлойд. Не может все в мире идти так, как вам хочется, – сказал мистер Снежок, появившийся рядом, чтобы поприветствовать Клода. Он бросил на герцога победную улыбку.

Аристократа из Арланты это не обрадовало. Увидев зарождающуюся перепалку, я подумала, что они явно находятся по разные стороны баррикад.

– Я буду здесь, так что иди и развлекайся.

– Пап, ты не заскучаешь, если останешься один?

Но Клод лишь раздраженно махнул рукой. Наверняка ему надоело, что в моем присутствии к нам то и дело подходили гости. Но я-то никак это контролировать не могла! Похоже, сегодня папа очень устал, так что придется взять заботу о гостях на себя. Он же так и остался сидеть, не меняя позы.

Вернувшись к гостям, я заметила, что вокруг Дженит снова сформировался круг. Неужели действие заклинания очищения уже закончилось? Меня это встревожило, но тут со мной заговорил Феликс:

– Его величество попросил передать, что отлучится на время.

– Почему?

– Здесь слишком душно. К тому же банкет в самом разгаре, так что никто и не заметит, если его не будет. Да и вы, принцесса, в зале, поэтому он обязательно вернется.

Ох, если он так устал, то стоило бы уйти с концами. Хоть я уже и выросла, он беспокоился обо мне, словно я была несмышленой малышкой. Но ничего не поделать – такой уж он человек. Неужели все отцы такие? Однако я не могла сказать, что мне не нравилась такая забота со стороны Клода.

Пока мы с Феликсом разговаривали, Дженит куда-то исчезла. Хм, куда она подевалась? Надо бы ее поискать, а то не хочется оставлять ее без присмотра, учитывая всплеск ее маны.

Однако вместо Дженит я заметила Иджекиила.

– Лорд Альфиос.

Услышав мой голос, юноша обернулся. Его глаза расширились от удивления.

– Принцесса Атанасия. Долгих лет жизни и процветания Обелии.

Сегодня он снова сиял. Словно вобрал в себя всю красоту этого зала.

– Вы случайно не знаете, куда ушла леди Магрита?

– Во время банкета ей стало нехорошо, поэтому она вышла на террасу передохнуть.

– Ах, она плохо себя чувствует?

– У нее небольшая температура, не переживайте за нее.

Это как-то связано с увеличенным выбросом маны? Иджекиил знал, где найти Дженит. Значит, они все это время были вместе? Похоже, что он стал уделять ей больше внимания, поэтому я решила продолжить расспросы:

– Вы случайно не к леди Магрите сейчас направляетесь?

– Именно так.

С этими словами он повернул голову в сторону террасы, и увидел группу людей, как раз направлявшихся туда.

– Видимо, с ней и так все будет хорошо.

А, эти люди, наверное, пошли как раз за Дженит. Взглянув в сторону занавесок, я поняла, что на террасе много народу, и задумалась, надо ли мне вообще туда идти.

– Я надеялся, что вы первой заговорите со мной.

С этими словами Иджекиил отдал свой стакан воды проходившему мимо слуге. Я же размышляла над тем, стоит ли мне наложить заклинание очищения еще и на Иджекиила.

– Только из-за Дженит.

Ой, неловко вышло. Будто бы я непреднамеренно съязвила ему. Но, увидев на лице парня сперва предвкушение, а затем разочарование, я не знала, что еще сказать.

– Знаю, что глупо так говорить, но... – произнес он с горькой улыбкой. – Я немного завидую Дженит.

Как странно слышать от идеального на вид человека, что он кому-то завидует и вообще ревнует.

– Нет, я завидую не только Дженит, а вообще любому, кого вы подпускаете к себе.

Я даже не смогу описать те эмоции, что обуревали меня в тот момент.

«Милая принцесса». В романе главные персонажи Иджекиил и Дженит казались безупречными. И в книге они были абсолютно счастливы – настоящие герои сказки.

– Насколько самонадеянно будет надеяться, что вы однажды позволите и мне сблизиться с вами.

Возможно, это чувство напоминало то, что я испытала давным-давно, впервые заметив мягкость в Клоде – беспощадном императоре со страниц книги. Я пребывала в уверенности, что до конца осознавала: мир, в котором я теперь живу, реален. Но выходит, какая-то часть меня все еще воспринимала Иджекиила и Дженит лишь как персонажей романа.

– Я не хотел, чтобы мои слова вызвали такое выражение на вашем лице, – произнес Иджекиил с улыбкой, в которой не было ни капли радости. – Я хотел бы сделать так, чтобы вы улыбнулись, но у меня это плохо получается.

Затем он протянул мне руку.

– Позволите мне быть вашим вторым партнером?

Это было второе приглашение на танец после Феликса. Если честно, я старалась избегать встреч с Иджекиилом в такой обстановке, но теперь не решалась отвергнуть его.

Тут за моей спиной раздался какой-то шум.

Хм? В чем дело? Пока я пыталась сообразить, что происходит, взгляд Иджекиила скользнул за мою спину.

– Мне очень жаль, но принцесса уже ангажирована.

До моих ушей донесся низкий голос. Я неосознанно повернулась к источнику звука, и тут тепло окутало мою ладонь. Увидев, кто стоит рядом со мной, я удивленно выдохнула:

– Лу!..

Я с трудом остановила сорвавшееся с губ имя. Даже не заметила, как чуть не назвала его при всех по имени. Лукас! Почему он был здесь? И почему так выглядел?!

– Вы...

Иджекиил недовольно сверлил взглядом человека, державшего меня за руку. В его глазах читалось подозрение. Оно и понятно. Ведь перед ним стояла взрослая версия Лукаса.

– Что ж, принцесса. Прошу вас подарить мне ваш второй танец. С этими словами Лукас коснулся губами тыльной стороны моей руки и повел меня к центру зала. Все гости смотрели на нас и перешептывались. В себя я пришла лишь в тот момент, когда полилась музыка.

– Что ты вытворяешь? – шепотом спросила я, пока Лукас держал меня за руку и с поразительной уверенностью вел сквозь толпу. – С чего ты вдруг заявился во взрослом облике и перепугал людей?

– Подумал, что сегодня может произойти что-то интересненькое, вот и пришел.

Из всех присутствующих лишь Лукас казался по-настоящему спокойным и расслабленным. Можно было подумать, что он звезда этой эпохи и привык ко всеобщему вниманию!

– А если бы я пришел в облике подростка, он бы действовал мне на нервы своим наглым взглядом.

Кхм. А ведь и правда, юная версия Лукаса была немного ниже Иджекиила. Значит, он не хотел, чтобы тот смотрел на него сверху вниз, вот и явился в своем настоящем облике?

Кстати... Я впервые видела Лукаса в таком официальном наряде. Выглядел он вполне приемлемо, поэтому люди завороженно смотрели на него. Я была ошеломлена, танцуя с ним и держа его за руку.

– Ой, кстати, почему я до сих пор ни разу не наступила тебе на ногу?

Осознав это, я не смогла сдержать удивленного возгласа. На что Лукас с легкой улыбкой ответил:

– Я не такой, как остальные.

Глава 156

Этими простыми словами Лукас опустил всех моих предыдущих партнеров, которым приходилось жертвовать собой ради меня. Эх, Лукас остается верным себе и своему ужасному характеру: неважно, выглядел он как юноша или взрослый мужчина.

Но почему я не могла взглянуть ему в глаза?

– Хм... Дженит какая-то странная в последнее время. Почему-то мне кажется, что она высвобождает чрезмерное количество маны...

Лукас был слишком близко, поэтому от смущения я завела разговор о Дженит.

– Да?

– Можно ли оставить все как есть и ничего с ней не делать?

От следующей его реплики я моментально лишилась дара речи.

– Рядом с тобой я, а ты говоришь об этой химере?

Когда наши взгляды встретились, его рубиновые глаза недовольно сверкнули.

– Я даже пришел в твоем любимом облике.

– Да с чего ты взял, что он мне нравится?!

Ах, я вообще перестала понимать, почему он так себя ведет. Ему так нравилось вгонять меня в краску? Это его веселило?

– Мне больше всего нравится как раз мини-Лукас! А взрослый – просто катастрофа!

Взрослый Лукас заставлял меня нервничать. Даже сейчас я переживала, не вспотела ли ладонь, которую он держит, и не глупо ли я выгляжу...

– Хм, вот как.

– Я не оправдываюсь, все именно так и есть!

Однако Лукас, похоже, меня не слушал. И в итоге мы протанцевали три песни. Я никогда раньше столько не танцевала с одним партнером!

– Разве ты не говорил, что ненавидишь танцы?

– Я их и ненавижу.

Так почему он не заканчивал наш танец?! Лукас на мгновение задумался, вероятно только сейчас заметив свое странное поведение. Но когда он заговорил, мне оставалось лишь послушно держать рот на замке.

– Но танцевать с тобой довольно весело.

Я заметила это еще во время нашей первой встречи: в своем взрослом облике с улыбкой на лице Лукас был по-настоящему неотразим.

О нет. Я всегда считала, что красота Иджекиила била по всем моим слабостям, но красоты взрослого Лукаса тоже было достаточно, чтобы полностью нейтрализовать меня. Ладно-ладно, веселись и наслаждайся. Я готова пожертвовать своими ногами ради твоего удовольствия. Так и подмывало озвучить свои мысли.

– Ах, что это за прекрасный мужчина?

– Глядя на него вместе с принцессой, невольно задаешься вопросом, как такие красивые люди могут существовать?! Но я впервые его вижу. Из какой он семьи?

– Как мы могли не замечать его все это время?..

Шепот о Лукасе становился все громче. Маг нахмурился и пробормотал:

– Как же здесь шумно.

Интересно, из-за кого же?!

Меня несколько озадачил тон, с которым он это сказал. Оказалось, он говорил вовсе не о том, что происходило в банкетном зале. Вум!

– А? – в этот самый момент я почувствовала сильный поток магии. – Что это?

Эта волна маны показалась мне знакомой... Я огляделась: гости ничего не заметили и все еще глазели на нас с Лукасом. Когда мы внезапно остановились, они заметно удивились.

– Тц, волна докатилась до банкетного зала, но началась где-то снаружи. – В голосе Лукаса слышалось раздражение.

Или мне показалось, или он как будто ожидал, что это случится?

– Вот же гадство. Пойдем посмотрим?

Куда? Но я даже спросить не успела, как Лукас уже взял меня за руку.

Шух.

Картина перед моими глазами мгновенно изменилась.

– Ложь... Это ложь!

Я увидела Дженит. Она кричала, а перед ней стоял Клод.

Часть 16.5. Марионетки на сцене

– Леди Магрита, я бы хотела пригласить вас на мое завтрашнее чаепитие. Вы сможете прийти?

– Я даже не знал, что вы, леди Магрита, – настолько интересная собеседница.

– Леди Магрита, простите мою наглость, но могу ли я сопровождать вас во время банкета?..

– Леди Магрита...

Она и подумать не могла, что обращенные к ней голоса могут быть такими прекрасными. Дженит почувствовала, что люди стали относиться к ней с большей теплотой. Оказывается, так приятно когда все тебе улыбаются и хорошо к тебе относятся.

– Я слышала, леди Магрита тоже любит черный чай Дебеник?

– Да, верно.

– В следующий раз, когда вы приедете в наш особняк, я обязательно угощу вас своим любимым чаем.

Розали Герман – та самая, что во время охотничьих состязаний бестактно спросила, не боится ли Дженит доверять драгоценности горничным – теперь заняла очень дружелюбную позицию.

– Спасибо. От вашей заботы на душе становится тепло.

Дженит искренне обрадовалась такому предложению и широко улыбнулась девушке. В ответ Розали с тихим возгласом «Божечки!» приложила ко рту руку и извиняющимся тоном произнесла:

– Даже не знаю, как я раньше не замечала, что вы такая милая юная леди, леди Магрита.

Затем к ним присоединились другие гости.

Дженит покраснела от смущения. Ей было неловко внезапно оказаться в центре всеобщего внимания.

Нет... Может, сейчас происходило все так, как должно было быть? Может, как раз именно здесь ее место? Хоть она и знала что это странно, подобные мысли продолжали крутиться в голове Дженит. Ее не оставляло ощущение, что все начало вставать на свои места.

– Было бы здорово, если бы принцесса тоже присоединилась к нам, – с сожалением в голосе произнесла одна из девушек.

Дженит, сама того не замечая, вздрогнула.

– Точно. Но она сейчас очень занята магической формулой.

– Говорят, что управлять маной – очень непростая задача, а она даже изучает магические формулы, напрямую советуясь с магами башни. Принцесса просто потрясающая.

– Кстати, ходили же слухи, что она еще в младенчестве считалась чуть ли не гением и обладала знаниями на уровне некоторых ученых?

– А я слышала, что она на равных дискутировала с ведущими учеными Обелии в дебатах «Зал Мудрости», которые проходили в Силаторене в прошлом году.

– Ах, у принцессы Атанасии и правда нет изъянов. Именно поэтому его величество души в ней не чает, да и многие другие ее просто обожают.

В итоге разговор зашел о принцессе Атанасии. «Ах, даже раздражает...» – неосознанно подумала Дженит и тут же удивленно моргнула. В это мгновение ее тело окутало невидимое для других людей черное, как смоль, сияние, но быстро исчезло.

– Ой, кстати. Я заметила, что лорд Альфиос стал уделять леди Магрите больше внимания, чем раньше, – девушка, только что говорившая о принцессе, повернулась к Дженит с мягкой улыбкой.

– Да? Мне кажется, что ничего не изменилось.

– Естественно, лорд Альфиос всегда был добр к леди Магрите. Но мне кажется, что сейчас он относится к ней по-особенному.

Дженит застенчиво заулыбалась, когда девушки одна за другой начали говорить: «Да-да, так и есть».

* * *

Время шло, а Дженит только расцветала. Хотя она почти никуда не ходила одна, на этот раз решила навестить Иджекиила, который отправился в Сапфировый дворец, чтобы проведать Кэвелла Эрнста. Поскольку Дженит была частой гостьей императорского дворца из-за дружбы с принцессой Атанасией, ей быстро дали разрешение на посещение.

И вот по дороге к Сапфировому дворцу она увидела знакомого юношу – черные волосы, рубиновые глаза, одеяние мага башни.

Во время чаепитий разговор неизменно касался Иджекиила, но и Лукаса тоже всегда вспоминали. И каждый раз, когда Дженит его встречала, она думала, что он и впрямь великий маг. Девушка неожиданно вспомнила его прозвище – Одинокий черный волк, – она невольно улыбнулась.

Юноша шел по другой стороне дороги, будто бы не замечая ее. Казалось, он просто собирался пройти мимо, поэтому Дженит решила заговорить первой:

– Здравствуй, Лукас. Ты направляешься в башню?

А ведь раньше она бы даже не подумала обратиться к малознакомому человеку. Но сейчас, когда она общалась с большим количеством людей и часто оказывалась в центре внимания, даже не беспокоилась, что кто-то может ее проигнорировать. К тому же она периодически встречала мага по пути к дворцу принцессы Атанасии или же на обратной дороге и сейчас была рада его увидеть.

Может, он и не делал вид, что они не знакомы? Возможно, просто задумался? Такая мысль посетила девушку, когда она вспомнила, как другие люди чуть не с ног валились, чтобы заговорить с ней.

И, словно в подтверждение ее мыслей, Лукас обратил внимание на ее приветствие. Однако слова, которые он произнес, были совсем не теми, что ожидала услышать Дженит:

– Не помню, чтобы я разрешал тебе называть меня по имени.

Его резкий тон удивил девушку. Реакция, с которой она столкнулась, показалась ей незнакомой. Возможно, она отвыкла за то время, пока все были к ней столь добры.

И неужели он всегда был таким? В присутствии принцессы он казался будто бы мягче...

– Ой, извини. Просто принцесса всегда так тебя называет.

– Ты не принцесса.

Дженит тут же лишилась дара речи. Встретившись с его рубиновыми глазами, сама того не осознавая, девушка вздрогнула. Под этим равнодушным взглядом она почувствовала себя еще более ничтожной, чем камень на обочине.

Этот тон подходил ему гораздо больше, чем формальная вежливость, которую он показывал перед другими людьми. Может быть, именно поэтому Дженит не стала выяснять причину его грубости с ней. Вдруг маг нахмурился.

– Тц, от тебя все столько же проблем.

– Что?

– Ничего.

Он раздраженно взмахнул рукой в ее сторону, словно отгонял насекомых или стряхивал какую-то грязь, и продолжил свой путь.

Глава 157

Дженит какое-то время смотрела ему вслед, а потом направилась к дворцу. Как странно. Почему маг так с ней обращался? Ведь все остальные стали так добры к ней. Она всем нравилась. Почему же он до сих пор только с принцессой Атанасией?.. У Дженит это просто не укладывалось в голове.

Вскоре девушка вошла в Сапфировый дворец. Члены делегации, которые были внутри, тепло ее поприветствовали. Они рассказали, где сейчас находятся Кэвелл и Иджекиил, поэтому она без труда нашла их.

В слегка подавленном настроении Дженит подошла к двум юношам, что общались, стоя в углу тренировочной площадки.

– Как по мне, так ты должен был защищать именно леди Магриту.

Услышав голос Кэвелла, Дженит замерла.

– Но я хочу защищать...

Шурх.

Кэвелл хотел было сказать что-то еще, но замолк, уловив шорох.

– Леди Магрита! – радостно воскликнул он, заметив Дженит.

Девушка смутилась, ведь ее застали за подслушиванием их разговора. Пусть она почти ничего и не услышала.

– Дженит, что ты здесь делаешь?

Иджекиила удивило ее появление. Но, похоже, ни один из юношей не понял, что она только что слышала их разговор.

– Я узнала, что ты здесь. И герцог позволил мне покинуть поместье.

– Отцу становится все труднее тебе в чем-то отказать, – усмехнулся Иджекиил.

Не только окружающие стали добрее к Дженит. Даже обитатели поместья, включая герцога и герцогиню Альфиос, не могли отказать ей в просьбе.

– Леди Магрита, тут не только Иджекиил.

– Верно, я также приехала с надеждой, что смогу пообщаться с сэром Эрнстом.

– Ах, правда? – Рыцарь раскраснелся, не в силах скрыть своей радости.

– Кэвелл!

Когда зычный голос вдалеке позвал его по имени, у того не было выбора, кроме как уйти, понурив голову. Как бы Кэвелл ни любил свободу, он не мог ослушаться приказа командира рыцарей, руководившего прикрепленным к делегации отрядом.

– Леди Магрита, вы обязательно должны приехать еще! – грустно взмолился юноша и чуть ли не со слезами на глазах убежал прочь.

Дженит рассмеялась, глядя ему вслед.

– Какой интересный человек.

– Нам тоже нужно идти.

– Мне вдруг захотелось посмотреть императорскую библиотеку, – сказала девушка, словно только что об этом вспомнила.

– Ты там ни разу не была? – Иджекиил странно взглянул на нее.

До сих пор Дженит видела только Изумрудный и Сапфировый дворцы, куда ее приглашали. Герцог Альфиос в самом начале велел ей быть очень внимательной в императорском дворце и не ходить где вздумается. Скорее всего, он сказал так из-за императора.

– Да, ни разу, – ответила она с мрачной улыбкой на лице, и Иджекиил какое-то время изучал ее взглядом.

– Хорошо, давай зайдем туда.

Сразу после этого Дженит ощутила теплое прикосновение к руке. Она взглянула на спину Иджекиила, который вел ее за собой.

Ах, неужели... Может, ей показалось, но Иджекиил тоже будто бы стал с ней гораздо более ласковым, чем обычно. Он всегда был к ней добр, но не выдумала ведь она, что как его слова, так и поступки стали немного теплее?

Спустя какое-то время она украдкой взглянула на Иджекиила, стоявшего у окна, и задумалась. Солнечный свет падал на лицо юноши, а взгляд был устремлен куда-то вниз. Лучи окрашивали его волосы и ресницы в белый и ласкали тонкий нос и сомкнутые губы.

Ту-дум, ту-дум.

Как и всякий раз, когда Дженит смотрела на Иджекиила, ее сердце начинало биться чаще. Рука девушки, державшая книгу, ослабила хватку. В тишине библиотеки для нее существовал один лишь Иджекиил. Но куда он так пристально смотрел?

Она выглянула из окна и проследила за взглядом юноши. Как только девушка нашла объект его внимания, тут же нахмурилась. Светлые волосы, ослепительно сверкавшие на солнце, живые глаза, похожие на драгоценные камни. Принцессу Атанасию нельзя было не заметить на фоне свежей зелени и пышных цветов.

Дженит снова взглянула на юношу. Он не отрывал глаз от окна. Устремленный на него взгляд стал немного размытым. Не отдавая себе в этом отчета, Дженит позвала его:

– Иджекиил.

Не смотри туда.

Когда он моментально откликнулся на ее голос, она не осмелилась произнести вторую фразу.

– Что? – тихо спросил он. Его голос был, как всегда, нестерпимо мягок. Но...

– А...

Не то. Его глаза выражали совсем не ту эмоцию, что сквозила в них, когда он смотрел в окно.

– Нет, ничего. Просто подумала, что ты заскучал.

– Вовсе нет.

Он так ответил, заботясь о ее чувствах. Ведь именно из-за нее он впустую проводил время в императорской библиотеке, но тем не менее успокаивал ее, говоря, что все в порядке.

Но Дженит знала, что Иджекиил только что наблюдал за принцессой Атанасией, поэтому восприняла его ответ совсем иначе. У девушки возникло ощущение, что в горле застрял ком.

– Принцесса и маг по имени Лукас... – она продолжила, не подумав. – Похоже, они очень близки. Говорят, что они вместе с раннего детства?

Дженит уже не могла остановиться.

– По словам девушек, принцесса и маг не просто друзья. И не удивительно. При каждом моем визите во дворец я видела их вместе, и атмосфера вокруг них такая...

Она была не в силах закончить фразу. Девушку переполняла буря из беспокойства и тревоги, и от каждого ужасного слова, что она произносила, ее подташнивало. Нет, она не хотела этого говорить. Как же теперь быть?

– Н-нет... Прошу, сделай вид, что не слышал всего этого.

Дженит поспешно бросилась к выходу, не в силах смотреть Иджекиилу в глаза. Она только что пыталась причинить ему боль и оскорбить принцессу. Раньше она о подобном даже подумать бы не смогла! Когда ее сердце успело так прогнить?

– Дженит. – Иджекиил остановил ее у одного из книжных стеллажей. – Что случилось?

– Ничего.

Он всматривался в лицо девушки, словно пытался прочесть ее мысли. Дженит опустила голову. Ей не хотелось, чтобы он видел ее такой.

– Просто я...

Она в нерешительности облизнула губы, но так и не придумала, что сказать. В итоге девушка просто улыбнулась и посмотрела на Иджекиила.

– Нет, ничего.

– Дженит.

– Поедем домой. Спасибо, что нашел для меня время.

Ее слова не убедили Иджекиила в том, что все нормально, но Дженит взяла его под руку и повела к выходу. Браслет из переплетенных разноцветных нитей на запястье девушки покачивался при каждом шаге.

* * *

Изначально Хелена Ирейн считала себя фанаткой лорда Джарви, Одинокого серого волка. Он был одним из типичных представителей красивых мужчин Обелии. Его серые волосы и черные глаза завоевали огромное количество поклонниц, среди которых была и Хелена.

Ах, эти темные глаза, всегда устремленные куда-то вдаль! А эта атмосфера одиночества, окутывающая его, как плащ!

Иными словами, было что-то в лорде Джарви, что разжигало в девичьих сердцах огонь любви. Стоило дамам его увидеть, как они начинали глубоко и томно вздыхать.

Хелена была одной из таких. Однако три года назад все кардинально изменилось. Она нашла человека, которому куда больше шло прозвище «одинокий волк», чем лорду Джарви. Нет, он был настоящим его воплощением. Этим человеком оказался Лукас, маг из Черной башни.

– Ах, у него даже имя такое прекрасное!

– Именно. Оно ему идеально подходит.

– Это лучшее прозвище для господина Лукаса, который подобен лучу света, пробивающемуся сквозь непроглядную тьму!

Девушки сошлись в этом, несмотря на разницу во вкусах. Но было совершенно неясно, как они смогли проникнуться к нему такими чувствами, когда Лукас почти не появлялся в императорском дворце.

Однако Хелена хорошо их понимала. Ведь и она почувствовала, что это судьба, когда случайно встретила его на чаепитии принцессы Атанасии.

– Ах, я восхищалась каким-то лордом Джарви, даже не подозревая о существовании господина Лукаса... Как подумаю об этом, так сразу хочется под землю провалиться.

– Леди Шейла, не надо так убиваться. Я сама такая же, поэтому прекрасно вас понимаю.

– Да. Я так благодарна судьбе, что теперь знаю о господине Лукасе.

Время от времени девушки втайне собирались, чтобы обменяться историями о маге и посетовать на свое темное прошлое.

Если так подумать, то лорду Джарви не хватало чего-то, что было у Лукаса. Никто не мог объяснить, чего именно, но эти два процента разницы играли решающую роль.

Почему они раньше так не думали? Ну, тогда они были еще юны и незрелы.

По сравнению с шелковистыми черными волосами Лукаса серые волосы лорда Джарви напоминали выцветшую солому, а невыразительные черные глаза во всем уступали ярко-рубиновым. А эта смертоносная аура! Строгая, одинокая и несколько навевающая на мысли о декадансе атмосфера вокруг Лукаса затмевала скромный образ лорда Джарви.

– Н-неужели это?!

– В-взрослая версия Одинокого черного волка?!

– Мне это снится? Ущипните меня!

Увидев мужчину, танцевавшего с принцессой Атанасией на банкете в честь отъезда делегации, девушки потрясенно ахнули и прижали руки к груди, пытаясь унять учащенное сердцебиение.

– У господина Лукаса есть старший брат? Это ведь его брат, да?

– Они точно родственники! Только взгляните на их сходство!

– О-ой... Мое сердечко с трудом выдерживало вид господина Лукаса в одеянии придворного мага, но это...

Мужчине, ужасно похожему на Лукаса, на вид было около двадцати. Он был одет в формальный костюм, идеально подходящий для императорского банкета.

Глава 158

Господин Лукас в будущем будет так же выглядеть? Хелена всегда считала его крутым, но, увидев этого мужчину и его опасное очарование, не была уверена, что ее сердце выдержит такой удар...

Пока он танцевал с принцессой Атанасией и улыбался, демонстрируя свою убийственную красоту, дамы изо всех сил старались не упасть в обморок.

– Ах, я прожила хорошую жизнь...

– Чувствую, что час мой близок...

– А-а-ах...

Другие гости странно поглядывали на девушек, но им было не до осуждения окружающих. Так мероприятие достигло своего апогея.

* * *

– Ха-ха-ха! Полностью согласна с вами, леди Магрита.

Дженит тепло улыбнулась окружавшим ее людям. Ей было приятно находиться в обществе тех, кто хорошо к ней относился, и даже неважно, о чем шел разговор.

Но стоило ей вспомнить Клода с принцессой Атанасией, как девушка почувствовала, что ее настроение испортилось. Дженит не в первый раз видела их так близко, но у нее возникло ощущение, словно сердце сжали в тисках. К тому же прошлым вечером она немного повздорила с герцогом Альфиосом. Причиной опять был ее отец.

Герцог Альфиос выполнял любую прихоть Дженит, кроме тех случаев, когда она просила рассказать Клоду о ее происхождении. Он и раньше не позволял этого сделать, но в этот раз она надеялась, что он пойдет ей навстречу. Когда ожидания не оправдались, Дженит была очень разочарована.

После того разговора герцог так волновался, что пытался запретить ей пойти на банкет. Но мольбы Дженит смягчили его нрав, и в итоге он дал свое разрешение. Однако девушка все равно была расстроена, поэтому Иджекиил утешал ее всю дорогу до императорского дворца.

Дженит осознавала, что люди стали к ней неестественно добры, но внутренний голос шептал: «Ну и что с того?»

– Что-то случилось?

Мягкий голос Иджекиила прервал ее размышления. Дженит думала, что, как только они войдут в банкетный зал, он сразу пойдет к принцессе Атанасии, но юноша все это время был подле нее.

Да, все в порядке. Вопрос с отцом можно решить позже. Главное, чтобы Иджекиил оставался рядом, как сейчас.

Из тела Дженит снова вырвалась черная энергия, но быстро исчезла.

– Леди Магрита, вы как будто бы побледнели.

– Верно. Неужели вы плохо себя чувствуете? – обеспокоенно спросили собеседники, заметив перемену в ее состоянии.

– Может, вам нужно отдохнуть?

– Вы слишком хрупкая, леди Магрита.

В ответ на их беспокойство Дженит слабо улыбнулась.

– Пожалуй, вы правы, – она знала, что ее хрупкость, как у незабудки, часто пробуждала в людях жалость. – Я выйду подышать свежим воздухом и скоро вернусь.

– Леди Магрита, давайте я пойду с вами.

– Нет, я пойду!

Все хором закричали, что пойдут вместе с Дженит. Девушка, ставшая центром внимания, взглянула на человека, что стоял рядом с ней.

– Иджекиил, составишь мне компанию?

Он мягко и нежно взял ее за руку. Этот жест будто бы говорил, что во всем мире она могла положиться лишь на него. Юноша спокойно изучал ее взглядом, а затем ответил:

– Да, конечно.

И они вышли вместе. Раньше даже девушки из ее окружения наблюдали бы за этой сценой с завистью, но сейчас все испытывали лишь беспокойство за состояние Дженит. Это изменение тоже произошло недавно, но никто не заметил ничего странного.

– Ах, как прохладно.

Как только Дженит вышла на террасу, ее лица коснулся холодный воздух. Девушка опустилась в кресло, подготовленное для гостей.

– Иджекиил, ты тоже садись.

Он подошел, но вместо того, чтобы сесть рядом, протянул к ней руку.

– У тебя температура.

Рука, коснувшаяся ее лба, была такой же прохладной, как и ночной воздух. Дженит спокойным взглядом изучала юношу перед собой.

Она так хотела быть с ним, но почему не могла его заполучить?

С самого детства они с Иджекиилом были вместе. Когда ей снились кошмары или когда в такие ночи, как сейчас, ее мучил жар, он всегда был рядом. Каждый ее день строился вокруг Иджекиила.

А когда он уехал на учебу в Арланту, Дженит показалось, что весь ее мир рухнул. Наверное, именно тогда она впервые осознала, что есть вещи, которые, как ни старайся, невозможно изменить.

Тем не менее Иджекиил каждый день отвечал на ее письма, не выказывая никаких признаков раздражения. И когда он приезжал в Обелию, охотно уделял ей время. Но в какой-то момент он изменился... Наверное, после знакомства с принцессой Атанасией.

– Думаю, нам стоит вернуться внутрь.

– Я пока не хочу возвращаться.

Теперь она пребывала в еще большем отчаянии, ведь то, что раньше считала само собой разумеющимся, перестало быть таковым. Но даже так Иджекиил уже укоренился в ее сердце. Дженит и сама не знала, когда именно начала испытывать к нему нежные чувства.

– Леди Магрита! Вы в порядке?

Дверь на террасу открылась, и послышались чьи-то шаги.

– Кэвелл, тебя стучаться не учили?

– Я услышал, что леди Магрита плохо себя чувствует! Тут уж не до стука.

Заметив перепалку, Дженит слегка улыбнулась.

– Все нормально. Нужно просто немного отдохнуть.

– Правда?

– Кстати, вам вернули вашу пропажу?

– А, нет. Мне сказали, что меня будут ждать у канделябра недалеко от входа в банкетный зал, но никто так и не пришел.

Кэвелл Эрнст покинул банкет сразу, как только узнал, что кто-то нашел подарок от его сестры, потерянный еще во время охотничьих состязаний. Однако сейчас рыцарь выглядел ужасно разочарованным, ведь вернулся с пустыми руками. Возможно, он неправильно понял, где именно с ним должны были встретиться, или же просто разминулся с нужным человеком.

– Не печальтесь. Этот человек точно в банкетном зале, так что вы с ним сегодня обязательно встретитесь.

– Леди Магрита! Откуда у вас такое ангельское сердце?

Кэвелл был тронут утешениями Дженит, и его глаза просияли.

– Дженит, твой голос звучит хрипло.

– Да?

– Я принесу тебе что-нибудь попить.

С этими словами Иджекиил направился к выходу с террасы. Сама того не осознавая, Дженит схватилась за край его сюртука. Иджекиил обернулся. Какое-то время он смотрел на ее руку, а затем глубоко вздохнул. От этого звука девушка вздрогнула, а юноша снял с себя сюртук и накинул ей на плечи.

– Я скоро вернусь.

Кэвелл, молча наблюдавший за ними, присоединился к разговору:

– Иджекиил прав, леди Магрита. Я побуду с вами, пока он не вернется.

Дженит молча провожала Иджекиила взглядом. Вероятно, из-за тепла и едва уловимого аромата, оставшегося на сюртуке, ей казалось, что он все еще рядом.

Как странно. Всякий раз, как она видела, что он уходит, ей почему-то казалось, что она не сможет его удержать.

– Вы часто носите этот браслет, – сказал Кэвелл, глядя на руку Дженит, которой она придерживала сюртук.

Наверное, он запомнил его, потому что аристократки редко носили одно и то же украшение от встречи к встрече. Тем более что браслет на запястье Дженит был скромным и совершенно не подходил для такого банкета.

– Мне его подарил особенный человек, – тихо ответила девушка, коснувшись украшения.

– А, он от Иджекиила?

– Нет.

Этот ответ лишь разжег любопытство Кэвелла, и Дженит улыбнулась.

– Если от самого сердца пожелаю чего-то, это желание исполнится, – неожиданно для самой себя пробормотала Дженит, глядя в ночное небо.

Причина, по которой она достала из шкатулки браслет, много лет пролежавший там, заключалась в тех словах, которые произнес подаривший его человек.

– Я в это верю.

– Хорошо, если так...

За спиной улыбающейся девушки снова всколыхнулась черная энергия, но никто этого не заметил.

Вскоре на террасе появились другие люди. Они переживали за Дженит и пришли ее проведать. Она поблагодарила их и вернулась в зал в поисках Иджекиила.

В последнее время у нее так часто менялось настроение, что было даже стыдно за столь глупое поведение. Решив, что скажет Иджекиилу, будто ей уже лучше, она увидела его.

Вместе с принцессой Атанасией.

Ах. Опять это выражение в его глазах, когда он смотрел на принцессу. Дженит начала задыхаться, словно ее медленно погружали в воду.

Они стояли так близко, смотрели друг на друга и выглядели так естественно... Казалось, ничто в мире не способно их разлучить. Сколько бы она ни протягивала руку, ей было до них не достать. Ни до одного из них.

– Леди Магрита, вам уже лучше?

С ней разговаривали другие юные аристократы, но сама Дженит застыла в оцепенении.

– Леди Магрита?

– Нет...

С губ Дженит сорвались неизвестно кому адресованные слова.

– Я не Магрита.

Она чувствовала себя совершенно одинокой и несчастной в толпе смеющихся и веселящихся людей. Дженит никак не могла принять, что несчастной ее делали те, кого она любила больше всего на свете.

* * *

– Сэр Эрнст! Вот вы где!

После того как Дженит покинула террасу в поисках Иджекиила, Кэвелл Эрнст с угрюмым видом стоял в углу бального зала. Вдруг его кто-то радостно окликнул.

– Вот, это же ваше, да? Я храню его с охотничьих состязаний.

– Ах, это с вами мы должны были сегодня встретиться!

Во время разговора выяснилось, что произошло недопонимание касательно места встречи. Зато потерянный подарок наконец-то вернулся в руки Кэвелла. Он принял его с замиранием сердца.

А!

Может, его воображение разыгралось, но стоило взять в руки золотой медальон, как ему стало не по себе. Хм? Почему он, как щенок, бегал за леди Магритой?

– Что-то не так?

– Н-нет, все в порядке.

От души поблагодарив юношу за то, что тот вернул ему медальон, Кэвелл ушел. Однако чувство растерянности никуда не делось. Рыцарь искренне не мог понять, почему он так непристойно вел себя, увиливая за сестрой Иджекиила, словно был до беспамятства влюблен в Дженит Магриту.

– Ах! Сегодня ведь мой последний день в Обелии, а я даже не поздоровался с феей! Кто знает, когда снова смогу ее увидеть после возвращения в Арланту?!

Эта внезапная мысль взволновала его и заставила броситься на поиски принцессы Атанасии.

Глава 159

– Иджекиил, тебе нравится принцесса Атанасия, да?

В коридоре за пределами бального зала стояла тишина, поэтому голос Дженит был слышен очень четко. Принцесса танцевала с мужчиной, похожим на мага Лукаса.

– Но принцесса не посмотрит в твою сторону.

На этих словах Иджекиил взглянул на Дженит.

– А она такая добрая и милая.

Он никогда не злился на нее, что бы она ни сделала, но в этот раз все может измениться. Дженит устала страдать в одиночестве и хотела причинить боль кому-то еще. Больше всего ей хотелось, чтобы Иджекиил страдал так же, как она. Он ведь знал о ее чувствах, но делал вид, будто ничего не понимает.

– Ты знаешь, что я люблю тебя, а принцесса никогда не примет твои чувства.

Слова, впервые произнесенные вслух, больно резанули по сердцу. Она не хотела, чтобы признание прозвучало именно так. Но чувства, которую она так долго носила в себе, рвались наружу. Они росли, как семена, которые поливали каждый день, согревали солнечным светом и ценили больше всего на свете... И Дженит хотела признаться Иджекиилу, когда семена принесут плоды.

– Вероятно, ты до самой смерти не сможешь добиться принцессы.

Ей хотелось с улыбкой рассказать о своих чувствах Иджекиилу, каким бы ни был его ответ.

– Как ты не можешь принять мои чувства, так и принцесса не примет твои.

Даже если он не испытывал того же, что и она, Дженит все равно была рада их встрече.

– Поэтому все честно.

Она искренне желала, чтобы он был счастлив со своей избранницей.

– Ведь никто из нас не получит желаемого.

Но почему все так обернулось?..

Теперь Иджекиил мог сказать, что он устал от нее, и просто уйти. Или же разозлиться с выражением презрения и отвращения на лице. От этой мысли на Дженит нахлынула волна страха. Однако холодный взгляд, устремленный на нее, пронзил ее сердце больнее кинжала.

– Дженит, – произнес он так, что девушка вздрогнула. – Не думай, что я всегда буду рядом и стану терпеть твои выходки.

В его словах не было ни капли злости или раздражения. Но почему-то от этого они прозвучали только страшнее.

– Ровно так же, как я притворялся, что не знаю о твоих чувствах, так и ты делала вид, что не знаешь о моих.

Иджекиил устало закрыл глаза. Затем снова открыл их и продолжил:

– Да, на самом деле я рассчитывал, что нечто подобное про изойдет немного раньше.

Сердце девушки ухнуло куда-то вниз. Она всю свою жизнь провела рядом с Иджекиилом и прекрасно все видела. Но теперь он сделал выбор. Он решил идти дальше без нее.

– Почему? – тихий голос, больше похожий на шепот, слетел с губ Дженит. – Почему ты так говоришь?

Сейчас она выглядела, как всегда, уязвимой, словно ее жестокость по отношению к Иджекиилу несколько минут назад была наваждением. Однако это никак не тронуло юношу, и он твердо произнес:

– Независимо от того, есть в моем сердце кто-то или нет, я ни когда не полюблю тебя.

Слова были тихими, но ударили, как плеть. По щеке Дженит скатилась слеза.

– Я устал от этого. Думаю, ты тоже устала.

Если бы она любила его хоть на каплю меньше, было бы ей не так больно?

– Поэтому давай поставим точку.

Но от этих размышлений не было толку. Дженит не могла даже разрыдаться в голос.

– Я – это я, а ты – это ты.

Иджекиил не стал утешать ее в этот раз. Он впервые отвернулся от того, кто в нем нуждался.

– Я не могу дать тебе то, чего ты хочешь.

Именно эти слова он не смог произнести десять лет назад в окружении белых роз.

После этого Дженит бесцельно ходила по дворцу, избегая чужих взглядов. Холодный ночной воздух больно ударил ее по лицу, когда она вышла на улицу.

«Я не могу дать тебе то, чего ты хочешь».

Голос Иджекиила, холоднее, чем когда-либо, до сих пор звучал у нее в ушах. «Чего ты хочешь»? Да когда она хоть раз получала желаемое? У нее никогда не было того, чего она хотела, равно как и у Иджекиила. Но он говорил так, словно она душила его.

Дженит спряталась в тени здания и в одиночестве расплакалась. Когда слезы закончились, она не знала, куда пойти. Было ли на свете место, куда она могла вернуться? От этой мысли на глаза вновь навернулись слезы. За время ее бесцельных хождений в темном небе стали появляться звезды.

Внезапно Дженит заметила Клода, залитого лунным светом. Стоило ей его увидеть, как сердце сжалось. Предупреждение дяди, которое она получила в тот же день, даже не всплыло в ее памяти.

Шурх.

Дженит направилась к нему, словно одержимая, даже не осознавая, что делает. Звук шагов по траве разносился в тихом ночном воздухе. Когда Клод повернулся в ее сторону, девушка сняла с пальца кольцо, сковывавшее ее, словно кандалы, и показала миру свои топазовые глаза. И впервые в жизни она прошептала то слово, которое до сих пор было похоронено глубоко в сердце.

– Отец.

В этот же момент Дженит резко пронзил устрашающе холодный взгляд.

Часть 17. У каждой истории есть конец

Что вообще происходит?

– Папа?!

– Не подходи.

Я рванулась вперед, но голос Клода остановил меня. Мне не оставалось ничего другого, как смотреть на них издалека.

Клода окружал магический вихрь. В воздухе летали травинки и упавшие с деревьев цветы. Мои волосы развевались на ветру.

– Этого быть не может... – в центре урагана стояла Дженит, лицо ее исказилось от отчаяния. – Этого не может быть!

Я растерянно взглянула на девушку, из горла которой вырвался крик боли. Куда подевалось ее кольцо? У нее был тот же цвет глаз, что и у Клода.

– Какая ты дура.

До моих ушей донесся жутко холодный голос. И ветер, что бил меня по щекам, стал по-настоящему морозным.

– Неужели ты правда считаешь себя моей дочерью?

У меня перехватило дыхание. Глаза и голос Клода были такими острыми, что казалось, они вот-вот искромсают девушку перед ним. Дженит уже задыхалась, словно все ее тело пронзила невыносимая боль.

Я наконец поняла, что происходит. В голове возник белый шум.

Конечно, я представляла себе эту сцену, как Дженит однажды придет к Клоду. Но когда это произошло в действительности, я не могла просто встать между ними.

Клод поднял руку, и я подумала, что он собирается убить Дженит. Но, к счастью, он использовал не смертельное заклинание.

– Ой, что это вдруг?!..

Он махнул рукой, и с неба внезапно упал человек.

– Ах, ваше величество! Как неожиданно! Прямо посреди ночи...

Так к нам присоединился главный дед.

Но что это за пижама с цыплятами? И в руках маг держал игрушечную белую овечку. Похоже, когда Клод призвал его, он уже готовился ко сну.

К слову о магии призыва человека. Я давно задавалась вопросом, не это ли заклинание он изучал в своей лаборатории. Похоже, он действительно добился успеха. Вот о чем я думала, заметив мигающий маленький круг магической формулы, нарисованный на тыльной стороне его ладони.

– К-кхм, то есть, если дело срочное, вы можете вызывать меня в любой момент дня или ночи... – заворчал старик, оказавшийся на улице в совершенно не подходящей одежде, однако тут же сменил тон, заметив настроение Клода.

– Эванессер.

– Да, ваше величество.

Так вот как зовут главного деда? Впервые слышу это имя. В башне его все звали просто главой.

– Ох, такое классное имя, но ему совсем не подходит! – про бормотал стоявший рядом Лукас, словно он тоже впервые услышал его. Но погодите...

Я ошарашенно взглянула на мага. Так мы вместе телепортировались, да? Картина, представшая перед нами, настолько меня шокировала, что я напрочь забыла о присутствии Лукаса.

– Расскажи мне о магии той девицы.

– Вы так внезапно просите меня проверить ее магию... – тем не менее старик проследил за взглядом Клода, и от удивления у него чуть не отвисла челюсть: – К-кто это?! Ваше величество, как вам удалось так долго скрывать столь взрослую дочь?..

– Жить надоело?

– Простите, я ошибся.

Когда колючая мана оказалась направлена на него, дед быстренько запел по-другому. Взглянув на перепуганную Дженит, он какое-то время размышлял, упорядочивая имеющиеся данные.

– Выходит, вы просите меня установить, является ли эта девушка дочерью вашего величества?

А ведь и правда, главный маг мог невооруженным глазом видеть ману, которая у каждого человека была уникальной. Но он говорил, что это не всегда срабатывает...

– Это не совсем то, чем мне нравится заниматься... – дед положил плюшевую овечку на траву и только тогда серьезно посмотрел на Дженит, осознавая всю важность происходящего. – К счастью, сейчас я все вижу. Нет, если честно, даже вглядываться не пришлось.

Его острый взгляд, казалось, проникал прямо в сердце девушки.

Глава 160

– Вокруг этой девушки непроницаемая черная мана.

Дженит глубоко вздохнула.

– Если люди имеют кровную связь, то в их уникальной магической силе обязательно есть сходства. Но сколько бы я ни смотрел, не могу найти в этой девушке ничего похожего на вашу ману, император Клод.

Я наблюдала за тем, как глаза Дженит наполнялись слезами.

– Нет, это даже больше похоже на... – Глаза старика расширились, он весь переменился в лице и удивленно вскрикнул: – Боже! Эта магическая сила так похожа на ману императора Анастасиуса! Как это возможно?!

Он смотрел на Дженит с изумлением, будто понял, кто она на самом деле.

– Ложь! Это ложь!..

Снова раздался голос, наполненный отчаянием. Девушка продолжала отрицать реальность происходящего, не в силах принять услышанное.

– Знаешь, почему твоя мать, Пенелопа, умерла вдали от всех, несчастная и одинокая?

Дженит знала, что ее мать, Пенелопа Джудит, раньше была невестой Клода. Из-за этого девушка и решила, что он ее отец.

– Потому что в силу своей глупости она была ослеплена жаждой власти и дала тебе жизнь, даже не подозревая, что стала жертвой черной магии.

Но реальность, с которой Дженит столкнулась, сильно отличалась от той прекрасной сказки, которую она себе нарисовала.

– Да, дура. Осмелилась считать себя принцессой и без страха мозолила мне глаза.

Я вряд ли когда-нибудь забуду отчаяние, застывшее в глазах девушки. Теперь она просто молча плакала, словно у нее не осталось сил даже на слова.

– Мда, ну дела, – совершенно спокойно произнес Лукас, не смотря на всю серьезность ситуации.

Я на мгновение перевела взгляд на цокнувшего языком юношу.

– У меня лишь одна дочь, и это Атанасия, – от слов, произнесенных самим Клодом, мне стало не по себе. – Я даже предупреждал тебя не попадаться мне на глаза.

Чем больше говорил Клод, тем сильнее росло мое удивление. Он предупреждал Дженит о подобном? Где и когда они успели встретиться и поговорить? Но более того...

– Думаешь, я ничего с тобой не сделал, потому что настолько глух и слеп?

Клод говорил так, словно уже знал о существовании Дженит.

– Ты правда такая наивная? Понятия не имеешь, как сильно мне хотелось убить тебя всякий раз, как кто-то произносил твое имя.

Тут с губ Дженит сорвался всхлип.

Ах... Я прекрасно понимала ее. Каково это – услышать от того, кого ты считала отцом, что он желал тебе смерти? Я почему-то вспомнила те дни, когда Клод потерял память.

– Тем не менее единственной причиной, почему я до сих пор сохранял тебе жизнь, была Атанасия. Но ты посмела сказать мне такое, даже не зная правды.

В холодном, язвительном голосе не было ни капли сочувствия. Его взгляд, устремленный на Дженит, был полон презрения, словно он смотрел на мерзкого жука.

– Кто, говоришь, твой отец?

Кольцо, которое Дженит сняла, упало на траву. Оно не выдержало магии Клода и разлетелось на куски.

– Твой отец давно умер, и его останки наверняка уже сгнили. Если ты так хочешь его увидеть, загляни в могилу.

Взгляд Дженит от потрясения почти остекленел. Она была такой заплаканной, что мне стало трудно просто наблюдать за происходящим.

– Нет, можно сделать по-другому, – на губах Клода поя вилась циничная улыбка. Его дальнейшие слова меня встревожили: – Почему бы тебе просто не отправиться к нему на тот свет и не поприветствовать лично?

Вместе с тем, как он поднял руку, я крикнула:

– Папа!

Вум!

Но удар Клода не достиг цели. И не мой барьер его остановил. По дворцу прокатился гул, и, кажется, даже гости почувствовали магический импульс.

– Принцесса!

Непонятно откуда взявшийся Феликс закрыл меня собой. Однако в этом не было необходимости, ведь мы с Лукасом уже создали вокруг нас защитный барьер. Я разглядывала частицы магии, витавшие в воздухе. Они были черно-золотыми и напоминали осколки стекла.

– О нет! Это предвестник неконтролируемого магического взрыва! – борясь с ветром, закричал главный маг башни, стоя под собственным барьером.

Вокруг Дженит разразилась буря из черной маны, которую можно было увидеть невооруженным глазом. Но магический взрыв? У нее никогда не было такой магии...

– Не паникуй, – цокнул языком Клод и снова протянул руку вперед. – Я просто убью ее до того, как мана успеет взорваться.

От этих слов у меня отвисла челюсть. Он собирался убить Дженит? Дело приняло неожиданный оборот.

– Есть способ временно удержать магическую силу, прежде чем она выйдет из-под контроля!

Лукас много мне рассказывал о всплесках магической силы, ведь я ничего о них не знала. После взрыва уже ничего нельзя было сделать, но, пока мана не достигла критической точки, можно было воспользоваться временной мерой.

– С чего бы мне этим заниматься? Убить ее будет проще всего. Однако, поскольку эта мера подразумевала вмешательство в ману другого человека, сам маг тоже испытывал немалую нагрузку. Вероятно, как раз поэтому Клод так холодно отреагировал на мое предложение.

Но среди всех присутствующих был человек, кому сделать это было проще, чем съесть кусок пирога.

– Лукас!

Придется воспользоваться помощью зала, а точнее – Лукаса. Думаю, что он и привел меня сюда, будучи готовым немного поработать!

– Сдержи ману Дженит!

Вперед, Лукас! Я выбираю тебя!

Брови Лукаса скользнули вверх:

– Ну и ну. Теперь я еще должен заниматься сдерживанием ее маны?

– Для тебя же это как раз плюнуть!

Ведь это Лукас – самый гениальный, красивый и юный маг во вселенной! Задача была непростой, но и времени почти не оставалось. Благо Лукаса не пришлось долго уговаривать.

– Что ж. Раз принцесса просит.

Уже через мгновение он поднял руку.

Шу-у-ух!

Чистый белый свет, исходивший от Лукаса, начал окружать бесновавшуюся черную энергию. Травинки и цветы вновь взмыли в воздух.

Вшух.

Вскоре вихри бушующей маны успокоились. Дженит лежала на траве. Все с удивлением смотрели на Лукаса, ведь благодаря ему магия, находившаяся на грани взрыва, сразу же утихла.

– Теперь ты можешь забрать свою химеру.

На фоне сверкающих осколков магии Лукас выглядел неотразимо. Хоть именно я и попросила его сделать это, сама же не могла не пялиться на него. Я впервые по-настоящему осознала его силу.

Возможно, именно благодаря занятиям магией масштаб произошедшего меня поразил. Клод тоже внимательно изучал Лукаса, прищурив глаза. Хотя, судя по предыдущему разговору, он уже догадывался, что тот был тем самым магом Черной башни.

– Извините, но кто вы?..

Феликс не узнал Лукаса во взрослом облике. Он не мог сложить два плюс два, связав его имя и мощнейшую магию, которую тот только что продемонстрировал.

– Поверить не могу. Эта магическая сила... – главный дед запнулся, словно что-то осознал. Затем указал пальцем на Лукаса и завопил: – Т-ты же Лукас?!

Может, он и правда видит ману других... Вон, довольно быстро понял, что это действительно Лукас.

– Это невозможно. Я сплю! Такая чудовищная сила! – однако он продолжал отрицать реальность, словно не мог поверить собственным глазам.

– Этот маг – Лукас? Как же так? Невозможно за одну ночь так вырасти! – удивился Феликс, только сейчас узнавший его.

Лукас же направился ко мне. Казалось, его совершенно не волновала реакция окружающих. Когда он подошел вплотную, я невольно немного стушевалась.

– Я хорошо справился? – маг улыбнулся и наклонил голову.

– Д-да.

– Я еще подумал, что ты вряд ли хочешь, чтобы гости в банкетном зале видели это все, поэтому закрыл их во дворце.

Он что, напрашивался на комплимент? Я тупо произнесла те слова, которые он хотел услышать:

– Ты молодец.

– Похвали меня еще.

Ах, наш Лукас такой молодчина! Так хорошо запечатывает магию! Он чего-то такого ожидал?

Глядя на его улыбающееся лицо, я машинально подняла руку и погладила по голове. Мимолетом я подумала, не начнет ли он возмущаться, что с ним обращаются как с собакой? Но Лукас улыбался, как будто его все устраивало.

– Феликс. Найди и приведи герцога Альфиоса в тронный зал.

– Слушаюсь, ваше величество.

Клод наблюдал за нами с недовольной миной, а затем отдал Феликсу приказ. Но вдруг он обернулся и произнес:

– А нет, уже не надо.

Я проследила за взглядом Клода и заметила стоявшего неподалеку герцога Альфиоса. Его лицо было белым как мел.

– Брось эту девицу в тюрьму. А вы, герцог Альфиос, идите за мной.

Может, Лукас сделал так, что выйти могли лишь те, у кого была на это веская причина? Раз искать герцога больше не было необходимости, Клод отдал Феликсу другой приказ. Но это вызвался исполнить кое-кто другой.

– Это сделаю я, – отозвался Иджекиил, уже поднявший Дженит на руки.

На мгновение я пересеклась с его жестким взглядом. Но он отвернулся от меня первым.

Из окон дворца лился теплый свет. После бури в ночном воздухе витал слабый аромат цветов и травы. Эта ночь больше напоминала сон. Но эти события стали началом ночи, в которую никто не сможет заснуть.

Часть 17.5. Где же милая принцесса?

Глава 161

Наступило утро, которое, казалось, никогда не наступит.

Сегодня делегация возвращалась в Арланту. Наверное, именно поэтому во дворце царила суета. По официальной версии, вчерашний переполох в банкетном зале был вызван волнами магии, просочившимися из черной башни во время экспериментов. Когда странный гул стих, гости продолжили веселиться до конца банкета, словно ничего и не произошло.

Тук-тук.

Девушка, сидевшая в темной комнате, вздрогнула от неожиданного стука в дверь. Звук повторился еще несколько раз, но она не ответила и не сдвинулась с места.

Скрип.

Дверь тихо отворилась. Свет из коридора осветил фигуру на кровати – та сидела, уткнувшись лицом в колени.

– Дженит.

Тихий голос принадлежал принцессе Атанасии. Она не смогла допустить, чтобы Дженит бросили в тюрьму, как приказал Клод, и поэтому отправила ее в Изумрудный дворец. Доброта принцессы тронула девушку. Она понимала, что должна поблагодарить принцессу, но не хотела ее видеть.

– Вы пришли посмеяться надо мной?..

Голос Дженит прозвучал хрипло. То ли оттого, что она вчера долго рыдала, то ли оттого, что кричала, стоя перед императором.

Атанасия смотрела на девушку, словно не понимала, о чем та говорит, а затем произнесла:

– Отец решил пересмотреть наказание.

У Дженит затряслись плечи.

– Но мы не можем бесконечно держать тебя в Изумрудном дворце, поэтому перевезем в другое место.

Атанасия всю ночь не могла заснуть и утром отправилась к Клоду. Когда он узнал, что она велела перевести Дженит в Изумрудный дворец, естественно, пришел в ярость.

– Но не волнуйся, это будет не темница...

Ее и без того тихий голос совсем стих. Атанасия опустила глаза в пол. Она прекрасно понимала, что эти слова не принесут девушке ни капли утешения.

– Потому что его об этом попросили вы, принцесса, да? – Дженит наконец подняла голову.

Атанасия не сразу нашлась с ответом, впервые увидев на ее лице циничное выражение.

– Верно, я попросила его.

– Почему? – На лице Дженит отражалась буря чувств, что она испытала во время шокирующих событий вчерашней ночи. – Вы все знали, принцесса?

Две пары топазовых глаз смотрели друг на друга. Этой ночью Дженит тоже не смогла заснуть. Запертая в этой комнате, она не раз думала, что попала в ад. И взглянув на Атанасию, поняла, что подозрения, зародившиеся в ее сердце ночью, оказались правдой.

– Вы все знали, но... – Дженит показалось, что к самому ее горлу поднимается жгучая лава. Ей было нестерпимо больно. – Вы меня обманывали.

На самом деле она понимала, что ее обвинения беспочвенны. Даже если Атанасия знала правду и промолчала, она не хотела ее обманывать. Даже наоборот, проявила много милосердия, притворяясь, что ничего не знает.

Саму Дженит терзали сомнения. Если она действительно была биологической дочерью Клода, почему ей до сих пор приходилось скрывать свою личность? Потому что ее мать при жизни навлекла на себя его гнев? И из-за того, что их помолвка была расторгнута, ей запрещали появляться в императорском дворце?

Покойная тетя Дженит, графина Розалия, оставила ее на попечение герцога Альфиоса и навещала лишь раз в году. Но с какого-то момента она больше не могла скрывать беспокойства при виде Дженит. К тому же девушка подслушала разговор графини Розалии и герцога Альфиоса.

– Ты имеешь в виду императора Анастасиуса? Ты это хочешь мне сказать?

– У меня нет явных доказательств, кроме дневника и писем Пенелопы, так что, если мы сможем заслужить благосклонность его величества...

– Иными словами, это означает, что она опасна и бесполезна без благосклонности его величества...

Дженит знала, что что-то не так. Чем дольше она размышляла об этом, тем больше понимала, что конец и не мог быть другим.

– Что со мной будет?

А вчера она узнала правду, которая до сих пор была от нее сокрыта.

– Человек, которого я считала своим отцом, на самом деле оказался тем, кто убил моего отца.

Любой ребенок, выросший в Обелии, знает, что до прихода Клода к власти империей правил ужасный тиран. Покойного императора Анастасиуса всегда изображали демоном.

– Я думала, что вы моя сестра.

Но сама Дженит появилась на свет с помощью черной магии, а эта благородная девушка перед ней не была ее сестрой.

– А вы – дочь человека, убившего моего отца.

Она возжелала того, чего желать не следовало. Мечтала о том, о чем мечтать было нельзя.

– И в итоге у меня совсем ничего нет...

Она не могла избавиться от чувства отчаяния, которое стало таким же глубоким, какими безмерными были ее надежды.

– Почему никто мне ничего не сказал?

Дженит не знала, кого винить, но ей хотелось злиться и кричать хоть на кого-нибудь. Однако крик так и не вырвался.

– Почему никто не положил этому конец?

Теперь она поняла, что вчера имел в виду Иджекиил. Возможно, ему тоже было тяжело и хотелось поскорее с этим покончить. Но в любом случае она не так себе это представляла.

– Я... Я каждый день изводила себя, жизнь казалась сущим адом...

Она верила, что, открыв глаза, выберется из этого ада. Но вместо этого очнулась на его новом уровне. Дженит закрыла лицо руками и разрыдалась. Она не могла понять, что сделала не так. Само ее рождение – грех? Или преступлением стало то, что мечтала? Может, она виновата в незнании? Неужели она так согрешила, что заслужила такое отчаяние?

Куда ей теперь податься? Даже если пощадят, вся ее жизнь превратится в заточение – существование, которое даже жизнью назвать нельзя.

– Вы говорили, что он исполнит мое желание... – плачущий голос наполнил комнату.

«Это подарок».

«Говорят, если носить его на руке, твое желание сбудется».

Может, Атанасия и забыла уже, но Дженит все еще хранила в памяти фейерверк, который они смотрели вместе. Воспоминание было таким ярким, будто это было вчера. Браслет, подаренный принцессой, Дженит несколько лет берегла как зеницу ока. Хотя на браслете, разумеется, не было никакого заклинания, ей очень хотелось верить, что он волшебный.

Атанасия будто бы хотела как-то утешить рыдавшую Дженит. Но, ничего не добившись, мрачно отвернулась и вышла из комнаты.

* * *

Когда она вышла из Изумрудного дворца, ослепительный солнечный свет ударил ей в лицо. Судя по высоте солнца, сейчас была уже вторая половина дня.

Прошлую ночь Дженит провела во дворце не в качестве преступницы, а как гостья Атанасии. К ней приставили лишь Феликса Робейна, личного рыцаря принцессы. Никто за ней не следил и не пытался арестовать.

Об этом наверняка позаботилась принцесса Атанасия, равно как и о вуали, закрывавшей ее лицо. Гнев императора Клода был столь велик, что он мог приговорить ее к казни на рассвете.

Дженит вышла из Изумрудного дворца. Стоявший рядом с ней Кровавый рыцарь пытался выяснить, куда она собралась, но девушка его проигнорировала. Все дело было в чувстве апатичного смирения: не имело значения, куда она пойдет.

Но через какое-то время Дженит остановилась как вкопанная, когда увидела его. Рядом с Атанасией стоял Иджекиил.

Она не знала, о чем они разговаривали, но на их лицах не было ни капли радости. Неужели он пришел проведать ее? Дженит издалека смотрела на них, и тут ей в голову пришла мысль.

Как бы ей хотелось, чтобы все это исчезло. Как было бы здорово, если бы все то, что не могло ей принадлежать, исчезло. По правде говоря, подобные мысли появлялись у нее еще в тот день, когда Иджекиил поранил руку. Она тогда сказала, что не хочет ехать на бал и наблюдать за встречей Иджекиила и принцессы.

Но на самом деле Дженит ненавидела себя за подобные мысли. И ей было ужасно жаль ее близких, ведь она позволила своему характеру выйти из-под контроля и причинила им боль. С самого начала ее единственным желанием было стать человеком, который может уверенно и гордо быть рядом с ними...

Да... Будет гораздо лучше, если она исчезнет из этого мира.

Клац.

В этот момент браслет упал с запястья Дженит.

Магия, которую прошлой ночью связал Лукас, высвободилась и начала волнами выходить из нее. Из-под вуали Дженит видела, как Иджекиил побежал к ней.

– Дженит!

Ах, она впервые видела подобное: он так отчаянно бежал к ней. Теперь ей уже конец... Как хорошо, что он не увидит это уродливое лицо. Вуаль колыхалась на ветру. На ресницах сверкнули капельки слез.

Поскольку магия на этот раз стремилась уничтожить ее саму, вчерашняя ситуация со взрывом не должна была повториться.

Иджекиил бежал со всех ног, но был слишком далеко. Дженит в последний раз взглянула на своего возлюбленного и сохранила его образ в памяти.

Шух!

Стоило лишь закрыть глаза, как тепло полностью окружило ее тело. Оно напоминало мягкий весенний ветерок или объятия матери, которой она никогда не знала.

Ощущая невероятное спокойствие, Дженит медленно потеряла сознание.

Часть 18. Хоть я и не главный герой красивой сказки...

Глава 162

Вуш!

Когда я почувствовала нависшую над Дженит опасность, собрала всю свою ману. Повторяя вчерашние движения Лукаса, я выпустила магию, и она окутала черный вихрь. Эффект, разумеется, был слабее, поэтому потребовалось больше времени, но тем не менее все удалось без особого труда.

Я с облегчением выдохнула, когда мана Дженит полностью исчезла. Ах, получилось! Бессонная ночь, проведенная за дополнительным уроком от Лукаса, не прошла даром.

Маг оставил мне подробные инструкции на случай, если мана Дженит снова выйдет из-под контроля, пока он будет отсутствовать. По его словам, удержание маны прямо перед всплеском лишь временная мера, и в любой момент ситуация снова может накалиться.

Я была прилежной ученицей и впитывала знания, как губка. Хоть занятие и вышло не слишком долгим, плоды свои оно принесло.

– Дженит! – Иджекиил подбежал к девушке, чтобы убедиться, что с ней все в порядке.

Увидев облегчение на его лице, я тоже расслабилась.

Иджекиил приехал с разрешения Клода, чтобы навестить Дженит, но неожиданно стал свидетелем явления, похожего на магический всплеск. Если бы Клод узнал об этом, то наверняка пришел бы в ярость, но мне совсем не хотелось смерти Дженит.

Хм, связывание магической силы оказалось не таким уж сложным, как представлял Клод... Лукас сказал, что мне это дастся довольно легко, так и вышло. Наверное, я стала намного сильнее за последние годы.

– Что случилось?!

Ой! Похоже, мы наделали шума. Со всех сторон начали сбегаться люди: как члены делегации из Арланты, которая еще не покинула дворец, так и маги Черной башни, ощутившие неожиданную волну магии.

Я цокнула языком и повела рукой, телепортируя Иджекиила и Дженит в другое место. Мне совсем не хотелось объяснять, почему эти двое были здесь. Затем я очистила воздух от следов черной маны Дженит. Остатки мощной магии видны невооруженным взглядом, даже главного деда звать не нужно.

И вот все сбежавшиеся с восхищением наблюдали за сверкающими осколками магии, парящими вокруг меня.

– Ах, как красиво...

– Боже, неужели мы в раю?

– Фея...

Кхм...

Может, на столь яркую магию и было приятно смотреть, но ситуация была далека от приятной. А последняя реплика наверняка принадлежала Кэвеллу Эрнсту.

– Боже, принцесса! Что здесь произошло? – Первыми себя в руки взяли маги из башни.

– Простите за беспокойство. Была небольшая проблемка, но теперь все в поря...

Вум!

И тут с неба упал метеорит. Нет, я сперва подумала, что это метеорит, но это был не он. Вокруг нас поднялось облако пыли, а когда она улеглась, мы увидели странную фигуру, похожую на тряпичную куклу.

– М-маг Черной башни?!

Ах! Когда я увидела человека, лежавшего в лохмотьях на земле, сперва подумала, что это труп. Но это был Каракс, фальшивый маг Черной башни, которого я однажды встречала. Но у нас уже есть Лукас! И почему он так резко появился?!

– Что?

– Что?!

– Маг Черной башни?!

Вслух удивились члены делегации из Арланты. Они с самого своего появления в Обелии крайне интересовались слухами о маге, поэтому их реакцию от такой встречи можно было понять.

– Н-но почему он выглядит мертвым?..

– Чего так суетиться из-за надоедливого кролика?

– Суетиться из-за кролика?.. Хм?

Все в замешательстве подняли головы, услышав доносившийся откуда-то сверху голос. Но необходимости в этом не было, ведь человек уже опустился на землю. И тут же безжалостно пнул лежащего на полу мага.

Хрясь!

– Угх!

– Похоже, тебя не учили не кусать руку, которая тебя кормит, да?

Хрясь!

– На самом деле в последнее время я часто выхожу из себя, но окружающие этого будто бы не замечают.

– Кхм, Лукас, подо...

Хрясь!

– А ты еще и грехов накопил.

Липовый маг Черной башни был полностью в руках Лукаса. Я скорбно смотрела на едва живого мужчину с зелеными волосами. Хоть мне и было немного жаль, что его так избивали, но...

Узнав, что именно он сделал магию Дженит такой опасной, я не могла испытывать к нему искренней жалости.

– Лукас, не перегни палку.

Он нам был еще нужен, поэтому я остановила Лукаса, и он тут же перестал избивать Каракса.

– Лукас?

– Лукас?!

– Это Лукас?!

Ой, маги башни ведь не знали, что это Лукас. Оно и понятно, ведь он в одночасье стал взрослым.

– Лукас, засранец! Как можно так неуважительно относиться к тому самому магу Черной башни?! – обеспокоенно вскричали маги, тупо наблюдавшие за избиением.

Да, не каждый день увидишь, как твоего кумира втаптывают в пыль.

– Вам голова для украшения нужна?

– Ч-что?!

– Если бы это действительно был маг Черной башни, смог бы я так его избивать?

Услышав эти резкие слова, маги распахнули глаза. Они недоуменно взглянули на Лукаса и еле живого мужчину у его ног.

– Успокойтесь.

– Глава?!

К нам присоединился главный дед. Ах, кажется, разговор Клода с мистером Снежком уже закончился. Я цокнула языком, вспомнив мертвенно-бледное лицо герцога после событий ночи.

– Не беспокойтесь, мы сами с ним разберемся, – судя по вежливой манере речи, главный дед понял, кто такой Лукас. – Я хо тел бы извиниться перед магом Черной башни за доставленные не удобства.

Ой!..

Я буквально почувствовала, как все вокруг нас затаили дыхание.

– М-маг Черной б-башни?

– К кому в-в-вы обращаетесь?..

– Н-неужели?

Особенно ошарашенными выглядели маги башни, которые терпели годы невзгод и лишений рядом с Лукасом, хотя и пытались держать себя в руках.

– Г-глава, вы с ума сошли?! Хоть Лукас и внезапно повзрослел на несколько лет, но он...

– Н-недомерок! Тебя не учили за языком следить? – вскричал старик, покрывшись холодным потом. Однако до некоторых паникующих магов так ничего и не дошло.

– Верно! Этого быть не может!

– Лукас никак не может быть магом Черной башни!..

Лукас гаденько улыбался, словно вся ситуация его ужасно забавляла.

– Вот как? Что ж, ничего не поделаешь.

Ой, стой! Судя по его лицу, он как раз собирался что-то сделать!

– Могу показать вам нечто необычное.

Мои предположения подтвердились.

Бабах!

Внезапно на ясном небе собрались темные тучи. В мгновение ока стало темно, повсюду вспыхнули молнии, и раздался раскат грома.

– Метеор?..

Все смотрели с восхищением. Метеор – магия, которая давным-давно уничтожила древнюю Обелию. Хотя странно, что это заклинание так назвали. Никаких метеоров не было, а черное небо под всполохи молний принялось закручиваться, вырисовывая зловещие формы. Птицы, почувствовав опасность, взмыли в воздух.

Шу-у-ух!

Когда небо разверзлось, словно желая поменяться местами с землей, маги башни завопили:

– Нет, это невозможно!..

– А, пресвятые небеса!..

Бах!

У них подкосились ноги, и маги, один за другим, обессиленно попадали на землю, потрясенные ошеломляющим зрелищем. Члены делегации тоже были поражены, но никто не выглядел столь пораженным, как маги. Те, кто понимал, на что смотрит, дрожали от страха.

– Боже, это же Кара богов!..

Так называлась высшая магия, о которой я читала в древних манускриптах. Настолько могущественная, что одним заклинанием могла создать небо и землю заново. Если Метеор считался заклинанием, которое могло уничтожить Обелию, то Кары богов было достаточно, чтобы превратить в руины весь континент.

Я тоже была потрясена. Но стоило мне взглянуть на Лукаса, величественно стоявшего особняком, как мой страх тут же улетучился.

Сейчас было не самое подходящее время, чтобы смотреть на меня с выражением: «Видала, какой я крутой?»!

– Лукас, хватит уже!

Он уже всем продемонстрировал величие мага Черной башни, так что пора было заканчивать. Как и ожидалось, после моих слов Лукас спокойненько свернул Кару богов.

В мгновение ока развернуть чудовищное заклинание и так же быстро его остановить... Он настоящий монстр.

– Пресвятые небеса, это же просто невозможно... Я сплю...

– Боже, ну почему?..

Все глядели на него как завороженные, а Лукас фыркнул:

– Пф. Да мне это раз плюнуть.

Р-раз плюнуть?! Он серьезно так говорит о заклинании, способном стереть с лица земли континент?

– Эй, вставай. Нечего тут разлеживаться.

Когда Лукас снова пнул Каракса, безвольно лежавшего у его ног, тот вздрогнул.

– Старик, этого выродка я сам возьму, так что можете расходиться, – бросил Лукас старшему магу, который, как и остальные, стоял завороженный.

Затем Лукас взял меня за руку, и мы телепортировались.

Глава 163

– Эй, поглоти ману той химеры, – произнес Лукас, как только мы телепортировались в тронный зал.

Каракс корчился на полу от боли, видимо из-за внезапной телепортации. Как бы виноват он ни был, так небрежно относиться к другому человеку, пусть и липовому магу Черной башни...

– Вы сказали, что нашли решение. А принесли труп, – холодно обратился к нам Клод, сидя на троне.

Как и ожидалось, выглядел он не слишком довольным. И я прекрасно знала, что он в ужасном настроении из-за моей просьбы.

– Каракс стабилизирует магию леди Магриты.

Лукас сообщил нам, что именно Каракс дал Дженит лишнюю магию, из-за чего ее мана вышла из-под контроля. Так вот, по его словам, если он же поглотит избыточную ману, то риск очередного всплеска исчезнет навсегда.

Клод по-прежнему хотел убить Дженит. И честно говоря, я не представляла, сколько усилий пришлось приложить, чтобы его переубедить. Мистер Снежок столько раз оказывался на грани жизни и смерти, что его лицо стало мертвенно-бледным. Дженит, все еще без сознания, была с Иджекиилом.

В этот момент Каракс, корчившийся на полу, заговорил:

– Кха... Смерти моей хотите?

– Ты в любом случае скоро помрешь, – в голосе Лукаса сквозило настоящее злорадство. – Тебе же лучше будет, если ты сам за собой приберешься.

Неужели он правда умрет, если стабилизирует ману Дженит? Или это просто опасно?

Каракс пробормотал что-то еще, но я не смогла разобрать слов. Кажется, Лукас сильно его избил и явно не собирался облегчить боль несчастного. Поэтому я сконцентрировалась и подлатала Каракса настолько, чтобы он хотя бы мог говорить внятно.

– Я... – Теперь его можно было понять. – Я думал, что тебе это понравится.

– С чего ты взял?

– Я избавился от назойливых мух, что постоянно кружили около принцессы.

Ч-чего? С чего это вдруг я всплыла в разговоре? И какие еще мухи? Это про кого? Про Дженит, что ли? Но тогда почему он говорил во множественном числе?

Тщательно все обдумав, я поняла: если бы все пошло по плану, под удар попали бы еще и мистер Снежок с Иджекиилом. Выходит, Лукаса они напрягали. Поэтому он называл поместье герцога логовом и собирался избавиться от Альфиосов? Он что, сумасшедший поклонник? Совсем спятивший?

Я с отвращением уставилась на Каракса, несшего откровенный бред.

– Ну ты и безмозглый полудурок.

Лукас цокнул языком, будто у него закончились силы это слушать.

– Лукас, мы ведь друзья.

– Кто кому друг?

В ответ на мой вопрос Лукас состроил крайне недовольную мину.

– Принцессе подобного не надо, усек? – Он снова пнул Каракса. – Лично мне плевать, умрет химера со своей семейкой или нет.

Ох, не надо так. Эти люди сейчас с нами в одной комнате! Надо повежливей!

– Но вот наша принцесса желает мирного исхода. Тебе знакомо слово «мир», а?

Каракс засмеялся и рукавом вытер кровь с уголка рта. Почему у него были такие черные руки?

– Ты точно Лукас?

– Думаешь, в мире есть еще кто-то такой же великий?

– Ах, ты тоже стал ужасно скучным. Какое разочарование.

– Вот как с языка снял. Так что забирай свою ману и проваливай поскорее.

Услышав холодный ответ Лукаса, Каракс поджал губы. Судя по выражению его лица, он не собирался идти нам навстречу...

– Можете еще побеседовать. Я просто убью ту девицу, и делу конец, – холодно произнес Клод. Я возмущенно посмотрела на него. На мгновение он растерялся, а затем продолжил: – Но Атанасия этого не хочет, так что сейчас же стабилизируй ману девушки.

