Любовь Сергеевна Черникова

Тень дракона

Хозяйка

© Черникова Л. С., текст, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Глава 1

Заплыв не на жизнь, а на смерть

Василина Вьюга, Тень Дракона

Предел Дракендорт,

окрестности замка Дорт-Холл

Я неслась быстрее ветра по дороге к морю. Легкие горели, мышцы забились, но я, не обращая внимания, продолжала перебирать ногами, словно на кону стоял кубок мира.

Только бы успеть! Только бы мальчишки догадались, в какой опасности находятся!

Я никогда раньше не бывала у океана, но знала, что, если вода отступает от берега в неурочное время, это верный признак цунами. И чем дальше она уходит, тем мощнее вернется волна.

Та часть пляжа, куда я ходила купаться, находилась у залива. Местные называли его «Драконьим языком». В таких местах цунами намного опаснее. Сколько времени понадобится, чтобы волны с пятиэтажный дом обрушились на берег?

Большой перепад высот и удаленность давали надежду, что до замка вода не дотянется ни при каких обстоятельствах, только бы успеть найти мальчишек и вернуться!

Сорванцы решили меня порадовать этими дурацкими ракушками, будь они неладны! А теперь рискуют лишиться жизни! Не прощу себе, если...

Запретив себе думать о плохом, упрямо продолжила бежать, тяжело дыша и держась за бок, хотя перед глазами уже плыли круги, а в горле встал противный ком.

В лицо мне вдруг ударил мощный порыв встречного ветра. Пришлось притормозить, но я продолжила шагать, щурясь и пригибаясь. Тут-то меня и нагнали Пиран и Ганий. Парни бросились следом за полоумной Тенью Дракона, сообразив, что случилось что-то из ряда вон.

– Ньера, куда вы? – на ходу задал вопрос один из них.

– Чем помочь? – спросил другой.

– Море... Вернется и смоет все! Мальчишки там... На берегу. Надо их спасти! – Мне едва хватило дыхания на эту отрывистую фразу.

– Как это – смоет? – удивился Ган.

– Да отродясь не бывало такого в наших краях! – вторил ему Пир. – Зимой частенько штормит, но чтобы летом... Вам не стоит бояться, ньера.

В этот момент мы добрались до места, за которым заросшая дорога срывалась вниз, к берегу, и взгляду открылась чудовищная по своей неканонической красоте картина. Море сильно отступило, обнажив дно залива. Отсюда оно казалось кирпично-красным, наверное, от водорослей? На этом фоне я разглядела с десяток темных остовов различных судов, напоминающих костяки древних чудовищ...

Одно судно выделялось среди прочих новизной, и его очертания показались мне смутно знакомыми.

– Е-ей!.. – протянул Ган.

– Твою ж... – проглотил ругательство Пир. – Говорил же, надо подальше топить!

Подтвердив мою догадку, что это дракх работорговцев, парни посмотрели на меня и сконфуженно пробормотали хором:

– Простите, ньера!

Я проигнорировала их извинения, потому что застыла, уставившись вдаль.

Далеко в море, где уровень дна, должно быть, резко понижался, стремительно вырастая, поднималась волна. Очень-очень скоро она будет здесь! Это дело считаных минут!

По тропе наверх, вопя и размахивая руками, навстречу нам бежали перепуганные пацаны – Македон и Силан.

– Сюда! Скорее! – заорала я, немного успев отдышаться.

Хотела сорваться навстречу, но меня удержал Пир:

– Не пущу! Не хватало еще Тени Дракона угробиться!

Парень потянул меня прочь с упорством и силой гусеничного трактора, а к мальчишкам направился Ганий.

Надо отдать должное, бегали деревенские парни куда лучше моего. Совсем скоро Ган поравнялся с мальчишками и подхватил мелкого Македона, а более взрослого Силана потянул в гору за руку.

Море угрожающе заревело позади. Обернувшись, я увидела, как волна крушит остовы кораблей в заливе, стремительно вырастая выше и выше!

Пришла отчетливая мысль: мы не успеем убежать достаточно далеко, чтобы уберечься от стихии...

Пиран тянул меня за руку, заставляя бежать, а мой мозг работал на пределе в поисках решения.

Что советовали в роликах, которые тоннами смотрела Агриппина?

Залезть повыше и ухватиться за что-нибудь крепкое и основательное. А лучше подняться на верхние этажи железобетонного здания.

Угу... И забиться в угол. И, желательно, выбрать комнату без окон, чтобы не видеть этого кошмара...

Все это стремительно пронеслось в моей голове, да только вот не было рядом ничего подходящего, кроме...

– К лесу! – заорала я и, в свою очередь, потянула Пира в сторону от дороги, к деревьям.

Мощные и высокие, некоторые со стволами в несколько обхватов, они спускались едва ли не к самому берегу реки, впадающей в залив. У меня появилась надежда, что эта лесополоса сработает как волнорез и, может, хоть немного задержит воду и то, что она несет с собой.

Обломки и мусор представляли не меньшую опасность, чем сама вода. Прилетит чем-нибудь увесистым по башке, шансы на выживание будут стремиться к нулю.

– Наверх! Быстро! – рявкнул Ган, подсаживая выбившихся из сил мальчишек на нижние ветки.

Те послушно принялись карабкаться. У Силана получалось ловко, и он быстро очутился едва ли не на самой макушке, а вот у Македона сил почти не осталось. Ган, тут же его нагнав, буквально поволок вверх по стволу за шкирку.

– Ньера Лина, вы умеете?..

– Не имеет значения! Помогай!

Я уже определилась с выбором дерева и, ухватившись за ветку, к которой меня подбросили сильные руки Пирана, принялась карабкаться так быстро, как только могла.

Это оказалось не так уж и сложно. Дерево нам попалось ветвистое. Одна радость по такому забираться. И залезать всегда куда проще, чем спускаться.

Вспомнился случай из собственной биографии. Еще в приюте я на спор залезла выше прочих на березу, а потом просидела там около часа, пока приехали спасатели. Нас с сестрой наказали. Меня – за то, что лезу, куда не следует. А Маринку за то, что решила за меня заступиться.

Интересно, что сталось с моей бедной сестренкой?..

Мы успели подняться примерно до середины ствола, когда удар чудовищной силы сотряс землю – гигантская волна обрушилась на берег. А следом раздался громкий продолжительный треск.

Отсюда было не видно, но я догадалась – это море крушило стволы деревьев, растущих ближе к берегу. Совсем скоро вода достигла нашего дерева и врезалась в него с невероятной силой. Вскрикнув, я вцепилась в ветки.

Нам повезло, и первая волна до нас так и не дотянулась, но за ней уже спешила вторая – еще больше и страшнее!

– Ньера, лезьте выше! Выше! – заорал Пиран.

Но от ужаса я оцепенела и, широко распахнув глаза, наблюдала за приближением стихии.

Деревья, на которые мы забрались в спешке, находились почти у самого края леса, ближе к дороге, и сейчас я поняла, какую сделала ошибку. Слишком уж хорошо отсюда было видно очередную стену воды, что приближалась из моря к берегу. Слишком страшно...

Казалось, волна никуда не торопится. Двигается медленно и величаво, но на деле – это была лишь иллюзия, и только боги знали, с какой точно скоростью она приближается к нам.

Порыв ураганного ветра едва не сдул меня на землю. Удержаться помог Пиран. Парень прижал меня всем телом к шершавому стволу и проорал прямо в ухо, перекрикивая рев воды и треск веток:

– Ухватитесь покрепче, ньера! И молитесь Дракону Прародителю!

Его окрик помог мне собраться. Последовав совету, я вцепилась в ветки что есть силы. Когда пришла вторая волна, дерево натужно заскрипело, но не сдалось. Все же мы находились намного выше по берегу, и здесь вода уже подрастеряла ударную силу.

Но она достала нас. Холодная и грязная, достигла уровня моей груди, но выше не поднялась. Ветки, палки, какой-то мусор – все тащило по течению мимо. Ноги больше не стояли на ветке, соскальзывали, и вскоре я оказалась в горизонтальном положении. Что-то больно ударило по костяшкам пальцев, и я разжала хватку...

Меня спас Пиран.

– Держитесь крепче, ньера! – крикнул он и протянул руку.

Я вцепилась в его запястье, а парень, рыча от натуги, переместил меня к дереву, снова расположив перед собой и прикрыв собственным телом.

Нас било и колотило. Наше дерево, видно, решило, что оно бык на родео, и пыталось нас стряхнуть. Лес стонал, как полчище призраков. От ледяной воды сводило конечности, а поток не прекращал напирать!

Боже, как же я ненавижу холод! До слез! До истерики!

Я перестала понимать, сколько прошло времени. Казалось, уже целую вечность мы боремся с течением...

И вдруг что-то произошло.

Пиран издал утробный звук и пропал. Без него я снова потеряла опору. Меня оторвало от ветки и некоторое время трепало, будто знамя на флагштоке. Пришлось постараться, чтобы подтянуться и обхватить ногами ствол дерева.

Утвердившись более-менее надежно, обернулась и увидела, что Пир недалеко. Успел ухватиться за какой-то сук, но напор воды был таков, что у парня просто не хватало сил, чтобы забраться обратно. Захлебываясь и фыркая, он то и дело уходил с головой под воду!

– Дай руку! – закричала я и попыталась отпустить ствол, чтобы дотянуться до парня.

Тщетно! Едва не сорвавшись, я судорожно схватилась за дерево, пытаясь отдышаться и пережить шок.

Идея изначально оказалась дурацкой. Вряд ли мне по силам вытащить здоровенного бугая, да еще и против течения. Тут самой бы удержаться. Пиран это тоже понимал. Прежде чем его в очередной раз накрыло грязным потоком, он отрицательно мотнул головой. А я похолодела от ужаса.

Еще чуть-чуть, и он утонет! Нужно срочно что-то сделать!

Завертела головой, но, куда ни глянь, везде была только бурлящая вода, торчащие из нее стволы деревьев и никакой надежды.

Большая коряга неожиданно вывернула откуда-то сбоку и ударила Пирана в плечо. Вода тут же ее подхватила и, вертя в потоке, потащила по течению. А вместе с ней и парня. Я видела, что он зацепился рубашкой и не может освободиться.

– Нет, Пир! Нет! – закричала в ужасе.

И вдруг мимо меня, барахтаясь, пронесся Силан. Я даже рот закрыла от неожиданности. Похоже, на соседнем дереве тоже случилась катастрофа...

Признаться, я чувствовала, что совсем скоро последую за ними. Онемевшее от холода тело постоянно подвергалось ударам, и особенно страдали пальцы. Вдобавок то и дело сбоку что-то приплывало, прорываясь сквозь лесополосу – что-то вроде той коряги, которая унесла Пира.

Река за лесом стала торной дорогой. По ней вода смогла подняться очень далеко. Но у заводи, где стояли сети, река поворачивала, и оставалась надежда, что жители деревни, расположенной выше среди холмов, не пострадают.

В бок точно тараном ударили, даже в глазах потемнело.

Вскрикнув, я разжала руки, и в тот же миг грязная вода захлестнула меня с головой. Не обращая внимания на боль, я принялась барахтаться, еле-еле удерживаясь на поверхности. Чудом успевая хватать ртом воздух вперемешку с грязной соленой водой. Меня тащило с устрашающей скоростью. Мотало, точно песчинку в стакане, то и дело накрывая с головой.

«Дракон Прародитель и его Тень, помогите! Я должна вернуться к Злате!» – взмолилась я мысленно, в очередной раз уходя под воду...

Что-то больно дернуло за волосы, вырвав прядь, и тут же зацепилось за одежду, потянув за собой. Кое-как извернувшись, я в отчаянии рванула туда, где, как мне казалось, должна быть поверхность. Открыть глаза под водой было невозможно из-за разнокалиберного мусора, но повезло угадать с направлением. Борясь за жизнь, я смогла ухватить еще один глоток воздуха.

Не знаю, где взяла силы, чтобы освободиться. Не иначе помогла молитва.

Ощупав то, за что зацепилась, вдруг поняла, что это короткий и довольно толстый сук, который отходил от древесного ствола, не меньше того, на котором я искала спасения. Невероятное везение, что меня задело лишь вскользь. Долбани такая махина всем весом, и мои приключения в Драконьих Пределах тут же закончились бы. Но теперь у меня появился шанс.

Хватаясь за гибкие сучья, я из последних сил вскарабкалась на ствол. На мое счастье, дерево не вертелось, ветки росли часто, и забраться мне удалось довольно быстро. Прижавшись щекой к мокрой шершавой коре, я тяжело дышала, пытаясь справиться с пульсацией в ушах и не веря, что все еще жива.

Несколько минут я ни о чем не думала, отдыхая и приходя в себя. А потом вдруг заметила, что скорость воды замедлилась. Ствол дерева начал забирать вправо по большой дуге. Выпрямившись, я села верхом и принялась осматриваться.

Cила приливной волны наконец иссякла. Вода не могла подняться еще выше в гору, и нижние ее слои уже возвращались в море.

Если мой «спасательный ствол» потащит обратно, то все!

Обломок, на котором я восседала, словно на коне, в длину был примерно метров шесть. Похоже, дерево сломало как спичку да еще и вывернуло из земли. На дальнем от меня конце ствол был разлохмачен, точно кисточка, а я расположилась ближе к комлю. То, что я приняла за ветки, когда выбиралась, оказалось не чем иным, как обрывками корней.

Резко тряхнуло – импровизированный плот задел дно, и я оглянулась.

Оказывается, спасение было на расстоянии считаных метров. На секунду я почти решилась спрыгнуть в воду и попытаться преодолеть оставшееся до земли расстояние вплавь. Но оно уже стремительно увеличивалось вместе со скоростью течения.

Пять... Семь... Десять метров...

Я поняла, что слишком поздно, и с тоской уставилась на удаляющуюся землю. Если такую махину, как мое бревно, тащит, то и меня уволочет на раз-два. Мне не выплыть.

В движении воды прослеживалась четкая закономерность. Течение поворачивало направо, к утесу, на котором возвышался замок Дорт-Холл. Скала здесь вздымалась на высоту в три-четыре этажа, а может, и больше. Мое дерево неотвратимо дрейфовало к ней, прямо туда, куда прибивало и весь прочий мусор. Он застревал здесь ненадолго, прежде чем отправиться к морю.

Дрожа от холода, я пыталась что-нибудь придумать, но ничего, кроме волшебного меча, в голову не приходило.

Дура! Надо было не на берег бежать, а в подземелье! Использовать меч, чтобы выручить мальчишек. С другой стороны, была вероятность, что он еще не зарядился. Тогда бы я точно никого не спасла, но зато не погубила бы Пирана...

Я подумала обо всех, с кем спасалась на деревьях. Оставалась надежда, что Гану и Маку повезло больше, чем нам. Они смогли забраться выше.

– Лина! – Короткий крик едва пробился через шум стихии.

Из воды махал Силан!

– Сил, держись! – заорала я.

Мальчишка догадался ухватиться за какую-то корягу и теперь изо всех сил пытался грести одной рукой в мою сторону, но где там!

Я перебралась на самый край ствола – еще ближе к корню, но все равно дотянуться не смогла, а мальчишку уже начало относить. Еще чуть-чуть, и мы снова потеряемся в этом хаосе!

В отчаянии я принялась перебирать торчащие корни в надежде отыскать подлиннее, и такой обнаружился!

Вытянув его из воды, бросила мальчишке, будто веревку. С третьей попытки Силану удалось за него ухватиться. Правда, прежде пришлось рискнуть и отпустить корягу.

– Я здесь! Я здесь, милый! Все будет хорошо! – приговаривала я, вытягивая его на древесный ствол.

– Ньера, я... Я думал... – Сил часто заморгал, глядя на меня с благодарностью.

Я крепко обняла паренька, который дрожал не меньше, чем я сама, но тут же пришлось выпустить, когда он зашелся лихорадочным кашлем, и его вывернуло.

– Простите, ньера. Воды наглотался, – пояснил он, когда полегчало.

Меня и саму ужасно мутило из-за соленой грязной жижи, которой я напилась на целую жизнь вперед. А может, еще и сотрясение заработала в такой-то круговерти. Неизвестно еще, отчего могло тошнить больше.

– Ньера, там Пир! – Мальчишка ткнул пальцем куда-то вперед и, сложив ладони рупором, заорал охрипшим голосом: – Пи-и-иран! Пи-и-ир!

Но сколько я ни всматривалась, мне никак не удавалось никого разглядеть.

Надолго Силана не хватило, и он снова зашелся мучительным кашлем.

– Где он? Не вижу! – крикнула я почти с отчаянием.

Силан снова ткнул пальцем, и только сейчас я увидела, что почти у самой скалы, там, где образовались завалы разного мусора, то появляясь, то исчезая, колышется светлое пятно. Похоже, зрение у Силана было острее моего, я бы и не поняла, что это человек.

Наше дерево тоже развернуло и понесло к скале, и стало совсем не до созерцания. Когда ствол долбануло с размаху о камень, мы не удержались и попа`дали в воду, судорожно цепляясь за корни. Нас поволокло сквозь мешанину мелкого и крупного мусора. Теперь все силы уходили на то, чтобы удержаться.

– Лина, мы остановились! – сообщил вдруг Силан.

– Что? – не сразу сообразила я.

– Похоже, мы застряли! – Мальчишка подтянулся и ловко забрался на ствол. – Вылезайте скорее, ньера! – протянул он мне руку.

У меня едва хватило сил вскарабкаться обратно, так меня вымотали эти приключения. Дерево застряло перпендикулярно скале и теперь болталось из стороны в сторону, как маятник часов, но больше никуда не плыло.

– Мы за что-то зацепились, – сделала я вывод.

– Ага, – согласился со мной Силан.

Как бы я ни устала, а разлеживаться было некогда.

– Нужно найти Пирана! Он был где-то здесь.

Приметной коряги, возле которой мы видели парня в последний раз, не обнаружилось на прежнем месте, зато Пиран был там! Лежал на воде лицом вниз в окружении мелкого мусора, и его тело безжизненно покачивалось на волнах.

– Пиран...

Внутри у меня что-то оборвалось. Я не знала толком этого человека, но он искренне пытался мне помочь. Оказался здесь из-за меня!

– Похоже, утоп...

Мальчишка мрачно посмотрел на меня и опустил голову, словно лично был в этом виноват.

– Нет! Не говори так. Он просто потерял сознание. Наверное, сильно ушибся.

Силан мне не слишком-то поверил, только скорбно покачал головой.

– Видите, какая у него рана? – заявил он.

Спину Пирана пересекала глубокая кровавая царапина.

– Пока не убедимся в обратном, он жив, и точка! – рявкнула я, запрещая себе даже думать о плохом.

Когда в очередной раз ствол качнуло, мы оказались к Пирану немного ближе. Метров в пяти или шести навскидку.

– Я доплыву!

Прежде чем я успела отреагировать, Силан схватился за тот самый длинный гибкий корень и соскользнул в холодную воду. В несколько гребков он оказался рядом с пострадавшим, уложил себе на плечо его голову, а затем перевернул на спину. Соленая вода неплохо держала на поверхности, облегчив ему эту задачу.

Отток воды заметно усилился, и ствол нашего дерева больше не мотыляло туда-сюда, только немного покачивало.

– Сможешь его вытащить? – поинтересовалась я.

– Не получается! У Пира нога за что-то зацепилась!

Я заволновалась. Лезть в холодную воду снова не хотелось, но мальчику требовалась помощь, чтобы совладать с крепким молодым мужчиной, превосходящим его габаритами.

– Я помогу!

– Ньера, нет! Лучше тяните корень!

Пирана мы кое-как вытащили и заволокли на древесный ствол, уложили вдоль, закрепив худо-бедно между сучьями, чтобы не свалился. Вот только я так и не поняла до сих пор, жив он или нет.

Никогда раньше мне не доводилось оказывать первую помощь утопающим, и знания у меня на этот счет были смутные, да и те позабылись за ненадобностью.

Вроде бы надо очистить рот и нос и сделать искусственное дыхание?

В голове всплывали дурацкие кадры из мультиков, где персонажи давили на грудь утопленнику, а изо рта у того вырывались высокие фонтанчики воды. Не совсем та инструкция, которая бы мне сейчас пригодилась, но хоть что-то.

Пространства для маневра катастрофически не хватало. Пришлось сесть пострадавшему прямо на живот. Держась одной рукой за обломанный сук, чтобы не упасть, я приложила ухо к груди парня.

– Помер... – грустно заявил Силан и часто-часто заморгал.

– Погоди ты! – шикнула я на него.

Прикрыв глаза и затаив дыхание, я силилась расслышать сердцебиение сквозь рокот воды и шум ветра.

– Лина! – вдруг истошно завопил мальчик. – Лина, держись!

В тот же момент нас сильно тряхнуло. Дерево, на котором мы спасались, приподнялось с противоположного конца и с силой ударилось о воду – это в нас с размаху врезалась другая такая же махина! Подлетев сантиметров на тридцать, я приземлилась Пиру прямо на грудь. Рот парня приоткрылся. Он кашлянул несколько раз, выплюнув воду, и открыл глаза.

– Ньера...

Голос был настолько слабым, что я скорее догадалась, чем услышала, что именно он произнес.

– Пиран, ты жив!

Не в силах сдержать радость, я наклонилась и порывисто его обняла.

– А я говорил, живой он! – авторитетно заявил Силан. – Чего ему сделается-то, бугаю такому? Чуть кишки не порвал, когда его тянули.

Я посмотрела на мальчишку и рассмеялась, чувствуя, что нахожусь на грани истерики.

Глава 2

По заслугам и награда

Дракон и Тень сегодня старались с самого утра. В такую жаркую погоду я надела рубашку попросторнее и тонкие облегающие штаны. У местных не принято такое носить, но мне так было намного удобнее заниматься делами в замке. Но сейчас мой подмоченный вид смутил парня. Даром что тот едва с того света вернулся.

Бледный как смерть и с синими кругами под глазами, Пиран неожиданно залился румянцем, завозился подо мной.

– Ньера, позвольте подняться. Неловко...

– Ой!

Я поспешно слезла с ожившего парня, и тот сел, с трудом оторвав от меня взгляд.

– Как ты себя чувствуешь?

– Жив вроде... Но помотало знатно.

Он попытался заглянуть себе за спину, но ожидаемо не достиг результата. Потянулся рукой:

– Щиплет...

– Там просто большая царапина, не беспокойся, – подсказала я.

– Хорошо, – выдохнул парень с облегчением и усмехнулся невесело. – Я думал, с меня заживо шкуру сдерет, но Дракон Прародитель смилостивился.

– Повезло, что ты ногой за лозовицу зацепился, не то унесло бы в море, и поминай как звали, – с важным видом пояснил Силан. – Я еле тебя высвободил.

– Я нарочно сюда греб изо всех сил. Заметил, что течение здесь послабже и мусор задерживается. Есть за что ухватиться. А еще... – Пир многозначительно посмотрел на воду.

Я тоже огляделась, но не поняла, что он имеет в виду.

– Там есть пещера, но сейчас она залита водой, – пояснил парень.

– Пещера?! – искренне удивился Силан.

– Да. Когда мы с Ганом были маленькими, это было наше потайное место.

– Не знал про пещеру.

Силан насупился так, словно сей факт задевал его мальчишескую гордость. Пир снисходительно глянул на него.

– Откуда тебе было знать? Малышне ведь запрещено ходить к замку. Было запрещено, – исправился он. – Мы с Ганом едва ли старше тебя были, когда поспорили, кто выше заберется. Вот так и обнаружили эту пещеру. Она не особенно большая, да и снизу ее не видно – склон сильно зарос.

– Что еще за лозовица такая? – поинтересовалась я, услышав это название в который уже раз.

– С виду как обычный вьюн, но с гибким, прочным стеблем, – объяснил Пиран.

– Лозовица даже взрослого воина в доспехах выдержит, – авторитетно добавил Силан, восстанавливая репутацию всезнайки. – В наших горах этой лозовицы валом!

Пир кивнул:

– Верно. Местами она целые склоны покрывает, точно сеть. Ее корни уходят глубоко в камень. Захочешь, не выдернешь. А если ее срезать, расщепить стебель на волокна да выварить как следует в соке друнта, веревки такие получаются, что дракхи буксировать можно.

Пока мы болтали, течение ускорилось. Дерево развернуло параллельно скале, а мимо то и дело проносились разнокалиберные коряги. В любой момент одна из них могла столкнуться с нашим плавсредством и сорвать его с «якоря».

– Говорите, ее не выдернуть? – уцепилась я за главное.

– Ну да.

– А что, если нам привязаться этой самой лозовицей? Может, удастся спастись? Как считаете?

– Если отыщется свободный конец плети, можно попробовать, – поддержал Пир мою идею.

В глазах Силана заблестела надежда.

– Можно переплести несколько корней с лозами для надежности и... – Он задумался, переводя взгляд с меня на Пирана и обратно.

– И? – поторопила я его, ощущая нарастающую тревогу.

– И молиться Дракону Прародителю, чтобы все получилось. Ньера Лина, вы хорошо ныряете?

Вопрос застал меня врасплох. Ныряла я если только вынужденно. В стиле «топор обыкновенный».

– Я-то? Ныряю отлично, выныриваю из ряда вон плохо, – пошутила неуклюже.

Перспектива та еще, но что делать? Пиран еще не в силах. Он ведь едва не утонул. Но не посылать же мне в эту муть ребенка? Так какие у меня варианты?

Пока я морально готовилась к подвигу, Пир угрем скользнул в воду.

– Что ты делаешь? Вернись! – воскликнула я, проводив его беспомощным взглядом.

– Ой, не переживайте, ньера! – отмахнулся Силан. – Пир – лучший пловец в нашей деревне да и в морской науке разумеет. Они с Ганом мореходами мечтали стать.

– Поэтому именно они топили дракх?

Силан смутился, а я лишь покачала головой, но на деле вздохнула с облегчением.

Прошло довольно много времени, прежде чем над водой показалась голова парня. Признаться, мы уже начали беспокоиться. Держась за сучья, Пиран протянул лозовицу Силу, но сам не спешил взбираться на дерево.

Мальчишка, хмурясь, принялся обматывать сучья плетью.

– Тонкая, – заметил он. – Хорошо бы еще парочку таких отыскать, для надежности. Сможешь?

– Попробую. Но не уверен, что получится, течение ускоряется. – Он скептично осмотрел дело рук Силана. – Крепче мотай, а то мы только на одном сучке да на одном корешке держимся. Эх, если бы было еще немного времени...

Набрав воздуха в легкие, Пир снова погрузился под воду, но на этот раз всплыл почти сразу с противоположной стороны ствола, держа в руках еще один побег лозовицы.

– Повезло! – сообщил он радостно. – Наверное, вместе с первой вытянулась, а я и не заметил.

Он принялся активно грести к нам, и, хоть расстояние едва ли превышало метр, это заняло некоторое время.

– Больше не полезу, – заявил парень, подтягиваясь. – Сносит сильно.

Совместными усилиями мы привязали вторую плеть к дереву. Вода вокруг бурлила и пенилась, древесный ствол мотало и дергало из стороны в сторону. Дракон и Тень давно скрылись за тучами и почти не грели. Позабыв о смущении, мы сбились в тесную кучку и дрожали под порывами ветра.

Уровень воды на глазах становился ниже, а трепало нас все сильнее и сильнее. Оставалось молиться, чтобы корни лозовицы оказались такими прочными, как о них рассказывали ребята. От плавающего мусора не было видно поверхности воды, и об дерево, на котором мы нашли спасение, все время что-то стукалось.

При очередном столкновении со здоровенной корягой нас бросило на скалу. Под наш хоровой вскрик дерево тронулось с места и тоже понеслось по течению.

Рывок! Лозы натянулись. От резкого торможения я едва не полетела в воду, лишь чудом удержавшись.

Второй рывок! Это не выдержала и лопнула одна из плетей.

Силан, который в этот момент отпустил одну руку, изображая, что вытирает выступивший от испуга пот, слетел в воду!

– А-а!

В самый последний момент мальчишка успел схватиться за крайние сучья, но выбраться самостоятельно не мог из-за течения.

– Сил, держись!

– По...могите! – одними губами прошептал тот.

Вода то и дело перекатывалась через его голову, вынуждая фыркать и отплевываться.

– Держись, Сил! Я иду!

Пиран пробрался мимо меня на дальний конец. Лег на живот, пытаясь дотянуться до мальчика. Нас мотало туда-сюда на одной длинной лозе, и ему никак не удавалось схватить Силана, а если получалось уцепиться, то мокрые руки тут же соскальзывали. Видно было, как стремительно у обоих заканчиваются силы...

Не зная, чем помочь, я переводила взгляд с ребят на лозу, которая растягивалась и истончалась на глазах. Вот уже лопнули первые верхние волокна, похожие на древесную кору, и стало ясно, что долго мы здесь не продержимся.

Рано я поверила в наше спасение.

От отчаяния я подняла лицо к небу. Там, высоко за облаками, яркими пятнами просвечивали два местных солнца.

– Дракон Прародитель, или как там тебя? – заорала, перекрикивая стихию. – Без Дракона нет Тени, а без Тени – Дракона? Ну так вот, один из твоих протеже вот-вот лишится своей Тени снова. Дракендорт утратит драклорда. Если это хоть что-то да значит для тебя, помоги!

В тот миг, когда я закончила свою речь, в нас снова врезалось что-то большое. Оставшаяся лоза лопнула, и от рывка нас снесло с бревна, точно пушинки. Я с головой ушла в ледяную воду, едва успев набрать в легкие воздух.

«Прости меня, Злата!» – подумала я, прощаясь с дочерью, которой не суждено больше увидеть маму...

Что-то упругое и гибкое обвилось вокруг моей талии и неумолимо потащило наверх.

Змея? Гигантское щупальце?

От неожиданности и испуга я заорала, хотя орать под водой – не самая лучшая идея. Мгновенно лишившись воздуха, хапнула ртом воду и затрепыхалась, как безумная. Но уже в следующий миг оказалась над поверхностью, откашливаясь и отплевываясь. А когда наконец смогла соображать, просто обалдела!

Над водой меня удерживало не что иное, как та самая лозовица!

– А-ха-ха! А-ха-ха! Это чудо! Чудо! – истерически хохотал и верещал не то от восторга, не то от ужаса Силан.

Его и Пирана держали такие же лозы.

Ну уж если для жителей Пределов подобное показалось чудом, то я и вовсе утратила дар речи. По моим щекам заструились горячие слезы. Крупные и на удивление тяжелые, они срывались и падали в воду, создавая заметные всплески, словно были и не слезами вовсе, а мелкими камушками...

Я уже многое успела повидать, но каждое очередное проявление магии по-прежнему вгоняло меня в шок. Зато я все больше укреплялась в вере, что смогу найти способ вернуться к дочке.

Снова подняв глаза к небу, искренне от души произнесла:

– Спасибо!

Сквозь облака сверкнул яркий луч, будто бы Тень Дракона мне подмигнула!

И все же ситуация была далека от нормальной. Несмотря на божественное вмешательство, мы пока не выбрались.

Вытерев глаза, я постаралась оценить ситуацию. Сверху картина представлялась апокалиптическая. Вода с ревом неслась прочь. Там и тут возникали завихрения водоворотов. В них закручивало и мелкие щепки, и целые стволы деревьев, которые сталкивались с оглушительным грохотом и треском, а затем уходили вертикально вниз.

Страшно было представить, что с нами будет, если лозы перестанут держать...

Висеть тоже было несладко. Холодно и больно, но я не жаловалась. Потерплю, если это поможет мне выжить.

– Ньера Лина, прикажите им нас высадить на берег! – попросил Силан.

Я уставилась на него, не понимая, что он имеет в виду.

– Вода опустилась достаточно, теперь мы сможем укрыться в пещере, – пояснил Пир, указав вниз.

И точно! Небольшой выступ, заваленный разнообразным хламом, нанесенным водой, я и не заметила. Он не показался мне достаточно надежным, чтобы выдержать троих, но пещера действительно могла стать нашим временным пристанищем, пока вода не сойдет. Все лучше, чем болтаться над водой, рискуя в любой миг снова оказаться в ней.

Только вот с чего парни взяли, что я могу управлять лозами?

– Э... Опустите нас вон на тот выступ, пожалуйста, – попросила я и зачем-то похлопала плеть лозовицы, опоясывающую мою талию.

Честно говоря, я не особенно надеялась на успех, но лозы медленно и осторожно опустили нас аккурат куда сказано, после чего скрылись среди густой поросли. Наблюдая за ними, я понимала, что еще не раз увижу этот день в кошмарах...

– Ньера Лина... – уважительно выдохнул Силан.

– Спасибо, что не оставили нас! – Пиран поклонился.

Оба глядели на меня с неподдельным восхищением. Мне даже как-то неловко стало.

– Благодарите не меня, а Дракона и его Тень, – указала я на затянутое тучами небо.

Пещерка, где мы укрылись, оказалась совсем небольшой и с низким потолком. Даже мне пришлось пригнуть голову, а уж высокому Пирану и вовсе было некомфортно передвигаться. А еще здесь не осталось сухого места. На полу в углублениях блестели лужи, каменные стены сочились водой.

Дрожа от холода, мы попытались придумать, как развести огонь, но никакой возможности сделать это не было. Разве что при помощи магии, которой никто из нас не обладал.

Погода снаружи совсем испортилась. Непроницаемым щитом тучи затянули небо, окончательно скрыв Дракендорт от очей Дракона и Тени. Со стороны моря приближался грозовой фронт. Зловеще поблескивали молнии, пока еще без грома, но дождь уже накрапывал, обещая вскоре превратиться в ливень.

– Пить хочется... – Силан озвучил то, о чем я даже заговорить вслух боялась.

Вот же парадокс! Столько вокруг воды, а у меня губы потрескались от жажды. Кожу не то что щиплет от соли, дерет! Еще утром была жарища, а теперь я дрожу от холода, и сил не осталось, даже чтобы просто говорить. Надеюсь, знахарка умеет лечить воспаление легких...

Ноги подкосились, и со стоном я уселась на мокрый пол, прислонившись к стене пещеры. Глаза сами по себе закрылись. Никогда бы не подумала, что в таких условиях смогу уснуть, но, видимо, запасы жизненных и моральных сил у меня иссякли окончательно. Вырубилась я в один момент.

Проснулась от тихой беседы и осознала, что мне уже не так холодно, как раньше. Особенно ногам.

– Надо попробовать! Я смогу спуститься и доплыть, – хорохорился Силан, но я не могла понять, о чем он говорит.

– Посмотри внимательно в воду, – едко ответил Пиран.

Я лежала у парня на руках. Он обнимал меня, пытаясь согреть, а на мои босые ноги – обувь я давным-давно потеряла, еще барахтаясь в воде – падал горячий луч!

Снаружи светило настоящее летнее солнце! Даже два! Как и полагалось миру Пределов!

Одежда на мне все еще была мокрой, и там, где наши с Пираном тела не соприкасались, холодной. Ужасно хотелось переодеться в сухое и чистое. Ну, или хотя бы просушить то, что есть. А для этого было необходимо подняться. Я проспала не больше трех часов, но вечер и ночь не за горами. Так что, возможно, это мой последний шанс...

Состояние было такое, будто меня трактор переехал, причем несколько раз – туда и обратно. Голова раскалывалась. Болела каждая клеточка, каждый участок кожи. Да еще и затекло все от неудобной позы, так что первыми звуками, которые я издала, пытаясь подняться, стали нечленораздельные стоны вперемежку с ругательствами.

– Ньера Лина проснулась! – обрадовался Силан. – Дождь кончился, снова потеплело. Я даже портки свои высушил, пока вы спали! – похвастался он.

– Прекрасно! – каркнула я не хуже вороны. От криков и холода совсем сели связки. – А вот мои портки еще не высохли...

Пиран тут же помог мне встать и смущенно пробормотал:

– Простите, ньера.

– За что? – поинтересовалась я, выглядывая из пещеры.

Небо еще не полностью очистилось от облаков, и они неслись, словно темное войско, куда-то на запад. Дождя не было, но пахло сыростью и сильно парило – Дракон с Тенью старались на славу.

Все-таки удивительная сегодня погода!

– Я... Вы же Тень... Я не должен был... – бормотал мне в спину Пиран.

Я повернулась и посмотрела на парня прямо, а тот еще ниже опустил голову, стискивая приличные такие кулачищи, словно злился.

– Чего ты не должен был, Пир? – спросила устало.

Издав сдавленный звук, Силан бросился к товарищу. Он явно хотел что-то сказать, но Пир остановил его жестом и поднял на меня хмурый взгляд светло-карих глаз.

– Вы Тень Дракона, ньера. Никто не имеет права прикасаться к вам. Это запрещено. На вас даже смотреть так было нельзя... – Он снова стушевался и вдруг зло выпалил: – А я смотрел! Теперь мне полагается смерть!

– Бред! – заявила я, с недоумением разглядывая парня.

– Не жилец... – выдохнул правдоруб Силан, и мне захотелось всадить ему пинка.

Хоть я еще и не проснулась толком, но мгновенно сообразила: дело серьезное! Спасая меня, Пиран, как оказалось, нарушил какие-то правила, о которых я и не подозревала даже. А может, это и не правила вовсе, а байки, устоявшиеся среди народа.

Ну правда! Ни в одной прочитанной местной книге я не встречала ни одного упоминания того, о чем он говорит. Вон и Тапредель, похоже, не сильно опасался божественной кары, когда целовал Тень Дракона в саду.

Вот только Пир и Сил в это верят. И что мне с ними делать?

Я глубоко вдохнула и выдохнула:

– Слушайте меня внимательно, парни. Мы попали в беду. Подверглись смертельной опасности. Вы рисковали жизнью, спасая ближнего. Вы из тех, кто не оставит друзей в трудный момент. Теперь я знаю, что могу вам доверять полностью. И как Тень Дракона, и как обычный человек.

– Ньера... – начал было Пиран.

Я подняла руку, призывая к тишине, и продолжила:

– Пир, ты без доли сомнений помогал мне, а мог ведь оставить и убежать. Ты бы успел спастись, успел подняться выше. Мог сказать, что не нашел меня, и тебе бы поверили. Никто бы не обвинил тебя в том, что ты не смог спасти Тень Дракона. Но ты остался.

– Ньера... – выдохнул парень теперь совсем другим тоном, и в его глазах мелькнула надежда.

– Ты помог мне удержаться на том дереве. Без тебя я бы сорвалась, еще когда пришла первая волна. Да что там! Я бы даже не успела на это дерево взобраться, если бы не ты! В такой ситуации никакие табу и запреты не имеют значения, понял?

Пиран снова насупился:

– Вы не правы, ньера Тень. Если бы драклорд был здесь, он бы казнил меня на месте!

– Но драклорда здесь нет! – рявкнула я. – И даже если бы был, он бы тебя наградил за то, что ты спас его Тень! Понятно?

Господи! Пиран – молодой мужчина. Как еще он мог глядеть на девушку в промокшей до прозрачности одежде? Да, момент неловкий, кто же спорит? Но ведь ерунда полная, учитывая ситуацию.

Для меня ерунда, но в глазах парней все еще отражалось сомнение. Дрянной из меня, похоже, оратор...

– Вы тоже спасли мне жизнь, ньера, так что мы в расчете. Но я... Я посмел вас коснуться тогда, когда в этом уже не было необходимости. Я не должен был...

– Вы спали, ньера Лина, и вам было холодно, – пояснил Силан. – Пиру стало вас очень жаль.

Так вот о чем он! Страдает оттого, что не позволил мне и дальше спать на мокрых камнях?

Парни все еще пребывали во власти суеверий, которые не позволяли им ухватиться за протянутую мной руку. Их так научили. И если Силан очень хотел, чтобы все хорошо кончилось, Пиран искренне верил, что будет наказан. Если не драклордом, то высшими силами. И как это переломить?

Я вдруг рассердилась и закричала, насколько позволяло охрипшее горло:

– Хватит уже, Пир! Ты не дал мне простудиться, и только! Сам Дракон Прародитель откликнулся на мои молитвы! Разве наше чудесное спасение не доказывает, что среди нас нет никого, кто заслужил бы смерть?

Вот теперь, кажется, подействовало, но нужно было что-то еще. Что-то, что придаст моим словам и его жизни чуть больше ценности.

– С этого момента я назначаю тебя, Пиран, моим личным телохранителем и... – Я задумалась и ляпнула первое, что пришло в голову: – Главой службы безопасности замка!

Ну а что? Избранность придает особый смысл жизни.

– Ньера Лина, вы только что назначили Пирана главой вашей службы безопасности? – повторил за мной Силан.

– Да! – не стала отступать я. Да и не помешает мне собственная служба безопасности. – А ты, Силан, поступаешь в распоряжение Пирана. Теперь он твой начальник. Слушайся его, словно самого Дракона Прародителя, понял?

Мальчишка невольно вытянулся по струнке, да и Пир приосанился.

Не сговариваясь, парни вдруг преклонили одно колено и хором поклялись мне в верности. Глядя на измученных, грязных, смертельно уставших ребят, я еле сдержалась, чтобы не расплакаться. Но осталась серьезной, как того требовал торжественный момент.

– Я принимаю твою клятву, сьер Пиран. – В голову внезапно пришло, что статус сохи не подходит для такой высокой должности, но, как Тень Дракона, я вправе повысить его. – Я принимаю твою клятву, сьер Силан.

Говоря эти слова, я возложила ладонь поочередно на голову каждому.

– Поднимитесь, сьеры. Теперь вы можете выбрать себе второе имя – имя рода. Не торопитесь, подойдите к этому делу с умом. Ведь его вы передадите своим потомкам.

– Ньера! – хором выдохнули потрясенные парни.

В глазах у обоих стояла влага, а у Силана тряслась нижняя губа.

– Да ну вас! – не выдержав, отмахнулась я и выскочила на уступ, чтобы не расплакаться.

Глава 3

Спасение и сомнения

Стоило показаться из пещеры, мне прямо в руки спикировал Соник:

– Лина! Я тебя нашел! Ты жива!

– Жива, Соник! Жива!

Я притиснула дракошку к груди и, не удержавшись, чмокнула в пушистый хохолок на головке. От цветодрака сладко пахло пыльцой, и это странным образом дарило надежду: теперь все будет хорошо.

– Я знал, что ты в беде, но не мог лететь на поиски в грозу. Пришлось ждать, когда погода наладится. Я пролетал над этим местом несколько раз, но никого не заметил. Думал...

Соник замолчали и как-то весь поник.

– Все хорошо, мой маленький. Все уже позади. – Я погладила его по спинке.

– Подожди-ка... – Дракошка высвободился и, поднявшись повыше, пронзительно засвистел.

Только сейчас я увидела, что в воздухе полно цветодраков! Они рыскали над водной поверхностью, высматривая кого-то и пересвистываясь. Услышав своего предводителя, они тут же собрались над нами. От стаи отделился еще один дракончик, и я протянула ему ладошку.

Это был Баламут.

– Нашлась хозяйка! – обрадовался он. – Возвращаемся?

– Да. И лучше нам поторопиться. Я чувствую, это еще не конец, – ответил Соник мрачно.

– Ребята, у меня есть просьба. Кто-нибудь может пролететь вдоль дороги к морю? Там на одном из крайних деревьев оставались Македон и Ган...

– Проверим! – Баламут стрелой сорвался в сторону леса и засвистел.

От стаи отделилось несколько особей и присоединилось к нему.

– Красотка сообщит Айсане, что ты нашлась. Помощь скоро придет, а я останусь здесь на всякий случай, – успокоил меня мой маленький храбрый дракошка.

– Ньера Лина, о чем ваш вредитель щебечет? – поинтересовался Силан, высунувшись из пещеры.

– Соник говорит, что скоро из замка придет помощь. И он не вредитель!

Парни обрадовались. Принялись обниматься и обсуждать произошедшее. Добрые вести взбодрили их и придали сил. Я наблюдала за ними с уступа. Стояла, подставляя солнечным лучам влажную одежду и греясь.

Соник то и дело поднимался над утесом и зависал, осматриваясь. Потом возвращался на мое плечо. Но уже через несколько минут все повторялось.

– В замке же все в порядке? – насторожилась я, ощутив его беспокойство.

– Да так... Панику, конечно, развели. Наши гости со стен наблюдали, как море восстало. Вой поднялся до неба! Стало быть, сначала вас всех похоронили, потом себя принялись закапывать раньше времени. А тот парень побитый выбрался на двор да как рявкнет, чтобы заткнулись. Рисанна тогда тоже на баб прикрикнула. А те детей воющих собрали да заперли. Так и пересидели бурю. А как дождь прекратился да море отступило, Нанька в деревню побежал узнать, что там и как. А я своих собрал и отправился вас искать.

Дракошка в очередной раз поднялся в воздух и сообщил:

– Бегут! Лодку с собой тянут.

– Кто там? – поинтересовался Силан, снова выглянув наружу.

– Ася, Рисанна, Киана и Роса, – перечислил Соник, а я повторила для ребят.

Киана была дамой громогласной и крепкой, но слегка недалекой. Появившись в замке, она взяла на себя обязанности прачки, хотя куда больше любила перемывать окружающим косточки.

Долговязая жилистая Роса обладала тихим и неожиданно высоким голосом и приятной внешностью. Она убиралась и помогала на кухне, работая без устали, и ни с кем не ссорилась. А еще Роса побаивалась с виду мягкую, точно булочка, Рисанну. Впрочем, как и остальные. Дочка старосты пользовалась авторитетом среди деревенских.

– Ньера, если вы согрелись, лучше зайдите внутрь, – сказал Пиран.

Тем временем Сил на четвереньках подполз к самому краю уступа и посмотрел в воду. Раздался громкий всплеск и удар, и мне показалось, что уступ рушится!

– Ньера, Сил, в пещеру! – одновременно рявкнул Пиран.

Предупреждение было излишним. Я и не поняла, как очутилась в сырой пещере, а рядом со мной тяжело дышал сильно напуганный Сил.

В пещеру залетел Соник.

– Лина, в воде какое-то чудовище! Будь осторожна! – сообщил дракошка.

– Что?!

Я перевела сказанное ребятам.

– Я тоже что-то видел. Но так и не понял, что именно, – сказал Пир.

– Здоровенное и черное! Я так испугался, что едва снова портки не намочил, – поделился впечатлениями Силан.

– Рыба? – уточнила я.

Море могло вынести на берег обитателей глубин. Ничего странного, если среди них окажется местный аналог акулы или даже кита. Вообще-то, нам крупно повезло, что, пока мы барахтались в воде, совершенно беспомощные, никто нами не заинтересовался. Наверное, морские гости тоже были поначалу в шоке.

– Это не рыба, ньера. У него щупальца! – опроверг наши предположения дракошка.

Новость никого не обрадовала. Мы с Пираном растерянно переглянулись, а Соник снова выпорхнул наружу, но тут же вернулся и сообщил:

– Оно спряталось.

А я принялась размышлять. Соник упомянул щупальца. Может, это осьминог какой-нибудь? Или спрут? Или вообще кальмар? Кажется, кальмары бывают гигантскими.

– Вы знаете, что это может быть. Черное и с щупальцами?

Мои товарищи активно замотали головами.

А мне стало очень любопытно, что же всех так напугало. Признаться, я ощущала себя старше и мудрее. И храбрее. Ну прямо как взрослый, который убеждает напуганного ребенка, что привидений не существует.

Вот только сначала нужно было убедиться в этом самой.

Не слушая возражений, я осторожно выбралась на уступ. Держась одной рукой за поросль лозовицы, посмотрела вниз, но ничего, кроме темной грязной воды, не увидела. До ее поверхности было довольно далеко. Наша пещера располагалась примерно на уровне пары этажей.

– Соник, а тебе не показа... – договорить я не успела.

Больше десятка тонких, чешуйчатых, точно змеи, отростков с эдакой «лопаткой» на конце выстрелили из воды и принялись, колыхаясь, судорожно шарить по склону и тянуться ко мне!

– Лина, осторожно! – заверещал Соник.

Истошно заорав, я ломанулась в пещеру с такой скоростью, что сбила по пути любопытного Силана и едва не опрокинула навзничь Пира.

– Сил, ты не ушибся? Простите, парни... Там... Там такое! – Я брезгливо передернулась всем телом.

– И это «такое» хочет нас сожрать, – констатировал факт Сил и зачем-то снова пополз к выходу.

Похоже, любопытство у него перевешивало страх.

– Уйди оттуда! – рявкнули мы с Пираном хором.

– Фу! Ну и пакость! Нет, оно нас точно сожрет! – с ужасом и одновременно восторгом заявил мальчишка.

– Чему радуешься, дурень? – поинтересовался Пир устало.

– Парни, похоже, нас причислили к корму. Из пещеры ни ногой!

Мои товарищи только кивнули, а дракошка выпорхнул, чтобы понаблюдать за неведомым чудищем с воздуха.

Ни на осьминога, ни на кальмара странное существо совершенно не было похоже. Я никак не могла подобрать пример того, что именно оно мне напоминает. Может, инопланетную тварь из низкосортного фантастического фильма?

– Не думаю, что он сюда залезет, – заявил через некоторое время Силан.

– Так и мы отсюда не вылезем, – съехидничал Пир.

– Ой! Надо предупредить остальных! – спохватилась я и позвала: – Соник! – Когда дракошка спустился, попросила: – Передай нашим, чтобы на лодке не вздумали сюда плыть!

Дракошка тут же улетел, а я подумала, что нам сильно повезло, что Ася и Красотка понимают друг друга. Будет кому перевести слова Соника остальным.

Наши спасатели вняли словам цветодраков, и вскоре голоса раздались где-то наверху.

– Ньера Лина, Пиран, вы тут? – крикнула Айсана.

– Здесь! – отозвались мы, не высовываясь из пещеры.

Тварь тут же отреагировала на голоса и предприняла новую попытку до нас добраться. Увидев щупальца, торчащие из воды, девчонки наверху завизжали, и их визг привел странное существо в настоящее неистовство. Над поверхностью появлялись все новые и новые отростки. Теперь, чтобы их увидеть, не нужно было даже из пещеры высовываться. Выглядело отвратительно!

– Заткнитесь там! – рявкнул на девушек Пиран.

– Соник, передай, чтобы не кричали, – попросила я дракошку, который снова вернулся ко мне. – Мне кажется, тварь размножается от этих воплей.

Но, скорее всего, громкие звуки попросту привлекали ей подобных в одно место. Знать бы еще, чего ждать от этих щупалец?

Я склонялась к тому, что ничего хорошего. Жрать они хотят, вот и все. Схватят, утянут под воду, а там... Почему-то мне представилась огромная круглая пасть с тысячей острых зубов.

После небольшого совещания было принято решение втащить нас наверх на веревке. Но даже если бы выяснилось, что эти щупальца безобидные, все равно никакие силы не заставили бы меня к ним спуститься.

Чтобы не кричать, мы использовали для переговоров Соника и Красотку как живые рации. Благо свист цветодраков чудовище не волновал.

– Я сбегаю в замок за веревкой, – передала Роса.

И тут я поняла, что не смогу взобраться по веревке на такую высоту. Не то самочувствие. Усталость и вынужденное купание сделали свое дело. Тело ломило, голова болела, и я заподозрила, что поднялась температура.

Парни выглядели ненамного лучше. Силан сидел, сгорбившись и обхватив руками колени. Сейчас он казался мне совсем ребенком. Пир хоть и держался, но я видела, как он морщится от боли при движениях, когда полагал, что я на него не смотрю.

– Соник, передай Росе, что в сарае есть веревочная лестница. Я видела ее, когда косу искала. Или она не в сарае, а в башне?

Я задумалась, пытаясь вспомнить, где же такая нужная всем нам вещь.

– Пусть мальчишек спросит, они уже весь замок облазили, – подсказал Пиран.

– Цветодраки помогут с поисками, – успокоил нас Соник и засвистел, передавая информацию Красотке.

– Спроси еще, нет ли у них воды с собой. Пить хочется, аж переночевать негде!

– Ох! Как-то мы не подумали... – передала Айсана и добавила уже голосом, негромко, но так, чтобы нам было слышно: – Сейчас принесу!

Потянулись минуты тягостного ожидания. Дракон и Тень неумолимо клонились к закату. Небо снова затянуло тучами, и начал накрапывать дождик. С моря подул холодный ветер. Меня начало знобить, и я бы сейчас не отказалась от теплого одеяла. Я покосилась на Пирана, но снова жаться к парню было неловко, да и лишних надежд давать не хотелось. Мало ли как он расценит подобное поведение. Вдруг возомнит, что я теперь любовь всей его жизни, и тогда будут проблемы.

Нет уж, лучше перетерплю.

Я устроилась у самого выхода, где пол немного подсох. Поджав колени и обхватив их руками, прямо как Силан, боролась с приступами дрожи.

Боже, как же я ненавижу мерзнуть!

Пока ждали, вернулся Баламут.

– Лина, я нашел ваших парней. Живы. Сидят на дереве, как приклеенные. Устали и замерзли так, что скоро опадут, как листва по осени. Меня они не поняли, но догадались сообщить, что долго не продержатся.

– Спасибо, – поблагодарила я его.

– И еще... Я чувствую опасность. – Баламут посмотрел в сторону моря.

– Опять цунами?

– Большая волна придет после заката, – сообщил Соник, и его глаза вспыхнули голубым огнем.

Он вдруг перестал махать крылышками и рухнул прямо мне в ладони.

– Соник, что с тобой?

– Предвидение – дар короля цветодраков. Не переживайте, поспит и оклемается, – пояснил Баламут, а затем пробормотал: – Кто бы мог подумать, что сила древних королей вернется...

– О чем ты? – поинтересовалась я.

– У нас есть легенда о древних королях, которые обладали истинной драконьей магией, но мы перестали в нее верить. – Баламут с трепетом и уважением взглянул на потерявшего сознание Соника и добавил: – Мой брат – истинный король.

Похоже, своевольный цветодрак окончательно признал лидерство Соника, и моя душа была теперь спокойна. Бережно передав дракошку Силану, я высунулась из пещеры и посмотрела наверх:

– Ася, Риса? Вы еще здесь?

– Здесь я, ньера! – громким шепотом, чтобы не слишком потревожить чудище, откликнулась Рисанна.

– Ночью придет новая волна. Передайте деревенским, чтобы укрылись в замке.

– Дракон Прародитель! Нужно срочно отправить туда кого-нибудь! Сколько у нас есть времени, ньера? – поинтересовалась дочка старосты.

– Соник сказал, все случится ночью. Возможно, сразу после заката.

Вскоре возвратилась Ася. Она скинула нам бурдюк с чистой ключевой водой, такой холодной, что сводило зубы, но и за это я была благодарна. Вернусь в замок, залягу в горячую ванну, закажу у Аси отваров антипростудных, напьюсь горячего, и будь что будет...

А пока я грела холодную воду во рту и глотала, наслаждаясь вкусом.

Тем временем наверху началась какая-то кутерьма. Рисанна передала мои слова остальным, и у девушек возник спор: бежать в деревню или ждать, пока вернется Роса с веревочной лестницей. Заслышав их, чудище морское еще больше возбудилось и выставило целый лес мерзких щупалец. Их было так много, что я ощутила рвотный позыв и отвернулась.

– Ньера, отойдите от входа подальше. Мало ли... – напрягся Пиран и заругался на спасательниц. – Эй там! Ш-ш-ш!

Но взбудораженные девушки его не услышали.

– Роса уже идет! – донесся голос Рисанны. – Вы только посмотрите, кто с ней!

– Она что, разбойника с собой притащила? – возмутилась знахарка.

– Я побегу в деревню, – тут же заявила прачка.

Я узнала ее по голосу.

– Мне не послышалось? Роса привела Ножа? – уточнила я у Пирана.

– Похоже на то... – ответил парень и нахмурился.

Совсем скоро раздался голос самого Ножа:

– Эй, внизу? Поберегись!

В следующий миг к нашим ногам свалилась веревочная лестница.

Силан бережно пристроил за пазухой спящего Соника и посмотрел на меня. Я благодарно ему кивнула.

– Я закрепил лестницу. Поторопитесь, ньера! Погода портится, – крикнул сверху разбойник.

Его нагловатый и чересчур бодрый голос вызвал у меня приступ раздражения.

– Чую, мы еще хлебнем с ним. Зря вы его забрали в замок, ньера. Стоило притопить вместе с дракхом... – пробурчал Пиран, настороженно глядя на шевелящийся лес щупалец.

Вот только разбойник был прав, рассусоливать некогда.

– Ньера, сначала вы, – поторопил меня Пир.

– Пусть Силан лезет первым.

– Нет. – насупился тот. – Я же не женщина!

Я больше не стала спорить.

Снова зарядил дождь. Пока еще это была лишь морось, но я уже испытывала ненависть к холодной воде. Мечтая побыстрее оказаться в своих покоях и забраться в горячую ванну, я взялась за влажную деревянную перекладину и начала подниматься.

Лазать по веревочным лестницам – то еще удовольствие. Путь наверх дался мне с большим трудом. Ноги соскальзывали, пальцы рук совсем окоченели. Из последних сил я преодолела оставшиеся метры, а на самом верху Нож подхватил меня и легко, точно пушинку, втянул на скалу. Поставил, но так и не выпустил. Придерживая за плечи, отстранил на длину рук, осмотрел и многозначительно шевельнул бровями, отметив легкую прозрачность промокшей одежды.

– Эй, как там тебя? Роса? Или вот лучше ты! – Он перевел взгляд на Рисанну и приказал: – Снимай свою накидуху!

– Чего-о-о-о?! – протянула дочка старостихи возмущенно и уперла руки в бока.

– Дура! Ньера замерзла! Не видишь, что ли?

Нож бросил многозначительный взгляд на мою грудь, и мне захотелось ему коленом двинуть.

– Руки убрал! – прошипела я, едва удержавшись, чтобы не исполнить свою фантазию.

Как бы мне ни было противно, я должна держать марку. Не пристало Тени Дракона метаться, точно курице без головы. Почему-то именно такое поведение казалось правильным рядом с этим человеком.

Разбойник нарочито демонстративно убрал руки и даже развел их чуть в стороны, отступив от меня на шаг. Вроде как: «Все-все! Не трогаю!»

Прямая и вся такая гордая, я стояла под косыми струями дождя, стискивая кулаки, чтобы не обхватить себя за плечи. Рисанна наконец сообразила, что имел в виду Нож, и, стянув с себя теплую жилетку длиной до середины бедра, набросила на меня. Только теперь, завернувшись в согретую теплом человеческого тела вещь, а заодно скрыв излишнюю прозрачность одежды, я смогла немного расслабиться.

– Простите, ньера. Совсем мы дурные. Не сообразили теплое питье и одежду прихватить, – затараторила смущенная Роса.

– Признаться, уже и не чаяли вас живыми найти... – прибавила Рисанна.

– Риса! – возмутилась Айсана.

– Простите меня, ньера! – виновато наморщила нос дочка старостихи.

– Ньера Лина, нужна помощь. Там это... – прервал нас Силан. Мальчишка уже выбрался и теперь указывал на обрыв. – Пиран не сможет без помощи вылезти. Руку он повредил еще в воде, а сказать вам постеснялся.

Позабыв о разговорах, я бросилась к обрыву.

– Плечо у него. То ли выбил, то ли вывихнул, – на ходу сообщил Силан, хвостом увиваясь за мной.

Так вот чего Пиран от боли морщился! А я-то полагала, что ему разодранная спина докучает.

Нас обоих опередил Нож. Посмотрел вниз.

– Подожди, парень! Я тебя сейчас выта... Ну какого ты делаешь?! – вдруг заорал он.

Одновременно раздался глухой удар и вскрик.

– Пир!

Я выглянула за край обрыва. Крепкая рука тут же схватила меня за плечо. Нож!

– Осторожнее, ньера. Не сорвитесь, – процедил он сквозь зубы в ответ на мой гневный взгляд.

Оказалось, Пиран сорвался с лестницы, да так неудачно, что едва не пролетел мимо уступа сразу в воду. Лишь чудом он смог зацепиться и повиснуть, опираясь на локти. Парень морщился от боли, пытаясь выбраться, но потихоньку соскальзывал. Внизу в восторге сучило щупальцами чудовище, вспенивая вокруг воду...

От вида такого количества черных отростков меня замутило в который уже раз. Я прикрыла ладонью рот и отступила от края. Голова кружилась, я и правда рисковала упасть. Но оставаться в неведении долго не смогла и тут же выглянула снова.

– Оно меня тянет! – вдруг сдавленно выкрикнул Пир, бросив наверх полный отчаяния взгляд.

Ахнули и запричитали девушки. Счет шел на секунды!

– Держись! – крикнула я и посмотрела с надеждой на работорговца.

Из нас всех только у него были шансы вытащить здоровенного парня килограммов под девяносто весом.

– Хорошо, – ворчливо согласился тот. – Но с вас желание, ньера.

– Издеваешься?!

Нож пожал плечами. Дескать, нет? Ну, тогда сами спасайте своего товарища.

Торговаться не было времени. От моего слова зависела жизнь человека.

– Ладно! Но если твое желание мне не понравится, я не стану его исполнять!

Нож мог бы и дальше артачиться, но, как ни странно, не стал. Вместо этого он молча скользнул вниз по веревочной лестнице. Получилось так быстро и ловко, что мы только ахнули всем девичьим составом. В последний момент он успел подхватить Пирана за шкирку и одной рукой, точно щенка, втащил на уступ, буквально выдернув из лап... то есть из щупалец чудовища.

Оторванный отросток, похожий на тонкий кабель с плоской лопаткой-лепестком, остался на лодыжке Пирана. Парень с отвращением затряс ногой, пытаясь освободиться. Наконец ему это удалось, а Нож пинком скинул щупальце в воду.

– Странно это, – заметила негромко Айсана. – Еще вчера он был в таком состоянии, что ходить не мог, а сейчас Пира тягает. Да еще одной рукой...

– Мамочки! – всхлипнула Рисанна и неожиданно зло спросила: – Роска, зачем ты его выпустила?

– Он сам вызвался помочь, – смутилась та. – Я бы не донесла лестницу в одиночку. Она тяжеленная...

– Надо было Панько навьючить, дура! – рявкнула Рисанна и ударила Росу по спине.

Та ничего не ответила, только втянула голову в плечи.

– Прекратите немедленно! Риса, что еще за рукоприкладство? – сделала я им замечание.

Но мне все это тоже не нравилось.

Еще вчера Нож послушно сидел под замком, изображая примерного пленника и принимая снадобья Аси. А теперь скачет, как сайгак, и поднимает тяжести, когда нормальные люди с такими травмами в постели лежат и до ветра ходят с трудом.

А еще меня беспокоило, что разбойник так легко умудрился задурить девушке голову, что та его выпустила.

С другой стороны, он не сбежал, а действительно помог нам и продолжает помогать. Может, Рисанна и права, вот только вряд ли мерин Панько успел бы спасти Пира.

– Ньера, а он точно не нирф? – тихо поинтересовался Силан.

Мальчишка тоже заметил странности нашего пленника.

Тем временем Нож что-то втолковывал бледному как полотно Пиру, а тот только кивал. Договорившись, разбойник забрался обратно на утес и крикнул вниз:

– Держись там крепче!

Мускулы на руках Ножа впечатляюще напряглись, когда он потащил лестницу наверх. Девушки и Силан бросились помогать. Я тоже присоединилась к ним, хоть от меня особенного толку не было. Наконец Пиран оказался в безопасности, и все бросились к нему. Я заметила благодарный взгляд, который подарила Ножу Роса.

– Ура! Все спасены! – запрыгал от радости Сил.

И откуда только у него энергия взялась?

– Не все, – прервала я их ликование. – Ган и Мак еще сидят на дереве! Надеюсь...

Вот тут-то и пригодилась бы лодка, которую притащили девушки, да только кто на ней поплывет?

Асей я рисковать не могла. Она единственный доктор, которого я здесь знаю. Рису и Росу тоже не пошлешь. Сама я не в состоянии и держусь только на морально-волевых. Силан еще ребенок. Пир?

Ася хлопотала возле парня, подвязывая травмированную руку. Нет, хватит уже с него на сегодня смертельно опасных приключений. Не каждый же раз будет так везти.

В деревню послать за помощью? Потеряем много времени.

Оставался только Нож, но это вариант, только если забыть про чудищ со щупальцами.

От нахлынувшего отчаяния захотелось сесть и расплакаться. Но я не могла позволить себе эту слабость. Не перед людьми, которые смотрят на меня с надеждой...

Разбойник подошел ко мне сам. Спросил:

– Ну и где эти ваши потеряшки?

– Сидят на дереве у дороги. Аккурат напротив того места, где мы с тобой познакомились.

Нож понятливо кивнул и предложил:

– Могу ими заняться.

Признаться, такого я от него не ожидала:

– Правда? Ты готов за ними сплавать?

– Ну да. Иначе зачем бы предлагал?

– А как же щупальца?

– Не такие уж они и страшные. Но мне понадобится какое-то оружие. – Он сделал многозначительную паузу. – Хотя бы нож.

Первой реакцией было послать его куда подальше.

– Экий ты ловкий! Я, конечно, благодарна тебе и все такое, но дуру из меня делать не стоит.

Я постаралась холодно усмехнуться, но получилось скорее жалко. Мокрая и замерзшая, я ничего не смогла бы ему противопоставить. Это вчера он был избит и связан, а сейчас выглядел здоровым и сильным. Даже без оружия Нож представлял серьезную угрозу, а с ним – и подавно.

С другой стороны, ничто не мешало ему просто удрать, как только Роса выпустила его из заточения. Он мог бы легко перебить всех в отместку и пробежаться по замку, стащив самое ценное. Убраться подальше, а потом вернуться с дружками, чтобы забрать то, что осталось. Какой резон ему нас спасать?

– Вижу, ты усиленно обо мне думаешь, – ухмыльнулся разбойник, все это время не сводивший с меня взгляда.

– Верно. Думаю, каких неприятностей от тебя стоит ждать.

– Ну, пока что я тебе полезен, разве нет? – Нахал ослепительно улыбнулся.

– Так-то оно так. Да только какова будет плата за твою помощь? Ты ведь действуешь небескорыстно?

– Мне всегда импонировали умные женщины.

Рука разбойника потянулась ко мне, словно он хотел убрать с моего лица прилипшую прядку. Я слегка отклонилась, показывая, что не стоит. Нож усмехнулся, но руку опустил. Драгоценное время утекало сквозь пальцы. Ребят нужно было спасать немедленно, но интуиция просто кричала, что нужно быть осторожной. Что-то нечисто в этом мире с обещаниями. Не стоит ими просто так разбрасываться.

Девушки и парни внимательно наблюдали за нами. Слушали наш разговор, затаив дыхание и приоткрыв рты. Я вдруг испугалась, что Нож ляпнет что-нибудь такое, что может отразиться на репутации Тени Дракона.

– Останьтесь здесь! – приказала им сухо и знаком позвала разбойника за собой.

Когда мы отошли шагов на десять, я посмотрела ему в глаза и спросила:

– Скажи прямо, что ты хочешь за помощь. Вдруг цена окажется для меня неподъемной.

– Да ничего такого. Первое – элементарные удобства. Я хочу отдельные покои, возможность помыться и переодеться, когда потребуется. Хочу свободно передвигаться по территории замка. – Заметив, как я хмурюсь, Нож поспешил добавить: – Наравне с простолюдинами. Секреты Дорт-Холла мне ни к чему. В сокровищницу и прочие места доступа не требую.

– Даже удивительно! – заметила я, едва не прыснув от такой наглости.

– И что же здесь удивительного? Как любой человек, я ненавижу сидеть взаперти. Чувствую себя загнанным зверем.

Глаза мужчины при этом блеснули, как у хищника. Сильного и коварного, с которым я вступила в опасную игру. Он только делает вид, что покладист, но улучит момент и откусит мне голову.

– Я тебе не доверяю, – заявила прямо.

– Я тебе тоже, – парировал разбойник. – Но это вам сейчас нужна моя помощь.

К сожалению, он был прав.

Я посмотрела на страшный грозовой фронт, который надвигался со стороны моря. С противоположной стороны садились за горизонт Дракон и Тень, окрашивая небо в тревожные ало-оранжевые цвета. Соник сказал, что после заката придет новая волна – страшнее предыдущей...

Я устало прикрыла глаза, собираясь с силами:

– Хорошо. Но никаких покоев. Комната на общем этаже. Умываться там же будешь, где и остальные. Вещи тебе подберем. Еда... Будешь работать наравне со всеми, чтобы ее добыть. У нас не так все хорошо в этом плане. И девчонок не домогаться! Понял?

– Мне подходит. Только бабам своим скажи, чтобы сами не липли. А если найду кого в собственной койке, так тому и быть. – Нож криво ухмыльнулся.

– Какой бред! Ты себе льстишь! – выпалила поспешно.

Вот только и сама в собственных словах засомневалась. Много ли надо умения, чтобы такой, как он, свернул мозги деревенским девицам?

– Может, и льщу. Но ты же не станешь отрицать, что я...

– Да-да! Самый обаятельный и привлекательный, и все на тебя сами прыгают. Как на грабли! – перебила я его. – Какое второе желание?

Глаза разбойника стали совсем маслеными, он чуть подался ко мне корпусом и все-таки убрал с моего лица прилипшую прядку. Я не выдержала и отступила на шаг.

– Даже не думай! – прошипела сквозь зубы, не понимая, какие чувства во мне вызывает этот мужчина.

– Мое второе желание – ты не станешь выгонять меня из замка, пока я сам не уйду, – заявил он.

Нож сказал это очень серьезным тоном. Из его облика даже вся игривость пропала. Вот теперь мне по-настоящему стало не по себе. Такими темпами оглянуться не успею, как он отнимет у меня Дорт-Холл по праву сильного и красивого. Если только мне Дракон Прародитель не поможет...

– Зачем тебе это понадобилось? Какой в этом резон?

– Сама поразмысли, куда мне идти. – Он обвел пространство рукой. – Дорт-Холл здесь самое безопасное место, и я хочу быть именно здесь.

Глава 4

Враги или союзники?

Реджинхард Берлиан,

драклорд Дракендорта

Предел Дракендорт, Пик Дракона,

где-то на пути к замку

Бешеная гонка по ледникам заставила вскипеть кровь, и я убрал согревающий контур, чтобы не тратить зря магию. Интуиция кричала: нужно торопиться! Мой Предел и его жители в большой опасности. Без дракона мне не остановить море, и все же! Я драклорд. Это – моя земля и моя ответственность. Вся надежда теперь была на ключ Предела. Рассекающий где-то в замке, он мне поможет.

«Редж, как ты там?» – громом с неба раздался голос дракона в моей голове.

От неожиданности я промахнулся мимо уступа и, чиркнув алмазными когтями по льду, полетел вниз. Судорожно засучив руками и ногами, кое-как смог затормозить падение. Закрепившись на отвесном склоне понадежнее, осторожно посмотрел в пропасть. Снизу разочарованно блеснули на ярком солнышке острые ледяные пики. Они напомнили мне голодных зверей, караулящих редкую добычу.

Медленно выдохнул и пополз по склону вверх, глубоко вбивая в лед свои когти. Втянул тело на уступ и сел, позволяя себе минуту отдыха.

«Реджинхард, ответь мне!»

«Бер, да не ори же так! Я прекрасно тебя слышу», – проворчал я мысленно, осматривая противоположный склон пропасти и планируя дальнейший спуск.

«Просто я за тебя волнуюсь», – обиженно пробурчал дракон.

«Я жив и пока еще здоров. Но слегка занят. Спускаюсь».

Оттолкнувшись как следует, я прыгнул через пропасть, стараясь попасть когтями в намеченное место. На этот раз обошлось без эксцессов, и я продолжил мысленный разговор со своим драконом:

«Больше не надо так кричать, Бер. Я едва не разбился от твоего ора».

«Прости! – снова громыхнул дракон, заставив меня съежиться и зажмуриться, болтаясь на леднике. – Ой! Я больше не буду! – добавил он шепотом. – Как у тебя дела?»

«Бер, не отвлекай пока. Я сам тебя позову, когда наступит подходящий момент для разговоров».

«Ладно-ладно! Только скажи, как у тебя с магией».

«Не так плохо, как думал. Но потребуется подпитка, когда вернусь в замок».

«Я понял. Будь осторожен, Редж. Не рискуй понапрасну».

«Да, мамочка!» – съязвил я, перескакивая на очередной выступ.

Простому человеку не под силу было бы преодолеть эти ледяные стены, ослепительно мерцающие на солнце. Но я успешно перескакивал через бездонные трещины и провалы и даже получал удовольствие: и от смертельно опасных прыжков, и от щиплющего обнаженную кожу мороза, и от ноющих от усталости мышц.

Скум меня побери, лучше разбиться вот так на свежем воздухе, чем протухнуть, годами сидя в пещере!

Разбиваться я, в общем-то, не планировал. Просто допускал такую возможность.

До того, как все началось, я успел преодолеть ледяную шапку Драконьего Пика и оказался у начала тропы, по которой могли спуститься лишь козы да харсы. Выбравшись на относительно пологий выступ, шириной не больше трех моих ладоней, сел и прижался спиной к каменной стене, болтая босыми ногами над пропастью.

Как бы я ни наслаждался собственной удалью, усталость давала о себе знать. Руки и ноги мелко подрагивали. Когти грозили исчезнуть в любой момент. Я развеял их и, пошевелив ноющими пальцами, отметил, что изранился в кровь.

Пока скакал через ледяные пропасти, не обращал внимания на ссадины и царапины, но сейчас все ушибы и повреждения напомнили о себе разом. Мой головокружительный бросок не прошел даром. Вот только без дракона тело не регенерировало само по себе. Пришлось лечиться магией.

Я как раз отдыхал, восстанавливая резерв, и едва собрался двигаться дальше, как горы тряхнуло. Мне не нужно было видеть, я и так знал – это море обрушилось на побережье. Похоже, я опоздал...

«Берлиан!» – Как никогда, мне сейчас требовалось единение с драконом.

Без него я почувствовал себя совсем беспомощным. Всего на миг. А потом заставил себя собраться. Драклорд здесь я. Я принимаю решения, и я отвечаю за Предел. С драконом или без.

«Редж, что это было?» – откликнулся Берлиан.

«Море», – коротко ответил я, представив, как дракон кружит по пещере, круша сталагмиты и выбивая хвостом из стен алмазную крошку.

«Началось?! Что с Тенью? Я волнуюсь!»

«Я и сам волнуюсь, если честно... Погоди!»

Я находился на западном склоне Драконьего Пика и не видел сейчас ни замка, ни моря. Но я чувствовал, что моя Тень в большой опасности! Магические цепи, сковавшие нас, натянулись. Одновременно я ощутил ее безысходность. Да такую, что выть захотелось.

Я встал на одно колено и, обдирая кожу, вонзил пальцы в каменистую почву, не зная, как еще могу помочь.

– Дракон Прародитель и его Тень, помогите, заклинаю!

Рыча, направил магию в землю, пытаясь разбудить сердце Предела. Точно оголодавший младенец, она высасывала мою силу, я не смог бы прекратить это, даже если бы захотел. Наконец ощутив, что цепи больше не источают отчаяние, испытал облегчение и благодарность.

Земля внезапно меня отпустила. Я ткнулся в нее носом, завалился на бок и потерял сознание. А очнулся от прикосновения холодного клинка к собственному горлу, и тут же узнал магию Хаоса...

Василина Вьюга, Тень Дракона

Предел Дракендорт, замок Дорт-Холл

Выбивая зубами дробь, я доползла до своих покоев. Айсана чуть опередила меня, чтобы наполнить ванну горячей водой. Она появилась в спальне, когда я пыталась снять с себя промокшую одежду. Руки замерзли, и получалось не очень.

– Сейчас-сейчас! – Знахарка бросилась мне помогать.

– Ася, почему морская вода такая холодная? Лето ведь! – спросила я, едва ворочая языком.

– Море у нас и не бывает теплым. Разве что в заводях, где помельче. Говорят, в Солияре вода в море круглый год как парное молоко, а к нам северное течение даже летом несет лед от берегов Кирфаронга.

– Понятно...

Закончив меня раздевать, Ася заглянула в ванную и сообщила:

– Готово. Иди грейся.

Она помогла мне забраться в ванну. Со стоном блаженства я погрузилась в горячую воду с шапкой крепкой ароматной пены. Пахло резко – целебными травами, но приятно. Я прикрыла глаза от наслаждения и пробормотала:

– Даже не верится, что после всего смогла вернуться живой...

