Алена Рю

Избранница генерала. Академия туманного рубежа

Серия «Академия Магии»

Иллюстрация Л. Совы

© Рю А., текст, 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Глава первая

Сандра

– Простите, но мы не можем зачислить вас в академию, – заявил секретарь, худосочный мужчина со вздернутым носом, смотревший на меня свысока.

Ну да, видок у меня был еще тот: вся пыльная, растрепанная, в потертых штанах, еще и рукав рубахи разодран. Зацепилась, когда перелезала через забор. К тому же волосы с синим отливом, как у какой-нибудь артистки из цирка. Три года назад они изменили цвет, и никто не знал почему. Но, несмотря на мой разбитной вид, документы у меня были в порядке, я не сомневалась, а этот гад в них даже толком не посмотрел.

– Почему не можете? – опешила я.

Секретарь развернул передо мной брошюру, где были отпечатаны правила приема в академию хранителей Туманного рубежа.

– Вот здесь написано, что вы должны предоставить аттестат на проверку.

– Да вот же он. – Я выудила из кипы бумаг маленькую книжечку. – С отличием. У меня есть и рекомендательное письмо от учителя...

– Из Ласвилльского пансиона для благородных девиц? – прочитал секретарь ехидным голосом.

Я кивнула, а он ткнул пальцем в звездочку.

Внизу страницы мелким шрифтом значилось, что, если кандидат не выпускник одной из известных магических школ, он должен сдать аттестат на проверку за полгода до начала приема. Интересно, что они собирались там проверять? Аттестат на гербовой бумаге выглядел солидно.

– Простите, – как можно вежливее ответила я. – Вы думаете, мой аттестат подделка? Но я сдавала императорские экзамены, вот результаты. Поверьте, моя школа настоящая.

Хотя в пансионе больше внимания уделяли подготовке девушек к браку – идея, особенно нравившаяся моему отчиму, – там все-таки чему-то учили. Да и я изо всех сил старалась. Аттестат с отличием, экзамены почти на максимальный балл. Что его не устраивало?

Секретарь вздернул нос еще выше, хотя это казалось невозможным.

– Я не сомневаюсь, что ваш пансион существует, мисс Блейк, но он может не соответствовать высочайшему уровню нашей академии.

Шумно выдохнув, чтобы хоть как-то успокоиться и не наброситься на мужчину с кулаками, я обвела взглядом помещение. Мы были в каменной коробке, холодной, темной, где стены испещрены трещинами, а в углах висела паутина. И единственное, что выдавало магическую академию, – череда золотых огоньков, горевших под потолком.

Академий хранителей в стране было три: роскошная и по-настоящему престижная академия Линбурга, в которой учились даже наследные принцы, и две на окраине империи рядом с Туманным рубежом. Южную закрыли, кажется, еще лет десять назад. А северная в Аренгое, судя по ее плачевному виду, превратилась из некогда величественного замка в развалины. Да этому секретарю бы радоваться, что хоть кто-то к ним хочет поступить!

– Мистер...

– Альварес.

– Мистер Альварес, смотрите. – Я вытащила из своей стопки еще одну бумагу. – Это письмо-приглашение в академию Линбурга. Их моя школа не смутила.

Секретарь вскинул брови и смерил меня изумленным взглядом, словно хотел спросить: а что вы тогда тут делаете?

Да, я должна была быть сейчас в столице. Но, удирая от некроманта Сенлера Морри, я задержалась, чтобы помочь одной бабуле, а потом в панике перепутала порталы и оказалась в Аренгое. А следующий портал до Линбурга будет только послезавтра. Я не успевала до конца приема в академию, а если я не поступлю хоть куда-нибудь, Сенлер заявит на меня свои права. Так что приходится хватать что есть в надежде, что потом переведусь.

Но кто же знал, что эта захолустная дыра по-прежнему мнит себя великой!

– При всем уважении к академии Линбурга, – возразил секретарь, вернув себе надменный вид, – у нас свои стандарты. И они неизменны вот уже триста лет. Приходите в следующем году, мисс Блейк. – Он красноречиво качнул головой в сторону двери.

Желание заехать ему по роже возросло стократно. Бюрократ проклятый!

И вместе с тем ледяной ужас начал подниматься от пяток к сердцу, опутывая липкой сетью. Сенлер меня точно найдет! Даже здесь. А сегодня последний приемный день. До следующего года, мистер Альварес, я просто не доживу.

Не желая сдаваться, я снова пробежала глазами по злополучной брошюре и условиям приема.

– Здесь написано, что в особых случаях кандидат может быть зачислен после прохождения испытания. – Я указала секретарю на еще одну приписку мелким шрифтом. Пусть икается тому, кто их придумал!

– Это в особых случаях, – возразил Альварес, снова вздернув подбородок.

– А кто решает, что случай особый? Не вы же.

Мы столкнулись взглядами. Секретарь нервно прикусил губу. Ему явно хотелось, чтобы он все решал. Но правила есть правила.

– Минуту. – Он активировал хрустальный шар, стоявший у него на стойке, и внутри закружились зелено-фиолетовые струи.

– Да? – послышался низкий мужской голос, от которого по плечам побежали мурашки.

– Генерал, у нас тут... – Секретарь бросил на меня злой взгляд. – Кандидат требует испытание.

– Пусть поднимется, – велел суровый голос.

Шар вспыхнул, словно и он разделял негодование Альвареса, а затем погас. Секретарь разве что не фыркнул, но все же вышел из-за стойки и направился к двери, противоположной выходу.

– Берите документы, и идем.

Золотые огоньки метнулись за Альваресом, освещая мрачный коридор.

– Кто это был? – поинтересовалась я, прижимая кипу бумаг к груди.

– Генерал Ортега. Молите богов, чтобы он не стал вашим куратором. А впрочем, – секретарь махнул перед своим носом, – испытание вы все равно не пройдете.

Я сжала челюсти, чтобы не начать ничего доказывать этому напыщенному ослу. Если впереди и правда испытание, то лучше поберечь силы.

Мы вышли из коридора в просторный холл, украшенный картинами и статуями, с мягким ковром на полу. При нашем приближении на стенах вспыхивали желтые светильники. Признаться, здесь замок не выглядел таким уж старым, а скорее древним и величественным. Даже атмосфера чувствовалась иная. Как будто я оказалась в месте, где все серьезно. Здесь учатся, а не валяют дурака.

У широкой лестницы нам навстречу попалась пара плечистых парней в черной форме, похожей на военную, и с книгами в руках. Они поприветствовали Альвареса короткими кивками, а на меня глянули с любопытством. За одним из парней следовала рыжая кошка, тоже одарившая меня изучающим и даже каким-то человеческим взглядом.

– Это был один из легендарных файров? – понизив голос, поинтересовалась я. – Волшебный спутник хранителя?

– Последние годы их становится все меньше, – ответил секретарь не без сожаления. – Далеко не всем, даже самым талантливым курсантам, удается завести файра. Так что, мисс Блейк, если вы поступаете к нам ради пушистого друга, то лучше сразу забудьте.

Я прикусила губу. Одна из причин, почему я выбрала академию хранителей Линбурга, как раз была в этом. Я мечтала завести файра. Друга, соратника, а главное – защитника. Последние годы угроза нападения скааргов сошла на нет, и хранители перестали считаться такой уж элитой среди магов. Но даже если император отменит для них особое положение, с ними навсегда останутся их волшебные спутники.

Я представила, как вот такая кошка расцарапала бы Сенлеру рожу, и сама себе улыбнулась. Вот только радость была недолгой, потому что мы пришли.

Альварес распахнул дверь, и я вошла в просторный кабинет, похожий на учительскую.

Нас ждали трое. Рыжеволосый мужчина с короткой бородкой стоял у окна и поглаживал спавшего у него в руках хорька. В одном из кресел устроился симпатичный блондин в компании белого лемура. А рядом на краю стола сидел высокий брюнет со стянутыми в хвост волосами. У его ног разлеглась настоящая черная пантера, не сводившая с меня внимательных желтых глаз.

От ее вида я, признаться, растерялась и так и застыла рядом с дверью. Что не помешало Альваресу сказать все за меня. Он обрисовал ситуацию, не забыв с усмешкой упомянуть про пансион для благородных девиц и письмо из Линбурга. С его слов получалось, что я какая-то взбалмошная дурочка, которой приспичило стать хранителем, причем учиться именно у них, а не в столице. Поэтому вопросу рыжего с бородкой я не удивилась, лишь про себя отметила, что тот самый суровый голос принадлежал не ему.

– Скажите, мисс Блейк, почему вы прибыли к нам, а не в Линбург?

Черт дернул посмотреть не на спрашивавшего, а на сидевшего на столе брюнета. Таких мужчин я, кажется, в жизни не видела никогда. Он был красив, по-настоящему красив, с идеальной линией челюсти, прямым носом и чувственными, словно вылепленными скульптором губами. Единственным недостатком на его идеальном лице был пересекавший правую бровь шрам. Но и он его не портил.

– Мисс Блейк? – окликнул меня рыжеволосый.

Я с трудом отвела взгляд и произнесла скороговоркой:

– Да, я выбрала академию Аренгоя потому, что здесь высочайшие стандарты обучения.

Симпатичный блондин широко улыбнулся.

– Похоже, Альварес не зря ест свой хлеб. И что же, вы так впечатлены нашими стандартами, что не испугались испытания? Какой магией владеете?

Я перехватила бумаги так, чтобы прижимать их одной рукой, а вторую раскрыла ладонью вверх.

– В школе нас учили бытовой. – Над моей ладонью появился светящийся шар. – Но я занималась дополнительно и еще умею вот...

Я подбросила шар, и он преобразился в золотую птицу, вспорхнувшую к потолку. Она облетела кабинет, оставляя шлейф из звездочек, и, вернувшись ко мне, исчезла.

– Неплохая иллюзия, – заметил рыжеволосый.

Внезапно брюнет встал, и помещение как будто резко стало меньше.

– Отправляйтесь домой, мисс Блейк, – сухо сказал он. – Быть хранителем – серьезная и опасная служба, а не забава для девочек.

От его голоса внутри заволновалось. Это был какой-то первородный страх перед хищником или неведомой опасностью. Все во мне кричало «беги», требовало, чтобы я развернулась и рванула отсюда прочь, подальше от этого человека.

Но я взяла себя в руки. Он просто пытался меня запугать.

– Я настроена серьезно, генерал, – как можно тверже сказала я. – И прошу дать мне возможность пройти испытание.

Мужчина выгнул бровь, ту, на которой не было шрама.

– Даже если оно вас убьет?

– А у вас за замком есть кладбище провалившихся кандидатов?

Блондин снова улыбнулся, а вот генерал оставался серьезен.

– Есть. И не только кандидатов, но и курсантов.

– Я поддержу Брайана, – добавил рыжеволосый. – Вы не могли не заметить, в каком состоянии академия. Вам здесь не обеспечат комфорта уровня Линбурга. Учеба у нас сложная и требует полной отдачи. Вам будет лучше в столице, поверьте.

– Да хватит решать за меня! – не выдержала я. – У вас в правилах написано, что я имею право на испытание

– В особых случаях, – вставил Альварес.

– Поступить в вашу академию для меня самое важное в жизни. – Едва не сказала, что она от этого зависит в прямом смысле. – Понимаю, я нелепо выгляжу со стороны. Но это потому, что я спешила и боялась опоздать. Я знаю, чего хочу. И готова пройти и это испытание, и все другие. Уж поверьте, меня не испугать жесткой кроватью и холодными стенами.

То, что в пансионе я частенько ночевала без кровати вовсе, я добавлять не стала.

– Если вы так хотели к нам, – пробурчал вполголоса Альварес, – привезли бы аттестат заранее.

На это я не ответила, просто посмотрела в синие глаза генерала. Брайан его зовут, так ведь? Почему-то казалось, что, хотя мужчин было трое, решающий голос был именно за ним.

– Хорошо, – наконец произнес он, разлепив красивые губы. – Будет тебе испытание.

И никто не посмел возразить.

Пока шли по коридорам и спускались по лестницам, Альварес рассказывал, что курсанты в академии делились на три корпуса, и у каждого был свой куратор. У первого корпуса – Винсент Хикс, блондин, показавшийся наиболее дружелюбным. У второго – Кристофер Салливан, рыжеволосый с бородкой. И наконец, третьим корпусом руководил генерал Брайан Ортега. И я помнила предостережения Альвареса, что к нему лучше не попадать.

Я пыталась узнать, в чем состоит испытание, но это мне рассказывать не стали. Судя по тому, как долго мы спускались, мы оказались под землей. Здесь было еще холоднее и веяло сыростью. А света от загоравшихся фонариков едва хватало.

В какой-то момент мы разделились, мужчины свернули в другой коридор, а Альварес повел меня вперед.

– Вы уверены, что вам это нужно? – шепотом спросил он, останавливаясь у двойных дверей.

Я закатила глаза. Как они надоели нагнетать!

– Уверена.

Секретарь снял с пояса связку ключей и, открыв замок, распахнул дверь.

– Тогда вперед.

В помещении, куда он предлагал зайти, царил полный мрак. Хоть глаз выколи. Но я все же смело шагнула вперед, и через мгновение дверь за мной гулко захлопнулась. Еще и замок щелкнул.

М-да...

Я подняла руку и призвала светящийся шар. Подбросила его, и тот поднялся в воздух. Помещение оказалось гигантским, и одного шара не хватило. Пришлось создать три.

Это было что-то вроде арены. Под ногами хрустел песок, а за деревянными бортиками лесенкой располагались пустые скамейки. По обе стороны от дверей, через которые я вошла, оказались две статуи – сидящие женщины, державшие на коленях широкие металлические миски.

Не зная, что именно нужно было сделать, я подошла сначала к правой статуе и заметила, что у ног женщины лежал хрустальный шар. Альварес использовал похожий, чтобы связаться с генералом. Я коснулась ладонями гладкой поверхности, и через мгновение в чаше вспыхнул огонь, а затем один за другим начали загораться факелы вдоль бортов арены. Надо сказать, зрелище впечатлило.

В противоположном конце арены лежало что-то крупное и темное, похожее на спящее животное. Решив к нему пока не приближаться, я пошла ко второй статуе. Но у ног этой женщины оказался не шар, а изогнутый кинжал.

О нет, надеюсь, это не то, что я подумала. Я воздела глаза к высокому потолку, как будто там кто-то за мной наблюдал и мог ответить. Но камень упорно молчал.

Эх, ладно, чего мне терять? Надеюсь, от этой штуки не случится заражения.

Я взяла кинжал и, резанув по ладони, поднесла руку к чаше. Я искренне надеялась, что хватит одной капли, но пришлось постоять, пока кровь не закрыла собой дно миски. Только тогда она вспыхнула, и вверх поднялись спиральки из алых светящихся пылинок. Они поднимались все выше, закружились и, постепенно обретая форму, превратились в изящный лук.

Я аж присвистнула. Магия тут, конечно, на уровне. Не то что в моем пансионе.

От воспоминаний о школе передернуло, и я торопливо сжала обмотанную кожаной лентой рукоятку. Рана на моей ладони тут же затянулась, словно ее и не было. А вот лук оказался самым настоящим, даже тяжеленьким.

Я в жизни никогда не прикасалась к оружию, но общее представление, как пользоваться луком, конечно, имела. Вот только где стрела? Подергав упругую тетиву, я решила ее все же натянуть. Через мгновение стрела материализовалась из воздуха, щекоча пальцы белым оперением. Занятно.

Я повернулась к неведомому существу, все еще лежавшему в другом конце арены. Наверное, выстрелить нужно будет в него. И, наверное, до того, как оно проснется. Но...

Я ослабила тетиву, и стрела исчезла.

Нет, надо сначала посмотреть, кто это. Может, оно хорошее, а я в него стрелять собралась.

Я медленно пошла вперед. Внутри щекотало от страха. Вдруг это все-таки зловещий монстр? Но если и так, то это наверняка иллюзия. Не убивают же они кандидатов... Даже в особых случаях.

Уверенности в этом, правда, не было. Ранее генерал упомянул кладбище, и казалось, что такой человек не стал бы врать. Даже чтобы запугать. Ладно, не сдаваться же теперь.

Вблизи нечто оказалось зверем с густой черно-синей шерстью. Словно кошка или собака, оно свернулось калачиком, так что было не понять, где голова, а где хвост. Даже в лежачем состоянии оно было раза в полтора выше меня. И дышало так мерно, что можно было наблюдать, как поднимается и опускается бок.

Что бы это ни было, существо спало, и не мне его будить. Удержавшись от желания дотронуться до мягкой на вид шерсти, я отступила. В другом конце арены была еще одна пара дверей. Видимо, мне туда.

Не знаю, в чем суть испытания, если их зверь спал, но дареному коню в зубы не смотрят. Развернувшись, я направилась было к дверям, но со спины меня окатило горячим дыханием. Сжимая лук, я рванула вперед. И тут же едва не оглохла от рыка.

Проснувшийся зверь в один прыжок приземлился передо мной, отрезая от выхода. Это оказалась гигантская лиса с двумя хвостами. Она приблизила ко мне морду, и я завороженно посмотрела в огромные голубые глаза. Показавшиеся даже милыми. Но это ровно до момента, как зверь распахнул пасть, обнажая ряд острых, как кинжалы, клыков.

Я медленно попятилась, судорожно соображая, хватит ли мне расстояния для хоть какого-нибудь выстрела из лука. Лиса пошла на меня, обжигая дыханием. Она низко рычала, заставляя все мое тело вибрировать.

Видимо, генерал все же не врал про кладбище-то.

Глава вторая

Сандра

Не зная, что делать, я вскинула руку и призвала свою иллюзорную птицу. Как ни странно, это сработало. Зверь отвлекся, задрал голову, наблюдая за шлейфом из звезд, а я тем временем проскользнула мимо него и побежала.

Да что ж за день сегодня выдался? Сначала улепетывала от некроманта, теперь на арене бегаю. Завтра точно ноги будут гудеть. Это если завтра, конечно, наступит.