Судя по той скорости, с которой Клод переобулся и попытался заставить Каракса действовать, он не хотел, чтобы я на него обижалась. По правде говоря, хоть именно я его об этом и попросила, все равно удивилась, что он передумал и решил спасти Дженит.

Лукас снова цокнул языком и смирившимся тоном произнес:

– Ах, какой же я добрый и слабовольный... – Что за чепуху он только что выдал?.. – Раз твоя жизнь была такой жалкой и убогой, так уж и быть, я исполню твое заветное желание.

Я не понимала, что происходит, но, похоже, Лукас зашел с козырей. Предлагает равноценный обмен?

– Когда мы встретимся в следующий раз, сделаю вид, что знаю тебя.

Кха! Ч-чего? Это и есть то самое заветное желание Каракса? А в чем смысл? Даже если Лукас ему нравился, это все равно было странно. Да уж, самоуверенности Лукасу не занимать...

– ...в нашу следующую встречу сделаешь вид, что знаешь меня?

Кхм, похоже, эта самоуверенность не совсем необоснованна.

Я с недоумением заметила, как изменилось выражение лица Каракса. К-кхм, похоже, Лукас ему и правда нравился...

Он разговаривал с ним, как с давним знакомым, но не похоже, что у них простые отношения. Неужели Каракс просто выглядел молодо, а на самом был стар как мир?

– И сколько мне еще наблюдать за этим цирком?

Думаю, Клоду тоже стало не по себе от разговора этих двоих.

– Если вы договорились, то быстрее займитесь девчонкой. На деюсь, что герцог Альфиос запомнил наш сегодняшний разговор на всю оставшуюся жизнь, – холодно процедил Клод и поднялся с трона, словно у него больше не было на это времени.

Иджекиил и герцог Альфиос тут же почтительно склонили перед ним головы. Похоже, что император решил проявить милосердие и пока сохранить жизнь Дженит.

Если честно, то Клод мог обвинить герцога в измене просто за то, что тот укрывал девушку, и никто не смог бы ничего сказать против. Но герцогу повезло, и он не поплатился за все свои ухмылки, сокрытие истинных намерений в отношении Дженит и странные планы насчет меня.

К тому же он утверждал, что даже не подозревал о том, что Дженит – ребенок, созданный при помощи черной магии Анастасиуса. Если бы он это знал, то якобы сразу бы все рассказал Клоду. По его словам, он оставил Дженит из чувства преданности императору, считая ее настоящей принцессой...

И все же, если бы вчера кто-то из гостей банкета увидел настоящий цвет глаз Дженит, сейчас все было бы иначе. Но, к счастью, все те, кто знал правду, находились сейчас здесь. Так что выяснить все было гораздо проще.

Неожиданностью стало то, что герцог Альфиос попросил Клода пощадить Дженит. Возможно, за все эти годы он действительно привязался к девушке. Он многократно искренне умолял Клода, обещал, что, если император снова закроет на нее глаза, она больше никогда не появится перед ним.

Меня это сильно удивило. Я считала, что он готов в любой момент выбросить Дженит, лишь бы спастись. Как бы то ни было, благодаря его стараниям мне было не так трудно уговорить Клода. Конечно, я не слышала их вчерашнего разговора, но мне показалось, что мистер Снежок и Клод о чем-то договорились.

– Я глубоко благодарен вашему величеству за оказанное милосердие.

– Тебе нужно благодарить не меня, а Атанасию.

С этими словами Клод ушел.

– Спасибо, папа, – тихо сказала я и тут же последовала за ним.

Я прекрасно понимала, что, даже если между ним и герцогом Альфиосом была какая-то договоренность, без моего вмешательства Клод не стал бы терпеть неудобства.

– Во всем произошедшем есть и моя вина, – неожиданно сказал он.

Его следующие слова заставили меня замереть на месте.

– Когда я понял, что ни я, ни обитатели Изумрудного дворца не способны полностью заполнить пустоту внутри тебя... – тихо произнес он, не оборачиваясь ко мне. – Я подумал, что тебе нужен кто-то, кто сможет избавить тебя от одиночества.

Я вновь осознала, что Клод заботился обо мне гораздо больше, чем я думала. Я подошла поближе к папе, чтобы взглянуть в его лицо.

– Так я сперва приставил к тебе юного мага, который тебе приглянулся. А затем подумал, что тебе не помешает завести друзей среди ровесников.

И вот люди, которые до сих пор оставались со мной: Лукас и Дженит. Один из них оказался магом Черной башни, прожившим уже сотни лет, а другая – дочерью человека, с которым у Клода были ужасные отношения. Какая ирония.

Клод тоже нахмурился, словно подумал о том же.

– С момента своего дебюта ты только и делала, что рассказывала мне об этой девице.

Правда? Я совсем этого не помню, но раз он так говорит... Вероятно, мне было неспокойно из-за появления Дженит, и после дебюта я невольно заводила о ней разговор.

– Хоть мне это и не нравилось, она была первой, к кому ты сама проявила интерес, поэтому я не стал препятствовать вашему общению.

Ха, никогда бы не подумала, что по моим рассказам может сложиться впечатление, будто Дженит мне нравилась. Казалось, Клод сожалел о том, что пустил все на самотек, и это бездействие привело к такому результату.

– В итоге из-за моей собственной глупости ты вынуждена проходить через все это.

– Это не так, – я без колебаний опровергла его слова. – Я лучше всех знаю, сколько ты для меня сделал.

Я взяла Клода за руку. Он молча смотрел на меня, пока я говорила.

– Ты никогда не причинял мне зла. Поэтому не говори так. Это же касается и того, что ты только что сказал. До сих пор я жила счастливо. – Я посмотрела ему прямо в глаза и еще крепче сжала его руку. – В случившемся нет ни капли твоей вины. Никто тебя не винит.

Клод стоял не шелохнувшись. Я не избегала его взгляда, а он смотрел так, словно пытался заглянуть мне в сердце. Через какое-то время он надолго закрыл глаза, а затем вновь заговорил:

– Если ради твоего душевного спокойствия нужно сохранить жизнь той девице, то так тому и быть.

В словах Клода так явно звучала искренность, что я тут же крепко обняла его.

– Спасибо тебе большое, папа.

Глава 164

Дженит еще долго не просыпалась. Каракса устроило предложение Лукаса, что тот при следующей встрече сделает вид, будто они знакомы. Поэтому он предложил даже избавиться от топазовых глаз девушки.

Кхм, при такой жуткой формулировке может показаться, что жанр внезапно изменился на боди-хоррор... Но речь шла об отсечении магического потока, придававшего глазам цвет топаза, и придании им обычного цвета. Ведь топазовый оттенок возникал благодаря уникальной мане королевской семьи.

Я плохо понимала, почему так, но, по словам Каракса, он мог запросто напрямую воздействовать на магическую силу Дженит и изменить цвет ее глаз.

Однако с этим надо было подождать до пробуждения Дженит. Если стабилизация ее маны была вопросом жизни и смерти, то изменение или сохранение цвета глаз – личное решение самой девушки. Хоть она теперь и знала всю правду, могла не захотеть терять единственную связь со своими родителями.

– Нет мне прощения.

Поскольку я решила оставить Дженит в императорском дворце до ее пробуждения, мне удалось без проблем встретиться с Иджекиилом. Он разговаривал со мной с тем же суровым выражением лица, как и в тот день, когда Дженит попыталась вызвать второй магический взрыв.

Я мгновение изучала его лицо, а затем покачала головой:

– Твоей вины здесь нет.

– Как же нет, если мы скрывали от вас правду и пытались обмануть? – Иджекиил считал себя виноватым и продолжал настаивать на том, чтобы его наказали. – Я пойму вас, если вы назовете меня лжецом.

– Иджекиил.

Но как я могла его в чем-то обвинять?

– Я знаю: все, что ты мне говорил и как ты вел себя, было искренне.

У меня не было на это никакого права.

– В мире есть вещи, которые так или иначе должны произойти. И все это – из их числа.

К тому же он был не единственным, кто лгал.

– А если называть тебя лжецом, то я заслуживаю того же.

В каком-то смысле я сыграла значительную роль в том, что Дженит дошла до этой точки. Я не была такой уж доброй и альтруистичной, какой меня считали, ведь не хотела видеть прописанный конец этой истории.

Честно говоря, я могла и дальше сохранять шаткий мир, продолжая закрывать глаза на то, что сердце Дженит разбивается.

– В детстве вы как-то сказали...

Я не могла дать ей то, чего она желала, но и не хотела собственноручно причинять ей еще больше страданий. Так что в каком-то смысле я способствовала ее несчастью. Ведь я знала, что она мучается, но при этом ничего не делала. Ведь мое собственное благополучие стояло для меня на первом месте. Нет ничего удивительного в том, что Дженит обиделась на меня.

– Что я должен защищать Дженит.

Вероятно, я оттолкнула Иджекиила три года назад как раз из-за осознания собственной вины. Я подсознательно ощущала, что он чувствовал то же самое.

– Идти туда, где я должен быть.

Если бы мы были в сказке для детей, каждый получил бы свой счастливый конец. История закончилась бы тем, что все остались счастливы и ни в чем не нуждались.

– Что тогда, что сейчас не я была той, кто нуждалась в утешении.

Иджекиил, который уже не был главным героем романа, неопределенно улыбнулся, услышав мои слова:

– Верно. Ведь вы очень сильная, принцесса.

В его глазах читалась горечь, но он все еще улыбался. На лице юноши появилось облегчение, которого не было в нашу прошлую встречу.

Вечером того же дня Дженит очнулась. А на следующее утро она покинула дворец. Зеленые глаза, как у ее матери, ярко сверкали под лучами солнца. Так длинная история подошла к концу.

* * *

Праздник урожая прошел успешно. Немного похолодало, хотя в Обелии по-прежнему было лишь два сезона: лето и весна.

Я жила свою жизнь, но иногда думала о Дженит и Иджекииле.

Альфиосы были тише воды, ниже травы. Герцог время от времени приходил во дворец, чтобы встретиться с Клодом, но больше не заговаривал со мной, как раньше. Я тоже не расспрашивала его, как они поживают. Даже если мы сталкивались в коридоре, просто обменивались короткими приветствиями и шли своими дорогами.

– Если так подумать, это все было действительно странно, – задумчиво произнесла одна из дам во время чаепития, которые я продолжала периодически устраивать. – Всякий раз, когда я видела леди Магриту, мне почему-то хотелось с ней хоть о чем-нибудь поговорить.

– Вам тоже, леди Фиона? Со мной было то же самое. Мне так хотелось пообщаться с леди Магритой, что я даже уговорила ее поехать со мной на виллу.

– А как лорд Джарви себя вел? Одинокий серый волк, а так отчаянно вился вокруг леди Магриты.

С некоторым запозданием девушки задумались о своем внезапном влечении к леди Магрите. Все дело было в том, что, когда Каракс стабилизировал ману Дженит, ее влияние на других людей исчезло.

– Но она оказалась прекрасной девушкой.

– Верно. Если честно, я сперва думала, что она какая-то выскочка.

– Хотелось бы знать, куда именно она отправилась на лечение. Я бы навестила ее.

По официальной версии, Дженит уехала поправлять здоровье. Никого это не удивило, ведь она была известна своим слабым здоровьем и почти не появлялась на публике даже после своего дебюта.

– Порой я скучаю по ней, – пробормотала одна из девушек, и другие согласно закивали.

Так же подумала и я.

Примерно через месяц я получила письмо от Иджекиила. Оно содержало краткие и сухие формальности. Тем не менее я обрадовалась, ведь, судя по всему, у них все было хорошо. Мне хотелось, чтобы Иджекиил и Дженит жили счастливо.

– Господин Нокс, пора кушать!

– Гае!

Услышав знакомое слово «кушать», Нокс активно завилял хвостом и подбежал к Ханне. Кхм, он действительно вел себя как обычный щенок. Может, Клод и Лукас все это время были правы?

Одна лишь Ханна заботилась о Ноксе, и, хоть она этого не говорила, мне казалось, что она тоже скучала по Чернышу.

– Ханна, не слишком ли много еды ты ему даешь?

– Что ты такое говоришь, Сет? Нокс еще только растет, ему нужно хорошо кушать!

К-кхм. Я и сама стала замечать, что у него прибавилось жирка на животе. Переедать тоже вредно, поэтому, может, действительно стоило быть внимательнее.

– Я собираюсь в башню.

– Ах, хорошей дороги!

– Хорошей дороги, принцесса.

Вид как обычно препирающихся Сет и Ханны даже успокаивал. Я покинула Изумрудный дворец, оставив их одних.

* * *

– Г-господин Лукас. Вам точно удобно в этом кресле? Как вы знаете, наша башня довольно ветхая...

– Именно поэтому я уже триста раз просил поменять все чертовы стулья.

– П-простите... Я настолько глуп, что не смог понять глубокого замысла великого мага Черной башни!

– Как этого можно было не понять? С первого же взгляда на них все сразу становится ясно!

– Г-господин Лукас! Вам не кажется, что сегодня особенно жарко? Я почему-то весь потом обливаюсь...

– Это потому, что ты старый.

Ох!

– По с-сравнению с магом Черной башни я совсем...

– Со мной все в порядке, ведь я еще молод.

Уф, двойное попадание!

Мне захотелось вернуться в покой, который окружал меня совсем недавно... Я с грустью смотрела на сцену, что разворачивалась передо мной. Эх, насколько придется Лукасу напрячь все свои пять чувств, чтобы понять, что я здесь?

– Почему ты вечно цепляешься к магам?

– Ах, принцесса!

Стоило мне открыть рот, как маги, заметив меня, расплылись в улыбке. Ох, как же они обрадовались. Даже глаза на мокром месте? Да уж, похоже, что им туго приходится с Лукасом!

Я взглянула на Лукаса, который, в отличие от затюканных магов, выглядел спокойным и расслабленным.

– Когда это я к ним цеплялся?

– Да ты каждый день этим занимаешься, разве нет?

С каких пор он стал так на них кидаться? Должно быть, его забавляла их реакция. Но Лукас даже не стал делать вид, что задумался над моими словами, и быстро повернулся к другим магам.

– Вы тоже так думаете? Что я цепляюсь к вам?

– Н-никак нет!

– Да что вы!

Однако лица магов вдруг стали задумчивыми. Чуть ли не моментально они самозабвенно отрицательно замотали головами. Хм, что же за выражение было на лице Лукаса? С моего места я не могла его видеть, но мне этого и не требовалось: по бурной реакции магов я прекрасно могла его себе представить.

Затем он повернулся ко мне:

– Это просто дружеские перепалки. Лишнее подтверждение тому, насколько мы все здесь близки.

Его ослепительная улыбка меня не проведет!

Когда Лукас снова бросил короткий взгляд на магов, те усердно закивали.

– Именно так!

– Мы слу... кхм, драгоценные коллеги господина Лукаса!

– Верно! Мы коллеги, вместе проливающие пот, кровь и слезы!

Если вы коллеги, то зачем вместе проливать пот, кровь и слезы?

Даже сейчас, когда они все это говорили, их глаза были на мокром месте!

– Принцесса все никак не поймет наши отношения. Думаю, она поверит, если я по-дружески проведу вам урок магии.

Брошенная ненароком реплика Лукаса привела магов в ажиотаж: те подняли руки, словно только того и ждали. Они напоминали аквариумных рыбок, которым бросили корм.

– Ах! Урок магии?! Чур, я первый!

– Нет, я! У меня 999 999 вопросов к магу Черной башни!

– Именно я пролил больше всех крови, слез и пота! Если вы выберете меня, ни за что не пожалеете!

Интересно, кандидаты в президенты так же отчаянно сражаются за пост? Стоило Лукасу немного затронуть тему магии, как толпа магов едва ли не взорвалась от энтузиазма. И я подумала, что раз маг – то маг до мозга костей.

Глава 165

Неужели оно того стоило? Да, получить урок от настоящего мага Черной башни – невероятно ценная возможность, которую нельзя было купить даже за сотни миллионов золотых.

Но, кхм, Лукаса подобные вещи всегда напрягали, хотя и казалось, что он уже научился нормально отвечать на вопросы... А если вспомнить, что он до сих пор ходит в своем юном облике и проявляет своего рода заботу о магах, которые к нему еще не успели привыкнуть...

– Давайте первым пойдет тот, кто быстрее всех десять раз по вторит: «Лукас – самый красивый и гениальный маг в мире!»

...Чего?! Он что, лидер какого-то культа?!

– Да-а-а! Лукас – самый красивый и гениальный маг в мире!

Однако маги сошли с ума и действительно принялись восхвалять его. Я сначала остолбенела от увиденного, а потом цокнула языком и покинула башню.

* * *

– Не будь с ним столь дружелюбна, – вечером того же дня сказал Клод с крайне неловким видом. Надо ли говорить, что речь шла о Лукасе? – От таких скользких типов лучше держаться подальше.

– Разве не ваше величество приставил к принцессе этого самого скользкого типа?

– Феликс, когда это я разрешил тебе войти сюда?

Клод одним лишь мрачным взглядом выгнал рыцаря из комнаты. Ох, Феликс! Ну зачем ты сказал такую ненужную правду?

– Тебе не о чем беспокоиться. К-кхм, он оказался п-приятнее, чем я думала.

Ох, я еще и заикаться неожиданно начала.

Н-но правда. Так почему меня мучала совесть, когда я пыталась назвать Лукаса хорошим? Возникло такое ощущение, будто сейчас сюда вот-вот ворвутся главный дед и другие маги, которые едва на ногах стояли после издевательств Лукаса...

– Если он хороший, то в мире просто не существует плохих людей, – громко фыркнул Клод, словно услышал смешную шутку.

Ох, все попытки Лукаса создать хорошее впечатление потерпели крах! Но он и впрямь был милее, чем можно было подумать.

– Н-нет. Хоть Лукас и не похож на такого человека, он честный, умеет слушать, поэтому...

А почему я защищаю этого парня?.. Я перестала это делать и замолчала, осознав, насколько это неловко. Затем я внезапно заметила, с каким страшным выражением лица на меня смотрел Клод.

– Понятно, он тебя околдовал.

А? Околдовал?

– Я еще подумал, как странно, что ты так его выгораживаешь. Я удивилась словам Клода, но сразу пришла в себя, когда он с грозным выражением лица поднялся из-за стола.

– Нужно тотчас же избавиться от этого...

– Ой, папа!

Вы даже представить себе не можете, как тяжело было остановить Клода, который уже рвался раздавить Лукаса. Если эти двое схлестнутся в схватке, кто из них выйдет победителем? Как бы силен ни был Клод, Лукаса изначально едва ли можно было назвать человеком. Так что Клод, наверное, проиграет.

Конечно, такое я ему сказать не могла – он бы разозлился еще больше. А от этих мыслей мне еще сильнее захотелось остановить Клода. Как же тяжело жить.

* * *

– Принцесса, как прошел ваш день?

Ох, он был ужасно насыщенным.

Я едва сдерживала слезы, пока нежная рука расчесывала мои волосы. Главное, что Лили рядом, поэтому я не плачу, даже когда мне грустно и одиноко!

– Лили, ты мой ангел.

– Для меня огромная честь быть ангелом принцессы.

Когда я увидела в зеркале улыбку Лили, мое сердце растаяло от нежности. Ах, эта исцеляющая улыбка.

– Завтрашний день будет лучше.

Ее слова напомнили мне напутствие Клода, которое он дал мне на прощание. Он сказал, чтобы я вечером решила, чем хочу заняться завтра, и дала ему знать. Вспомнив этот разговор, я рассмеялась.

– Даже не верится, что принцессе уже почти восемнадцать.

Рука Лили, расчесывавшая мои волосы, замедлилась. На ее лице отражалась целая гамма эмоций. Я повернулась к ней и шутливо произнесла:

– Прошу, продолжай заботиться обо мне, хоть я уже и взрослая.

– Конечно. – Лили улыбнулась моей шутке, и мы наклонились друг к другу. Когда наши взгляды встретились, мы весело рассмеялись.

Чуть позже Лили отправила меня спать и ушла к себе. Но я постоянно ворочалась и не могла заснуть, поэтому встала и вышла на балкон, освещенный белой луной.

– Ах, какая она яркая.

Сегодня было полнолуние. Даже при выключенном свете в комнате было светло, как днем.

Неужели мне правда уже восемнадцать стукнет? Наверное, мое лицо сейчас было таким же, как у Лили пару минут назад.

В оригинальной «Милой принцессе» Атанасия – бах! – отправилась на тот свет от рук Клода как раз в свой восемнадцатый день рождения. Поэтому сперва я мечтала хоть как-то пережить этот день и зажить долго и счастливо. Мне до сих пор не верилось, как хорошо все складывалось. А ведь мне уже восемнадцать.

Перед глазами вдруг пронеслись воспоминания всей моей жизни. Вот она, моя история... В ней хватало странностей. Но тем не менее все эти годы я была счастлива.

– Привет, принцесса.

От воспоминаний, в которые я успела погрузиться, меня отвлек раздавшийся откуда-то сверху наглый голос. А, снова он? Да, он явно не даст мне времени побыть серьезной.

– Что, уже начались возрастные проблемы со сном?

– Даже если я еще на год старше стану, сомневаюсь, что они у меня начнутся. Я все еще молода.

Хотя что ему рассказывать – этому древнему магу, которому уже давно за сотню лет? Ха!

– Прошло десять лет с тех пор, как я тебя встретил.

Похоже, что Лукас сегодня разделял мои сентиментальные чувства, раз сказал такое.

– Да. Уже десять лет.

А ведь и правда, мы знакомы уже столько времени.

– Когда я тебя впервые увидела, ты мне совершенно не понравился.

– Что? А что я такого сделал? Я ведь был добрым и милым волшебником, да?

Он это о себе?.. Ха, его невинная мордашка меня не проведет!

– Как быстро время летит, – я взглянула на луну, не обращая внимания на обиженный вид Лукаса.

– Тебе всего восемнадцать, а говоришь так, словно уже всю жизнь познала.

– Если ты не заметил, мой ментальный возраст опережает физический.

– Ты все равно молодая.

Когда это говорил Лукас, мне казалось, что он прав. Ну, так и было, наверное. По сравнению с ним я действительно была еще молодой, хоть и жила свою вторую жизнь.

– Но это были очень интересные десять лет с тобой.

Наверное, потому, что это был последний вечер перед моим восемнадцатым днем рождения, я наконец решилась сказать то, на что раньше не хватало духа. Конечно, бывало, что я чувствовала себя убитой горем или расстроенной из-за него, но мне все равно было весело. За эти годы я ни разу не заскучала.

Я улыбнулась. Ветер мягко трепал его черные волосы. Лукас смотрел на меня, не говоря ни слова. Тут моих губ коснулось тепло, что было нежнее весеннего ветерка.

Я разглядывала его лицо и даже не заметила, как парень подошел ко мне. Я и осознать не успела, что вижу свое отражение в его рубиновых глазах, оказавшихся так близко ко мне.

Лишь через пару мгновений я поняла, что губы Лукаса коснулись моих.

– Ты что сейчас... – тихо и удивленно выдохнула я, но не успела договорить, как мои губы снова накрыло уже знакомое тепло.

Я и подумать не могла, что он снова так сделает, поэтому замерла и даже перестала дышать. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он отстранился.

Он выглядел так спокойно, словно ничего не произошло. Я сперва даже не знала, как реагировать. Но как только пришла в себя, то запаниковала.

– Т-ты, ты...

Как ни посмотри, это не могло быть случайностью или ошибкой. В первый раз еще может быть... Нет, такое вообще не может быть случайностью! Тем более не один раз, а два!

– Ты что творишь?! – спросила я, смущенная до крайности.

Что, что он сейчас сделал? Что он со мной сделал?!

Лукас же ответил так, будто его не волновало мое смущение:

– Ой, прости. Просто ты выглядела очень красиво.

Ой. Ну вот как тут можно было не лишиться дара речи?

– Т-то есть ты делаешь так с каждой, кто выглядит красиво?

Лишь такую глупость я смогла ляпнуть в подобном состоянии.

– Что? Конечно, нет.

Пока я внутренне сходила с ума, Лукас прищурился и рассмеялся, словно услышал какой-то бред.

– Мне захотелось это сделать, потому что это ты.

Ой, я снова потеряла дар речи. Эта ситуация казалась до жути смешной. И то, что произошло, и тот диалог, который мы сейчас вели, – все было странным и неловким.

Я чуть не поседела, но продолжила нести чепуху:

– Ты... вот так, без разрешения...

– А, так с разрешения можно?

Ой, я не к этому клонила!

Лукас оставался собой – бесстыдником. А я, как и многие другие, сама того не осознавая, поддавалась его влиянию.

– Я хочу сделать это еще раз. Можно?

Какая же я странная. Увидев перед собой лицо Лукаса, залитое ярким лунным светом, я не смогла произнести ни слова. Я поджала губы, молча глядя на него.

Наши взгляды пересеклись, и он снова шагнул ко мне, его рубиновые глаза не дали мне возможности ответить. Нет, скорее я хотела верить, что мне не дали возможности ответить.

Когда наши губы вновь соприкоснулись, я невольно закрыла глаза. Тепло ласкало меня немного глубже, чем раньше.

Что? Что это? Что я сейчас с ним делаю? В голове поднялся ужасный шум, но, когда Лукас провел рукой по моим волосам и остановил ее на затылке, все мысли стихли.

Немного позже передо мной открылись глаза, похожие на распустившиеся ночью розы.

– Ха, ты вся покраснела.

В голосе, на ухо прошептавшем эти слова, слышался смех, похожий на легкий весенний ветер. От этого щеки загорелись еще сильнее.

Я не знала, куда смотреть, разрываемая желанием то ли убежать и спрятаться за занавеской, то ли остаться и подольше рассматривать эту улыбку на прекрасном лице.

Внезапно вдалеке раздался звон колокола, возвещающий полночь. Наступил мой восемнадцатый день рождения, который должен был стать концом истории. Но для меня этот звук стал знамением начала чего-то нового.

Конец

Дополнительные истории

Даже в восемнадцать нигде не найти покоя

Глава 166

– Что?! Что вы только что сказали? – Маги Черной башни разинули рты, не веря своим ушам. Они не могли принять услышанное.

Однако человек, что так их шокировал, все еще валялся на диване и лениво поедал закуски.

– Вы что, глухие? И это в таком-то возрасте. Что ж с вами дальше будет?

Маги едва не задохнулись от вновь поднявшейся жгучей волны негодования. Но их противником был сам Лукас. Так что им не оставалось ничего иного, как смириться.

– Не в этом дело... Мне кажется, что мы просто вас неправильно поняли. Повторите, пожалуйста, еще раз...

В ответ на пресмыкания магов Лукас раздраженно цокнул языком. И с таким видом, словно делал им невероятное одолжение, все же ответил:

– Я спросил, что обычно нравится девушкам?

Глаза магов комично округлились. Они думали, что ослышались, но нет! Все ведь это слышали? Он действительно это спросил?

– Ч-что обычно нравится девушкам?.. Неужели господин Лукас...

Изначально они пришли к Лукасу, чтобы расспросить его о древней магии, но теперь дружненько едва не хлопнулись в обморок, словно глотнули крысиного яда. Им до жути хотелось задать один вопрос, но не могли этого сделать.

«Неужели у тебя есть девушка?»

Девушка?

Девушка?!

Девушка!..

Кто это? Тот самый Лукас?! Лукас, много столетий занимающий место того самого мага Черной башни, влюбился?!

Но они даже этого не могли узнать.

– П-п-почему вы это у н-нас спрашиваете?.. – заикаясь, поинтересовался один из магов.

– А что, нельзя? – на лице Лукаса читалось недоумение. Немного поразмыслив, он словно что-то понял и выдохнул: – Ах, ну да. Как-то я не подумал, что раз вы тут, то в подобных вещах вообще ничего не смыслите. Виноват.

Его наполненный жалостью взгляд лишь отталкивал магов. Как и сказал Лукас, большинство магов Черной башни были одинокими. Тех, кто состоял в отношениях, можно было по пальцам одной руки пересчитать. И лишь редкие исключения заводили семью.

Но они ведь служили императору и денно и нощно занимались магией. Если у них и выдавалась свободная минутка, она уходила на то, чтобы изучать формулы или сидеть в башне, уткнувшись в книгу.

К тому же маги, как правило, были индивидуалистами, а иногда и откровенными эгоистами. Они вряд ли стали бы хорошими романтическими партнерами!

Но! Им совершенно не хотелось, чтобы на подобное кто-то указывал, особенно Лукас!

– Ну и что, что мы т-тут?!

– Да! Дело не в том, что мы не хотим завести отношения! Мы не можем!

– А все потому! Что мы! Уже женаты на магии!

– Ве-е-ерно!

– Все так! Все так!

И если уж речь зашла про скверный характер, то хуже Лукаса никого не найти. А его возраст! Уже перевалил за трехзначные цифры, и тот просто перестал его считать. Вопиющая несправедливость! Трагическая несправедливость! Чем они хуже него?

– Эй, чего вы тут всей толпой развопились?! В ушах уже звенит.

Однако стоило им увидеть хмурое лицо Лукаса, как маги непроизвольно вздрогнули от неожиданного осознания.

Неужели все дело в лице?.. Так ведь, да?

– Я правильно понимаю, что никто не в курсе? Тц, ваша жизнь прошла зря, совершенно зря. Как же так вышло, что никто из вас этого не знает?

Похоже, Лукас решил сбросить на них такую «бомбу», чтобы их подстегнуть. И, словно не замечая трясущихся от гнева или унижения магов, он раздосадованно качал головой и всем своим видом словно говорил: «Как же уныло вы живете».

– Н-но господин Лукас, почему вы такое у нас спрашиваете?

– Точно! Неужели есть то, чего вы сами не знаете?

– Неужели за все свои годы вы ни разу ни с кем не встречались?

Похоже, что за время работы с Лукасом маги не только улучшили свои навыки, но и смелости набрались. Сперва они трепетали перед ним, ведь они были свидетелями «второго пришествия великого мага Черной башни». Но люди ко всему привыкают. По истечении времени из их памяти понемногу стерлись воспоминания об ужасной Каре богов, от которой казалось, что их души вознесутся на небеса.

К тому же с тех пор Лукас не делал с ними ничего особенно ужасного. Даже наоборот, если они спрашивали его о магии, он ворчал, конечно: «Тц, ну вы и невежды! Даже этого не знаете!», но в итоге все равно объяснял. Да, после этого он мог еще изрядно их помучить, но никогда им не казалось, что их жизням по-настоящему что-то угрожает.

...Хотя бывали дни, когда во время тренировок они балансировали на грани жизни и смерти.

Но, как бы то ни было, они осмелились высказать Лукасу все это.

– Ха, народ... – Лукас усмехнулся, и в головах магов сработал сигнал тревоги. – Похоже, я стал с вами слишком мягок, раз вы так расслабились?

В его тоне не слышалось ни капли угрозы. Но от этого становилось только хуже! Его мягкий и нежный голос магов напрягал сильнее любого крика.

– Такими темпами вы еще и нравоучения мне читать начнете.

– К-конечно нет!

– А что? Разве друзья не так поступают? Так ведь всегда и бывает.

На этих словах Лукас улыбнулся. Однако никто из присутствующих не поверил его улыбке.

– А, кстати. Вы ведь говорили, что нужно отправиться на вулкан Синерия, чтобы взять материалы для исследований? – Маги переглянулись. Вопрос прозвучал неожиданно и явно не к месту. – И даже жаловались, что туда так долго добираться?

Лукас расплылся в широкой улыбке.

– В этот раз я вам помогу.

– Что?!

– Вам ведь приходится по очереди использовать заклинание телепортации на короткие расстояния. Это не может не изматывать. Я просто напрямую отправлю вас сразу туда. Прямиком на вершину вулкана, куда вам и нужно.

– П-почему вы вдруг об этом заговорили?..

– Даже не благодарите. Мы ведь друзья.

– Стойте, госпо!..

Шух!

Обеспокоенные вопли магов растворились в воздухе от одного взмаха руки.

Буш!

В лица магов ударил взявшийся из ниоткуда теплый воздух. Они завороженно разглядывали окружающий их пейзаж.

«Где мы? Кто я?»

Бабах!

Но сколько бы они ни терли глаза, видели лишь черный как смоль дым. Их тела окатило жаром, и маги тут же пришли в себя.

– А-а-а!

– А, я горю!

– Защитное заклинание! Защитное заклинание!

– Нет, лучше заклинание охлаждения!

– Давайте просто телепортируемся к подножью!

– Господин Лука-а-ас!..

Внезапно, без малейшего предупреждения, маги оказались в жерле извергающегося вулкана. Их вопли тонули в реве раскаленной земли. И ответом им послужили лишь грохот и шум поднимающейся лавы.

* * *

– Закончим на сегодня?

– Даже если бы я и хотел продолжить, в моем возрасте сил остается уже не так много, поэтому приходится их беречь.

В комнате, залитой ярким солнечным светом, мы с Эванессером, главным дедом, изучали древнее заклинание. Но похоже, я немного увлеклась. Взглянув на часы, я с удивлением поняла, что сидела за магической формулой уже три часа.

– У меня уже и перед глазами все плывет, и плечи ноют... Эх, была б у меня внучка, которая сделала бы мне массаж, я бы тут же встал на ноги.

Нет, ну вы только посмотрите на это возмутительное поведение!

Что бы он ни сказал, его слова не могли меня тронуть. Хоть он и дед, но выглядит лет на 30! Однако я понимала, что маг и правда был уже довольно стар, и решила пошутить:

– Какая жалость, что мои массажи предназначены лишь для папы.

– Ах, но его величество за все эти годы стал мне почти сыном, так что и вы, принцесса, для меня почти как внучка...

– Если вы сможете повторить это при нем, я согласна.

– Хо-хо-хо, что ж, тогда до завтра.

С коротким смешком, не соответствующим его истинному возрасту, главный дед вылетел из комнаты, только пятки сверкали. Глядя ему в спину, я цокнула языком. Даже спустя столько лет сила Клода не могла не поражать. Какой же влиятельный у меня папа!

Распираемая гордостью, я встала из-за стола и направилась к себе.

Сейчас мы занимались в Изумрудном дворце. Раньше я каждый день ходила в Черную башню, где работала вместе с другими магами, но мне это надоело, поэтому я отвела под это отдельную комнату во дворце.

И вообще я старалась как можно реже появляться в Черной башне. Поэтому главный дед иногда приходил ко мне, чтобы помочь или вместе подумать над решением задач.

– Принцесса, вы уже закончили?

– Лили!

По дороге из кабинета в свою комнату я встретила Лили. Никто меня не беспокоил, ведь все знали, что я максимально сосредотачиваюсь на работе.

– Да, решила сделать перерыв.

– Тогда я скоро принесу вам чай.

– Спасибо, Лили.

Ах, она лучше всех.

Я, как всегда, была крайне тронута заботой Лили и поспешила в свою комнату. Горничная улыбнулась и крикнула мне вдогонку:

– Кстати, принцесса. Пришло письмо, которое вы так ждали. Я положила его на ваш стол.

Эта новость привела меня в неописуемый восторг. Я даже не могла вспомнить, когда так радовалась в последний раз. В мгновение ока оказавшись в комнате, я нашла письмо и глубоко вздохнула.

«Принцессе Атанасии от Дженит Магриты».

На ярко-желтом конверте, от которого веяло весной, красовалась надпись, выведенная аккуратным почерком. Я немного постояла у стола, пытаясь успокоить нервишки, а затем взяла письмо и села на диван.

Недавно мы с Дженит возобновили переписку. Для меня это было очень важно, и сейчас мое сердце было готово выпрыгнуть из груди.

– Ой.

Когда я наконец открыла конверт и развернула письмо, мне на колени что-то упало.

– Цветок?

Я озадаченно взглянула вниз и увидела красивый засушенный цветок фиолетового цвета.

«Здравствуйте, принцесса. Сегодня здесь снова выдалась солнечная погода».

Я начала читать письмо Дженит, в котором меня тут же встретило теплое дружеское приветствие.

Глава 167

«В теплице, за которой я ухаживаю с начала года, наконец-то распустились цветы. Это ипеон нежно-фиолетового цвета».

Ой, неужели засушенный цветок – это он и есть? Он ведь фиолетовый, значит, вполне возможно...

«Я подумала, что из него может получиться красивая закладка, и попробовала его засушить. Вышло действительно симпатично. Потом я подумала о Вас и решила засушить еще несколько штук. Вы найдете их внутри конверта. Их лепестки похожи на звезды, не правда ли?»

Я улыбнулась и коснулась цветов в конверте.

После отъезда Дженит все новости о ней приходили через Иджекиила. Сперва я сильно переживала, но, к счастью, казалось, что у нее все наладилось.

Не так давно, когда я впервые получила письмо от Дженит, а не от Иджекиила, я не могла поверить своим глазам и некоторое время просто тупо смотрела на конверт. Пока я неторопливо читала письмо, у меня защипало в глазах.

«Тогда мои слова могли прозвучать так, словно я обвиняла принцессу, однако это не так. Очень нелегко утешать того, кто нуждается в утешении, протянуть ему руку помощи и заговаривать с ним всякий раз, когда ему того захочется. Если бы я была на Вашем месте, сомневаюсь, что смогла бы сделать даже то, что сделали Вы».

Но мне казалось, что Дженит повела бы себя гораздо лучше меня. Даже сейчас. Будь я на ее месте, не уверена, что решилась бы вот так написать ей. Я была одновременно благодарна Дженит и жалела ее.

После этого мы временами обменивались письмами и делились своей повседневной жизнью. Конечно, наши отношения были уже не такими, как раньше, но я подумала, что было бы неплохо, если б смогли таким образом постепенно сокращать расстояние между нами. Кто знает, может, однажды мы сможем взглянуть друг на друга с улыбкой.

Надеюсь, что Дженит счастлива. Она этого заслуживает. Если она станет счастливой, моя душа успокоится.

– Хм, ты частенько переписываешься с химерой.

– А-а-а!

Раздавшийся за моей спиной голос так напугал меня, что я упала. Вскочив на ноги, я громко крикнула:

– Л-лукас!

– Это ты так рада меня видеть?

Стоило мне повернуть голову, как передо мной появилось улыбающееся лицо Лукаса.

Я какое-то время смотрела на юношу, но в итоге не выдержала и телепортировалась.

Шух!

– Х-ха, х-ха, х-ха!

Только когда пейзаж передо мной сменился, я смогла перевести дух – и тут же ойкнула. Во время телепортации я думала лишь о том, как бы оказаться подальше от Лукаса. Поэтому понятия не имела, где именно очутилась.

Я была совершенно сбита с толку. Однако знакомый белый свет, мелькающий перед глазами, нежный аромат, витающий в воздухе, подсказывали, что это розарий.

– Ты чего вдруг телепортировалась?

«А!» – внутренне вскрикнула я, снова услышав голос Лукаса.

На самом деле мне совершенно не хотелось его видеть. В этом ведь и был смысл побега! Но он так быстро нашел меня.

Шух!

Снова воспользовавшись магией, я оказалась в банкетном зале Сапфирового дворца. Сейчас здесь никого не было, и в зале царила тишина. Столы и стулья стояли без дела, а стены были затянуты белой тканью.

Однако Лукас снова нашел меня. Он появился из воздуха и игриво потянул меня за волосы.

– Хм, решила поиграть со мной?

– Хватит меня преследовать!

Когда я посмотрела в глаза Лукаса, что были так близко, мое лицо тут же вспыхнуло. После этого я еще несколько раз пыталась сбежать с помощью магии. Но все попытки оказались тщетны.

В Рубиновом дворце, куда меня привела пятнадцатая попытка побега, я в отчаянии уселась перед фонтаном.

– Набегалась? – Лукас сидел на фонтане и с любопытством наблюдал за мной. – Я даже и не знал, что тебе такое нравится. Хотя да, подобное часто встречается в тех книгах, которые ты читаешь.

От его следующих слов мне захотелось кричать.

– Так называемая игра в догонялки?

– Нет!

Догонялки? Игра в догонялки?!

Да ни капельки! Я сейчас с ним вообще не играла!

– Если бы я знал, что тебе такое нравится, я бы уже давно с тобой поиграл.

– Да не в этом де!..

Меня так переполняла злость, что я даже не смогла закончить фразу. Затем я обеими руками закрыла лицо и попыталась успокоиться.

Я же не могу прямо сказать, что просто смутилась от одного его взгляда! Эх...

С моего прошлого дня рождения каждый раз, как я видела Лукаса, мне казалось, что я умираю. А хуже всего было то, что у меня начались проблемы с сердцем. Все из-за Лукаса! Это он все со мной сделал!

– Почему с тобой так трудно увидеться в последнее время?

Как бы это странно ни звучало, Лукас вел себя со мной как обычно. Неужели он не понимал, что я намеренно под завязку забивала свое расписание и не появлялась в Черной башне? Даже сейчас он, похоже, воспринимал нашу гонку на телепортах как своего рода игру.

Мне стало неловко, и я принялась оправдываться:

– Я в последнее время учусь быть императрицей.

– Хочешь стать императрицей?

– Кто знает, что случится в будущем. Лучше быть готовой.

Эх, ну как так? Лукас был так спокоен, и я почувствовала себя глупо из-за того, что накрутила себя и подняла такую шумиху. Напряжение, что охватило меня, неожиданно исчезло. Осталась только странная пустота.

Тц! Если он живет спокойно, то почему я должна так переживать?!

Ну, подумаешь, мы поцеловались. Что в этом такого? Я ведь и Черныша целовала, и Нокса. Та же самая ласка, что с питомцами.

Однако почему-то от такого расслабленного и спокойного вида Лукаса мне стало немного грустно, но я не хотела этого показывать.

– У тебя талант к изучению всякой нудятины.

Как и всегда, он со скучающим выражением лица цокнул языком. Но на этот раз я поняла реакцию мага. Изучать императорское дело было действительно скучно. Занятия сильно отличались от тех, что я себе представляла.

Совершенно позабыв, что всего минуту назад убегала от Лукаса, я поставила локти на борт фонтана и подперла подбородок руками. Со вздохом я произнесла:

– Это правда отличается от того, что я сперва себе представляла.

«Монарх может быть лжецом».

«Монарх может быть лицемером».

«Однако вы, как монарх, до самой смерти никому не должны этого показывать».

– Так вот чему тебя учат.

Я думала, что узнаю что-то интересное. Если так посмотреть, то одни из самых известных людей – императоры. Когда читаешь про них в учебниках, то думаешь, что они все очень крутые! А на деле – вот оно что.

Так что да, поводом для моего беспокойства был не только Лукас.

– Что делает императора хорошим?

– Почему бы тебе не спросить у отца?

– Хм. Почему-то мне кажется, что ответ на этот вопрос я должна найти сама.

Да, как и сказал Лукас, я могла спросить у Клода, но решила этого не делать.

– Ну, в будущем определишься. Времени-то у тебя полно, – невозмутимо ответил маг.

Кхм, с чего гаденыш это взял? В смысле «у меня полно времени»?!

– Я слишком поздно начала. Мне уже восемнадцать.

– Тебе с отцом еще жить несколько сотен лет, так что я бы даже сказал, что ты слишком рано начала, не думаешь?

– Что?.. Несколько сотен лет?!

Брошенные мимоходом слова Лукаса меня поразили. Нам еще жить несколько столетий?! Как это?!

– Нет, я в курсе, что маги живут долго! Неужели наша с папой магическая сила настолько велика?

Мы что, на уровне Этернитаса, величайшего мага-императора всех времен?!

– Ты уже забыла мой подарок на твой день рождения? Вы с отцом оказались под действием Мирового древа.

Я могла лишь удивленно открыть рот.

Когда у Клода была амнезия после моего магического взрыва, Лукас внезапно огрел его веткой по голове и заявил, что это поможет! А потом сказал, что мою магию нужно стабилизировать, и огрел веткой еще и меня. Но после этого у меня стало будто бы больше маны...

– Ах! Так вот в чем дело?

Однако даже если мне действительно предстояло прожить еще несколько веков, я этого на самом деле совершенно не хотела.

– Поэтому тебе стоит думать наперед и строить планы на будущую жизнь. А за учебу могла бы и через сотню лет засесть. Так что можешь без зазрения совести временами играть со мной, когда захочешь, – проворчал Лукас. Пока я все еще пыталась прийти в себя, он потянулся к моим волосам и начал играть с ними. – Кстати, разве девушкам не нравится, когда им делают подарки?

Вопрос прозвучал так, словно эта мысль только что пришла ему в голову.

Что?.. Он так спрашивает у меня, что нравится девушкам?

Неужели он хочет мне что-то подарить?.. Но если так, то он бы не стал меня об этом спрашивать, правда? Может, у него есть другая девушка? Неужели в мире существует девушка, ради которой Лукас готов постараться и подготовить подарок?

Тут мне стало очень не по себе. Я не могла точно выразить свои чувства словами, но мне казалось, что под ложечкой засосало еще сильнее, чем раньше.

– Подарок есть подарок, поэтому она будет рада любому.

Я даже не осознавала, насколько резко прозвучал мой голос.

– Раз так, то, может, у тебя есть какие-нибудь идеи? – Лукас потянул прядку моих волос и начал выспрашивать подробности.

Но мне-то откуда знать?! Разве я знаю, что подарить другой девушке?!

– Как думаешь, чего бы тебе хотелось? – От снисходительно го тона мне захотелось вцепиться ему в шевелюру.

Как он мог спрашивать девушку, которую поцеловал, о подарке для другой? Что за бесчувственный гаденыш?!

– Хм. У меня есть все, что мне нужно, так что ничего не хочу. Разве что ты дракона раздобудешь, – неловко пошутила я.

Ох, что это я? Почему я говорю так, словно он мне подарок делать собрался? Пусть и так, но я принцесса, у меня и так есть все лучшее. И мне не нужны никакие подарки от таких, как Лукас. Я лучше всех! Ха!

Пока я злилась без всякой причины, парень смотрел на меня так, словно я сказала нечто неожиданное.

– Что? Дракон? Они тебе нравятся? Девушкам нравятся драконы?

– Мне-то откуда знать?! Если тебе больше нечего сказать, проваливай!

– Ладно. Тогда до встречи, – с этими словами Лукас внезапно исчез, несмотря на мое хмурое лицо.

И без того плохое настроение упало ниже плинтуса, поэтому я телепортировалась в Гранатовый дворец к Клоду.

Глава 168

– Папа-а-а!

Клод и бровью не повел на мое неожиданное появление. Он был в саду, у куста с фиолетовыми цветами. Я подбежала к нему.

– Не бегай.

Несмотря на то что я была уже взрослой, он по-прежнему обращался со мной, как с ребенком. Так боялся, что я упаду, что сказал это вместо приветствия. От этой мысли мое сердце екнуло. Поэтому я обняла Клода и закричала:

– И все же ты, папа, нравишься мне больше всех на свете!

Не нужен мне никакой мужчина! Ничего больше о Лукасе знать не хочу, хм!

Я и сама удивилась от того, что я так расстроилась из-за произошедшего, но ничего не могла с собой поделать.

– Как приятно видеть, что вы и сегодня близки, как всегда, – раздался чей-то радостный голос.

Ой, это же Феликс! А ведь и правда, он раньше ушел из Изумрудного дворца. Выходит, чтобы навестить Клода? Хм? Мне кажется или с ним что-то не так?

– Феликс, в последнее время у тебя не случалось ничего хорошего?

– Хм? Хорошего?

Я озадаченно рассматривала лицо Феликса.

– Ты сегодня почему-то выглядишь лучше обычного.

А ведь в последнее время он и правда выглядел очень хорошо. Цвет кожи стал здоровее, да и энергии у него прибавилось. Неужели?..

– Ты будто бы даже немного помолодел?..

– Ах, правда? – воскликнул Феликс, словно сам вдруг осознал это. – Наверное, это эффект оздоровительного супа, дарованного мне его величеством!

Неужто правда?

Весь прошлый месяц Феликс прилежно исполнял приказ Клода и каждый день ел оздоровительный суп. Неужели сейчас как раз проявляется его эффект? Правда, что ли?

– Ваше величество, не хотели бы и вы его отведать? – с сияющим лицом Феликс обратился к Клоду. – Я заметил, что и вы, ваше величество, уже не тот, что раньше, и все думал, как можно было бы вам помочь. Но теперь, испробовав на себе целительный эффект оздоровительного супа, могу с готовностью его вам рекомендовать.

В этот момент я увидела, как дернулись брови Клода.

Это в-ведь плохой знак, да? Феликс, надо поскорее заканчивать этот разговор, не находишь?

– Вот как? Я и не знал, что ты так за меня волнуешься.

– Я ваш покорный слуга и всегда искренне волнуюсь за ваше состояние.

Однако воодушевление Феликса быстро сошло на нет. И причиной тому – следующая фраза Клода:

– Похоже, что заморский суп настолько пришелся тебе по вкусу, что надо дать тебе его побольше.

– В-ваше величество? – в глазах Феликса читалось неподдельное потрясение. – М-мне его более чем хватило, поэтому, пожалуйста, не надо, ваше величество...

– Мне-то достаточно просто хорошенько отдохнуть, чтобы снова прийти в форму, но ведь ты не такой. Какое облегчение, что оздоровительный суп дает столь ошеломительный результат.

Я почувствовала, как капля холодного пота стекла по спине. Каково же сейчас Феликсу?

Эх, Феликс-Феликс! Как он мог сказать папе в лицо, что тот уже не тот, что раньше? Он ведь столько лет провел рядом с Клодом! Неужели до сих не понял, что он за человек? Феликс безнадежен.

– Долг монарха – заботиться о своих подчиненных, поэтому даже не сомневайся. Если хочешь, я дам тебе годовой запас оздоровительного супа.

– Э-э-это...

Феликс не мог осмелиться отказаться от предложения Клода и лишь заикался, обливаясь холодным потом. Очевидно, он разрывался между отвращением к супу и желанием остаться в милости у Клода. Хотя милостью это назвать сложно.

Вум!.. Вшу-у-у!

Вдалеке раздался какой-то грохот, и над нами пронесся сильный ветер.

– Почему поднялся такой ветер?.. И что это был за звук? – удивленно вскрикнул Феликс.

Мы с папой повернулись в ту сторону, откуда доносился шум.

– Это где-то внутри дворца.

Как и сказал Клод, видимо, что-то стряслось во дворце. Но что, черт возьми, случилось? Ведь дворец окружен защитным заклинанием!

– Там может быть опасно, поэтому оставайся здесь.

– Ни за что, мы пойдем вместе.

– Ваше величество, принцесса, я пойду с вами... – за нашими спинами послышался голос Феликса, но мы с Клодом воспользовались магией и телепортировались во дворец, оставив рыцаря позади.

От увиденного у меня отвисла челюсть.

– А! Вот и ты.

Посреди всеобщего переполоха стоял Лукас и махал мне, словно мы просто встретились на прогулке. Но то, на чем он сидел...

– Э-э-это ведь!.. – от удивления я не могла связать слова в предложение.

– Дракон? – пробормотал Клод, прищурив глаза, словно не мог поверить своим глазам.

Вокруг нас уже толпились слуги, сбежавшиеся на шум. Они тоже таращились на него с открытыми ртами.

Именно, Лукас приперся в императорский дворец на настоящем драконе! Кхм, он ведь настоящий? Реально, дракон? Похоже на то... Да не, бред какой-то!

Фырк!

Пока я пыталась прийти в себя от шока и потрясения, огромное существо, лежавшее на полу, фыркнуло. И настолько сильно, что мои волосы взметнулись, словно на меня налетел тайфун.

– Лукас, ты чего творишь?! Что ты вообще притащил во дворец?! – потрясенно спросила я у парня. Чего только этот оболтус ни выдумает...

– Твой новый питомец. Разве тебе не нужен дракон? Ты ведь моя девушка. Я так понял, что ты хотела дракона в питомцы. Хочешь на него залезть? – вот такие поразительные слова сказал мне Лукас, спрыгнув с головы дракона с золотой чешуей.

Ч-чего? Питомец? Этот дракон – мой питомец? С какого дуба он рухнул...

«Кстати, разве девушкам не нравится, когда им делают подарки?»

«Хм. У меня есть все, что мне нужно, так что я ничего не хочу. Разве что ты дракона раздобудешь».

В моей голове неожиданно всплыл наш недавний разговор с Лукасом. Я впала в еще больший ступор.

Нет, получается, что... из-за тех моих слов он поперся за драконом. Так, выходит? И он собрался подарить его мне?

Н-но меня интересует кое-что еще!

– С к-каких это пор я твоя девушка?!

– Верно, меня это тоже интересует. Почему моя дочь – твоя девушка?

Вум-м-м!

Стоило мне вскрикнуть, как рядом раздался голос мрачнее тучи. Энергия, исходившая от Клода, была настолько зловещей, что мне показалось, будто рядом оказался еще один дракон.

Однако, как и следовало ожидать, у Лукаса не было ни капли стыда. Он невозмутимо наклонил голову и выдал:

– А разве нет? Мы ведь с тобой в прошлый раз поце...

Я пулей бросилась к нему и закрыла ладонью рот.

Вот же гад! Он с ума сошел? Публично собрался заявить о том, что мы с ним делали?!

Лукас не сводил с меня взгляда, изучая мое пылающее от смущения лицо. Он убрал мою руку со своего рта и прошептал – тихо, чтобы его услышала только я:

– Я мог бы тебя поцеловать хоть сейчас. Почему бы и нет? Тем более что я тебе нравлюсь.

От такой наглости я едва не задохнулась.

– С ч-чего ты это взял?!

Мамочка, этот гад опасен для общества! Когда это я говорила, что он мне нравится?! Т-тогда я не отстранилась потому, что попала под влияние волшебной атмосферы. Дело вовсе не в том, что он мне нравится!

В это мгновение выражение лица Лукаса переменилось. От его следующих слов я снова чуть не вскрикнула.

– Что, удумала меня поматросить и бросить?

Ч-что он только что сказал?.. Поматросить и бросить? Я? Лукаса?

– Так вот ты какая на самом деле...

– Н-нет... О чем ты вообще?..

– Попробовала самое вкусное и теперь хочешь меня просто выкинуть?

От смущения и нелепости происходящего я не могла вымолвить ни слова. Тем временем Лукас смотрел на меня с ужасной обидой на лице, словно вопрошая, как я могла так с ним поступить.

– О чем вы двое там шепчетесь? – неодобрительно спросил Клод, подходя к нам. – Хотелось бы знать, почему ты несешь вся кий бред об отношениях с моей дочерью.

Меня бросило в пот, ведь я оказалась между Лукасом и Клодом.

К слову, всех потрясла новость о том, что Лукас – тот самый маг Черной башни, однако Клод оставался верным себе. Хе-хе-хе, естественно, это ведь мой папа!

– Атанасия. Объяснись. Почему этот тип несет такую околесицу?

Ой, мне это совсем не нравится!

– Н-ну...

Шух!

Меня спас дракон. Зверь внезапно расправил крылья и встал на ноги.

– А-а-а!

Люди, столпившиеся вокруг, застыли, увидев гигантского зверя, но как только он взмахнул крыльями, закричали в панике. Снова поднялся сильный ветер.

– Ого? Решил под кролика закосить? – разумеется, в подобный момент лишь Лукас оставался спокойным как удав. – Эй, успокойся и сядь.

Бах!

Когда Лукас раздраженно цокнул языком, тяжелое тело дракона плюхнулось на пол.

– Я тут тобой хвастаюсь, а ты решил внимание на себя перетянуть? Ты хоть понимаешь, что тебе еще далеко до достойного подарка?

Может, мне просто показалось, но дракон будто бы заскулил, как щенок. Клод, пристально наблюдавший за зверем, мимоходом бросил:

– Дракон... Хм, неплохой питомец для моей дочери.

Ой, оказывается, моему папе тоже нравятся драконы. Н-но и мне... Чем дольше на него смотрю, тем милее он кажется. А ведь это еще и подарок от Лукаса...

Эй, погодите-ка. Выходит, он хотел именно мне подарок сделать? Мог же сразу так и сказать, а не ходить вокруг да около.

– Как тебе кличка Желтыш? Вполне в твоем стиле, – сказал Лукас, закончив воспитывать дракона, и взглянул на меня.

Я быстро взяла себя в руки и спокойно ответила:

– В каком таком моем стиле?

– Что, не нравится? Хочешь, другого дракона приведу? – усмехнулся он, слегка склонив голову.

Я продолжала делать вид, что мне не нравится, но уголок губ предательски дернулся вверх.

Даже не думайте, что мое хорошее настроение как-то связано с Лукасом!.. Он тут совершенно ни при чем!

Уж и не знаю, перед кем я оправдывалась, ведь себя слышала лишь я одна.

Глава 169

– Что ж, тогда на этом все.

– Спасибо вам, учитель.

Сегодняшнее занятие наконец-то закончилось! Я внутренне обрадовалась и вежливо поблагодарила преподавателя, снова усердно рассказывавшего мне об императорах.

– Ах, ну, теперь и жить можно.

Стоило мне оказаться в комнате, я тут же растянулась на диване. До сих пор мне нравились занятия, но чем больше я изучала императорское дело, тем труднее становилось... Похоже, что эта дисциплина не для меня, эх.

А вообще я больше всего хотела жить спокойной жизнью и кушать до отвала, а сейчас готовлюсь занять императорский трон. Не слишком ли сложное испытание для такой простой девушки, как я?

Сейчас я изучала обязанности императора и навыки, необходимые для найма подходящих людей. Но если честно, мне казалось, что я коснулась только верхушки айсберга. Хм, и если мне придется кого-то нанимать, когда стану императрицей, то Иджекиил станет кандидатом номер один...

Я задумалась об Иджекииле. С нашей последней встречи прошло довольно много времени. Поскольку мы с Дженит стали изредка обмениваться письмами, частота нашего общения с Иджекиилом естественным образом сократилась.

Сейчас они жили не в резиденции герцога Альфиоса, а на вилле в районе Килодис. С их переезда прошло не так много времени, а герцог до сих пор не выказывал никаких намерений вернуться. Поэтому в какой-то степени можно рассматривать этот инцидент как признак саморефлексии. Хотя неясно, насколько все это затянется.

Мне, конечно, хотелось снова их увидеть, но я понимала, что сейчас не время, поэтому пока и не поднимала эту тему. Однако подумывала хотя бы разок навестить их лично, хоть Клоду они и не нравились.

– Ах, принцесса. Занятие уже закончилось?

Я какое-то время наслаждалась тишиной и покоем, а затем вышла в коридор, где меня поприветствовала Сет. Похоже, она просто шла мимо моей комнаты, когда заметила меня. От белья в руках девушки исходил аромат чистоты.

– Да, совсем недавно. Где Ханна и Лили?

– Госпожа Лилиан отправилась к старшей горничной, а Ханна сейчас на кухне. Если вам что-то понадобится, пожалуйста, дайте мне знать.

– Нет, я просто так спросила. Похоже, ты занята, так что не буду тебя отвлекать. Мне захотелось немного пройтись.

День был в самом разгаре, и все выглядели очень занятыми. Феликс рано отправился на тренировку со словами о том, что он немного «заржавел»...

Хм, мне, наверное, предстояло провести сегодняшний день в одиночестве.

Обычно, когда у меня появлялась свободная минутка, неожиданным образом – шух! – появлялся Лукас! От неожиданности у меня чуть не случался инфаркт, но сегодня он почему-то снова не пришел.

Кстати, дракона, который он притащил в прошлый раз, отправили восвояси. Оказалось, что Лукас привел дракончика. Взрослые особи плохо поддавались дрессировке, поэтому маг осознанно выбрал именно детеныша.

Хе-хе-хе, вот почему он так сильно отличался от моих представлений о драконах: малыш настолько перепугался и рыдал рядом с Лукасом.

Когда я об этом узнала, устроила парню такую взбучку! Как можно было выкрасть детеныша дракона?!

Что ж, моя вина в случившемся тоже была. Зачем я вообще упомянула драконов? Но я ведь и подумать не могла, что Лукас приведет ко мне настоящего дракона!.. Господин судья, ваша честь! Я не состою в сговоре с Лукасом, правда! Я никак не связана с похищением дракончика!

Я вышла из дворца, тихо бормоча себе под нос оправдания.

У меня так давно не было свободного времени, что я не знала, чем заняться. Зайти в башню? Поиграть с Ноксом и Синяшом? В последнее время я только и делала, что сидела за книгами, поэтому в библиотеку идти не хотелось. Может...

Пока я шла, меня со всех сторон приветствовали слуги. А затем меня осенило, и я щелкнула пальцами.

– Папа!

– Атанасия.

Пейзаж вокруг меня сменился, и я увидела Клода, погруженного в работу. После той выходки Лукаса папа какое-то время был сам не свой, но недавно пришел в норму. Должна отметить, что мне пришлось усердно постараться, чтобы это произошло.

– Что тут у нас? – прищурился Клод. – Кто-то ведь говорил мне, что настолько засядет за учебу, что даже носа не покажет.

Его слова заставили меня вздрогнуть. Ох, на самом деле я тогда искала предлог, чтобы держаться от него подальше. После того случая с драконом он ужасно мучил меня вопросами насчет наших с Лукасом отношений!

– Мне просто ужасно захотелось увидеть своего папу, хехе! – с озорной улыбкой я подошла к Клоду. – У тебя сегодня много работы?

– У меня всегда много работы, – молниеносно ответил он.

Т-точно. У него действительно всегда много работы. Какую же глупость я спросила...

От резких слов Клода я на мгновение растерялась. Но папа вдруг посмотрел на меня и, немного наклонив голову, сказал:

– Но от перерыва я не откажусь.

Я широко улыбнулась. На самом деле я знала, что Клод так скажет. Несмотря на всю свою занятость, папа всегда находил время на меня. Поэтому сегодня я просто решила включить маленькую девочку:

– Тогда давай погуляем за дворцом!

На лице Клода появилось странное выражение, словно он не ожидал подобного предложения. Я ответила ему озорной улыбкой.

* * *

– Многолюдно, грязно и шумно.

Вот первые впечатления Клода после выхода из дворца. Мне нечего было ответить на его бесстрастное заявление, поэтому я просто неловко засмеялась.

Ну как так?! Он вышел с дочерью на прогулку и первым же делом выдал: «Многолюдно, грязно и шумно»! Это уже перебор!

Однако Клод не обратил на меня внимания, окинул взглядом наше окружение и пробормотал:

– Особенно по сравнению с прошлым разом. Наверное, все дело в соревнованиях.

На самом деле мы с Клодом уже не в первый раз выходили в город вместе. Как-то мы смотрели фейерверк, как и договаривались. А однажды, по моему настоянию, мы еще ходили на фестиваль.

– Пойдем туда! – я взяла Клода за руку и повела в гущу толпы.

Хоть он и ненавидел людные места, все равно послушно пошел за мной, не сказав ни слова. Мы были в простой одежде, изменили лица с помощью магии и смешались с толпой.

– Подходите и пробуйте! Специальные цены только сегодня!

– Не пропустите выступление талантливого фокусника! Сегодня в шесть вечера!

– Купите вкусный и полезный тыквенный сок и получите лотерейный билет! Испытайте удачу в погоне за крупным призом!

Кругом стоял шум, а в воздухе витали ароматы еды. Я не отпускала руку Клода и пробиралась сквозь толпу, пока не увидела заветную лавку. Радостно ткнув пальцем в ее сторону, я воскликнула:

– Папа, мороженое!

Этот код означал: «Папа, купи».

Хоть я и не в первый раз просила Клода купить мне что-то, но все равно волновалась. Я ведь уже взрослая, а все равно прошу о подобном, как тут не волноваться? Хотя о чем это я? В восемнадцать лет в Корее люди еще учатся в школе, так что в таких просьбах не было ничего странного!

– Здравствуйте! Вам две порции мороженого?

– Не две. Одну. Со вкусом ванили.

– Полить шоколадным сиропом?

– Какой ты хочешь?

– Шоколадный и клубничный!

Как же папа изменился! Я была ужасно тронута тем, с какой легкостью Клод делал заказ на людях.

У меня слов не хватит, чтобы описать, насколько потешным был наш первый выход в город. Я тогда попросила купить сахарной ваты. Она стоила всего лишь одну медную монету, но Клод бросил на прилавок золотую, отчего продавщица чуть не хлопнулась в обморок. А проходя мимо магазина кукол, я обронила фразу, что хотела бы такую, Клод попытался купить все куклы на прилавке.

– Ну что, вкусно? – с любопытством спросил он, наблюдая, как я уплетаю купленное им мороженое.

Поэтому я протянула мороженое ему:

– Пап, ты тоже попробуй.

– Терпеть не могу сладкое.

Клод с отвращением на лице отказался от мороженого, залитого огромным количеством шоколадного и клубничного сиропов. Ах, это ведь вкусно, чего он? Как мне жаль папу – он не знает вкуса настоящего мороженого!

– Ну, папа! Попробуй хоть разочек!

– Ах! Это они ведь с карамелью! В прошлый раз их не было!

– Папа, куриные шашлычки!

– Закон соленого – вперед за сладкой ватой!

Я продолжала таскать Клода за собой, не отпуская его руки.

– Каждый раз диву даюсь, как в такую крохотную тебя помещается столько еды.

Ой, я думала, что папа уже привык... Но это ведь хорошо, что его дочка так хорошо питается, верно? А ему хватало одного только взгляда на меня, чтобы наесться...

– Хм, ты будто немного набрала в весе. Может, мне кажется, но у тебя щеки пополнели.

Кха!

Я чуть не выронила сахарную вату, услышав его тихий голос. Набрала в весе? Где? Где?!

– А-а-а! Ложь! Клевета! Ничего подобного!

– Что, впервые играете в азартные игры? Если вы проиграли все деньги и у вас больше ничего нет, то проваливайте.

Громкий крик где-то сбоку меня напугал. За ним последовал грохот, словно что-то уронили или перевернули. Шум был слышен даже сквозь гул рынка.

– Драка?

Я навострила уши, а Клод нахмурился. Я была так увлечена едой, что даже не заметила, как совсем рядом с нами началась перепалка. Мне стало любопытно, и я попыталась осмотреться, но теперь уже Клод схватил меня за руку.

– Тут не на что смотреть, так что не обращай внимания.

У-у-у, но мне ведь интересно. Однако у папы было такое серьезное выражение лица, что я решила не упрямиться.

– Юная леди, не желаете ли попробовать? – до меня донесся чей-то голос.

Ой, похоже, что обращались ко мне. Наверное, они заметили мой взгляд.

Глава 170

– Уверен, что вы не побоитесь сделать высокие ставки. Это очень популярная игра среди людей вашего возраста!

Хм? Мужик так меня уговаривал, словно толкал не игру, а что-то запрещенное. Хотя, по правде, и то и другое вредно для здоровья.

Кхм-кхм. Наверное, так говорить нельзя, но складывалось ощущение, что меня пытаются облапошить. Наверное, потому, что выглядела я красиво и наивно, словно ничего не знала об этом мире. Как бы скромно мы ни одевались, нашу натуру так просто не скрыть, поэтому даже здесь люди видели в нас с Клодом богачей и пытались нас надуть.

– Вы, наверное, отец и дочь? Не хотели бы поучаствовать вместе? Можете сделать любую ставку! – даже случайные зеваки ре шили нас подразнить.

Ч-честно говоря, мне хотелось попробовать, но папа не разрешал. А с другой стороны, где найдется такой отец, который будет приветствовать интерес своей дочери к азартным играм?

– Да даже пролетающий мимо воробей был бы более убедите лен, чем вы.

Как и ожидалось, Клод лишь фыркнул. Но какой-то пожилой мужчина решил дернуть спящего льва за усы.

– Э, в чем дело? Братишка, у тебя денег нет? Одет хорошо, а оказывается, что в кармане ни шиша. Тьфу, мы только время зря на него тратим!

Ой-ой!

Сомнений не было – тот мужик свихнулся. От скуки решил нагрубить моему отцу!

Вероятно, если бы Клод не менял свой внешний вид магией, тот бы не осмелился на подобное. Однако сейчас Клод выглядел простовато, потому что я не удержалась и немного над ним подшутила!

Черты его лица изменились из-за магии, стали менее привлекательными, а рядом с носом появилась огромная бородавка. В таком виде он не внушал ни уважения, ни страха.

У-у-у! Прости, папа! Я больше так не буду!

Однако никакая магия не могла скрыть характер, поэтому, когда Клод мрачно взглянул на мужика, тот заметно вздрогнул и заволновался. Но то ли из-за игры, то ли из-за уверенности в том, что мы в меньшинстве, он продолжил тем же небрежным тоном:

– Если ты нищий, то и не высовывайся из дома! Какого черта тот, у кого нет ни гроша за душой, ходит по улицам?

– Верно, если нет денег на игру, то иди домой и пади ниц пред своей женой, как тот, до тебя! Что ты будешь делать, если она сбежит от тебя, пока ты тут ошиваешься?

– Ха-ха-ха!

Так они еще и квасили с полудня!

Н-ну и ну. Оказывается, есть в мире люди, которые могут так нагло говорить с Клодом о деньгах и побеге его жены! Но с какой стороны ни посмотри – это очевидная и целенаправленная попытка втянуть нас в игру. Наивные, мой отец ни за что на такое не поведется...

– Похоже, что вы совершенно свои жизни не цените.

...повелся!

Я не смогла сдержать дрожь при виде жуткой улыбочки на губах Клода.

– Ати.

– Д-да? – взволнованно ответила я, когда он позвал меня по имени. На улицах я всегда использовала короткую форму имени, поэтому Клод тоже так меня называл.

– Я тут подумал, что эти отбросы смогут помочь в твоем обучении.

К-куда это он?

Пока я не находила себе места от беспокойства, Клод подошел к игровому столу и бросил кошель в сторону провоцировавшего его мужика.

Дзынь!

По деревянному столу рассыпались золотые монеты. На рынке всегда использовались медные, так что я не сомневалась, что местным даже серебро редко доводилось видеть, что уж говорить о золоте. Да и вообще все монеты на игровом столе лежали там лишь для видимости.

Блестящие монеты выглядели на этом фоне почти нереально. Зрелище было по-настоящему драматичным.

– Вот моя ставка. Такую сумму вам не видать даже в следующей жизни, – игнорируя выпученные глаза окружающих, Клод не торопливо занял свое место за столом. – Теперь твоя очередь делать ставку.

Никто и малейшего понятия не имел, откуда у Клода взялась столь огромная сумма. Мужик за столом зарабатывал тем, что вовлекал всяких простаков в игру, но тут ему на стол выложили такую ставку. Подобный поворот событий обескуражил его. Однако вскоре его глаза алчно заблестели. Похожие эмоции отразились на лицах окружавших нас зевак.

– Ч-что ж, тогда я поставлю всю выручку за сегодня...

– Эту мелочь? Хочешь сказать, что ее хватит? – Клод с отвращением покосился на монеты на столе и зло усмехнулся.

Даже не верится, что с чужим лицом он все равно умудряется делать свой коронный взгляд «ты – полное ничтожество»! Слова Клода, произнесенные с язвительной улыбкой, подняли еще больше шума:

– Точно, почему бы тебе не поставить свою руку?

– Что?

Лицо мужчины, к которому обращался Клод, перекосило от возмущения, и он закричал:

– Ты совсем свихнулся? С чего мне ставить свою руку?

– Сколько высокомерия было в начале, а сейчас поджилки затряслись? Только и умеешь, что бить себя в грудь? – голос Клода оставался предельно спокойным. Теперь он решил спровоцировать того мужика? – Когда еще тебе выпадет шанс заработать столько денег своими грязными руками?

Он явно хотел вывести его из себя, но делал это хитро, сдвигая акценты.

– Если боишься, можешь убежать прямо сейчас. Просто тогда кто-то другой, у кого кишка не так тонка, сможет забрать все золото вместо тебя.

На этих словах взгляды зевак упали на золотые монеты, разбросанные по столу. Пожалуй, эту картину можно было сравнить со стаей гиен, окружившей кусок мяса. А Клод был львом, невозмутимо наблюдавшим за ними.

– Д-договорились! Только не рыдай потом, что потерял все свои деньги!

В итоге мужик решил сыграть против Клода. Похоже, он поверил, что деньги может забрать кто-то другой, если он откажется. Но он действительно поставил на кон свою руку. А если он проиграет?

Ох, неужели папа решил мне показать, каким взрослым быть точно не стоит?

– Что ж. Ты так бесстрашно вступил в игру. Знаешь правила? Объясню их вкратце, так что слушай внимательно. Когда прозвенит звонок, переверни десять карт из этой колоды...

– Надоел. Я знаю эту игру, так что заткнись и раздавай.

Игра оказалась не самой простой, но руки Клода двигались уверенно. Эй, неужели папа вместо прогулок на природе отправлялся прямиком в игорный дом? Я с легким подозрением смотрела на него.

– Ого, он угадал!

– Тц, а он хорош!

Я в азартных играх ничего не смыслю, но, судя по реакции окружающих, Клод выигрывал. Ну, не думаю, что он стал бы ввязываться в игру, если бы сомневался в своей победе.

– Такими темпами это твоя жена сбежит от тебя! Ха-ха-ха!

– Заткнись! Кто тут проигрывает?!

Люди, которые до этого насмехались над Клодом, теперь издевались над его противником. Остатки самообладания, которыми обладал мужик ранее, испарились. Сначала он даже посмеивался, а теперь, внимательно следя за открытием карт, весь покрылся холодным потом.

Игра была рассчитана на один раунд и закончилась, не успев начаться.

– Это н-невозможно!

– Как это может быть?

Оказывается, у папы настоящий талант к азартным играм! Зрители радовались победе Клода, ведь до самого нашего прибытия все деньги выигрывал его противник. Один лишь проигравший мужик покраснел от злости.

– Это невозможно! – Он ударил кулаком по столу и вскочил с места. Указывая на Клода пальцем и брызжа слюной, он закричал: – Да это обман! Настоящий обман! Ах ты, шулер! Решил мухлевать в игре со мной?!

– Ты единственный, кто тут мухлевал. – Клод ухмыльнулся и швырнул на стол лежавшую перед ним карту. – Думаешь, я не заметил, что карты крапленые? Я еще удивлялся, как ты выигрывал все предыдущие игры. Оказалось, у тебя совсем нет совести.

Эти слова вызвали бурю среди зрителей.

– Что ты сделал с картами?

– И впрямь подозрительно, что он постоянно выигрывал!

– Это правда? Гони мои деньги!

Слова Клода произвели настолько сильный эффект, что поднялся страшный гвалт.

Кхм, лично мне казалось, что не так уж и важно, правда это или нет. Просто странно, ведь только сейчас череда его побед вызвала вопросы.

Но, разумеется, мне и в голову не приходило, что папа мог мухлевать!

– Не с-смеши меня! У тебя есть доказательства?! – вскричал мужчина, когда его обман оказался на грани разоблачения.

Клод поднялся и невозмутимо подошел к нему:

– Меня это уже не касается. Ты все равно проиграл, так что пора платить по счетам.

Через мгновение Клод схватил мужчину за руку и прижал ее к столу. Только тогда сам игрок и другие зрители вспомнили, какую ставку он сделал.

Некоторые закрыли глаза – уж не знаю, от страха или смущения, а Клод вытащил из-за пояса кинжал. Остро заточенное лезвие сверкало на солнце.

– Чем меньше грязных рук, что жульничают, тем лучше.

– П-подожди! А-а-а!..

Мужчина попытался вырваться, но Клод не сдвинулся с места. Когда крик несчастного эхом прокатился по рынку, рука Клода опустилась.

Стук!

Однако кинжал вонзился не в руку.

– А? А-а-а?..

Через какое-то время мужик, успевший зажмуриться, вздрогнул и открыл глаза. И тогда он увидел кинжал, торчащий из стола между его пальцами. Ему оставалось лишь приглушенно охнуть.

Глава 171

– Я не могу проливать кровь прямо на глазах у своей дочери, поэтому сделаю вид, что получил твою грязную руку. Впредь не зазнавайся и следи за языком. А если не можешь – спрячься в углу дома и не высовывайся наружу. Понял?