– Хвала Дракону Прародителю, Лина! Подожди! Я сейчас переоденусь и отвар тебе и остальным приготовлю против простуды.

Айсана убежала, притворив за собой двери ванной.

Вот же ирония! За стенами природный катаклизм, а у меня горячая вода в замковой башне, и ее никто не отключит. В замке пока безопасно. Да и не может этот мир разрушиться одним днем. Не сейчас.

Внутри меня зрела уверенность: я еще успею вернуться к своей дочери. У меня есть время...

Вернулась Айсана довольно быстро.

– Лина, это отвар с живцом и медом. Выпей, чтобы хворь не прилипла. – Знахарка протянула мне исходящую паром чашку, завернутую в чистую тряпицу, чтобы не обжечься.

– Спасибо, – поблагодарила я ее, едва ворочая языком.

Встретившись с участливым взглядом подруги, испытала болезненный укол совести. Я-то уйду, найду способ, а Ася останется...

Они все тут останутся и погибнут!

На душе стало мерзко.

– Ася, как там твой брат? Их бы тоже согреть...

Я запомнила, как Ася лишь коротко обняла Сила и сразу же занялась Пираном, а потом мной. У нее вообще было время позаботиться о брате?

– Их уже отвели в баню. Хорошо натопили заранее.

– Я не ослышалась, в замке есть баня?

Что-то я не припоминала ничего похожего. Но, возможно, не все строения еще обошла на территории.

– Мы ее в одном из сараев организовали. Надо же слугам где-то мыться? – улыбнулась она. – Но хорошо бы отдельную построить, по всем правилам.

– Обязательно! Я и сама люблю баню, если честно.

Я прикрыла рот, подавляя зевок. От горячей воды и отвара меня окончательно разморило. Заметив это, Айсана забрала из моих рук кружку и подложила под голову свернутое полотенце.

– Давай помогу вымыться и уложу в постель?

Возможно, у местной аристократии было так принято, но для меня мытье – процесс слишком интимный, чтобы приглашать в него посторонних участников.

– Спасибо, не нужно. Я привыкла мыться сама. А ты лучше сообрази мне что-нибудь бодрящее.

– Зачем бодрящее? – удивилась Ася.

– Спать ужасно хочется, но у меня еще дела.

Я снова зевнула, закрыв лицо ладонями.

– Да какие еще дела, Лина? Тебе нужно выспаться! – возмутилась подруга.

– Обязательно высплюсь, но потом. Если люди из деревни придут, нужно будет заняться их размещением. Кстати, они еще не здесь? – спохватилась я.

– Нанька туда бегал. Говорит, что староста всех увел в горы, как наводнение началось. Там на выпасах есть пастушьи и охотничьи хижины. Так что нет в деревне никого.

– Ясно. А как сама деревня? Вода до домов не добралась?

– Нет. Только долину у реки затопило и ближайшие поля, но в холмы вода не добралась.

Я откинулась на бортик ванны и прикрыла глаза.

– Этой ночью придет еще одна волна. Какая она будет? Если деревенские лишатся жилья, пусть приходят в замок. Как-нибудь да уживемся, – решила я.

– Хорошо, передам Рисанне. Лина, я тут одно снадобье принесла, если в воду добавить, никакая хворь тебя не возьмет и тело ломить не будет.

– О! Это было бы просто замечательно!

– Но оно немного щиплет, – предупредила Ася, держа в руках небольшой сверток.

– Сыпь, – моргнула я согласно. – Что угодно сыпь, лишь бы я не свалилась с простудой.

Мерцающий порошок и мелкие цветочки отправились в воду. Запахло лавандой, и меня вдвое сильнее потянуло в сон.

– Ася, неси травку для бодрости, пока я прямо здесь не уснула. И не спорь!

Мне нужно было найти силы, чтобы дойти до пещеры и проверить состояние меча. А еще я планировала заглянуть в покои драклорда, откладывать дальше я не желала.

– Хорошо, – с плохо скрытым недовольством ответила Айсана. – Но потом я помогу тебе вымыть голову и одеться, – настояла она.

– Так и быть. Да! Узнай еще, не вернулся ли Нож. Я переживаю за ребят.

Ася уже дошла до порога, но остановилась и поинтересовалась:

– Лина, ты ему веришь?

Я отрицательно мотнула головой:

– Нет, но какой у меня выбор?

Айсана ушла, а я, не в силах бороться с дремотой, прикрыла веки. Пробормотала:

– Я должна спасти Дракендорт, но как?

Мысли текли вяло, а организм требовал пощады и сна.

Верный ответ пришел внезапно и был проще пареной репы: Реджинхард Берлиан отвечает за защиту Предела. Значит, я должна его выручить.

Осталось дело за малым: как-то вытащить из пещеры здоровенного мужика, не обладая ни магией, ни навыками, ни снаряжением альпинистов. Действительно, какая ерунда!

А еще нужно как-то с ним договориться, и это не легче, чем проделать все вышеупомянутое.

Я попыталась представить мужчину, изображенного на портрете, но перед глазами возник облик обнаженного дикаря из пещеры. Бесспорно красивого, но пугающего...

«Смеешь мне приказывать, предательница?!» – Казалось, я даже оттенки его голоса, сочащегося укоризной и горечью, запомнила до мелочей.

– Предательница. Но почему?

Реджинхард Берлиан явно спутал меня с Линдарой – своей настоящей Тенью. Значит ли это, что по ее вине он очутился в заточении?

Умозаключение показалось мне логичным. Особенно после рассказа Айсаны о поцелуе Линдары с Тапределем. К сожалению, видела знахарка слишком мало, чтобы можно было судить о том, как все случилось на самом деле.

Помогала ли юная Тень возлюбленному по собственной воле или ее обманом заставили навредить драклорду? Может, если пойму, как все произошло, смогу это исправить?

Как принято выбирать Тень?

Судя по легенде, которую я прочла, выходило так: живет себе девушка поживает, никого не трогает. И вдруг какой-то мужик, пусть и правитель, решает сделать ее своей Тенью. Почет и уважение семьи и окружающих обеспечены. Ну, еще бы, такая должность при дворе! Хотя ведь Тень это не совсем должность, да? Но и вроде бы еще не невеста. Наложница?

Что будет, если девушка не захочет быть Тенью? Может ли отказаться?

Допустим, живет какая-нибудь условная Маша своей жизнью. Лелеет какие-то планы. Возможно, ей уже сделал предложение хороший парень, в которого она влюблена по уши. Может, они уже назначили дату свадьбы и придумали имена будущим деткам...

И вдруг все резко меняется!

Появляется драклорд весь такой из себя и назначает ее Тенью. Забирает из отчего дома в свой замок, и баста! Больше Маша не может принадлежать ни одному мужчине. А у этого половозрелого драклорда наверняка уже есть если не пассия, то толпа фавориток. Ну, пусть даже одна-единственная, и все равно вряд ли она обрадуется молоденькой конкурентке. Готова ли к подобной участи начинающая Тень?

Зависит от амбиций и характера девушки, конечно же.

А по легенде, и драклорд, и его Тень были счастливы. Вот только у меня напрашивался вывод: мнение Теней на этот счет никто и никогда не спрашивал.

И как тогда жить? Как смириться со своим положением?

Статус Тени Дракона давал множество привилегий и возможностей. Уверена, многих это устраивало. На Земле тоже хватает практичных дам, которые с удовольствием заняли бы подобное место рядом с кем-то влиятельным и обеспеченным, но не все же такие?

Что, если Линдара не желала становиться Тенью Реджинхарда Берлиана? Может, советник пообещал освободить ее от немилого?

Вспомнилось, как драклорд пожирал глазами мое обнаженное тело. Вот, наверное, как он относился к Линдаре! Что, если она его боялась?

Мне же страшно не было. Напротив, фантазия неожиданно разыгралась, откликнувшись тягучим возбуждением внизу живота. Вздохнув, я едва коснулась напряженной груди, как вдруг кто-то тронул мои волосы, распределяя травяной шампунь.

– Ася!

Я испуганно дернулась, и вода плеснула через край ванны на пол.

– Ш-ш-ш! – ответила подруга и принялась намыливать мне голову.

Я подумала, что после сегодняшнего проще отрезать отросшие до талии волосы, чем промыть и расчесать. Но Ася так приятно массировала, что я расслабилась и снова прикрыла глаза, доверившись ее умелым рукам.

И все же у меня мелькнула мысль, что на такой случай надо бы на дверь колокольчик повесить, чтобы не пугаться. Да и дверь в покои неплохо починить. Раньше мне было без разницы, но теперь, когда народу в замке прибыло, будет нелишним.

– Ася? – позвала сонно, наслаждаясь массирующими движениями. – Как считаешь, этот Нож умеет чинить двери? Пусть приносит пользу, верно?

– Этот Нож много чего умеет, – ответил мне сам разбойник.

От неожиданности я вскочила, но тут же снова погрузилась в воду едва ли не до самого носа, радуясь, что меня скрывает плотная пена. А потом замерла, боясь обернуться.

– Что тебе здесь нужно, Нож? Совсем... стыд потерял? И страх? И совесть!

– Не стоит так меня бояться, Лина. – Наглец усмехнулся. – Лучше сядь, как раньше, я еще не закончил с твоими волосами.

Только сейчас я осознала, что руки Аси изначально показались слишком большими и сильными. Собравшись с духом, я села ровнее, следя, чтобы пена прикрывала стратегически важные места. Глазами попыталась найти полотенце, но оно висело на крючке слишком далеко, а тем, что выполняло роль подушки, ничего не прикроешь.

Главное, не суетиться, сказала себе, а в душе зрел страх. Если честно, от Ножа я ждала лишь подвоха.

– Выйди! – постаралась, чтобы прозвучало безапелляционно.

– Я пришел поговорить и еще не сказал, что собирался. Немного отвлекся.

– Позже поговорим! Я занята.

– Нет, сейчас, – надавил мой пленник, с каждой минутой борзея все больше.

– Пожалуй, мне придется снова связать тебя и запереть.

– Интересное предложение. Готов рассмотреть твою спальню в качестве места моего заточения, – промурлыкал гаденыш.

От такого намека во мне все вскипело, одновременно я обрадовалась, что сижу к нему спиной и он не видит растерянности на моем лице.

Немного собравшись, поинтересовалась:

– А рожа не треснет?

– Лина, в замке ведь все равно нет никого, кто смог бы выполнить твой приказ, верно? – спокойно, будто для тупенькой, пояснил Нож.

И он был прав. Сейчас мы были, как никогда, уязвимы.

Едва не послав его в самое классическое место, вслух я сказала:

– Тебе не кажется, что ты не в том положении, чтобы вести себя подобным образом? Ты и так получил то, чего не заслуживаешь, Нож. Комната, чистая одежда, еда. Не стоит наглеть.

– Я всегда стремился к большему, Лина. Природа у меня такая. – Откровенно веселясь, разбойник обошел ванную и встал так, чтобы мне его было видно.

Он надел чистую рубаху, гладко выбрился. Светлые волосы чуть ниже плеч были вымыты, аккуратно расчесаны и немного волнились. В общем-то, если отринуть всю предысторию наших взаимоотношений, мужчина выглядел внушительно и интересно. Возможно, при других обстоятельствах я бы дала ему шанс...

Разбойник едва заметно облизнул губы, скользнув взглядом ниже уровня воды. Его глаза как-то странно блеснули. А я засомневалась, что пена по-прежнему достаточно плотная. Одновременно по телу прошла горячая волна похоти, заставив меня вцепиться в края ванны.

– Я не стану твоей любовницей, Нож! Даже не мечтай, – прошипела сквозь зубы, не понимая, что со мной творится.

– Нож – это кличка для сох и подельников. Зови меня Эйрен, Лина. Это мое настоящее имя, данное при рождении.

– Да мне плевать! Не смей меня трогать.

– Мои ухаживания не оскорбят тебя, клянусь. Мы с тобой почти равны по положению.

Глава 5

Доверие – ценность, на дороге не валяется

Кажется, Нож не сомневался, что сможет меня убедить. Я же в возмущении уставилась на наглеца.

Ого! Вот как заговорил? Но и мы не лыком шиты!

Снисходительно улыбнувшись, я заявила елейным тоном:

– Эйрен, даже если бы мы были не «почти равны», а «полностью равны», у тебя все равно не было бы шансов. Ты не дракон.

Разбойник вальяжно присел на край ванны. Его пальцы принялись играть с пеной возле моего колена, а я словно зачарованная уставилась на них. Этот мужчина обладал каким-то противоестественным магнетизмом, которого я раньше не ощущала.

Круто же быть мужиком! Помылся, и уже красавец, каких свет не видывал.

– А что, если все-таки дракон? – поинтересовался он все тем же мурлыкающим тоном.

Злясь на себя, я сдвинула брови и строго произнесла:

– Ну и что? Я – Тень другого дракона.

Сердце било набатом в ушах, волны томительного жара катились одна за одной, а я не понимала, что со мной такое происходит. Но одно я знала точно: я обязана выиграть эту битву характеров – и старательно изображала покерфейс.

– Ты ведь уже не невинна, Тень? – привел Нож неожиданный аргумент.

– Хочешь сказать, это достаточная причина, чтобы пригласить тебя в свою постель?

Я смерила наглеца презрительным взглядом, но его ухмылка стала только порочнее. Пришлось больно ущипнуть себя за бедро, чтобы отрезветь.

Нет, он точно как-то на меня влияет! Может, это какие-то нирфеатские штучки?

– Хочу сказать, что к Реджинхарду Берлиану Линдара попала невинной и слишком юной. Он не успел ее тронуть. Значит, либо ты не она, либо...

– Либо что? – поинтересовалась я резко.

– Либо в мир плотских удовольствий тебя сопроводил кто-то другой.

От всей этой ситуации, интимных разговоров и наличия рядом породистого самца у меня кровь кипела. Я вдруг поймала себя на том, что, приоткрыв рот, с интересом рассматриваю мужчину, всерьез раздумывая, а не послать ли к чертям все условности.

Никогда раньше ничего подобного со мной не происходило. Разве что в пещере во время поцелуя с Реджинхардом?

Образ драклорда Дракендорта мгновенно развеял наваждение. Словно я антидот выпила.

Передо мной по-прежнему был очешуительно сложенный мужчина, красивый и дерзкий, но у меня словно пелена с глаз спала. Я больше не испытывала нездорового вожделения и не стремилась броситься ему на шею.

Наверное, у Ножа все-таки есть какая-то магия. Как хорошо, что я вовремя поняла, как ей противодействовать.

«Редж-Редж-Редж...» – повторила несколько раз мысленно и хищно улыбнулась.

– Не знаю, что ты задумал, но со мной этот фокус не пройдет. Убирайся из моих покоев, Эйрен! Или как там тебя?

– Эх! Не вышло... – Разбойник вздохнул, подтвердив мою догадку, а затем поднялся. – А знаешь, Лина, я даже рад. У нас есть все шансы вместе спасти Дракендорт, но сначала...

В этот момент вернулась Айсана.

– Ты погляди, какой охальник! Тебе Росы мало, да? Ньере Лине решил голову дурить? – Аккуратно поставив принесенную кружку на туалетный столик, она схватила какую-то тряпку и набросилась на разбойника, точно фурия. Принялась охаживать. – Ньера Лина, он вас не обидел? – поинтересовалась между делом, не прекращая лупить наглеца.

– Мы просто разговаривали! – смеясь, оправдывался тот.

– О чем ты, гад, мог с ньерой разговаривать?! Прочь! Прочь отсюда! – погнала разбойника из ванной Ася.

Нож выгоняться не желал и мог бы легко противостоять ей, но почему-то предпочел убегать и уклоняться. Айсана – за ним! Переполох, который они устроили, прекратился вместе с оглушительным громом.

Он был такой мощный, что мы с Асей вскрикнули от неожиданности, а разбойник втянул голову в плечи. Проблеск молнии озарил пространство, и знахарка вскрикнула снова.

– Ньера, что происходит? – спросила она дрожащим голосом.

– Похоже, это то, что предсказал ваш цветодрак, – ответил за меня разбойник, мигом посерьезнев.

– Ася, полотенце и халат. Эйрен, выйди! – скомандовала я.

На этот раз Нож послушался. Когда дверь за ним затворилась, я принялась остервенело выполаскивать волосы, сетуя, что они такие длинные. Закутавшись в халат и намотав на голову полотенце, выскочила в спальню в сопровождении шепчущей молитвы Аси.

Эйрен не ушел. Он стоял у окна, сложив на груди руки и глядя вдаль. Я подошла и встала рядом, пытаясь понять, на что именно он смотрит. Очередной проблеск молнии озарил морской простор. Я увидела, как колышется черная зыбь, и страх сковал нутро.

Боженька, снова цунами? Надеюсь, до замка оно не дойдет? Не дойдет же, да?

Грянул новый раскат. Айсана зажала уши и присела, а я инстинктивно схватила Эйрена за предплечье, но тут же пожалела об этом и убрала руку. Разбойник сделал вид, что не заметил моего неуместного жеста.

– Приберусь в ванной, а ты не смей хулиганить! – протараторила Ася и, продемонстрировав Ножу кулак, ретировалась.

Еще некоторое время мы наблюдали, как молнии бьют одна за другой. Я подумала, что лесополоса уже заметно поредела и не сможет сдержать мощь новой волны. Да и скала, на которой стоял наш замок, уже не казалась такой уж неприступной...

– Скорее бы море успокоилось... – пробормотала я себе под нос.

– Это сможет прекратить только твой драклорд, – нарушил молчание Эйрен.

Уставившись на благородный мужской профиль, я вдруг поняла, что Нож мне не врал, намекая на свой статус. Слишком уж он отличался от других работорговцев. Слишком о многом был осведомлен.

– Ты знаешь, где он?

Мой собеседник кивнул:

– А еще знаю, что ты настоящая Тень, хоть и не та, которую выбрал для себя Редж.

Опешив от такого заявления, я уставилась на Эйрена.

Он преобразился на глазах, стал холоднее. Из его речи ушла привычная дурашливость, а его осведомленность напугала. Похоже, роль разбойника он просто играл, но теперь предстал передо мной самим собой.

Интуиция подсказывала: притворяться больше нет смысла, но и сказать правду было страшно.

– Как ты понял? – спросила, едва не заикаясь.

– Я знал Линдару, и у меня были на нее планы. – Он усмехнулся. – Но затем явился Реджинхард Берлиан и все испортил.

– И что теперь? – спросила я осторожно.

– Ты не Линдара Зинборро, хоть и очень похожа на нее. Вместе с тем я видел цепи, которые приковали тебя к Реджу. Это странно...

Эйрен посмотрел мне прямо в глаза, и выдержать его взгляд стоило немалых усилий. Я ожидала услышать что угодно, вплоть до приговора. В голове трепыхались пойманными цветодраками мысли: «Он понял, что я чужачка! Видит какие-то цепи! Что же мне теперь делать?»

– Впрочем, неважно. Главное, Предел тебя признал и помогает. Теперь и ты должна сослужить службу Дракендорту. Спаси эту землю, Тень. Освободи своего драклорда. Уверен, ты сможешь это сделать, а я помогу тебе добраться до алмазной пещеры, где он заточен.

Высказавшись, Эйрен ушел. Не пришлось даже выгонять мокрыми тряпками по примеру Айсаны. Как только дверь моей спальни закрылась за ним, я отошла от окна и опустилась на кровать, чувствуя опустошение.

– Вампир энергетический! – ругнулась я вполголоса и позвала: – Ася, ты принесла мне бодрящий отвар?

Знахарка выглянула из ванной и, окинув цепким взглядом комнату, поинтересовалась шепотом:

– Ушел?

– Угу, – кивнула я и прикрыла глаза, сражаясь с приступом смертельной усталости.

– Он точно ничего плохого не сделал, пока меня не было? Скажи мне, Лина? Если так, мы его тихонько отравим. Умрет в муках!

Я невольно улыбнулась от такой поддержки.

– Все в порядке, Ась. Не нужно травить. Просто разговор получился непростой. Нож сказал, что я обязана спасти драклорда, и обещал помочь.

– Ничего себе! Но откуда он знает, как это сделать?

– Не знает. Просто поможет мне добраться до алмазной пещеры.

Айсана немного помолчала:

– Лина, а ты знаешь, как освободить драклорда?

Я взглянула в горящие надеждой глаза своей новой подруги:

– Честно? Понятия не имею. Но очень надеюсь, что он сам знает и сможет мне подсказать.

Я приняла из рук Аси очередную кружку с отваром, и в нос ударил терпкий запах трав. Выпив залпом горчащий отвар, я с минуту сидела, глядя перед собой, а потом вдруг ощутила, как понемногу отступает усталость.

– Ася, сходишь со мной в крыло, где жил драклорд?

Идти туда одной мне не хотелось. Парадокс! Некогда пустой замок казался мне безопаснее, а с появлением новых людей приходилось быть осторожнее, чем раньше.

– Конечно, Лина! Но я бы рекомендовала пойти туда завтра. Тебе действительно нужно отдохнуть. Опять же, вдруг этот подозрительный следом увяжется?

– Ты права, но я должна это сделать. Это и кое-что еще, прежде чем лягу.

Я принялась одеваться, а через несколько минут мы с Асей крались по темному коридору хозяйского крыла.

После небольшой перепалки я отвоевала у Айсаны охапку факелов и несла их, прижимая к груди. Знахарка брала один, вставляла в очередное кольцо на стене и поджигала. Коридор тут же озарялся теплым светом, и мы двигались дальше.

Я избегала посещать это крыло с тех пор, как узнала от Соника, что раньше здесь жил хозяин замка. Боялась магических ловушек и стражей. Но сейчас мне показалось важным посетить это место. Вдруг здесь найдется какая-то подсказка?

Наконец мы добрались до лестницы, ведущей в башню, где располагались покои драклорда. Там царила кромешная тьма, и Ася подняла факел повыше, освещая пространство винтовой лестницы:

– Лина, тебе не кажется, что там опасно?

– Это место не причинит мне вреда. Я же Тень его хозяина. Но ты лучше подожди меня здесь.

– Я тебя не...

Мощный удар сотряс стены замка, не дав ей договорить.

Взвизгнув, мы инстинктивно присели, Ася при этом едва не выронила факел, а я подумала об альтернативном источнике освещения замка – пожаробезопасном.

– Что это было? – испуганно поинтересовалась знахарка.

– Похоже, цунами вышло на берег, – ответила я, прислушиваясь к характерному реву воды и треску, которые были слышны даже здесь.

Сгрузив оставшиеся факелы на пол, я зажгла один для себя.

– Будь здесь. Кричи, если что, – наказала Асе и принялась подниматься по лестнице.

Знахарка догнала меня на середине:

– Лина, я тебя одну не оставлю.

Я не стала ее отговаривать.

Двери в покои драклорда были выбиты, внутри пахло запустением и царил жуткий бедлам. Подняв факел повыше, я осмотрелась и едва не схватилась за голову.

Все, что можно было перевернуть, было перевернуто, то, что можно было разорвать – разорвано, а сломать – сломано. Вспоротый матрас валялся прямо посреди гостиной, рядом с ним выпотрошенные подушки. Роскошные стулья и кресла порезаны и разбиты.

Осторожно ступая среди обломков мебели и разбросанных вещей, я пересекла гостиную и заглянула в спальню. Там было все то же самое. Даже кровать не поленились раскурочить, и ее остатки теперь годились разве что на дрова. Нигде в замке я не встречала подобного варварства!

– Руки бы оторвала тому, кто это сделал! – прошипела я гневно.

– Да уж... Похоже, искать здесь что-то бесполезно даже при дневном свете, – заметила Айсана.

А меня осенило:

– Обыск! Точно! Здесь уже что-то искали до нас. Но что именно? И нашли ли?

Стараясь не споткнуться, направилась к окну и выглянула, но за ним царила кромешная тьма. Молнии больше не сверкали, так что мне ничего не удалось рассмотреть. Что ж, оценить степень разрушений на побережье я смогу только завтра.

Возвращаясь в гостиную, заметила на полу два парных портрета размером со школьную фотографию. Одна рама была поломана в двух местах, но сами полотна не пострадали.

Подняв один, поднесла к свету. Там был изображен мужчина, в котором прослеживалось сходство с драклордом. Отец Реджа? Со второго на меня взглянула красивая женщина с шикарной диадемой в волосах. Мама?

Какая приятная пара!

Впрочем, никаких подписей на портретах не было, и я лишь могла предполагать.

– Ты что-то нашла? – поинтересовалась Ася, когда я вернулась в гостиную.

– Только это. Не знаешь, кто эти люди?

– Так это же батюшка и матушка драклорда, – не сомневаясь, ответила Ася.

– Ты их видела?

– Только однажды – еще в раннем детстве.

Оставить портреты родителей Реджинхарда Берлиана валяться среди мусора я не могла.

– Нужно починить рамы и... Пожалуй, сделаем здесь завтра уборку, – озвучила я свои мысли Айсане.

– Скажу утром Рисе, она организует девушек, – откликнулась та.

Ничего ценного тут явно не осталось после такого «тщательного обыска», и задерживаться здесь не было смысла. А еще я начала зевать. Видимо, действие бодрящего отвара заканчивалось. Еще немного, и усталость навалится гранитной плитой. Хорошо бы к этому времени оказаться в собственной кровати...

Возвращаясь, мы гасили зажженные факелы, и я заметила, как опасливо косится в темноту коридора позади нас Ася. Ее беспокойство постепенно передалось и мне.

– Остальные не гаси, пусть горят.

Ничего не случится за одну ночь. Да и тут ничего нет, кроме камня. Свернув на лестницу, ведущую к моим покоям, мы, не сговариваясь, припустили бегом. Казалось, что я затылком ощущаю позади себя монстров. Прямо как в детстве...

– Ася, что ты там увидела? – поинтересовалась я, когда мы оказались в моей спальне.

– Ничего, – смущенно ответила подруга.

– А зачем тогда бежали? – вытаращилась на нее я.

– Не знаю. Может, просто померещилось? – Айсана поежилась и неуверенно сказала: – Ладно, пойду я...

Она замялась, словно не желая выходить за порог. А я вдруг осознала, что в отличие от меня Ася – дитя другого мира. У нее нет моего скепсиса, а все, что я автоматом причисляю к выдумкам, для нее – реальность!

Гигантские пауки, призраки, летающие монстры и злые колдуны. Это я все никак не привыкну, а она с детства знает, чего стоит бояться, а чего нет.

– Ася, останься здесь ночевать. Кровать большая, мы спокойно поместимся, – предложила я. – Я спать, а ты можешь пока принять ванну, если хочешь.

Знахарка вытаращилась на меня так, словно я ей на троне посидеть предложила:

– Правда?

– Правда.

Я остервенело стянула с себя одежду, только и мечтая поскорее прилечь. О том, чтобы спуститься в подземелье и проверить, не зарядился ли меч, не шло даже речи.

– ...А если этот гад припрется, вдвоем мы сможем дать ему отпор, – точно сквозь туман, донеслись слова Айсаны.

Согласно пробурчав что-то невнятное, я нащупала под подушкой рукоять нирфеатского кинжала, стиснула ее и провалилась в сон.

Утро началось с боли.

Мышцы забились так, будто вчера я пыталась установить олимпийский рекорд по плаванию, не меньше! Зато я не чувствовала ни намека на простуду. Усилия Аси не прошли даром. Причитая и охая, точно старушка, я сползла с просторного ложа, но не смогла поднять руки, чтобы стянуть с себя ночную рубашку!

– Ася?

Я осмотрелась в поисках подруги. Но вместо знахарки ко мне в открытое окно впорхнул Соник:

– Лина, доброе утро!

– Привет, мелкий! Как ты? Как твоя стая? Никто не пострадал ночью от ливня?

– Несколько бутонов прибило к земле, но мои подданные в порядке, – отрапортовал дракошка.

– Хорошо. Я попрошу Айсану позаботиться о клумбе. Надо будет развести побольше солнцеедов, наверняка к осени у вас появится пополнение.

– Спасибо за заботу, а Ася как раз этим и занята. Они с Рисой с раннего утра при деле.

– Ой, а как же вы зимой будете обходиться без своих бутончиков? – спохватилась я.

– На чердаке твоей башни у нас зимние гнезда. Я как раз проверил их этим утром. Нужно будет починить некоторые и начинать делать запасы.

– На чердаке? Но там же холодно!

– Холодно, – подтвердил дракончик. – Старейшины говорят, что мы впадаем в спячку и не замечаем холодов. Правда, не все цветодраки переживают зиму. Для меня эта станет первой, как тебе известно. Надеюсь, все обойдется.

– Соник, а что, если вам остаться жить прямо в замке? Например, я выделю вам комнату, чтобы вы не мерзли. Соорудим удобные насесты или домики? Можно даже поставить кадки с цветами, если это поможет?

– Лина, ты правда готова сделать все это для нас?

Огромные глаза дракошки подозрительно заблестели.

– Для тебя я и не на такое готова, мой милый.

Дракошка с размаху ударился о мою грудь. Прижался всем маленьким тельцем, растопырив крылышки.

– Соник... Ты что, меня обнимаешь?

– Наверное. У нас так не принято, но вы, люди, часто так делаете в знак признательности.

– Верно.

Я улыбнулась и погладила его по мохнатой головке и вдруг нащупала что-то твердое.

– Ой, что это?

– Где?

Соник поднял на меня взгляд.

– Вот.

Я потрогала два симметричных бугорка, скрытых под синим хохолком. А потом раздвинула шерстку и с удивлением обнаружила кончики золотых рожек.

– Что там? – заволновался мой маленький друг.

– Соник, король цветодраков. – Я сделала торжественную паузу. – Кажется, у тебя корона растет!

– Рожки? Ой...

Дракончик стрелой метнулся к зеркалу и принялся выписывать пируэты. Смешно кося глазами, пытался рассмотреть новое украшение.

– Подожди немножко, они вырастут, и ты сможешь их увидеть.

В спальню без стука вошла Ася с подносом. Ароматы свежего хлеба и каши ударили в ноздри, заставив желудок сжаться.

– Доброе утро, Лина! Твой завтрак. – Ася поставила поднос на стол. – Как ты себя чувствуешь?

– Спасибо, намного лучше, чем если бы плавала в воде.

Забывшись, я резко поднялась и тут же заохала.

– Что с тобой? – испугалась Айсана.

– Болит все так, словно мной тролли в мячик играли, – заменила я привычное «как трактор переехал» на местный аналог и попала в точку.

Айсана заулыбалась и сообщила:

– Я знала, что так будет. Поэтому принесла восстанавливающий отвар. – Она принялась перечислять незнакомые названия трав и их свойства. – Ешь, потом я разомну тебе мышцы, а на ночь поделаем расслабляющие ванны.

– Спасибо. Поможешь мне переодеться?

– Конечно! – Ася принялась за дело.

– Не знаешь, как дела в деревне? – поинтересовалась я между делом.

– Вода остановилась чуть выше, чем в первый раз. Мальчишки сбегали туда спозаранку. Говорят, левый берег и долина пострадали, все остальное в порядке.

Я мысленно выдохнула, радуясь, что ночное повторение цунами не нанесло критических разрушений. Хотя это только у нас, а что творится по побережью дальше?

Через полчаса после завтрака и короткого массажа я смогла сносно двигаться и первым делом отправилась проверить меч. Без своей «волшебной палочки» я чувствовала себя беспомощной и беззащитной.

Приказав Пирану, которого взяла с собой, стоять на страже у решетки и никого не пускать за мной следом, одна спустилась в подвал.

Меня ждало разочарование. Среди множества похожих друг на друга сталагмитов я не сумела обнаружить тот, в который превратился Рассекающий. Оставалось надеяться, что, когда он зарядится, покажется сам.

Но что, если зарядка займет годы, а то и столетия? Что я знала о волшебных мечах?

В общем, придется пока потерпеть без чудес.

Эх, если бы я только могла предвидеть будущее! Тогда я бы первым делом освободила драклорда, не тратя магию на что-то еще. Размышляя о том, смогла бы я договориться с Реджинхардом, встреться мы в обычных условиях, я топала обратно и на подходе к решетке услышала перебранку.

Спорили Нож и Пиран.

– Я сказал, пускать тебя не велено! А будешь выпендриваться, снова тебя запрем! – стоял на своем глава моей службы безопасности.

Какой же молодец!

Глава 6

Некоторые ценности все-таки валяются на пути

Я поспешила Пирану на помощь, не питая иллюзий насчет того, кто победит, случись драка. Наверняка этот Эйрен половину жизни учился не хлеб сеять, а глотки резать, даром что аристократ.

– Что за шум? – обозначила я свое присутствие.

– Доброе утро, ньера Зинборро! – учтиво кивнул Нож, на миг сбив меня с толку.

Зинборро? А! Это же фамилия Линдары. Он вчера упоминал. Но зачем он так ко мне обратился?

– Доброе утро... – Я запнулась, не зная, как вернее к нему обратиться, раз уж он теперь не разбойник.

– Я бы посоветовал на людях обращаться ко мне ньер Шатолье, чтобы никто ничего дурного не подумал, – порекомендовал он, покосившись на Пирана. – Но мне и по имени приятно. Так обращаются к близким людям. Хотя... Зови как хочешь. Выбор за тобой.

Эйрен снисходительно улыбнулся.

– Отлично! Тогда просто Нож, – легко подхватила я его игру. – Уже привыкла к этой кличке, извини. Тем более что ньер ты вряд ли настоящий, да и имя явно фальшивое.

Разбойник поморщился, но не остался в долгу:

– Примерно как и твое, да?

Убедившись, что решетка, преграждающая путь в подземелье, уже встала на место, я двинулась дальше, не удостоив Эйрена ответом. У меня еще дел по горло, не собираюсь тратить время на пустую болтовню.

На огороде у грядок Рисанна за что-то распекала Росу, и я направилась к ним. Нож, не отставая, зашагал следом.

– Лина, мы должны выйти как можно скорее, – произнес он серьезно.

– Куда выйти? – не поняла я.

– Как куда? На помощь Реджинхарду.

Я остановилась и повернулась к нему:

– Откуда я знаю, что ты меня не обманываешь? Ты поклялся не трогать меня в замке, но что будет за его стенами? Поклянись, что гарантируешь мне безопасность снаружи.

Эйрен нахмурился:

– Клясться не буду. Просто не смогу предусмотреть всего, но со своей стороны...

– Вот и ответ! – перебила я его и продолжила путь, отметив, что Пиран, прихватив топор, следует за нами поодаль.

Молодец! Но надеюсь, что это не понадобится. Я мотнула головой и жестом попросила его удалиться.

Тем временем скандал на огороде набирал обороты.

Рисанна замахнулась на Росу, и та вся сжалась, прикрывшись руками, несмотря на свой высокий рост. В этот момент откуда ни возьмись появилась Маруська. Коза отважно атаковала пышный зад старостихиной дочки. От удара острыми рожками Рисанна вскрикнула и, не удержавшись, полетела вперед. Ругаясь на чем свет, поднялась, а бесстрашная козочка грозно заблеяла и изготовилась для новой атаки.

Свидетели этого падения, вместо того чтобы броситься на помощь, хохотали, надрывая животы.

Я тоже едва сдержалась, чтобы не заржать совсем не как леди. Но боюсь, что после такого смеха мою репутацию будет не восстановить.

Эйрен недоуменно уставился на них.

– Дракон Прародитель, что здесь происходит? – пробормотал он.

– Маруська не любит за что-то Рисанну. А та, в свою очередь, все время цепляется к Росе. Интересно почему?

Разбойник уставился на меня, как на идиотку.

В то же время к нам приблизилась стайка ребятишек во главе с Айей. Девчушка шла впереди, точно маленькая королева в окружении свиты, и эта свита явно что-то прятала. Десяток пар глаз шкодливо зыркали на меня.

– Лина, у нас нет времени на ерунду... – начал было Эйрен.

– Это не ерунда! Это – делегация, – перебила я его и строго обратилась к детям: – Признавайтесь, что натворили?

По характерным звукам я уже примерно поняла, в чем дело. Ох уж мне конспираторы!

Старшие испуганно переглянулись, Нанька тайком пихнул Айю в спину, а та изобразила неловкий книксен.

– Ньеа Лина, у нас к вам поосьба, – чинно заговорила девчушка, покосившись на Наньку, который одобрительно кивал. Видимо, он и был инициатором этой затеи.

– Слушаю. – Я сделала предупреждающий жест, вынуждая Ножа не влезать, и тот недовольно засопел.

– Мы спасли щенят из воды. Можно, мы их себе оставим? – не выдержал Нанька.

– Ну пожа-а-алуйста! – протянула Айя, сделав самое милое лицо, на какое только была способна.

Поправочка: самое милое чумазое лицо.

– Ньера Лина, пожалуйста! – вразнобой затянули остальные дети, демонстрируя мне корзину, в которой возилось с пяток серых щенят.

Я наклонилась, рассматривая поскуливающих малышей. Хорошенькие! Только маленькие еще совсем. Ну как таких не оставить? Интересно, а куда делась их мать?

Неожиданно вспомнилось, как мы со Златой хотели завести собаку. Совсем недавно. Сидели, выбирали породу, разглядывая щенков в интернете. Дочка упрямо выбирала алабаев, кавказцев и прочих волкодавов, в то время как я уговаривала ее присмотреть что-нибудь маленькое.

К горлу подкатил тугой ком, и на глаза набежала влага. Я впилась до боли ногтями в ладони, старательно делая вид, что рассматриваю щенков.

Златочка, солнышко мое! Я обязательно куплю тебе хоть волкодава, хоть тибетского мастифа, хоть сразу целую стаю хаски с нартами, лишь бы мы снова были вместе...

Выпрямилась, строго хмуря брови, с одной лишь целью – не расплакаться.

– Так и быть, оставляйте, – ответила дрогнувшим голосом. – Но чтобы воспитывали! Увижу, что без присмотра по двору носятся или лают попусту...

Договорить мне не дали.

Дети, наперебой меня благодаря, с радостными визгами и смехом убежали в сторону кухни за молоком для щенят. Я глубоко вдохнула и выдохнула. Маленькое происшествие выбило меня из колеи, но не успела я прийти в себя, как ко мне снова подступился Эйрен:

– Ты что, не понимаешь?! Мы должны отправляться сейчас же!

Как-то так оказалось, что мы остались на огороде совершенно одни. Даже коза куда-то убежала. Разбойник ухватил меня повыше локтя и стиснул.

– Ты делаешь мне больно! – заметила я ледяным тоном и стряхнула его руку.

– Прошу прощения, ньера Зинборро. Я забылся. – Гад манерно поклонился, но в его глазах полыхало раздражение. – Не соблаговолите ли подняться на стену и взглянуть, что творится в вашем Пределе?

Что-то в его словах меня зацепило. Я «соблаговолила» и молча принялась подниматься по лестнице. Все равно нужно было посмотреть, что натворила ночная волна.

– М-да... – Я покачала головой и зябко поежилась.

С утра было солнечно, но по небу стремительно неслись облака, нагоняя чувство тревоги. Они отражались в водах залива, возникшего на месте перелеска. От вековых деревьев остались лишь торчащие там и тут поломанные стволы.

– И это только начало! – Нож определенно беспокоился. – Как я могу доказать, что не имею намерений заманить тебя в горы и обесчестить, убить или сделать что-то еще неприемлемое?

– Никак! – Я помедлила, но все-таки задала вопрос, который меня давно мучил: – Вот ты прямо весь такой из себя благородный стал, а скажи-ка, зачем Брана избил? Парень ведь тебе ничего не сделал. Он защищал своих, и только!

– На деле я спас ему жизнь, – невесело усмехнулся Эйрен. – В противном случае пришлось бы взять его с собой и выкинуть в море.

– Какой в этом смысл? Что-то не понимаю.

– Так случилось, что мне пришлось изображать главаря тех идиотов, а Бран... Он был несдержан на язык, чем поставил под угрозу мой авторитет. Я не мог спустить подобное и решил, что лучше парень останется на берегу избитый, но живой. Иначе пришлось бы взять его с собой, а я не душегуб все-таки, что бы ты там себе ни вообразила.

– Но ты не отрицаешь, что занимался работорговлей?

– Это был предлог, чтобы заполучить дракх. Выбраться из Предела по-другому я не мог.

– Ничего не понимаю...

– Это потому, что ты не Линдара Зинборро, иначе знала бы, что Дракендорт защищен магическим барьером, не позволяющим ни войти, ни покинуть территорию. Точнее, так было до недавнего времени, но теперь этот барьер пал. Не знаешь, как такое могло произойти? – Разбойник пытливо уставился на меня.

– Без понятия, – пожала я плечами. – Но если барьер исчез, почему бы тебе не уйти по суше?

– На то есть серьезные причины. – Мой собеседник подбородком указал на морской простор.

Море штормило, вода казалась грязно-серой, а на горизонте формировался очередной грозовой фронт. Похоже, к вечеру катаклизм повторится.

А ведь я видела со стены только малую часть побережья. Кто знает, какие беды терпят жители Дракендорта? Где ищут спасения? Сколько из них уже потеряли близких или сами лишились жизни?

Отрицать, что погибнет множество невинных людей, я не могла. Как и нести бремя вины за то, что не отважилась рискнуть.

– Хорошо, собираемся. Что взять с собой? – поинтересовалась у разбойника.

– Захвати одежду потеплее. Лучше зимнюю. Рукавицы, шапку, теплую обувь на меху. В горах и летом-то не слишком жарко...

Как там в горах, я прекрасно помнила. Кое-где не просто прохладно, а смертельно холодно. Боюсь, что в моей гардеробной попросту нет достаточно теплой одежды...

– Пещера высоко. Как мы преодолеем ледяную шапку?

– Об этом я позабочусь, не беспокойся.

– Почему это я не должна беспокоиться? Туда же без специального снаряжения не забраться!

– Я не обязан открывать тебе все свои секреты, верно?

Похоже, уговаривать его не имело смысла.

– Поняла. Мы надолго?

– Постараемся обернуться дня за три. Один я бы справился быстрее, но без тебя ничего не смогу сделать.

– У меня одно условие: Пиран пойдет с нами, – отрезала я, глядя в глаза разбойнику.

– Как скажешь, – неожиданно легко согласился тот.

Собрались мы на удивление быстро, Ася и Риса помогли мне со сборами, хоть и переживали, что я отправляюсь в такое опасное путешествие «незнамо с кем». На всякий случай я прихватила с собой нирфеатский кинжал за неимением меча. Хоть какая-то защита.

Замок мы покинули еще до полудня. Шли, почти не разговаривая. Нож вырвался вперед и шпарил, как заведенный, вынуждая за ним поспевать. При этом он забрал себе и мои пожитки тоже, чему я была несказанно рада.

«Ну и машина!» – ворчала я мысленно, сосредоточившись лишь на том, чтобы передвигать ноги и не спотыкаться на камнях.

Всего каких-то часа полтора в таком темпе по узким извилистым тропам вверх по склону, огибая деревья, кусты и валуны, а я уже вымоталась. Если дело пойдет так и дальше, я не выдержу. Срок в три дня теперь показался мне невыполнимым.

Пиран все время держался рядом, недобро поглядывая нашему провожатому в спину. Помогал мне преодолевать препятствия.

Не знаю, сколько прошло времени, когда я окончательно сдалась:

– Все. Не могу больше!

Я уселась прямо на землю, а потом упала на спину, уставившись в небо.

– Привал! Ньера устала, – гаркнул Пиран.

Он тоже взопрел, но выглядел куда бодрее. А вот я форму все-таки подрастеряла, сидя в замке, да и после вчерашнего не успела оправиться.

Достала фляжку с отваром, которую выдала мне Айсана, и приложилась к ней.

«Принимай не чаще трех раз в день по два глотка», – рекомендовала подруга.

Это был уже второй подход...

– Прошу прощения, ньера Зинборро. Я немного увлекся. – Эйрен присел на землю со мной рядом. – Но, похоже, наше путешествие займет чуть больше времени, чем я рассчитывал.

– Да уж...

Я села, сдерживаясь, чтобы не кряхтеть, как бабка. Оглянулась на замок далеко внизу. Вид на нашу долину открывался великолепный. Отсюда даже затопленное побережье выглядело не так уж плохо... А еще было видно намного дальше, чем со стены. И везде! Везде, куда хватало глаз, побережье было затоплено!

Отгоняя от себя мысли о пострадавших, таких же несчастных, как и мы вчера, застигнутых стихией, посмотрела наверх. До ледяной шапки все еще было неблизко. До темноты точно не добраться.

Мы решили устроить привал, раз уж мне потребовалось отдохнуть. Пока мужчины хлопотали у костра, я, горестно постанывая, растирала икры, горюя по расслабляющей ванне, которую мне обещала вечером Айсана.

– Поедим – и в путь. Нужно сегодня пройти как можно дальше, – заявил Эйрен, глянув наверх, когда мы доедали ароматную кашу с холодным, нарезанным тонкими ломтиками мясом.

Мы прошли еще несколько часов, прежде чем я окончательно потеряла способность двигаться.

– Хоть режьте, а я больше ни шагу не сделаю! И не потому, что не хочу...

Выбрав подходящее для ночевки место, Пиран принялся сооружать навес, перебраниваясь с Эйреном.

Внизу под нами лил дождь, но поскольку мы находились на обратном склоне Драконьего Пика, то не знали, что происходит в окрестностях замка. Была ли очередная волна?

Перекусив остатками мяса и овощами, стали укладываться.

Я едва не прослезилась, обнаружив в собственной сумке баночку с зеленой мазью, к которой прилагалась записка от Аси. Там было сказано: намазать этой ароматной штуковиной ноги, если будут болеть. От мозолей она тоже помогала.

Закончив нехитрые процедуры, включавшие поход в ближайшие кустики и умывание в горном ручье, я оделась потеплее и наконец улеглась, закутавшись в одеяло.

Эх, сюда бы нормальную туристическую пенку да спальничек с палаткой...

Минуты две я любовалась невероятно красивым небом, усыпанным звездами, кусочек которого был виден из-под навеса, а потом уснула.

Мне снилось, будто я в своей спальне в замке. Сидя на постели, я силилась вспомнить, как именно попала в мир Драконьих Пределов, но не могла. И вдруг послышался знакомый скрежет – это Сфира пыталась пробраться в окно башни!

Испугавшись, я проснулась и снова увидела звездное небо. Сообразив, где нахожусь, выдохнула.

А хорошо все-таки, что больше не нужно бояться гигантскую паучиху. Думала ли я, что найду общий язык с таким монстром? Нет, конечно! Я даже не представляла, что бывают пауки с танк размером.

Перевернувшись на другой бок, осознала, что вспомнила почти все, кроме одного – самого момента попадания.

А ведь и правда!

Помню, был рабочий день. Я выключила комп, перекинулась парой слов с Агриппиной, поцеловала Злату и вышла в магазин за продуктами. Кстати, дочку я звала с собой, но та не захотела, увлеченная игрой в очередную настолку. Она всегда безбожно мухлевала, обыгрывая Гапу, а та не менее безбожно поддавалась «деточке».

Но что же было дальше?

Кажется, я вышла из подъезда... Или нет?

Не помню... Блин!

Что-то подозрительно скрипнуло совсем близко, и нечто осторожно коснулось моего плеча.

Нет, не нечто! Гигантская волосатая лапа!

Я заорала. Ну а кто бы не заорал?

Мужчины тут же вскочили. Я услышала странный звук, похожий на тоненький взвизг, который мгновенно оборвался.

– Ньера, это... Это...

Пиран широко распахнутыми глазами смотрел на различимые в темноте очертания гигантского паука.

– Это Сфира, – выдохнула я, как ни странно, с облегчением. – Парни, спокойствие! Это свои!

Честно признаться, я и сама ее немного побаивалась, несмотря на всю магию. Слишком свежи были воспоминания, как вот это чудовище ночь от ночи пыталось до меня добраться и сожрать. Но паучиха стояла спокойно и не пыталась напасть ни на меня, ни на моих спутников.

– Сфира, это же ты, да? Мне кажется или ты еще немного подросла? Свежий воздух и ночные прогулки явно пошли тебе на пользу.

Паучиха заскрежетала как-то по-особенному. Готова поклясться, что расслышала довольные нотки.

– Ньера Лина, она нас точно не тронет? – дрожащим голосом поинтересовался Пиран.

Он зажег от тлеющего костра палку и поднял, освещая пространство.

– Пиран, Нож, не провоцируйте ее! Ясно? – предупредила я. Это меня она не тронет, а как с ними, я не знала. – Пиран?

– Я понял, ньера.

– Нож? – Разбойник не откликнулся, и я позвала снова: – Эйрен, ответь!

На миг я даже решила, что паучиха его уже сожрала.

– Этот трус валяется в обмороке, – презрительно скривился Пиран.

Ха! Значит, не притворялся, что пауков боится. Но называть трусом Эйрена я бы не стала. Арахнофобия дело такое.

– Видишь, Сфира, некоторым ты так нравишься, что они падают к твоим ногам, – нервно пошутила я.

Спать в присутствии паучихи у меня точно не получится, а как ее прогнать, я не знала. Хотя... Может, достаточно просто попросить?

– Ладно, повидались, а теперь тебе пора.

Паучиха что-то проскрежетала, затем вдруг проворно поползла наверх прямо по склону безо всякой тропы!

– Офигеть! Вот бы и мне так... – выдала я, слегка завистливо.

И тут мозаика сложилась: Сфира не случайно оказалась рядом, она пришла, чтобы помочь!

Ну, или у меня фантазия разыгралась.

Тем временем паучиха спустилась и принялась гипнотизировать меня взглядом всех своих странных глаз одновременно.

– Поможешь мне туда подняться? – наобум спросила я.

Подошла к ней и протянула руку. Удивительно, но я уже почти не испытывала отвращения. Неужели привыкла?

Стоило коснуться пушистой лапы, как в голове замелькали образы. Как будто кто-то запустил ролик на максимальном ускорении. Все было странным, смазанным и размытым. Но изредка в этой «мазне» различались четкие контуры каких-то фигур.

Испугавшись, я отдернула руку и часто задышала, пытаясь совладать с накатывающей волнами дурнотой.

Произошло примерно следующее: каким-то непостижимым образом паучиха передала мне условный видеофайл с собственным путешествием, да еще и адаптированный под «формат», который сможет опознать моя «операционная система». Загрузила его прямо мне в мозг. И теперь я могла его пересматривать сколько угодно, ускоряясь или останавливаясь где вздумается.

Но самое интересное, что Сфира расставила своего рода метки, отметив наиболее интересные находки. Как она это сделала, я понятия не имела. А может, это просто мое сознание постаралось и облекло все в понятные мне формулировки?

Но чему удивляться, когда находишься в мире, где есть магия?

Я пересмотрела «ролик» несколько раз, концентрируясь на наиболее «интересных» объектах, пока не выделила один: где-то высоко прямо на камнях лежал человек.

– Кто это? Ему нужна помощь?

Паучиха отбежала, а затем вернулась и снова отбежала. Она вела себя, словно собака, которая пытается позвать за собой человека.

– Хочешь, чтобы я пошла за тобой, верно?

Спала я не раздеваясь, поэтому времени на сборы много не ушло. Я только перекинула через плечо сумку с припасами да проверила ножны с кинжалом и фляжки на поясе.

– Ньера, я с вами! – засобирался Пиран.

Пока я думала, что ему ответить, Сфира снова рванула вверх по почти отвесной скале.

– Эй, я так не умею! – крикнула ей вслед.

А дальше случилось то, чего я никак не ожидала.

Паучиха и не подумала остановиться. Вместо этого она выстрелила паутиной и впервые попала точно в цель. Меня опутало клейкой субстанцией. Рывок! Не знаю, как я не оставила на кустах и камнях... примерно все. Но я даже испугаться не успела, просто пролетела разделявшее нас расстояние и прилипла... Даже думать не хочу, куда именно. Ну, пусть будет к брюшку.

– Надеюсь, ты не собираешься меня жрать? – От шока я даже не успела толком испугаться.

Еще через несколько минут я поняла, что не переживу эту поездку. И дело не в том, что стану ужином. Намного раньше банально разобью себе голову о камни. Прилипла-то я как попало и теперь то и дело приподнималась, напрягая пресс, чтобы увернуться от очередного камня или куста. Но как долго это могло продолжаться?

– Остановись! Ты меня покалечишь! Сфира, стой!

Паучиха послушалась и даже нашла относительно пологое место, где я совершила пересадку.

Не знаю, как она меня понимала, но сделала все, что нужно. Даже распутала паутину без ущерба для меня. Остались только клочки плотной, словно крепкий полиэтилен, субстанции. Я подняла и растянула в руках один такой кусок, который напоминал не то пластик, не то резину. Свежая, она была липкая и податливая, а вот застыв, стала прочной. В голову мне пришла идея.

– Давай я поеду на твоей спине? Но мне надо будет как-то закрепиться.

Минут тридцать я провозилась, сооружая себе конструкцию, в которой могла сидеть на спине паучихи и крепко держаться. Даже что-то вроде стремян и ремней безопасности придумала, расположив их крест-накрест для надежности. А Сфира помогала свежей паутиной, которая склеивала обрывки лучше любого клея.

– Туговато, зато не сразу выпаду. Но ты лови меня, если что.

Мы двинулись дальше, и тут я поняла свой просчет. Когда Сфира шла по обычной поверхности, можно было по-настоящему гордиться «хенд-мейдом», который я умудрилась забацать в темноте. Но когда паучиха побежала наверх, пришлось снова болтаться вниз головой. С гравитацией-то не поспоришь.

Разве что теперь я не рисковала садануться о камень.

Двигалась Сфира стремительно, то и дело меняя траекторию. Она то приостанавливалась, то ускорялась. Меня мгновенно укачало от подобной манеры движения, и бо`льшую часть времени я провела крепко зажмурившись. Ужасно хотелось промочить горло, но я не могла дотянуться до фляжки, да и пить в таком положении было невозможно. Так что приходилось терпеть.

Когда небо на востоке начало светлеть, паучиха ускорилась еще больше. Теперь она неслась прямо, не разбирая дороги, с легкостью преодолевая препятствия так, словно бы их и не существовало вовсе.

Мы как раз выбрались на относительно пологое место, и у меня появилась возможность выпрямиться в седле, что я и сделала, чтобы дать передышку голове и пояснице. В этот момент из-за горизонта показался Дракон, осветив первыми лучами Драконий Пик, и... Сфира пропала!

А вместе с ней уменьшилась и вся моя импровизированная сбруя. Естественно, я грохнулась на землю с приличной высоты. Покатилась по инерции вперед, и только теплая одежда спасла меня от ушибов и переломов.

– Уй! – слегка оглушенная и совершенно измотанная, с трудом села, потирая ушибленные места, но тут же спохватившись, принялась осматриваться. – Сфира!

Я испугалась, что раздавила свою помощницу, но нет. Паучиха появилась откуда-то из-за моей спины и, обогнув меня, побежала по тропе наверх, точно заведенная.

– Ты что, совсем не устаешь? – поинтересовалась я, но Сфира не ответила. И не остановилась. – Подожди! Я не такая шустрая, как некоторые!

Все здесь куда выносливее и шустрее меня, родимой. Шпарят и шпарят, где уж мне поспеть?

Кряхтя, я поднялась на ноги и первым делом потянулась к заветной фляжке. Еще чуть-чуть, и я просто не выживу. Устала ужасно...

Пока я жадно пила отвар, а потом и воду, приходя в себя, посветлело достаточно, чтобы без труда разглядеть лежащего поодаль совершенно обнаженного мужчину.

Глава 7

Миссия «Согреть драклорда»

Бросаясь к лежащему на земле незнакомцу, я уже понимала, что это Реджинхард Берлиан. Наша первая встреча с драклордом получилась настолько эпичной, что при всем желании я не смогла бы его забыть или с кем-то перепутать. Я почувствовала, что это он, куда раньше, чем увидела его лицо.

Но как он здесь оказался? Он ведь заточен в пещере...

Сначала я немного растерялась, буквально на миг, а затем стащила с себя куртку и накрыла драклорда. Правда, вряд ли это могло согреть лежащего на камнях человека. На улице стояло раннее утро, температура градусов пять по ощущениям, не больше. Даже едва заметный парок изо рта идет.

Кстати!

Я внимательно присмотрелась к драклорду. Он вообще дышит? А то, может, я тут трупа стесняюсь?

Присев рядом, осторожно потрясла мужчину за плечо:

– Реджинхард, проснитесь!

Нет реакции. А какой холодный! Но окоченения вроде бы не наблюдается.

Наклонившись над лицом драклорда, ощутила едва заметное дыхание на собственной щеке.

Жив!

Только вряд ли раздетый человек улегся бы отдыхать прямо на камнях по своей воле. Даже если вымотался, все равно постарался бы найти местечко поуютнее. Значит, с ним не все хорошо, сделала я вывод и, приподняв куртку, осмотрела драклорда. С виду он был весь такой могучий и целенький, не считая синяков и царапин, но кто знает, как там у него внутри дела обстоят.

Поглядела наверх. До снеговых шапок было рукой подать. Но Драконий Пик далеко наверху гигантским перстом указывал в небо. Прямо как и все мои догадки насчет происходящего.

В голове заиграла песенка:

С ума тут сходила в основном я, не понимая, за что схватиться.

– Так, Лина, не тупи! У нас задача: согреть человека.

Первым делом я решила развести костер. С собой у меня было огниво, и я даже умела им пользоваться. Вспомнился очередной ролик, который так любила смотреть Агриппина, где рассказывали, что нужно в яме разжечь огонь, а потом настелить туда лапника, чтобы было теплее спать.

Вот только я не могла вспомнить наверняка, как на это видео отреагировала сама Гапа. Чаще она ударяла ладонью по бедру и говорила: «Вот же ерунду выдумали! Да кто ж так делает-то?»

Правильно или нет, но я принялась остервенело дергать пучки сухой травы. Лежать на них будет точно удобнее, чем на голых камнях. Не представляю, справится ли местная магия с застуженными почками.

В кустах недостатка на склоне тоже не было, чего не скажешь о лапнике. Ни одного хвойного деревца вокруг я не заметила. В итоге с ямой решила не заморачиваться. Все равно выдолбить ее в каменистой почве без инструментов нереально.

Импровизированную лежанку я разместила чуть в стороне от места, где лежал драклорд – возле кустов, где было поуютнее и не так сильно задувало. Закончив с ней, принялась за костер. Почти сразу удалось добыть искру при помощи огнива.

Подкормив новорожденный язычок пламени тонкими сухими веточками, испытала гордость. А вскоре огонь весело загудел, пожирая сучья и ветки потолще. Костер я обложила найденными поблизости камнями. Когда потеплеют, использую их в качестве грелки для пострадавшего.

Настала пора заняться драклордом, и только сейчас я сообразила, что перетащить здоровенного мужика на три метра в сторону вряд ли мне под силу. Но делать нечего. Попробую подхватить его под мышки и потихоньку подтаскивать к лежанке.

Я подошла к мужчине, намереваясь взяться поудобнее, чтобы тащить. И тут мое внимание приковала вещь, которая еще при прошлой нашей встрече показалась неуместной: дурацкий ошейник, один вид которого вызывал у меня чувство негодования.

За недолгое время, что в моем замке пробыли гости, я успела услышать много хорошего о Реджинхарде Берлиане. Его считали мудрым правителем, искренне уважали и любили. А тот, кто надел этот ошейник, определенно хотел драклорда унизить.

Осмотрев полоску из толстой грубой кожи со всех сторон, не обнаружила застежки. Наверное, ошейник надели с помощью магии и снимать не собирались.

Не раздумывая ни мгновения, вынула из ножен нирфеатский кинжал и поддела острым кончиком край ошейника, стараясь не поранить при этом драклорда. А тот вдруг вздрогнул и перехватил мое запястье. Все произошло так стремительно, что я даже испугаться толком не успела. Только возмутилась:

– Осторожнее!

Хватка стала лишь крепче, и я зашипела от боли. Мы уставились друг другу в глаза, и вдруг что-то произошло.

Зрачки драклорда изменили цвет, и на несколько мгновений я утонула в расплавленном золоте с янтарными вкраплениями. По телу прокатилась волна жара, и все волоски на теле приподнялись! Реальность словно исчезла...

Из ступора меня вывел хриплый, будто спросонья, голос:

– Что ты делаешь?

Я часто заморгала, избавляясь от наваждения, и обнаружила, что Реджинхард по-прежнему удерживает мое запястье, но хотя бы не угрожает его раздробить.

– Пытаюсь не дать тебе умереть от переохлаждения, – ответила я слегка заплетающимся языком.

Что со мной сейчас было? Это какая-то магия?

– Полагаешь, перерезать мне глотку – подходящий способ?

Похоже, драклорд неверно считал мои намерения.

– Убийство – это не ко мне. Прости, – пошутила я.

– Уверена?

Редж изогнул бровь с таким видом, словно вел светскую беседу, а не валялся абы где без портков.

– На все сто!

– Тогда зачем тебе оружие нирфов?

Я доброжелательно улыбнулась, осознав, что его опасения не беспочвенны.

– Чтобы избавить тебя от ошейника. Понимаю, это твоя единственная одежда, но тебе не идет.

– Что?! – В глазах драклорда отразилось недоумение.

Свободной рукой он нащупал «украшение» и выругался на незнакомом мне языке.

– Вот и я о том же! – согласилась я, хотя догадалась о смысле сказанного исключительно по интонации, а затем попросила: – Редж, пусти, пожалуйста. Мне больно.

Рука начала неметь из-за слишком крепкой хватки.

Помедлив, драклорд все же разжал пальцы.

– Ладно, режь. Но будь осторожна, Тень. Не поранься, – вкрадчиво предупредил он.

Меня так и подмывало пошутить насчет опасных игрушек в руках блондинок. Но я придержала чувство юмора до лучших времен.

Ужасно хотелось перехватить рукоять кинжала поудобнее, чтобы размять затекшую кисть, но я боялась, что любое лишнее движение драклорд воспримет превратно. Наверняка он по-прежнему видел во мне предательницу Линдару, снюхавшуюся с нирфеатами.

Надо бы прежде объяснить ему, что я не она.

Вздохнув, отвела кинжал в сторону:

– Послушай, Реджинхард, нам следует кое-что прояснить: я не Линдара Зинборро, которая причинила тебе зло. Я другой человек. Меня зовут Василина Вьюга. Можно просто Лина, но не Линдара. О предательстве той девушки мне даже ничего не известно. Пожалуйста, не приписывай мне ее прегрешения и не наказывай за то, чего я никогда не делала.

Драклорд выслушал меня со всем вниманием, но бросил лишь короткое:

– Допустим.

Ничего больше я от него не дождалась, поэтому выдохнула и осторожно принялась за ошейник. Толстенная кожа, способная удержать и разъяренного медведя, поддавалась очень плохо, хотя сомневаться в режущих свойствах моего кинжала не приходилось. Только минут через двадцать, когда на моих руках образовались мозоли, я с облегчением воскликнула:

– Готово!

Драклорд, не выразив радости, по-прежнему молча наблюдал за мной. И это молчание настораживало и пугало. Руки подрагивали от усталости, и убрать кинжал в ножны получилось только со второго раза. А может, тому причиной был чей-то пристальный взгляд?

Как бы расположить драклорда к себе? А то ведь нам еще жить под одной крышей...

От этой неожиданной мысли я невольно смутилась и бросила на мужчину быстрый взгляд. Не то чтобы я вот так сразу решила строить отношения с этим совершенно незнакомым мне человеком, но и отрицания эта идея не вызывала.

Больше того! Воспоминания о нашем первом поцелуе до сих пор будоражили мое воображение и горячили кровь одинокими ночами. Пожалуй, окажись тогда в моей ванной Реджинхард, а не Нож, я не стала бы сомневаться ни минуты...

– О чем задумалась? – Вопрос застал меня врасплох.

Янтарно-зеленые глаза теперь смотрели с затаенной хитринкой.

– Ни о чем! – Ответ прозвучал так поспешно, словно я, застигнутая врасплох, захлопнула журнал с неприличными картинками.

Скепсис на лице мужчины меня внезапно рассердил. Сам напросился!

– Ладно! Если хочешь знать, я думала о том, как дотащить здоровенного мужика до костра. Да так, чтобы не надорваться при этом. Ну и желательно, чтобы во время перемещения не слишком сильно пострадала его драклордовская задница.

С каждым моим словом брови Реджинхарда взлетали все выше. Не привык слышать от ньер такие слова?

– К-куда дотащить? – Он даже запнулся.

Я указала ему на лежанку.

Драклорд оглянулся так, словно только что увидел горящий огонь. Снова посмотрел на меня, будто что-то решая, а затем заявил гордо:

– Тебе не придется тащить меня, Тень.

Он спокойно поднялся и, придерживая куртку, чтобы не смущать меня видом обнаженных чресл, самостоятельно перебрался на подготовленное мной лежбище. А я вздохнула с облегчением: не было похоже, что драклорд испытывает какую-то боль.

– Удобно? – поинтересовалась я, когда он устроился.

Драклорд кивнул, а затем стянул с шеи разрезанный ошейник, который из-за своей твердости не свалился сам. Брезгливо посмотрел на него и швырнул прямо в огонь. Полоса кожи вспыхнула ярким фиолетовым пламенем, разбрасывая искры, словно гигантский бенгальский огонь.

Никогда не видела, чтобы кожа горела вот так!

– Что это? – Я изумленно уставилась на драклорда.

Тот усмехнулся и пояснил:

– Нирфеатское колдовство.

– А это не опасно? Не навредит?

– Кому?

– Например, нам?

– Теперь нет.

Драклорд потер горло и снова уставился на меня. От этого взгляда я против воли смутилась.

– Ты смотришь так, будто собираешься меня съесть, – заметила я.

– Возможно, – ответил Реджинхард с серьезной миной.

– Возможно?! – переспросила я, не понимая, шутит он или нет.

– Лина, я не ел больше семи лет. Так что гастрономический интерес у меня вызывает примерно... все, что угодно.

Нет, он что, издевается? А если издевается, то в какой именно части высказывания? Про срок голодовки или про то, что рассматривает меня в качестве основного блюда?

А если не издевается?

Все-таки в нем живет дракон, хоть я и слабо представляю, как это возможно.

– Ой! – спохватилась я. – Ты, наверное, еще и пить хочешь? – Я торопливо отцепила от пояса фляжки. – Тут целебный отвар, а это – простая вода. Холодная, правда, но я могу подогреть...

Драклорд придержал мою руку, но на этот раз осторожно. Даже ласково.

– Никак не могу понять, кто ты? – задал он неожиданный вопрос.

– В каком смысле?

– Ты другая, но одновременно ты моя Тень. В этом я не сомневаюсь. Как и в том, что мы связаны. Я сам провел ритуал в пещере... Но... Ты другая, – повторил он.

– А это... хорошо или плохо? – испытывая трепет, задала я взволновавший меня вопрос.

– Пока не решил.

– А когда решишь?

– Когда решу, ты об этом обязательно узнаешь, Тень Дракона.

Реджинхард Берлиан,

драклорд Дракендорта

Предел Дракендорт, Пик Дракона,

где-то на пути к замку

Это была она.

Нет, не Линдара. Теперь я отчетливо это понимал, но очень похожая на нее женщина. Подозреваю, на это сходство и делали ставку те, кто ее подослал. Им почти удалось задуманное, клинок находился у самого моего горла. Но Дракон Прародитель еще не забыл обо мне, раз я очнулся так вовремя.

– Осторожнее! – воскликнула она, когда я перехватил руку с подозрительным кинжалом.

От клинка так и фонило магией хаоса!

Я был готов раздробить хрупкие кости, чуть сильнее сжав пальцы, чтобы впредь было неповадно предавать господина, но встретился взглядом с несостоявшейся убийцей и остановился. Не смог...

«Редж, ответь!» – звал меня Берлиан.

«Ну чего ты снова так орешь?» – возмутился я.

«Ты не отвечаешь уже сутки! Я волнуюсь. Ты цел?»

«Почти...»

«В каком это смысле?» – В ментальном отклике дракона отчетливо звучала тревога.

«В прямом. Тень здесь, и ее клинок у моего горла. Еще немного, и мы бы с тобой больше никогда не смогли поговорить. Вовремя я очнулся».

«Дракон Прародитель! Реджинхард, покажи мне ее, – попросил Берлиан, а в следующий миг влюбленно протянул: – Какая же она красивая!»

Не знал, что он умеет смотреть моими глазами. Но это однажды может пригодиться.

«Растаял!» – возмутился я, но отрицать сказанное драконом не мог.

Даже чумазая и растрепанная, Тень казалась мне совершенством, и я порадовался, что чем-то прикрыт в стратегически важном месте. Семилетнее воздержание – дело такое... Кстати, это она меня накрыла, что ли? Но зачем? Почему моя нагота ее так обеспокоила?

«Смущенная убийца? Забавно!» – тут же отреагировал Берлиан.

«Угу. Убивает, краснея от неловкости...» – проворчал я.

Бер откровенно заржал, я же едва удержался от усмешки.

Смех смехом, но недооценивать противника, даже такого слабого, я больше не планировал. Янис Тапредель отучил меня доверять людям.

Тень попыталась убедить меня, что не собиралась лишать меня жизни, только хотела избавиться от ошейника.

– Понимаю, это твоя единственная одежда, но тебе не идет, – пошутила она и улыбнулась.

Броня, сковавшая мое сердце, едва не дала трещину от этой ее улыбки.

Пытается меня соблазнить, раз сразу убить не получилось, или просто смеется?

От таких мыслей жар омыл тело, стоило лишь на мгновение представить дальнейшее развитие событий.

«Нет, Редж! Нельзя поддаваться! Она на это и рассчитывает!» – осадил сам себя.

Нащупал ошейник. И правда, эта дрянь все еще на мне, а я и не заметил. Привык... Я грязно выругался на кирфаронгском низком наречии.

– Вот и я о том же, – согласилась со мной Тень и добавила по-простому, словно мы друг друга лет сто уже знали: – Редж, пусти, пожалуйста. Мне больно.

Я выпустил ее руку мгновенно. Словно сработали какие-то древние инстинкты: Дракон должен защищать и беречь свою Тень.

– Ладно, режь, – решился я на эксперимент. – Но будь осторожна, Тень. Не поранься.

Убить меня она все равно не успеет, а если поможет снять ошейник, будет просто превосходно.

Мне по-прежнему было неизвестно его назначение. Например, яхнэ не давали мне покинуть пещеру, а он для чего? Что, если он указывает врагу мое местоположение? Или должен меня уничтожить, если отойду на определенное расстояние от пещеры?

Да все, что угодно! Коварство Тапределя не знало границ.

Девушка коротко взглянула мне в глаза, будто убеждаясь, что я серьезен, а затем вздохнула и заявила:

– Послушай, Реджинхард, нам следует кое-что прояснить: я не Линдара Зинборро, которая причинила тебе зло. Я другой человек. Меня зовут Василина Вьюга.

Я внимательно выслушал ее. Она не лгала. Я бы почувствовал ее ложь.

Ошейник поддавался плохо, но Линдара... То есть Василина старалась изо всех сил. Ее руки были слабыми, но я не помогал, но и не мешал. Провозилась она долго. Я не верил, что что-нибудь получится, тем неожиданнее было услышать:

– Готово! – Тени и правда удалось его разрезать!

Кинжал нирфов сделал то, что не смогли в свое время алмазные когти Берлиана. Они не причиняли ошейнику вреда, как и драконье пламя. Как и то, что осталось от Рассекающего... Невероятно!

Но доверять ей от этого я больше не стал, по-прежнему не понимая, кто она такая и откуда взялась. Тапредель проделал сложную работу, но так и не получил желаемого. Ни Рассекающий, ни замок Дракендорт ему так и не достались. А власть над Пределом без них была неполной.

Что, если она его новый план? Вот только как он предусмотрел мое разделение с Берлианом? Вряд ли советник мог предвидеть подобное.

Тень смотрела на меня как-то странно, и от ее взгляда тело омыла новая волна томительного жара. О чем бы она сейчас ни думала, это касалось меня. Цепи, что нас сковали, отчетливо давали мне это почувствовать.

Плохо... Плохо, если она подослана предателем. И хорошо, если я ошибаюсь во всех своих выводах. Дракон Прародитель, пожалуйста, пусть будет второй вариант!

– О чем задумалась? – поинтересовался, вступая в игру.

– Ни о чем! – поспешно ответила Тень и покраснела так мило, что я едва не зашипел, сдерживая низменные порывы.

Догадавшись, что и она на меня реагирует определенным образом, испытал моральное удовлетворение. Видимо, это как-то отразилось на моем лице, потому что Тень рассердилась.

– Ладно! Если хочешь знать, я думала о том, как дотащить здоровенного мужика до костра. Да так, чтобы не надорваться. Ну и желательно, чтобы во время перемещения не слишком сильно пострадала его драклордовская задница, – ответила она ядовито. – Камни острые.

Меньше всего я ожидал от нее подобных слов. Но именно не менее острый, чем те самые камни, ее язык и стал подтверждением, что передо мной действительно не Линдара Зинборро. Ни одна благовоспитанная ньера этого мира не рискнула бы так разговаривать с драклордом. Ей попросту не пришло бы подобное в голову.

Но, как ни странно, мне это понравилось. А еще мне нравилась ее забота.

Перебравшись на приготовленную для меня лежанку, стянул нирфеатскую дрянь, которая все еще оставалась на моей шее, и вздохнул свободно. Что бы ошейник ни делал, это больше не работало. Я швырнул его в костер, и он мгновенно сгорел в очистительном пламени. Нирфеатский артефакт уничтожил огонь, который добыла собственными руками моя Тень!

Убедившись, что ошейник нам никак не навредит, Василина принялась суетиться, подбрасывая ветки в костер и проверяя, нагрелись ли камни. Неужели и правда ради меня так старается?

Если честно, я не особенно нуждался в обогреве. Магия уже почти восстановилась, и я совершенно не мерз, но было приятно, и я не стал ее останавливать.

А все-таки она мило смущается. И так трогательно розовеет...

Ужасно захотелось коснуться пальцами ее щеки. Ощутить бархатистость нежной кожи, смять эти манящие губы поцелуем... Так, стоп! Всем известно, как умеют соблазнять силы Хаоса.

Я решил подождать и посмотреть, что она станет делать дальше, но нужно понять, сколько у меня осталось времени.

«Берлиан, защитный артефакт Дракендорта. Ты чувствуешь, что с ним?» – поинтересовался я у дракона.

«Истощен. Надолго его не хватит. Ты должен освободить меня как можно скорее, Редж».

«Сколько у меня времени? День-два? Час? Я нашел Тень, но доставить к тебе не могу. Сначала нужно найти Рассекающий».

«Думаю, до полного разрушения защитного артефакта не меньше недели. Может, чуть больше».

Я прикрыл глаза от облегчения. Времени мало, но это куда больше, чем я думал.

И вдруг меня осенило:

«Бер, а ты не пробовал выйти?»

«Что?»

«То самое! Выйти пробовал?»

«А сам-то как думаешь? Когда ты перестал откликаться, я не сидел сложа крылья», – обиделся дракон.

«Я верю тебе, друг, но попробуй снова. Обстоятельства изменились, Тень сняла с меня ошейник. Что, если теперь все получится?»

Беседуя с драконом, я, как завороженный, наблюдал за девушкой, которая медленно поворачивалась вокруг собственной оси, греясь у разгоревшегося пламени. Вот же я осел, а не драклорд! Отдав мне свою куртку, она замерзла куда сильнее моего!

Глава 8

Другая Тень

Василина Вьюга, Тень Дракона

Предел Дракендорт, Пик Дракона,

где-то на пути к замку

Драклорд пил из фляжки, а я украдкой за ним наблюдала и думала: хорошо, что мне не нужно притворяться. Редж понял, что я не Линдара Зинборро, а совсем другой человек. Не обрадовался, но занял нейтральную позицию по этому вопросу, а заодно подтвердил, что я его Тень. Честно признаться, я опасалась куда более острой реакции.

В голове нарисовалась средневековая фантазия: меня бросают в огонь, а я кричу: «Постойте, я сейчас все объясню!»

Но раз я все-таки Тень, значит, важна для дракона. Выходит, мне не стоит переживать за свою жизнь? Ну... По крайней мере, пока.