Увеличив расстояние между нами, я резко развернулась и натянула лук. Стрела послушно материализовалась, целя кончиком прямо в сердце лисы, тоже развернувшейся ко мне. На мгновение наши взгляды встретились, и мне почудилось в них некое понимание. Не знаю, что это было за существо, но оно не такое уж дикое.

Рука дрогнула, и я не успела. Зверь прыгнул вперед и, махнув лапой, припечатал меня к стене рядом с дверьми. Вытянув морду, приблизил свой огромный нос и начал неторопливо принюхиваться.

Я вскинула руки, как будто этот жест мог помочь. А поняв, что лиса не торопится впиваться в меня зубами, осторожно коснулась влажного носа.

– Ты мальчик или девочка? – спросила я.

Казалось, я вот-вот услышу ответ. Но в эту минуту зверя окутал голубоватый дым, напомнивший цвет портальных зеркал, а когда он развеялся, на арене никого не было.

Я моргнула. Это была иллюзия? Но она казалась такой реальной.

Дверь слева отворилась, и ко мне вышла троица кураторов вместе с Альваресом.

– Почему вы не выстрелили? – поинтересовался блондин Винсент Хикс.

– Мне показалось, ваш зверь... не совсем дикий.

Я понимала, что это звучало глупо. Если бы черно-синяя лиса была настоящей, то наверняка бы меня убила. А то, что это иллюзия, я сама не распознала.

– Это была не иллюзия, – словно прочитал мои мысли генерал Ортега.

Его голос снова заставил мои плечи покрыться мурашками. Интересно, я всегда буду на него так реагировать?

– Опасность была реальной, – добавил Кристофер Салливан. – Я использовал портальную магию, чтобы перенести зверя в другое место. Так что, мисс Блейк, ваша оценка ситуации оказалась неверной. Вам следовало выстрелить.

Блондин закивал.

– Даже если вы держали лук впервые, – сказал он, – вы вполне могли им воспользоваться до того, как зверь проснулся.

Значит, они все это время за мной наблюдали. Ну правильно, это же испытание. И я его провалила.

Я вздохнула и посмотрела на генерала. Из троицы он был самым молчаливым, но почему-то именно его вердикт мне больше всего хотелось услышать.

– Выходит, я не прошла? – с трудом произнесла я вслух.

Ладно уж, чего тянуть, пусть говорит сразу.

Генерал шагнул ко мне, внезапно оказавшись слишком близко. Высился башней, как еще недавно та самая лиса. Пришлось запрокидывать голову.

Мужчина поднял руку и, подцепив синюю прядку моих волос, потер ее между пальцами. Лицо его на мгновение сделалось задумчивым, и я решила, что он сейчас что-нибудь спросит. Но генерал убрал руку и, развернувшись, зашагал к двери. Проходя мимо коллег, коротко объявил:

– Я возьму ее.

Винсент Хикс приоткрыл было рот, возможно, хотел возразить, но промолчал. Они лишь переглянулись с Салливаном. А я, не зная, что еще делать, сжала свой лук и засеменила за генералом.

Он шел впереди, широко шагая, и я едва за ним поспевала. Рассматривала его мощную спину и все не могла понять, повезло мне или я все же влипла.

– Генерал, простите, – начала я.

– Куратор, – поправил он.

– Спасибо, что взяли меня, – сказала я, пытаясь с ним поравняться.

Мужчина бросил на меня короткий взгляд, который я не смогла расшифровать. Он казался насмешливым, но в чем тут юмор, я не понимала.

– Сейчас поднимемся наверх, – сказал он. – Оформишь свое поступление у Альвареса. У него же возьми расписание занятий третьего корпуса. Потом зайдешь к кастелянше за формой и в библиотеку за учебниками. Вещи твои где?

– С собой, – ответила я, и он снова на меня посмотрел. На этот раз с удивлением.

За моей спиной болтался небольшой мешок, в котором я, собственно, и везла документы. Но ничего другого у меня с собой не было. Сбегала, как говорится, налегке.

– После библиотеки найди миссис Шервуд, она комендантша женского общежития, покажет тебе комнату и объяснит правила. Со мной увидишься завтра утром на плацу.

Я слушала генерала во все уши и то и дело кивала.

Мы поднялись обратно в холл с картинами и статуями. Отсюда я уже знала, как добраться до Альвареса.

– Сандра, – позвал куратор, и я вздрогнула.

Секретарь ни разу не называл мое имя вслух, только фамилию. Выходит, генерал сам заметил на документах.

– Еще не поздно передумать, – проговорил он, изучая меня своими синими глазами. – Если хочешь перевестись в Линбург, я помогу с прошением. Подумай до начала занятий. Потому что потом от меня поблажек не жди.

На этих словах он пошел дальше к лестнице, а я свернула в сторону коридора, ведущего к приемной Альвареса. Неужели генерал каким-то образом все понял? Сначала говорил, что быть хранителем не для меня, а теперь пожалел? Или ему понравился мой цвет волос?

На последней мысли я усмехнулась.

Почему-то академия хранителей Туманного рубежа вдруг перестала казаться такой уж дырой. Может, стоило здесь осмотреться? К обстановке привыкну, да и Сенлер, скорее всего, будет в первую очередь искать в столице. Хотя она ведь и правда столица со всеми возможностями и удобствами, эх...

Так и не решив, как правильно, я пошла по заданному маршруту. Для начала все оформила с Альваресом, который упорно делал вид, что не удивлен и все так и надо. Как будто не он утверждал, что испытание я не пройду.

Он выдал мне серебряный значок в форме круга, который пересекал меч с крыльями – символ академии. Затем вручил расписание занятий и карту замка, где пометил крестиками кастеляншу, библиотеку, общежитие и столовую, про которую генерал упомянуть забыл. А я тут же почувствовала себя голодной, как тигрица. Или та странная лиса...

Вспомнились ее голубые глаза и влажный нос. Кураторы утверждали, что я должна была выстрелить, но все мое нутро было против. И даже вернись я обратно, поступила бы так же.

– Вы можете выпустить свой лук, – подсказал Альварес, заметив, что я смотрю на оружие. – Он привязан к вашей крови, так что никуда не денется, если вам понадобится снова его призвать.

Я сделала как секретарь и сказал. Просто разжала пальцы, и лук исчез. Затем я снова вытянула руку и представила, что лук вернулся обратно. Так и произошло! Чудная магия.

– Спасибо, мистер Альварес! – воскликнула я.

Секретарь сдержанно улыбнулся.

– Удачи, мисс Блейк. Видят боги, она вам понадобится...

Не знаю, снова ли он намекал на генерала Ортегу, но расспрашивать я уже не стала. И так маршрут предстоял длинный. Начать я решила с конца – то есть с ужина. Там, глядишь, со свежими силами быстрее управлюсь со всем остальным.

Замок, в котором располагалась академия, состоял из трех секций: центрального, нижнего и верхнего дворов. Верхний и нижний дворы были прямоугольными, а центральный – круглым с единственной постройкой: главной башней, где на верхних этажах жили ректор с кураторами, а на нижнем была оружейная.

В верхнем дворе располагались общежития курсантов и преподавателей, столовая и примыкавшие к ней хозяйственные помещения и склады. Здесь же был разбит парк с фонтаном. В нижнем дворе были учебные корпуса, приемная и учительская, библиотека, спортивный полигон и плац. Там, как я поняла из расписания, мне и нужно быть завтра в шесть утра.

Рань, конечно, несусветная, но в пансионе нас, бывало, поднимали и вовсе среди ночи. Мол, женщина должна всегда вставать раньше мужчины, чтобы успеть навести красоту, собрать детей и, если надо, прибрать в доме и подать завтрак. Дабы муж только глаза продрал – и сразу на готовенькое. Я после такой науки удивлялась, как у девочек не пропадало желание выходить замуж. У меня так точно отбило. На всю жизнь, наверное.

Рассматривая замок и размышляя, как мне все-таки повезло, что я прорвалась в академию, я добралась до столовой. Помещение было просторным, но довольно старым. Под потолком висели металлические фонарики, но многие из них не горели. И, подозреваю, поэтому на столах стояли еще и простенькие подсвечники. Деревянные лавки, протянувшиеся вдоль столов, блестели от полировавших их годами курсантов. Пахло изумительно вкусно. И все в целом создавало атмосферу уюта и даже романтики. В дорогих ресторанах такого эффекта добивались специально, здесь же все казалось естественным.

Найдя поднос и пристроившись в очередь за другими курсантами, я добралась до раздачи. Две женщины в белых халатах и с собранными под сеточку волосами бойко накладывали в тарелки жаркое с подливой и картошку. Салат из капусты оставался по выбору, как и пирожное с чаем.

Я решила себе ни в чем не отказывать и, набрав еды, пошла к свободному столу у окна. Уже собралась закинуть ложку в рот, как услышала у себя над головой:

– Здесь нельзя сидеть, это место занято.

Передо мной стояли две симпатичные девушки в форме – одна блондинка, другая брюнетка. Вид у них был исключительно самоуверенный, и я быстро поняла, с кем имею дело. У нас в пансионе тоже были такие стервы, которым обязательно нужно пристать к новеньким и указать на местную иерархию. Эх, ничто не ново под луной...

Я все же отправила ложку в рот и, лишь прожевав, ответила:

– Здесь нет таблички с именем, и вещей тоже никто не оставлял.

– Это место Элоя, – пояснила блондинка. – Его нельзя занимать.

Я кивнула.

– Вот пусть Элой мне об этом и скажет. – И отправила в рот вторую ложку.

– Ты совсем обнаглела? – возмутилась брюнетка. – А ну быстро встала!

Я не двигалась и продолжала есть. Вокруг начал собираться народ, и я отметила, что девушек среди курсантов было мало. Может, одна к десяти. Но вместо того чтобы держаться вместе, они занимались всякой ерундой.

Видя, что я их игнорирую, брюнетка не выдержала и схватила мой стакан. Видимо, собиралась плеснуть чай, но я успела перехватить ее руку. Секунду мы еще боролись, и в итоге напиток вылился ей на форму.

– Ах ты, дрянь! – завопила девушка и, схватив пачку салфеток, принялась судорожно вытирать испачканный китель.

– Мы на тебя пожалуемся! – добавила блондинка.

Я пожала плечами.

– По-моему, вся столовая видела, что вы начали первыми.

Наживать врагов, конечно, не хотелось, но не уступать же? А то так всю учебу придется пресмыкаться.

– Вы чего тут столпились? – раздался бодрый голос.

Народ расступился, пропуская курсанта со светлыми волосами до плеч, в небрежно расстегнутом кителе и с таким разбитным видом, словно он не учился в академии с высочайшими стандартами, а гулял у себя дома.

– Элой, она заняла твое место, – пожаловалась блондинка, надув губы.

Парень криво улыбнулся, но смотрел не на нее, а на меня.

– Все в порядке, Регина, новенькая со мной.

Да? Это с чего он решил?

Элой подцепил ногой край лавки и, отодвинув ее, плюхнулся рядом. Махнул остальным, чтобы проваливали. Толпа начала послушно расходиться.

– Ну здоро-ово, новенькая, – протянул парень, по-хозяйски укладывая руку мне на плечо.

– Убери, – коротко сказала я.

– Да ладно, чего ты, – усмехнулся он.

Я повернулась к нему и, глядя наглецу в зеленые глаза, повторила:

– Убери.

Не знаю, что Элой прочитал на моем лице, но руку все же убрал.

– Как звать?

– Сандра. – Я вернулась к своей тарелке.

– А я Элой. В каком ты корпусе, Сандра? – поинтересовался он.

– В третьем.

Нас услышали за соседним столом, и на меня устремились любопытные взгляды.

– А говорили, генерал не берет девочек, – заметил Элой. – Но ничего, держись меня и прорвешься.

– Спасибо, но я как-нибудь сама.

Парень смерил меня взглядом.

– Гордая, значит. – И снова улыбнулся. – Мне нравится.

Я фыркнула:

– Как будто твое мнение кто-то спрашивал.

– А чего у тебя волосы синие? – продолжил он допрос, не обращая внимания на мои возражения.

Подмывало ответить что-нибудь дурацкое, вроде «чтоб ты спросил», но я решила, что это только породит ворох новых вопросов и ехидных комментариев. А мне надо скорее доедать и бежать получать форму и учебники. И потому я просто отвернулась и принялась ускоренно работать ложкой.

Элой еще с полминуты молчал, а затем поднялся.

– Если что, всегда здесь садись, этот стол теперь тоже твой, – объявил он и, повернувшись к нашим соседям, добавил: – Все слышали? Чтобы никто не смел трогать Сандру. Три шкуры спущу.

И для верности погрозил кулаком, а я не удержалась от улыбки. Вот позер.

Затем Элой наклонился ко мне и положил рядом с подносом серебряную карточку с изображением волчьей морды.

– После отбоя у старого колодца за складом, – прошептал он. – Приходи.

Это он на свидание звал? Я уже хотела послать его куда подальше, но Элой проявил чудеса скорости. Развернулся спиной и как ни в чем не бывало направился по своим делам. Интересно, зачем он вообще в столовую заходил? Неужели кто-то донес, что заняли его драгоценный стол?

Я мысленно отмахнулась – не до того сейчас. Но карту все же спрятала в карман.

Дожевав, отнесла поднос и отправилась по маршруту дальше. Следующей остановкой была миссис Шервуд.

Высокая и сухонькая женщина со словно застывшим выражением недовольства на лице выдала ключ от комнаты под номером 27. Та оказалась на втором этаже в конце коридора. Небольшая, с минимумом мебели. Как и заверял куратор Салливан, комфортом здесь не пахло. Стол, шкаф и крайне жесткая на вид кровать.

Но это была моя комната. Моя!

В пансионе я жила вместе с тремя девочками, и о тишине можно было только мечтать. А здесь собственный угол. Пусть мрачный, холодный... Какая разница, если он мой?

Миссис Шервуд предупредила, что в общежитии комендантский час в девять вечера, после которого гаснут огни и нельзя шуметь. Так что радоваться комнате пока было некогда и надо было бежать к кастелянше за формой.

У той все оказалось серьезно. Мне выдали несколько полных комплектов, включая нижнее белье и носки. Повседневная форма состояла из лакированных полуботинок, белой рубашки, черных строгих брюк и кителя. Была еще спортивная форма со свободными штанами, туникой и мягкими сандалиями, в которых можно было бегать. Третьим шел комплект формы на практику – облегающие кожаные штаны, высокие сапоги с широким каблуком, еще одна рубашка и куртка с меховым воротом.

Чтобы убедиться, что одежда подходит по размеру, я все несколько раз перемерила и в итоге решила не одеваться обратно в свое, а сразу остаться в повседневной форме.

– Красотка, – довольно улыбнулась кастелянша, крупная женщина с добрым лицом. – Смотри не позволяй мальчикам сбить себя с толку.

Я пообещала, что не позволю. Не для того с такими приключениями сюда прорывалась.

Закинув одежду в общежитие, я отправилась в библиотеку. Надеялась, что та еще открыта. Учитывая, как рано начинался комендантский час, скорее всего, все в академии подчинялось одному режиму.

Солнце уже почти село, и в замке начали зажигаться фонари. Чтобы не терять время, я решила срезать через парк. Шла себе по усыпанной гравием дорожке, никому не мешала, когда из кустов раздался подозрительный хруст.

Вздрогнув, я инстинктивно разжала пальцы, и в ладони появился лук. Непонятно, зачем он понадобится в кустах, но порадовало, что хоть реакция хорошая. Пока не выпуская его, шагнула с дорожки в сторону.

Среди опавших листьев и веток ползал худосочный парень в курсантской форме и с торчащей копной темно-русых волос. Он явно что-то искал, то и дело расстроенно вздыхая.

– Помочь? – спросила я, отзывая лук.

От неожиданности парень подскочил и резко развернулся ко мне. Одного со мной роста, с острыми чертами лица и в круглых очках, делавших его похожим на совенка.

– Ничего не надо, – протараторил он.

Но я ж понимала, что в сумерках он тут ничего не найдет. Поэтому раскрыла ладонь и, создав светящийся шарик, подбросила его вверх.

– Ты что, увидят! – испуганно воскликнул парень и, дернув рукой, заставил мой огонек погаснуть.

Это было немного обидно.

– И что ты надеешься в этой темноте найти? – поинтересовалась я, скрестив руки на груди.

– Ничего, – неубедительно соврал он.

– Да ладно, я же могу помочь.

Парень поправил сползшие на нос очки и после паузы спросил:

– Ты никому не скажешь?

– А у тебя там что-то запрещенное?

Еще несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза. Парень был сокрушительно серьезен, и я поняла, что шутки сейчас неуместны.

– Никому, – пообещала я и сделала жест, как будто запираю рот на ключ.

Паренек тяжело вздохнул.

– Я потерял карту.

– Академии? – сначала не поняла я. А когда он обреченно мотнул головой, вытащила из кармана карту с волком. – Такую?

У него аж глаза загорелись. Он было потянулся к ней, но я отдернула руку.

– Что это за карта? Для чего?

– Это пропуск. Сегодня ночью празднуют начало учебного года. Это традиция.

Ах вот оно что!

– Как тебя зовут? – спросила я.

– Мэттью О'Коннор. Второй корпус, второй курс.

Снова тяжко вздохнув, он принялся рассказывать, что получил карту от старшекурсника, для которого в прошлом году писал рефераты. Очень гордился, что наконец-то попадет на праздник для самой элиты академии. Но некий Дерек с прихлебателями решили поиграть его заплечным мешком в вышибалы. Пока швыряли его друг другу, тот порвался, и карта выпала. И вот теперь Мэтт никак не мог ее найти.

– Без света тут без шансов.

– Но если нас увидят и Дерек узнает, что карта у меня, он ее просто отберет.

Пока я шла через парк, вроде никого не видела. Но мало ли.

– Давай я поищу все-таки с огнем, а ты карауль дорожку. Увидишь Дерека, свисти.

На том и условились. Мэтт пошел высматривать, не идет ли кто. А я снова создала светящийся шарик и стала искать карту. Заметив серебристый отсвет, полезла в сухую листву. Ага, вот ты и нашлась!

Мэтт разве что не прыгал от счастья. И я после такого поняла, что просто обязана пойти на праздник. И не важно, что там подумает Элой, пусть хоть трижды решит, что я пришла исключительно ради него.