Клод отбросил от себя мужика, словно тот и правда был грязным, а затем неторопливо направился в мою сторону. Зеваки, молчавшие до сих пор, громко завопили.

Я восторженно смотрела на Клода и подняла в его сторону большой палец:

– Папа, ты такой крутой!

Похоже, что он ввязался в эту заварушку, чтобы показать мне вред азартных игр. Тц, но я ведь не играю! Уж извините, что во мне на мгновение проснулось любопытство! Когда я уже хотела возмутиться, Клод фыркнул:

– Ты видела? Тем, кто без страха строит из себя невесть кого, временами нужно показывать их место.

Д-да? Так он не пытался показать мне, насколько опасна жадность и как всяческие авантюры могут испортить жизнь?

– А если кто-то решит опустить меня, то он за это поплатится. В азартных играх неважно, мухлюешь ты или нет. Главное – победа, и тогда можно распоряжаться жизнью соперника.

П-погодите, и как это понимать? Д-да ну... Он и правда мухлевал?! Выиграл и заполучил его жизнь! Папа, ты страшный человек!

– П-пойдем куда-нибудь еще!

Думаю, что главный урок на сегодня: не задавать Клоду лишних вопросов.

Мне казалось, что, если бы он не заговорил об азартных играх, из его рта вырвалось бы что-то похуже. Поэтому я взяла его за руку и поспешила увести от игрового стола.

После этого мы снова бродили по фестивалю. Солнце клонилось к закату, и по всему рынку начали загораться оранжевые фонари.

– Ты что! Ходить по магазинам после заката – самый сок! Это нельзя пропускать!

Клод хотел вернуться во дворец, а я уговаривала его погулять по ночному рынку. Тут он прищурился:

– Ты ешь уже на протяжении нескольких часов и до сих пор не наелась?

– А как же жареная курочка и лапша, что продаются ночью?.. Нет! Я не из-за еды остаться здесь хочу! Просто погулять по рынку...

Я и сама не заметила, как случайно сдала собственные планы. Попытка все исправить, как мне показалось, прозвучала неубедительно.

Но здесь ведь все так вкусно. Разумеется, в императорском дворце я пробовала всевозможные деликатесы из разных стран и ингредиентов, но уличная еда обладала собственным неповторимым вкусом. А именно – вкусом приправ! Вкусом вредной пищи! Хе-хе-хе, возможно, я принцесса с самыми ужасными пристрастиями в еде за всю историю императорской семьи...

В итоге я продолжила таскать Клода по рынку и пробовать разные блюда. Несмотря на усталость, папа позволил мне делать все, что мне заблагорассудится.

– Красавица, взгляните на эти украшения.

Я внезапно остановилась у одной из лавочек. Мое внимание привлек тот самый браслет, что я когда-то подарила Дженит. Простой, сплетенный из нескольких нитей, он так напоминал браслет желаний из моей прошлой жизни... Я вдруг подумала о Дженит.

– Что-то присмотрела? – спросил Клод, заметив, что я уставилась на прилавок.

– Нет, не в этом дело...

– Он там!

Вдруг откуда-то донесся громкий крик. Вместо того чтобы ответить на вопрос Клода, я повернулась в сторону звука.

– Вон там, тот гад с бородавкой! Схватите его!

Мужик, что проиграл Клоду в игре, и его подельники бежали в нашу сторону.

Ой, неужели он решил отомстить нам? Если бы я знала, что так будет, то сразу изменила бы нашу внешность!

– Тц. Надо было еще тогда с ним покончить.

Но и папа вел себя не лучше – говорил такие ужасные вещи. Хотя я еще раньше заметила, что из-за стола он ушел с некоторым сожалением, будто не довел дело до конца. Под «покончить» он явно имел в виду «отрезать руку».

Клод решил преподать мне еще один урок, в придачу к первому:

– Атанасия. Если перед тобой стоит человек, пребывающий во власти заблуждений, лучше втоптать его в землю так, чтобы он уже больше не смог подняться. Если проявишь нерешительность, обязательно найдутся подонки, которые захотят напасть на тебя исподтишка. Запомни это.

Ох, неужели папа сожалел, что оставил его в живых? Такими темпами дело кончится кровопролитием! Но проблема в другом – та сторона явно жаждала броситься в бой. А Клод не собирался избегать столкновения.

– Папа, бежим!

Ах! Надо бежать, пока папа не отправил их всех на тот свет!

– Эй ты, козел с бородавкой! А ну, стоять!

Лицо Клода скривилось, словно он был недоволен нашим бегством, но молча последовал за мной, когда я потянула его за руку.

Как бы странно это ни звучало, я ощутила душевный подъем. После прочтения множества романов мне всегда хотелось хоть разок испытать подобное!

– Что за чертовщина! Куда они подевались?

– Ха, надо отдать им должное. Бегают они быстро. Найти их!

– Зови меня, если найдешь! Сам за ними не иди!

С помощью магии проще простого перехитрить нескольких человек. Поэтому мы немного пробежали, а затем наложили на себя заклинание невидимости и исчезли. Когда преследователи пронеслись мимо, мы сняли заклинание.

– Ах, было весело! – воскликнула я, абсолютно довольная.

– В каком месте это весело? – Выражение лица Клода говорило о том, что он совсем не понимал, что творится в голове его дочери.

Изменив внешность, мы снова смешались с толпой.

– Вот! Подарок для тебя, папа!

Я вручила Клоду подготовленный для него подарок: милый ободок с очаровательными ушками! А что, в парках развлечений все их носили! На ночном рынке такие вещички тоже пользовались популярностью.

– Немедленно убери эту уродливую штуку подальше от меня, – Клод, разумеется, отверг такую вещицу.

– Но он ведь миленький! Посмотри кругом. Все их носят. Мы будем белыми воронами, если не наденем такие же!

Несмотря на то что лицо Клода становилось мрачнее с каждым словом, я настояла и надела на него ободок. Он явно был недоволен, однако, как и всякий раз, не стал сопротивляться, словно другого выбора у него не оставалось.

С ушками панды на голове Клод и сам походил на огромную дикую панду. Пускай и панду в скверном настроении.

Я удовлетворенно надела свой ободок с лисьими ушками, и мы продолжили гулять по ночному рынку.

– Держи. Взял по дороге.

Клод невзначай вручил мне что-то, словно забыл об этом до нынешнего момента. Я застыла, увидев брошенный мне в руку предмет.

Папа купил мне браслет, который я рассматривала ранее. Простое украшение, сплетенное из множества скрученных нитей, сверкало оранжевым цветом в рыночных огнях.

– Ты ведь его хотела?

Похоже, Клод подумал, что я так рассматривала браслет из-за того, что хотела его купить. Я посмотрела на папу и улыбнулась:

– Ты специально купил его для меня?

– Сказал же, что просто взял по дороге, – отрезал Клод.

Я лишь рассмеялась и примерила подаренный им браслет.

– Та-дам! Ну что, мне идет?

– Смотреть можно, – ответил он, украдкой взглянув на меня.

Ха, но я-то знала, что это комплимент!

Я снова взяла его за руку и повела по улочкам рынка, освещенным ночными фонарями.

– Пап, а ты знаешь? Говорят, что этот браслет исполняет желания.

– Ты веришь в такие глупости?

– Какая разница, глупости это или нет. Лучше скажи, у тебя есть желание?

Возможно, из-за шума на улице Клод не услышал моего вопроса. А может, он о чем-то задумался, но так и не ответил. Мы еще немного погуляли, а затем вернулись в императорский дворец.

– Лили! Держи, это подарок!

– Ой, что это?

Я подарила Лили ободок со звериными ушками. Да, она не сможет носить его каждый день, но в подарке самое главное – внимание!

– Я такие купила еще для Ханны и Сет. А, и для Феликса!

Я боялась, что они обидятся, если я сделаю подарок только Лили, поэтому купила всем одинаковые подарки.

– Ах, какая прелесть!

– Это овечка?

У Лили был кролик, у Ханны – кошка, у Сет – овечка, а Феликсу достался олень.

– Оленьи рога. Здоровые.

Х-хм? Феликсу достались оленьи рога, здоровые... Почему он говорил это так, словно они полезны для здоровья? Кхм. С того момента, как рыцарь начал постоянно есть оздоровительный суп, он помешался на здоровом питании.

– Похоже, вы хорошо провели время, – сказала Лили, обращаясь ко мне с материнской улыбкой. Я не могла не ответить ей тем же.

– Синяш, ты хорошо покушал?

Чирик.

Умывшись перед сном, я взглянула на синюю птицу в клетке. Ах, похоже, Синяш устал и дремал, опустив голову. Нокс тоже спал, когда я зашла в комнату. Неудивительно, ведь после прогулки по ночному рынку и подготовки ко сну я вернулась позже обычного. Решение прогуляться в городе вышло спонтанным, но было так весело!

Я легла на кровать и подняла руку, рассматривая браслет на запястье.

Клод назвал это глупостью, но я не видела в этом ничего плохого. Говорят ведь, что, если чего-то очень сильно пожелать, Вселенная тебе поможет?

Вряд ли на свете найдется человек, у которого не было бы ни одного, хотя бы крохотного, желания. А я в какой-то момент стала жадной, и у меня много желаний, на исполнение которых я еще надеялась.

– Принцесса! Пора высушить волосы и ложиться спать! – от ругала меня Лили, войдя в комнату.

Когда я резко встала с кровати, у меня немного закружилась голова. Лили по-матерински меня отчитала и принялась сушить мои волосы полотенцем. Я всегда могла воспользоваться магией, но мне было приятно, когда она трогала мои волосы. И, если честно, мне даже нравилось, когда Лили меня ругала.

– Принцесса, вы меня слушаете?

– Угу, – я невинно улыбнулась ей.

Она улыбнулась мне в ответ так, словно не могла сдержаться.

Вскоре я уже лежала в кровати, и мне в голову неожиданно закрался вопрос: «Почему Лукаса весь день не было видно? Он ведь не заявится в мою комнату в такой час?»

После долгой прогулки сон пришел ко мне быстро. Так прошла еще одна спокойная ночь.

Я стала принцессой Страны чудес

Глава 172

То был один из тех ленивых дней, когда я решила исследовать дворец.

– В запретной секции императорского дворца спрятано сокровище? – удивленно повторила я слова главного деда.

Маг улыбнулся мне отеческой улыбкой, словно рассказывал своей внучке сказки.

– О нем давно ходят слухи. Говорят, что это магический артефакт, созданный его величеством первым императором. Якобы он помогает определить следующего преемника.

– Определить следующего преемника? Как?

– Трудно сказать. Мне почти ничего не известно, ведь в старых книгах о нем мало написано. Однако я находил пару упоминаний о том, что его действительно использовали для выбора достойного кандидата на роль следующего императора.

Ого, такие магические артефакты тоже бывают?

Я внезапно вспомнила о говорящей шляпе из фильма про волшебников. Она распределяла людей по факультетам школы магии. Не знаю, может, артефакт первого императора похож на нее?

– Также говорят, что им пользовались всего один раз, как раз чтобы определить преемника первого императора. Похоже, члены императорской семьи серьезно воспротивились использованию магических артефактов для таких целей. Судя по записям, его обнаружили в запретной секции лишь спустя несколько поколений.

– Но почему он не стал национальным сокровищем, а до сих пор находится в запретной секции?

– Точная причина неизвестна, но наиболее вероятное объяснение заключается в том, что он из тех магических артефактов, который нельзя так просто перенести.

История главного деда меня крайне заинтересовала. Оставался лишь один вопрос.

– Где находится запретная секция императорского дворца?

Насколько мне известно, во дворце не существовало места, которое можно было бы назвать запретным. Я пораскинула мозгами, но никаких идей так и не возникло. Разве что...

А вдруг? Топазовый дворец на северо-западе уже долгое время стоял без дела. Лишь изредка туда заходили слуги, чтобы поддерживать порядок. На мои вопросы Клод и Лили как-то ответили, что это просто дворец, в котором нет ничего особенного.

– Мне, старику, ничего не известно. Может, во времена наших предков к нему относились как к запретному?

Хм, даже главный дед ничего не знал. Раз о запретной секции говорилось лишь в старых книгах, может, ее и вовсе не существует?

От следующей реплики старика, брошенной будто невзначай, у меня отвисла челюсть:

– У меня есть вопрос посерьезнее, принцесса. Может, я делаю поспешные выводы, но Лукаса уже можно считать зятем его величества?

– Зя-зя-зятем?! – заикаясь, спросила я.

– Мне юные балбесы рассказали, что Лукас ни с того ни с сего притащил дракона, чтобы завоевать сердце принцессы...

Какое еще «завоевать сердце»?! Что этот старик несет?!

– Это не так!

– Правда? Можете не врать вашему покорному слуге...

– Говорю же, это не так! – отчаянно отрицала я. Мое лицо вспыхнуло от подобных речей.

Еще бы! Завоевать сердце? Зять? Кто? Лукас?! Это же бред!

– Хо-хо-хо, ну раз так, то я спокоен. Конечно, при Лукасе я та кого не скажу, но не лучше ли вам выбрать кого-то более честного и благоразумного?

Воспользовавшись отсутствием Лукаса, главный дед решил подколоть парня. Заикаясь, я изо всех сил доказывала нашу с Лукасом невиновность, а затем поспешила прочь из башни.

Какие еще завоевывания сердец? Какой зять?! Я еще молода! А сам Лукас! Ему вообще сколько?! Дед ничего не перепутал?

Эх, хоть самого виновника нигде не было видно, а все равно такой переполох устроил!

– Вот же! Чем он вообще в последнее время занимается? – тихо проворчала я, оглядываясь на башню, из которой только что вышла.

Почему-то Лукас уже неделю нигде не показывался после того происшествия с драконом. Я даже сама сегодня пришла в башню, но его нигде не было. По словам главного деда и других магов, Лукас и там давно не объявлялся.

А ведь и правда, я ни малейшего представления не имела о том, где можно найти его, когда он не в императорском дворце. Равно как и о том, чем он обычно занимался. Меня немного раздражало то, что Лукас мог найти меня в любой момент, словно на мне была GPS-метка, а я его – нет.

Н-но это ведь не означает, что он мне нравится, да?

Я внезапно опомнилась и отбросила мысли о нем. Что хорошего в парне, который неделю не появлялся?

– Пойду-ка я в Топазовый дворец.

Я телепортировалась к Топазовому дворцу. Мне казалось, что только он мог считаться запретной секцией, о которой говорил главный дед.

В Топазовом дворце стояла пугающая тишина, здесь не было ни души. Во дворце Клода тоже было тихо, да и люди там нечасто появлялись... Может, я себя просто накрутила? Но здешняя тишина казалась куда более плотной и словно обволакивающей. Будто я оказалась на дне глубокого водоема, где не было ни малейшего течения.

Пожалуй, именно эта странная атмосфера и повлияла на то, что я посчитала дворец запретной секцией из старой книги. Я прекрасно знала, что им никто не пользуется, но все равно не ожидала такой тишины.

Он создавал впечатление прекрасно сохранившихся руин.

Цок-цок.

Я неосознанно замедлила шаг. Но даже так не смогла полностью избавиться от звонкого стука каблуков по мрамору.

Цок-цок.

Звук шагов будто бы преследовал меня. Я не выдержала и обернулась.

В призраков я не верю... н-но здесь было так жутко, что мое сердце почему-то тревожно сжалось в груди.

Я слышала, что дворцом последний раз пользовались несколько поколений назад. Но, к сожалению, не сохранилось никаких записей о том, кто из членов императорской семьи жил здесь.

Открыв несколько дверей, я поняла, что убранство комнат ни капли не уступало Изумрудному дворцу. Мне стало даже жаль, что такая красота стояла без дела. Ах, если бы я нашла его в детстве, столько бы всего натаскала... Я грустно смотрела на сверкающие повсюду драгоценности.

Однако магическим артефактом тут и не пахло. Выходит, все слова деда – надувательство? Или просто данные в книге сильно устарели. А то, что запретная секция действительно находится здесь, было лишь моей догадкой.

От этой мысли я продолжила осматриваться уже с меньшим энтузиазмом.

Я оказалась в комнате, напоминавшей чью-то спальню. Она была очень чистой, словно кто-то ей до сих пор пользовался. Наверное, слуги особенно тщательно здесь убирали.

Даже книга лежала на столе так, словно кто-то совсем недавно ее читал.

– Хм?

Во мне проснулась тревога. Этот дворец уже несколько столетий пустует, так почему на столе лежала книга? Ее оставил кто-то из слуг, наводивших тут порядок?

Задаваясь этими вопросами, я взяла в руки книгу. Чего и следовало ожидать, я не почувствовала на ней никаких следов маны. Однако она все же не была такой простой – на обложке не было ни слова. Я провела пальцами по гладкой угольно-черной поверхности, а затем вернулась к открытой странице.

– Ой, древний язык?

Его сегодня знают лишь единицы. Неужели кто-то из слуг читал на нем? Тогда неудивительно, что императорская семья взяла такого человека на службу.

Держа это в голове, я начала изучать древние символы. Усердные занятия с самого детства принесли свои плоды: я без особенного труда смогла прочитать текст. На странице было всего одно предложение.

«Только достойный истины сможет вернуться и обрести священную удачу».

Что за ерунда?..

Шух!

Неожиданно из страниц вырвался ослепительный свет. Книга, до сих пор не представлявшая из себя ничего особенного, начала испускать волны магии. Я тут же отдернула руки, но было слишком поздно – меня поглотил свет.

Через несколько мгновений он погас. Однако глазам было больно, и я не могла четко видеть.

Откуда взялся свет? Книга ведь была обычной книгой, без капли магии, так что же случилось? Я решила, что нужно поскорее отнести ее в Черную башню и изучить.

– И-извините... – внезапно раздался чей-то голос. Служанка, заметившая свет в Топазовом дворце? – Кто вы?

Она спросила, кто я? Неужели кто-то до сих пор не знал меня в лицо?!

Я потерла глаза, пытаясь сфокусировать зрение. Последствия ослепительного света постепенно исчезали. Увидев наконец девушку перед собой, я застыла. Она тоже.

Ее лицо выражало чистое удивление и изумление, словно она не могла поверить своим глазам. Похоже, она или только что проснулась, или собиралась спать – на ней была белая сорочка.

Распущенные платиновые волосы спадали на плечи мягкими завитками. Ее широко распахнутые глаза сверкали, как драгоценные камни. Но самое удивительное...

– Почему мы так похожи?..

Девушка была так на меня похожа, что я словно в зеркало смотрела.

Глава 173

Я уставилась на растерянную девушку, а затем огляделась.

Мое внимание привлекла незнакомая обстановка. Нет, даже не незнакомая. Это место очень напоминало мою комнату в Рубиновом дворце, где я жила раньше.

– Кто ты?

Не скрывая волнения, я перевела взгляд на девушку. У нее было мое лицо, и ее, как и меня, била мелкая дрожь. Сама того не осознавая, я рассмеялась.

Да ну...

Ну да?..

– Вы принцесса Атанасия?

Девушка кивнула в ответ на мой импульсивный вопрос. Только в этот момент я поняла, что мне не показалось.

Передо мной стояла несчастная принцесса из романа.

Атанасия из романа «Милая принцесса», главной героиней которого была Дженит.

* * *

Лукас был немного не в духе. Он впустую потратил целую неделю. И все из-за одного надоедливого человека.

– Ты же и дальше будешь меня доставать. Может, просто-напросто погрузить тебя в сон до конца твоей жизни? – цокнув языком, пробормотал он.

Человеком, отнимавшим время Лукаса, был не кто иной, как Каракс. Хоть он и вел себя так, словно вот-вот испустит последний дух, на деле был живее всех живых и действовал Лукасу на нервы.

Конечно, маг сразу мог дать ему пинка, однако решил, что не исполнить последнее желание слишком жестоко даже для него. Ведь тот правда был чуть не на смертном одре. Но если бы Лукас знал, что эта пиявка присосется к нему на целую неделю, точно бы передумал.

Даже сейчас Лукас жалел, что не пресек наглость Каракса на корню и не оставил его на произвол судьбы. Все равно он бы рано или поздно переродился. А так этот гад осмеливался еще и дерзить. «Если будешь исполнять любой каприз женщины, она быстро от тебя устанет, – говорил он. – Неужто не знаешь о правиле «ближе-дальше»?»

Эти речи были такими по-детски задиристыми, что Лукас внутренне над ними посмеивался.

Он не выдержал и телепортировался. Был лишь один человек, которого Лукас хотел сейчас увидеть.

– Куда ее на этот раз занесло?

При виде незнакомой комнаты парень нахмурился. Досконально изучив все, что касалось Атанасии, он был озадачен незнакомой обстановкой. Это какая-то новая комната в Изумрудном дворце? Но почему здесь царила какая-то странная атмосфера?

Продолжая хмуриться, маг оглядывался по сторонам, и его взгляд остановился на книге, валявшейся на ковре. Подозрительно. Почему на ней осталась мана девушки, которую он искал?

Лукас наклонился за книгой и с легкостью прочитал написанное:

«Только достойный истины сможет вернуться и обрести священную удачу».

– Что за бредятина? – сердито пробормотал он.

Особенно его раздражало то, что девушки нигде не было видно, но на подозрительной книге он ощущал знакомую ману. Лукас собрал магию в кончиках пальцев, чтобы получше изучить книгу.

Шух!

В следующее мгновение перед его глазами вспыхнул ослепительный белый свет. Всего на несколько мгновений. Хотя, возможно, прошло гораздо больше времени.

Как бы то ни было, парень инстинктивно нахмурился, ощутив происходившие вокруг изменения. Свет бесследно исчез, и все кругом погрузилось во тьму.

В самой книжонке не было ни капли магии. Он совершенно не понимал, как чертова кипа бумаг могла сплести хитрое заклинание. Лукас почувствовал себя грязным, вероятно, из-за того, что его гордость задели.

По возвращении он превратит эту чертову книженцию в гору пепла.

Он стиснул зубы и погрузился в раздумья. Его зрение медленно сфокусировалось, окружавший туман развеялся. От представшего перед ним зрелища парень вздрогнул.

– Ты, бедное дитя.

До него донесся жуткий мужской голос. Слова были произнесены глубоким и величественным шепотом, похожим на огромный океан, застывший на несколько тысячелетий.

– Можешь считать меня жалким, но по-настоящему жалеть здесь надо тебя.

Лучи солнца окончательно прогнали окружавшую Лукаса тьму. Он стоял на вершине башни. Казалось, что ему приснилась незнакомая комната дворца, в которой он находился всего мгновение назад. Он наблюдал за кем-то с башни, где дул сильный ветер.

– Ты думаешь, что тебе принадлежит весь мир, но на самом деле у тебя нет ничего.

Пейзаж, залитый багровыми лучами солнца. Сухой шепот, доносившийся сквозь порывы ветра. Силуэт мужчины, стоявшего к нему спиной, на фоне заката.

Какая знакомая картина.

Через мгновение мужчина обернулся и взглянул на него. Белые волосы яростно развевались на ветру,

– Как жаль, что в мире, полном красоты, лишь ты один родился ни с чем. Живешь с пустыми руками и в итоге умрешь так же – с пустыми руками.

Слова повисли в воздухе, и вместе с ними к Лукасу вернулись забытые воспоминания.

– Не смеши меня, – на его губах расцвела холодная улыбка, а ветер яростно бил в лицо. – Ты уже давным-давно умер.

Сейчас перед ним стоял тот, кто уже покинул этот мир. К тому же он был ужасным человеком, который ушел наихудшим образом. Не странно ли, что он вот так появился перед ним?

– Но это не имеет значения, – Лукас какое-то время рассматривал мужчину напротив, а затем закрыл глаза и опасно улыбнулся: – Неважно, настоящий ты или иллюзия, если ты жив, я убью тебя снова.

Мужчина продолжал стоять с выражением превосходства на лице, даже не шелохнувшись. Рука Лукаса без колебаний потянулась к нему.

* * *

– Х-ха, что, черт возьми, происходит?

Я взглянула на Рубиновый дворец, из которого только что вышла, и пыталась успокоить бешено бьющееся сердце. Встретить кого-то, кто выглядел точь-в-точь как я... это было чересчур. Даже мысли путались.

Так себя чувствуют люди, встретившие своего двойника? Но наша ситуация все же несколько отличалась.

«Вы принцесса Атанасия?»

Она ведь не просто была похожа на меня. Она называла себя Атанасией.

«Верно. Кто вы такая? Как вы оказались в моей комнате? И почему так похожи на меня?»

Сперва она не могла вымолвить ни слова от смущения, удивления, беспокойства и страха. Но стоило ей взять себя в руки, как поток вопросов было не остановить.

Ха-ха-ха. И как я в итоге поступила?

Усыпила ее магией и сделала ноги!

А-а-а! Я не собиралась этого делать, но потом решила, что это чрезвычайная ситуация, поэтому среагировала инстинктивно... А что оставалось? Мне нужно время, чтобы все обмозговать, верно?

Когда я только ее увидела, решила, что это Атанасия из «Милой принцессы», однако в этом не было смысла, верно? Типа я попала в мир романа? Бред же? Х-хотя... не такой уж и бред, ведь я изначально попала в мир романа и стала принцессой Атанасией.

Я покачала головой, вспомнив девушку, которую оставила в Рубиновом дворце. Как бы я ни всматривалась в ее спящее лицо, не могла найти ни одного отличия от своего. Даже родинки на руке у нас находились в одном и том же месте! От этой мысли у меня по коже побежали мурашки.

Не зная, что и думать, я щелкнула пальцами и телепортировалась.

Первым делом я решила отправиться в Изумрудный дворец. Хоть это и было плохой затеей, но мои инстинкты говорили, что нужно туда наведаться.

В моей спальне в Изумрудном дворце было темно, свет не горел. В Топазовый дворец я отправилась днем, так что за это время уже наверняка подняли бы шум из-за моего отсутствия. Однако, как я уже сказала, внутри царила тишина.

Вскоре я обнаружила, что на моей кровати кто-то спит. Сама того не осознавая, я рассмеялась.

На моей кровати, залитой лунным светом, крепко спала не кто иная, как Дженит. Она спала так умиротворенно, будто комната изначально принадлежала именно ей.

Что? Это реальность? Не сон, а явь?

Я стукнула себя ладонью по щеке.

Больно. Значит, не сон?! Задыхаясь от негодования и замешательства, я не смогла выдавить ни слова.

Девушка, которая выглядит точно так же, как я, – в Рубиновом дворце, а Дженит – в Изумрудном.

Я рассматривала лицо Дженит в темноте, а затем медленно окинула взглядом комнату. Вид одновременно знакомой и незнакомой обстановки лишил меня дара речи. Кроме планировки, здесь не было ничего, что напоминало бы мою комнату – словно в подтверждение того, что не я являлась ее хозяйкой.

Даже забавно. Очевидно, что эта кровать в Изумрудном дворце – моя, так кому еще может принадлежать сама комната, как не мне? Я еще раз взглянула на лицо спящей Дженит и щелкнула пальцами.

Шух.

Пейзаж тут же изменился, и передо мной возник залитый нежным лунным светом сад. Кругом цвели фиолетовые цветы, и, утопая в белом сиянии, они выглядели еще более загадочно. Я оказалась в саду за Гранатовым дворцом.

И передо мной стоял человек, которого я прекрасно знала. Эта картина была мне знакома, поэтому я набралась смелости и подошла к нему.

Шурх.

Звук моих шагов по траве привлек внимание Клода, и он обернулся. Я открыла рот, чтобы позвать его.

– Глупая девка, – раздался его ледяной голос.

Глава 174

– Если собираешься нести ту же чушь, что и раньше, то убирайся с глаз моих. Сколько бы раз ты это ни повторяла, сто или тысячу, ничего не изменится. – Глаза, смотревшие на меня, были похожи на льдины. – Похоже, ты не поняла. Поэтому я повторю.

Клод посмотрел прямо мне в глаза и произнес еще более ледяным тоном:

– Я никогда не считал тебя своей дочерью. Так было и будет всегда, поэтому больше не докучай мне. Меня тошнит от одного твоего вида.

Затем он отвернулся, словно его совершенно не интересовала моя реакция. Я смотрела на удалявшуюся спину Клода. Я очень хорошо знала своего папу и сейчас смотрела на человека, который на самом деле им не был.

– Ха, ну и ну, – я, сама того не замечая, рассмеялась.

Возможно, увидев Атанасию в Рубиновом дворце и Дженит в Изумрудном, я в какой-то степени осознала, что была готова к чему-то подобному. Вероятно, именно поэтому я не сильно удивилась такому Клоду.

– Когда он так со мной разговаривает, я не могу воспринимать его как папу.

Я часто смотрела на ночное небо, но в этот момент оно показалось мне совсем незнакомым. Я решила осмотреть императорский дворец и отправилась в другое место.

Как и ожидалось, от моей личной библиотеки, которую для меня построил Клод, как и от сада, где всегда цвели яркие розы, не осталось ни следа. Цветы, высаженные вокруг Изумрудного дворца, исчезли за одну ночь.

Не было ни Нокса, ни Синяша, которые жили со мной. На всякий случай я убедилась, что Лили жила в Рубиновом дворце, а не в Изумрудном. Я понятия не имела, где находились Ханна и Сет, а Феликс стал тенью Клода. Когда папа уходил от меня, рыцарь кивнул мне и тихо последовал за ним.

И самое важное: Атанасия спала в Рубиновом дворце, а Дженит – в Изумрудном. И голос Клода... холодный, чужой, без капли тепла: «Я никогда не считал тебя своей дочерью».

Чем дольше я осматривалась и подмечала различия, тем больше прояснялся мой разум.

Да еще и та подозрительная книга, что перенесла меня сюда. Белый свет, вырвавшийся из нее, явно имел магическое происхождение.

Только дурак не заметил бы странностей. Я сейчас находилась не в своем мире.

* * *

На следующее утро я осматривала Рубиновый дворец под заклинанием невидимости. Разумеется, ночью я и глаз не сомкнула. Первым делом я отправилась в Топазовый дворец на поиски книги, отправившей меня сюда, но ничего не нашла. Затем вернулась в Рубиновый, задаваясь вопросом, не могла ли я обронить книгу в комнате той, что называла себя Атанасией. Однако там была лишь девушка, погруженная в сон моей магией, – ни намека на книгу.

– Принцесса, вы неважно выглядите, – сказала одна из служанок.

– А... Да? – Когда девушка проснулась и заговорила, я вздрогнула. – Думаю, это из-за странного сна, что мне приснился.

Ох, меня оторопь берет, когда я смотрю на нее при свете дня!

Такого я не испытала даже тогда, когда Лукас с помощью магии создал куклу – идеальную копию меня. Наверное, из-за того, что то была кукла без собственной воли, а это – настоящий живой человек?

– Странный сон?

– Угу. В нем я увидела девушку, как две капли воды похожую на меня.

Похоже, она решила, что события прошлой ночи ей приснились. Вполне ожидаемо, ведь я чуть ли не сразу же наложила на нее заклинание.

– Сон был таким реальным...

– Вы сильно устаете в последнее время. Вам лучше сегодня отдохнуть.

Девушка, моя копия, замолчала, словно задумалась о чем-то. Служанка с доброй улыбкой принялась ее утешать. Та в ответ слабо улыбнулась:

– Да, ты права. Спасибо, Лили.

Мне стало не по себе. Она правда «другая я»? Если задуматься, то она – Атанасия из «Милой принцессы»...

В Изумрудном дворце живет Дженит, а в Рубиновом – девушка, которая выглядит, как я. Лили относится к ней с тем же теплом, как и ко мне. И эту картину довершает ледяное отношение Клода ко мне прошлой ночью.

Может, мне это все снится? Чтобы удостовериться, я обеими руками ударила себя по щекам, ущипнула за бока. Больно, как и вчера.

– Что ж, принцесса. Вот ваш завтрак. В последнее время вы совсем ничего не едите, поэтому я приготовила только ваши любимые блюда.

За своими размышлениями я и не заметила, как девушка, называвшая себя Атанасией, принялась завтракать в одиночестве. Понаблюдав за этой сценой, я переместилась в Изумрудный дворец.

– Ах, принцесса. Что это за цветы?

В Изумрудном дворце царила совершенно другая атмосфера. Если в Рубиновом, где я только что была, казалось, все замерло и было окутано тишиной, то в Изумрудном кипела жизнь.

– Это подарок для отца.

От улыбки Дженит я на мгновение потеряла дар речи. В руках она держала ярко-желтые цветы, похожие на солнце. Вид Дженит в моем дворце казался до жути непривычным.

– Хочу подарить их во время завтрака... Как думаете, ему по нравится?

Стоило Дженит взволнованно спросить, как ее тут же поспешила успокоить одна из служанок:

– Конечно. Его величество будет рад любому подарку от вас, – от этих слов мне сделалось еще больше не по себе. – К тому же, принцесса, не надо обращаться к нам с такими формальностями. В этом нет необходимости.

– Ой, пока я жила в поместье Альфиосов, всегда так говорила... И вы уже целых три года обо мне заботитесь. Это заслуживает уважения.

Слова Дженит глубоко тронули слуг. Хоть она и была принцессой империи, никогда не забывала о тех, кто рядом, и всегда выказывала им уважение.

Если они уже три года о ней заботятся, значит, Дженит сейчас семнадцать? Согласно книге, она попала во дворец после дебюта, когда ей исполнилось четырнадцать. Сперва она какое-то время жила в Сапфировом дворце, отдельном дворце для гостей, а затем завоевала расположение Клода и переехала в Изумрудный.

Хоть мне и не хотелось думать об этом, но раз Атанасия до сих пор была жива и находилась в Рубиновом дворце, ей еще не было восемнадцати.

Я последовала за Дженит, которая куда-то отправилась с цветком в руках. Как можно было догадаться по разговору, она держала путь в Гранатовый дворец, к Клоду.

– Отец!

Кхм. Я чуть не прикусила себе язык, когда увидела, как Дженит с сияющим лицом бежит через весь коридор к Клоду.

– Уже пришла?

Услышав спокойное приветствие Клода, я опешила.

– Сегодня такое чудесное утро, не правда ли? Вот, это тебе.

Я не ожидала, что сцена, которую до сих пор только представляла, так сильно меня поразит. Еще вчера во время встречи с Клодом я все поняла, но стоило мне собственными глазами увидеть его вместе с Дженит, мне стало дурно.

– Вчера вечером я ходила в сад. Там расцвели такие прекрасные цветы, что мне захотелось показать их вам, и поэтому сорвала по дороге сюда, – слова Дженит лились, как песня, когда она про тянула Клоду цветок.

Мужчина взглянул на него и ничего не выражающим тоном произнес:

– Цветы? Чего только ты мне не даришь.

Клод спокойно принял букет, но взгляд, направленный на Дженит, был таким теплым, что не шел ни в какое сравнение с тем взглядом, каким он одарил меня вчера.

– Такие яркие и прекрасные цветы! Как сама принцесса Дженит! Похоже, что вам тоже нравится, ваше величество, – улыбнулся Феликс, глядя на этих двоих.

Они втроем выглядели так естественно, словно такие сцены происходили здесь каждый день. Равно как и последовавший за этим завтрак.

Я со смешанными чувствами смотрела, как весело щебечет Дженит, а Клод молча ее слушает. Чем счастливее она выглядела, тем сильнее сжималось у меня сердце.

Последний раз я ее видела, когда она покидала императорский дворец. Тогда Каракс, липовый маг башни, по просьбе Лукаса изменил цвет ее глаз.

Да и Клод, что сейчас сидел передо мной, смотрел на Дженит с таким теплом во взгляде, что по коже побежали мурашки. Особенно ярко контраст ощущался на фоне Атанасии, завтракавшей в одиночестве.

– И почему я так расстроилась?

Покинув Рубиновый дворец, я сетовала на себя, что ничего не взяла с кухни. Еще минуту назад я была голодна, но теперь у меня скрутило живот, словно я съела что-то не то. И... мне резко захотелось что-то схватить и изо всех сил пнуть!..

– Точно! Нужно найти ту чертову книгу!

Я решила бросить все силы на поиск книги, ставшей виновницей всего этого.

«Только достойный истины сможет вернуться и обрести священную удачу».

– Как это вообще понимать?!

Мне казалось, что все произошедшее было как-то связано с надписью в книге.

Достойный истины? Обрести священную удачу?

Я со вчерашнего вечера ломала голову над этой фразой, но на ум приходили лишь слова главного деда.

Глава 175

«Об этом давно ходят слухи. Говорят, что это магический артефакт, созданный его величеством первым императором, который помогает определить следующего преемника».

«Мне почти ничего не известно, ведь в старых книгах о нем мало написано. Однако я находил пару упоминаний, что его действительно использовали для выбора достойного кандидата на роль следующего императора».

«Судя по записям, его обнаружили в запретной секции лишь спустя несколько поколений».

Услышав это, я из любопытства отправилась в Топазовый дворец, который можно было бы посчитать запретной секцией. Случайно я нашла там странную книгу и в итоге попала в такую ситуацию.

Могла ли книга быть тем самым артефактом, о котором рассказывал главный дед? Может, стоит сходить в башню и спросить у него? Однако если сейчас я находилась в мире «Милой принцессы», то у Атанасии не было никаких связей с главным дедом. Ведь в романе она не обладала магией.

Я до сих пор не знала наверняка: это был мир романа или же сон, столь продуманный, что походил на реальность.

Поэтому я решила отправиться в Топазовый дворец и поискать книгу.

– Да где же она?

Несколько часов я обыскивала дворец, но ничего похожего на книгу так и не нашла. Когда солнце начало садиться, я сдалась. О себе давал знать голод и сильная усталость, ведь прошлой ночью я не сомкнула глаз.

С помощью магии я призвала яблоко и принялась угрюмо его жевать.

Ну почему даже в такой ситуации аппетит никуда не девается? Что ж за жизнь такая?!

Если время здесь и в моем мире шло с одинаковой скоростью, то все, наверное, места себе не находили. Но нет, мне приспичило поискать артефакт, изготовленный первым императором! Впредь ни единой книжки в руки не возьму!

А ведь сперва это была самая обычная книга, обернувшаяся коварной приманкой.

Можно сколько угодно корить себя, но ситуация от этого никак не менялась. Оставалось лишь делать то, что в моих силах. Думаю, ключ лежит в разгадке текста книги. Кстати, я еще с самого начала заметила, что...

– Да, определенно. Тут очень странный воздух, – пробормотала я себе под нос в жутковатой тишине дворца.

Обернувшись, я пошла по залитому закатными лучами коридору.

Атмосфера царила до чертиков жуткая и, казалось, идеально подходила для появления призраков. Я думала, что только Рубиновый дворец, в котором жила раньше, был страшным и мрачным, но Топазовый на закате казался тоже довольно...

– Хм?

Я вскинула голову: где-то играла мелодия. Похоже, она доносилась снаружи и показалась мне на удивление знакомой... Сегодня во дворце банкет?

Похоже, я настолько увлеклась поисками, что даже не обратила внимания на оживление снаружи. Решив сходить на разведку, я щелкнула пальцами.

– С каждым годом банкет в честь дня рождения его величества становится все грандиознее. Раньше он проводился больше ради соблюдения формальностей.

– Наверное, все изменилось с появлением принцессы Дженит?

– Я слышал, что принцесса Дженит с прошлого года уделяет подготовке банкета в честь его величества особое внимание.

Как и ожидалось, в банкетном зале дворца собралось множество роскошно одетых людей.

А, так сегодня день рождения Клода? Тогда понятно, откуда такой размах.

И все разговоры только о Клоде и Дженит. Ну, она была здесь любимой принцессой, так что ничего удивительного. От этой мысли мне стало дурно. Думаю, если я останусь, то мне станет только хуже.

Вдруг книга, которую я ищу, находится не в Топазовом дворце? Воспользуюсь шансом и, пока все заняты банкетом, обыщу другие места.

С такой мыслью я покинула банкетный зал.

– От всего сердца поздравляю с днем рождения, отец.

Я встретила их в одном из коридоров. Передо мной стоял Клод, а рядом с ним – девушка с тем же лицом, что у меня...

Атанасия этого мира стояла рядом с Клодом. Похоже, она встретила его еще до того, как он зашел в банкетный зал. Сомневаюсь, что они договорились о встрече – скорее всего, она поджидала его, чтобы поздравить первой.

Девушка заметно нервничала. Ох, как же странно наблюдать за своим лицом со стороны.

Клод изучал ее взглядом, а затем бросил:

– А ты наглее, чем я думал.

Ой, я ведь встречалась с Клодом вчера вечером. Он, наверное, подумал, что перед ним та же Атанасия, которую он видел, да?

У меня было такое ощущение, что между этими двумя что-то произошло еще до моего появления. И эта его фраза прозвучала так, словно девушка посмела вновь предстать перед ним после того, как вчера он уже дважды холодно ее осадил.

Атанасия заметно вздрогнула от его тона, но вскоре натянула на лицо улыбку и сказала:

– Кхм, в нем нет ничего особенного, но я подготовила для вас подарок...

Однако Клод холодно ее перебил:

– Уходи немедленно. Вот единственный подарок, который ты можешь сделать.

От такого у меня отвисла челюсть.

– Я...

Дрожащий голос принадлежал не мне, а другой Атанасии. Похоже, слова Клода ее сильно задели.

И неудивительно. Даже мне было ясно, что Атанасия собрала всю храбрость в кулак, чтобы подойти к Клоду, а он сказал ей такое...

– Ваше величество, – произнес Феликс, стоявший немного поодаль, словно пытаясь остановить его. На лице рыцаря читалось, что он считал такие слова излишне жестокими.

Однако, как и ожидалось, в этом мире Феликс и Атанасия не были близки, поэтому защищать ее открыто он не решился.

– Отец!

Тут я услышала звонкий голос, сопровождавшийся звуком чьих-то легких шагов. Клод первым обернулся на этот звук.

– Дженит.

Я не могла сдержать удивление, когда лицо Клода мгновенно смягчилось. На лице Феликса тоже промелькнуло облегчение. Он, казалось, обрадовался, что с появлением Дженит Клод и Атанасия больше не были наедине. Но будь он внимательнее, заметил бы, как побледнела Атанасия.

– Я тебя уже поздравляла утром, но скажу еще раз: с днем рождения. Я приготовила для тебя подарок.

– Я ведь говорил, что утренних цветов более чем достаточно.

– В столь особенный день, как сегодня? – Дженит так увлеклась разговором с Клодом, что не сразу заметила девушку за его спиной. – Ой, Атанасия. Ты тоже здесь. Прости, я так заболталась, что не сразу тебя заметила. Как здорово, что ты пришла. Давай вместе пойдем в банкетный зал.

Когда Дженит обратилась к девушке, плечи той задрожали. Атанасия невольно взглянула на Клода. Похоже, она вспомнила его недавние слова. Мужчина все еще сверлил ее ледяным взглядом. Заметив это, она с трудом выдавила:

– Н-нет. Мне сегодня нехорошо... Я просто пришла поздравить отца.

– Ой, правда? Да, ты действительно выглядишь очень бледной. Я отправлю императорского врача в Рубиновый дворец.

– В этом нет необходимости. Мне нужно просто немного отдохнуть. Дженит, казалось, расстроилась, но не могла настаивать, ведь Атанасия действительно выглядела нездоровой.

– Что ж, отец... Хорошо вам провести время на банкете. Еще раз поздравляю вас с днем рождения, – сказала она почти шепотом и медленно удалилась.

– Ваше величество, мне проводить принцессу Атанасию? – осторожно спросил Феликс, заметив состояние девушки.

– Не говори глупостей, – бросил Клод и отвернулся.

В конце концов рыцарь последовал за императором. Однако продолжал оглядываться, словно все еще волновался за Атанасию, в одиночестве покинувшую празднество.

– Феликс, не надо так переживать. Когда банкет закончится, я навещу ее.

– Ах, принцесса, если вы это сделаете, мне правда будет гораздо спокойнее. Спасибо вам.

– Что ты. Я ведь тоже волнуюсь за Атанасию.

От этих слов Феликс просиял. Дженит улыбнулась рыцарю, а затем догнала Клода, который стремительно шагал впереди них:

– Отец, ты слишком быстро ходишь.

– Это у тебя шаг слишком медленный.

– Сбавь темп ради меня. Пожалуйста. Я хочу идти рядом с тобой, отец. – Дженит нежно взяла мужчину под руку, и тот немного замедлился.

Девушка широко улыбнулась. В банкетный зал они вошли в прекрасном расположении духа.

* * *

– Ваше высочество? Почему вы так рано вернулись?

Тем временем состояние Атанасии в Рубиновом дворце оставляло желать лучшего. Лили не могла сдержать удивления, увидев девушку в своей комнате, хотя банкет должен был вот-вот начаться.

Атанасия с улыбкой ответила:

– Мне вдруг стало плохо, и отец, беспокоясь за мое состояние, отправил меня отдыхать... Жаль, конечно, но поэтому я здесь.

Естественно, она солгала.

Похоже, Лили тоже это поняла и на мгновение застыла, не отрывая взгляда от девушки. Я видела, как ее глаза увлажнились. Однако она скрыла свое волнение и приблизилась к Атанасии.

– Вот как. Меня беспокоит состояние вашего здоровья. Это все от того, что вы плохо спали прошлой ночью? Вам стоит сегодня лечь пораньше.

После этого Лили лично помогла Атанасии принять ванну, одеться, принесла ей горячий чай и зажгла свечу, которая, как говорят, помогает успокоить тело и душу.

После ее ухода в комнате воцарилась тишина.

– У-у-у...

Лишь спустя какое-то время в тихой комнате послышались приглушенные всхлипы.

Глава 176

Звуки душераздирающего плача наполнили комнату, а я не могла и пальцем пошевелить. Простояв какое-то время в оцепенении, я все же не выдержала и покинула комнату.

– Ох, отправьте меня уже домой! – Мой громкий возглас пролетел над тихим тростниковым полем, где, кроме меня, никого не было.

Клод, какой ты гадкий! Гадкий!..

Как можно так обращаться с собственной дочерью?! Он так холодно смотрел на нее! Говорил с ней ледяным тоном! В лицо заявил, что ее уход с банкета станет для него лучшим подарком! А потом еще и с Дженит ворковать принялся! Ох, как же меня разрывало от злости!

Как долго я еще должна здесь торчать? Кто-нибудь может мне сказать, а?

Протянув руки к ночному небу, я закричала что было сил:

– Верните меня-а-а!

В этот момент до меня донесся ленивый голос.

– Куда?

Я была так поражена, что машинально повернулась в сторону источника звука. И тут же заметила рубиновые глаза, которые, казалось, сияли в ночной темноте.

– Куда тебя вернуть?

Моих ушей коснулся привычный игривый голос. В лунном свете его развевающиеся черные волосы сами напоминали ночной небосвод.

– Лукас? – невольно спросила я.

* * *

– Ты, бедное дитя.

Опять то же самое. Лукас нахмурился, чувствуя, как в груди закипает раздражение.

– Тц, какая отвратная ситуация.

Сцена, развернувшаяся перед его глазами, выглядела слишком ярко и правдоподобно, чтобы быть чьей-то иллюзией. Так что, скорее всего, это была тень воспоминаний самого Лукаса.

– Можешь считать меня жалким, но по-настоящему жалеть здесь надо тебя.

Но даже если так, почему именно это воспоминание? Он уже столько раз выслушивал весь этот бред, что вполне мог бы повторить его слово в слово без единой ошибки. Ему уже надоело видеть одни и те же события с одним и тем же действующим лицом.

– Ты думаешь, что тебе принадлежит весь мир, но на самом деле у тебя нет ничего.

Лукас лег на спину прямо там, где стоял, в ушах звенело от бесконечной болтовни. Сколько бы он ни пытался, ему не удавалось убить человека перед ним магией.

– Ты слишком много болтаешь, подонок, – пробормотал Лукас, теряя терпение.

Он только укреплялся в ощущении, что имеет дело с призраком. Как рука проходит сквозь туман, так его заклинания тоже проходили сквозь мужчину и исчезали.

При этом магия не действовала не только на мужчину.

Маг перепробовал самые разные методы, чтобы прервать повторяющийся цикл, но безуспешно. Он из раза в раз наблюдал одну и ту же сцену в одном и том же месте. Даже при телепортации он все равно оказывался здесь. Это по-настоящему раздражало.

Лукас уже несколько раз устраивал тут побоище, но, несмотря на все его усилия, ничего не менялось. Поэтому юноша решил все обдумать и сел где стоял, сверля мужчину перед собой недовольным взглядом.

Через некоторое время мужчина наконец взглянул на него.

Этого раньше не было. Теперь перед Лукасом разворачивалась уже совсем иная сцена.

Вш-ш-ш.

Белые волосы, развевающиеся на ветру, напоминали крылья летящей птицы. Лукас уставился на мужчину, а затем отвернулся. Стоило ему повернуться к тому спиной, как закатное небо сменил холодный и тусклый рассвет.

– Однажды ты поймешь меня. Я в это верю.

Лукас закрыл глаза, притворяясь, что происходившее за его спиной ни капли его не интересовало. Однако, хоть он ничего и не видел, обращавшийся к нему голос никуда не делся.

– С другой стороны, надеюсь, что ты не поймешь этого до самой смерти.

Затем послышался странный шелест, словно ветер развеял горсть песка.

– Не смотри на меня так.

Такое уже происходило несколько раз. Лукасу совершенно не хотелось слушать следующую фразу. Поэтому он закрыл уши руками.

– Разве это не естественный ход вещей, что родители умирают раньше своих детей?

Однако эти слова прозвучали куда отчетливее всех остальных. Маг не сдержался и рассмеялся.

Он не мог простить человека, произнесшего эти слова так, словно у него не было никаких сожалений о прожитой жизни. Ему собственными руками захотелось убить того, кто умер прямо у него на глазах. А ведь было время, когда он этого бы не вынес.

– Не смеши меня... – ветер унес с собой тихий голос.

Лукас обернулся. Он хотел увидеть жалкий конец этого человека. Однако увидел лишь разлетевшийся по ветру пепел.

Мужчина исчез. От него остался лишь белый пепел, похожий на пыль, сверкавшую в лучах ослепительного рассвета. Лукас словно вернулся в тело юноши, каким был когда-то.

Он снова лег, глядя на усеянное белым пеплом небо. Он не знал, сколько раз ему еще придется проживать это событие.

Тц, как же надоело.

На него навалилась такая глубокая усталость, что он закрыл глаза. Постепенно мир за его веками окрасился в красный.

– Ты, бедное дитя.

Мгновение спустя снова раздался голос человека, который только что обратился в пепел.

Еще один круг. И кто знает, прервется ли этот цикл? Что могло быть отвратительнее?

* * *

– Лукас?

Я невольно произнесла имя парня перед собой. Оно вырвалось само собой, от удивления, ведь я совершенно не ожидала его здесь увидеть.

В этот момент свет луны упал прямо на его глаза, отчего они засияли еще ярче.

– Хм, ты знаешь, как меня зовут?

Стоило мне услышать эти слова, как я поняла, что передо мной не тот человек, которого я знала. Ха, этот человек – не «тот Лукас».

Хоть этого и следовало ожидать, я почувствовала, как на меня накатывает отчаяние. Да, пусть он и выглядел так же, он был не тем Лукасом, которого я знала. Равно как и Клод, сейчас находившийся в императорском дворце, не был моим папой.

– Я вижу тебя впервые, но ты знаешь мое имя?

Более того, в этом мире Лукас и Атанасия не знакомы. Что ж, в романе Лукас даже не появлялся, так что ничего удивительного. Если бы он контактировал с кем-то из героев, он так или иначе фигурировал бы в истории, правда?

– Любопытно. Я не покидал башню минимум лет десять. Откуда ты можешь меня знать?

Как бы то ни было, похоже, я заинтересовала Лукаса этого мира.

Н-но ведь я просто пришла на это поле выпустить пар, а тут из ниоткуда появился парень! Тем более он сам сказал, что не знает здешнюю Атанасию, так чего он вышел?

И как мне ответить на его вопрос? Просто включить дурочку и ответить: «Что вы такое говорите? Я не знаю, как вас зовут. Вы, наверное, ослышались, хо-хо-хо!» А потом сделать ноги? Или сказать правду? «Я знаю тебя в другом мире». Ага, и получится новый выпуск шоу «Необъяснимо, но факт»!

– И твоя мана...

Лукас стоял посреди покачивающейся растительности, и от него исходила странная аура. Я не знала, чего от него ожидать, и он почему-то казался совсем другим.

– ...очень похожа на мою.

Я не понимала, о чем он. Мы с ним не кровные родственники, так с чего бы нашим силам быть схожими?

– Кхм, не подходи ко мне!.. Пожалуйста?

Конечно, маг проигнорировал мою просьбу, подошел ко мне и принялся рассматривать. Я смутилась, но тут парень выдохнул, словно что-то понял.

– Ха, как странно, – его следующие слова повергли меня в ужас. – Ты обладаешь той же силой, что была у того священного зверя, которого я поглотил. Как это возможно?

...Что он только что сказал? Кого он там поглотил?..

Священного зверя?.. Священного зверя ведь, да? Если я правильно помню, в нашу первую встречу он пришел в императорский дворец, чтобы похитить Черныша...

Тут у меня отвисла челюсть.

Вот же гаденыш!

Он его с-сожрал? Действительно сожрал?! Моего Черныша???

– Ты сожрал моего Черныша?!

– Черныша? – в ответ на мое возмущение Лукас лишь озадаченно наклонил голову.

– Тот зверь, которого ты поглотил, был очаровательным, миленьким и черненьким?

Парень на мгновение задумался.

– Хм, пожалуй, что так. Но с тех пор уж десять лет прошло, так что трудно сказать наверняка. Я и так с огромным трудом нашел священного зверя, а он оказался таким щуплым, что я его чуть не упустил.

А-а-а!

Услышав слова Лукаса, я сорвалась и закричала:

– Ах ты, мерзкий подонок! Ты сожрал моего Черныша!!!

Этот, этот мерзавец поймал и съел моего Черныша!

Глава 177

В оригинале Атанасия не владела магией. Когда я узнала о существовании священного зверя, то есть сгустка магии, это показалось мне странным. А тут еще и Лукас при каждом удобном случае угрожал съесть Черныша. И меня крайне беспокоил тот факт, что он вообще пришел в императорский дворец за священным зверем!

Поэтому временами у меня закрадывались подозрения, что Атанасия не владела магией в романе из-за того, что Лукас поглотил Черныша. И выходит, что так и было! Так и было!

Подтверждение тому из уст самого Лукаса стало для меня сильным ударом.

Ах, Черныш! Прости, что не смогла тебя защитить! Прости!

– Ты что, знала того священного зверя? И почему Черныш? Он ведь все равно исчез бы рано или поздно.

Пока я находилась на грани нервного срыва, маг улыбнулся, словно не заметил моего состояния. Мда, даже в другом мире Лукас оставался Лукасом. А с каким холодом в голосе он это сказал.

Но и Лукас, которого я знала, всегда говорил мне не привязываться к Чернышу.

– Черныш – потому, что у него шерсть черная! – зло крикнула я.

Однако парень продолжил размышлять над моими магическими силами, совершенно не обращая на меня внимания.

– Судя по твоим глазам и мане, ты из императорской семьи Обелии. Выходит, что это твоего священного зверя я поглотил? Нет, это невозможно. Тогда у тебя сейчас вообще не должно быть никакой маны.

А ведь ты съел именно моего зверя!

Меня снова захлестнула волна гнева.

Лукас продолжил что-то бормотать себе под нос, задумчиво разглядывая меня. Похоже, его одновременно раздражало и интересовало то, что он не мог понять, кто я.

– А ведь ты еще и меня откуда-то знаешь. Слишком много несостыковок, – продолжил он, прищурившись. – Эй, ты кто вообще такая?

– Даже если я скажу, тебе легче от этого станет, что ли?

Каков наглец, а! Я фыркнула и засмеялась над Лукасом № 2. Я ни за что не стану любезничать с тем, кто съел моего Черныша!

Стоило ему услышать мои слова, как на его лице появилась улыбка, которая заставила меня вздрогнуть. Именно так он улыбался, когда задумывал что-то нехорошее! Стой, не надо!

Почувствовав опасность, я инстинктивно отшагнула от него.

Шух!

В тот же момент рядом со мной что-то пронеслось. Стебли тростника, срезанные чем-то невидимым, разлетелись по ветру.

– Хм, увернулась? А у тебя хорошая интуиция!

Услышав удивленный голос, я издала смешок. Он что, только что напал на меня?

– Ты... пытался меня убить?

– Что ты такое говоришь? Конечно, нет! – Лукас, выглядевший примерно на мой возраст, засмеялся, будто я сморозила глупость. Однако от следующих его слов я впала в ступор: – Ты самый интересный человек, которого я встречал за последнее время. С чего бы мне тебя убивать? К тому же ты правда думаешь, что осталась бы в живых, если бы я всерьез хотел от тебя избавиться?

В-вот же подонок! Сам же сказал, что мы с ним только встретились. Как можно так обращаться с человеком, которого видишь впервые?

– Тогда какого фига ты меня атаковал?

– Это я так здороваюсь.

Он сам-то слышал, что несет?!

Но похоже, Лукасу было плевать на мой шок.

– Я почувствовал странную магическую силу и пришел проверить, а оказалось, что тут интереснее, чем я ожидал.

Через мгновение парень исчез. Но ненадолго. Тут же он оказался рядом со мной, взял прядь моих волос и, играя с ней, спросил:

– Не хочешь пойти со мной?

Я не успела даже опомниться. Его рубиновые глаза оказались на расстоянии вытянутой руки, а на губах расцвела обольстительная улыбка.

– У меня к тебе очень много вопросов.

Его слова расходились с действиями, однако улыбка была точно такой же, как и у Лукаса, которого я знала. Наверное, поэтому мое сердце екнуло, несмотря на то что парень совсем недавно напал на меня.

Я посмотрела ему в глаза и сказала:

– Если я соглашусь, то куда мы пойдем?

– Туда, где я живу.

Увидеть, где живет Лукас... звучало крайне заманчиво. Ведь он о себе почти ничего не рассказывал. Я действительно задумалась. Кто знает, представится ли мне еще такой шанс? Но в итоге я отклонила его предложение:

– Нет. Я не могу так самовольно заявиться к тебе домой.

Парень озадаченно наклонил голову вбок:

– Так я ведь сам тебя приглашаю.

– Ты не тот, кто должен меня пригласить.

Естественно, он меня не понял. Но я хотела услышать такие слова не от этого Лукаса.

На самом деле весь текущий разговор был довольно странным. Но самым удивительным было то, что ни Лукаса, ни меня это не волновало.

Парень скривил недовольную гримасу, когда понял, что не добился желаемого.

Бах!

Почувствовав неладное, я сделала шаг назад. И ровно в этот момент на том месте, где я только что стояла, образовалась огромная яма. В воздух снова взмыли срезанные стебли тростника.

– Эй, ты совсем спятил? – крикнула я, не выдержав абсурдности происходящего.

Он снова на меня напал! Преднамеренно! При этом заклинание было довольно мощным, да?!

– Ты первая, кого я пригласил в свою башню. Меня задел твой отказ, так что ты должна за это ответить, – холодным тоном ответил Лукас.

Вскоре я почувствовала, как он собрал в руках ману. Когда я поняла, что он настроен серьезно, в ужасе открыла рот.

– Не переживай. Даже если я и отрежу тебе что-нибудь, то потом аккуратненько пришью на место.

– П-погоди, Лукас!..

Я до последнего момента сомневалась. Но раз уж мне угрожают оттяпать конечность, то лучше перестраховаться и поверить, да? Лукас этого мира отправил в меня убийственное заклинание.

Ба-ба-ба-ба-а-а-ах!

Словно в подтверждение тому, что все всерьез, прогремел оглушительный взрыв. Разумеется, я выставила барьер, но Лукас был не простым магом, поэтому моя защита мгновенно сломалась.

Когда магическая сила наконец утихла, я принялась судорожно осматривать себя. Ой! Руки-ноги на месте? Голова цела?! Все крепко держится?!

Фух, удивительно, но, кажется, обошлось без травм. Я с ужасом взглянула на Лукаса.

– Ох...

Пыль улеглась, и перед моими глазами открылась странная картина: Лукас держался за грудь и стонал.

О-ой? Что это он делает?

– Ты... Какого черта ты со мной сделала? – однако парень шокированно смотрел на меня, а я не могла понять, издевается он или говорит всерьез.

Из его слов выходило так, словно это я его ранила.

– Нет, я с тобой ничего не делала... Это ведь все ты!

– Ах ты... Я тебя точно прикончу.

Вот же гад. Не знаю почему, но мне показалось, что Лукасу больно. Судя по его лицу и тому, как он держался за бок, казалось, что даже очень больно. Хе-хе, я ведь хотела с ним нормально поговорить, когда он немного успокоится, но, кажется, ничего не выйдет, да?

– Эм, кхм. Послушай, Лукас. Меня уже заждались, так что я пойду.

– Эй, куда ты намылилась? Помереть не терпится? А ну иди сюда!

– С-спокойнее, ты же знаешь, что аритмия опасна для здоровья. Особенно в твоем возрасте, так что осторожнее, ладно?

Лукас стиснул зубы, но не смог сдвинуться с места, чтобы схватить меня. Тем не менее я решила не рисковать и быстренько щелкнула пальцами, делая ноги. Я испугалась, что он последует за мной, но, к счастью, этого не произошло.

Я вздрогнула от мысли, что Лукас в обоих мирах остается магом с чудовищной силой.

* * *

– Вот ты где.

Однако я сильно недооценила Лукаса этого мира.

На следующий день я сидела на статуе ангела и совершенно не ожидала, что он появится рядом со мной.

– Почему запах твоей маны разносится по всему дворцу? Хотя тебя было крайне трудно найти. Бесит.

Что? Запах маны? Он что, ищейка? Ну дает. Даже в моем мире Лукас всегда с легкостью находил меня. Значит, он следовал за моей маной? Смогу ли я выйти на такой же уровень?

– Ты уже поправился после вчерашнего?

– Издеваешься? Может, еще лекарство мне дашь? Это ведь из-за тебя у меня чуть внутренние органы не лопнули.

– Да я-то тут при чем?!

Ну что за гад! А я ведь за него беспокоилась! Хотела проявить участие, а он вот так на это реагировал! Тц, чего еще ожидать от убийцы Черныша?! Долой его, долой!

– Вот я и пришел сегодня в императорский дворец, чтобы найти тебя, а нашел кое-что крайне любопытное, – Лукас криво усмехнулся, и его слова меня поразили. – Тут ведь есть девушка, точная копия тебя. Похоже, что она – та самая принцесса, чьего священного зверя я поглотил.

Бам! Он видел Атанасию.

– Но, насколько мне известно, в этом мире у принцессы нет близнеца.

Вокруг нас с Лукасом поднялся теплый ветер. Парень поймал танцующую на ветру прядь моих волос.

– Кто ты на самом деле?

Я замешкалась.

Что мне делать? Если честно, еще в нашу первую встречу я хотела рассказать ему правду и спросить, есть ли у него идеи насчет сложившейся ситуации. Но вчера он не был настроен на серьезный разговор.

– Молчишь? Ладно, тогда я сам все узнаю.

Пока я размышляла, парень снова криво усмехнулся и выпустил из пальцев мои волосы.

Нет, стой! Ведь даже и минуты не прошло! Хотя какой минуты? Даже десяти секунд ведь не прошло?!

Шух.

Я не успела сказать ни слова, как Лукас уже исчез.

Какой же нетерпеливый идиот!

Глава 178

Погодите-ка. Он сам все выяснит? Это как? Я ведь здесь, а он решил сам все узнать...

Тут меня резко осенило, и эта мысль мне совершенно не понравилась.

Шух.

Мое плохое предчувствие оправдалось.

Я телепортировалась и увидела, как этот придурок похищает принцессу Атанасию!

– Эй, Лукас! Ты совсем того?

Должно быть, девушка потеряла сознание и безвольно лежала на руках Лукаса. Увидев меня, маг расплылся в улыбке и стал похож на кота, объевшегося сметаной.

– Какое прекрасное выражение лица. Ты начинаешь мне нравиться.

– Что ты себе позволяешь? Немедленно отпусти ее!

– А ты меня заставь.

С этими словами он спрыгнул с балкона. Разумеется, я залезла на перила и устремилась за ним наверх.

– Лукас!

Я догнала его в саду, наполненном красными цветами. Парень обернулся, взглянул на меня со злобной ухмылкой, словно ожидал, что я за ним приду. Мы встретились взглядами.

Ах, этот засранец же сейчас снова телепортируется! Я собрала в руках магию, чтобы остановить Лукаса.

Бам!

Когда заклинание коснулось его, мое сердце пронзила острая боль.

– Угх! – я застонала и схватилась за грудь.

Было такое ощущение, словно заклинание, которое он только что уничтожил, превратилось в осколок льда и вонзилось мне в сердце. Моя рука безвольно повисла.

– Что ж, на сегодня достаточно. До новых встреч, – увидев, как я упала на пол, Лукас одарил меня такой красивой улыбкой, что у меня перехватило дыхание.

Мне оставалось лишь беспомощно смотреть, как он исчезает вместе с принцессой Атанасией. Я не смогла подняться, даже когда волны магии полностью исчезли.

– Принцесса Атанасия? – сквозь боль и собственные стоны я через некоторое время услышала чей-то низкий голос.

Сперва я не поняла, кто ко мне обращается. Но затем этот кто-то опустился рядом со мной на колено, и я смогла рассмотреть его.

– Вы в порядке?

Рядом со мной оказался Иджекиил с выражением чистого удивления на лице. Его светлая кожа и серебряные волосы сильно контрастировали с красными цветами на фоне. Золотые глаза, напоминающие солнце, пленили меня.

– Вам больно?

Юноша вряд ли ожидал найти меня в саду, корчившуюся от боли на земле. Я тоже запаниковала при виде него.

– Иджекиил...

Когда я непроизвольно произнесла вслух имя юноши, тот вздрогнул. Наверное, он принял меня за принцессу Атанасию этого мира, ведь мы с ней выглядели одинаково.

Мне надо было наложить на себя заклинание невидимости или вообще телепортироваться отсюда до того, как кто-то нашел меня, но боль в груди все не отступала. Я обливалась потом и изо всех сил старалась не хлопнуться в обморок.

– Что здесь произошло? Я почувствовал странный всплеск маны.

Моя паника усилилась в разы. Ведь за спиной Иджекиила появился человек, которого мне ни в коем случае нельзя было встречать. Клод.

Он подошел ближе и посмотрел на меня своими ледяными топазовыми глазами. Когда наши взгляды пересеклись, Клод замер, но мне могло и показаться.

– Иджекиил! Отец!

Голос прозвучал так неожиданно, что он сразу обернулся.

– Дженит, я ведь сказал тебе не идти за мной. Тут может быть опасно.

Ситуация только усугублялась!

Мало того, что я едва не умирала от боли, так должна была еще и наблюдать за тем, как мой папа прямо у меня на глазах заботится о другом ребенке. И ему было глубоко плевать на то, что я лежала на земле.

– Как ты себе это представлял? Ты внезапно почувствовал чью-то ману, и вы с Иджекиилом оставили меня одну! Как я могла не забеспокоиться?.. А? Атанасия? – заметив меня, Дженит удив ленно распахнула глаза.

Судя по всему, эти трое проводили время вместе, а затем почувствовали нашу с Лукасом ману. Готовясь к худшему, Иджекиил и Клод оставили Дженит и направились сюда. Но она решила пойти за ними.

– Ваше величество, принцесса Атанасия упала от боли, – слова Иджекиила заставили Клода снова обратить на меня внимание.

– Неужели причиной той волны магии была ты?

Холодный взгляд скользнул по моему телу. Я лишь застонала, все еще чувствуя боль в груди.

– Атанасия, ты как? Где болит?

Я совершенно не ожидала встретить этих троих вот так! А Лукас еще и настоящую принцессу Атанасию похитил...

И как мне теперь выкручиваться из этой заварушки? Ах, а Иджекиил и Дженит переживают за меня больше, чем родной отец. Клод, это уже перебор.

– Я...

Я открыла рот, чтобы выдать хоть какое-то объяснение. Однако из моего горла вырвался лишь хриплый стон, и мне показалось, что мои внутренности пронзило острым ножом. Мне стало совершенно не до отмазок. Ведь вместе с хрипом из моего рта выплеснулась еще и кровь.

– Атанасия!

Хоть я прикрыла рот рукой, темно-красная жидкость все равно хлынула сквозь пальцы.

Дженит в ужасе вскрикнула. Иджекиил, до сих пор сидевший рядом со мной, застыл от удивления и шока. Я не могла видеть реакции Клода, но мне и смотреть на него не надо было, чтобы знать, что он даже бровью не повел.

Я даже не сомневалась в верности своего предположения, ведь следующие слова он произнес ледяным тоном:

– Позовите слуг и лекаря.

– Ваше величество, я сейчас же их приведу.

Мне же было настолько больно, что мне казалось, будто я действительно одной ногой в могиле. Поэтому меня совершенно не беспокоило, о чем они говорили. Я бы не удивилась, если бы прямо сейчас упала в обморок... Я не выдумываю! Мне правда настолько плохо!

Я приподнялась и почувствовала, как стремительно угасает мое сознание.

– Принцесса!

Иджекиил вовремя среагировал и поймал меня, не дав упасть снова. В отличие от Лукаса, он во всех мирах оставался настоящим джентльменом...

Это была моя последняя мысль перед тем, как потерять сознание.

* * *

– Принцесса, как я счастлива, что с вами все хорошо. Вы даже не представляете, как я волновалась за вас!

С-сумасшествие.

Я не находила себе места от волнения, пока Лили шептала что-то, едва сдерживая слезы.

Когда я пришла в себя и увидела бегущую ко мне взволнованную Лили, я подумала, что вернулась в свой мир. Но нет. Я неподвижно лежала в своей кровати в Рубиновом дворце, и меня считали здешней принцессой Атанасией.

– Я так рада, что ваша магия стабилизировалась. Теперь маги башни будут регулярно навещать вас, чтобы следить за состоянием, на всякий случай. Отдыхайте.

Причина, по которой меня рвало кровью, заключалась в том, что магия повредила мои внутренние органы. Дворцовый врач, осмотревший меня, сказал, что данный случай выходит за рамки его способностей, и рекомендовал пригласить магов из башни.

Я не уверена, но похоже, что-то произошло, когда я попыталась остановить Лукаса с помощью магии. Как бы то ни было, я встретилась с главным дедом из этого мира. Он не мог поверить, что у меня вдруг появились магические способности.

Разумеется, дело было не в магии, а в том, что я – другой человек... Этого никто не заметил.

Как только я очнулась, дедуля тут же набросился на меня с вопросами. И все же я была благодарна Лили за то, что она мягко, но настойчиво спровадила его, сославшись на мою слабость.

– Не волнуйтесь, я отослала всех посетителей. Вы можете спокойно отдохнуть, ни о чем не беспокоясь.

Ранее ко мне приходили люди, которым поручили выяснить все обстоятельства произошедшего в саду, но я отвечала расплывчато и говорила, что почти ничего не помню. Конечно, они потом крайне недовольно на меня смотрели, но что я могла поделать? Мне ничего другого в голову не пришло!

Лили тоже волновалась, что у меня неожиданно появилась магия, но старалась этого не показывать и просто заботилась обо мне. От этого у меня защемило сердце, и я почувствовала себя немного виноватой.

– Кхе. Лили, со мной все в порядке, а тебе самой пора отдохнуть, – сказала я, пытаясь имитировать речь Атанасии.

Но похоже, что я немного переборщила и произнесла это слишком слабым голосом. В глазах Лили читалось беспокойство, но вскоре она улыбнулась.

– Пока вы были без сознания, вас навещал его величество. Он очень волновался за вас, поэтому поправляйтесь поскорее.

Ох, я сразу поняла, что она лжет. Быть того не могло, чтобы Клод переживал за Атанасию и пришел ее навестить. Он ведь даже бровью не повел, когда увидел меня на земле. Но я отбросила эти мысли и улыбнулась в ответ.

Когда горничная вышла из комнаты, пожелав доброй ночи, я схватилась за голову и застонала.

Тц, что за бредовая ситуация?! Почему я должна притворяться Атанасией в Рубиновом дворце? И вишенка на торте – Лукас похитил настоящую Атанасию!

Я прекрасно помнила улыбку, с которой он смотрел на меня перед тем, как исчезнуть с принцессой.

Во мне снова вспыхнул гнев.

Какой же Лукас этого мира наглый! Сначала ни с того ни с сего нападает, а потом еще и крадет людей!

Лукас, которого я знала, был хотя бы не настолько бессовестным!

Глава 179

Но такие мысли сохранялись недолго, и я вздохнула. Я вновь почувствовала укол совести и смущенно кашлянула.

Кхм, да. Лукас на самом деле всегда был несколько буйным. Просто со мной он вел себя немного мягче.

– Эх, и что мне делать?

От всего этого у меня разболелась голова, и я со стоном потерла лоб. Нужно забрать Атанасию от Лукаса и вернуть ее во дворец.

Если бы я знала, чем все обернется, не стала бы настаивать на своем, а просто приняла бы приглашение Лукаса в Черную башню. Тогда он бы не взбесился и не стал вытворять подобное. И мне не пришлось бы ломать голову в попытках понять, где он сейчас может быть.

И еще кое-что.

Почему моя магия не сработала на Лукасе? От одного воспоминания о том моменте в груди вновь кольнуло. Я машинально приложила к ней ладонь. Складывалось впечатление, что мое заклинание разбилось вдребезги, а его осколки попали в меня. Меня даже кровью рвало.

Но все же было и кое-что хорошее. На этот раз мне хотя бы было не так плохо, как после того безумного всплеска магической силы.

Кстати, Лукасу ведь тоже было больно после того, как он напал на меня вчера, да? Наверное, между вчерашним и сегодняшним случаями есть связь. Но я не могла понять, какая именно.

Сегодня третий день, как я попала в этот мир.

Я рассмеялась от беспомощности. Столько событий, а на деле прошло всего три дня. Однако если в моем мире время текло так же, то три дня – уже немалый срок.

Я растерянно оглядела комнату Рубинового дворца и с тревогой задумалась о будущем.

* * *

– Ваше величество, сообщили, что принцесса Атанасия пришла в себя.

– Вот как? – откликнулся Клод без тени интереса.

– Вы снова пойдете в Рубиновый дворец? В прошлый раз принцесса была без сознания, и вам не удалось поговорить.

– Раз она очнулась, значит, все нормально.

Услышав все тот же равнодушный тон, Феликс подумал: «Чего и следовало ожидать». Ранее он удивился, когда узнал, что Клод зачем-то ходил в Рубиновый дворец, но... Император по-прежнему оставался холоден к принцессе Атанасии.

– Если тебе больше нечего сказать, то уходи.

Феликс почтительно поклонился и покинул кабинет.

Клод остался в тишине, лениво перелистывая газету. Через мгновение его взгляд перестал скользить по строчкам.

В его памяти продолжал всплывать образ Атанасии, лежавшей на земле посреди сада, задыхавшейся от боли и кровавого кашля. Клод нахмурился.

Он коснулся лба, который кто-то будто бы колол иглой. Если он слишком долго думал об Атанасии или видел ее лицо, у него начинала раскалываться голова.

В дверь постучали.

– Отец, – голос принадлежал Дженит.

– Входи.

Как только Клод дал разрешение, дверь открылась. Дженит вошла в кабинет и взглянула на мужчину.

– Ты уже слышал новости из Рубинового дворца?

– Да.

Клод снова нахмурился. Сперва Феликс поднял эту тему, хотя ему совершенно не хотелось обсуждать Атанасию, а теперь еще и Дженит.

– Отец, я слышала, что ты ходил в Рубиновый дворец. Ты тоже переживаешь за Атанасию?

– С чего мне беспокоиться о ней?