Ладно, потихоньку познакомимся поближе, и я постараюсь его убедить, что от меня не будет проблем. Надеюсь, и Редж не откажет мне в помощи, когда разберется со стихийным бедствием, одолевшим Предел.

Драклорд уже не казался мне дикарем или обдолбанным придурком, который бросается грудью на клинок. Куда больше Реджинхард Берлиан походил на собственное величественное изображение на портрете, даже несмотря на наготу.

Я уставилась на грудь мужчины. Никаких шрамов! Может, я не так уж сильно его и поранила? Просто увидела кровь, испугалась, а у страха глаза велики...

– Спасибо. – Напившись, Редж вернул мне фляжку.

– Не за что. Не знаю, что еще могу для тебя сделать. Мы несли с собой одежду и еду, но все осталось у моих сопровождающих далеко отсюда. Может, стоит развести костер побольше? Боюсь, если отдам тебе еще что-нибудь, то заболею и умру, – пошутила я.

На мне оставалась меховая жилетка, но я все равно постоянно ежилась, сколько ни старались на небе Дракон со своей верной Тенью. Ветер дул ледяной, и места, которые не были повернуты к огню, замерзали мгновенно. А ведь Редж совсем голый! Что ему моя курточка?..

Драклорд нахмурился.

– Поверь, я нуждаюсь в одежде куда меньше тебя, Тень. Я бы и это вернул... – Он указал на куртку.

– Не надо! – поспешно выставила я перед собой руки. – Ты не одет!

Редж понимающе усмехнулся:

– Тогда сядь ближе к огню, или...

Он замолчал и пристально взглянул на меня.

– Или?

– Или можешь сесть ко мне ближе. Я согрею, – закончил драклорд.

На что это ты, драконья морда, намекаешь?! Совсем оборзел?

В недоумении я уставилась на мужчину, который в отличие от меня, похоже, и правда не мерз.

Я, конечно, много чего успела нафантазировать. Но фантазии – это одно, а переспать с первым встречным на дороге в условиях полной антисанитарии – совершенно другое! Какой бы он неотразимый ни был. Ванной комнаты в пещере я в свой первый и последний визит не заметила... И то, что выглядит драклорд на удивление прилично, еще ни о чем не говорит.

С моих губ уже была готова сорваться отповедь, когда Редж не выдержал и рассмеялся.

– Я предлагаю сесть ко мне ближе, чтобы моя магия тебя грела. Не переживай, Тень. Я не притронусь к тебе и пальцем без твоего желания.

– Своевременное уточнение, – буркнула я, краснея.

Прекрасно, что мы друг друга уже неплохо понимаем. Значит, есть хороший шанс найти общий язык.

Отправляясь за драклордом, я всерьез опасалась получить очередного Цветкова под боком, только уровня «правитель». Это превратило бы мою жизнь в настоящий кошмар. Но пока опасения не подтверждались, а вот предложение было заманчивым. Я и правда уже начала шмыгать носом. Ненавижу холод! А в последнее время мне то и дело приходится мерзнуть. И это летом! А-а-а-а!

Редж подвинулся и приглашающе указал кивком на свободное место. Я осторожно опустилась рядом, отметив, как он бросил взгляд на мои ножны с кинжалом. Пожалуй, не стоило мне брать с собой именно это оружие.

– Ну как? Теплее? – поинтересовался драклорд, когда я устроилась рядом с ним на лежанке и протянула ноги к огню.

Мы находились совсем близко. Плечом я чувствовала исходящее от мужчины тепло, в котором так и тянуло понежиться. Захотелось сделать маленькое движение и коснуться его, будто невзначай, но я держала спину ровно, старательно сохраняя дистанцию.

Внезапно тепло окутало меня со всех сторон. Даже снизу! И это было чудесно! Я благодарно посмотрела на драклорда и улыбнулась.

– Зря складывала камни в огонь. Оказывается, тебе они не нужны.

– Ну, почему же зря? Так я понял, что ты пытаешься обо мне позаботиться. Это... приятно. – Драклорд едва заметно улыбнулся, по-прежнему внимательно меня рассматривая.

– Я бы сделала это для каждого, кто нуждается в помощи, – ответила я. Пусть себе не льстит! А потом спросила о самом важном: – Реджинхард, скажи, ты можешь остановить то, что происходит в Дракендорте?

Долгое мгновение драклорд смотрел мне прямо в глаза, но я не отвела взгляд.

– Могу. Но для этого мне нужна ты, Василина.

А вот это было неожиданно!

– Я?!

– Ты.

Редж определенно не шутил.

– Н-но чем я могу тебе помочь?

В отличие от него я не обладала магией. Какой из меня помощник?

– Ты должна снять яхнэ с Берлиана, – ответил драклорд.

– Берлиан – это...

– Дракон.

Нет, я, конечно, знала, что Редж не простой человек, но полагала, раз я его нашла, то моя миссия по спасению драконов окончена. Выходит, что нет?

– Угу, дракон, – глубокомысленно повторила я. – А разве...

– Нет, – обрубил на корню мою робкую надежду драклорд. – Здесь только я, а Берлиан по-прежнему не может покинуть пещеру. Как ты понимаешь, без него нам не остановить то, что происходит.

– Почему? То есть почему ты здесь, а он там?

– Потому что ты на него надела яхнэ. То есть на меня... То есть не ты! Ар-р! – разозлился внезапно драклорд и отвернулся. – Прости, не могу спокойно об этом думать. Семь лет в заточении из-за такой глупости!

– Ничего. Я тебя понимаю. Отчасти... – Я осторожно коснулась его плеча. – Я ведь тоже своего рода пленница здесь.

– Что это значит?

– Я оказалась в твоей пещере не по своей воле, Редж. И дома меня ждет дочка...

Драклорд долго и пристально смотрел на меня, словно что-то решая.

– У тебя есть ребенок?! – наконец отреагировал он, и его голос звучал ровно и холодно.

– Да. Ее зовут Злата, и ей всего семь лет. Она очень скучает по маме. А я... Я даже письмо ей написать не могу!

Голос все-таки сорвался, и я отвернулась, чтобы Редж не видел, как мои щеки расчертили две влажные дорожки.

– Тогда сделка. Ты помогаешь мне, я – тебе.

Услышав слова, о которых и мечтать не могла, я поспешно вытерла слезы и посмотрела на Реджа.

– Согласна! Но... Почему ты думаешь, что у меня получится снять... Что там мне надо снять с дракона?

– Яхнэ. Ритуальные браслеты, – тут же пришел на помощь драклорд.

– Яхнэ, – повторила я за ним. – Почему ты думаешь, что я смогу их снять? Я ведь их не надевала. Или достаточно, чтобы это сделала твоя Тень?

– Не знаю. Но раз у тебя получилось избавить меня от ошейника, полагаю, и с яхнэ может получиться. Между тобой и Линдарой есть что-то общее, как ни крути.

Драклорд вдруг очертил кончиками пальцев мою скулу, приподнял подбородок. Жест был таким властным и естественным, что мне почудилось – еще миг, и он меня поцелует. А когда этого не произошло, я даже испытала легкое разочарование и сама на себя разозлилась.

И чего это я? Мы тут, вообще-то, по делу общаемся! Так что отставить!

Сделав вид, что ничего не произошло, я решила продемонстрировать деловую хватку:

– Хорошо. Дракон так дракон. Вот только к путешествию по ледникам мы не готовы. Но скоро сюда прибудут мои провожатые. У них с собой должно быть все необходимое для подъема.

По крайней мере, я на это надеялась.

– Ты здесь не одна? – насторожился драклорд.

– Нет, конечно! Я же не местная и не знаю дороги. Как я могла сюда пойти одна?

– Ясно. И кто же твои друзья?

– Пиран – парень из ближайшей деревни. Я спасла его от работорговцев и потом во время наводнения, а он спас меня. А второго зовут Нож... ньер Шатолье.

– Ньер Шатолье? – переспросил Редж, хмурясь.

Я задумалась, выдавать истинный статус Ножа или все-таки немножко обелить его персону? Кто знает этих драклордов? Узнает, что я приютила разбойника в замке. Р-раз! И голову с плеч. Может, Нож этого и заслуживает, но не стоит забывать, что именно он главный вдохновитель этой спасательной операции. А я против расправ без суда и следствия.

– Мы познакомились случайно при не слишком приятных обстоятельствах, – начала я осторожно. – Кстати, отправиться за тобой – его идея, – выложила я козырь.

Вот только драклорда моя речь не впечатлила. Он криво усмехнулся и заметил:

– Какая интересная личность этот ньер Шатолье! Только вот что-то не припомню его родового имени.

Блин! В Пределах все аристократы, поди, друг друга чуть ли не в лицо знают.

– Знаешь, мне пришлось здесь выживать, и во время нашей встречи он тоже был в плачевном состоянии. Не могла же я бросить человека без помощи?

– Я заметил, что ты сердобольная. Подбираешь все, что валяется на дороге, – проворчал драклорд.

Господи! Редж еще в глаза Ножа не видел, а уже так предвзято к нему относится!

– Ну почему же все? Стараюсь лишь самое ценное подбирать, – слегка польстила я драклорду и одновременно подколола.

В ответ получила еще один пристальный взгляд, от которого вдруг стало немного не по себе. Ох, надеюсь, у Ножа хватит ума больше ко мне не подкатывать.

– Пожалуй, нет смысла ждать твоих друзей, Тень. Они вряд ли чем-то помогут, а нам следует побыстрее вернуться в Дорт-Холл.

– Хорошо, – обрадовалась я смене темы. – Но как мы это сделаем?

Втайне я понадеялась, что раз Редж такой крутой маг, то просто перенесет нас прямо во двор замка. Но драклод ответил просто:

– Пойдем по тропе.

Признаться, я немножко сникла. Все-таки ночью мне не довелось толком отдохнуть. Не спеша подниматься, указала на костер.

– Нельзя оставлять огонь. Лесные пожары – страшная штука. Одна искра и...

Драклорд щелкнул пальцами, и пламя погасло.

– А... Ну, ок.

– У меня к тебе вопрос, Тень.

– Какой?

Я насторожилась, ожидая, что он снова заговорит о Ноже. Драклорд спросил не о Ноже, но тоже об оружии. И вопрос оказался не из простых:

– Мой меч, случайно, не у тебя?

– Он на зарядке, – ответила я честно.

– Что?!

Реджинхард выглядел так грозно, что я всерьез испугалась.

– Помнишь нашу первую встречу? Тогда я при помощи твоего меча переместилась в замок. Это вышло нечаянно, и я не сразу поняла, что он исполняет мои желания. Там, откуда я родом, магии-то нет.

– Как это – нет магии? Разве так бывает? – искренне удивился драклорд.

– Представь себе!

– Ладно, откуда ты родом, мы обсудим позже, а сейчас ответь, что ты сделала с Рассекающим?

– Говорю же, на зарядку поставила. Он... Как бы это объяснить? Слегка разрядился. Или не слегка... В общем, я загадывала желания, а потом меч испортился.

Взгляд Реджа стал таким грозным, что мне стало страшно.

– Ты хоть понимаешь, что без него мы не сможем добраться до алмазной пещеры?

– П-понимаю! – пискнула я, осознав, каков был план драклорда и зачем он хотел побыстрее вернуться в замок.

По мере сказанного мужчина надвигался все сильнее, а я отклонялась все дальше, пока внезапно не оказалась лежащей на спине. Редж навис надо мной и повторил вопрос зловещим шепотом:

– Что ты сделала с моим мечом, Тень?

Глаза его засияли золотом. Прямо дежавю какое-то!

Я уперлась ему в грудь ладонями и почувствовала, как ровно и мощно бьется его сердце. Разве что немного учащенно...

– Не переживай. Я нашла в подвале замка интересное место, похожее на алмазную пещеру, и оставила меч там, – зачастила я. – В одном из сталагмитовых кустов. Уверена, что все правильно сделала.

Признаться, что достать меч с тех пор я не могу, у меня не хватило духу.

Драклорд выпрямился, перестав нависать, и еще целую минуту грозно на меня пялился, а затем от души расхохотался. Просмеявшись, он покачал головой:

– Что же мне с тобой делать, Василина Вьюга? Я вообще не понимаю, кто ты такая и чего от тебя ждать. Может, сбросить тебя прямо сейчас со скалы, чтобы избавиться от лишних проблем в будущем?

– Сдурел?! Только попробуй!

Я вскочила на ноги и, развернувшись, обиженно зашагала по тропе вниз.

Нет, я его тут спасаю, понимаешь ли! А меня со скалы сбросить? Вот пусть и дальше на дороге валяется, добрище с голой «опой»!

Яростно вбивая каблучки сапожек в каменистую почву, я шла и ежилась. Вдали от костра и Реджинхарда Берлиана было намного холоднее, но вернуться и потребовать свою куртку, раз уж драклорд и без нее не мерзнет, не позволяла гордость.

Ну и ладно! Если буду двигаться, не замерзну. А ниже станет теплее. Пройти несколько часов налегке для меня раз плюнуть, а там или встречу ребят, или Сфира меня нагонит.

Но еще раньше меня нагнал драклорд. Случилось это всего-то через пару минут после моего демарша, но я уже успела немного остыть во всех смыслах. От мужчины исходило такое нужное мне тепло, и шел он намеренно близко, хоть и не касаясь и ничего не говоря.

Я украдкой улыбнулась, осознав, что про пропасть он просто пошутил, и сам понял, что шутка вышла не слишком удачная. Так что дуться на него, точно мышь на крупу, я не планировала. Напротив, постаралась подстроиться под его шаг, то и дело украдкой на него поглядывая.

Редж использовал мою куртку в качестве набедренной повязки, лихо связав рукава на боку. Выглядело это довольно забавно, и я не удержалась:

– Ты похож на варвара.

– Кто такие варвары?

– Дикари, которые бегают по лесу без одежды.

Объяснение больше годилось для ребенка, но драклорд сделал собственные выводы:

– Ты про берштонцев, что ли? Среди них немало оборотней, и в тамошних лесах легко можно наткнуться на обнаженного человека. Но это не потому, что он дикарь. Просто менял форму и не успел одеться.

– Кхм! У нас разные представления о дикарях, – заметила я, пытаясь переварить новость о существовании самых настоящих оборотней. – Но ты определенно родственник и тем и другим.

– Моя мама была на четверть берштонкой. Так что ты почти не ошиблась. – Драклорд принял подколку за чистую монету.

Редж вертел головой по сторонам, откровенно любуясь природой. На его губах играла улыбка. Я же, напротив, становилась все более хмурой. Давала знать усталость. Да я от потопа еще не отошла, а уже пришлось тащиться в горы и устраивать паучье родео, прости господи!

Редж, как и Нож с Пираном, был двужильным. Пер и пер вперед, и босые ноги его, похоже, не смущали. А я то и дело спотыкалась, дважды подвернула ногу, а один раз поскользнулась и улетела бы в пропасть, если бы меня вовремя не схватил за локоть мой спутник.

– Ты чего?

– Смертельно устала. Мне бы вздремнуть хоть часок... – У меня уже не только ноги заплетались, но и язык.

Интересно, где сейчас Сфира? Нагонит ли паучиха нас вечером? Было бы здорово не шагать, а ехать...

«Надо же! Оказывается, я по ней уже скучаю», – сделала я неожиданный вывод.

– Тень, как вышло, что ты первой меня нашла? Ты сказала, что не знаешь дороги. Но мы встретились утром. Следовательно, ты шла всю ночь одна, что в горах, мягко говоря, непросто.

– Я приехала на гигантской паучихе, – ответила я бесхитростно.

Судя по тому, как удивленно взлетели брови драклорда, о подобном методе передвижения он даже не подозревал.

– Прости, ты сказала «на гигантской паучихе»?

– Верно.

– Позволь спросить, а откуда она взялась и куда потом делась?

Я вздохнула и принялась рассказывать:

– Вообще-то, Сфира жила в твоем замке, и мы с ней далеко не сразу нашли общий язык. Прежде я лишила ее одного глаза, а она едва меня не сожрала. Только через несколько дней я додумалась сделать так, чтобы пауки меня слушались и не причиняли вреда. Кстати, это было одно из желаний, которое исполнил твой меч.

Я покосилась на драклорда, наблюдая за реакцией. Пусть знает, что я не на фигню все волшебство потратила.

Мы успели обогнуть Драконий Пик и спустились ниже, оказавшись с подветренной стороны. Стало намного теплее, и меня окончательно разморило, ноги сбились, и я не находила больше сил, чтобы продолжать двигаться.

– До вечера еще далеко. Уверена, что не пройдешь больше ни стера?^[1]

Было заметно, что любая задержка нервирует Реджа.

– Можешь оставить меня здесь, – предложила я.

Нагоню его после заката, когда Сфира снова вырастет и я снова смогу на ней ехать. Почему-то я не сомневалась, что паучиха меня не оставит.

Драклорд уставился на меня, точно на умалишенную.

– Я должен оставить свою Тень на съедение диким животным? Плохого же ты обо мне мнения, Василина Вьюга!

– Здесь водятся дикие животные? – ухватила я главную мысль.

– Вообще-то, здесь полно живности. – Редж принялся перечислять многочисленную фауну, которая не прочь поживиться мясцом. – Но пока я рядом, переживать тебе не о чем, – успокоил он меня.

Нормально... А я ни разу даже не вспомнила ни о каком зверье, отправляясь в это путешествие. И парни меня не предупреждали.

– Ночью мне никто не встретился, – возразила я неуверенно.

Драклорд рассмеялся:

– Неудивительно! Если ты путешествовала верхом на гигантской паучихе, прочим хищникам оставалось только убраться подальше с вашей дороги. Кстати, вон подходящее место для отдыха.

Чуть в стороне от тропы, по которой мы шли, росло единственное поблизости высокое и раскидистое дерево. Сразу за ним начинались непроходимые заросли колючего низкорослого кустарника.

– Ложись, поспи, я покараулю, – предложил Редж.

Я не стала с ним спорить. И, допив остатки воды, легла прямо на землю, покрытую жухлой листвой, использовав пустую фляжку вместо подушки. Стоило смежить веки, и сон навалился гранитной плитой.

Разбудил меня какой-то шум. Открыв глаза, я увидела над головой усыпанное чужими звездами небо и несколько мгновений не могла понять, что происходит и где я нахожусь. Мне снилось, что я дома, и вот...

Какая-то возня поблизости не прекращалась, и звук был такой, словно собаки дерутся, стараясь рычать приглушенно. Я села и заморгала, всматриваясь в светлое пятно и тени, которые метались в нескольких метрах от меня.

И тут меня точно холодной водой окатило от догадки: Реджинхард сражался с... самой тьмой!

Глава 9

Дом, милый дом!

Боясь пошевелиться, я силилась понять, с кем сражается Редж и могу ли я как-то помочь. Слишком уж быстро двигались противники! Сгусток мрака казался бесформенным, но при этом не уступал драклорду в росте, а в ширину будто даже превосходил.

Сверкнули два рубиновых глаза, и раздался отвратительный визг! Настолько пронзительный, что едва не перемешал мне мозги в кашу!

Вскочив от ужаса, я бросилась бежать, но почти сразу обо что-то споткнулась и свалилась. Падая, скользнула по твердой коре лбом, и боль меня отрезвила. Дрожащими пальцами я дотронулась до ушибленного места, ощутив влагу. Снесла до крови, но вроде ничего серьезного.

Я поднялась и прижалась спиной к дереву. Сердце трепыхалось где-то у горла, и его стук отдавался в ушах. А ведь я уже сталкивалась с подобным эффектом! Так же на меня подействовал вой варга: дезориентировал, вызвав неконтролируемую панику и желание нестись не разбирая дороги.

Очевидно, что на нас напала тварь из тех, которых призывают нирфеаты. И она была куда сильнее варга. Вот только нестись в темноте по горам, когда за очередным кустом может скрываться бездонная пропасть, такое себе занятие.

Но сколько их здесь? Только та, с которой бьется безоружный драклорд, или в темноте скрывается еще десяток?

Кое-как справившись с паникой, потянула из ножен кинжал. Камень в его рукояти тускло сиял зеленью, а по клинку бежали фиолетовые молнии. Как ни странно, меня это проявление магии успокоило, и я всерьез задумалась передать оружие Реджу. У твари-то и зубы и когти...

Раздался истошный крик. Я не поняла, чей именно, но подумала о самом страшном и тоже заорала во всю мощь легких.

– Лина! – рядом тут же оказался запыхавшийся Реджинхард. – Что случилось? Где больно?

Я замолчала, уставившись на него с неимоверным облегчением. Жив! Это не он кричал! Слава богу!

Выйдя из ступора, бросилась к драклорду. Принялась осматривать со всех сторон и ощупывать. Торс, плечи, руки, живот, спина, бедра...

Мужчина замер, покорно позволяя мне себя облапать, и даже руки чуть развел и дыхание затаил. Только сейчас я осознала, что на нем больше нет импровизированной набедренной повязки из моей куртки.

– Ой... – Бросив на него смущенный взгляд, я отошла к дереву. – Где-то тут мой кинжал потерялся... А, вот он!

– Что это было? – как-то вкрадчиво поинтересовался драклорд.

– Кинжал.

– Я про твои... кхм! Манипуляции.

– Испугалась, что тебя ранили. Но вижу, ты цел. Хвала Дракону Прародителю!

– Уверена? Может, еще раз меня осмотришь?

Блин! Неужели что-то пропустила? Хотя немудрено. Темно же.

– Конечно, осмотрю! Где болит?

С готовностью я поспешила обратно.

– Вот здесь.

Редж чуть отклонил голову, откинув волосы, чтобы мне было удобнее. Но он был все-таки слишком высоким. Мне пришлось подойти почти вплотную и встать на носочки. Стараясь не прислоняться, я пошатнулась и инстинктивно ухватилась за плечи мужчины. Одновременно тот поймал меня за талию. Горячее дыхание драклорда опалило кожу на шее, спугнув стаю невидимых бабочек у меня в животе. Я совершенно позабыла о том, что именно ищу.

– Со мной все в порядке, Тень. Я пошутил, – сказал Редж как-то хрипло и выпустил меня. – А у тебя кровь.

Рассматривая мой лоб, он нахмурился, и я снова прикоснулась к ссадине:

– В темноте поцеловалась с деревом. Ерунда.

Драклорд протянул руку, и я ощутила тепло и покалывание.

– Вот. Так намного лучше.

Я снова потрогала лоб, который стал гладким и совсем не болел:

– Ты умеешь лечить раны магией?

– Немного.

Долгое мгновение мы смотрели друг на друга, и я ощущала, как бегут по плечам приятные мурашки. Драклорд отошел первым. Подобрав с земли мою куртку, он снова завязал ее на бедрах, а я отправилась взглянуть, кого он там прибил.

Несмотря на звездную ночь, темнота в горах была густая и бархатная, и мне едва открывались очертания предметов. Рассматривая бесформенную кучу, я присела на корточки:

– Не пойму, что за уродец такой?

Редж подошел и встал рядом. На его ладони вспыхнул самый настоящий огонек! Пламя заиграло, не обжигая, но давая много света. Я отчетливо разглядела и уродливую морду, и кожистые крылья, точно рваный плащ, распластанные по земле. И клыки длиной с мой палец, и кривые, острые когти...

– Носфер! – выдохнула я, едва не шлепнувшись на задницу, и испуганно уставилась на Реджа. – Как тебе удалось с ним справиться и остаться невредимым?

– Ну почему же невредимым? – усмехнулся драклорд. – Он меня тоже поранил немножко, зато я ему голову свернул.

– Не поспоришь...

Я поднялась на ноги, прикидывая, что смогу сделать в подобных условиях. Можно порвать мою рубашку на бинты. Похожу без исподнего, так и быть.

– Показывай, где ранен, – потребовала я.

– Нечего показывать, – отмахнулся Редж.

Ну у них тут и регенерация! Я вспомнила чудесное исцеление Ножа, у которого за сутки зажили трещины в ребрах. А он ведь даже не драклорд.

– Ладно... – Я поежилась и снова посмотрела на носфера. – Откуда это чудовище здесь взялось?

– На днях в мою пещеру заглянула целая стая таких, уйти удалось только двоим. Это – недобиток. Похоже, он сильно оголодал, раз отважился напасть.

– Значит, где-то рядом второй? – Я испуганно завертела головой.

– Полагаю, его нам не стоит бояться.

– Это еще почему?

– Он улетел к тому, кто его послал.

– Откуда такая уверенность? – поинтересовалась я со скепсисом.

– В пещеру к дракону тварей хаоса не заманишь, это – верная смерть, а эти целой стаей явились. Кто-то их заставил. Кто-то очень сильный.

– Нирфеат?

– Кто же еще? – Редж усмехнулся и неожиданно сменил тему, глядя куда-то мне за спину: – А вот, похоже, и твой транспорт.

Обернувшись, я толком ничего не увидела в темноте.

– Не бойся, иди сюда, – позвал драклорд. – Можешь полакомиться вот этим. – Он указал на дохлого носфера.

От зарослей отделилась паучиха и осторожно приблизилась к нам.

– Только ей ничего не ломай и не отрывай, ладно? – на всякий случай попросила я.

– Да зачем мне это? Подойди! – приказал он, и Сфира повиновалась.

Редж прикоснулся к ней и некоторое время молчал, прикрыв глаза, точно считывал информацию.

– Забавно! Представляешь, она попала под откат заклинания. Пока я был в отключке, в замке произошло сражение. Верные мне люди схлестнулись с нирфеатами. Сражались и мечами, и магией. Многие погибли, а когда я запер замок... Сфира стала одной из хранителей Предела. Хорошо, что ты не попыталась ее уничтожить при помощи меча. Она должна жить.

Я посмотрела Реджу прямо в глаза, ощутив небывалую духовную гармонию. Было приятно осознавать, что у нас сходятся мысли.

Остаток пути до замка мы проделали верхом на Сфире. Драклорд не стал заморачиваться и мастерить седло, но паучиха послушно двигалась по тропам, а там, где шла напрямик, делала это так осторожно, что я умудрилась заснуть прямо у Реджа на руках...

Реджинхард Берлиан,

драклорд Дракендорта

Предел Дракендорт, Пик Дракона,

где-то на пути к замку Дорт-Холл

Паучиха размеренно перебирала ногами, а моя Тень расслабленно спала, откинувшись мне на грудь и чему-то улыбаясь во сне. Как же она вымоталась, раз перестала старательно держать дистанцию. А еще, похоже, начала доверять мне.

А я... Я не мог позволить себе подобной роскоши. Доверие нынче сильно выросло в цене.

Откуда ты родом, Василина Вьюга? Где твой дом? Может ли быть такое, что ты выросла в столь удаленном месте, что там и не знают о драклордах? Или дело в другом?

Василина Вьюга – двойное имя. Значит, ты не из простолюдинок. Твои светлые волосы имеют медовый оттенок, но и у Линдары Зинборро были такие же, а ведь ее мать из Кирфаронга. Возможно, ты тоже дочь кирфаронгского эрла, гордая и независимая?

Вьюга – северное имя. Василина частенько вела себя, словно уроженка тех холодных мест. Кирфаронг – заледеневшие просторы, мало людей, но на каждого отмерено гордости на двоих...

Для северянки Василина слишком ненавидит холод. Может, она внебрачная дочь служанки из Берштона? Кирфаронгские эрлы охотно заводят потомство от женщин из других мест, чтобы разбавить кровь. Пожалуй, стоит навестить Финбара Фроста и узнать, как обстоят дела в его Пределе. Заодно выяснить, живет ли там некий эрл Вьюга и не приходится ли Василина ему внебрачной дочерью.

Кстати, подозрительно, что за семь лет ни один из драклордов не обеспокоился происходящим в Дракендорте и не заявился ко мне в пещеру. Пришла только она – моя новая Тень. И это могло означать лишь одно: все меня предали, во что я отказываюсь верить, или... Или оказались в беде сами.

Забавно! Я ожидал встретить предательницу, которую стану ненавидеть, но Василина Вьюга не будила во мне неприязни, но отравляла кровь, точно самый дорогой яд – айкарэ, который так популярен в Солияре. Убивая, он доставляет неземное удовольствие, и жертвы айкарэ пугают маской блаженства на лице после смерти.

Добывают айкарэ в Торисвене из редких болотных змей, что водятся у самого фронтира. Ха! Наверняка эрл Зинборро знал об этом яде все и даже больше. А я, как те несчастные, понимаю, что блаженство обманчиво и насладиться им получится всего лишь раз, но не могу отказаться. Смотрю на эти губы и вспоминаю огонь, что хлынул по венам, когда я привязывал Тень к себе...

Дракон Прародитель, чем я тебя так прогневил? Почему и во второй раз ты дал мне такую подозрительную девушку в Тени?

В том, что появление Василины в алмазной пещере чей-то хитроумный план, я не сомневался. Нет, она не походила на нирфеатку и даже не была магом, и все же! Василина Вьюга – образец попрания всех канонов!

Она не невинная дева, но даже не попыталась скрыть сей позорный факт. Напротив, призналась, что имеет дочь, и при этом не испытала ни грамма стыда или неловкости. Куда больше чести быть Тенью дракона, она желает увидеть своего ребенка.

От одной мысли о том, что моя Тень ложилась с другим, вскипала кровь. Хотелось найти и уничтожить того, кто посмел к ней прикоснуться! Но, что странно, на Василину злиться не получалось. Я прекрасно понимал, что ее вины в этом нет. Женщины подневольны мужчинам. Ей мог приказать глава рода или эрл. А может, она просто влюбилась без памяти и поддалась на уговоры? Одно ясно: ее по какой-то причине намеренно прятали от глаз Драконов. И такое бывает, к сожалению. А теперь у нее есть ребенок, с которым ее разлучили, подослав ко мне.

Чересчур много странностей связано с этой загадочной женщиной. Как она смогла проникнуть в алмазную пещеру? На подобное способен лишь очень сильный маг. Василина не обладает магией. Значит, кто-то ее туда доставил? Кто именно? Почему она так похожа внешне на Линдару? Как вышло, что Берлиан безоговорочно ее принял, верит ей и защищает?

Но тот, кто ее подослал, просчитался. Василина Вьюга – чужеземка. Она не знает простейших вещей и наших обычаев. При всем желании она не смогла бы притворяться Линдарой даже несколько часов. Она говорит со мной слишком свободно, словно с равным, и за словом в карман не лезет. А порой смущается от одного моего взгляда, точно невинная дева. Все это делает ее еще желаннее.

Айкарэ! Она самый настоящий айкарэ!

Моя Тень полна секретов. Взять хотя бы нирфеатский кинжал. Нам еще предстоит о нем разговор, долгий и обстоятельный. Но сначала я должен освободить Берлиана и защитить свой Предел, а до тех пор постараюсь усыпить ее бдительность. Убедить, что ей удалось втереться ко мне в доверие.

Я осторожно отвел полу жилета Василины, расстегнул ножны и вынул кинжал. Камень в рукояти тускло засветился мертвенным зеленым светом, ладонь кольнуло магией. Я узнал это оружие – кинжал Тапределя! Я не ошибся. Но что все это значит?

Мне хорошо запомнились слова бывшего советника и друга: «Брось, Редж! Это же просто трофей. Я убил колдуна-нирфа и прихватил его клинок. Возможно, однажды он спасет чью-то жизнь».

А теперь этот кинжал у моей Тени...

Захотелось швырнуть клинок в пропасть, но я аккуратно убрал его на место. Выбрасывать подобные вещи нельзя. Оставшись без присмотра, кинжал обязательно принесет зло. В этом смысл всего, что создают нирфеаты.

Я больше не считал, что Василину подослали, чтобы меня убить. Да у нее и не было ни единого шанса. И неважно, что за оружие у нее в руках, она не умеет им пользоваться.

Всмотрелся в безмятежное лицо спящей Тени в поисках ответов и заерзал. Чуть приоткрытый рот, пухлые губы, нежные черты... За семь лет заточения я проголодался во всех смыслах, и сейчас все виды голода дали о себе знать разом.

Она моя Тень, я имею право на все. Даже разложить ее здесь прямо на тропе...

Стоп! Я несколько раз вдохнул и выдохнул, унимая инстинкты. Стараясь больше не смотреть на Василину, зашарил взглядом по окрестностям и вдруг заметил тусклый свет чуть в стороне – в леске справа от дороги. Направив паучиху туда, обнаружил небольшой костерок, рядом с которым ночевали два человека. Один спал, другой палкой сонно ворошил угли.

– Эй, там! Кто такие? – окликнул я их негромко, чтобы не разбудить Василину.

Оба тут же вскочили, и я прижал к губам палец.

Удивительно, но Пирана я узнал. Запомнил подростка, который за семь лет превратился в крепкого, немного хмурого парня. Он был искренне рад меня видеть живым и принялся благодарить Дракона Прародителя.

А вот с ньером Шатолье мы не были знакомы. Крепкий, смазливый, он определенно был из аристократов. При этом до дрожи боялся паучиху, хоть и старался не подавать виду. А еще с интересом поглядывал на мою Тень, вызывая у меня приступ удушливой ревности.

Было в нем что-то странное. Если не сбежит, нужно выяснить, какие у него на самом деле мотивы.

Договорившись встретиться с обоими в замке, мы с Василиной отправились дальше и к воротам Дорт-Холла прибыли с первыми лучами Дракона. Паучиха тут же уменьшилась, и я мягко встал на ноги, успев подхватить спящую Тень. Я внес ее во двор под изумленными взглядами обитателей замка.

Послышались изумленные возгласы: «Драклорд! Драклорд вернулся! С ним ньера Василина! Слава Дракону Прародителю!»

Люди кланялись и стекались к нам со всех уголков двора. Удивительно, что в такую рань народ уже не спал. Многие побросали работу, чтобы меня поприветствовать.

– Ньера Лина заболела? – подскочила ко мне мелкая девчушка с решительным взглядом.

– Айя! Простите, драклорд! Она еще маленькая и не умеет себя вести. Простите ее... – Рыжеволосая пухленькая девушка поторопилась схватить малявку за руку, опасливо поглядывая на меня, и попыталась увести.

– Подожди. Ты, должно быть, дочь деревенского старосты?

Семейное сходство сложно было не заметить.

– Да, мой драклорд. Меня зовут Рисанна.

Девушка сделала неловкий реверанс и едва не потеряла равновесие. Не от неуклюжести. Похоже, у нее кружилась голова.

– Ты здесь главная? – прищурился я, сделав вид, что не заметил конфуза.

– Вы, драклорд. – Рыженькая скромно потупилась.

– Ты же поняла, что я имею в виду?

– Д-да.

Рисанна тут же приосанилась и внимательным взглядом обвела двор.

Парни, побросавшие метлы при моем появлении, тут же вернулись к работе, а две девушки развернулись и поспешили в малый огород у стены. Я был приятно удивлен. За семь лет без ухода замок должен был прийти в упадок, но все выглядело вполне пристойно. Не как раньше, конечно, но очевидно, что здесь навели порядок.

Как же приятно вернуться домой!

Осмотрев мощные стены Дорт-Холла, я улыбнулся. Твердыню Берлианов заложил еще наш легендарный предок, первым получивший дар Дракона. С тех пор замок не раз достраивали и улучшали. Мне было безмерно жаль, что он остался без хозяина даже на время.

Рыжеволосая служанка все еще стояла рядом, не решаясь задать вопрос, но по ее красноречивому взгляду на мою ношу, это и так было ясно.

– Проводи меня в покои ньеры Василины, и пусть подготовят мои. Они находятся в...

– Все уже готово, мой драклорд. Ньера Лина распорядилась сделать это еще перед уходом.

Надо же! Значит, не сомневалась в успехе мероприятия? Тем больше вопросов к ней, но потом.

Рисанна торопливо шагала впереди, то и дело оглядываясь. Словно проверяла, не заблудился ли я. А я подмечал вычищенные коридоры, где не осталось ни следа бойни и мародерства. Василина по-прежнему крепко спала, что начинало вызывать у меня беспокойство.

– В замке есть знахарка или лекарь? – спросил я у провожатой.

– Айсана разбирается в знахарстве, я уже велела ее позвать.

– Когда?

– Как только дозорные на стене разглядели паучиху. Айсана еще с вечера отправилась в деревню, чтобы помочь тем, кто там остался. Она скоро будет здесь. Драклорд, позволите вопрос?

– Спрашивай.

– Что случилось с ньерой Линой?

Было видно, что девушка всерьез тревожится за мою Тень. Похоже, в замке к ней хорошо относятся.

– Она уснула еще ночью и не просыпается, – ответил я, волнуясь все больше.

Тень мне нужна, чтобы освободить Берлиана, я должен ее оберегать.

– Пришли, – сообщила Рисанна, указывая на вход в покои, где раньше жила Линдара.

Забавно, что моя новая Тень тоже выбрала их. А с другой стороны, ничего странного. Они были самыми защищенными в замке, значит, и сохранились лучше прочих.

Интересно, жива ли Линдара? И куда она делась после того, как надела на меня яхнэ? Между нами не было и подобия той связи, что возникла с Василиной. Так что я ее совершенно не чувствовал. Но даже после того, как она помогла меня обмануть, я не желал ей судьбы, на которую ее обрек Тапредель. Это слишком даже для предательницы.

Я осторожно положил Василину на кровать. В тот же миг в спальню заглянула еще одна девушка, которая тоже показалась мне смутно знакомой. Увидев меня, она ойкнула и отвернулась.

– Простите, мой драклорд. Я загляну попозже...

– Стой! Ты же Айсана?

– Да, мой драклорд. – Девушка старательно отводила глаза.

– Осмотри ньеру Василину. Рисанна, в моих покоях найдется одежда для меня?

– Да, мой драклорд. Мы привели в порядок то, что удалось отыскать в замке. Вам помочь одеться?

– Не нужно. Займитесь лучше ньерой.

Через несколько минут я вернулся в покои к Тени. Обвел взглядом уютную чистую комнату, и первым, что бросилось в глаза, оказался мой собственный портрет. Вместо того чтобы висеть над камином в большой гостиной, он почему-то стоял здесь, прислоненный к стене...

Василина по-прежнему спала, рядом хлопотала Айсана, перебирая какие-то бутыльки со снадобьями, а над постелью моей Тени вились два цветодрака. Я собирался прогнать эту мелочь, но лекарка меня остановила:

– Не надо, мой драклорд. Это... Это друзья ньеры Лины. Они помогают.

– Вот как? – С удивлением я уставился на вредителя размером с мой палец.

Тот ответил мне неожиданно смелым взглядом. А он явно разумнее прочих! Надо же...

– Ну, раз помогают, пускай остаются. Удалось понять, что с моей Тенью?

– Ньера Лина просто спит. Ничего страшного, просто истощение телесных сил.

– Она так сильно устала? – удивился я.

– Ньере сильно досталось за последние дни. Она едва не погибла, спасая мальчишек во время цунами. Мы уговаривали ее отдохнуть хотя бы сутки после наводнения, но она была непреклонна и отправилась за вами в горы. Это серьезное испытание даже для крепкого мужчины, не то что для хрупкой ньеры. Не будите ее, пожалуйста, пока сама не проснется.

Озадаченный, я вспомнил, как Василина суетилась вокруг меня, а потом – сколько мы прошагали за день. Она ни разу даже не пожаловалась на усталость, пока не начала на каждом шагу спотыкаться. М-да...

– Пусть отдыхает, раз так. А ты расскажи мне, что здесь произошло, пока я отсутствовал.

Глава 10

Ни минуты покоя

Снилось, будто бы мы со Златой отмечали какой-то праздник. Ели красивенный торт, украшенный взбитыми сливками и свежими ягодами, и горячие роллы со сливочным сыром. Моя дочь любила только такие, и я делила каждый ролл на два кусочка и кормила мелкую.

Свой огромный кусок торта Злата тоже дербанила палочками, держа их в обеих руках и смеясь. Было очень вкусно и весело. Особенно Златке, которая вся перепачкалась кремом.

– Баба Гапа, почему ты не ешь суши? – поинтересовалась дочка у Агриппины.

Та, как всегда в свободное время, сидела за ноутбуком, просматривая очередной выпуск новостей.

– Баловство это. Другое дело добрый кусок мяса...

Она разрезала столовым ножом стейк, который, как по волшебству, возник перед ней на белой тарелке. Мясо было сырым и кровоточило, но Агриппина, словно не замечая, засунула его в рот и принялась с удовольствием жевать.

– Гапа, стой! Оно же...

Родственница резко и неестественно повернулась в мою сторону, и ее зрачки подозрительно блеснули красным. От испуга я тут же проснулась и увидела сидящую рядом с моей постелью Айсану.

– Доброе утро! – поприветствовала меня девушка и поспешила к окну, чтобы раздвинуть шторы. – Как самочувствие?

– Вроде ничего. – Моргая спросонья от яркого света, я села на кровати и прислушалась к организму. – Есть ужасно хочется.

– Еще бы! Сейчас распоряжусь.

Легкая и резвая Ася метнулась в гостиную и почти сразу вернулась. Я отметила, что она необычайно улыбчивая сегодня и буквально порхает.

– Как дела? – настороженно поинтересовалась я, приглядываясь к подруге.

– Уже намного лучше! Драклорд же вернулся, значит, теперь все пойдет на лад. – Мурлыча какую-то песенку, Ася скрылась в гардеробной, и оттуда донесся ее приглушенный голос: – Лина, я подобрала тебе платье. Наденешь его к завтраку?

Она продемонстрировала мне светло-синее платье в пол, расшитое кружевами и жемчугом по рукавам и лифу.

– Не слишком ли оно праздничное для завтрака? – засомневалась я.

– М-м-м... – стушевалась Айсана. – Я не слишком разбираюсь, тебе виднее.

Ася ошиблась. Я ровным счетом ничего не знала о местной моде и предпочитала носить практичную одежду, которую не жалко испачкать.

– Какая нежная ткань! – восхитилась знахарка и прижала платье к щеке, но тут же опомнилась. – Ой, прости. Я не должна была...

– Хочешь, я тебе его подарю? – предложила я, заметив, что платье Асе очень нравится.

– Лина, ну что ты! Куда мне в таком ходить? На огород или в лес за травами? Ну уж нет! Это наряд для настоящей ньеры.

– Ну и пусть тогда полежит для подходящего случая, а я себе свежую рубашку подберу. Кстати, как там сегодня с погодой?

Я потянулась, а потом, охая, точно столетняя бабка, поднялась и поплелась в уборную. Садясь на волшебный унитаз, я каждый раз радовалась его наличию в замке. Как же мне повезло!

Слева располагалось окно, позволяя любоваться шикарными видами на горы, чем я и занялась. Снаружи было солнечно. А судя по прекрасному настроению Айсаны, нас пока не смыло разбушевавшееся без внимания драклорда море.

Есть хотелось неимоверно, но прежде нужно было искупаться. Последний раз я делала это еще до великого похода в горы, а возвращение в замок словно прошло мимо моего сознания. Я точно больше не мылась, так что прежде всего – ванна!

Хотелось понежиться в горячей воде подольше, но обоняние раздразнили соблазнительные запахи. Я быстро вымылась, расчесала мокрые волосы, оделась в свежие рубашку и бриджи и вышла в гостиную. Отсюда уже вынесли сломанную мебель, убрали то, что я не успела убрать, и дверь поставили новую, добротную, украшенную искусной резьбой! Когда только успели?

На накрытом у окна столе ждал на удивление хитрый завтрак. Мелкие пирожки с мясной начинкой оказались настолько вкусными, что я и не заметила, как употребила их все. Та же участь постигла и другие – с ягодами, из которых так и норовил потечь сок. Хорошо, что я не надела то платье, не то точно испачкалась бы по закону подлости.

Расправившись со всем, что мне принесли, и запив это вкусным травяным отваром, я лениво подумала, что такими темпами быстро растолстею.

– Ася? – позвала запропастившуюся подругу и помощницу.

Но вместо Айсаны откликнулся Соник.

– Лина! – Дракончик с радостным писком влетел в окно гостиной и бросился мне прямо на грудь, обнимая крылышками. – Наконец-то ты проснулась! Мы так переживали!

– В каком смысле?

– Ты проспала весь вчерашний день, а потом и всю ночь. Ася сказала, что такое бывает от переутомления, но мы все равно волновались.

– Ох ты! – только всплеснула руками я. – Интересно, я что-нибудь важное пропустила?

– В твоих покоях заменили двери, а из деревни пришли новые люди, чтобы восполнить штат прислуги. Внизу, где помещения пострадали больше всего, затеяли ремонт. Еще организовали доставку продуктов к столу и вернули повариху, которая раньше работала в замке. Тебе понравился завтрак, который она приготовила?

– Очень! А что с наводнением? Удалось его остановить?

– Вода отступила, хоть и не вся. И море постоянно бушует, но таких больших волн больше не было.

– Ясно. А чем занимается драклорд?

– Работает без отдыха наравне с подданными. Поспал всего несколько часов за ночь, сходил в деревню и снова за дело. Как же хорошо, когда в замке кипит жизнь!

Мой дракончик тоже был в приподнятом настроении.

– Соник, я совсем не помню, как вернулась в замок.

– Тебя доставил драклорд! Было очень трогательно наблюдать, как он нес тебя на руках. Все дар речи потеряли при вашем появлении. Даже Рисанна.

Я представила, как это все выглядело: обнаженный Редж, и я у него на руках – дрыхну без задних ног.

Спрятав лицо в ладонях, пробормотала:

– Как я могла такое проспать?

– Лина, твои цепи стали ярче! – невпопад воскликнул цветодрак.

– Что? – Я удивленно уставилась на него.

– Ваша связь с драклордом укрепляется!

Цепи... Было немного не по себе оттого, что дракончик видит то, о чем я и не подозреваю.

– Соник, чем мне это может грозить?

– Грозить? Да чем же это может грозить? – Цветодрак рассмеялся. – Чем крепче связь между Тенью и ее драклордом, тем лучше.

Его слова ничуть не успокоили. Напротив.

– А если нам придется расстаться? Мне ведь нужно вернуться домой!

– Твой дом здесь, Лина! Как ты этого не понимаешь?

– Нет! Мой дом там, где моя дочь! Я должна быть с ней рядом!

– Лина...

Сочувствие во взгляде дракончика меня покоробило. Он не верил, что я смогу вернуться!

Прикрыв веки, я сделала глубокий вдох. Соник хоть и король цветодраков, но еще слишком молод и не может знать всего на свете. Волноваться не о чем. К тому же драклорд обещал мне помочь.

– Ладно. Будет день, – будет пища. Пойдем посмотрим, что снаружи происходит?

Выскочив в коридор, я остановилась как вкопанная, едва не наткнувшись на Реджинхарда Берлиана.

Гладковыбритый, причесанный, хорошо пахнущий, прилично и явно дорого одетый драклорд производил совсем иное впечатление, чем голый и лохматый дикарь из пещеры.

Преображение было настолько волшебным, что на миг мне представилось, будто мы на съемках исторического или фэнтезийного фильма и передо мной знаменитый актер, исполняющий роль главного героя. Весь такой в образе! Не грех его и порассматривать. Для этого ведь и наряжался?

Редж тоже смотрел на меня, но как-то иначе, чем раньше. Слегка надменно. Признаться, я немного оробела, но глаз не отвела и, словно утратив чувство реальности, продолжила беззастенчиво его разглядывать. По словам Соника, выходило, что он помогает мужикам с ремонтом, но не в такой же одежде?

Не знаю, почему молчал драклорд. Может, ждал от меня каких-то слов или действий? Но я не знала этикета и не умела делать реверансы, так что даже пытаться не стала. Просто стояла и молча на него таращилась.

– Доброе утро, ньера Василина, – первым нарушил затянувшееся молчание Редж, и его голос пробежался бархатом по моей коже.

– Доброе утро, ньер Реджинхард, – ответила я ему в тон.

Он усмехнулся одним уголком рта и поправил меня:

– Ко мне следует обращаться «мой драклорд».

Вот и то, чего я опасалась. Передо мной больше не голозадый красавчик Редж, а правитель.

– Так говорят слуги, а я предпочла бы звать тебя по имени, как и раньше. Во время путешествия нам это не мешало.

Не знаю, насколько далеко я зашла в своей дерзости, но на меня накатил какой-то кураж. Я нужна ему, чтобы освободить дракона, поэтому не облезет. И расфуфырился он явно неспроста. Пришел «впечатление производить», не иначе!

Представив, как Редж узнал, что я проснулась, и рванул к себе переодеваться, я едва не прыснула. Может, и мне стоило надеть то самое платье?

Драклорд, прищурившись, продолжал на меня пялиться.

– Пожалуй, ты права. В неофициальной обстановке и наедине можно и по имени, – наконец принял решение он. – Я буду называть тебя Линни, чтобы не было лишних вопросов.

– Так ты звал Линдару Зинборро? Лучше уж Лина, в замке все уже привыкли. А я буду называть тебя Редж. Реджинхард – красивое имя, но его слишком долго выговаривать.

Драклорд только покачал головой:

– Твой характер нельзя назвать покладистым, Тень. А ведь ты должна следовать установленным правилам.

Сделав знак идти за ним, драклорд неспешным шагом двинулся по коридору. Я пристроилась рядом:

– Дело не в характере. Просто я практичная. Вот, к примеру, сорвусь со скалы, и придется звать тебя на помощь. Думаешь, стану я вопить: «Мой драклорд!» или «Реджинхард»? «Редж!» – это максимум, что я смогу выдать в такой ситуации.

– Да уж! – Мой спутник не совладал с лицом и улыбнулся. – А ты позовешь меня на помощь?

– А кого же еще? Нам ведь предстоит совместное путешествие в алмазную пещеру. Всякое может случиться. И что-то мне подсказывает, ты будешь единственным, кого я смогу просить о помощи.

– Не бойся, Лина. Со мной ты в безопасности. Обещаю, ничего такого не случится.

– Знаешь, Редж, с тех пор как я здесь, со мной то и дело что-нибудь случается.

– Правда? Расскажешь?

– Расскажу. Отчего не рассказать? Сначала на меня с поцелуями напал голый мужик. Затем я оказалась на вершине горы, совершенно раздетая на лютом морозе. Потом перенеслась волшебным образом в заброшенный замок, где меня попыталась сожрать гигантская паучиха. Да! Перед этим мелкий дракошка цапнул за палец до крови, после чего я начала понимать его речь.

С каждым сказанным мной словом брови драклорда поднимались все выше.

– Что там еще? – Я нахмурилась, вспоминая. – Я сражалась с работорговцами, спасая деревенских. Пережила цунами, сидя на дереве. Потом едва не утонула. Ах да! Совсем забыла! Я едва не отправилась к Дракону Прародителю после неудачного эксперимента с волшебным мечом. Мне пришлось убегать от стаи носферов и прятаться от мужика в костюме черной шишки, который пытался натравить на меня варгов. – Я загнула девятый и заодно десятый пальцы.

Все это время драклорд внимательно меня слушал.

– Что еще за мужик в костюме черной шишки? Когда он приходил? – выхватил он главное.

– Это случилось за день до того, как прилетели носферы. Я тогда впервые вышла за ворота Дорт-Холла и наткнулась на местных мальчишек. От них я и узнала, что это был отряд, которыми командовал Тапредель. Это же он был твоим другом и советником, а потом тебя предал и снюхался с нирфеатами?

Драклорд медленно кивнул:

– Лина, ты взяла с собой свой кинжал?

– Нет, конечно! Зачем он мне на территории замка? – удивилась я неожиданному повороту беседы.

– Позволь поинтересоваться, откуда он у тебя?

Ответить я не успела. По лестнице нам навстречу взбежал один из младших мальчишек и, торопливо поприветствовав, объявил, что к замку во весь опор бегут двое.

– Это Пиран и Нож!

Я поморщилась, услышав разбойничье прозвище.

– Надо говорить «ньер Шатолье», – поправила я посланца. – А почему они бегут?

Сердце тревожно сжалось от недоброго предчувствия. Что может заставить бежать путников, которые и так четверо суток бродили в горах и наверняка порядком вымотались? Погоня?

Реджинхард без лишних слов быстро спустился по лестнице, умудряясь двигаться при этом с достоинством. После секундной заминки я поспешила за ним.

Вот так всегда! Только подумаешь, что все налаживается, и на` тебе!

Народу во дворе значительно прибавилось. Каждый был занят делом. Несколько крепких мужиков разбирали ветхие строения, которые я окрестила сараями. Рядом высилась гора свежих бревен, а неподалеку стояли две неразгруженные подводы со стройматериалами.

Я впервые задумалась: а где люди, которые раньше жили и работали здесь? Не могла же одна-единственная деревня удовлетворять все нужды замка?

Прервав мои размышления, Нож первым вбежал в открытые ворота и остановился, обведя двор слегка безумным взглядом, пока не сфокусировался на мне. Улыбнулся и только потом отвесил короткий поклон драклорду.

– Воды! – потребовал он, ни к кому конкретно не обращаясь.

Откуда ни возьмись появилась тихая Роса и протянула ему большой ковш. Нож принялся жадно пить, обливаясь. Остатки вылил себе на голову, обтер лицо и, благодарно кивнув девушке, вернул ковш.

– Мой драклорд, – наконец заговорил он. – К замку приближается войско. Сомнений нет – это нирфы.

Вот они – те самые поганые новости, которые я подсознательно ожидала услышать. Теперь мы все равно что между Сциллой и Харибдой. За нами море Семидесяти Семи Бурь, которое норовит смыть весь Предел, впереди – нирфеаты. А так хотелось дожить до возвращения к доченьке...

На лице драклорда не дрогнул ни один мускул.

– Вот как? И откуда такие сведения, ньер Шатолье? Я был на стенах совсем недавно.

– Полагаю, они появятся здесь к завтрашнему утру. Мы заметили их со склона и с тех пор бежали без остановки, чтобы успеть подготовить замок к обороне.

Словно в подтверждении его слов, в ворота из последних сил вбежал Пиран и упал прямо на землю. Драклорд хмуро кивнул и, задумчиво глядя на него, сказал:

– Идемте со мной, ньер. Мне нужны подробности. Пиран, как придешь в себя, поднимайся тоже.

Похоже, Редж уже успел познакомиться с этими двумя, а я благополучно все проспала. Интересно, каким выдалось их знакомство?

Думать об этом сейчас не было времени. Нужно было готовиться к осаде. В том, что на этот раз Тапредель так просто не отступит, я не сомневалась.

– Рисанна, займись комнатами. Ты лучше моего знаешь, сколько прибудет народу. И срочно пошлите кого-нибудь в деревню. Пусть жители идут в замок и берут с собой все припасы, какие смогут!

– Сейчас сбегаем, ньера Лина! – Точно из-под земли появился Силан и, кликнув с собой Наньку, припустил за ворота.

Ох уж эти мальчишки!

– Будьте осторожны! Туда и сразу же обратно! – крикнула я им вслед.

Нирфеаты могли быть куда ближе, чем мы думаем. Я ужасно боялась чудовищ вроде варгов и носферов.

– Сожгут нашу деревню... – пригорюнилась Роса, сидя на земле рядом с Пираном.

Тот, поднявшись на четвереньки, надсадно кашлял.

– Хаты, может, и пожгут, а все ценное отец приказал спрятать в горах, еще когда потопа ждали, – на удивление миролюбиво отозвалась подошедшая Рисанна.

– Ничего. Отстроим заново. Главное – выжить, – сказал оклемавшийся, но все еще красный, точно помидор, Пиран.

Роса и Рисанна поспешили к замку, по пути окликая работавших в огороде девушек, а Пиран заторопился на стену к драклорду.

«Соник?» – мысленно позвала я цветодрака, не особенно надеясь на успех.

Но мой дракошка тут же спланировал мне на плечо:

– Лина, звала?

– Да. Сможете слетать на разведку?

– Баламут уже вылетел с небольшим отрядом, – отчитался Соник. – Как вернется, я сразу же тебе обо всем доложу.

Цветодрак упорхнул. Видимо, и у него были неотложные дела.

– Ася! – окликнула я спешащую мимо знахарку. – Ты куда?

– В аптекарский огород. Нужно собрать травы и приготовить снадобья, а то ведь начнется.

– Что начнется?

Знахарка закатила глаза:

– Сама увидишь.

– Я с тобой. Заодно помогу.

Обогнув стройку, мы отправились прямиком в сад. Туда, где рядом с облагороженными кустами солнцеедов Ася высадила целебные травы.

– Скажи, а в окрестностях Дорт-Холла были другие деревни? – спросила я, обрывая молодые листочки с каких-то побегов.

– Деревень шесть было, не считая хуторов. Но наша Приречная – самая большая.

– И куда же все подевались?

– Побросали все и сбежали подальше, когда пришла беда. Остались самые стойкие вроде нас.

– Те, кто не испугался соседства с проклятым замком?

– Ага.

Я уже знала, что все Пределы были поделены на эрлинги – княжества. В каждом эрлинге была своя столица и несколько городков поменьше, окруженных множеством деревенек. Все эрлы подчинялись драклордам. Те обычно не вмешивались в их дела, занимаясь безопасностью Предела. Но по желанию могли проверить, как живут люди, и сменить правящую династию эрлинга, если что-то не понравится. В целом все напоминало стандартную вертикаль власти.

– Ася, а почему драклорд живет не в городе, а на отшибе?

– Дракону простор нужен и сердце Предела под боком. И пещера силы.

– Понятно.

Собрав травы, мы поспешили обратно. Во дворе к нам подошла пожилая женщина, жалуясь на сорванную спину. Отпустив подругу заниматься лечением, я посмотрела на стену, но там уже никого не было. Окликнув одного из рабочих, я спросила, не видел ли он, куда делся драклорд и остальные.

– Так в замок они ушли, ньера. Говорят, у них там военный совет.

Меня разобрало любопытство, и я тоже поспешила в замок. Хотелось бы знать, какие у нас планы.

По привычке я пошла кратчайшим путем – через черный ход и, проходя мимо одной из комнат, услышала, как Рисанна распекает Росу:

– Если увижу еще раз, пеняй на себя!

– Риса, за что ты меня так ненавидишь? Я ведь не виновата, что...

– Заткнись! Закрой свой поганый рот, не то я тебе язык вырву, видит Дракон Прародитель! – Дочь старосты кипела от ярости.

– Риса! – почти взмолилась Роса.

– Ты меня поняла?

– Поняла...

Мне стало интересно, из-за чего у них конфликт, но военный совет был намного важнее. Потом у Айсаны спрошу. Наверняка знахарка знает, что не поделили эти двое.

Глава 11

Меч, магия, поцелуй

Военный совет проходил в той же самой гостиной на первом этаже, где я впервые появилась, проснувшись на полу у камина. Здесь давно навели порядок, от пыли и следа не осталось, и стекла больше не хрустели под ногами. Предстояло вставить окна и заменить мебель на новую.

Вряд ли мужчины меня ждали, иначе бы пригласили сразу. Скорее всего, им и в голову подобное не пришло. Поэтому я бесцеремонно распахнула двери и, зайдя внутрь, в лоб спросила:

– Ну что? Какие у нас планы? Как будем обороняться?

Присутствующие удивленно подняли головы от стола с разложенной картой. Затем переглянулись. Пиран смущенно потупился. Нож посмотрел лукаво и с неприкрытым восхищением. И только драклорд вперился в меня с хмурым негодованием. Показалось, что сейчас он прикажет мне удалиться.

– Что, все так плохо? – Я подошла ближе. – Излагайте, ньеры, какие у нас задачи и что нужно успеть сделать до того, как вражеское войско окажется рядом. Возможно, я окажусь полезной.

Я, в свою очередь, многозначительно посмотрела на драклорда. Не привыкший к такому поведению, тот поджал губы. Я искренне желала помочь, но, похоже, в моем мнении здесь не нуждались.

– Ньера Лина, позвольте выразить вам мое восхищение! – каким-то особенным тоном произнес Нож.

Разбойник столь неприкрыто пожирал меня взглядом, что стало неловко. Закрались мысли, что мои штаны слишком сильно облегают фигуру. А рубашка, вероятно, прозрачнее, чем требуют местные нравы.

Драклорд покосился на него, многозначительно приподняв брови. Затем сделал глубокий вдох и наконец заговорил:

– Ньера Лина, ваше стремление помочь похвально, но оставьте оборону замка мужчинам. Лучшее, что вы можете сейчас сделать – это поддержать женщин и приготовить побольше бинтов.

Речь шла вроде бы о бинтах, но я уловила четкие координаты женщины в местной иерархии.

– Наши дела так плохи, что потребуются бинты? – не удержалась я от подколки и добавила с небольшим запозданием: – Мой драклорд.

Кажется, это тот самый случай, когда стоит использовать официальное обращение?

– Ньера Лина, позвольте вас проводить, – предложил Нож и скользнул было ко мне.

Пиран, не зная, куда деться, покраснел до кончиков ушей. Редж, скрипнув зубами от злости, остановил разбойника:

– Не утруждайтесь, ньер Шатолье. Мы все уже обсудили, и вы с Пираном можете быть свободны. Отдохните с дороги, пока есть такая возможность. Благодарю за службу.

Пиран с Ножом, коротко поклонившись, направились к выходу. Проходя мимо меня, разбойник чуть замедлился и подарил один из своих многозначительных взглядов. Сделав вид, что ничего не случилось, я так и осталась стоять, сложив на груди руки.

Произошедшее напомнило мне о работе. Бывало, мужчины отказывались признавать, что и женщина может разбираться в коде и IT-технологиях. Приходилось доказывать этим твердолобым самцам, чего стою как профессионал.

Когда дверь закрылась и мы остались вдвоем, я подняла глаза на драклорда.

– Я и правда не слишком хорошо разбираюсь в обороне замка. Но, возможно, следует меня научить, а не отправлять из-за этого на кухню?

Редж подступил совсем близко и уставился сверху вниз, словно пытаясь подавить.

– Ты слишком дерзкая для Тени, не находишь? – поинтересовался он.

И был прав. Вместо того чтобы испугаться, я приподнялась на цыпочки, не разрывая с ним зрительного контакта, затем перевела взгляд на его губы и почти интимно прошептала:

– Какая уж есть. Терпи.

Драклорд замер. Похоже, ждал чего угодно, но не такого ответа. А я, пока он не опомнился, отошла к окну и принялась любоваться на цветодраков, которые кружили над желтыми венчиками солнцеедов. Нужно было срочно восстановить душевное равновесие. Близость драклорда неожиданно сильно меня взбудоражила.

Если честно, во мне боролись сразу два кардинально противоположных желания. Во-первых, хотелось взять дубину потяжелее и треснуть драклорду по лбу. Стоило из пещеры вылезти, и туда же!

А во-вторых, меня иррационально тянуло к этому мужчине. Настолько, что я непроизвольно начинала флиртовать. Хотя для меня это и не характерно.

Айсана привела садик в порядок. Под окнами больше не было высоченной травы, и лавки в скверике заменили на новые. Они радовали глаз оструганной поверхностью и ажурной ковкой. Дорожки – свежим гравием.

Это мирное зрелище и легкий прохладный ветерок, обдувающий лицо, слегка восстановили мое душевное равновесие, и я рискнула снова взглянуть на драклорда.

– Реджинхард, ты можешь что-нибудь противопоставить нирфам без помощи дракона?

– Если все так, как сказали эти двое, нирфеатов слишком много. Не уверен, что смогу им противостоять без войска, – не стал тот увиливать.

– Защита замка выдержит?

– Барьер на границе Предела пал, иначе бы они вовсе сюда не проникли.

– Был барьер на границе? Такой же, как в замке?

– Да, но намного мощнее.

– Ого! И что же его разрушило? – спросила я шокированно.

– Подозреваю, что предательство. Дело в том, что снаружи барьер был несокрушим.

Драклорд выдавал информацию не слишком охотно и при этом внимательно наблюдал за моими реакциями. Стало не по себе.

– Раз нирфеаты идут на Дорт-Холл только сейчас, значит, барьер Предела пал недавно?

– Недавно, – согласно кивнул Редж и неожиданно поинтересовался: – Не знаешь, как именно это произошло?

– Да откуда же мне знать? – возмутилась я. – Я о его существовании даже не подозревала до этого момента, – и тут же испуганно уставилась на драклорда. – Ой! А наш барьер они могут разрушить тем же способом?

– Всякое может случиться. Но я сделаю все, чтобы этого не допустить. Клянусь!

Он говорил так серьезно, что я как-то сразу поверила.

– Буду молиться, чтобы у тебя получилось, а я постараюсь помочь чем смогу. Сделаю все, что в моих силах. Надеюсь, бинты никому не понадобятся, – попыталась пошутить.

– И я надеюсь.

Драклорд неспешно подошел и остановился рядом.

– А... если мы освободим дракона, тогда ты справишься?

Я взглянула на него с надеждой.

– Тогда точно справлюсь. – Редж снова посмотрел на меня сверху вниз, но на этот раз уже не подавляя, а скорее будоража.

– Тогда не будем терять времени! Идем, проверим, как там Рассекающий.

Не дожидаясь ответа, я торопливо направилась к выходу из гостиной. Казалось, если не сбегу прямо сейчас, случится что-то... Не знаю... Что-то, о чем мы оба можем потом пожалеть.

Реджинхард нагнал меня и отворил дверь, пропуская вперед. Мы вместе спустились в подземелье, рука об руку преодолели длинный коридор с ответвлениями и вошли в алмазный зал.

– Это место напоминает мне алмазную пещеру, – поделилась я впечатлениями.

– Они и правда похожи. Здесь находится сердце Дракендорта, – ответил драклорд.

– Я положила меч туда, – указала я на «куст» сталагмитов, где заряжался Рассекающий.

От каждого шага Реджинхарда по гладкой, как лед, поверхности пола во все стороны расходились мягко мерцающие круги. Мрачный подвал будто пробуждался на глазах. Стало заметно светлее, все пространство переливалось пастельными красками. Запахло озоном.

Теперь и от моих шагов рождалась световая магия. Это было очень красиво, но кружило голову. Я отстала, боясь поскользнуться, и нагнала Реджа к моменту, когда он уже протянул руку, выбирая, какого кристалла коснуться.

– Только я теперь не знаю, который из них меч. Все кристаллы так похожи... – пробормотала я смущенно.

Драклорд усмехнулся, и вдруг один из сталагмитов истаял на глазах, а вместо него появился Рассекающий! Как новенький, а не в виде почерневшей железяки. Я не удержалась от удивленного вздоха:

– Получилось? Он заряжен?

Драклорд молча вынул меч и поднял перед собой. Свет, который источали алмазы, заискрился на остром лезвии, и я расслабилась, решив, что теперь у нас точно все получится, но...

– Он не готов, – разбил мои надежды Редж.

– Я... Я его сломала? Меня это, конечно, не оправдывает, но у меня не было инструкции. Я не знала, как им пользоваться, и вообразила себе, что это что-то вроде волшебной палочки. Прости...

Я ощутила себя ужасно виноватой. Люди в смертельной опасности, а единственную вещь, которая могла помочь их защитить, я умудрилась испортить.

Реджинхард Берлиан внимательно на меня посмотрел, а затем спросил:

– Тень, расскажи, что именно ты сделала. В подробностях.

Вздохнув, я перечислила все случаи, когда использовала меч. Это не заняло много времени.

– Так вот почему мне пришлось вытаскивать тебя из-за Грани! – воскликнул драклорд, когда я закончила.

Я посмотрела на него с недоумением. Не припоминаю, чтобы мы как-то взаимодействовали ранее, не считая случая в пещере.

– О чем ты?

– Благодаря связи драклорда еще в пещере я почувствовал, что ты погибаешь. Пришлось нам с Берлианом настроить магический канал, чтобы тебя спасти.

– Я могла погибнуть?!

Я уставилась на драклорда, пытаясь понять, не шутит ли он. Но он явно говорил все как есть.

– Я могла погибнуть... – Осознание навалилось бетонной плитой. – И Злата осталась бы без матери... Но я так хотела домой, Редж, что даже не усомнилась, что поступаю правильно. Но почему? У меча есть какие-то ограничения? Он перенес меня в замок, а теперь нужен, чтобы переместить нас обратно в алмазную пещеру... – бормотала я, силясь понять, что сделала не так.

– Зачем ты разрушила барьер, Василина? Тебе приказали помочь нирфеатам проникнуть в Дракендорт?

– Что?! Да как тебе подобное пришло в голову! – возмутилась я.

– А что я должен был подумать, Тень? Сначала появляешься ты. Неизвестно откуда взявшаяся, но такая похожая на ту, что меня однажды уже предала. И вскорости по твоей воле Рассекающий высасывает всю магию из барьера, которым я окружил свой Предел, пока еще мог. А после и барьер, и меч приходят в негодность, лишая Дракендорт последней надежды.

Говоря, драклорд неспешно шел на меня, а я непроизвольно пятилась, не сводя взгляда с меча в его с виду расслабленной руке. Осознав это, я заставила себя остановиться и, смело взглянув ему прямо в глаза, крикнула:

– Я просто хотела вернуться домой к дочке! – И добавила тише: – Я сделаю все, что угодно, для этого...

– Для начала тебе придется выжить, – резонно заметил драклорд.

Он снова остановился непозволительно близко – в считаных сантиметрах.

– Только этим и занимаюсь с тех пор, как попала сюда, – пробормотала я устало, снова с опаской покосившись на Рассекающий в его руке.

Одно неуловимое движение, и Злата никогда не увидит свою маму...

– Кто ты такая, Василина Вьюга? Откуда ты взялась в моей пещере?

Драклорд смотрел на меня пытливо и с какой-то затаенной болью. От его близости меня накрывали волны энергии и ужасно кружилась голова. Немилосердно тянуло сократить разделяющее нас расстояние. Положить голову ему на грудь и...

И сделала это. Обвив его руками, тихо попросила:

– Редж, пообещай, что мы разберемся с этим вместе. Пожалуйста, пообещай, что выживем и что я смогу увидеть дочь. А я сделаю все, что только попросишь. Все-все! Даже... расскажу тебе, кто я такая.

Он стоял и молчал, незыблемый, точно скала, и такой же холодный. Устыдившись своего порыва, я отпустила его и даже отошла на несколько шагов.

Вот же глупая! Его предали, а я от него обещаний требую. Могла бы и догадаться, что он теперь каждую свою Тень до конца времен подозревать будет.

Хотя... Такими темпами конец времен не за горами.

В нашей ситуации выражение приобрело зловещий смысл, и я горько усмехнулась. Так. Надо с этим заканчивать. Сейчас.

– Реджинхард, я не из твоего мира. Я не знаю его обычаев, реалий, географии, но не потому, что из глухого угла или просто невоспитанная и необученная. Я просто не местная. Совсем. Не представляю даже, какие силы меня отправили к тебе и за какие грехи, но так вышло, что я оказалась здесь – в Драконьих Пределах.

Я покосилась на драклорда. Тот внимательно слушал. Рука с мечом была по-прежнему опущена, и я продолжила:

– Когда очнулась голой в твоей пещере, испытала самый настоящий шок. Я не понимала, что происходит. И даже не помнила, кто я такая. Память постепенно восстановилась. И я вспомнила о дочке, вспомнила даже собственное прошлое, которое давно забыла. Да-да, там, в своем мире, я однажды уже теряла память, но только недавно узнала, что со мной случилось кое-что очень страшное.

На лице драклорда дернулся мускул, и глаза угрожающе сверкнули.

– Увидев тебя, я подумала, что мне все чудится, но нет. Все оказалось реальным. Даже магия... Убедившись, что она существует, я первым делом попробовала вернуться домой.

– Теперь я понимаю, почему рухнул барьер, а ты едва не погибла.

– Правда? – Я с надеждой уставилась на драклорда, от которого зависела моя жизнь.

Кажется, палата в местной психушке мне не грозит? Как и казнь. Может, ситуация не безнадежна? Что, если он знает, как отправить меня домой?

– Редж, я не знала, что испорчу меч и барьер. Если бы хоть кто-то намекнул, что у моей попытки будут столь серьезные последствия, я постаралась бы найти иной способ. Прости меня, пожалуйста.

Драклорд помолчал еще немного, словно переваривая все сказанное, и неожиданно заметил:

– Тебе не стоило использовать кровь.

С удивлением и затаенной надеждой я уставилась на него. Ну, скажи! Скажи, что прогулки между мирами для тебя не сложнее вечерней пробежки!

– А... Можно было без нее? – осторожно спросила, так и не дождавшись продолжения.

– Можно. – Драклорд усмехнулся. – Напоив Рассекающий кровью, ты указала ему, чью магию использовать. Вот только ты не маг, Василина. Мечу пришлось искать иные источники. Но все равно магию он принимал через тебя. А это чревато.

– Вот почему мне становилось все хуже и хуже! Значит, мне вообще нельзя магичить?

– Почему же? Ты можешь использовать артефакты.

Редж демонстративно чиркнул лезвием по собственной ладони и обильно оросил клинок кровью.

– Что ты делаешь?

– Стараюсь, чтобы ты не угробилась, когда меч будет использован в следующий раз.

– Ясно! Залогинился под своим админским аккаунтом, – понятливо кивнула я и улыбнулась. Поймав непонимающий взгляд драклорда, пояснила: – Я хотела сказать, что ты сейчас перепривязал его обратно к своей магии, верно?

– Вроде того, – согласился со мной Реджинхард.

– И теперь я не смогу больше пользоваться мечом? – поинтересовалась с долей сожаления.

Как-то привыкла, что у меня есть палочка-выручалочка на самый крайний случай.

– Почему же? Сможешь, только магия будет идти через меня, и ты больше не навредишь себе.

– А ты будешь знать, что именно я пытаюсь намагичить?

– Конечно.

Редж смотрел очень серьезно, словно искал на дне моих глаз нечто особенное. От этого взгляда по моим плечам побежали приятные мурашки.

– А это... Это для тебя неопасно?

– Нет. Я же драклорд, – выдал он с самодовольной усмешкой и сунул меч обратно в сталагмитовый «куст».

Назад мы шли, никуда не торопясь. Не знаю, о чем сейчас думал Реджинхард, а я размышляла: можно ли из нашего разговора сделать вывод, что он сможет вернуть меня на Землю?

Спросить или не спросить?

В итоге решила обсудить это позже. Когда разберемся с вражеским войском. Я уже поняла, что для этого понадобится прорва магии. Редж не сможет себе позволить подобные траты сил, пока Дракендорту грозит опасность.

Поскользнулась я, как водится, внезапно. Драклорд тут же подхватил меня за талию. Вышло у него это так естественно, словно годами тренировался.

Подхватил и не выпустил. Смотрел на меня холодно и невозмутимо, но я не обманывалась. Это просто маска. Я определенно чувствовала сейчас то, что на Земле принято называть химией. И если уж речь зашла о ней, то в нас обоих шла бурная химическая реакция.

Меня иррационально тянуло к этому едва знакомому мне человеку. Впервые я так остро реагировала на мужчину, но при этом не хотела потворствовать этим желаниям.

И дело не в том, что я ханжа или руководствуюсь высокими принципами морали. Вовсе нет! Я банально боюсь влюбиться в него по самые уши. В того, кто мне даже до конца не доверяет. В того, кто, несмотря ни на что, пытается увидеть во мне другую. Ту, что его когда-то предала...

Но что станет со мной, если я вернусь домой... Нет... Когда я вернусь домой, оставив здесь, в Пределах, частичку собственного сердца? Я буду обречена жить с этой болью, вечно разрываться между двумя мирами. Нет уж! Не готова я на подобные жертвы!

Пусть лучше Реджинхард Берлиан так и останется мужчиной из ночных фантазий. Я заранее понимала, что дома мне не встретить такого же, но только «с перламутровыми пуговицами».

Драклорд решил за меня, первым сократив расстояние между нашими губами...

Глава 12

Чужие и свои секреты

Редж впился в мои губы жадным поцелуем. Он терзал их, заставляя задыхаться. Его пальцы проникли мне под волосы, стиснули пряди в кулак, не позволяя отстраниться. Его язык нагло и напористо исследовал мой рот, словно захватчик – отвоеванную территорию.

Не выдержав остроты ощущений, я застонала, инстинктивно выгибаясь драклорду навстречу. Вцепилась в одежду, отвечая на поцелуй со всей страстью, на которую только была способна. Я позабыла обо всех своих сомнениях и страхах, а весь мой мир сконцентрировался на этом мужчине.

В этот момент все, чего я хотела – это чтобы он не останавливался.

Задорные детские голоса разрушили накрывшее нас наваждение. Похоже, ребятишки воспользовались свободным проходом и пробрались в катакомбы. Вот-вот, и они нас застанут!