Мы договорились с Мэттом встретиться здесь же после отбоя и пойти к старому колодцу вместе. Я пока не очень хорошо изучила академию и, где находится этот старый колодец, представляла смутно. А вот мой новый знакомый знал наверняка.

Распрощавшись с Мэттом, я побежала дальше. Предвкушая интересный вечер, даже забыла о накопившейся за день усталости.

Вот только библиотека, как выяснилось, была уже закрыта.

Глава третья

Сандра

Я не знала, смогу ли выбраться из общежития после отбоя. Мало ли какие там замки! Поэтому решила подождать снаружи. Выбрала неприметную лавочку в парке и, вытянувшись на ней в полный рост, смотрела, как в обрамленном листвой небе зажигаются звезды.

Не верилось, что я наконец-то была в академии. И сегодняшнее утро казалось бесконечно далеким. Перед глазами поплыли воспоминания. Вот я перелезла через забор, вот спряталась в почтовой телеге среди мешков с письмами, вот неслась со всех ног к портальной станции.

Внутри было не протолкнуться. Потоки людей направлялись к гигантским, светящимся голубым зеркалам, соединявшим империю в единую сеть.

Сжимая в руке билет до Линбурга, я протискивалась между другими пассажирами, провожатыми и бесконечными чемоданами, сундуками и котомками. А за мной по пятам следовали люди Сенлера, нанятые им мордовороты, которых легко было узнать по бритым макушкам, возвышавшимся над толпой. Я торопилась и отчаянно маневрировала.

И вот я почти достигла портала. Уже протягивала билет проводнику, как кто-то схватил меня за штанину.

– Дочка, – раздался дребезжащий голос. – Дочка, помоги.

Я резко затормозила, едва не поскользнувшись на мраморном полу, и развернулась. У моих ног сидела бабушка, закутанная в плотную шаль. Рядом валялись ее клюка и сумка, из которой высыпалась всякая мелочовка вроде щетки для волос и пудреницы. Похоже, женщина упала и не могла подняться сама.

– Осторожно, портал закрывается, – напомнил проводник за моей спиной.

Заметив, что мордовороты все ближе, я подхватила женщину под руку.

– Давай, бабуля! – воскликнула, помогая ей подняться.

Затем нырнула вниз, вручила ей клюку и принялась судорожно собирать рассыпавшиеся вещи. Запихнув их в сумку, потащила бабулю за собой. Втолкнула через зеркало сначала ее, а потом полезла сама.

Порталами я прежде не пользовалась, и, наверное, положено было испугаться. Первый раз все-таки. Но я была так взбудоражена бегством, что не успела осознать, как все уже закончилось.

Вместе с бабушкой мы оказались на совсем другой станции. Мрачной, из темно-серого камня, где портал был всего один и превратился в пустую арку. Сомнения, что это не Линбург, подтвердились, когда проводница поприветствовала нас в Аренгое. Она же сказала, что портал до столицы откроется только послезавтра.

Вспоминая ужас, который я тогда испытала, я вздрогнула. И все же, перебирая в голове события, не могла понять, как я могла перепутать порталы. Я же бежала к тому, на который указала кассирша, и бабушку втолкнула именно в него. Уверена, что в него. А вышла почему-то не в Линбурге, а здесь. Бабушка потом поблагодарила, что я провела ее до дома, и попросила внука подвезти меня до академии. То есть она-то прибыла по назначению, а вот я... Как я могла так ошибиться?

Часы на главной башне пробили девять. Я поднялась и, поправив форму, отправилась к месту встречи с Мэттом. Внутри зудело от любопытства. У нас в пансионе самовольных праздников никогда не устраивали. Девочки были на редкость послушные, и подбить их на какое-нибудь приключение было почти невозможно.

Мэтт появился вовремя, и я обратила внимание, что он сменил курсантскую форму на обычные рубашку и брюки, а волосы прилизал. Эдакий кавалер перед свиданием. А вот я совсем не подготовилась, даже не причесалась. Ну ладно, надеюсь, там не придираются к внешнему виду.

Вместе с Мэттом мы добрались до старого колодца. На бортике сидел щуплый паренек со страдальческим выражением на лице.

– Ему поручили проверять пропуска, – шепотом пояснил Мэтт. – А внутрь не пустили.

Да уж, расстроишься тут. Интересно, кто решал, кому приходить?

Мы показали пареньку наши карточки. Он создал огненный шар и бросил его в колодец. Внутри оказалась лестница, по которой мы с Мэттом спустились вниз. Дальше огненный шар повел нас по лабиринту из коридоров. Пахло тут болотом, и приходилось нагибаться, чтобы не задеть макушкой старые камни. По счастью, долго плутать не пришлось, и вскоре мы вышли в небольшой предбанник с дверью. Здесь другой парень проверил наши карточки и пропустил вперед.

Миновав еще один короткий коридор, мы вышли к той самой арене, где я проходила испытание. Только на этот раз здесь было полно народу. Под каменным потолком зависли стеклянные шары, переливавшиеся всеми цветами радуги. Откуда-то доносилась бодрая музыка. И стоял такой шум, что я удивилась, как мы не слышали его на поверхности.

Видимо, можно было не ждать до девяти, а приходить сразу. Потому что веселье было в самом разгаре. Кто-то из курсантов отплясывал, кто-то пил и жевал, а в центре арены происходило какое-то действо. Народ стоял кругом и то и дело что-то выкрикивал.

Продравшись сквозь толпу к первым рядам, я увидела двух полуголых парней. Они с чувством колошматили друг друга, а ушлые зрители делали ставки. Рядом с бойцами возились животные: то ли собака, то ли волк катался по песку вместе с неправдоподобно здоровым котом.

Присмотревшись, я поняла, что одним из бойцов был Элой. А второй, здоровяк с темными волосами, как пояснил Мэтт, как раз тот самый Дерек.

– Их файры тоже дерутся? – спросила я, предполагая, что животные – спутники мальчишек.

– Да, но такие поединки редки, – ответил Мэтт. – Не у многих есть файры.

– На них можно ставить отдельно, – подсказал какой-то парень справа.

Жутко хотелось узнать про файров больше, но в такой толпе, конечно, не поговоришь. Надо будет потом расспросить Мэтта подробнее.

Зрители загудели, потому что Дерек схватил Элоя за шею и нагнул. Но блондин умудрился вывернуться и, подставив здоровяку подножку, повалить того на песок. Усевшись на него сверху, он пару раз заехал ему по лицу, прежде чем их разнял «судья», рыжий парень, которого я сначала даже не заметила, приняв за зрителя.

Пока Элой отступал, а Дерек поднимался, файры тоже закончили свой поединок. Волк, а это все-таки был волк, прижал кота к земле. Тот шипел, дергал лапами, пытаясь оцарапать противника, но ничего не мог сделать. Когда победитель был объявлен, Элой подошел к своему питомцу. Волк неохотно выпустил кота, который тут же метнулся к Дереку.

Здоровяк что-то сказал своему спутнику, отчего тот прижал уши, и оба исчезли в толпе.

– Так ему и надо. – Мэтт не удержался от злорадства.

Я уже подумала было отвести его в сторону и все-таки расспросить, как передо мной вырос победитель. С влажной от пота кожей, раскрасневшийся и довольный собой.

– О, новенькая. – Элой широко улыбнулся. – Пришла за меня поболеть?

Он попытался закинуть руку мне на плечо, но я ловко вывернулась.

– Зануда ты, – проворчал Элой. – Могла бы и обнять чемпиона.

– У тебя для этого другие есть, – возразила я.

И словно в поддержку моих слов к парню сквозь толпу прорвались те самые девчонки из столовой и повисли у него на локтях.

– Что она тут делает? – надула губы блондинка, кажется, Регина.

– Я пригласил. – Элой вскинул голову, как будто тут было чем гордиться. – Познакомьтесь. Регина и Лиана на втором курсе во втором корпусе, Сандра – новенькая в третьем корпусе.

– Надо же, – удивилась брюнетка Лиана. – Почему генерал решил тебя взять?

Я пожала плечами. Даже если бы и знала, не стала бы говорить об этом им. Хотя Элой пытался всех помирить, напряжение между мной и девочками можно было резать ножом.

Чтобы как-то спрятаться, я вытолкнула вперед Мэтта.

Парень смутился, растерянно снял очки, потом снова надел. Ему Регина с Лианой, похоже, нравились. Он им нет, но, поскольку Элой не собирался никуда уходить, общаться пришлось всем пятерым. Разговор, правда, не клеился. И когда к нашей кучке подошли еще какие-то ребята, я улизнула в толпу.

Побродила среди веселившихся курсантов, рассматривая файров. Их было немного, зато все разные. Попадались не только кошки с собаками, но и грызуны, птицы, даже ящерицы со змеями. Не терпелось узнать, как их заводят. Расспросить бы Элоя, но он был занят своими девицами. Да и музыка была слишком громкой для вдумчивого разговора.

Не знаю, что народ в этом находил. Куда интереснее было бы посидеть в спокойной обстановке маленькими компаниями, а не вот так всей толпой.

Не придумав, куда себя деть, я пошла искать уборную. Нужный коридор нашелся за дверью с краю от зрительских лавочек. Пока мыла руки, я смотрела на себя в зеркало. Выглядела уставшей. Надо бы возвращаться в общежитие. Найти в толпе девочек и аккуратно расспросить, как именно туда проникают после отбоя.

Наклонившись, я ополоснула лицо. И тут услышала странный звук. Как будто скулит какое-то животное и словно... зовет. Я подняла голову и осмотрелась. В уборной никого, кроме меня, не было. Наверное, мне показалось.

В коридоре я столкнулась с Мэттом, и странный звук повторился.

– Ты слышал? – спросила я.

– Что? – не понял парень.

Зов исходил со стороны, противоположной арене. Я до конца не была уверена, но все же зажгла свой светящийся шарик и пошла на звук.

– Куда ты? – Мэтт двинулся за мной.

– Ты точно не слышишь? – переспросила я. – Как будто кто-то скулит.

– Здесь? – удивился парень. – По-моему, все тихо.

Коридор заканчивался квадратной комнатой, заставленной ящиками. Создав еще два шара, чтобы полностью осветили помещение, я осмотрелась. Обычный склад. Наверное, все же показалось. Устала, вот и мерещится всякое.

Только странный звук не хотел отпускать, и я принялась ощупывать стены.

– Так что мы ищем? – шепотом спросил Мэтт.

– Не знаю.

Признаваться, что я надеялась открыть секретную дверь, было немного стыдно.

– Вы чего тут уединились? – послышался возмущенный голос.

Элой стоял в дверях склада, уперев руки в бока. Хоть рубашку надел, правда, застегнуть не потрудился. Я закатила глаза.

– Как ты нас нашел-то?

– Барс учуял. – Он кивнул на своего волка. – Так вы чего тут делаете?

– Ищем тайный ход, – ответил за меня Мэтт.

Элой оживился.

– К сокровищам?

Барс зашел на склад вслед за хозяином и принялся старательно обнюхивать каждый угол. Остановился перед одним из ящиков и, подняв лапу, коснулся деревянной стенки.

– Там что-то есть, – обрадовался Элой и подскочил к своему волку. – Эй, очкарик, помоги!

– Меня Мэтт зовут, – обиделся тот.

– Давай ты с той стороны, я с этой.

Вдвоем они сдвинули тяжелый ящик. За ним в стене оказалась ниша с рычагом. Я чуть не подпрыгнула. Подалась было к ней, но Мэтт поймал меня за рукав.

– А может, не надо? Мы ведь не знаем, что там.

– Чего ты, струсил, что ли? – Элой фыркнул. – Ну и друзья у тебя, новенькая.

– Погодите.

Я остановилась у рычага и, закрыв глаза, прислушалась к зову. Нечто ждало меня, и, похоже, именно меня, раз ребята ничего не уловили.

Вдохнув для решимости, я дернула рычаг вниз.

Брайан

– В этом году хоть какое-то разнообразие, – заметил Винс, наливая себе из графина в стакан. – Когда у нас последний раз просили испытание, не помните?

Крис посмотрел вверх.

– Лет пять, может, назад.

– Точно, – подхватил Винс. – Парень тогда в штаны наделал.

– А эта Блейк храбрая, – закивал Крис. – Надо отдать должное. Хоть и по правилам она провалилась.

Салливан выразительно посмотрел на меня. Я стоял у окна, сунув одну руку в карман брюк, а в другой держал стакан. Задумчиво крутил его в пальцах, и кубики льда мягко постукивали друг о друга.

– Брайан, – позвал Винс. – Ты сегодня всех удивил. Неужели девчонка понравилась?

Я бросил на него косой взгляд, и приятель ухмыльнулся.

– Да брось, чем она тебе так приглянулась? – не сдавался он.

– У нее большой резерв, – неохотно ответил я, поворачиваясь. – Сами видели, она зажгла арену целиком и смогла призвать оружие крови. Да и нам тут показывала, что владеет, пусть и примитивно, сразу двумя видами магии. Она явно способная.

– Но раньше ты не делал исключений, – возразил Крис.

И это верно – не делал.

– Ее волосы, – сказал я наконец.

Приятели переглянулись, словно спрашивая друг у друга, к чему я вдруг о внешности.

– Это не краска, – продолжил я, вспомнив, как коснулся ее локона магией. – А настоящий цвет.

– И что? – не понял Винс.

– В хрониках упоминается, что у некроманта Джексона были синие волосы.

От удивления Крис привстал со стула.

– Ты думаешь, они связаны?

– Триста лет прошло, – напомнил Винс. – Да и у Джексона, насколько мы знаем, не было детей. Хотя если он и сам был не в курсе...

– Это может быть просто совпадение, – ответил я, отпивая из стакана. – А может, и нет. Хочу к ней присмотреться.

Было в Блейк что-то интригующее и помимо цвета волос. Я и сам пока не понимал, что именно, и вслух об этом тем более говорить не стал. С Винса станется отпускать шуточки до самого ее выпуска.

– А не сделать ли нам еще одно исключение? – предложил Крис. – И не нагрянуть ли к ним на праздник? Я слышал, там дошло до ставок на бои.

– В следующий раз они просто найдут другое место, – возразил я.

– Хотя бы иногда их надо встряхивать, – настаивал Крис. – Чтобы не зарывались.

Возможно, он прав. Я намеревался устроить им с утра жесткую тренировку. Поучить курсантов думать о последствиях. Но мы и правда давно не вмешивались. Как бы они не заигрались.

– Да ладно вам! – Винс отмахнулся. – Дайте молодняку порезвиться.

Крис собирался возразить, но не успел. Хрустальный шар на столе вспыхнул красным, оповещая, что кто-то полез куда не следует.

Салливан вскочил со своего места и, соединив ладони, развел их в стороны. Посреди учительской вырос голубоватый овал портала.

Что ж, праздник детям все же придется испортить.

Сандра

Поднимая рычаг, я задержала дыхание. Элой и Мэтт тоже застыли.

Но ничего не произошло.

Совсем ничего.

Не открылось никакой секретной двери, а в полу не появился люк. На всякий случай я задрала голову к потолку, но и там ничего не изменилось. Казалось, рычаг был бесполезным. Я опустила его вниз, потом снова подняла, и ничего...

Не веря, Элой полез пробовать сам и тоже ничего не добился.

Глядя на его бесплодные усилия, я вдруг почувствовала, как по спине побежали мурашки. Словно позади меня стояло что-то темное и страшное. И я боялась к нему повернуться. Краем глаза заметила, как Мэтт втянул голову в плечи. Элой же и вовсе еле слышно выругался:

– Вот черт.

– Курсанты, – раздался тот самый голос, от которого внутри все сжалось.

Я все же заставила себя обернуться. Получилось медленно и с трудом.

Генерал Ортега стоял в дверном проеме. В полурасстегнутом кителе и с распущенными волосами. Похоже, он отдыхал, а теперь примчался по тревоге. К рычагу, очевидно, была приделана магическая сигнализация, и мы ее задели.

– На выход, – скомандовал куратор.

Мы послушно гуськом последовали в коридор. Сначала Элой, как самый старший, потом Мэтт и, наконец, я.

Когда я поравнялась с генералом, он взял меня за локоть, заставляя остановиться.

– Ну что, курсант Блейк, не успела обосноваться, а уже нарушаешь правила? – Он пробуравил меня строгим взглядом. – После девяти вечера покидать общежитие нельзя.

– П-простите, – пробормотала я и надеялась выскользнуть, но генерал продолжал меня мягко удерживать.

– Как вы нашли эту комнату? – спросил он.

– С-случайно, – заикаясь, ответила я.

Врать, конечно, было нехорошо. Но что еще сказать? Не рассказывать же про зов, который слышала только я? Эдак запишут в сумасшедшие.

Генерал убрал руку, и я юркнула мимо него в коридор.

Бо льшая часть курсантов успела разбежаться, и перед кураторами Салливаном и Хиксом в центре арены стояло лишь человек десять. Все парни и, похоже, старшекурсники. Видимо, их назначили ответственными.

Мысленно посочувствовав ребятам, я тихонько пошла вдоль стеночки к ходу, который вел обратно к колодцу. Незаметно исчезну, а там, может, как-нибудь обойдется.

– Стоять, – услышала я за спиной все тот же завораживающий голос. – Иди к остальным.

Понурив голову, я послушно присоединилась к ребятам. Встала с краю рядом с Мэттом.

Мальчишки одарили меня удивленными взглядами. Кураторы тоже как будто не ожидали, что меня накажут с остальными, но не возразили.

– Курсант Робинс, – начал Винсент Хикс. – Процитируйте пункт 7.3 устава академии.

Элой подобрался и на выдохе выдал:

– «Курсантам академии запрещается принимать участие в любых азартных играх, лотереях, казино, пари и приеме ставок, в том числе на соревнования, гонки, скачки, поединки и результаты экзаменов. Запрет распространяется как на территорию академии, так и за ее пределы».

– Прекрасно, – похвалил куратор Салливан и, сверкнув злобной ухмылкой, сказал: – Мне нужен один доброволец на кухню.

Все молчали.

– А как насчет уборки алхимической лаборатории? – спросил он, проводя взглядом по рядам. – Курсант Паркер?