Холодный голос рассек воздух. Эти слова сопровождались таким ледяным взглядом, что любой другой человек неосознанно бы съежился. Однако Дженит не боялась Клода и приблизилась к нему.

– Отец, ты очень добрый. Уж я-то знаю.

Она коснулась руки Клода. За спиной Дженит на мгновение всколыхнулась черная мана, не видимая невооруженному взгляду. Клод почувствовал, как мучившая его головная боль постепенно отступила. Сердце, будто бы сжатое в тисках, забилось спокойнее.

– Я навещу Атанасию. Так что не волнуйся.

– Я и не волновался.

Он продолжал все отрицать, а Дженит понимающе кивнула и улыбнулась, не проронив больше ни слова.

* * *

– Как же я устала.

С тех пор как я стала здешней принцессой Атанасией, прошло три дня. Я оглянулась на Черную башню, которую только что покинула, и тяжело вздохнула.

Я даже передать не могу, насколько устала от главного деда и других магов, донимавших меня бесконечными исследованиями, – ведь во мне внезапно появилась мана. Похоже, они считали меня крайне любопытным образцом для изучения.

В моем мире Клод бы и на пушечный выстрел не подпустил их ко мне, но тут об этом и речи не шло. Похоже, его совершенно не заботило, решат маги приготовить меня на пару или же съедят в сыром виде. Только Лили переживала за меня. Она хотела пойти со мной в башню, но ее внезапно вызвала старшая горничная, и мне пришлось идти одной.

Кстати, судя по всему, в этом мире старшая горничная – та самая девушка, что в детстве давала мне ужасные игрушки под предлогом нехватки денег! Ну, в целом здешнего Клода мало заботило состояние Атанасии, поэтому и менять старшую горничную необходимости не возникло.

В течение этих трех дней Лили не давала мне и шагу самостоятельно ступить, поэтому пришлось отложить поиски книги, отправившей меня сюда. А ведь у себя дома я могла беспрепятственно ходить везде, где захочу.

Однако у местной принцессы Атанасии была настолько предсказуемая жизнь, что Лили бы точно запаниковала, если бы я без предупреждения исчезла даже всего на мгновение. Можно, конечно, наложить на Лили усыпляющее заклинание или что-то в таком духе и заняться своими делами... Но я не могла так поступить с дорогой Лили, нетушки.

Да, это была не моя Лили, но одного лишь взгляда на нее было достаточно, чтобы мое сердце растаяло.

От этой мысли меня снова охватил гнев на Лукаса, и я стиснула зубы. Ведь по его вине я оказалась заперта в Рубиновом дворце на месте принцессы Атанасии!

– Вот же безумный псих!

– Это ты про кого так?

Ах, этот голос!

Я резко обернулась и увидела Лукаса с гаденькой улыбкой на лице.

– Лукас!

Ну, каков подлец, а. Сам так нагло сюда заявился!

– Ты так громко меня встречаешь? Мне даже неловко. – Мы не виделись три дня, а он городил такой бред! – Неужели соскучилась по мне?

Я мельком огляделась – рядом никого не было. Расслабившись, я ответила:

– Куда ты дел похищенную принцессу?

– Куда, куда? Туда, куда ты не захотела идти.

– Сейчас же верни ее во дворец.

– С чего бы? С чего мне тебя слушать? – Лукас ухмыльнулся и снова принялся играть с моими волосами.

Каков паршивец! Почему он каждый раз трогает мои волосы?

Я скривилась. Парень закатил глаза, а затем прошептал мне на ухо:

– Можешь отправиться туда со мной и сама ее забрать.

Чего он добивался? Он ведь никогда ничего не делал просто так.

На этот раз я не стала отпираться, хоть и понимала, что Лукас что-то задумал.

– Ладно, идем. Покажи, где ты живешь.

Сейчас. Прямо сейчас!

Лукас расплылся в довольной улыбке, но тут же выдал очередную глупость:

– Скажи: «Господин Лукас, умоляю вас отвести меня в вашу башню», и тогда я подумаю.

– Чего?

– Не хочешь? Ну, дело твое. Но думаю, принцесса уже ждет не дождется своего возвращения домой.

Вот же подлец... Видимо, его и правда задело, что я отказалась идти в башню сразу.

– Господин Лукас, умоляю вас отвести меня в вашу башню, – процедила я сквозь зубы.

Маг рассмеялся, словно это его здорово позабавило. Мне стало тошно от такой реакции.

– Умеешь совместно телепортироваться?

– Умею, и что?

– Тогда попробуй телепортироваться вместе со мной прямо сейчас.

– Но мне ведь нужно знать, куда именно.

– А, выбери пока любое место.

Мне все больше не нравилась эта затея. Зачем? Почему ему нужна совместная телепортация?

Я с подозрением взглянула на Лукаса. Он же всем своим видом будто спрашивал, почему я медлю.

Это выглядело крайне странно. Но я не могла не выполнить просьбу, поэтому нехотя схватила его за руку. Подумав о ближайшем месте, куда можно было телепортироваться, я использовала немного магии.

Бах!

– Ох!..

Через мгновение я уже лежала на земле со знакомой болью в груди.

– Выходит, так и есть, – откуда-то сверху раздался сдавленный голос Лукаса. – Наши маны слишком похожи, поэтому, когда мы используем их друг на друге, происходит вот такая реакция. Уж не знаю, как это возможно, но это самое правдоподобное объяснение, ведь мы оба поглотили одного и того же священного зверя. В нашу первую встречу, когда я напал на тебя, у меня чуть органы не взорвались. А в прошлый раз ты попыталась меня остановить и сама пострадала. Вот я и решил проверить эту теорию.

Его речь повергла меня в шок.

Значит, он намеренно заставлял меня использовать на нем магию, прекрасно понимая, что я получу серьезные повреждения? Хотел проверить теорию, но при этом остаться целым? Не хотелось в это верить, но этот гад...

– Ах ты... Засранец... Кха.

Кап!

Только не это! Снова кровь пошла!

Но в этот раз боль была не столь сильной. Возможно, из-за того, что я использовала не так много маны. Но ведь все равно больно!

Я прикрыла рот рукой и взглянула на Лукаса. Он с напускной жалостью наблюдал за мной.

– Хотел бы я тебя вылечить, но если я использую на тебе магию, то и сам окажусь в такой же ситуации. Похоже, мне остается лишь отправиться во дворец за помощью, пока не стало слишком поздно.

Мне ужасно хотелось стукнуть этого мерзавца. Настоящий Лукас тоже мог вывести меня из себя, но довести меня до белого каления – нет.

– Прости, но придется повременить с твоим визитом ко мне. Знаю, ты будешь скучать, но потерпи.

Парень проигнорировал мой яростный взгляд и с ехидной улыбкой исчез прямо у меня на глазах.

– Принцесса Атанасия.

Передо мной тут же появился Иджекиил. Он вышел из-за угла дворца, рядом с которым я лежала.

Глава 180

Похоже, на этот раз никто не почувствовал всплеска магии. Я ее использовала, но в малых количествах, поэтому никто не замечал. Просто несколько дней назад Лукас такой переполох устроил, что меня поймали.

Думаю, Иджекиил случайно наткнулся на меня во время прогулки. Наверное, он навещал Дженит?

– Вы совсем недавно потеряли сознание, а уже вышли из дворца без сопровождения... У вас снова кровь? – Иджекиил осекся, заметив красные пятна на моей ладони и в уголках губ. Он беспокоился? Неужели местная Атанасия такая хилая?

– Со мной все в порядке, не волнуйтесь, – сказала я, глядя на юношу.

Нужно, чтобы маги подлатали меня. Благо башня находилась не так далеко, а мое состояние было в разы лучше, чем в прошлый раз, поэтому я решила дойти своими силами. К тому же мне почему-то совершенно не хотелось связываться с Иджекиилом...

– Прошу меня простить.

Однако юноша внезапно подошел ко мне, а потом еще и взял на руки. Я в замешательстве уставилась на него, но он меня опередил:

– Прошу, позвольте мне позаботиться о человеке, который настолько болен, что у него идет кровь изо рта.

Мне показалось, что здешний Иджекиил обращался со мной более сухо. В его голосе не слышалось ничего, кроме вежливости. Не удивительно, ведь этот Иджекиил – главный герой, получивший свое «и жили они долго и счастливо» с Дженит.

Я еще мгновение поколебалась, но решила не отказываться от его помощи:

– Благодарю вас, милорд.

Может, мне просто показалось, но после этого Иджекиил ненадолго замер. В его золотых глазах, смотревших на меня сверху вниз, читалось что-то странное. Мы встретились взглядами всего на секунду, и он тут же зашагал вперед. Мне стало неловко от молчания, но я не решилась его нарушить. В тишине мы двинулись к башне, где жили придворные маги.

* * *

– Слышал, тебя снова вырвало кровью, но ты выглядишь здоровой.

Вечером ко мне неожиданно пришел Клод.

Я и не думала, что он может лично прийти в Рубиновый дворец. Слуги тоже разделяли мое удивление. А учитывая, что он заявился без предупреждения, весь дворец встал на уши.

– О-отец. Почему вы пришли в мой?..

Я смутилась, ведь была одета в ночную сорочку. Узнав, что я снова кашляла кровью, Лили насильно уложила меня спать раньше.

Неужели он волновался за Атанасию? Клод, который всегда говорил, что и знать ее не хочет, услышав, что его дочери стало плохо, заволновался и пришел...

– Я зашел по просьбе Дженит. Не усердствуй так, я скоро уйду.

Ага, конечно.

Услышав его холодные слова, адресованные слугам, я застыла.

Да, Дженит – настоящая добродетельная принцесса. Ей даже удалось отправить сюда Клода, которому было глубоко плевать, захлебывалась я кровью или нет. И тут я вспомнила недавний визит девушки.

Честно говоря, помимо Лили, Дженит была единственным человеком, которого хоть немного заботило состояние Атанасии. Каждый раз, когда у нее появлялась такая возможность, она навещала меня и с искренним беспокойством спрашивала о моем здоровье. Тц, и лишь с ней Клод вел себя как нормальный отец...

– Вот как, – хоть он и пришел под давлением Дженит, но говорил такие вещи. Как бы это ранило настоящую Атанасию, будь она на моем месте! – Раз вы ненадолго... Тогда я не буду отнимать ваше время. Будьте осторожны по дороге назад, отец.

Какую бы боль я сейчас ни испытывала, я не могла устроить здесь сцену. Прежде всего, не я принцесса Атанасия этого мира, а значит, все последствия пришлось бы разгребать ей. Однако и не обидеться на Клода я не могла, поэтому сразу указала ему на выход, даже не предложив присесть.

– Ах!

– П-принцесса?

Горничные зашумели. Мое отношение к Клоду повергло их в шок. Да и сам он вздернул брови, не ожидая такого поведения с моей стороны.

Я прекрасно понимала их чувства, ведь настоящая Атанасия была готова на все, чтобы провести с Клодом хоть немного времени. Так что мне приходилось себя сдерживать, чтобы не натворить делов, которые потом пришлось бы разгребать не мне... Но, думаю, ничего страшного не случилось.

Клоду ведь все равно было на нее плевать, так что он просто спишет странное поведение на то, что она что-то не то съела или ударилась головой. Тем более что ему не нравилось, когда Атанасия вымаливала его любовь. Так что он, наоборот, должен радоваться, что я к нему не лезла. Сам ведь сказал, что Дженит заставила его прийти.

И хоть мне и нравилось дергать спящего Клода-льва за усы, я не хотела переходить черту. Так что я решила прикинуться слабой и немощной принцессой.

Я всем своим видом словно транслировала: «В моих словах не было ничего такого! И я вовсе не выпроваживала тебя, потому что не хотела видеть! Честно-честно!»

Конечно, вслух я ничего из этого не произнесла.

Взгляд Клода изменился. Я наблюдала за тем, как его лицо стало холодным, но как-то иначе.

– У тебя есть и дерзкая сторона, – он плотно сжал губы, а за тем добавил: – Ты кто такая, черт возьми?

Эти слова настолько меня потрясли, что мое сердце ухнуло куда-то вниз.

Ч-что? Почему он задал такой вопрос?! Неужели... догадался?!

– Ты не та Атанасия, которую я знаю. Кто ты?

Верно, я не та Атанасия, которую ты знаешь!

...Вот что хотела крикнуть я, но не могла. Я попыталась успокоить бешено колотившееся сердце. Но все мои старания пошли коту под хвост, когда я увидела пронзительный взгляд Клода. Я чувствовала себя кроликом перед хищником.

– Отец... вы не настолько хорошо меня знаете, чтобы так говорить, – мой голос, последовавший за горьким смешком, даже не дрогнул.

Клод умолк, услышав не притворство, а чистые усталость и боль. Через мгновение его взгляд стал менее подозрительным.

– Тоже верно, – к счастью, он, похоже, решил отступить.

Не думаю, что он сказал так, потому что искренне сомневался в моей личности.

К-кхм! Какой же Клод страшный! Вот она, жуткая сторона Клода!

Он развернулся, взмахнув подолом своего одеяния, словно снова потерял ко мне интерес.

– Мне тут больше делать нечего. Не болтай лишнего перед Дженит.

А? Неужто он решил, что это я подговорила Дженит отправить его сюда?

Тц, какая несправедливость! Единственный, кого я сейчас ненавижу в этом дворце, – это Клод!

– Принцесса, возвращайтесь к себе и хорошенько отдохните, – ко мне подошла Лили, с тревогой наблюдавшая за нашей сценой.

Думаю, она вздохнула с облегчением, когда он ушел не попрощавшись.

– Да, сегодня я лягу спать пораньше.

После встречи с Клодом я была совершенно вымотана и, обессиленная, вернулась к себе. Лили взглянула на меня с жалостью, а затем пожелала доброй ночи и вышла из комнаты.

Я лежала на кровати, притворяясь спящей, а затем сбросила одеяло и снова встала. Хоть мне и хотелось спать, сон ко мне не шел. Но раз я при Лили залезла в постель, демонстрируя усталость, значит, сегодня она уже сюда не зайдет, верно?

На всякий случай под одеялом я оставила вместо себя куклу и телепортировалась.

Шух.

В следующее мгновение я уже стояла на тростниковом поле, где в прошлый раз встретила Лукаса.

– Эй, Лукас! – крикнула я, и мой голос эхом разнесся в ночной тишине. – Лукас, ты, идио-о-от!

Хоть у меня и не было тому подтверждений, я я была уверена, что он явится на мой зов.

– Ты чего раскричалась на ночь глядя? – Как я и думала, Лукас лениво шел ко мне под светом луны. – Снова соскучилась? Мы не виделись всего пару дней, а ты проявляешь такую активность!

Каков наглец!

– Ты, чертов нахал! У тебя реально не все дома! Отброс! Без мозглый! Злобный психопат! – я обрушила на него шквал ругательств. Стоило мне начать, как в памяти стали всплывать недавние события, связанные с ним. Ох, ну что за несправедливость!

Лукас слушал все это молча, с легкой улыбкой. Затем он наклонил голову и произнес:

– Как странно. И почему меня не злят твои оскорбления?

– Потому что ты извращенец! – тут же парировала я.

– А, понял. Ты расстроилась, что я не взял тебя с собой в башню в прошлый раз? А что мне оставалось, если ты так отчаянно на тот свет стремилась? Успокойся, я тебя сейчас туда провожу.

– Это еще кто из нас расстроился?! Меня вообще не интересует твой дом, и я не хочу туда идти!

– Правда?

Лукас закатил глаза и широко ухмыльнулся. Я этого не ожидала. Ну что за гад? Опять угрожает? Где он научился так жутко улыбаться?

– Веди. Я за тобой, – сказала я, стиснув зубы.

Парень наконец удовлетворенно улыбнулся. Фу, как неприятно. Так счастлив, что все идет по его плану? Ему это действительно нравится?

– Хватайся.

Затем он протянул мне руку.

– Разве нас не ранит, если мы воспользуемся магией?

– Голова тебе на что? Нам просто нельзя ее использовать друг на друге.

Меня задела издевка Лукаса, но скрепя сердце я все же взяла его за руку.

Глава 181

– Ой!

Зачем Лукас неожиданно притянул меня к себе и взял на руки?

– Ты ведь не боишься высоты? Хотя, если и боишься, придется потерпеть, – небрежно бросил парень и взмыл в воздух.

Вот же гаденыш! Можно было воспользоваться этим методом раньше, чтобы мне не пришлось опять кашлять кровью?! С этими мыслями я принялась сверлить Лукаса взглядом.

На его лицо падал лунный свет... Да, он выглядел точно так же, как и Лукас, которого я знала. Я немного смутилась и отвела взгляд.

Моих щек касался прохладный ветерок. Небо освещал Млечный Путь. Звезды сверкали, как драгоценные камни, рассыпанные по черному шелку. Под нами светился дворец, утопая в мягком сиянии.

Хм? Как-то мы далековато забрались. Я пыталась рассмотреть, куда направлялся Лукас, но кругом было слишком темно. Ох, такими темпами я могла во дворец и к рассвету не вернуться, да? Внезапно меня охватила паника, и я спросила:

– Эм, нам еще далеко? У меня так-то комендантский час есть.

– Терпение. Мы почти на месте, – нетерпеливо ответил он, хотя я все еще сомневалась.

Однако уже через мгновение передо мной развернулась картина, от которой перехватило дыхание.

– Ух ты, как круто.

Сначала я подумала, что это просто ночное небо. Но ошиблась. Облака разошлись, и за ними я увидела освещенную лунным светом башню. На ее внешней стене была проекция звездного неба. Нет, даже не проекция. Она отражала небо?

Я уставилась на величественную Черную башню, которая стала словно продолжением Млечного Пути. Она была настолько прекрасна, что я лишилась дара речи. Лукасу, похоже, польстила моя восторженная реакция.

– Добро пожаловать в Черную башню великого мага, – с не скрываемой гордостью в голосе произнес Лукас, опустившись на вершину башни. – Ты первая гостья, это огромная честь.

Ой, я первая гостья. Как же приятно... Погодите.

Я любовалась открывшимся видом, где звезды будто бы собирались в соцветия, а затем замерла. Первая гостья? Я – первая гостья?

– А где девушка, которую ты украл?

Я резко пришла в себя и вспомнила, с какой целью вообще сюда отправилась. Вот это да. Ведь я почти забыла, зачем пришла. Черная башня настолько превзошла все мои ожидания, что очаровала меня. Если честно, я представляла скорее старый мрачный замок, где обитают привидения.

– Так ее здесь нет, – слова Лукаса совсем меня шокировали.

– Что? Ты ведь здесь живешь? Это твой дом?

– Я действительно живу в башне. Но, конечно, я солгал, когда сказал, что она здесь.

Что? Вот же гад! Так, значит, он меня обманул? И почему «конечно»?!

– Ты совсем дурочка? Я бы ни за что не привел ее в свою башню.

Лукас посмотрел на меня и улыбнулся. Эта улыбка в лунном свете была настолько красивой, что у меня перехватило дыхание.

– Я хотел привести в башню именно тебя, а не твою копию. – Я замерла, когда Лукас подошел ко мне и прошептал: – Мне неприятно даже представлять здесь кого-то, кроме тебя.

Эй, это он сейчас со мной флиртовал?.. Разумеется, меня смутило его поведение.

Вы только посмотрите на него. Пытается соблазнить меня? М-мы ведь даже не виделись ни разу за эту неделю, откуда такая настойчивость?

Ой, погодите. Есть ведь кое-что поважнее...

Я снова залюбовалась его лицом, но тут же встряхнулась. Нет, хватит.

Точно! У меня сейчас не было времени на этого парня.

– Обманщик! Хватит нести чушь! Сейчас же отведи меня к Атанасии!

Бах!

– Ай!

Я безжалостно пнула Лукаса по голени.

Парень охнул и согнулся от неожиданной атаки. Словно он не знал, что я собиралась это сделать, и не смог избежать удара.

– Ты только что меня пнула? – шокированно спросил Лукас, схватившись за ноющую ногу.

Да, пнула! Я только что тебя пнула! Повторить?

Я подняла руку и стукнула его по спине.

– Учитывая то, что ты сделал, ты это заслужил! И даже не один удар!

– Ай, ты спятила? Чего ты дерешься?

– А что? Придурок! Если тебя это не устраивает, ударь меня в ответ!

– Ай! Ай! Да хватит уже! Больно ведь!

Лукас был потрясен, но я так разозлилась, что не могла остановиться. Я продолжала лупить его до тех пор, пока моя ярость не утихла.

* * *

– Меня впервые кто-то ударил.

Хе-хе. Где-то я это уже слышала.

Да, такими фразами часто раскидываются в дорамах и веб-новеллах, но я ее слышала от другого Лукаса.

– Как ты могла меня ударить? При этом даже несколько раз?

Я холодно смотрела на парня, который не мог поверить в произошедшее. Казалось, что он испытал глубокое потрясение.

– Ты забыла, что я с тобой сделал?

– Если бы я забыла, то стала бы бить тебя руками?

– Ты меня не боишься? – спросил так, словно не мог меня понять.

– Не боюсь. С чего мне тебя бояться?

Но это ведь Лукас, в конце концов.

Хоть он напал на меня всерьез и из-за него меня рвало кровью, я все равно почему-то доверяла ему. Именно поэтому я и смогла ударить его. Мои поступки явно сбивали Лукаса с толку, но он никогда по-настоящему не злился и не пытался меня убить.

Однако после моих слов он переменился в лице, стал холодным, словно прочел мои мысли.

– Похоже, ты осмелела, ведь я не могу использовать на тебе магию. Но мне никакой магии не нужно, чтобы с тобой...

– Хватит болтать. Перенеси меня.

Даже если и так, ему надо было завязывать с бессмысленной болтовней. У меня вообще-то оставалось не так много времени. Я должна была вернуться во дворец до восхода солнца, а он все медлил!

Я решила, что, если не остановлю его, он еще долго будет разглагольствовать, поэтому подошла к Лукасу и схватила его за руку. Я взглянула ему в лицо. Мы стояли довольно близко, и, когда наши взгляды встретились, он замер.

– Что ты делаешь? Говорю же, перенеси меня поскорее.

Он стоял как вкопанный. Я повторила требование настойчивее – и так кучу времени потратили, чтобы сюда добраться.

Оцепеневший парень наконец открыл рот. Однако слова, что из него с трудом вылетели, граничили с бредом:

– Т-ты! Если ты решила очаровать меня своей красотой, чтобы д-добиться своего, то ты ошиблась...

А?.. Что он только что сказал? О-очаровать красотой? Я? Лукаса?

– Что ты несешь? Ты же меня сюда перенес.

Это ведь он первым пытался меня соблазнить! А теперь на меня стрелки перевести решил?

– Девушки ведь здесь нет? Я приду сюда еще раз попозже, и ты мне все покажешь, но сейчас мне нужна та, которую ты похитил.

Я осознала, что именно сказала, ровно в тот момент, когда слова слетели с моих губ. Смущение исчезло с лица Лукаса. Теперь на нем красовалось загадочное выражение, значение которого я не могла понять.

– Скорее. У меня нет времени.

В ответ на очередной призыв к действию маг вдруг подхватил меня на руки. Я крепче обвила его шею, чтобы не трясло в полете, и парень вздрогнул. Он тоже обнял меня и взмыл в небо с каким-то грустным лицом.

– Как тебя зовут? – Словно что-то неожиданно вспомнив, он нахмурился.

– Что? Ты даже имени моего не знаешь?

– Откуда мне его знать? Атанасия – это принцесса, что так на тебя похожа. А тебя саму как звать?

Меня тоже зовут Атанасия. Но, если бы я так сказала, пришлось бы все ему объяснять, а это не так просто. Поэтому я уклончиво ответила:

– Зови меня просто Ати.

– Похоже на какую-то кличку.

Этот гаденыш только что высмеял мое прозвище? Тц, но пришлось сдержаться. Иначе Лукас мог бы сказать, что передумал вести меня к Атанасии, и все.

Через некоторое время я ощутила на спине знакомое покалывание и прищурилась. Хм, показалось? Интересно, зачем он направлялся к...

– Лукас, если мои глаза не ошибаются, мы сейчас движемся к императорскому дворцу?

– Твои глаза работают правильно, – фыркнул он в ответ.

Под моими ногами действительно сиял императорский дворец!

Тот самый дворец, где были Клод, Лили и Дженит!

Мы с Лукасом приземлились на одной из террас Топазового дворца. Увидев спавшую в комнате на кровати фигуру девушки, я потеряла дар речи.

– Вот, видишь. Я привел тебя к ней. Свою часть сделки я вы полнил. Так что не выноси мне больше мозг по этому поводу.

Ах! М-да, а бревна-то в своем глазу я и не заметила. Пока я не могла сбежать от Лили, чтобы поискать книгу, принцесса Атанасия все это время была здесь?

– Лукас, ах ты...

Меня трясло от злости. Мне очень хотелось сказать ему пару ласковых, но сперва надо было решить вопрос с принцессой Атанасией. Поэтому я просто подошла к кровати и осторожно коснулась плеча девушки.

– Атанасия?

Вставай, героиня!

– Атанасия!

Но почему-то принцесса не открывала глаза. Естественно, я обернулась к Лукасу.

– Что ты с ней сделал?

Парень лениво ковырял пальцем в ухе и будничным тоном ответил:

– Просто дал ей поспать. Подарил ей такой сон, что она может даже не захотеть проснуться. Я самый добрый похититель, не так ли?

А ему не интересно, что за такое доброе похищение бывает?!

Глава 182

Но я продолжила сверлить Лукаса взглядом, и он довольно быстро пошел на попятную.

– Ладно-ладно. Сейчас разбужу ее, не надо так на меня смотреть.

Такое ощущение, что после взбучки он стал более покладистым.

Неужели я нашла на него управу? Какова бы ни была причина, Лукас протянул руку к лежавшей на кровати принцессе Атанасии.

– М-м-м.

Невероятный эффект! Сколько бы я ни трясла девушку, она ни в какую не хотела просыпаться, зато зашевелилась от одного жеста Лукаса. Она тихонько застонала, и ее неподвижное тело зашевелилось. Даже плотно сомкнутые веки задрожали, словно девушка вот-вот откроет глаза. Совсем скоро перед нашим взором предстали топазы, ярко сиявшие даже в темноте.

– З-здравствуйте? – неловко произнесла она, когда увидела нас.

Принцесса выглядела потрясенной и стеклянным взглядом уставилась на меня.

– Ой?.. – На ее лице отразилось явное удивление. – Зеркало?

Ах, она еще не до конца проснулась. Перед ней было не зеркало.

Атанасия осторожно протянула руку и дотронулась до моего лица. Я вздрогнула.

Ой! Не надо так меня щупать...

Шлеп!

– Руку убрала.

Нет-нет, это не я сказала! И не я отшвырнула ее руку.

– Кто давал тебе разрешение ее лапать?

Голос Лукаса был крайне недовольным. А чего он так разозлился? Лицо-то мое, а не его. Он реагировал так, будто Атанасия трогала его, а не меня!

– Со мной все нормально, успокойся.

– Может, тебя все устраивает, но меня – нет.

Кхм, как это понимать? Со стороны раздался сдавленный всхлип.

– Кто, кто вы такие? – Девушка окончательно проснулась и испуганно забилась в угол. Она выглядела совсем растерянной.

– Не волнуйтесь, принцесса Атанасия. Я понимаю, что это непросто в сложившейся ситуации...

Ох! Я сама мало что понимала, и мне ужасно хотелось сбежать! Но принцессе Атанасии было в разы хуже, поэтому я попыталась хоть как-то ее успокоить. К тому же я чувствовала свою ответственность за то, что она вообще оказалась в такой ситуации.

– Мне искренне жаль, что мы так вас напугали. Вы оказались тут исключительно по моей вине. И хоть ничего из этого и не было моим намерением, я искренне приношу извинения за случившееся. Вы по-прежнему находитесь на территории императорского дворца, поэтому постарайтесь сильно не волноваться. Я сейчас же вер ну вас в Рубиновый дворец.

«Мы не причиним тебе зла и не съедим. Мы твои друзья!»

Я всеми силами пыталась донести до девушки, что мы с Лукасом безобидны. Конечно, после похищения это звучало смешно, но все же.

К счастью, мои слова немного успокоили принцессу Атанасию. Но, скорее всего, дело было в другом – она не отрывала взгляда от моего лица. Заметив это, я мысленно застонала и осторожно произнесла:

– Прошу, выслушайте меня.

Когда я впервые встретила принцессу в Рубиновом дворце, я не собиралась ей ничего рассказывать. Но теперь мне показалось, что стоит ей все объяснить хотя бы в общих чертах. Тем более что она вляпалась в это из-за меня, и я не хотела ей еще и лгать.

Я набрала в грудь побольше воздуха и начала говорить.

* * *

– Опять твоя противная рожа. Давай помирай уже, – Лукас сел на подоконник и нахмурился, глядя на мужчину перед ним.

Мужчина, обратившийся в прах в лучах заходящего солнца, ожил и держал на руках младенца.

Нет, «ожил» – неподходящее слово. Он обернул время вспять.

Однако лицо его не было противным, как говорил Лукас. Просто прежде безучастный взгляд теперь смягчился, будто он внезапно открылся миру.

– Лукас, почему ты так на меня смотришь?

Из-за того ребенка.

– А, я понял. Ты тоже хочешь его подержать?

– Ага, щаз, – машинально пробормотал парень в ответ, хотя и знал, что его не услышат.

Мужчина говорил, глядя в сторону двери, а не окна, где сидел маг. Сейчас его не было видно, но, наверное, в прошлом там стоял Лукас.

Через какое-то время мужчина с легким сожалением в глазах опустил протянутые руки. Похоже, что Лукас в прошлом тоже отказался брать на руки младенца. Разумеется. Он его ненавидел. Однако вместе с тем...

– Ой, у нас гость?

Из кухни вышла женщина. Она тоже взглянула в сторону двери, где никого не было, и с улыбкой продолжила:

– Мы как раз собирались ужинать. Лукас, присоединяйся, если хочешь.

– Да, мы давно не виделись. Останься ненадолго.

Он бы принял приглашение, только если бы окончательно свихнулся.

Лукас поджал губы, глядя на семейную идиллию, царившую у этих троих. Женщина вскоре взяла у мужчины ребенка и вышла из комнаты.

– Лукас, – снова заговорил мужчина. – Я тебе это уже говорил, но ты для меня как сын. В этом доме тебе всегда рады.

Парень, освещенный оранжевыми лучами заката, усмехнулся без радости. Перед глазами оживали воспоминания той поры, когда в нем еще оставались человеческие чувства. Но за сотни лет и сами воспоминания, и связанные с ними эмоции поблекли.

– Эй, тогда скажи мне кое-что.

Однако даже сейчас те старые образы причиняли боль.

Лукас поднялся со своего места у окна и подошел к мужчине.

Тот неподвижно стоял и смотрел вслед Лукасу из прошлого.

– Если ты считаешь меня своим сыном, то почему ты так на меня смотришь?

От того тепла, с которым он всего мгновение назад смотрел на младенца, не осталось ни следа. Теперь его взгляд был усталым, отрешенным.

Именно таким Лукас его знал.

У предыдущего мага Черной башни, прожившего куда дольше Лукаса, было лицо человека, давно потерявшего вкус к жизни.

– Если бы тогда с тобой оказался не я, а твой настоящий сын, ты бы так не умер. Если ты все равно собирался умереть, так почему так дрожал, чертов лицемер, а?

Если бы это было в его силах, Лукас бы воскресил его и снова отправил на тот свет.

Но это все тоже дела прошлого. Он не должен был уже испытывать такую злость.

Ведь он воспользовался заклинанием.

Тем самым заклинанием, которое использовал маг Черной башни после смерти своей семьи. Лукас использовал его после того, как мужчина обратился в пепел прямо у него на глазах. Только так можно было избавиться от всех тех ужасных чувств.

И все же – если Лукас чувствовал это сейчас, значит, он находился не в реальности.

– Ублюдок.

Парень устало провел рукой по лицу.

– Ой, а Лукас? Уже ушел?

– Да, он крайне стеснительный.

Что этот ублюдок сказал?!

Лукас снова поднял голову и уставился на двух людей перед ним.

– Хо-хо, я так и подумала. Он такой душка, стоит его узнать поближе.

– Как бы он это ни скрывал, он такой с самого детства.

Что за бред?..

Нет, погодите. Разве перед ним проигрывались не только его воспоминания? Он не мог помнить этого разговора. Пока Лукас пытался собраться с мыслями, картина перед ним подернулась дымкой.

Теперь он оказался под дождем.

– Да. Ты попрощался с родителями?

Он перенесся в еще более отдаленное прошлое.

* * *

– Уф, я будто бы состарилась на десяток лет.

Измотанная, я упала на мягкую кровать.

Закончив свой долгий рассказ, я только что вернула принцессу Атанасию в Рубиновый дворец. После насыщенной ночи я чувствовала себя совершенно без сил.

Я почувствовала на себе пристальный взгляд и, все так же лежа на кровати лицом вниз, слегка повернула голову.

– Почему ты так на меня смотришь?

– Теперь все встало на свои места.

Лукас наблюдал за мной, глядя сверху вниз. Он выслушал ту же историю, что и Атанасия.

– Если ты говоришь правду, то, выходит, ты знакома со мной из того мира? – в его тоне слышалась смесь сомнения и удивления.

Но я не ожидала, что он примет мои слова так спокойно.

– Выходит, что так.

Его глаза требовали объяснения, но у меня не было сил. Поэтому, бросив довольно грубый ответ, я закуталась в одеяло с намерением поспать. Кровать в Топазовом дворце такая мягкая и уютная!

Ох, как же меня в сон клонило.

Пока я постепенно погружалась в царство Морфея, а мои веки наливались свинцом, до меня донесся тихий и мягкий шепот:

– Значит, если ты найдешь ту странную книгу, то вернешься в свой мир?

– Хм... Думаю, что это самый простой выход...

– Да?

А?

Во мне сработал сигнал тревоги. Сон как рукой сняло – я резко вскочила на ноги.

– Стой! Что ты задумал?

Мне показалось? Но я почувствовала, как прямо в меня летит заклинание. Словно в подтверждение моих мыслей, Лукас наклонил голову и зловеще улыбнулся:

– Не волнуйся. Я просто взорву весь императорский дворец.

Ну что за дебил?!

Глава 183

– Ты просто так решил взорвать императорский дворец?!

– Ну да. Мне почему-то захотелось.

Меня это уже даже не удивляло. Ну почему он постоянно так по-свински вел себя со мной?!

Надо было поскорее увести Лукаса отсюда подальше, пока он не натворил тут дел.

– Л-лукас? Может, давай переместимся в твою башню? Мы ведь так и планировали?

Ох, если честно, мне хотелось просто лечь спать. Но, судя по переменчивому настроению парня, оставаться во дворце было плохой идеей.

Я встала с кровати и быстро подошла к Лукасу. К счастью, он меня послушал.

– Хочешь прямо сейчас отправиться в башню?

– Да! Она такая классная! Мне никогда не надоест любоваться ей! Каждый раз как в первый! Аж дух захватывает!

Да, хоть я и увидела башню сегодня впервые, но пела ей такие дифирамбы, что мне уже надоело придумывать новые эпитеты. Однако мои усилия не прошли даром: я почувствовала, как окружавшая Лукаса магия стала медленно рассеиваться.

– Ну же! Идем скорее! – я не сбавляла оборотов и принялась упрашивать его, как ребенок, умоляющий маму сводить его в парк аттракционов.

Уловка сработала, и вскоре мы прибыли в башню.

Ох, так и помереть недолго. Если меня не трогать, то я несколько дней точно просплю как убитая. Мне кажется, я даже успела случайно задремать на руках у Лукаса по дороге сюда. Кхм-кхм. Надеюсь, что я х-хотя бы слюни на него не напускала.

– Слушай, Лукас. Я так устала, что в любой момент могу заснуть. Может, экскурсию отложим на завтра? – протирая глаза, спросила я, когда мы с Лукасом спускались по лестнице.

Он давно хотел показать мне башню, и я опасалась, что теперь он обидится.

– Да, скоро уже рассветет, я тоже вымотался. Если хочется спать, то надо спать.

К моему удивлению, он согласился. Он даже принес постельные принадлежности в просторную комнату. Я уже собралась было с размаху плюхнуться на кровать, но резко пришла в себя и повернулась к Лукасу.

Он смотрел на меня, словно спрашивая, почему я еще не улеглась. Я буквально кожей ощущала его испытующий взгляд.

– Ты ведь не собираешься развалить императорский дворец, пока я сплю?

– Как ты можешь такое спрашивать? – фыркнул Лукас, но меня так просто не проведешь!

– Нет, ты никуда не пойдешь! Иди сюда и тоже ложись! – Я потянула его за руку. Когда я коснулась его, парень вздрогнул. – Не вырывайся! Просто поспи рядом со мной. Останься.

Мой слова застали Лукаса врасплох, но я усадила его рядом и не выпускала руку – чтобы не сбежал. Парень удивленно попытался высвободиться, но я только усилила свою хватку.

– Ах ты... бесстрашная девчонка...

– Я очень чутко сплю, знаешь ли. Если высвободишь руку – тут же проснусь. Так что даже не думай улизнуть во дворец, когда я засну, понял?

Лукас потерял дар речи. Я чувствовала на себе его взгляд, но мои веки уже наливались свинцом, поэтому я не знала, какое выражение было на его лице.

– Я вообще-то... задала вопрос... На вопросы... надо отвечать...

Я не ошиблась – стоило моей голове коснуться подушки, как я тотчас же заснула. А может, это потому, что постель, подготовленная Лукасом, была невероятно мягкой.

Я провалилась в сон, даже не дождавшись ответа. И все так же крепко держала его за руку.

* * *

– Лукас!

Когда я проснулась на следующий день, обнаружила, что место рядом со мной пустует. Я протерла глаза и выглянула в окно: солнце уже высоко стояло в небе.

После долгого сна я чувствовала себя отдохнувшей. Встав с кровати, и использовала на себе заклинание очищения и отправилась на поиски Лукаса. Но его нигде не было.

Неужели он действительно отправился в императорский дворец?!

С этой мыслью я тут же телепортировалась.

– Ах, с ним все в порядке. Хвала небесам...

К счастью, вопреки моим опасениям, дворец сохранил свой первоначальный великолепный облик.

Я жутко волновалась, что Лукас мог прийти сюда ночью и все взорвать. Кхм-кхм, хоть я громко заявляла о том, насколько чутко сплю, но даже не заметила, как он выскользнул из моей хватки и покинул комнату.

Но где же тогда его носило?

– Ой.

Вдруг мне на глаза попалась пара знакомых.

– Вечного процветания Обелийской империи. Как вы себя чувствуете, принцесса Атанасия?

Я затаила дыхание, когда увидела принцессу и Иджекиила вместе. О-они слишком рано встретились! Ведь Атанасия только вчера вернулась во дворец.

Я с тревогой наблюдала за ними.

– Все хорошо, спасибо.

Принцесса выглядела смущенной и сдержанно улыбнулась. Похоже, ей почти не доводилось разговаривать с Иджекиилом. И все-таки мой вчерашний рассказ придал девушке уверенности. Она вела себя так, словно мы не менялись местами на несколько дней.

– Я хотела извиниться. Столько хлопот вам доставила.

Взгляд Иджекиила почему-то замер на ее лице. Однако это продолжалось всего мгновение. Вскоре юноша слегка поклонился и ответил:

– Что вы. Любой бы так поступил.

Эту его фразу можно было трактовать по-разному. Он имел в виду, что помог бы любому или что каждый помог бы принцессе? Как бы то ни было, Иджекиил держался отстраненно.

– Вы направляетесь к принцессе Дженит на чаепитие?

– Да, верно.

– Я вас провожу.

– Что? Нет, в этом нет...

– Мне как раз нужно в ту сторону – у меня там дела.

Атанасия растерялась и попыталась отказаться, но Иджекиил оказался настойчивее. В итоге они вместе направились в Изумрудный дворец.

Какая неловкость... Я ведь не одна это чувствую, да? Но, судя по всему, у них изначально были не самые близкие отношения. К тому же принцесса Атанасия мыслями была в другом месте. Медленные шаги и устремленный под ноги взгляд выдавали ее глубокую задумчивость.

Иджекиил из вежливости пытался пару раз завести разговор. Однако она отвечала на удивление вяло, поэтому юноша вскоре оставил свои попытки.

Его глаза скользнули по лицу девушки, но та, казалось, этого не заметила.

– Ах, Атанасия, Иджекиил! – Дженит радостно поприветствовала их у входа в Изумрудный дворец. – Как так получилось, что вы пришли вместе?

– Я встретил принцессу Атанасию по дороге сюда и проводил ее.

– Спасибо. Я до сих пор переживаю за состояние Атанасии.

Я впервые присутствовала при разговоре Дженит и Иджекиила в этом мире. То ли от того, что Дженит теперь была принцессой, то ли потому, что рядом был еще один человек, Иджекиил говорил с ней предельно сухо и вежливо.

– Принцесса Атанасия, долгих лет жизни и процветания.

Ой, а это кто?

Вместе с Дженит из дворца вышла еще одна знатная дама. Она поздоровалась с Атанасией, и девушка ответила ей:

– Здравствуйте, графиня Розалия.

Ах вот как! Это графиня Розалия? Она же тетя Дженит!

Я с удивлением всматривалась в черты ее лица.

Надо сказать, что она напоминала ту женщину с портрета, который я видела в спальне Клода. Но они с мамой Дженит ведь сестры, так что не удивительно, что они похожи.

Графиня Розалия была женщиной с каштановыми волосами и зелеными глазами, все еще сохранявшей свою красоту. В моем мире она умерла по дороге в Обелию, поэтому лично я никогда ее не видела.

Значит, вот как выглядела женщина, убившая Атанасию в оригинальной истории?

– Слышала, что у вас возникли некоторые проблемы со здоровьем, но сейчас по вам даже и не скажешь, – произнесла графиня, осматривая Атанасию с головы до пят.

Я расстроилась, когда заметила выражение ее лица. Казалось, она была крайне раздосадована тем, что принцесса поправилась.

– Хо-хо-хо. Неудивительно, что появились слухи – будто вы просто притворялись, чтобы привлечь внимание его величества, – она произнесла эти слова с ослепительной улыбкой, которая не могла скрыть ее истинных намерений.

Дженит удивили слова графини. Девушка совершенно не ожидала, что ее тетя могла сказать подобное принцессе Атанасии. Дженит нахмурилась и открыла рот:

– Тетя, что вы...

– Графиня Розалия. Думаю, что вы проявили огромное неуважение к принцессе Атанасии.

Голос Иджекиила прозвучал громче, чем Дженит. Все три дамы взглянули на него.

– О, прощу прощения, если прозвучало грубо. Я просто пере сказала слухи, а не выразила свое мнение, – графиня Розалия не винно извинилась, словно даже не думала, что ее слова могли быть истолкованы неправильно.

Но это извинение было пустым. Похоже, с принцессой Атанасией она всегда вела себя крайне высокомерно...

Но по роману Атанасия была робкой девушкой, которую шпыняли все подряд. Судя по всему, графиня не в первый раз позволяла себе подобное отношение к ней.

– Атанасия, не принимай слова моей тети близко к сердцу, – сказала Дженит, когда девушки остались одни.

Иджекиил тоже покинул Изумрудный дворец. Как я и думала: он солгал насчет дел, чтобы принцесса не чувствовала себя обузой.

Глава 184

Дженит обеспокоенно повернулась к Атанасии:

– Она просто не знает, о чем говорит. Тебя ведь действительно рвало кровью...

– Все нормально. Мне неважно, что говорят другие люди, – удивительно, но слова графини Розалии будто бы не задели Атанасию. Она успокоила Дженит, слабо улыбнулась и продолжила: – Кстати, я слышала, что отец приходил в Рубиновый дворец по твоей просьбе. Хотела поблагодарить тебя за заботу.

Дженит тут же замерла.

– Отец приходил в Рубиновый дворец? – Она смотрела на Атанасию, широко распахнув глаза, а затем ярко улыбнулась. – Но я его об этом не просила. Значит, он волновался за тебя.

Этого я не ожидала. Тогда ведь Клод ясно дал понять, что заглянул ко мне по просьбе Дженит, верно?

Но я сомневалась, что Дженит лгала во благо принцессы Атанасии. Всего мгновение назад она по-настоящему удивилась.

«Мне тут больше делать нечего. Не болтай лишнего перед Дженит».

Так что же это получается... Он просто не хотел попасться на своей лжи? Ведь если бы Атанасия рассказала Дженит о том, что произошло в тот день, то узнала бы, что Клод отправился в Рубиновый дворец по собственному желанию. В итоге все так и случилось.

Однако, в отличие от меня, Атанасия не поверила Дженит.

– Не надо приукрашивать, Дженит. У тебя слишком доброе сердце.

– Нет, правда. Я никогда не просила отца о подобном...

– Все в порядке, Дженит. Я к этому уже привыкла.

Похоже, реакция Атанасии ошеломила Дженит. Я тоже не смогла сдержать слез, когда увидела горькую улыбку на лице светловолосой принцессы.

Ох, насколько же глубоко недоверие пустило свои корни. Клод этого мира, ты был чересчур жесток с Атанасией!

Я издалека наблюдала за тем, как две девушки направились во дворец, а затем ушла.

Так куда же подевался Лукас? В башне его точно не было.

А точно ли?.. Я ведь не стала осматривать всю башню, решив, что он отправился взрывать императорский дворец. А в-вдруг он подумает, что я по-тихому слиняла, не оставив даже записочки?

С чувством беспокойства я направилась в Топазовый дворец. Теперь, когда мне больше не надо было притворяться принцессой Атанасией и оставаться в Рубиновом дворце, я решила снова взяться за поиски книги.

– Ой! Так вот ты где!

Но там уже был кое-кто еще. Лукас собственной персоной стоял у стола, спиной к входу. Услышав мой голос, он обернулся и отряхнул руки.

– Ты пришла позже, чем я думал. Я был уверен, что ты первым делом прибежишь сюда. Но, видать, не так уж ты и рвешься домой?

Лукас махнул рукой, и на мгновение в воздухе зависло что-то, похожее на пыль или пепел, а затем исчезло.

– Что ты тут делаешь?

– Меня заинтересовала книга, о которой ты говорила, и я решил тоже поискать ее.

Я удивленно замерла.

– Заинтересовала? С чего вдруг?

– В смысле с чего? Тебе ведь самой лучше будет, если я найду ее.

И то верно. Но все равно, почему? Моя интуиция снова забила тревогу.

– И что, нашел?

– Не-а. И вообще, почему тут столько пыли?

– Разве? Как по мне, тут чуть ли не каждый день убирают.

– За все утро тут не было ни одной серой мышки-горничной. О какой уборке ты говоришь?

Лукас возмущенно взмахнул руками, словно пыль повредила его драгоценные легкие. Но мне казалось, что во дворце было довольно чисто, а парню просто захотелось придраться.

Как бы то ни было, помощь Лукаса мне явно не помешала бы. Мы принялись вместе искать книгу. Однако, как и раньше, поиски оказались безрезультатными.

– Закончим на сегодня? – Лукас подошел ко мне, когда солнце начало клониться к закату.

Хм, да, сомневаюсь, что еще один час поисков нам бы чем-то помог.

– Я загляну ненадолго в Рубиновый дворец.

– Волнуешься за ту принцессу?

В яблочко. Я со вчерашнего вечера не могла выбросить ее из головы. Именно поэтому я наблюдала за ней сегодня днем.

– В Рубиновом дворце ты ее не найдешь. Похоже, она сейчас на встрече с императором, – мимолетом бросил Лукас, задумчиво всматриваясь в пейзаж за окном. – Если тебе действительно интересно, то стоит заглянуть во дворец самого императора.

После недолгих колебаний я щелкнула пальцами.

* * *

Я оказалась в хорошо знакомом мне саду Гранатового дворца.

– Мне приснился сон.

Ветер раскачивал фиолетовые цветы.

Тихий голос принадлежал принцессе Атанасии. Как и сказал Лукас, она стояла напротив Клода, ее лицо было совершенно бесстрастным.

– Он был настолько прекрасен, что мне до слез не хотелось, чтобы он заканчивался.

Услышав это, я вспомнила недавние слова Лукаса.

«Просто дал ей поспать. Подарил ей такой сон, что она может даже не захотеть проснуться. Я самый добрый похититель, не правда ли?»

Теперь я поняла, о чем он говорил. До слез прекрасный сон. Что же она видела?

– Но, проснувшись, я поняла. – Губы Атанасии тронула грустная улыбка, когда она спокойно произнесла: – Отец никогда не считал меня своей дочерью.

Буш.

Порыв ветра принес с собой слабый цветочный аромат и взъерошил мои волосы. Красивое лицо девушки, на мгновение скрытое золотистыми прядями, вновь открылось.

– Вы не любили меня ни секунды.

В ее топазовых глазах бушевала настоящая буря эмоций: печаль, отчаяние, боль, скорбь и смирение...

Клод молчал. Его лицо оставалось равнодушным. Он не отрицал, но и не подтверждал ее слов, однако принцесса будто бы и не ждала его ответа.

– Вы, правда... – на этот раз ее тихий голос звучал так, словно она сдалась. – Вы всегда были честны со мной. Предельно честны.

* * *

– Вы здесь?

Принцесса Атанасия вернулась в Рубиновый дворец и заперлась в своей комнате. Она неподвижно сидела на кровати, а затем заговорила в пустоту.

– Я почему-то так и думала, что вы придете.

Я поняла, что она обращалась ко мне, и молча появилась перед ней. Она слабо улыбнулась, но я не ответила.

– Как странно. Мы выглядим одинаково, но я смотрю на вас и думаю, что вы совсем не «другая я».

С одной стороны, я прекрасно ее понимала. Да, мы с ней обе были принцессой Атанасией, только в разных мирах. Однако до того, как стать принцессой Атанасией в другом мире, разве я не была Ли Чжихе?

На самом деле я до сих пор не была уверена, переродилась ли по-настоящему или просто на время оказалась в чужом теле. Как бы то ни было, я – не настоящая принцесса Атанасия из романа...

Раз так, значит, мы с девушкой, что сидела сейчас напротив меня, совершенно разные души. Даже если отбросить тот факт, что мы из разных миров.

– Вы были такой же? – Однако принцесса Атанасия не знала этого и тихим голосом спросила: – Вы тоже жили с таким отчаянием, как я?

Я не знала, что сказать. В ее глазах плескалось слишком много – и среди всего прочего особенно отчетливо читалось отчаянное желание знать, что кто-то тоже прошел через это. Кто-то жил той же болью.

Вчера я рассказала ей, что я «еще одна принцесса Атанасия из другого мира». Разумеется, я не говорила, что настоящая принцесса – героиня романа. И если она та самая Атанасия, то по сюжету она умрет от рук Клода в ближайшие несколько месяцев...

– Прошу, позвольте мне снова увидеть тот сон.

Теперь мне было еще труднее сказать ей это.

Девушка, сидевшая на кровати, бросилась ко мне. Не описать, какие чувства я испытала, глядя на то, как она прижалась к моим ногам.

– Позвольте мне снова увидеть тот сон.

– Атанасия...

– Умоляю. Это ведь вам под силу, верно? – В ее заплаканных глазах, в ее умоляющем шепоте сквозило безграничное отчаяние. – И, если можно, я бы хотела навсегда остаться в нем.

Неужели сон, что показал ей Лукас, был настолько прекрасен? До такой степени, что пробуждение причинило ей такую боль? И хоть она знала, что это ложь, она хотела вернуться в него? Значит, во сне ее искренне любил тот человек, чьей любви она так жаждала.

Ее серьезный взгляд поразил меня.

Однако я не могла исполнить ее желание. А даже если бы и могла, то сомневалась, можно ли снова показывать ей тот сон.

Принцесса Атанасия цеплялась за меня и умоляла вернуть ее в сон, который она видела всего раз. Но каким бы сладким и прекрасным он ни казался, оставался лишь сном. Правильно ли было бы позволить ей погрузиться в ложное счастье?

Я закусила губу и осторожно произнесла:

– Прости, но я...

– Ты обратилась не по адресу, – именно в этот момент в тем ной комнате появился Лукас. – Она не может исполнить твое желание.

Мы с принцессой Атанасией одновременно повернулись к парню. Рубиновые глаза Лукаса были отчетливо видны даже в темноте.

– Если я исполню его, что ты дашь мне взамен?

– Лукас! – крикнула я.

Появился из ниоткуда и намеревался обмануть принцессу Атанасию!

Но принцесса ответила на его вопрос быстрее, чем я успела их остановить.

– Что угодно. Я дам вам что угодно. Все, что я смогу дать, – от чаянный голос прорезал темноту.

Глава 185

Рубиновые глаза Лукаса сверкнули угрожающим холодом. Через мгновение его губы сжались в тонкую линию.

– Я исполню твое желание, – раздался его чарующий голос.

Лукас протянул руку к принцессе. По ее призрачно-бледному лицу скатилась слеза, и девушка начала падать.

– Атанасия! – Я едва успела подхватить ее.

Следы слез на лице вызывали жалость. К счастью, она просто уснула. Нет, скорее, не «к счастью».

Прижимая девушку к себе, я подняла голову. Лукас холодно наблюдал за мной. Он смотрел исключительно на меня, словно его совершенно не интересовала та, которую он только что усыпил.

Я не сомневалась, что смотрела на него с точно таким же холодом. Подавив бурлящие во мне эмоции, я спокойно спросила:

– Что ты себе позволяешь?

– Это только наше с ней дело. Не лезь.

Лукас держался отстраненно.

Возможно, он был прав. Принцесса Атанасия попросила его исполнить ее желание, и он прислушался к просьбе. У меня действительно не было причин вмешиваться.

Но как бы рационально это ни звучало, моему сердцу все равно было неспокойно.

– К тому же это не единственная проблема, из-за которой тебе нужно переживать, – однако вскоре Лукас тихо продолжил. – Императору недолго осталось.

– Что?

Я не сразу поняла, что он сказал, поэтому переспросила. Слова Лукаса никак не укладывались в моей голове.

– Я про твоего отца в этом мире. Он скоро умрет.

Тишина поглотила комнату. Его голос прозвучал для меня как удар грома посреди ясного неба и так же внезапно стих.

Я заглянула в его рубиновые глаза. На меня словно ушат ледяной воды вылили.

* * *

«Я сдаюсь».

Клоду снился сон.

«Если ты этого хочешь, я буду умолять тебя».

Во сне он отчаянно шептал эти слова кому-то. Он был настолько убит горем, что готов был с радостью упасть на колени, если бы человек перед ним того захотел.

Даже забавно. Он никогда в жизни ни к кому не испытывал подобных душераздирающих чувств. Но еще больше его поражало то, насколько все вокруг казалось настоящим – слишком ярким для сна.

«Выбери меня. Не думай ни о чем другом. Будь эгоистичной и выбери себя».

Однако лицо человека перед ним было размытым, словно подернутое какой-то дымкой. Хотя между ними была всего пара шагов, Клод не мог разглядеть, кто это.

Тц, ну и пусть. Все равно это сон. Подобный бред не мог случиться наяву.

Но тогда почему?..

Как он мог испытывать такую тоску по человеку, которого он даже не знал?

«Себя, а не ребенка, который даже в эту минуту забирает твою жизнь».

В этот самый момент туман, застилавший ему глаза, начал медленно рассеиваться. Когда острый подбородок и алые губы обрели четкость, Клод неосознанно протянул руку вперед. Вид слез, бежавших по белоснежной коже, разрывал ему сердце.

Он коснулся кристальной слезы – и тут же проснулся.

– М-м-м.

Когда он открыл глаза, его голову пронзила острая боль. Клод сел, потирая лоб. Судя по темноте, была ночь.

Почему-то у него в последнее время часто болела голова. Это и раньше случалось, когда он видел Атанасию, но приступы участились. Особенно сильной боль стала после того, когда он увидел, как Атанасия кашляет кровью в саду и теряет сознание. С тех пор, стоило ему только увидеть девушку или подумать о ней, боль накрывала с новой силой.

Будто какие-то воспоминания, давно забытые, пытались прорваться наружу.

Внезапно рука Клода, потиравшая лоб, замерла. Разве он только что не видел какой-то сон?

Странно, но он совершенно не мог его вспомнить. Осталось лишь чувство тоски...

Он невольно усмехнулся. Тоска. Что вообще могло вызвать у него такое чувство?

– Какой дурацкий сон, – пробормотал Клод и встал с дивана.

Да, если бы Дженит узнала, что он снова спал на диване, она бы разозлилась.

Он подошел к окну, из которого струился лунный свет.

«Мне приснился сон. Он был настолько прекрасен, что мне до слез не хотелось, чтобы он заканчивался».

Внезапно в его памяти всплыли слова девушки, с которой он не так давно виделся.

«Но, проснувшись, я поняла».

Атанасия проигнорировала его предупреждение и снова пришла к нему. С очередной чепухой.

«Отец никогда не считал меня своей дочерью».

Ее смиренная грустная улыбка вызвала в его груди какое-то покалывание, и он не мог понять почему.

«Вы не любили меня ни секунды».

В этом утверждении не было ни капли лжи. Однако по какой-то причине слова, слетевшие с уст девушки, заставили его чувствовать себя... странно.

Клод очень долго обдумывал то, что сказала ему Атанасия. Ее заплаканное лицо продолжало мелькать перед его глазами.

До самого рассвета Клод не отходил от окна.

* * *

– Что значит – ему недолго осталось? – спросила я Лукаса.

Парень смотрел на меня, а через мгновение криво улыбнулся.

Мягкий лунный свет проник в комнату, в которой будто бы стало темнее.

– Почему тебя это интересует? – Лукас, стоявший на границе света и тени, походил на жнеца из преисподней.

– Я не в настроении на препирательства с тобой.

Он рассмеялся, словно стал свидетелем крайне забавного зрелища. Однако в его словах, раздавшихся следом, не было ни следа веселья:

– Почему тебя это интересует? Ты ведь все равно скоро уйдешь.

Уже через мгновение парень внезапно оказался прямо передо мной.

Его рука легла мне на плечо, а другая принялась играть с моими волосами. Однако не так, как раньше. Я наклонилась к Лукасу, словно меня притянула внешняя сила.

– Слушай внимательно, принцесса. Не обманывай себя. Но это не твой мир.

В меня вперился ледяной взгляд, который я никогда раньше не видела.

Лукас почему-то выглядел очень расстроенным. И эти слова он буквально выплюнул мне в лицо. Я и не заметила, как сильнее прижала к себе спящую принцессу.

– Сама ведь сказала, что собираешься вернуться в свой мир. Так что тебя не должно волновать, что станет с теми, кто живет здесь, верно? У тебя нет права вмешиваться. Тебя это не касается.

Лукас давненько так со мной не разговаривал. В такие моменты он обычно не шутил. Да и его слова не были ложью.

В каком-то смысле я действительно была чужой в этом мире. Как он и сказал, меня не касалось то, что произойдет здесь.

– Но все же тебя это волнует. Тебе так же дорог здешний император, как и этой принцессе? Считаешь его своим настоящим отцом?

Но если бы это было действительно так, стала бы я спрашивать?

Ох. Как же раздражало, когда Лукас орудовал словами, как настоящим мечом.

Парень криво усмехнулся, словно прочитал мои мысли. Я ничего не ответила, но мое молчание послужило ему ответом.

– Тогда я тебе расскажу.

Мне показалось? Но складывалось такое впечатление, словно Лукасу доставляло удовольствие то, что я не могла вот так их оставить.

– Уж не знаю почему, но император воспользовался запретной магией.

Услышав его тихий голос, я резко втянула в себя воздух.

– Запретной магией?..

Насколько мне известно, в мире есть лишь одна магия, которую называют запретной.

Черная магия.

– У него черная дыра прямо вот здесь, – видя мою реакцию, парень лениво улыбнулся и стукнул себя пальцем по голове. – Думаю, он запечатал свои воспоминания о прошлом, но выбрал для этого довольно радикальный метод.

У меня это в голове не укладывалось. Клод запечатал свои воспоминания... Зачем ему делать нечто подобное?

В прошлом, когда Клод из-за меня потерял память, я изучала ментальную магию. Информацию о ней в обычных источниках было не найти, ведь любое вмешательство в разум человека несло в себе большую опасность.

– Но теперь блок в его голове начал разрушаться. Из-за чего у него возникли проблемы с мозгом.

Значит, если Лукас был прав и Клод действительно запечатал воспоминания, то он воспользовался для этого черной магией.

– Похоже, он пережил настолько сильное потрясение, что заклинание начало разрушаться. Подробностей я не знаю, да и знать не хочу.

Но его слова все равно не укладывались у меня в голове.

Я никак не могла поверить, что Клод применил на себе такую магию, а теперь находился в огромной опасности из-за побочных эффектов.

– Что за выражение лица? – На этот раз голос Лукаса был мягким, словно утешал меня.

Трудно представить, как я сейчас выглядела.

Рука, прежде до боли тянувшая меня за волосы, медленно расслабилась. Золотые локоны бесшумно рассыпались по моим плечам.

Глава 186

Лукас мягко приподнял мой подбородок и прошептал:

– Нет ни единого случая, когда использование черной магии заканчивалось бы чем-то хорошим. Такая магия несет в себе одни несчастья. Ты ведь сама маг, должна это знать.

Мы встретились взглядом, и даже в почти полной темноте его глаза казались ярко-рубиновыми.

– Так что притворись, что ничего не было.

На губах Лукаса заиграла мрачная улыбка. Она не предвещала ничего хорошего.

– Ты пришла из другого мира. Какое право у тебя есть вмешиваться?

Устремленный на меня взгляд был острее ножа. Его пальцы сжимали мой подбородок все сильнее.

– Чего ты добиваешься, вмешиваясь в жизни других людей?

Казалось, что даже у его низкого тихого голоса появились когти.

Похоже, Лукас злился на меня.

Я смотрела в рубиновые глаза и прикусила губу. Давление на подбородок стало слишком сильным, и я попыталась стряхнуть с себя его руку. Но Лукас оказался проворнее. Уже через мгновение он коснулся моей щеки с такой мягкостью, словно только что не причинял мне боль.

– Но если ты так хочешь все исправить... – Я не сразу поняла, к чему он клонит. – Займи ее место.

– Чего?

– Стань настоящей принцессой Атанасией этого мира, – ответил мне Лукас с мягкой улыбкой.

Мне показалось, что тело девушки, спавшей на моих руках, похолодело. Я невольно покрепче прижала к себе Атанасию.

– И тогда я исполню твое желание.

Он походил на дьявола, искушавшего меня сладкими речами, чтобы заполучить мою душу. Точно так же он поступил с принцессой, а теперь обратил свои чары на меня.

Он ласково коснулся моего уха, и я вздрогнула. Я постаралась скрыть это, но Лукас медленно расплылся в улыбке, почувствовав мое волнение.

– И каково же мое желание?

– Разве ты не хочешь спасти своего отца из этого мира?

– А что будет с настоящей принцессой Атанасией? Как ты можешь просить меня занять ее место?

– Я просто позволю ей жить в счастливом сне до самой смерти, как она и хотела.

Его ответ, последовавший без малейшего колебания, заставил меня громко рассмеяться.

– И тогда ты станешь настоящей принцессой.

Рука Лукаса скользнула к моему затылку. От его прикосновения мое сердце учащенно забилось.

– Но не в твоем мире, а здесь, – сладко прошептал, наклоняясь ко мне.

Когда я почувствовала тепло его губ, по телу пробежала дрожь. Но, казалось, его это ничуть не смутило. Он обхватил мою шею рукой и впился в мои губы еще сильнее. Я отстранилась и встретилась взглядом с рубиновыми глазами, которые были совсем рядом и так и норовили меня поглотить. За этим последовал грубый поцелуй, похожий на внезапный тайфун.

Хуже всего было то, что в его действиях не было ни капли сомнений. Вскоре Лукасу пришлось отстраниться. Между нами повисло лишь мое прерывистое дыхание.

Он убрал руку и коснулся своей губы, которую я только что укусила. В лунном свете я заметила на его пальцах кровь. Глаза цвета крови не отрывались от этой картины.

– Не говори глупостей, – с трудом выдавила я.

Со стороны могло показаться, что мой голос звучал спокойно, но внутри меня бушевал ураган. Слова Лукаса и его действия запутали меня окончательно.

– Почему глупостей? – неподалеку раздался его голос. – В чем, по-твоему, разница между фальшью и реальностью?

– Ты...

– Разве ты не так же реальна, как и та девушка? – Он говорил, а я только и могла, что кусать губы, не зная, что ему ответить. – Так почему ты считаешь глупостью то, что можешь стать здешней принцессой Атанасией?

В его голосе звучала насмешка. Сейчас Лукас смотрел на меня ледяным взглядом, словно это не он так страстно целовал меня меньше минуты назад.

– Зачем ты так хочешь удержать меня здесь? – тихо спросила я, глядя на него.

– Я не хочу, чтобы ты возвращалась в свой мир и жила счастливо.

– Почему ты злишься?

– Ты меня бесишь. С ума сводишь, – незамедлительно парировал Лукас.

Я догадывалась, почему он так себя вел, но решила не подливать масла в огонь и держала мысли при себе.

Парень снова смерил меня ледяным взглядом, а затем выругался.

– Ты еще заплатишь за то, что так запросто явилась в этот мир.

Нет, а где справедливость? Я ведь не по своей воле здесь оказалась!

– Принцесса? Почему вы сидите на полу?

А? А?!

Когда за моей спиной раздался женский голос, я чуть не подпрыгнула. От страха у меня перехватило дыхание, и я задрожала.

Ч-что произошло?! Почему я не услышала ни как открылась дверь, ни как кто-то подошел сзади?!

Я судорожно обернулась и увидела удивленное лицо Лили.

– Ли... Лили?

– Я стучала, но вы не ответили. Решила, что вы уже спите и вошла...

Я даже ее не дослушала – сразу же в панике опустила голову.

С-стойте! У меня ведь принцесса Атанасия на руках!

Однако ее уже не было. Когда она успела исчезнуть? И почему я опять ничего не заметила? Меня озарила догадка. Я вскинула голову и увидела Лукаса, он стоял перед открытой дверью на террасу. На его плече безвольно висела принцесса Атанасия.

Однако, глядя на Лили, которая проследила за моим взглядом и озадаченно всматривалась в террасу, я поняла, что маг применил заклинание невидимости.

О нет, меня ведь снова приняли за принцессу Атанасию, да?

Лукас, ну гаденыш! Специально скрыл стук Лили, ведь знал, что иначе я бы тотчас же спряталась! Более того, раз он не мог использовать магию непосредственно на мне, решил действовать через обстановку.

Он поймал мой взгляд и лукаво улыбнулся. В лунном свете его улыбка выглядела особенно опасной.

Через мгновение он исчез.

– Принцесса? – обеспокоенно позвала меня Лили.

А я только смотрела в пустоту ночи, не в силах вымолвить ни слова.

Лукас... Вот же гаденыш...

Я прибью его. Как увижу, так сразу и прикончу!

Я яростно стиснула зубы, проклиная его. По иронии судьбы, ночь только начиналась.

* * *

На следующий день в поместье маркиза Ирейн проводился грандиозный бал.

Дженит и Иджекиил приехали вместе. Поскольку они были парой на балу, это выглядело вполне естественно.

– Поэтому, когда леди Флоренс увидела это ожерелье, она отдала его коту...

Как обычно, карету наполняло беззаботное щебетание Дженит. В какой-то момент девушка заметила, что Иджекиил ее не слушал и был поглощен своими мыслями.

– О чем ты так задумался, Иджекиил?

Юноша повернул голову на звонкий голос девушки перед ним. Он смотрел на нее спокойным взглядом, словно ни на секунду не отвлекался, но Дженит знала, что это не так. Вскоре он произнес:

– Разве принцесса Атанасия из тех, кто благодарит других за помощь?

По просьбе Дженит Иджекиил отбрасывал формальности, когда они оставались наедине. Но его вопрос прозвучал так неожиданно, что девушка озадаченно наклонила голову вбок.

– Что? Все ведь говорят спасибо, когда им помогают.

Иджекиил на мгновение опустил взгляд, задумавшись о чем-то. Затем он посмотрел в окно и тихо, словно обращаясь к самому себе, ответил:

– Полагаю, что так.

Дженит почувствовала, что он так и не нашел ответа на свой вопрос.

Через какое-то время они прибыли в поместье маркиза Ирейн и вышли из кареты.

Иджекиил и Дженит, войдя в зал под руку, выглядели безупречно. Словно двигаясь по заранее известной программе, они дошли до центра зала под общий одобрительный гул.

Главными героями бала должны были стать брат и сестра, дети маркиза Ирейн. Но все взгляды были прикованы к Дженит и Иджекиилу. Их совместный танец походил на сцену из сказки. Рядом с ними под приятную музыку в танце кружились и другие пары, но им было с ними не сравниться.

По окончании танца раздались аплодисменты, и все обменивались дружескими приветствиями.

– Принцесса Дженит, не окажете ли вы мне честь станцевать с вами второй танец? – к Дженит подошел сын маркиза Ирейн, с недавних пор открыто ухаживавший за девушкой.

Юноша, которого молодые аристократы между собой называли прекраснейшим из цветов, обладал красивой внешностью, волновавшей множество девичьих сердец.

Дженит ответила не сразу. Она сперва взглянула на Иджекиила.

Он, как всегда, выглядел великолепно и приковывал к себе внимание многих дам.

Ни у кого не оставалось сомнений, что Иджекиила и Дженит ждет совместное будущее.

Однако между ними не было ни капли страсти.

Глава 187

Иджекиил не станет ревновать, если Дженит потанцует с кем-то другим, а Дженит не заденут теплые улыбки Иджекиила в адрес других девушек. Конечно, раньше Дженит волновалась, что Иджекиил может оставить ее... Но теперь, как бы удивительно это ни звучало, эти чувства исчезли без следа.

Неужели именно это чувство называют твердой уверенностью? Трудно сказать...

– Как я могу отказать вам, лорд Ирейн? – с широкой улыб кой Дженит протянула юноше руку. В ту же секунду она отпустила руку Иджекиила.

Но ни он, ни она не выглядели расстроенными. Наверное, это было несколько странно, но Дженит быстро отбросила эти мысли и отправилась на танцевальную площадку. Иджекиил ушел в другой конец зала, оставив Дженит позади. Глаза девушек загорелись в надежде, что он пригласит их на танец.

Но Иджекиил так никому и не протянул руки, когда заиграла вторая мелодия.

– Принцесса Атанасия сегодня снова пришла одна.

Услышав знакомое имя, юноша остановился. Ах, выходит, она тоже приехала на бал?

Обычно девушка стояла у стены, поэтому он даже не заметил, что она пришла.

– Кстати, вы видели ее платье? Правильно говорят, что происхождение никуда не спрятать.

– Верно. Хоть она и дочь какой-то танцовщицы, она все же наполовину член императорской семьи. Как можно настолько отличаться от принцессы Дженит?

Прозвучавший голос был очень грубым. Очевидно, девушки не питали ни капли уважения к императорской семье.

Иджекиил с холодным выражением лица направился в сторону голосов.

В углу зала за занавеской пряталась небольшая комната. Как и ожидалось, там собрались три девушки – и с ними была принцесса Атанасия.

Но то, что он увидел через мгновение, заставило его усомниться в реальности происходящего.

* * *

Сегодня у меня было отвратительное настроение.

Во-первых, из-за идиота Лукаса, во-вторых, из-за этого дурацкого бала.

У меня не было никаких претензий непосредственно к маркизу Ирейн. Но меня совершенно не устраивало то, что я пришла сюда вместо принцессы.

Ох, ну что за жизнь. Может хоть что-то пойти по плану?

Лукас, похитивший Атанасию, залег на дно. Я обыскала все дворцы, Черную башню придворных магов, но его нигде не было.

И вот я вновь оказалась вынуждена играть чужую роль.

Просто исчезнуть я не могла, ведь пропажу принцессы сразу бы заметили. К тому же меня беспокоило, станет ли Клод искать пропавшую Атанасию.

Ох, почему-то я не была в этом так уверена. Что, если он просто вздох нет с облегчением и скажет: «Она меня так раздражала! Как хорошо, что ее нет»? И тогда лишь одна Лили будет переживать за девушку.

Кроме того, мне почему-то не хотелось, чтобы жизнь здешней принцессы Атанасии стала еще сложнее. Поэтому пришлось занять ее место и параллельно заниматься поисками этих двоих самостоятельно.

Но ехать сегодня на бал было ошибкой.

Хоть Атанасия и жила не в основном дворце, она все равно оставалась принцессой, поэтому какой-никакой партнер-лорд у меня был. Но только дурак не понял бы, что на этом балу мне совершенно не рады.

– Ах, принцесса Атанасия. Вы здесь? Вы так невзрачно выглядите, что я даже вас не узнала. Кстати, похоже, что в Рубиновом дворце не все гладко. Если бы вы заранее мне сказали, я с удовольствием одолжила бы вам свои платья и украшения.

Уже третий раз. Глядя на очередную девушку, решившую меня задеть, я напоминала себе, что нужно держать себя в руках. Мне стало нестерпимо жаль Атанасию, ведь ей приходилось выслушивать подобные реплики в свой адрес всю жизнь.

Я все же не забыла о своей цели и, как настоящая принцесса, смиренно покинула общество дам. Не из страха, а чтобы не спровоцировать скандал – а он был бы непременно, если бы я осталась!

Меня распирало от злости, поэтому я взяла бокал с прохладительным напитком, которым угощали гостей, и залпом его осушила. Я уже три раза стерпела подобное обращение! Сегодня я была не в духе, так что лучше со мной не связываться.

Отделавшись от сопровождавшего меня лорда, я стояла в углу зала и выпивала бокал за бокалом. Хм, настроение будто бы поднялось, но тело стало плохо меня слушаться... Ну и пусть. Главное – не сорваться.

Я направилась к балконам, но все они были заняты сладкими парочками! Что ж их так много-то?!

Ворча себе под нос, я направилась в зону отдыха, обустроенную в углу зала. Мой взгляд тут же привлек красный диван по центру, и я плюхнулась прямо на него. Ах, какой он мягонький! Хоть туфли и были жутко неудобными, но диван спасал ситуацию.

Я растянулась на нем во весь рост. В любой другой день я бы не стала поступать так безрассудно, но я так устала, что это все больше не имело значения.

Тц, жизнь моя жестянка. Это все когда-нибудь закончится?

Где вообще можно найти Лукаса и принцессу Атанасию? И как мне попасть домой?

«В чем, по-твоему, разница между фальшью и реальностью?»

Да. А в чем?

«Только достойный истины сможет вернуться и обрести священную удачу».

Еще и эта загадка. Похоже на какую-то чересчур глубокую философскую притчу.

– А, принцесса Атанасия?

Тут со стороны входа в зону отдыха раздался противный голос. Все еще лежа на диване, я медленно повернула голову и увидела трех девушек.

– Она сегодня снова одна.

Судя по выражению ее лица, эта девушка недолюбливала Атанасию.

– Кстати, вы заметили ее платье? Правильно говорят, что происхождение никуда не спрятать.

– Верно. Хоть она и дочь какой-то танцовщицы, она все же наполовину член императорской семьи. Как можно так сильно отличаться от принцессы Дженит?

Как и ожидалось, они не могли не поднять тему происхождения принцессы.

– Ну, она позор всей семьи – родилась у женщины с неизвестной родословной. Кстати, многие танцовщицы ведь изначально считаются рабынями, да? Говорят, что они торгуют не только танцами и пением...

– Ах, с ума сойти. И чем это отличается от работы в борделе?

Они все никак не успокаивались, и я уже не могла сдерживаться.

– Мда, если бы я сейчас промолчала, меня можно было бы считать воплощением Будды на земле, не находите?

– Что?