Точно ошпаренная, я отпрянула от драклорда, не без труда вывернувшись из его крепких рук.

– Вот же сорванцы! Нужно их отсюда выпроводить, пока не заблудились в катакомбах.

На дрожащих ногах я торопливо зашагала к выходу. Редж точно на инстинктах подался следом, но остановился:

– Иди, Тень. Мне нужно еще немного побыть здесь.

Желание пламенем бурлило в моих венах. Ошалевшая от него, я кивнула и заторопилась прочь. Дети словно почуяли неладное и ретировались раньше, чем я успела их отчитать.

– Ньера Лина! – окликнула меня какая-то девушка, когда я появилась во дворе.

– Позже! – отрезала я и прибавила скорости, едва удерживаясь на грани между шагом и бегом.

Мне требовалось перевести дух. Разобраться в том, что сейчас произошло. Унять готовое выскочить из груди сердце и волны томительного жара, которые так и продолжали катиться по телу.

На лестнице, где никто меня не мог увидеть, я все-таки побежала. Раскрасневшаяся, со вздымающейся от частого дыхания грудью, я свернула в свой коридор, но на пути оказалось неожиданное препятствие.

Нож стоял у второго по счету окна и глядел вдаль. Стоило мне появиться, как он тут же обернулся и расплылся в такой сердечной улыбке, словно ждал меня здесь годы, мечтал увидеть и желание наконец сбылось.

– Лина!

Разбойник шагнул навстречу, протягивая руки, словно собираясь обнять. Я остановилась и отступила на два шага.

– Ты чего здесь забыл? Твоя комната этажом ниже.

Мне совершенно не хотелось его видеть. Когда угодно, только не сейчас, когда я в полном смятении!

В глазах мужчины блестели колдовские зеленые огни, которые меня всерьез напугали.

– Лина, ты... Я чувствую это! Я могу... Я хочу... Иди ко мне!

Сначала я решила, что Нож перебрал с выпивкой, но никакого запаха не ощущалось. При этом смотрел он на меня так, что сомнений в его намерениях не было.

– Поцелуй меня... Ну же! – Нож снова подался ближе, пытаясь сграбастать.

Ну уж нет! Хватит с меня на сегодня поцелуев!

Я тоже сделала шаг ему навстречу, чтобы усыпить бдительность, но в последний момент поднырнула под руку и рванула бегом по коридору к себе. Захлопнув дверь перед самым носом преследователя, заперлась на щеколду. Вот только интуиция подсказывала, что все это не удержит разбойника.

– Лина, открой! – Нож скребся с той стороны, точно околдованный.

Пока только скребся, но один удар могучим плечом, и...

– Уходи... – пробормотала я едва слышно, а затем заорала, глядя на створку: – Пошел вон!

– Лина, что с тобой? – послышался позади удивленный голос Айсаны.

– Ой! – Подпрыгнув от неожиданности, я обернулась.

– Прости, не хотела тебя напугать. Что-то стряслось? – участливо поинтересовалась знахарка.

– Да тут, что ни день, что-нибудь случается... – Не договорив, я скрылась в ванной.

К счастью, Нож передумал ломать дверь, и до самого вечера я не выходила из своих покоев. Ася, выслушав мой рассказ, осталась со мной, не покидая ни на минуту, и отвечала всем от моего имени. Даже Рисанне не позволяла лезть ко мне с вопросами. Когда мне стало стыдно за то, что не участвую в подготовке замка к обороне, она безапелляционно заявила:

– Лина, в замок вернулся хозяин, а тебе нужно хоть немного отдохнуть. Идем, я приготовлю тебе расслабляющую ванну.

Она была права. Давно я не проводила время вот так – в безделье. А с тех пор, как оказалась здесь, так и вовсе ни разу. Если не пахала как лошадь, то рисковала собой. Сплошной стресс!

Айсана устроила мне настоящий спа-салон. Поухаживала за волосами и даже сделала массаж, после которого я немного полежала в кровати с книгой. Я взяла ту, что обнаружилась в комнате, и не могла определиться, что именно попало мне в руки: развлекательная литература или описание реальных событий.

Запросто! Учитывая, что в этом мире есть магия.

Разнеженная и разморенная, я задремала, и Ася разбудила меня ближе к ужину.

– Лина, ты просто обязана его надеть! – Она продемонстрировала мне все то же шикарное платье.

– Ася, ну зачем?

– Так ужин же! Официальный. Следует выглядеть достойно.

– Ох!

Первым делом я задумалась, чем это мне может грозить.

Но то ли отдых пошел мне на пользу, то ли прочитанная книга, но настроение было романтичным. И даже выходка ньера Шатолье уже не слишком возмущала. Разбойник с первых минут проявлял ко мне повышенное внимание. Неудивительно, что активизировался, стоило появиться конкуренту.

Надо будет строго с ним поговорить и напомнить, что я Тень драклорда. Если Реджинхард осерчает, придется хитромудрому приживале топать прочь с узелком на палочке из «самого безопасного места во всем Пределе». Это в лучшем случае, а в худшем – он может и голову потерять.

Поддавшись на уговоры, я позволила Айсане нарядить меня и уложить волосы. У нее очень ловко получалось завивать локоны с помощью какого-то настоя. Через час в зеркале я увидела невероятно красивую девушку и не поверила, что могу быть такой.

– Не надо! Это не мои драгоценности! – возмутилась я, когда Ася взяла шкатулку, обнаруженную нами в тайнике в кабинете.

Когда-то я планировала использовать их, чтобы закупить все необходимое для замка. Но теперь драклорд был здесь, и мне было неловко надевать то, что принадлежало другой женщине.

– Лина, у ньер принято подчеркивать свой статус достойными украшениями! Все, что в этой комнате, принадлежало Тени Дракона, – настаивала Ася. – К тому же это только на один вечер.

В конце концов ей удалось меня уговорить. Уж очень сильно хотелось поразить Реджа после всего, что между нами случилось.

– Ну хорошо. Только не изображай из меня новогоднее дерево.

Ася замотала головой и подвинула шкатулку ко мне.

– Выбери сама. Я всего лишь простая травница из деревни и в украшениях ничего не смыслю.

И то верно! Где бы ей этому было научиться? А мне где?

– Ладно, будем полагаться на вкус и чувство меры.

Со вздохом я заглянула в шкатулку. В глаза сразу бросились крупные серьги с камнями, похожими на топаз или сапфир. Вынув их, приложила к ушам и вопросительно глянула на подругу. Ася одобрительно закивала. Камни удивительно гармонировали с платьем, а цвет моих глаз показался еще синее.

Лиф платья и рукава по краю были красиво расшиты какими-то камешками, похожими на хрусталь, поэтому я решила обойтись без колье и браслетов.

Я смотрела на собственное отражение и глазам не верила, как удачно мы продумали мой образ!

– Не слишком ли шикарно для простого ужина на двоих? – все-таки засомневалась я.

– Да ты что! Драклорд упадет, когда увидит, какая ты красавица! Остальное – неважно!

Рассмеялась, представив себе это в красках. Пусть Редж такой красивой меня и запомнит, когда мы расстанемся. Не мне же одной мучиться, вспоминая, какого красавчика потеряла.

Я горько усмехнулась, подумав о нашем невыносимо страстном, но таком коротком поцелуе. И, скорее всего, последнем. Нельзя допускать больше ни одного...

В дверь постучали, и Ася пошла открывать. Это Роса пришла сообщить, что пора спускаться.

– Зайди-ка! – попросила я девушку. – Расскажи мне, что у вас за конфликт вышел с Рисанной.

Роса покраснела и потупилась, но ничего не ответила.

– Роса, она тебя обижает? Угрожает? Если так, скажи мне.

– Нет, ньера! – Ответ показался мне слишком поспешным.

– Роса, я никому не позволю устраивать здесь травлю. Даже Рисанна на это не имеет права.

– Ньера, меня никто не обижает! – твердила Роса, но продолжала смотреть в пол.

Похоже, спрашивать ее сейчас было бесполезно. К тому же я заметила, как Ася делает мне знаки, что не стоит продолжать этот допрос.

– Хорошо, иди. Но знай, ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью.

Кивнув, Роса поспешила уйти.

– Да что с ней не так? – слегка рассердилась я.

Неужели моего авторитета недостаточно, чтобы она смогла доверять мне. Опять же, я еще не выслушала противоположную сторону. Кто знает, может, Рисанна по делу к ней цепляется?

– Роса – единокровная сестра Рисанны, – ворвалась в мои размышления Ася.

– Сестра?!

Огненно-рыжая, невысокая пышечка Риса и долговязая, сухая как щепка Роса... Я бы в жизни не заподозрила этих совершенно непохожих девушек в родстве.

– Но как?

– Староста изменил жене. Роса – его дочь. Сколько себя помню, Рисанна ее ненавидит, хотя старостиха и виду не подает, что что-то не так. Они помогали семье Росы и даже ее мать после родов выдали замуж. Но Росе строго запрещено звать его отцом и хоть как-то выказывать родство.

– Вот же страсти в одной отдельно взятой деревне! – только и качнула головой я. – Тогда ты права, мое вмешательство тут не поможет. Но все же это не повод гнобить девушку.

Я рассказала Асе о сцене, невольной свидетельницей которой я стала.

– Я попробую Рисанну вразумить, – ответила знахарка. – Пусть придержит коней и не обижает сестру без нужды. Заодно попробую выяснить, из-за чего их мир не берет на этот раз. Если это что-то существенное, обязательно тебе сообщу.

Романтический настрой после разговора с Росой куда-то улетучился. Отпустив подругу отдыхать и заниматься своими делами, я не сразу покинула комнату.

Поведение Ножа мне не нравилось, и я не хотела снова стать жертвой насилия, возвращаясь пустынными коридорами. Замок слишком большой, и здесь много потайных закутков. Можно, конечно, попросить кого-нибудь, чтобы потом меня проводили. Например, Реджа, или кого-то из парней, или ту же Асю, но...

Я не желала показывать, что хоть чего-то опасаюсь в этих стенах. Больше месяца я была полноправной хозяйкой в Дорт-Холле. В первые же дни умудрилась расправиться с Ангусом – призраком со стены, который пугал незваных гостей. И даже нашла общий язык с гигантской паучихой. Так что и впредь не собираюсь шарахаться от каждой тени!

С этими мыслями я достала из тайника в ванной нирфеатский кинжал и приспособила его на бедро, использовав сразу три подвязки. Благо этих мелочей в гардеробе было предостаточно. Несколько раз присела и встала, проверяя, как держится оружие. Вышло хоть и не слишком удобно, не предназначен был этот кинжал для скрытного ношения, но терпимо и надежно. А главное, не видно снаружи.

Теперь я точно готова. И пусть только Нож протянет ко мне еще раз свои загребущие руки!

У входа в малую столовую стояли наряженные в бело-голубые мундиры гвардейцев Пиран и Ганий, сияющие улыбками. Они дружно распахнули передо мной двери, пропуская внутрь.

Помещение было чисто убрано, повсюду стояли вазы с полевыми цветами и зелеными ветками. Окна обрамляли кремовые портьеры. Освещали все три напольных канделябра свечей на двадцать, не меньше. По центру стоял большой овальный стол, за которым сидели двое мужчин.

Двое! А не один драклорд!

Вторым ожидаемо был ньер Шатолье. Так сразу и не поймешь, что разбойник. Чисто драклорд номер два!

Увидев расфуфыренного в пух и прах Ножа, я испытала неподдельное возмущение.

Мужчины о чем-то негромко беседовали, но, когда я вошла, они замолчали на полуслове, уставившись на меня с восхищением. Вероятно, мне польстило бы такое внимание при иных обстоятельствах, но я еще хорошо помнила о странном поведении обоих.

Иллюзий я не питала, общество здесь патриархальное. Любое посягательство на меня определенно плохо кончится. Драклорд не стерпит столь откровенного внимания к собственной Тени.

А Нож? Нет! Ну, посмотрите каков! Чуть ли не обманом и шантажом остался в замке, а теперь еще и за одним столом с хозяевами ужинает и за их счет одевается! Про таких принято говорить, что без моющего средства в любую, даже самую узкую щель пролезет. Это если перефразировать устоявшееся в народе выражение.

И Редж хорош! Что его привечать взялся? Даже странно, ведь он такой недоверчивый. Или это только видимость и он уже повелся на речи хитреца?

Драклорд вышел из-за стола мне навстречу. Он тоже принарядился, а чисто вымытые волосы зачесал назад и весь как-то приосанился, будто сошел с собственного портрета. Разве что Рассекающего в ножнах не хватает.

– Лина, великолепно выглядишь, – сделал он мне комплимент, подавая руку.

Драклорд проводил меня к столу. Помог сесть, удостоив места слева от себя. Наверное, это было почетно. Вот только напротив оказался Нож.

Незнакомые мне слуги подали блюда и принялись расставлять их на столе. Ощутив себя гостьей, я с затаенной тоской подумала о том времени, когда знала всех обитателей Дорт-Холла наперечет.

– Лина, надеюсь, ты не против, что я пригласил ньера Шатолье поужинать с нами? – «весьма своевременно» поинтересовался драклорд.

Я была против. И особенно против, потому что пресловутый ньер Шатолье буквально облизывал меня своими бесстыжими глазами!

Я вопросительно посмотрела на разбойника и задала вопрос, которого явно никто не ожидал:

– А если против, это что-то изменит?

Но как бы мне ни хотелось, Нож не поднялся и не побрел понуро к выходу из столовой. Зато в его зрачках снова блеснула та самая неестественная зелень.

– Меня покоряет ваша прямолинейность, ньера Лина, – заметил он и посмотрел на Реджа. – Я говорил, что ваша Тень – особенная девушка, драклорд? Не могу не восхищаться ею!

Это что еще такое, твою дивизию и в хвост, и в гриву!

– Спасибо за комплимент, но он не изменит моего мнения о вас, ньер. Мне кажется или я чего-то не понимаю? – Вопрос, как и требовательный взгляд, я адресовала Реджинхарду.

– И проницательности ей не занимать, – продолжил нахваливать меня разбойник.

Драклорд ничего никому из нас не ответил, лишь благосклонно кивнул Ножу, словно принимая его комплименты всерьез.

Ладно. Раз уж прямых ответов от него не дождешься, придется пытать его наедине. Я демонстративно принялась за еду.

Новая повариха опять расстаралась и приготовила нечто более изысканное, чем обычно. Я и не заметила, как с моей тарелки исчезла сначала рыба под сливочным соусом. А затем кусочек нежнейшего мяса с подливой. Не знаю, что это было, но мне больше всего напомнило кролика.

Предрассудков по этому поводу я не испытывала. Кролик? Ну что ж, вкуснейший был кролик!

Я попробовала все: и гарнир из запеченных и свежих овощей, и домашний сыр нескольких сортов с цветочным медом, и десерт из ягод и фруктов. Остановилась, только когда принесли копченую рыбу. Запах от нее исходил умопомрачительный, но после сладкого она слегка не вписывалась.

Тем временем мужчины тоже насытились, но не спешили приниматься за деликатес, затеяв беседу.

– Значит, никаких вестей из Солияра, Кирфаронга и Берштона не поступало? – поинтересовался Реджинхард.

– Через барьер никто не мог пройти. Но как только он пал, в Дракендорт повалили нирфеаты и всякая шваль, – ответил Нож.

– Что тебе известно об этом?

– Не так чтобы много. Я старался держаться поближе к Тапределю, но не слишком. Чтобы не попадаться лишний раз на глаза. К сожалению, для этого пришлось скрывать свое происхождение и якшаться со всякой швалью. – Нож покаянно поклонился мне, словно извиняясь за нашу встречу.

– Якшаться со швалью вам удается замечательно! – съехидничала я и поджала губы. Но не выдержала. – Ньер Шатолье, вы считаете все сказанное достаточным оправданием вашим действиям?

– Если вы о работорговле, ньера Лина, то первоочередной моей задачей было попасть в Солияр. Для этого требовался дракх, способный меня вывезти за пределы Дракендорта. Оставаться здесь стало небезопасно. Сами видели, что в нашу команду затесался настоящий нирфеат.

– А рабы? Рабы, между прочим, были тоже самые настоящие! И среди них дети!

– Поверьте, ньера, в Солияре этих девушек и детей ждала куда лучшая участь. Думаете, нирфы бы их пощадили? К тому же я не собирался их туда везти по-настоящему. Мне нужно было просто выйти в море, а там у меня была идея, как все повернуть так, чтобы никто не пострадал.

– Но ведь пострадали! Брана ты избил тоже для маскировки?

– Этот соха посмел оскорбить меня. Он был чересчур задирист и мог пострадать от рук моих бандитов. Поэтому мне нужно было оставить его здесь. Для такого крепкого парня это просто временные трудности. Да и Айсана уже поставила его на ноги, насколько мне известно.

Оправдания Ножа все равно не казались мне железными.

– Ну, не знаю... С чего вы вообще взяли, что в Солияре безопаснее, чем в Дракендорте?

– Тут вы правы, ньера. Но сидеть на месте я тоже не мог.

– Что-то пошло не так? – вмешался в нашу перепалку драклорд, который до этого лишь внимательно слушал.

– Да. Тапредель прознал, кто я такой. Пришлось действовать на опережение. К счастью, он не успел меня остановить.

– Зачем ты ему понадобился? – удивилась я.

Разбойник и драклорд коротко переглянулись.

– Скажем... У меня есть нечто ценное для советника. То, что он желает заполучить больше всего на свете.

Глава 13

Магия – это больно

Услышав столь многозначительное заявление разбойника, я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза.

Что у Ножа могло быть ценного? Когда мы его брали в плен, то обыскали. Хотя, может, это что-то совсем маленькое? Или он спрятал ценность среди награбленного добра, которое мы реквизировали с дракха и, сами того не подозревая, привезли в замок?

Лицо Реджа оставалось серьезным, будто он верил каждому сказанному слову. Пожалуй, поговорю с ним об этом наедине. Дискредитировать правителя при госте неправильно, но я обязана его предостеречь. Все-таки человек семь лет провел взаперти, это любого изменит. Нужно раскрыть ему глаза.

Эти самые глаза смотрели на меня с затаенной усмешкой. Как будто драклорд прочитал мои мысли и они его ужасно развеселили.

А может, Редж знает что-то, что неизвестно мне?

В разговоре вдруг возникла пауза, во время которой оба мужчины уставились на меня так, что стало жарко. Я схватила свой кубок и опустошила залпом.

– Пожалуй, мне пора, ньеры. Мой драклорд, благодарю за ужин. Давно я так вкусно не ела.

Стоило подняться, как мужчины сделали то же самое.

– Я провожу! – предложили хором и тут же свирепо уставились друг на друга.

О нет! Кажется, началось то, чего я так опасалась. Хотя... Ну их!

Никто из нас так и не успел выразить вслух отношение к случившемуся. Дверь в столовую распахнулась, и на пороге возник хмурый и даже напуганный Пиран. Поклонившись, он бросил короткий взгляд на меня, а затем сообщил:

– Драклорд, ньеры, что-то странное приближается к замку. На западе небо совсем почернело.

– Гроза? – с надеждой поинтересовалась я, понимая, что из-за простой непогоды Пиран бы не стал нас беспокоить.

– Думаю, лучше вам самим взглянуть, – ответил парень.

Мы последовали за ним во двор замка.

– Ньера Василина, вам лучше остаться. Отправляйтесь в свои покои, – заявил Редж, когда мы оказались у самого подножия лестницы, ведущей на стену.

– Прятаться за чужие спины не в характере вашей Тени, драклорд, – неожиданно встал на мою сторону Нож.

Мне его заступничество показалось неуместным.

– А я считаю, что моей Тени следует отправиться в свои покои и сидеть там, – не желал отступать Редж. – Это может быть небезопасно.

В этом я была с ним полностью согласна. Как минимум я рисковала наступить себе на подол и свалиться. Но то, что Редж решает за меня, коробило. К тому же хотелось собственными глазами увидеть то, что так напугало отнюдь не робкого Пирана. Упрямо подобрав юбки, я смерила драклорда неодобрительным взглядом и первой принялась подниматься.

Но стоило преодолеть десяток ступеней узкой крутой лестницы, и я подумала, что Редж прав. Шлейф, который за мной волочился, свешивался со свободного края лестницы и, цепляясь за шероховатую каменную поверхность, пытался утянуть меня вниз. Если не свалюсь, будет чудо...

– Ты всегда такая упрямая? – поинтересовался сзади Реджинхард.

– Обычно да, – ответила я. – Но не стану лукавить, это не всегда во благо.

Раздался тихий смешок, а после я только и успела, что ахнуть! Мои ноги оторвались от ступеней, когда драклорд легко поднял меня на руки и понес. Увидев далеко внизу землю, я судорожно вцепилась в его плечи.

– Только не отпускай! Не отпускай!

– Мы уже наверху, но я могу еще подержать, если так просишь, – шепнул Редж.

Я осторожно открыла глаза и обнаружила, что мы уже на стене.

– Спасибо. Поставь меня, пожалуйста, – смутилась я, и драклорд выполнил мою просьбу.

– А ну, кыш! – Пиран, который нас опередил, шугнул вездесущую ребятню.

Из ближайшей караулки сверкали любопытные глазенки. Ну ничем их не проймешь!

– Вниз! – рыкнул Реджинхард, и это подействовало не в пример эффективнее.

Малышню и подростков как ветром со стены сдуло. Но я уже о них забыла, уставившись во все глаза на запад, откуда к замку приближалось нечто. Больше всего это напоминало воронку размером с половину неба. Она заслонила собой опускающихся за лес Дракона и Тень, а зловещее карканье разносилось далеко вокруг. Я не поверила глазам:

– Это что, вороны?!

Птицы были не меньше уже знакомых мне летучих «мышек», одну из которых я имела сомнительное удовольствие рассмотреть вблизи.

– Вранхи, – отозвался Редж. – Но это не самое страшное.

– Вранхи? – переспросила я.

– Создания, призванные из хаоса, – пояснил Нож. – Вот только они никогда не бывают сами по себе. Обычно они сопровождают...

– Драугров, – закончил за него Редж. – Судя по количеству вранхов, их – целая армия.

– Это и есть та самая армия Тапределя? – уточнила я. – Не рановато ли?

– Драугров и вранхов невозможно сдерживать долго, иначе сожрут своих же хозяев. Вот и отправили их вперед, – продолжал просвещать меня словоохотливый Нож.

Не слишком ли много для простого разбойника ему известно? К примеру, Пиран знал о носферах, но не смог объяснить то, что видит сейчас. Нож – смог. А еще мне не давало покоя то, что он сказал за ужином. Что, если и правда именно из-за него Тапредель идет на Дорт-Холл?

Эх, надо было позволить деревенским разобраться с ним, когда была такая возможность. Кормил бы сейчас Нож рыб вместе с остальными бандитами...

Но была ли у нас такая возможность на самом деле? Что-то сомневаюсь. Зуб даю, ньер Шатолье и пленить себя позволил, только чтобы пробраться в замок.

Я покосилась на разбойника и поняла, что, несмотря на кровожадные мысли, не смогла бы с ним так хладнокровно поступить.

Вранхи уже вились над лесом, указывая на местоположение пока не видимых со стены драугров. Кстати, что они вообще такое в местном понимании? Для меня слово ассоциировалось с викингами и ходячими мертвяками, и от этого было только страшнее.

– Редж, барьер выдержит? – спросила с плохо скрываемым беспокойством.

– Выдержит, – ответил драклорд.

– Вранхи высасывают магию, – засомневался Нож.

– Защита замка справится, – поставил точку драклорд. – Ньера Лина, вы удовлетворили любопытство? Идемте, я провожу вас в ваши покои. Там безопаснее всего.

Странное дело, но я больше не испытывала прежнего негодования из-за такого самоуправства. Надеюсь, вниз он тоже отнесет меня на ручках. И нет, никакого романтического подтекста. Я просто боялась наступить на подол и разбиться, нирфеатам на радость.

Нет, пересидеть очередную напасть под крышей – отличная идея! Благо в замок вернулся хозяин, и я могу теперь расслабиться. Да не тут-то было...

– Ньеа Лина, там мальчики! – дернула меня за подол невесть откуда взявшаяся Айя, которую даже драклорд не напугал.

В этот момент я испытала настоящее дежавю. Даже в голове помутилось.

– Там Нанька и Мак. Они в деевню ходили, за... Ой, птица! – Девчушка сбилась и ткнула пальцем наверх.

Я повернула голову, посмотрев, куда она указывала, и увидела вранха.

Пернатая живность... Или лучше сказать «мертвость», была размером с доброго орла. Голова – голый череп с острым клювом. В пустых глазницах тускло светился зеленый огонь. Черные крылья казались неопрятными, словно недавно это существо валялось на дороге и по нему ездили машины. А потом каким-то необъяснимым образом оно ожило и взлетело.

Пронзительно каркнув, вранх спикировал. Инстинктивно пригнувшись, я закрыла собой Айю. Девочка оглушительно завизжала, а у меня от ужаса чуть не отказали ноги. Я напрочь забыла про магический барьер, который окружал замок.

Острые когти, нацеленные прямо на нас, встретились с невидимой преградой. Сверкнула голубая молния, и крылатое чудовище, заорав, взмыло в небо.

– Лина, идем! Не бойся, они не причинят вреда, – услышала я, словно сквозь вату, голос Реджа и вспомнила, как дышать.

К глазам от испуга подступили слезы. Дракон, гигантская паучиха и даже носферы тоже были монстрами, но еще они были живыми существами! А вранхи – самая натуральная нежить! Это подкосило меня куда сильнее, чем я могла полагать.

– Они м-мертвые! – выговорила я, с ужасом наблюдая, как новые и новые птицы атакуют невидимый купол.

– Да. Как и драугры, – хмуро ответил драклорд.

– Мальчишки! – опомнилась я и, оставив Айю, бросилась к крепостным зубцам, пытаясь разглядеть, что творится снаружи.

– Какие еще мальчишки? – занервничал Нож. – Лина, драклорд прав! Тебе лучше отправиться в свои покои. И ты кыш отсюда! – попытался шугануть он нахохлившуюся и хлюпающую носом Айю.

– Вы так и норовите от меня избавиться! – возмутилась я, не собираясь уступать, несмотря на пережитый страх.

Я уже успела взять себя в руки и передумала уходить со стены. Вместо этого пыталась высмотреть бегущих к замку пацанов. Если те действительно где-то там, лучше бы им не попадаться на глаза драуграм и их ручным воронам.

– Ты должна быть в безопасности! – настаивал разбойник.

Угу. Безопасность и я – это уже почти мем. Физически я, может, и буду под защитой, но за психологическое состояние ручаться бы не стала. Изведусь от неизвестности!

– А тут разве опасно? Драклорд утверждает, что защита замка выдержит.

Я вопросительно посмотрела на Реджа.

– Драугры! – мотнул головой в сторону леса разбойник.

Из леса выходили крупные темные фигуры, но, чтобы их рассмотреть с такого расстояния, требовался полевой бинокль.

А с другой стороны, зачем они мне? Вон – птичек хватит, чтобы гарантированно не уснуть ночью. Эта летающая пакость еще долго мне в кошмарах будет являться.

Драугры выстроились в линию вдоль кромки леса и размахивали над головой руками, словно подавая какие-то сигналы. Похоже, так оно и было, потому что стая вранхов атаковала нас.

На замок разом спустились сумерки, но не из-за того, что наступила ночь. Сотни мертвых птиц закрыли небо своими крыльями. Их глаза блестели зловещими звездами. Купол засверкал, когда их когти стали рвать его на клочки. То еще зрелище!

– Мне кажется или они разрушают наш щит?

– Так и есть, – ответил Редж, напряженно вглядываясь в ряды мертвяков, обладающих странной магией.

– А ты уверен, что... – начал было Нож.

– Уверен! – отрезал драклорд и бросил: – Присмотри тут! – после чего лихо сиганул со стены замка наружу...

– Редж!

Там же метров пятнадцать! Привстав на цыпочки, я попыталась рассмотреть тело разбившегося в лепешку правителя Дракендорта под стенами. Но вопреки моим опасениям тот был жив-здоров.

Как ни в чем не бывало он уверенно шагал навстречу драуграм. Прямо на моих глазах из воздуха соткался плащ, который развевался без всякого ветра. Появились причудливого вида массивные наплечники и ощетинились острыми пиками. Руки Реджа оделись в латные перчатки.

Может, и еще что произошло. К примеру, бронегульфик вырос, но мне этого видно не было, так как я глядела на драклорда со спины.

Драугры активнее замахали руками, словно закидывая невидимые сети. От стаи вранхов, атакующих замок, отделилась часть особей. Выстроившись в излюбленную «боевую воронку», они стали заходить на драклорда.

Редж небрежно взмахнул рукой, и птицы повалились на землю ворохом перьев. А драклорд резко ускорился, на ходу формируя в правой руке сияющий зеленью сгусток энергии, внутри которого поблескивали молнии. Когда тот достиг размеров футбольного мяча, он швырнул его, точно шар для боулинга, в ближайшего драугра.

Мертвец рассыпался прахом, не успев сказать «ква!», а Редж воздел к небу левую руку и, стиснув пальцы в кулак, что-то прокричал. Я кожей ощутила, как тряхнуло мироздание. На головы драугров обрушился обильный град, и каждая градина была с кулак размером!

– Что это? Камни?! Но откуда? Ничего не вижу! – заметалась я, пытаясь разглядеть, что происходит.

– Хочешь, помогу? – предложил Нож.

– Хочу!

Я решила, что у него есть какое-то приспособление вроде бинокля, которое он может мне одолжить. Но все оказалось не так. Разбойник, приобняв меня за талию, притянул к себе. Прижал спиной так плотно, что я ощутила каждую выпуклость его тела.

– Ты что делаешь?! – возмутилась я.

Пальцы разбойника, скользнув по моей шее, зарылись в волосы на затылке. Легкий рывок назад. Головокружение... А потом меня словно бросило со стены!

Ахнув, я судорожно схватилась за каменный зубец и поняла, что стою на прежнем месте, а на моем животе лежит горячая мужская ладонь. При этом я видела все так отчетливо, будто находилась сразу за плечом драклорда! Пожалуй, только поэтому я не развернулась и не дала Ножу по наглой роже.

Град каменных глыб, подозрительно напоминающих необработанные алмазы, не нанес видимых повреждений драуграм, но определенно сбил им какие-то настройки, и те утратили контроль над своими пташками.

Вранхи суматошно заметались, оглашая пространство зловещим карканьем. А Редж уже оказался рядом с ближайшим драугром. Тот замахнулся на драклорда кинжалом. Перехватив руку черного и страшного, словно высушенная мумия, монстра, Редж отвел ее в сторону.

Клинок с противным звуком чиркнул по наплечнику. Драклорд врезал драугру кулаком в латной перчатке. Попал в подбородок, и голова монстра мотнулась назад с мерзким хрустом. Редж пробил ногой в грудную клетку, отчего драугра словно сдуло. На землю он осыпался уже в виде пепла.

Остальные мертвецы собрались в кучку вокруг главного драугра – с посохом, принялись махать руками еще яростнее. При этом они издавали отвратительные звуки, словно завсегдатаи дешевой пивнушки, до краев наполненные любимым напитком. Мне все это было не только видно, но и слышно. Так работала магия ньера Шатолье.

– Фе! – сморщилась я, и сзади раздался смешок.

– Тебе обязательно так ко мне жаться? – поинтересовалась я.

– Обязательно, если хочешь все видеть.

Тем временем народный ансамбль драугров своими плясками и песнями собрал всех вранхов в единый ударный кулак. Или лучше сказать – в ударный клюв?

Птицы разом обрушились на Реджинхарда.

Развернув полупрозрачный щит, драклорд толкнул его стае навстречу. Раздался оглушительный грохот. Вороны заорали и рассеялись, а Редж ухватил себя за руку и зашипел.

«Так же вел себя Главшишка после неудачной попытки взлома замковой защиты», – припомнила я.

– Ему больно?

– Конечно! Магия – это всегда больно, Лина, – ответил как-то сдавленно Нож.

Глава 14

Подстава на подставе

Земля подернулась черной дымкой, которая скрыла дерущихся. Она поднялась выше, и над полем боя снова закружились вранхи!

– Что происходит? – воскликнула я.

– Драурги создают вранхов из праха. Уничтожишь драурга, и развеются связанные с ним вранхи, – пояснил Нож.

Редж об этом знал, раз с таким упорством сосредоточился на драургах. Отнятыми у них же кинжалами он орудовал так ловко, словно полжизни провел на большой дороге, промышляя разбоем. Но и про магию не забывал, демонстрируя разнообразие приемов. Некоторые были весьма зрелищными. Например, ветвистая цепная молния, которую драклорд призвал на головы врагов.

Затаив дыхание, я наблюдала, как Реджинхард расправляется с драуграми. Те отчаянно сопротивлялись, применяя какие-то черные молнии в ответ. Да и без магии драться эти черти умели. Сильные, ловкие, быстрые, они были очень опасными соперниками.

Наш драклорд оказался и опаснее, и сильнее. Свернув голову последнему монстру, он остановился и осмотрелся, убедившись, что в небе не осталось ни единого вранха, а затем неспешно направился к замку. В этот момент наши взгляды встретились.

– Ох...

Нож тут же отстранился и убрал руку с моего затылка. Это случилось так внезапно, что я снова испытала головокружение и вынужденно ухватилась за камень зубца.

– Ты предупреждай, что ли! – возмутилась я.

Когда в глазах перестало двоиться, я оглянулась и даже рот открыла: насмешливый разбойник лежал в беспамятстве, и у него из носа текли две струйки крови.

– Нож! – Я бросилась к нему и потрясла за плечо, пытаясь привести в чувство. – Эй! Ты живой?

Никакой реакции.

Пульс удалось нащупать, но он был очень слабым. Я снова метнулась к стене, чтобы выглянуть наружу. Как там Редж? Вдруг ранен и ему нужна помощь? Заодно попыталась высмотреть пропавших мальчишек.

Синие сумерки окутали все вокруг пушистым одеялом, и разглядеть что-либо стало сложно. Драклорд преодолел примерно половину пути до замка и казался черным силуэтом. Я еще успею спуститься и его встретить.

Так. А Айя у нас где? Я заозиралась вокруг в поисках девчушки, которую не стоило оставлять одну на стене, но та куда-то подевалась. Забота обо всех сразу разрывала на части, и я заставила себя остановиться.

– Спокойствие!

«Соник, ты мне нужен!» – позвала я дракошку.

Цветодракам уже полагалось спать в цветочных бутонах, но мой маленький друг и раньше плевать хотел на все правила. Так и вышло, спустя пару минут дракончик был рядом:

– Лина, это еще не конец!

– Хочешь сказать, нас скоро снова атакуют?

– С большой вероятностью. Я что-то чувствую... Угрозу.

– Какую угрозу? Войско?

– Не знаю. Но цветодраки дрожат от ужаса.

Соник принялся порхать над Ножом, а затем вдруг спикировал и куснул разбойника за нос.

– А! Что? Кто? – подскочил тот, точно осой ужаленный. – Ах ты, гаденыш!

Нож махнул рукой, пытаясь сбить дракошку, но тот легко увернулся и взмыл на недосягаемое расстояние, откуда уставился на разбойника с превосходством. Впрочем, предосторожность была излишней. Словно обессилев, Нож снова выключился.

– Не понимаю, что с ним. Кажется, стоит привести сюда Айсану.

– Понял!

Дракошка упорхнул, а я подошла к лестнице и, посмотрев вниз, передумала здесь спускаться и поспешила к одной из башен с винтовой лестницей. Я ей почти не пользовалась, потому что она располагалась с противоположной стороны замка. Зато там у меня меньше шансов убиться, если запутаюсь в юбках.

Добравшись до башни, я на миг замерла у зубцов, вглядываясь в темень над морем. Только спустя несколько мгновений я поняла, что эта самая «темень» не что иное, как очередная волна!

Вода после цунами частично сошла, но никто не рисковал заходить на завоеванные ею территории. От русла реки ничего не осталось. По дну у кромки воды с утра рыскали странные существа, которых видели со стены. Море постоянно штормило. Похоже, Дракендорт ждали непростые времена. Еще более непростые, чем раньше...

Приближение очередного цунами я восприняла как-то слишком буднично. Похоже, утомилась от вороха угроз, которые раз за разом валились на наш замок. Смотреть не стала. Намотав длинный подол на руку, чтобы гарантированно не мешал под ногами, нырнула в темное нутро башни.

Удар, сотрясший весь замок до основания, застал меня где-то на середине спуска. Взвизгнув, я остановилась, держась за стену. Тряхнуло, как никогда раньше, и даже пыль откуда-то на голову посыпалась. Постояв немного в кромешной темноте, я двинулась почти на ощупь дальше. Когда, благополучно спустившись, добралась до ворот, обнаружила, что там собрались почти все домочадцы. При виде меня они расступились, но смотрели так, словно я каждому денег должна.

– Без паники! Пришла новая волна. Я видела ее перед спуском. Сейчас есть кто-нибудь на стенах? – поискала глазами Пирана. – Пиран, выставь наблюдателей. Пусть смотрят внимательно и докладывают, если увидят что-нибудь подозрительное.

– Уже все сделано, ньера, – отрапортовал парень.

– Отлично! Драклорд здесь?

– Вот-вот будет в замке.

– А к ньеру Шатолье на помощь кого-нибудь отправили? Он наверху.

– Да, Айсана, Рисанна и Роса с ним.

– Хорошо, – выдохнула я, радуясь, что не надо отдуваться за всех.

– Айю кто-нибудь видел?

– На кухне помогает, – тут же откликнулась одна из женщин.

Вот и плюсы многолюдья в замке обнаружились. Есть кому за детьми присмотреть.

– Прекрасно! – похвалила я.

В этот момент ворота открылись, пропуская Реджинхарда Берлиана.

Как только он вошел, наши взгляды встретились, и я поторопилась ему навстречу, присматриваясь, не ранен ли.

Оказывается, все это время я сдерживала беспокойство, но сейчас оно накатило так, что ком в горле стал, мешая дышать. Хотелось его крепко обнять, но мы были не одни. Когда остановились друг напротив друга, по-прежнему не отводя глаз, я не могла найти подходящих слов, чтобы выразить все то, что сейчас чувствовала.

Наше неловкое молчание было прервано появлением целой процессии. Два крепких парня спускались по лестнице и несли на носилках Ножа, который все еще пребывал в отключке. За ними вереницей шли девушки.

– Осторожно! Не уроните! – командовала Рисанна.

– Что произошло? – хмуро поинтересовался Редж. – Что ты с ним сделала?

Все тут же уставились на меня. Под прицелом стольких глаз я почувствовала себя некомфортно.

– Я?! Я ничего не делала. Мы просто наблюдали за вашей битвой с драуграми. Ньер Шатолье использовал магию, чтобы помочь мне разглядеть все в деталях, и внезапно ему стало плохо, – объяснила я.

– Вот как? Странно... – удивился драклорд и приказал: – Отнесите ньера Шатолье в отведенные ему покои и позаботьтесь о нем. Я скоро подойду.

Бросив на меня нечитаемый взгляд, он поспешил прочь. Народ тут же рассосался, и я вдруг осталась одна посреди просторного двора.

Стряхнув неприятное оцепенение, нервно усмехнулась и направилась к себе. В душе расцветала иррациональная обида, для которой вроде бы и повода не было, и все же! Но лишь оказавшись в собственной спальне, я позволила себе выплеснуть бурлящее негодование:

– Блин, вроде ни в чем не виновата, а тошно!

Попыталась снять надоевшее платье и... Не смогла! Пыхтела как паровоз, пытаясь справиться со шнурками на корсаже, но только затянула их на узел. Ася добротно меня упаковала.

Окончательно озверев, схватила первое, что пришло в голову – кинжал, притороченный к бедру. Повернулась спиной к большому зеркалу, примериваясь, как бы изловчиться и резануть шнуровку, как вдруг камень в рукояти вспыхнул, а по лезвию побежали фиолетовые молнии... Одновременно дверь моей спальни распахнулась без стука, и на пороге появился взбешенный драклорд. Увидев сверкающий магией кинжал в моей руке, он так огорчился, будто я только что этим самым кинжалом прикончила его любимого песика.

Драклорд скользнул ко мне. В том, что он намеревается отнять мой кинжал, сомнений не было. Но отдавать столь полезное средство самозащиты мне не хотелось, и я инстинктивно спрятала его за спину, отступив на шаг.

Больше всего в нирфеатском кинжале мне нравилось то, что не нужно им никого тыкать. А в случае угрозы из него снова появится призрачный волк и всех недругов сожрет. Правда, придется мне потом в обмороке поваляться, но ничего. Переживу как-нибудь, и совесть будет чище, и руки. И вообще, пусть не лезут!

– Что ты сделала с ньером Шатолье? Как посмела?

– Ты повторяешься, Редж. Я уже все объяснила еще во дворе.

– Мне нужны подробности.

Говорить о том, что это не я с Ножом что-то делала, а, скорее, он со мной, не хотелось. Уж больно выразительным был взгляд, которым одарил нас драклорд. Наверняка он заметил, что гость находится непозволительно близко к его Тени.

Но еще больше меня взбесил тон Реджа. Неужели нельзя все спокойно обсудить? Всю жизнь я ненавидела вот этот командный тон, потому и предпочла зарабатывать на жизнь фрилансом.

– Отвечай, Тень! Пока я не разозлился.

– Ничего я с ним не делала! – возмутилась я искренне, тоже повысив голос. – Нужны подробности – спроси у него самого!

– Что ты задумала, Тень?

Драклорд говорил со мной так, как будто наши отношения сильно откатились назад – в те времена, когда мы стояли обнаженными друг напротив друга в пещере.

– Ничего я не задумала, Редж! – Оправившись от первого шока, я пошла в наступление. – А что ты задумал?

– Я? – опешил драклорд.

– Ты ворвался сюда без стука и орешь на меня. Неужто драклордов не учат стучаться, прежде чем войти в комнату к женщине? Или за годы в пещере этикет позабылся?

Нет, ну а чего он? А вдруг я тут раздетая?

– Дерзишь? – Редж ухватил меня за подбородок.

Глаза драклорда напоминали два бездонных колодца с ледяной водой, на дне которых плескалось разочарование.

А ведь мне начало казаться, что между нами появилось... Нет, не искра. Она и так была с момента нашей встречи. Но понимание? Единство духа? Даром я убеждала себя, что эти отношения мне не нужны. Природу-то не обманешь. Меня тянуло к Реджу с неимоверной силой, и теперь было обидно...

А может, все к лучшему? Меньше буду жалеть, если все же смогу вернуться домой.

– Идиотская привычка! – выплюнула я и скривилась.

– Что?

– То! Зачем хватать меня за лицо каждый раз, когда тебе шлея под хвост попадает!

Отшвырнула руку драклорда, отметив, что разочарование на дне колодцев сменилось чем-то вроде интереса. А затем там вспыхнул огонь! Самое настоящее золотое пламя! И от этой вспышки меня точно жаром обдало. По телу пробежал табун мурашек, откликнувшись сладким томлением в груди.

Нет, ну почему я так на него реагирую, даже когда он меня бесит?

Драклорд больше не касался меня, но его губы оказались в опасной близости, а взгляд почти скрылся за чересчур пышными для мужчины ресницами. Но от этого не стало легче. Напротив!

Почти осязаемый, он пропутешествовал по моим губам, шее, нырнул в декольте. Меня обдало жаром.

– Ты – моя Тень! Моя пленница! Ты обязана мне повиноваться. У тебя не должно быть никаких секретов... – внушал мне драклорд медленно, наступая.

Его хриплые интонации отдавались внутри приятной вибрацией.

Я так же медленно пятилась, стараясь выдержать расстояние между нами, пока не наткнулась на собственную постель, чего совершенно не ожидала. Падая, взмахнула руками, и кинжал отлетел куда-то в самый угол кровати, скрывшись в ворохе многочисленных подушек.

Драклорд ловко подхватил меня за талию. Испуганно ахнув, я вцепилась в его плечи, и это сработало, точно стартовый выстрел. С жадностью он набросился на мои губы.

Наш поцелуй напоминал военные действия. Мы словно нарочно стремились причинить друг другу боль сквозь удовольствие. Кусались, стукались зубами, рычали, точно дикие звери. Меня вымораживало все, что Редж мне сказал, но я ничего не могла с собой поделать и наслаждалась этой грубой лаской, отвечая на нее так яростно, словно старалась тем самым задеть драклорда в ответ.

Наваждение... Колдовство... Темная магия...

Редж как-то умудрился расслабить корсаж и стянуть с меня платье. Его губы исследовали мою шею, плечи, подбираясь к груди. Когда они обхватили сосок, от острого наслаждения я впилась в мужчину ногтями, с удовольствием ощущая литые мышцы под тонкой тканью рубахи.

Зашипев не то от боли, не то от возбуждения, Редж ухватил мои запястья и завел руки за голову. И тут словно щелкнул тумблер, отбросив меня назад во времени – прямо на постель в доме Цветкова...

Меня накрыло волной ужаса. Все внутри сжалось. Закаменело.

– Нет! Не тронь! Убирайся! А-а-а-а! – сорвалась я на визг, беспорядочно дергаясь и отбиваясь.

– Василина, что с тобой?

Редж больше не держал меня и не наваливался сверху, чем я и воспользовалась. Стремительно уползла в самый дальний угол, прикрылась подушкой, точно щитом, и уставилась оттуда на растерянного драклорда, дрожа, как от холода.

Реальность медленно возвращалась. Я снова понимала, где я и с кем. И что снова случилось то, что случилось. Там, на Земле, я дважды пробовала завести отношения с мужчинами после долгих уговоров Гапы, но... Стоило делу дойти до постели, случалось то же, что и сейчас. И на что я только надеялась?

Всхлип. Другой... Из груди вырвались рыдания. Я плакала, точно маленькая обиженная девочка.

Драклорд растерянно молчал, глядя на меня чуть исподлобья. Затем решился и подался ко мне:

– Лина...

– Нет! Не надо! – выставила я руку.

– Но...

– Пожалуйста, уходи!

– Я... Я просто не знаю, что сказать в такой ситуации... Или сделать, – выдавил он.

– Просто оставь меня! – потребовала я сквозь слезы.

Драклорд по-прежнему не двигался с места. Кажется, он не понимал, что я не желаю, чтобы он видел меня такой.

– Редж, выйди! – заорала я и кинула в него подушкой.

Драклорд ловко поймал ее в полете и стиснул так, что едва не проткнул наволочку пальцами. Не говоря больше ни слова, он ушел.

Эмоции хлестали через край и били наотмашь. Куда там давешнему цунами! За считаные минуты я выплакала всю лишнюю жидкость и еще часть нужной, а потом просто провалилась в тревожный, наполненный неясными образами сон.

Глава 15

Сражение. Сомнения. Соблазн

Реджинхард Берлиан, драклорд

Дракендорта

Предел Дракендорт, окрестности замка Дорт-Холл,

немного ранее

Без дракона я был куда уязвимее. Жаль, вспомнил об этом, только когда сиганул со стены, идиот! Хорошо, успел набросить защиту, а то пришлось бы сражаться на переломанных ногах. Да и оружие не помешало бы захватить, чтобы сэкономить магию.

«Редж, что происходит?» – позвал Берлиан, почувствовав, что я о нем думаю.

«Драугры. Десяток, и у каждого по стае вранхов».

«Справишься?» – забеспокоился дракон.

Вместе мы бы превратили их в пепел за один заход.

«А куда ж я денусь?» – откликнулся я уже в прыжке, перед тем как снести голову первому чудовищу.

Я сдержал слово, и последний драугр рассыпался прахом, а вместе с ним развеялись и отнятые у них кинжалы. Стиснув пустые кулаки, я болезненно сморщился, ощутив ноющую боль в венах.

Постоял немного, пытаясь выровнять дыхание. Здесь, рядом с источником, магия восполнялась быстрее, но процесс был довольно болезненным. Я успел отвыкнуть от этого ощущения за годы совместного существования с Берлианом. И все же я остался доволен. И без дракона я чего-то стою. Довольно приятно было размяться и проверить свои возможности.

Убедившись, что драугры уничтожены, первым делом задался вопросом: видела ли мой бой Василина? Оценила ли мои умения по достоинству?

Обернувшись, поискал Тень взглядом. И нашел. Ее и... моего гостя, тайну которого я пообещал сохранить. Он стоял прямо позади Василины. Его ладонь лежала на ее солнечном сплетении, а ее рука покоилась сверху.

Слишком близко! Куда ближе, чем я бы позволил!

Ревность желчью затопила все мое существо. Осела отвратительным привкусом на языке, и вся радость от победы мгновенно куда-то улетучилась.

Грязно ругнулся, пытаясь себя успокоить. Да какая мне разница, кто и что подумает? Тем более эта девица. Я просто выполняю свой долг. Защищаю владения. Свой Предел! И плевать мне на чужое мнение!

Выложиться пришлось как следует. Стараясь не морщиться от тянущего ощущения в венах и особенно в груди, я поспешил обратно. Добраться бы поскорее до кровати и прилечь.

«А нечего было рисоваться!» – нудел Берлиан, вторя моему внутреннему голосу.

«Я не рисовался!» – огрызнулся мысленно, хотя понимал, что дракон прав и можно было все сделать куда с меньшими затратами магии.

«Редж, что случилось?»

Прямой вопрос, заданный таким серьезным тоном, я не мог проигнорировать.

«Он... Она... Проклятие! Он лапал ее, Бер! Этот... ньер прикоснулся к моей женщине!»

«Ты умудряешься рычать даже мысленно! И кто из нас дракон?»

«Ты! А я просто мужчина, которому не по душе, когда к его избраннице прикасается другой, а она это поощряет!»

Повисла долгая пауза.

«То есть твой особенный гость целовал ее прямо на твоих глазах? Они предались огненной страсти прямо на стене? Какой ужас, Редж! Даже от него я не ожидал подобного! Совершенно никакого уважения к старшим. Приютили на свою голову. Ай-ай-ай!»

«Берлиан, что за бред ты несешь?!»

«Но ведь...»

«У тебя больная фантазия! Шатолье просто положил руку на живот Василине и стоял слишком близко».

«Это у тебя больная фантазия, Реджинхард! – ядовито рыкнул дракон. – Вспомни, кто твой гость и кто такая Тень Дракона! Да. Мне тоже не нравится его к ней интерес, но ты же должен понимать?»

«Да все я понимаю!» – перебил я его, не желая слушать нотации.

«Тогда сам сделаешь выводы».

После разговора с Берлианом я ощутил себя полным придурком и вернулся в замок в самом мрачном настроении. Тень ждала меня, она шла мне навстречу, и от ее взгляда на душе было горько-сладко. Я почти решил сделать вид, что ничего не случилось, как вдруг увидел носилки, на которых несли ньера Шатолье!

Дракон Прародитель, что произошло, пока меня не было?

В крови еще кипела битва, а меня рвали на части противоречивые эмоции. Чтобы не выплеснуть их прилюдно, я поторопился уйти. Василина проводила меня таким взглядом, что камзол едва не воспламенился.

Ничего. Поговорю с ней позже...

Чувствуя себя полным дерьмом и психуя еще больше, я присоединился к процессии, велев доставить Шатолье в его покои.

«Редж, что опять?» – отреагировал на мои эмоции Берлиан.

Я отчетливо ощущал его интерес. Бер хотел оказаться здесь со мной. Желал участвовать в событиях, но был вынужден оставаться в пещере...

«Эйрен Шатолье в отключке. И мне кажется, здесь не обошлось без нашей Тени».

Глубокомысленное молчание дракона казалось почти осязаемым, но я не спешил, давая ему возможность самостоятельно прийти к определенным выводам. Мне было важно услышать подтверждение или опровержение собственных догадок.

Важно, потому что я сам не желал в них верить.

«Такое возможно лишь в одном случае: если Тень намеренно применила против него нирфеатский кинжал. На меня бы не подействовало, но Эйрен не имеет права на дракона, которого носит в себе».

«Ты прав. К сожалению, Эйрен лишь временный сосуд, он едва справляется с драконьей магией».

«Может... Может, она сделала это не намеренно?» – В мыслях дракона отчетливо слышалась надежда.

«Кинжал был при ней. Когда я нес Тень на стену, отчетливо чувствовал под ее юбками клинок, притороченный к бедру».

«Вот как? Но зачем он ей понадобился? Разве в Дорт-Холле кто-то угрожает Тени Дракона?»

«Здесь нет тех, кто желает ей зла. Люди ее любят. Я в этом уверен», – проворчал я.

«Хм... А что, если Василина все же кого-то опасается, просто тебе не сказала?»

«Зато она сказала, что ей ни к чему оружие в замке. Солгала?»

Было и другое объяснение, куда более очевидное, но я не хотел в него верить.

«Думаешь, она сделала это намеренно? Решила довершить начатое семь лет назад в Торисвене?» – робко озвучил мои соображения Берлиан.

Повисла ментальная тишина, во время которой я отмерял шагами коридор замка по пути в покои ньера Шатолье.

А ведь я не ошибся, когда предположил, что и в других Пределах случилась беда. Теперь точно знаю, что в Свен-Холле произошло почти то же, что и здесь. Тем же самым днем, когда я оказался в заточении...

«С гибелью одного драклорда мы все стали уязвимее», – озвучил я очевидное.

Каждый драклорд отвечает за свой Предел, но, только объединившись с драконом, он способен защитить свои земли от самой страшной беды.

Драклорд Торисвена Вальд Эмералд знает, как преодолеть Ядовитые Топи. Смертельные испарения на него не действуют. Не страшны ему и тамошние обитатели, а инстинкт изумрудного дракона ведет его к стеле с защитным артефактом так же, как инстинкт Берлиана не позволяет мне сбиться с курса над морскими просторами.

Мы не знаем, что случилось с Вальдом, а его дракон Эмералд – в плачевном состоянии. Одно радует: у Торисвена есть еще шансы. Камни в стелах меняются не одновременно. Начинается все с Дракендорта, затем идет Торисвен через год с небольшим, и остальные артефакты обновляются примерно с таким же отрывом.

«Мы с тобой не бывали в Топях и не представляем, как найти стелу Торисвена», – заметил я.

«Искать ее имеет смысл только в том случае, если получится раздобыть изумруд на замену. Да только ни один дракон не сунется в пещеру к другому. Таков порядок бытия».

История не насчитывала ни единого подобного случая с тех пор, как Дракон Прародитель разделил мир на Пределы.

«И что, нет никакой надежды?»

«Надежда есть всегда. У нас еще будет время подумать, сразу после того, как разберемся со своей проблемой», – ответил дракон.

«Ты прав», – сдался я.

И правда, артефакт Торисвена будет смысл менять, только если мы вовремя заменим свой. Для этого в запасе целый год. А у нас – всего несколько недель. В первую очередь мы обязаны защитить Дракендорт – сердце Драконьих Пределов.

Артефакт пока действует, но сколько ему осталось? И цунами, уничтожившее побережье, – это лишь самое начало.

Остаток пути до покоев ньера Шатолье я шагал в ментальном молчании, наблюдая, как поглядывают на меня сопровождающие его девушки. Они не решались заговорить со мной первыми. А я у них ничего не спрашивал.

Эйрена уложили на кровать, обтерли прохладной водой лицо и ладони. Лекарка Айсана немного над ним поколдовала и с беспокойством уставилась на меня. Похоже, она не знала, что делать.

«Убедись, что с ним порядок, – тревожился Бер. – Вряд ли мы найдем другого подходящего человека, который сможет принять дух Эмералда, если... Если что-нибудь пойдет не так».

«Не уверен, что у меня получится переселить Эмералда в кого-то другого. Не представляю, как Вальду это удалось».

«От отчаяния еще и не на такое сподобишься. Нам ли не знать?» – Мой дракон горько усмехнулся.

– Оставьте нас, – потребовал я.

Когда все вышли из спальни, я склонился над гостем, внимательно осматривая его лицо. Эйрен Шатолье забылся тревожным сном и ни на что не реагировал. А мне не терпелось узнать из его собственных уст, что произошло на стене.

– Может, облить его ледяной водой? – пробормотал я вслух.

«Не думаю, что это хорошая идея. Толку не будет, а постель зря намочишь, – ответил Бер и поинтересовался: – Он точно еще жив?»

«Эйрен жив, хоть и слаб. И Эмералд все еще в нем».

Я задумчиво разглядывал спящего.

«А ведь и мы могли оказаться в похожей ситуации, но почему-то с нами поступили по-другому».

«Да уж».

«Вот скажи мне, Бер, как нирфам это удалось? Почему Дракон Прародитель допустил подобное непотребство?»

«Понятия не имею, что творят эти приспешники хаоса, но нам придется расхлебывать, хотим мы или нет. Помни, Эмералд в нынешнем своем состоянии не может существовать без человеческой оболочки. Ты обязан защитить Эйрена, Редж!»

«Для этого мне нужно понять, что произошло. И если его пыталась убить моя Тень, то я обязан что-то предпринять на время нашего отсутствия».

«Например, забрать у нее нирфеатский кинжал?» – предложил Берлиан.

«Это как минимум. Может, стоит ее запереть? Как считаешь?»

«Считаю, что тебе не видать ее доброго отношения после этого», – вторил моим мыслям дракон.

Разглядывая ауру гостя, я никак не мог понять, как именно Вальду удалось не просто разделиться, но и дать дракону другое вместилище.

Эйрен рассказал, что нирфеаты сумели пленить Вальда Эмералда. Это случилось на приеме, где собрались все знатные эрлы. В том числе и эрл Зинборро, который привез в подарок драклорду большое количество своей знаменитой выпивки.

«Мне это сразу показалось странным, – рассказывал ньер Шатолье. – Обычно все, что сверх одного ящика, этот скряга норовил продать подороже».

Я слушал и понимающе улыбался. Слухи о жадности эрла Зинборро распространялись далеко за пределы его эрлинга.

«Зинборро рассыпался в любезностях и дарил налево и направо свой знаменитый эш-кам-акк».

У меня недобро екнуло. А не в этом ли напитке кроется разгадка? Не из-за него ли я запал на Линдару раньше, чем ее увидел?

«Бер, как думаешь, мог Зинборро подсыпать мне что-нибудь в эш-кам-акк?»

«Принято считать, что драклорды не подвержены ядам», – предположил Берлиан.

«А что, если это не яд, а что-то другое?»

Я постарался в подробностях вспомнить рассказ ньера Шатолье:

«Веселье было в самом разгаре. Я уединился с одной крошкой в своем излюбленном месте для свиданий, – откровенничал Эйрен. – В самый ответственный момент меня словно что-то ударило в грудь и по венам потек жидкий огонь. Он мгновенно охватил все мое существо. Было одновременно невыносимо больно, но и... приятно. Я ощутил такое могущество, что заорал и зарычал. Девице, кажется, тоже все очень понравилось. Правда, после она свалилась в обморок. Надеюсь, выжила...»

Что случилось потом, Эйрен почти не помнил. Рассказал, что очнулся уже далеко от Свен-Холла, в какой-то захолустной деревеньке на границе между Торисвеном и Дракендортом. Никакого багажа с собой, только одежда, в которой он был на приеме. Местные помогли чем смогли да рассказали слухи, один ужаснее другого, о том, что произошло в замке драклорда.

«Поразмыслив, я решил пойти за помощью к алмазному брату. Эмералд одобрил идею, но...» – На этом месте ньер Шатолье красноречиво развел руками, а мне и сказать было нечего. Алмазный брат в тот момент уже не мог никому помочь, потому что нирфы добрались и до него тоже...

Из сбивчивого рассказа Эйрена я сделал вывод, что он понятия не имел, что именно произошло в Свен-Холле и как случилось, что дух изумрудного дракона поселился в нем.

Первое единение с драконом требует времени, но у Эйрена и Эмералда его не было. Дракон мгновенно подчинил неподготовленного ньера Шатолье и постарался убраться как можно дальше от места, где ощущал себя уязвимым. Поэтому Эйрен и не помнил, как добрался до границы Предела.

И все же ньер Шатолье – сильный маг и крепкий духом человек. Постепенно он отвоевал главенство. Или же Эмералд настолько ослабел, что позволил ему это?

Я так и не понял, кто из них у руля. Чужая душа – потемки. А две души в одном теле и вовсе кромешный мрак!

Оставив гостя, я вышел из спальни и приказал ожидающим в гостиной слугам:

– Айсана, останься на ночь с ньером Шатолье. Если что-то пойдет не так, сразу шли за мной. Пиран, выстави охрану у дверей. И чтобы никто не входил к ньеру без моего разрешения. Даже ньера Тень.

От меня не укрылась секундная заминка, прежде чем парень кивнул.

Разобравшись с делами, я направился к Лине. Если я хочу, чтобы Эйрен и Эмералд пережили эту ночь, нужно забрать у нее кинжал. Да и мне будет спокойнее.

Страсти в душе немного улеглись, и я нацелился на продуктивный разговор. Просто побеседуем. Если Василина ни при чем, то поймет мои мотивы и сама отдаст кинжал. Ну а если играет на стороне врага, тогда и незачем щадить ее чувства.

Весь мой настрой тут же полетел в бездну, стоило приблизиться к ее спальне.

Я отчетливо ощутил магию хаоса! Угроза! Здесь, в сердце Дракендорта?!

Позабыв про манеры и такт, я бросился на помощь своей Тени. Предательница она или нет, но я должен о ней позаботиться. Она нужна мне, чтобы освободить Берлиана!

Распахнув дверь спальни Василины, я увидел совсем не то, что ожидал. Тень была в порядке, но... Проклятый кинжал! Василина сжимала его в руке. Вот откуда эти эманации!

Разочарование черным земляным маслом затопило мою душу. Не в настроении больше разговаривать, я вознамерился отнять опасное оружие. Василина спрятала его за спиной. Можно подумать, так я ничего не замечу!

Отнять кинжал силой было проще простого, но я не стал торопиться. Несмотря ни на что, Василина мне нравилась. Мне хотелось быть с ней рядом. Хотелось смотреть на нее. Говорить, даже если это ранит.

– Что ты сделала с ньером Шатолье? Как посмела?

Искреннее возмущение сверкнуло молниями в глазах Тени.

– Ты повторяешься, Редж. Я уже все объяснила еще во дворе.

Она держалась так, словно это я в чем-то повинен перед ней. Дерзкая и безумно красивая. Я окончательно осознал, что она нужна мне, не только чтобы освободить Берлиана. Она просто нужна мне!

Я хочу прикасаться к ее нежной коже, когда вздумается. Хочу чувствовать запах ее тела. Смотреть на нее, обладать ею...

Разочарование, точно неудачная приправа к праздничному блюду, придавала всем желаниям мерзкий привкус. Но все же инстинкты взяли верх, и я коснулся подбородка Тени, вынуждая посмотреть на меня. Заглянул ей в глаза. Как же мне хотелось найти в их синей глубине ответы на мои вопросы...

– Идиотская привычка! – Лина отшвырнула мою руку.

Ее взгляд прошил меня, точно удар молнии. Она не боялась. Относилась ко мне не как к драклорду, который распоряжается судьбами подданных, а как к равному. С первого момента эта ее незамутненная дерзость странным образом меня очаровывала. А сейчас и вовсе воспламенила кровь.

Дерзость. И желание, смешанное с возмущением, что я разглядел на самом дне расширенных зрачков моей Тени. Один намек на столь искренний интерес сделал меня каменным. С вожделением я уставился на ее губы, вкус которых мне снова захотелось ощутить.

– Ты – моя Тень! Моя пленница! Ты обязана мне повиноваться. У тебя не должно быть никаких секретов...

Ох, вовсе не про ньера Шатолье я сейчас думал, а о том, какое сокровище скрывают эти красивые тряпки.

Тень попятилась, ощутив смутную угрозу. Не спеша я последовал за ней, точно хищник за добычей, которой все равно некуда деться. Тем более что двигались мы в верном направлении – к постели.

Раз, и Лина уже в моих руках! Не знаю, как так вышло, но теперь уже не выпущу. Не сегодня. Слишком долго я держался...

Целуя ее губы, я был жадным, как никогда раньше. Тень окончательно свела меня с ума страстью, с которой мне ответила. Кажется, она хотела показать мне, кто здесь главный. Кусалась, точно дикая кошка. Пламя, что она разжигала во мне, грозило спалить весь замок...

Плевать! Сегодня мы точно дойдем до конца.

С восторгом девственника я целовал все, до чего смог дотянуться. Пришлось постараться, чтобы избавить Тень от платья, но мои старания были вознаграждены. Василина постанывала от удовольствия. Ее руки жадно исследовали мои плечи, грудь, живот. Она впивалась в меня коготками, оставляя отметины, а ведь это только начало!

Нет... Я точно опозорюсь, так и не добравшись до главного!

Чтобы немного сбавить обороты, зафиксировал ее руки над головой. Пусть не мешает мне ее любить. И в тот же самый миг что-то изменилось. Тело Лины напряглось, и это не были спазмы удовольствия. Она превратилась в камень, а затем...

– Нет! Не тронь! Убирайся! А-а-а-а! – Визжа, она принялась беспорядочно колотить меня ладошками.

В первый момент я опешил и отстранился, все еще не в силах отвести взгляд от обнаженной груди с напряженными, блестящими от влаги, зацелованными мной сосками. Кажется, ей все нравилось до этого момента...

Наконец я достаточно пришел в себя, чтобы поинтересоваться, что именно я сделал не так:

– Что... Василина, что с тобой?

Тень сжалась в дальнем от меня углу кровати, прикрывшись подушкой. Было видно, как ее сотрясает крупная дрожь. Первые мгновения она смотрела так странно и загнанно, точно и не видела меня вовсе.

Наконец ее взгляд прояснился, и она сфокусировалась на мне. Раздался громкий всхлип. Еще один. А затем она разрыдалась в голос. Да так горько, что у меня самого перехватило горло. Тень попыталась задушить рыдания подушкой, но получалось плохо.

Я чувствовал себя... Отвратительно я себя чувствовал, в общем. Сидел, как идиот, на краю кровати и таращился на плачущую Тень, не зная, что делать.

– Лина...

Хотел ее хоть как-то успокоить, обнять, но мою попытку пресекли на корню.

Я попробовал снова, но Тень только плакала, не желая меня слушать. Наверное, я бы так и продолжал ждать, пока она не наплачется, но меня выгнали, точно прислугу! Да еще и швырнули подушкой!

Шагая по коридору, я гневался. На себя – за то, что стал такой мягкотелый. На Василину – за то, что каждый раз устраивает мне проверки на прочность. И на Дракона Прародителя, который шлет мне одно испытание за другим.

А что, если Василина просто умело манипулирует мной?

Я даже сбился с шага от этой внезапной мысли. Но, мотнув головой, двинулся дальше.

Нет. Такое сыграть невозможно. В моих руках Тень плавилась от настоящей страсти, а потом в момент вдруг превратилась в ледышку. И страх ее был неподдельным. И слезы. Уж это-то я могу отличить. Да и внутри меня точно разверзлась дыра – таким осязаемым было ее горе. Оно ранило и меня не хуже меча.

Неужели она вспомнила об отце своего ребенка?

Из груди вырвался воистину драконий рык. Берлиан бы обзавидовался.

Подушка, которую я зачем-то прихватил с собой, треснула, содержимое посыпалось на пол, но я не обратил на это внимания. Отшвырнув ошметки, поспешил к себе и, не раздеваясь, упал на постель.

Хотел принять ванну и выпить чего-нибудь покрепче, чтобы быстрее уснуть, но не успел ни того ни другого. Сон подкрался исподтишка и сморил меня намного раньше, чем я смел надеяться после столь насыщенного событиями вечера.

Разбудил меня истошный девичий визг...

Глава 16

Сюрприз в собственной спальне

Василина Вьюга, Тень Дракона

Предел Дракендорт, замок Дорт-Холл

Что-то меня разбудило. Пытаясь понять, что именно, я ощутила, как затекло от неудобного положения тело. Сон в нарядном платье не способствовал комфортному отдыху. Но я чувствовала себя слишком усталой и сонной, чтобы снять его прямо сейчас. Голова была тяжелой, а глаза резало от пролитых слез. То еще состояние, в общем.

Морщась, я перевернулась на правый бок и сунула руку под подушку, собираясь спать дальше, но тут же ее отдернула:

– Ай!

Кисть будто прошило электрическим разрядом. Но откуда в моей кровати взяться электричеству?

Ответ нашелся сразу же: из-под соседней подушки торчал острый кончик кинжала. Я – укололась! Никакой это был не разряд!

Осторожно нащупав рукоять кинжала, вытащила его. Света от клинка хватило, только чтобы рассеять темноту поблизости. Но все чуть дальше вытянутой руки тонуло в кромешном мраке. И этот мрак как будто бы шевельнулся...

Я немного посидела, вглядываясь в темноту.

Странно... Обычно Айсана оставляла свечу на столе или на камине. И еще одну – в ванной. Но сейчас свечи не горели. Неужели она забыла их зажечь? Или причина не в забывчивости? На плохую память знахарка не жаловалась. Может, она застала нас с драклордом и ушла, чтобы не мешать, потому и свечи не зажгла?

Воспоминание о страсти, которая нами завладела, прокатилось по телу приятной истомой. Я разочарованно закусила губу. Никогда раньше ни на одного мужчину я не реагировала вот так. Нам могло бы быть очень хорошо, если бы меня не накрыло. Эх! Реджинхард наверняка решил, что я сумасшедшая...

Надо было просто отдать ему кинжал и не доводить до греха.

Кстати, о кинжале: почему он светится? Раньше я такого за ним не замечала. А вдруг это опасно?

Я спустила ноги с кровати, решив немедленно пойти и показать его Реджу и заодно объясниться, как вдруг мне снова почудилось движение.

– Ася?

Я выставила руку вперед, используя кинжал как фонарик. Слабый мерцающий свет выхватил из темноты очертания огромной бесформенной фигуры!

Нет, это точно не Айсана...

Раздалось утробное рычание, и неведомое чудище двинулось ко мне.

Истошно завизжав, я бросилась из спальни, проклиная платье, в котором умудрилась уснуть. Пышный подол цеплялся за мебель и путался в ногах. Позади глухо шлепало, все ближе и ближе!

К счастью, в гостиной было немного светлее, и я достаточно хорошо различала очертания предметов, чтобы не разбить себе нос, а преследователь оказался не слишком расторопным. Мне удалось добраться до выхода из покоев раньше его и распахнуть дверь в коридор.

Вопя от ужаса, я рванула было прочь, но проклятущее платье за что-то зацепилось! С размаху я грохнулась на пол, выронив кинжал. Тот со звоном ударился о каменный пол и, отскочив, едва не вонзился мне же в предплечье. По наитию я схватила его, когда чудовище потащило меня обратно в гостиную. Другой рукой в последний момент уцепилась за косяк.

– Помогите! – завопила во всю мощь легких, надеясь, что меня хоть кто-нибудь услышит.

Чудовище держало меня за подол, и я принялась наугад кромсать кинжалом ткань. Едва почувствовав свободу, я на четвереньках попыталась уползти, но что-то тонкое обвило лодыжку, и меня резко вдернули внутрь.

– А-а-а!

Перевернувшись на спину, я двумя руками ухватила кинжал. Не дам себя так просто сожрать!

На меня смотрели четыре провала, зловеще отсвечивающие во тьме болотной зеленью. Как будто плохо вымытые фары с основательно севшими лампочками!

Чудовище раззявило пасть, полную острых тонких зубов. Пахнуло отвратительным смрадом. От ужаса я снова заорала и ткнула кинжалом.

Попала! На меня закапало что-то горячее и такое вонючее, что желудок рванул к горлу.

– Х-х-хайтарэ!

Огненная струя пронеслась над моей головой, и бесформенную кучу снесло к противоположной стене.

– Редж! – выдохнула я, узнав спасителя.

– Цела?

Драклорд подхватил меня на руки и поспешил прочь из гостиной. В тот же миг в конце коридора показались люди с факелами.

– Не подходите! – предупредил их Реджинхард. – Тварь еще жива. Идти можешь? – спросил он, обращаясь на этот раз ко мне.

Лодыжку дергало и пекло, но ходить это вроде бы не мешало, и я неуверенно кивнула.

– Тогда бегом в мои покои. Запрись и никого не впускай, пока я не приду. Поняла?

Я снова закивала, но, прежде чем выполнить приказ, принялась остервенело кромсать изодранный и промоченный мерзкой дрянью подол. Руки дрожали. Я хватала слишком много ткани зараз, и не получалось ее отрезать. От этого злилась и кусала губы, чтобы не разреветься.

Драклорд остановил этот хаос, положив свою ладонь на мою:

– Я помогу.

Молча отдала ему кинжал, и Редж быстро откромсал все лишнее. Теперь платье больше напоминало коктейльное. Подол, длиной едва ниже колена, совершенно не мешал двигаться.

– Ну, все, беги! – Драклорд вернул мне кинжал и легонько подтолкнул в нужном направлении.

Послушавшись, я быстро зашагала прочь. Босая, в оборванном платье, вымазанная в крови чудовища и с кинжалом наголо, я напоминала сама себе героиню какой-то компьютерной игры.

Через пяток шагов я не выдержала и оглянулась. Реджинхард смотрел мне вслед. Наши взгляды встретились. Ободряюще мне улыбнувшись, он скрылся в гостиной, и тут же из дверного проема полыхнуло!

Что это?

Что это было? Откуда оно там взялось? Не сожрет ли оно драклорда?

И почему кинжал не сработал? Мне ведь угрожала нешуточная опасность!

Беспокоясь за Реджа, я вернулась. Дорогу мне преградили вооруженные кто чем мужчины. Они сгрудились у входа в мои покои и опасливо заглядывали внутрь.

– Ньера Лина... Тень, вы бы это... Осторожнее, а то ведь... Дык... Оно ж... – смущаясь, обратился ко мне усатый мужчина лет так пятидесяти.

Он был из новоприбывших и еще не успел со мной познакомиться, потому и путался в словах. А еще очень боялся того, что скрывалось в моей комнате.

Я расправила плечи и улыбнулась ему. Нельзя было разочаровать людей, которые пришли сюда, полагая, что в замке безопасно.

– Не переживайте, драклорд со всем разберется. Дайте пройти.

Мужчины расступились, и я осторожно заглянула в гостиную. Там что-то бодро горело, и на фоне пламени отчетливо выделялся силуэт Реджинхарда. Я сделала несколько шагов к нему.

– Ч-что это такое?

Огонь весело пожирал нечто, похожее на результат неудачного генетического эксперимента. Больше всего это походило на рыбину с ногами, как у лягушки, длинными, похожими на червей щупальцами и омерзительной зубастой пастью. Представив, что со мной было бы, кусни оно меня хоть разок, я передернулась.

– Почему ты здесь? Я же сказал... – начал было драклорд, но я, не дав ему договорить, подалась вперед и обняла.

То, что не выскажешь словами, порой легче выразить простым прикосновением. С удовлетворением я ощутила, как драклорд обнял меня в ответ.

Было романтично. Еще бы рядом не полыхал труп вонючего монстра...

От ядовитого дыма начали слезиться глаза. Пожалуй, мы рисковали отравиться.

– Он точно мертв? – спросила я.

– Окончательно и бесповоротно. Идем отсюда. – Редж снова подхватил меня на руки. – Проследите, чтобы не начался пожар. Золу соберите в мешки и сбросьте в море. Покои заприте, и пусть никто без моего разрешения туда не входит, – приказал он ожидавшим в коридоре людям.

Драклорд отпустил меня только в собственной спальне.

– Ты переезжаешь сюда, – сообщил он хмуро, словно приготовившись к сопротивлению.

– Хорошо, – покладисто кивнула я, с интересом осматриваясь.

С тех пор как я здесь побывала, навели порядок и стало очень уютно. Да и пахло куда приятнее, чем у меня сейчас. Честно, я даже обрадовалась, что не придется бродить по замку в поисках места для ночлега.

– Можно я воспользуюсь ванной?

– Конечно.

– И... Мне нужно что-нибудь из одежды. Моя порвана и испачкалась.

– Бери что хочешь в гардеробной. Здесь все в полном твоем распоряжении.

Редж направился к выходу из спальни.

– Ты куда? – насторожилась я.

Ужасно не хотелось оставаться одной.

– Проверю замок. Вдруг где-то еще бродит подобная напасть.

– Будь осторожен, – шепнула я ему вслед.