Парень слева от Элоя вздрогнул.

– А можно на кухню? – жалобно спросил он.

Другой курсант, моложе остальных, не выдержал:

– Простите, но почему наказывают только нас? Здесь же была целая толпа!

Ребята на него зашикали, но парень все же высказался. Кураторы переглянулись.

– Что ж, – заговорил генерал Ортега, и я уже почти привычно ощутила, как от его голоса замирает сердце. – Значит, курсант Драммер докладывает завтра профессору Вильямсу, что будет мыть его лабораторию.

– А Паркер может идти на кухню, – добавил Салливан.

Драммер стиснул челюсти. Того и гляди, еще что-нибудь скажет, так отправят чистить туалеты.

– Другие возражения есть? – спросил генерал.

Возражающих больше не нашлось.

– Все остальные завтра после занятий ждут меня у главных ворот, – объявил он ледяным тоном. – И только попробуйте опоздать.

Под колючими взглядами кураторов мы покидали арену. Выбирались не через лабиринт с колодцем, а через те самые двери, которые я открывала сегодня утром. Пока проходила мимо генерала, старалась на него не смотреть. Но все равно чувствовала себя неуютно. Как будто я его подвела. Он дал мне шанс, а я при первой же возможности вляпалась в неприятности.

Впрочем, наказание он мне назначил то же, что и остальным, если не считать Паркера и Драммера. Так что оставалась надежда, что не так уж он и зол. Вернее, зол, но не конкретно на меня.

На улице я скупо попрощалась с Элоем и Мэттом, отправившимися вместе с другими парнями к мужскому общежитию, а сама свернула к женскому. Дошла до входа и, дернув за ручку двери, с ужасом поняла, что та закрыта.

Стояла ночь, не самая холодная, но даже в кителе было прохладно. Окна не горели, и миссис Шервуд наверняка спала. И я понятия не имела, как проникли внутрь другие девушки, успевшие сбежать с арены.

Не зная, что еще делать, я постучала. Потом еще раз постучала и еще. Никто не открывал.

– Проблемы, курсант Блейк? – раздался за спиной знакомый леденящий голос.

Глава четвертая

Сандра

– Я не могу войти, – ответила я, боясь повернуться. И, предупреждая следующий вопрос, пояснила: – Я не выбиралась из общежития после отбоя, а подождала праздника на улице.

Говорить с генералом, стоя к нему спиной, было невежливо, поэтому я все же пересилила себя и развернулась.

Он стоял, скрестив руки на груди, и даже ночь вокруг его массивной фигуры казалась темнее обычного.

– Но ты же как-то планировала попасть в комнату после праздника. Или собиралась ночевать на улице?

Я замялась.

– Я надеялась узнать у других девочек...

Ортега смотрел внимательно и цепко, как следователь на допросе.

– У кого конкретно?

И я поняла, что, если назову сейчас имена тех же Регины с Лианой, им влетит. Может, это было бы справедливо, но я так не могла.

Я отвела взгляд и промолчала.

– Сандра, – позвал генерал, и в его голосе мне почудилась теплая нота.

Я против воли задрала голову. Когда он так произносил мое имя, не подчиниться было невозможно.

– Скажи правду, – продолжил он. – Что вы делали на том складе?

Мое горло сжалось от одновременного желания сказать как есть и страха, что он не поверит. В пансионе никто из учителей мне не верил, даже если речь шла о какой-то ерунде. А тут зов, с которым я сама еще не разобралась.

Я молчала, и взгляд генерала становился все холоднее, утрачивая частицу теплоты. Впрочем, она могла мне и вовсе померещиться.

Дверь за спиной приоткрылась.

– Вы чего тут? – проворчала миссис Шервуд.

– Спасибо, что открыли! – воскликнула я, оборачиваясь.

– На первый раз сделаю исключение, – строго сказала женщина. – А если повторится, не пущу.

– Курсант Блейк завтра отработает наказание со всеми, – успокоил комендантшу генерал.

– Вот и правильно. – Она кивнула.

Ортега отступил на шаг.

– Спокойной ночи, курсант Блейк, – произнес он. – И подумай над своим поведением.

– Да, куратор. – Я покорно склонила голову.

Миссис Шервуд не стала провожать меня до комнаты, ограничилась прихожей, где все равно успела отругать за позднее возвращение.

– Ты не думай, что тебе и дальше все будет сходить с рук, – выговорила она. – Девочек у нас мало, это правда, но это не значит, что с вас меньше спрос. Тебе еще, наоборот, придется доказать, что ты достойна диплома и не хуже мальчишек. И участвовать в их сомнительных сборищах – плохая идея. Бери пример с Лианы или Регины. Они молодцы.

Я едва удержалась от усмешки. Не разочаровывать же комендантшу.

Отблагодарив ее за заботу и советы, я побрела к своей комнате. Открыла дверь ключом и, торопливо раздевшись, завалилась спать.

Ночью мне снилась голубоглазая лиса. Она или он, я так и не разобралась. Зверь как будто пытался что-то сказать, но от усталости у меня кружилась голова, и я ничего не понимала. Отмахнулась от назойливого животного и все же провалилась в небытие.

Утро застало противным, словно забирающимся под кожу писком. Таким резким, что я подскочила на кровати. В комнате было еще довольно темно, и я сразу увидела, откуда шел неприятный звук. На столе оказался крупный, размером с кулак, кристалл. Он горел алым и отвратительно пищал. У нас в пансионе тоже были подобные «будильники», но они обычно играли какую-нибудь ноту. Достаточно громкую, чтобы разбудить, но не настолько противную.

Поднявшись, я взяла кристалл в руки. От моего касания он, по счастью, затих. Интересно, можно ли его как-то перенастроить? Покрутив кристалл и так, и эдак, я вернула его на стол. Потом разберусь. Сейчас надо было бежать в душевую и готовиться к новому дню.

Умывальня располагалась в противоположном конце коридора. Здесь рядами шли душевые кабинки, а напротив протянулись стойки с полотенцами и пустые полки, где народ оставлял вещи.

Нырнув в свободную кабинку, я с удовольствием подставила голову под теплые струи. Какое блаженство! Запоздало пришло осознание, что я в академии. Я прорвалась. И, несмотря на приключения вчера вечером, все пока складывалось хорошо.

Вымывшись, я завернулась в полотенце и вышла. Осмотрела полку, но своих вещей не увидела. Что за новости?

Выглянула в помещение с умывальниками. Под раковиной в углу лежало что-то черное. Дурное предчувствие толкнуло меня вперед. Так и есть, кто-то скомкал мой китель с брюками и швырнул на пол. Форма теперь была не только мятой и мокрой, но и покрытой какой-то зеленоватой слизью.

– Кто это сделал? – спросила я громко, осматриваясь.

В дальнем углу расчесывались две незнакомые девочки. Они тут же отвели взгляды. А вот стоявшая у раковины Лиана тряхнула темными волосами.

– Наверное, уборщица решила, что это тряпье, – ехидно заметила она.

– Ты все равно скоро отсюда вылетишь, – добавила ее подруга Регина, появляясь из душевой. – И форма тебе не понадобится.

– Ну и стервы же вы, – не удержалась я.

Лиана надула губы.

– Сама виновата. Это из-за тебя накажут Элоя.

– Меня тоже накажут, – возразила я, хотя чего с ними было разговаривать?

– Тебя-то заслуженно, – вставила Регина.

– Однажды и вы можете оказаться на моем месте, – ответила я.

И решила больше не обращать на них внимания. Подошла к раковине и попробовала отстирать пятно обычным мылом. Но надежда, что получится легко, быстро улетучивалась. Придется использовать бытовую магию. Хорошо, нас в пансионе на нее натаскивали.

Вот только не хотелось показывать девицам, что я умею. Иначе в следующий раз придумают подлость покруче. Дождавшись, пока они уйдут, я призвала заклинание чистоты. Моя ладонь засветилась, и в местах, где я касалась ею ткани, слизь начала отставать.

Дальше дело было за малым: высушить все и отутюжить.

Переодевшись, я собрала волосы в хвост и глянула на себя в зеркало. Вроде неплохо. И тут раздался бой часов на главной башне.

Было шесть утра, и я опаздывала.

Я неслась сломя голову, но все равно к началу не успела.

На плацу стояли в два ряда первокурсники, а перед ними выступал невысокий мужчина с седой бородкой. Судя по всему, ректор. На плече у него сидел филин. Кураторы стояли рядом, заложив руки за спины, а их файры послушно держались у ног.

Я попыталась встать позади остальных с краешка, надеясь, что меня не заметят. Но стоило поднять голову, как я встретилась с ледяным взглядом генерала. Вот черт! Может, после речи ректора выдастся возможность подойти к нему и объясниться? Не хотелось его разочаровывать.

Куратор отвел взгляд, и стало чуть легче. Можно было сосредоточиться на речи ректора.

Часть, где он приветствовал курсантов в академии, я, видимо, пропустила. И сейчас он рассказывал, что после второго курса каждый из нас сможет выбрать специализацию. Несмотря на название, академия выпускала не только хранителей. Получалось даже так, что именно хранителей она с каждым годом выпускала все меньше. Зато существовали другие направления: боевые маги, лекари, тыловая поддержка, были и теория магии, и военная история. В общем, есть где развернуться. Но мне, конечно, хотелось стать хранителем.

Украдкой я посмотрела на черную пантеру генерала. Грациозное животное сидело с таким гордым видом, словно позировало для портрета. А ее желтые глаза по очереди всматривались в каждого из курсантов. Она их словно оценивала и оставалась недовольна. Так что я тихонько радовалась, что на меня пантера не смотрела.

Когда речь ректора подошла к концу, он передал нас кураторам, и те велели отправляться на первую пару. Расписание у каждого корпуса было свое, хотя и некоторые занятия у нас будут общие.

Курсанты разделились на три группы. Две из них пошли за Салливаном и Хиксом, а наша осталась на плацу вместе с генералом. И я поняла, что Элой не просто так болтал: я действительно была единственной девочкой.

– На первом курсе я буду вести основы магической подготовки, – объявил генерал Ортега. – И начнем мы ее с подготовки физической.

Куратор объяснил, что сила мага зависит не столько от освоенных заклинаний, сколько от размера магического резерва. Более опытный маг может и использовать более мощные заклинания, и делать это часто, тогда как новичку необходимо отдыхать и восстанавливаться. Со временем резерв растет, но, чтобы его удержать, необходимы здоровое тело и дух. И потому каждый день у нас будет начинаться с упражнений и забега вокруг академии.

Пока генерал рассказывал, я не могла оторвать от него взгляда. Высокий, статный, в нем было что-то гипнотизирующее. Казалось, он мог просто ходить туда-сюда и ничего не говорить, и я бы все равно смотрела.

– Вопросы? – поинтересовался Ортега, закончив лекцию.

Один из парней поднял руку.

– Простите, куратор, когда мы попробуем обрести файров?

– Когда ваш резерв будет на достаточном уровне, – ответил генерал. – Хранителя с файром связывает сложная магия. Если попытаться использовать ее без подготовки, это может вас покалечить. Еще вопросы?

Больше вопросов не было, и Ортега объявил забег на двадцать кругов по периметру внутреннего двора.

– Курсант Блейк бежит двадцать пять, – добавил он, бросив на меня короткий взгляд. – За опоздание.

Я сжала челюсти. Ужасно подмывало возмутиться и сказать, что я опоздала не по своей вине. Но, во-первых, он может решить, что я придумываю оправдания. А во-вторых, после вчерашнего я и так не на хорошем счету. От негодования хотелось зарычать. Но, поняв, что выбора нет, я последовала за остальными.

Парни бежали резво, и мне не хотелось быть совсем уж в хвосте. В итоге я не рассчитала силы. Выложилась вначале, а к двадцатому кругу еле волочила ноги. Тем ужаснее было, когда все закончили, а мне еще было бежать и бежать. На этот раз в одиночку.

Чертовы Регина с Лианой, чтоб им пусто было!

Мысленно ругаясь, я не углядела и, споткнувшись о камень, полетела носом вперед. Приземлилась на колени и выставленные вперед ладони, отчего те болезненно обожгло. Морщась, я отползла в сторону на газон и принялась осматривать повреждения. Поцарапала, но не до крови.

Подняв голову, я нашла взглядом генерала. Он стоял ко мне спиной и что-то объяснял одному из курсантов. Воспользовавшись моментом, пока на меня не смотрят, я сделала несколько глубоких вдохов и выдохов.

Рядом пахло чем-то дурманяще сладким. Справа от меня рос небольшой кустик вроде клубники, только с голубыми цветами, похожими на маленькие лилии. Я сорвала один цветочек и покрутила в пальцах. Такой маленький, а ароматный. Интересно, что это за растение? Можно было бы посадить его в горшок и оставить в комнате.

Ага, до комнаты еще дожить надо.

Я с трудом поднялась на ноги. Еще два круга из-за этих противных девиц. Посмотрела бы, как бы они справились с грязной формой. Даже мелькнула мысль подстроить им что-нибудь в ответ. Впрочем, сейчас некогда. Бросив цветочек в траву, я снова побежала.

Когда добралась до остальных, они уже вовсю упражнялись. Отжимались, приседали и по очереди занимались на турниках. Не знаю, у кого как, а у меня сил не осталось совершенно. Кровь прилила к лицу, и я дышала так тяжело, что болело горло.

Я проковыляла к генералу, наблюдавшему за тренировками.

– Куратор, – еле выговорила я. – Я пробежала все двадцать пять кругов.

– Теперь делай планку, – деловито произнес он.

Видимо, мой замученный вид не пробудил и крохи жалости. Не то чтобы я на нее надеялась.

Я опустилась на колени и затем вытянулась. Черная пантера улеглась прямо передо мной, словно решила проследить, чтобы я не отлынивала.

Пока я держалась, со стороны учебного корпуса к генералу примчался куратор Салливан, а с ним Регина и Лиана.

– Это она! – заверещала одна из девиц, тыкая в меня пальцем.

Упражнение пришлось прервать. Я поднялась и сразу заметила, что форма на девушках была покрыта зеленой слизью, похожей на ту, что я отстирывала утром. И не только форма, но и волосы. Интересно, кто это их так?

– Брайан, – заговорил Салливан. – Они утверждают, что это Блейк их испачкала.

– Она все время была здесь, – возразил генерал, даже не глядя на меня. – Как именно это произошло?

– Мы вышли из аудитории, – начала рассказывать Регина. – И тут над нами что-то взорвалось...

– И нас окатило с ног до головы, – продолжила Лиана.

– Вот пусть она теперь стирает нашу форму! – закончили они вместе.

– И почему вы решили, что это дело рук курсантки Блейк? – спросил Ортега.

Девицы стрельнули в мою сторону взглядами.

– А больше некому, – ответила Регина. – Она нас ненавидит.

– Что же вы такого успели сделать ей за один день? Блейк только поступила в академию.

– Да почему мы? – возмутилась Лиана. – Она нас сразу невзлюбила.

– С ничего, – вставила Регина.

Я потерла лицо ладонью. И ведь не стыдно им.

– Блейк, – позвал меня генерал.

Я вытянулась.

– Это сделала ты?

– Никак нет, – отчеканила я. – Я все утро бегала, как и было велено.

Куратор Салливан смерил меня взглядом. До этого он казался милым и добрым, но сейчас это впечатление развеялось. За своих курсанток он готов был драться.

– Брайан, ты же не все время на нее смотрел.

– В учебный корпус она без моего ведома не попала бы. – Генерал качнул головой. – Отлынивать можно за моей спиной, но к входу она бы не прошла незамеченной.

– Заклинания можно применять на расстоянии, – не сдавался Салливан.

– Ты полагаешь, первокурсница настолько сильна?

– Кто-то это сделал. А у нее есть мотив.

– Мотив? – переспросил генерал, и его голос приобрел те самые пробирающие нотки. – Я пока не вижу никакого мотива, кроме голословных обвинений. Если, конечно, твои подопечные не устроили сегодня утром нечто подобное, вот теперь и ждут мести.

Все на мгновение замолчали. Регина и Лиана испепеляли меня взглядами, а я раздумывала, сказать или нет. Стучать и жаловаться я не привыкла, да и считала неправильным. С другой стороны, справедливость должна восторжествовать.

– Блейк. – Генерал снова обернулся ко мне. – Что скажешь?

– Сегодня утром девушки случайно, – я подчеркнула это слово, – испачкали мою форму. Поэтому я опоздала. Но к их внешнему виду я не причастна. Я не умею пользоваться магией на расстоянии.

– Что ж. – Генерал повернулся обратно к Салливану. – Пойдем посмотрим, где именно это произошло. Возможно, остались следы.

Генерал объявил, что на сегодня с тренировкой закончено, и курсанты могли передохнуть перед следующей парой. А дальше мы всей гурьбой пошли в учебный корпус.

«Место преступления» оказалось посреди коридора. По полу растеклась лужа из зеленой слизи, и отпечатались следы от полуботинок девушек.

Ортега расстегнул ворот кителя и вытащил тяжелый на вид амулет с красным камнем. Начал медленно обходить лужу, похоже, сканируя на магию.

– Как же тебе влетит, – заметила Регина со злорадством.

– Тихо! – скомандовал Салливан. – Отойдите в сторону.

Мы отступили к стене, и я задумалась. Ведь я и правда хотела, чтобы девицы испытали на себе собственную подлость. Но при этом магией я точно не пользовалась.

– Здесь определенно применялась магия, – проговорил генерал, заканчивая осмотр.

Он подошел ко мне и, остановившись напротив, поднял амулет на уровне моего лица. Камень внутри оказался неоднородный. В нем словно танцевали алые струи.

– Но на Блейк следов нет, – заключил куратор, убирая амулет под воротник.

А я почему-то уставилась на мелькнувший перед глазами открытый участок кожи.

– Что ж, мы еще разберемся, – заключил Салливан. – Сейчас приведите себя в порядок, и марш на занятия.

Девицы недовольно надули губы.

– Ты еще поплатишься, – пробурчала Лиана, проходя мимо меня.

Я на это лишь пожала плечами.

Салливан и генерал начали что-то обсуждать вполголоса, и я решила, что и мне пора на пару. Поднялась по лестнице на второй этаж, где куратор меня все же нагнал.