– Нет, меня бы посчитали дурочкой. – Я небрежно отбросила пустой бокал и встала. – У меня сегодня просто ужасное настроение. Но я все равно изо всех сил сдерживалась, чтобы обошлось без неприятных последствий. Но теперь вы решили оскорбить еще и мою мать.

– В-вы это нам? Как вы можете так грубо с нами?..

– Какие вы шумные. В этом вам равных нет. – Я щелкнула пальцами, глядя на дам, которые пытались выкрутиться.

Все предметы в комнатке внезапно взмыли в воздух. От этого зрелища у всех троих отвисли челюсти. Они не могли поверить своим глазам.

– Ч-что п-п-происходит?!

А теперь начнем игру!

Шух!

– А-а-а!..

Когда я махнула рукой, предметы, повисшие в воздухе, закружились вихрем и с силой полетели в сторону девушек.

Да, в этом что-то есть.

Как и ожидалось от бала маркиза Ирейн, даже в зоне отдыха было полно цветов и растений. Они украшали не только вазы на полу и столах, но даже стены. Жалко было, конечно, тратить их на грубиянок, но у меня просто лопнуло терпение.

Я пустила в ход магию – и цветы обрушились на девушек.

– А, что такое?!

– Мамочки!

– У меня а-аллергия на пыльцу!..

Вас пугает цветочный дождь? Неужели страшно?

Вскоре все помещение заполнилось лепестками и пыльцой. Прически дам оказались безвозвратно испорчены. Волосы и платья, которые тщательно подбирались для сегодняшнего бала, теперь были усеяны яркими лепестками и липкой пыльцой.

Девушки изо всех сил пытались отбиться от магического урагана, но цветы били ощутимо – я вложила в каждый взмах достаточно силы.

Ах, от этого зрелища мне немного полегчало. Кто давал разрешение оскорблять чью-то маму? Это так низко – в личные разборки приплетать родителей... А?

Именно в этот момент я заметила того, кого здесь не должно было быть.

Иджекиила.

Он стоял у входа в зону отдыха и удивленно смотрел на меня. На фоне кружившихся в безумном танце лепестков лицо Иджекиила сильно выделялось.

Разумеется, мне стало жутко неловко. Я отменила заклинание, и все предметы начали медленно опускаться. Облысевшие зеленые стебли беспомощно шлепнулись на пол. Три девушки, такие же жалкие, как и опавшие лепестки, со слезами на глазах выскочили из комнаты.

Повисла обманчивая тишина. Можно было подумать, что тут ничего не произошло. Однако желтая пыльца и разноцветные лепестки цветов все еще витали в воздухе, а в дверном проеме стоял ошарашенный Иджекиил.

Я осталась одна посреди этого беспорядка и в панике уставилась на юношу. Внезапно ситуация, в которой мы с ним оказались, напомнила мне какую-то нелепую детскую сценку.

Взгляд Иджекиила скользнул по разгромленной комнате и остановился на мне, единственном человеке, которого этот хаос не задел. Я вздрогнула и схватилась за голову.

– Ах, моя голова внезапно...

В-включаем дурочку!

Ох, совсем не хотелось падать на твердый пол, поэтому моя цель – диван!

Глава 188

Однако через мгновение я приземлилась не на мягкий диван, а на что-то твердое. Иджекиил с небывалой скоростью бросился ко мне и успел меня поймать.

– Ах! Что здесь произошло?

Со стороны двери раздались громкие голоса. Меня бросило в холодный пот. Ой, а вот теперь я т-точно попала! Как я могла поднять такой шум на чужом балу? Или те трое уже успели всем рассказать?

Ух, если бы не заявился Иджекиил, я бы точно заставила тех девушек молчать.

– Л-лорд Альфиос. Что здесь случилось?.. Ах, неужели это принцесса Атанасия?

Когда в разговоре всплыло мое имя, я невольно вздрогнула. Он им все расскажет? Расскажет ведь, что это я устроила здесь бардак?

От ужаснейшей тревоги я закрыла глаза, притворяясь, что потеряла сознание. Ну а что? Вполне естественный исход, нет? Эй, пусть он скажет уже что-нибудь. Я чувствовала, как все на меня смотрят, и от этого мне становилось только хуже.

Иджекиил, словно почувствовав мое состояние, глубоко вздохнул и произнес:

– Когда мы с принцессой Атанасией пришли сюда, комната уже была в таком состоянии. Принцесса настолько испугалась, что по теряла сознание. Мне нужно как можно скорее вынести ее отсюда.

Ого, похоже, Иджекиил решил сделать вид, что ничего не видел.

Я тихонько вздохнула с облегчением. Что бы те девушки ни стали рассказывать, его словам поверят скорее. А учитывая обычное поведение принцессы Атанасии, сомневаюсь, что кто-нибудь поверил бы в то, что она отмутузила кого-то с помощью магии и цветов.

Воспользовавшись всеобщим замешательством, Иджекиил подхватил меня на руки и направился к выходу.

Моих ушей коснулась нежная мелодия, и я поняла, что мы оказались в танцевальном зале. Иджекиил не сбавлял шага, поэтому вскоре мы покинули здание. Наконец прохладный ветер коснулся моего лица, и я медленно приоткрыла глаза.

– Милорд, отпустите меня, пожалуйста.

Кругом стояла полная тишина. Похоже, мы были одни.

– Вы ведь знаете, что я в сознании, – тихо выдавила я, желая провалиться сквозь землю.

– За нами есть еще люди. Лучше продолжайте притворяться, – спокойно ответил Иджекиил.

Моя догадка подтвердилась. Он все понял с самого начала. Ох, поскорее бы найти укромный уголок...

Я послушалась его совета, крепко закрыла глаза и постаралась не шевелиться.

Ох... На самом деле мне было так стыдно, что я просто не могла смотреть на него.

Прости, принцесса Атанасия! Я испортила твою репутацию. Я п-правда этого не хотела!.. Если бы можно было менять воспоминания магией, я бы без колебаний ей воспользовалась!

Пока я занималась самобичеванием, надо мной раздался тихий голос:

– Я приятно удивлен. Оказывается, вы, принцесса Атанасия, не так слабы морально и физически, как я думал.

А?.. Это еще как понимать? Здесь какой-то подвох?

Я нахмурилась и прищурилась. Увидев лицо Иджекиила, я опешила и забыла все, что хотела ему сказать.

К-как это? Он надо мной смеется?

Его слова расходились с выражением лица. Он улыбался так, словно смотрел какую-то комедию...

Кхм-кхм... Выходит, это я его развеселила? Хотя, когда еще в жизни ему доведется увидеть такое великолепное и жаркое боевое шоу с букетами?

Я взглянула на него и смущенно улыбнулась.

– Я не уверена, что правильно поняла вас, лорд Альфиос.

– В моих словах не надо искать второго дна.

От этого не легче! А-а-а!

– Вы возвращаетесь в императорский дворец? – спросил он, когда мы почти дошли до кареты. – Кстати, где лорд Бланш, который сопровождал вас на балу?

– Наверное, где-то в зале...

– Он совершенно забыл свое место, – спокойно отметил Иджекиил, но в его тоне сквозил непривычный холодок, на который я не знала как реагировать. – Если вы не против, я провожу вас в императорский дворец.

Я все еще находилась у него на руках. Сейчас было бы, наверное, уже странно просить его отпустить меня. Надо было еще раньше наложить на себя иллюзию и просто сделать ноги.

Ведь он и так долго нес меня, так еще хотел и до дворца проводить. Его благородство не знало границ.

– Большое спасибо за предложение, но разве вам не нужно остаться в зале с Дженит?

Он ведь был партнером Дженит? Его заботы до сих пор мне более чем хватило. Но я в любом случае была ему благодарна. Он единственный, кто на этом балу обращался со мной как с принцессой.

Иджекиил внезапно остановился. Взгляд его золотых глаз устремился на меня. Я озадаченно смотрела на него в ответ.

Что означал этот взгляд?

На лице Иджекиила застыло такое выражение, словно мои слова напомнили ему о чем-то важном. Показалось, будто он и впрямь забыл про существование Дженит.

Но такого просто быть не могло. Сам же Иджекиил только что отчитывал моего непутевого кавалера.

– Что ж, лорд Альфиос. Прошу, опустите меня, – сказала я, глядя на карету неподалеку. На этот раз Иджекиил молча исполнил мою просьбу. – Кхм, у меня резко ухудшилось самочувствие, поэтому я отправилась домой. Сможете передать это Дженит?

– Разумеется.

Так мы распрощались. До самой кареты он провожал меня странным взглядом, смысл которого я так и не поняла.

Его золотые глаза сверкали подобно таинственным звездам.

* * *

– Ох, ну, я точно спятила...

На следующий день мне не удалось избежать приступа интенсивного самоанализа.

Похоже, я вчера точно сошла с ума!

Почти на пустом месте устроила такую заварушку! Мозги совсем того? Как потом это разгребать? Это ведь даже не мой мир, и все последствия свалятся на другую принцессу Атанасию! Мало того, что я такое устроила, так еще и на чужом балу!

Кроме того, похоже, я вчера перебрала с алкоголем. Судя по всему, прохладительные напитки, которыми я пыталась потушить ярость, оказались алкогольными. Поэтому я и учинила все это!

Иными словами, я вчера напилась. Отсюда – прилив смелости и желание раздать оплеухи обидчицам. А самое ужасное, что появление Иджекиила в той комнате меня отрезвило. Так и было!

Чирик!

Пока я сидела, обхватив голову руками, и в сотый раз прокручивала события вчерашнего вечера, в небе ярко светило солнце и радостно щебетали птицы.

Было утро. Я вышла в сад подышать свежим воздухом.

И меня настигло п-похмелье.

До вчерашнего вечера я никогда не позволяла себе много пить, но, судя по головной боли и неприятному ощущению в желудке, я действительно перебрала. Лили принесла мне чай с медом, поэтому сейчас я чувствовала себя гораздо лучше, чем когда только проснулась. В памяти всплыли обеспокоенные глаза Лили, и мне стало стыдно. Но не мне надо было сейчас за нее волноваться.

– Я совсем кукухой тронулась...

– Кукушка?

Я резко обернулась на голос, прозвучавший позади меня. В мой сад пришла не кто иная, как Дженит. Она озадаченно наклонила голову, услышав мое бормотание.

– Дженит... Что ты тут делаешь?.. – Я смущенно поднялась со скамьи.

В ответ на мой вопрос о том, что ее привело в Рубиновый дворец, Дженит мило улыбнулась:

– Разумеется, я пришла тебя проведать.

Ах, эта ангельская улыбка смогла исцелить даже мое сердце после вчерашних событий.

Мда, но охрана тут явно хромала.

Во дворец пришла гостья, а мне об этом даже не сообщили. И она попала в сад даже без моего приглашения, а ведь хозяйка дворца я. Ох, если бы этим занималась Лили, то все было бы иначе, но местным слугам не хватало дисциплины.

Ну, принцесса Атанасия вряд ли тщательно отбирала себе людей. И хоть она и считалась хозяйкой Рубинового дворца, фактическая власть принадлежала Дженит. Даже грозный Клод не мог ей отказать, поэтому неудивительно, что все к ней так относились.

Что ж, в каждом мире своя иерархия. В этом не было ничего удивительного.

– Я очень волновалась, когда узнала, что ты вчера на балу упала в обморок.

Дженит смотрела на меня с искренней тревогой. Я помедлила, а затем сказала:

– Кхм, может, переместимся в другое место?

Я не могла просто спровадить девушку, когда она пришла проведать меня. Но мне почему-то было неловко говорить о случившемся прямо здесь и сейчас.

Все-таки Рубиновый дворец изначально предназначался для наложниц императора, и даже сейчас повсюду красовались откровенные статуи соблазнительных девушек – порой в весьма двусмысленных позах.

– Нет, не стоит. Ты все еще слаба. И потом, мне нравится этот сад, – Дженит с улыбкой отказалась от моего предложения и села рядом со мной. – Рубиновый дворец в любое время года выглядит изящным и утонченным.

Кхм. Мне было нечего ответить на эти слова, поэтому я просто вежливо рассмеялась.

– Атанасия. В последнее время ты совсем ослабла. Может, надо снова прислать к тебе придворного врача?

– Все в порядке, не переживай. Хороший ночной отдых пошел мне на пользу.

К слову, магия Дженит сегодня снова работала на полную.

Глава 189

Я поежилась от всколыхнувшейся маны Дженит.

То, что магия девушки завоевывала расположение окружающих, не было для меня новостью. На меня она не действовала, и я почти не обращала на нее внимания. Однако, поскольку я знала о сильном влиянии маны на других людей, мне хотелось хотя бы разок использовать на Дженит заклинание очищения.

Особенно активно магия девушки работала в присутствии Клода... Сомневаюсь, что ее длительное воздействие хорошо сказывалось на состоянии папы. Однако мана двигалась неосознанно, так что Дженит вряд ли смогла бы самостоятельно ее контролировать...

«Слушай внимательно, принцесса. Не обманывай себя. Но это не твой мир».

«У тебя нет права вмешиваться. Тебя это не касается».

Внезапно в памяти всплыл наш недавний разговор с Лукасом.

Да... Он прав в том, что я лезла не в свое дело. Но неужели мое вмешательство действительно будет лишним?

Задаваясь вопросом о том, смогла бы я навсегда остаться здесь, я не могла дать однозначного ответа.

В голове всплыл образ принцессы Атанасии, которая, обливаясь слезами, умоляла вернуть ее в тот сон. Еще и слова Лукаса о том, что если все так и продолжится, то Клод долго не протянет.

Почему Клод применил запрещенную магию? А что, если Клод из моего мира поступил так же? Может, и там ему тоже грозила опасность? Но тот Лукас ни о чем подобном меня не предупреждал...

– Атанасия?

Я настолько глубоко погрузилась в размышления, что не сразу заметила, как меня зовут. Придя в себя, я увидела перед собой Дженит. Она с любопытством рассматривала меня.

– Ах, где же мои манеры? Я немедленно распоряжусь подготовить для нас закуски.

– Нет, не беспокойся об этом. Я ведь сама пришла без предупреждения.

Однако, несмотря на заверения Дженит, я тут же окликнула проходившего мимо слугу и поручила ему накрыть стол для чаепития.

* * *

Кукушка – наглая птица, подбрасывающая свои яйца в гнезда других птиц.

Она подбрасывает свое яйцо в чужое гнездо, предварительно сбросив одно из лежащих там, чтобы птица-мать не заподозрила подмены. Та, не подозревая, что в гнезде теперь яйцо кукушки, высиживает его.

А вылупившийся из него кукушонок первым делом выталкивает из гнезда будущих конкурентов, чтобы получить всю пищу.

Таков инстинкт выживания кукушек.

Дженит сидела у окна с книгой в руках и неожиданно вспомнила слова Атанасии, которые услышала в саду Рубинового дворца.

– Кукушка... – на лице Дженит появилась мрачная, не свойственная ей улыбка. – Да, кукушонок здесь не я.

– Что?

– Нет, ничего, Марта.

В ответ на вопрос горничной, менявшей воду в вазе, девушка слегка улыбнулась, словно просто размышляла вслух. Она снова опустила взгляд на книгу и перевернула страницу. Дженит продолжала мягко улыбаться, словно той мрачной улыбки на ее лице никогда и не было.

* * *

– Ну что, как тебе жизнь здешней принцессы?

Какого черта он так нагло заявился? Вот настоящий преступник, на которого нужно надеть кандалы!

Последствия того ужасного похмелья я смогла убрать при помощи очищающей магии. Однако мне совершенно не хотелось ничего сегодня делать, поэтому я решила просто отдохнуть в своей комнате.

Увидев мое зеленое лицо, Лили перепугалась. Хотя, если честно, дело было не столько в похмелье, сколько в диком стрессе. Как бы то ни было, Лили решила привести меня в порядок, и теперь мое лицо было покрыто густой маской из молока, меда и других средств для увлажнения и питания кожи. Я многократно пыталась убедить ее, что со мной все в порядке, но Лили оставалась непреклонна, так что я смирилась со своей участью.

За этим занятием меня и застал Лукас. Я подняла глаза и встретилась с его наглой физиономией.

– Где Атанасия?

– Думаешь, я тебе скажу?

Типичный Лукас. А что, если я сделаю, как он и говорил? Скажу, что меня это все вообще не касается, и просто исчезну, плюнув на похищенную Атанасию?

– Могу лишь сказать, что она все еще спит, – добавил парень с той же холодной усмешкой, что и в прошлую нашу встречу.

Значит, принцесса Атанасия крепко спала.

Не верилось, что она гонялась за своими снами, пока я тут расслаблялась. Мне внезапно стало тошно от себя, и я магией убрала со своего лица маску.

Только попав в этот мир, я собиралась в первую же встречу с Лукасом спросить у него, есть ли какой-то способ вернуться обратно. Но даже если он и существовал, я сильно сомневалась, что этот гад дал бы мне им воспользоваться.

Я сжала губы, наблюдая за парнем, и спросила:

– Я настолько тебе нравлюсь?

Лицо Лукаса тут же преобразилось и стало напоминать смятый лист бумаги.

– Что ты несешь? Чем-то траванулась?

Вполне ожидаемая реакция.

– А что? Лукасу из моего мира я тоже нравлюсь, так что и ты вполне можешь испытывать ко мне чувства.

Сказать такое тому, кого знаешь пару дней, – абсурд? Возможно. Но разве сама ситуация не абсурдна? К тому же, я поняла это по его поведению со мной.

Лукас удивленно рассмеялся, заметив мое спокойствие.

– Тот ублюдок сам тебе об этом сказал? Что ты ему нравишься?

Кхм, это он так о себе из другого мира отзывается?..

– Да, сказал, что я ему до смерти нравлюсь. Каждый день умолял меня принять его чувства. Надо сказать, что это крайне утоми тельно. Он еще и дракона мне в подарок привел! – невозмутимо проговорила я.

Для Лукаса из этого мира это должно было звучать как бред.

Ха, а ведь даже если я солгу, тот Лукас об этом не узнает! Но это ведь и не совсем выдумка, он действительно дарил мне дракона. Странно получается. Самая неправдоподобная часть моего заявления на самом деле была единственной правдивой. Какая нелепая ситуация.

С каждым моим словом лицо Лукаса становилось все мрачнее. Казалось, он не мог поверить в то, что делал все это – пусть даже его «другая» версия.

И вдруг парень замер.

– Выходит, когда я звал тебя в башню и ты сказала, что это не я должен первым тебя туда пригласить... Ты имела в виду того гада? – Лукас стремительно шагнул ко мне. – Какие у тебя отношения с тем ублюдком?

Я невольно отстранилась. Когда я уперлась в спинку дивана, на котором сидела, он протянул руку к моему лицу. В итоге я оказалась в ловушке между Лукасом и диваном.

– Я сразу заметил, что ты как-то подозрительно обрадовалась мне в нашу первую встречу.

С такого расстояния я заметила в его глазах незнакомый мне холод. Я не ожидала такого поворота событий, а следующая фраза и вовсе ввела меня в ступор.

– А потом ты так безрассудно бросилась мне на руки.

Чего?.. Это про то, как он нес меня к башне?

– Ты сам взял меня на руки!

Вот же засранец, как все выворачивает! Мне нужно было найти принцессу Атанасию, а это был самый удобный способ попасть к ней!

Во мне разгоралось негодование. Лукас даже не стал меня слушать, а просто продолжил гнуть свою линию.

– И без сомнения затащила меня в постель в башне, когда была особенно уязвима.

Я застыла, потеряв дар речи.

Что?.. Затащила его в постель? Аккуратнее с такими фразами, а то еще поймут неправильно!

Н-но... я тогда действительно держала Лукаса за руку и лежала с ним на одеяле... Но мы ведь просто легли и сразу уснули, правда?

Однако со слов самого парня даже мне казалось, что я сделала что-то ужасно неприличное.

– Тогда я б-боялась, что ты что-нибудь натворишь, пока я сплю... – пробормотала я в свое оправдание, чувствуя, как горят мои щеки.

Лукас, едва не рыча, зло процедил:

– Даже сейчас, глядя на меня, ты думаешь о нем?

Ч-чего? Почему он так меня допрашивает?

– Тебе что, нравится тот ублюдок?

Он хоть понимает, что говорит о себе самом, пусть и из другого мира?

Лукас продолжал сверлить меня недовольным взглядом. Он хотел меня этим запугать? За кого он меня принимал?!

– Да не он мне нравится, а я ему! И что это вообще за вопросы? Ты мне кто?.. Ты будто свою жену в измене уличить пытаешься!

Но мне было страшно.

Я впервые видела его настолько искренне расстроенным. Но это был не тот Лукас, которого я знала! Я не имела ни малейшего понятия, чего от него ожидать и как вести себя с ним!

После моих слов парень умолк и просто смотрел на меня сверху вниз, от чего мне стало еще тревожнее. Через некоторое время он наконец произнес:

– Верно, я тебе никто. Между нами ничего нет.

Похоже, он говорил не столько со мной, сколько с самим собой.

Я думала, он скажет что-то еще, но Лукас лишь сжал губы, продолжая спокойно смотреть на меня, а затем внезапно исчез.

Я осталось одна и глубоко вздохнула.

Какой с-странный тип. Как можно ревновать к самому себе?

Судя по его словам и поведению, он действительно ревновал, и я опасалась, как бы эта ревность не привела к настоящей катастрофе.

Ох, за всеми этими разговорами я совершенно забыла спросить у него про Атанасию и Клода!

Я плюхнулась на диван, гадая, не на это ли Лукас и рассчитывал.

Глава 190

– Ваше величество, у вас запланировано собрание, куда вы?

– Ты слишком много болтаешь. Я сам разберусь, поэтому умолк ни и проваливай.

У Клода, как и в последние несколько дней, сегодня снова было плохое настроение. Феликс обеспокоенно взглянул на императора, пробормотавшего ответ себе под нос.

Однако с минуты на минуту должна была начаться еженедельная встреча правительства, поэтому Феликс осторожно уговаривал Клода отправиться в зал переговоров. Но тот раздраженно прогнал его.

«Надеюсь, ваше величество сможет полюбить этого ребенка».

Пока он шел по пустому коридору, в его ушах раздался чей-то голос. Клод провел рукой по лицу и нахмурился.

«Возможно, она станет последним подарком, который я смогу вам сделать».

Голос незнакомки так действовал ему на нервы, что казалось, будто он сходит с ума.

С недавних пор ему стали сниться загадочные сны. Женщина, имя которой он даже не знал, то и дело являлась ему во снах и говорила странные вещи. Но больше всего вопросов вызывала его собственная реакция.

Почему он испытывал такую душераздирающую боль из-за той, кого видел впервые? И почему ему было так грустно и печально по утрам? Клод не раз просыпался с протянутой вперед рукой, словно пытался поймать ту женщину. Но как бы он ни старался вспомнить ее лицо, оно ускользало от него, как призрак.

Клод бесцельно шел вперед, его голова раскалывалась от боли. Он не имел ни малейшего представления, куда направлялся. Просто шел, куда его вели ноги...

Шурх.

Наконец он встретил кого-то. Услышав приближавшиеся шаги, человек, стоявший среди белых цветов, обернулся. Тут же поднялся легкий ветерок и всколыхнул зеленые листья. Ослепительно золотые волосы развевались на ветру.

Сперва Клод подумал, что это незнакомка из сна. Ведь девушка перед ним была удивительно на нее похожа. Он застыл, словно увидел привидение.

– Ой, кхм. Что вас сюда привело?..

Пока Клод пытался совладать с мыслями, словно в насмешку над ним, раздался смущенный робкий голос. Мужчина замер. Он словно пробудился от наваждения. Только в этот момент Клод понял, кто сейчас стоял перед ним и где они находились. Вокруг них раскинулся огромный сад Рубинового дворца.

Клод не понимал, почему пришел сюда.

– Почему ты здесь? – намеренно холодно спросил он, пытаясь скрыть свое смятение.

Атанасия взглянула на него так, словно не знала, что ответить, а затем тихо произнесла:

– Просто вспомнила былые деньки и почувствовала прилив ностальгии. – Когда он услышал эти слова, его голову вновь пронзила боль. – Как ваше здоровье в последнее время?

– С чего это тебя вдруг волновать стало? – недоверчиво спросил Клод.

С каких пор их отношения вышли на такой уровень, что они начали тревожиться друг о друге? Если так подумать, то девушка перед ним всегда была до раздражения назойливой. Его холодные слова постоянно доводили ее до слез, но стоило ему обернуться, и она уже вновь улыбалась, будто пыталась заставить его страдать.

Клод резко замер.

Он страдал? Мучился всякий раз, как видел эту девушку? Почему ему было так больно?

– Просто вы неважно выглядите, вот я и спросила. – Атанасия ненадолго замолчала, словно ее смутил его вопрос. Но вскоре она продолжила: – Вы не замечали резкого ухудшения состояния в последнее время?

Что несла эта девка?

В прошлый раз она смотрела на него заплаканными глазами, а теперь в них читалась такая решимость, словно она видит его в последний раз...

– Кхм, или, может, вы вдруг вспомнили то, о чем давно забыли?..

Он услышал еще один шепчущий голос.

«Как вы любили меня, любите и это дитя, которое я оставляю после себя».

«Это мое единственное желание».

Клоду почудилось, что чья-то невидимая рука сжала его сердце.

– Обрела магические способности и наложила на меня проклятие? – Клод скривился от сильной боли. – Женщина из моего сна по странному совпадению ужасно похожа на тебя.

– Женщина из сна? – переспросила Атанасия. Ее следующие слова заставили Клода вздрогнуть: – Похожа на меня? Может, это моя мама?

Ту-дум.

Почему? Стоило ей произнести эти слова, как Клода словно ударили по голове. Ему показалось, что он разбился на осколки и они замерли в воздухе. Клод, стоявший все это время как вкопанный, отшатнулся.

– Отец... – Атанасия удивленно распахнула глаза.

– Не подходи ко мне, – ледяным тоном выдавил он, между ними словно возникла невидимая стена. – Если сделаешь хоть шаг...

Возможно, это был врожденный инстинкт самосохранения. Вероятно, Клод смутно осознавал, что если он будет и дальше смотреть на девушку, то какая-то его часть разобьется вдребезги.

– В следующий раз я тебя точно убью.

К счастью, Атанасия не последовала за ним, когда он ушел.

* * *

– Отец, что тебя привело сюда в такой час?

Внезапный визит Клода поднял Изумрудный дворец на уши.

Его появление одновременно и обрадовало, и озадачило Дженит. Девушка внимательно посмотрела на него, а затем спросила:

– Что-то случилось? Ты выглядишь...

– Просто немного устал, – ответил Клод необычно спокойным тоном.

Глаза Дженит ненадолго замерли на лице мужчины. Вскоре она улыбнулась и взяла его за руку:

– Еще бы, ты ведь целыми днями занимаешься государственными делами и совершенно не заботишься о себе. Приляг, отдохни немного.

Клод покорно последовал за ней. По правде говоря, боль в голове была настолько сильной, что он не мог толком соображать.

– Вот, я побуду рядом, чтобы ты хорошенько поспал.

Дженит уложила Клода на диван и накрыла его одеялом. Ее рука нежно касалась его плеча.

Около нее вновь всколыхнулась черная мана, но Клод об этом даже не подозревал. Как бы странно это ни было, ему действительно становилось легче. Как и всегда в присутствии Дженит.

Он медленно закрыл глаза, чувствуя, как острая боль, пронизывавшая его голову, начала понемногу утихать.

– Все хорошо. Все будет хорошо, – мягкий голос девушки напоминал колыбельную. – Отдыхай. Ни о чем не думай.

Горничная, стоявшая у двери, ласково улыбнулась при виде отца с дочерью и вышла.

В комнате воцарилась уютная тишина. Дженит склонилась ближе и с нежной улыбкой едва слышно прошептала:

– Отец. Прошу, всегда оставайся рядом со мной.

На самом деле она знала, что он не ее отец. Как и то, что из-за него умерли ее настоящие родители.

– Пусть все будет так же, как сейчас.

Поэтому он должен был всегда оставаться рядом с ней.

Должен был занять место тех, кого у нее отнял. Так будет справедливо.

– Больше мне ничего не нужно.

Дженит улыбнулась, глядя на мужчину, спавшего рядом с ней.

В этот момент она была вполне счастлива.

* * *

Я нахмурилась, глядя на то место, где только что стоял Клод.

Он очень странно себя вел. Мало того, что он внезапно явился в сад рядом с Рубиновым дворцом, так еще и выдавал странные ответы на мои вопросы.

Я и сама довольно спонтанно пришла в сад. Не совсем по своей воле я оказалась в Рубиновом дворце и резко вспомнила про сад, где раньше частенько собирала цветы. Ведь после переезда в Изумрудный дворец я совсем перестала приходить в Рубиновый.

Ну, не считая того случая с Лукасом и игрой в догонялки. Кхм.

Вот и вышло, что моя тоска по прошлой жизни и детству привели меня сюда.

Именно тут я собирала в детстве цветы, чтобы сделать венки для Лили и Клода. И этот сад располагался неподалеку от Гранатового дворца, где жил Клод. И ведь впервые я его встретила, когда заблудилась в поисках цветов для Лили.

Я даже понятия не имела, что это Гранатовый дворец, и выбрала его в качестве тайника для своих лучших подружек. И я прекрасно помнила, как при встрече с Клодом чуть ли не кровавыми слезами обливалась.

Как же давно это все было.

Пока я предавалась воспоминаниям, передо мной появился сам Клод. Вспомнишь солнышко, вот и лучик, как говорится.

Почему-то он выглядел совсем болезненно. Лукас был прав, я не имела никакого отношения к этому миру, но не могла не волноваться за Клода. Я не могла проигнорировать его состояние, поэтому и спросила его о самочувствии.

Как и ожидалось, он держался со мной холодно. Однако ему было свойственно подобное безразличие в мой адрес, но сегодня он себя переплюнул. Более того, его слова...

«Обрела магические способности и наложила на меня проклятие?»

«Женщина из моего сна по странному совпадению ужасно похожа на тебя».

Что-то не сходится.

Ему во сне явилась женщина, похожая на меня. Перед глазами мелькнул образ Дианы, который я видела во снах Клода в моем мире.

Однако почему он вел себя так, словно совершенно не помнил Диану?

К тому же Клод никогда в жизни так не реагировал на мои слова. Он замер, кровь отлила от его лица, будто время для него остановилось, а потом – просто сбежал.

Я не осмелилась пойти за ним.

Глава 191

Внезапно мне в голову пришла мысль.

А что, если... воспоминания, которые стер Клод, были о Диане?

Что, если в оригинальном сюжете он оставил Атанасию в Рубиновом дворце и не испытывал к ней никаких чувств именно по этой причине?..

Как только эта догадка пришла мне в голову, она начала разрастаться, как снежный ком.

Какое-то время я стояла среди белых цветов, пытаясь все разложить по полочкам, и в итоге решила пойти за Клодом. Я до сих пор не знала, как поступить, но точно не могла оставить все, как есть.

В Гранатовом дворце, где жил Клод, было так же тихо, как и в моем детстве. Я направилась сперва в его спальню, затем в кабинет, но нигде его не нашла.

– Ах, принцесса Атанасия.

Но зато я встретилась с Феликсом.

– Сэр Робейн.

Я не имела ни малейшего представления, насколько близкие отношения у здешних Атанасии и Феликса. Поэтому решила перестраховаться и обратилась к нему по его титулу. По крайней мере, я не помню, чтобы принцесса Атанасия и Феликс разговаривали наедине.

– Долгих лет жизни и процветания Обелии, – к счастью, я не прогадала. Феликс спокойно поприветствовал меня, словно мои слова ничуть его не удивили. – Вы пришли на встречу с его величеством?

– Да. Где сейчас отец?

Услышав мой вопрос, Феликс замялся. Его ответ меня поразил.

– Насколько мне известно, сейчас он в Изумрудном дворце.

А? Только что угрожал мне расправой, если я к нему приближусь, а потом сразу побежал к Дженит? Раз он не пошел к себе и не растянулся тут же на кровати, а проделал длинный путь до Изумрудного дворца, значит, чувствовал себя не так плохо, как я думала.

Я волновалась, ведь перед уходом он выглядел совсем больным. Поверить не могу, что он сразу же отправился к Дженит. Тц, я чувствовала себя полной дурой, что пришла сюда.

Мое сердце разрывалось от целой бури эмоций. Однако я напомнила себе: этот Клод – не мой отец. Это помогло довольно быстро взять себя в руки.

Феликс с сожалением смотрел на меня, поэтому я слабо улыбнулась, чтобы показать, что все в порядке. Но от моей улыбки лицо рыцаря лишь помрачнело. Похоже, Феликс жалел принцессу Атанасию, к которой Клод холодно относился.

Внезапно вдалеке я увидела нескольких чиновников.

– Это ведь...

– Совещание было неожиданно отменено...

О-ого. Это точно Клод? Он правда отменил собрание, а сам пошел к Дженит? Император может так поступать? Ну, раз это Клод, то, наверное, может...

– Тогда я зайду позже.

– Я передам его величеству, что вы к нему приходили, принцесса Атанасия.

Я сперва хотела сказать, что в этом нет необходимости, но потом передумала и просто ушла, так ничего и не добившись. По дороге из Гранатового дворца меня переполняло раздражение.

Нечто похожее я испытывала после издевок тех трех девушек на балу маркиза Ирейн. Хоть сейчас я не была пьяна, мне очень хотелось уйти.

Тц, ну почему я так волновалась за него?! У меня своих проблем выше крыши!

Да, никто мне не приказывал так переживать за Клода и Атанасию этого мира, так что в каком-то смысле я сама взвалила это на себя. Но меня дико раздражала сложившаяся ситуация.

И у меня не было уверенности, что, вернувшись в свой мир, я смогла бы жить спокойно. В сердцах я пнула камень перед собой.

Бах!

– Ай!

О-ой?

Откуда-то спереди донесся болезненный стон, и я вздрогнула. Я была настолько погружена в свои мысли, что даже не подумала о том, что кто-то может быть впереди. Я испуганно подняла взгляд, и у меня отвисла челюсть при виде этого человека.

– Снежок!..

Ко мне, держась за затылок, повернулся не кто иной как Роджер Альфиос!

Я совершенно не ожидала встретить здесь герцога Альфиоса, которого давно не видела.

Мистер Снежок! Я впервые видела его здесь! Судя по цвету лица, он хорошо питался, да и вообще на жизнь не жаловался. Хотя он, наверное, пребывал на седьмом небе от успеха Дженит, так что это было вполне естественно.

– Ах, принцесса Атанасия, неужели это вы? – слегка нахмурился герцог Альфиос, заметив меня. Он тут же направился в мою сторону. Рядом с ним шел Иджекиил. – Принцесса Атанасия, долгих лет жизни и процветания Обелии.

– Мира и процветания Обелийской империи.

Я тепло ответила на его приветствие и принялась рассматривать лицо герцога. Я даже в своем мире его последний раз видела только в компании Иджекиила. И сейчас какая-то часть меня даже была ему рада.

Однако стоило мужчине открыть рот, как мои теплые чувства тотчас же улетучились.

– Нечасто увидишь вас в Гранатовом дворце, принцесса Атанасия. Однако его величество отправился в Изумрудный дворец, что бы встретиться с принцессой Дженит, поэтому вы, наверное, горько разочарованы.

Эй, дяденька, а не слишком ли много ты себе позволяешь?

Да, конечно, в этом мире именно герцог Альфиос сделал Дженит принцессой. Но говорить подобное мне в лицо – как будто бы перебор?

Тц, придется потерпеть.

– К тому же это ведь вы пнули тот камень, который попал мне в голову? Поверить не могу, что принцесса Обелии позволяет себе такое поведение... Не поймите меня неправильно, я говорю из чистого беспокойства за будущее нашей империи. Но не думаете ли вы, что вам нужно вести себя более сдержанно, как принцесса Дженит?

Нужно терпеть...

– Я также слышал, что ваше поведение стало крайне небрежным и даже недостойным, вплоть до того, что вы доводите других людей до слез. Разве вы, как первая принцесса страны, не должны подавать лучший пример?

– Отец.

Больше... больше не могу сдерживаться!..

Иджекиил до сих пор из вежливости молчал, но теперь тихо окликнул отца, словно пытаясь его вразумить.

И лишь тогда я решила ответить.

– Я понимаю, о чем вы, герцог Альфиос. Вы хотите сказать, что я ничего не знаю об этикете, что у меня нет ни достоинства, ни элегантности, ни выдержки и вообще никаких качеств, необходимых принцессе.

– Что?

– И вы даже назвали меня, первую принцессу Обелии, самым бесстыдным человеком империи?..

– Что? – как попугайчик, повторял герцог Альфиос. На его лице застыло туповатое выражение, словно он не сразу понял, о чем я.

Оно того стоило. Роджер Альфиос не говорил этого, но его слова можно было истолковать именно так.

– Что за вздор? – именно в этот момент рядом с нами раздался голос Феликса. – Лорд Альфиос, вы правда сказали это принцессе Атанасии?

Феликс сверлил герцога недовольным взглядом. Тот опешил, ведь совершенно не ожидал появления рыцаря. Ха, но я-то знала, что он идет! Хотя и не догадывалась, зачем, ведь мы с ним совсем недавно распрощались.

– Ч-что вы, я бы ни за что! Принцесса Атанасия меня неправильно поняла...

Роджер Альфиос бросил на меня взгляд, словно ожидая, что я приду ему на помощь. Но я отвернулась, делая вид, будто утираю слезы.

– Я даже передать не могу, насколько больно мне слышать эти слова от лорда Альфиоса. Но, видят Небеса, может, дело и впрямь в моей безнравственности...

– Что вы, я не это имел в виду, – принялся оправдываться герцог, сбитый с толку моим обиженным тоном.

Если честно, мне хотелось сказать что-то в духе: «Какое право ты имеешь говорить о поведении члена императорской семьи, если сам со мной ужасно обращаешься?» Но, ясное дело, подобные слова скорее возымели бы противоположный эффект.

Если принцесса, до этого безмолвно сносившая все унижения, внезапно устроит сцену, вряд ли это заденет герцога Альфиоса. Мне повезет, если он не спишет все на мою расшатанную психику.

– Лорд Альфиос, как вы посмели так грубить принцессе Атанасии?.. Этому нет прощения.

К тому же Феликс оказался тут по случайному стечению обстоятельств. И я прекрасно понимала, что мелкая месть герцогу мне не особенно поможет. Даже если Феликс и расскажет об этом Клоду, тот и бровью не поведет. Ох, это было до боли предсказуемо.

Однако Роджер Альфиос думал, что все будет несколько иначе. Поэтому ему теперь придется поостеречься и выбирать выражения во время разговоров с Атанасией.

– Мне очень жаль, принцесса Атанасия. Моя забота о благополучии Обелии привела к неосторожным словам, которые были неправильно истолкованы. Я приму любое наказание.

– Я тоже приношу свои извинения.

Мистер Снежок, будучи верным себе, быстро сменил шарманку. Иджекиил, стоявший рядом со мной, тоже извинился. Я внутренне вздохнула: совсем не хотела, чтобы и он чувствовал себя виноватым.

– Нет, лорд Альфиос. Я прекрасно знаю о вашей любви к Обелии. Я сохраню вашу преданность глубоко в своем сердце и отныне буду стараться еще усерднее, чтобы стать человеком, достойным своего титула, – произнесла я, вытирая сухие глаза так, будто смахиваю слезы.

Герцог нервно улыбнулся. Он покрылся холодным потом.

– Принцесса Атанасия, что вы говорите? Вы уже показали, что более чем достойны своего титула, – полным сожаления голосом произнес Феликс. Я слабо улыбнулась рыцарю, будто благодаря его за эти слова. – Если вы не против, я хотел бы сопроводить вас до Изумрудного дворца...

Я остолбенела. Неужели он не понимает, что творит?

Феликс все еще не представлял, как устроен мир. Оказывается, он пришел сюда после того, как мы распрощались, чтобы предложить вместе пойти в Изумрудный дворец.

Он действительно хотел, чтобы я собственными глазами увидела, как милуются Клод и Дженит? И почему он по-прежнему смотрел на меня таким печальными взглядом? Он действительно предлагал пойти в Изумрудный дворец?

Ха-ха-ха, очнись, приятель.

Глава 192

В этот момент Иджекиил, внимательно вглядываясь в мое лицо, вдруг произнес:

– Мне кажется, принцесса Атанасия чувствует себя нехорошо. Не будет ли лучше проводить ее в Рубиновый дворец, чтобы она смогла отдохнуть?

Хм? Но я ведь себя нормально чувствую. Особенно после того, как немного осадила герцога Альфиоса. Или это он пытался мне помочь, заметив мое нежелание идти в Изумрудный дворец?

– Я провожу ее высочество в Рубиновый дворец.

Похоже на то.

Феликс обеспокоенно осведомился о моем здоровье, и я слабым голосом пообещала, что мы прогуляемся в следующий раз. Мистер Снежок выглядел так, словно только и мечтал, чтобы я поскорее ушла. Он велел Иджекиилу отправиться со мной.

Так мы вдвоем направились к Рубиновому дворцу.

Иджекиил взглянул на девушку, шагавшую рядом с ним. Принцесса Атанасия уверенно смотрела вперед.

Он переживал, ведь ее дважды рвало кровью на его глазах, но, к счастью, она быстро поправилась. До всех тех событий цвет ее кожи отдавал серым, но теперь девушка выглядела пышущей здоровьем настолько, что было трудно не удивляться. Более того, она казалась непривычно умиротворенной.

Иджекиил побледнел, вспомнив то, что произошло минутами ранее.

Он впервые видел, чтобы его отец так отступил перед принцессой Атанасией. И с какой бы стороны он ни смотрел, она вовсе не походила на человека, которого искренне обидели и задели слова его отца. Неужели все это было лишь местью герцогу?

– Лорд Альфиос.

Однако Иджекиил не жалел своего отца, ведь именно его неосторожные слова привели к той перепалке.

– Вы не обязаны провожать меня до самого Рубинового дворца, поэтому давайте попрощаемся здесь? – произнесла девушка, глядя на него.

Юноша отвел взгляд. Похоже, принцессе Атанасии было не очень комфортно в его присутствии. Это осталось неизменным.

– Я не могу отпустить вас одну, принцесса. Прошу, позвольте мне проводить вас до Рубинового дворца.

В ответ на слова Иджекиила девушка остановилась и поджала губы, словно хотела возразить. Однако, похоже, она поняла, что он не отступит, поэтому не стала настаивать и промолчала.

Сделав еще несколько шагов, Атанасия наконец-то заговорила с ним:

– Я доставила вам столько хлопот, что в прошлый раз, что сейчас. Спасибо вам за заботу.

В этот момент Иджекиил испытал знакомое странное чувство.

«Спасибо, милорд».

«Мне жаль, что я причинила вам столько неудобств, лорд Альфиос».

Как странно.

Он знал принцессу Атанасию уже несколько лет... Но что-то будто бы изменилось?

Иджекиил никак не мог понять, в чем заключалась разница между Атанасией, благодарившей его за помощь, и Атанасией, которая постоянно извинялась за беспокойство. К тому же события на балу маркиза Ирейна – прежняя принцесса никогда бы не повела себя так.

В глаза Иджекиила попал ослепительно яркий луч света.

Принцесса Атанасия пристально смотрела на него. Он заметил ее сверкающие в солнечных лучах золотые волосы и сияющие топазовые глаза. Юноша не знал почему, но его внимание привлекла незнакомая эмоция в ее глазах.

Он остановился, посмотрел на девушку, а затем быстро отвел взгляд. Вскоре с его губ слетели тихие слова:

– Гораздо приятнее слышать слова благодарности, чем извинения.

После этих слов Иджекиил замолчал. Фраза вырвалась непроизвольно, без обдумывания, без прикрас. Он и сам смутился, впервые поделившись с другим человеком своими настоящими мыслями.

Может, в его словах и не было ничего необычного, но он с раннего детства следил за каждым своим словом.

К счастью, принцесса Атанасия не заметила его смущения.

– Да, я тоже так думаю.

Улыбка, с которой она на него взглянула, поразила его в самое сердце. Так же, как и Иджекиил мгновение назад, девушка нахмурилась, словно та улыбка показалась случайно. Но было уже поздно – этот момент остался в его памяти.

Иджекиил и принцесса Атанасия продолжили свой путь по тропинке, по обеим сторонам которой пышно цвели душистые кусты.

Почему-то эта дорога показалась ему ярче, чем прежде.

* * *

Вернувшись в Рубиновый дворец, я скрестила руки на груди и погрузилась в размышления.

Я все-таки не могла вот так оставить принцессу Атанасию и Клода. Конечно, я до сих пор не была уверена, что события будут разворачиваться так же, как в романе. А значит, убийство Атанасии Клодом могло и не состояться. Однако все несчастья принцессы были настоящими.

Лукас как-то спрашивал, какое у меня есть право вмешиваться в дела этого мира...

Откровенно говоря, какая-то часть меня сомневалась, могу ли я вмешиваться больше необходимого, но сейчас мне это все казалось крайне нелепым. Кто вообще может дать такое право? Может, это и богохульство, но есть ли здесь вообще бог? А раз уж это вопрос, ответ на который никак не найти, то почему бы не поступить так, как я того хочу?

Так что я решила успокоиться и подумать, зачем меня вообще отправили в этот мир. Должна ведь быть причина. Да, я прекрасно понимала, что таким образом пыталась успокоить себя.

Я не могла сделать вид, что не знаю ни принцессы Атанасии, ни Клода этого мира. Если бы я оставила все как есть и вернулась домой, то следующие лет десять не смогла бы спать по ночам из-за сожалений.

Ну, что поделать. Такая уж я уродилась.

Если бы Лукас из моего мира сейчас меня увидел, он бы закатил глаза и обозвал идиоткой.

Я решила действовать ночью, ведь это было единственное время суток, когда я могла свободно перемещаться. Сначала надо было встретиться с Лукасом этого мира.

* * *

Лукас был совершенно не в духе.

С некоторого времени его настроение менялось по тысяче раз на дню. Особенно каждый раз, когда он думал об одном конкретном человеке.

«И что это вообще за вопросы? Ты мне кто?.. Ты будто свою жену в измене уличить пытаешься!»

Шух.

Он снова услышал голос, что преследовал его изо дня в день. Колыхавшаяся вокруг него трава упала на пол, словно отражая то, что его самого растоптали.

Причиной всех этих метаний и морщин на его лбу была Атанасия из другого мира.

Лукас считал ее очень наглой девушкой. У него в голове не укладывалось, как можно быть такой бесстрашной. С самой первой их встречи она не сомневалась ни в своих словах, ни в действиях.

Сперва это его забавляло и удивляло. В прошлом его всегда боялись, поэтому Атанасия, смотревшая на него без тени страха, стала особенной. Впервые за сотни лет Лукасу захотелось быть рядом с кем-то, заботиться.

Каждая реакция девушки была приятной и интересной, поэтому он подумал, что с ней ему скучать не придется, даже просто наблюдая со стороны.

На самом деле уже долгое время Лукас чувствовал глубокую скуку. Что бы он ни делал, ко всему терял интерес. На что бы он ни смотрел, все наскучивало ему. Так было даже до того, как он из-за магии чертового Этернитаса погрузился в магический сон, длившийся столетия. Это продолжилось и после его пробуждения.

Маг пробыл в Башне больше десяти лет в полном одиночестве. И когда он впервые за долгие годы встретил интересного человека, все было ему в новинку.

Но это чувство длилось недолго.

В какой-то момент Атанасия начала раздражать Лукаса. Он не знал точной причины.

Сперва ему не понравилось, с какой решимостью она заявила, что вернется в свой мир, словно это было самым очевидным исходом. Девушка была забавной игрушкой, которую нашел Лукас. Она не имела права самовольно исчезнуть из его поля зрения.

Однако если это была единственная причина, то он никак не мог объяснить жар, поднимавшийся в его груди всякий раз, когда она упоминала Лукаса из другого мира. И раздражение, которое он испытывал, когда она смотрела на него, но думала о ком-то другом. Его трясло от мысли, что она была так приветлива и спокойна с ним в их первую встречу лишь из-за того, что она приняла его за Лукаса из другого мира.

Раз так, то все дело было в чувстве собственничества, нежелании делить с кем-то свою игрушку. Даже если соперник находился в другом мире... Нет, особенно если соперник находился в другом мире.

Шух.

Внезапно он почувствовал волну маны, издалека она показалась ему знакомой. Лукас проследил взглядом за остатками магической силы, которые принес легкий ветерок. Сосредоточив на них все свои пять чувств, он более явно ощутил ее магию. Великолепную и ароматную магию, отражавшую свою владелицу.

Поскольку они поглотили одного и того же священного зверя, ее мана имела тот же источник, что и у Лукаса. Но, как ни странно, их мана ощущалась совершенно по-разному. Да, мана Лукаса примешивалась к его собственной силе, но это была не единственная причина.

Маг прислонился спиной к огромному дубу, наслаждаясь присутствием силы Атанасии в дуновении ветра.

Он не знал, почему она так настойчиво его звала.

Нет на самом деле ответ был ему известен. Ведь именно он бросил Атанасию на произвол судьбы.

Но в последнюю их встречу ее слова так его задели, что он не хотел сразу же откликаться на ее зов.

Видя то, как отчаянно она продолжала его звать, Лукас почувствовал себя лучше.

Хе-хе-хе, раз она так хотела его увидеть, то стоило, наверное, показаться?

Лукас взглянул на ночное небо и задумался. Затем, словно ему не оставалось ничего другого, отправился туда, откуда шла магия.

Глава 193

– Почему так поздно?

Стоило ему появиться, как Атанасия тут же принялась его отчитывать. Она по-прежнему разговаривала с ним высокомерно. Но, судя по тому, что он не злился на нее за это, девушка ему действительно нравилась.

Лукас смотрел на Атанасию со смесью раздражения и удовлетворения.

– Должно быть, ты очень скучала по мне, раз так требовательно звала.

Сейчас они находились на тростниковом поле, где впервые встретились. Стоявшая рядом с ним Атанасия перестала выпускать ману.

Если бы Лукас не пришел, ее магическая сила могла опасно истощиться, но девушка, похоже, даже не рассматривала такую возможность. Маг даже не знал, смеяться ли ему над ее наивностью.

– Ты прав. Отец в этом мире действительно чем-то болен. Но похоже, ты единственный, кто знает, как его можно излечить. К тому же ты еще и принцессу утащил.

– И?

– Помоги мне. Прошу тебя.

Неожиданные слова. Лукас вздрогнул. Глядя в ее сияющие, как драгоценные камни, глаза, он не знал, что ответить. В них читалась такая мягкость и искренность, словно девушка не грубила ему всего мгновение назад.

Парень был в замешательстве. Похоже, Атанасия решила положить конец их войне на истощение.

– Если я тебе помогу, ты сделаешь так, как я хочу?

Однако она не ответила. На мгновение на ее лице отразилось смятение, но в конечном итоге девушка предпочла ничего не говорить.

Она совсем дурочка? Солги она, что согласна, – и вуаля, временное решение готово! Лукас не понимал, не поступила она так из-за неумения или же нежелания лгать.

– Тогда что я за это получу?

– Эм, мою благодарность?

– Она мне нафиг не сдалась, – отрезал Лукас.

Это даже не обсуждалось. И ее благодарность – последнее, чего он хотел. Ему нужно было нечто совсем иное.

Атанасия смотрела на Лукаса с легким прищуром. Она казалась немного расстроенной его отказом. А время неумолимо продолжало свой ход.

Затем она взглянула на него, и он понял: она приняла решение. Лукас усмехнулся.

– В таком случае, я буду тебе угрожать.

Он ослышался? Угрожать? Великому магу? Чем она могла его запугать?

– Ты первый начал, так что теперь моя очередь тебе угрожать! – гордо заявила Атанасия.

– Ах, вот как? И чем же? Ну, начинай. Повесели меня! – ее слова позабавили Лукаса, и он ответил ей с неприкрытой усмешкой.

– Если ты будешь и дальше так себя вести...

Однако фраза, слетевшая с губ Атанасии, повергла его в шок:

– ...я забуду тебя.

– Что?

– Прямо здесь и сейчас я забуду тебя.

Забавно. Подумать только, она угрожала ему чем-то подобным.

Но, как ни странно, Лукас почувствовал смутную тревогу. Тем не менее он не показал своих истинных чувств и ответил так, словно услышал действительно бредовую мысль.

– Что за пустяковая угроза? Забудешь? И как же? Собираешься использовать черную магию?..

– Не простую черную магию. Ты ведь сам говорил, что заклинание стирает не столько воспоминания, сколько связанные с ними чувства?

Тут улыбка исчезла с лица Лукаса. От нее не осталось ни следа, его холодное выражение могло поспорить с холодом ледника в океане. В какой-то степени оно стало напоминать выжженную пустыню.

Лукас слишком хорошо знал, о каком заклинании говорила Атанасия. Это был отчаянный шаг, на который он лишь единожды пошел за свою долгую жизнь. И только когда ему казалось, что его сердце разорвется от горя, и он умрет, если не пойдет на это.

– Это тебе рассказал «я» из того мира? – спросил Лукас ничего не выражающим голосом, под стать его лицу.

Какие же у них отношения, что он поделился с ней подобным? Он считал, что унесет эти знания с собой в могилу.

Может, именно поэтому угроза Атанасии попала в самое яблочко.

– Ой, подожди, – девушка резко переменилась в лице. – Я ляпнула, не подумав. Прости меня. Мне правда жаль.

Заметив выражение его лица, Атанасия почему-то замялась и закусила губу, а затем смущенно принялась извиняться. Лукас молча смотрел на девушку, не зная, как реагировать.

– Я не должна была так говорить. Беру свои слова назад. Стран но, наверное, слышать такое, когда они уже сказаны, но...

Хоть он и не знал, как ей ответить, ему было забавно наблюдать за смущением девушки. Решила ему угрожать, но первая же и сдулась. Смысл доставать нож, если даже редиску нарезать не можешь?

Тем более, именно он первым прибегнул к грязным приемам. Забавно, что она так извинялась.

– Такое ощущение, что ты пытаешься загладить вину не передо мной, а перед ним.

Ему было плевать на ее слова. Но, к его собственному удивлению, Лукас заметил, что это не соответствовало правде. Мысль поразила его настолько, что он невольно усмехнулся.

Смутившись из-за его резкого тона, девушка проговорила:

– Я не считаю тебя и Лукаса из того мира одним и тем же чело веком. Равно как и ты не считаешь, что мы с местной принцессой – один человек. Так что сейчас я извиняюсь именно перед тобой.

Атанасия тяжело вздохнула, а затем продолжила:

– Ох, прости меня. Я переборщила. Но и ты тоже плохо со мной поступил! Как можно шантажировать меня жизнью отца, пусть и не моего? Да, сейчас я перегнула палку. Признаю. Но ты тоже виноват! Мне все равно жаль.

Похоже, Лукас этого мира сильно выбил ее из колеи. Если бы она собиралась просто вернуться в свой мир, то игнорировала бы всех, кто останется здесь. Однако она не могла так поступить.

Магу хотелось посмеяться над этим. Однако, глядя на Атанасию, стоявшую перед ним с виноватым выражением лица, он почувствовал странную неловкость – и промолчал.

– Какая же ты дурочка.

Девушка нахмурилась. Увидев это, юноша почувствовал себя гораздо лучше.

Он сделал шаг вперед, приблизился и неожиданно толкнул ее.

– А?! – совершенно не ожидая от Лукаса подобного фокуса, Атанасия вскрикнула и упала на спину. – Эй! Ты что тво...

Парень навис над ней, игнорируя протесты.

Возвышавшийся над ними тростник покачивался в белом свете луны. Их окружал шелест травы. Лукас посмотрел на лежавшую под ним Атанасию и улыбнулся:

– Если бы я жил в том мире, я бы запер тебя в клетке. Почему он этого не сделал? – это никак не укладывалось в его голове. – Думаю, тебе пошли бы кандалы.

Он бы точно связал ее и запер, чтобы она не смогла никуда уйти. На ее тонкие запястья и лодыжки он надел бы кандалы, чтобы она не смогла убежать. Он знал: стоит дать ей свободу – и она исчезнет.

Неужели тот, из другого мира, не чувствовал этого беспокойства? Неужели так вели себя все, у кого что-то было? От этой мысли ему снова стало не по себе.

Атанасия стряхнула руку Лукаса, державшую ее за запястья, и недовольно нахмурилась. Ей явно не понравились его слова. Но вскоре она несколько смиренно пробормотала:

– Ну, а он сказал, что это излишне, ведь весь мир – клетка на его ладони.

От этих слов на губах парня заиграла холодная улыбка.

Это он мог понять. Но, вероятно, даже тот Лукас не ожидал, что она попадет в другой мир и окажется вне его досягаемости. Так что, если бы у него ее забрали, он бы не смог ничего сделать.

Лукас из другого мира казался ему слишком самоуверенным.

– Так что, ты правда не собираешься мне помогать?

Неожиданно он почувствовал на своей щеке теплое прикосновение. Маг, погрузившийся ненадолго в свои мысли, снова взглянул на девушку под собой.

– Даже если я прошу тебя?

На него смотрели мягко сияющие в лунном свете глаза. Было в этом взгляде что-то теплое, на что у него язык не поворачивался ответить отказом. Ее руку от лица тоже надо бы убрать... Странно, но он не мог и пальцем пошевелить.

– Думаешь, на мне это сработает?

Его голос звучал по-прежнему холодно, однако Атанасия ответила без тени страха:

– Да, ведь я тебе нравлюсь.

Он должен был ответить: «Не смеши меня!» Но, как ни странно, не смог выдавить ни слова.

В ее голосе не слышалось ни самоуверенности, ни снисхождения. Она произнесла это без вызова, как будто констатировала факт. Лукас не смог даже посмеяться в ответ.

Они были едва знакомы, а он уже чуть ли не с ума сходил по этой девушке. Это казалось нелепым, но он чувствовал, что их встреча была неслучайной.

Более того, Атанасия каким-то образом пробуждала в нем чувство собственничества. Наверное, потому, что она пришла из другого мира. Лукас, который всегда добивался желаемого, впервые встретил человека, которого мог потерять, но помешать этому было невозможно.

С некоторой досадой в голосе он произнес:

– Знаешь что? Ты такая же неуправляемая, как и я.

Слова злости, которые он хотел бросить ей в лицо, исчезли, стоило встретиться с ее спокойным взглядом.

– Да, я в курсе, – Атанасия улыбнулась ему, и это стало объявлением о капитуляции.

Ее улыбка успокоила ураган раздражения внутри него.

«Ах, как же легко я сдался из-за такой мелочи!» – подумал Лукас, смеясь над собственной глупостью.

Какая жалость. В конечном итоге он пал жертвой ее женских чар.

Глава 194

– Так что тетя скоро приедет поприветствовать тебя лично.

Стоял полдень, и Клод с Дженит наслаждались чаепитием в саду Гранатового дворца. Сад за дворцом утопал в зелени и цветах. Легкий ветер приносил аромат цветов, смешанный с запахом чая.

Дженит, как всегда, весело щебетала, а Клод молча ее слушал. Он выглядел довольно расслабленным, что в последнее время стало редкостью. Почему-то в присутствии Дженит его головные боли утихали, поэтому он все чаще старался проводить с ней время.

Девушка опустила взгляд на его чашку и слегка улыбнулась.

– Отец, ты сегодня снова пьешь чай Липпе.

Клод проследил за ее взглядом. От напитка в круглой золотой чашке исходил приятный аромат.

– Мне всегда было интересно, почему он тебе так нравится? Этот чай не так уж и популярен в Обелии. Да и прибыли особенно не приносит, как я понимаю.

Дженит была права. Этот сорт чая не пользовался популярностью у аристократов. Однако, поскольку он был любимым напитком Клода, во дворце всегда имелся его запас.

– Просто нравится, – ответил мужчина, поднося чашку к губам.

Дженит озадаченно наклонила голову и немного выпятила нижнюю губу.

Однако Клод действительно не помнил какой-то особой причины, почему с таким удовольствием пил этот чай. Просто в какой-то момент так вышло...

«Может, вашему величеству он тоже придется по вкусу».

Клод снова услышал слуховую галлюцинацию. Его рука замерла.

«Во рту будто цветы распускаются».

На мгновение, будто призрак, перед ним возник образ женщины.

«Словно весна уже пришла».

Перед его взором расцвела нежная, как весна, улыбка. Платиновые волосы сверкали так ярко, что казалось, даже солнечный луч может разбить их хрупкую красоту. Теплые и приветливые сиреневые глаза были устремлены на него. Алые губы, хранившие в себе тайну, слегка разомкнулись и позвали его.

– Отец?

Однако звавший его голос принадлежал не той женщине, а Дженит. Видение тут же растаяло, как дым. Клод напрасно всматривался туда, где мгновение назад видел незнакомку.

– Отец, что случилось? – снова позвала его Дженит.

Но Клод не смог выдавить из себя ни слова.

Медленно он поднялся на ноги, чтобы пойти по следам исчезнувшей женщины. Хоть он прекрасно осознавал, что это всего лишь иллюзия, Клод чувствовал, что должен прямо сейчас протянуть руку и догнать смутный образ.

Шух, бах!

Но стоило ему встать, как голову пронзила острая боль.

– Угх...

Клод тут же потерял равновесие и схватился рукой за голову. Со стола, на который он оперся, на землю полетела посуда и разбилась.

– Отец!

Он будто издалека слышал голос Дженит, чувствовал, что она подошла к нему и что-то говорила. Но он не мог разобрать ни слова.

– Ваше величество! – на шум прибежал Феликс, стоявший у входа в сад.

Но взгляд Клода был прикован к тому месту, где возникла иллюзия. Его лицо скривилось от боли, казалось, что голова вот-вот расколется надвое.

Силуэт женщины снова возник в его затуманенном сознании. Она непонимающе посмотрела на Клода, а затем отвернулась, не проронив ни слова.

Его сердце колотилось, как бешеное.

Нет, не уходи.

Он отчаянно протянул руку к удалявшемуся видению.

– Ди... а... на...

Ах...

Наконец-то он вспомнил. Ту, которую давно забыл.

После ее утраты ему словно разорвали сердце на куски. Боль была такой сильной, что он не мог этого вынести и стер женщину из памяти...

– Отец!

– Ваше величество!

Как только он вспомнил ее лицо, горе снова бурей обрушилось на него.

Если бы ему довелось еще хоть раз увидеть ее, он мог бы спокойно умереть.

С этой мыслью Клод наконец отпустил нити сознания, за которые так отчаянно цеплялся. Он с распростертыми объятьями встретил стремительно приближавшуюся темноту.

– Мне нужны материалы, чтобы помочь твоему отцу в этом мире.

Я обрадовалась, что Лукас немного успокоился. Да и мое сердце начало восстанавливать ритм.

Если честно, я блефовала. Я слышала, что Лукас из моего мира владел заклинанием, позволяющим стирать эмоции вместо воспоминаний. Но это не означало, что я знала, как им пользоваться.

Однако этот Лукас так жестоко играл жизнью моего отца из этого мира, что мне пришлось использовать те же методы, чтобы заручиться его помощью... Тц, но стоило мне увидеть выражение его лица, и я тут же поняла, что не могу так. Только бессердечный и безжалостный человек обрадовался бы такой реакции Лукаса.

Ох, как же хорошо, что мои искренние слова все же сработали, и у него улучшилось настроение.

– Материалы? Какие еще материалы?

Главное – он всерьез собирался мне помочь! Ура!

Мы с Лукасом лежали бок о бок на тростниковом поле, в небе занимался рассвет. Ой, мы тут всю ночь провели, получается?

Однако, услышав его ответ, я не смогла сдержать удивленного вскрика.

– Плод Мирового древа.

Тот самый плод, с помощью которого Лукас хотел восполнить свою ману?

– Погоди. Но ведь Мировое древо не пойми где находится?!

– Ого, ты и о нем знаешь? – заметив мое недоумение, маг скривился и наверняка про себя задался вопросом, не рассказал ли мне об этом другой Лукас.

– Ну, вдруг у тебя где-нибудь завалялась парочка плодов? Поэтому и спрашиваю.

– Я к нему несколько сотен лет не ходил. Если бы не священный зверь принцессы, я бы пошел к Древу за силой.

А, я так и знала!

– А что, твоих запасов маны не хватит, чтобы исцелить папу? – Вдруг это очередная уловка, чтобы удержать меня здесь, пока он пойдет к Мировому древу? – Неужели для этого не обойтись без плодов Древа?

– Нам предстоит очистить черную магию. Обычными методами тут не справиться, – с недоброй улыбкой ответил Лукас, словно призывая меня оставить ложные надежды. – Я когда-то давно уже поглотил плод Древа, но прошло столько времени, что от его эффекта ничего не осталось.

Тут меня осенило, и я заговорила словно невзначай:

– Нужно, чтобы именно ты поглотил плод? А если есть другой человек, уже сделавший это? Он сможет исцелить папу? Мне не так давно довелось столкнуться с ветвью Древа, и ее магия должна еще оставаться во мне. Если ты научишь меня заклинанию очищения, то...

– Чего?! С чем ты там столкнулась? – недоверчивым тоном спросил Лукас.

Он уставился на меня, просканировал взглядом, а затем внезапно притянул к себе за запястье и принялся ощупывать мое лицо.

– Эй! Т-ты ч-чего?!

Конечно, я смутилась и стряхнула с себя его руки. Однако Лукас с отвисшей челюстью уставился на меня, словно уже все понял.

– Ха, действительно. Ты и правда поглотила магию ветви Мирового древа? Это все равно что съесть само Древо. И ты еще закатывала мне истерику из-за священного зверя! Как ты вообще додумалась съесть ветвь, а не просто плод? Безумная женщина, бе-зум-на-я. Ты точно в своем уме? Как такое могло прийти в голову здоровому человеку?

Это придумала не я, а Лукас... Он еще и удивлялся, хотя сам же мне эту ветку и дал?

Я взглянула на мага, который даже не понимал, что бросает камень в свой же огород.

Как бы то ни было, именно плод нам оказался не нужен для спасения Клода. Лукас принялся учить меня заклинанию, но, как и ожидалось, у него даже здесь не было совсем никакого таланта к преподаванию.

– Нет, не так! Должно быть ближе к «вжух»!

Тем не менее я давно привыкла к его дурацким методам обучения и уже через несколько часов довольно уверенно использовала заклинание очищения.

– Ну что, теперь во дворец!

А вообще я уже давненько ломала голову...

Кто вообще такой Лукас?

Он почти как моя кроличья лапка! Какие бы проблемы у меня ни возникали, он всегда приходил и протягивал мне руку помощи. Он был не просто хихикающим коварным магом, кхм-кхм. Да, этот Лукас съел Черныша здешней принцессы Атанасии, предотвратив тем самым появление величайшего архимага! Но теперь он же мне и помогал. Какая ирония.

Я решила не тянуть и сразу же отправилась в Гранатовый дворец, чтобы исцелить Клода. Однако, к моему удивлению, весь дворец стоял на ушах. По перешептываниям горничных я выяснила причину: Клод потерял сознание!

Я была так потрясена, что немедленно телепортировалась прямо в спальню Клода.

– Ну, я, по крайней мере, собирался его спасти, – откуда-то сбоку пробормотал Лукас.

– Отец... У-у-у.

В спальне уже были Дженит, Феликс и Иджекиил. Нас они не видели, ведь мы воспользовались заклинанием невидимости.

Феликс выглядел поникшим, а Дженит плакала в плечо Иджекиила.

– Принцесса, не плачьте. Его величество скоро очнется.

– Но, но... даже придворные врачи не могут объяснить, почему так вышло.

Феликс пытался утешить девушку, но потерпел неудачу.

Я обошла этих троих и приблизилась к Клоду, лежавшему на кровати.

– Дженит, все будет хорошо. Врачи сказали, что пока не знают причину, но это не значит, что император не очнется. – Обычно в присутствии других Иджекиил держался с Дженит официально, но, видимо, счел, что сейчас важнее ее утешить.

Однако его слова, казалось, возымели обратный эффект, ведь девушка заплакала пуще прежнего. Юноша вздохнул и похлопал ее по спине.

– Мы ведь еще не опоздали? Я сейчас же его очищу, – сказала я Лукасу, взглянув на Клода.

Его лицо было таким спокойным, что он больше напоминал труп, отчего я не на шутку встревожилась.

Глава 195

– Подожди. Сперва я посмотрю, – Лукас цокнул языком и от толкнул меня. – И что это за химера?

А, Лукас ведь впервые видел Дженит, да? Как странно, даже здесь он называл ее химерой. Да, что-то остается неизменным.

Шух!

Неожиданно из тела Дженит вырвалась черная мана. Я замерла, увидев, что она направилась к Клоду.

– Это ведь нехорошо, да?

Я испугалась, что черная мана Дженит может плохо повлиять на Клода, и попыталась ее заблокировать. Однако Лукас, хмуро наблюдавший за магической энергией, отрицательно покачал головой:

– Нет, наоборот, она нам даже помогала. Мана химеры довольно странная. Мне кажется, она действует неосознанно, но в ней нет ни капли злобы к императору.

То есть, грубо говоря, ее магия поддерживала Клода, ведь Дженит желала ему лишь добра.

Услышав слова Лукаса, я поежилась, но не стала препятствовать мане Дженит, раз она хоть немного облегчала страдания Клода.

Тем временем Феликс и Иджекиил ушли, и рядом с Клодом осталась лишь Дженит.

– Сейчас минимальное количество свидетелей. Если собираешься его исцелить, то надо действовать быстро, – строго сказал Лукас.

Я взглянула на Дженит, смотревшую на Клода со слезами на глазах, и подняла руку. Как только я погрузила ее в сон, тело девушки тут же упало на кровать.

Затем я коснулась лица Клода и воспользовалась заклинанием, которому меня научил Лукас. Спальню залил ослепительный свет.

– Сработало?

– Давай еще раз.

К моему удивлению, Лукас не отвлекал меня, не отпускал саркастичных комментариев, а послушно помогал исцелять Клода. Я еще несколько раз воспользовалась этим заклинанием и почувствовала, как стремительно убывают мои силы.

Впервые с тех пор, как я начала использовать магию, мне стало по-настоящему плохо. Да, это явно не обычное заклинание. Из меня будто бы вытягивали жизненные силы в режиме реального времени.

Однако, несмотря на все мои старания, Клод так и не пошевелился.

– Слушай... Разве он не должен очнуться?

Заклинание сработало, я делала все так, как учил меня Лукас. К тому же я почувствовала, что лечение прошло успешно. Так почему же он до сих пор не пришел в себя?

Лукас некоторое время переводил взгляд с меня на Клода, а затем сказал:

– Похоже, твой император не намерен просыпаться.

Что?! Я была ошарашена таким заявлением. Как это – не намерен просыпаться?!

– Что нам тогда делать?!

– Это уже не мое дело, – Лукас лишь цинично фыркнул. – Ты хотела моей помощи. Я помог. Но он сам не желает просыпаться. Чего еще ты от меня хочешь?

Вот же г-гад. Конечно, он прав, но...

– Лечение точно прошло успешно?

– Сомневаешься в великом маге Черной башни?

Судя по раздражению в его голосе, он не врал. Хорошо хоть самое важное мы сделали...

– Принцесса Атанасия?

Ах, Иджекиил!

Похоже, я потратила слишком много маны, и заклинание невидимости развеялось само собой. Иджекиил, вернувшийся в комнату, удивленно замер, увидев меня у постели Клода.

Тц, я-то думала, что он ушел с концами!

– Вам тоже рассказали про состояние его величества?

– А, да...

– Вы в порядке?

В его голосе неожиданно прозвучало беспокойство. Оно же было заметно и во взгляде. Меня несколько удивило, что он так волновался за меня. С другой стороны, он только что утешал рыдающую Дженит и мог просто сочувствовать мне, ведь я находилась в таком же положении.

– Я в порядке, – смущенно ответила я, а затем потерла уставшие глаза.

Наверное, меня вымотал резкий расход маны. Ой, мне почему-то показалось, что я скоро потеряю сознание. Надо скорее делать ноги.

Я взглянула на Иджекиила, чтобы попрощаться, но заметила, что он смотрел на меня более пристально, чем раньше. Думал, что я тайком утирала слезы? Но у меня не было времени разубеждать его.

– Что ж, я пойду. Милорд, останьтесь, пожалуйста, с Дженит, – с этими словами я направилась к выходу.

– Принцесса Атанасия.

Эй, не надо меня звать! Я же вот-вот в обморок хлопнусь! Нужно быстрее сваливать отсюда! А у меня даже маны нет, чтобы телепортироваться!

Но Иджекиил начал утешать меня теми же словами, что и Дженит.

– Его величество скоро очнется. Придворные врачи изо всех сил стараются найти лечение, поэтому постарайтесь сильно не волноваться. Императору не понравится, что все так изводят себя.

– Да, спасибо...

– И еще... не держите все в себе. Если вы не возражаете, я всегда готов...

Да, меня вырубит прямо здесь и сейчас.

Пока я слушала речь Иджекиила, сознание, за которое я с трудом цеплялась, решило меня покинуть.

– Принцесса Атанасия!

Когда я начала падать, юноша поймал меня.

М-да, похоже, моя судьба – прослыть в этом мире принцессой с крайне слабым здоровьем. Ну, хоть Иджекиил меня здесь просто так не бросит.

Я окончательно провалилась в темноту.

* * *

– Проснулась?

Когда я открыла глаза, сразу же увидела Лукаса.

– Ну и горазда же ты спать. Спящей Красавицей себя возомнила?

Так я заснула? Вот вам и истощение маны.

– Сколько я спала?

– Полдня.

– Ну, это еще не рекорд.

Лукас неодобрительно на меня зыркнул. Тусклый лунный свет отбрасывал на его лицо загадочную тень. Я села на кровати и... испугалась.

– Ой, божечки!

Кто угодно испугался бы, увидев перед собой свою копию. Мы ведь правда похожи!

– Принцесса Атанасия?!

Да, рядом со мной на кровати лежала принцесса Атанасия собственной персоной.

Какого черта он принес девушку, которую все это время усердно прятал?

Лукас, словно почувствовав мое недоумение, холодно произнес:

– Мне надоело, что ты играешь роль этой принцессы. Оставим ее здесь, а сами пойдем в башню.

Что за выкрутасы?..

Но вскоре я поняла. Это ведь из-за Иджекиила, да? Думаю, что именно он принес меня сюда. Да и в том мире Лукас ревновал к нему.

Как бы то ни было, я обрадовалась, что он вернул Атанасию.

Я молча рассматривала ее бледное лицо.

И Клод, и Атанасия сейчас спали глубоким сном. Что же им снилось?

– Вставай, Атанасия, – у меня на сердце стало тяжело, и я шепнула девушке: – Неужели ты хочешь оставить своего близкого человека в таком состоянии?

Разумеется, я и сама не верила, что мой голос достигнет ее. Но к моему удивлению, золотые ресницы дрогнули.

– Атанасия?!

Ой, неужели она просыпается? Неужели мои слова достигли ее?! Ах, я точно заслужила звание гения!

– Не зазнавайся. Я просто снял с нее заклинание, и она начала просыпаться.

Лукас смеялся надо мной, но мне было плевать.

Веки принцессы медленно поднялись. Ее топазовые глаза сверкали, как звезды, в свете луны. Она походила на ожившую фарфоровую куклу.

– Атанасия.

Ох, как же все-таки странно звать другого человека своим именем. Словно я говорила о себе в третьем лице.

Когда мы встретились взглядами, девушка вздрогнула. Ее расфокусированные глаза медленно обрели осознанность.

– Вы...

Я немного волновалась, что она попросит меня снова вернуть ее в сон, но, к счастью, она этого не сделала.

– Да, это реальность, – пробормотала девушка неожиданно спокойным тоном.

– Если хочешь, я могу отправить обратно.

– Лукас. – Маг опять начал нести чушь, поэтому я осекла его взглядом. – Атанасия, с возвращением.

Ее взгляд снова скользнул по мне. Я искренне прошептала, глядя в наполненные тревогой топазовые глаза:

– Я рада, что ты проснулась.