Пристроив кинжал на камин, я отправилась приводить себя в порядок, в который уже раз радуясь, что водопровод замка даже во время цунами дает горячую воду и не ломается.

Помывшись, натянула одну из рубашек Реджа и решительно улеглась на огромную – куда больше моей собственной, кровать. Какое-то время не могла уснуть, прислушиваясь к каждому шороху. И даже вскакивала несколько раз, курсируя то к двери, то к окну.

Из покоев драклорда было видно море. Чудовищные волны, грохоча, ударялись о берег. В свете молний зрелище было то еще!

Я вернулась в кровать и накрылась с головой так, чтобы наружу выглядывало только лицо. Прямо как в детстве, когда одеяло служило защитой от ночных страхов. В какой-то момент сквозь дрему почувствовала, как меня бережно обнимает Редж. Целует в висок, поправляет волосы...

А может, мне все это просто приснилось, потому что, когда я открыла глаза, Реджинхарда в спальне снова не было. Не оказалось его ни в гостиной, ни в ванной комнате, ни в кабинете. Я быстро привела себя в порядок и, подобрав себе кое-какую одежду из гардероба драклорда, вышла в коридор.

Первым делом я отправилась к себе.

– Ну и вонища! – сморщилась я, стоило сунуться внутрь.

– Ньера, без повязки тут дышать невозможно! – ответила Роса.

Она и еще две уже знакомые мне девушки отмывали гостиную от жирной копоти, замотав лица влажными тряпками.

– Кошмар!

Кривясь от отвращения и стараясь дышать пореже, я пробралась мимо них в спальню. Здесь тоже царил разгром и жутко воняло. Такое чувство, что чудище не только разметало все вещи, но и нагадило сверху.

– Вот же тварь! Оживила бы и заново сожгла!

Надежды на то, что в гардеробной порядок, почти не оставалось, но мне повезло. Вопреки ожиданиям здесь не разило мерзкой гарью. Не иначе вещи хранила какая-то магия. Сначала я решила все перенести в покои драклорда, но передумала. Пусть пока тут полежат, раз такое дело.

С удовольствием я переоделась в свое. Не стоило расхаживать по замку в столь неоднозначном виде. Девушки вон как на меня пялились. Наверняка уже навыдумывали лишнего, а к вечеру такого насплетничают, что я окажусь беременной от драклорда.

Возвращаясь, заметила многострадальный портрет, который валялся в самом углу спальни изображением вниз. Рама треснула, но полотно не было повреждено. Оставлять произведение искусства в этом бардаке было неправильно, и я забрала его с собой.

С портретом под мышкой я и поспешила на воздух, а на лестнице столкнулась с болезным ньером Шатолье. Бодрый и на удивление веселый, чистенько наряженный и причесанный, он скакал по ступенькам так, словно и не валялся вчера трупом.

Отчего-то его довольная рожа привела меня в ярость. Как же быстро он от любой напасти оправляется, а!

«Магия – это больно!» – трагично произнес в моем воображении разбойник и, приложив руку ко лбу, закатил глаза, готовясь упасть в обморок.

Магия святого пинкаря – тоже больно! Мне люто захотелось всадить Ножу пинка, чтобы скакал по ступенькам он исключительно носом вниз.

– Ньера Лина! – Разбойник обернулся и расплылся в приветливой улыбке. – Это утро воистину прекрасно, раз я лицезрю вас.

Чего-о-о?! Он что, головой ударился, когда в отключку падал?

– Доброе утро, ньер Шатолье. – Нож раздражал меня так сильно, что я с трудом заставила себя быть вежливой. – Как вы себя чувствуете?

– Просто прекрасно!

– Хорошо ли выспались? – Ядом, прозвучавшим в моих словах, отравилась бы даже гадюка.

– Давно не спал так сладко, как в эту чудесную ночь!

У меня в глазах кровавые мальчики запрыгали. Жалобно хрустнула треснутая рама портрета, так я ее стиснула.

– Чудесная ночь была, говорите? Позвольте с вами не согласиться, ньер! – Я сорвалась на драконье рычание, не в силах и дальше ломать комедию.

– Лина, что-то случилось? – искренне встревожился Нож и даже поднялся на ступень выше. – Позволь, помогу тебе отнести эту тяжесть на... На помойку?

– Нет! – Я отступила, не позволяя ему прикоснуться к портрету.

Эх, надо было отнести его в покои к Реджу, тогда и с Ножом бы не встретилась. Я не хотела, чтобы драклорд нас рядом увидел. Он и так то ревнует, то обвиняет меня в причинении вреда этому наглецу.

– Лина, ты определенно не в духе, – сделал выводы самодовольный гад. – Что-то случилось этой ночью? Драклорд тебя обидел?

Он шагнул еще ближе, и я снова отступила:

– Какой ты догадливый! Но нет, Реджинхард тут совершенно ни при чем. Меня пыталось сожрать неведомое чудище. В итоге я не выспалась, а в моих покоях погром и вонища.

– То-то мне показалось, что у тебя духи какие-то странные... – заявил этот смертник.

Не удержавшись, я все-таки пихнула его, надеясь, что он хотя бы ногу подвернет. Бесполезно. Мои усилия пропали даром.

– Прости! Я просто пошутил. Настроение такое прекрасное... – оскалился во всю белозубую пасть Нож.

– Да-да, я уже поняла. Когда у других все плохо, у ньера Шатолье – просто чудесно. Между прочим, меня вчера почти что в твоем убийстве обвинили. Чтоб ты и правда окочурился, разбойничья твоя морда! Жук колорадский, вот кто ты такой!

Осознав, что перегнула, прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Да что это со мной? Если подумать, то ничего такого Нож не сделал, а я не могу себя в руках держать.

– Послушай, дорогой гость: иди-ка ты своей дорогой, а ко мне не приближайся лишний раз. А то не факт, что в следующий раз выживешь.

Пихнув его плечом, добилась-таки, чтобы он меня пропустил.

– Лина, да с чего ты на меня так взъелась?

Разбойника на этот раз проняло. Даже лучезарная улыбка стерлась с лица. Кажется, я все же умудрилась подпортить ему прекрасное утреннее настроение. Чудесно!

Я смерила его недобрым взглядом и озвучила догадку, которая так и крутилась на языке с первого момента нашей встречи:

– А не ты ли причина появления неведомой твари в моей комнате, дружок?

– Да о каком еще чудовище ты все время твердишь?!

– Ну уж точно не о Реджинхарде Берлиане! – огрызнулась я.

Хотя все мужики – те еще чудовища в отдельные моменты своей жизни.

– Погоди. Замок защищен. В него невозможно проникнуть извне.

– Я тоже так думала. И не ждала, что меня попытаются сожрать прямо в моей собственной кровати. Спасибо Реджу, что выхватил меня буквально из пасти той твари.

Эйрен побледнел:

– Что?!

– Что слышал! А теперь скажи, это ты наколдовал, гад? До того доколдовался, что в обморок брякнулся?

– Подожди... – Нож выставил перед собой руки. – Я не умею колдовать!

– Неужели? «Магия – это больно», – передразнила я его. – То, что ты вчера сделал, точно было магией. Откуда мне знать, на что еще ты способен?

– Я бы никогда не причинил тебе вреда! – возмутился разбойник.

– Да неужели?

Я ему не верила. Не могла верить никому. Цветков тоже пытался ухаживать перед тем, как меня похитить.

– Лина, будем рассуждать логически. – Нож ухватил меня за плечи, не позволяя уйти.

– Хватит распускать свои лапы!

Я попыталась двинуть ему коленом между ног, но не дотянулась. Разбойник легонько встряхнул меня.

– Лина, прекрати истерику! Послушай! Зачем мне вредить тебе, если... – Он замолчал и мотнул головой. – Лина, я пообещал Реджинхарду держать себя в руках рядом с тобой. Ты его Тень, и я не имею права к тебе прикасаться, как бы мне этого ни хотелось.

Долгое мгновение мы смотрели друг другу в глаза. Затем я демонстративно перевела взгляд на его руки и скептично приподняла одну бровь. Нож тут же отпустил мои плечи.

– Ладно-ладно! Не трогаю. Но выслушай меня!

Глава 17

Неприятные вопросы и непристойные предложения

Нож смотрел так, что грубо его послать у меня просто не хватило духа. Куда до него знаменитому котику из мультика!

Я грозно свела брови, покрепче приобняв портрет драклорда, и сказала:

– У тебя минута. Я слушаю.

– Ты сказала, что чудовище появилось прямо в твоей комнате, так?

– Именно! И я не представляю, что было бы, если бы я не проснулась вовремя.

– Как оно выглядело?

– Хуже некуда!

Я описала омерзительное существо.

– Судя по всему, это тварь из хаоса. А что сказал об этом Реджинхард?

– Мы еще не обсуждали это.

Нож задумался:

– Тварь кто-то призвал прямо в замок. Она не проходила через барьер. Значит, использовали якорь.

– Якорь?

– Да. Якорем мог быть какой-то предмет. Использовать его могли как из замка, так и из-за его стен.

– Но как такое возможно?

Я брала с людей клятву, прежде чем впустить их в стены Дорт-Холла. Но, может, это кто-то из новеньких? Реджинхард пускал всех внутрь просто так.

– Якорь могли подбросить куда угодно, лишь бы навести панику. Но его подбросили прямиком в твою спальню, – продолжил Нож. – Кто-то целенаправленно пытался уничтожить Тень Дракона. Это ослабило бы драклорда и подорвало к нему доверие людей. А впоследствии помогло бы захватить Дорт-Холл. Догадываешься, кому это выгодно?

– Тапределю?

– Верно! И раз он настолько обнаглел, значит, ему уже известно, что Редж и Берлиан разделились.

– Странно, что он решил убить меня сейчас... Послушай, клятва, которую я взяла с тебя и с остальных... Она ведь не работает, да?

– Работает, не переживай! – Разбойник ослепительно улыбнулся. – Но если человек не знает, что вредит, то возможны исключения.

– Как это? – насторожилась я.

– Предположим, кто-то из девок ходил в деревню и встретил по пути нирфеата. Есть среди них и такие, что ловко умеют в мозгах ковыряться. И вот возвращается эта девка как ни в чем не бывало в замок. Никаких дурных мыслей, только букетик полевых цветов в руках, который непременно нужно поставить в покоях Тени Дракона...

По спине побежал противный холодок.

– Неужели Ася?

Сколько та же Айсана свечей приносила, и трав, и притирок, и букетов этих треклятых! Они же чуть ли не каждый день на столе менялись. Она же знахарка – спец по растениям!

– Необязательно Айсана. Роса или Рисанна тоже под подозрением. Других-то девушек они к тебе не пускают.

– Что значит – не пускают?!

Сегодня прямо утро открытий чудных!

– А то и значит. Ревностно следят, чтобы, не приведи Дракон Прародитель, к тебе никто посторонний не заглянул. Не по чину. Это только их привилегия. Отличает их от прочих. Возвышает над ними.

Я с удивлением поняла, что так оно и было. Даже сегодня мои покои отмывали две девушки, но с ними была Роса. Больше никто и никогда не входил ко мне без сопровождения кого-то из этой троицы.

– Не может быть! – воскликнула я пораженно.

– Может. Они хоть влияние и поделили, но промеж собой не сильно ладят... – продолжил Нож. – Возможно, якорь не тебе подбросили, а, к примеру, Айсане. Она ведь Риске поперек горла. Эдакий забор на пути к положению личной горничной Тени Дракона. Не будь Аси, наверняка ты бы сошлась с дочкой старосты, верно?

Удивительно, но Нож был прав, и это окончательно выбило меня из колеи.

– Ничего не понимаю, – покачала я головой. – Бред какой-то!

– Это для тебя бред, потому что ты не от мира сего. А я...

Нож отчего-то замолчал, словно испугался проговориться.

– Что ты? – С подозрением я уставилась на разбойника, ощущая себя бабочкой в паутине.

Что, Василина, думала, главная тут? Самая умная среди этих деревенщин? Всех защищаешь, помогаешь, заступничаешь, принимаешь решения? Ну ладно, сейчас драклорд вернулся и забрал часть обязанностей, но раньше-то так и было, верно? А оказывается, место подле тебя делят! Да так яростно, что и поубивать друг друга готовы. И ради чего все? Ради сладкой жизни подле статусной персоны!

Ну, прямо не деревенские девки, а придворные интриганки, растак их!

Я мотнула головой, не желая верить.

– Откуда тебе-то знать? Напридумывал невесть чего и наговариваешь на моих девчонок! – вызверилась я, не желая принимать печальную реальность.

– Ничего я не придумываю. – Нож грустно усмехнулся. – Наивная ты, Лина, и такая открытая, даром что Тень Дракона. Наверное, это меня в тебе и привлекает.

Он глядел на меня, как прожженный ловелас на невинную глупышку.

Я закрыла глаза, справляясь с чувствами. Усилием воли взяв себя в руки, поинтересовалась:

– Что тебе об этом известно?

Нож коварно улыбнулся, решив, что сумел меня убедить:

– Скажу за поцелуй.

– Иди на хрен!

Обогнув его, я направилась вниз по лестнице, не желая больше разговаривать.

– Постой! – подался за мной разбойник и схватил за плечо.

– Лина, я иду!

Откуда ни возьмись появился Соник. Спикировав мне на плечо, он дыхнул голубым пламенем. Нож отдернул руку и удивленно уставился на дракошку.

– Так его, малыш! – похвалила я своего защитника и поспешила прочь.

Стоило выйти на улицу, как навстречу с суматошным писком ринулась целая стайка цветодраков во главе с Красоткой. Будто единый организм, разноцветные дракончики сделали несколько пируэтов вокруг меня и унеслись прочь. Проводив их удивленным взглядом, я поинтересовалась у Соника:

– Что-то случилось?

– Еще как случилось! Тапредель со своим войском уже под стенами!

– Что?!

Только сейчас я сообразила, что по пути нам не встретилось ни одной живой души. Все обитатели замка сгрудились на стене, как будто за ней разыгралось интереснейшее представление.

Я ринулась к ближайшей лестнице и взлетела на нее, точно кошка на дерево. И даже зажатый под мышкой портрет драклорда мне не помешал.

– А ну, разойдись! – рявкнула, пробивая себе место к самому зубцу, и тоже выглянула наружу.

От увиденного в ногах образовалась предательская слабость. Аккуратно прислонив портрет к стене, я обтерла влажные ладони об одежду. Все это я проделала, не сводя взгляда с творящегося снаружи светопреставления.

Защита замка расширилась, отодвинувшись от стен метров на тридцать. Она мерцала и вспыхивала в тех местах, где в нее попадали копья, стрелы, камни и... магия!

Огромные огненные шары синхронно взлетали, посланные одетыми в багровые рясы лысыми мужиками с черными бородами, заплетенными в длинные косы. Они исполняли смесь странного танца, утренней зарядки и немножечко ушу, совершая сложные пассы руками, пока на их ладонях разгорался огонь. Когда шары пламени достигали приличного размера, колдуны бросали их в нас, точно снаряды.

– Нирфеатские огнеметчики. Пытаются пробить защиту замка, – пояснил Нож, снова оказавшись за моей спиной.

Его присутствие меня бесило, но зато он мог объяснить, что происходит. Пришлось смириться. Временно.

– Брякнешься в обморок, со стены скину и скажу, что так и было! – пообещала я грозно.

– Больше не брякнусь! – как-то чересчур довольно откликнулся разбойник.

Я обернулась и внимательно на него посмотрела. Нож излучал подозрительную радость, хотя радоваться особо было нечему. По стене пронесся коллективный вздох, люди тревожно загомонили. Все взгляды приковал к себе драклорд, вышедший из ворот замка.

Реджинхард, облаченный в те же магические доспехи, что и вчера, шел один прямо к границе защиты!

– Он что, собирается выйти за барьер?! – забеспокоилась я.

Сердце ушло в пятки, а затем рвануло к горлу, когда драклорд так и поступил.

– Что ты творишь, Редж? Долбанулся совсем?! – пропищала я, вцепившись пальцами в камень.

Я думала, что стоит драклорду выйти за мерцающую магическую пелену, и в него прилетит все, что только можно, но атака, напротив, прекратилась. Строй нападающих разомкнулся, выпуская вперед Главшишку. Я мгновенно узнала его по характерному доспеху, который так напоминал плоды кедровника.

– Тапредель, мерзавец! – зло прошипел Нож, подтверждая, что я не ошиблась.

Разбойник явно не питал к этому человеку теплых чувств. Зря я его в недобром подозревала.

Предатель приближался, небрежно приподняв вверх руку в латной перчатке. Видимо, подавал своим сигнал не нападать.

– Рад тебя видеть, мой друг! – с наигранным радушием поздоровался он с Реджем и даже объятия раскрыл.

– Прибей его! – прошипела я сквозь зубы, стукнув по каменной кладке кулаком.

Я испытывала к Тапределю иррациональную ненависть. Хотелось, чтобы Редж поступил с ним так же, как ночью с той тварью. Раз, и нет! Одной проблемой меньше станет. Да и враги, потеряв предводителя, наверняка разбегутся.

Но Редж не спешил убивать предателя. Они тихо о чем-то разговаривали, но о чем?

– Помочь? – предложил Нож, догадавшись, что я умираю от любопытства.

– Не стоит, – решительно отказалась я и вздохнула.

Заманчиво, но повторять вчерашний опыт не хотелось. Людям же не объяснишь, зачем это мутный гость Тень Дракона руками хватает, да еще и за живот. Кстати, надо бы отправить народ делами заниматься. А то столпились и детей еще с собой притащили!

С неудовольствием я покосилась на мечущихся по стене ребятишек.

– Лина, я помогу! – пискнул Соник.

Король цветодраков спикировал вдоль стены к самой земле. Прячась в траве, преодолел расстояние до драклорда и, взмыв прямо за его спиной, спрятался за выступом на наплечнике. В тот же миг я услышала разговор так, словно бы находилась рядом.

– Тебе не выстоять, ты же понимаешь. Присягни королеве – и сможешь занять почетное место среди нас.

Я вопросительно посмотрела на Ножа, который, определенно, тоже подслушивал, и поинтересовалась едва слышно:

– Что еще за королева такая?

– Без понятия... – Разбойник пожал плечами.

– Янис, я тебе должен верить после того, что ты сделал? – усмехнулся Редж.

– Я просто выполнял приказ. – Предатель развел руками, словно сказанное его хоть как-то реабилитировало. – Но теперь планы Нирфеи изменились. Она сохранит жизнь всем, кто ей присягнет. Передай ей свой меч в знак верности и живи спокойно.

Драклорд обвел рукой пространство:

– Ты видишь, что здесь происходит, Тапредель? Твоя королева сможет обновить защиту Предела и спасти своих подданных? Дракендорт первый, затем Торисвен и так далее. Нирфея сумеет защитить новые земли от беды? Если же вся надежда на Рассекающий, то она жестоко ошибается.

Тапредель замялся и повторил:

– Если ты передашь Рассекающий Нирфее, сохранишь жизни людей. Нам бы не хотелось убивать всех подряд.

– Выходит, нирфы еще не всех успели извести за семь лет моего заточения?

– Ну что ты! Нирфее постоянно требуются новые слуги. Пределы будут поставлять ей людей. Простой народ плодится быстро, и в каждой крестьянской семье найдутся лишние рты, которые можно отправить ей в услужение.

– Убирайся, Янис, пока еще можешь! Забирай свое войско и беги до самого Нирфгаарда, мерзкий червь! Я еле сдерживаюсь, чтобы не убить тебя на месте!

– Сначала скажи, где твой меч, Редж? Ты же с ним никогда не расставался. Почему я его не вижу у тебя в ножнах? Ой! А может, он испорчен? – делано испугался предатель, проявив неожиданную осведомленность.

– Зачем мне его пачкать? Твою тощую шею я и голыми руками сверну, – спокойно ответил ему драклорд, словно и не стоял там один против целого войска.

– И не мечтай, не получится. Я под защитой королевы Нирфеи. Она наделила меня такой мощью, что тебе и не снилась, мой бывший друг!

– Неужели ты заполучил дракона? – По голосу Реджа я не поняла, удивлен он, взволнован или издевается?

– Все возможно... – Предатель загадочно усмехнулся.

– О чем это они? – спросила я у разбойника.

Нож только пожал плечами. Выглядел он искренне обескураженным.

– Мне больше по душе, когда ты строишь из себя всезнайку, – проворчала я, снова сосредотачиваясь на разговоре Реджа и Тапределя.

– Я чувствую только запах гнилья, которым от тебя разит на стерионы вокруг, и никаких драконов. Ни единого! Даже самого завалящего, – оскорбил Главшишку драклорд.

– Я тоже не чувствую здесь ни одного дракона, представляешь? Только пахну´ло мокрыми портками. – Тапредель помахал ладонью перед носом.

Как же он меня бесил! Легко выпендриваться, когда за тобой стоит целое войско.

– Признай, ты потерял все, Реджинхард. Предел, дракона. Даже Тень. А скоро потеряешь и жизнь. Не дури, сохрани лицо и свои владения. Покорись королеве Нирфее, и все будет хорошо.

Драклорд только покачал головой:

– Твои шпионы тебя совсем не уважают, раз рассказывают всякую ересь. Предел по-прежнему мой, ведь магия этой земли все еще откликается на мой зов.

В рядах вражеского войска взметнулись острые алмазные пики, и редко какая осталась без кровавой жертвы. Началась сумятица. Противник не ожидал такого подвоха.

Как ни странно, но я не приняла это близко к сердцу. Наверное, закаленное кинематографом воображение помешало воспринимать чужую мучительную смерть как реальность.

Частокол из алмазных пиков окружил прочной стеной Главшишку и драклорда. Колдуны атаковали ее огненными шарами, пытаясь выручить своего предводителя, но без особого эффекта.

– Я тебя и без меча раздавлю! – Редж ухватил врага за край нагрудника и притянул ближе. Эту картинку неожиданно мне передал Соник прямо в голову.

Всего лишь на мгновение, но я смогла разглядеть страх в темных глазах мужчины. Впервые я видела Тапределя так близко, и он мне чем-то напомнил Орландо Блума и немного Бандераса. Вполне приятное лицо, надо же!

– Сейчас ты скажешь, что и Тень у тебя есть. Но Линдара – не та! Рядом с тобой другая женщина. Самозванка, Реджинхард! – Предатель «открыл» глаза Реджу.

– Да неужели! А то я не знал. Кстати, а что ты сделал с правильной Линдарой? Она хотя бы жива?

Драклорд спрашивал небрежно, словно бы ему было все равно, но я знала, как важно ему знать ответ.

– Я ее не трогал, если ты об этом. Где она сейчас, не знаю. Но твоей Тени точно не позавидуешь. В ту ночь здесь такое творилось! Если она вовремя не закололась кинжалом, что я ей подарил, то, возможно, еще жива и рожает тварей где-нибудь в Нирфгаарде. С тех пор как я покинул Дорт-Холл, ничего о ней не слышал.

– Какая же ты мразь, Янис!

Редж оттолкнул Тапределя, и тот, не удержавшись, оперся на алмазный частокол рукой и затараторил:

– Не знаю, как ты смог стать человеком и долго ли протянешь, но дракон больше не выйдет из пещеры. Отдай мне меч, и я попытаюсь спасти наш Предел, пока это еще возможно!

Вместо ответа Реджинхард ударил Тапределя клинком, выросшим прямо из его нарукавника. Одновременно взорвалась алмазной крошкой окружавшая их стена.

Но вместо гнилого сердца драклорд пронзил только плечо предателя. И дело было не в ошибке. Из-под удара гада выдернула неведомая сила и утащила, точно мешок, набитый соломой. А из разомкнувшихся рядов противника выступила фигуристая женщина в необычном платье-доспехе.

Вычурный нагрудник прикрывал ее грудь и живот и заканчивался короткой клепаной юбочкой, выставляющей напоказ длинные, стройные ноги. Бесконечный черный шлейф волочился по земле. Волосы цвета угля были красиво уложены и каскадом ниспадали на плечи. Бледная, практически белая кожа незнакомки контрастировала с вишневыми губами, а раскосые глаза были ярко подведены, кто бы мог подумать, тоже черным! Ну прямо Клеопатра!

Такие полуобнаженные дамы в непрактичной броне частенько мелькали в видео о компьютерных играх, которые пыталась смотреть Агриппина. Пожалуй, это единственное, что она сразу же обругала за неправдоподобность и бросила, переключившись на фильмы про бандитов.

– Это кто? – спросила я у Ножа.

– Первый раз ее вижу...

– Нирфея! – догадку мы высказали почти хором.

– Здравствуй, Реджинхард, – приятным голосом произнесла вампирша. – Рада с тобой познакомиться.

– Не могу ответить тем же.

Драклорд отступил на два шага, оказавшись внутри замковой защиты, и стало как-то не по себе. Я пришла к логичному выводу: Тапредель и все его войско драклорду нипочем, а вот ее он опасается!

– Я Нирфея. Генерал Тапредель тебе обо мне уже рассказал. Его предложение в силе. Передай мне свой меч и принеси мне клятву верности, и ты останешься драклордом предела Дракендорт.

– А если откажусь?

– Не спеши с ответом, я дам тебе время подумать.

Вампирша вдруг подняла голову и уставилась прямо на меня!

Глава 18

Даже самые сильные нуждаются в поддержке

Нож как-то сдавленно втянул воздух, будто бы ему отдавили любимый мизинец. А Нирфея сверкнула глазами и, развернувшись, пошла прочь, плавно покачивая бедрами. Едва она затерялась в рядах своего войска, как откуда-то снова появился Тапредель. Скособоченный, он зажимал рукой рану:

– Тебе не выстоять против меня, Редж! У тебя даже нет войска! Нет людей, только жалкая кучка крестьян! Ты один! И ты скоро умрешь!

Предатель махнул рукой, и вперед выдвинулся отряд закутанных с головы до ног в черное магов. Они ударили разом, без подготовки. Не знаю, что это была за магия, но, казалось, она высасывает защиту замка! Истончает ее!

Огнеметчики тут же этим воспользовались и принялись швырять огненные шары с утроенной скоростью. Один вдруг прорвался и, пролетев в считаных сантиметрах от Реджа, ударился о стену. Люди, ахнув, синхронно присели.

– Уже к вечеру Дорт-Холл будет моим! Ты проиграл, бывший друг! – обрадованный успехом, веселился Тапредель.

Редж так и не сдвинулся с места. Склонив голову, он глядел себе под ноги и не шевелился. Я не понимала, что с ним происходит, но мне так сильно хотелось его поддержать! И я сделала то единственное, что могла в данной ситуации. Вскарабкалась в пространство между крепостными зубцами.

– Лина, ты куда? – запаниковал Нож, ухватив меня за ногу.

– Да не собираюсь я прыгать! Дай портрет и смотри, чтобы я не свалилась.

– Чего-о-о?

– Подай портрет, говорю!

Заполучив в руки произведение искусства, подняла его над головой и заорала:

– Ред-жин-хард! Ред-жин-хард! Ред-жин-хард!

Сказать, что все офигели, это ничего не сказать. Рты разинули и по эту сторону стены, и по ту. Даже страшные черные маги временно перестали сосать энергию из защиты замка.

Вот и хорошо!

– Ред-жин-хард! Ред-жин-хард! Ред-жин-хард!

Я принялась размахивать портретом в такт словам, благо Нож крепко держал меня за штаны.

– Ред-жин-хард! Ред-жин-хард! – неожиданно он присоединился к моей кричалке.

Надо сказать, что у разбойника получалось значительно зычнее.

– Ред-жин-хард! Ред-жин-хард! – постепенно подключались к нам люди на стене.

Вскоре мы напоминали фанатский сектор на футбольном матче. На миг горло перехватило от подступивших слез, но я вдохнула поглубже и заорала еще громче, воодушевленная такой безоговорочной поддержкой:

– Ред-жин-хард! Мы с то-бой!

– Ред-жин-хард! Мы с то-бой! – подхватили остальные.

– Это что еще такое? – наконец обрел дар речи Тапредель.

Перед тем как ответить, Редж обернулся и с благодарностью взглянул на меня.

– Это моя новая Тень, Янис.

– Ред-жин-хард! Ред-жин-хард! Ред-жин-хард! – заводила толпу я.

– Ред-жин-хард! Ред-жин-хард! Ред-жин-хард! – скандировали люди.

– О-ле-е-е-оле-оле-оле! Драк-ло-о-ор-ды, впере-е-е-ед! – драла я глотку, с удовлетворением ощущая, как что-то вокруг меняется.

Защита замка больше не мерцала, а ослепительно засверкала четкими бриллиантовыми гранями. Купол стал видимым и... несокрушимым! Я судила не просто по внешнему виду. Я словно почувствовала это изменение кожей, поэтому продолжила бесстрашно прыгать и орать на самом виду у врага.

– Чего встали? Бейте! – истерично заверещал Тапредель.

Маги в черном вновь принялись творить свое колдовство. К ним присоединились огневики, повторяя удачную тактику. Но на этот раз их усилия не принесли результата.

– Этого не может быть! – выдохнул Тапредель и уставился на драклорда с негодованием.

Редж вытянул вперед руку:

– Эджен харис амантэ тариан...

Его волосы и плащ взметнулись от внезапно налетевшего порыва ветра. Затрепетали нирфеатские стяги и знамена, затрепались на магах похожие на ленты мумий обмотки.

– ...Кайрэ одон маунта экипикус... – продолжал нараспев произносить незнакомые мне слова Реджинхард.

Заклинание! Да! Это было именно заклинание! Я слышала его благодаря Сонику, который по-прежнему не покинул свой пост.

Люди на стене уставились в небо, не прекращая слаженно скандировать:

– Дра-кен-дорт! Дра-кен-дорт!

Я же молчала, прислушиваясь к тревожному речитативу драклорда.

– Орайо матухас эндэро штройн!

От Драконьего Пика отделилась тень. Темный силуэт рос и приближался. Наконец его заметили и в рядах противника. Там и тут послышались тревожные выкрики. Никто не подписывался на битву с драконом, когда шел брать непокоренный Дорт-Холл. Началась сумятица.

– Этого не может быть! – панический возглас Тапределя прорвался сквозь гвалт.

Я слышала его потому, что он стоял недалеко от драклорда.

– Может! – прорычал Реджинхард и с силой толкнул перед собой воздух.

Во все стороны от него разошлись волны невидимой магии, сбив с ног и разметав по полю ближайшие ряды противника.

Кого-то расплющило, кого-то ударило. В тот же миг дракон стремительным вихрем пронесся над толпой, выкосив целую просеку струей голубого пламени. Нирфеаты истошно орали. Пытаясь сбить огонь, валялись по земле. Кто-то устремился прочь, и не думая спасать товарищей. Войско постепенно обращалось в бегство.

Внезапно я ощутила вселенскую усталость и осторожно села, свесив ноги вниз. Портрет из моих рук забрал понятливый Нож. Люди на стене ликовали и снова что-то скандировали. Уже без моего участия. А я держалась ладонью за сердце и думала: «Неужели мы победили? Неужели все обошлось?»

Дракон пошел на второй заход, затем рассеял остатки армии третьим и, грозно проревев на прощание, улетел обратно в пещеру.

Перед замком не осталось ни одного нирфеата. Лишь у самой кромки леса виднелись спины улепетывающих бойцов, да торчали там и тут осиротевшие осадные орудия, которые так и не успели пустить в дело.

Увлеченная величественным зрелищем, я ненадолго потеряла из виду драклорда.

– Лина, сюда! – позвал меня Соник.

Реджинхард лежал на земле лицом вниз. Будто бы устал стоять и просто рухнул вперед. Забыв о собственном внезапном недомогании, я вскочила и первой бросилась вниз по лестнице. За мной Нож с портретом в руках.

Когда я, запыхавшись, подбежала к воротам, драклорд уже был на ногах. Неспешно он шел ко входу в замок, старательно делая вид, что ничего не произошло. Подумаешь, повалялся немного в обмороке!

Я бросилась к нему, надеясь, что не случилось ничего непоправимого:

– Редж, что произошло?

– Мне удалось заставить их уйти. Но они вернутся... – мрачно выдал драклорд, как будто я именно об этом спрашивала.

– Как ты себя чувствуешь? Нужна помощь?

Реджинхард осмотрелся, отметив присутствие Ножа, а затем протянул руку и ласково погладил меня по щеке.

– Мне просто нужно немного отдохнуть, Василина. Пусть... Пусть меня никто не беспокоит до вечера.

Поймав его взгляд, я поняла, о чем говорил Нож: «Магия – это больно».

Не всегда, не всякая и не для всех. Но такая – больно.

Развернув плечи, драклорд уверенно двинулся дальше. Люди потихоньку спускались со стены, скапливаясь во дворе, и все как один провожали его взглядами. Редж определенно не желал, чтобы они видели его слабым.

– А чего это вы здесь собрались? У вас что, дел больше нет? Враг ушел, но он не разбит. Готовьте замок к обороне! И... сожгите осадные орудия, которые остались на поле. Или лучше разберите их... И мертвецов нужно сжечь или похоронить. Как надо, так и поступите с ними.

Сомнительный приказ. Я понятия не имела, как правильно, но понадеялась, что кто-нибудь знает, как лучше. Сейчас главное – отвлечь внимание от Реджа. Я украдкой покосилась на драклорда, который неспешно преодолевал крыльцо. Казалось, он никуда не торопится и просто гуляет. Но я подозревала, что каждый шаг нелегко ему дается.

«Соник, ты здесь?» – позвала мысленно.

«Да!» – тут же откликнулся дракошка.

«Срочно найди Асю, пусть прихватит каких-нибудь отваров и идет в покои к драклорду. Ему очень плохо».

«Лечу!»

– Ньера Тень, а почему вы считаете, что нирфы вернутся? – спросил из толпы кто-то не слишком или, напротив, «слишком» умный.

Вот что на это ответить?

Раздались разрозненные выкрики:

– Алмазный дракон всех прогнал. Они не осмелятся вернуться!

– Черное колдовство спа`ло! Дракон свободен. Нам больше нечего бояться.

– А давайте лучше праздновать!

Мне показалось, что я вижу периферийным зрением, как черная фигура пробирается сквозь толпу. Но как только я попыталась на ней сосредоточиться, она словно бы ускользнула. Странно...

– Тихо! – рявкнула я и обвела народ надменным взглядом. – Не стоит недооценивать врага. Вы видели, что сама королева Нирфея пришла вместе с войском? Думаете, она откажется от своих притязаний на наши земли и на наши души?

Я говорила уверенно, словно заведомо знала больше. Впавшая в эйфорию толпа как-то сникла. Может, я зря пугаю людей, но и праздновать пока было нечего.

– Устами Тени Дракона говорит сам драклорд. Внемлите! – рявкнул ньер Шатолье, заставив отдельных умников проглотить готовые сорваться с языка возражения.

Как-то незаметно подошли и встали рядом со мной хмурые Пиран и Ган. Было отрадно, что у меня есть настоящие друзья и защитники. И не по себе от того, что они могли понадобиться мне внутри стен замка.

Настроение, внезапно воцарившееся среди народа, меня совершенно не обрадовало. Да и взгляды, которые люди бросали на меня, показались враждебными.

Ничего не понимаю... Еще вчера все было хорошо. Да и на стене они меня поддержали. Может, кто-то услышал слова Тапределя о том, что я не та Тень, а другая?

К входу в главное здание спешила Айсана со свежими пучками трав в руках. Рядом вились Красотка и еще какой-то дракошка. Поймав мой взгляд, знахарка кивнула мне, сигнализируя, что все под контролем.

Умирая от тревоги за драклорда, я мечтала отправиться за ней и самой убедиться, что бояться не стоит. Если с Реджем что-нибудь случится, мне не поздоровится. Неправильную Тень будет так легко обвинить во всех грехах.

Глубоко вдохнув и выдохнув, я улыбнулась и обратилась к народу снова:

– Люди Дракендорта, вам пришлось перенести многое, но потерпите еще чуть-чуть. Наш противник хитер и коварен. Однажды он смог одолеть драклорда, но сделал это хитростью и обманом! А все потому, что в честном противостоянии нирфеатам не выиграть. И именно поэтому они стараются внушить нам... – Я осеклась на миг, снова заметив темную фигуру где-то в самых задних рядах. – Стараются внушить нам то, что им выгодно. Притворяются такими же, как и мы. А потом бьют исподтишка.

Народ слушал меня с широко открытыми глазами, а иногда и ртами. И я продолжила:

– Но знаете, что я вам скажу? Добро всегда побеждает зло! – Я ударила кулаком о ладонь. – Алмазный дракон защитит Дракендорт, а мы ему поможем! Да будет на то воля Дракона Прародителя!

Я вскинула вверх сжатую в кулак правую руку, подкрепляя произведенный эффект.

Говорила я уверенно, но внутри меня поколачивало. Надо будет у Айсаны успокоительного попросить.

– Все. Расходитесь. Тени нужно отдохнуть и уделить внимание драклорду, – поставил точку Нож.

Народ медленно разбредался по двору, возвращаясь к повседневным заботам. Эйрен подошел ко мне ближе и тихо сказал:

– Иди к нему. Интуиция мне подсказывает, что твое присутствие не будет лишним.

С удивлением я посмотрела на разбойника, и мы вместе направились ко входу. Усталость давила на плечи бетонной плитой, и ужасно тянуло прилечь. Я едва волочила ноги.

Говорят, что взгляд можно почувствовать спиной. Всегда думала, что это просто выражение, но нет!

Резко обернувшись, я успела заметить замотанную во все черное согбенную фигуру с посохом. Она стояла у хозяйственных построек, что возле огородов, и тоже смотрела на меня. В этот самый момент нога соскользнула с края ступени, и я отвлеклась. Нож подхватил меня под локоть.

– Спасибо!

– Лина, что с тобой? Ты даже в лице изменилась.

– Я что-то видела... Или кого-то. Вон там. Но теперь там никого.

Эйрен как-то весь подобрался, обводя внимательным взглядом двор:

– Опиши, что ты видела.

– Сначала мне показалось, что это маг из тех, что высасывали защиту замка. У него в руках был посох, вроде как у пастухов.

Я поежилась, а Нож кивнул:

– Провожу тебя к Реджу, а потом вернусь и все здесь проверю.

– Нет! Если это нирфеат, он успеет скрыться! Иди прямо сейчас, а я сама доберусь. Стой! Портрет верни!

Я выдернула из рук разбойника многострадальную картину.

За Ножа я не слишком беспокоилась. Если тот, кого я видела, опасен, то именно у разбойника сейчас самые высокие шансы пережить эту встречу. С такими мыслями я поторопилась к драклорду.

В его покоях терпко пахло чем-то вроде полыни и пижмы, но нежнее и приятнее. Айсана, двигаясь тихо, но проворно, развешивала пучки трав по углам. Реджинхард лежал на своей кровати. На мое появление он не отреагировал.

– Спит?

Я присела на край кровати и потрогала лоб мужчины. Холодный!

У меня в глазах на миг потемнело, стоило подумать о худшем.

– Магическое истощение. Драклорд вычерпал себя до капли, – сквозь шум и тоненький писк в ушах донесся до меня голос Аси. – Лина? Лина!

Реальность снова приобрела четкость, когда в нос ударил резкий запах. Норовящее улизнуть прочь сознание передумало и осталось.

– Фу! – покосилась я на пучок, который держала в руках Айсана.

Удовлетворенно кивнув, знахарка потребовала:

– А ну-ка, посмотри на меня! – Она обхватила мое лицо ладонями и заглянула в глаза. Густые брови сдвинулись к переносице. – Ничего не понимаю... Тебе плохо?

– Как-то не по себе... Знобит. Похоже, снова переволновалась...

Еще бы! Что ни день, то я тону, то меня кто-то пытается сожрать. То нирфеаты эти...

С меня хватит! Хочу домой! Это не мой мир. Не моя земля. Не мои люди! А дома у меня дочка Златочка. Солнышко мое! Она очень скучает без мамы, и я обязана вернуться к ней, пока еще жива. Вот что самое главное!

Дракон смог выйти из пещеры, значит, моя миссия выполнена, и я могу быть свободна?

– Лина, ложись с ним рядом! Да скорее же! – прервала мои размышления знахарка.

– Зачем? – уставилась я на нее.

Прилечь и правда хотелось. Я обессилела настолько, что с трудом удерживала вертикальное положение.

– Зачем? – Ася всплеснула руками. – Дракон без Тени не может. Да и Тени без дракона не жить! Я только сейчас прозрела! Я же совсем неопытная, а Аруха учить отказывается, карга старая! Но я сама допетрила. На все воля Дракона Прародителя, – бормотала знахарка несвязно, улыбаясь, точно полоумная.

Если честно, она меня немного напугала.

– Ложись-ложись! Да обними его покрепче. Надо, чтобы обмен между вами пошел, тогда все будет хорошо. Все наладится.

Ася поглядывала куда-то на потолок над кроватью.

– Какой еще обмен?

Я было легла, но, к неудовольствию Аси, снова села и с трудом стянула с себя обувь.

– Обмен магической энергией, – нетерпеливо пояснила Ася.

– Но я не маг!

– Не маг, но Тень Дракона, – не сомневаясь, отрезала знахарка и повторила: – Ложись!

– Угу, это многое объясняет, – пробурчала я, но покорно улеглась.

Стоило коснуться головой подушки и прикрыть глаза, как разом полегчало. По спине, шее, рукам и ногам побежали мурашки, а в кончиках пальцев приятно засвербело.

– Да! Получается! – обрадовалась знахарка, продолжая поглядывать на потолок.

– Ася, прости, но ты сейчас похожа на сумасшедшую.

Подруга с недоумением уставилась на меня, а затем прикрыла рот ладошкой и хихикнула.

– Ой, прости! Я и не подумала. А! Ты же ничего не видишь, да?

– Тебя вижу, и ты странная какая-то.

– Прости, Лина! Дальше вы сами разберетесь.

Проигнорировав мой сарказм, Ася улыбнулась и выскользнула из спальни, аккуратно притворив за собой дверь.

– А снадобье? – напомнила я с запозданием.

Догонять ее я не стала. Да и в успокоительном больше не было нужды. Подумав, я придвинулась ближе к драклорду и обняла его. Исключительно в медицинских целях, конечно же!

Глава 19

Тень находит тень, или Заговор местного масштаба

На этот раз я проснулась с ощущением полного счастья и не менее полного мочевого пузыря.

Подняться с постели оказалось непросто. Редж по-хозяйски обнимал меня, не желая отпускать. Минут пять я наслаждалась моментом, слушая мерное дыхание мужчины и невольно улыбаясь. Век бы так нежилась, но игнорировать нужды организма и дальше не представлялось возможным.

Проявив чудеса изворотливости, подменила себя на подушку и спустила ноги с кровати. Замерла, прислушиваясь к организму. Голова больше не кружилась, да и слабости не наблюдалось. Похоже, обмен магией с драклордом пошел мне на пользу. Ну и отлично!

Шторы на окнах не были задернуты, и комнату заливал лунный свет. Похоже, сегодня в кои-то веки выдалась ясная ночь. Интересно, а сколько же времени?

На цыпочках я прокралась в уборную. Сделав дела, умылась прохладной водой и почувствовала прилив бодрости. Больше мне не хотелось возвращаться в постель.

Точнее, меня туда тянуло, как никогда раньше. Те несколько минут после моего пробуждения заставили желать большего, но... Что, если я снова не смогу перешагнуть грань?

Стоило остыть, а заодно выяснить, не случилось ли чего в замке или за его пределами, пока мы спали.

Решено! Нагряну-ка я к караульным с проверкой. Ну и что, что за окном ночь? Пусть не дремлют на постах.

Преисполнившись воинственного настроения, привела в порядок волосы и одежду. Натянула обувь и, прихватив кинжал с каминной полки, тихо вышла в коридор.

Первые же караульные, что мне попались, действительно спали!

Два совсем юных паренька, которым из-за нехватки людей поручали дежурить в коридорах, мирно дрыхли, прислонившись к стене и уронив головы на грудь. У белобрысого текла слюнка из приоткрытого рта. Кучерявый и розовощекий смешно присвистывал носом.

Ну, сущие дети! Сколько им? По шестнадцать-то хоть есть?

Но порядок есть порядок. Особенно когда по территории замка шляются мутные фигуры с кривыми костылями.

– Рота, подъем! – рявкнула я вроде бы даже внушительно.

Оба охранника меня напрочь проигнорировали. Похоже, рядом с ними можно было невозбранно палить из пушки, и то не проснулись бы.

Вздохнув, потрясла кучерявого за плечо.

– А? Кто... Что? – сонно заморгал тот, озираясь по сторонам. Убедившись, что рядом только я, парень расслабился. На меня с надеждой уставились темно-карие глазищи. – Ньера Тень, пожалуйста, не говорите сьеру Пирану, что я уснул. Он меня на конюшне за это выдерет!

Детина обладал густым басом и больше не казался ребенком. Такой крепыш и бычка одной рукой свалит.

Вздохнув, я неодобрительно покачала головой. Парень, не сводя с меня взгляда, уже в третий раз пнул своего напарника, стараясь делать это не слишком заметно. Тот что-то сонно мямлил, но открывать глаза не желал.

– Пожалуй, порка и правда лишней не будет... – пробормотала я задумчиво.

Услышав слово «порка», белобрысый все-таки очухался и хмуро уставился на меня.

– Но ведь войско ушло. Чего нам в замке бояться-то? – наивно захлопал густыми ресницами кучерявый.

– Молодые люди, вы действительно не понимаете? Войско ушло, но не навсегда! Оно может вернуться в любой момент! Вы же не допустите, чтобы лазутчики воспользовались ситуацией?

Белобрысый снисходительно улыбнулся:

– Да как же они сюда проникнут, ньера?

Похоже, он не отнесся серьезно к моим словам.

Со вздохом я достала из ножен нирфеатский клинок и продемонстрировала парням.

– Этот кинжал я обнаружила в одной из караульных башен в груди мертвого дозорного. Уверена, он, как и вы, дремал на посту, не ожидая подлого удара.

Смерив горе-караульных взглядом, я убрала кинжал обратно в ножны.

– Простите, ньера! Я больше не буду пренебрегать обязанностями! – выпалил кудрявый и снова пнул товарища по голени.

Наперебой горе-караульные принялись меня заверять, что все поняли и обязательно исправятся.

– Хорошо. На этот раз прощаю. Но имейте в виду, в следующий раз вместо меня посты может проверить драклорд. Делайте выводы.

Наведя шороху, я отправилась дальше.

Все-таки не зря я затеяла эту вылазку. Я испытывала какой-то удивительный душевный подъем и, шагая по пустым, освещенным факелом коридорам замка, не думала, что наткнусь на незнакомца или столкнусь с неприятностями.

Добравшись до входа в свои покои, я подумала заглянуть и переодеться, но так и не отважилась.

Кстати, а где устроилась на ночлег Айсана?

С тех пор как двери починили, знахарка перебралась из моей спальни в гостиную, где мы оборудовали для нее нормальное спальное место. В тот момент я и не задумывалась, что это дает ей привилегированное положение в замке.

Но если верить тому, что рассказал мне Нож, такое, пусть и случайное, отлучение от Тени может быть расценено остальными как опала. Пожалуй, стоит выделить Асе собственные покои недалеко от моих, чтобы поддержать ее статус.

Вспомнив об Эйрене, я подумала и о поручении, что ему дала. Получилось ли у него что-нибудь выяснить?

Стоило бы отложить этот вопрос до утра, но мне не терпелось узнать все прямо сейчас. Но что, если кто-нибудь увидит, как Тень Дракона шляется по чужим комнатам ночью?

От этой трусливой мысли я даже рассердилась. Я в замке хозяйка, значит, могу позволить себе что угодно в пределах разумного. А ничего неразумного я не замышляла. Безопасность Дорт-Холла – прежде всего.

С такими мыслями я и постучала в покои ньера Шатолье. Мне никто не ответил. Я постучала сильнее и обнаружила, что дверь не заперта.

– Эйрен? – позвала я, входя в освещенную свечами гостиную.

Помявшись, остановилась у входа в спальню и постучала снова. С тем же результатом. Вспомнив караульных, подумала, что проблемы со сном местным не знакомы, и толкнула дверь.

– Эйрен, проснись!

Заглянув в спальню, я обнаружила, что кровать разбойника аккуратно заправлена. Он еще не ложился. На прикроватном столике лежали часы на цепочке, на вид довольно дорогие.

Осмотрев их, я задалась вопросом, откуда они у него. Заодно выяснила, что еще и полуночи нет. Одиннадцать с копейками часов – довольно поздно для местных, которые вставали вместе с Драконом и Тенью. Но где же бродит многострадальный ньер Шатолье, который еще вчера умирающим прикидывался?

Меня вдруг охватило беспокойство. А что, если Нож пострадал, выполняя мое поручение? Может, ему сейчас нужна помощь? Нужно было во что бы то ни стало его отыскать.

Из замка я по старой памяти вышла через черный ход – тот самый, где располагалась прачечная. На улице было темно, тихо и немного зябко. Лето уже повернуло к осени.

Поднявшись на стену, я и там проверила караулы, пару раз устроив нагоняи. А заодно внимательно осмотрела окрестности. С тех пор как драклорд разогнал армию Нирфеи, вокруг замка все было спокойно. А судя по тому, что я не увидела осадных орудий, мой приказ люди выполнили. Так и оказалось.

Эта ночь выдалась удивительно безмятежной. Ярко светили звезды. Темным силуэтом выделялись горная гряда и Драконий Пик на фоне бархатно-синего, в кои-то веки ясного неба.

Конечно, оставалась вероятность, что врагов маскирует магия. К счастью, у меня был индикатор магической опасности – кинжал. Прошлой ночью я окончательно убедилась, что его лезвие светится в такие моменты.

Кстати, днем во время атаки на замок он тоже среагировал, хотя при свете солнца это было едва заметно. В общем, я верила, что волшебное оружие меня предупредит и я успею принять меры. А пока кинжал молчал.

Сделав обход по стенам, я основательно продрогла. Жалея, что не отважилась зайти к себе и прихватить что-нибудь теплое, я спустилась во двор. Вспышка энтузиазма уже угасла, и я решила вернуться в постель под теплый бок Реджинхарда.

Вот только я так и не нашла ньера Шатолье, и никто из караульных не смог сказать мне ничего внятного. Все видели его днем, но потом он как-то пропал из виду.

Вот и где его искать?

Решив не обходить весь двор, направилась сразу к постройкам, возле которых видела подозрительную фигуру. Вдруг обнаружу что-то, что подскажет, где он?

Уже на подходе я услышала приглушенный всхлип. Замерла, тихонько вынув из ножен кинжал. Клинок не светился. Но и я больше ничего не слышала, сколько ни прислушивалась. Постояв немного, двинулась дальше, стараясь не шуметь.

Очередной всхлип и какой-то приглушенный шепот донеслись из ближайшего сарая. Хлам оттуда давно вынесли, дверь починили, заменили прогнившую крышу, и теперь там хранили всякий-разный инвентарь вроде граблей, метел и всякого такого.

Правда, щелей в стенах по-прежнему хватало, к одной из них я и приникла, заметив слабый свет, пробивающийся изнутри.

Огарка свечи в маленькой плошке оказалось достаточно, чтобы разглядеть милующуюся парочку. Девушка полулежала на деревянной столешнице старого стола, демонстрируя аккуратные обнаженные груди.

Кусая губы, она старалась сдержать сладострастные звуки, но они все равно вырывались из ее рта, когда трудившийся над ней партнер, чье лицо скрывала грива волос, действовал особенно активно. Мне хорошо было видно его мощную спину и обнаженные крепкие ягодицы.

От подсмотренной сцены к лицу прилила краска, а низ живота потяжелел, намекая, что мне остается только завидовать подобной страсти.

По какой-то необъяснимой причине я не ушла, а продолжила наблюдать, пока в моей душе боролись стыд и чисто женское любопытство. И вдруг мужчина, в личности которого я ни на миг не сомневалась, повернул голову и посмотрел прямо на меня так, словно дощатая стенка сарая не была помехой для его взгляда!

Наверняка так оно и было. Нож уже продемонстрировал свои незаурядные магические способности, помогая мне наблюдать за Реджем на поле боя. Мало ли, на что он еще способен?

Ужасно смутившись, я поспешила убраться прочь, костеря развратного Ножа на чем свет. Вот как теперь ему в глаза смотреть буду? Ар-р!

Как же я рассердилась на ньера Шатолье! Как можно вот так внаглую пользоваться девушками?! На Росе он явно не женится, и что будет с ней?

А с другой стороны, это не мое дело. Судя по всему, Росе нравилось то, что происходит. Нож ее не принуждал. Да и вообще, она взрослая, свои мозги должны быть.

Пыхтя и сопя от негодования, я поднялась на второй этаж. Мне нужно было выше, но из ближайшей к лестнице комнаты сочился свет и доносились голоса. Перебивая друг друга, там о чем-то спорили женщины. Мне стало любопытно, что тут за ночное собрание такое.

Неспешно я подошла к двери и только хотела постучать, как вдруг услышала:

– Чего раскудахтались? Тихо! – Каркающий голос, принадлежащий пожилой женщине. Ее послушали, и свара моментально прекратилась, а говорящая продолжила: – Еще раз повторяю, от нее одни беды!

– Ньера Тень – добрая девушка. Она никому не причинила вреда. Наоборот! Она всегда нас защищает, – возразила Айсана.

– Много ты знаешь! Море Семидесяти Семи Бурь трижды вышло на берег, и будет только хуже. Нирфеатские отродья напали на нашу деревню, а потом войско пришло к замку. В горах завелся гигантский паук, который бродит ночами и пожирает без разбора и волков, и овец! Вам этого мало?

– Ньера Тень здесь совершенно ни при чем! Не слушайте эту полоумную! – вскричала Айсана.

Я была с ней согласна. Речи выжившей из ума старухи мне совершенно не понравились. Да и что это еще за сходка такая?

– Она и тебе задурила голову, Ася? Так же она поступила и с нашим драклордом, а потом предала! – продолжала порочить меня бабка. – И снова предаст, вот увидите! Попомните потом мои слова!

– Ньера Лина никого не предавала. Это неправда! – стояла на своем знахарка.

– Молодая ты и глупая еще, Ася. Как думаешь, почему драклорд не смог сегодня превратиться в дракона? Потому что она из него всю силу выпила! Говорю вам, нужно от нее избавиться, иначе...

Не выдержав, я ворвалась в комнату под дружный испуганный возглас:

– Что иначе?

Внутри яблоку негде было упасть. Похоже, здесь собралось все женское население замка. На первый взгляд не хватало только Росы, которая выбрала более приятное и, пожалуй, полезное времяпрепровождение, чем слушать бредни злобной бабки.

Я обвела взглядом знакомые и не очень лица, стараясь никого не упустить из виду. Кто знает, что им успела наплести эта ведьма? Не думаю, что присутствующие здесь достаточно образованны, чтобы анализировать ее слова. Еще долбанут по голове.

Но вопреки собственным опасениям я сделала два уверенных шага вперед и остановилась перед импровизированным троном из кресла и множества подушек, на котором с комфортом расположилась пожилая женщина – классическая Баба Яга! И даже огромная мерзкая бородавка на носу у нее имелась.

Кто именно передо мной, я даже не сомневалась. Это имя запомнилось еще с первой встречи с мальчишками. Уж больно странное, царапающее слух.

– Аруха?

– Откель прознала? – буркнула бабка, недовольно пожевав губами.

Ее помутневшие глаза неопределенного цвета смотрели на меня цепко и пристально. Сухой, точно птичья лапа, рукой она крепче стиснула свой костыль-переросток, который куда больше годился для чабана, а не для бабульки преклонных лет.

– Мне многое известно, – ответила я. – Очень многое.

Глаза старухи коварно сверкнули.

– Зачем ты явилась сюда, Тень? Как оказалась в Дорт-Холле? Почему ведешь себя здесь, точно хозяйка?

– Меня послал сам Дракон Прародитель, – ответила я, не моргнув глазом. – Больно дурные дела творятся нынче в Дракендорте. Нужно навести порядок.

У старушенции даже челюсть отвисла от такого наглого ответа. А я пыталась понять, насколько Аруха для меня опасна. На что способна? Реальная она злобная ведьма или только по характеру?

Ася встала рядом со мной, всем видом показывая, на чьей она стороне, и в глазах Арухи промелькнула плохо скрытая ненависть.

Хм, и чем ей так не угодила молодая знахарка?

– А вот зачем ты здесь, Аруха, и почему народ баламутишь? – спросила я напрямую.

На глазах у охочих до сплетен женщин разворачивалось представление похлеще иного мыльного сериала. То-то все запереглядывались да заперешептывались.

– Я правду говорю! Я вижу! Одни лишь беды ты принесешь Дракендорту! – принялась завывать дурным голосом старушенция и даже ткнула в мою сторону своим костылем.

Бабы охнули и раздались в стороны. Но на меня ее уловка не произвела впечатления. Неприятно, конечно, но и только.

Я опустила голову и украдкой покосилась на рукоять кинжала. Убедившись, что тот безмолвствует, а значит, не творится никакого колдовства, взглянула старухе прямо в глаза и заявила:

– Еще раз так сделаешь, и я сожгу твою палку в камине, а тебя выпровожу за ворота к твоим родственникам – нирфеатам.

Старуха от возмущения зашамкала губами. Пожалуй, ей давненько так грубо не затыкали рот. Я же, пользуясь преимуществом, скомандовала:

– Уже слишком поздно для страшных сказок на ночь. Завтра нас ждет непростой день. Все на выход!

Женщины будто только этого и ждали. Мимо меня вереницей они потянулись в коридор. Наверняка им не терпелось обсудить произошедшее.

Оставшись без благодарных зрителей, старушка присмирела. На миг мне даже стало неловко, что напугала пожилую женщину, но я быстро с собой справилась.

Она пришла в мой дом и вела против меня целенаправленную подрывную деятельность, настраивая народ против Тени Дракона. Это именно ее я видела сегодня днем. Из-за нее изменились настроения в народе. Так что никакой пощады!

Мне не нравилось, как Аруха влияет на людей. Возможно, она никакая не прорицательница, а неплохой психолог. Существуют же природные манипуляторы, которые тонко чувствуют и умеют подчинить себе толпу?

Не хотелось бы мне получить подножку, камень в висок или нож в спину в самый неподходящий момент. Меня Злата дома ждет, и я должна сделать все, чтобы вернуться к ней целой и невредимой. Так что никакой пощады!

– Айсана, проследи, чтобы у дверей этой комнаты поставили охрану и никого не впускали до утра. Драклорд проснется и разберется с заговорщицей.

– Как ты смеешь меня запирать! Я... Я знаю, что с тобой будет! – Карга попыталась манипулировать и мной тоже.

– Не слушай ее, Лина, – тихо сказала Ася. – Она или небылицы плетет, или гадости изрыгает. Настоящих предсказаний раз-два и обчелся.

Несмотря на возраст, Аруха ее услыхала:

– Ты! Я всегда говорила, что ты сорная трава! Вырастет такая на поле, и все! Ничего доброго не останется! Коза в огороде!

– Сама ты коза! – пробормотала Ася одними губами.

Видимо, огрызнуться в лицо ей все же не хватило решимости или не позволило воспитание.

– Доброй ночи, Аруха. Рекомендую вам успокоиться и вести себя прилично. В таком возрасте так волноваться ни к чему.

Я вышла в коридор и уставилась на подоспевших Пирана и Гана.

Надо же! Ребята уже обо всем прознали. Быстро слухи по замку расходятся! Куда до них лесному пожару.

– Охраняйте прорицательницу. Никого к ней не впускать и не выпускать до распоряжения драклорда. Это понятно?

– Да, ньера Тень!

Мы с Асей поднимались наверх, когда я поинтересовалась:

– Не понимаю, что я ей сделала? Я даже не встречалась с ней ни разу.

– Это не из-за тебя, а из-за меня.

Ответ оказался неожиданным.

– Как это понимать?

– Я не раз просила Аруху меня поучить. Понимаешь, она прорицательница, но не управляет своим даром. Она обманывала народ, сколько себя помню. Иногда у нее случались видения, которые сбывались. Примерно одно из сотни. Остальные она просто выдумывала, чтобы добиться своих целей.

– И что, никто ничего не заметил?

– Староста знает. Аруха когда-то ему помогла, вот он и закрывает глаза на ее вранье. А иногда сам им пользуется. Они такие представления порой разыгрывают, любо-дорого посмотреть! А народ верит.

– Ушлый мужик этот ваш староста!

– Есть такое. Но он хорошо управлял деревней и заботился о людях. И Аруху не во вред использовал, а чтобы принудить работать лентяев или успокоить страхи. А вот сама она частенько перегибала со своими предсказаниями...

– Манипулятор – эта ваша Аруха! Человек, который заставляет всех плясать под свою дудку, – пояснила я на всякий случай.

Айсана согласно покивала:

– Я давно обо всем догадалась. Еще по малолетству, да и ляпнула об этом прилюдно, уличив ее в обмане. За то она меня и не любит. Тогда-то мне не особенно поверили да и быстро забыли. А вот Аруха запомнила и учить меня отказалась.

– Может, и к лучшему? Чему такая могла бы научить?

– Вообще-то, она многое знает. И о травах, и мир хорошо чувствует – видит многое. А мне показать отказалась. И не потому, что беду это принесет, а потому, что ей не нужна в деревне вторая знающая. А ведь у меня и силы побольше. Я целить умею, да и в травах сама разобралась потихоньку – мне женщины, что знали, подсказывали, а староста однажды полезную книжку подарил.

Я понятливо усмехнулась:

– Ясно. Аруха сытное место подле старосты зажала. Все как всегда. Старые песком дорожки посыпают, но молодым и более талантливым дорогу уступить не хотят. Одно не ясно: я-то тут при чем?

– Ну как же, Лина! Ты же меня приблизила. С собой в одних покоях поселила. Подругой зовешь. Аруха решила, что я заняла ее место. Одно дело при деревенском старосте прорицательницей ходить, и другое – быть наперсницей Тени Дракона.

Я с трудом представила на месте Аси кого-то вроде Арухи. Брр!

– То есть Аруха поняла, что стать моей наперсницей не светит, и поэтому решила меня очернить?!

– Ну, если ты плохая, значит...

– Значит, и ты плохая тоже? М-да. Логика железная!

Мы поднялись на третий этаж и повернули в коридор. Ася остановилась у моих покоев.

– Ты что, здесь будешь ночевать? – удивилась я.

– Ну да. Сегодня мне нежелательно с кем-то комнату делить. Арухе многие верят. Мало ли...

Я еще раз убедилась, что нельзя это оставлять просто так. Слишком уж сильно влияние прорицательницы на людей. Правильно я сделала, что приставила к ней охрану.

– Но как ты там будешь спать? Там же гарью воняет!

Знахарка улыбнулась:

– Уже нет. Я знаю травки, которые всякую вонь изгонят, если их запалить. Останется немного проветрить и отваром из них же побрызгать.

– Полезные травки! Буду иметь в виду, когда снова понадобится избавиться от вони. Ну... А ты не боишься там ночевать? – Я замолчала и уставилась на знахарку, осененная догадкой. – Айсана, а не связана ли Аруха с появлением чудовища?

Глава 20

Провидица и дракон

Я все-таки зашла в свои покои вместе с Айсаной. Здесь и правда ничего больше не напоминало о случившемся. Девушки навели порядок, и вонь повыветрилась. На всякий случай я обошла все комнаты с кинжалом, а Ася следовала за мной и наблюдала.

– Добрая вещь, хоть и нирфы ее сделали, – неожиданно заметила она. – Я не чувствую в ней никакого зла.

Хорошо, что знахарка так считает. Хоть она еще и молода, но у нее уже имеется авторитет среди людей. Это значит, и ее мнение будут учитывать. Не всем по душе Арухины речи.

– Драклорд однажды тоже сказал, что зло несет не оружие, а рука, что им управляет.

– Наш драклорд мудр.

Не обнаружив ничего враждебного, я оставила подругу и отправилась в покои Реджа.

Драклорд не спал. Уже одетый, он сидел за столом у окна и ел мясное рагу. Набрав полную ложку, он так и не положил ее в рот, а поинтересовался строго и с некоторым подозрением:

– Где ты была, Лина?

– Не поверишь, делала обход! – плюхнувшись на стул напротив, сообщила я, гордая своими плодотворными похождениями.

– Обход?! – переспросил Драклорд.

– Ну да! – Я улыбнулась. – Проверила посты и обстановку за стеной. Осадные орудия с поля убрали, тела погибших нирфов сбросили в море – об этом мне караульные рассказали. Случайно узнала грязную тайну, а заодно поймала кое-кого, кто народ в замке баламутит, – отчиталась я.

Рука Реджа дрогнула, и содержимое ложки частично свалилось обратно в тарелку. Драклорд взглянул на меня с укоризной.

– Что? – не выдержала я этого взгляда.

Ну правда, мог бы и похвалить для разнообразия!

– Василина, ночной обход – не женское дело. Приличной ньере в такое время из покоев выходить не след!

Я поднялась со стула и заявила:

– Так, дорогой. Давай-ка на берегу определимся, что мне след, а что не след. Там, откуда я прибыла, равноправие. Я сама привыкла решать и не собираюсь менять свои привычки.

Несколько долгих мгновений мы буравили друг друга непреклонными взглядами. Вдруг губы драклорда растянулись в хищной улыбке.

– Ты назвала меня «дорогим», я не ослышался?

Отчего-то я смутилась и не стала отвечать. Только демонстративно закатила глаза.

– Мне нравится, – мурлыкнул Редж, смутив меня еще сильнее. – Ну и как там посты?

Такую смену его настроения я посчитала добрым знаком. Возможно, нам удастся найти общий язык, несмотря на разницу менталитета.

– Несколько караульных спали, за что получили взбучку. В остальном порядок.

– Угу. А о каких возмутителях спокойствия ты упомянула?

– Среди деревенских, нашедших приют в замке, есть прорицательница Аруха. Знаешь такую?

Драклорд кивнул:

– В детстве я ее даже побаивался. Я тогда часто играл с деревенскими мальчишками, и она нас своей клюкой колотила. Длинной такой.

Теперь сомнений не было, Реджинхард Берлиан точно был знаком с Арухой.

– Она внушает людям, что все происходящее в Пределе – моя вина. Якобы это из-за меня нирфеаты со своими монстрами осаждают Дорт-Холл.

– Не без этого, – перебил меня драклорд. – Но ты же не знала, как работает Рассекающий.

Я насупилась:

– И море тоже наступает из-за меня?

– Бред! Море наступает, потому что я не заменил вовремя кристалл.

Редж рывком поднялся и принялся мерить шагами комнату, и я тут же его простила. Он не хотел меня задеть, просто констатировал факт. Я и правда испортила защитный барьер Дракендорта, пытаясь вернуться на Землю. Поэтому и Нирфея со своей армией здесь.

– И... ты не можешь контролировать дракона тоже из-за меня, – озвучила я еще одно прегрешение, приписанное мне Арухой.

– Не могу контролировать дракона?! – возмутился драклорд. – Сегодня нам с Берлианом пришлось все силы напрячь, чтобы создать иллюзию, которую почти не отличить от реальности. Мы обратили в бегство целое войско! А она... – Редж прошагал к выходу и, распахнув двери, рявкнул в коридор: – Приведите Аруху! Немедленно!

Через несколько минут прорицательница предстала перед нами в кабинете Реджинхарда. Я, как и полагается Тени, находилась рядом. Стояла чуть позади слева от кресла, в котором величественно восседал драклорд.

Старушенция ехидно косилась на Пирана и Гана, которые ее сюда сопроводили, и мне почему-то это не понравилось. Но как только она увидела драклорда, сразу же изобразила кротость и смирение. И немощность!

Дыбая так, словно ей уже стукнуло сильно за сотню, Аруха приблизилась к столу и остановилась, едва не повиснув на своем посохе. Всем видом она демонстрировала, как ей сложно стоять на ногах. Даже у меня что-то внутри дрогнуло.

Ну да, ну да! А когда в толпе шныряла и за сарай шмыгнула, то и иной ассасин позавидовал бы ее проворству. С легким злорадством я отметила, что драклорд не спешит предлагать бабушке второе кресло.

– Аруха, у меня к тебе есть вопросы, – холодно произнес он.

– Я готова дать ответы, мой драклорд.

Аруха еще ниже склонила голову, подобострастно поглядывая на Реджа.

– Зачем разносишь лживые слухи по замку? Зачем очерняешь мою Тень?

– Так ведь ненастоящая она, мой драклорд. Явно ее нирфы подослали вам на погибель. – Аруха недобро так зыркнула на меня.

С торжеством зыркнула! Уверенная в том, что нанесла удар в самое сердце противника.

– У тебя было видение? – спокойно так, но с искусно замаскированной угрозой поинтересовался Реджинхард.

Когда так спрашивают, лучше не обманывать.

Почувствовала это и прорицательница. Замялась, но решила не нарываться лишний раз.

– Я видела, что Тень не та. Она не такая, как мы. Но откуда же ей тогда взяться в замке? Говорю вам, это нирфы...

– Дракон Прародитель прислала ее, чтобы восстановить справедливость! – перебив старуху, ответил Редж моими же словами.

Я удивленно на него посмотрела, ощутив прилив нежности. Интересно, он и правда так считает? Неужели недоверие, которое драклорд демонстрировал совсем недавно, исчезло?

– Но... Господин! Она не поможет вернуть вам дракона, я точно знаю! Я это отчетливо видела!

Карга резво метнулась к столу, будто позабыв, что нужно притворяться немощной.

– Чудовище в моей спальне твоих рук дело? – не выдержала и задала вопрос я.

Аруха надменно хмыкнула, смерив меня взглядом.

– Это так? – надавил драклорд.

– У Тени своей поинтересуйтесь, откуда в ее спальне чудовище взялось. Она лучше нашего с вами о том знает, – отважилась на дерзость карга.

Я нахмурилась, пытаясь справиться с изумлением, и спросила:

– На что ты намекаешь?

– Я не намекаю, а говорю прямо. Я тут ни при чем, но точно знаю, что нирфеатская тварь появилась в замке из-за тебя, – ехидничала Аруха, и не собираясь быть почтительной.

Но самое противное, не похоже было, что она врет! Вон как радуется, что на меня хоть брызги разлитых ею помоев, да долетели.

– Объяснись! – приказала я.

Но старуха только поджала губы, изображая оскорбленное достоинство.

– Ответь ньере Тени! – приказал драклорд.

– Сама ты его и притащила! Чего тут объяснять? – буркнула противная бабка.

– Повежливее. Ты говоришь с Тенью Дракона! – не выдержал Редж.

– Но ведь она...

– Ты говоришь с Тенью Дракона! – членораздельно повторил драклорд, и в его речи отчетливо послышалось драконье рычание.

– Простите старую. Забылась. Совсем из ума выжила! – лихо забила поклоны прорицательница.

Дай бог мне в ее возрасте такую спину!

– Не советую больше забываться. – Редж откинулся на спинку кресла и приказал: – Рассказывай, что тебе известно?

Аруха замялась.

– Мой драклорд, видения, что мне приходят, не слишком четкие. Иногда сложно различить детали. Да и приходят они не всегда по моему желанию. – Прорицательница нахмурилась, подтверждая то, что рассказала о ней Айсана.

– Рассказывай, что знаешь. И не советую выдумывать. Я и без дракона способен отличить правду от лжи.

Старуха окончательно сникла и показалась древней и усталой. Мне отчего-то стало неловко. Видимо, уважение к пожилому возрасту все-таки брало надо мной верх.

– Аруха, просто скажи все как есть, и я забуду об этом недоразумении. Взамен ты поговоришь с людьми и объяснишь, что ошибалась на мой счет.

– Если я откажусь от своих слов, мой авторитет среди людей подвергнется сомнению, – возразила прорицательница.

Похоже, она искренне верила в те слухи, что распространяла.

– Соврешь, что у тебя было новое видение, тебе не привыкать, – подсказала я с иронией.

– Идет! – нехотя согласилась старушенция. – Дайте мне руку, ньера Тень. Может, я и правда смогу увидеть больше, – попросила неожиданно она.

Я вопросительно посмотрела на драклорда, но тот не выказал беспокойства.

Никогда не доверяла гадалкам. Не ходила с подружками гадать на женихов за булку хлеба или другие продукты. Не останавливалась на призывы цыганок у привокзальной площади, но сейчас мне стало любопытно. В Пределах магия – обыденность. Я успела на нее насмотреться и даже сама использовала, пусть через меч или кинжал. Почему бы и не попробовать?

А если прорицательница вздумает запудрить мне мозги, как деревенским, и станет нести бред, драклорд ее мгновенно раскусит. Запугать нас у нее не получится.

Мальчишки в день нашей первой встречи сказали, якобы Аруха напророчила, что лишь синий дракон поможет попасть в запертый магией замок. Отчасти ее предсказание оказалось правдивым: Баламут – брат Соника, пусть и косвенно, но сработал пропуском в Дорт-Холл. Поэтому, вкладывая руку в сухую ладонь старой карги, я испытывала легкий трепет.

Когда ее узловатая клешня стиснула мои пальцы, волоски на теле зашевелились, словно от статического электричества.

– Ты подобрала что-то. У леса. Принесла в замок. В свою комнату. Оно и притянуло чудовище.

Якорь! Как и предполагал Нож!

– Что это было?

– Какая-то мелочь. Точнее не скажу, – слишком буднично ответила карга.

Так даже неинтересно! Хоть бы повыла для пущего эффекта.

А вот насчет мелочи Аруха не ошиблась!

Я вспомнила, как подобрала перчатку, перламутровую рыбью чешуйку и двузубую гнутую вилку на месте стоянки нирфеатов. Сама не понимаю, зачем все это мне понадобилось. Но тогда я посчитала, что вещи пригодятся, и напрочь забыла о них уже через минуту. Интересно, которая из них стала якорем для монстра? Или, может, сразу все?

Вдруг сухие пальцы стиснули мою ладонь крепче, почти до боли. Глаза Арухи залило белым светом:

– Ты ему не поможешь! Ты не та Тень! Не поможешь! Тебе не освободить дракона! – вещала бабка на этот раз уже со всеми спецэффектами.

Зрелище было то еще!

Я испуганно шарахнулась, вырвав у нее руку, а Аруха, пошатнувшись, повалилась навзничь. Если бы не резвый Ган, точно разбила бы себе голову о каменный пол.

– Хорошая реакция! – похвалила я парня.

– Дело-то привычное, – улыбнулся тот, придерживая конвульсивно вздрагивающую бабку. – С ней всегда так, когда она настоящие предсказания делает.

– Так вы все знаете, да? О том, что Аруха привирает.

Парни переглянулись, и Пиран ответил:

– Так-то все знают, но помалкивают. Все-таки она порой годно прорицает.

Мы все уставились на Аруху, которая перестала вздрагивать, но будто бы потеряла сознание.

– Отнесите ее в комнату, где она живет, и позовите Асю. Пусть посмотрит. Все же пожилой человек, мало ли... Вдруг с сердцем плохо.

Хоть я и грозила старухе всяческими карами за наветы, но смерти не желала.

– Ньера Лина, да не волнуйтесь вы так. С бабушкой Арухой все хорошо. Разве что проснется в скверном настроении и примется изводить всех втрое сильнее обычного. С ней каждый раз так.

– Ясно. Тогда поступайте, как знаете, – кивнула я, внимательно посмотрев на помощников. – И, парни, у меня к вам просьба...

– Ньера Лина, мы ничего никому не скажем о том, что тут услышали, – правильно поняли меня ребята.

Неожиданно посетила мысль, что с тех пор, как они пришли в замок, состарились на несколько лет. Так их придавило ответственностью.

Когда они вышли и унесли с собой прорицательницу, я посмотрела на драклорда. Тот задумчиво и пристально смотрел на меня. Под его взглядом я стушевалась:

– Прости. Наверное, мне не стоило так свободно распоряжаться, пока ты здесь...

– Василина, ты ведешь себя, будто хозяйка в Дорт-Холле, но... Почему-то мне это нравится.

Он улыбнулся и поднялся с кресла. Обошел стол, остановившись возле меня. Я подняла на него глаза и, облизнув пересохшие вдруг губы, озвучила свои опасения:

– Редж, что, если Аруха права? Что нам делать?