– Сандра, – начал он, и я вжала голову в плечи. Этот разговор явно не сулил ничего хорошего.

Ортега жестом пригласил зайти в ближайшую пустую аудиторию.

– Как ты это сделала? – с ходу спросил он.

– Я ничего не делала, – возразила я. – Я бегала все это время.

Синие глаза генерала недобро сверкнули.

– Сандра, если хочешь, чтобы я тебе помог, ты должна быть со мной честной.

– Вы же сами сказали, что на мне не было следов магии.

– Были, – ошарашил меня куратор. – Хоть и слабые. Я знаю, что это твоих рук дело, Блейк, но пока не понимаю – как.

Я развела теми самыми руками, которые оказались слишком деловыми.

– Я честно ничего не делала. Может, и хотела бы, но не делала. Это правда.

По лицу генерала я видела, что он мне не верил.

– Ладно, иди на занятия. – Он качнул головой в сторону двери. – После обеда у тебя и так отработка.

Да уж, об этом я не забыла. Побежала на пару и, только усевшись за парту, вдруг осознала, что генерал не стал меня дополнительно наказывать. Мог, раз явно мне не поверил. Но не стал. Неужели посчитал, что Регина с Лианой получили по заслугам?

И все же непонятно, как это произошло? Я ничего не сделала. Но сама себе бы тоже не поверила. Слишком удобное совпадение.

От мыслей пришлось отвлечься, потому что в аудиторию вошел пожилой мужчина с тросточкой. Он представился как профессор Миллер и сообщил, что будет вести Общую теорию магии. Предмет, который, по его словам, почти никто не сдает с первого раза. Этим он как будто чрезвычайно гордился.

Видя, что произвел впечатление, Миллер вскинул руки и с помощью иллюзии начертил схему: от круга шла стрелочка к квадрату, а от него – к ромбу.

– Это резерв мага, – пояснил профессор, указывая на круг. – В нем вы черпаете силу и магическую энергию. Но чтобы применить ее, вам необходима способность к определенному виду магии. – Он ткнул в квадрат. – А дальше вы должны знать конкретное заклинание. – Это уже было ромбом.

Он взмахнул рукой, и квадратов с ромбами стало больше.

– Маг может владеть несколькими видами магии и знать множество заклинаний. Однако надо помнить три вещи: ваша сила в конечном итоге зависит от вашего резерва. Вы можете знать сотни заклинаний, но все равно успешно применить лишь несколько, после чего вам понадобится отдых. Второе: специализация на одном виде магии делает вас сильнее в этом виде, но менее разносторонним. Это выбор, который вам еще предстоит. Ну и, наконец, третье: освоение заклинаний – процесс сложный и может не получиться ни с первого раза, ни со второго.

Дальше профессор Миллер заговорил про резерв. Про то, что кто-то рождается с бо льшим резервом, кто-то с меньшим, но его можно увеличить с помощью тренировок. Кроме того, существовали специальные артефакты, подпитывающие мага. А еще резерв значительно возрастал, когда маг связывал себя с файром, потому что магия файров содержала в себе уникальный потенциал.

Курсант на соседней парте поднял руку.

– А что насчет дикой магии? – спросил он.

Профессор нахмурился.

– Человеку не под силу ее освоить, – ответил он. – Последний, кто пытался, – некромант Джексон, из-за которого наш континент разделило Туманным рубежом и появились скаарги. Любопытство в академии приветствуется, молодой человек. Но настоятельно советую вам больше не упоминать дикую магию и никого о ней не спрашивать.

Глава пятая

Сандра

После пары по теории магии шла лекция по алхимии. Профессор Вильямс обещал нам практику, но только после того, как освоим алхимические формулы. И с этим, похоже, придется попотеть.

Посреди пары я поняла, что бурная ночь и утренняя пробежка не прошли без последствий и я очень устала. Клонило в сон, но стоило закрыть глаза, как я снова услышала странный зов. Далекий, едва различимый, но это был он.

Сейчас я точно не могла за ним пойти. Да и после мне надо в столовую, потом еще пара, а потом отработка. Не до поисков потайных дверей.

«Прости, – обратилась я к неведомому существу. – Я сейчас не могу. Может, позже».

К моему удивлению, неизвестный меня понял, и зов прекратился. Я заставила себя выпрямить спину, чтобы не сползать на парту, и сосредоточиться на лекции. Досидев-таки до конца, я отправилась обедать.

В столовой увидела Мэтта и опустилась на лавку рядом с ним.

– Салливан злой как черт, – сетовал парень, поглощая пирожное. – Все уверены, что это ты испачкала форму девочек.

– Не я, – качнула я головой. – Но они начали первыми.

И кратко рассказала, что произошло сегодня утром. Мэтт слушал меня с застывшим удивлением на лице. Похоже, ему было нелегко принять, что Регина с Лианой не были теми прекрасными созданиями, которых он воображал.

– Они, считай, как твой Дерек, – закончила я.

При упоминании вредного старшекурсника Мэтт разом сник, и я поспешила перевести тему. Вспомнив речь ректора, решила спросить про специализацию.

– Сюда все поступают, чтобы стать хранителями, – пояснил он. – Но если я не смогу завести файра, то придется выбирать другое направление. Я бы пошел в теорию, но дядя, мой опекун, тогда меня на порог не пустит.

Семейные проблемы мне как никому были знакомы.

– Почему? – спросила я, понизив голос. Не была уверена, что Мэтт захочет делиться.

– Он сам бывший военный и верит, что только на боевом направлении можно стать настоящим мужчиной. – Парень нервно усмехнулся, и я его понимала: меня тоже отправили в пансион, чтобы я стала настоящей женщиной. – Так что не получится с хранителем, все равно останусь на боевом. Хотя с файром было бы, конечно, лучше.

– А как их заводят? – полюбопытничала я.

– Сначала проверяют, достаточно ли большой у курсанта резерв. Затем идут в особый питомник в городе, где и проводят ритуал соединения. Но тебе все тут скажут, что успехом он заканчивается редко. Поэтому такие парни, как Элой и Дерек, на особом положении в академии и много себе позволяют.

Последнее он сказал с особой обидой.

– Не думаю, что Элой такой же, как Дерек. – Не знаю почему, но захотелось за него вступиться.

Мэтт на это отвечать не стал. Набросился на свое пирожное так яростно, словно оно было его личным врагом. Мы молча доели и разошлись на занятия, чтобы потом встретиться на плацу под суровым взглядом генерала Ортеги.

К моему удивлению, наказанных оказалось вдвое больше, чем те восемь человек, которых отловили вчера. Видимо, сегодня влетело кому-то еще. Или вчера не всем удалось сбежать.

– Эту неделю мы будем помогать местным собирать урожай, – объявил генерал выстроившейся перед ним шеренге.

– Неделю? – прошептал Мэтт испуганно.

Да, я тоже думала, что наказание будет всего на один день.

К генералу присоединились два других куратора, и под их чутким присмотром мы покинули академию и загрузились в ждавшую у входа телегу. А дальше я увидела нечто неожиданное и чудесное.

Вокруг черной пантеры генерала появилось белое свечение, и она начала увеличиваться в размерах. Выросла настолько, что теперь ее можно было оседлать, как коня.

Мальчишки рядом не удержались от восторженных вздохов.

– Мой файр пока так не умеет, – тихо сказал Элой, почесывая за ухом сидевшего перед ним волка. – Но все впереди.

Глядя на него, я в этом не сомневалась.

Салливан и Хикс были верхом на обычных лошадях, а их хорек с лемуром сидели перед ними. Не знаю, то ли они не умели увеличиваться, то ли даже в таком виде были не слишком удобным транспортом. Как бы там ни было, генерал верхом на своей роскошной пантере поехал впереди. Дальше покатилась наша телега. И замыкали процессию два других куратора.

Академия находилась за пределами Аренгоя, и сейчас мы направлялись в сторону города. До него, правда, так и не доехали, а свернули на ухабистую дорогу, пересекавшую пшеничные поля. Они убегали к самому горизонту и, казалось, касались голубого неба.

Мальчишки судачили о своем, а я любовалась видами. За полями оказались плодовые сады, где рядами росли яблони, груши и сливы, налитые и готовые к сбору урожая.

– Начинаем отсюда и до заката, – объявил генерал.

Нам каждому выдали по корзине и приставили к своему фрукту. Мне выпали красно-золотые яблоки, не знаю уж, какого сорта, но выглядели сочно. Вот только собирать их оказалось не так просто. Нет, первые несколько десятков дались легко, а вот потом руки начали уставать, да и голову надоело задирать.

Кураторы сами не работали, а общались с крестьянами и слушали последние новости. За нами сначала наблюдали особенно рьяно, но уже где-то через час все расслабились. И когда к моему дереву подкрался Элой, на это никто не обратил внимания.

– Эй, новенькая! – Он перешел на заговорщицкий шепот. – Не хочешь заработать?

– Что? – От неожиданности я чуть яблоко не пронесла мимо корзины.

– Ну или помочь хорошим людям, – поправился он.

Я нахмурилась.

– Что ты задумал?

– Перво-наперво нам нужно слинять из этого сада. Я слышал, как та женщина сказала, что ей нужно натаскать воды. Я вызовусь добровольцем, а ты попросись в уборную. Как только скроемся с глаз кураторов, можно быстренько рвануть в деревню.

– А там что? – Я все еще не понимала.

– А там я тебе покажу. Сначала надо прорваться.

Затея казалась сомнительной. Я и так за вчера и сегодня успела влипнуть.

– Зачем тебе я? – Я все еще колебалась. – В одиночку сбежать проще.

– Ты девочка, с тобой будет легче договориться, – ответил Элой.

– О чем?

– Увидишь. Так ты согласна или нет?

Ну ничего себе предложения у него! Навел туману, да и что будет, если нас поймают? Одним наказанием не отделаемся.

Отказавшись, я вернулась к своим яблокам. Элой вроде бы тоже занялся работой. Но тут в сады вышел деревенский староста. Всех поприветствовал, поблагодарил, а затем принялся настойчиво зазывать кураторов к себе домой что-то распробовать. В итоге нас оставили на попечении одного из местных работников. И я поняла, что уж этот шанс Элой не упустит.

Так и оказалось. Только вместо меня он привлек Мэтта. Парни перемещались короткими перебежками между кустов и сараев.

Я выругалась и, поставив свою корзину на землю, отправилась за ними. Не отпускать же дураков одних, мало ли во что они вляпаются!

Нагнала я их за небольшим сараем.

– Ты ж отказалась, – заметил Элой с лукавой ухмылкой.

– А мне с Сандрой спокойнее, – вступился Мэтт.

– Вы ж без меня все равно пойдете, так что лучше я за вами присмотрю, – заявила я и выглянула за угол. – Никого.

Незамеченными мы выбрались из сада к дороге, а по ней уже дошли до деревни. Тут можно было дышать свободнее, потому что до нас никому не было дела. Пройдясь по главной улице, а затем свернув в переулок, мы остановились перед бревенчатым домом с острой крышей.

– Миссис Зенью! – крикнул Элой через забор. – Ваш адрес мне дал курсант Паркер.

К калитке вышла пожилая женщина, показавшаяся мне подозрительно знакомой. Это же та самая бабуля, с которой я перенеслась в Аренгой!

Меня она сразу узнала.

– О, какие люди, – проскрипела она. – Ну заходите-заходите.

Выяснилось, что бабуля была не простой, а слыла знахаркой, по совместительству – ведьмой и провидицей. Тут уж кому как нравилось ее называть.

Элой хотел купить у нее зачарованные кристаллы, которые временно повышают резерв магии. Удобно для соревнований, боев или экзаменов. Цена у миссис Зенью была небольшой, но в придачу она попросила мальчишек наколоть дров и полить огурцы, а меня – собрать клубнику, за которой бабуле было сложно нагибаться.

Признаться, фруктово-сборочная деятельность меня за сегодня порядком утомила, но мне хотелось поговорить с бабулей про портал. Поэтому я набрала лукошко с рекордной скоростью. И, воспользовавшись тем, что ребята еще были заняты, подошла к ней.

– Понимаете, я была уверена, что тот портал вел в Линбург, а переместились мы в Аренгой. Конечно, это хорошо, что вы попали домой, но... – Я немного мямлила.

Было стыдно признаться, что, не перепутай я портал, притащила бы бабулю в столицу против ее воли. Именно поэтому я не сказала об этом сразу.

– У меня, конечно, есть кое-какая магия, – ответила миссис Зенью, выслушав меня со всем вниманием. – Но в одиночку я бы не смогла перенаправить такой огромный портал. Тут разве что вмешалась твоя магия. Хотя и это маловероятно... – последнее слово она произнесла не слишком уверенно. – Ну-ка, погоди.

Она подошла ближе и положила морщинистую ладонь мне на лоб.

– У-у, – загадочно протянула она, и я разом напряглась.

– Что там?

– Твой резерв... У тебя огромный потенциал, – вынесла она вердикт. – Тебе не нужны усиливающие кристаллы.

Это, конечно, хорошо, но не объясняло, почему портал привел нас не туда.

– Но я никогда не была в Аренгое, – возразила я. – И собиралась в Линбург. Зачем моей магии направлять меня сюда?

Бабуля ласково улыбнулась.

– Чтобы помочь мне?

Я все еще ничего не понимала.

– Но вы же не успели сказать, куда направлялись. Я что – прочитала ваши мысли?

Я всматривалась в бледно-серые глаза женщины, и, казалось, она знала ответ. Но как будто раздумывала, говорить или нет.

И в этот момент ребят угораздило закончить работу и ввалиться к нам. Так что хитрая бабуля отделалась туманной фразой:

– Мы многого не знаем о мире и тем более о магии.

А дальше достала с полки банку с красными кристаллами и насыпала горстку в воронку из газеты. После чего завернула и отдала Элою.

– Вы правда предсказываете будущее? – полюбопытничал Мэтт.

– А что именно ты хочешь знать? – спросила в ответ миссис Зенью.

– Мне удастся обрести файра?

Элой усмехнулся. Он в успехи Мэтта явно не верил.

– Коли станешь сильнее – сможешь, – изрекла бабуля.

Предсказание, конечно, так себе. Еще бы сказала, что зимой точно пойдет снег. Но Мэтта оно, похоже, обнадежило. Он горячо поблагодарил миссис Зенью, и мы двинулись обратно. Неизвестно, надолго ли староста забрал кураторов, а мы тут все-таки провозились дольше, чем Элой рассчитывал.

– Как удачно, что вы с ней знакомы, – заметил он по дороге. – Уверен, она только поэтому снизила цену. Кстати, ваша доля.

И отсыпал немного кристаллов мне и Мэтту, себе же оставил большую часть.

– За организацию, – пояснил он, хотя никто не спрашивал.

Я бы больше удивилась, подели он все честно.

Сунув горсть кристаллов в нагрудный карман формы, я ускорила шаг. Чутье подсказывало, что лучше бы поторопиться.

Из деревни мы выбрались без приключений, а вот на дороге, ведущей к саду, обнаружились кураторы Салливан и Хикс. Они увлеклись беседой и вокруг особенно не смотрели. Но все равно пришлось делать крюк, чтобы их обойти.

Увидев знакомый сарай, мы рванули к нему. Добежали вроде бы незамеченными, дальше надо было переместиться за кусты, а потом за дом. Но вот незадача – по тропинке перед кустами как раз прогуливался генерал Ортега. Заходящее солнце играло на черных волосах. Они рассыпались по плечам, подчеркивая их ширину, и я снова поймала себя на дурацкой мысли, что могла бы вечно смотреть, как этот человек просто ходит.

Его пантера, словно что-то почуяв, подняла голову и покосилась в нашу сторону.

– Нас схватят, – в панике прошептал Мэтт.

– Вернемся назад, – предложил Элой и, дернувшись, выругался. – Салливан с Хиксом точно увидят. А, вот засада!

Я глубоко вдохнула. Что же делать? Долго сидеть в этом укрытии мы не сможем. Можно было попробовать прокрасться к кустам. Ортега в нашу сторону не смотрел, но вот пантера...

– Значит, делаем так, – заговорила я. – Я отвлеку генерала, а вы тем временем тихонько прошмыгнете.

– А ты потом как? – не понял Мэтт.

– Отличный план, новенькая. – Элой хлопнул меня по плечу. – Если что, тебе пожизненная уважуха.

Отвечать я уже не стала. Выпрямилась, поправила форму и гордо шагнула из укрытия навстречу смертельной опасности. Во всяком случае, в ту минуту это именно так и ощущалось.

Брайан

Местный староста был мужиком энергичным и разговорчивым, с таким запасом историй, что за одну встречу не рассказать. Посидели мы хорошо и весело. И даже не смущало, что в наше отсутствие курсанты, скорее всего, отлынивали. Вот только появилось у меня скверное предчувствие, что Сандра не просто прохлаждалась, а непременно отправилась искать приключения. Дурацкое чувство, иррациональное. Оно требовало, чтобы я немедленно вскочил из-за стола и побежал проверять, на месте ли девушка. Я, конечно, держался. Но Тара мое напряжение легко считала. Потерлась боком о ноги под столом и положила тяжелую голову на колени. Смотрела своими бездонными желтыми глазищами, словно чего-то ждала.

Можно было отправить ее проверить, что там с Сандрой. Это вызвало бы вопросы, ну да ладно. Раздражало меня, что я вообще об этом думал. Ну курсантка, ну полезла она в авантюру, в первый раз, что ли? Почему меня не беспокоят другие? Почему она? Правильно я раньше не брал девочек. Из-за них дергаешься там, где обычно был бы спокоен. Да и вообще, с чего я взял, что она непременно бы во что-то ввязалась? Может, спокойно себе собирает яблоки, а я тут надумываю?

Усилием воли я заставил себя вернуться к общей беседе и, дабы не позволять нелепым мыслям захватить голову, начал травить байки сам. Благо во время службы с нами чего только не случалось.

– Генерал, позвольте вопрос? – оживился староста.

Я кивнул.

– Вы не хотели бы вернуться на службу? Все же это куда важнее, чем готовить курсантов в нашей провинции.

Воспоминания о том, почему я здесь, обжигали, но я не подал виду.