* * *

Клод был в своей спальне один.

Врачи и маги, до сих пор сновавшие по Гранатовому дворцу, наконец-то ушли. Только Феликс остался на страже у двери. Дженит, все это время не отходившая от Клода, тоже вернулась к себе.

Затаив дыхание, я наблюдала за тем, как принцесса Атанасия приблизилась к Клоду. Она долго рассматривала его мирное спящее лицо, а затем медленно произнесла:

– Он может никогда не проснуться?

Я не знала, как ответить на ее вопрос.

Все произошло из-за побочных эффектов черной магии, которую использовал Клод. Хоть лечение и прошло успешно, никто не знал, какие будут последствия. Более того, по словам Лукаса, сам Клод не собирался просыпаться...

– Отец.

Атанасия тихо позвала Клода. Ответа не последовало. Вскоре она осторожно взяла мужчину за руку.

Через какое-то время девушка обернулась ко мне и улыбнулась так, словно вот-вот заплачет:

– Он не злится, что я так его называю. Не отталкивает меня.

Разумеется, я ничего ей не сказала. Принцесса перевела взгляд на Клода, словно и не ждала от меня ответа.

– Знаешь, прямо перед тем, как проснуться, я увидела женщину.

Глава 196

Я оцепенела от ее слов.

– Странно, не правда ли? Хоть я и никогда не встречалась с ней, с первого же взгляда поняла, что она моя мать. – Похоже, принцесса Атанасия видела во сне Диану. – Отец любил маму?

Я задумалась над ответом и в итоге задала встречный вопрос:

– Как это выглядело во сне?

Рука принцессы упала с лица Клода. Вскоре она тихо продолжила:

– Мама умерла из-за меня, да?

Я сразу же поняла, что приснилось девушке, ведь я видела тот же сон.

– Тогда я понимаю, почему он так меня ненавидит.

Надо ли рассказывать ей, что Клод с помощью черной магии стер воспоминания о Диане и до недавних пор не помнил ее? Это было лишь догадкой. Но даже если бы она подтвердилась, я все равно не считала, что девушке нужно об этом знать.

Похоже, принцесса нашла ответ на свой вопрос и с легкой улыбкой повернулась ко мне.

– Интересно, где находятся ее останки? Я никогда не спрашивала у отца, боясь его гнева.

В ее голосе сквозила печаль. Некоторое время я разглядывала девушку, а затем протянула ей руку:

– Я отведу тебя.

Ее пальцы были такими же ледяными, как и у лежавшего на кровати Клода.

* * *

– Здесь?..

Мы с принцессой Атанасией стояли у крутого обрыва, со всех сторон обдуваемого шквальным ветром. Бескрайние просторы, открывавшиеся сквозь развевающиеся золотые пряди, напоминали рай на земле.

– Он отпустил маму здесь.

Однако от этих же просторов веяло пустотой.

– Чтобы ее душа вместе с ветром ступала там, где ей захочется.

Членов императорской семьи по традиции хоронили в отдельной усыпальнице, однако Диана не была официальной женой Клода. Конечно, его мало заботили подобные мелочи, поэтому если бы он захотел, то просто похоронил бы ее там.

Но он решил, что такое погребение не подходит Диане. Или, возможно, он хотел, чтобы она стала едина с ветром мира.

Мы с принцессой Атанасией молча любовались величественным пейзажем, простиравшимся перед нами, и с нашими волосами играл ветер. Наконец девушка с грустной улыбкой прошептала:

– Да. Значит, мама все это время была рядом со мной.

По сути, ничего не изменилось, но принцесса была уже не той, что вчера.

Мы еще немного постояли, а затем вернулись во дворец.

* * *

– Атанасия! – На этот раз в спальне Клода была Дженит. Увидев Атанасию, она в слезах бросилась к ней. – Отец до сих пор не пришел в себя.

Иджекиил, который тоже был здесь, коротко поклонился.

– Что говорят придворные врачи?

– Ничего нового.

Дженит выглядела изможденной. Хоть Клод потерял сознание лишь вчера, перемены в девушке было трудно не заметить.

В комнату вошел герцог Альфиос.

– Принцесса Дженит. Можно вас на минутку? Чиновники просят встречи.

Никто не удивился, когда в тот же миг в комнату заглянули и сами чиновники.

– Пока его величество не пришел в себя, государственными делами вместо него должна заниматься принцесса.

– Почему вы говорите это мне? Я не первая принцесса Обелии.

Несмотря на то что Атанасия находилась с ними в одной комнате, чиновники просили Дженит занять место Клода. Я цокнула языком, глядя на герцога Альфиоса, стоявшего во главе делегации. Бьюсь об заклад, это была именно его идея.

– Принцесса Дженит, вы получили необходимое образование, чтобы в любой момент взять на себя работу его величества, поэтому вы заслуживаете...

– Принцесса Атанасия с четырнадцати лет изучала те же дисциплины, что и я. Логичнее поручить управление ей, а не мне, герцог.

Однако Дженит неожиданно заупрямилась. От ее заявления герцог Альфиос опешил, словно потерял дар речи. Он не мог оспорить ее слова, ведь это действительно было так. Но он, видимо, ожидал от нее несколько иной реакции.

Роджер Альфиос подошел к Дженит и вполголоса произнес:

– Принцесса Дженит, что вы делаете?

– Это не то, чего я желаю. Мне это не нужно. Вам это давно известно.

Герцог Альфиос открыл рот, словно намереваясь возразить, но девушка отвернулась, показывая, что не желает его слушать.

– Я останусь рядом с отцом.

Чиновников позиция Дженит тоже озадачила.

Принцесса Атанасия молча смотрела на Дженит с нечитаемым выражением лица. Но, в конечном итоге, кто-то должен был заниматься государственными делами вместо Клода. И раз Дженит отказалась, то эта обязанность ложилась на плечи Атанасии.

Вскоре она ушла вместе с чиновниками. Герцог Альфиос бросил на Дженит многозначительный взгляд, но девушка села у кровати Клода и даже не посмотрела в его сторону.

Герцогу не оставалось ничего иного, как последовать за другими и покинуть комнату. Иджекиил тоже некоторое время молча смотрел на девушку, а затем ушел.

* * *

Следующие дни выдались очень насыщенными для принцессы Атанасии.

К счастью, она успешно справлялась с работой императора. Не без огрехов, но чиновники все равно смогли вздохнуть с облегчением.

Дженит целыми днями сидела рядом с Клодом. Феликс и слуги сильно беспокоились, что она не отходила от постели императора, ожидая его пробуждения.

Герцог Альфиос и графиня Розалия продолжали увещевать и убеждать Дженит, несколько раз даже переходя на крик. Но им так и не удалось добиться желаемого, и они ушли ни с чем.

Однажды ночью принцесса Атанасия пришла навестить Клода. Как раз в этот момент Дженит ушла к себе немного отдохнуть, поддавшись уговорам Феликса и горничных.

– Отец.

В лунном свете лицо Клода выглядело бледнее обычного. Глядя на него, принцесса Атанасия прошептала так тихо, что ее никто бы не услышал:

– Ты никогда не был мне отцом. Но я впервые этому даже рада.

Ее голос растворился в тишине комнаты.

– Почему мне кажется, что сейчас мы куда ближе, чем раньше?

Она медленно провела ладонью по лицу мужчины.

– Вот бы ты и дальше не просыпался, отец.

Когда я услышала это, меня охватила целая буря эмоций. Словно ком в горле застрял.

– Разочарована, что все сложилось не так, как ты ожидала? – спросил стоявший рядом со мной Лукас, заглядывая мне в лицо.

Он был в чем-то прав. Хоть я и не ждала счастливого финала, как в сказке, но то, что происходило сейчас, оставляло горькое послевкусие.

Клод так и не очнулся, а Атанасия считала, что ему лучше и вовсе не просыпаться.

При этом принцесса, сказавшая эти слова, не выглядела счастливой. Она так говорила не потому, что искренне желала, чтобы Клод вечно оставался таким. Просто Клод, который спал и не отвергал ее, был ей ближе, чем тот, кто всегда отталкивал.

Похоже, трещина и боль между этими двумя были куда глубже, чем я предполагала.

– Ну, с этим ничего не поделаешь. Таков конец любого, кто использует черную магию, – невзначай бросил Лукас.

Нам удалось снять побочный эффект черной магии, но дело было в другом. Видимо, не зря говорят, что такая магия оставляет глубокий след на душе.

Услышав слова Лукаса, я вспомнила старика из книжной лавки в Арланте, которого встретила несколько лет назад.

«Девонька, даже не думай о черной магии. За нее всегда кто-то платит. На своем веку я не видел еще ни одного случая, когда из ее использования вышло что-то хотя бы отдаленно хорошее. Особенно для мага, использовавшего ее».

«Черная магия очень коварна. Она постепенно забирает у заклинателя все, что ему дорого. А он даже не всегда это осознает».

В ушах эхом раздались слова бывшего колдуна. Выходит, Клод сейчас расплачивался за использование черной магии в прошлом?

– Ты сделала все, что могла. Ты спасла его от неминуемой смерти, разве этого мало?

Похоже, Лукасу не нравилось мое выражение лица, и он заговорил со мной утешающим тоном. Спасибо, конечно, на добром слове, но почему мне от этого еще хуже?

– С чего ты вдруг стал таким добрым?

– Ты просто никогда не обращала внимания на эту мою сторону.

Ну, с этим не поспоришь.

Мне показалось, что этот парень стал гораздо спокойнее, чем раньше? Кажется, буквально вчера Лукас угрожал мне, заставлял занять место здешней принцессы Атанасии. Тыкал носом в то, что у меня нет права вмешиваться в дела этого мира, и допрашивал насчет моих отношений с Лукасом из другого мира.

Он словно стал мягче. Или же вел себя так для отвода глаз? Может, он просто понял, что я не смогу в любой момент вернуться в свой мир, и потому изменился?

– Ты ведь сказал, что он не может проснуться не из-за того, что с ним что-то не так? Он очнется, как только захочет?

– Если он вообще пожелает проснуться, то да.

– Понятно, – ответила я, наблюдая за Клодом и принцессой Атанасией.

– Я впервые вижу тебя таким умиротворенным. Что же тебе снится? – принцесса все еще разговаривала с Клодом. Он спал и не мог ответить, но похоже, ей ответ и не требовался. – Настолько счастливый сон, что тебе не хочется просыпаться? Как тот, что видела я?

Тихий шепот наполнил темную комнату.

Глава 197

Я видела их вместе всего несколько раз. И каждый раз между ними витало напряжение. Сейчас же их окружала спокойная и мирная атмосфера. Клод и принцесса Атанасия выглядели расслабленными, как никогда прежде. Мне даже стало неуютно.

Но эта безмятежность длилась недолго. Вскоре в комнату вошла Дженит.

– Атанасия, – когда девушка увидела возле кровати Клода Атанасию, она испуганно вздохнула. Но вскоре поняла, почему та пришла, и быстро продолжила: – Тоже волнуешься за отца?

Дженит, ушедшая отдохнуть, вернулась совсем скоро.

– Дженит. Тебе надо бы поспать.

Девушка выглядела бледной, словно долгое время плохо спала. Принцесса Атанасия тоже не смогла закрыть глаза на состояние девушки. Однако Дженит озабоченно поинтересовалась состоянием Атанасии:

– Ты ведь ужасно занята работой отца, да?

– А тебе, Дженит, разве не тяжело все время находиться рядом с ним?

– Я в порядке, – качнула головой девушка. Ее взгляд был прикован к лицу спавшего Клода. – Он ведь скоро проснется, да?

В ее голосе отчетливо слышалось беспокойство.

– Разумеется, – тихо ответила Атанасия.

Дженит повернулась к девушке, не до конца понимая, откуда у той столько уверенности. Принцесса Атанасия некоторое время смотрела на Дженит, а затем перевела взгляд на мужчину и едва слышно прошептала:

– Каким бы счастливым и прекрасным ни был сон, это всего лишь иллюзия. Отец не может не понимать этого.

* * *

По мере приближения праздника в честь основания империи в императорском дворце нарастало напряжение. Все были на взводе, ведь им предстояло провести парад без Клода. Оно и понятно: состояние императора тщательно скрывалось от общественности.

Может, в этот раз тоже используют двойника?

Разумеется, герцог Альфиос попытался воспользоваться ситуацией и усадить во главе парада Дженит. Однако девушка полностью проигнорировала его попытки, и я подумала, что и на этот раз герцогу не удастся добиться своего.

Две принцессы, Дженит и Атанасия, мирно сосуществовали во дворце, не посягая на территорию друг друга.

Принцесса Атанасия на удивление хорошо справлялась с работой Клода. Говорят, что она начала учебу вместе с Дженит, когда та переехала во дворец в возрасте четырнадцати лет. Однако ее способности к управлению проявились настолько ярко, что даже чиновники теперь смотрели на нее иначе.

Я тоже раньше считала ее робкой и тихой принцессой, похожей на золотую рыбку, но эти события заставили меня изменить свое мнение.

С другой стороны, Дженит, в отличие от своего опекуна, герцога Альфиоса, совершенно не обладала политическими амбициями и никак не принимала участия в решении государственных вопросов. Вместо этого она полностью сосредоточилась на заботе о Клоде.

Герцога Альфиоса и графиню Розалию это, разумеется, не устраивало. Все вопросы решились бы сами собой, если бы Клод очнулся, но пока что это казалось лишь отдаленной мечтой.

И все же у меня было странное предчувствие, что он скоро проснется. Объяснить его я не могла, да и поделиться с кем-то – тоже. Но ощущение не отпускало.

– Это был ты? – однажды поинтересовалась я у Лукаса, сверля его взглядом.

– Ты о чем? – спокойно спросил меня маг.

– Ты попытался спалить Топазовый дворец, да?

Дело было буквально прошлым вечером.

Пожар неизвестного происхождения охватил Топазовый дворец и чуть не сжег его дотла. К счастью, огонь удалось потушить до того, как он слишком сильно разгорелся, поэтому обошлось без жертв. Говорят, остальные здания остались целы, но вот большая часть Топазового дворца превратилась в угли и пепел.

Стоило мне только услышать о случившемся, как я сразу же подумала на Лукаса.

– Я тут ни при чем! У тебя есть доказательства? – он лишь фыркнул в ответ.

Вот гаденыш! Кто еще это мог сделать, кроме него?! Он ведь сам недавно подумывал взорвать дворец!

– А я еще ломала голову, чего ты вдруг притих.

В последнее время его было не видно и не слышно, вот я и заподозрила неладное. Но поджигать целый дворец?! Ясное дело, он нацелился на Топазовый дворец, чтобы помешать мне вернуться в мой мир. Этот негодяй все лазейки перекроет, лишь бы я не вернулась домой...

– Но мне-то что? Я ведь уже нашла то, что мне нужно, – Лукас вечно мне язвил, и я решила отплатить ему той же монетой.

С помощью магии я призвала свою недавнюю находку. При виде книги, материализовавшейся в моей руке Лукас, лениво лежавший на спине, замер. Но вскоре он непринужденно рассмеялся:

– Думаешь, такая фальшивка меня проведет?

– Почему ты решил, что это фальшивка?

– Я нашел и уничтожил все подозрительные книги.

Тут в моей памяти всплыла наша недавняя встреча с Лукасом в Топазовом дворце.

Он тогда отряхивал руки от какой-то пыли и жаловался, что во дворце ужасно убирали. После того случая он часто ходил туда со мной.

Ну каков подлец! Тогда-то он и избавился от всех книг в Топазовом дворце. То-то он казался в последнее время на удивление спокойным.

– Тебе даже в голову не пришло, что ты мог уничтожить что-то не то. Хотя нужную книгу даже в глаза никогда не видел.

Похоже, мне удалось скрыть от Лукаса тот факт, что я уже нашла книгу. К тому же на ней было столько защитных заклинаний, что даже ему пришлось бы попотеть, чтобы уничтожить ее.

Но я нашла книгу всего пару дней назад, что было очень кстати, учитывая пожар в Топазовом дворце.

– Будь она настоящей, тебя бы здесь уже не было.

– Я сама пока хочу тут остаться. Нужно еще немного понаблюдать за тем, что тут происходит.

Похоже, Лукас по моему тону понял, что я не шучу. Он поднялся со своего места и принялся рассматривать книгу.

Кхм, на самом деле я открыла книгу, как только нашла ее, но так и не поняла, как вернуться. Но, поскольку именно она меня сюда перенесла, я решила ее придержать.

– Давай ее сюда, – тут же раздраженно пригрозил он мне.

Ага, конечно. Я что, совсем сумасшедшая, чтобы отдавать ее ему?

– А попробуй, забери!

Как же приятно иногда подшутить над Лукасом его же методами! Работали как часы!

Парень бросился ко мне, не скрывая желания спалить несчастную книжку. Я телепортировалась подальше от него, но он, естественно, последовал за мной. У нас обоих было одно общее ограничение: мы не могли использовать магию друг против друга.

По случайному стечению обстоятельств сегодня начинался фестиваль в честь основания Обелии. Наша с Лукасом игра в догонялки развернулась среди разноцветных флагов, украшавших здания, сверкающих конфетти и цветочных лепестков, кружащихся в воздухе.

– Дурачок, думаешь, что сможешь меня так поймать?

Лукас нахмурился, услышав мою провокацию. Я хихикнула.

Мне захотелось немного подразнить его, но это оказалось гораздо веселее, чем я думала. Между делом я подумала, что надо бы спрятать книгу в безопасное место. Кругом праздник, толпы людей – потерять ее здесь было бы сродни катастрофе.

Я снова телепортировалась, чтобы сбежать от Лукаса, и оказалась у птичьего рынка. Когда я осторожно приземлилась на самую крупную клетку, птицы испуганно защебетали. Рядом были десятки, если не сотни, клеток на любой вкус.

Шух!

Тут из книги вырвался ослепительно яркий свет.

Что? Почему именно сейчас? Что бы я ни пробовала, книга никак не реагировала, а теперь – пожалуйста?

Но то, что произошло дальше, удивило меня даже больше.

– Где я на этот раз? Теперь-то хоть по адресу?

Яркий свет исчез, и на месте книги появился Лукас собственной персоной!

– Лукас?

Неужели это Лукас, которого я знала? Или же из какого-нибудь мира номер три?

Сперва я была в замешательстве, но стоило нашим взглядам встретиться, как я моментально поняла – передо мной тот самый Лукас.

– Ах, наконец-то я тебя нашел.

Похоже, он тоже меня узнал. Когда мы встретились взглядами, рубиновые глаза просияли.

– Мне настолько осточертели эти фальшивки, что я уже был готов начать уничтожать их.

Я опешила от столь неожиданного заявления.

– Ты умеешь перемещаться между мирами?

– Решил попробовать, и это сработало, – Лукас отмахнулся от моего вопроса, словно это был пустяк.

Кхм-кхм. «Решил попробовать, и это сработало»?! Неужели это так просто?!

– Ты кто такой?! – неподалеку раздался оглушительный вопль.

Ой. Я совсем забыла, что за мной гнался Лукас из этого мира.

Увидев передо мной еще одного Лукаса, он нахмурился.

Два человека, похожих как две капли воды, смотрели друг на друга. Мне почудилось, что над ними прогремел раскат грома. М-да, ну и зрелище. Буквально противостояние Лазоревого дракона и Белого тигра!

Лукас из моего мира так же недовольно сверлил взглядом Лукаса из этого.

– Это еще что за хмырь?

Они стояли лицом к лицу, одинаковые до последней черты. Оба явно осознавали присутствие друг друга, но вопрос все равно прозвучал. Да один еще и обозвал другого «хмырем». Не слишком ли грубо – ведь, по сути, он обозвал самого себя?

Пока я размышляла об этом, Лукас вздохнул и процедил сквозь зубы:

– Изменяла мне в мое отсутствие, да?

– Что ты несешь?!

Какое еще «изменяла»? И в-вообще-то мы с ним даже официально не встречались, так что о какой измене могла идти речь?!

Глава 198

Но тут в моей голове промелькнуло одно воспоминание, и я замерла.

Ой, я ведь ц-целовалась с Лукасом из этого мира.

– Похоже, нам с тобой будет о чем поговорить позже.

О-ой, он увидел что-то на моем лице. Почему-то у меня появилось ощущение, что в будущем меня ждут серьезные проблемы.

Тут Лукас этого мира не сдержал саркастического замечания:

– Завязывай уже с этим бредом, а? Тебе не о чем разговаривать с принцессой, понял? Проваливай из этого мира, пока я тебя не размазал.

– Я и так собирался уходить, можешь меня не умолять. Мы с ней вдвоем мирненько вернемся к себе. Ты ее больше никогда не увидишь, так что будь добр и постарайся держать свои переживания при себе, лады?

– Что за бред ты несешь? Она никогда не вернется в твой мир, так что не обманывай себя красивыми фантазиями. Ты уйдешь отсюда один.

– Ха. Губа у тебя не дура, раз позарился на ту, что принадлежит мне.

И снова мне показалось, что грянул гром. Ну, точно Лазоревый дракон и Белый тигр!

Я переводила взгляд с одного Лукаса на другого, и от обоих исходила угрожающая аура. Д-да, сила двух Лукасов – это вам не шутки. Если я все так и оставлю, то точно быть беде...

– Похоже, по-доброму ты не понимаешь.

– Давно пора избавиться от этого раздражающего ублюдка.

А вот и беда!

Оба Лукаса сорвались с места и схлестнулись прямо передо мной.

Ба-ба-бах!

На мгновение я перестала понимать, где нахожусь: все кругом залила ослепительная вспышка магии. Она сопровождалась оглушительным взрывом, от которого зазвенело в ушах.

В-вот это да... Но что вообще творилось? Они за меня дрались, что ли? Хотя в их глазах и без меня читалась явная неприязнь друг к другу.

Ба-бах! Бах!

– А-а-а! Что происходит?

– Угх! Помогите!

Ну два куска дебила! Решили перебить заодно и всех, кто рядом? Сегодня ведь праздник, народу на улицах толпы!

– Эй вы, угомонитесь!

Я тут же защитила людей внизу с помощью магии, чтобы их не задело атаками Лукасов. Птицы, испуганные суматохой, захлопали крыльями и громко защебетали в клетках.

К счастью, битва кончилась на удивление быстро.

– Как раз плюнуть.

С вершины башни с часами Лукас с холодной улыбкой на лице смотрел вниз на другого себя, стонавшего от боли.

Треск.

Когда Лукас этого мира, впечатанный в пол, попытался двинуться, куски разрушенного камня рассыпались. Но он выглядел так, словно не собирался признавать своего поражения.

– Ты... Ты тоже поглотил часть Мирового древа? Иначе и быть не может.

– С ней или без нее – я все равно сильнее тебя, – высокомерно рассмеялся второй и наступил ногой на грудь поверженного.

Не знаю, что произошло за столь короткий промежуток времени, но вид мага, лежавшего на полу, был ужасен.

– Вижу, что ты не в ладах с башкой, но попробуй напрячь свои извилины. Она – моя.

Ох... ну у него и характер.

Лукас все тот же засранец. Говорит такие вещи даже в другом мире. Возмущаться и спрашивать: «С чего это я – твоя?» было бесполезно, поэтому я лишь покачала головой.

– И я ее никому не отдам. Ищи себе другую.

Парень на полу стиснул зубы. Его глаза горели жаждой растерзать противника.

– Эй, хватит уже.

Вероятно, за это время я успела привязаться к нему, поэтому мне было неприятно видеть Лукаса из этого мира под ботинком другого.

К счастью, Лукас меня услышал и отступил. Похоже, он потерял к сопернику интерес, как только одолел его.

Снизу раздались восторженные крики. Я выглянула с крыши башни вниз.

Начался парад в честь праздника основания империи, на котором императорская семья приветствовала народ. В процессии Клода не было. На его месте стояли принцессы Атанасия и Дженит.

Я обрадовалась: они выглядели более дружно, чем я ожидала. Хотя мистер Снежок вряд ли разделял мои чувства.

– Я пойду за вами. В ваш мир, – прорычал Лукас этого мира.

Второй, шагавший в мою сторону, тут же замер. Затем он оглянулся и холодно усмехнулся:

– И каким же образом? Силенок-то хватит?

– Раз ты смог, то и я справлюсь, не так ли?

Что творит! Его только что отделали, а у него еще остались силы на провокации?

Два парня смотрели друг на друга с пугающе похожими улыбками на лицах.

– Вот как? Тогда мне следует просто от тебя избавиться.

У-и-у, у-и-у! В моей голове зазвучала тревожная сирена.

Он не шутил! На этот раз он действительно собирался его убить!

– Лукас!

Я схватила его за руку. Он уже направлялся к поверженному двойнику. Собственными руками убить самого себя из другого мира? Это уже перебор!

Но он был не из тех, кто прислушался бы к голосу разума, поэтому я сказала совсем другое:

– Пойдем домой. Ты ведь проделал весь этот путь, чтобы забрать меня? Я и так тут сильно задержалась. Давай вернемся.

– Подожди, сперва я покажу ему его место.

– Д-давай просто пойдем домой!

На самом деле я хотела еще понаблюдать за событиями в этом мире, да и Лукаса вот так оставлять мне не хотелось. Но я почувствовала, что сейчас самое время вернуться.

Лукас все же поддался на мои уговоры и подошел ко мне с таким видом, словно его заставили.

– Держись крепче. Если застрянешь на границе миров, я потом запарюсь тебя искать, – сказал он, поднимая меня на руки. Я послушно обвила его шею руками.

Затем я взглянула на Лукаса, все еще лежавшего на полу.

– Спасибо тебе за все.

Мне показалось неправильным уйти, не сказав ему ни слова, поэтому я его поблагодарила. Но вот, мы прощались, а я не знала, что еще сказать. Расставание оказалось слишком неожиданным.

Да, сперва он мне угрожал, но в итоге согласился помочь исцелить Клода. К тому же его присутствие сильно успокаивало меня в этом незнакомом мире. Хотя с поджогом Топазового дворца он немного переборщил... Кхм, как бы то ни было, я была ему благодарна.

Но, когда я увидела его лицо, слова исчезли. Я только молча сомкнула губы.

Лукас этого мира смотрел на меня с неописуемым выражением лица. Глядя на него, мне казалось, что я его бросаю, и меня охватило невыносимое чувство вины.

– Жди меня, – он стиснул зубы и добавил: – Я обязательно...

Шух!

Он не успел договорить, как Лукас бессердечно воспользовался магией.

Глаза залило золотым светом. За ним мелькнули разноцветные пятна. Я инстинктивно зажмурилась и крепче обняла Лукаса за шею, пытаясь не ослепнуть от этой вспышки.

Я даже не знала, сколько времени это продолжалось.

– Теперь можешь открыть глаза, – надо мной раздался мягкий голос.

Я вздрогнула от неожиданности, а затем медленно открыла глаза.

– Мы вернулись?

Я огляделась и увидела знакомую обстановку. Мы были в Топазовом дворце, где я впервые обнаружила ту странную книгу. Лукас из другого мира сжег его, но сейчас все было на месте, и по роскошному убранству я поняла, что мы снова в этом мире.

Хотя я все еще не могла поверить в реальность происходящего.

– И долго ты еще собираешься меня лапать? Ты, принцесса, еще никогда не была настолько смелой в проявлении своих чувств.

– А-а-а!

Я резко поняла, что до сих пор крепко обнимала Лукаса. Я тут же его отпустила и встала на ноги.

Тук!

Что-то упало мне под ноги – это была та самая книга, что перенесла меня в другой мир. На открывшейся странице снова был какой-то текст.

«Результат первой проверки – в ожидании. Произошла ошибка».

Что? Первая проверка? В ожидании из-за ошибки? О чем этот кусок макулатуры?

Шух!

Внезапно книгу охватило синее пламя. Это был магический огонь, поэтому он не обжигал.

– Зачем ты ее поджег?!

– Не хватало нам ее еще оставлять, – мрачно улыбнувшись, ответил Лукас.

Н-нет! А если это все-таки древний артефакт, который станет достоянием нации?! Однако нельзя было отрицать, что подобный инцидент мог снова повториться, так что, может, избавиться от нее было правильным решением.

Сейчас меня больше волновал другой вопрос.

– Сколько времени прошло с моего исчезновения?

– Я и сам без понятия.

Я выглянула в окно – солнце стояло высоко. Я направилась прямиком к Клоду в Гранатовый дворец.

– Папа!

Он был в своем кабинете. При моем неожиданном появлении Клод нахмурился.

– Чего ты так расшумелась?

– Папа, ты ведь мой папа?!

– Тебе опять что-то приснилось? Что за глупый вопрос?

Ах, это и правда мой папа! Ура! Ура!

– Папа, я так соскучилась!

Вне себя от радости я бросилась к Клоду и стиснула его в объятиях. Он выпрямился в кресле, обнял меня в ответ и озадаченно произнес:

– Мы с тобой несколько часов назад вместе чай пили. Что с тобой?

А? Услышав это, я не смогла сдержать удивления.

Я ведь примерно через это время после чаепития как раз отправилась в Топазовый дворец. Выходит, с того момента не прошло ни секунды?

Глава 199

К моему удивлению, пока я находилась в другом мире, время здесь остановилось. Было очень странно осознавать, что я провела в другом мире не день и не два, а тут не прошло и минуты.

Даже убранство Изумрудного дворца казалось мне непривычным. Наверное, из-за того, что в том мире в Изумрудном дворце жила Дженит, а Атанасия – в Рубиновом.

– Лили!

– Ах, принцесса.

Ох, Лили, мы и с тобой давненько не виделись!

Как и Клод, Лили вздрогнула от удивления, когда я набросилась на нее с обнимашками. Но она быстро пришла в себя и с нежной улыбкой погладила меня по голове.

– Вы все такая же непоседа.

– Мне просто кажется, что мы с тобой целую вечность не виделись.

Ах, моя Лили лучше всех. Лили того мира была горничной другой Атанасии. Меня сильно грызла совесть из-за того, что она так заботилась обо мне, когда я лишь притворялась другой принцессой Атанасией.

– Принцесса и госпожа Лили, как всегда, прекрасно ладят, – счастливо улыбнулся Феликс, ставший свидетелем этого трогательного зрелища.

– Принцесса, я рассортировала сегодняшние письма.

– Ой, Нокс, нельзя!

– Гав!

Тут в комнату вошли Ханна и Сет. За ними с развевающейся черной шерсткой вбежал Нокс. Я очень обрадовалась им всем после столь долгой разлуки.

Но в то же время все это было странно – будто те события в другом мире были лишь сном.

– Значит, в мое отсутствие ты развлекалась с тем типом?

Однако, когда Лукас вот так допрашивал меня, я понимала: то был не сон.

– Развлекалась? Чем я, по-твоему, занималась с тем Лукасом?

Я с облегчением вздохнула, когда Лукас ворвался в мою комнату. Было бы странно, если бы все те события просто показала мне странная книга.

– Лукасом? Ты что, называла его так же, как и меня?

Я не ожидала от него подобного заявления.

– Ну, его-то зовут Лукас... Как еще мне его называть?

– Просто – хмырь.

Кхм. Какой еще хмырь?

– Не грубовато?

Лукас прищурился и недовольно на меня посмотрел.

– Ты так защищаешь того ублюдка. Видать, он тебе действительно понравился?

– Почему ты так ненавидишь того Лукаса?

– То есть, тебе бы понравилось, если бы я положил глаз на тебя из другого мира?

Ой. От такого вопроса я впала в ступор.

В груди поднялось к-какое-то неприятное чувство. Вот, что значит побывать в чужой шкуре? Но мне показалось, что я бы проиграла, если бы произнесла это вслух.

Лукас удовлетворенно улыбнулся, словно по выражению моего лица уже понял ответ.

– Кстати, как ты меня нашел? – я резко сменила тему. – Когда я вернулась, выяснилось, что время здесь остановилось. Так как ты понял, что я попала в другой мир?

– Так меня тоже затянуло в ту чертову книженцию.

Меня удивили слова Лукаса. От воспоминания о случившемся он скривился.

Как я поняла, он выслеживал меня по остаткам маны, когда хотел увидеться. Значит, он пришел в Топазовый дворец, обнаружил подозрительную книгу и, прочитав написанные в ней слова, попал в магический поток.

– Значит, ты тоже попал в другой мир?

– Наверное, у каждого он свой, но мой не очень-то походил на другой мир... – После небольшой паузы Лукас продолжил: – Как бы то ни было, то был отвратный опыт.

П-понятно.

По его лицу было ясно, насколько ему там не понравилось, и я решила не задавать лишних вопросов.

Кстати, я совершенно не представляла, что стало с жителями того мира. Честно говоря, было такое ощущение, что я бросила их в самый ответственный момент, сославшись на «неотложные дела».

Клод все еще не пришел в себя, да и их проблема с принцессой Атанасией тоже осталась не разрешенной. Я не знала, что произойдет с Дженит, Иджекиилом, мистером Снежком и графиней Розалией.

Я не могла просто позволить Клоду умереть, поэтому вылечила его, но большее было мне не под силу. Дальнейшие события походили на загадку. И я не уверена, что именно я смогла бы ее разгадать.

– Мой папа ведь никогда не использовал черную магию?

– В прошлом использовал. Ты не знала?

Я пробормотала себе под нос, задумавшись над тем, использовал ли Клод в этом мире черную магию, но Лукас ответил так быстро, что я опешила.

– Что?! Он ее использовал?!

– Ну да, хотя довольно давно. Причины не знаю, да и знать не хочу, если честно.

– А никаких побочных эффектов не осталось? Клод в другом мире как раз из-за них потерял сознание.

– Я ведь дал твоему отцу ветвь Мирового древа. Если они и были, то после этого полностью исчезли.

Хм, похоже, что Мировое древо – уникальное лекарство. Даже в том мире Лукас сразу же сказал, что для исцеления Клода потребуется плод Мирового древа. Но ветвь, судя по всему, гораздо эффективнее плода...

– Черная магия правда приносит несчастье?

– В той или иной степени, да. Ее ведь не просто так называют силой дьявола. Вполне вероятно, что то происшествие с твоим отцом было вызвано как раз ею.

Наверное, он говорил об амнезии Клода. Тогда он пытался спасти меня от магического всплеска.

Значит, то, что в «Милой принцессе» Клод собственными руками убил Атанасию, могло быть вызвано побочными эффектами от использования черной магии? Мысль об этом показалась жуткой.

– Как бы то ни было, я его полностью исцелил, так что тебе не о чем волноваться.

Похоже, я выглядела очень серьезной, раз Лукас утешал меня.

Лукас... Чем больше я о нем думала, тем больше убеждалась в том, что он – талисман, защищавший меня от напастей. Прости, впредь я постараюсь вести себя осторожнее.

Да, в другом мире именно он и испортил жизнь Атанасии, поглотив ее священного зверя, но со мной он так не поступил.

– Теперь лучше расскажи мне кое-что другое. Чем ты там занималась с тем типом в мое отсутствие? Почему молчишь?

Ох, какой же он настырный. Я немного отстранилась – по спине прошел холодок.

– Ничем.

– Что-то мне в это не верится.

Какой же внимательный парень.

Внезапно я вспомнила Лукаса того мира в последнюю нашу встречу. Его слова до сих пор звучали у меня в ушах, как клятва:

«Жди меня. Я обязательно найду тебя».

Если так подумать, мы были с ним знакомы всего ничего, но за это короткое время столько всего произошло. Он сказал, что найдет меня в другом мире, но я сомневалась, что это возможно. Как только мы вернулись, Лукас сжег книгу, которая была своего рода вратами сюда.

Хотя меня несколько смущала фраза из книги про «первую проверку». Значит ли это, что существует еще и вторая, и третья? И что значит «в ожидании результатов»? Ошибка могла произойти из-за того, что мы вернулись не тем способом, что был описан в книге...

Неужели книга – настоящий артефакт, позволявший определить следующего правителя, как и говорил главный дед?

– Ты слишком много думаешь о посторонних вещах, когда я рядом, – пока я погрузилась в раздумья, Лукас протянул руку и коснулся моей щеки.

Так мы оказались совсем близко.

– Мы так давно не виделись, а ты только и делаешь, что болта ешь о других.

А ведь и правда, я давно не видела этого Лукаса.

Возможно, из-за того, что в том мире я постоянно сталкивалась с его копией, мне казалось, что прошло не так уж много времени.

Разумеется, я прекрасно понимала, что они не были одним и тем же человеком.

– Погоди... А сам ты где был до всей этой истории?

Внезапно для себя я вспомнила свою обиду на Лукаса за то, что он так и не появился в тот день. Тогда я и нашла ту странную книгу.

– Расстроилась, что не видела меня так долго? – маг выглядел крайне довольным моими словами.

– Ни капельки.

– Ты только что утверждала обратное.

Что? Это ведь неправда!

Несмотря на мое потрясение, Лукас продолжил крайне самодовольным тоном:

– В итоге я отправился за тобой в другой мир. Ты хоть представляешь, сколько миров я пересек ради тебя?

Почему он без малейшего зазрения совести лапал мое лицо? Но, как ни странно, мне не хотелось отталкивать его руку.

– Да, оригинал лучше всех.

Лукас мягко толкнул меня, и я оказалась на диване. Он наклонился, его губы изогнулись в улыбке, а алые глаза сверкнули.

– Я встречал множество версий тебя. Но мне нужна только ты.

Какой уникальный способ признаться в своих чувствах. Проблема заключалась в том, что мне это не то чтобы не нравилось. Нет, скорее, совсем наоборот...

– Ты вся покраснела.

Угх...

Лукас рассмеялся, а я недовольно на него зыркнула:

– Не мог сделать вид, что не заметил?

– Ты красивая. Зачем мне притворяться?

Даже глазом не моргнув, он выдал фразу, которая еще больше вогнала меня в краску. В итоге я потеряла дар речи и начала злиться.

Я стукнула Лукаса по плечу, но он лишь со смехом заблокировал мой удар. Тем не менее его глаза смотрели на меня с необычайным теплом, и я почувствовала облегчение.

Когда-нибудь я так же вгоню его в краску. Дав себе такое обещание, я фыркнула, словно это не я лежала тут с пунцовым лицом.

* * *

После этого время побежало стремительным потоком.

– Что ты так пристально рассматриваешь? – спросил наконец Клод, не выдержав моего взгляда.

– Да так.

Я как ни в чем не бывало опустила взгляд на торт перед собой. Мне казалось, что я просто на него смотрела, однако Клод так не думал. Я снова взглянула на него, но он уже с подозрением разглядывал меня. Мне оставалось лишь невинно улыбнуться.

Я просто хотела поглазеть на лицо папы!

Признаю, что у меня была проблемка: я совершенно не могла на него насмотреться. Но даже для меня это уже что-то из ряда вон, кхм.

– Просто любуюсь своим папой, ведь ты самый-самый-самый крутой на свете!

– Я каждый день выгляжу одинаково, а вот ты ведешь себя крайне подозрительно.

Подозрительно? Я-то?!

Глава 200

– Когда это я подозрительно себя вела?

– А кто месяц назад влетел в мой кабинет так, словно мы лет десять не виделись?

Ой, меня ведь тогда затянуло в странную книгу в Топазовом дворце! Так что у меня была веская причина! Хоть я и не могла рассказать ему о ней, кхм.

Как бы то ни было, когда Клод напомнил мне о том дне, я не нашлась, что ответить. Да, наверное, с его точки зрения это выглядело крайне странно.

Кстати, а ведь с того момента прошел уже месяц.

– Просто у меня периодически случаются вспышки небывалой любви к тебе...

– Люди должны быть последовательны в своих поступках.

– Значит, ты хочешь постоянно получать от меня такую дозу любви?

– У тебя из постоянства только ребячество.

Хе-хе-хе, спасибо за комплимент... Ой, нет. Как можно так говорить о собственной лапочке-дочке?! Меня можно описать кучей других слов, но он выбрал именно это!

Ха, а ведь Клод тоже не промах. Да, мы с ним два сапога пара, самые настоящие отец и дочь.

После нашего традиционного чаепития я покинула Гранатовый дворец.

Помимо Клода, я размышляла и о Диане, приснившейся мне прошлой ночью. На самом деле я так пристально рассматривала папу как раз из-за этого сна.

Мне с самого детства снилась мама. Чаще всего это бывало в те дни, когда я говорила Клоду, что хотела бы ее увидеть, но иногда она приходила ко мне во сне просто так. Я предполагала, что это могло быть связано с тем, что сам Клод сильно скучал по Диане.

Клод почти ничего о ней не рассказывал, поэтому мне приходилось расспрашивать окружающих. Все, как один, твердили, что Диана была красавицей с добрым сердцем и свободной душой.

– Феликс, моя мама правда была красавицей?

– Да, она была прекрасна, как и вы, принцесса.

– Наверное, они вместе с папой прекрасно смотрелись.

– Прекрасно смотрелись... Не совсем понимаю, что именно вы имеете в виду, но они прекрасно ладили.

Феликс, шагая за мной, исправно отвечал на мои вопросы.

Его слова заставили меня улыбнуться. Но, если честно, мне было крайне неспокойно.

Я уже упомянула, что пристально рассматривала Клода из-за сна. Все дело в том, что в этот раз образ Дианы был размытым. Клод показывал ее мне с помощью магии, которая передавала картинку, сохранившуюся в его голове.

Образы со временем неизбежно размываются, потому что человеческие воспоминания не могут оставаться неизменными.

Мне было одновременно грустно и радостно, что Клод, который долгое время был одержим Дианой после ее смерти, наконец начал постепенно ее отпускать. Вполне ожидаемо. Не зря ведь говорят, что время лечит.

И я подумала, что Диане тоже пришло время отпустить Клода. Пусть это и прозвучит эгоистично, но мне было важно, чтобы мы с папой жили долго и счастливо.

И все же Диана, которую он видел во сне, была все так же прекрасна. И это, скорее всего, не изменится и в будущем.

Поэтому прошу, мама, прояви немного понимания.

С этими словами, обращенными к Диане, я направилась в Изумрудный дворец.

* * *

– Принцесса, пришло письмо, которое вы ждали. Оно в вашей комнате.

Стоило мне войти во дворец, как меня с улыбкой встретила Лили.

Я ждала его завтра, но письмо уже здесь! Я радостно направилась прямиком к себе.

– Принцесса, вам принести чаю?

– Нет, я только что пила.

Из моей комнаты вышла Сет, видимо, только закончила уборку. Раз Ханны нигде не было видно, значит, она сейчас возилась с Ноксом.

Я взяла конверт, лежавший на столе. Это было письмо от Дженит и Иджекиила. Мы до сих пор временами обменивались письмами, в которых делились событиями из жизни.

После того случая с книгой и встречей в другом мире я стала чаще думать об этих двоих. И мне до сих пор было любопытно, как сейчас живут люди, оставшиеся в том мире.

Но написать туда я не могла, поэтому сосредоточилась на тех, кто был рядом.

На следующей неделе я решила навестить Дженит и Иджекиила. Клода, конечно, это не обрадовало, но останавливать меня он не стал. Может, просто хорошо знал мое упрямство. Так или иначе, ему не оставалось ничего иного, кроме как отпустить меня.

Кхм, если честно, я бы навестила их тайком, если бы Клод попытался меня остановить. К счастью, этого делать не пришлось. Тем более что дорога была не такой уж и дальней.

Ах, кстати! Выходит ведь, что папа буквально на практике демонстрировал, что «родитель не может силой заставить ребенка что-то сделать»... Я так тронута!.. Впредь я тоже не буду обижаться на папу и вообще стану примерной дочерью!

– Собираешься на встречу с химерой?

Пока я размышляла, мне на голову опустилось что-то тяжелое. Надо мной сразу же раздался тихий голос.

В моей комнате внезапно появился Лукас.

Ух ты, я даже не испугалась на этот раз! Люди действительно могут привыкнуть ко всему!

– Что ты там положил мне на голову?

– Свой подбородок.

Когда я недовольно взглянула на него, маг обвил мои плечи руками.

Я впала в ступор. Сперва мне не очень понравилось, ведь у него была тяжелая голова. Но теперь, когда его руки лежали на моих плечах и не давали шевельнуться, меня внезапно осенило.

А? А-а? А-а-а? Погодите! Это ведь те самые обнимашки со спины, да?!

Мне же не показалось, что Лукас обнимает меня со спины?

– Снежок-младший там тоже будет? – Его голос звучал прямо надо мной.

– Да?..

– Хм, химера и Снежок-младший там еще не сошлись?

– Мне-то откуда это знать?

– Чем они занимались все это время в том доме? Триста раз уже могли сойтись.

Похоже, Лукас был крайне раздосадован тем фактом, что Иджекиил и Дженит до сих пор не вместе.

Да! Воспользовавшись моментом, я вырвалась из его объятий. Разумеется, стоило мне обернуться, как парень тут же наклонился ко мне, словно так и планировал.

Чмок.

А! Чмок? Чмок?! Какой еще чмок?!

Лукас неожиданно поцеловал меня, и я отпрянула.

– Ты!.. Опять?! Я ведь даже не давала разрешения! А ты продолжаешь так делать!

– Что плохого в том, что я помечаю свою территорию.

В ответ на мое возмущение Лукас лишь фыркнул. Он оставался все тем же бесстыдным нахалом. Пап, вот тебе еще один пример последовательности!

– Ладно, раз ты так заговорил, то слушай внимательно!

Говорю же, люди приспосабливаются ко всему! Раньше я бы запаниковала от таких заявлений, но теперь ткнула в него пальцем и решительно сказала:

– Это не я твоя, а ты – мой! Понял?

Мне не нравилось, что он считал меня своей собственностью!

От моего наглого заявления на лице Лукаса появилось задумчивое выражение.

– Я твой?

– Именно! – несколько нервно воскликнула я.

Что, ему теперь тоже неловко?

– Неплохо.

Да, непло... А?

Его неожиданный ответ меня удивил. Лукас, который должен был по меньшей мере опешить, расплылся в довольной улыбке.

Продолжая улыбаться, он взял меня за руку. Как и с объятьями, он сделал это неожиданно, и я ошеломленно моргнула. Парень поднес мою руку к губам и поцеловал тыльную сторону ладони.

– Что ж, раз уж я твой, то впредь ты должна еще больше заботиться обо мне. И любить.

Эй, я не на это рас...

– Договорились, ваше высочество?

Все пошло совсем не так, как я думала!

Я почувствовала, что должна бы запротестовать, но уже попала под чары улыбки Лукаса. Было неприятно признавать, но я все еще не могла устоять перед красотой этого парня.

Эх, мне потребуется еще какое-то время, чтобы одолеть его.

* * *

Через несколько дней я села в карету, чтобы отправиться к Дженит и Иджекиилу. Разумеется, было бы гораздо проще воспользоваться магией, но визит носил полуофициальный характер, поэтому мне, глотая слезы, пришлось ехать в карете. Мне повезло, что я хотя бы сократила число сопровождающих до минимума.

Так, пора применить магию и сделать свою поездку сносной!

Как и всегда, я наложила на карету всевозможные заклинания и осталась крайне довольна результатом.

Ах, так гораздо лучше. Надо вообще подумать над тем, чтобы раз и навсегда, или хотя бы надолго, зачаровать карету. Заклинания постоянно рассеиваются, так что надо будет заняться этим вопросом.

Может, обсудить это с главным дедом и другими магами, когда в следующий раз приду в Черную башню?

Я выглянула в окно, и мое внимание привлекло ярко-голубое небо. Да, погода что надо. Самое то для прогулок.

Думая о скорой встрече с Дженит и Иджекиилом, я радовалась как ребенок. Конечно, я еще и волновалась, ведь мы очень давно не виделись.

Кстати, я начала тренировать синюю птицу, которую подарил мне Иджекиил, чтобы сделать ее посыльной. Если честно, это пока было трудно назвать тренировкой, поскольку мы только начали. Я пыталась научить Синяша хотя бы возвращаться ко мне, когда его выпускали на улицу. Раньше я выпускала его из клетки только в комнате.

Синяшу, похоже, нравилось на воле, потому что он пребывал в хорошем расположении духа. Для птиц нет ничего лучше, чем свободный полет под открытым небом.

Вот за разными думами я коротала время. Просто рассматривать красивые пейзажи за окном было скучно. Но сколько еще мне оставалось ехать?

Наконец карета плавно замедлилась. Похоже, мы прибыли.

Я вздохнула и с легким волнением поправила платье. Вскоре дверь кареты открылась. Возможно, сразу за ней стояли те, кого я так хотела увидеть.

Я уверенно шагнула в разлившийся передо мной свет.

Лукас

Глава 201

Это произошло так давно, что он даже не мог сказать, когда именно.

Лукас родился в довольно обеспеченной и благополучной семье. Он был младшим ребенком, а его брат был на два года старше.

Он совершенно не помнил, когда именно пробудились его магические способности. Судя по рассказам, это произошло примерно тогда, когда он начал ходить. Катализатором стало то, что брат отобрал у него игрушку. Лукас разозлился, и этот гнев что-то в нем изменил.

Он даже не понял, что произошло. Лишь помнил, как в комнату вбежали люди и подняли крик, увидев его брата лежащим на полу в луже собственной крови.

После того случая родители Лукаса позволяли ему делать все, что он хотел. Однако его переселили из главного дома, где жила вся семья, в отдельную пристройку.

– Почему только я живу один? – однажды спросил Лукас у няни, что жила с ним. Ему тогда было лет семь или восемь.

– Потому что вы особенный, господин Лукас.

Мальчик устало фыркнул. Этот ответ повторяли слишком часто – до тошноты.

Он взглянул на женщину, убиравшую грязную посуду со стола, а затем протянул к ней руку, когда она проходила мимо. Няня вздрогнула от его прикосновения. Однако затем спросила спокойным тоном, словно ничего не произошло:

– Что случилось? Вам что-то нужно?

Лукас холодно взглянул на нее, услышав вежливый, но пустой вопрос.

– Нет, – коротко ответил он и отпустил ее руку.

Решив, что Лукас потерял интерес, женщина продолжила убирать со стола. Судя по звону посуды, она заметно ускорилась.

– Что ж, хорошего вам отдыха.

Мальчик повернулся к окну и даже не обернулся, когда няня вышла из комнаты. На улице были его старший брат и мать. Они вместе гуляли по саду, держась за руки.

При каждой встрече брат смотрел на Лукаса со смесью страха и зависти. Взгляды других людей были не лучше.

Даже няня, которая жила с ним в пристройке, не могла скрыть своего страха при любом вздохе мальчика. Именно по этой причине родители и позволяли Лукасу делать все, что ему заблагорассудится. За исключением проживания в главном доме.

– Скукотища, – пробормотал Лукас, глядя на картину за окном.

Вскоре он шевельнул своей маленькой ладошкой.

– А-а-а!

– Ой, что это?!

За окном тут же раздались крики женщины и мальчика. Куст, аккуратно подстриженный садовником, внезапно увеличился и заключил мать с сыном в ловушку. Сад, который мог похвастаться своей элегантностью, в мгновение ока превратился в заросшие джунгли.

Запертые в живом лабиринте, брат с матерью продолжали звать на помощь. На шум из главного дома сбежались люди. Вскоре все поняли, что на территории поместья такое было под силу лишь одному человеку, и повернулись к пристройке.

Однако Лукас сделал вид, что не заметил их взглядов, и спокойно закрыл окно.

Если бы хоть кто-то из них попросил его о помощи, он бы помог. Но Лукас прекрасно знал, что в поместье не было ни одного человека, кто осмелился бы на подобное.

* * *

К Лукасу относились как к тикающей бомбе, готовой взорваться в любой момент.

Судя по всему, все из-за происшествия в детстве, которого он даже не помнил. И несмотря на то, что с тех пор он никому не причинял вреда.

Не было ничего, что у него бы не получалось. С помощью магии он мог сделать все что угодно. Она давалась ему так же легко, как и дыхание.

В то время маги не считались редкостью, поэтому на Лукаса не смотрели, как на какого-то мутанта. Однако его сила была слишком велика, поэтому его и держали в частичной изоляции. К Лукасу несколько раз приезжали маги, но они всегда покидали поместье с такими лицами, словно увидели приближающуюся катастрофу.

Родители не хотели, чтобы мальчик знал о своих способностях. Не хотели, чтобы он покидал пристройку.

Однако Лукас больше походил на животное без поводка, которое никак нельзя было удержать на одном месте. Он продолжал спокойно жить в том доме лишь потому, что не думал, будто снаружи его хоть что-нибудь могло заинтересовать.

– Ты правда настолько сильный? – бесстрашно спросил его новый слуга, мальчик, только что поступивший на службу в пристройку.

– Ты еще кто?

– Племянник твоей няни.

Хм? Он его немного заинтересовал.

В отличие от своей тетки, которой не нравились прикосновения Лукаса, мальчик смотрел на него сверкающими глазами, полными любопытства.

– Тебе не скучно постоянно сидеть в этом душном доме? Не хочешь прогуляться?

Так состоялась первая вылазка Лукаса за пределы пристройки.

– Эй, я привел его!

– Ого! Тот самый парень из дома, где живет дьявол?

– Следи за языком, придурок. Будь он на самом деле дьяволом, от тебя бы уже ничего не осталось.

– Ну, выглядит он вполне обычно. Сколько тебе лет? Как нам, лет двенадцать? Тринадцать?

Племянник няни привел его в какой-то пыльный грязный переулок. Хоть мальчик и впервые попал в пристройку Лукаса, он прекрасно знал все скрытые ходы поместья. Именно благодаря этому они благополучно ушли из дома, не попавшись никому на глаза.

– Ты действительно настолько крутой маг?

– Покажи нам что-нибудь!

– Точно! В соседней деревне есть мальчик Джейми, который тоже умеет колдовать. Ты сможешь выпустить фейерверки из рук, как он?

Лукас, впервые оказавшийся в такой шумной толпе, был немного ошеломлен.

– Фейерверки?

Но что самое удивительное, они совершенно не боялись его.

– Мне тоже интересно! Покажи нам.

Даже тот, кто привел его сюда, смотрел с предвкушением. Лукас, глядя на ребят, решил все же показать им свою магию.

Ву-у-уш! Ба-бах!

То, что он создал, едва ли походило на небольшой фейерверк. По мановению руки Лукаса в воздухе возникли десятки огненных шаров, которые одновременно обрушились на переулок, в котором собрались дети.

– А-а-а!

Ребята бросились врассыпную, спасаясь от огненных шаров, но вскоре поняли, что они не обжигают, и остановились.

– Я не могу использовать слабые заклинания, – сказал маг и сел на землю. Он смотрел на детей с гордостью.

Те были поражены. Но, в отличие от взрослых, их отношение к Лукасу не изменилось.

– Ух ты! Капец как круто!

– Срань господня! Я впервые вижу нечто подобное!

– Да он Джейми одной левой уделает!

– Да ты неимоверно крут! Если ты владеешь такой убойной магией, чего ты безвылазно торчишь дома?

Так Лукас неожиданно для себя стал частью компании. Главное – они не боялись его силы. Напротив, восхищались ею и называли его крутым.

Сперва он покидал территорию поместья тайком, но со временем осмелел и стал пользоваться парадным входом. Разумеется, его семье не оставалось ничего другого, кроме как смириться.

– Говорят, ты стал часто покидать поместье. Не лучше ли быть осторожнее?

Однажды его родители остановили его, но Лукас лишь усмехнулся:

– Вам до сих пор было совершенно по барабану, чем я занимаюсь в сраной пристройке, так чего вы теперь вдруг включились? Нефиг меня воспитывать. Лучше давайте и дальше просто игнорировать существование друг друга, как раньше.

Родители опешили от такой грубости. Манера Лукаса говорить и вести себя сильно изменилась – под влиянием тех самых ребят. Он безразлично ковырнул в ухе и ушел, даже когда отец схватил его за ворот.

Наверное, в то время Лукас испытывал облегчение. Но беззаботная жизнь длилась недолго.

Поворотным моментом стала стычка с группой подростков из соседней деревни, которую возглавлял мальчик по имени Джейми. Во время драки Лукас случайно применил опасное заклинание, и мальчик упал на землю, истекая кровью.

– Капец, ч-что нам делать? Он умер?

– Я ведь просил тебя быть осторожнее!

– Я г-говорил ему остановиться, но Лукас...

Мальчики, все как один, повернулись к нему. Лукас прекрасно знал эти взгляды. Так на него смотрели те, кто боялся его.

К счастью, Джейми выжил. Но с тех пор Лукас больше не появлялся среди ребят.

* * *

– Капец, как же скучно жить.

В тихой комнате раздался равнодушный голос.

Лукас, которому сейчас было пятнадцать, лежал на диване и бормотал себе под нос.

– Лукас, к тебе посетитель.

Сегодня в его пристройку пришли родители. За ними стоял человек, которого он видел впервые. Парень даже не поднялся и без интереса спросил:

– Посетитель? Ко мне? Кто?

Ответ его удивил.

– Маг Черной башни. Вставай, не забывай о вежливости.

Маг Черной башни. Даже младенцы слышали о нем. На протяжении многих веков он считался самым могущественным из ныне существующих волшебников. Зачем он пришел сюда?

Лукас прищурился. Впервые за долгое время в нем проснулось любопытство.

Мужчина, привлекший его внимание, был довольно высоким. С белоснежными волосами и контрастирующими с ними иссиня-черными глазами. Хоть он и выглядел на двадцать, а держался как взрослый мужчина, в нем ощущалась древность, будто за плечами у него были века.

Если он действительно прожил в этом мире сотни лет, то его внешность совершенно не соответствовала его реальному возрасту.

Может, все дело в том, что Лукасу сказали, кто он. От мага исходила странная, чуждая аура. Он походил на гордого одинокого лебедя, отбившегося от стаи.

– Это тот самый мальчик, о котором ходят слухи?

– Да, господин маг.

– Он моложе, чем я думал.

– Мне уже пятнадцать, так что я не такой уж и маленький.

– Для меня ты словно новорожденный, которому только-только перерезали пуповину, – вздохнул мужчина, некоторое время изучавший Лукаса взглядом.

Глава 202

Лукаса взбесило то, что мужчина обращался с ним как с ребенком.

Чертов старикан. Как он посмел так говорить с ним?

В честь встречи с тем, кто впервые за долгое время заинтересовал его, Лукас решил устроить магу теплый прием. Когда он собрал свою ману в руке, мужчина лишь взглянул на него.

Бах! Треск!

Однако через мгновение на полу от боли корчился не маг, а сам Лукас.

– Угх!..

В его ушах раздался громкий треск, словно что-то разбилось.

Когда Лукас пришел в себя, оказалось, что он упал с дивана и катался по полу. Его внутренние органы болели так, словно кто-то поджег их. На глаза навернулись слезы. Он никогда в жизни не испытывал такой сильной боли.

Лукас даже не заметил, как со стоном упал на пол, хватаясь за грудь. К горлу что-то подступило, а через мгновение изо рта полилась темно-алая кровь.

Черт! Что происходит?

Пока Лукас находился в объятиях паники, над ним раздался голос.

– Ох, прости, я не хотел причинить тебе боль. Защитная магия, охраняющая меня, срабатывает независимо от моего желания. Я и подумать не мог, что ты решишь напасть на меня, поэтому не стал предупреждать тебя.

Когда Лукас услышал эти слова, к его горлу подступила не только кровь.

Что он сейчас сказал? Раз случайно, значит, теперь все резко должно стать хорошо?! И на кой черт ему вообще нужна защитная магия?!

Лукас вышел из себя, ведь, по словам мага, он пострадал из-за собственного безрассудства.

– Хм, но в твоем заклинании было достаточно силы, чтобы активировать защиту такого уровня...

Маг Черной башни смотрел на него иначе. Затем его взгляд скользнул к родителям мальчика.

Они выглядели удивленными и не знали, как поступить, когда их сын катался по полу и его рвало кровью. Они даже не подошли к нему, чтобы хоть как-то помочь. Маг на мгновение задумался, а затем подошел к Лукасу.

Как только его рука коснулась его плеча, ужасная боль, скручивавшая внутренности юноши, мгновенно утихла.

– Что ж, как я и говорил, я забираю этого мальчика с собой.

– Х-хорошо.

Родители тут же согласились с магом Черной башни. Однако у них и не было причин отказываться, ведь именно для этого они и пригласили его.

Само собой, Лукаса это не устраивало.

– Что за бред? С чего мне идти с тобой? – яростно крикнул он, однако не использовал ни одного заклинания, памятуя об ужасной боли.

– Говорят, что, кроме меня, никто с тобой не сможет справиться.

– Нафига со мной справляться, если я прекрасно живу тут сам?

– Все уже решено. Тебя никто не спрашивает.

– Что? Кто это решил?

– Попрощайся со своими родными.

– Пошел ты, чертов старикан!

– Похоже, ты не хочешь с ними прощаться. Полагаю, они разделяют твои чувства, поэтому нам лучше сразу и уйти.

Лукас подумал, не свихнулся ли этот тип. Он собрался было выплеснуть на него целый шквал оскорблений, но уже через мгновение понял – он больше не был в своей пристройке.

– Где мы?!

Юноша не сдержал крика от резкой смены обстановки. Его дом едва ли можно было назвать образцом уюта, но это место даже в сравнение с ним не шло. Больше всего его беспокоило то, что он даже не представлял, куда попал.

– Я думал, ты сразу догадаешься, но похоже, ты не очень внимательный. Это башня, в которой я живу.

– Да кого это волнует?! Чертов похититель!

– Отныне ты будешь жить здесь, так что выбирай комнату, что тебе больше понравится. Свободных тут много.

Вот дерьмо. С ним даже спорить бесполезно...

Лукас удивленно отшатнулся: он никогда не встречал таких людей. Но довольно быстро взял себя в руки и процедил сквозь зубы:

– Я не намерен оставаться тут ни секунды больше. Я ухожу, а ты можешь и дальше жить в своей башне.

Магия всегда слушалась его, поэтому ему нужно было лишь захотеть, и он тут же покинет эту чертову башню.

Прошла секунда, минута... Но Лукас по-прежнему оставался в башне.

– Кстати, я забыл упомянуть, что связал твою магию. Опасно использовать ее без базовых знаний.

– Что? О таком сразу говорить надо! А вообще меня кое-что другое интересует! Как ты посмел запечатать мою магию?!

– С этого момента ты будешь называть меня Учителем. Занятия начнутся завтра, так что позаботься о своем теле и разуме и отдохни хорошенько.

Лукас был ошеломлен. Он чувствовал себя так паршиво, что даже не мог подобрать подходящих слов. Неизвестно, заметил маг Башни его состояние или нет. Он просто исчез.

Оставшись один, Лукас перепробовал все возможные заклинания, но ни одно не сработало. Похоже, маг не шутил. Ему показалось, что такими темпами он просто сойдет с ума.

* * *

– Если хочешь спуститься вниз на своих двоих, то тебе даже целого дня не хватит.

Ах, какая же он сволочь...

На следующее утро маг башни нашел Лукаса, распластанного на лестнице не пойми какого этажа. За ночь у юноши закончились все силы.

– Ты ведь знаешь, что башня простирается от земли до облаков? А вчера я оставил тебя на последнем этаж.

– О таком сразу говорить надо, безумный ты старикашка! – По башне прокатился крик негодования.

Лукас не знал, что весь вчерашний день и ночь, до самого рассвета, шагал вниз – в поисках выхода. Но все было напрасно.

Маг башни молча поднял лежавшего на лестнице юношу и телепортировался. Тому хотелось рыдать кровавыми слезами, ведь они вернулись на последний этаж башни.

– Перепиши все слово в слово.

Несмотря на то что Лукас был вымотан до предела, маг без капли сочувствия протянул ему книгу и кипу бумаг.

– И не подумаю, – бросил тот.

– Мне все равно. Но пока не закончишь, еды не получишь.

С этими словами мужчина исчез.

Оставшись один, Лукас растерянно уставился в пустоту. Как так все получилось? Ведь еще вчера он мирно лежал в своей комнате. Но родители без капли сомнений отправили его сюда.

– Тц, вот же гадство...

Через некоторое время он попытался встать, чтобы взглянуть на оставленную магом книгу.

Юноша привык к мягкой кровати и уютному дивану, поэтому лежание на холодном твердом полу дало о себе знать – все тело ныло. И вот, он с трудом поднялся на ноги и смотрел на книгу перед собой, размышляя, открыть ее или нет.

Когда он ее все же открыл, в шоке разинул рот.

– Это еще что? Личностное развитие? Воспитание характера?

С каждой страницей его негодование росло. И это его заставляли переписывать? Как бы странно это ни звучало, маг башни всучил ему книгу о всевозможных правилах этикета и нормах морали.

Лукас фыркнул и швырнул книгу в стену. Через какое-то время вернулся маг башни.

– Ты все переписал?

– Издеваешься? С какого перепуга я должен этим заниматься?

Мужчина взглянул на книгу, лежавшую на полу у стены. Не выказывая никакой злости к Лукасу, он магией призвал ее к себе.

– Говорят, что люди, обладающие небывалой силой, должны иметь соответствующий характер.

Книга вновь оказалась под носом Лукаса.

– Из того, что я вижу, тебе крайне не хватает базовых навыков общения, которые у тебя должны быть к этому возрасту.

Парень был настолько шокирован, что даже рассмеялся. Что этот старикан нес?

– Это ты меня так завуалированно невеждой называешь?

– Думай что хочешь, но я не буду тебя кормить, пока ты полностью не перепишешь эту книгу.

На этот раз Лукас выбросил книгу в окно прямо на глазах у мага.

* * *

И все же у него оставались сомнения. Вдруг он реально станет морить его голодом?

Так и вышло. Злобный маг башни ничего не дал Лукасу. Прошел день, два, а единственное, что он получил, – только та дрянная книга.

Лукас впервые так голодал и совершенно не знал, как утолить голод, который с каждым днем становился все сильнее. Однако еще больше была задета его гордость, и он из принципа не собирался выполнять указания мага, поэтому решил снова бежать.

Но побег окончился провалом. Обессилев, он наконец переступил через себя.

– Пошел ты. Взорву эту чертову башню к чертовой бабушке.

– Попробуй, если сможешь.

– И тебя, дряхлый старикан, я просто закопаю.

Мужчина спокойно наблюдал за юношей, никак не реагируя на его гнев и проклятия.

В тот день Лукас впервые за несколько дней смог поесть горячей еды. Он ел так жадно, словно боялся, что у него в любой момент могут отобрать тарелку.

– Вот это да. Чертовски вкусно. Что ты туда подсыпал? Офигеть как вкусно.

– Рад, что тебе понравилось. Когда доешь, отдохни немного и снова садись переписывать книгу.

От спокойных слов мага Лукас едва не подавился.

– Опять ее переписывать?!

– Ты думал, что одного раза хватит? Какой же ты еще наивный.

И снова, как бы ни бесился Лукас, маг оставался непреклонен.

Но все же, учитывая предыдущие попытки сопротивления, юноша сдался раньше, чем в первый раз.

Стиснув зубы, он водил рукой по бумаге.

– Тц, у меня так рука отсохнет! Зачем заниматься этой фигней, если с помощью магии за секунду можно сделать тысячу копий?

Лукас уже потерял счет времени.

– Какая разница, ругаюсь я или нет?! Как хочу, так и разговариваю! Ты мне кто, отец, что ли? Даже моих родителей это не парило! И что ты мне сделаешь, если я продолжу ругаться? Надерешь мне зад? Ну, попробуй, ублюдок!

Цикл повторялся из раза в раз: переписать книгу, поесть, поспать... Переписать книгу, поесть, поспать...

Глава 203

– Эй, хорош уже! Задолбал морить меня голодом! Я так и помереть могу! И вообще, ну ругаюсь я, и что с того? Ты вообще в курсе, что похитил меня и держишь в заложниках? Это гораздо хуже!

Перемирие длилось недолго. Мага башни не устраивала манера речи юноши, и он снова перестал давать ему еду.

– Да пошел ты! Я есть хочу! Жрать! Меня уже задолбало, что ты вечно моришь меня голодом! Почему бы тебе не освободить мою магию, и я сам о себе прекрасно позабочусь! Ты еще и оглох, что ли?! Ты, чертов ублюдок!

Однако Лукас и на этот раз потерпел поражение.

– Тц, ладно! Ладно, твоя взяла, больше никаких ругательств! Вот же чертов козел... О-ой! Забираю свои слова назад! Забираю их, понял?!

Юноша ел обед с привкусом обиды, продолжая сетовать на свое положение.

– Вот когда снова смогу пользоваться магией, мокрого места от тебя не оставлю...

– Судя по тому, что я вижу, ты сможешь колдовать в лучшем случае лет через триста.

По словам мага было невозможно понять, шутит он или нет, но Лукас заранее ужаснулся.

Однако нужно отметить, что маг Башни не всегда заставлял его переписывать книги. Иногда он давал Лукасу настоящие уроки магии. Именно под его руководством юноша начал основательно постигать это ремесло.

Лукас никогда не читал книг о магии, поскольку в поместье все предпочитали просто замалчивать тему его способностей. Они боялись, что он, будучи и без того непредсказуемым, станет еще сильнее и опаснее.

Однако по словам мага башни, нет ничего опаснее мага-недоучки. Поэтому все маги уровня Лукаса должны хорошо знать основы, чтобы в будущем не возникло проблем.

Юноше стало не по себе.

– Что? Тебе уже перевалило за восемьсот? Может, и того больше?! С ума сойти. Какое ты ископаемое. Самое настоящее ископаемое! Если у кого и есть право называть себя дедом, так это у тебя.

– Да, и именно поэтому ты для меня – юнец, у которого еще молоко на губах не обсохло.

– Молоко!.. Заткнись!

Лукас начал адаптироваться к жизни в башне. Да, отсутствие магии доставляло определенные неудобства, но в остальном жизнь была на удивление комфортной.

В рекордные сроки он сделался мастером письма, способным довольно быстро скопировать целую книгу. Рассказы мага башни о былых временах и магии оказались куда интереснее, чем он думал.

Сколько времени так прошло?

Однажды маг башни куда-то ушел, а вернувшись, неожиданно сказал:

– Нужно кое-куда сходить, так что собирайся.

Лукас удивился, с чего бы вдруг такой порыв, но возражать не стал.

К его огромному удивлению, они оказались в прекрасно знакомом Лукасу поместье.

– Что? Решил сдать меня обратно?

– Входи.

Похоже, предположение Лукаса о том, что его решили вернуть домой, было ошибочным.

Маг башни пристально смотрел на Лукаса, не говоря ни слова. Нахмурившись, парень вошел в дом.

– Л-Лукас. С возвращением.

Родители поприветствовали его так, словно давно ждали. С ними был ребенок, которого он никогда не видел. Взгляд Лукаса был прикован к младенцу на руках его матери.

– Это твой младший брат. Он совсем недавно родился. Хочешь подержать его?..

Лукас сперва решил, что это какая-то шутка. Однако он не нашел в себе сил отказать родителям в первой же просьбе.

Вскоре с недоумением Лукас протянул руки. Через мгновение в его неловкие объятия положили новорожденного.

Маг башни постоянно называл Лукаса ребенком, у которого еще молоко на губах не обсохло, и тот понял, что это вполне точное описание. От него правда пахло молоком. Ребенок спал, посасывая большой палец. Когда его передавали Лукасу, младенец тихо закряхтел, а затем снова затих.

Это его младший брат?

С такой мыслью Лукас перевел взгляд с ребенка на родителей. Увидев выражение их лиц, юноша промолчал. Они выглядели напряженными, словно боялись, что он что-то сделает со своим братом.

– Вот, забирайте его.

Он вернул ребенка родителям и направился к выходу. Они не стали его останавливать.

Лукас больше не был частью их семьи. А был ли он ею вообще когда-нибудь?

– Пообщался?

У ворот, на том же месте, где Лукас его оставил, стоял маг. И тут юношу осенило: именно он устроил эту встречу.

Бесполезная затея.

– Можно и так сказать. У них еще один ребенок. Не думал, что они в своем возрасте еще способны на такое.

Они могли снова телепортироваться, как по дороге сюда, но почему-то просто пошли бок о бок по дороге от поместья.

Лукас поймал себя на мысли, что вот так возвращаться с магом в башню казалось чем-то естественным. Словно это и был его дом. Хотя он прожил там всего год.

Очень странное чувство.

* * *

Время шло, и с Лукаса сняли запрет на использование магии.

Теперь он не был обязан оставаться в башне. Да и маг башни не пытался удерживать его силой, как раньше. Теперь Лукасу не нужно было переписывать книги.

Примерно в то же время по миру пошла молва. Ходили слухи, что маг Черной башни, столь долго скрывавшийся, наконец взял себе ученика, который станет его преемником.

– Бред собачий, – фыркнул Лукас, услышав об этом. – Какой еще преемник? Кому придет в голову возиться с дряхлым стариком, с которого песок сыпется?

– Лукас. Я ведь говорил тебе подбирать выражения.

– Я и так себя отфильтровал, чего еще ты от меня хочешь?

Укор мага башни оставил Лукаса равнодушным.

Он уже не рос – теперь выглядел как молодой мужчина. Маги в принципе старели медленно и жили долго, а Лукас с его врожденным запасом маны мог спокойно прожить не одно столетие.

Он не слишком верил в это. Но, зная, что магу башни уже за восемьсот, не исключал: может, и сам доживет. Хоть он больше не был прикован к башне, продолжал жить в ней.

Как и прежде, Лукас периодически затевал перепалки с магом башни, а тот не пресекал его дерзкое поведение. Однако время от времени он придирался к ученику за его манеру речи.

Лукас часто покидал башню и гулял снаружи, но никогда не посещал поместье, в котором жил раньше. И только после известия о смерти родителей поехал туда.

– Ты приехал. Давненько не виделись, Лукас.

С такими словами его встретил старший брат. Младший, которого он видел всего лишь раз в жизни, уже стал мужчиной.

Даже через столько времени они оставались совершенно разными. В отличие от своих братьев, у которых глаза распухли от слез, Лукас был спокоен перед лицом смерти. Поэтому он ушел с похорон раньше всех.

– Слышал, сегодня были похороны твоих родителей?

Лукас понятия не имел, откуда маг башни, который почти не выходил наружу, узнал об этом, раз встретил его такими словами.

– Да. Ты попрощался с ними?

Лукас и не заметил, как по окну застучали капли. Спокойный голос мага сливался с нежным шумом дождя.

– За всю свою жизнь ты увидишь бесчисленное количество смертей. Хочешь ты того или нет, но со временем ты к ним привыкнешь, так что горюй сейчас столько, сколько тебе нужно.

Это должно было его утешить?

На самом деле Лукасу не требовались утешения. Он даже возле гроба родителей не проронил ни единой слезинки. Из-за этого он почувствовал себя неловко.

Тем не менее Лукас не стал вырываться из объятий старика.

Почему?

Он не помнил, когда его в последний раз обнимали.

С самого раннего детства он жил отдельно от своей семьи, и даже няня, которая была ему ближе всех, никогда его не обнимала.

От незнакомого ощущения его тело невольно напряглось. Это было сухое, лишенное тепла прикосновение, но оно удивительным образом согрело душу.

Поэтому Лукас не мог сбросить с себя чужие руки. Словно он был глупым ребенком, нуждавшимся в утешении.

* * *

Однажды к нему пришел младший брат.

Он сказал, что его дочь умирает, и умолял спасти ее.

Мужчина средних лет плакал перед Лукасом, который все еще выглядел юным, и называл его своей последней надеждой.

Эта сцена тронула Лукаса, и он исцелил ребенка.

За то время, что они не виделись, его младший брат постарел. На вид его дочь выглядела ровесницей Лукаса. Хоть тот и не спрашивал, ему рассказали о старшем брате и его семье. Он даже получил приглашение навестить их. Похоже, младший брат испытывал неловкость, смешанную с благодарностью за спасение дочери.

Разумеется, Лукас отклонил приглашение.

Он подсознательно понимал, что это будет их последняя встреча, но не стал говорить этого вслух. Лукас был великим магом, рождающимся раз в столетие, и время для него шло иначе.