Драклорд пожал плечами:

– Проверим ее слова прямо сейчас. У нас впереди целая ночь, чтобы что-то придумать. В алмазной пещере довольно прохладно, тебе стоит что-нибудь накинуть, прежде чем туда идти.

При этих словах в его взгляде вспыхнул знакомый огонь, и мои щеки окрасило смущение от воспоминаний о нашей первой встрече. Ужасно захотелось, чтобы Редж снова меня поцеловал. Страстно. Прямо как тогда...

– Тогда мне нужно заглянуть к себе.

– Я провожу.

В сопровождении Реджа я добралась до своих покоев и осторожно вошла, чтобы не потревожить спящую в гостиной знахарку. Но Айсаны в ее кровати не оказалось. Наверное, Пир и Ган все-таки позвали ее, чтобы осмотреть Аруху.

В гостиной, в моей спальне и даже в ванной комнате горели свечи, затапливая пространство уютным желтым светом. Не было ни единого уголка, который бы тонул в кромешной темноте. Без опасений я пробралась в гардеробную и, чтобы не тратить время, схватила первую попавшуюся теплую вещь – длинный плащ, подбитый гладким серебристым мехом.

Накинув его на плечи, я выскочила наружу. Редж ждал меня у окна.

– Так годится? – Я продемонстрировала ему плащ.

– В самый раз! Я в любом случае не дам тебе замерзнуть. Идем?

Он протянул руку, и я без раздумий вложила в нее свою.

На этот раз мы не стали спускаться во двор ко входу с решеткой. Редж свернул на втором этаже в ту часть замка, где еще не навели порядок, и остановился у какой-то ниши. В ответ на мой вопросительный взгляд он повел рукой, и часть кладки бесшумно отъехала в сторону, открыв темный проход.

– Так будет намного быстрее, – заметил Редж, когда потайная дверь за нами закрылась и мы оказались в кромешной тьме.

– Не уверена... – Я крепче стиснула его руку и придвинулась ближе, чтобы ощущать его плечом.

– Не бойся, я все отлично вижу.

Редж двинулся вперед. Путешествие во мраке надолго не затянулось, и совсем скоро мы выбрались в коридор, у самого входа в пещеру, где «заряжался» Рассекающий.

– Отлично! – воскликнул драклорд, вынув меч из сталагмитового «куста».

Покрутил его в руках. Поднес к глазам, глядя вдоль лезвия, а затем одним отточенным движением убрал в ножны.

Чтобы использовать магию меча, ему не требовалось озвучивать свои пожелания. Он просто притянул меня к себе, и в следующий миг что-то изменилось. У меня знакомо закружилась голова, вынуждая зажмуриться и крепче вцепиться в него. А потом – раз! И мы очутились в той самой пещере, где и началось наше знакомство.

– Только не пугайся, – шепнул мне на ухо драклорд, и вовремя!

«Лина, как же я рад тебя видеть!» – раздалось прямо в моей голове!

От неожиданности я вздрогнула. А потом еще раз, когда увидела совсем близко два оранжевых блюдца. На расстоянии вытянутой руки от меня обнаружилась огромная драконья голова!

Я... В общем, хорошо, что Редж меня обнимал, не то я бы точно ломанулась прочь с визгами, разглядев очертания гигантского ящера. А так я только снова зажмурилась и прижалась к нему теснее в поисках защиты.

Вот ведь! А полагала, что готова увидеть живого дракона. Думала, что удивляться уже нечему.

Пережив первый шок, я взяла себя в руки и вежливо поздоровалась:

– Здравствуйте!

– Василина, знакомься. Это Берлиан – алмазный дракон, хранитель Предела Дракендорт и... часть меня.

«Лина, я очень рад с тобой снова встретиться!» – послышалось прямо в моей голове.

Сам дракон по-прежнему не шевелился, только узкие зрачки, пересекающие оранжевые блюдца, слегка расширились.

– И я тоже рада... – выдала я со смешанными чувствами.

Повисла неловкая тишина. Дракон разглядывал меня. Я делала то же самое.

Ящер лежал на полу, но его гигантское тело возвышалось над нами, точно гора, теряясь в темноте. Я видела только морду, размером с легковой автомобиль, и глаза-блюдца, навевающие мысли о Чеширском коте.

Убедившись, что я не испытываю страха, Редж зажег несколько магических огней, которые высветили древнего ящера целиком.

– Ты действительно алмазный! – восхитилась я, наблюдая красивую игру света на гранях чешуек огромного, как двухэтажное здание, дракона.

По иллюзии, которая вчера громила нирфов, я не смогла по достоинству оценить его габариты.

Оба – и человек, и дракон – расхохотались. Редж – вслух, а Берлиан – в моей голове. Странно это было слышать – натуральный мужской голос. Но совсем не такой, как у Реджа.

– Берлиан, ты, случайно, не болен? – спросила, отметив, что дракон не делает попыток подняться и даже не шевелится.

Редж хохотнул и сдал часть себя:

– Разве что на голову, если думает, что, прижавшись к полу всей тушей, выглядит меньше.

«Редж! Я просто не хочу снова напугать нашу Тень!» – воскликнул с укором дракон.

Я улыбнулась и задала вопрос, который мучил меня уже какое-то время:

– Берлиан, а я настоящая Тень Дракона?

Отчего-то вдруг стало важно услышать ответ от самого дракона. Видимо, засели где-то на подсознании слова Тапределя и Арухи.

«Ты – моя Тень, Лина. Самая что ни на есть!» – подтвердил Берлиан, и у меня словно груз упал с плеч.

– Раз так, давай-ка снимем с тебя гадость, которая не позволяет выйти из пещеры. И устроим нирфам ледовое побоище, если посмеют вернуться!

Окончательно перестав робеть, я коснулась драконьего носа и воскликнула от неожиданности:

– Ой! Ты теплый!

Почему-то я полагала, что алмазная броня ящера должна быть твердой и холодной.

«Василина, а я тебе хоть немножечко нравлюсь?» – с надеждой спросил Берлиан, приподнявшись на передние лапы.

Мне показалось, что сейчас он завиляет хвостом.

– Полегче, Бер! – ревниво рявкнул Редж, а я хихикнула, прикрыв рот рукой.

– Как ты можешь не нравиться? Ты же такой красавец! Можно я тебя еще поглажу?

«Можешь делать все, что заблагорассудится!» – с нескрываемым восторгом заявил дракон и снова лег, чтобы мне было удобнее его касаться.

Я снова погладила его неожиданно теплый нос.

– Обалдеть! Я трогаю руками дракона! Самого настоящего! С ума сойти! – не сдержала я бурлящие эмоции. – Как здорово!

Я прижалась и обняла застывшего Берлиана за морду.

– Знаешь, Бер, я тебе завидую. Меня она никогда не рвалась погладить. И красивым не называла ни разу, – ревниво прокомментировал Редж.

Я невольно покраснела. Ошибаешься, мой драклорд. Еще как рвалась!

Ящер блаженно закатывал глаза и издавал забавные тоненькие звуки, похожие на хрустальный перезвон, когда мои ладони скользили по его гладкой шкуре, неожиданно приятной на ощупь. Удивительно, но она была одновременно и твердой, и бархатной.

Но как такое возможно? Совершенно новый тактильный опыт для меня, если можно так выразиться.

– Ему же приятно, да? – обернулась я и поинтересовалась у Реджа. А потом, спохватившись, уточнила у самого Берлиана: – Так хорошо?

Я как раз активно чесала драконий подбородок, точно гигантскому котейке.

– Ему всяк хорошо! – раздраженно ответил за дракона Реджинхард.

«Ты просто завидуешь, Редж! – самодовольно отозвался Берлиан. – Ага, вот тут. А теперь чуть правее и ниже. О да... И чуть-чуть посильнее. О-о...»

Я гладила дракона, точно пса, испытывая детский восторг. А потом от избытка эмоций наклонилась и чмокнула в нос.

– Так. Ну хватит! – вмешался в это безобразие Редж. – Устроили тут разврат какой-то! Поднимись, Бер. Пусть она снимет с тебя яхнэ, и покончим с этим раз и навсегда.

Глава 21

Слезы Тени

Реджинхард Берлиан,

драклорд Дракендорта

Предел Дракендорт, Пик Дракона,

пещера алмазного дракона

Разнежившийся в руках нашей тени Бер нехотя поднялся, глядя на Василину с умилением. Я не должен был к нему ревновать, но ревновал...

Отогнав глупые мысли, я поблагодарил Дракона Прародителя. Как же я рад, что Тень меня не предавала!

– Редж, а где эти самые яхнэ, которые я должна снять? – Василина слегка растерянно рассматривала Бера.

«Редж, похоже, Лина не видит яхнэ...» – спустил меня с небес на землю дракон.

– Браслеты – на его передних лапах.

Серебряные украшения, покрытые древними рунами, создавались, чтобы символически соединить две родственные души, но по злой воле превратились в оковы. Я с ненавистью уставился на проклятые артефакты.

– Браслеты... – Василина хмурилась, силясь разглядеть хоть что-нибудь, а затем расстроенно посмотрела на меня: – Редж, я ничего не вижу. Может, это потому, что я не маг? – предположила она.

«А ведь мы это не учли!» – поддержал ее Бер.

«Линдара тоже не была магом, но умудрилась их надеть на меня», – выразил я сомнения, но мысленно, чтобы меня услышал только Берлиан.

Не хотелось лишний раз упоминать предательницу при Василине.

«Тебе ли не знать, какие причудливые пути иногда выбирает зло!» – ответил дракон тоже только мне.

– Редж, а ты можешь мне помочь, как это сделал Нож... То есть ньер Шатолье?

– Что?!

Василина отчего-то смутилась.

– Ну... Когда ты сражался с драуграми, он что-то сделал, чтобы я смогла наблюдать за боем. Ты был далеко от стены, но благодаря его магии я видела тебя как на ладони. Ты так умеешь?

Она рассказывала как ни в чем не бывало, а мы с Берлианом потихоньку зверели.

«Убью Эмералда!» – глухо прорычал дракон в моей голове.

«Сверну голову этому пройдохе Эйрену!» – вторил я ему.

«Да как он посмел прикоснуться к нашей девочке?! Как только в голову пришло использовать свои способности на ней? Тень Дракона неприкосновенна!» – бушевал Бер.

Я понимал, что он готов разнести всю пещеру, но даже не шевелится, чтобы не напугать Василину.

«Мне тоже хочется вырвать ему руки из плеч, но не забывай, что Эмералд сейчас немного не в себе. А Эйрен всего лишь временный носитель и не способен усмирить дух дракона».

– Редж, что-то не так? – забеспокоилась Тень из-за нашего молчания.

– Нет-нет! Просто я недоволен поведением ньера Шатолье. Он не должен был использовать магию на тебе, – объяснил я свою реакцию, а затем подошел и обнял свою Тень сзади.

Она доверчиво прижалась ко мне спиной и спросила:

– Мне закрыть глаза?

Это было совершенно необязательно, но отчего-то я ответил:

– Да.

Держать Василину вот так было невероятно приятно. На несколько мгновений я почти забыл, зачем вообще это делаю, наслаждаясь близостью.

«Редж, а можно побыстрее?» – Теперь и мысли дракона неожиданно окрасились ревностью.

«Что такое с нами, Бер? Почему мы это чувствуем?» – не выдержал я.

«Все так сложно и одновременно просто, Редж. Ты разорвал нашу связь, и с каждым часом мы отдаляемся. Заметь, мы даже разговаривать стали реже. – Обиду Бера я прочувствовал сполна. – Тень Дракона одна, но чья она? Твоя или моя, а?»

– Редж? – забеспокоилась Лина.

«Я тебя понял, друг. Надеюсь, мы разберемся с этой проблемой прямо сейчас и, как и раньше, станем единым целым».

– Можешь открывать глаза, Василина, – отозвался я, пропуская потоки своей магии через ее тело.

– Ой! Ого! Какая красота! – завертела головой моя Тень, осматривая своды пещеры. – Тут и раньше было симпатично, но я и не представляла насколько!

«Лина, теперь ты видишь яхнэ? Сними их поскорее! Я так хочу глотнуть свежего воздуха и наконец расправить крылья», – поторопил ее дракон.

– Прости, Берлиан! – спохватилась моя Тень и уставилась на его передние лапы. – О! Теперь я вижу браслеты. Красивые! Ой... Прости! Я не это хотела сказать. А где у них застежка?

Лина наклонилась, чтобы осмотреть правую лапу. Я подался следом, и получилось несколько двусмысленно. Тень тут же выпрямилась.

– Что ты делаешь?!

– Эм... Сохраняю контакт, давая тебе возможность видеть браслеты, – объяснил я свои действия, невольно смутившись.

– А ты... Можешь немного иначе сохранять контакт?

Василина обернулась, многозначительно взглянув на меня. И я отметил, как она покраснела.

– Прости...

«Вот же я идиот! Мог бы и догадаться, что ставлю ее в, кхм... неловкое положение».

«А-ха-ха-ха! – откровенно ржал Бер. – Знаешь, друг. За такое “неловкое положение” не грех и по морде схлопотать! А-ха-ха-ха!»

«Заткнись, Бер! А то тоже получишь по морде».

«Если снова получу поцелуйчик в нос от Тени, то я только за!» – Дракон состроил умильную мордаху.

– Какой же ты милашка, Бер! – Василина доверчиво потянула к нему руки.

Берлиан подался навстречу. При этом его нос оказался совсем близко к моему лицу. Я тут же отвернулся в сторону:

– Нет-нет, я тебя точно чмокать не стану! И не надейся!

«Да больно ты мне нужен! Меня чмокнет Лина. Да, Лина?»

– Если будешь хорошо себя вести!

– А меня чмокнешь, если буду хорошо себя вести? – не удержавшись, шепнул я ей на ушко, с удовольствием наблюдая, как покрылась мурашками ее шея.

Она не ответила. Лишь коротко обернулась, на миг поймав мой взгляд, а затем попросила:

– Бер, дай-ка мне свою лапу.

Василина Вьюга, Тень Дракона

Предел Дракендорт, Пик Дракона, алмазная пещера

Мои руки проходили сквозь треклятое яхнэ, точно через голограмму!

Сколько я ни пыталась, пальцы лишь скользили по алмазной броне. Закусив губу, я пыталась снова и снова, но ничего не получалось!

– Не выходит! – воскликнула я в отчаянии. – Я не могу к ним прикоснуться, как будто бы их не существует!

Я вырвалась из объятий Реджа и обернулась. Разочарование в его глазах меня добило. Не слушая оклики, я убежала в дальний угол. Спряталась там за сталагмитовый куст, села прямо на пол и расплакалась, спрятав лицо в ладонях.

Я оплакивала свои несбывшиеся мечты.

Все эти дни я держалась. Верила, что все образуется. Что мы справимся со всеми трудностями. Планировала, что вернем дракона и разберемся с нирфеатами. Предотвратим грядущий катаклизм, а затем создадим какой-нибудь портал. Или Рассекающий поможет нам видеться чаще, но...

Точно маленькая глупая девочка, я мечтала о волшебстве. О сильном и красивом мужчине рядом. О том, как мы что-нибудь придумаем, чтобы быть вместе, ведь любовь преодолевает любые преграды.

Но, похоже, романтические сказки – не мое. Для меня мироздание готовит только хардкор!

Этот мир гибнет, а люди винят Тень Дракона во всех своих бедах. Сколько пройдет времени, когда вместо шепотков по углам они поднимут меня на вилы.

А Редж?

Разочарование в его глазах ясно дало мне понять, что я не оправдала надежд. Не думаю, что такая бесполезная Тень нужна драклорду и его дракону.

Зато я точно знаю, что нужна своей дочке.

– Злата, Златочка, девочка моя, я обязательно вернусь к тебе, и мы заживем как раньше. Только дождись и верь, что мама скоро придет. Я вернусь. Я все для этого сделаю или погибну с твоим именем на устах! – бормотала я сквозь разрывающие грудь всхлипы.

Думать о том, что мою кровиночку уже забрала у Гапы опека и теперь она живет в приюте, считая, что мама ее бросила, было невыносимо.

«Как же мне все надоело! Это не мой мир, не мои проблемы! Почему я здесь? Зачем? А-а-а-а!»

Истерика прекратилась так же внезапно, как и началась. Слезы высохли за мгновение, точно их и не было. Я медленно поднялась и вышла, не пряча опухшего лица. Пусть любуются. Мне все равно.

Берлиан и Реджинхард оказались совсем рядом. Оба молчали, буравя меня нечитаемыми взглядами.

– Простите. Я не та, кто вам нужен. – Я развела руками и, проследовав мимо них, вышла из пещеры наружу.

Я не до конца осознавала, что делаю. Холод тут же сковал мое тело, как и в прошлый раз, но он вполне соответствовал моему внутреннему состоянию опустошения. Плотнее запахнув плащ, я направилась к уже знакомому обрыву, с которого любовалась на замок в день появления здесь.

А что, если вернуться домой куда проще, чем кажется? Может, я в коме и весь этот мир мне снится? Если так, нужно просто проснуться...

– Лина! – Редж ухватил меня за руку, разворачивая к себе.

Долгое мгновение мы смотрели друг другу в глаза, и я вопреки всему залюбовалась идеальным мужским образом, который создало мое воображение. Теперь понятно почему. Я даже заточение в пещере могу объяснить. Слишком сложно мне было снова поверить мужчине. Вот и придумала себе идеального, но недоступного...

Ветер трепал волосы драклорда. Стремительно покрывал наметившуюся бороду инеем. Колол острыми иглами снежинок мои щеки...

Редж вдруг притянул меня к себе и поцеловал.

Лютый холод снаружи, и жар вулканической лавы внутри. Разве можно такое выдержать?

Ноги ослабли, и мне почудилось, что я теряю сознание. Реджинхард подхватил меня на руки и понес обратно в пещеру.

«Василина! Как только ты могла такое о нас подумать? У меня чуть сердце не разорвалось! Ты заставила плакать алмаз!» – укорил меня Бер.

Из оранжевых глаз дракона одна за одной катились алмазные слезы и грохались ограненными булыжниками на пол. Но даже это чудо не привело меня в чувство. Кажется, я исчерпала запас эмоций на сегодня.

– Осторожнее! Зашибешь! – рыкнул на него драклорд, отскакивая от очередного булыжника, когда морда рыдающего дракона оказалась слишком близко.

«Извини...»

– Лучше угомонись и помоги ее согреть!

Закутав меня в плащ, точно в пеленку, и прислонив к боку свернувшегося калачиком дракона, Редж принялся растирать мои озябшие пальцы. Затем стянул отнюдь не зимние сапожки и проделал все то же самое с пальцами ног.

Дракон обрушил на меня поток мыслей, твердя о том, что мы со всем справимся. Что обязательно найдем выход, и, кажется, что-то еще внушал о чувствах.

До меня с трудом доходил смысл сказанного. Я просто сидела, уставившись в одну точку, и молчала. Казалось, все, что я сейчас скажу, не будет иметь никакого значения...

«Нет, она не в себе, Редж! Часть ее души осталась там».

«Как это?»

«Представь, если бы ты и я очутились в разных мирах. Теперь понимаешь, каково ей?»

– Угу, – кивнул молчавший все это время Редж, растирая мне лодыжки.

Вдруг он рывком поднялся и куда-то отошел. Надоело со мной возиться?

Внезапно я ощутила пустоту и снова едва не заплакала... Мне была приятна его забота. Хотя... Какая мне разница?

Решив быть несчастной, я старательно следовала плану ровно до возвращения драклорда.

– Василина, посмотри-ка сюда? – Он продемонстрировал мне целую горсть драгоценных камней. Это были маленькие, ограненные в виде капелек камешки. – Василина Вьюга, ты знаешь, что это? – обратился он ко мне как-то непривычно.

Было что-то такое в его голосе, что заставило меня ответить:

– Я плохо разбираюсь в драгоценностях, Реджинхард.

– Это твои слезы, Василина. Слезы Тени Дракона.

«Величайшая редкость нашего мира!» – вклинился Берлиан.

Захлопав ресницами, я взяла один камешек и покрутила в пальцах.

– Но... Как это возможно?

«Я же говорил, что ты настоящая Тень. И ты не зря здесь появилась, Лина. Ты нужна этому миру. Нужна нам!»

Янтарные глаза-блюдца каким-то непостижимым образом выражали всю гамму чувств, что испытывал дракон.

Редж волновался, играл желваками и вообще выглядел так, словно внутри него шла нешуточная борьба. Наконец он решился.

– Василина, я не хочу тебя неволить, – начал он, и его голос звучал с какой-то непривычной хрипотцой. – В общем, вот это... – Он слегка подбросил алмазные слезы, а затем стиснул. Они жалобно хрустнули в его пальцах. – Это поможет нам вернуть тебя домой.

«Реджинхард, нет!» – Дракон был изумлен.

– Не спорь, Бер. Так надо. Сам знаешь, что ей не выжить, если мы не сумеем тебя освободить.

«Но, Редж...»

– Мы отправим Василину домой к ее дочке. Вдвоем мы точно справимся и сможем создать переход между мирами. Рассекающий и слезы Тени Дракона нам в этом помогут. Это не ее война, Бер. Василина не должна расплачиваться жизнью за... – Не договорив, он нервно тряхнул головой.

С меня вдруг слетело все оцепенение разом.

– Редж!

От избытка чувств я бросилась драклорду на шею и сама его поцеловала со всей страстью, на которую только была способна.

Драклорд замер и даже не отвечал поначалу, ошеломленный подобной реакцией. Слезы Тени рассыпались по полу пещеры, когда он, пусть и не сразу, меня обнял.

Мы целовались долго, словно прощались, едва встретившись. Так и было, ведь наши чувства только-только зарождались. У нашего поцелуя был привкус соли и горечи, ведь каждый из нас понимал – больше мы никогда не увидимся...

Берлиан не мешал и не вставлял ревнивых комментариев, смирно дожидаясь, когда мы закончим. Первым отстранился драклорд, тяжело дыша и стараясь не встречаться со мной взглядом. Мне показалось, что его глаза подозрительно блестят.

– Приступим, пока я не передумал, – пробурчал он и, присев, принялся выкладывать из драгоценных камешков какой-то узор.

Я стояла рядом, обхватив себя за плечи. Меня бросало то в жар, то в холод. Накатывала дурнота, и кружилась голова. Я не верила, что так скоро смогу увидеть свою дочь. Боялась, что снова зря надеюсь. А еще заранее тосковала по Реджу...

Я точно знала, во всех мирах для меня больше нет мужчины, которого... Который... Которому я готова отдать свое сердце.

Уже отдала...

Я молча смотрела, впитывая его образ. Жаль, что не смогу забрать с собой его портрет. Боюсь позабыть ставшие такими близкими черты.

– Василина, подойди. Ближе. Еще чуть подвинься, – направлял он меня. – Да. Вот так. Бер, ты готов? Берлиан?

Дракон ответил не сразу, а когда ответил, меня окатило волной такой тоски, что я снова расплакалась. По моим щекам катились сначала обычные слезинки, но постепенно они тяжелели и падали на землю уже в виде камешков, пополняя казну Дракендорта.

Надо же! И как это раньше я не замечала?

Или все потому, что не позволяла себе расклеиться и похлюпать как следует носом? На грани была много раз, признаю. Лишь в свой первый день я ревела от холода, но тогда я плохо воспринимала реальность. И второй раз я позволила себе нарыдаться всласть в спальне, но после я отрубилась, а ночью на меня напало чудовище. Так что вопрос, обнаружили ли эти камни девушки, которые убирали покои, или нет, оставался открытым...

Я усмехнулась сквозь слезы:

– Интересно, а дома так получится?

– Не знаю, – грустно улыбнулся мне Редж.

– У меня будет повод попробовать. Если получится, стану самым богатым человеком на планете.

– Это почему же? – Драклорд поднялся и подошел ко мне, остановившись на расстоянии ладони.

– Потому что я буду очень много плакать... – Мой голос сорвался.

Глава 22

Сердце пополам. Сердце воедино

Ладонь драклорда осторожно легла на мою щеку, заставляя взглянуть на него.

– Почему ты будешь плакать, Василина? Я ведь делаю все, чтобы вернуть тебя домой.

В его глазах плескалось целое озеро усталости и боли, а по берегу уже начинала образовываться ледяная кромка. Скоро она затянет всю поверхность, заморозит чувства это пылкого человека, и его сердце превратится в камень. В алмаз...

– Потому... Потому что я уже нигде и никогда не смогу быть окончательно счастлива, Редж. – Мой ответ прозвучал так же надломленно, как и его вопрос.

Я, в свою очередь, коснулась ладонью его щеки и вдруг поняла простую истину – мой дом теперь и там, и здесь. Мое сердце всегда будет разорвано на две половины, где бы я ни осталась.

Странно. Говорят, любви с первого взгляда не бывает. Я в нее тоже не верила, но полюбила Дракендорт всей душой. Его неприступные горы, вечно неспокойное море, цветодраков и старый замок. Этот воздух. Звездное небо. Тень и Дракона. И Реджа...

Да-да, с самой первой встречи я знала – он мой. Иррациональное чувство к совершенно незнакомому человеку. Всеми силами я гнала от себя эти мысли. Защищалась как могла, но... сдалась.

Реджинхард Берлиан оказался главным драконом Пределов. И сейчас он делает то, что приведет к гибели его земель. А может, и всего мира...

Да, я не смогла снять с Берлиана яхнэ, но ведь не перестала от этого быть его Тенью. А значит, он без меня не сможет выжить. Но он отпускает меня, когда я так ему необходима, и мой уход станет началом конца. Но могу ли я его на это обречь?

– Почему ты делаешь это ради меня, Реджинхард? – Мой голос сорвался, и по щекам скатились еще две слезинки.

– Потому что тебе не стоит здесь оставаться. Твое место – рядом с дочерью. – Он наклонился и запечатлел нежный поцелуй на моих губах.

Как же больно! Вот здесь, где надрывно стучит мое сердце, часть которого навсегда останется в этом мире.

Я подалась было к нему, желая обнять. Мне это было нужно как воздух! Но драклорд лишь отрицательно качнул головой и отошел. Одним движением он выхватил из ножен Рассекающий. Клинок отразил преломленный лунный свет, проникающий сквозь отверстия в потолке. В нем кружились редкие снежинки...

Как же красиво и печально!

Я смотрела широко открытыми глазами, стараясь запомнить, впитать, забрать с собой хоть частичку этого мира на память о своем невероятном приключении.

– Берлиан? – окликнул драклорд.

«Я готов...» – безжизненно отозвался тот.

– Лина, нужен сильный якорь, чтобы открыть портал в правильное место. Без сомнений, это твой ребенок. Смотри в глаза Беру и думай о своей дочери. Представь ее в том самом месте, где она может находиться с наибольшей вероятностью. Непрерывно думай о деталях, что ее окружают, и о ней самой.

В груди екнуло, но представлять городской приют или что-то подобное я не стала. Агриппина любит Злату. Она наизнанку вывернется и других вывернет мясом наружу, но не позволит отнять мою дочь.

Перед внутренним взором возникла наша спальня в стареньком домике Гапы. Уютная кровать с кучей вышитых подушек. Мягкие игрушки повсюду – Агриппина любила баловать Злату.

– Интересно, там сейчас день или ночь? – пробормотала я.

Почему-то это казалось очень важным. Не уверена, но мне кажется, что я перенеслась в мир Пределов ранним утром. Конечно, я не знаю, сколько провалялась в отключке, прежде чем пришла в себя в пещере, но...

«Ты пришла в себя почти сразу, Лина. Прошло не более пяти минут», – подсказал дракон.

– Ты умеешь читать мои мысли?! – удивилась я.

«Только когда ты думаешь так громко», – грустно ответил Бер.

– Хорошо. Тогда пусть будет вечер...

Поздний вечер. Примерно десять или одиннадцать часов. В это время неугомонная Злата или уже мирно спит в своей постельке, или носится по дому, не желая укладываться и изводя нас разными просьбами вроде: хочу пописать-покушать-мне-страшно-расскажи-ту-самую-сказку.

Драконьи глаза замерцали золотом, узкие зрачки медленно расширились, но на этом не остановились, а слились воедино, превращаясь в черную дыру. Эта дыра разрослась, а затем принялась светлеть и светиться по краям золотом и мерцающим льдом.

Не мигая, я поддерживала зрительный контакт, даже голова закружилась. Я так ярко представила привычную картину, что даже показалось, будто слышу голос дочки:

– Мама? Мамочка, это же ты? Ты вернулась?

Сначала все было точно в тумане, но совсем скоро я смогла разглядеть очертания предметов. Передо мной предстала знакомая до боли комната. Подушки-игрушки в наличии, но это вовсе не главное.

– Злата... – выдохнула я.

– Мамочка? – Моя малышка подняла всклокоченную головку от подушки и уставилась прямо на меня.

Моя детка находилась так близко – всего-то в нескольких метрах за границей мерцающего круга. Там проглядывала детская комната, убранная на ночь...

На миг я утратила дар речи, отмечая, что постоянно слышу перезвон драгоценных камешков, в которые превращаются мои слезы.

Мне хотелось броситься дочери навстречу, но я ждала отмашки Реджа, чтобы не нарушить волшебство. Тянулись мучительные мгновения, а ее все не было и не было... И вдруг Злата радостно завизжала и, соскочив с постели, бросилась ко мне, а за ней...

За ней маячило крылатое чудовище! То самое, которое я уже однажды видела, погибая на холодном асфальте в ту злополучную ночь.

– Злата!

Я бросилась навстречу своей малышке, но опоздала. Босая ножка уже перешагнула край льдисто-золотого круга, и он вдруг задрожал, запульсировал, словно тонкая ткань на ветру.

Я подхватила дочь на руки, закрывая свою малышку от удара. Шли мгновения, а на нас так никто и не нападал. По всей логике чудовище, похожее на гарпию, уже давно должно было вцепиться когтями в мою спину. Но, наверное, Редж и Берлиан расправились с монстром и мне нет нужды паниковать?

– Мамочка, пусти! – завозилась Злата у меня на руках. – Мне больно!

Я слишком сильно стиснула ее в объятиях, прикрывая от опасности.

Ослабив хватку, я осторожно выпрямилась, не то боясь обернуться, не то не в силах оторвать взгляд от лица дочери. Голубые глазенки, полные слез, смотрели на меня снизу вверх, и я утонула в этом взгляде.

– Мамочка! Я тебя так ждала! Гапа говорила, что не надо плакать. Надо ждать. И я ждала и не плакала. Почти не плакала. И сильно ждала! – Злата шмыгнула носом, а я не выдержала и крепко прижала ее к груди.

Честно говоря, в этот миг я совершенно потеряла дар речи, а также ощущение времени и пространства.

– Златочка, доченька! – далеко не сразу смогла выдавить я.

Гладя дочку по золотистым волосам, зацеловывая ее нежные щечки, я не могла перестать лить слезы.

– Мамочка, ты плачешь камушками?! – удивилась моя малышка, поймав в ладошку слезинку. – Какие красивые! Ой! А ты тоже волшебница, да? Гапа говорила, что... Ой, мама, ты только не пугайся. Гапа не такая, как мы. Она волшебная и очень сильная. И летать умеет, как птичка! – Дочка изобразила крылышки. – Мы как-то ночью вместе летали. Я не боюсь! Я только боялась, что тебя не увижу. Я по тебе очень скучала и сильно грустила. А город сверху такой красивенный! Гапа говорила, что ты обязательно к нам вернешься, когда настанет время. Я все ждала и ждала. И вот время настало, да? Ты пришла за мной. Я так рада, мама. Я так скучала! А мы теперь тут будем жить? А где моя новая кроватка? Мама?

Дочка тараторила, а я слышала ее сквозь усиливающийся звон в ушах. Обрушившийся на меня водопад информации поначалу показался бессвязными сведениями, но постепенно до меня начал доходить смысл.

Не знаю, что пугало больше: монстр, который все это время жил рядом с моим ребенком, или то, что моя девочка очутилась вместе со мной в этом обреченном на гибель мире?

Похоже, снова все пошло не по плану. Это я должна была вернуться на относительно безопасную Землю, но теперь мы обе оказались в гибнущем мире Пределов!

– Мама? Мамочка, ты чего? – Злата нахмурилась.

Я моргнула и прикусила изнутри щеку. Боль помогла отогнать подкрадывающийся обморок.

– Все хорошо, родная. – Я улыбнулась дочке. – Все будет хорошо...

Все еще не веря, что мы наконец вместе, я принялась ощупывать и целовать своего ребенка, радуясь каждой клеточкой тела.

– Мама, это что, пещера? А мы пойдем гулять? А когда?

– Ш-ш-ш! – прервала я непрерывный щебет дочери и обернулась.

Пернатое чудовище с крыльями и подобием рожек по-прежнему было здесь. Стояло, преклонив голову и колени перед драклордом. И эти колени противоестественно выгибались в обратную сторону! А Реджинхард и не думал порубить эту птичку Рассекающим!

– Мать моя... – Вздрогнув всем телом, я отшатнулась, крепче прижав малышку.

Казалось бы, после носферов и прочей нечисти, которую я здесь встретила, пора было привыкнуть к необычным существам. Но сердце сделало кульбит.

Злата заливисто рассмеялась, вместо того чтобы заорать от ужаса, и неожиданно вырвалась у меня из рук. Лишь в последний момент я успела ее схватить.

– Злата!

– Мама, это же Гапа! Ты что, ее боишься? – удивилась дочь.

Гарпия имела женские черты лица и фигуру. Она жутковато улыбнулась и кивнула мне в знак приветствия. Рассматривая это чудище, я с удивлением обнаружила черты своей... родственницы!

– Агриппина?!

Гарпия улыбнулась еще шире и выставила перед собой когтистые руки.

– Не бойся. Я не причиню тебе вреда, Василина, – сказала она по-русски. Голос звучал по-другому, но с такими до боли знакомыми интонациями, что сомнений не оставалось. – Простите, драклорд. Мне можно подняться?

Редж степенно кивнул. При этом он не сводил глаз с меня и моей дочери.

– Но... Как? Я ничего не понимаю. – Я помотала головой.

– Мама! Мам, мам! – дергала меня за руку дочка.

Ой! Да она же босиком и в одной пижамке, а пол – ледяной!

Спохватившись, я снова взяла ее на руки, заворачивая в край плаща, а Злата принялась с любопытством осматриваться. И вдруг как завизжит! Как захлопает в ладоши!

– Мам, мама! Там дракон! Дракон! Настоящий дракон! – громким шепотом уведомила она.

– Его зовут Берлиан, и он тоже добрый. Не бойся.

– Добрый, как Гапа, да? – обрадовалась дочь. – Хочу его погладить! Он такой красивый! Хочу забрать домой! Я буду принцессой, как в сказке! И у меня будет собственный дракон! Буду водить его на поводке, и все мне будут завидовать. Особенно Варька!

Она завозилась, пытаясь выпутаться из плаща.

– Злата, холодно! Простудишься! Пол алмазный, а ты без тапочек!

– Не простужусь, я закаленная, – заверила меня дочь. – Мы с Гапой холодной водой обливаемся по утрам. Можно мне погладить дракончика? Ну, пожалуйста-пожалуйста!

– Она не замерзнет, – сказал Редж, подходя ближе. Он произнес короткое заклинание, и я ощутила, как воздух вокруг стал значительно теплее. – Это тепловая завеса, – пояснил драклорд, улыбнувшись Злате, и протянул руку, чтобы прикоснуться к ее волосам, но остановился в последний момент. – Можно?

Он посмотрел мне прямо в глаза, и я кивнула, отчего-то смутившись.

Редж погладил Злату по головке, пропустил сквозь пальцы золотистую прядку и... улыбнулся светло и чисто. Притихшая дочь внимательно разглядывала его в ответ.

– Дядя, как тебя зовут? – с серьезным видом поинтересовалась она.

– Как вас зовут, – поправила я.

– Меня зовут Реджинхард.

– Резинзад? – не разобрала или не смогла воспроизвести довольно сложное имя Злата.

Агриппина прыснула. В этом непривычном мне облике она оставалась той же Гапой, которую я знала. Разве что от едких комментариев воздержалась. Видимо, опасалась подтрунивать над драклордом.

– Зови меня просто Редж, принцесса. Ну что, пойдем знакомиться с, хм... дракончиком?

– Да! – радостный вопль на грани ультразвука разнесся по пространству пещеры, заставив зазвенеть кристальные друзы.

Со смешанными чувствами я передала дочку Реджу, и тот принял ее так осторожно и уважительно, словно ему доверили ценное, но очень хрупкое сокровище.

«Дракончик» тоже затаился, больше напоминая гигантское глазастое изваяние, чем живое существо. Неужели тоже волнуется?

Пока Реджинхард знакомил Злату и Берлиана, я поймала на себе взгляд Гапы.

– Не бойся меня, Василина, я не причиню тебе вреда. Я хранитель, а не убийца.

Она осторожно приблизилась и остановилась на почтительном расстоянии.

– Агриппина... Боже... – Я сделала неопределенный жест рукой, все еще откровенно офигевая от происходящего.

– Я могу все объяснить. В ту ночь, когда мы впервые встретились, ты видела меня в истинном облике, но позже я старалась его скрывать. Благо морок даже в вашем мире возможно поддерживать без особых усилий. По реакции тех мужиков я сразу сообразила, что гарпии у вас в диковинку.

Гарпия! Обалдеть! Оказывается, я столько лет жила рядом с мифическим чудовищем!

«И не только жила. Доверяла ему своего ребенка», – язвительно заметил внутренний голос.

Вот только монстр оказался куда более человечным, чем некоторые люди. Я нахмурилась, снова вспомнив Цветкова и его бандитов.

Похоже, Агриппина подумала о том же:

– Они убили тебя, Лина, но мне повезло. Я успела вовремя и сумела спасти вас обеих – и тебя, и Линдару. Наверняка ты уже о ней наслышана?

– Еще как наслышана! – Я криво усмехнулась. – Говоришь, они меня убили? Почему же врачи не сказали ни слова о смертельных повреждениях?

– Я постараюсь объяснить, но кое-что может показаться тебе непонятным. Все потому, что магия – это реальность, хотя на Земле в нее не особенно верят.

– О! Теперь я верю в магию! Успела столкнуться и даже сама применяла.

– Отлично! – клыкасто улыбнулась Агриппина и вдруг приняла привычный мне облик пожилой женщины. – Думаю, так нам будет проще общаться.

Я согласно кивнула и попросила:

– Расскажи, что все-таки произошло в ту злополучную ночь.

– В разных мирах встречаются магические близнецы. Ты земной двойник Линдары, Василина.

– Мы просто похожи внешне, не более! – возразила я.

– Речь не только о внешности. Точнее, вовсе не о ней. Вы могли отличаться во всем, но ваши ауры почти идентичны. Неудивительно, что душа Линдары перенеслась к твоему телу.

Мне не понравилось, куда клонит Гапа. Не хотелось бы узнать, что я стала Тенью Дракона только потому, что в меня вселилась чужая душа.

– Звучит как-то не очень... Стоп! А куда делось тело Линдары?

– К сожалению, оно не выдержало перехода в твой мир. Душа без него тоже долго не протянула бы. Но так вышло, что ты умирала. Тебя застрелили, Василина. Попали в сердце.

– Нет! Не может быть! – прошептала я в шоке от услышанного и прижала ладони к щекам.

– Да. Тебе оставалось недолго. Считаные мгновения. Прости, в этом я виновата.

– В каком это смысле?

– Я была, если по-вашему, телохранителем Линдары. Терпеть не могу это слово. Только в вашем мире могли его придумать. Так что я была ее хранительницей. Когда на Дорт-Холл напали нирфеаты, я убедила ее бежать из замка. Оставаться там после всего было слишком опасно. Тапредель подставил девочку, убедив надеть драклорду яхнэ. Она не подозревала, что делает что-то плохое. Никакого злого умысла у Линдары не было, ведь она была влюблена в Реджинхарда Берлиана по самые уши. После того, что случилось, ей угрожали и свои, и чужие.

– Капец! – Я ошеломленно покачала головой, и Гапа согласно кивнула.

– Требовалось ее срочно спрятать. Я смогла перенести Тень из окна спальни на стену и собиралась спустить с той стороны, но сначала нужно было разведать местность. Я спрятала Линни в одной из пустующих сторожевых башен. Защитники замка, кто еще не погиб, сражались во дворе, так что ее не должны были там заметить. Оставив Тень, я полетела искать подходящее место, где мы могли выбраться незамеченными. А вернувшись, обнаружила свою подопечную в крови и слезах. Рядом валялся труп стражника с кинжалом Тапределя в сердце.

– Я нашла этот кинжал... Ужас! Но какое отношение все это имеет к моей собственной смерти?

– Не спеши, это важно для понимания картины в целом. И... Я не хочу, чтобы ты винила Линни.

– Я и так уже поняла, что девчонка попала как кур в ощип, – отмахнулась я.

– Вот именно! Тапредель еще до того, как все это закрутилось, изображал ее лучшего друга. Понимаешь, он умел быть галантным и интересным.

– Кажется, даже притворялся влюбленным, – добавила я.

– Было дело, – согласилась Гапа, покосившись на драклорда. – Однажды он ее поцеловал, и мою девочку трясло, когда она рассказывала мне об этом. Она ужасно испугалась за советника, но принять его ухаживания не могла и не желала. Поэтому при следующей встрече отшила Тапределя. Потребовала держать дистанцию ради дружбы. Дружбы! Если бы этот обмылок еще умел дружить! – Гарпия презрительно хмыкнула. – Но Линдара была так одинока в Дорт-Холле, а Реджинхард постоянно был занят и уделял своей Тени мало внимания.

– Линдара Зинборро была несовершеннолетней, и я старался держаться от нее подальше, – заметил подошедший к нам драклорд.

Я поискала глазами Злату. Дочка, весело смеясь, играла с Берлианом. А Агриппина продолжила рассказывать:

– Тапредель подарил Линдаре два подарка. Кинжал и амулет последнего шанса, который может перенести владельца в безопасное место. Про первый я знала, про второй даже не подозревала. Оказывается, советник надел его Линни на шею незадолго до инцидента с яхнэ. Эдакий дружеский подарок, который девочка приняла без всякой задней мысли.

– Это он перенес ее на Землю?

– Да. Пока меня не было, явился ошалевший от крови стражник, в котором уже посеяло свои семена зло. Увидев Линдару, он решил с ней позабавиться, но немного просчитался. Линни проткнула его кинжалом Тапределя. Он особенный, поэтому прошил доспех, словно масло, и выпил этого несчастного до капли.

– Туда ему и дорога! – проворчала я кровожадно.

– В общем, я обнаружила Линни в истерике. Она плакала, кричала, а потом вдруг резко умолкла и посмотрела на меня. «Я знаю, что делать! Скоро я буду в безопасности», – сказала она и вытащила из-за корсажа этот треклятый фиал.

– Я сразу поняла, что сейчас будет, но не успела предотвратить беду. Фиал треснул в пальцах Линни, и в тот же миг ее утащило в переход.

– И, конечно же, никто не объяснил девочке вовремя, что это работает только с магами, – мгновенно все понял драклорд и пояснил: – Нирфеатские колдуны пользуются такими вещицами, чтобы переноситься на большие расстояния.

– Да, – подтвердила Гарпия. – Но Линдара не обладала магической силой. Даже не знаю, почему фиал перекинул ее так далеко. Вот так ее дух и появился рядом с тобой.

– Но ты-то как оказалась на Земле?

– Я стояла достаточно близко, и меня тоже затянуло. Я вышла из перехода прямо перед теми уродами. Один из них с перепугу нажал на курок. У меня реакция отменная, я успела увернуться, но пуля попала тебе в спину. Прямо напротив сердца. Я видела выходное отверстие, Лина. Прости. Я даже не знала, что ты бежишь по той же траектории. Вообще еще не знала о тебе в тот момент.

– Ты зачем шмалял в нее, идиот?

– Мне... Не в нее я, Боря. Блин... Может... Может, доктора вызвать?

– Это тебе нужно доктора вызвать, придурок! Ну, вызовем, и что? Не оберешься геморроя. Босс же тебя рядом с ней и прикопает, понял?

– Но... Это ошибка. Там... Боря, я... Я чудище увидел. Только из машины вышел, а тут оно. Я на курок и нажал непроизвольно. С перепугу!

– Сам ты... чудище! Наркоман хренов!

– Да не употреблял я, клянусь! Я чистый! Говорю же, такое привиделось...

Вот о каком чудище твердил мой убийца!

Глава 23

Единение драконов и душ

Я мотнула головой, отгоняя неприятные воспоминания.

– Господи, Гапа! Откуда ты знаешь такие слова: пуля, траектория, выходное отверстие? – Было странно слышать это от мифического существа, но тут же до меня дошло. – Точно! Ты же детективы пачками смотрела! И чего это я...

– И не только детективы. По чему из вашего мира я буду скучать больше всего, так это по интернету.

Гарпия тяжело вздохнула, а у меня вырвался нервный смешок.

Вот только я так и не услышала главное:

– Но как тебе удалось меня... нас спасти?

Гарпия перевела многозначительный взгляд на играющую с Берлианом Злату. Дочка хлопала ладошками по морде дракона, а тот высовывал и прятал язык, чтобы она не успела по нему попасть.

Я покачала головой, видя, как еще одно чудище балует мою дочку, а затем в шоке вытаращилась на Агриппину. Догадка обрушилась на меня, точно сугроб с неочищенной крыши.

– Злата – это Линдара?!

– Не совсем так. Она переродилась, и теперь это совершенно новая личность, – пояснила Агриппина.

– То есть Злата – это все же Злата? – уточнила я на всякий случай.

– Да.

– И в то же время она Линдара?

– Ее реинкарнация, если угодно. О своей прошлой жизни она ничего не помнит, как и положено. И никогда не вспомнит.

От таких новостей у меня закружилась голова, и Редж тут же обнял меня за плечи. Вышло это так естественно, что я подарила ему благодарный взгляд, а потом снова посмотрела на играющую с драконом дочку. Злата раскачивалась, точно на турнике, ухватившись за палец, услужливо подставленный Берлианом.

– Но как так получилось? Это... Это же невероятно!

– Удачное стечение обстоятельств, если так можно описать те обстоятельства, – хищно усмехнулась Гапа. – Я сумела сделать так, чтобы семя, что находилось в тебе, проросло, и привязала к нему душу Линдары. Благодаря этому она смогла удержаться в твоем мире. Потом я залечила твою рану. На это у меня ушли остатки магии. Надо сказать, что пополнять резерв на Земле ой как непросто!

Узнав правду, я некоторое время пыталась ее переварить: получается, я забеременела от Цветкова из-за Агриппины?

Жалею ли я? Точно нет. И никогда не жалела. Злата стала смыслом моей жизни, без нее я бы не выкарабкалась.

С теплой улыбкой я посмотрела на дочь, которая возилась у драконьих лап. Интересно, она еще не замучила Берлиана? Уж я-то знаю, на что способна эта непоседа.

А Гапа продолжала рассказывать:

– От огрызков барана, которые за тобой гнались, я выяснила, что в подобном случае следует обращаться в больницу, и отнесла тебя в ближайшую. Пока ты восстанавливалась, я нашла нам жилье и придумала легенду. Все было готово к твоему возвращению.

– Но как у тебя получилось? Почему тебя не узнали соседи? Когда и как ты успела выучить наш язык?

Уму непостижимо, через какие сложности прошла Агриппина, чтобы все это устроить!

Только сейчас я осознала, что мы почти не общались с соседями. Я избегала их намеренно, не желая потакать любопытству и стесняясь своей амнезии. А тому, что и Гапа ни с кем из соседок не дружит, не придавала значения. Да и ни разу не поинтересовалась, как давно она живет в том старом доме, полагая, что довольно давно.

– У гарпий-хранительниц врожденная способность понимать языки. Полноценно заговорила я уже через три дня. А еще у меня особая память. Я помню абсолютно все, что вижу и слышу. Я даже могу воспроизвести наизусть любой фильм или ролик из тех, что когда-либо смотрела. Могу пересказать дословно книгу, которую прочла, и даже вспомню, что было написано на конкретной странице, – не без гордости усмехнулась она.

– Обалдеть! – выдохнула я, изумленная до крайности.

«Прошу прощения, что вас прерываю, но мне нужно ненадолго отлучиться. Присмотрите за Тенькой?» – попросил дракон.

Судя по реакции остальных, они его тоже слышали. А Берлиан тем временем направился к выходу из пещеры и... спокойно вышел наружу!

Впрочем, его голова тут же сунулась обратно, и я могла свою дать на отсечение, что дракон улыбался!

«Ой, а что это так громко упало? А-а-а! Это ваши челюсти!» – поддел он нас и снова скрылся.

– Бер! – взревел Реджинхард.

«Вот умора! Видели бы вы сейчас свои лица!» – веселился дракон, которого я больше не видела, но отлично слышала.

Я подбежала и подхватила дочку на руки.

– Злата, это ты сняла с Берлиана браслеты?

Рядом тут же оказался драклорд:

– Как тебе удалось, малышка?

– Дракончик был такой грустный. Ему не нравились эти дурацкие браслеты, они мешали и делали ему больно. Сам-то он снять их не мог – у него же лапки! А я помогла, – заявила дочь.

Мои руки проходили через яхнэ насквозь, но для Златы они оказались материальными!

– Ой! Нельзя было браслетики на пол бросать, да? – сникла моя принцесса, неверно расценив мое ошеломленное молчание, но тут же воспрянула духом снова. – Сейчас принесу!

Я посмотрела туда, куда она указала, и заметила на голубоватом, сияющем изнутри полу нечто маленькое и совсем не похожее на браслеты, подходящие по размеру огромному дракону.

– Злата, нет! – остановила я дочку, которая попыталась высвободиться из моих рук. – Пожалуйста, не трогай их больше. Они... Они могут быть опасны.

Реджинхард подошел ближе и с отвращением потрогал носком сапога лежащие на полу яхнэ.

– Нельзя их так оставлять, – подтвердила мои подозрения Агриппина. – Я чувствую в них магию. Если артефакт снова попадет не в те руки, может случиться беда.

– Не попадет. – Редж растопырил пальцы, расположив их над браслетами. – Таранго мартинас грэо! – прозвучали незнакомые мне слова.

Яхнэ медленно, точно в кисель, погрузились в алмазный пол пещеры. Я подошла ближе, наблюдая за процессом. Злата так и вовсе затаила дыхание, но ненадолго:

– Ух ты! Мама, как это? Как браслетики провалились? А я хотела их себе забрать. Красивые! А нельзя, да? А пол жидкий? А мы не провалимся тоже? Ой! А дядя Рез... Реж... Режемвзад – волшебник, да? Ну конечно, волшебник! Он же колдует! А у нас на площадке Веня игру на телефоне показывал про волшебников. Только Веник – жадина, не дает мне поиграть.

Злата нетерпеливо заерзала у меня на руках.

Дочка сильно подросла за то время, что мы не виделись, и держать ее было уже тяжеловато.

Сколько же всего мне предстояло объяснить ребенку, чтобы помочь свыкнуться с новыми реалиями. Рассказать о магии. О том, почему вещи способны тонуть в камне. И даже о том, что я была не права и чудовища под кроватью очень даже реальны. А если видишь что-то подозрительное вроде красных глаз в углу, то не стоит это игнорировать.

Бедная моя малышка, мир Пределов не такой, как наш. Он живет по собственным законам и правилам. А сейчас он оказался на краю глобальных перемен. Сейчас здесь намного опаснее, чем когда сюда попала я. Но как мне все это втолковать шестилетней девочке, да так, чтобы ее не травмировать излишне?

Одновременно с этими мыслями появилась надежда. Теперь, когда Берлиан свободен, Редж справится? Сможет навести порядок в Пределах и восстановить нарушенное равновесие?

Груз ответственности придавил меня гранитной плитой, и я пожалела о том, что так жаждала возвращения. Если бы я только знала, чем все обернется, не стала бы упрашивать Реджинхарда открыть портал на Землю. А Злата... Она осталась бы в безопасности, пусть и без мамы...

На миг меня охватила самая настоящая паника, стоило подумать о том, сколько страшных вещей я здесь уже встретила: гигантское цунами, носферы, вранхи, войско Тапределя и жуткая вампирша Нирфея под стенами нашего неприступного, но такого крошечного оплота...

А еще есть обычные люди, которые тоже могут натворить дел.

Выстоит ли Дорт-Холл? Окажутся ли его стены и магия настолько крепкими, чтобы нас защитить?

Господи...

От подобных мыслей у меня закружилась голова. Я опустила дочку на пол и глубоко вдохнула, стараясь взять себя в руки.

С другой стороны, без Златы мы не смогли бы снять яхнэ с Берлиана и были бы обречены.

Довольный дракон вернулся в пещеру. Расположившись недалеко от выхода, он то высовывал наружу морду, то засовывал обратно. Словно сам не верил, что наконец свободен.

«Все будет хорошо, Лина. Теперь точно. Слово алмазного дракона!» – Бер невероятно тонко почувствовал направление моих мыслей.

Подошел Редж и взял меня за руки.

– Василина, теперь все будет по-другому. Ты... Твоя дочь... Я смогу вас защитить. Клянусь, что сделаю все, что в моих силах.

В его глазах я разглядела куда больше, чем он мог выразить словами, и кивнула, вдруг поверив, что счастье возможно.

Драклорд легонько стиснул мои пальцы, а затем присел и обратился к Злате:

– Спасибо тебе, малышка. Ты даже не представляешь, что для меня сделала.

Обычно подозрительная Злата неожиданно подалась вперед и крепко обняла драклорда за шею. Как-то беспомощно он глянул на меня и нерешительно обнял девочку в ответ. Его лицо при этом было странно растерянным и довольным одновременно.

– Дядя Ребемхад, а ты и правда волшебник? – с коварными интонациями в голосе поинтересовалась Злата.

– Ну, в некотором роде, – усмехнулся драклорд, поднимаясь.

– Круто! Дядя Ревемжад, а покажите фокус. Ну, пожа-а-а-а-алуйста.

Она принялась скакать вокруг Реджа, канюча и даже дергая за одежду.

Я хотела поймать ее за руку и успокоить, но Гапа придержала меня. Когда я бросила на нее вопросительный взгляд, она лишь качнула головой: «Не надо». Я послушалась, с опаской наблюдая, как отнесется к выходкам моей дочки драклорд. Не рявкнет ли? Не посмотрит ли раздраженно?

– Дядя Резинзад! Дядя Резинзад! Дядя Резинзад! – скандировала моя непоседа, коверкая сложное имя, как вздумается, и не испытывая по этому поводу никакого стеснения.

Редж ничем не выказал недовольства и позвал дракона:

– Иди-ка сюда, крылатое чудовище. Покажем нашим девочкам фокус?

«Наконец-то! – обрадовался Берлиан. – Пора вернуть все как было, пока еще не поздно».

Дракон и человек встали друг напротив друга. Редж положил ладонь на широкую драконью переносицу, и... Раз!

Их фигуры окутал невесть откуда взявшийся плотный туман, скрыв полностью, а когда туман постепенно рассеялся, перед нами предстал один лишь дракон. А человек куда-то исчез.

– Ух ты! – захлопала в ладоши дочка. – А где дядя Рожейвсад?

– Злата, Реджинхард! – не выдержав такого издевательства над именем, поправила я дочурку, но та даже не обратила внимания.

– Стал невидимкой, да? Эй! Выходи, кому говорю! – Злата несколько раз обежала вокруг смирно стоящего Берлиана, а затем резко остановилась и строго посмотрела на дракона. – Ты его точно не съел?

«Точно. Я таким не питаюсь», – ответил в моей голове дракон почему-то голосом драклорда.

Судя по реакции Златы и Гапы, они его тоже услышали.

А дракон тем временем вдруг подернулся дымкой, внутри которой силуэт ящера съежился и изменил форму, почти приняв человеческое обличье, но, словно передумав, остался драконом.

У меня что-то кольнуло в груди, и я сама не поняла, как и когда оказалась рядом. Отчего-то на миг мне показалось, что я больше не увижу Реджа.

Без Тени дракон не может стать человеком, но мне уже казалось, что со мной что-то не так. Может, я какая-то бракованная Тень? Браслеты не сумела снять. А вдруг и функцию Тени не выполню и тогда Редж останется драконом насовсем?

– Редж? – позвала с надеждой, автоматически гладя дракона по морде и шее. – Реджинхард, не пугай меня, пожалуйста...

«Все хорошо, Василина. Времени прошло не так много, и разъединение не нанесло нам с Бером ущерба. Правда, требуется заново друг с другом свыкнуться».

– Но ты... Ты же можешь снова стать человеком, да? – задала волнующий меня больше всего вопрос.

«Могу. Но не хочу предстать при ребенке без одежды».

– Ой... Точно!

– Мама, я кушать хочу! И в туалет! – тут же напомнил о себе ребенок, бесцеремонно вклинившись в нашу беседу.

К сожалению, обеспечить ее требования было непросто. Припасов мы с собой не брали, а справлять нужду за ближайшим алмазным кустом я сочла не слишком хорошим решением, как и на морозе за пределами пещеры.

Злата с совершенно несчастным видом взирала на меня огромными голубыми глазищами, в которых отражались отблески алмазных кристаллов. Что же делать?

«Лина, бери Рассекающий, и возвращайтесь с дочкой и Гапой домой», – тут же предложил решение драклорд.

Вариант отличный, но мне не хотелось возвращаться без него.

– А ты?

«Немного разомнусь, полетаю. Заодно подготовлю камень на замену. Утром отправлюсь к защитному барьеру. Больше медлить нельзя».

Его ответ меня обескуражил.

– Ты хочешь отправиться за море Семидесяти Семи Бурь уже утром?

«Чем раньше, тем лучше».

– Но как же... Тебе нужно отдохнуть! Это явно непростое испытание даже для дракона.

«Она о нас заботится, Редж. Это так ми-и-ило!» – вклинился в нашу мысленную беседу Берлиан.

– Мама, мам! – Злата дернула меня за край плаща, напоминая о себе.

По ее сморщенному личику я поняла, медлить больше не стоит. Порывисто подавшись к дракону, крепко обняла его за шею, ощутив твердый, надежный и неожиданно теплый камень.

Надо же! Ящеры – хладнокровные существа, да и камни не отличаются теплом, но мой алмазный дракон совсем не такой.

«Любой камень нагреется, если рядом есть источник тепла и света. Ты мой свет, Василина».

– Только не улетай, не попрощавшись. Пожалуйста! – прошептала я, размыкая объятия.

Поднимая с пола Рассекающий, я чувствовала себя пьяной от противоречивых эмоций. Радость, страх, волнение, безграничная любовь к дочери и такая же благодарность к драклорду. А еще вера в то, что теперь мы точно справимся со всеми трудностями.

Гапа взяла за руку Злату, а вторую положила мне на плечо. Наверное, это было необязательно, но как минимум меня успокоило. Я подняла меч и приказала вслух:

– Хочу, чтобы все мы перенеслись в замок!

На миг мир смазался, и я ощутила уже знакомое головокружение.

– Упс! – негромко пробормотала Гарпия за моим плечом.

– Упс... – эхом повторила за ней я.

«М-да...» – протянул дракон голосом Реджа, озираясь по сторонам.

Мы все перенеслись прямо на передний двор замка. И я, и Злата с Агриппиной, и... алмазный дракон!

– Ой, я нечаянно! Не знаю, как так вышло, – смутилась я, наблюдая удивленное выражение на драконьей морде.

А затем раздался смех Берлиана:

«Лина, тебе следует быть осторожнее с мечом. Особенно если захочешь кого-нибудь уничтожить. Точнее формулируй приказы».

Дракон снова расхохотался приятным раскатистым смехом.

«Немного неожиданно, но так даже лучше», – заметил драклорд.

А к нам уже бежали дозорные со стены. Драклорда мгновенно узнали. На их радостные вопли за считаные минуты сбежались все обитатели замка. Абы как одетые люди ликовали. Окружив нас, они принялись славить драклорда.

«Люди Дракендорта, ньера Василина освободила алмазного дракона. Вам больше нечего бояться!» – Мысленный голос Реджа настиг всех в замке.

Я не сомневалась, что даже те, кто еще не вышел на улицу, его слышали. Женщины плакали от счастья и вместе с мужчинами благодарили меня наперебой. Неловкость, которую я испытала поначалу, затмила радость. Всеобщему настроению нельзя было не поддаться. И лишь волнение за дочку напомнило, что у нас есть дела поважнее.

Злата, ошеломленная происходящим, прижалась ко мне теснее и зыркала исподлобья вокруг. Надо было как-то вырваться из этого окружения, и как можно быстрее. Поэтому я решилась. Передала испуганную дочку Агриппине и сделала шаг вперед, положив ладонь на гигантскую лапу дракона.

– Народ Дракендорта! Алмазный дракон вернулся, но мы еще не одержали победу. Мы обязательно устроим праздник. Позже. Сначала драклорд усмирит море Семидесяти Семи Бурь. Уже завтра его ждет непростое путешествие, позвольте ему хорошенько отдохнуть. Да и нам с вами требуется набраться сил, чтобы удержать замок до его возвращения. Нам предстоит много работы, но вместе мы справимся. Обещаю!

По наитию я вскинула Рассекающий, точно в воинском приветствии. Меня поддержал Берлиан. Грозно заревев, он поднял к ночному небу голову и выпустил струю голубого пламени. Взмахнув крыльями, дракон поднялся в воздух и, сделав круг над территорией замка, растворился в темноте.

Глава 24

Дракон и Тень

Реджинхард Берлиан,

драклорд Дракендорта

Предел Дракендорт, замок Дорт-Холл

Я летел над бушующим морем так низко, что соленые капли орошали драконью броню. Наконец я чувствовал себя сильным и цельным. Полноценным. Больше всего это походило на счастье. Еще не оно, но я уже был близок. Осталось сделать всего две вещи: заменить артефакт и выгнать войско Нирфеи из Дракендорта, и тогда можно будет расслабиться и отдаться ему полностью.

Драконье тело разрезало ночную прохладу. Крылья играли с потоками воздуха. Сердце шалело от радости. Душа пела, и, казалось, весь мир поет вместе с ней. Мир, судьба которого в моих руках.

Но радовался я не только из-за единения с драконом. Была еще одна веская причина – Василина и ее маленькая дочка.

«Никогда бы не подумал, что испытаю что-то подобное к чужому ребенку. Что приму Тень, которая была с другим...»

«Это противоречит всем канонам, но я ощущаю то же самое, – отозвался Берлиан. – Тенька – просто чудесная!» – Даже в наших с драконом мыслях царила полная гармония.

«Она моя женщина».

«Она моя Тень».

«Защитим этот мир!»

«Защитим нашу семью!»

Я уже не разбирал, где заканчиваются мои мысли и начинаются мысли дракона, но думали мы одинаково: и Лина, и ее дочь – отныне наша семья.

За то недолгое время, что мы были знакомы, Василина Вьюга, женщина из другого мира, успела покорить обе мои ипостаси. Дракон принял ее безоговорочно с первых дней, а человеку потребовалось время и поступки, но если оглянуться, то каждый из нас уже в первое мгновение встречи знал, что она предназначена нам свыше.

«Моя магия сходит с ума в ее присутствии...»

«Моя кровь кипит, когда ее целую...»

«Дракон Прародитель вернул нам обеих Теней, и мы обязаны их уберечь».

«Мы сделаем это. Клянусь!»

За несколько часов я облетел свои владения, привыкая снова быть драконом. Далеко не все драклорды ведут подобные беседы в собственной голове и редко столь же ярко ощущают двойственность. Наверное, так повлияло на меня длительное заточение, а разделение все усугубило. Но на магических способностях это не отразилось, а в остальном мне было все равно.

Пользуясь драконьими тропами, позволяющими мгновенно перемещаться в любую точку своего Предела, я обследовал все вплоть до границы с Солияром и обнаружил, что побережье пострадало полностью. Что творится у соседей, мешала разглядеть Завеса.

Драклордом Солияра должен был стать Эмбер Раанан. Янтарный дракон был самым молодым из пяти драконов и самым огненным. Часть его владений занимали джунгли, вторую – огромная пустыня, таящая множество опасностей. Смогли ли до них добраться нирфеаты?

«Раанан тоже закрыл Предел», – заметил Бер, когда мы подлетели к Завесе.

«Надеюсь, он сделал это вовремя. Может, хотя бы ему удалось удержать власть и не попасться на уловки нирфов».

В том, что нападения на драклордов были спланированы, я уже не сомневался. Но мы не знали, как обстоят дела в других Пределах, кроме Торисвена. А там все было очень грустно. Нирфеаты захватили Предел, а изумрудный дракон обрел временного носителя и вынужден спасаться в нашем в замке. Но сколько они оба продержатся? Что будет, если кто-то из них погибнет?

«Нирфеаты привели войско в Дракендорт, это может означать лишь одно...» – начал Бер.

«Берштон их больше не сдерживает, и мы не знаем, что стало с рубиновым, – закончил я за дракона и круто развернулся. – Побережье мы проверили. Теперь нужно проверить, что творится в глубине материка?»

Еще десяток раз мы проваливались в драконьи переходы, выныривая в разных местах.

В городах еще сохранилась жизнь, но тяжелая аура беды витала над ними. Многие деревни вдоль главных трактов были сожжены или опустели и зияли черными гнойниками. Но встречались и уютные поселения, излучающие светлую энергию. Чаще всего такие находились в глухих и потаенных местах, умело скрытые от посторонних глаз, но только не от драконьего зрения.

Не укрылось от него и спрятанное на подступах к Дорт-Холлу войско. Оно не ушло далеко, как я и предполагал.

«Их чересчур много, и они чувствуют себя безнаказанными», – посетовал Бер.

«Ты прав, нужно что-то предпринять. Я устроил им представление, и они даже поверили, но не думаю, что надолго».

«Я не успокоюсь, пока не спалю всех дотла. Нирфеатскую заразу следует выжечь огнем!»

Заложив крутой поворот, я прошелся над лагерем, выдыхая пламя. Шатры и палатки вспыхивали, точно сухая солома. Люди и нелюди метались и кричали. Наблюдая, как внизу перемещаются живые факелы, я сделал еще несколько заходов до того, как нирфы собрались и попытались дать отпор.

«Мы показали им, что дракон свободен, но пока не время для решающей битвы. Нужно возвращаться», – осадил я вошедшего в раж Берлиана.

«Ты прав, не стоит недооценивать Нирфею. Кто знает, какие сюрпризы она могла подготовить...» – проворчал дракон.

«Мы их напугали и заставили задуматься. Они не полезут в Дорт-Холл в ближайшее время. Теперь пора заняться кристаллом».

Подходящий следовало выбирать тщательно и готовить заранее.

«Вылетаем на рассвете?» – уточнил Бер.

«Пожалуй, на закате. До рассвета осталось всего несколько часов. Нужно отдохнуть как следует».

Мы перенеслись к Драконьему Пику.

«Не сочти меня трусом, но мне немного боязно сюда возвращаться», – пожаловался Берлиан.

«Прекрасно тебя понимаю, так что ночевать будем в замке».

«Я только за!»

Оказавшись в пещере, я обошел ее по периметру, пристально всматриваясь в каждый сталагмитовый куст, заглядывая в каждый угол и намеренно игнорируя то единственное место по центру, которое призывно сияло, откликаясь на мой магический запрос.

«Думаешь, хорошая идея?» – засомневался дракон.

«Давай взглянем поближе».

Выдохнув тонкую струйку пламени, я пронаблюдал, как от пола отделяется приличный кусок алмазной породы с заключенными внутрь яхнэ. Поднявшись в воздух, он плавно вращался прямо перед моими глазами.

«Понимаешь, что это значит?» – первым не выдержал Бер.

«Еще бы!»

Яхнэ каким-то чудом сделали этот кристалл вечным, если я верно понял увиденное.

«Нет худа без добра!» – хмыкнул я.

«Хвала Дракону Прародителю!» – с благоговением ответил дракон.

Струя пламени придала бесформенному куску алмаза округлую огранку. Готовый артефакт так и остался медленно вращаться посреди пещеры, отражая многочисленными гранями блики звезд. Внутри него соединились в символ бесконечности браслеты-яхнэ, которые не позволяли мне выйти, а теперь не дадут разрушиться новому кристаллу.

«Ну, все, теперь можно и отдохнуть».

Оставлять артефакт без присмотра я не боялся. Даже если кто-то сюда и доберется, все равно не сможет к нему прикоснуться. Слишком сильна в нем драконья магия.

Через несколько минут я приземлился на специальную площадку у своей башни и, превратившись в человека, отметил, как легко и просто это получилось. И все благодаря моей Тени.

«Какой же ты маленький! Мне даже страшно», – заметил Бер.

«Я нормальный, а ты просто отвык за долгое время».

«Возможно. Я это... Спать».

Не только дела притомили Берлиана. Так было задумано творцом. Наверное, поэтому другие драклорды и не чувствовали подобной раздвоенности, ведь проводили бо`льшую часть времени в человеческом облике благодаря своим Теням.

Тень... Василина...

Я ворочался в постели, не в состоянии уснуть. Меня мучили образы, а воспоминания о наших редких, но страстных поцелуях будоражили кровь. Я сменил тысячу поз, вставал и умывался. Пил воду. А потом, сердясь на себя, оделся и вышел в коридор.

Василина Вьюга, Тень Дракона

Предел Дракендорт, замок Дорт-Холл

Народ ахнул и притих, провожая улетающего дракона взглядами.

– Ну что ж, а теперь всем спать! Завтра нас ждет непростой день! – скомандовала я.

Говорила достаточно громко, чтобы меня услышали и те, кто стоял поблизости, и люди поодаль. Агриппина, которая все еще сохраняла человеческий облик, но выглядела теперь немного моложе, подхватила Злату на руки.

– Идем, Лина. И поскорее, – тихо произнесла она.

Я не стала спорить. Все же я прожила с Гапой столько лет. А сейчас, когда узнала всю правду, доверяла ей куда больше, чем кому-либо. Мне и Злате точно не стоило ее опасаться. Гарпия была хранителем Тени и снова взяла на себя эту обязанность. Она четко знала, что делать.

Я прекрасно понимала: как только люди перестанут смотреть в небо, их взгляды обратятся ко мне. А мне не до разговоров, у меня ребенок в туалет просится!

Мы выскользнули из толпы незамеченными и быстро поднялись по широкому каменному крыльцу, ведущему в главное здание.

– Думала, они меня не отпустят, накинутся с вопросами.

Гарпия хищно улыбнулась:

– Поэтому я и прикрыла нас пологом.

– Чем?

– Пологом. Это что-то вроде морока или отвода глаз, если опираться на земные сказки.

– О... Ясно. Ты и такое умеешь? Ну, так даже лучше. Не готова я сейчас с людьми объясняться.

Больше всего я боялась неудобных вопросов о Злате. И, вообще, считала, что Реджинхард сам должен преподнести информацию народу в нужном ключе.

Не представляю, как он все это разрулит. По канону Тень должна принадлежать только драклорду и никому больше. То есть я должна быть девственницей, а не рожавшей женщиной. Так что все очень непросто...

Ну и, конечно же, я боялась за Злату. А то найдется еще одна Аруха или другая карга, которая решит нас затравить.

– Ньера Лина! – на лестнице нас догнала Айсана.

Знахарка окинула взглядом нашу компанию, а затем прижала руки к груди и с умилением посмотрела на мою дочь.

– Это ведь она, да? Твоя малышка?

Я закивала и поджала губы, чтобы сдержать неожиданно накатившие слезы.

– Дракон Прародитель, как я рада, Лина! Наконец хоть какой-то просвет появился. Драклорд свободен и при Тени. И ты теперь совсем счастливая!

– Идемте, болтушки, – проворчала Агриппина и на мгновение продемонстрировала Асе свой истинный облик.

От неожиданности знахарка отпрыгнула, прижав ладонь ко рту, чтобы не вскрикнуть. А затем на ее лице отразились по очереди узнавание и радость.

– Не может быть! Хранительница! Ну, теперь точно все будет хорошо!

Недолго думая, мы отправились в мои покои. Тут было чисто и уютно, а моя спальня будто бы только и ждала, когда вернется хозяйка. Купая Злату в ванной, я твердо решила остаться здесь. Не ютиться же нам с ребенком в покоях мужчины? Как-то это неправильно, что ли?

– Мама, а мы теперь здесь жить будем? – осоловело моргала на удивление немногословная дочурка.

– Да, солнышко.

Я улыбнулась и сцедила зевок в кулак.

– Здорово! Я хочу посмотреть весь замок.

– Обязательно посмотрим, а пока давай будем выбираться.

Я и купание все это затеяла, только чтобы снять перевозбуждение ребенку. А Ася добавила в воду какую-то успокаивающую травку. От ее приятного, похожего на лаванду, запаха так и тянуло прилечь. Вскоре мы так и сделали, погасив лишние свечи.

– Мама, а где баба Гапа?

– В соседней комнате.

– Пусть ляжет с нами. Я без нее боюсь спать...

Я огорченно нахмурилась, понимая, что это последствия моего длительного отсутствия. Похоже, Злата привыкла, что гарпия всегда рядом.

Агриппину даже звать не пришлось. Она тут же сама заглянула в нашу спальню:

– И чего ты боишься, мелкое чудовище?

Я думала, Злата обидится, но нет.

– Ар-р-р-р-р! Р-р-р-р-р! – зарычала Агриппина.

– Р-р-р-р-р-р-р-р-р-р! – радостно отозвался мой ребенок, заставив меня выпучить глаза.

Порычав хором, они тут же успокоились. Злата завозилась, заворачиваясь поудобнее в одеяло.

– Эм... Это что сейчас было?

– Чудовищ разогнали, теперь нестрашно... – сонно пробормотало мое дитятко и тут же засопело.

У меня аж лицо вытянулось.

– О как!

А с другой стороны, тоже метод. Не можешь побороть безобразие – возглавь. В данном случае представь себя самым страшным монстром из всех.

Я опустила голову на подушку, втягивая ноздрями нежный детский запах. Как же приятно было ощущать рядом своего ребенка. Как же мне этого, оказывается, не хватало! Я осторожно прижала дочку к себе. Зарылась носом в еще слегка влажные волосы и провалилась в дрему.

В голове медленно крутились мысли, которые плавно повернули к Реджинхарду.

Интересно, он уже вернулся? А кристалл им с Берлианом удалось подобрать? А когда они планируют лететь? Утро совсем скоро. А увидимся ли мы с Реджем перед расставанием? А это надолго? Как далеко эта самая стела находится? А насколько такое путешествие опасно для дракона?

С трудом я представляла, как можно провести в полете несколько дней. Да еще когда под тобой колыхается водная зыбь!

Беспокойство все усиливалось, и вскоре сна не осталось ни в одном глазу. Не в силах оставаться в кровати, я тихонько встала и, набросив пеньюар, прокралась к выходу из покоев. Айсана мирно спала на своей кровати в гостиной. Агриппина устроилась на диване. Она проводила меня внимательным взглядом и понятливо кивнула.

Я выскользнула за дверь и направилась к покоям драклорда. Караульные на постах не спали и приосанились, скользнув по мне взглядами. Они все больше походили на настоящую стражу. Меня пропустили без разговоров, да только его самого внутри не оказалось.

Неприкаянным призраком я обошла все комнаты. Постояла у окна, глядя на бушующее море, и вернулась к себе. Легла, но, промаявшись еще с час, не выдержала и снова отправилась к Реджинхарду.

Мы встретились где-то на середине пути в коридоре. Замерли, словно не веря глазам, а затем, не сговариваясь, бросились друг другу навстречу. Драклорд обхватил ладонями мое лицо:

– Куда ты направлялась, Василина? Почему тебя нет в моей постели, а среди ночи я встречаю тебя здесь?

Он был похож на пьяного, но от него не пахло алкоголем, лишь сверкали драконьим золотом глаза.

– К тебе! Я шла к тебе, Редж! Не могла уснуть, все думала, где ты. Вернулся ли?

– Почему?

– Боялась, что ты улетишь и мы не увидимся, – призналась я.

Не отводя взгляда, я смотрела на губы мужчины, желая почувствовать их вкус прямо сейчас. Редж впился в них, точно умирающий от жажды путник. Оглушая страстью, поражая в самое сердце. Я ответила с неменьшим пылом, но почти сразу оттолкнула его.

– Стой! Скажи мне сначала, что будет дальше? – задала вопрос, дыша, точно загнанный зверь.