– Я верю, что подготовка хранителей намного важнее, – ответил я. – Плохо обученный маг – это угроза и для него самого, и для тех, кто ему доверился. Так что наша работа в академии бесценна.

– Вы правы, генерал, – согласился староста и тут же предложил на эту тему тост.

А мои мысли снова убежали к новенькой. Будет ли она готова? Смогу ли я быть с ней так же строг, как с остальными? Должен. Обязан. От этого зависит ее жизнь. И если она и правда как-то связана с некромантом Джексоном, то и жизнь других.

– Ты чего такой мрачный? – вполголоса спросил Винс, ткнув меня в бок.

– Не пора ли нам возвращаться?

– Волнуешься за свою девочку? – хитро заметил он.

Винс иногда был настолько проницательным, что пугал.

– Уверен, вместе с Робинсом они исправно трудятся, – ответил я не без сарказма.

Приятель наморщил лоб. Элой был его лучшим курсантом, но это не мешало парню ввязываться в авантюры с завидным постоянством. На складе мы застали их с Сандрой вместе, так что эти двое явно знакомы. Вместе с этой простой мыслью уровень нервозности резко подскочил, и я встал.

Поблагодарив старосту, мы раскланялись и отправились обратно к садам. Мое нетерпение гнало меня вперед, и, придумав какую-то отговорку, я оставил Хикса с Салливаном позади.

Оказавшись на дорожке под сенью деревьев, я заставил себя замедлиться и глубоко вдохнуть. Нельзя терять самообладание. В конце концов, мои опасения могли оказаться надуманными. Да и хорошо бы оказались.

Сбавив шаг, я прошел вперед и тут заметил какое-то движение справа. Резко развернулся и не поверил своим глазам. Блейк сама неслась навстречу.

– Куратор, простите, мне нужно было отлучиться совсем ненадолго, – протараторила она, а потом вдруг споткнулась, схватилась за ногу и едва не упала. Пришлось спешно ее ловить. – Ой, больно! – воскликнула девушка, хватаясь за лацканы моего кителя.

Мои ладони сами собой оказались у нее на талии, и я посмотрел в ее голубые глаза. И растерялся. В них отражался редкий свет, яркий, сильный, словно за ним скрывался целый непознанный мир.

Опомнившись, я подхватил Сандру на руки и усадил на ближайшую скамейку.

– Где болит? – спросил деловито и закинул ее ногу себе на колени. Задрал штанину, чтобы посмотреть, не распухла ли. Нет, выглядело нормально. Может, просто подвернула? – Посиди пока здесь, – сказал я, отпуская ее ногу. А сам встал.

– А как же работа? – робко спросила она.

– Подождет. Да и нам все равно скоро ехать обратно.

Больше не глядя на нее, я пошел к рядам деревьев.

Все курсанты, включая Робинса, как ни странно, оказались на рабочих местах. Зря я опасался. Откуда это вообще взялось?

Я обернулся. Сандра все еще сидела на скамейке и, крутя в руках ромашку, отрывала лепестки. Что-то в этом было не так. Но, решив, что на сегодня хватит паранойи, я объявил конец рабочего дня.

Глава шестая

Сандра

Трюк «отвлеки генерала» удался на славу, но неожиданно смутил. Его ладони оказались у меня на талии всего на мгновение. Случайно. И понятно, что это ничего не значило и не могло значить. Но я почему-то продолжала об этом думать. Воспоминания о прикосновении будоражили, и это было неправильно.

В телеге Элой уселся рядом и, воспользовавшись моим замешательством, обнял за плечи. Я не успела сбросить руку, как оказалась прижата к его широкой груди.

– Сандра, ты прекрасна, – промурлыкал он над головой.

– Эй, – возмутилась я.

– Да не, я не в этом смысле. Ты настоящий друг.

Последние слова все же заставили меня смутиться.

– Да ладно тебе, – пробормотала я и вывернулась-таки из его объятий.

Слева от меня на деревянную лавку плюхнулся Мэтт, и телега покатила обратно в академию.

Когда прибыли, сразу пошли ужинать. Стало интересно, как Регина с Лианой отреагируют, если мы все сядем за стол Элоя. Но девиц в столовой не оказалось.

И когда, распрощавшись с ребятами, я дошла до своей комнаты в общежитии, то поняла почему.

Внутри отвратительно пахло. Словно здесь годами был овощной склад, про который забыли. Хотя утром ничего такого, конечно, не было.

Дверь была заперта на ключ, так что девицы, скорее всего, использовали щель над полом. Доказательств, что это были именно Регина с Лианой, не находилось, но я решила, что все равно надо засвидетельствовать их проделку. Найдя миссис Шервуд, показала ей комнату.

– Отвратительно! – воскликнула она, зажимая нос. – Чем вы тут занимались, курсант Блейк?

– Я была на отработке и хотела вам показать, что кто-то применил вонючее заклинание.

– И кто же? – спросила комендантша, отступая обратно в коридор.

– Они не оставили записки.

Шервуд развела руками.

– Советую вам научиться жить в мире с остальными, курсант Блейк, – проговорила она таким тоном, словно это я была виновата. – Другой комнаты у меня для вас нет.

Между строк читалось, что комендантша не хотела, чтобы ее беспокоили. Мол, разбирайтесь сами, лишь бы общежитие не пострадало. Позиция понятная. Ну что ж, по крайней мере, она теперь в курсе.

Миссис Шервуд ушла, а я вернулась в комнату и первым делом открыла окно. Затем применила заклинание очистки воздуха. Зря девушки решили бороться со мной с помощью бытовых неприятностей. Нас в пансионе готовили и не к таким случаям.

Отвратительный запах почти выветрился, но мне казалось, что что-то еще осталось. Возможно, это было у меня в носу. Надо было его чем-то перебить.

На подоконнике стоял пустой горшок с сухой палочкой стебля – остатком растущего здесь когда-то растения. Я вспомнила синий цветок, который видела утром. Он очень здорово пах. Вот что-то подобное мне и надо посадить.

Вытряхнув из горшка старую землю, я покинула общежитие. Солнце уже село, и по всей академии зажглись фонари. В парке было темновато, но я создала свои светящиеся шарики и в их сопровождении принялась осматривать газоны и клумбы.

Ага!

Под одним из деревьев как раз рос кустик с синими цветочками. Аромат – то что надо! Выкопав растение, я определила его в горшок и принялась присыпать землей. Я любила цветы и украсила бы ими комнату и просто так, но с Региной и Лианой надо все же что-то делать. Они ведь не успокоятся. Жаловаться комендантше бесполезно, к куратору я тем более с такими мелочами не пойду. Поговорить с Элоем? Этот вариант мне тоже не нравился.

Распрямившись, я понесла цветок обратно в общежитие и по дороге продолжала размышлять. Форму им сегодня испачкала не я, но вышло очень удачно. Может, если бы с вонью получилось так же, они бы наконец успокоились?

Я уже почти дошла, как дверь общежития резко распахнулась. Хорошо, ударить не успела. Из здания вылетела Регина, а за ней Лиана. Обе растрепанные и в шелковых халатиках.

– Ах ты сволочь! – закричала брюнетка.

– Мы на тебя пожалуемся куратору! – добавила блондинка.

Сначала я ничего не поняла. А потом до моего носа донесся запах тухлых овощей. Он буквально окружал девушек.

– Блейк, это вы сделали? – спросила появившаяся за ними миссис Шервуд.

– Я была на улице, – возразила я.

– Она нас ненавидит. – Лиана надула губы. – Мы идем к куратору.

– Да щас, будете вы в таком виде шастать, – удержала их Шервуд. – Идите к себе, а я сама их вызову.

Морщась от тошнотворного запаха, комендантша дождалась, пока девушки войдут обратно в общежитие.

– Месть, Блейк, – сказала она вполголоса, – неблагородное занятие.

– Да это не я, – буркнула я в ответ.

А пока шла к своей комнате, все думала – а вдруг я? Все-таки для совпадения это слишком. Только как?

Оставив цветочек на подоконнике, я сходила вымыть руки, а заодно расчесаться и убедиться, что форма чистая. Шервуд же обязательно вызовет не только Салливана, но и генерала. И почему-то хотелось выглядеть как положено.

Снова вспыхнуло воспоминание о его ладонях у меня на талии, и я мотнула головой. Ну что за наваждение! Он меня поймал, потому что я падала. Что, я бы так фантазировала, будь на его месте тот же Салливан?

Бе. Я показала своему отражению язык и пошла в кабинет к миссис Шервуд.

Брайан

Когда мы вернулись в академию, меня сразу вызвал ректор. Дэниел выглядел бледным, с темными кругами под глазами. Если утром он казался бодрым и подтянутым, то сейчас словно превратился в столетнего старика. Сидел за широким столом и нервно барабанил пальцами по зеленому сукну.

– Брайан, заходи, – откликнулся он на стук в дверь и указал на кресло напротив стола. – Присядь.

– Как ты? – спросил я.

– Плохо. – Дэниел вздохнул. – Брайан, я умираю.

– Нет, – машинально возразил я.

– Да, – он кивнул. – И никто не знает, от чего именно. Целительная магия не действует. Может разве что снять боль.

Я посмотрел в его замученные глаза и не нашел что сказать, кроме банального:

– Мне жаль. Неужели ничего...

Дэниел мотнул головой.

– У меня осталось не так много времени, и я хочу провести его в покое, а не... – Он кашлянул. – Ты знаешь, я отдал этой академии все. Не хотел допустить, чтобы нас закрыли, как южан. Мы ничуть не хуже этих снобов из Линбурга. Вернее, мы их намного лучше, наши курсанты и умнее, и сильнее...

Снова закашлявшись, Дэниел потянулся к графину с водой. Я поднялся и помог ему наполнить стакан.

– Словом, Брайан, академия для меня как семья, которой у меня никогда не было, – заключил ректор. – И поэтому я решил уйти.

– Как? – Я застыл с графином в руке.

– О, с огромным трудом. – Он сухо рассмеялся. – Но это единственно верное решение. Не спорь, я позвал тебя не за этим. Я хочу, чтобы ты стал моим преемником.

– Дэниел... – растерянно проговорил я.

– Выдвину твою кандидатуру перед попечительским советом. Ты садись, в ногах правды нет.

Я опустился обратно в кресло.

– Но... – все еще пытался осмыслить эту новость. – Почему я? Почему не Винс?

Хикс был племянником ректора, и все ожидали, что преемником станет именно он.

Дэниел по-отечески ласково улыбнулся.

– Потому что я до сих пор не понимаю, как мне удалось тебя заполучить. Ты же герой, черт возьми, Ренны!

Я не любил вспоминать о битве со скааргами, поэтому и сейчас постарался, чтобы перед глазами не возникло ненужных образов. Но они все равно появились. Кровь... Ее было слишком много...

– Брайан, – позвал Дэниел, не давая тяжелым воспоминаниям утянуть в воронку. – Не вздумай отказываться. Я этого просто не приму. Считай, это последнее желание умирающего...

– Значит, шантаж теперь так называется, – пошутил я.

– Именно так!

И для верности Дэниел стукнул кулаком по столу. В этот момент хрустальный шар рядом ожил, и послышался голос Альвареса:

– Простите, что беспокою в столь поздний час, но генерал Ортега, случайно, не у вас? Его ищет миссис Шервуд. Что-то случилось в женском общежитии.

Я поднял глаза к потолку. Только не это...

– Ах да, ты же взял в этом году девочку, – заметил ректор.

– И очень проблемную. – Я встал.

– Я не сомневаюсь в твоем педагогическом таланте, – проговорил напоследок Дэниел с самым серьезным видом.

А вот я в нем, кажется, начал сомневаться. Что Блейк опять натворила?

Когда я прибыл в общежитие, Крис с Винсом как раз осматривали комнату пострадавших курсанток. Внутри воняло, как в мужской казарме. И мой амулет безошибочно определил следы магии. Девушки, как и в прошлый раз, обвиняли Блейк, а та утверждала, что ее даже в здании не было.

Случай был похож и тем, что у Блейк снова был мотив. Миссис Шервуд подтвердила, что ранее комната Сандры была атакована похожим образом.

– Это были не мы, – хором проговорили курсантки.

Интересно, что утром они не стали отрицать, что «случайно» испачкали форму Блейк...

– У меня других недоброжелателей нет, – возразила Сандра.

Начался базар, который спешно пришлось прервать.

– Девушки, – сказал я, и все обернулись ко мне. – Вам не приходило в голову, что испортить ваши комнаты мог один и тот же человек?

– А вы подумали друг на друга, – добавил Винс.

По глазам я видел, что никто так не считал. Блейк как будто задумалась, но все равно смотрела на девиц с сомнением.

– Но в общежитие не мог проникнуть кто-то посторонний, – сказала она вслух.

– Мимо меня бы не проскочил, – подтвердила Шервуд.

– Если магия не применялась на расстоянии, – заметил Крис. – Как и в прошлый раз.

Сняв амулет, я просканировал всех подозреваемых. Это был не самый надежный способ, потому что магический след обычно исчезал довольно быстро, достаточно подождать около часа. Да и определить, для чего именно человек использовал магию, амулет тоже не мог. На Блейк снова был след. Слабый, но был.

– Ничего нет, – соврал я.

Не то чтобы мне хотелось ее выгораживать. Скорее понять, правда ли это она.

– Куратор, – обратилась к Салливану одна из девушек. – Прошу вас, сделайте что-нибудь. Мы не можем чувствовать себя в безопасности, пока эта... Пока она здесь...

– Мы поставим на ваши комнаты защиту, – ответил Крис. – Она продержится несколько дней.

Он посмотрел на меня, и я кивнул. Мы разделились. Салливан с Хиксом занялись комнатой девушек, потому что она была больше. Я пошел вместе с Сандрой к концу коридора.

– Ты сказала правду? – спросил я вполголоса, когда мы остались одни.

– Да. – Она кивнула. – Я думала на них, но, может, вы правы, и это кто-то еще. Только зачем? Ссорить нас, как видите, не нужно.

Это был хороший вопрос.

Сандра держалась открыто и просто, и, если бы не магический след, я бы и не заподозрил ее в неискренности. Возможно, она делала что-то неосознанно.

Поставив на комнату пару защитных печатей, я все же спросил:

– А ты хотела им отомстить?

Между нами повисла пауза. Я смотрел в глаза Сандры внимательно, надеясь уловить признаки вины или вранья, и не заметил, как снова утонул. Забыл, что я вообще тут делал, просто смотрел на нее, а она смотрела на меня. И стремительно розовела.

– Так что? – Силой воли я заставил себя отвернуться.

– Да. – Она тоже отвела взгляд. – Хотела. Но я ничего не делала. Клянусь.

– Я тебе верю, – сказал я и, проходя мимо нее, не удержался и коснулся ее плеча. – Мы со всем разберемся, курсант Блейк. А сейчас иди спать.

– Есть, генерал! – воскликнула она за моей спиной.

Я уже не стал оборачиваться. А то так никогда отсюда не уйду.

После воссоединения с кураторами мы вместе пошли к главной башне.

– Странное дело все-таки, – заметил по дороге Крис.

– Очень странное, – подхватил Винс. – Есть версии?

Я задумчиво молчал, а ребята продолжали рассуждать.

– Уже два случая, когда у Блейк есть мотив отомстить, – говорил Крис. – Но при этом самой ее даже и близко нет.

– Слишком сильная магия для первокурсницы. – Винс качнул головой. – Кто-то должен был помочь ей усилить заклинание.

– Или это была не она, – отрезал я.

Кураторы глянули на меня искоса. Крис открыл было рот, чтобы возразить, но так и не решился.

– Оба случая, на самом деле, ерунда, – добавил я. – Грязная форма, неприятный запах. Все это быстро убирается. Так что не будем делать из мухи слона. А за Блейк я присмотрю.

Сандра

Ночь пронеслась быстро, словно я и не спала. Только закрыла глаза, как уже наступило утро. Видимо, день вчера выдался такой насыщенный, что мое сознание просто не выдержало и отключилось. И если бы не противно пищащий «будильник», еще не факт, что проснулась бы. Надо все-таки понять, как перенастроить кристалл на что-нибудь приятнее. Впрочем, не сейчас. Сейчас в душ и одеваться.

Из умывальной я на этот раз выбралась без приключений и со стервами столкнулась уже в столовой. Они прошли с подносами мимо меня, не поздоровавшись. Но что мне понравилось – даже не попытались эти подносы на меня вывернуть. Мы разошлись – и все, как незнакомые люди.

После завтрака была тренировка с куратором. Снова бегали двадцать кругов, а потом упражнялись. Все это время генерал на меня поглядывал, и было жутко неловко. Я понимала, что, учитывая вчерашние обвинения, он будет за мной следить. Но все равно от этого внимания я терялась. Так и норовила поправить волосы или одернуть форму, и это чертовски отвлекало.

В конце занятия генерал объявил, что с завтрашнего дня добавится тренировка с оружием. И тут у каждого курсанта был выбор: использовать обычное либо призвать магическое, для чего понадобится пролить кровь. Перспектива, конечно, мало кому понравилась. Но для демонстрации куратор вызвал меня.

Я встала перед шеренгой мальчишек. Чувствовала, как они меня рассматривали. Словно до этого и не замечали, что с ними учится девочка.

– Курсант Блейк, призовите ваше оружие, – попросил генерал.

Я занервничала, неуверенная, что получится. Сложно что-то делать, когда на тебя так смотрят. Некоторые с насмешкой, а кто-то снисходительно, словно я какой-то зверек, хомяк в клетке, а не равная им.

Я бросила взгляд на куратора, и он едва заметно кивнул. Это приободрило. Я вытянула руку, и через мгновение ладонь сжимала рукоятку лука. По ряду курсантов прошел шорох, и любопытно-насмешливые взгляды сменились уважительными.

– Магическое оружие удобно тем, что оно всегда с вами, – пояснил куратор. – Это одно из требований для становления хранителем. Да, не у всех получится, все будет зависеть от вашего потенциала и размера резерва. Тем не менее даже если вы не станете хранителем или уже сейчас знаете, что выберете другую специализацию, тренировки с оружием обязательны для всех. Есть вопросы?