– Что? Свадьба?

Вот почему Лукас не смог сдержать удивления от внезапного заявления мага башни. Он не мог поверить своим ушам. Свадьба? Какая еще свадьба? Он сейчас жениться решил?

– Сбрендил на старости лет? – серьезно спросил Лукас.

– Хм.

Маг башни не изменял себе и ответил совершенно спокойно. Но стоило Лукасу увидеть эмоции на лице мага, он окончательно потерял дар речи.

Глава 204

Удивительно, но маг башни выглядел смущенным. Он это хорошо скрывал, но Лукас слишком долго прожил рядом с ним, чтобы не заметить.

Он не представлял, как реагировать на подобное, поэтому хватал ртом воздух, как идиот.

– Сколько тебе вообще лет? Тебе не стыдно? Какая у тебя с твоей женщиной разница в возрасте?

Маг рассказал, что она дочь травника из соседней деревни. Лукас видел ее несколько раз. Он не знал и знать не хотел, как эти двое познакомились, но похоже, они действительно планировали сыграть свадьбу.

– Я впервые за много веков испытываю подобное. Не знаю, что еще тебе сказать.

Вскоре после этого маг привел свою невесту в башню и познакомил ее с Лукасом. Она производила впечатление хорошей и дружелюбной девушки и даже сказала, что хочет поладить с единственным учеником ее будущего мужа. Лукас подумал, что это глупо.

– Лукас, если ты тоже найдешь человека, с которым захочешь провести всю свою жизнь, ни за что не отпускай его, – привычным тихим и серьезным голосом произнес маг башни, глядя на ошарашенного ученика. – Долгая жизнь в одиночестве не так проста, как ты думаешь. Я говорю это потому, что ты для меня как сын.

Лукас решил, что старик окончательно сдал.

* * *

После этого маг башни оставил его.

Он объяснил свой уход желанием завести семью и жить обычной жизнью, как другие люди. Лукас посчитал, что старик поступил так, как не должны поступать маги.

К этому моменту сам Лукас проводил больше времени в других местах. Маг башни и женщина, ставшая его женой, сказали ему, что их дом всегда открыт для него. Он лишь фыркнул в ответ и так ни разу не пришел.

Лукас до сих пор выглядел как юноша, поэтому женщина, похоже, принимала его за младшего брата. Конечно, его это раздражало.

Настоящая семья Лукаса умерла давно, и его совершенно не интересовало, как живут их потомки. А теперь эти пытались играть с ним в семью. Это было настолько нелепо, что Лукасу хотелось громко рассмеяться.

Он даже близко не подходил к дому, где маг башни построил новую жизнь. Увидев их вместе, Лукас с тех пор испытывал смутное беспокойство и старательно избегал их.

Однако даже он не смог сдержать удивления, когда до него дошли слухи о том, что у мага башни появился ребенок. Вот это да. Старикан женился, да еще и ребенком обзавелся.

Лукас решил, что должен собственными глазами увидеть эту комедию.

– Заходи, скорее! – маг башни, с которым они не виделись почти пять лет, встретил Лукаса с такой теплотой, словно они только вчера расстались.

– Это он?

– Да. Похоже, новости и до тебя дошли.

Слухи оказались правдой.

Увидев на руках мага ребенка, Лукас на мгновение потерял дар речи. Но еще больше его поразило то, как тот смотрел на сына. Лукас никогда не видел его таким умиротворенным. Столь поразительно теплый и нежный взгляд...

– Лукас, почему ты так на меня смотришь? – спросил маг башни, словно почувствовал на себе его взгляд. Затем он ахнул: – А, я понял. Ты тоже хочешь его подержать?

– Ни капельки. Убери его, – тон Лукаса оказался холоднее, чем он думал.

– Ой, у нас гость?

Из кухни вышла женщина. Она не смогла скрыть радости от столь неожиданного визита.

– Мы как раз собирались ужинать. Лукас, можешь к нам присоединиться, если хочешь.

– Да, мы уже давно не виделись. Останься ненадолго, – подхватил маг башни.

Но Лукас промолчал и ничего не ответил. Женщина как ни в чем не бывало широко улыбнулась, взяла ребенка и ушла. Маг башни молча смотрел ей вслед, а Лукас наблюдал за ним.

– Лукас, – снова заговорил мужчина. – Я тебе это уже говорил, но ты для меня как сын.

Все тот же безжизненный голос. Такой сухой, словно из него стерли все эмоции. Казалось, что он сам вот-вот обратится в прах...

– В этом доме тебе всегда рады.

На его лице появилось теплое выражение, которого Лукас никогда раньше не видел.

Они выглядели как идеальная дружная семья, в которой он был лишь гостем.

Возможно, он просто до сих пор отказывался это признавать.

– Чушь собачья.

Как сын?

– Ты точно свихнулся на старости лет.

Кто сказал, что он хотел услышать подобное?

Лукас ушел. В следующий раз он пришел к магу башни спустя несколько десятилетий.

Его жена уже давно умерла, а сын настолько постарел, что он его с трудом узнал. Лишь маг башни сохранил молодость.

– Мда, теперь и не скажешь, кто из вас отец, а кто сын, – усмехнулся Лукас, глядя на старика на кровати.

Это был сын мага башни, которого Лукас видел, когда тот был еще младенцем.

– Давно не виделись, Лукас.

Стоило ему увидеть все то же спокойное лицо мага, как он почувствовал, что у него скрутило живот.

– Очевидный исход. И смысл был жениться и заводить ребенка? – Он не знал почему, но ему хотелось посмеяться над мужчиной перед ним. – Если ты так хотел быть с ними, то почему просто не сделал их бессмертными? Это вполне под силу магу Черной башни.

Мужчина не изменился в лице даже после издевки Лукаса. Все с тем же бесстрастным выражением он наконец пробормотал:

– Я ведь учил тебя, что есть законы, которые нельзя нарушать.

Он словно отчитывал неразумного ребенка, хоть его голос и оставался пугающе пустым.

– Даже спустя столько лет ты никак не откажешься от такого старомодного подхода?

Лукас искренне не понимал мага. Почему он вел себя как полный идиот, хоть и располагал силой, которая позволила бы ему переступить через законы природы и морали.

– Что ж, тогда в следующий раз увидимся на похоронах твоего сына, – насмешливо бросил Лукас, оставив мага башни тихо сидеть рядом со своим постаревшим ребенком.

* * *

До Лукаса дошли вести, что после смерти единственного сына маг снова уединился в башне. Их последняя встреча состоялась всего пару месяцев назад.

Узнав об этом, Лукас решил наведаться в Черную башню, где не был уже очень давно.

Почему-то он испытывал облегчение, словно с его плеч сняли груз, тяготивший его последние несколько десятилетий.

Маг, наверное, убивался из-за смерти сына? Раз так, то он мог его утешить.

– А вот и ты, Лукас. – Однако маг башни, которого он застал, выглядел так же, как и всегда. – Я думал, что ты явишься сюда раньше.

– Я слышал, твоего сына больше нет?

– Верно.

– Тогда что с тобой?

Вопреки ожиданиям маг относился к этому факту так легко, что даже Лукас удивился. Неужели он, живший так долго, мог сохранять такое спокойствие после смерти любимого человека? Ведь в последнюю их встречу Лукас отчетливо видел печаль, отчаяние и боль, одолевавшие мага.

И тут он взглянул в черные глаза, наполненные бесконечной тьмой.

– Сколько раз? – Лукас понял, почему маг оставался таким бес страстным. – Сколько раз ты использовал то чертово заклинание?

Он вспомнил о нем не случайно. Заклинание, о котором ему рассказывал сам маг башни.

– Ты сбрендил?! Сдохнуть захотел?

Маг не стал оправдываться. А Лукаса распирало от злости при взгляде на его пустое лицо.

– Если не можешь видеть, как умирают другие люди, просто не сближайся с ними.

Лукас искренне не понимал. Он никогда в жизни не чувствовал, что ему нужен другой человек.

– Зачем ты женился? Зачем завел ребенка? Почему применил на себе запрещенное заклинание, которое бы ни за что не использовал на других? Ублюдок! Нет чтобы сделать себя, свою жену и детей бессмертными!

Ему было достаточно просто жить с ним в этой богом забытой Черной башне и дальше.

– Да. Я не рассчитывал, что ты поймешь меня.

Хоть он бы никогда не сказал этого вслух, Лукас давно считал мага башни своим отцом. Ведь тот тоже говорил, что считает Лукаса своим сыном...

– Лукас, ты поистине... – Когда плотно сжатые губы мужчины наконец разомкнулись, Лукас невольно вздрогнул. – Бедное дитя.

– Что?..

– Можешь считать меня жалким, но по-настоящему жалеть здесь надо тебя.

Ветер, обдувавший крышу, разметал его волосы. Между магами повис тихий шепот.

– Ведь ты до сих пор не испытывал счастья.

Лукас не нашел, что ответить. Его будто бы огрели по голове чем-то тяжелым.

– У тебя нет ни близких людей, ни ценных воспоминаний, ни важных вещей, ничего... Мне тебя жаль, ведь тебе нечего терять.

Лицо мужчины, обрамленное белыми прядями, было до ужаса равнодушным.

– Ты думаешь, что тебе принадлежит весь мир, но на самом деле у тебя нет ничего.

Он и сам не понимал почему...

...Эти слова по-настоящему разозлили Лукаса. Он стиснул зубы, смерил мага ледяным взглядом и ушел.

Глава 205

Лукас намеревался никогда больше не возвращаться в Черную башню. Хоть и не исключал, что со временем его жгучий гнев утихнет и он передумает, но в тот момент он действительно в это верил.

Однако не прошло и дня, как Лукас вернулся.

Вуш.

Маг башни стоял под холодным рассветным небом.

– Ты что творишь?

Лукас почувствовал странный поток магии, исходивший от башни. Это и заставило его вернуться.

Юношу встретила подозрительно спокойная атмосфера, словно затишье перед бурей. Маг смотрел на занимавшийся рассвет, его белые волосы развевались на ветру.

– Знаешь, что является единственным утешением для таких, как мы?

До Лукаса донесся голос, мягкий, как сам рассвет.

– Не начало, а конец. Мы сами можем выбрать конец своего пути.

Казалось, он ждал именно Лукаса.

– Я жил больше тысячелетия и все никак не мог найти причины умереть.

От следующих его слов Лукаса охватила буря эмоций. Он сжал губы.

– Но теперь я чувствую, что хочу умереть.

Солнце, поднимавшееся за спиной мага, почти скрыло его силуэт. Он смотрел прямо на Лукаса.

– Да, наконец-то.

Лукас с трудом нашел в себе силы спросить:

– Значит, ты теперь умрешь?

Он никак не мог понять, что говорил мужчина. Нет, правильнее было бы сказать, что смысл его слов был таким простым, что он просто не мог их принять.

Это все из-за смерти сына?

Лукас стиснул зубы, чувствуя, как в нем закипает гнев.

Что этот старпер нес?.. С ним он провел гораздо больше времени.

– Собираешься отправиться в загробный мир из-за смерти одного-единственного человека?

– Не говори так. Ты просто еще не знаешь, как страшно – провести жизнь в одиночестве.

Лукас замаскировал свой гнев сарказмом. Голос мага оставался тихим, но в нем слышался небывалый доселе напор. Лукас невольно замер.

Именно в этот момент неестественное скопление магии пришло в движение. По какой-то необъяснимой причине по спине Лукаса пробежал холодок.

– Не делай этого. Что бы ты ни задумал, не делай этого.

– Лукас.

Он сделал шаг вперед, охваченный тревогой. Но произнесенное имя остановило его.

– Однажды ты поймешь меня. Я в это верю.

Все вокруг озарилось белым светом. Сквозь оглушительный рев ветра послышался спокойный голос.

Шух.

– С другой стороны, надеюсь, что ты не поймешь этого до самой смерти.

Ветер усилился, сминая все на своем пути. Лукасу едва удалось открыть глаза, когда его охватил вихрь магии. Он с трудом дышал, но от увиденного у него сам по себе открылся рот. Однако он не смог выдавить ни слова.

Маг башни распадался на белую пыль. Подобно тому, как мы все появляемся из ничего, он так же и уходил в ничто. Сама его сущность медленно исчезала, начиная с кончиков пальцев.

Лукас не мог приблизиться к нему и просто стоял, глядя на стремительно растворявшегося человека.

– Не смотри на меня так.

В ослепительном рассвете в последний раз прозвучал его срывающийся голос.

– Разве это не естественный ход вещей, когда родители умирают раньше своих детей?

Он исчез, оставив после себя то, что даже прощанием было трудно назвать. Эта смерть оказалась настолько бессмысленной и жалкой, что ее невозможно было считать концом, достойным великого мага.

Лукас остался стоять на месте, не в состоянии поверить в то, что только что произошло. В его побледневшее лицо бил ослепительный солнечный свет. Ветер звенел в ушах.

Хоть раньше он никогда о подобном не думал, сейчас он ощущал себя ребенком, брошенным в открытом море.

Лукас с трудом пошевелил непослушными губами, но смог издать лишь приглушенный звук. Холод коснулся его онемевших пальцев.

Белый пепел, опустившийся на пол, начал развеиваться по ветру.

Только в этот момент Лукас осознал, что его оставили в полном одиночестве.

«Не смотри на меня так. Разве это не естественный ход вещей, когда родители умирают раньше своих детей?»

В ушах снова прозвучали последние слова, и Лукас не сдержал сухого смешка.

Родители? Какие, черт возьми, родители?

Какой нормальный родитель уходит из жизни на глазах у своего ребенка?

Внутри него что-то поднялось, но Лукас пытался подавить это. На губах и языке он почувствовал металлический вкус крови. Его глаза жгло.

Но, несмотря на все усилия, он не смог сдержаться. Колени Лукаса подкосились.

Кап. Кап...

На его руки падали горячие капли.

– Не смеши меня...

Он еще говорил, что считает его своим сыном?

Кого он насмешить пытался. Все его слова ничего не значили, ведь он никогда не обращался с ним как с сыном. Он сказал, что боится остаться один. Сказал, что хочет умереть. И поэтому оставил его здесь одного?

Лукас не ел, не спал. Он лишь плакал у белого праха своего отца. Скорби не было после смерти его кровных родственников, но этой утраты он вынести не смог.

Он потерял счет дням, сменявшим друг друга, пока был на той крыше.

После бесконечных слез Лукас понял мага башни.

Когда даже слез не осталось, он собрал в кончиках пальцев ману. И сразу после этого боль исчезла так же быстро, как и произнесенная ложь.

Лукас смог сразу встать на ноги. Он сдул оставшийся на полу белый пепел.

Постояв немного, глядя в пустоту, он покинул башню.

* * *

Лукас начал скитаться по миру.

Куда бы он ни пошел, его везде преследовали грандиозные события, будь то катастрофы или же чудеса. Все дрожали от страха или трепета перед ним.

К тому времени Лукаса уже называли магом Черной башни.

– У меня есть к вам просьба. Господин Лукас, не могли бы вы взять моего сына под свое крыло?

На какое-то время Лукас осел в Обелии. Кайлум, считавшийся в то время довольно сильным магом-императором, был единственным человеком, который по-своему нравился Лукасу. Потому-то он и задержался при императорском дворце в Обелии.

– Кто твой сопливый преемник? Как там его зовут?

– Этернитас. Вы уже девятый раз спрашиваете.

– А нечего придумывать такие длинные и одинаковые имена. Но, как бы то ни было, с какого перепуга мне с ним заниматься?

– У моего сына слишком много недостатков, так что я подумал, что его связь с самим магом Черной башни прибавит ему веса в глазах общественности.

Маг нахмурился от такого наглого заявления. Кайлум, которого прославляли как величайшего императора в истории, часто позволял себе подобные высказывания в его адрес.

– Нет, слишком напряжно.

Лукас отклонил его просьбу, ведь ему совершенно не хотелось лезть в дела других.

Этернитас был наследником Кайлума, но разительно отличался от своего отца. Он был нелюдимым, обладал угрюмым нравом и скрытным характером. Однако при единственной встрече с Лукасом глаза мальчика сияли от восторга. Вероятно, поэтому Кайлум и обратился к нему с такой просьбой.

Однако Лукас всегда ненавидел детей. Особенно мальчиков.

Решительный отказ разочаровал Кайлума, но тот не мог настаивать. Вскоре Лукас покинул Обелию и впервые за долгое время вернулся в Черную башню. Там он неожиданно погрузился в сон на несколько сотен лет.

– А? С чего это у меня так мало маны?

Сразу после пробуждения он понял, что его запасы магии значительно истощились. В тот момент он еще не осознал, как долго проспал.

Между тем Лукас никогда не сталкивался с нехваткой маны, поэтому ему не доводилось поглощать ее напрямую. Но все говорили, что нет ничего лучше священного зверя для восстановления запасов.

Надо бы проверить, как там обстояли дела со священными зверями в императорском дворце Обелии. Главное, не трогать зверя наследника, а стащить одного у других – вполне можно.

С такой мыслью Лукас отправился в императорский дворец.

– Ты кто такая?

И там он встретил ее.

– А сам-то ты кто? Сюда нельзя приходить кому попало.

Возможно, именно ее он так долго ждал.

«Лукас. Если ты найдешь человека, с которым захочешь провести всю свою жизнь, ни за что не отпускай его».

Так сказал ему маг башни – человек, заменивший ему отца.

«Мне тебя жаль, ведь тебе нечего терять».

С тех пор прошло много времени, и теперь, как он и говорил, у Лукаса появился человек, которого он не хотел терять.

«Однажды ты поймешь меня. Я в это верю».

На самом деле Лукас до глубины души прочувствовал, что он имел в виду, еще в день его смерти. Как и маг башни, он жил без причины умирать, но та встреча все перевернула.

Однако Лукас, в отличие от мага башни, не собирался по глупости отказываться от чего-то ценного из-за страха перед временем.

– Тебе с отцом все равно еще жить несколько сотен лет.

– Что?.. Несколько сотен лет?!

– Ты уже забыла мой подарок вам на твой день рождения? Вы с отцом оказались под действием Мирового древа.

Хм, но этого все равно было мало. Если все ее близкие умрут раньше нее, то она, как и маг башни, может потерять смысл жить.

– У меня в последнее время будто бы сил больше стало. Уверен, что это все благодаря оздоровительному супу, которым одарил меня его величество. Госпожа Лилиан, может, вам тоже его попробовать?

– Кхм, но я себя отлично чувствую. Может, мне просто кажется, но я будто бы стала меньше уставать, и здоровье улучшилось. Ах, наверное, все дело в очищающем заклинании принцессы?

– А, верно. Мы с Ханной тоже лучше себя чувствуем в последнее время.

– Похоже, заклинание очищения действительно работает!

Они рассуждали о несуществующем заклинании очищения, даже не подозревая, что это все дело рук Лукаса.

Глава 206

– Пускай я пожалею об этом. Но не стану жить так, как ты, – проговорил Лукас, глядя на видение из прошлого, в которое его втянула та странная книга.

Да, как маг тогда и сказал, он его понял. Теперь у него был человек, с которым он искренне хотел быть рядом и которого он ужасно боялся потерять.

Поэтому Лукас ни за что не собирался умирать, как он.

– Так что если ты призрак, то им и оставайся. Проваливай из моей памяти.

Может, она на него обидится за такие вольности. Но Лукас решил отбросить эти мысли. Ведь он всегда был самовлюбленным эгоистом до мозга костей.

– Я встречал множество версий тебя. Но мне нужна только ты.

Да, он был готов на все ради нее одной.

Лукас улыбнулся, глядя на девушку с пылающими щеками. От одного лишь взгляда на нее на душе делалось спокойно.

Удивительно, но, наверное, именно это чувство люди и называли «счастьем». Конечно, Лукас этого еще не знал наверняка. Но, возможно, скоро узнает. И у него было ощущение, что это произойдет гораздо раньше, чем можно было подумать.

Однажды я стал папой...

– Папа?

Честно говоря, до того дня жизнь Клода де Эльджео Обелия нельзя было назвать веселой.

Никто бы не осмелился задать такой вопрос. Но если бы кто-то все же рискнул спросить Клода, зачем он живет, тот ответил бы просто и сухо: «У меня нет причин умирать».

– Папа!

Однако в тот день он встретил маленькое существо, назвавшее его папой.

Жизнь Клода перевернулась.

* * *

– Ваше величество, как вы могли так внезапно покинуть собрание?

Чирик-чирик.

Настойчивый голос прервал щебет птиц. Феликс торопливо шел за человеком впереди него. Однако его хладнокровный государь даже не замедлился.

– И даже уничтожили все.

Феликс устало коснулся лба, вспомнив события в зале переговоров, который они только что покинули. Пострадала не только мебель. Даже документы, лежавшие на круглом столе, превратились в пыль, так что он не преувеличивал.

– Если и дальше собираешься донимать меня, то не иди за мной.

– В следующий раз предупредите меня, пожалуйста, заранее. Вы даже меня врасплох застали.

Клод, одним жестом вселивший страх в присутствующих, неторопливо вышел из зала, лениво бросив: «Если вам больше нечего сказать, то на сегодня все». Феликс стоял некоторое время в оцепенении, а затем бросился вслед за ним. Вспомнив о лицах чиновников, рыцарь тяжело вздохнул. Они все застыли.

Ну, их можно было понять. Магия молодого императора выделялась даже среди самых могущественных магов Обелии. Он одним взмахом руки мог обратить в пепел все, что было в зоне его видимости.

Фактически его поступок был предупреждением. Он дал понять, что именно они могли стать его следующей целью.

– Ах, а ведь на столе была еще и историческая реликвия из пятисотлетней ели из Розании... – Феликс не смог скрыть глубокой печали в голосе при мысли о том, что национальное достояние, хранившееся в зале переговоров императорского дворца, в мгновение ока превратилось в пыль.

Но похоже, что сам виновник происшествия не испытывал по этому поводу ни малейших угрызений совести.

– Ты бы предпочел, чтобы я отрезал им языки за ту чушь, что они несли?

– Нет, конечно, нет, но...

Феликс насторожился от сухого и безжизненного голоса Клода. Ведь он как никто другой прекрасно знал, что человек перед ним действительно был способен на подобное. Он провел с ним уже двадцать лет. За этот немалый срок Феликс уяснил, что его угрозы не пустой звук.

Буквально десять дней назад маркиз Хакинтос, известный своей язвительностью, решил пошутить, что императору надо бы сблизиться с принцессой соседнего государства Кастории. И с тех пор о нем никто даже не упоминал.

Феликс застонал, вспомнив о покойном маркизе Хакинтосе. Причиной его смерти, разумеется, стал не только острый язык, но и обвинение в работе на Касторию. Однако можно было с уверенностью заявить, что обсуждение пустующего места рядом с Клодом, – самый глупый поступок, который он когда-либо совершал.

И все аристократы, которые годами пытались выдать своих дочерей за императора, вскоре после этого утихли. Нужно ли считать, сколько человек погибло за пределами императорского дворца за этот период?

Невозможно было не заметить, что император становился особенно безжалостным в те моменты, когда речь заходила о будущей императрице. Однако, похоже, со временем прежние опасения были забыты. Так аристократы на встрече решили обсудить несправедливое обращение с маркизом Хакинтосом, отчего Клод пришел в ярость.

– Но вы зашли слишком далеко, ваше величество.

Однако из-за одного лишь жеста молодого императора все тут же закрыли рты. Очевидно, что именно на это Клод и рассчитывал.

– Раздражаешь. Если тебя это так волнует, могу отдать императорскую печать тебе. Я все равно как раз шел в свой кабинет.

– Ваше величество, не шутите так! Как вы можете оставлять императорскую печать в кабинете?!

– Что не так с кабинетом?

– Издавна самые ценные вещи, такие, как императорская печать, хранились в тайных местах. Там, где их не найдет никто посторонний...

– Слишком много чести для обычного камня.

– Камня...

Феликс снова был шокирован и невольно остановился. Однако златовласый император, не обращая на него внимания, продолжил решительно идти вперед.

Но в какой-то момент уверенные шаги внезапно замедлились. Только тогда Феликс взял себя в руки и приблизился к императору.

– Ваше величество, в чем дело?

Взгляд холодных топазовых глаз был прикован к полу. Затем Клод принялся осматриваться, игнорируя вопрос Феликса.

Повсюду виднелись следы, которых тут быть не должно.

– Мне поймать нарушителя? – первым же делом спросил Феликс.

Он собрался было уже отправиться в погоню, не дожидаясь приказа, но Клод просто отвернулся.

– Забудь.

– Что?

– Если кто-то просто потерялся, то больше здесь не появится. А если он преследует другую цель, то рано или поздно я его увижу. Сейчас тратить на это время – лишняя морока.

Феликс молча кивнул и последовал за императором.

Мгновение спустя Клод слегка наклонил голову, почувствовав дуновение теплого ветерка на своем лице. Странно, но те следы были на удивление крохотными. Что-то в них показалось знакомым... Но внезапная головная боль оборвала мысли. Он нахмурился.

– Феликс. Дальше я пойду один. Свободен.

– Но если нарушитель еще здесь...

– Мне повторить?

Феликс сжал губы, но возразить не решился.

Оставшись в одиночестве, как он того и хотел, Клод продолжил идти по пустынному Гранатовому дворцу.

Огромное пространство, без единой души, было погружено в глубокую тишину, навевавшую мысли о бездне. Клод чувствовал, что именно здесь ему и место.

* * *

Следы обнаружились снова.

На этот раз он гулял по саду в одиночестве. Клод решил пойти по следам, которые, казалось, были вдвое меньше его.

Шурх.

Тропинка была скрыта густыми кустами. Что забыл нарушитель в этом глухом месте, куда даже хозяин дворца не заходил?

Тук! Клац.

Проходя мимо одного из кустов, он задел ногой какой-то предмет. Угловатая форма, едва видневшаяся сквозь траву. Глухой звук подсказывал, что это было нечто твердое. Что это могло быть?

«Оружие?»

Неизвестно, кто мог осмелиться пронести оружие во дворец императора и спрятать его, но, судя по всему, точно не заплутавший оруженосец.

Клод ногой подвинул предмет, чтобы лучше его рассмотреть. Увиденное превзошло все его ожидания.

– ...Лопатка?

Слишком странный предмет, чтобы кто-то спрятал его с целью причинить ему вред. Садовник оставил лопатку тут? Но тогда почему она была частично закопана?

Клод внимательнее присмотрелся к земле и увидел, что ее будто бы кто-то вскапывал.

Он опустился на одно колено. Глаза, наполненные скукой, заметили темно-синий шнурок, выглядывавший из земли, словно росток. Клод не сдержал импульсивного порыва и потянул за него.

Из земли выскочил небольшой мешочек, перевязанный тем самым шнурком. Клод покрутил его в руках, затем положил на землю. Внутри что-то звякнуло.

Что там? Какая-то новая бомба или мина?

Клод взошел на престол шесть лет назад. Сейчас все успокоилось, но первые три-четыре года на него постоянно совершали покушения: то посуду ядом покроют, то убийца проникнет во дворец под видом прислуги. Такое происходило редко, и ни одна попытка не увенчалась успехом.

В большинстве случаев виновниками были выходцы из семей аристократов, которые попали под «зачистку». Или же вассалы, не готовые признать Клода императором, ведь его мать была служанкой. Среди них была и пара чернокнижников.

Клод сам устранял тех, кто лелеял память о прошлом императоре.

– Хм.

Присмотревшись, Клод увидел, что на мешочке была какая-то вышивка. Может, фамильный герб того, кто его обронил? Видимо, это был совершенно бестолковый нарушитель, раз он не удосужился спрятать то, что могло выдать его с потрохами.

Клод снова поднял мешочек и рассмотрел вышивку.

Он даже не знал, что сказать.

– ...

Это была клубника с глазами, носом и ртом.

Глава 207

Более того, у красной клубники были даже руки и ноги. И клубник было две... Нет, она была одной, просто с одной стороны она улыбалась, а с другой – почему-то плакала. А по бокам и снизу болтались ее конечности.

– Что? – в наполненных скукой глазах Клода впервые промелькнуло любопытство.

Он не мог найти никакого разумного объяснения внезапному появлению столь странного предмета в его дворце. Но еще больше вопросов у него возникло, когда он открыл мешочек.

Если бы рядом с ним находился Феликс, тот бы наверняка запретил ему прикасаться к неизвестному предмету, так как он мог представлять угрозу. Но Клод был один. Он без малейших колебаний развязал мешочек.

В нем лежали украшения довольно грубой работы. Клод сперва подумал, что это какие-то магические артефакты, но быстрый осмотр показал, что это обычные драгоценности. Камни сверкали в лучах солнца, пробивавшихся сквозь листву.

Стоял ясный день. Задний двор утопал в свежей зелени.

Именно в этот момент, в этом месте, в повседневную предсказуемую жизнь Клода ворвалось нечто неожиданное.

* * *

– Белые цветы.

Судя по всему, нарушитель проник в Гранатовый дворец через сад. Клод задумчиво рассматривал крохотные следы рядом с упавшими цветочными лепестками.

Раз в несколько дней нарушитель приходил на задний двор и закапывал мешочки, а Клод методично их выкапывал. В них неизменно лежали маленькие, размером с ноготь, камни плохого качества и странные куски золота, которые кто-то будто бы откуда-то оторвал. Настолько мелочные вещи, что Клод не взял бы их даже в подарок.

Сам нарушитель, похоже, не замечал пропажи зарытых им мешочков. Какой невнимательный и ненаблюдательный человек. Хоть он и старался закопать мешочки, это было сделано крайне неряшливо: земля оставалась неровной, садовая лопатка всегда пряталась в одном и том же месте, вокруг тайника оставалось множество следов.

Словно ребенок решил поиграть в саду.

...Ребенок?

– Ваше величество, что-то случилось?

От внезапной мысли Клод замер, как изваяние. В его сознании снова что-то попыталось всплыть, но вскоре спокойно опустилось обратно в глубины памяти. Клод с задержкой ответил на вопрос Феликса:

– Нет, ничего.

Ему не хотелось копаться в себе и вспоминать. Ему не хотелось думать о посторонних вещах.

– Кстати, ваше величество, я заметил в вашем кабинете какие-то мешочки, которых раньше не видел. Откуда они взялись? – с любопытством спросил Феликс, следовавший за Клодом. – Такие милые. Напоминают детские вещи, которые я видел в доме своей тети. На одном из них был ведь белый цветок с желтой сердцевиной?

– Так это цветок?

– А вы что думали?

– Что это яйцо.

На этот раз как вкопанный замер не Клод, а Феликс.

«Ваше величество... Кто же будет вышивать на мешочке яйцо?»

Поскольку Клод так и не замедлил своего шага, Феликс не стал озвучивать свои мысли, а просто последовал за ним.

– Похоже, сорока ошиблась гнездом.

– Сорока?

Клод вспомнил о содержимом мешочков, но Феликс, не видевший его, в недоумении нахмурился.

Тц, опять становилось скучно.

Клод направился к южным воротам, а не к западным, которые обычно использовал.

В течение нескольких дней все эти неожиданные и странные находки сделали его жизнь интереснее, но даже они начали его утомлять.

– Ваше величество, там впереди...

– Слышу.

Сначала он думал сделать вид, что ничего не видел. Но ему хотелось уже покончить со этим.

Неужели это действительно конец? Разве Клод де Эльджео Обелия не был тем, кто всегда игнорировал очевидное, глушил малейший интерес и убивал любое «если»?

Так почему сейчас он шел на звук, доносившийся спереди? Словно какая-то невидимая сила тянула его туда.

Шурх.

Наконец он увидел ее.

Яркие светлые волосы под солнцем казались почти белыми. На удивление милый желтый цветок украшал ее голову. Кружева, выглядывавшие из-под подола пышной белой юбки, развевались в такт ритмичным движениям ее ног. Клод заметил, как трепетала розовая лента вокруг ее талии.

Во дворце жило подобное существо?

Он не сводил с нее глаз. И чем дольше наблюдал, тем страннее становились его ощущения.

На первый взгляд девочка казалась маленькой и хрупкой, словно могла сломаться от любого прикосновения. Она была даже меньше статуи ангелочка рядом с ней. Странное чувство в груди Клода лишь усилилось, когда маленькое существо внезапно открыло рот и укусило ангела за попу.

Клод наклонил голову и произнес:

– С каких пор в моем дворце завелась эта букашка?

Девочка, стоявшая на цыпочках и кусавшая сверкающие ягодицы ангельской статуи, испуганно обернулась. И, словно по инерции, отшагнула назад.

– О-ой.

Странная реакция, странный звук.

Бум! Дзынь!

Что-то упало и рассыпалось по земле, но Клод не отрывал взгляда от лица девочки.

– Это лицо.

Нет, точнее было бы сказать, что он не мог оторвать он него взгляда.

– Где-то я его уже видел.

Само появление ребенка во дворце было необычным, но куда страннее казалось то, как знакомо выглядело ее лицо.

Его голову пронзила острая боль. Так происходило каждый раз, когда он о чем-то задумывался. Едва уловимое чувство, продолжавшее терзать его, словно он вот-вот что-то вспомнит.

Ему почудился скрип, словно кто-то открывал надежно запертый замок. И сквозь образовавшуюся щель проступило смутное воспоминание.

– Ну, конечно. Та танцовщица из Сиодона. Ты на нее похожа.

Женщина, из-за которой его сердце могло екнуть, как при виде этой девочки.

– Что ж, кем бы она ни была, мне все равно.

Но какое значение это имело сейчас? Это дело дней давно минувших. Если Клод забыл о ней, значит, она не стоила того. И сейчас тем более не было необходимости ее вспоминать.

Но на волосах девочки Клод заметил маленький белый цветок. Тот самый, который он видел рядом со следами нарушителя. Клод невольно протянул к нему руку.

– Ваше величество!

Сзади раздался перепуганный голос. Все знали, что одного движения его руки достаточно, чтобы разорвать другого человека на части. Феликса испугался, что Клод попытается причинить девочке вред.

Но страх оказался напрасным. Клод не собирался убивать ее. Он потянулся за белым полевым цветком, который казался ему одновременно знакомым и незнакомым.

«Говоришь, ее зовут Атанасия?»

Воспоминание вдруг резко ударило в грудь, будто пряталось и только ждало момента.

«Любопытно. Не знаю, хватит ли ей упорства и твердости, чтобы оправдать свое имя».

Его рука замерла в воздухе.

– Да, я припоминаю.

Перед его глазами вновь пронеслись события того кровавого дня.

– Имя, которое она тебе дала. Точно, Атанасия.

В тот день он намеревался убить младенца. Но в итоге не смог – и ушел, не доведя задуманное до конца.

– Ты тогда была совсем младенцем, не умела даже голову держать.

Почему он хотел ее убить? И почему этого не сделал? Воспоминания спутались, словно кто-то разорвал их на куски, и их было крайне трудно собрать.

– Ты сильно выросла.

Он чувствовал себя так, словно не спал несколько дней. Ему было трудно дышать, а глаза словно заволокло густым туманом.

Бум! Дзынь!

Когда что-то снова упало на землю, Клод пришел в себя.

Он опустил взгляд, и его внимание привлек мешочек, похожий на те, что он выкапывал из земли. На этом был изображен кролик, поедающий морковку. Девочка сильно смутилась.

Клод порывисто подошел к ней и поднял на руки. Он почувствовал, как она удивленно ойкнула.

– А ты тяжелая. Я так и думал, глядя на твои пухлые щеки, но не представлял, что настолько.

Мягкие и нежные щеки, приоткрытый от удивления маленький рот и широко раскрытые глаза, словно вот-вот вылезут из орбит. Клод никогда раньше не видел столь удивительное существо.

– И что же ты делала в моем дворце?

Вопрос был почти риторическим, обращенным не столько к ней, сколько к себе. Тело, которое он держал на руках, тут же застыло, как каменное.

Девочка пробиралась в его дворец, закапывала странные мешочки и странно вела себя – кусала статуи ангелов за попу. Такое поведение можно ожидать скорее от животного?

– Она, наверное, решила, что это игрушка, – сказал Феликс, заметив явные следы укусов, оставшиеся на круглых ягодицах ангела. – Похоже, она играла в Рубиновом дворце и забрела сюда...

Теперь он вспомнил. Белый цветок в волосах девочки рос в саду между Рубиновым и Гранатовым дворцами. И именно в Рубиновом дворце он, весь в крови, в тот день пытался убить ребенка.

– Феликс.

– Да, ваше величество.

– Возьми ее.

Клод передал Феликсу ребенка и пошел вперед, оставив их позади – растерянных и переглядывающихся.

– Надо бы угостить нашу гостью.

Глава 208

Шурх-шурх.

Клод буквально слышал, как бегает ее взгляд.

На столе стояли пирожные и ароматный чай – мечта любого ребенка. Но девочка испуганно озиралась по сторонам. Клод сидел напротив нее и наблюдал за беспокойной гостьей.

Когда он неожиданно решил привести ее сюда, им двигало любопытство, но он и глазом не успел моргнуть, как его вновь охватила скука. Глядя на тревогу на ее лице, он не мог сдержать поток постепенно возвращавшихся воспоминаний.

Клод до сих пор не знал причины, но он вспомнил, как перебил всех слуг в Рубиновом дворце. Почему решил убить младенца, который, как он теперь знал, был его дочерью? И почему в последний момент передумал?

– А мне никто не говорил, что ты немая.

– И-ик.

Когда слуги, накрывавшие на стол, ушли, Клод поднес чашку ко рту и заговорил. Девочка даже икнула от неожиданности.

– Какая же ты тихоня. Выходит, тебе тут скучно.

Его забавляло то, с какой скоростью менялось выражение ее крохотного лица размером с его ладонь.

– Ты совсем не умеешь разговаривать?

– Ати умеет лазговаливать! – ответила она и смущенно улыбнулась.

– Наконец-то я услышал твой голос. А почему до этого ты молчала?

От настойчивого вопроса девочка растерялась, словно не улыбалась всего мгновение назад.

– Прошу прощения, ваше величество, но я слышал, что в таком возрасте дети часто бывают очень стеснительными.

– Неужели?

Ответ пришел от Феликса, стоявшего рядом. Поразмыслив над ним, Клод вынужден был согласиться. Да, она, наверное, перепугалась и сильно волновалась, ведь ее схватил какой-то незнакомец.

Клод снова посмотрел на ребенка, сидевшего напротив.

Когда они встретились взглядом, девочка снова улыбнулась, словно совершенно не понимала, что происходит. От этой улыбки он почувствовал себя странно.

Почему она так беззаботно улыбалась? Разве она не понимала, что, если сделает хоть один неверный шаг, умрет, не успев даже вскрикнуть. К тому же она с такой легкостью последовала за ним, хотя он был ей совершенно не знаком.

Неужели ее никто никогда не учил «не ходить со странными дядями»? Клод думал, что женщина, просившая его несколько лет назад разрешить ей растить ребенка, до сих пор с ней.

Тут он вспомнил, что рядом с ними все еще стоял Феликс.

– Феликс.

– Да, ваше величество.

– Поди вон.

Клод решил, что ей будет спокойнее в присутствии всего одного незнакомца.

Он медленно закрыл глаза, тем самым выпроваживая Феликса. Если бы кто-то сейчас заглянул в его мысли, он бы удивился, что он способен думать о таком.

Феликс стоял какое-то время в смятении, но в итоге выполнил приказ и вышел за дверь. После этого Клод снова заговорил с замершей девочкой.

– Ати – это, наверное, прозвище такое?

Атанасия. И поэтому Ати. Такое милое прозвище, никак не передающее глубины ее полного имени.

– Атанасия. Хм... Атанасия.

Наверное, это имя дала ей родная мать. Он не помнил ту женщину, но поражался ее наглости.

– Посмела назвать так моего ребенка! Какая же дерзость.

В его голове всплывали лишь смутные очертания ее лица. Когда Клод попытался ее вспомнить, его голову снова пронзила острая боль.

Как странно. Как бы он ни старался, ничего не получалось. Перед его внутренним взором те воспоминания были размытыми, словно находились за плотным занавесом.

Ему это быстро надоело.

– Ну, ты чего? Угощайся! – Клод заметил, что девочка просто смотрит на него. – Я приказал принести что-нибудь, что нравится маленьким детям, так что если ты ничего не будешь есть, то, наверно, придется наказать того, кто это все принес.

– Большое спасибо, я с удовольствием!

Клод следил за тем, как девочка тут же схватила вилку, словно только и ждала разрешения.

Ее манеры были далеки от тех, что ожидаются от членов императорской семьи. Но это его не удивило. Он и так думал, что девочка жила в бедности, раз так старательно собирала те низкопробные камни и драгоценности. Ее платье нельзя было назвать дешевым, но ткань не отличалась хорошим качеством.

Хотя удивительно, что вообще кто-то заботился о ребенке, о существовании которого он забыл.

– Вкуснотища! – воскликнула девочка с набитым ртом.

С удивлением Клод наблюдал за тем, как девочка запихивала в рот торт кусок за куском, словно ела подобное впервые в жизни.

– Кто тебя учил манерам?

– Лили.

Значит, не совсем без воспитания.

– Ну конечно. Наверное, речь о Лилиан Йорк.

Понятно. Выходит, она все еще присматривала за девочкой.

– Четыре года назад она пришла в Рубиновый дворец и умоляла меня разрешить присматривать за тобой.

Взгляд Клода стал острым. Он становился все более раздраженным, словно кто-то намеренно действовал ему на нервы. Если так подумать, то это продолжалось с самой первой секунды после встречи с этой девочкой.

– Ты хоть знаешь, кто я такой?

Может... Просто избавиться от нее?

Так думал он, глядя в глаза девочки, перепачкавшейся кремом. Пора заканчивать это скучное времяпрепровождение.

Но она шевельнула губами и неуверенно сказала:

– Э-э-э... Папа?

В этот момент Клод вздрогнул.

Он считал ее просто бесстрашной и беспечной, раз она с такой легкостью пошла за незнакомцем... Но, выходит, она знала его.

Ей рассказала та женщина, Лилиан? Или же она догадалась, увидев, что наши глаза так похожи?

– Папа?..

...Как странно. Что это за чувство?

Она произнесла это почти шепотом и продолжала смотреть на него. В это мгновение его решимость убить ее пошатнулась. Клод рассматривал девочку, и его душу терзали сомнения.

Но его беспокойство моментально улетучилось, когда через мгновение она ослепительно ярко ему улыбнулась.

– Папа!

Клод де Эльджео Обелия действительно считал свою жизнь скучной и унылой. Но в этот момент он подумал: «Может, теперь будет поинтереснее...»

Он даже не знал, что выбор, сделанный в тот день, навсегда изменит всю его жизнь.

* * *

– Ваше величество, как это понимать? – Клода совершенно не тронуло недоумение Феликса. – Если она действительно ваша дочь, как я мог все это время не знать о ее существовании?

Негодование Феликса было вполне обоснованно. И Клод с легкостью мог дать ему ответ:

– Я так приказал.

Когда Клод приказал Феликсу вернуть девочку в Рубиновый дворец, он сверлил взглядом пустые тарелки, и в его голове промелькнуло еще одно воспоминание.

«Если до меня дойдут хоть какие-то слухи о ребенке в Рубиновом дворце, я собственными руками прикончу как ребенка, так и всех слуг».

Он сказал это сразу после кровавой резни в Рубиновом дворце. Вероятно, именно из-за страха за собственные жизни слуги хранили молчание целых четыре года. Именно поэтому Феликс, проводивший все свое время рядом с Клодом, никак не мог узнать о брошенном им ребенке.

– Это произошло в день трагедии в Рубиновом дворце? Но как... – на этот раз Феликс повысил голос на Клода. – Как вы могли скрыть от меня то, что ваш ребенок от госпожи Дианы жив? Вы ведь сами сказали мне, что и госпожа Диана, и ребенок мертвы! Поверить не могу, что маленькая принцесса все это время жила одна в забытом всеми дворце! О чем вы, черт возьми, думали, ваше величество?! И я...

Феликс запнулся, затем сглотнул и продолжил. Лицо Клода постепенно становилось холодным.

– Хоть вы этого и старались этого не показывать, думаю, что вас сильно ранил ранний уход госпожи Дианы. Неужели я все это время ошибался? Как вы могли пренебречь ребенком, которого оставила после себя госпожа Диана?!

– Заткнись, если тебе дорога жизнь, – в комнате раздался тихий и ледяной голос. – Я не намерен терпеть твое высокомерие из-за ребенка или той женщины.

– Ваше величество! – воскликнул Феликс, словно выражая протест, но император оставался непреклонным.

– Я не прерывал тебя, чтобы посмотреть, как далеко ты посмеешь зайти, но ты совершенно не знаешь меры. Смеешь осуждать мои решения? С каких пор ты стал таким самонадеянным, раз забыл свое место?

На лице Феликса появилось разочарование, но Клод больше не собирался его выслушивать.

– Проваливай. Я не намерен и дальше терпеть твою дерзость.

Феликс мрачно посмотрел на Клода, но молча подчинился. Император даже не посмотрел на него.

Щелк.

Как только дверь за рыцарем закрылась, Клод зажмурился и коснулся головы, которая уже давно сильно болела. Ему казалось, что кто-то пронзает его раскаленной кочергой.

«Как вы могли скрыть от меня то, что ваш ребенок от госпожи Дианы жив?»

«Хоть вы этого и старались не показывать, думаю, что вас сильно ранил ранний уход госпожи Дианы».

Диана. Диана... Значит, ее звали Диана?

Так звали женщину, родившую ему ребенка.

Клод вновь и вновь повторял про себя это имя. Его сердце охватила такая тоска, что он едва не задыхался.

Но он не помнил ее.

«Не думай. Если вспомнишь то, что так отчаянно пытался забыть, непременно об этом пожалеешь», – безостановочно шептал голос в его голове, и Клод наконец-то закрыл глаза.

Глава 209

– С момента нашей последней встречи ты поправилась. Похоже, жизнь во дворце тебе по нраву, – небрежно бросил Клод девочке, которую не видел пять дней.

Но в глубине души он думал совсем иначе: «Странно. Почему всякий раз, как я тебя вижу, ты становишься все бледнее?»

Да, ее щеки все еще оставались пухленькими, как белый хлеб, но на каждой их встрече она выглядела все более нездоровой и будто бы даже более худой. Но почему? Она до последней крошки съедала все пирожные, которые стояли перед ней на столе. Может, в самом Рубиновом дворце, где она жила, ее плохо кормили?

– Хе-хе, папа тоже очень красивый!

Это была уже пятая их встреча. У девочки обнаружилась на удивление дерзкая сторона характера. Но она всегда была такой: с самой первой встречи без капли страха несла всякую чушь, прямо как сейчас. Даже спустя столько чаепитий она выдавала подобные возмутительные замечания.

– Идем, – Клод взглянул на девочку, которая снова широко ему улыбалась, но первым отвел взгляд. – Я как раз хотел прокатиться на лодке, так что собирайся.

– Ваше величество, прошу меня простить, но принцесса еще слишком маленькая для игр на воде...

– Она будет со мной. Чего ей бояться?

Лилиан Йорк, стоявшая рядом, смело попыталась его отговорить, но Клод жестко пресек ее попытки.

Тук. Плеск.

В итоге Клод сел в лодку с ребенком, оставив Феликса и Лилиан на берегу. Они провожали их обеспокоенными взглядами. Девочка же оглядывалась по сторонам, словно впервые в жизни оказалась на воде.

Она выглядела испуганной, когда Клод поднял ее маленькое тельце и перенес в лодку, но стоило ей оказаться на борту, как страх тут же исчез.

– О чем задумалась?

Ему вдруг стало интересно, почему выражение ее лица так сильно менялось. Девочка широко улыбнулась и выдала очередной странный ответ:

– Папа, у тебя волосы сверкают! Так красиво!

Волосы девочки тоже сверкали, но были другого оттенка. Наверное, он у нее от матери. Под ясным голубым небом того же цвета, что и озеро, ее светло-золотистые волосы напоминали само солнце и выглядели поистине прекрасно.

Значит, ей нравились блестящие вещи. Именно поэтому она и набивала ими те мешочки.

Клод неожиданно издал смешок, вспомнив, как она прятала их в саду Гранатового дворца. Словно сорока, таскавшая блестяшки в свое гнездо.

– Если я правильно помню, в тот день при тебе был мешочек с драгоценностями.

Он решил пока не раскрывать то, что знал не только о том, который она обронила у статуи ангела, но и о всех остальных.

– Твои сокровища у меня на хранении. Можешь их забрать в следующий раз.

От этих слов девочку охватила паника. Клод отвел взгляд и уставился на гладь озера. Вода была бледно-голубой, спокойной.

Плеск.

В какой-то момент девочка, крутившаяся по сторонам, заинтересовалась цветами на воде. Но Клод знал, что это не просто растение.

Это магическое существо распыляло в воздухе пыльцу, чтобы заманить добычу, а затем, когда та приближалась, обвивало ее длинными лозами у основания и пожирало.

Клоду не было точно известно, сколько поколений назад во дворце стали разводить подобных существ, но был наслышан о своеобразном увлечении одного из прошлых императоров.

Он заметил, как глаза девочки, еще мгновение назад полные жизни, будто бы подернулись дымкой и погасли. Клод сразу понял, что аромат цветов, разносимый ветром, с легкостью затуманил ее разум, вероятно, ввиду неразвитости иммунитета.

Шух.

Следуя за источником запаха, она придвинулась к краю лодки. Лодка двигалась с помощью магии и подчинялась желаниям пассажира. Повинуясь ребенку, она медленно поплыла к магическому существу.

Клод молча наблюдал. Он даже не мог сказать, о чем думал в тот момент. Одно было ясно наверняка: тогда он испытывал желание «убить» ребенка.

Странно, не правда ли? Еще четыре года назад он хотел ее убить. Именно поэтому он просто наблюдал, как маленькие ручки коснулись прозрачных лепестков.

Плюх!

Наклонившееся вперед тело исчезло, словно его затянуло само озеро.

– Ой, тьфу!

Клод просто наблюдал, как девочка барахталась в воде. Его глаза оставались холодными и спокойными, словно айсберг, застывший в сердце бездны.

– Помоги, – с трудом и жалобно выдавливала из себя девочка, но взгляд Клода остался неизменным. И тут в ее глазах явственно проступило отчаяние. Она будто бы осознала, что Клод не придет ей на помощь, и ее взгляд потух.

Плеск. Плеск...

Плеск начал постепенно стихать.

Но именно в этот момент в сердце Клода что-то всколыхнулось.

Плеск...

Неизвестная эмоция промелькнула в спокойных до сих пор глазах.

Ту-дум, ту-дум. Клоду казалось, что кто-то безжалостно стучал по его застывшему сердцу. У него снова начала раскалываться голова. Но на этот раз он не стал отступать.

Плеск. Плеск.

Тихий гнетущий звук, который, казалось, вот-вот затихнет, не дал ему так поступить. Голос в его голове продолжал шептать: «Если не отступишь, непременно пожалеешь».

Но...

Клод стиснул зубы и гневно рыкнул: «Не смеши меня. Даже если я пожалею, это мои чувства. Хватит нести чушь и прямо скажи мне, что ты от меня прячешь!..»

Треск!

На покрытой льдом поверхности появилась трещина.

«Надеюсь, ваше величество сможет полюбить этого ребенка».

Подобно воде, что сочилась сквозь трещину, на него хлынули фрагменты воспоминаний, похороненные до сих пор.

«Возможно, это последний подарок, который я смогу вам сделать».

«Как вы любили меня, любите и это дитя, которое я оставляю после себя».

«Это мое единственное желание».

Плеск!

– Кха! Кха. Ах, кхе-кхе...

Девочка, которую он вытащил из воды с помощью магии, дрожала и пыталась отдышаться.

Водная гладь снова успокоилась, будто бы ничего не произошло. И лодка пришла в движение.

Клод лично вынес девочку из лодки на берег.

– Боже, принцесса!

Мокрая насквозь и дрожащая, она казалась еще меньше. Удивительно, что такое крохотное создание вообще могло жить.

– Феликс.

– Да, ваше величество.

– С завтрашнего дня ты учишь Атанасию плавать.

Клод отвернулся, даже не попытавшись утешить ребенка, только что побывавшего на грани жизни и смерти.

– Было бы обидно, если бы моя дочь утонула в каком-то озере, не так ли?

На лице Клода, рассеянно отвернувшегося от слуг, отражалась целая буря эмоций.

Ту-дум.

Каждый шаг давался с трудом, а вода, капавшая с его пальцев, оставляла на земле темные круги.

Тот день, несколько лет назад.

Лишь сейчас Клод понял, почему у него не было другого выбора. Он не мог убить эту девочку, которая тогда даже головы поднять не могла.

* * *

Было время, когда он думал, что знает, что такое любовь.

Было время, когда он верил, что жизнь окрасится в более яркие и теплые тона. Но бывали и дни, когда он чувствовал себя настолько одиноким, что отчаянно жаждал ощутить тепло других.

Оглядываясь назад, Клод понимал, что в прошлом был донельзя наивным.

Тот, кто был ему отцом по крови, но никогда не был им на деле, говорил с ним лишь с презрением.

«Собаки и свиньи могут сколько угодно строить из себя человека, но по сути своей они остаются просто грязными животными. Не смей строить из себя человека перед моим величеством. Если, конечно, тебе дорога твоя жалкая жизнь».

Тот, кто был ему братом по крови, но никогда не был им на деле, потешался над его слабостями.

«Ах да. В твоих грязных руках никогда ничего не было. Лишь пустые мечты. Но ты этого никогда даже не узнаешь. Ведь ни я, ни отец не намерены дать тебе ни крохи земли. Не ужели ты не понимаешь: уже то, что ты можешь дышать этим воздухом, – огромная милость для тебя, ты, ничтожество?»

Женщина, шептавшая ему слова любви, но никогда искренне не любившая его, обманывала его до самого конца.

«Я не стану отрицать того, что сделала. Но я не предавала тебя. Я люблю тебя. Но прошу, пойми меня правильно. Я не могу всю жизнь прожить с тобой в канаве. Зато теперь я стану самой влиятельной женщиной в Обелии. Если ты действительно меня любишь, отпусти меня».

Лишь тогда Клод все понял.

Да, верно. Он действительно все это время жил своими иллюзиями.

Осознав этот факт, он задумался, как же выглядел мир с их высоты. Поэтому Клод решил заполучить его. Если все дело в том, что у него никогда ничего не было и он был глуп и невежественен, то он просто заберет все то, чем они так гордились и дорожили.

Поэтому, когда Клод сел на трон, обагренный кровью собственной семьи, он чувствовал лишь пустоту. Что здесь, наверху, что внизу – разницы не было никакой.

Простой народ восхвалял его как святого, положившего конец тирании бывшего императора, но он убил своего брата не из столь благородной причины. Все единогласно заявляли, что теперь все в Обелии принадлежит ему, но на самом деле у него все еще ничего не было.

Клод, и без того не испытывавший радости в жизни, впал в еще большее уныние. Он просто прожигал жизнь, насмехаясь над теми, кто им восхищался, и не испытывал никаких эмоций.

Если бы кто-то спросил у него, зачем он живет, он бы равнодушно ответил: «Я живу потому, что у меня нет причин умирать».

«Вам интересно имя простой танцовщицы?»

Однако даже у него бывали моменты, когда он думал, что жизнь не так уж и плоха. Это могло прозвучать невероятно, но иногда он думал: «Неужели я жил эту бессмысленную жизнь только ради этого момента?»

«Мне ничего не нужно. Если вы хотите мне что-то подарить, то лучше просто возьмите меня за руку. Мне этого достаточно».

То были счастливые дни, настолько ослепительные, что ему казалось, будто это сон. Те дни, когда он не мог дышать от бури эмоций, переполнявшей его сердце от одного лишь взгляда на нее.

И, как любой сон, те мгновения счастья разбились вдребезги.

Глава 210

Бах!

Одним резким движением он смахнул со стола вещи, и те с грохотом упали на пол. В темной комнате Клод, стиснув зубы, пытался справиться с потоком нахлынувших на него воспоминаний.

«Я с самого рождения жила свободной, не будучи привязанной к какому-то месту, поэтому ничего не знаю о таких вещах, как придворный этикет».

«Я не знаю, как вести себя, когда слышу такие слова от самого Солнца Обелии».

«Простите. Накажете меня за грубость и назовете наглой женщиной?»

«Вы стоите здесь один, похожий на потерянного мальчика. Я не могла молча пройти мимо».

«Если вы позволите, я бы хотела составить вам компанию в вашей ночной прогулке».

«Простая прихоть. У меня нет причины. Как и у вас, ваше величество, нет никаких причин оставлять меня подле себя».

Клод совершенно не понимал, как мог жить, забыв обо всем этом. Обрывки воспоминаний один за одним возвращались к нему и резали, словно нож.

«Любите этого ребенка еще и за меня».

Наконец он добрался до воспоминаний о том дне. Клод пошатнулся, как пьяный, тяжело дыша. Из его груди вырывались хрипы.

«Возможно, она станет последним подарком, который я смогу вам сделать».

Это даже не смешно. Когда он вообще просил ее о подобном?

«Как вы любили меня, любите и это дитя, которое я оставляю после себя».

Лучше бы она сказала, что выбирает жизнь. Если бы она так сказала, всего пару слов, он бы обо всем позаботился.

«Это мое единственное желание».

Неважно, простит она его или нет. Он убьет этого ребенка. В противном случае умрет она. И она тоже это прекрасно осознавала, так почему?..

«Надеюсь, ваше величество сможет полюбить этого ребенка».

Почему она так улыбается?

Хоть Клод понимал, что все давно в прошлом, он не мог скрыть потрясения от увиденного.

Он, как никто другой, знал, что произошло потом.

Клод так и не смог убить ребенка. Ни при жизни Дианы, ни после ее смерти.

Он не мог простить себя. И он запечатал свои воспоминания. Потому что иначе он бы просто не выжил.

И теперь наглухо закрытая дверь памяти распахнулась.

Клод до сих пор не мог себя простить. Даже спустя все эти годы.

* * *

Бесчисленные воспоминания и эмоции, забытые им, приходили подобно морскому приливу и оставляли Клода опустошенным. Он чувствовал себя камнем, который безжалостно точила вода.

Он отослал Феликса в Рубиновый дворец, а сам заперся в своей комнате.

Причина, по которой он сменил главную горничную в том дворце и приставил Феликса в качестве рыцаря к девочке, заключалась в том, что он вспомнил последнюю волю Дианы.

Но на этом все. Он не намеревался давать ребенку ничего сверх жизненно необходимого.

«Так же, как вы любили меня, любите, берегите и защищайте этого ребенка, которого я оставляю после себя».

Клод рассмеялся, вновь услышав ее голос.

Глупости. Она правда думала, что он на такое способен? Удивительно уже то, что он не убил ребенка собственными руками.

Клод лежал на диване, прикрыв глаза рукой, в надежде, что это поможет скрыть образ женщины, преследовавшей и тревожившей его.

Может, это все из-за того, что он уже давно не мог нормально спать?

Через какое-то время Клод так и заснул.

Тук!

Проснулся он оттого, что почувствовал, как что-то упало ему на лоб. Впервые за долгое время Клод глубоко спал и теперь задавался вопросом, кто посмел войти в его комнату и потревожить его сон.

Он открыл глаза. И увидел перед собой недоумевающую девочку, застывшую с поднятой в воздухе рукой. Клод, не до конца проснувшийся, не понимал, как она оказалась здесь.

А, точно. Он ведь сказал Феликсу привести ее к ужину...

– Б-баю-бай, баю-бай...

Девочка внезапно опустила руку и принялась хлопать его по груди. Клод до сих пор не мог понять, что происходит, поэтому просто рассматривал ее лицо.

– Ночь пришла, взошла луна, ярко светят звезды.

Он слушал тихую песню девочки.

– Завтра будет день опять, будем мы с тобой играть, солнцу улыбнемся.

Может, ему просто показалось, но, пока она пела, его разрываемая болью голова немного прояснилась.

– Что это за песня? – лениво спросил Клод и получил мгновенный ответ.

– Эта песня говорит плохим снам: «Пока-пока».

Она решила, что он плохо спит и его мучают кошмары? Но поза, в которой он ее застал, когда только открыл глаза, была весьма двусмысленной.

Клод с подозрением рассматривал девочку, гладившую его по груди.

– Папа, с добрым утром! – с широкой улыбкой сказала она.

В этот момент у Клода защемило в груди.

Оказалось, что Феликс принес ее в его комнату. Клод выкинул мысли о странном чувстве из головы и позвал ее в соседнюю комнату на ужин.

– Судя по всему, тебе уже стало лучше, – произнес он, не сводя глаз с ребенка, сидевшего за столом напротив него.

На ее лице читались следы болезни. Наверное, последствия падения в озеро. Девочка, которая и без того выглядела нездоровой, словно ее все это время плохо кормили, казалась теперь еще более хрупкой.

Клод отреагировал холодно, сделав вид, что ничего не заметил.

Но он слышал: стоило ему уйти с озера, как девочка зарыдала. Неудивительно, что пятилетний ребенок был в ужасе, ведь мог погибнуть, если бы Клод не вытащил его из воды. Более того, даже когда она упала и звала на помощь, Клод не сдвинулся с места и просто наблюдал.

Он подумал, что она могла так сильно разболеться после того происшествия как раз из-за психологического фактора. Однако ни разу не навестил ее.

В каком-то смысле было бы гораздо лучше, если бы он мог списать все на банальную занятость. Но и сам Клод после происшествия на озере едва ли был в себе.

Иногда он терял над собой контроль. Эмоции вспыхивали в нем бурей, за которой неизменно следовало чувство потери. Как умалишенный, Клод крушил все во дворце, а затем корчился от невыносимой боли. Его голова словно раскалывалась надвое, и он едва не терял сознание.

Лишь сейчас ему удалось относительно нормально поспать.

Поэтому больной и с синяками под глазами выглядела не только девочка.

Но, разумеется, каким бы ни было ее состояние, он все равно не собирался навещать ее.

– Хе-хе, папа тоже хорошо выглядит!

Но она ярко улыбнулась ему, словно ничего не произошло. Будто она забыла о том, что случилось на озере. Но верилось в это с трудом.

Клод не ожидал, что она будет ему улыбаться, и на мгновение лишился дар речи. Он наблюдал, как девочка ест. Черты ее лица чем-то напоминали женщину из его воспоминаний. Вполне ожидаемо, ведь она была ее дочерью.

Пока Клод смотрел на нее, в нем вскипали противоречивые чувства. Нестерпимая любовь и жгучая ненависть к существу перед ним. Клод даже не притронулся к ужину и просто смотрел, как ест ребенок.

* * *

Это было жестоко, но Клод часто думал об этом, когда видел девочку.

«Может, просто убить ее сегодня? Не лучше ли просто избавиться от этого ребенка прямо сейчас?»

Бывали дни, когда его переполняло неудержимое желание убить девочку. И хоть он никогда не показывал этого, в ее присутствии у него так сильно болела голова, что он едва ли не сходил с ума. Казалось, что кто-то протыкает его голову ножом.

Именно в такие моменты внутренний зловещий голос не упускал возможности прошептать: «Было бы гораздо проще, если бы ты от нее избавился. Это ведь так просто. Собери немного маны на кончиках пальцев и протяни руку».

Временами этот голос звучал настолько сладко, что Клоду действительно хотелось поддаться уговорам. Но из раза в раз он брал себя в руки, с трудом подавлял горевшую в нем жажду крови и отсылал ребенка прочь.

Он знал, что это последствия использования черной магии.

После смерти Дианы и убийства всех в Рубиновом дворце он собирался оставить девочку напоследок. Но в итоге не смог забрать ее жизнь и ушел.

После этого он похоронил свои воспоминания глубоко внутри. Поэтому последние несколько лет ему удавалось сохранять спокойствие, хоть его и одолевало ужасное чувство пустоты.

– Папа, я соскучилась!

Одним ясным утром.

Клод смотрел, как девочка бежала к нему по зеленой траве. Она могла с такой радостью его приветствовать именно потому, что даже не подозревала о том, какие ужасные мысли его регулярно посещали. Подтверждением тому была ее беззаботная улыбка.

Тут она резко замерла, словно что-то вспомнила.

– Спасибо, что пригласили Ати на чай.

Дело рук мадам Элоизы? Судя по всему, именно она, новая учительница этикета, научила ее новому приветствию.

Но как бы девочка ни притворялась взрослой, она все равно оставалась ребенком. И все же Клоду показалось милым, как она приветствовала его, держась за украшенную кружевами юбку, словно взрослая леди.

Феликс, шагавший за ней, улыбался. Слуги дворца тоже с любопытством поглядывали на девочку. Их лица были такими же довольными, как и у рыцаря.

Клоду это почему-то не понравилось.

Затем девочка снова подняла голову и лучезарно улыбнулась ему. Клод даже не знал, как реагировать. Что-то в нем дрогнуло.

Глава 211

– Феликс.

Клод не любил тратить слова понапрасну. Он просто произнес имя – этого хватило, чтобы Феликс понял: нужно посадить девочку на стул. Сама она была слишком маленькой, чтобы самостоятельно на него взобраться. Разумеется, Клоду даже в голову не пришло посадить ее самостоятельно.

Через мгновение он поймал на себе недоумевающий взгляд Феликса, словно вопрошающий: «Как можно оставаться столь равнодушным к очаровательной принцессе?» Удивительно, но другие слуги, похоже, разделяли чувства рыцаря и украдкой бросали на Клода многозначительные взгляды.

Мужчина и сам ловил себя на мысли, что девочка была очень ласковой. Ему с трудом верилось, что у него мог родиться такой ребенок. Но Клод держался с ней на расстоянии.

– С добрым утром, папа! – лучезарно улыбнулась девочка, когда Феликс помог ей сесть на стул.

Клод ничего не ответил на привычное приветствие.

Утро было в самом разгаре. Раньше он устраивал чаепитие после полудня, но в какой-то момент он стал приглашать девочку именно утром.

Клод не признавался в этом даже себе, но все изменилось месяц назад, когда она вошла в его спальню в Гранатовом дворце и разбудила его. Она поприветствовала его фразой «С добрым утром!», хотя в тот момент стоял вечер, солнце клонилось к закату, и Клод не преминул подшутить над ней по этому поводу.

Он помнил, как по какой-то неизвестной причине внезапно лишился дара речи. Тогда его охватило странное чувство.

То же самое происходило и сейчас. Каждое утро во время чаепития, когда она так приветствовала его, Клод молча смотрел на девочку.

Но еще больше удивлял себя он сам: он каждое утро приглашал ее, чтобы услышать эти ничем не примечательные слова. Клод перестал себя понимать.

– Ати вчера видела папу во сне!

– Неужели?

– Ати, папа, Лили и Феликс вместе сели на метлу и улетели высоко-высоко. Мы долетели до луны и звезд – было так весело!

– Какой глупый сон.

Холодная реакция Клода совершенно не задела девочку. Как и всегда.

– А еще Ати и папа играли вместе на мягких облаках. Ати очень-очень понравилось!

Он и заметить не успел, как улыбнулся. Девочка несла совершенную околесицу, но его забавляло, с какой самозабвенностью она мурлыкала это себе под нос. Клоду стало интересно, все ли дети такие.

Как бы то ни было, на его губах заиграла неосознанная улыбка. Одна из горничных, которая подошла наполнить чашку Клода чаем, заметно удивилась этому. Она перевела взгляд на все еще лепечущую девочку и молча отступила в сторону.

Улыбка исчезла с лица Клода. Его лицо приняло бесстрастное выражение, словно никакой улыбки и не было. Он просто уставился на девочку.

Голова снова слегка заныла. Видимо, давала о себе знать вернувшаяся бессонница. Сидя под теплыми лучами солнца, он начал клевать носом.

– Папа, это вкусно?

От чая, который налила горничная, исходил знакомый аромат. Это был чай Липпе. Клод уже привык к нему и пил на каждом чаепитии. Он перевел взгляд на девочку:

– Вкус здесь не главное.

Возможно, из простого любопытства, она стала настаивать, что хочет пить то же, что и он.

– Принцесса, такой чай для вас слишком крепок.

– Хочу как у папы!

Феликс, стоявший рядом, пытался переубедить ее, но девочка не отступала. Рыцарь смутился, когда она еще больше надула свои и без того пухлые щеки и продолжила упрямиться, что было для нее редкостью.

– Дай ей. Раз она так сильно хочет, зачем останавливать? – равнодушно произнес Клод, молча наблюдавший за происходящим.

Разумеется, он не принимал ее сторону. В этом он ворчливо убеждал себя. Этот чай ни за что не понравится девочке, привыкшей целыми днями есть шоколад и пить молоко с медом. Стоит ей только сделать глоток, как она тут же пожалеет об этом и расплачется.

– Ати нравится!

Но, как ни странно, девочке чай понравился. Клод, ожидавший отвращения, был заинтригован такой неожиданной реакцией.

– Как будто во рту распускаются цветы!

Лицо Клода окаменело от радостных слов девочки.

«Думаю, что вашему величеству он может понравиться».

В голове всплыло воспоминание, которое было зарыто в глубинах его памяти. Теплый смеющийся голос смешался с ветром и щекотал его уши.

«Как будто во рту распускаются цветы».

На лучезарно улыбающееся лицо девочки накладывался образ прекрасной женщины.

«Словно весна пришла».

Здесь, в этом самом месте, Диана тоже сказала что-то похожее.

– Похоже, чай пришелся принцессе по вкусу! – тихо произнес Феликс. Видимо, он подумал о том же самом. – Это чай сорта Липпе, который так любит его величество. Госпожа Диана тоже была от него в восторге.

Девочку заинтересовала история о ее матери. Она какое-то время разглядывала Клода, а затем посмотрела на Феликса ясными глазами.

– Ати говорит прямо как мама?

– Да, принцесса. Его величество впервые отведал этот чай благодаря госпоже Диане. Растение, из которого делают этот чай, собирают в Сиодоне. Помню, на этом самом месте они с его величеством точно так же наслаждались чаем...

– Не помню такого, – ледяной голос прервал речь Феликса. – Ты сегодня слишком много болтаешь. Раздражаешь. Убирайся.

Клод смерил рыцаря холодным взглядом. В нем читалось предупреждение: еще слово, и пощады не жди. Когда Феликс молча поклонился и ушел, сад окутало тяжелое молчание.

Солнечный свет, который еще мгновение назад ласкал кожу, теперь казался острым, как лезвие.

– Похоже, ты все же слишком мала, чтобы пить чай. Уж лучше выпей молока.

– Хе-хе. Ати и молочко тоже любит.

Девочка снова рассмеялась. Клод жестом велел горничной налить ей молока. Та обеими ручками взяла чашку и принялась спокойно пить, словно не устраивала никакого концерта, чтобы получить чай.

Чаепитие закончилось в молчании.

* * *

Через некоторое время, когда Феликс вернулся с очередным отчетом о жизни девочки, он передал ему какой-то лист бумаги.

Клод взял его в руки и нахмурился, ведь у него снова болела голова.

– Это еще что?

– Портрет вашего величества, нарисованный принцессой Атанасией.

Клод тут же прищурился. Он тупо уставился на лист бумаги перед собой.

– Какой странный рисунок.

Нелепая картина была поистине странной. Неужели эта корявая фигура – он?

Если приглядеться, то белую фигурку с короткими волосами желтого цвета можно было принять за Клода, а маленькую розовую с длинными волосами – за девочку. Странный цвет тел, вероятно, означал одежду.

Но почему-то фигурка Клода будто бы улетала куда-то, в то время как девочка парила в воздухе, вытянув обе ноги в его сторону.

– Наверное, она решила нарисовать сон, в котором вы с ней играли, ваше величество?

Но в отличие от девочки, которая на рисунке радостно улыбалась, его глаза были плотно закрыты. Это показалось ему странным. Хотя, пожалуй, еще страннее – всерьез рассматривать детский рисунок.

– Забавно.

Клод положил рисунок на стол.

– Хотите увидеть другие рисунки?

– Есть еще?

– Принцесса Атанасия нарисовала портрет госпожи Дианы.

Клод замер. Несмотря на ледяной взгляд топазовых глаз, Феликс бесстрашно положил перед ним еще один рисунок.

– Возможно, ваше величество не заметит большого сходства.

Клод медленно перевел взгляд вниз.

Как и сказал Феликс, женщина на рисунке ни капли не походила на Диану из его воспоминаний.

– Что вполне ожидаемо, ведь принцесса Атанасия никогда не видела ее.

Детский рисунок с кривыми линиями. Почему именно он, не имевший ничего общего с реальностью, так глубоко запал ему в душу?

– Если остался видеокамень с изображением госпожи Дианы, то можно показать его принцессе Атанасии. Вы не возражаете? – Феликс предельно осторожно попросил у него разрешения.

Клод долго молча рассматривал рисунок. Через какое-то время он ответил безразличным тоном:

– Нет необходимости спрашивать меня о каждой мелочи. Иди. На сегодня все.

Феликс просиял и торопливо покинул комнату. Клод не дал прямого разрешения, но и запрещать не стал.

В комнате снова повисла тишина. Клод посмотрел на два рисунка.

Странно, но он не мог оторвать от них глаз.

* * *

Феликс выглядел подавленным, ведь его замысел окончился провалом.

Вполне ожидаемо, ведь во дворце не осталось ни единого видеокамня с изображением госпожи Дианы. Клод прекрасно знал об этом, но не стал ничего говорить Феликсу.

Чирик-чирик.

После обычного чаепития Клод вышел из сада вместе с девочкой. Их окружало море зелени: зеленела как трава, так и листья на деревьях.

Его взгляд задержался на спине девочки, шагавшей перед ним.

Ее светлые волосы, собранные в хвост, развевались на ветру. Белое платье с небесно-голубой лентой и кружевом покачивалось в такт ее шагам. Синие туфельки уверенно ступали по траве. А выглядывавшие из-под рукавов белые ручки были трогательно маленькими. Может, ему показалось, но ветер будто бы донес до него слабый молочный запах.

Эта очаровательная маленькая девочка могла одним лишь своим присутствием вызвать улыбки на лице всех окружающих. Однако взгляд Клода, устремленный на нее, был отнюдь не нежным.

Он и сам не всегда замечал, насколько холодно смотрел на нее. Как сейчас, например.

– Ой!

Девочка, будто бы спешившая куда-то, споткнулась и потеряла равновесие – бух.

Глава 212

Клод стоял достаточно близко, чтобы поймать ее. Но просто наблюдал за тем, как девочка упала лицом в траву. Равно как и в прошлый раз, когда она вывалилась за борт и тонула в озере, а он ничего не делал.

– Принцесса, вы в порядке? – зато всполошился стоявший позади него Феликс.

Клод равнодушно наблюдал за девочкой, гадая, расплачется та или нет. Он слышал, что дети часто плачут из-за всяких пустяков. Но вместо того, чтобы заплакать, она тут же вскочила на ноги, словно ничего не произошло. Протянутые к ней руки Феликса, который хотел помочь ей подняться, остались без внимания.

– Все нормально!

Ее маленькие ладошки стряхивали с юбки пыль. Феликс, пристально наблюдавший за ней, вскоре что-то заметил и взял ее за запястье.

– У вас кожа на ладони стерта! Вам не больно?

– Ой...

Когда она встретилась взглядом с взволнованным Феликсом, заметно удивилась.

Клод вздрогнул, уловив недоумение на ее лице. Похоже, ей казалось непривычным, что кто-то так за нее волновался.

– Эм-м-м... Мне совсем не больно, – уверенным тоном произнесла девочка, аккуратно высвобождая руку из хватки Феликса и пряча ее за спину. Затем она рассмеялась, словно в подтверждение того, что все в порядке.

Клод и Феликс застыли, увидев это. Любой нормальный ребенок при виде своих ран испугался бы и заплакал или хотя бы заныл, что ему больно. Но девочка не издала ни единого звука и вообще вела себя так, словно ничего не произошло. Хотя царапины на ее руках кровоточили и наверняка болели.

– Ваше величество, я немедленно вызову придворного врача.