Больше всего на свете мне хотелось продолжить, но это был принципиальный вопрос, ответ на который определит дальнейшую нашу судьбу.

– Я буду любить тебя всю ночь, а потом полечу выполнять долг, возложенный на меня Драконом Прародителем, – хрипло признался Редж.

Безапелляционность жизненных планов этого мужчины должна была меня возмутить, но лишь заставила что-то внутри сладко сжаться. Все мое естество откликнулось на такое обещание. И все же!

– А потом, когда вернешься, что будет? Со мной и Златой, – уточнила я на случай, если он не до конца меня понял.

– Ты станешь ньерой Берлиан, а Злату я назову своей дочерью. Я буду беречь вас и любить все время, что отведено мне судьбой.

Редж смотрел мне прямо в глаза, а ответ прозвучал без малейшей заминки, словно для него дело было решенное. И я ему поверила.

Голова закружилась, в ногах образовалась предательская слабость. Я сильнее вцепилась в плечи драклорда, и что-то произошло в этот момент. Между нами словно проскочила золотая молния, разрушившая все мои страхи и сомнения. Сейчас не было ничего важнее, чем мы. Словно бы в этот момент мы стали одним целым.

– Люби меня, Редж! – потребовала я.

Драклорд подхватил меня на руки и понес к себе. А мне казалось, что внутри меня плавают шарики света. И там, где они касаются кожи, вспыхивает огонек.

Не обращая внимания на стражников, которые едва успели распахнуть перед нами двери покоев, мы целовались. Дверь спальни Редж открыл ногой. Опустив меня на кровать, он сорвал с себя рубашку. Я возмущенно вскрикнула, лишившись контакта с его телом. Этот мужчина был мне нужен как воздух! Я не желала отрываться от него ни на мгновение!

Откликнувшись на призыв моего тела, Редж вернулся, подарив мне долгий, глубокий поцелуй на грани безумия.

Мы ласкали друг друга, изучая впервые. Наслаждаясь и восторгаясь каждым прикосновением. Я целовала его шею, вдыхая теплый запах, от которого хотелось по-кошачьи мурлыкать. Гладила сильные плечи, руки, спину.

Мне нравилось его трогать, ощущать бархатистую кожу подушечками пальцев и ладонью. Я не желала останавливаться, делая это везде, куда дотягивалась.

Редж обхватил мои груди, стиснул, вызывая стон наслаждения. Его колено прижалось к промежности, вызвав новый прилив возбуждения, еще более сильный. Он зацеловывал все, что не прикрывала ночная сорочка, а затем просто рванул ее ворот до самого подола, разворачивая меня, будто долгожданный подарок. Белья я на ночь не надевала, так что распаковка удалась на славу.

Окинув меня пылающим от страсти взглядом, Редж зарычал, и в этот миг я поняла, что его уже никто не остановит. Как можно остановить задавшегося целью дракона? Но мне впервые не было страшно. Напротив, я испытывала чувство довольства от того, что так на него действую. И... безграничное доверие.

– Василина, я хочу, чтобы ты стала моей! Скажи да! – выдохнул драклорд в то время, когда я уже думала, что он достиг грани, когда невозможно рационально мыслить.

Слова пришли точно по наитию:

– Я твоя Тень душой и телом!

– Ты станешь моей женой?

– Да!

Я едва не плакала, плавясь в его руках, как воск. Еще чуть-чуть, и меня совсем не останется...

Почувствовав мое нетерпение, Редж выпрямился, избавляясь от штанов. Я уже видела его обнаженным, но сейчас он был готов к бою, и я невольно закусила губу. Идеальное тело. Во всем. Ну как можно быть настолько красивым?

– Лина?

– Сделай меня своей, Реджинхард Берлиан. Только нежно, – уточнила на всякий случай, удивляясь, как низко и хрипло прозвучали мои слова.

Редж был нежен, но не стал затягивать с прелюдией. Да это уже и не требовалось. Я настороженно глядела ему в глаза, ощущая себя напуганной девственницей, когда он приступил к главному. Против обыкновения, я не ударилась в панику, как это было в прошлый раз.

– Ты так смотришь... Все хорошо? – поинтересовался драклорд, когда мы стали одним целым до конца.

Я видела, как ему сложно себя сдерживать, но он заботился обо мне.

– Хочу видеть своего мужчину, – ответила я хрипло, а затем потянулась и поцеловала его в губы.

Больше мы не возвращались к разговорам, позабыв обо всем. Ожидание было долгим, и первая, похожая на взрыв вспышка удовольствия взорвала нас почти сразу. Я кричала, шептала его имя, прижимаясь плотнее. Желая ощущать своего мужчину каждой клеточкой тела.

Небольшой перерыв, и удовольствие продолжилось. Редж ласкал меня пальцами, губами, языком, доводя до исступления. Заставляя умолять взять меня снова. Драклорд дарил наслаждение бескорыстно, ничего не требуя взамен, и я отдавалась его воле с жадностью, которой раньше в себе и не подозревала.

Обессиленные, мы затихли, только когда в спальню заглянули Тень и Дракон, омыв наши обнаженные, влажные от пота тела своим светом.

– Я люблю тебя, – шепнул драклорд, засыпая.

Улыбнулась, слыша эти важные и такие нужные мне слова уже в сотый раз за эту долгую и чудесную ночь, и откликнулась, плотнее прижимаясь к нему:

– И я тебя тоже люблю, мой дракон!

Редж тут же меня обнял, и мы и провалились в густой и сладкий, точно горячий шоколад, безмятежный сон.

Глава 25

Слезы радости. Слезы расставания

Реджинхард Берлиан,

драклорд Дракендорта

Предел Дракендорт, замок Дорт-Холл

Это была лучшая ночь в моей жизни. Не помню, когда в последний раз я был так счастлив. Наверное, только в безмятежном детстве.

«Редж, я и забыл, как это бывает!» – проснулся в моем сознании дракон, и его слова меня насторожили.

«О чем ты?» – переспросил я напряженно.

«Я стал намного сильнее. Раз в десять. Нет! Стократно!»

«Ты хочешь сказать...»

«Не знаю, как объяснить тебе то, что я чувствую. Я почти забыл, каково быть первородным драконом, созданным самим Прародителем. С каждым новым драклордом я рождаюсь заново и проживаю целую жизнь, а прежние будто стираются...» – Берлиан говорил такие вещи, о которых и не упоминал раньше.

Спрашивать дракона о предыдущих драклордах – табу. Уважение к личной жизни того, кто правил до тебя, – основа основ.

«Бер, может, не нужно...»

«Позволь мне выразить свою мысль до конца, Реджинхард. Лина – она не такая, как другие. Она истинная Тень. И это неспроста. Она не зря появилась в нашем мире. Уверен, ее прислал сам Дракон Прародитель. Мир, каким мы его знаем, оказался на грани гибели, но теперь у него появился шанс».

Я окинул взглядом мирно спящую Тень, отметив безмятежное выражение ее лица. Тени на щеках от пышных ресниц. Припухшие от моих поцелуев губы...

Моя женщина. Моя жена без всяких церемоний.

Не удержавшись, я наклонился и нежно поцеловал ее в уголок рта.

Лина тут же открыла глаза и улыбнулась, сонно моргая и потягиваясь, а затем вдруг смутилась, юркнув под покрывало по самый нос. Я не выдержал и довольно улыбнулся.

– Выспалась?

Она закивала, а я, поддавшись порыву, сгреб ее в охапку.

– Я люблю тебя! – выдавил хрипло, не понимая, что со мной творится.

В душе все переворачивалось от потребности дарить тепло и ласку. Прикасаться к ней. Обнимать и защищать от утренней прохлады и от всего мира... Говорить, что люблю снова и снова.

– Я... тоже тебя люблю, Реджинхард, – выдохнула она с запинкой, пытаясь обнять меня в ответ сквозь покрывало. Но от меня не укрылась пелена влаги, затянувшая ее прекрасные глаза. Так мы лежали некоторое время, а потом она завозилась. – Редж, пусти. Мне очень надо кое-куда...

Осознав, куда именно, отпустил свою Тень. Завернувшись в покрывало, она тут же юркнула в ванную комнату.

Стесняется...

Визг раздался спустя минут семь. Не раздумывая, я ворвался в ванную с Рассекающим наголо. Лина стояла в ванне совершенно обнаженная и почему-то на одной ноге. Вторую она поджимала, но больше не кричала, только ошеломленно хлопала глазами, глядя на меня.

– Что ты делаешь?! – поинтересовалась она, когда я уже проверил все возможные уголки и даже заглянул под ванну.

– Ты кричала...

Я поднялся, опустив меч, и взъерошил волосы, понимая, что где-то прокололся.

– Вода холодная. Я не ожидала, – сконфуженно пояснила моя Тень.

– А-а, – глубокомысленно протянул я и, аккуратно положив меч на столешницу у большого зеркала, приблизился.

– Эй! Не смотри на меня так! – смутилась Василина.

– Не могу, – ответил я честно, продолжая разглядывать идеальное женское тело.

Идеальное для меня.

– Тогда... – Она закусила губу, подарив мне долгий, густой, точно патока, взгляд. – Иди ко мне.

Приглашение получилось таким заманчивым, что я не заставил себя ждать. Естественным образом наше купание затянулось. Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. Насытившись друг другом, мы испытали голод обычный. К тому же Лина забеспокоилась о дочери.

– Она в надежных руках Агаппы, – назвал я привычное мне имя хранительницы.

Взгляд, которым одарила меня Василина, дал понять, что ответ неправильный. И я предпочел капитулировать:

– Ладно-ладно, я все понимаю. Мое время вышло, ступай к дочке.

– Редж, я... – тут же смягчилась моя Тень.

Я притянул ее к себе и поцеловал в ароматные влажные волосы.

– Иди приведи себя в порядок и займись ребенком, а я пока прикажу накрыть нам стол. Позавтракаем семьей, ладно?

Наградой мне стала лучезарная улыбка и короткий, но страстный поцелуй в губы. Позже мы плотно поели, и даже егоза Злата не спешила выбираться из-за стола. Я заметил, как она неумело складывает сладкую выпечку в сумку.

– Злата, ты уже успела познакомиться с местными ребятишками?

Девочка вздрогнула и выронила булку. Та закатилась под стол.

– Злата! – тихонько воскликнула Василина, но я сделал ей знак не вмешиваться.

– И что это тут происходит?

Девочка смотрела на меня настороженно, словно слегка подзабыла за ночь. И немудрено, ведь куда дольше она общалась с драконом, чем со мной.

Понурившись, она протянула мне объемистую котомку с «награбленным»:

– Вот. Я больше не буду.

– А знаешь что? Забирай-ка все.

– Все? – переспросила она, не до конца веря.

– Ну да.

Завизжав, Злата бросилась ко мне и обняла.

– Резинзад, ты самый крутой волшебник из всех, что я знаю! Круче только Гапа.

– Это чем же Гапа круче меня?!

– Она летать умеет.

Лина прыснула.

– Я тоже умею летать, – опроверг я досадное заблуждение.

– Берлиан умеет, а ты – нет, – изрекла простую истину маленькая негодница.

– Уела! – покачал я головой и поднялся. – Давай, готовь свою сумку. – Я взял со стола блюдо со сладостями. – Открывай пошире. Перекладывай. Вот так. А этот можно съесть. Давай пополам?

Дождавшись кивка, разломил не поместившийся в сумку крендель с сахарной посыпкой на две части. Свежий и аппетитный, он так и просился на язык. Протянув половину девочке, вторую разломил еще на две части и бо`льшую отдал Тени, удостоившись ее одобрительного взгляда.

Девчонка быстро ухватила идею и сделала то же самое.

– Мамочка, угощайся! – воскликнула она и сунула Василине свою половинку половинки.

– Ох! Спасибо-спасибо! – Тень с удовольствием съела угощение. – Мм!

А девочка улыбнулась мне светло и искренне и неожиданно выдала:

– Ремсисан, ты такой хороший! Давай с нами жить?

Я опустился перед ней на корточки, поправил подол симпатичного платьица и попросил:

– Злата, зови меня просто Редж, ладно?

– Реж?

– Ну, пусть будет Реж, – со вздохом согласился я.

– Вот же компания у меня подобралась! Реж да Нож, – прыснула Лина.

Я бросил на нее ревнивый взгляд, только сейчас осознав, что, пока я буду выполнять свои драконьи обязанности, рядом будет ошиваться ньер Шатолье. И тот факт, что он хранит в себе Эмералда, лишь усугубляет ситуацию. Все драконы чувствуют Теней, а Эмералду она необходима.

– Нет, Злата. Реж мне все-таки не нравится, но у меня есть идея получше. – Я подмигнул.

– Какая? – Девчушка подозрительно сощурилась, став удивительно похожей на свою маму в определенные моменты.

– Как насчет того, чтобы называть меня «папа»?

– Па-па, – произнесла малышка, точно пробуя слово на вкус. – Папа. Ты теперь мой папа! Папочка!

– Папочка, и точка... – прошептала Лина, прыснув в ладошку, а затем быстро-быстро заморгала.

Василина Вьюга, Тень Дракона

Предел Дракендорт, Замок Дорт-Холл

Держаться было очень сложно.

Особенно после того, как мои самые близкие в этом мире люди нашли общий язык. С самого утра я старалась улыбаться, сражаясь насмерть с подступившим к горлу комом.

Я не хочу его отпускать!

К переполняющему меня счастью примешивался металлический привкус страха, и даже сладкий крендель не смог его перебить. В любой момент Редж может сказать, что ему пора, и я хотела отдалить этот миг.

Драклорд поднялся, потрепав мою малышку по волосам:

– Беги уже, угощай подружек.

Злата покосилась на меня.

– Иди, конечно! – кивнула я дочке.

За дверью ее ждала баба Гапа, или гарпия Агаппа, именно так звали гарпию-хранительницу здесь, в Пределах. Малочисленный клан гарпий обитал в поселке, затерянном в горах Драконьего хребта, и оттуда испокон веков выходили преданные хранительницы Теней, как оказалось. Агаппа доказала это делом, последовав за своей подопечной в другой мир, где сумела ее сохранить даже в такой безнадежной ситуации.

Проводив взглядом убегающую дочурку, которую за дверью ждала не только Гапа, но и дворовые ребятишки с Айей во главе, я повернулась к Реджу:

– Спасибо тебе...

Вместо слов он подошел ко мне и обнял. Мы долго стояли молча, и я слушала, как тревожно бьется его сердце. Сердце моего мужчины.

– Пора, да? – выдохнула я и тут же пожалела.

По щекам ручейками заструились слезы.

Пока я тихо плакала, роняя на пол драгоценные камешки, Редж ласково гладил меня по спине и изредка вздыхал. Затем осторожно приподнял мое лицо.

– Я должен вас защитить, понимаешь?

Конечно, я все понимала. На себе ощутила весь трындец, когда думала, что уже не выберусь из воды во время цунами. Да и войско Нирфеи не внушало добрых надежд. И уж точно я не ждала снисхождения к себе и Злате. Во всех мирах и во все времена бить стараются по самому больному.

Но не меньше я беспокоилась за драклорда:

– Это ведь безопасно, да? Скажи, что да!

Путешествие через это адище, которое они называют морем, априори не могло быть безопасным. Но мне так хотелось, чтобы Реджинхард меня успокоил.

– Скажи, что твоя особенная драконья магия перенесет тебя сразу, куда нужно, а затем доставит обратно. Одно крыло здесь, второе – там. Наверняка же есть какой-то секрет? Или море там дальше будет поспокойнее? По пути же есть какие-то острова, где можно передохнуть?

Каждое предположение, что я высказывала, было скромнее предыдущего, а Редж все молчал, не желая меня зря обнадеживать. Пришлось сделать это самостоятельно.

– Ладно... Ты алмазный дракон. Самый сильный и крутой из всех. Я читала. Однажды ты уже навалял остальным и показал, кто тут батя. Ты поменяешь эту чертову батарейку на границе и вернешься к нам целым и невредимым, а я... Я буду ждать тебя здесь и изо всех сил защищать Дорт-Холл, сколько потребуется.

Улыбка любимого стала мне наградой.

– Я не все понял из сказанного тобой, но спасибо. В свою очередь, постараюсь сделать так, чтобы никто сюда не сунулся, пока меня нет.

Он коротко поцеловал меня и потянул к выходу из столовой на террасу. Прямо за ней начинался тот самый сад, где резвились цветодраки. Пока я выискивала взглядом синих дракошек, Редж вынул из ножен Рассекающий и поднял к небу.

– Хаире аммено дарекрон амендис хорс!

Высоко в небе появилась едва заметная темная точка. Она приближалась, увеличивалась, пока не превратилась в дракона! Гигантский ящер вблизи оказался полупрозрачным, точно нераскрашенная картина. Он завис перед нами и замер, перестав двигать крыльями.

В тот же миг снизу взвились с громким щебетом малыши-цветодраки, занимая места внутри полупрозрачной иллюзии. Дракон на глазах наполнялся жизнью, становился плотнее, и вскоре перед нами предстала точная копия Берлиана.

Зарычав, новоиспеченный дракон, как две капли воды похожий на одного моего знакомого, взмыл в небо. Его крылья обдали нас мощным потоком воздуха, пригнув к земле бутоны цветов. Зарычав и выпустив струю голубого огня, он заложил круг над башнями замка, а затем устремился в сторону моря.

– Обалдеть! – только и выдохнула я.

Я бы и под сомнение не поставила тот факт, что дракон настоящий. Теперь эта разница была очевидной.

– Я уже видела одну иллюзию, но это другое!

– Надеюсь, удастся достаточно долго водить нирфов за нос. Это уже не просто иллюзия, это магическое существо, которое сможет и отпор дать, если потребуется. Он будет совершать облеты территории каждый день, так что в ближайшее время опасаться нападения не стоит. Защита Дорт-Холла должна выдержать, но...

– Но там есть некая Нирфея, от которой неизвестно чего ожидать? – догадалась я без труда.

– Именно. И она беспокоит меня куда сильнее всех прочих нирфов, поэтому я оставлю тебе Рассекающий. Пусть хранится в подземелье, заодно подпитывается. Оттуда его никто не сумеет забрать, но, если тебе понадобится его мощь, смело бери и пользуйся. Даже если решишь вернуться домой. Только кровью не окропляй больше, я не смогу тебе помочь.

– Не буду, – сконфузилась, припомнив, чем все закончилось в прошлый раз.

– И еще. Носи при себе тот кинжал. Всегда. Однажды он уже смог тебя выручить. Пусть будет.

– Хорошо, любимый.

Мы вместе отнесли меч в подземелье и спрятали его в сталагмитовый куст. Потом Редж показал, как его оттуда доставать и как использовать правильно. К тому моменту в замок вернулся поддельный дракон. Величаво вошел в подземелье и только там рассыпался на множество малюсеньких дракончиков, которые разлетелись по своим делам.

Только трое остались с нами.

– Лина! Это что-то! Ты даже не представляешь, что я испытал! – с восторгом сообщил Соник, опускаясь на мою ладошку. – Ощущать себя большим и очень сильным – невероятно здорово!

Рядом вились Баламут и Красотка. Похоже, дракошки были в экстазе.

– Слушайте меня, цветодраки, – вмешался драклорд. – Сегодня я улетаю, а на вас ложится задача хранить Дорт-Холл и помогать Тени, пока меня нет. Ежедневно вы должны объединяться и патрулировать территорию вокруг замка. Враг должен думать, что хозяин все еще здесь.

Соник поклялся, что выполнит наказ, даже если придется погибнуть всей стаей.

После мы собрали во дворе людей, и Редж представил всем Злату, объявив своей дочерью. Присутствие хорошо известной в деревне гарпии стало подтверждением легитимности нашего с дочкой положения. Хранительницы не охраняют кого попало.

После ко мне подошла Рисанна и предложила нашить для малышки нарядов. Имелся у дочки старосты такой талант. А потом настал вечер, и Реджу пришло время отправляться в путь...

Наш прощальный поцелуй был с привкусом соли и горечи. У меня закружилась голова, и я вцепилась в драклорда, проглатывая рвущийся из горла крик: «Останься!»

Я пообещала себе больше не плакать. Пока мой дракон не вернется, не позволю себе пролить ни единой слезинки!

Прикусила до крови губу, отгоняя слабость болью, и заставила себя разжать пальцы на его плечах, постаравшись улыбнуться светло, насколько это было возможно.

– Все будет хорошо. Я в нас верю. Я люблю тебя, Редж.

– И я тебя люблю, Василина.

Драклорд выпустил меня и сделал шаг назад, не разрывая зрительного контакта. Затем другой. Третий...

Его силуэт вдруг смазался, а в следующий миг передо мной возник Берлиан. Моргнув на прощание золотыми глазами, он расправил огромные крылья и взмыл в небо, устремившись к Драконьему Пику.

На мгновение Дорт-Холл показался мне еще более пустым, чем когда я жила здесь одна. А в следующий миг пространство заполнили детские голоса. Раздался хохот и визг прямо под балконом с длинной выступающей вперед площадкой, где я провожала своего дракона.

– Не поймаешь! Не поймаешь! – кричали дети.

– Ар-р-р-р-р! – Кто-то весьма натурально рычал, изображая монстра.

Дети завизжали. Визг перешел в хохот. Хохот сменился дразнилками, и все повторилось. Заинтересовавшись, я подошла к балюстраде и посмотрела вниз. Там собралась вся мелкотня во главе с Айей и Златой. Похоже, девочки сдружились, так как держались поблизости и координировали действия.

А монстра изображал не кто иной, как ньер Шатолье – в миру разбойник Нож. С завязанными глазами он носился за детьми, притворяясь чудовищем.

– Ну, хоть чем-то занят, уже хорошо, – пробормотала я.

Понаблюдав за игрой, я направилась к себе. Нужно было выбрать вещи, которые можно переделать в одежду для Златы. Двери в покои оказались приоткрыты, а внутри обнаружилась Роса. Она что-то напевала, смахивая с камина пыль.

Сейчас, когда она была одна, ее лицо выглядело безмятежным. Даже по-своему красивым. В кои-то веки высокая Роса не сутулилась, и ее стройная, гибкая фигурка казалась грациозной, а в каждом движении сквозила легкость и уверенность.

Я невольно ею залюбовалась, удивляясь такой способности мимикрировать под серую мышь. Сейчас если их с Рисанной поставить рядом, то Роса как-то даже поблагороднее с виду будет. Неудивительно, почему Эйрен на нее клюнул.

Девушка остановилась у зеркала. Покрутилась, а затем повернулась и весьма характерным движением натянула платье, словно хотела разглядеть живот. Живота у нее видно не было, но я мгновенно осознала, что происходит.

– Роса? – позвала тихонько, но девушка все равно отпрянула, тут же привычно ссутулившись и опустив к полу глаза.

– Ньера Тень, вы меня напугали, – пролепетала она. – А я... тут порядок навожу.

– Роса, ты что, беременна? – не стала я ходить вокруг да около.

– Что вы, ньера! – воскликнула она, но прозвучало фальшиво.

Я чуть наклонила голову, намекая, что ей не удалось меня провести. Роса покраснела, ссутулившись еще сильнее.

– Ньера, только не говорите моей сестре. Пожалуйста!

Она молитвенно сложила руки и вдруг рухнула на колени.

– Эй! Ты чего?

Я кинулась к побледневшей точно полотно девушке, которая не просто решила умолять меня таким способом, а собралась грохнуться в полноценный обморок. Я успела ее придержать и помогла добраться до глубокого кресла. Напоила водой, растерла уши. Не помню, действует ли этот способ от обмороков, но впечатление на Росу он точно произвел. Терять сознание она передумала, и ладненько.

– Отец ребенка ньер Шатолье?

– Да, ньера, – едва слышно ответила Роса.

– Ты же понимаешь, что он на тебе не женится? – спросила я осторожно.

– Конечно! – Роса подняла взгляд и улыбнулась. – Ньера, я не такая наивная, как обо мне думают. Но я знаю свое место. Я буду растить этого ребенка с гордостью. – Она вдруг снова помрачнела и уставилась на меня с мольбой. – Ньера Лина, пожалуйста, не говорите ничего Рисанне, она заставит меня вытравить плод или чего-нибудь подсыпет, если я откажусь. А я хочу стать матерью!

Я прекрасно ее понимала. У меня в свое время тоже интересовались, правда ли я хочу оставить ребенка. Но, несмотря на то что я не помнила, кто сотворил со мной такое, ни разу не допускала и мысли избавиться от него.

– Рисанна боится, что ты не сумеешь его прокормить?

– Скорее переживает, что я семью опозорю. Риса права, я всегда была черной овцой в нашем стаде...

– Это лишь мнение ее матери. Она спроецировала свою ненависть на тебя и научила этому твою сестру.

– Ой, мудрено вы говорите, ньера, но, кажется, я понимаю, о чем вы. Действительно, раньше мы с Рисой лучше ладили. Но чем взрослее становились, тем больший разлад вносила старостиха.

– Так обычно и бывает.

Мы синхронно вздохнули и замолчали. Паузу нарушила Роса:

– Ньера, мне Аруха предсказала, что, если рожу от того, кто носит в сердце дракона, мой ребенок достигнет многого и возвысится.

– Ох уж эта Аруха! – Я закатила глаза, и вдруг меня осенило. – Выходит, за это Рисанна тебя ругала? Я слышала.

Роса кивнула.

– Я поделилась с ней предсказанием, а она на меня набросилась. Сказала, чтобы я и думать не смела о драклорде. А мне драклорд-то и не нужен. А теперь... Теперь, когда все произошло и во мне растет малыш, я очень боюсь, что сестра мне подсыплет чего-нибудь, и я скину... – повторила она.

После того, что мне поведал Нож о непростых взаимоотношениях в женском коллективе замка, я даже не удивилась.

– Надо бы сделать так, чтобы сестра перестала лезть в твою жизнь. – Я пристально посмотрела на Росу. – Слушай, а что, если мы тебя замуж выдадим? Нет, ты не думай! Неволить не стану. Но, может, есть кто-то из парней, кто сумеет тебя отстоять? Достаточно авторитетный и такой, чтобы простил тебе твои похождения?

– Пиран. – Роса вдруг смутилась. – Я давно ему нравлюсь, и... Он стал моим первым мужчиной.

– Что?! – Это было и вовсе неожиданно.

Вот он – темный омут! Сидит передо мной, нежно розовея щечками.

– Ну, ньер Шатолье прогнал меня, когда узнал, что я еще девица. А мне так хотелось, чтобы предсказание Арухи сбылось... И тогда я соблазнила Пирана.

Нормальный такой деловой подход. Решаем проблемы по мере поступления. Как-то немного цинично даже для нашего мира...

– И что, на следующий раз ньер Шатолье не стал отказываться?

Роса смутилась еще сильнее и, покраснев, потупилась.

– Не стал, – едва слышно призналась она.

Но кто я такая, чтобы ее осуждать, в конце-то концов? Тут, между прочим, Армагеддон назревает, а так Роса и остальные хоть удовольствие получили.

– Хорошо. Тогда зовем Пирана.

Насколько это честно, если ребенок Росы не от него?

Честно говоря, я не особенно ему сочувствовала. Он с радостью лишил девушку, которая ему давно нравилась, невинности и даже не подумал узаконить отношения, как того требовали местные обычаи. Серьезный, между прочим, момент. Так что пусть и с ребенком сами разбираются, а моя совесть чиста.

Опять же, станет отнекиваться – настаивать не буду. Сами эту кашу заварили, пусть сами и расхлебывают.

– Ньера, пусть Дракон Прародитель подарит вам долгую жизнь! – Роса ухватила меня за руку и прижалась лбом в знак благодарности.

За Пираном послали сразу же, и тот мгновенно явился. Увидев нас двоих, парень побледнел, явно сделав какие-то свои выводы.

– Ньера, прошу меня простить. Роса, я должен был сразу о тебе позаботиться... – Он виновато уставился на девушку.

– Так-так-так! На воре и шапка горит? – приподняла я бровь.

– Ньера, позвольте исправиться? Роса, ты станешь моей женой?

– Куда ты так торопишься? – поморщилась я. – Сделаешь предложение еще раз и по-человечески. Романтично и красиво. Желательно при свидетелях. Тебе такая девушка шикарная досталась, а ты!

– Простите! – окончательно сконфузился Пиран, продолжая пожирать скромно поглядывающую на него из-под ресниц Росу глазами.

Глава 26

Буря над морем и в замке

Реджинхард Берлиан,

драклорд Дракендорта

Где-то над морем Семидесяти Семи Бурь

Из-за низко висящих туч лететь приходилось почти над самой поверхностью воды. Когтистые гребни волн вздымались высоко в небо, но недостаточно, чтобы дотянуться до режущего воздух дракона. Возмущенное такой наглостью море ревело, снова и снова пытаясь схватить и утащить меня в свое ненасытное брюхо.

К сожалению, над морем Семидесяти Семи Бурь драконьи тропы не действовали, поэтому добраться до Алмазной скрепы возможно было лишь на крыльях. Однажды я уже проделал этот путь, но тогда не приходилось постоянно бороться с сумасшедшим встречным ветром, порывы которого иногда трепали целого дракона, точно хилую птичку.

«Барьер разрушается! Еще чуть-чуть, и его не станет», – сетовал Берлиан.

«Мы успеем!» – упрямо повторял я.

Обязаны успеть...

Только драконье чутье и чувство времени помогали не сойти с ума, подсказывая, сколько мы уже летим к стеле с артефактом над бушующей водной стихией.

«Семь дней, восемнадцать часов и сорок четыре минуты», – тут же уточнил Бер.

«А сколько еще осталось?»

«Не знаю...»

Особенно сильный порыв ветра ударил прямо в крылья, отчего я кубарем полетел назад. Гребень высокой волны чиркнул по брюху, едва не вырвав из моих лап сменный кристалл. Удержаться помогла только магия – моя и драконья.

«Редж, мы точно справимся?»

«У нас нет иного выбора, Бер».

Постоянно беседуя, мы спасались от сумасшествия, почти как в пещере. Когда становилось невыносимо, я полностью растворялся в древней сущности дракона. Бер не возражал, но я старался делать это пореже, не желая оставлять его одного надолго.

До Алмазной Скрепы мы добрались за десять дней, тринадцать часов и двадцать четыре минуты.

Посеревший, покрытый черными пятнами кристалл, в котором больше не осталось ни капельки магии...

«Барьер похож на решето!» – воскликнул в ужасе Берлиан.

Магическая завеса, отделяющая море Семидесяти Семи Бурь от Океана Вечных Штормов, зияла дырами, сквозь которые захлестывала вода. В этом месте волны бушевали беспорядочно, затем выравнивались, входили в единый ритм и устремлялись в сторону далекого берега, чтобы выйти на него в виде цунами.

«Что будет, когда барьера не станет совсем?» – паниковал дракон.

Я не успел ответить, потому что случилось то, чего мы так боялись: кристалл на стеле лопнул, осыпавшись пылью, и магическая завеса, мигнув на прощание в последний раз, погасла...

Океанская вода с оглушительным ревом вздыбилась до самых небес. Точно притаившийся хищник, карауливший добычу, она дождалась подходящего момента и набросилась на жертву. Не думая ни секунды, я перехватил контроль над растерявшимся драконом и устремился к стеле, поднырнув под ледяную соленую воду.

Крепкая алмазная броня защищала тело. Я резал воду не хуже, чем воздух.

Надо мной был океан, когда я достиг погребенной в пучине стелы. Золотой шпиль сиял путеводной нитью в толще соленой воды. Сжигая остатки воздуха в легких, я вытянул шею и махнул хвостом, помогая негодным для передвижения под водой крыльям, и выпустил из лап кристалл.

Теряя сознание, я надеялся, что еще не слишком поздно...

Василина Вьюга, Тень Дракона

Предел Дракендорт, замок Дорт-Холл

Роса и Пиран, смущаясь, переминались с ноги на ногу, не зная, куда деть глаза. Я нахмурилась и потерла переносицу.

– Роса, мне кажется, Пиран должен кое-что узнать, прежде чем принимать решение.

Девушка тут же взяла парня за руку и, не поднимая глаз, сообщила:

– Пир, я ношу дитя под сердцем. Срок еще маленький, но я точно это знаю. Айсана подтвердила...

Брови Пирана взлетели, он бросил на меня короткий взгляд, а затем снова уставился на Росу с невероятной радостью. Но когда он наклонился было, чтобы ее поцеловать, девушка приложила к его губам пальцы, останавливая.

– Пир, это, скорее всего, ребенок ньера Шатолье, – выложила она все как есть.

Смотреть на Пирана было жалко. Я уже сто раз пожалела, что не посоветовала Росе промолчать. Хотя, может, все к лучшему? Если у темноволосой смуглолицей пары родится зеленоглазый белобрысенький малыш, не избежать вопросов.

Парень молча направился к выходу.

– Пир, только без глупостей! – крикнула я ему вслед.

Тот кивнул, не оборачиваясь, а Роса закрыла лицо ладонями и горько заплакала. Так горько, что и у меня невольно выступили слезы. Еле сдержалась, чтобы не раскидать драгоценности по полу вопреки данному самой себе обещанию.

Я подошла и обняла девушку.

– Не переживай. Ребеночка можно растить и одной. Ты можешь рассчитывать на мою помощь.

– Спасибо, ньера. Я пойду? – С моего согласия она покинула покои.

Провожая Реджа, я красиво нарядилась, но сейчас захотелось надеть что-то более удобное, чем платье. Что-то, в чем я буду чувствовать себя немного сильнее. Может, одолжить у кого-нибудь кирасу?

Я отправилась в ванную и долго умывалась холодной водой. Затем облачилась в привычные штаны с рубахой и куртку, почувствовав себя немного увереннее. А еще я как-то неожиданно ощутила себя одинокой. Гапа где-то гуляла вместе со Златой. Дочка была в полном восторге от замка и желала побывать в каждом его уголке.

Айсане драклорд выделил отдельные покои и разрешил посещать библиотеку. Так что ее я тоже не видела с тех пор, как помогла с переездом, и решила заглянуть к знахарке и обсудить ситуацию с Росой.

Покои Аси располагались на этом же этаже – у самой лестницы. Когда я вошла, она порхала по кабинету, раскладывая книги и расставляя по местам новенькие реторты и склянки, которые обнаружились в подвале.

– Тук-тук! – постучала я по дверному косяку. – Можно?

Ася круто обернулась и порхнула ко мне, заключая в короткие объятия.

– Лина, как я счастлива! Дракон Прародитель осенил меня своей милостью! Всю жизнь я прожила в жалкой хижине, а теперь у меня собственные покои в замке драклорда! Но это не главное. Самое невероятное – я могу прикасаться к трудам великих лекарей и учиться у них!

Счастливо улыбаясь, она пробежалась пальцами по корешкам книг на полке.

– Ася, кресло-то куда поставить? – В кабинет заглянул Силан. – О, ньера Лина! Доброго вам вечерочка!

Я улыбнулась мальчишке:

– Здравствуй, Силан. Помогаешь сестре?

– Ага. Надо же пользу приносить, – ответил тот солидно.

– Я решила немного поучить брата. Магических способностей у него нет, но он неплохо разбирается в травах. Не все же самой по горам скакать.

– И правильно! – поддержала я ее идею и прошлась по покоям.

Выглянула в окно спальни, выходящее во двор. Там вокруг колодца носилась ребятня, изображая дракончиков. Во главе этой стаи скакал ньер Шатолье, изображая вожака, не иначе! Высоко вскидывая ноги и махая руками, точно крылышками, он выглядел слегка ненормальным, но ребятишки были в восторге.

Надо же, как он хорошо с детьми ладит! Может, это лучше его женить на Росе?

– А я решил учить Шныря, – ворвался в мои мысли Силан. – У него башка-то большая, да руки хилые. Пропадет парень, если к делу не пристроить.

Мальчишка говорил это с таким важным видом, что я невольно улыбнулась, радуясь, как мои подопечные взрослеют на глазах.

– Молодец! – похвалила я его. – Это ты здорово придумал.

Не пропадут теперь мальчишки. Эх, еще бы пережить все катаклизмы, и тогда можно будет не беспокоиться за их судьбу.

Подошла Ася и тоже выглянула в окно. Улыбка сползла с ее лица. Я тоже увидела, как куда-то шагает мрачный Пиран, а за ним плетется понурая Роса, комкая в руках край фартука.

– Ася, кажется, я что-то не так сделала...

Айсана понятливо на меня посмотрела, а затем крикнула:

– Сил, принеси-ка мне четырехлистник масфора.

– Ася, ты это... С дерева рухнула, что ли? Где я тебе его найду?

– Я видела пару побегов в огороде у самой стены, куда солнце не попадает. Поищи там.

– Книжек своих начитаешься и просишь невесть чего... – Бурча себе под нос, Силан вышел из комнаты.

Айсана притворила плотнее за ним дверь и пояснила:

– Это я нарочно, чтобы уши не грел.

– Роса рассказала мне, что беременна, – сообщила я.

– Так и есть. Срок маленький, но плод сильный. Сияет ярко. Я заметила это еще вчера.

– Отец Нож?

– Думаю, да. Только ньеры обладают такой магией. У сох способности встречаются редко.

Я кивнула:

– Ася, Росе Аруха нагадала, что ребенок от Ножа будет особенным. Как думаешь, карге можно верить?

– Впервые слышу про это предсказание... – Айсана задумчиво потерла подбородок пальцами. – Но корысти в нем какой-то не вижу. Думаю, да. Предсказание могло быть настоящим.

– Аруха сказала: если Роса родит «от того, кто носит в сердце дракона», то ее ребенок достигнет многого и возвысится.

– От того, кто носит в сердце дракона? – переспросила Айсана.

Я не ответила, только сейчас осознав полностью смысл фразы.

Отогнав ревнивые мысли, которые не могли иметь отношение к реальности, я подумала о ньере Шатолье. А ведь он второй по силе маг после Реджа. И сейчас он катал на плечах Злату! Не слишком ли много внимания к моей дочери? Может, он решил через нее найти ко мне подход, пользуясь тем, что драклорда нет в замке?

Я слишком хорошо запомнила его слова: «А что, если все-таки дракон?»

– Мамочки...

– Лина, что-то случилось?

– Пока нет, но мне надо идти! – Я заторопилась прочь, но у самого выхода притормозила. – Ася, Роса боится, что Рисанна что-нибудь сотворит с ее малышом.

– Присмотрю за обеими. – Айсана понятливо кивнула.

Оставив подругу, я отправилась туда, где все еще резвился со стайкой детей ньер Шатолье. Нужно было расставить точки над «i».

– Мама! – звонко завопила моя малышка, стоило мне появиться на крыльце.

– Летим скорее к мамочке! – Развеселый Нож направился к нам, глядя на меня с неподдельным восторгом.

Сидящая на его плечах Злата, раскинув руки, изображала самолет:

– Мама, смотри, я дракон! Прямо как Бер!

Дочке было так весело, что я невольно испытала неловкость за то, что собираюсь лишить ее общения с Эйреном. Но пока я не понимала его истинных намерений, это было необходимо.

– Эйрен, нам нужно поговорить. Злата, поиграй пока с Гапой и детьми.

Гарпию я заметила в тени под стеной. Хранительница не мешала играть, но и не спускала бдительного взгляда со своей подопечной.

– Конечно-конечно! Я весь твой! – с какой-то особенной улыбкой откликнулся Нож, снимая с себя Злату. – Беги, детка. Я скоро к вам присоединюсь. – Он помахал ей рукой.

Я неторопливо направилась к лестнице на стену. Там мы будем на виду, но сможем поговорить без лишних ушей. Поднявшись, осмотрела окрестности. Веселый сельский пейзаж, что радовал взгляд раньше, побурел. Земля была вытоптана, ее пятнали выжженные проплешины. Стало неуютно, и я отвернулась.

– Не понимаю, что происходит, – начала, надеясь, что Эйрен проговорится сам.

– Ты о чем?

– Да так... Не замечала в тебе раньше интереса к играм с детьми.

Разбойник неожиданно смутился.

– Раньше меня интересовали исключительно женщины и развлечения, принятые у знати. Это до того, как все это закрутилось и я попал в Дорт-Холл, – пояснил он.

– Что именно закрутилось, Эйрен?

Нож вздохнул:

– В мой дом пришла большая беда, Лина. Я был вынужден бежать, чтобы сберечь кое-что важное.

– Что именно? – уточнила я, уже догадываясь.

– То, что поможет вернуть мои земли.

– Ты не просто ньер Шатолье, да, Эйрен?

– Вроде того. Я тебе обязательно все расскажу, когда вернется драклорд.

– Хорошо, но вернемся к теме нашей беседы. Почему ты все время крутишься рядом со Златой?

– Я задумался о будущем.

Жениться он, что ли, собрался? Но не на мне же, это невозможно...

Стоп!

У этих ньеров наверняка династические браки практикуются? Поди, еще с пеленок себе невест бронировать принято?

– Даже не надейся! Я не выдам свою дочку за тебя! Когда Злата вырастет, ты уже будешь старым и вонючим брюзгой. Нет-нет-нет!

Нож даже глаза вылупил:

– Лина, ты чего? И в мыслях такого не было! Да и не готов я ждать так долго, пока она вырастет.

– Смотри мне! – Я демонстративно погладила рукоять кинжала.

– Ты кошмарная женщина, Василина! Пожалуй, я даже не стану больше жалеть, что ты предпочла Реджинхарда. Пусть алмазный с тобой и мучается.

– Я бы тоже тебя не выбрала никогда в жизни!

– А вот тут не поверю! Ты на меня тогда так смотрела... – Нож коварно улыбнулся.

– У меня семь лет не было мужчины. Я и на красивую статую могла засмотреться, но это еще ни о чем не говорит. Извини. Я с преступниками дел не имею.

– Эй, я не преступник!

– Ну конечно! Не преступник, а всего лишь наглая самодовольная рожа. А рабами кто торговать собирался?

– Лина! Я просто хотел уехать в Солияр, и только!

– Но тебе было плевать на людей. И на детей в том числе. Тебя не волновали их слезы. А теперь ты с ними по двору носишься, точно оголтелый. Это очень странно, не находишь?

Эйрен нервно взъерошил волосы:

– Согласен... Не подумал, что это так выглядит. Просто. Просто вокруг стало мало хорошего, а дети... Они живут здесь и сейчас. Веселятся, играют, не задумываясь, что завтра могут прийти нирфы или случится что-то похуже. Они помогают мне хоть ненадолго поверить в то, что все наладится...

Глаза Ножа неожиданно блеснули зеленью, и он поспешно опустил взгляд.

Своими депрессивными речами и кислой миной он меня рассердил. Вот честно, лучше бы борзел, как раньше, чем такая меланхолия! Я и без него переживала за Реджа, и любой намек на провал его миссии, даже малейший, воспринимала в штыки.

– Все обязательно наладится! Не смей сомневаться! Просто у тебя и дел никаких нет, только баб по углам тискаешь да ерундой маешься.

– Это не так! Ты ничего обо мне знаешь! – рассердился вдруг Нож.

Наши взгляды пересеклись со звоном стали.

Ну вот! Так намного лучше. Я растянула губы в ехидной улыбке:

– Ой-ой-ой! Какие мы загадочные!

Нож поиграл желваками и отвернулся.

– Это не моя тайна, Лина. Извини.

– Пф! Да нужны мне твои тайны. Лучше скажи, ты уже знаешь, что Роса от тебя беременна?

– Роса? А... Высокая, худая. Тихая... Что?! Нет... Нет! Только не это! – Эйрен мотнул головой.

– А чему ты удивляешься? От этого, между прочим, дети бывают. Значит, жениться на ней ты не собираешься?

– Нет, конечно! – оправдал Нож мое нелестное о нем мнение.

– Все с тобой понятно. Тогда чтобы и духу твоего не было рядом с Росой больше. Узнаю, что снова шары к ней подкатываешь, – выгоню к нирфеатам из замка.

– Какие еще шары? – нахмурился этот нечестный человек.

Смерив его многозначительным взглядом, я просто ушла.

Глава 27

Враг у ворот

С тех пор как улетел Реджинхард, прошло пятнадцать дней. Я занималась делами, коих было невпроворот. Я выяснила, кто чем любит и умеет заниматься, выстроила иерархию управления, назначила ответственных на каждом участке. Для этого, конечно же, пришлось взаимодействовать со старостой. Заодно я поговорила с ним о Росе. Он было принялся ее ругать и даже обещал поколотить, что привело меня в еще больший шок.

– Вы всерьез собираетесь побить беременную женщину, которая является вашей дочерью? Не ожидала от вас...

Я разочарованно поджала губы.

– Так ведь она опозорила... – смял в руках шапку пожилой мужик – здоровый, точно гора.

– Кого? – перебила его я. – Кого именно Роса успела опозорить?

– Так ведь не положено же...

– А когда ее ньер брал, спрашивал, что положено, а что не положено? Где ты был? Почему дочь не уберег, если так за нее радеешь?

– Так ведь то ньер же... – багровел и мялся староста, раздражая меня все больше и больше. – Что я ньеру-то скажу?

Может, он и неплохой мужик для деревенских, но, на мой вкус, кондовый, как старый забор. Со всем вот этим вот домостроем, где одно правило другому противоречит.

– Женам тоже изменять не положено. Да ты, кажется, тоже у своей разрешения не спрашивал? – поддела я его, напомнив, что Роса – плод его собственного грешка. – А ребенок твой, между прочим, всю жизнь страдает. Ты же ее так и не признал.

Староста вскинулся, желая возразить. А то и попрекнуть меня Златой додумался. Но, встретившись с моим холодным взглядом, шумно выпустил из груди воздух.

Вот и отлично!

Я продолжила, решив его дожать:

– Узнаю, что Росу кто-нибудь гнобит или ты сам слухи дурные распускаешь, – выгоню за стену к нирфам!

Я давно заменила этим словом привычных чертей. На местных действовало безотказно. Наверное, потому, что нирфы – это не абстрактные злые духи, а вполне реальные моральные уроды. Да еще и маги, встреча с которыми чревата большими проблемами вплоть до летального исхода.

– Ньера, я все понял. Но как же тогда нам быть? Пузо-то вырастет, слухи пойдут... Да меня жена со свету сживет.

– Если все сделать правильно, к тому моменту твоя дочь уже замужем будет. Когда в Дракендорте принято свадьбы играть? Осенью?

– Чаще осенью. А так, когда кому вздумается, тогда и играют. Но осенью поздновато будет...

– Ой! Как будто ваша деревенская молодежь никогда по залету не сходилась! – Я скорчила гримасу.

– Ну, как же... Сходилась. Было дело... Да вот только кто Роску теперь такую возьмет? Была бы хоть красавица, как Рисаннка, а то вся в свою мать. Худосочная да блеклая, – сетовал староста.

Ух, как же мне его треснуть хотелось! Желательно ногой.

– Ну, вы же посмотрели на маму Росы. И даже ребенка ей умудрились заделать, – поддела его я.

Староста только пыхтел и тужился. Вот-вот и случится детский конфуз от напряжения! Не привык он, чтобы с ним так женщины разговаривали.

В дверь кабинета уверенно постучали, затем она приоткрылась, и заглянул счастливый Пиран:

– Ньера, можно? О! И староста здесь. Вы-то мне и нужны. Ну... Я тогда снаружи подожду.

– Заходи-заходи, Пир. Какие новости? С чем пришел? – Я постаралась продемонстрировать свое расположение.

– Ну... Тогда, пожалуй, пойду я.

Глава деревни попытался улизнуть из моего кабинета.

– Погодите. Пиран сказал, что у него к вам какое-то дело, – напомнила я, растянув губы в предвкушающей улыбке.

Староста недовольно замялся и пробурчал:

– Ну? Чего хотел-то?

– Хотел попросить руки вашей дочери, – радостно заявил Пир.

– Хм! В зятья набиваешься, что ль?

– Набиваюсь! – согласился парень.

– Почто так спешно? Нашалили небось? – Староста грозно свел брови, буравя Пирана строгим взглядом.

– Каюсь, было дело... – признался тот, и я едва не прыснула.

Два дня назад Пир перестал дуться и сделал Росе нормальное предложение. Правда, пришлось предварительно с ним побеседовать один на один. Но он оказался понятливым и даже обрадовался, узнав, что у ребенка могут проявиться магические способности. В общем, молодые помирились и решили жить в любви и согласии.

– Ах, Риссанка! Ах, вертихвостка! – взвился староста. – Да что за наказание такое? За какие такие грехи Дракон Прародитель дал мне двух дочерей?

Мы с Пираном переглянулись. Я едва сдержала смешок. Сохранять серьезное выражение лица было все трудней.

– Староста, я собираюсь жениться на Росе, – уточнил Пиран.

– На Росе? Так это же... Брюхата она! – выдал староста, и мне захотелось треснуться лбом о крышку стола.

А еще лучше треснуть этого железноголового. Просила ведь, дочь не позорить и не трепаться, а он!

– Я отец, – не растерялся Пиран.

– Точно ты? – хитро сощурился староста, наконец осознав свою выгоду.

– Можете не сомневаться. Ребенка выращу и Росе стану верным мужем.

У старосты дернулась щека.

– Вот и жених нашелся. Отлично! Совет да любовь! Благословляю! – поднялась я, не давая старосте и слова вставить. – Уважаемый, можете готовиться к свадьбе. Да приданое за дочкой дать не забудьте. Хорошее, а то ведь малыш скоро появится.

Ухватив обоих под руки, проводила из кабинета за порог. Закрыв за ними дверь, устало выдохнула и направилась на террасу. Кабинет для приема населения я себе организовала на первом этаже, чтобы по лестницам туда-сюда не бегали и грязь по замку не разносили.

А еще я в любой момент могла улизнуть на террасу, а оттуда – куда угодно.

На плечо тут же приземлился взбудораженный Соник:

– Лина, ты закончила?

– Угу. Какой же этот староста тяжелый человек! – пожаловалась ему я.

– Он только притворяется недалекой орясиной, а на деле хитрый и ушлый, – подтвердил мою догадку дракошка и снова засуетился. – Пойдем со мной, покажу тебе чудо. Только скорее, не хочу все пропустить...

Я поспешила в садик, где уже собрались ребятишки. Неразлучные Айя со Златой и другие девчонки и мальчишки. Гапа и Нож тоже были здесь. Что удивительно, никто не галдел. И даже дети, собравшиеся в кружок, сидели тихо.

Соник, обогнав меня, полетел вперед и скрылся в самом центре этого кружка. При его появлении Злата обернулась и, призывно махнув мне рукой, приложила к губам палец. Впечатленная такой строгостью, я осторожно подошла ближе и вытянула шею, чтобы увидеть, на что же все так внимательно смотрят.

Это было маленькое, скрытое среди цветочных бутонов гнездо, хитро подвешенное на несколько стеблей. В гнезде, сплетенном из травинок и проложенном цветочными лепестками, обнаружился десяток ярко-салатовых яиц, размером чуть больше горошины.

Родители яиц сидели рядышком на цветке, не сводя блестящих круглых глаз с кладки. В том, что это детки Красотки и Соника, сомнений не было!

Раздался тихий щелчок, и скорлупку одного яйца пересекла трещина.

Дети не сдержали тихого вздоха, а Красотка вздрогнула и теснее прижалась к Сонику. Тот накрыл ее своим крылом. Мило, точно котики, они потерлись украшенными хохолками головками. Так трогательно, что у меня аж в носу закололо...

Трещинки стали появляться то на одном яичке, то на другом. Скорлупа откалывалась крохотными кусочками. И вот уже из первого яйца показалась малюсенькая головка с влажным, поникшим хохолком ярко-желтого цвета.

Зрелища милее я еще не видела!

Вскоре все дракошки, малюсенькие – размером с одну фалангу пальца, освободились от скорлупок и требовательно запищали, призывая родителей. Красотка тут же порхнула к ним и принялась выбрасывать мусор из гнезда. К ней присоединился счастливый Соник.

Дети радостно улыбались, с трудом сдерживая эмоции, но Айя и Злата строго следили за тем, чтобы сохранялась тишина. Нельзя было напугать малышей.

Появление потомства у короля цветодраков для меня стало полной неожиданностью. Ни разу Соник не намекнул на это. Но спасибо и за то, что мне и детям позволили присутствовать при вылуплении принцев-дракончиков. Это действительно большая честь!

«Спасибо, милый! – поблагодарила я его мысленно. – Поздравляю тебя от всей души. Пусть растут здоровенькими и умненькими».

«Спасибо, что ты здесь, Тень Дракона. Без тебя бы всего этого не было», – ответил Соник.

Подошла Злата и прижалась ко мне. Я обняла дочку, испытав в этот момент такое мощное чувство любви и единения, что два-три драгоценных камешка все-таки затерялись в траве. Кто найдет, тому и будет подарок.

Я поймала на себе взгляд Эйрена. Видел? А, неважно!

– Все, дети! Малышам нужно отдохнуть. Они потратили много сил, чтобы вылупиться на свет. Давайте пока оставим их с родителями. Через несколько дней они окрепнут, научатся летать, и тогда вы сможете полюбоваться ими снова. – Агриппина погнала всех из садика.

Мы с дочкой тоже пошли, держась за руки.

– Мам, я хочу есть.

– Скоро ужин.

– Хочу сладенького!

– Попрошу, чтобы приготовили твои любимые плюшки, но завтра, – тут же откликнулась Гапа, которая шла чуть позади нас. – А на ужин будет тушеное мясо, сыр и ягоды.

– Ура! – Дочка вырвала руку и запрыгала вокруг меня на одной ноге.

Наблюдая за ней, я вздохнула. Еды в замке пока хватало, но все могло измениться. Выходить за стены мы опасались. Уже несколько дней подряд разведчики докладывали, что в деревне хозяйничают какие-то люди. Видели лазутчиков и у кромки леса.

Цветодраки исправно выполняли свою миссию, превращаясь в большого дракона и имитируя его полет. Даже раза два пугнули соглядатаев, обратив тех в бегство, но было похоже, что нас раскусили. Я подсознательно ждала, каким будет следующий шаг нирфеатов.

Мы обошли главное здание и вывернули из той самой арки у черного хода, в котором я как-то пряталась от Сфиры. Тут же паслась привязанная Маруська. Провожая нас грустным взглядом, она призывно заблеяла.

Злата тут же подбежала к козе и подергала за веревочку.

– Маруся не любит, когда ее привязывают.

– Наверное, это сделали, чтобы она не разорила огород, – предположила Гапа.

– Нет! Ее Рисаннка не любит, потому что Маруська ее бодает.

– Вот и ответ. Прости, я без морковки.

Я тоже подошла и почесала козочку под подбородком. Та довольно зашлепала губами.

– Мам, а кто здесь еще водится? – поинтересовалась дочурка. – Почему мы не ходим гулять за стены замка? Дети рассказывают, что раньше они всегда гуляли и в море купались.

Да уж... Водится тут много кто, но в основном чудовища. За стены замка сейчас и носа высовывать не стоит. И к этому морю я больше близко не подойду! Но не скажешь же об этом ребенку? Хотя... Знакомить ее с реалиями мира все равно придется. И лучше сделать это как можно раньше.

Я решила начать с самого безобидного.

– Когда-то в замке жила гигантская паучиха, – осторожно начала я, наблюдая за реакцией.

– Паучиха?! Прямо гигантская? Вот такая? – Злата изобразила пятерней довольно внушительных размеров паука. Для Земли, конечно.

– Больше.

– Такого?

Паук подрос до двух растопыренных ладошек.

– Еще больше. Намного.

– Неужели больше меня?! – Злата страшно выпучила глаза.

– Даже больше меня! – рассмеялась я. – Размером с небольшой грузовичок, представляешь?

– Это... Это... Это та-а-а-ак круто! Хочу ее погладить!

Жить по соседству с подобным монстром было совершенно не круто! Но я не стала рассказывать дочке страшные подробности.

– Вообще-то, Сфира была размером с ладошку, но по ночам она вырастала и охотилась, – внесла я в свой рассказ уточнение.

– На кого охотилась?

– На меня.

– Ого! И как ты ее победила? Магией? Мечом? Волшебным кинжалом?

– Дружбой. Мы подружились и заключили договор о ненападении.

– Как здорово! – Дочурка захлопала в ладоши. – А где Сфира сейчас живет? Хочу на нее посмотреть! А на ней можно кататься? А она же добрая, да?

– Однажды я каталась на ней по горам, – поделилась я сомнительным опытом.

– О-о! А мне так можно?

Пока я раздумывала, как лучше ответить, к нам подскочил растерянный Силан:

– Ньера Лина, там... Там нирфы! Они идут к замку!

Как нирфы? Какие нирфы? Зачем? Почему? Только не это!

Весть обрушилась на меня точно ворох колючих снежинок, заставив заледенеть сердце. Руки задрожали, и на секунду закружилась голова.

– Ма-ам? – Дочка подергала меня за руку.

Я прикрыла глаза, справляясь с волной паники, а затем улыбнулась.

– У меня есть идея! Поиграем в прятки, но! – остановила я, собравшуюся рвануть куда глаза глядят дочурку. – Это новый вид игры. Прятаться нужно в своей комнате. Бери Гапу, и отправляйтесь скорее.

– Но это скучная игра! Разве так в прятки играют? – надула губы дочурка.

– Хорошо! Тогда в догонялки-обжиралки. Собирайте детей и бегите наперегонки... каждый в свою комнату. Как добежите, ждите там до тех пор, пока вас не позовут в столовую, ясно? Агриппина, скажи, пусть детям булочек сладких напекут и всякого такого. Устроим пир.

– Поняла! – поддержала мою идею Гарпия. – А ну-ка, на счет три! Догоню, покусаю! Р-р-р-р-р!

С веселыми визгами дети, которые еще не успели осознать, в какой мы оказались опасности, бросились в замок. А рядом со мной тут же оказались Пиран, Ган и Нож. И Силан, который решил, что уже достаточно взрослый.

– Силан, на тебе дети. Проследи, чтобы все разошлись по комнатам и никто не хулиганил. Сейчас не до того. Ган, на тебе двор. Если кому чего принести понадобится, лучше сам сходи. Пусть бабы не выходят лишний раз, а то прилетит кто-нибудь вроде вранхов, визгу будет!

– Думаете, прилетят?

– Не знаю. Но нечего сейчас по двору шариться. Опять же, в замке полно занятий. В северном крыле еще конь не валялся. Или рукоделием пусть займутся, кто готовкой не озабочен. Зима скоро, нужно теплые вещи справить тем, кто нуждается.

– Всем уйти со двора! – тут же бросился выполнять мой приказ Ган.

Посмотрев на оставшихся Ножа и Пирана, я коротко скомандовала:

– За мной! – и первой поспешила на стену. – Ох, ё... – выдала я, выглянув наружу на нирфеатское воинство.

Редж, где ты? Почему не возвращаешься? Я так тебя жду! Надеюсь, у тебя получилось, раз мы все еще живы...

Честно говоря, плана у меня не было, а о защите замка вспоминались лишь скудные сведения из фильмов, книг и компьютерных игр.

Вроде бы надо лить кипящее масло и смолу на головы врагов, но не уверена, что они есть в Дорт-Холле. А еще в голове крутилось слово «барбакан», но, хоть убей, я не могла вспомнить, что это такое и для чего нужно.

Да и какая, к черту, смола? Мы сами обваримся, пока затащим котлы на такую высоту. Или их прямо на стене принято кипятить? Но что-то я не заметила, чтобы местные этим в прошлый раз занимались. Может, потому, что против магов, которые мечут огненные шары, и тварей, летающих что твой истребитель, это бесполезно? Только стены да землю под ними зря изгадишь.

Усилием воли я подавила зарождающуюся панику. У нас есть защитный барьер, который даже Нирфея не в силах преодолеть. Он до сих пор действует и даже стал крепче.

– Может, удастся тихонько пересидеть, не вступая в боестолкновение? – озвучила я свой план.

– Неплохой вариант, – поддержал меня Нож. – Может, я тогда к себе пойду? Тоже рукоделием займусь... Нет, вы не подумайте, я не струсил. Просто мне нежелательно перед Нирфеей светиться. Тем, кто снаружи, лучше вовсе не знать, что я здесь.

Блондин-громила еще этим утром лихо размахивал двумя мечами за сараями у огорода. Наверное, еще никогда этот несчастный огород не пололо столько девок разом. А теперь дает заднюю? Я смерила Ножа скептическим взглядом:

– Мне кажется, тебя еще в прошлый раз заметили.

– Понимаешь, тогда ситуация была иная.

Пиран еле держался, чтобы не высказать все, что думает на этот счет, и я поторопилась задать вопрос, который бы все ему объяснил:

– А сейчас в замке нет драклорда и ты не готов взять на себя его роль, так?

Глаза разбойника полыхнули изумрудной зеленью. Желваки заходили ходуном. И я поняла, что мне стоило бы промолчать.

– Я не смогу взять на себя роль алмазного дракона, ньера Василина. Как бы мне этого ни хотелось, – ответил Нож оскорбленно.

Одновременно он окинул меня с головы до ног таким жарким взглядом, словно платье сорвал!

– Я вас поняла, ньер Шатолье. Отправляйтесь к себе. Мы не можем себе позволить рисковать дорогим гостем.

Нож сузил глаза, затем усмехнулся и направился к лестнице. Пиран шагнул было за ним, но я положила руку парню на плечо:

– Так будет лучше, Пир. Не доверяю я ему.

– Зачем драклорд вообще его привечает? – задал резонный вопрос парень.

– Ньер Шатолье нуждается в нашей защите. Он попросил, драклорд откликнулся.

– Тень! – позвал меня кто-то из-за стены. – Эй, Тень!

Я тяжко вздохнула и пробормотала:

– Началось...

Армия Тапределя подступила к замку. Всего в нескольких метрах от защитного барьера размахивал белым флагом и орал какой-то дюжий мужик. Сам Тапредель стоял с ним рядом, заложив за спину руки. Самому, значит, горлопанить западло?

«Эх! И где же наш поддельный дракон, когда он так нужен?» – подумала я и поняла, что без Соника ничего не получится. А он занят, у него детки родились!

Да и, если честно, боязно мне было его отпускать. Интуиция подсказывала, что не тот это случай.

Я спряталась и прижалась спиной к зубцу.

– Ньера, не разговаривайте с ним! Защита замка выдержит. Столько лет держалась, и сейчас справится, – уверенно сказал Пиран.

– Верно. Пусть стража наблюдает, но не высовывается. Пиран, а эти... – Я мотнула головой, указывая за стену. – Мозги умеют выворачивать?

– Вы это про что, ньера?

– Ну, внушить что-нибудь эдакое могут? Со стены спрыгнуть не заставят? Или... своих рубить не прикажут?

– Защита драклорда и от такого должна уберечь, – ответил парень.

Меня немного попустило. Слишком уж хорошо я помнила чувство дезориентации от воя варгов. Меня тогда сильно проняло, а каково тогда было бы совсем без барьера?

– Эй, Тень, выгляни! Нужно поговорить! – на этот раз меня звал сам Тапредель.

Я не собиралась показываться. Все, что нужно, я и так уже разглядела. Пора ужинать. Злата ждет.

Игнорируя Тапределя, я направилась к лестнице, и в этот момент над замком взмыл алмазный дракон.

Глава 28

Кромешная темнота

Реджинхард Берлиан,

драклорд Дракендорта

Граница моря Семидесяти Семи Бурь

и океана Вечных Штормов

«Редж, а ты знаешь, что с тех пор, как меня создал Дракон Прародитель, я впервые потерял сознание?»

Надо сказать, что я свое сознание еще толком и не обрел. Но то, что Берлиан со мной заговорил, стало добрым знаком.

«Дракон Прародитель еще не позвал нас в вечный полет?» – уточнил я.

«Нет, он смилостивился».

Я потихоньку обретал собственную волю, одновременно восстанавливалось зрение и прочие чувства.

Обнаружил, что лежу у подножья стелы, распластавшись на малюсеньком каменном пятачке. Волны то и дело били об основание скалы, окатывая меня солеными брызгами.

«Мы живы и все еще здесь...»

«Да, мы все еще здесь. Уже два дня, тридцать часов и пятьдесят четыре минуты», – отрапортовал педантичный дракон.

«Это... Это значит, что у нас получилось?»

«Да, Редж!»

Меня накрыло волной ликования и счастья.

Я поднял голову, попытался устроиться поудобнее и едва не взвыл. Слишком тяжело было узнать, что на мне живого места не осталось.

«Не ругайся так неприлично, Редж! Крылья потихоньку отрастают. И хвост. И гребень. И...»

«Не продолжай, пожалуйста! Лучше скажи, сколько понадобится времени до полного восстановления?»

«Еще денька три. Может, неделя. Но ты лучше посмотри наверх – какая красота!»

На фоне голубого неба блестела в лучах Дракона золотая игла, а над ней ослепительно сверкал гранями свеженький алмаз.

Как такое возможно?

Небо действительно было безмятежным и чистым. Водная поверхность весело зеленела и игриво наряжалась барашками волн, которые и в сравнение не шли с теми, что мы наблюдали раньше. Такой контраст между ними и бушующим за защитным магическим барьером океаном!

Сам барьер выглядел неприступным. Он не мерцал, а сиял ровной и чистой магией, разбегаясь в обе стороны до самого горизонта. Он был настолько прочным, что даже рева воды за ним теперь не было слышно.

«Как будто граница между разными мирами!» – пришло мне в голову сравнение.

«Отчасти так оно и есть...» – подтвердил мою догадку дракон.

Мы помолчали еще некоторое время. Я заерзал, спина ужасно зудела, когда на ней пробивался очередной кристаллик гребня. Попробовал пошевелить крыльями. Получилось, но пока они больше напоминали оборванные поникшие паруса. Лишь у самого основания сформировались новые ткани. Такие крылья не поднимут дракона, несмотря на всю магию.

«Не знал, что мы так можем», – осторожно заметил я.

«И я не знал. Для меня вообще много новых впечатлений. К примеру, я не подозревал, что умею плавать и нырять. Или лучше сказать, что я для этого не создан?» – В мыслях Берлиана прозвучала ирония.

«Я не думал, что мы сумеем выжить, поэтому постарался умереть достойно. Прости».

«Ты прав, драконы не способны на самопожертвование. Это в характере людей», – признал Берлиан.

Без меня он бы не отважился сделать тот рывок и не смог бы выполнить нашу миссию.

«Полагаю, потому Дракон Прародитель нас и объединил? Чтобы проявлялись самые лучшие качества обоих сторон?»

«Знаешь, ты как-то слишком мудр для человека».

Берлиан совершенно по-собачьи принялся скрести задней лапой череп, на котором пробивались новые рога.

Щуря глаза от удовольствия, я ощутил некоторую неловкость. Кажется, наши отношения с драконом вышли на какой-то новый уровень доверия, о котором мы оба даже не подозревали.

«Говоришь, недели будет достаточно, чтобы взлететь?»

«По моим прикидкам, да. Регенерация идет довольно быстро».

«И это, по-твоему, быстро?!»

«Ты не знаешь, что стало с нами...»

«Прости. Спасибо, что не дал мне это прочувствовать. Боюсь, я бы не выдержал... Просто волнуюсь за Дорт-Холл и за Лину».

«К сожалению, ничего не поделать».

Прошло еще несколько дней. Мы маялись, снова оказавшись в заточении. Алмазная шкура была невосприимчива к перипетиям погоды, так что на свежем воздухе заточаться было морально полегче, чем в пещере.

«Бер, может, рыбу половим для развлечения?»

«Редж, ты уверен, что это хорошая идея? Вспомни, чем эта морская прогулка закончилась?»

«Подумаешь, немного поплавали...»

«Нет уж! Придумай что-нибудь получше. Я все же алмазный дракон, а не водный. Алмаз – это камень, если ты помнишь. А камни так себе плавают».

Еще через несколько дней крылья были готовы, а вот хвост восстанавливался хуже всего прочего, да и пробный полет вдоль барьера показал, что отправляться в путь еще рано.

«Нужно подождать день или два, пока хвост отрастет окончательно. Заодно и крылья окрепнут», – сказал Бер, когда, мотыляясь, словно выпивоха, мы кое-как смогли вернуться на остров.

Но вылетели мы уже на следующий день, почувствовав, что дома творится неладное...

Василина Вьюга, Тень Дракона

Предел Дракендорт, замок Дорт-Холл

Провожая взглядом грациозную махину, заходящую для атаки, я на несколько мгновений поверила в то, что Редж вернулся.

Но нет. Это был не он...

Появление дракона внесло сумятицу в войска Тапределя, и первый заход получился удачным.

С угрожающим ревом копия алмазного дракона пронеслась совсем низко. Струя голубого пламени вырвалась из его пасти, но, не причинив вреда, скользнула по поверхности магической защиты, окутавшей воинов.

Правда, от крыльев и когтей их защита не спасала, и дракошкам удалось нарушить боевой порядок, раскидав людей и нелюдей, точно кукол.

– Он не настоящий! – завопил Тапредель. – Бей!

В небо взмыли похожие на птеродактилей-зомби чудовища. Рядом не было ни ньера Шатолье, ни Соника. И подсказать мне их точное название было некому.

Птеродактили атаковали иллюзию дракона, налетев скопом, но острые длинные клювы не смогли пробить алмазную броню. А цветодраки под предводительством своего короля и с помощью магии драклорда, действуя как единый организм, дали достойный отпор. Стая птеродактилей была уничтожена, и дракон зашел на новый виток.

Красные огненные шары и зеленые, похожие на сгустки какой-то слизи, полетели ему навстречу. Оправившись от паники, нирфеаты обрушили на иллюзию дракона потоки смертоносной магии.

Я стиснула кулаки, переживая за маленьких дракошек, и особенно за Соника с Красоткой, которых в гнезде ждали детки. Но иллюзия ловко увернулась от большинства атак. А те, что все-таки достигли цели, не причинили никакого вреда.

Новый заход. Голубое пламя с ревом вырвалось из драконьей пасти, и дракон всей тушей врезался в войско нирфеатов, проделав новую просеку. Заорал что-то Тапредель. И громом грянул страшный клич: «Ахаре Нирфе!» – повторяясь многократно.

Воздух вдруг потемнел, словно сумерки спустились на землю раньше времени. Закружилась голова...

Нирфея появилась на небольшом свободном пятачке неподалеку от Тапределя. Никаких спецэффектов, просто – раз, и она здесь! Смотрит прямо на меня и улыбается. Волна холода прокатилась по коже, и дурное предчувствие стиснуло ледяной рукой сердце.

«Соник, уходи оттуда! Немедленно!» – завопила я мысленно, надеясь, что дракошка услышит и поймет.

Он услышал. Только поэтому черное, едва заметное в сгустившихся сумерках заклятие задело иллюзорного дракона лишь вскользь, лишая крыльев. То, что осталось, подбитым истребителем спикировало на территорию замка и рассыпалось на... мелких дракошек еще в воздухе. Мне показалось, что они даже не пытались махать крыльями...

«Соник? Соник, ответь!» – позвала я мысленно, но дракошка не отзывался.

Нирфея тем временем подошла к защитному барьеру и, не отрывая от меня взгляда, погладила мерцающую поверхность. А затем надавила на нее ладонью. Даже отсюда я видела, какие у нее длинные когти. Черные, точно у страшной ведьмы!

Улыбка вампирши сменилась гримасой недовольства, когда она попыталась ими располосовать защиту.

– Ахаре Нирфе! Ахаре Нирфе! Ахаре Нирфе! – грохотало на заднем фоне.

Похоже, нирфеаты взяли с нас пример и тоже решили покричать кричалки.

– Ахаре Нирфе! Ахаре Нирфе! Ахаре Нирфе!

Я уже не осознавала, это скандирует войско или хор голосов гудит прямо в моей голове.

Мериться с Нирфеей взглядами показалось плохой идеей, и я малодушно спряталась за крепостной зубец. Прижалась спиной к холодному камню. Меня основательно потряхивало.

«Где ты, Редж? Почему не возвращаешься? Я так тебя жду! Мне страшно!» – позвала мысленно драклорда.

Слезы бесконтрольно заструились по щекам. Я не успевала их вытирать, и слезинки, превратившись в камешки, с тихим хрустальным перезвоном падали мне под ноги.

«Ахаре Нирфе! Принеси мне меч... Ахаре Нирфе! Ахаре Нирфе! Ключ! Меч! Ахаре Нирфе! Ахаре Нирфе!»

– Принеси мне меч... – Шелестящий голос раздался будто у самого уха.

Я вздрогнула и бросилась прочь со стены. Отпустило меня только где-то на середине лестницы. Нирфея пугала, но войти в замок по-прежнему не могла. И это главное!

Я присела на ступеньку, набираясь решимости, чтобы вернуться. Ко мне тут же поднялся бледный Ган.

– Ньера Лина, идите-ка в замок! Я сменю караулы на стене. Сам подежурю с Браном и Пираном. Еще несколько парней покрепче возьмем и присмотрим тут за всеми...

Я уставилась на него с недоумением.

– Они не должны были вас оставлять, но... Люди напуганы, – пояснил он.

Только сейчас я осознала, что снизу на меня виновато глазеет десяток караульных, напуганных Нирфеей. Пожилые мужики, несколько мальчишек постарше, все одетые как придется и основательно перепуганные. Крестьяне, но не воины.

– Простите нас, ньера. Когда дракон... сломался, мы... Мы струсили... – пробормотал самый старший и виновато склонил голову.

Я не знала, что и сказать, только посмотрела на небо, укутанное непроницаемо-черным покрывалом – ни единой звезды и ни облачка. А ведь еще слишком рано для такой темени!

По-хорошему нужно было отчитать людей за трусость, которой не место, когда обороняешь собственный дом. Или лучше толкнуть вдохновляющую речь. Но я хорошо понимала, что именно согнало меня со стены, и не могла винить остальных за то, что поступили так же.

– Не нужно никаких караульных. Идите в замок, запритесь как следует, и пусть никто не выходит на улицу этой ночью. Баб и детей россказнями не пугать. Не делиться тем, что видели-слышали. Это никого не касается. Меньше знают, крепче будут спать. Это ясно?

Мужики вразнобой закивали и подались к зданию, а я снова хмуро посмотрела на небо, надеясь, что стены Дорт-Холла и защитный барьер смогут уберечь нас этой ночью.

– Ган, ты видел, куда упали цветодраки?

– Они рухнули в районе колодца, – тут же отрапортовал парень.

– Берите факелы, и идемте искать их.

Цветодраков мы обнаружили там, где и говорил Ган. Они валялись на земле у колодца, точно маленькие разноцветные пятнышки. На миг я заподозрила страшное, и в голове помутилось.

– Стойте! Не наступите! – предупредила я сопровождающих.

Осторожно пошла вперед и подняла первого дракончика – золотисто-медного. Кажется, это был один из цветодракских старейшин. Внимательно осмотрела его мягкое, податливое тельце. На нем не было никаких видимых повреждений, а когда я его уложила на спинку, он перевернулся, устраиваясь поудобнее.

– Кажется, они спят... – пробормотала я с облегчением, а затем сообщила радостную новость товарищам: – Они просто спят! Нужно найти всех и перенести в безопасное место.

Мы шли, внимательно глядя под ноги и поднимая дракошек. Найденных складывали на расстеленную на земле куртку Гана. Все они казались мирно спящими, что внушало надежду. Может, просто вымотались, вот и уснули? Я же не знаю, каково это – изображать дракона.

Красотку я обнаружила прямо за колодцем, а на краю, на самой крышке, лежал, раскинув в стороны крылышки, Соник. Я порадовалась, что колодец надежно закрыт, иначе страшно представить, что стало бы с моим другом, свались он прямо в воду. Но меня обеспокоило, что дракошка упал на обшитые металлическими полосами доски.

– Кажется, это все, – объявил Пиран, спустя полчаса поисков.

– В любом случае до утра мы вряд ли тут что-то найдем. Темно... – добавил Ган.

Темнота и правда была какой-то неестественной: густой и почти осязаемой. Она таилась по углам. Придавала постройкам зловещие очертания. Огонь факелов не мог ее толком разогнать. А мы, к сожалению, не знали точное количество дракончиков, что сильно осложняло задачу.

– Ладно, – сдалась я спустя еще пятнадцать минут поисков. – Идемте в замок. Заприте как следует все двери. Пиран?

– Я прослежу! – понятливо кивнул парень.

Этой ночью мне никого не хотелось оставлять на улице. Соника и Красотку я прихватила с собой, а остальных цветодраков велела отнести в приготовленную для зимовки башню.