Вопросов не было.

Я отозвала свой лук и только потом подумала, что для демонстрации генерал мог бы выступить и сам. Но выбрал меня. Интересно почему. Не хотел же он показать нашему корпусу, что я хоть и девочка, но ничем их не хуже?

– Блейк, слушай, – нагнал меня один из парней. – А расскажи, как это происходит?

К нему присоединились еще несколько, и на пару я прибыла как принцесса, окруженная свитой.

Впереди была лекция по истории хранителей, общая для всего первого курса, поэтому аудитория была большая и шумная. Но стоило появиться куратору Салливану, как все стихли. Он прошелся взглядом по рядам и, показалось, задержался на мне дольше остальных.

Но ничего конкретного по его лицу я прочитать не смогла. Не знаю, злился он из-за случившегося вчера с его ученицами, или я ему была любопытна, или дело было вообще в другом.

Отведя взгляд, куратор прочистил горло и, поприветствовав всех, объявил тему лекции – происхождение Туманного рубежа и появление скааргов. Я аж заерзала от нетерпения, до того было интересно. А Салливан еще и сопровождал лекцию иллюзиями.

– Итак, – начал он, – как вы должны знать из школьного курса, триста лет назад Туманного рубежа не существовало. На его месте на юге были пограничные города и деревни, а на севере – вековой лес. В этом лесу некромант Джексон построил хижину, чтобы вдали от людских глаз ставить свои эксперименты. Он знал, что глубоко в недрах земли протекают потоки дикой магии, сильнейшей, но крайне нестабильной субстанции. О ее существовании в те времена было уже известно, но все попытки изучить ее или освоить чаще всего заканчивались гибелью самого мага. Поэтому с дикой магией никто не связывался, и сама идея – попытаться подчинить ее – казалась безумием. Джексона предостерегали, но он никого не слушал. И, удалившись в лес, начал искать способы, как перенаправить один из потоков на поверхность и использовать его потенциал. В итоге, как и ожидалось, эксперименты некроманта обернулись катастрофой. Вот только ее масштабы не мог предположить никто.

Прямо посреди леса образовался разлом – щель в земной поверхности, из которой вырвалась дикая магия. Она не только свела с ума самого Джексона, но и перекинулась на лесных зверей. Это было бы еще полбеды, но разломов с каждым днем становилось больше. Дикая магия захватывала огромные территории, и противостоять ей было почти невозможно. Единственный способ нашел маг по имени Зартакс Стоун. Он обнаружил, что густой туман может замедлить поток дикой магии, и со временем тот возвращается под землю, оставляя на местах разломов лишь глубокие ущелья. Зартакс собрал единомышленников, и вместе они создали и первый туман, и кристаллы, которые его подпитывали. Но их битва еще только начиналась, потому что удержать дикую магию против распространения – не значит ее победить. Ущерб был огромен. Все население этих территорий, люди и животные, обезумели и потеряли истинный облик и превратились в скааргов. Вечно голодных тварей, которые нападали на все, что движется.

Салливан раскрыл ладонь и создал изображение человекоподобного существа, покрытого густой шерстью, с удлиненными руками, заканчивавшимися острыми, как ножи, когтями. Даже в иллюзии выглядело жутко.

– Но в природе все стремится к равновесию, – продолжал куратор. – И вместе со скааргами появились файры, ставшие верными друзьями и спутниками как команды Зартакса, так и всех хранителей после них.

Салливан наклонился, и сидевший у его ног хорек забрался к нему на руки. Затем куратор подбросил его вверх. Зверек сделал кульбит и исчез в появившемся голубом овале, чтобы через мгновение приземлиться на одну из парт. Оттуда он снова прыгнул в портал и так перемещался по всей аудитории под восторженные вздохи курсантов.

– Связь с файром увеличивает резерв хранителя, – продолжал рассказывать Салливан. – А также открывает или усиливает способности к определенному виду магии. Скажем, у меня это телепортация. Что будет у вас – никто не знает.

Я подперла щеку кулаком. Эх... Файра очень хотелось. Пусть маленького. Хватит и мышонка.

Виски на мгновение пронзила острая боль, и я снова услышала тот непонятный зов. Что же это такое?

– Файров разводят в специальном питомнике в городе, – говорил куратор. – Вернее, пытаются разводить. Потому что их рождается крайне мало. И если файр не соединится с человеком, то его магия со временем просто угаснет. Впрочем, об этом подробнее будет уже на втором курсе. Первокурсников мы к файрам обычно не берем, потому что у вас пока слабый резерв, и соединение с чужой магией может привести к непредсказуемым последствиям. В лучшем случае у вас просто ничего не получится. В худшем – вы сойдете с ума.

В аудитории стало так тихо, что было слышно, как хорек Салливана стучал коготками по столам. Он снова прыгнул в портал и приземлился хозяину на плечо. Куратор погладил его по холке, а затем продолжил лекцию, рассказывая, как скаарги начали нападать на все близлежащие к Туманному рубежу поселения.

Я пыталась сосредоточиться на его словах, но странный зов не прекращался.

«Я найду тебя, найду», – пообещала я, сама не зная кому.

– Последнее крупное сражение со скааргами произошло под Ренной почти восемь лет назад. Мы его еще будем разбирать подробнее. Но сейчас вам важно знать, что именно тогда было уничтожено самое большое скопление скааргов из оставшихся. Сейчас стоит на рассмотрении вопрос, чтобы начать постепенно сокращать территорию Туманного рубежа. Возможно, через несколько лет его не будет вовсе.

Парень рядом со мной поднял руку.

– И что тогда станет с хранителями?

– В нас отпадет нужда. – Салливан улыбнулся. Но, судя по каменным лицам, не все курсанты оценили шутку, а потому куратор поправился: – Впрочем, сильные маги нужны всегда и везде. Так что не волнуйтесь, без работы не останетесь.

В моем случае было важно стать именно хранителем, потому что на них пока еще, по крайней мере, распространялась императорская защита. Сенлер не сможет меня просто забрать, а вот будь я обычным магом... Перед глазами появилось его хищное лицо с острыми скулами, и меня передернуло. Нет, я обязательно стану хранителем!

С этим бодрым настроем я и досидела до конца пары. К семинару Салливан задал доклады, и, чтобы не терять время, я отправилась в библиотеку. Набрала книг и учебников и понесла их в общежитие. В свою комнату входила с опаской, не зная, будет ли новая подлянка от Регины с Лианой. Но то ли они передумали, то ли сработала магическая защита, но сюрпризов меня не ждало. Разве что приятный – цветок в горшке прижился и, кажется, появилась пара новых бутонов.

Оставив книги на столе, я заперла комнату и вышла из общежития. Надо было спешить на следующую пару, но я не смогла отказать себе в удовольствии пройтись через парк. Я подозревала, что на севере зима приходила рано, и потому, пока погода была теплой, хотелось ею насладиться.

В парке возле фонтана толпились курсанты, и я сразу поняла: что-то произошло.

Глава седьмая

Сандра

В фонтане, прямо в воде, сидел Мэтт. Мокрый, в прилипшей к телу рубахе. Его круглые очки съехали набок, и в уголках глаз выступили слезы. Рядом с ним валялся заплечный мешок, из которого выглядывала пара книг. Теперь безнадежно испорченных.

Напротив фонтана стоял Дерек и в голос гоготал, а ребята вокруг поддерживали. Я рванула вперед, чтобы помочь Мэтту, но меня опередили. Между ним и громилами вырос Элой. Он был чуть ниже Дерека, но обладал такой аурой уверенности и решимости, что здоровяк невольно отступил.

– Оставьте его в покое, – медленно проговорил Элой.

– Дался тебе этот сопляк, – воскликнул Дерек. – Шел бы по своим...

И осекся под тяжелым взглядом блондина. Волк у ног Элоя оскалился и зарычал, а шерсть на спине кота Дерека вздыбилась, и тот зашипел.

– Мужики, остыньте, – послышался испуганный голос одного из парней. – Кураторы увидят – всех накажут.

– Я сказал: оставьте его в покое, – стоял на своем Элой.

Пока они мерились взглядами, я подошла к фонтану и протянула Мэтту руку. Тот подобрал мокрые вещи и вылез. Его немного потряхивало, и было ясно, что Дерек успел его напугать.

– Ладно, пошли отсюда. – Здоровяк махнул своим прихлебателям, и площадка перед фонтаном начала стремительно пустеть. Зеваки тоже расходились.

Отряхнувшись, Мэтт подошел к Элою.

– Спасибо... – начал было он, но блондин отмахнулся.

– Научись сам за себя стоять, – бросил он, отворачиваясь. – И не будь слабаком.

Волк вздернул нос, словно и он хотел показать, что презирает Мэтта. Элой со своим файром ушел, а я повернулась к пострадавшему.

– Ты как?

– Жить буду. – Он поправил съехавшие очки. – Но он прав, я должен стать сильнее.

Я предложила подсушить магией промокшую форму, но Мэтт отмахнулся.

– Спасибо, это я и сам могу. А ты уже, наверное, опаздываешь на пару?

Я кивнула и бросилась бежать. Влетела в аудиторию на всех парах, намереваясь тихонько сесть за ближайшую парту, когда меня окликнул преподаватель – высокий мужчина в строгом костюме.

– И кто вы будете? – спросил он, заставляя меня развернуться на пятках.

– Курсант Блейк.

– Выйдите, курсант Блейк, – сказал он холодно. – И зайдите как положено.

Отношения с профессором по математике у нас явно не задались. Но я послушно вышла в коридор, затем развернулась и постучала.

– Простите, можно войти?

– Почему вы опаздываете, курсант Блейк? – строго спросил он.

– Я помогала другу выбраться из фонтана, – честно ответила я.

Класс разразился хохотом, отчего у профессора на лбу вздулась жилка.

– В следующий раз скажите другу, что математика важнее его купания, – ответил мужчина.

Раздалось еще несколько смешков, но под его сердитым взглядом все стихли. Я все же села с краю и, достав тетрадку, написала: «Как его зовут?» – и пододвинула к соседу.

Профессор Тимсон, значит. Надеюсь, к следующей лекции он обо мне забудет.

– К следующей неделе подготовьте решения первых десяти задач в учебнике, – объявил он в конце пары и, ехидно улыбнувшись, добавил: – Курсант Блейк сделает пятнадцать.

Да что ж такое-то!

Я заскрежетала зубами. Нет, это просто какое-то не везет... Ладно, нечего грустить, надо быстренько обедать, и на отработку. А то еще генерал заставит собирать фрукты за всех сразу.

В столовой я буквально втянула в себя еду и на плацу была первой. Как увидела генерала, замерла. Он шел со стороны главной башни неторопливой походкой, а его грациозная пантера вышагивала рядом. Таращиться на них, конечно, было неприлично, но я не смогла отказать себе в удовольствии. Уж больно у куратора была ладная фигура. И двигался он уверенно, но не вальяжно. Он словно уже всем все доказал. И даже серые камни замка признавали в нем хозяина.

– Курсант Блейк. – Ортега остановился напротив меня. – Хорошо, что ты пришла раньше. Я решил заменить твою отработку.

Мне показалось, его синие глаза коварно блеснули. Не ожидая ничего хорошего, я робко спросила:

– На что заменили?

– Иди за мной, покажу.

Заинтригованная, я последовала за генералом в учебный корпус. С удовольствием рассматривала его широкую спину и то, как натягивался на плечах китель. Нет, я прекрасно понимала, что эта фантазия никогда не сбудется: где он, а где я. Но чего бы не полюбоваться красивым человеком? Еще и с таким голосом, что внутри аж все вибрировало...

Мы поднялись на третий этаж и вошли в аудиторию за номером 303, и я обомлела. Это было здоровое помещение явно для потоковых лекций. Парты и скамейки стояли полукруглой лесенкой, превращая аудиторию во что-то вроде амфитеатра. Внизу была сцена с учительским столом и стеллажом. Пустым, потому что книги валялись на этом самом столе и рядом с ним. Но это было не самое страшное. Парты со скамейками, стены, высокие окна и даже потолок были покрыты черной сажей, а местами заляпаны разноцветной слизью: зеленой, синей, ядовито-розовой.

– Что тут произошло? – не удержалась я от вопроса.

– Профессор Вильямс решил устроить демонстрацию, как некоторые алхимические смеси могут влиять на магию, но что-то не рассчитал, и старшекурсники наворотили дел.

– Надо же... – вполголоса заметила я.

Из коридора послышались голоса, и несчастную аудиторию посетили еще трое: Регина с Лианой, а с ними куратор Салливан.

– Что она здесь делает? – Брюнетка ткнула в меня пальцем.

– Ваша задача, курсанты, – ответил генерал, оборачиваясь к ним, – вымыть аудиторию.

– Что-о? – протянула Регина. – Да как... Вы это одобряете? – Она с надеждой посмотрела на Салливана.

– Постарайтесь не разнести тут все еще больше, – ответил тот.

– Альварес покажет вам, где взять моющие средства, – сказал генерал. – Вечером проверю, как далеко вы продвинулись.

– Ну нет. – Лиана скрестила на груди руки. – Только не с этой...

Ортега ее перебил:

– Как именно вы будете работать друг с другом – это ваши проблемы. Если к концу недели здесь все не будет сиять первозданной чистотой, вас исключат из академии. Всех троих.

Его слова прозвучали словно приговор, и на мгновение в аудитории стало совсем тихо.

– Удачи, – пожелал нам Салливан.

Они с генералом вышли, а вот мы остались смотреть друг на друга, как закрытые в одной банке паучихи. Ой, что будет...

Лиана вскинула руку и выбросила в мою сторону огненный шар. Настоящий, горячий, а не просто световой, как мои. Уверена, где-то в уставе академии прописано, что магией драться нельзя. Настолько нельзя, что даже Элой с Дереком на арене махались на кулаках.

Впрочем, рассуждать на эту тему не было времени. Пришлось отскакивать в сторону и прятаться за партой. Потому что следом за огненным шаром в мою сторону разразилась снежная буря Регины, заставляя все вокруг покрываться белым инеем.

– Мы тебя уничтожим, – шипела Лиана.

– Никто и не заметит, – поддакивала Регина.

Еще больше повреждений в этой аудитории, может, и не заметят, а вот гибель одной курсантки...

Прячась за партой, я судорожно соображала, чем можно было ответить, чтобы ничего не разнести. Да и чутье подсказывало, что если я кого-то раню, то они понесутся в лазарет и нажалуются первыми. А там доказывай, кто начал...

Впрочем, был у меня и свой туз в рукаве. Подгадав момент, когда девушки сделали вынужденный перерыв в атаках, я вынырнула из-за парты и применила свое заклинание.

Лиана вскрикнула первой.

– А-а-а! – завопила она. – Что это?

Ее руки от пальцев до локтя покрывали отвратительные волдыри, из которых вот-вот засочится гной. А по плечам Регины поползли черные мохнатые пауки. Она завизжала и попыталась их скинуть, но пауки, как и волдыри, были иллюзией и не желали пропадать.

– Не бойтесь, вас это не ранит, – проговорила я, удивляясь металлу в собственном голосе. – Но если вы от меня не отстанете, иллюзии будут преследовать вас везде. Когда будете смотреть на себя в зеркало, когда будете есть, а в тарелке вместо каши окажутся червяки, когда будете заниматься...

– Хватит! – перебила меня Регина. – Убери это немедленно!

– Давайте договоримся. – Я отменила иллюзии. – Вы перестаете строить мне козни, а я...

– Мы? – истерично взвилась Лиана. – Да ты первая начала. Облила меня чаем в столовой.

– А потом комнату провоняла, – добавила Регина. – Когда мы ничего не сделали...

Я потерла ладонью лицо. Всегда кажется, что с людьми можно договориться. Что можно по-хорошему. Но они обе, казалось, совершенно искренне были убеждены в своей правоте.

– С чаем вы сами ко мне прицепились из-за стола, – напомнила я.

– Но ты отказалась пересаживаться, – ответила Лиана таким тоном, словно я тогда сделала не что-то совершенно естественное и само собой разумеющееся.

– А потом еще и с Элоем заигрывала, – добавила Регина. – Мы видели, как ты на него смотрела.

Я вздохнула так тяжело, что казалось, еще чуть-чуть, и сотряслись бы стены. Можно было бы начать доказывать, что на Элоя я никаких видов не имела, но что-то подсказывало, что мне попросту не поверят. Да и с какой стати я должна оправдываться?

– Давайте так. – Я скрестила руки на груди. – На каждое ваше действие будет противодействие. Как в магофизике. Так что думайте, прежде чем выкидывать очередную гадость.

– Это ты думай, прежде чем... – начала Регина, но осеклась, потому что на ее ладони снова появился иллюзорный паук.

– А я, между прочим, поспрашивала, – вступила Лиана. – Ты никто, приемная дочь мелкого дворянчика. Так что не тебе с нами тягаться, поняла?

Я начала остро ощущать, что мы ходим по кругу.

– Не знаю, чьи вы там дочери, – ответила я, не скрывая раздражения. – Но я вас предупредила. Будете делать подлости – получите ответ, а не станете меня трогать – спокойно доучимся.

Девушки переглянулись.

– Что ж, мы охотно оставим тебя в покое, – сообщила Регина с загадочной ухмылкой.

Лиана кивнула.

А потом девушки сделали поистине ход конем и заставили меня растеряться. Не говоря ни слова, они просто... ушли. Вот так взяли, развернулись и покинули аудиторию.

– Эй! – Я выбежала за ними в коридор. – Нам нужно убрать.

Стервы не ответили, лишь ускорили шаг, и я внезапно почувствовала себя проигравшей. Как-то так получалось, что для меня отработать наказание было важно, а для них, выходит, и не особо. Наверное, были уверены, что с их родословными отчисление им не грозит.

Растерянная, я вернулась обратно и снова осмотрела фронт работ. Подошла к одной из парт, на которой осталось ядовито-розовое пятно. Призвала заклинание чистоты, но оно сработало еле-еле. Пятно стало бледнее, но не ушло. А ведь таких пятен тут целая аудитория!

Да и даже если бы я могла убрать все сама, то выйдет нечестно.

Я обхватила подбородок ладонью.