От заявления Феликса у девочки отвисла челюсть.

– Ах, но Ати правда совсем не больно!

– Тем не менее ваши раны надо должным образом обработать.

– Нет, нужно просто слюной помазать, и станет гораздо лучше. Не надо из-за Ати вызывать врача!

Встретившись взглядом с Клодом, девочка еще активнее принялась отговаривать Феликса. Ему показалось или она действительно не хотела обременять этим Клода? Судя по выражению лица рыцаря, ему не показалось.

А ведь Феликс и Лили, которые ежедневно проводили время с девочкой, уже говорили ему о чем-то подобном. Они высказывали свое беспокойство тем, что временами ее поведение и слова были столь взрослыми, что не соответствовали ее настоящему возрасту.

Даже Клоду такое поведение казалось ненормальным для ребенка ее возраста. И если так подумать, то она постоянно тайно следила за каждым его шагом. Словно знала, что он ненавидит ее.

От этой мысли где-то в самой глубине его сердца что-то кольнуло. Клод нахмурился от незнакомого ощущения, и девочка взволнованно закрыла рот. Увидев это, Клод решительно отдал приказ стоявшей рядом горничной:

– Немедленно приведите врача.

– Да, ваше величество.

Он снова взглянул на девочку и увидел ее распахнутые от удивления глаза. Казалось, она не ожидала, что он лично прикажет позвать врача.

Естественно, стоило ей только заметить его взгляд, как ее удивление тут же испарилось.

– Феликс, когда ее раны обработают, проводи Атанасию в Рубиновый дворец. Я возвращаюсь в свой кабинет.

С этими словами Клод оставил девочку в саду и ушел первым.

* * *

После этого у Клода на сердце было тяжело. Каждый раз, как он вспоминал о том дне в саду, у него возникало чувство, словно его сердце сдавливают тиски.

Через несколько дней до него дошла очень странная история. Девочка впервые разозлилась на Феликса.

«Не говори с папой о маме».

«Папе не нравится, когда говорят о маме».

«Если я скажу, что хочу увидеть маму... Что, если папа разлюбит и Ати?»

Она думала о подобном? Возможно, это самое главное заблуждение взрослых, что дети ничего не знают.

Клод вспомнил, как холодно осадил Феликса во время чаепития, когда тот завел разговор о Диане. Наверное, тогда она и решила, что он терпеть не может упоминаний о Диане.

Услышав об этом от Феликса, Клод почувствовал, будто бы его горло сдавила невидимая рука.

– Ваше величество, почему бы не показать принцессе Атанасии образ госпожи Дианы? Это ведь возможно с помощью магии? – умоляюще произнес Феликс, но тот не ответил.

Но, как и в прошлый раз, рыцарь воспринял это как молчаливое согласие, а Клод не стал его останавливать.

Что это за чувство? Он до сих пор не мог смириться с существованием ребенка, своим рождением убившего Диану. Но при мысли о девочке в его груди пробуждалось странное чувство, по своей силе сравнимое с ненавистью, что еще жила в его сердце.

– Та песня.

– Песня?

– Ты говорила, она прогоняет страшные сны.

– А, колыбельная!

– Колыбельная?

Клод вновь встретился с девочкой, как и хотел Феликс.

– Видимо, она самая. Спой ее еще разок.

Из простой прихоти он попросил ее спеть ту песню, которую она как-то пела ему в Гранатовом дворце.

Девочка на мгновение нахмурилась, словно не хотела петь перед ним, а затем невинно заявила, что совсем не помнит, о какой песне он говорит. Но в итоге все же запела, глупо улыбаясь в ответ на не слишком-то страшные угрозы Клода.

Ее голос звучал печально. Он подумал, что она, наверное, и правда не хотела петь. Но с любопытством слушал, как она послушно напевала одну и ту же песню по кругу.

– Ночь пришла, взошла луна, ярко светят звезды. Завтра будет день опять, будем мы с тобой играть, солнцу улыбнемся.

Как бы невероятно это ни было, но Клод почувствовал, что его разум, так долго находившийся в смятении наконец успокоился. Он уже давно не испытывал подобного комфорта в присутствии другого человека. Его глаза медленно закрылись, пока он слушал колыбельную.

Почему-то ему показалось, что заснуть сейчас не самая плохая идея. Но она так и осталась всего лишь идеей, ведь Клод на самом деле не спал. Но вот девочка, увидев, что он закрыл глаза, решила, что он спит.

Он почувствовал, как перед его лицом что-то двигалось вперед-назад. Она, наверное, махала рукой. Но этого показалось ей мало, и она ткнула его в щеку пальцем. Он по-прежнему не двигался и затем почувствовал, как что-то его щекочет.

Клод был поражен поведением девочки. Ему стало любопытно, как далеко она зайдет, поэтому он продолжал притворяться спящим. Но его терпение подверглось жестокому испытанию, ведь она схватила его за волосы и принялась тянуть, словно желая их вырвать.

Какая наглость... Она такими темпами ему и вовсе голову оторвет!

Но она всегда восхищалась его волосами. Да и вообще всем блестящим: будь то коллекция драгоценностей или же статуи ангелочков. Он прекрасно помнил, как она смотрела на камни, украшавшие его трон.

В другой ситуации Клод открыл бы глаза и выгнал наглую девчонку, осмелившуюся на такое. Но он лишь слегка нахмурился и продолжил лежать неподвижно.

– Его величество изволили почивать?

Тут из-за занавески послышался голос Феликса. Девочка тут же прекратила тянуть его за волосы, будто испугалась.

– Э-э-э... Да.

– О, такое случается нечасто. Он не из тех, кто готов показаться беззащитным перед окружающими. Похоже, ваша песня, принцесса, хорошо подействовала.

Возможно, Феликс знал, что Клод не спит. Тот снова недовольно нахмурился. В итоге из-за того, что он закрыл глаза, теперь невольно подслушивал разговор этих двоих.

– Послушай, только это большой-пребольшой секрет. Ати вчера сказала, что не хочет видеть маму. Но, если честно, то это была неправда.

– О, неужели?

– Но я не буду грустить, если так ее и не увижу. И это правда.

Клод стиснул зубы, услышав невинные слова девочки.

– Ведь у меня есть папа.

...Ему показалось, что он задыхается, будто бы его бросили в толщу воды.

Через некоторое время Клод открыл глаза и увидел девочку, несколько минут назад так нагло дергавшую его за волосы. Ее маленькое тело лежало среди мягких подушек.

Девочка, которая только что творила странные вещи, даже не подозревала, что он не спит. Теперь сама безмятежно спала, совершенно не обращая внимания на окружающий мир.

Она лежала на боку, свернувшись калачиком, и ему почему-то хотелось ее пожалеть. В тихой комнате слышалось лишь ее тихое равномерное дыхание. Во сне и без того маленький ребенок казался совершенно крохотным.

Клод медленно поднял руку.

– М-м-м...

Как только его рука коснулась ее лба, девочка нахмурилась и тихонько замычала. Возможно, ей не понравилось внезапное прохладное прикосновение. Пальцы Клода были холодными, а девочка – теплой.

Клод молча рассматривал спящего ребенка.

«Ведь у Ати есть папа».

Он неожиданно вспомнил ее слова.

Отец... У него не было ни малейшего желания становиться им. Но Диана ушла, оставив после себя эту жизнь.

– Ваше величество, я могу отодвинуть занавеску?

Тут из-за полога кровати послышался голос Феликса.

– Нет, – коротко ответил Клод, не убирая руки со лба девочки.

Рыцарь продолжил говорить с ним из-за занавески.

– Принцесса спит?

– Доволен, что все сложилось так, как ты хотел?

К этому времени девочка должна уже была видеть Диану во сне. Феликс никак не отреагировал на резкие слова Клода. Судя по тени на занавеске, он лишь тихонько вздохнул.

В наступившей тишине Клод вновь принялся рассматривать спавшую девочку. И вдруг выражение ее лица изменилось.

– ...Она улыбается.

Будто услышав его непроизвольное бормотание, Феликс воодушевленно продолжил:

– Похоже, ее высочеству принцессе снится хороший сон.

Тут Клод вздрогнул. Ему стало не по себе, и он ответил нейтральным тоном:

– Неудивительно. Она столько раз спела песню, которая, по ее словам, отгоняет плохие сны.

– Да. Фея, которая слышала голос принцессы, должно быть, подарила ей хороший сон.

– Ты в последнее время слишком много болтаешь.

– Хо-хо.

Клоду совершенно не понравился смех, раздавшийся из-за занавески, словно рыцарь все знал.

– М-м-м...

В этот момент девочка начала ворочаться, словно собиралась проснуться. Клод немного понаблюдал за ней, затем поднял руку и нежно погладил ее по голове.

– Раздражает. Спи.

Комнату снова наполнило размеренное дыхание, словно она его услышала. С губ самого Клода тоже сорвался тихий вздох.

Серьезно. Как же глупо.

Глава 213

Диана умерла, оставив ему лишь этого ребенка.

Девочка слепо следовала за ним, жестоким человеком, который никогда не проявлял к ней ни капли тепла, и называла его папой.

И он разрывался между ненавистью и любовью...

Какие же они все глупые.

Но даже с такими мыслями в голове, любой кто увидел бы Клода в этот момент, не сильно бы удивился: он смотрел на спящую Атанасию с нежностью.

Вскоре лба девочки вновь коснулась легкая рука.

Они этого не осознавали, но сейчас выглядели как настоящие отец и дочь.

* * *

В мгновение ока на смену лету пришла весна. Так прошел целый год.

– Долгих лет жизни и процветания, ваше величество.

Клод прищурился, глядя на Лилиан Йорк, стоявшую перед ним.

Было раннее утро, и, хоть ей полагалось присматривать за Атанасией, она по какой-то причине попросила аудиенции с Клодом.

– Ты хотела поговорить насчет Атанасии?

– Да, ваше величество. – Лилиан вежливо склонила голову перед Клодом.

Он позволил ей говорить, но совершенно не ожидал, о чем пойдет разговор.

– Приношу свои извинения, ваше величество, но прошу вас воздержаться от того, чтобы давать принцессе сладкое.

Брови Клода дернулись.

Что? Не давать Атанасии сладкое?

Какая дерзкая просьба. Как она смела отчитывать и поучать его? Тем более по такому поводу.

– Какая наглость. Я разрешил тебе говорить со мной, а ты несешь такую чушь.

Разумеется, его настроение тут же упало ниже плинтуса, и он ответил ей тихим, но недовольным тоном. Но Лилиан Йорк, в последнее время неожиданно осмелевшая, без малейших колебаний продолжила:

– Это крайне серьезный вопрос. Разве вы, ваше величество, не замечали, что принцесса Атанасия страдает от кариеса? А поскольку она жалуется на обострение боли сразу после визита в Гранатовый дворец, я хотела бы попросить ваше величество о содействии.

В ее словах четко слышался упрек в том, что Клод без разбора кормил сладостями ребенка, страдавшего от кариеса. Клод и сам понимал, что его отчитывают по делу.

Ведь каждый раз, когда девочка приходила во дворец, он не мог устоять перед ее сверкающими глазами и всегда давал ей все, чего она захочет. Он прекрасно знал, что детям с кариесом нельзя давать сладкое. Но, как ни странно, ему было трудно отказать ей, когда она самозабвенно смотрела на него, словно ожидая чего-то.

Тем более что кариес можно было вылечить в мгновение ока с помощью магии. Но Феликс говорил, что Лилиан была против лечения магией. По ее мнению, нельзя этого сразу делать и нужно дать ребенку немного пострадать, ведь это поможет развить самоконтроль.

И вот девочка уже довольно долго мучилась от зубной боли, не зная, что кариес можно вылечить за одну секунду с помощью магии. Иногда она плакала, даже в присутствии Клода. Даже у него щемило сердце, когда он видел ее такой.

Холодный взгляд Клода остановился на Лилиан. Он и не подозревал, что эта женщина могла быть такой жестокой, раз ей с легкостью удавалось игнорировать детские страдания. Клод поймал себя на этой мысли, и в нем неосознанно поднялось раздражение.

– Прошу вас, ваше величество.

– Если меня кто-то услышит, еще подумает, что я экономлю на желаниях Атанасии.

Лилиан, почувствовав недовольство императора, снова вежливо поклонилась. Клод холодно махнул рукой и отослал женщину из Гранатового дворца.

* * *

– Папа-а-а! – Вечером того же дня Атанасия пришла проведать Клода. – Папа, я так соскучилась!

Девочка ослепительно ему улыбнулась, хоть и видела его вчера.

Прошел целый год, а она все еще выглядела маленькой и хрупкой. Однако временами он отмечал, что она немного подросла по сравнению с тем, какой он запомнил ее в саду рядом со статуей ангела. Но Клод видел ее каждый день, поэтому почти не замечал перемен.

В последнее время она часто приходила к нему сама, даже если он ее не звал. Клода это временами раздражало, но он всегда ее привечал и угощал сладостями.

Она с радостным смехом бросилась к нему и обняла за ноги. Судя по всему, у нее сегодня было отличное настроение.

– Атанасия. – Клод, молча наблюдавший за ней, немного отстранился. – С сегодняшнего дня больше никаких сладостей.

Бабах!

Лицо девочки тут же переменилось. Она выглядела так, словно ее молнией поразило. Клоду даже почудился раскат грома. Лицо Атанасии выражало потрясение. Улыбка, что была столь яркой всего мгновение назад, исчезла.

– Н-но у Ати уже почти прошел кариес, – произнесла она, не сумев скрыть дрожи в голосе.

Она смотрела на него в надежде, что сказанное им было шуткой.

– Ко мне утром приходила Лилиан Йорк, – вспомнив о том разговоре, Клод нахмурился. Да, действительно дерзкая горничная. – Она попросила меня не давать тебе сладкое.

Судя по выражению ее лица, Атанасия принялась оценивать ситуацию. Но решила включить наивную дурочку, еще сильнее прильнула к его ноге и заглянула в глаза.

– Ну па-а-апа. Ати очень хочет шоколадный тортик.

Клод вздрогнул от ее жалобного голоса.

– Всего кусочек!

– ...

– Мне правда нельзя съесть даже малюсенький кусочек?

Она смотрела на него с такой печалью, что его сердце не могло не сжаться.

– Если папа и Ати ничего не расскажут, то никто не узнает.

Клоду было крайне неловко, ведь отвернуться от этих глаз оказалось неожиданно трудно. В его голове даже проскользнула мысль, что нет ничего плохого в том, чтобы дать ей торт.

– Нечего на меня так смотреть. Не поможет.

Он все же нашел в себе силы отказать ей в просьбе.

– Ну па-а-апа-а-а.

– Я сказал нет.

Клод из последних сил сдерживал натиск девочки.

Она, похоже, поняла, что он не сдастся. Перестала цепляться за его ноги и больше не выпрашивала сладкое.

Клод с легким недоумением посмотрел на нее. Ему показалось или она смерила его недовольным взглядом? Но это выражение сохранялось всего мгновение, ведь потом на ее лице читалось лишь разочарование.

Да, наверняка ему просто показалось. Он отбросил эту мысль.

А со следующего дня Атанасия перестала приходить в его дворец.

* * *

Клод был в паршивом настроении.

– Ваше величество, вы сегодня выглядите необычайно мрачно, – осторожно произнес Феликс, только что закончивший ежедневный отчет. – Вас что-то беспокоит?

На самом деле Клод выглядел мрачным не только сегодня. Никто не понимал, что вызвало такую перемену в его настроении неделю назад. С того момента от императора исходила все более и более холодная атмосфера.

– Чем сегодня занималась Атанасия? – спросил Клод вместо того, чтобы ответить на вопрос.

Феликс склонил голову и подробно обо всем доложил. Распорядок дня принцессы Атанасии почти всегда был одинаковым, и этот день не стал исключением. Однако, пока Клод слушал, на его лице появилось хмурое выражение, словно ему что-то не понравилось.

– Что она будет делать завтра?

– Полагаю, то же, что и сегодня.

Повернувшись спиной к ничего не понимающему Феликсу, Клод начал стучать пальцами по подлокотнику кресла. В каждом движении читалось недовольство.

Атанасия уже целую неделю не появлялась в Гранатовом дворце.

Разумеется, сперва Клод даже не обратил внимания и не придал этому никакого значения. На него свалилась гора работы, и он тоже перестал приглашать девочку во дворец.

Тут он задумался, почему же она ни разу не пришла к нему сама? Сначала Клод решил, что она знала о его занятости и не хотела мешать. Так она проявляла свою заботу, и ему это даже понравилось.

Но после того, как он разобрался с работой, она так и не появилась.

Это был пустяк, на который Клод не обратил бы внимания, если бы не случай. Как когда в ботинок попал камушек: можно идти как ни в чем не бывало, пока ты не обратишь на него внимания, но стоит только его заметить, как про него уже невозможно забыть. Такова человеческая природа.

Вот и Клоду стало не по себе.

Внезапно он вспомнил тот недовольный взгляд девочки, которым она смерила его неделю назад. Его интуиция забила тревогу. Бывает ведь такое, что части пазла, ранее казавшиеся не связанными друг с другом, в итоге складываются в цельную картинку?

Клод понял: Атанасия перестала к нему приходить сразу после того, как он запретил сладости. Сначала он отмахнулся. Это казалось нелепым совпадением.

Если это правда, то она все это время приходила лишь за угощениями, что крайне маловероятно...

И тут Клод замер.

Если так подумать, то во время каждого ее визита в Гранатовый она первым делом налетала на сладости. Улыбалась ему ослепительно, смотрела с ожиданием – и он тут же приказывал принести торт или пирожные. Она уплетала все с радостью, а потом Феликс уносил ее обратно. Чем больше он вспоминал, тем хуже ему становилось.

Самым важным доказательством стало то, что она еще и начала к нему приходить без приглашения именно после того, как Лилиан Йорк ввела полный запрет на сладости в ее дворце.

Выходит, тот недовольный взгляд девочки в прошлый раз ему вовсе не показался.

Глава 214

Так, значит, Атанасия приходила к нему все это время по одной единственной причине? Чтобы перекусить?

– Быть того не может...

– Что? – Феликс широко распахнул глаза, услышав тихое бормотание Клода.

Он смотрел на императора с недоумением, не ожидая услышать такой холодный тон.

Но Клод не дал ему никаких объяснений. У него внутри поднималось странное и неприятное чувство.

Хоть он и не думал, что это может быть правдой, от одной лишь мысли об этом в нем пробуждалось раздражение. Если бы это произошло год назад, Клод просто посмеялся бы и сказал: «Невиданная дерзость». Но теперь он не мог понять, почему чувствовал себя подавленным.

– Приведи завтра Атанасию в Гранатовый дворец, – холодно приказал он.

Феликс, не зная о терзаниях мужчины, просиял и поспешно спросил:

– Как прикажете, ваше величество. В обычное время?

– Да.

Феликс пришел в восторг от того, что у императора наконец стало меньше работы и появилась возможность проводить больше времени со своей дочерью. Следующие слова рыцаря заставили Клода задуматься.

– С вашего последнего чаепития с принцессой Атанасией прошло столько времени. Уверен, она будет в восторге. В последнее время ее высочество выглядит подавленной, поскольку не навещала вас.

– Атанасия выглядит подавленной?

– Конечно!

Клод снова постучал по подлокотнику. Прищуренными глазами он внимательно наблюдал за Феликсом.

– Разумеется, принцесса чувствует себя одинокой, ведь она не видела ваше величество уже целую неделю. Она даже пару дней назад спрашивала, почему от вас нет никаких новостей, – с широкой улыбкой продолжил Феликс. – Уверен, она спрашивала потому, что хотела увидеться с вами. Но, зная о том, что ваше величество сильно занят, ни разу не капризничала... Хоть принцесса Атанасия еще очень юна, она уже очень вдумчива.

Феликс принялся петь дифирамбы доброму сердцу Атанасии и ее безграничной заботе о Клоде.

– Атанасия это все сказала? – на лице Клода отразилось легкое сомнение.

– Да. Уверен, что она будет очень рада, когда я завтра утром приду за ней, – с яркой улыбкой ответил Феликс, словно желая, чтобы завтрашний день поскорее наступил.

Клод еще какое-то время изучал рыцаря взглядом, а затем махнул рукой.

– Ступай.

– Да, ваше величество.

Лицо Клода стало мягче. Разумеется, он сам этого даже не заметил.

* * *

Даже забавно, что такая мелочь могла столь сильно повлиять на его настроение.

Хоть расстояние между Клодом и Атанасией немного сократилось по сравнению с тем, что было год назад, между ними до сих пор оставалась непреодолимая стена. Именно поэтому присутствие девочки не могло ни осчастливить его, ни опечалить. Ведь она никогда не занимала весомого места в его сердце.

– Папа-а-а!

Вот о чем размышлял Клод, глядя на бежавшую к нему Атанасию.

Феликс снова нес ее на руках, но стоило ей увидеть Клода, как она спрыгнула и бросилась к нему.

Он не видел ее всего неделю, но казалось, что прошло гораздо больше времени. Ее длинные волосы развевались за спиной, а улыбка сияла, как и прежде.

– Папа, а вот и Ати!

Она улыбалась так же, как и в прошлый раз. Хотя последнее, что он запомнил, – это ее недовольный взгляд из-за запрета на сладости.

– Давно я не видел тебя такой.

Атанасия стремительно приблизилась к нему.

– Целую неделю. По странному совпадению я не видел тебя с того самого дня, когда Лилиан Йорк пришла ко мне поговорить о сладком.

От брошенных невзначай слов девочка вздрогнула. Но всего на мгновение. Сразу же после этого она посмотрела на Клода невинными глазами, словно ничего такого не было.

– Хе-хе-хе! Папа, я так соскучилась! Как от неба до земли! Вот та-а-ак!

Девочка раскинула свои короткие ручки и нарисовала круг. Она будто бы пыталась сделать его еще больше и даже приподнялась для этого на цыпочки.

Феликс, стоявший позади нее, расплылся в теплой, почти отеческой улыбке.

– Феликс.

– Да, ваше величество.

– Сто шагов назад.

– ...

Клоду это не понравилось, и он отослал Феликса туда, где его не смогли увидеть. Рыцарь выполнил приказ, но в его глазах читалось недоумение, словно он не мог понять, чем успел оскорбить императора.

Девочка же переводила удивленный взгляд с Клода на Феликса и обратно.

– Что такое? – Клод уставился на нее в ответ.

– Ладно, Ати и сама справится!

О чем она?

Клод нахмурился. Заметив это, она решительно надулась и поспешила к столу.

– Хм!

Клод лишился дара речи. Девочка подошла к стулу напротив Клода и принялась изо всех сил взбираться на него.

А ведь действительно, именно Феликс всегда помогал ей сесть на стул перед чаепитием. Но сегодня рыцаря почему-то отослали, и теперь никто не мог ей помочь.

Клод обернулся и увидел Феликса, издалека смотревшего на них. Он был напряжен. Казалось, ему хотелось сорваться с места и помочь девочке. Клод снова взглянул на Атанасию. Она все еще кряхтела и пыхтела. Щеки ее раскраснелись от усилий – было очевидно, что сама она не справится.

Почувствовав на себе взгляд Клода, она еще отчаяннее принялась забираться на стул. Он молча наблюдал за ней, потом неторопливо поднялся.

– С такими короткими ножками можешь даже не пытаться.

Он тут же поймал на себе недовольный взгляд. А может, ему показалось, ведь через мгновение она уже смотрела на него с мольбой во взгляде и тихонько скулила. Клод почувствовал неладное и потянулся к девочке.

Он взял ее на руки, как Феликс, и почувствовал исходивший от нее нежный аромат, смешанный с запахом травы.

Клод посадил ее на стул. Когда их взгляды встретились, девочка снова мило улыбнулась.

– Хе-хе-хе, спасибо, папа!

У него в груди что-то дрогнуло.

Клод отступил и сел на свое место. Он тут же подал знак горничным, которые ждали приказа.

– Несите.

– Да, ваше величество.

Через некоторое время перед ними оказались всевозможные сладости. Глаза девочки восторженно распахнулись.

– Ешь.

Клод не отрывал взгляда от Атанасии и поднял свою чашку с ароматным чаем. Девочка смотрела на него так, словно не понимала его.

– Спасибо за угощение!

Но вскоре, решив не смотреть дареному коню в зубы, она с горящим взглядом схватилась за вилку. Похоже, она была счастлива, что Клод, запретивший ей сладкое, теперь сменил гнев на милость.

Он наблюдал за тем, как она вонзила вилку в торт с клубничной начинкой.

– Выглядит вкусно.

– И на вкус вкусно!

Разумеется. Эти десерты готовил лучший дворцовый повар. Кроме того, Феликс сам говорил, что девочка целую неделю не ела сладкого. И все из-за Лилиан Йорк. Клод в итоге решил, что не обязан слушаться ее. У него в принципе не было никаких причин следовать образовательной политике Лилиан Йорк.

Подперев подбородок кулаком, он наблюдал за счастливой девочкой, а затем произнес:

– Глядя на то, с каким аппетитом ты ешь, я задаюсь вопросом, не приходишь ли ты сюда исключительно за сладким.

Услышав тихое задумчивое бормотание, девочка замерла с набитыми тортом щеками. Их взгляды встретились. Она на мгновение напряглась, а затем невинно улыбнулась, словно говоря, что она тут ни при чем.

– Вместе с папой они куда вкуснее!

– Но я не собираюсь есть с тобой торт.

Услышав решительный отказ Клода, девочка закашлялась, будто подавилась. Горничная, стоявшая неподалеку, тут же протянула ей чашку молока. Осушив ее одним глотком, девочка взглянула на Клода и, как дурочка, расплылась в широкой улыбке.

– Хе-хе, оказывается, папа тоже хочет поесть с Ати тортик!

Как так вышло?

– Я не люблю сладкое.

– Папа, скажи «а-а-а»!

Его брови изумленно взмыли вверх. Она внезапно протянула ему вилку с кусочком клубничного торта.

Но он ведь ясно дал понять, что не ест сладкое.

– Ати очень-очень нравится! Ати не может не поделиться с папой! Ведь Ати любит папу больше всех на свете! Очень любит!

Почему-то именно на последних словах она сделала особый акцент.

– Похоже, принцесса хочет лично угостить ваше величество своим любимым тортом, – шепнул подошедший Феликс. – Дети в возрасте принцессы часто делятся тем, что им нравится, с теми, кого они любят...

– Феликс. Иди туда, откуда пришел.

– Слушаюсь... – Феликс сник и отошел.

Клод снова посмотрел на девочку. Она все еще с улыбкой протягивала ему вилку.

Круглый чайный стол был не очень большим, так что если бы он подался вперед, то без труда смог бы дотянуться до угощения. Но с чего бы ему совершать такой постыдный поступок?

Он осмотрелся. Все слуги со смесью напряжения и предвкушения смотрели на Клода и Атанасию. Разумеется, как только они ловили на себе его взгляд, тотчас же вздрагивали и опускали головы.

Клод еще сильнее нахмурился и снова посмотрел вперед. Он и сам не мог понять, что чувствовал. Но это было не неприятное чувство, оно больше походило на легкую щекотку...

Плюх.

В этот самый момент кусочек торта упал с вилки. Белые взбитые сливки вместе с кусками бисквита прилипли к столу. Красная клубника на светлом фоне выглядела особенно ярко.

Глава 215

– ...

Невольно смутившись, Клод взглянул на лицо девочки.

Сама же она с открытым ртом смотрела на упавший кусок торта.

Присмотревшись, Клод заметил, что ее рука мелко дрожит. Она слишком долго держала ее на весу, но поначалу он понял это совсем иначе.

И не только он, ведь окружавшие их горничные тоже внезапно обернулись на Клода. Они словно забыли, кто он, и бросали на него неодобрительные взгляды. Будто он нарочно сбросил торт с вилки. Даже стоявший в отдалении Феликс смотрел на него полными потрясения глазами.

От этих взглядов Клод почувствовал себя последним подлецом, безжалостным и бесчувственным. Он открыл рот, чувствуя, что должен срочно что-то сказать.

– Стол грязный.

Вот и все, что он смог выдавить.

Взгляды в его сторону стали еще более осуждающими. Даже сам Клод был потрясен словами, что неосознанно слетели с его губ, и решил впредь держать язык за зубами.

– Ой... Ати не хотела. – Девочка принялась оправдываться, словно его слова ее задели.

Теперь взгляды горничных и Феликса были наполнены почти упреком. Когда Клод холодно на них зыркнул, они тут же опомнились и отвели глаза. Один лишь рыцарь смотрел на него с укоризной, которая чувствовалась даже с такого расстояния.

Клод проигнорировал его и снова отвернулся. Когда он снова пересекся взглядом с девочкой, Атанасия, до этого надувавшая губки, неловко улыбнулась.

– Хе-хе...

– ...

Теперь он был уверен: в ее взгляде не было и тени почтения. Скорее – что-то странное, едва уловимое.

– Ну, тогда Ати съест все сама!

Но стоило их глазам встретиться, как она расплылась в невинной улыбке, словно ничего и не произошло.

Ее слова заставили Клода призадуматься. Да, у него не было никаких причин принимать угощение. Но почему-то при виде сливок и кусочков бисквита на столе ему стало неуютно.

Да и девочка явно дулась на него. Именно так обиженные люди, по мнению Клода, отводили взгляд.

Он прищурился, вглядываясь в Атанасию. Та тут же заулыбалась еще шире и принялась торопливо двигать руками.

Стоявшие неподалеку горничные с жалостью поглядывали на девочку. Клоду резко захотелось их прогнать, ведь они действовали ему на нервы. Но он удержался. Он и сам заметил, что, когда дело касалось этой девочки, он становился гораздо чувствительнее.

– Вкуснятина! Хе-хе-хе! – Она снова ослепительно улыбнулась.

Клод заметил белую каплю взбитых сливок в уголке ее рта. Рука непроизвольно потянулась к ней... но он тут же нахмурился и опустил ее. Это было на него не похоже.

Первое за целую неделю чаепитие закончилось в молчании.

* * *

– Ваше величество, вы просто...

После чаепития Феликс медленно подошел к Клоду. Он выглядел настолько оскорбленным, словно император своим поведением задел именно его, а не принцессу.

– Умолкни.

Несмотря на приказ Клода, рыцарь продолжил нравоучения, чем еще больше действовал мужчине на нервы.

– Как вы могли так грубо отказаться от торта, которым прекрасная принцесса лично пыталась накормить ваше величество?!Она делала это из большой любви! Принцессу Атанасию, должно быть, это сильно ранило.

Но, раз уж он осмелился отчитывать императора, то сперва должен был выяснить правду.

Клод не отказывался от торта, предложенного девочкой. Пока он смотрел на него, десерт просто упал на стол.

Но ему самому было не по себе, поэтому он молча сверлил Феликса недовольным взглядом.

– Папа-а-а!

К нему подбежала Атанасия. До этого она сидела чуть поодаль на корточках и чем-то занималась.

После чаепития она частенько убегала вглубь сада, вместо того чтобы сразу вернуться в Рубиновый дворец. В такие моменты Клод и Феликс обычно беседовали и наблюдали за девочкой, игравшей среди белых цветов.

Сейчас Атанасия что-то держала в руке. Подбегая, она убрала руки за спину. Клод задумчиво наклонил голову, пытаясь понять, что она принесла. Феликс стоял рядом и лукаво посматривал на него, словно что-то знал.

Судя по всему, Атанасия намеренно прятала что-то от Клода, а Феликс пытался ему намекнуть...

На лбу Клода образовалась неглубокая морщина.

– Папа, это подарок для тебя!

Девочка подошла прямо к нему и с широкой улыбкой протянула ему руку. Он наконец увидел, что она прятала. Клод взглянул на нее и слегка приподнял брови.

– Ух ты! Какой красивый венок! – вместо него с энтузиазмом воскликнул Феликс.

– Ати думала о папе и очень старалась!

Перед Клодом оказался венок из цветов. Он ведь видел, как она возилась в углу сада...

Но даже так, венок. Она правда думала, что он его примет?

– Очень красивый, принцесса!

Феликс продолжал любоваться подарком девочки, при этом красноречиво зыркнув на Клода. Его посыл был настолько понятен, что Клоду из принципа захотелось поступить с точностью до наоборот.

– Он грубо сделан. А еще слишком мал для меня.

Взгляд Клода равнодушно скользнул по белому венку.

Он не придирался. Венок действительно был слишком мал, чтобы Клод смог его надеть. Он больше походил на браслет или ожерелье, а не на венок.

– Мал? Но Ати он в самый раз, – девочка наклонила голову, услышав слова Клода. – Как странно. Пап, неужели у тебя такая огромная голова?

Ему показалось? В ее голосе будто бы слышалась легкая издевка. Ее взгляд озадаченно перемещался с него на венок и обратно, как будто она искренне не понимала.

– Да, похоже, что венок действительно мелковат для его величества.

Похоже, происходящее забавляло Феликса, и он с улыбкой посмотрел на императора. Рыцарь даже осмелился на преступление: он взял венок из рук девочки и попытался надеть на Клода.

– Но если постараться, то, может, он и налезет...

– Феликс. Тебе жить надоело?

Разумеется, Клод не стал терпеть возмутительное поведение Феликса. Тот тут же вздрогнул, услышав зловещий голос. Он медленно опустил руку с венком, который собирался возложить на голову мужчины.

Наблюдавшая за ними девочка внезапно удивленно воскликнула:

– И правда! Голова у папы гораздо больше, чем у Ати! Гораздо! Она просто огромная!

– ...

– Ати и не знала, что у папы такая большая голова! Когда Ати вырастет, у нее будет такая же! Лоб будет размером с полную луну на небе, да?

У Клода дернулся глаз.

Да, девочка определенно не ведала страха. Но он и сам не знал, где именно пролегала черта, которую нельзя было пересекать. Но Клоду было неприятно осознавать, что подобная детская издевка могла его задеть.

– Папа! Папа! В следующий раз я сделаю его еще красивее!

Она снова улыбнулась, словно и не догадывалась о терзаниях Клода.

Но в его голову начали закрадываться сомнения. Неужели она действительно не понимала, что ее простые слова задевали его? Он не был уверен, что это просто детские шутки.

– А этот я подарю Феликсу. Папе он все равно не подходит.

– Правда? Вы правда отдаете его мне?

– Угу! Дарю!

Пока Клод наблюдал за непринужденной беседой этих двоих, его настроение по непонятной причине становилось все хуже.

– Что скажете, принцесса? Мне идет?

Венок был слишком мал для Клода. Он ну никак не мог прийтись впору и Феликсу. Ни один взрослый не мог носить венок, изначально сплетенный на голову ребенка.

Но Атанасия подарила его рыцарю, весело заметив, что раз он не подошел Клоду, то ему будет в самый раз. Феликс поспешно водрузил венок себе на голову.

– Ух ты! Феликс, он сидит просто идеально!

– Для меня огромная честь получить венок, который сплела сама принцесса.

Феликс с маленьким венком на голове выглядел, разумеется, как круглый идиот. Но девочка восторженно захлопала в ладоши и громко рассмеялась.

Так и не сняв венка, он отвел Атанасию в Рубиновый дворец.

– Просто смешно, – холодно бросил Клод вечером того же дня.

Рыцарь весь день носил венок, подаренный девочкой. Даже тогда, когда он пришел в кабинет Клода со своим ежедневным отчетом.

– Это лучший подарок, который я когда-либо получал в жизни.

В отличие от Феликса, буквально порхавшего по дворцу, настроение Клода было ниже плинтуса. И было очевидно, что причина крылась именно в венке.

– Принцесса попросила меня передать вам кое-что, – про должая улыбаться, Феликс протянул Клоду то, что все это время прятал за спиной. – Она изо всех сил плела в Рубиновом дворце специально для вас, ваше величество.

Это был венок из белых цветов.

– Она сделала его собственными руками, выбирая самые красивые цветы из сада рядом с Рубиновым дворцом. Ее высочество сказала, что белые цветы подойдут вам больше всего.

На лице Клода промелькнуло странное выражение.

– Все такой же неаккуратный.

Феликс тихо рассмеялся, решив, что Клод слишком строг. Через некоторое время рыцарь покинул кабинет, оставив императора в одиночестве.

Клод долго рассматривал белый венок, а затем медленно протянул к нему руку. Когда его пальцы коснулись лепестков, перед глазами пронеслись отголоски прошлого.

Сад между Рубиновым и Гранатовым дворцами. Белые цветы. Улыбка Дианы.

Именно эти белые цветы год назад пробудили в нем смутные воспоминания, которые он так старался забыть.

Венок, сделанный девочкой, был грубым и неряшливым. Но Клод долго и осторожно держал его в руках.

Повинуясь странному импульсу, он наложил на него защитное заклинание и спрятал в укромном месте. Этот секрет он заберет с собой в могилу.

Что произойдет, если Лукас из другого мира пересечет измерения

Глава 216

Край света.

Именно здесь, где пространство окутывала мощная магическая сила, пронизанная радужной дымкой, возвышалось Мировое древо или, как его еще называли, Древо Богов.

Именно здесь, куда редко ступала нога человека, появился злоумышленник.

– Давно не виделись, Мировое древо.

Ву-у-уш!

Мировое древо было потрясено появлением красивого юноши с черными волосами и рубиновыми глазами.

– А, так ты тоже радо меня видеть?

Вуш!

Если бы Мировое древо могло говорить, оно наверняка закричало бы: «Что за вздор?!»

Юношу, появившегося перед Мировым древом, звали Лукас. Но он был не простым юношей. Он – великий маг Черной башни.

Ему нельзя было дать больше девятнадцати лет, но на самом деле он был гораздо старше. Мировое древо помнило его. Именно Лукас заявился сюда несколько столетий назад и устроил переполох, когда увидел, что плоды еще не созрели.

Но он был все еще жив. Настоящий таракан в человеческом облике.

От Мирового древа исходила негативная энергия.

– До сих пор мне хватало магической силы священного зверя принцессы, но теперь надо срочно пополнить свои запасы.

Лукас криво усмехнулся, вспомнив их прошлую встречу. От него пошла такая мрачная энергия, что древо невольно вздрогнуло.

Он со злостью стиснул зубы, вспомнив то унижение, что испытал, когда его безжалостно растоптал его двойник из другого мира. Даже сейчас, спустя все это время, он просыпался среди ночи и в ярости скидывал с себя одеяло.

И каждый раз, когда он злился, с карты приходилось стирать очередную разрушенную горную гряду.

Да.

Это был тот самый параллельный мир, в котором совсем недавно побывали Атанасия и Лукас.

– Но кое-что полезное я у того подонка все-таки узнал.

На лице Лукаса появилась еще более широкая улыбка. И очень злая. Обычно так он выглядел в те моменты, когда планировал что-то масштабное.

– Нет ведь никаких причин, чтобы не съесть то же, что и он. Верно?

Его голос был зловещим, но Мировое древо лишь фыркнуло про себя.

Глупый человечишка! Он опять явился не вовремя! Плоды уже давно созрели и успели опасть. Так что же он надеется съесть? Пусть подбирает с пола объедки! Ха!

Мировое древо пришло в восторг, оживленно затрясло ветвями и завыло. Гул все нарастал.

Похоже, оно смеялось над Лукасом. Но кое в чем Древо просчиталось.

Лукас пришел не за плодами. А Древо потешалось так, что окружавшее его пространство содрогалось, и совершенно не подозревало о своей мрачной участи.

Со злой улыбкой юноша сорвался с места и полетел к Мировому древу. Оно неловко рассмеялось, заметив внезапную атаку.

Ву-у-уш!

Нападай сколько хочешь, фрукты не появятся! Это бесполезно!

– Да кому нужны эти фрукты? – зловеще рассмеялся Лукас, словно прочитав мысли Древа.

Бах!

Острое магическое лезвие отсекло ветвь Мирового древа.

И лишь в это мгновение Древо поняло истинный замысел Лукаса.

Шух! Ба-бах!

Когда Мировое древо пришло в неистовство, от него во всех направлениях начали распространяться волны мощной магии, создавая ужасный шум.

И он не стихал очень долго.

Но в конечном итоге победителем оказался Лукас.

Уо-о-о!

Мировое древо завыло, роняя капли сока на то самое место, где Лукас вырвал ветвь, – совсем как Древо из другого мира.

Оставив его страдать, Лукас ушел. Ведь он уже и так обрел большую силу.

«Я пойду за вами. В ваш мир».

«Жди меня. Я обязательно найду тебя».

И это все ради обещания, данного девушке, исчезнувшей из его жизни, как вспышка.

Так началась история о том, как Лукас из одного мира отправился в длительное путешествие, чтобы встретиться с Атанасией из другого мира.

* * *

Лукаса кольнуло беспокойство, смешанное с отвращением. Он ощутил резкие потоки маны – точно такие же, как в тот день, когда открыл портал в другой мир, чтобы найти Атанасию.

– Хм?

Его рубиновые глаза опасно блеснули.

Очевидно, что кто-то открыл дверь между мирами. И только один человек был способен на подобное...

– Я из другого мира.

У Лукаса не было никаких сомнений. Он был убежден, что иначе и быть не могло. Но вот что вызывало у него вопросы, так это причина его появления.

– Тот самый хмырь?

Хмырь, которому хватило наглости позариться на ту, что принадлежала ему. Он пытался еще говорить Атанасии всякий бред о том, что обязательно ее найдет. Значит, это он открыл проход между мирами?

Между бровями Лукаса образовалась глубокая складка. Он незаметно цокнул языком.

Надо было прибить его еще тогда. Видимо, ему не хватило взбучки, раз он все еще не мог мыслить здраво. А раз ему удалось открыть проход между мирами, даже будучи жалкой копией, значит, он поглотил ветвь Мирового древа.

Хм. Может, на этот раз действительно его убить? Он совершенно не ценил свою жизнь, раз так рвался сюда.

Лукас боролся с сильным искушением, но в итоге решил этого не делать.

Шевельнув пальцами, словно перебирая невидимые нити, он собрал в ладони мощный сгусток маны. Пути между мирами теперь переплелись и запутались.

Да, не было смысла марать об него руки.

Лукас был весьма впечатлен собственным милосердием, оставив жалкую муху в живых, хотя ему и не очень нравилось так думать о другому себе.

Но, на самом деле, он просто не хотел отвлекаться от девушки, сидевшей рядом.

– Что ты только что сделал? – спросила его Атанасия.

В ее руке был куриный шашлык, который она усердно уплетала.

Они улизнули из дворца на свидание. Конечно, если бы девушка услышала это слово, то начал бы яростно это отрицать.

По официальной версии они скрыли свои личности и отправились в город, чтобы провести секретное расследование, как живут обычные люди. Разумеется, в это верила только она, а Лукас не стал ее переубеждать.

В подтверждение ее теории они сперва гуляли среди толп людей, а теперь взобрались на часовую башню, откуда открывался прекрасный вид, и наедине любовались красотами.

Лукас встретил подозрительный взгляд Атанасии и сделал вид, будто ничего не понял.

– Ты о чем? Я ничего не делал.

Она тут же посмотрела на него с выражением: «Ты серьезно?»

– Думаешь, я совсем дурочка? Ты только что использовал ману!

Но Атанасия лишь пристально смотрела на него, словно желая показать, что не верит ни единому его слову.

Лукас был немного удивлен.

Он использовал магию с особой осторожностью, чтобы не привлечь ее внимания, а она так быстро это заметила? Да уж, научил на свою голову... Но это не так уж и плохо. Она показала себя как неплохая ученица.

Если бы он сказал ей это вслух, она бы обиделась. Но для Лукаса это был искренний комплимент.

– Я что, тебя не знаю? Ты только что злобно ухмылялся! Именно так ты делаешь либо перед какой-нибудь пакостью, либо сразу после. Живо выкладывай, что ты натворил, – строго потребовала Атанасия. Судя по всему, она жутко гордилась собой, ведь разгада ла ложь Лукаса.

– Всего лишь прогнал назойливую муху.

– Что... неужели за нами кто-то следил?

Хм, наверное, они действительно много времени проводили вместе. Она мгновенно поняла, что речь не о насекомом.

– Мы ведь сюда телепортировались? Может, папа кого-то по дослал?

Лукас не мог не рассмеяться, когда она с удивленными глазами и набитыми щеками начала озираться по сторонам.

– Стой, но если его послал папа, то его нельзя было...

– Ничего такого. Это действительно была обычная муха. Тебе не о чем беспокоиться, принцесса.

С этими словами Лукас протянул руку, стер с губ Атанасии капельку приправы и облизал пальцы. Девушка на мгновение замерла, а затем поспешно отодвинулась от него.

– Зачем ты это сделал?!

– Я просто вытер тебе рот.

– Для этого не обязательно было облизывать пальцы!

Поскольку она неосознанно воспользовалась телепортацией, они оказались на разных концах часовой башни. Но даже с такого расстояния он отчетливо видел ее пунцовое лицо.

Его забавляло то, как бурно она реагировала на любое его действие.

Так что пока что все было нормально...

– Пора начинать привыкать, – Лукас телепортировался к девушке, теперь расстояние между ними стало еще меньше, чем было. – Я еще столько всего хочу с тобой сделать.

В топазовых глазах Атанасии читалось неприкрытое смущение, и он с удовольствием протягивал каждое слово.

– Т-ты ч-что... Ты что вытворяешь?!

Шлеп!

В конце концов она стукнула Лукаса, но он лишь рассмеялся. Настроение у него было отличное.

Ну что ж, времени у них еще много.

Он был готов ждать столько, сколько его неторопливой принцессе потребуется.

Хотя Лукас и сам не знал, насколько хватит его терпения.

* * *

Пока Лукас этого мира наслаждался компанией Атанасии, Лукас из другого мира был в ярости.

– Какого хрена?!

После поглощения ветви Мирового древа он обрел небывалую силу, открыл проход между мирами и отправился искать следы, оставленные другим Лукасом. Но в тот самый момент, когда ему показалось, что он нашел зацепку, пространство вокруг него исказилось.

Через миг Лукаса подхватил шквал ветра.

Ослепительный свет, заполнивший все вокруг, погас, и юноша поморщился. Путь между мирами, прежде прямой и ясный, внезапно начал размываться.

Кто мог совершить подобное?..

«Только я из другого мира!»

Мысли Лукаса из другого мира вторили мыслям Лукаса из этого. От злости он стиснул челюсти, а странное сияние окончательно потухло.

Лукаса выбросило в неизвестное измерение.

Глава 217

Очнувшись, он увидел над собой зеленые листья и голубое небо между ними.

Он оказался в кустах.

– Черт, похоже, я не туда повернул...

Шурх!

И тут неподалеку послышался шум.

– Принцесса, куда вы вдруг побежали?

– Я почувствовала в этой стороне знакомую ману!

Принцесса? Неужели та самая принцесса, которую он искал?..

Нет, невозможно. Ведь донесшийся до него голос был слишком юным.

Он попал в другую страну?

Лукас нахмурился, наложил на себя заклинание невидимости и сгустил тени. Но похоже, слишком поздно, ведь через мгновение кто-то внезапно просунул голову в куст.

Лукас совершенно не ожидал увидеть лицо, которое появилось перед ним.

Девочке на вид было не больше десяти. Его внимание сразу привлекли ее топазовые глаза, сверкающие среди листвы, как драгоценности.

А? Топазовые глаза?

Лукас вздрогнул.

Выходит, он все-таки попал в Обелию.

– Нашла! – воскликнула девочка, странным образом глядя на него, хотя он и воспользовался магией невидимости.

Более того, она протянула ладошку и взяла его за руку.

Лукас впал в ступор.

Он внимательнее присмотрелся к девочке и окончательно лишился дара речи.

Топазовые глаза однозначно выдавали в ней наследницу императорской семьи Обелии, но... Как бы он ни смотрел на ее черные волосы с синим отливом, они выглядели точь-в-точь как у него. Да и ее красивые черты лица кого-то ему до боли напоминали...

Пока Лукас был погружен в свои мысли, девочка широко улыбнулась и спросила:

– Ты чего тут делаешь, папа?

– ?!

Услышав обращение, которое никогда даже не думал услышать в свой адрес, Лукас почувствовал себя так, будто его облили холодной водой. Сперва он подумал, что это какая-то ошибка, но чем пристальнее всматривался в лицо девочки, тем сильнее росло смятение.

– Ты захотел поиграть в прятки? Так уж и быть, я с тобой пои граю, папа!

Девочка наклонила голову, не замечая его замешательства, и с независимым видом кивнула, будто делает ему одолжение.

– Милая моя, ты кого сейчас папой называешь?

Тут над ними раздался хрипловатый голос. Он показался Лукасу странно знакомым. Затем кто-то вытащил девочку из куста.

– Ой? А папы теперь два!

Из-за солнечного света Лукас не сразу смог рассмотреть лицо незнакомца, державшего ребенка. Но он каждой клеточкой чувствовал, что тот смотрит прямо на него.

– А, опять ты? – в его голосе слышались одновременно скука и насмешка. – Мне показалось, что тут витает знакомая неприят ная мана.

Лукас медленно приподнялся и услышал, как незнакомец цокнул языком. Теперь он увидел его лицо.

– Ну что, давненько не виделись.

Когда Лукас встретился взглядом с точной копией себя, ему показалось, что он смотрел на собственное отражение. Второй мужчина ухмыльнулся в знак приветствия.

Перед ним стоял другой Лукас.

Неужели он?..

Судя по всему, это был тот самый подонок, который украл Атанасию прямо у него на глазах... Но он как-то изменился.

А тут еще и эта девочка...

Холодный взгляд Лукаса был прикован к ребенку, сидевшему на руках у другой версии его самого.

Девочка, ужасно похожая на Лукаса, смотрела то на мужчину, который держал ее, то на того, кто только что вылез из куста. Остановившись на Лукасе из куста, словно в чем-то удостоверившись, она ткнула в него пальцем и торжественно заявила:

– Вон то – не мой папа!

– Естественно. Ведь твой папа – я.

По спине Лукаса пробежал холодок.

В голосе двойника слышались ласка и тепло.

– Тогда это твоя кукла? Снова хочешь подшутить над мамой?

– Ага, я о него ноги вытираю.

– Ха! Я так и знала!

Полный бред и бессмыслица. Но Лукас так давно отвлекся на кое-что другое, что даже не успел возразить.

Смотря на них рядом, он не мог не признать очевидное: девочка и правда была на него похожа – не только внешне. Даже в манере говорить...

...И это он из другого мира?

Откуда взялись этот ласковый взгляд и нежный голос, от которых Лукаса выворачивало? Он был так потрясен, что даже не пытался вылезти из куста, в котором все еще сидел.

В этот же момент Лукас, державший на руках ребенка, бросил на него ледяной взгляд, словно в его глазах не было никакого тепла мгновения назад, и резко заговорил:

– Глаза закрыл. Нечего пялиться на мою дочь.

Хм, похоже, это все же он.

Лукас уставился на него, как баран. Мужчина с тяжелым вздохом опустил девочку на землю и отправил ее поиграть с мамой или дедушкой.

– А ты, пап?

– А мне надо кое о чем перетереть с ковриком для ног.

Девочка несколько раз кивнула словно все поняла, и, прыгая, побежала прочь. Черные пряди весело взлетали за ней.

– Ладно! Я пойду поиграю, а ты хорошенько вытри о него ноги!

...Вот гаденыш. Что же он обычно говорил при ней, что она даже глазом не моргнула и просто сказала вытереть о него ноги?

Лукас из этого мира с теплой улыбкой проводил девочку взглядом, а затем посмотрел на сидевшего в кустах двойника. Выражение его лица моментально охладело. Резкая смена настроения заставила Лукаса собраться.

– Хм, мы ведь лет пятнадцать не виделись? – Когда он заговорил, Лукас из другого мира напрягся. – И ты все это время скитал ся между мирами, так и не найдя желаемого?

На его лице заиграла насмешливая ухмылка, а в глазах сквозило презрение, смешанное с жалостью.

– Тц-тц-тц, ну как же так? Я бы точно со стыда сгорел. Настоящий позор для Лукасов всех измерений. Отныне никому не называй своего имени.

Никаких сомнений не осталось. Этот подонок – не тот подонок.

– Да пошел ты! Мы вообще не знакомы, так какого фига ты говоришь так, словно мы закадычные друзья?!

Но этот раздражал его не меньше того, которого он встретил в своем мире. Мужчина взглянул на него с еще большим недовольством, чем только подлил масла в огонь его раздражения.

– Что, у тебя уже деменция? Ты вообще-то тут уже бывал.

– Но я впервые открыл проход между мирами!

Лукас на мгновение задумался, а затем заговорил так, словно его осенило:

– А, в тот раз приходил не ты, а кто-то еще из другого мира?

Вполне возможно, ведь во всех мирах время текло по-своему.

Даже если между двумя перемещениями прошел всего месяц, в конкретной точке они могли разминуться на целых пятнадцать лет.

По крайней мере, это объяснение звучало убедительнее, чем то, где Лукас – идиот, который не мог нормально перемещаться между мирами и дважды попал в одно и то же место.

– Ну, в целом мне плевать, – вскоре двойник раздраженно нахмурился. – Если просто ошибся адресом, то проваливай. Не мешай.

Похоже, он тоже недолюбливал себя из другого мира.

И все же этот Лукас казался немного старше, как будто бы более зрелым, чем другие. А может, дело было вовсе не в нем.

Перед глазами до сих пор стояла та девочка.

На самом деле ему не следовало здесь задерживаться. Но вместо того чтобы открыть еще один проход между мирами, он задумчиво пожевал губу, а затем спросил:

– Та девочка... Она твоя и принцессы?

Он понимал, что это глупый вопрос, ведь он уже прекрасно знал ответ. Но ему странным образом хотелось услышать его непосредственно из уст самого Лукаса.

Его родной ребенок.

Он о подобном не смел даже думать.

Лукас этого мира тупо рассматривал его, а затем расплылся в хитрой ухмылке.

Словно он знал наверняка, почему другой «он» задал ему подобный вопрос.

Вуш!

Вместо ответа между двумя Лукасами возникла дверь, залитая светом. Лукас этого мира сказал другому себе, только начавшему свой путь между мирами:

– Здесь ты не найдешь той, которую ищешь. Так что проваливай уже.

Шу-у-ух!

Опять все залил яркий свет. Лукасу пришлось снова пересечь врата миров.

Ослепительная волна подхватила его.

Однако мага одолевала целая буря чувств, поэтому он не мог даже злиться на свое другое «я», удалявшееся от него. Оставалось лишь смотреть, как врата захлопываются.

* * *

Вдалеке послышался колокольный звон.

Свет постепенно померк, а со всех сторон доносился шум.

– Что это только что было?

Врата между мирами выплюнули Лукаса и исчезли, но похоже, кто-то из глазастых зевак успел его заметить.

– Наверное, из дворца?

– А, точно. Может, маги решили заранее устроить праздничный салют?

Похоже, он оказался где-то у рынка. Вокруг было ужасно шумно.

Лукас лежал на крыше здания. Он поднял руку, словно пытаясь защититься от ослепительного света, а затем резко сел.

– Дерьмо.

Лукас злился на самого себя.

Его настолько потрясло увиденное в том мире, что в итоге он повел себя как полный идиот. Он и не знал, что может так.

В другом мире у него есть дочь.

Просто уму непостижимо. Неудивительно, что он так отреагировал. Но теперь Лукас был уверен, что ничто не сможет выбить его из колеи.

Он поднял голову и увидел перед собой знакомый императорский дворец. Похоже, он снова благополучно попал в Обелию. Маг быстро телепортировался, чтобы проверить, в этом ли мире та, которую он искал.

– Может, нам просто закрыть магазин сегодня?

– В такой день как раз и надо работать. Смысл его закрывать?

– Но ведь сегодня свадьба принцессы Атанасии. Надо хотя бы выпить за ее здоровье!

...Нет. Точнее было бы сказать, что он собирался телепортироваться.

– Что вы только что сказали?

– Божечки!

– А-а-а!

Люди взвизгнули. Лукас спрыгнул прямо с крыши, еще и вверх ногами. Он мрачным тоном спросил:

– Чья сегодня свадьба?

Глава 218

– Н-ну-у-у...

Люди в панике присели, но все же ответили. Лукас, не сказав ни слова, исчез – телепортировался.

Он направлялся туда, где вот-вот должна была начаться свадьба принцессы.

* * *

Коридор, который вел к комнате ожидания невесты, был украшен благоухающими цветами, кружевами и сверкающими драгоценностями.

Вскоре в нем послышались тяжелые шаги. Из-за угла появились Клод и Феликс.

Сегодня состоится свадьба единственной принцессы Обелии Атанасии, и по приказу императора Клода она пройдет с невиданной пышностью.

Однако в этот светлый день сам Клод пребывал в ужасном расположении духа.

Разумеется, он не показал этого при Атанасии, с которой только что встречался. И, похоже, довольно убедительно.

– Феликс.

– Да, ваше величество.

– Похоже, дуракам действительно иногда везет, – пробормотал он, вспоминая наглеца, с которым пересекся по пути от дочери. – Она сделала свой выбор в пользу того, кто совершенно забыл свое место и вечно крутился вокруг нее. Он будто бы собрал в своем кулаке все везение мира.

Причина столь дурного настроения Клода заключалась в том, что ему не нравился жених его дочери.

– Я изначально не должен был позволять этому юнцу сближаться с Атанасией.

Он винил себя за прошлую ошибку, когда позволил ей завести себе такого высокомерного друга. Но уже было слишком поздно сожалеть.

Феликс, шагавший рядом с ним, мягко улыбнулся, глядя на Клода:

– Ваше величество, кого бы ни выбрала принцесса Атанасия, вы бы все равно остались недовольны.

Феликс был совершенно прав. Клода наверняка не устроил бы ни один кандидат.

В напутствие жениху Клод по-дружески напомнил: если тот заставит его дочь пролить хоть одну слезу, он убьет его тысячью способов, о которых нельзя даже говорить.

Но тот засранец даже не дрогнул. Вместо этого он посмел лениво улыбнуться, а потом бесстрашно заявил, что они с Атанасией будут жить долго и счастливо.

Клод скривился, вспомнив разговор, состоявшийся совсем недавно. Вокруг будто сгустилась ярость. Но он изо всех сил сдерживал свою жажду крови.

Что же он за отец такой, если не мог искренне пожелать своей дочери счастья в такой день?

Однако от мысли о предстоящей свадьбе у него на сердце становилось тяжело, он чувствовал пустоту внутри. Клод замедлился и подумал о Диане.

* * *

Шух!

Лукас очутился прямо перед комнатой ожидания. Прислуга у двери вздрогнула при его появлении, но горничные тут же его узнали и поспешно склонились в почтительном приветствии:

– Здравствуйте, маг Черной башни!

Одна из них поспешно скрылась за дверью, где была принцесса, чтобы доложить о его прибытии.

– Какой сюрприз, – голос, обратившийся к нему, принадлежал не слугам. – Не ожидал тебя здесь увидеть. Я думал, что тыне придешь на свадьбу.

Лукас обернулся и увидел перед собой юношу в элегантном костюме. Залитый солнечным светом, он сегодня выглядел особенно ослепительно. Наверное, из-за официальной одежды, подобающей случаю.

Иджекиил Альфиос.

Лукас видел его несколько раз в своем мире. Но у него не было ни малейшего намерения с ним разговаривать, поэтому маг проигнорировал юношу и направился к комнате принцессы.

Однако кое-что в его словах все же задело Лукаса.

Похоже, юноша принял его за Лукаса этого мира. Почему он думал, что маг не будет присутствовать на сегодняшней церемонии?

Как жених мог не прийти на собственную свадьбу?

И тут он обратил внимание на его костюм. Нет, погодите, то был не обычный костюм...

– Чего?! – Лукас просто рассмеялся от нелепости ситуа ции. – Неужто жених – ты?

Иджекиил слегка нахмурился, словно посчитал такой вопрос донельзя странным.

– Все продолжаешь отрицать реальность?

Ха, обалдеть.

Похоже, женихом действительно был не Лукас, а Иджекиил. И, судя по холодному взгляду юноши, Иджекиил и Лукас были своего рода соперниками.

– Если собираешься нести чепуху, то лучше бы и вовсе не при ходил, – тихо пробормотал он себе под нос.

В его словах слышался легкий цинизм, да и тон был на удивление враждебным.

Хотя даже в мире Лукаса между принцессой Атанасией и Иджекиилом Альфиосом что-то было. Когда принцесса, явившаяся из другого мира, исчезла, Лукас разок заглянул во дворец.

Принцесса Атанасия продолжала заниматься государственными делами вместо императора Клода, впавшего в многолетний сон. А Иджекиил Альфиос, несмотря на возражения своего отца, открыто ее поддерживал. В результате они стали много времени проводить вместе, и в какой-то момент между ними будто бы даже возникли чувства.

Если бы Лукас любил принцессу из его мира, а не из другого, то он бы ни за что этого так не оставил. А в этом мире, похоже, Лукас и Иджекиил сражались за принцессу Атанасию... Но в итоге роль жениха досталась именно Иджекиилу.

«И что в итоге? В этом мире я проиграл вообще какому-то левому парню?»

Лукас тихонько фыркнул.

В предыдущем мире у его двойника родилась дочка, и вообще все шло как по маслу. Да, Лукас из этого мира и предыдущего – разные люди, но ему все равно было приятно, что другой Лукас оказался неудачником. Вместе с тем он испытывал раздражение, что другой «он» проиграл какому-то щенку.

– Но... она будет рада тебя видеть, – с обреченным вздохом сказал Иджекиил, пока Лукас был погружен в собственные мысли. – Иди, пока не поздно.

– Мне не нужно твое разрешение, – ответил он так, словно слова парня были плохой шуткой. – Но ты уверен? А что, если я войду внутрь и похищу ее?

Когда Иджекиил рассмеялся, Лукас был потрясен до глубины души.

– Сомневаюсь, что тебе хватит духа сделать нечто подобноеи навлечь на себя гнев принцессы.

От его невозмутимого голоса кровь в венах Лукаса вскипела.

«А если я разнесу здесь все к чертовой бабушке?»

Каким же слабаком был Лукас этого мира, что с ним так разговаривали?

Щелк.

По счастливой случайности именно в этот момент открылась дверь в комнату невесты. Из нее вышла горничная и поклонилась:

– Маг Черной башни, принцесса ждет вас.

* * *

Лукас вошел в комнату ожидания невесты.

Она была украшена столь же богато, как и коридор снаружи. Впрочем, чего еще ждать от свадьбы принцессы.

– Лукас!

Как только он вошел, из-за украшенной цветами вуали появилась она.

– Ты говорил, что не придешь на свадьбу, поэтому я подумала, что меня разыгрывают.

Когда он услышал переполненный радостью голос, к нему подошла принцесса Атанасия в ослепительно белом свадебном платье. За ней следовали горничные, придерживавшие подол ее длинной юбки.

Она была великолепна. Но Лукас не почувствовал ничего.

– ...Если бы я нашел тебя, то не задумываясь, украл бы перед церемонией.

– Что ты такое говоришь? – неловко рассмеялась девушка в ответ.

Но парню не хотелось тратить здесь больше времени, чем нужно. Он чуть склонил голову и попрощался с принцессой Атанасией этого мира:

– Живи с этим типом хоть тысячу лет, хоть до посинения.

– Эй, что это за поздравление такое?.. Стой, ты уже уходишь? – почувствовав неладное, девушка попыталась его остановить.

Вуш!

Но Лукас уже воспользовался магией, чтобы убраться подальше. Девушка недовольно поджала губы.

Вуш!

На том же самом месте появился другой Лукас.

– А? Я думал, что мне показалось, но похоже, я не ошибся. Что тут стряслось? Здесь какая-то отвратительная мана... – спросил он, нахмурившись, а затем внезапно умолк.

Он не мог оторвать взгляда от Атанасии в свадебном платье.

Однако девушка не знала, что к ней приходил Лукас из другого мира, и ошеломленно смотрела на вновь появившегося мага.

– Отвратительная мана? Сам ведь ей только что воспользо вался!

– Что? Я?

– А кто еще?! Вошел, поздравил и исчез! Это ты так надо мной шутить пытаешься? Обязательно делать это именно сегодня?!

Разумеется, Лукас совершенно не понимал, о чем говорила Атанасия.

– Я думала, что ты правда ушел насовсем! А ведь я хотела тебе кое-что сказать...

– Хотела мне что-то сказать? И что же?

Вопрос мага заставил девушку замяться. Наконец она с трудом произнесла то, что так долго хотела ему сказать.

– Сегодня... – Она собралась с духом. – Спасибо, что пришел сегодня, дурак.

Слова были адресованы человеку, который был ее самым близким другом детства.

Лукас застыл. Все, что волновало его секунду назад, исчезло. Он молча смотрел на девушку. Она была так прекрасна в свадебном платье, что он потерял дар речи.

...Как же больно осознавать, что сегодня ее руку будет держать не он. Что в зал она войдет не с ним.

Но даже если Атанасия выбрала не его...

– Дурында. Как можно благодарить за такое?

...это не отменяло того факта, что он ею дорожил.

– Ведь если я не приду на твою свадьбу, то кто? Я твой един ственный друг.

Лукас спрятал истинные чувства за привычной усмешкой.

Атанасия улыбнулась ему. И он подумал, что оно того стоило.

Глава 219

Вуш!

Лукас телепортировался из комнаты и тут же открыл проход между мирами. Перед глазами вспыхнул яркий свет.

Он, конечно, мог открыть его и в комнате, но тогда был шанс утащить с собой посторонних. В целом Лукаса не волновало, попадет ли он в другой мир или будет целую вечность блуждать в проходе между мирами. Он просто не хотел, чтобы в запутанных путях межмирья слонялись случайные люди.

Ему и так было трудно найти следы тех двоих, кто первыми прошли здесь.

«Тц, еще и этот мир мне настроение испоганил».

Лукас прошел через проход, вспоминая лицо того юнца. В нем зародилась неприязнь к Иджекиилу Альфиосу, на которого в своем мире он и внимания не обращал. Он даже подумал, не вернуться ли и не поколотить его как следует, но уже вышел на свет.

Вуш!

Лукас оказался в очередном мире.

Во всех измерениях он встречал своего двойника и принцессу Атанасию. Временами он сталкивался с императором Клодом, Иджекиилом и химерой с топазовыми глазами, имя которой он даже и не вспомнит.

Но больше всего на нервы действовали Лукасы других миров. У всех был отвратительный характер, и стоило им только увидеть его, как они начинали грызться, как кошка с собакой.

Только один раз, в его первом перемещении, все обошлось. Тот Лукас был спокойнее. Видимо, дело в том, что он стал отцом.

Сперва он думал, что так вышло потому, что тот Лукас уже сталкивался с подобным. Но похоже, дело было не только в этом. Тот Лукас был не единственным, кто уже встречал свою другую версию.

Лукаса бесило, что его принимали за какого-то подонка. Все попытки объясниться заканчивались боем. Поэтому он без малейших зазрений совести молча избивал их до полусмерти. Те, кто не поглотил ветвь Мирового древа, ему и в подметки не годились, а сражения с теми, кто поглотил, почти всегда заканчивались ничьей.

Со временем ему это надоело. Он стал избегать конфликтов, лишь проверял лицо Атанасии – и сразу уходил в следующий мир. Похоже, высокомерие и бесстыдство были характерными чертами всех Лукасов.

Лукас цокнул языком, считая, что он единственный нормальный среди них. Конечно, ему и в голову не приходило, что другие считали ровно так же.

С тех пор он так и перемещался из одного мира в другой.

– Странно.

Тут у него возникли сомнения.

Он поглотил ветвь Мирового древа, которая, по сути, давала ему в два раза больше силы, чем священный зверь из его мира. Более того, он поглотил ману принцессы, так что с точки зрения чистой силы он должен был быть сильнее его.

«Так почему тот подонок лучше меня?»

Когда он понял, что поиски снова не увенчались успехом, в нем забурлило негодование.

Странно, что после небольшого переплетения нитей он до сих пор безрезультатно бродил по мирам. И тут внезапно Лукаса осенило.

А что, если... тот подонок за время своих странствий съел что-то еще?

Сначала он сомневался, но чем больше думал, тем правдоподобнее звучала эта теория.

Топ.

В этот момент кто-то вошел в комнату, в которой он остановился. На самом деле он с самого начала был не один.

– Я сдаюсь.

Женщина, тихо плакавшая в своей комнате, вздрогнула от внезапного появления мужчины. Он подошел к ней, схватил за плечи и заговорил голосом, полным боли. Его отчаяние было столь сильным, что невозможно было не понять: он страдает.

– Ты меня с самого начала обвела вокруг пальца. Если ты этого хочешь, я буду умолять тебя.

Это был не кто иной, как император Клод. Женщину перед ним Лукас видел впервые, но с первого взгляда понял, кто она.

– Почему... Почему вы так говорите?

– Если я этого не сделаю, ты меня покинешь.

Красивая женщина со светлыми длинными локонами и сиреневыми глазами.

Диана, мать Атанасии. Он попал в мир, где принцесса Атанасия еще не родилась.

Мощная мана в утробе женщины, несомненно, была той же, которую Лукас поглотил в своем мире. Именно поэтому он сразу понял, кто это. Похоже, магическая сила ребенка была слишком высока, и женщина слабела с каждым днем.

«Вот почему она умерла так рано», – равнодушно подумал Лукас.

Но искал он не ребенка в утробе. Не было ни единой причины тратить время на просмотр чужой драмы.

Лукас мог в любой момент открыть проход между мирами. Его удерживало лишь нежелание впустую тратить эту мощную магическую силу.

«Может, мне просто ее поглотить? Тогда принцесса Атанасия, которая появится на свет, не станет магом... Но от отсутствия маны не умрет», – размышлял Лукас.

Кроме того, принцесса Атанасия из его мира тоже не могла колдовать из-за того, что он поглотил ее священного зверя. А этой даже повезет – ее мать выживет, ведь девочка лишится своей магии еще в утробе.

По-настоящему бессовестная затея, но Лукаса никогда не трогали жизни других людей. Он без колебаний воплотил свой замысел.

Буш!

– Хм?

Наполненные слезами глаза Дианы распахнулись, когда она почувствовала, что магия покидает ее тело.

– Что это вдруг?..

Клод тоже почувствовал изменение.

Он поспешно окружил женщину своей магией из страха, что это может как-то ей навредить. Но Лукаса, поглотившего ветвь Мирового древа, ничто не могло остановить.

Маг решительно высушил всю магию и без колебаний покинул это место, совершенно не заботясь о том, перепугались те двое или нет.

Он вновь открыл проход в другой мир.

* * *

После того случая Лукас увеличивал свою магическую силу в каждом мире.

– Эй, отдавай свою ветвь.

Разумеется, лучшим способом оставалось поглощение ветви Мирового древа.

Ву-у-уш!

Мировое древо взревело, увидев Лукаса. Он так нагло требовал ветвь, словно оно растило их только для него.

Если бы Атанасия это увидела, она бы отругала его и назвала это все кощунством.

Древо отказалось покорно отдавать ветвь, и на краю света вновь разгорелась жестокая битва. Разумеется, победителем вышел Лукас.

Так с каждым переходом в новый мир Лукас становился все сильнее. Со временем на перепутье дорог в миры все четче проступали следы.

Лукас холодно улыбнулся и пошел по ним.

Теперь цель была прямо перед ним.

* * *

– Ха.

В это же время Лукас, за которым уже долгое время велась охота, тоже заметил, что кто-то приближается. Он чувствовал, как с той стороны прохода к нему стремительно неслась мощная энергия.

Да, отвратительная мана, несомненно, принадлежала тому хмырю, которого он как-то встретил в другом мире.

«А он способнее, чем я ожидал».

На губах Лукаса заиграла кривая ухмылка.

– И-и-и.

Заметив это, маги рядом с ним вздрогнули и медленно отошли от Лукаса. Сейчас они находились в Черной башне при императорском дворце.

Как обычно, пока Атанасия сидела на своих уроках, Лукас коротал время за играми с магами. Конечно, играми это считал лишь он. Маги же между собой называли их пытками.

Улыбка Лукаса стала холодной, и магам показалось, что температура в комнате тоже резко упала. Они задрожали и принялись тихонько переговариваться:

– Ты видел?

– А ты?

– Эта зловещая улыбка...

– Он сейчас опять начнет нас пытать!..

Маги засуетились, надеясь не попасть под грядущий взрыв.

Но Лукаса волновали не они. Он собирал ману, летевшую к нему, как мотылек – к огню.

Маг тоже не сидел все это время, сложа руки. Он был у Мирового древа и поглощал его силу.

«На этот раз отправлю его куда-нибудь подальше».

Лукас с улыбкой выпустил в сторону прохода между мирами мощный луч магии. Атанасия назвала бы такую улыбку гадкой.

Кончиками пальцев он будто бы ощутил удар.

В яблочко.

– Хм-м-м. – Лукас самодовольно улыбнулся.

Маги совершенно не успевали следить за скачками его настроения, но все же на мгновение вздохнули с облегчением и немного расслабились.

– Эй, номера три и четыре.

– Да, господин Лукас!

– У меня сегодня прекрасное настроение. Не хотите составить мне компанию в особом спарринге?

Маги тут же побледнели. Но Лукас не замечал их реакции – она его попросту не интересовала.

Обреченно переглянувшись, вызванные последовали за ним вниз по лестнице, будто шли на казнь.

Так прошел очередной мирный день в Обелии.

* * *

«Что за бред?!»

Тем временем Лукаса из другого мира вновь подхватила внезапная волна магии.

А ведь на этот раз дверь с самым заметным следом была прямо перед ним! Как бы он ни ругался и ни вырывался, проход, к которому он только собрался прикоснуться, лишь отдалялся от него. Его уносил поток, который был в разы сильнее предыдущего.

Наконец он приземлился в...

Бах! Бип!

Со всех сторон раздавались оглушительные гудки, от которых грозили лопнуть барабанные перепонки. Здания кругом были настолько высокими, что им не было видно ни конца, ни края. Над головой нависло свинцовое небо, готовое в любой момент разразиться дождем. Воздух был непривычно тяжелым.

– Там наверху что-то сверкнуло?

– Молния, наверное?

Лукас оказался в самом центре Сеула.

Разумеется, он не знал, что этот город так назывался, но он быстро понял, что попал не туда. Более того, он утратил большую часть магических сил и выглядел как ребенок.

Глаза Лукаса зло сверкнули.

– Чертов ублюдок!..

Он его убьет. Найдет и убьет.

Маг сгорал от желания убить Лукаса того мира, отправившего его в это странное измерение.

Одним лишь небесам известно, встретятся ли когда-нибудь два Лукаса.

ПлутосОднажды я стала принцессойКнига 3

* * *

Часть 15. Новая встреча с персонажем второго плана. Смешанные чувства на охотничьих состязаниях

Глава 139

* * *

Глава 140

* * *

Глава 141

* * *

Глава 142

Глава 143

Глава 144

* * *

* * *

Глава 145

* * *

Глава 146

* * *

Глава 147

* * *

Часть 15.5. Дженит и маг Черной башни

Глава 148

* * *

Глава 149

Часть 16. Когда приближается кульминация истории

Глава 150

* * *

* * *

Глава 151

* * *

* * *

Глава 152

* * *

Глава 153

* * *

Глава 154

* * *

Глава 155

Глава 156

Часть 16.5. Марионетки на сцене

* * *

Глава 157

* * *

Глава 158

* * *

* * *

Глава 159

Часть 17. У каждой истории есть конец

Глава 160

Часть 17.5. Где же милая принцесса?

Глава 161

* * *

Часть 18. Хоть я и не главный герой красивой сказки...

Глава 162

Глава 163

Глава 164

* * *

* * *

Глава 165

* * *

* * *

Дополнительные истории

Даже в восемнадцать нигде не найти покоя

Глава 166

* * *

Глава 167

Глава 168

Глава 169

* * *

Глава 170

Глава 171

Я стала принцессой Страны чудес

Глава 172

Глава 173

* * *

* * *

Глава 174

* * *

Глава 175

* * *

Плутос
Однажды я стала принцессой
Книга 3