Внутри здания стало намного легче. Коридоры замка уютно освещались магическими огнями, не хуже электричества. После возвращения Реджинхард заменил ими коптящие факелы. Хотя совсем от факелов и свечей отказаться пока не получалось.

Дежурные на первом этаже сообщили, что все собрались в большой столовой на ужин, так что и мы отправились туда же.

Столовая превратилась в средоточие жизни, и ужин был в самом разгаре. Один стол отдали ребятишкам, устроив им настоящий пир с выпечкой и сладостями. За тремя другими расселись взрослые. Я могла понять это инстинктивное желание быть вместе. Люди ели, разговаривали и смеялись. Хотя и было видно, что им не до веселья.

Да и какое тут веселье, когда за каждым окном самый натуральный «Квадрат Малевича»? Ни звезд, ни сияющих на фоне темного неба снежных шапок Драконьего Хребта, ни подернутой сверкающей рябью морской поверхности.

– Ньера!

Люди повскакивали со своих мест при моем появлении.

– Сидите-сидите! – жестом я попросила их опуститься. – Приятного всем аппетита!

Ко мне подошел Нож.

– Лина, я... Прости. Я не трус, просто... – Он замолчал, стиснув кулаки, и глубоко вздохнул.

– Не нужно лишних слов, ньер Шатолье. Сейчас не время и не место для откровений.

– Я просто хочу, чтобы ты знала. Я не за свою шкуру трясусь. Дело в том, что...

– Мама! – В меня врезался настоящий снаряд, едва не сбив с ног. – Мама, пойдем, покажу что-то!

С превеликим удовольствием я воспользовалась этой возможностью улизнуть от разбойника.

– Извини, Эйрен. Потом. Ну, что у тебя, мое золотце? – Я взяла Злату за руку.

Агриппина сидела за столом у ребятишек и рассказывала историю, в которой я с удивлением узнала весьма оригинальный пересказ сказки про Колобка. Дочка принялась показывать мне пряники, которые испекла под руководством главной кухарки.

– Это Соник, это Красотка, а это – их детки, – показывала она, перекладывая лакомство на тарелке.

– Боже! – Я уставилась на гарпию, а затем ухватила ее за рукав, оттаскивая в сторонку. – Гапа, на улице осталось гнездо с детками Соника... Может, ничего страшного, но ночь какая-то стремная...

– Я схожу за ними! – понятливо ответила Агриппина.

– Возьми с собой кого-нибудь из парней.

– Я не нуждаюсь в провожатых, но если тебе так будет спокойнее...

Она махнула рукой, и к ней присоединился Бран, освободив место подле Айсаны. Недолго думая, я присела рядом с подругой. Та улыбнулась, но в ее глазах я заметила тревогу. Ей тоже было не по себе от происходящего за стенами.

– Ася, мне нужна прорицательница. Ты можешь помочь?

Глава 29

Предложение, от которого нельзя отказаться, но и согласиться нельзя

Айсана виновато посмотрела на меня:

– Ты желаешь узнать о драклорде?

Я кивнула:

– Его так долго нет... Я волнуюсь.

– Нет, Лина. Я так не умею. Прости... Может, попросить Аруху? – предложила знахарка неуверенно.

– Боюсь, она и разговаривать со мной не станет.

– Если видение придет само по себе, это не будет иметь значения. – Ася хитро улыбнулась.

– А если оно не придет?

– Тогда и в ее предсказании смысла тоже никакого. Тебе же нужно настоящее, а не выдумки выжившей из ума старухи?

– Верно.

Выжившей из ума Аруху я не считала. Эта женщина была в своем уме и себе на уме, и идти к ней на поклон мне претило. Но я изнывала из-за отсутствия новостей, поэтому все-таки решилась.

– Ася, а она всегда только гадости и беды предсказывает?

– Зависит от того, что грядет.

– Тогда давай попробуем. Ты со мной?

– Конечно! Прослежу, чтобы она не притворялась.

Дождавшись, когда вернется Агриппина, я попросила ее побыть со Златой, а мы вдвоем с Айсаной отправились туда, где томилась взаперти прорицательница. Старуха встретила нас на удивление радушно, насколько способна быть радушной хитрая старая грымза. Она даже поднялась и поклонилась.

– Доброй ночи, ньера! Я могу чем-то помочь?

А вот вошедшую вместе со мной Асю она проигнорировала.

– Мне нужно узнать, что с драклордом. Ты можешь...

Увидеть? Прорицать? Предсказать? Я замялась, не зная, как правильно сформулировать просьбу.

Внимательный взгляд Арухи пробежался по моему лицу.

– Я верно понимаю, что вам нужно правдивое предсказание, ньера?

– Конечно! Выдумки лучше оставь при себе.

– Я не знаю, что за видение ниспошлет мне Дракон Прародитель в подобную ночь, – предупредила Аруха. – Оно может вам не понравиться.

В прошлый раз Аруха не ошиблась. Я и правда была не той Тенью, которая смогла освободить дракона из заточения, но это не делало меня причиной всех бед. И что бы она ни сказала, толковать постараюсь разумно.

– Я понимаю.

– Хорошо. Тем более что предсказание уже здесь... Совсем рядом. Витает в поисках лазейки, но я его не пускала. Ждала... Чувствовала, что вы придете. Но прежде чем начнем, у меня есть встречная просьба. Можно мне побыть с остальными? Эта ночь... – Прорицательница зябко поежилась. – В такую ночь никому нельзя оставаться в одиночестве без человеческого тепла.

Слова Арухи против воли попали мне в самое сердце. А ведь у нее же никого нет. Ни мужа, ни детей. Такие, как она, обречены быть одинокими даже среди толпы.

Мы с Айсаной переглянулись, и знахарка кивнула.

– Хорошо, – согласилась я. – Но чтобы больше никаких дурных слухов!

– Клянусь, что не скажу о вас больше ничего дурного! – серьезно пообещала старушенция и протянула мне руку.

Приняв это за простой жест примирения, я подала для рукопожатия свою. Аруха вцепилась в нее, точно ворон в цыпленка. Больно стиснула мои пальцы, и я снова оказалась в статическом поле.

На этот раз глаза предсказательницы вспыхнули сразу, и она заголосила:

– Барьер разрушен! Погиб! Дракон погиб! Вода... Вода везде... Сломан! Разбит... Ме-е-ер-р-р... – Старуха страшно закашлялась, словно бы сама тонула. Лишь следующая фраза не дала мне выдернуть руку и отшатнуться в ужасе. – Он возродился. Он жив! Ярко сияет, как Дракон на небе! Крепко, надежно стоит новая стена! Море спокойно. Больше оно не выйдет на берег... – По морщинистому лицу старой женщины вдруг потекли слезы. – Он смог! Смог! Но блуждать над водами еще долго...

Пальцы, сжимавшие мою руку, ослабли, и Аруха по традиции начала заваливаться.

– Ася!

Вдвоем мы усадили неожиданно тяжелую бабульку на постель. Подслеповато моргая, та медленно возвращалась в реальность. А стоило взгляду проясниться, и ее плечи сотряс озноб.

– Спасибо, Аруха! – поблагодарила я ее, укутывая шерстяным покрывалом. – Спасибо за хорошие новости.

Узнать о том, что Реджинхард, был ранен, но выполнил свою миссию – спас Предел и скоро вернется, дорогого стоило.

– Значит, нам нужно продержаться одиннадцать дней, – подытожила Ася.

– Ничего хорошего я не увидела, ньера. Дракендорту больше не грозит океан Вечных Штормов, но когда драклорд вернется...

Старуха осеклась, словно прикусила язык, и меня одолело недоброе предчувствие.

– Что будет, когда он вернется?

– Я не знаю! К тому времени меня уже не будет!

Слезы хлынули по морщинистым щекам прорицательницы. Мы с Айсаной переглянулись.

– Аруха, твои предсказания не всегда точные. Да и трактовать их можно по-разному. Возможно, все немного не так, как тебе кажется, – постаралась я успокоить старую женщину. – Не переживай раньше времени, а то, может, оно того и не стоит. Ася, позаботься о ней, пожалуйста.

Знахарка тут же вскочила:

– Сейчас принесу успокоительный отвар.

Вместе с ней поднялась и я.

– Не оставляйте меня одну! Пожалуйста! – Прорицательница боязливо пробежала глазами по углам.

Похоже, все эти предсказания сильно повлияли на ее психику.

– Не оставим, – заверила я ее. – Но как же ты пойдешь к остальным? Тебе бы полежать.

– Я пойду! Пойду! Там я не буду чувствовать себя настолько старой и никчемной...

Мы проводили Аруху в столовую. Наше с ней совместное появление немного реабилитировало прорицательницу. А уж когда мы обрадовали обитателей замка добрыми новостями, так и вовсе наше собрание стало напоминать праздник.

Еще с час я провела здесь с дочкой и детьми, а после мы отправились к себе. Злата уже была совсем сонная, и Гапа взяла ее на руки. Пока мы добирались, дочка успела уснуть, но в спальне вдруг встрепенулась и заметила гнездышко с малышами цветодраков.

– Мама, можно я посмотрю на дракончиков?

– Они спят, не нужно им мешать, солнышко. Утром вместе посмотрим. А сейчас давай-ка ложись.

Я красноречиво зевнула, прикрыв рот ладонью. Тяжелый день и меня утомил так, что не было сил до ванной дойти.

– Но мама! – воспротивилась дочка.

– Нет, детка!

Я отвела Злату в постель и, укрыв одеялом, прилегла рядом. Собиралась, как обычно, рассказать ей какую-нибудь сказку, а потом, когда она уснет, планировала сходить в ванную, чтобы подготовиться ко сну. Но отключилась, едва смежив веки.

Проснулась оттого, что замерзла. Было еще слишком рано. В приоткрытое окно врывалась прохлада, шевеля занавеси, и лился предутренний серый свет. Спала я в неудобной позе, скукожившись и обняв скомканное одеяло. Голова шумела, и я намеревалась поспать еще, но сначала решила переодеться в ночную рубаху. Не дело ложиться в постель в повседневной одежде. И надо заодно прикрыть окно, чтобы Злату не продуло.

Кстати, а я ведь его не открывала...

Я свесила ноги, собираясь встать, и привычно обернулась, чтобы взглянуть на спящую дочку.

Златы не было в постели...

– Зайчик? – позвала я сонно и обвела взглядом комнату. – Зайчик, ты где?

Может, она в туалет пошла?

Я поднялась и осторожно приоткрыла дверь ванной.

– Злата?

Дочки там не было!

Растерянно обернувшись, я снова посмотрела на окно. Ни Ася, ни Гапа не стали бы оставлять его открытым, зная, что здесь Злата. Но как так получилось? Я же лично проверяла надежность защелки. Довольно тугая даже для меня, она не поддалась бы детским пальцам.

Сонливость как рукой сняло. Подскочив к окну, я распахнула створки шире и выглянула наружу.

Рассмотреть, что там внизу, мешало разноуровневое нагромождение крыш и навесов. Прижав дрожащую руку ко лбу, я отошла от окна и осмотрела комнату снова, ощущая себя беспомощной.

Так, стоп!

Может, я зря переживаю? Может, Злата просто отправилась гулять? Вчера я слышала, как они с подружками шушукались и сетовали, что детям запретили забираться на стену. А им так хотелось взглянуть на войско страшных нирфеатов. Может, сговорились проснуться пораньше и улизнуть, пока все спят?

Я выскочила в гостиную, и Агриппина тут же подняла голову. На мгновение истинные черты гарпии проступили сквозь иллюзию.

– Лина, что случилось?

– Ты видела Злату?

Гапа, не задавая вопросов, с нечеловеческой скоростью метнулась мимо меня в спальню.

– Окно было открыто, когда я проснулась, но я не помню, чтобы его откры...

Я не успела договорить, как гарпия щучкой сиганула наружу, точно ныряльщик в бассейн.

Вскрикнув от неожиданности, я с небольшой задержкой рванула следом. Вовремя, чтобы увидеть, как за спиной Агриппины развернулись большие птичьи крылья – пестрые, похожие на соколиные, которые удерживали ее в воздухе.

– Нет, я так точно поседею! – пробормотала я, потирая виски.

Чтобы не кусать локти в ожидании возвращения гарпии, я поспешила в ванную и быстро привела себя в порядок. Умылась, кое-как пригладила растрепанные после сна волосы, поправила одежду. Надела кофту потеплее прямо на мятую рубашку и натянула куртку. Сегодняшнее утро выдалось по-осеннему сырым и прохладным. На ходу застегивая перевязь с кинжалом, покинула покои.

Сонная Айсана тоже поднялась на постели:

– Лина? Что происходит?

– Злата пропала! – бросила я коротко и вышла в коридор.

Караульные спали на постах, ежась от холода. Я их растолкала, но распекать не стала. Сама уснула, даже не раздевшись. Может, остальные тоже не смогли сопротивляться сну?

Странная-странная ночь...

Все, что видели караульные – это муторные сны. Ничего толкового от них не добившись, я приказала собирать народ на поиски моей дочери, а сама поторопилась на улицу, где встретила Гапу.

– Из окна Злата точно не падала, – успокоила меня гарпия.

– Но тогда где она?

Агриппина виновато потупилась.

Вскоре все обитатели замка собрались во дворе, и я сообщила им о пропаже дочери. Не завтракая, мы отправились на ее поиски, планомерно прочесывая территорию. Даже цветодраки и дети к нам присоединились, предварительно заслав парламентером Айю. Верная подружка так и заявила, что без Златы они за стол не сядут.

Поиски продолжились до самого обеда. Я лично обошла все закутки, всю стену, заодно обнаружив, что армия Тапределя отошла куда-то за лес. Когда это случилось, никто не знал, ведь я велела всем укрыться в помещении.

Мы проверили колодцы, темные углы и сараи. Облазали чердаки и даже подвалы. Цветодраки и Гапа на крыльях проверили крыши, навесы и прочие высокие места и узкие щели, куда просто так было не добраться.

Гарпия больше не заморачивалась с маскировкой и внушала людям трепет своим истинным обликом, но в ее птичьих глазах я видела неподдельную тревогу.

Сама старалась крепиться и не допускать дурных мыслей. Может, Злата действительно набегалась да и заснула где-нибудь, где мы не подозреваем? Может, начала лунатить? Все же переход в другой мир – потрясение, и у детей такое бывает.

Вот только как она смогла незаметно пройти мимо гарпии? И как же все-таки так получилось, что окно в моей спальне оказалось открытым? Это было крайне подозрительно.

Но как бы мне ни хотелось, чтобы мою детку искали без устали, все-таки я должна была позаботиться о людях. Я объявила перерыв и велела накормить всех обедом. Женщины увели детей в столовую, но большинство мужчин продолжили поиски, несмотря на мой приказ. И я тоже искала вместе с ними.

В семь вечера, когда я уже была на грани, ко мне подошел хмурый Нож:

– Лина, тебе не помешало бы поесть и передохнуть.

– Я не хочу... Не могу!

Отвернувшись, я зашагала в замок. Разбойник потащился следом. Казалось, он расстроен не меньше моего.

– Лина, Златы нет в Дорт-Холле, иначе я бы ее уже нашел, – сообщил он неожиданно.

Я круто повернулась. Так, что Нож едва не налетел на меня.

– Откуда ты знаешь? Постой... Может, это твоих рук дело? Я знала, что все это плохо кончится!

Всю вторую половину дня в голове крутились разные недобрые мысли. А этот маньяк столько внимания уделял моей дочери...

– Чего?! – изумился тот. – Я бы никогда не причинил зло Тени!

– С чего я должна тебе верить? Ты с самого начала какой-то мутный!

– Мутный? – Кажется, разбойник не понял значения, которое я придавала этому слову.

– Подозрительный!

Нож ухватил меня за плечи и встряхнул.

– Ты не понимаешь! Я знаю это, потому что...

Из-за угла вывернули Ган и Пиран, и Нож замолчал, отпустив меня. Но только они прошли мимо, обсуждая, что еще нужно проверить, как к нам подлетела гарпия и грозно сверкнула глазами.

– Ньер Шатолье, держитесь подальше от Тени Дракона! Сверху мне все прекрасно видно.

Эйрен только покачал головой и бросил:

– Да поймите же, в замке девочки нет! Нужно поискать ее за стеной!

Мы с гарпией переглянулись, и она тут же взмыла в небо. И правда, по ту сторону стены мы искать не догадались просто потому, что не представляли, как именно маленькая девочка могла бы покинуть осажденный замок.

– Я с тобой! – крикнула я, бегом направляясь к главным воротам.

– Не вздумай! Нирфы могли устроить снаружи ловушку! – предупредила Гапа.

Она была права, и я остановилась в нерешительности посреди двора.

– Не вылетай за защитный периметр без нужды! – крикнула я ей вслед.

Меня вдруг посетила совершенно безумная мысль: что, если Злата банально спряталась под кроватью или в гардеробной да там и задремала? А потом проснулась, а нас с Гапой нет. Представив, что дочка просидела весь день взаперти, пока мы замок обследовали, я пришла в ужас и одновременно ощутила надежду.

Господи, хоть бы она была там! Пусть заплаканная, голодная и обиженная на весь свет, но живая и здоровая! Я молилась и богу, и Дракону Прародителю, и особенно его Тени, пока неслась, перепрыгивая через ступени, по лестнице. В собственные покои я ворвалась с криком:

– Златочка, я здесь! Я пришла!

Ответом мне стал писк маленьких голодных цветодраков, которые теребили по-прежнему спящих рядом родителей.

– А этих-то чем кормить? Чем они питаются?

Я закрыла лицо руками, ощущая, что грань, после которой я сорвусь в черную бездну безысходности, совсем рядом, и заорала:

– Злата!

Отдышавшись, стиснула кулаки и заглянула в гардеробную, перерыла все сундуки и вешалки с одеждой, залезла под кровать, еще раз проверила ванную. Бешено вращая глазами, остановилась посреди спальни. Прямо передо мной на стене висел портрет Реджинхарда.

– Редж, ты мне так нужен! Я не знаю, что делать! – Я подошла и уткнулась в него лбом. – Я не справлюсь одна. Столько всего навалилось...

Портрет располагался в простенке между двумя окнами, и прохладные порывы ветра снаружи почти ласково взъерошили мне волосы. Я постояла так некоторое время, приходя в себя и набираясь сил, а затем открыла глаза. Потихоньку спускались сумерки, в которых было видно, что рукоять кинжала тускло мерцает.

Перестав дышать, я застыла, опасаясь обернуться. Показалось, что очередное чудовище подкрадывается сзади и вот-вот нападет!

Бояться стало совсем невыносимо, и я резко обернулась, одновременно выхватив кинжал из ножен. Как последний параноик, я застыла посреди спальни с нацеленным на пустоту клинком. За моей спиной никого не оказалось. Я себя просто накрутила.

Шумно выдохнув, направилась к камину, чтобы зажечь свечи. Но стоило удалиться от окна, как кинжал сиять прекратил.

– Хм...

Глядя на него, я вернулась к окну. Стоило это сделать, как точно по заказу клинок засветился вновь, будто реагируя на магию хаоса. Я обвела им по периметру оконного проема, отмечая ровное свечение. Не такое яркое, как когда здесь объявилось чудовище, но все же.

Сомнений больше не было, без нирфеатских тварей здесь не обошлось.

Но как? Каким образом они проникли в замок? Как смогли похитить мою девочку? И... Не было ли у Нирфеи внутри помощника?

До боли прикусив кожу на согнутом указательном пальце, я принялась лихорадочно думать.

А не пропадал ли кто-нибудь еще, кроме Златы? Кто-то из детей? А может, и из взрослых? Мне и в голову не пришло проверить это сразу. Казалось, что абсолютно все заняты поисками моей дочки. Но что, если не все?

Почувствовав, что нащупала ниточку, я поспешила обратно во двор. По пути мне встретились обеспокоенные Силан и Македон.

– Ньера, вы нашли Злату?

– Нет. А у вас есть новости?

– Мы облазили все, что можно.

– Но мы будем искать хоть всю ночь! – обещали мальчишки наперебой, перебивая друг друга.

– Вот что, парни, у меня для вас задание. Бегите по замку и всем, кого увидите, сообщайте, чтобы собирались на площади у колодца. Мне нужны абсолютно все. Вообще, все. Объявляю общий сбор!

Слухи разлетелись мгновенно, и через четверть часа обитатели замка Дорт-Холл столпились на месте сбора. Усталые, грязные, хмурые и настороженные. Они тихо переговаривались, пытаясь понять, для чего я велела прервать поиски.

– Я собрала вас здесь, чтобы проверить, не пропал ли сегодня кто-нибудь еще.

Народ разом притих. По лицам людей и удивленным возгласам я поняла, что была права. Никому и в голову это не пришло. Староста тут же организовал всех, назначил ответственных и провел перекличку. После того как дождались опоздавших, он доложил с поклоном:

– Все здесь, ньера Тень.

Я еще раз обвела толпу взглядом и нахмурилась. Мне все время казалось, что я не вижу кого-то достаточно заметного.

– А где Аруха?

– Так это... – Староста оглянулся на народ и переступил с ноги на ногу. – Мы за ней не посылали. Чего ее тревожить-то, старую женщину. Неможется ей.

Ничего не объясняя, я сорвалась с места. В комнату, где обитала старуха, за мной последовали Айсана, Нож, Пиран, Ган, Бран и староста, велев остальным остаться в коридоре. Иначе сюда вообще все бы набились.

– Мертва! – констатировала Айсана, проверив пульс у прорицательницы.

Предсказание Арухи сбылось скорее, чем можно было ожидать. Она и правда не дотянула до возвращения драклорда.

– Оставьте нас! – скомандовал Нож, и все, кроме Айсаны, послушались.

Я покосилась на кинжал, отметив, что он полыхает мертвенным светом.

Знахарка осторожно поинтересовалась:

– И что это значит?

– Он реагирует на нирфеатское колдовство, – пояснила я.

– Аруха умерла не своей смертью. Ее что-то убило, – вдруг заявил Эйрен.

Он склонился над трупом, а затем протянул руку:

– Лина, дай мне свой кинжал.

Сосредоточенный, как никогда, ньер Шатолье осторожно поддел клинком шнурок на шее прорицательницы и вытащил из-под одежды то, что на нем висело.

– Что это еще за дрянь?! – воскликнула я, скривившись.

Больше всего это напоминало скорлупу грецкого ореха, сделанную из черной кожи. По шву «орешек» был расколот, если можно так выразиться, а ядро куда-то пропало. Поэтому скорлупа свисала, точно сдувшийся воздушный шарик, а изнутри тянулась нитка мерзкой слизи.

– Я видела эту штуковину раньше, – вдруг сказала Айсана.

– Когда и при каких обстоятельствах? – насторожился Нож.

– Первый раз я заметила у нее это еще пять или шесть лет назад. А когда осматривала Аруху после прорицания у драклорда, поинтересовалась, что это такое. В ответ услышала много нелестного в свой адрес и решила, что это какой-то талисман. Аруха всегда старательно оберегала от меня свои секреты.

– Значит, она заполучила эту штуковину примерно после того, как Тапредель предал Реджинхарда, – пришел к неожиданному выводу Эйрен.

Мы с Асей переглянулись.

– К чему ты клонишь? – спросила я.

– Я понял, что это такое. Это яйцо... – Он задумался. – Я не знаю, как называется это существо. Нирфы разводят много всяких тварей, но уверен, именно оно или похожее убило Аруху. Выпило ее жизненную энергию, чтобы появиться на свет. Подозреваю, это оно и выкрало Злату.

– Оно должно быть достаточно крупным и сильным, чтобы нести ребенка, почему же его никто не увидел? Почему Злата не позвала на помощь?

– Возможно, тварь обладает гипнотическими способностями, или... ей как-то помогли снаружи?

Версия выстраивалась вполне логичная, учитывая, что абсолютно всех в замке сморил неестественный сон. Это мы выяснили еще во время поисков.

– Но если все так, как ты говоришь, где сейчас моя девочка?

– Лина, я подозреваю, что она...

В этот момент дверь комнаты прорицательницы распахнулась без стука и на пороге появился Пиран.

– Ньера Лина, там у ворот Тапредель. Зовет вас. Говорит, у него для вас деловое предложение.

Глава 30

Ты когда-нибудь летала на драконе?

Я прекрасно понимала, что такое шантаж, и даже не сомневалась, чем именно меня собираются шантажировать. Точнее, кем. А еще я знала, что нельзя соглашаться на условия шантажиста ни при каких обстоятельствах. Как и надеяться на то, что он выполнит свою часть сделки.

– Миры разные, а твари остаются тварями, – тихо проворчала я и покинула комнату Арухи.

Но пошла я не к воротам, а поднялась снова к себе. Нужно было подумать как следует, что делать дальше.

Минут десять я просто стояла у портрета Реджа, впитывая его образ – надменный и величественный, внушающий трепет. Совсем не такой, каким я привыкла видеть драклорда в реальности. Наверное, его нарочно нарисовали так, чтобы зрители прониклись.

Но я не просто созерцала, я настраивалась, вспоминая, как Реджинхард вышел один против целого войска и почти смог убить Тапределя. Если бы не помощь Нирфеи, у него бы получилось. Вот, кстати, загадка: зачем он вообще нужен вампирше?

Я презрительно скривилась, вспомнив нелепого вида черный доспех, к которому отлично подошла бы шапочка, как у желудя. Да! Таким я и буду его представлять, когда выйду за ворота. Смешной враг уже не кажется таким уж страшным...

Положила ладонь на портрет и закрыла глаза, набираясь драконьей уверенности. Задышала ровнее и, бросив последний взгляд на нарисованного Реджа, вышла из комнаты.

В гостиной меня ждали самые близкие люди. Агриппина, Пиран, Ган, Силан, Айсана и остальные. В глазах знахарки стояли слезы.

– Лина, Злата у Тапределя! Что же теперь делать? – воскликнула она.

– Все потом! – проигнорировала я их попытки со мной заговорить и поспешила прочь, ничего не объясняя.

Мой путь лежал в подземелье, где стоял на подзарядке Рассекающий. С легкостью я выудила меч из сталагмитового куста. Стоило только подумать, и он сам прыгнул мне в руку – добрый знак.

Постояла, прислушиваясь к собственному сердцу. Скорее всего, у меня будет ровно одна попытка... Надеюсь, я поступаю правильно...

Глубоко вдохнув, я резким движением подняла меч к своду пещеры, загадывая единственное желание. Клинок тут же заметно потускнел, намекая, что в нем почти не осталась магии. Что ж, если не получилось, хуже все равно не будет. Врагу достанется разряженное бесполезное оружие, если мы проиграем...

С Рассекающим в правой руке я вышла на двор замка, где собрались люди. Они молча провожали меня хмурыми взглядами, исполненными немых вопросов. Некоторые глядели с укором. Похоже, все знали, что Нирфее зачем-то понадобился меч драклорда.

Подскочил Эйрен:

– Лина, нельзя отдавать меч Нирфее! Это конец всему!

– Ньера, нет! Ньера, не надо! – раздались разрозненные перепуганные выкрики из толпы, но никто не решился приблизиться.

– А кто сказал, что я его отдам? Я хозяйка Дорт-Холла и Предела Дракендорт, – негромко произнесла я, ни на кого не глядя. – Я сделаю все, что смогу, чтобы защитить эти земли, или... погибну.

В полной тишине я направилась к выходу. Оставив позади ворота замка, ощутила тотальное одиночество. Но, загнав страх и панику в самый дальний уголок сердца, напустила на себя спеси. Мне б сейчас того художника – второй портрет рисовать, и все бы подумали, что в Дорт-Холле те еще господа проживают.

От этой идиотской мысли губы искривила едва заметная улыбка. С таким неадекватным выражением лица я и отправилась навстречу вражескому отряду. Как и Редж в прошлый раз, дошла до самой границы защитного контура и остановилась.

Тапредель, завидев меня, расплылся в гнусной улыбке. По его знаку из-за спин воинов выпихнули Злату!

Вот и нашлась моя девочка...

Сердце сделало головокружительный кульбит и замерло, балансируя над бездонной пропастью.

Грубо ухватив мою дочку чуть повыше локтя, предатель вышел вперед. Злата не плакала, только зло косилась на этого урода и сопела, пытаясь вырваться. Меня она не сразу заметила. Но когда увидела, ее глаза расширились, и на миг она прекратила борьбу и сильно побледнела. Я была благодарна ей за то, что она не кричит: «Помоги мне, мама!»

Моя решимость и без того таяла на глазах. Еще немного, и я стану умолять Тапределя отпустить мою дочь и пообещаю все, что угодно...

Но Злата повела себя смело, и я тоже должна быть сильной ради нее.

Украдкой сглотнула пересохшим от ужаса ртом и крепче стиснула рукоять Рассекающего, покосившись в сторону Драконьего Пика. Тапредель перехватил мой взгляд и довольно улыбнулся.

– Надеешься, что прилетит твой дракон? Кстати, неплохая иллюзия. Качественная, – заметил он. – Вам с Реджем удалось нас провести, но больше этот фокус не пройдет.

– Отпусти мою дочь! – потребовала я, не реагируя на его слова.

– Как скажешь! – Предатель сверкнул белыми зубами. Вид у него был такой довольный, будто бы он выиграл миллион в лотерею. – Но сначала ты отдашь Рассекающий королеве Нирфее.

– Сначала отпусти мою девочку.

Я намеренно не называла Злату по имени. Казалось, стоит произнести его вслух, и от моего напускного хладнокровия следа не останется. Только вряд ли будет толк, если я начну рыдать и ползать на коленях.

– Ты не из этого мира, Тень. Какой тебе резон соблюдать его законы? Отдай мне Рассекающий, и я отправлю вас с дочкой домой. Ты же хочешь вернуться туда, откуда пришла? – увещевал Тапредель вкрадчиво, не хуже какого-нибудь демона-искусителя.

Домой меня и Реджинхард сможет отправить, когда вернется. Вот только мое возвращение грозило гибелью Пределам, и я сделала свой выбор – пошла ва-банк. Осталось только тянуть время и надеяться, что я не просчиталась.

– Говоришь, сможешь отправить нас домой? Неплохо! Подумаю об этом, когда моя дочь будет стоять рядом со мной под защитой.

Главшишка усмехнулся и сально осмотрел меня с ног до головы.

– А ты похожа на нее. Линдара сейчас выглядела бы так же. Ты знаешь, она ведь ко мне неровно дышала...

Он что, меня смутить пытается? Что еще за неуклюжий намек?

Я впервые видела Тапределя так близко своими глазами. Довольно смазливый. Наверняка он без труда мог вскружить голову местным дамам, но на женщину двадцать первого века куда сложнее произвести впечатление.

Закусив губу, я, в свою очередь, пристально осмотрела его с ног до головы, ярко представив картинку, где на Главшишке нет штанов, лишь нелепый доспех в верхней части и шапочка «а-ля желудь» на башке. Фантазия не подвела, и я презрительно улыбнулась. Чуть подавшись вперед, не менее вкрадчиво произнесла:

– А я слышала иное. Ты преступно домогался Тени Дракона, притворяясь ее другом. А потом предал обоих: и драклорда, и его Тень! Верни моего ребенка немедленно, гад!

– Не смей так со мной разговаривать, дрянь иномирная! – рассердился Тапредель. – Я на куски порежу твою дочь!

Он выхватил кинжал, и у меня в глазах потемнело. Не знаю, где я нашла в себе силы, чтобы внешне остаться невозмутимой.

– И лишишься малейшего шанса заполучить Рассекающий? Ты даже не представляешь, на что способна иномирная дрянь, желающая отомстить, Тапредель.

Ситуация накалялась, и я снова покосилась на Драконий Пик, а Главшишка лихо приподнял бровь, глядя на что-то позади меня, а затем презрительно усмехнулся:

– Если это твоя армия, с помощью которой ты собираешься мне мстить, могу только посочувствовать.

Я степенно обернулась. Из ворот выступали и выстраивались в линию Пиран, Ган, Бран и еще с десяток мужиков и парней. Все при доспехах и оружии, с хмурыми, сосредоточенными лицами, явно готовые к любому повороту событий.

Что удивительно, с ними был и ньер Шатолье!

Зря я его подозревала во всех грехах. Он так боялся Нирфею и все равно вышел за ворота, чтобы помочь. К чести разбойника, он не выглядел трусоватым красавчиком. Напротив, собрал свою роскошную гриву в хвост и напоминал рвущегося в бой викинга. Или же умело притворялся храбрецом, как и я?

Неважно, какие причины заставили этих мужчин выйти, но я была благодарна им всем за поддержку.

Прямо передо мной по ту сторону защитного купола вдруг соткалась из воздуха Нирфея. Я едва не подпрыгнула от неожиданности. Не знаю, как только удалось сдержать вскрик.

Вблизи вампирша была еще страшнее. Красивая, но какая-то... иная?

Не человек – вот что приходило на ум при взгляде в ее черные глаза. Бледную кожу местами украшали синеватые прожилки. Губы имели неестественный бордовый оттенок.

Фильм ужасов, а не женщина!

– Дай мне меч, Тень, – попросила она ласково, неожиданно приятным низким голосом.

Мы стояли совсем близко, разделенные лишь тонкой, как пленка мыльного пузыря, магической преградой. Нирфея провела по ней длинными черными когтями в считаных сантиметрах от моего лица. Я видела, как подается под ними защита, проминаясь, точно шелковая занавеска. Что будет, если такой коготок ее проткнет и дотянется до меня?

Но я не шелохнулась и не отступила, старательно скрывая эмоции.

– Ме-еч! – пропела вампирша.

Но я была непреклонна:

– Отпустите моего ребенка!

– Ты отдаешь меч, а я отпускаю твое отродье. – Нирфея развернулась и, покачивая бедрами, направилась к Тапределю.

Злата заметалась, тяжело задышала от страха и вдруг как закричит:

– Мама! Не отдавай Рассекающий! Они все равно нас убьют! Эта страшная так сказала! – Дочка невежливо ткнула пальцем в Нирфею.

– Маленькая дрянь! – Вампирша схватила Злату когтистой лапой за горло.

Дочка засучила в воздухе ногами. Я заорала и бросилась на помощь, замахиваясь Рассекающим. И тут моя малышка всех удивила. Ухватившись за руки нирфеатки, чтобы не задохнуться, она вдруг подтянула ноги к груди и с хриплым выдохом врезала сразу двумя пятками бледной гадине прямиком в нос.

Вскрикнув от неожиданности, вампирша ее выпустила.

– В замок! – рявкнула я, когда дочь, не растерявшись, на четвереньках бросилась мне навстречу.

Пусть она как можно скорее укроется под защитой. То, что я уже не вернусь, не вызывало сомнений...

Все случилось в считаные мгновения, но бурлящий в крови адреналин помог разглядеть больше. И то, что передвигаться ползком было неудобно, а подняться на ноги дочка не успевала. И Тапределя, который уже тянул к ней свои руки. И то, как его опередила Агриппина, выхватив Злату прямо из-под носа. Взмыв на крыльях, гарпия успела отоварить Главшишку ногой по лицу, разбив ему губы. И даже темную, стремительно приближающуюся к нам со стороны Драконьего Пика точку я тоже заметила...

В этот момент Рассекающий столкнулся с тонким, чуть изогнутым мечом Нирфеи, перерезав его, точно стебель бамбука, и ударил нирфеатку по обнаженному боку.

Мы обе замерли, удивленные случившимся. Мне не приходилось раньше рубить мечом людей. Никого не приходилось рубить, только дрова. Растерявшись, я отступила на шаг.

Нирфея, кажется, была поражена не меньше моего. Она коснулась раны и удивленно уставилась на ладонь. Ее кровь оказалась темно-бурой, почти черной... Вампирша медленно подняла голову и нехорошо так на меня посмотрела. В отличие от меня ей явно приходилось не раз причинять людям боль.

И тут раздался боевой клич:

– За Дракендорт! За Тень!

Моя маленькая армия шла на смерть вместе со мной.

«Это конец...» – подумала я, когда в следующий миг нирфы и мои воины сшиблись стенка на стенку, как в каком-нибудь историческом фильме.

Сошлись страшно! С криками, грохотом и утробным уханьем, а мы с Нирфеей оказались в самом центре этого светопреставления. Я оцепенела, не решаясь двинуться с места. Не понимая, как так выходит, что нас до сих пор не задели, но вокруг точно зона отчуждения образовалась, за границей которой поджидала смерть.

– Отдай!

Вампирша дотянулась и выдернула из моих рук Рассекающий. Сделала она это так легко, точно отняла у ребенка конфету. Да только клинок полыхнул холодным голубым светом. Раздался оглушительный вопль.

Когда я вновь обрела способность видеть, меча у нирфеатки больше не было, как и правой кисти на руке. Пальцы вместе с когтями обуглились и осыпались, оставив уродливую культю. От такого зрелища меня едва не вывернуло. Впору было порадоваться, что за весь день я и крошки в рот не взяла.

Озверевшая Нирфея замахнулась здоровой левой рукой, и все, что я успела – это сжаться в ожидании удара. Он пришелся по окутавшей меня магической защите, не причинив вреда. Завизжав, вампирша отскочила, уворачиваясь от струи ревущего голубого пламени, а над нами завис в воздухе алмазный дракон.

– Реджинхард! – воскликнула я и села на землю.

Ноги отказывались держать, а по щекам покатились слезы облегчения.

«У меня получилось! Получилось! Получилось!» – билась в моей голове мысль, пока я щедро украшала землю драгоценными камешками.

Превратившись в вихрь черных мух, Нирфея всосалась в землю. Решила дальше здесь не задерживаться? А раз так, значит, драклорд в драконьей форме ей точно не по зубам!

Реджинхард коснулся лапами земли и выставил крыло, чтобы прикрыть наших сражающихся людей от залпа огненных шаров, а затем развернулся и выпустил еще одну струю пламени, сжигая ряды нирфеатских магов. Никакая защита, никакие доспехи не могли противостоять драконьему огню.

Противник побежал, а дракон пронесся на небольшой высоте, обрушивая на него струи очистительного пламени.

Мое войско не отставало. Парни, воодушевленные подмогой, храбро сражались, добивая тех, кто не успел сделать ноги. Я заметила, что их тоже укрывает едва заметно мерцающая магическая защита.

Эйрен героически сражался с превосходящими силами, да так лихо, словно родился с мечом в руке. На него насели разом пятеро, но он умудрялся наступать, одновременно помогая себе магией.

И чего он так боялся этих нирфов раньше? Или, может, ему именно Нирфея не нравилась?

На Реджа навалилась стая похожих на птеродактилей тварей. Повинуясь воле нирфеатского погонщика, они объединились в одну гигантскую магическую особь. Два крылатых гиганта сошлись в бою прямо в воздухе. Зрелище было то еще, но алмазный дракон побеждал.

Про меня все словно позабыли. Уняв слабость в ногах, я поднялась и осмотрелась. Самое время было вернуться в замок, оставив войну мужчинам. Защита, что меня окружила, совершенно не мешала двигаться, и я поспешила к воротам, одновременно озираясь по сторонам. И тут мое внимание привлек черный доспех Главшишки. Уж больно выделялся на фоне пожухшего, порыжевшего пейзажа даже в сумерках.

Предатель вел себя подозрительно: ни с кем не сражался, а что есть мочи драпал к подножию гор.

Стоп! А что это у него в руках за сверток?

– Рассекающий спер! – осенила меня внезапная догадка.

Вот для чего Тапредель был нужен Нирфее! Вампирша не могла сама прикоснуться к Ключу Предела, в чем и убедилась несколько минут назад. А теперь волшебный меч был в руках бывшего советника!

Интуиция подсказывала, что это ничем добрым не кончится, а бегала я всегда хорошо. Но и Тапредель, похоже, регулярно тренировался. Чесал он бодро, несмотря на доспехи. Я настигла его у самого подножья Драконьего Хребта. У той же самой тропы, по которой мы начинали подъем, когда шли на выручку к драклорду с ньером Шатолье и Пираном.

Некоторое время мы таращились друг на друга, пытаясь отдышаться. Пот заливал лицо предателя. Он кривился и морщился – расквашенный гарпией нос явно причинял ему неудобства.

– Порядочные ньеры так не бегают. В тебя что, демоны вселились? – заметил он, чередуя слова с рваными вдохами и выдохами.

– Гони меч! – приказала я.

Тапредель в ответ предложил удовлетворить его нетрадиционным способом. Оскорбившись, я вынула из ножен нирфеатский кинжал. Покачав головой, Главшишка отложил Рассекающий на землю и вынул из ножен настоящий меч.

– Н-да... Стоило догадаться, что просто не будет.

Недооценила противника, называется!

– Именно! Я отрублю тебе все лишнее. А с тем, что останется, позабавлюсь, – пригрозил он, надвигаясь.

И тут я поняла, что голубоватое сияние меня больше не прикрывает. Наверное, защита работала только рядом со стенами замка...

– Ты это, с нирфами переобщался? – скривилась я, осторожно отступая и стараясь не пропустить выпад.

Мой кинжальчик против настоящего меча что детская игрушка. Разве что попробовать его швырнуть Тапределю в глаз. Вдруг повезет?

Я надеялась, что в самый ответственный момент появится волк-призрак, но тот что-то не торопился. А мое положение становилось все более незавидным.

И на что я, спрашивается, только надеялась? На то, что Тапредель помрет от быстрого бега, а я спокойненько заберу Рассекающий и пойду домой, насвистывая развеселую песенку?

Советник сделал обманное движение, и у меня сдали нервы. Я метнула кинжал, метя ему в лицо, но лишь оцарапала щеку. Оружие усвистело куда-то в кусты, и я осталась с голыми руками.

Надо сказать, Тапределю моя выходка не особенно понравилась.

– Ах ты... – обозвав меня так некрасиво, что даже уши покраснели, он бросился на меня с рычанием разъяренного медведя, замахиваясь мечом.

Отпрянув, я споткнулась обо что-то и едва не полетела навзничь. В тот же миг Тапредель вцепился мне в волосы на затылке и куда-то потащил. Я вырывалась, пытаясь выцарапать ему глаза:

– Прекрати!

Советник встряхнул меня несколько раз так, что в голове помутилось. Я замерла и уставилась на него с ненавистью.

– Ты такая красивая, Линдара. Ты все равно будешь моей. Это неизбежно.

– Я не Линдара, придурок! – дернулась я и сморщилась от боли.

Вместо ответа Тапредель облизал мою щеку. Омерзительно!

Я снова попыталась его треснуть, но меня вдруг уронили на землю подножкой. Предатель навалился сверху, пытаясь расстегнуть на мне куртку. Не смог и вспорол ее кинжалом. У меня потемнело в глазах, я закричала, и в тот же миг неведомая сила оторвала от меня Тапределя и отшвырнула в сторону.

– Не смей прикасаться к моей Тени! – прорычал Реджинхард.

Он был абсолютно обнаженный, и с такого ракурса я снова могла полюбоваться его широкой спиной, крепкими ягодицами и стройными ногами. Жаль, ситуация и состояние неподходящее, чтобы наслаждаться этим зрелищем.

– Ты?! Да когда ты уже наконец сдохнешь? – как-то истерически завопил Тапредель. – Ненавижу тебя, Реджинхард! Ненавижу!

– Это взаимно... Хотя нет. Я тебя просто презираю, Янис. Ты жалок!

Редж неторопливо шел на него, вынуждая отступать.

Даже безоружный и обнаженный драклорд пугал предателя не меньше, чем если бы был в обличье дракона. Тапредель бросился к свертку и выхватил оттуда Рассекающий. С отчаянным криком он накинулся на Реджа, намереваясь снести ему голову. Все это произошло так стремительно, что я только и успела, что вскрикнуть.

Из темноты метнулось что-то белое, схватило предателя и дернуло назад. Да так резко, что меч вывалился у него из рук, а Редж ловко подхватил его прямо в воздухе за рукоять. Рассекающий вернулся к хозяину.

– Ненавижу! А-а-а-а... – донесся до нас крик Тапределя, сменившийся каким-то неприятным бульканьем.

– Это же... Сфира?

Я ткнула пальцем в сторону кустов, где исчез предатель.

– Ага, – подтвердил Реджинхард и улыбнулся.

Я подошла к нему и осторожно взяла под руку. Щурясь, всмотрелась в темноту, где наблюдалось какое-то активное движение.

– Точно! Я ведь разрешила ей есть всяких гадов.

– И это прекрасно! – Редж развернул меня к себе лицом и спросил: – Василина, зачем ты вообще за ним побежала?

– Не хотела отдавать Рассекающий. Мне показалось, что это как-то неправильно.

– Тут я с тобой солидарен. – Драклорд осторожно убрал из моих волос сухой лист. – Нирфея пообещала Тапределю, что сделает его хозяином Дракендорта. Ключ Предела был необходим ей для ритуала, чтобы привязать дракона к новому телу насильно. Это бред, и у них ничего бы не вышло. Но у Яниса от ненависти разум помутился.

Мы прогулочным шагом отправились обратно.

– За что Тапредель так тебя не любит? – поинтересовалась я.

– За то, что отец передал Рассекающий мне, а не ему.

Я едва не споткнулась и уставилась на Реджа во все глаза:

– Так он что же...

– Он мой брат по отцу. Бастард. Мы росли вместе. Отец никогда не делал между нами различий. Но почему-то Янис вбил себе в голову, что именно он станет драклордом. Но Берлиан отозвался на мой зов, а Янис стал вторым, после меня, человеком в Пределе. Говорил моими устами и имел все, кроме дракона. Я и не предполагал, насколько это его уязвляет. И тем более не подозревал, к чему все приведет.

– Реджинхард, пообещай мне кое-что?

– Мм?

– Никаких бастардов!

Я проговорила это глухо, глядя в землю. Такого я точно не выдержу. Драклорд бережно взял меня за плечи, и я невольно посмотрела на него.

– Обещаю, Василина, – ответил он серьезно, и почему-то я ему поверила.

– Редж, скажи, ты был далеко, когда я перенесла тебя в Драконий Пик?

– Далеко. Дней восемь-десять лету. У Берлиана был поврежден хвост, и мы постоянно отклонялись от курса. Спасибо за то, что ты сделала. Не знаю, как тебя благодарить... Одно не понимаю.

– Что именно?

– Почему ты так поступила? Я ведь велел тебе спасаться, если придет беда. Ты могла бы вернуться домой вместе с дочкой.

– Я не смогла оставить тебя. Это... Это было бы настоящим предательством.

– Хорошо. Но зачем ты вышла из замка?

– Нирфея похитила Злату и шантажировала меня, пытаясь обменять ее на Рассекающий. Вот тогда-то я и решила рискнуть и вернуть вас обоих.

– Не вышло?

– Со Златой – не получилось. Наверное, колдовство Нирфеи не позволило ее забрать.

– Почему ты перенесла меня в алмазную пещеру, а не сразу в замок?

– Аруха напророчила, что с тобой случилось что-то дурное. Я подумала, вдруг тебе понадобится помощь.

– Верно. В пещере хвост восстановился за минуты, и остальное починилось, по мелочи. Правда, на это потребовалось еще немного времени.

Редж остановился и взял меня за руки. Долгое мгновение мы глядели друг другу в глаза, и я утонула в двух озерах чистой нежности.

– Я ужасно по тебе соскучился, родная...

Он притянул меня к себе и заключил в объятия.

– Я тоже скучала!

Я инстинктивно потянулась за поцелуем, и в тот же миг губы драклорда накрыли мои. Жарко, жадно и одновременно нежно и ласково... Ответила ему со всей страстью, вдыхая родной теплый запах, лаская ладонями покрытые щетиной щеки, гладя шею, грудь и плечи.

Мне было так хорошо и спокойно рядом с этим мужчиной, способным преодолеть любые бури и штормы. Умереть и возродиться. Вытерпеть заточение и не сойти с ума. Вот что значит устойчивая психика и правильный моральный кодекс. За такого и замуж не страшно.

– Ты не просто Тень Дракона. Ты мое сердце. Моя истинная пара. Я люблю тебя, Василина Вьюга. Вернемся в замок и завтра же поженимся. Не могу допустить, чтобы о моей Тени ходили грязные слухи.

– Не поздновато ли печься о моей репутации? К тому же у меня уже есть дочь, – поддела его я, тая от такого бережного отношения.

– Полагаешь, я излишне трепетно отношусь к матери моих будущих детей?

В золотистых зрачках драклорда отразился огонь страсти. Порадовавшись подобным планам и одновременно испугавшись, что это пламя вырвется наружу прямо здесь и сейчас, поглотив нас с головой, напомнила:

– Пора возвращаться. Хочу убедиться, что Злата в безопасности. Я очень за нее испугалась. Этой ночью появилось существо, которое ее похитило. Не знаю, в каком она сейчас состоянии после пережитого.

Все страхи навалились снова, и лишь присутствие Реджа меня успокаивало.

Надо же! В мрачном месте, рядом со жрущей человека паучихой меня умиротворяет наличие обнаженного здоровенного мужика. Определенно во мне что-то изменилось.

– Я уничтожил войско Тапределя. Тебе не о чем переживать.

– А Нирфея?

Редж нахмурился.

– Она сбежала. Но на территорию Дракендорта ей больше не будет хода.

– Спасибо! – Я чмокнула драклорда в щечку, и мы направились к замку, держась за руки, словно влюбленная парочка на прогулке.

– Может, позовем Сфиру? Домчит с ветерком, – предложила я.

Я так устала и набегалась за этот бесконечный день, что ноги отказывались шагать.

– У меня есть идея получше. Ты когда-нибудь летала на драконе?

Эпилог

Наша свадьба состоялась не на следующий день и даже не через неделю, а только через три.

Ася, Роса и Рисанна в удивительном единодушии набросились на Реджинхарда, пеняя, что он лишает невесту нормальной свадьбы. Ведь нужно было пошить платье, украсить замок и столько всего приготовить!

Даже Агриппина с ними согласилась и напомнила, что у драклорда есть и другие подданные кроме тех, что проживают в окрестностях замка. И они затаят обиду, если их не пригласить.

Но последней каплей стали едкие замечания Берлиана, и Редж сдался.

Честно говоря, я только порадовалась такой отсрочке. Мне нужно было успокоиться и поверить в то, что все опасности позади. Просто побыть с дочкой и, что уж кривить душой, немного привыкнуть к самому Реджинхарду и к тому, что мы теперь жених и невеста.

Удивительно, но Злата куда легче пережила похищение, чем я могла подумать.

Вспоминая о случившемся, она не вздрагивала, а злилась. Сказала, что существо, которое ее похитило, спросонья да в темноте приняла за Агриппину в ее истинном облике. И только когда оно вытащило ее через окно, поняла, что это не так, и испугалась. Но было слишком поздно.

Дочка мало что поняла из разговора Нирфеи и Тапределя, но уловила главное: если нирфеаты заполучат волшебный меч, то никого не пощадят. Злодеи даже не сомневались, что дело выгорит, и спокойно говорили при ребенке.

Вот только ребенок с Земли с детства привычен обрабатывать огромные массивы информации. Злата внимательно их выслушала и сделала выводы. Ее возмутило, что мерзкий дядька планирует забрать себе Берлиана и поселиться «в таком крутом ее любимом-самом-лучшем-в-мире-замке». А еще он обещал сделать очень больно мамочке, а это совсем уж беспредел.

Когда все закрутилось, она так испугалась за меня, что вспомнила уроки самообороны, которые едва ли не с младенчества преподавала ей гарпия, и врезала вампирше как следует.

Я не уставала восхищаться храбростью моей малышки. Она у меня настоящий боец!

Так что кошмарами Злата не страдала. И для безмятежного сна ей было достаточно слова Реджа, что Нирфея ни в замке, ни рядом с ним больше не объявится.

Уже на следующий день после битвы моя дочурка носилась с остальными детьми по территории Дорт-Холла, в лицах разыгрывая вчерашнее сражение. Или же баловалась с Маруськой. Дети сдружились с козочкой и взялись тайком ее отвязывать в тот момент, когда поблизости оказывалась Рисанна.

Развлечения в итоге хватало всему двору. Визги старостихиной дочки, убегающей от рогатой скотинки, заставляли парней надрывать животики. Уж больно потешно рыжеволосая пышка от козы драпала. А дети кричали, что это Нирфея убегает от дракона.

Потом Маруську, конечно же, ловили. Но она никогда не сдавалась без боя и успевала кого-нибудь поднять на рога. Козочку не обижали только потому, что она была моей любимицей, иначе Маруська уже давно очутилась бы на вертеле, с таким-то вздорным характером.

Так продолжалось изо дня в день, пока Агриппина не усадила всех малолетних бездельников за уроки. Гарпии надоело, что детвора без пригляда носится и постоянно шкодит.

Кстати, спящих неестественным сном дракошек удалось разбудить. Это сделала Злата. Вышло это случайно и не при мне. Гапа, вырвав мою дочь из лап Тапределя, сразу отнесла ее в замок, и первое, что сделала там мелкая – бросилась к пищащим в гнездышке малышам цветодраков.

Их родители спали, и Злата принялась тормошить дракошек, объясняя менторским тоном, что нельзя оставлять маленьких деток голодными и дрыхнуть без задних лап.

Но стоило ей потыкать спящих цветодраков пальцем в животики, как те сразу же очухались. После этого чудесного пробуждения гарпия велела принести остальных пострадавших, и моя дочь разбудила их всех. Заодно отвлеклась от потрясения.

Теперь стоило Злате пожелать, и ее сопровождала личная гвардия принцессы – целая стая дракошек во главе с Баламутом.

Радуясь, что все обошлось и все при деле, я со спокойной душой готовилась к свадьбе.

У Агриппины был уникальный талант: она никогда не забывала однажды увиденное, а еще умела демонстрировать это другим. Сбор информации обо всем на свете – кредо этих созданий.

Ходячий справочник, а не гарпия, в общем!

Гапа даже умудрялась показывать детям мультики с помощью своей магии. Так что нарисовать быстро и реалистично на бумаге сотню-другую свадебных платьев для нее не составило труда.

– Какие красивые! – восхищались девушки, перебирая картинки и споря, какое мне пойдет больше.

– Гапа, я и не думала, что ты интересуешься подобными вещами! – удивлялась я, понимая, что ей требовалось все это когда-то увидеть.

И не просто увидеть, а пристально рассмотреть, чтобы потом воспроизвести в деталях.

– Да так... Пролистала пару свадебных каталогов на досуге... – скромничала гарпия и тяжело вздыхала, отчаянно скучая по компьютеру и интернету.

Пока мы выбирали фасон платья и украшения, продумывали меню и все такое прочее, драклорд тоже занимался делами.

Каждый день он облетал владения, искореняя остатки нирфеатской заразы по всему Пределу. Помогал людям, которые прятались в затерянных в лесах и горах деревеньках. Народ, живший, точно на пороховой бочке, в ожидании местной версии конца света, до одури радовался возвращению драклорда и прославлял его от всего сердца.

Уже спустя неделю в Дорт-Холл потянулись вереницы паломников с дарами для Дракона и Тени. А на нашу свадьбу съехались эрлы из разных эрлингов со своими женами, детьми и челядью, и некогда заброшенный Дорт-Холл вдруг оказался переполнен людьми.

Мне было непривычно видеть новые лица. Прожив здесь несколько месяцев, я общалась лишь с жителями ближайшей деревни. Оказывается, остальные считали их сумасшедшими за то, что те остались жить на левом берегу Берлиантара – рядом с проклятым Дорт-Холлом и дорогой из Торисвена, по которой приходили нирфы.

Вот так суеверия защищали хитрого старосту и его подопечных от притязаний эрлов. Никто не рискнул подмять их под себя, не претендовал на урожай и скот, не требовал платить налоги. Разве что нирфеаты, застрявшие по эту сторону воздвигнутого Реджинхардом барьера, беспокоили время от времени да залетные отряды наемников, авантюристов и прочих любителей наживы. Но и с этой напастью деревенские научились справляться. От одних отбивались дружно, от других банально прятались в горах.

Но теперь Дорт-Холл снова стал местом притяжения. Драклорд быстро наладил хозяйство, нанял слуг и стражу. Платья мне шили портнихи из города, пищавшие от восторга, когда гарпия рассказывала им о земной моде.

Так мы и жили до самого дня икс.

Айсану, Рисанну и Росу я так и оставила при себе. И, сидя в своих покоях в окружении подружек, ужасно волновалась. Словно и не бегала на свидания с Реджем каждую ночь все эти недели. Мы вели себя точно подростки, и это было ужасно глупо, но нам эта игра нравилась.

– Мамочка, ты что такая бледная? – схватила меня за руку дочка.

Она и другие девочки, наряженные в белые платьица и с цветами в волосах, напоминали ангелочков. Или бабочек-капустниц – в интерпретации Гапы. Наверное, это из-за моего нежно-мятного платья с пышной юбкой.

По местной традиции невесты не надевали белое, да и на простом фасоне я решила не настаивать. Положилась на портних. Так что теперь на мне был воистину королевский наряд, искусно расшитый берлианитами, точно каплями росы.

– Переживаю.

Я улыбнулась и поцеловала дочку в висок.

– Не бойся, папочка тебя не обидит! – с уверенностью заявила Злата.

С некоторых пор моя малышка перестала издеваться над именем Реджа и звала его просто и со вкусом – папочка. Поначалу мне было немного непривычно это слышать, но сейчас даже нравилось. А Реджинхард и вовсе преображался и таял, расплываясь в такой умильной улыбке, что я невольно улыбалась тоже.

– Ох... Что-то меня снова мутит...

Я зажмурилась, и Ася тут же сунула мне под нос какую-то резко пахнущую травку.

– Спасибо. Добавь мне такое в букет, пожалуйста.

Подруга коварно рассмеялась:

– Уже сделано! Ты понюхай.

Все эти странности внушали мне определенные подозрения. С момента попадания в этот мир у меня не было менструации, но я грешила на гормональный сбой от стресса. А теперь вот закрадывались подозрения. И, казалось бы, достаточно просто спросить у Айсаны, но я так и не могла отважиться.

Настало время, и за мной пришли знатные женщины. Это были жены эрлов, с которыми я уже успела познакомиться. Не все, но многие оказались доброжелательными и приятными, звали нас в гости и расхваливали свои эрлинги.

Меня укутали в огромное красное покрывало и, наказав молчать, вывели на двор под протяжные завораживающие песнопения собравшихся там гостей и домочадцев. От мелодичных женских голосов поднимались волоски на теле.

Звучала традиционная свадебная песня прощания с невестой, о которой мне уже рассказали. Слова там были банальные. Что-то вроде: «Ой, да красну девицу отдаем в дар дракону. Ой, не ешь ты ее, а лучше возьми в жены!»

Дальше шло множество куплетов в таком же духе. Пелась песня с переливами и на старинном наречии, поэтому ее смысла я не понимала до конца, но она вызывала противоречивые эмоции: хотелось одновременно и смеяться, и плакать.

Магия какая-то!

Закончив петь, девушки обсыпали меня цветами и местным аналогом риса, а затем усадили в карету. Все это время люди без устали выкрикивали нам добрые пожелания. Карета тронулась, и за нами еще долго бежала ребятня. Среди которой была и Злата. Я не боялась ее оставлять, ведь за ней с воздуха присматривала гарпия.

Церемония местного бракосочетания должна была состояться в древнейшем храме Дракона Прародителя, который находился в горах со стороны моря. Из замка его даже видно не было, и я не подозревала о его существовании до последнего времени.

Около часа мы степенно тащились туда в карете, запряженной шестеркой белых лошадей с длинными гривами и красивыми плюмажами из перьев. Я начала скучать. Но ровно до тех пор, пока не увидела алмазного дракона, который словно танцевал в небе, то закручиваясь в штопор, то выписывая мертвую петлю. То...

Не может быть! Вырисовывая сердечки!

К этому уж точно приложила руку Злата, просвещая Реджинхарда в том, что любят девочки и настоящие принцессы. Так Редж пытался скрасить мне ожидание, а заодно понизил градус торжественности. Наблюдая за ним, я заулыбалась, предвкушая нашу скорую встречу.

Драклорд ждал меня у входа в храм Дракона Прародителя. Он помог мне выбраться из кареты и откинул с лица покрывало. Восхищенный взгляд любимого мужчины стал высшей наградой, и я забыла обо всем, утонув в его глазах.

Держась за руки, мы вошли в разверстую пасть дракона – именно так выглядел вход в пещеру, где все дышало древностью. Все здесь было особенным и каким-то волшебным! И покрытые мхом стены, и каменный пол, вытертый ногами прихожан, и даже запах.

В воздухе парили магические огоньки, освещая пространство теплым желтым светом, придавая этому месту своеобразный уют. Но многотонная толща каменной породы над головой, всегда неспокойное море снаружи и статуя дракона в натуральную величину посреди зала напоминали о бренности человека.

О том, что люди и даже драконы лишь песчинки на жерновах времени...

Драклорд подвел меня к изваянию Дракона Прародителя. Мы остановились напротив нее, и Редж, взяв обе мои руки в свои, с благоговением посмотрел на статую:

– Прародитель, вот та, которой я подарил свое сердце.

Должна ли я была тоже что-то сказать?

На этот счет меня отчего-то не просветили. А раз так, сами виноваты!

– Здравствуйте, Дракон Прародитель! А это тот, кому подарила свое сердце я. Но только чтобы никаких бастардов! – ляпнула я какую-то чушь от волнения.

И вдруг мне показалось, что каменный дракон улыбнулся самым натуральным образом! Или это просто глюки от нервного перенапряжения? Игра света на каменной поверхности?

Стоило так подумать, и магические огоньки полыхнули так ярко, что на мгновение я даже ослепла. А когда зрение восстановилось, увидела цепи. Толстенные, но невесомые, они обхватывали мои запястья и тянулись к запястьям Реджинхарда.

– Что это?! – пошевелила руками.

– Цепи, – улыбнулся драклорд. – Они приковали нас друг другу, связали нашу суть, как и полагается. Дракон и Тень – истинная пара, прямо как в древних легендах.

– Ничего себе цепи! Да они коня удержат!

– Дракона, – поправил Редж, серьезно глядя на меня. – Сначала я думал, что благодаря им ты моя пленница.

«Но на самом деле – хозяйка. Ты хозяйка драконьего сердца, Василина», – вдруг раздался в моей голове голос Берлиана.

Иногда он так делал, так что я уже привыкла.

Реджинхард наклонился и поцеловал меня нежно и сладко. Так, что подогнулись колени, и почему-то захотелось плакать от тихого всеобъемлющего счастья. Мы еще долго стояли, просто обнявшись, слушая стук сердец друг друга. Возвращаться к гостям совершенно не хотелось, этот день был наш, и только наш, но делать было нечего.

Стоило выйти из волшебной пещеры на свет, и цепи словно растворились. Но я точно знала – они все еще здесь. И пока они здесь, моя душа может быть спокойной. Вот то тайное знание, которым меня одарил Дракон Прародитель. А еще я стала видеть чуть больше волшебства вокруг. И это... Это было похоже на чудо!

– Редж, а ты тоже видишь мир таким?

– Да, родная, – сразу понял меня мой муж, и мы вместе сели в карету.

А дальше все закрутилось. Встреча молодых, снова цветы и здравицы. Подарками завалили всю большую гостиную внизу. Оказывается, чтобы выдержать эту часть ритуала, требовалось много терпения и сил. У меня едва спина не отвалилась, а в животе образовался вакуум, когда наконец мы сели за стол.

– Мамочка, ты такая красивая! – щебетала Злата. – Я тоже хочу такое платьишко, когда вырасту!

Я погладила дочку по растрепавшимся локонам. Ее беленькое платьице чудом пережило этот день, пропыленное по подолу после беготни по полю, оно все еще держалось, хотя у воротничка я заметила крошечные брызги чего-то бурого.

– Перемазалась уже, мое чудо! – Я вытерла дочке испачканный уголок рта.

– Ой, это сок! Я Баламута угощала тейном, и он у меня из рук вырвался, прямо в миску с соком, – рассмеялась Злата. – Ладно, я побежала!

Она тут же вскочила и припустила к подружкам, прихватив горсть леденцов. Я только покачала головой. Надо же, переезд дался Злате куда легче, чем мне. Может, дело в том, что мир Драконьих Пределов для нее родной?

Богатое застолье, шумные гости, тосты и разговоры утомили меня. Голова вдруг закружилась, и я зажмурилась.

– Милая, как ты? – поинтересовался сидящий рядом муж.

– Притомилась немного. Хочу побыть с тобой вдвоем, – честно ответила я, и Реджинхард стиснул мою руку:

– Недолго осталось... А собственно, нам уже пора.

В большом тронном зале на первом этаже, где проходил праздник, появилась группа девушек, одетых в простые длинные рубахи. При их появлении смолкли разговоры, и стало слышно негромкое пение. Двигались девушки на удивление слаженно, точно плыли над полом, а не шагали. И среди них я увидела Айсану, Рисанну и Росу.

– Что происходит? – поинтересовалась я у Реджа, лелея смутную догадку.

– Нас пришли проводить в спальню, жена. Там я буду тебя делать своей, – многообещающе выдал муж и первым поднялся из-за стола, увлекая меня за собой.

Нет, я девочка взрослая и понимала, что вечер этим и кончится. Но вот так торжественно... Не завидую я невинным девам.

– Надеюсь, гости не примутся выкрикивать всякую пошлятину? Не то я за себя не ручаюсь, – пробормотала я.

– Пошлятину? А зачем? – искренне удивился Редж.

Похоже, в мире Пределов так не было принято, и я вздохнула свободнее.

Когда процессия приблизилась, Реджинхард подхватил меня на руки. Я нашла взглядом Злату, которая стояла рядом с Агриппиной, и расслабилась. Дочка под присмотром, и эта ночь будет только нашей.

У всех девушек в руках было по приличной стопке чистых полотенец. Айсана первой взяла одно и постелила перед нами. Муж бесцеремонно наступил на искусно расшитое цветами и драконами полотнище, и, пока я возмущенно на него смотрела, Роса постелила второе.

Этакую дорожку нам проложили до самой двери наших новых семейных покоев между вторым и третьим этажом в главном здании.

– Зачем полотенца? – шепотом поинтересовалась я в какой-то момент.

– Их потом продадут желающим.

– Продадут? Но зачем?

Реджинхард улыбнулся и, вдруг остановившись, коротко, но крепко поцеловал меня прямо в губы. Голова сразу томительно закружилась, а в конечностях образовалась приятная слабость. Признаться, я мечтала о его губах с тех пор, как мы ехали в карете. Одни, но соблюдая приличия.

– Это полотенце теперь продадут намного дороже остальных, – заявил муж и усмехнулся.

– Дракон Прародитель, я ничего не понимаю!

– Это древний обычай. Таким полотенцем укроют больного ребенка, и он исцелится. Или подарят девушке, которая никак не может найти жениха, и она непременно выйдет замуж.

– А у нас на свадьбах торты продают... – пробормотала я.

– Торты? А зачем? Они же быстро испортятся, – удивился, в свою очередь, Реджинхард.

Я хихикнула, представив, как незамужняя девушка намазывается кремом от торта, чтобы побыстрее найти жениха, и выставляет такие фото в соцсеть. Хм... А может, не такая уж и плохая идея? Кто-нибудь да клюнет. От этой фантазии хихикнула снова, а муж опять поймал мои губы.

– Что, дальше делаем исключительно дорогие полотенца? – поинтересовалась я, когда поцелуй закончился.

Вызов был принят, и, когда мы вошли в наши новые семейные покои, мои губы припухли от жадных поцелуев мужа. Мы так увлеклись друг другом, что едва не забыли о веренице девушек, идущих следом.

Впрочем, у дверей они нас оставили, а внутрь вошла лишь Айсана. Она обошла все комнаты с протяжной песней – обращением к Дракону Прародителю. Разложила пучки трав по углам, комментируя, что здесь от злых взглядов, что для плодовитости чрева, а что для мужской силы.

Наверное, было бы логичнее, чтобы все это проделывала не молодая девушка, а умудренная жизнью матрона, но так уж получилось.

– Ньера, идемте со мной, – официально обратилась она и, взяв меня за руку, потянула в спальню.

Реджинхард остался снаружи, проводив меня таким огненным взглядом, что щеки загорелись.

– Ася, это надолго? – уточнила я тихонько.

– Уже ухожу. Просто решила уточнить один важный момент. – Айсана заметно волновалась.

– Какой? – настороженно спросила я, одновременно выглядывая в распахнутое окно из-за занавески.

Во дворе перед замком праздновали слуги, деревенские и те, кому было невмоготу находиться в помещении. Вечер выдался по-летнему теплым, горели костры и жаровни, вечерний бриз приносил запахи дыма и жареного мяса. Играли дети, в том числе моя Злата. Восседая на шее ньера Шатолье, она снова изображала полет дракона. После того как дочка увидела мое возвращение верхом на Берлиане, она так грезила этими полетами.

К слову, поведение Эйрена мне казалось странным. Поздравляя нас, он выглядел растерянным и настороженным, хоть и тщательно это скрывал. Ревновал? Жалел, что Тень не ему досталась? Но сейчас он вроде бы был в порядке. Веселился по полной.

Я уже перестала подозревать разбойника во всех тяжких грехах и смотрела на происходящее спокойно, тем более что и Гапа была поблизости. Она точно Злату в обиду не даст.

– Ты знаешь, что ждешь малыша? – отвлекла меня от созерцания Айсана.

– Есть такое подозрение. – Я улыбнулась, положив руку на живот. – Так, значит, я беременна?

Подозревать – это одно, а знать наверняка – совсем другое. Мне было и радостно, и одновременно захотелось плакать. Этот мир окончательно забирал меня себе. Привязывал, приковывал магическими цепями, не собираясь отпускать. И я сама прорастала в него всем сердцем и душою.

– Скажи драклорду, пусть обращается с тобой бережнее. Как...

– Как с хрустальной вазой, – вспомнились мне слова моего гинеколога.

Ася кивнула, а я подумала: «Боже! Как же я буду здесь рожать?»

На миг сделалось страшно-страшно. И тут же резкий, похожий на полынь запах ударил в ноздри – Айсана сунула мне под нос знакомую травку.

– Мне показалось, что ты сейчас упадешь в обморок, – оправдалась она.

– Может, и упаду...

Я присела на краешек огромной кровати и провела рукой по покрывалу, а Ася всучила мне тот самый пахучий пучок вместо оставленного в тронном зале букета.

– Спасибо! – улыбнулась ей я и обвела взглядом просторную спальню.

Когда я только появилась в Дорт-Холле, здесь было все разграблено и царил такой кавардак, что я даже не понимала назначения этих комнат. Но сейчас здесь стало уютно и мило. И самое забавное, что об этом позаботились без моего ведома. Буквально тайком. Впрочем, девушки учли мои вкусы, о которых успели узнать, пока шили мне платье. Так что у меня не нашлось ни единого нарекания.

– Тебе нравится? – спросила с надеждой Ася.

– Очень! Здесь светло, просторно, и не надо так высоко забираться по лестнице, как в башню. Учитывая мое нынешнее положение, это благо. Моря, правда, не видно, но, может, и к лучшему. Оно заставляет меня волноваться в последнее время.

Ася довольно кивнула и поклонилась.

– Ну, тогда я пошла. Не будем мучить нашего драклорда.

Она вышла, а в спальню вошел задумчивый Редж. Кажется, его настроение немного изменилось.

– Что-то случилось? – спросила я, пытаясь придумать, как поудачнее преподнести грандиозную новость.

– В этих покоях прошло мое детство. Здесь спали мои папа и мама. Вон там слева еще одна спальня. Там я жил с мамой, пока был маленьким. А когда подрос, мне выделили отдельную комнату. Это был только наш уголок внутри замка. Но я не заходил сюда с тех пор, как родился Тапредель, а мама перебралась в другое крыло...

Я нахмурилась:

– Тебе неприятно здесь быть? Твой отец жил тут с любовницей?

Легкое разочарование стиснуло грудь. Покои мне очень понравились. Тут было место и для Златы, и для будущего ребенка, и я хотела бы тут остаться. Но если мужу здесь плохо, то...

– Нет, что ты! Просто мама не сумела простить отца и переехала. Да и я с тех пор вырос и повзрослел.

Реджинхард выглянул наружу из того же самого окна, что и я. Подошла и обняла его сзади. Редж накрыл ладонью мои руки, и мы стояли так какое-то время, наслаждаясь моментом.

– Тебе по душе это место?

Я покивала. Редж не мог этого увидеть, но почувствовал:

– В детстве я часто представлял, как вырасту, женюсь и тоже буду жить здесь со своей семьей.

– Тогда твое желание уже почти исполнилось.

Муж плавно повернулся ко мне и внимательно посмотрел.

Некоторые пары долго встречаются, потом женятся, но бывает, что к этому моменту их чувства уже изживают себя. А бывает и так, когда короткая встреча рождает настоящее пламя. Когда ты сам не можешь себе объяснить, почему тебе так близок человек, которого ты вроде бы едва знаешь. Почему ты веришь ему? Почему любишь?

Может, все потому, что вас связали невидимые цепи мироздания, предназначив друг другу?

– Василина, ты сияешь! – В глазах драклорда застыло восхищение. – Но... Почему ты плачешь?

Он осторожно стер влажную дорожку на моей щеке, проводив взглядом упавший на светлый мягкий ковер драгоценный камешек-слезинку.

Я посмотрела на свои запястья, где как по заказу вспыхнула магическая цепь, а затем перевела взгляд на мужа:

– Редж, у нас будет ребеночек.

Я часто-часто заморгала от щемящего чувства нежности, вдруг осознав, как сильно, всей душой люблю этого мужчину.

Эмоции моего драклорда дорогого стоили. На миг он даже потерял дар речи, только заключил мое лицо в ладони и поцеловал долго и нежно.

– Василина... – Его голос прозвучал чуть надтреснуто, будто бы он едва держался, чтобы тоже не расплакаться.

И тут я ловко, почти как Айсана, сунула ему под нос тот самый пучок вонючей травы. Редж сморщился и отпрянул.

– Фу, что это за гадость?

– Я думала, что ты сейчас упадешь в обморок от счастья, – нарочно съехидничала я, чтобы его отвлечь.

Мое сердце просто не выдержит, если этот здоровенный мужик разрыдается прямо при мне. Я ж тут все драгоценностями засыплю, а мне лучше бы не волноваться.

– Ты права, я самый счастливый мужчина и дракон в этом мире! – Мой муж ни капельки не сомневался в собственной правоте. – И это счастье подарила мне ты, Василина. Я люблю тебя!

– И я люблю тебя, Реджинхард.

Я очень серьезно посмотрела на него, и больше мы не разговаривали.

Редж действительно был очень нежен. Куда там хрустальной вазе! Ей подобное наслаждение неведомо! Я отдавалась ему душой и телом. Мы позабыли обо всем, даря друг другу любовь. Были жадными и трепетными. Одновременно нетерпеливыми и безгранично отзывчивыми. Сегодня у нас все было совсем иначе. Для безудержной страсти на разрыв еще наступит время, а сейчас мы просто стали счастливой семьей.

Прошло несколько часов, и за окном уже стемнело, когда в двери постучали. Мы открыли не сразу, надеясь, что нас оставят в покое. Но стук повторился, стал настойчивее, и в груди екнуло от дурного предчувствия.

Снаружи кто-то закричал.

– Редж, кажется, что-то стряслось...

Я вскочила с постели первой и, накинув длинный халат из скользкого тяжелого шелка, бросилась к двери. Муж меня обогнал. Распахнул створку, впуская в гостиную Гапу. И когда только успел штаны надеть?

– Украли! Злату украли! – выдохнула гарпия, бешено сверкая глазами. – Я ничего не успела сделать!

У меня в голове помутилось. Нюхнув пучок вонючей травы, который схватила по наитию, заставила сознание проясниться и бросилась к окну.

Двор был ярко освещен огнями, люди еще веселились, хотя компании изрядно поредели. Детей вообще нигде не было видно.

– Эмералд?! Не может этого быть! – воскликнул вдруг Реджинхард прямо за моей спиной.

– Эмералд? – Я припомнила, что так звали изумрудного дракона из Предела Торисвен, но не до конца поняла, о чем идет речь. – Как Эмералд? Откуда?!

Редж просто указал пальцем куда-то в сторону горных вершин.

И правда, на фоне белеющих в темноте шапок отчетливо был виден драконий силуэт. А если приглядеться, то и кто-то сидящий на нем у самого основания шеи. Кто-то очень маленький...