Надо что-то делать. Генерал говорил, что моющие средства можно попросить у Альвареса. Может, у него есть что-то по-настоящему мощное и уборка в итоге выйдет ерундовой? Слабо верится, конечно, но ничего лучше я пока не придумала.

Спустившись к секретарю, я сообщила ему, что убираюсь в аудитории 303. Про наказание Альварес был в курсе и пошел вместе со мной, чтобы отпереть подсобку.

– Признаться, я не удивлен, что курсанты Чаррен и Готтс повели себя безответственно, – сказал он по дороге. – Такие, как они, поступают в академию за мужьями. Их цель – не стать магами, а захомутать кого-нибудь познатнее. Но вы не расстраивайтесь, ваши усилия будут непременно вознаграждены.

Тема для Альвареса оказалась чувствительная. Он искренне радел за академию и расстраивался, когда кто-то относился к ней несерьезно. Воспользовавшись возможностью, я осторожно расспросила его о девушках.

Оказалось, что Регина Чаррен была из древнего, но обедневшего рода, а Лиана Готтс – дочерью вельможи, который не так давно впал в немилость у императора. Обеим был интересен Элой, как редкое сочетание красивой внешности и нужной родословной. Он был сыном герцога Робинса, двоюродного брата императора, и прекрасно знал, что был лакомым куском для девиц, чем активно пользовался.

Пока я слушала Альвареса, мы дошли до подсобки. Здесь секретарь выдал мне склянку с какой-то вонючей дрянью, которую использовали в особых случаях, когда обычная уборка не помогала.

– Пять капель на ведро воды, – проинструктировал он.

Дальше я вооружилась тем самым ведром и щеткой. Вернувшись в аудиторию, попробовала поскрести стены. Чудо-средство действительно работало, но даже с ним мыть в одиночку целую аудиторию было проблематично.

Я решила, что на сегодня сделаю небольшую часть, свою условную долю, а дальше надо будет думать, как заставить стерв работать. Возможно, хоть и не хотелось, придется-таки пожаловаться кураторам.

Генерал Ортега застал меня за уборкой книг. Похоже, вернулся раньше.

– Как идут дела? – поинтересовался он, и я чуть не подпрыгнула от неожиданности.

– Медленно, – ответила я, оборачиваясь к нему.

Мужчина стоял, прислонившись к косяку.

– Девушки сбежали? – заметил он, и в его взгляде мне почудились веселые огоньки.

Я невольно сжала кулаки. Да что тут смешного-то?

– Вы поручили нам троим, а они... – начала было я, но генерал перебил.

– Я поручил отмыть аудиторию, – сухо проговорил он. – А в каком составе вы это будете делать – уже не мои проблемы.

– Но... – Я открыла рот, но, наткнувшись на его непроницаемое лицо, закрыла.

– У тебя срок до конца недели, курсант Блейк, – отчеканил генерал и развернулся спиной.

Пришлось призвать все самообладание, чтобы не запустить в него книгой. Она, конечно, не виновата. Но вот гад! Все понял и даже бровью не повел. Зря я думала, что он на моей стороне... Зачем вообще поручал это дело троим? Повесил бы на меня одну, чего уж там!

А-а-а-а, что теперь делать?

* * *

В общежитие я вернулась злющая, как скаарг. Засела за домашнюю работу, но никак не могла сосредоточиться. В итоге плюнула и пошла на полигон.

Сумерки окутали академию, но вокруг поля горели фонари. Встав напротив секции с мишенями, я призвала свой лук и принялась выпускать стрелы одну за другой. Чаще всего те попадали в край, но мне было все равно. Хотелось просто выпустить пар, и кое-как это помогало.

– Отодвинь правую ногу назад, – послышался знакомый голос.

На этот раз он не приятно будоражил, а заставлял кровь вскипать.

Ослабив тетиву, я обернулась к генералу и пробурчала:

– Какая разница, как я стреляю, если в конце недели вы все равно меня отчислите?

Губы куратора тронула легкая ухмылка.

– А ты уже сдалась?

– Но вы же...

– Отказался вмешиваться? – Теперь смеялись и его глаза.

Я тяжело вздохнула.

– Вы и так пригрозили им отчислением. Не знаю, что я тут могу сделать.

– Хороший лидер всегда найдет подход к своим людям, – изрек генерал.

– Но они не мои люди, – возразила я. – Они вообще на курс старше.

Он развел руками.

– И что с того?

Я задумалась. Куратору на вид было чуть за тридцать, а он уже был генералом. Да, сейчас он преподавал в академии, но в прошлом... В прошлом он неизбежно должен был руководить людьми старше себя.

Видя, что молчу, он подошел ближе.

– Давай я тебе покажу, как стоять. – И дотронулся до моего плеча, а затем спины, заставляя ее выпрямить.

Его прикосновения были легкими, почти невесомыми, и в то же время такими уверенными, что мое тело словно само начинало их слушаться.

– Даже с магическим луком важна правильная стойка, – пояснял он. – Оружие должно чувствовать хозяина и что ты действуешь осознанно, а не стреляешь куда придется. Так, теперь натягивай тетиву и сосредоточься на центре мишени. Долго не жди, а сразу выпускай, чтобы не потерять концентрацию.

Я сделала, как генерал сказал, и впервые за вечер попала точно в яблочко.

– У-ху! – воскликнула я.

– Давай еще раз. – Он улыбнулся и отступил в сторону. – Пока не будет десять из десяти.

Сосредоточенность на цели помогла забыть про противных девиц и даже расслабиться. Кровь от использования магии бурлила, было жарко, и в какой-то момент я сняла китель, оставшись в одной рубашке. Взгляд куратора на мгновение скользнул по мне, а затем он отвернулся.

– До завтра, курсант Блейк.

Я с благодарностью посмотрела ему в спину. Удивительный человек: еще час назад я была в ярости, в том числе и из-за него, а теперь чувствовала себя бодрой и сильной. Ничего, придумаю, как быть. А сейчас можно было и поужинать, пока столовая не закрылась.

Заставив свой лук исчезнуть, я подхватила китель и побежала к верхнему двору. Почти пронеслась мимо главной башни, как снова услышала знакомый зов. Звучал он тоскливее обычного, словно неизвестный грустил, а может, и обижался, что я до сих пор к нему не пришла.

Остановившись, я подошла к башне ближе. Зов стал чуть громче. Хм...

Я осмотрела высившиеся стены замка и представила себе арену, ее примерные размеры и где были входы и выходы. Получалось, что она занимала собой почти весь нижний двор, а та комната с рычагом была под центральным двором, скорее всего, недалеко от главной башни. Но если я права и неизвестный находится под ней, то как к нему попасть? Насколько я понимала, курсантов в главную башню не пускали вообще, так что до подвала тем более не доберешься. А если и был другой ход, то его, во-первых, еще надо найти, а во-вторых, понять, как он работает. Явно же тот рычаг на складе был не просто так, но по какой-то причине у нас ничего не вышло. Только сигнализацию задели.

– Да, задачка... – заметила я вслух. В ответ раздались еще более печальные звуки. – Погоди, я не сдаюсь.

В столовой мне повезло, потому что Элой как раз садился ужинать. Я быстренько набрала еды и приземлилась на лавочку рядом с ним.

– Здорово! – бодро воскликнул он. – Ты где сегодня была-то?

– Мне заменили наказание. Надо вымыть аудиторию с Региной и Лианой.

Элой поднял брови.

– Их тоже наказали?

– Слушай, давай про них потом, – деловито произнесла я. Конечно, может, мне и придется попросить у парня помощи, раз он такой сердцеед и в некотором роде виноват, что девицы на меня ополчились, но сейчас волновало другое. – Скажи, ты знаешь, как попасть в подвал главной башни?

Брови Элоя поползли еще выше. Он наклонился ко мне так близко, что едва не касался лбом, и заговорщицки прошептал:

– А тебе зачем?

– Понимаешь... – Я помялась и, набрав полную грудь воздуха, решилась: – Мне кажется, там кто-то есть. Я слышу... Как бы это назвать... Как будто меня кто-то зовет, только не сочти сумасшедшей...

– Ты поэтому пошла на тот склад? – подхватил Элой.

– Я уверена, что из него был тайный ход. Просто он почему-то не открылся.

– Хм... – Парень потер подбородок. – Под академией есть сеть ходов, ты их видела, когда спускалась в колодец. Большая часть из них завалены. Но я не удивлюсь, если и под оружейной в башне есть что-то еще. Только...

– Что? – Я подалась вперед, и лицо Элоя оказалось прямо перед моим.

– Это будет ой как непросто, – сказал он. – Одно дело, если нас поймали на каком-то складе, но в башне... В башню курсантам заходить нельзя, только если под присмотром преподавателей.

Я сразу подумала о генерале. Может, придумать какой-нибудь повод, чтобы попасть в башню с ним? А там отвлечь и прокрасться... Правда, я не знала, куда именно.

– Ничего, сначала соберем разведданные, – продолжал Элой. – Понаблюдаем, кто, помимо учителей, туда заходит, когда и с чем. А дальше уже будем решать.

– Ты мне поможешь? – обрадовалась я.

Парень кивнул, тряхнув своей светлой шевелюрой.

– Но с одним условием. – И хитро прищурился. – Если ты найдешь то, что ищешь, то будешь мне должна.

В животе сразу напряглось. Денег-то у меня не было.

– Что должна? – спросила я настороженно.

Элой широко улыбнулся, показывая все зубы.

– Поцелуй.

Глава восьмая

Сандра

Я закатила глаза.

– Скажи, в этой академии осталась хоть одна девушка, которую ты еще не закадрил?

Элой приосанился.

– Конечно, – заявил он со всей серьезностью. – Ты.

Я качнула головой и, взявшись за свой поднос, встала.

– То есть помощь тебе не нужна? – спросил он, глядя с хитрецой.

– Не за такую цену.

Несколько мгновений мы просто мерились взглядами.

– А, ладно. – Элой сдался первым. – Вьешь ты из меня веревки, новенькая. Поцелуй в щеку – идет?

Я не удержалась от улыбки.

– Идет.

Парень вытянул ладонь, и мы скрепили уговор дружеским рукопожатием.

Вернее, это я так думала.

Он же умудрился ловко перевернуть мою ладонь и, поднеся к губам, запечатлеть на ней быстрый поцелуй.

– Все для моей прекрасной дамы, – промурлыкал он.

– Надеюсь, что-то выясним, – ответила я хмуро, дабы умерить его пыл.

Собирались же проникать в подземелье академии, и вряд ли это будет просто. И все же разговор меня приободрил, и в общежитие я возвращалась в куда более приподнятом настроении. Снова с опаской входила в комнату, но и на этот раз обошлось без сюрпризов. Возможно, девушки вняли моим угрозам, а возможно, планировали что-то еще.

Усевшись на кровать, я подперла щеку кулаком. Надо придумать, как их заставить убираться. Угрозы не помогли. Может, им что-то предложить? Но что...

Ладно, сегодня уже все равно ничего не сделаю. Сдавшись, немного позанималась математикой и завалилась спать.

А утром созрело что-то вроде плана.

В столовой я высматривала Мэтта, и когда он появился – сразу пересела к нему. Задача предстояла непростая. Первым делом девушек нужно было разделить, и в этом я и рассчитывала на приятеля.

– Какая из них тебе больше нравится? – поинтересовалась я.

Мэтт мечтательно улыбнулся.

– Лиана.

Брюнетка, значит.

– Мне очень нужно, чтобы ты ее отвлек и я смогла увести Регину. После третьей пары большая перемена, там было бы идеально.

Мэтт поправил сползшие на нос очки.

– Но что я ей скажу? – растерянно спросил он. – Она просто пройдет мимо.

– Скажи что-нибудь про Элоя. Вы ведь теперь друзья?

– Вроде того.

– Ну вот, главное – будь поувереннее.

Мэтт невесело усмехнулся:

– Легко сказать...

– Я в тебя верю. – Я хлопнула его по плечу.

Мэтт вяло улыбнулся, но помочь все-таки согласился.

После завтрака я побежала на занятия по магической подготовке. Сегодня генералу помогали старшекурсники. Двое проводили ритуал по вызову магического оружия – стояли с чашами, как та статуя на арене, а курсанты выстроились к ним в очередь. Еще двое старших раздавали оружие обычное, и к ним очередь была раза в два меньше.

Те, кто обзавелся луком или мечом, возвращались к генералу, и тот ставил ребят в пары.

– Блейк, – позвал генерал. – Вы с Драммером.

Я посмотрела на сокурсника. Невысокий жилистый паренек с темными волосами. Помнится, это он тогда возмущался, что на арене была толпа народу, а наказали всего нескольких. За что его определили отмывать алхимическую лабораторию.

У Драммера в руках был меч, и это не могло не озадачить.

– Но, куратор, – возразила я, смерив соперника взглядом. – У меня же лук...

– У тебя магическое оружие, Блейк, – ответил генерал. – Оно может менять форму.

Драммер глянул снисходительно, давясь усмешкой.

– Может, поставите меня с кем-то другим? – попросил он.

Явный любитель поспорить с преподавателями.

– Курсант Драммер, – проговорил генерал ледяным тоном, заставляющим мурашки бежать по спине. Почему-то у меня, хотя я ничего не сделала. – Выполняйте приказ.

Парень вскинул меч, отливавший красным. Понятно, что магический, но этот как будто особенный. Может, усиленный.

Я вытянула ладонь и призвала свой лук. Так, теперь надо понять, как его преобразовать. Генерал смотрел на меня, и от этого становилось только хуже. Было стыдно его подвести. Он ничего не говорил, но вдруг в душе ругал или поторапливал?

Драммер громко фыркнул:

– Так и будем стоять?

Я глубоко вдохнула и сосредоточилась на своей руке. Меч, мне нужен меч. Лук засветился и начал преображаться, вот только меч вышел какой-то странный – длинный, с чуть изогнутым лезвием, обмотанной кожей рукояткой и с круглой гардой.

– Это что? – усмехнулся Драммер.

Я бросила взгляд на генерала. В глазах куратора отразилась легкая задумчивость. Словно он если не знал, то догадывался, что это могло значить.

– Начинайте, – скомандовал он.

Брайан

Курсанты двигались неуверенно, словно примеряясь друг к другу, а я за ними внимательно наблюдал. Понятно, что мы еще будем изучать конкретные приемы, но сейчас хотелось посмотреть, кто на что способен и у кого какой уровень.

Сандра призвала необычный клинок. Такая форма была у древних мечей до имперского периода, и сейчас осталось мало кузнецов, которые бы изготавливали что-то подобное. Да и тактика с такими мечами отличалась от принятых сейчас. А потому было странно, что оружие Блейк приняло именно такую форму. Судя по тому, с каким удивлением она уставилась на лезвие, она тоже не ожидала такого поворота. Так подействовала ее магия.

В одном этом событии нет, конечно, ничего такого, но, учитывая те странные случаи с курсантками Салливана, наводило на нехорошие мысли.

Я качнул головой.

Не буду торопиться с выводами.

Ребята между тем немного разогрелись и осмелели. Драммер делал выпады один за другим, а Блейк уворачивалась и отбивалась, демонстрируя отменную ловкость. Ей бы еще научиться контратаковать. Да, вот так, только поувереннее.

Ее синие волосы, стянутые в хвостик, раскачивались при каждом движении. А на точеную фигурку было сложно не любоваться. Драммер был не из крупных, но все же мог задавить массой. Блейк это явно понимала и умудрялась играть от своих сильных сторон – а именно ловкости и скорости. Не терпелось научить ее паре приемов, с которыми она сразу бы уложила противника на лопатки.

Наблюдая за Сандрой, я вдруг понял, что смотрю только на нее. А следовало бы уделить внимание и другим поединкам.

Я потер глаза. Что со мной? Да, она девочка, за нее можно волноваться больше, но нельзя забывать про остальных.

Только пока я об этом рассуждал, все равно продолжал смотреть на нее.

Выпад Драммера, Сандра отскочила, ушла в сторону. Отлично. Удар, он парировал, она снова ушла. Драммер скрипнул зубами, рыкнул и толкнул девчонку ногой. Она потеряла равновесие и упала в траву.

Я вздрогнул, дернулся, уже готовый мчаться к ней на выручку, но Сандра не растерялась. Откатилась в сторону до того, как Драммер успел ударить, и сделала ему подножку. Парень рухнул вниз.

– Достаточно! – Я прервал их. – Возьмите пока перерыв, а потом тренируйтесь в стрельбе.

И с трудом заставил себя отвернуться. А то я так и буду смотреть за Сандрой, а надо заняться и остальными.

И все же девчонка молодец, не растерялась. Обязательно научу ее, как использовать движения соперника против него же.

Так, почему я до сих пор об этом думаю?

Два курсанта передо мной колошматили друг друга без всякой тактики, просто били куда придется. Надо их разнять, а я в облаках витаю.

Все, Брайан, займись делом. И все же Сандра...

Р-р-р-р-р.

Сандра

После занятий с генералом были еще две пары. На одной пытались разучить простенькое заклинание заживления ран, что на деле оказалось не таким уж простеньким, а на второй вгрызались в магофизику. Высидев положенное время, я вылетела из аудитории первой. Надо было спешить к Регине с Лианой. Их занятия были этажом ниже, они могли уйти в столовую, а желательно было перехватить Регину где-нибудь на улице, чтобы поговорить без посторонних.

Слетев по лестнице вниз, я увидела, как Мэтт пытается убедить Лиану с ним поговорить. Та закатывала глаза, а Регина стояла рядом со скучающим видом. Разлучить их оказалось не так-то просто, но я пошла на абордаж. Пронеслась мимо и просто внаглую ухватила блондинку за локоть и потащила за собой. Вот так, грубой силой.

– Чего тебе надо? – возмущалась Регина.

Лиана было подалась за ней, но Мэтт ловко перегородил ей дорогу. А дальше мы завернули за угол, и я затолкала девушку в аудиторию, еще и дверь прикрыла. Подруга точно не найдет! Или найдет, но не сразу.

– Да отцепись уже от меня! – фыркнула Регина, отскакивая в сторону, словно я заразная.

– Извини, – начала я, наблюдая, как вытянулось лицо блондинки. – Но мне нужно с тобой поговорить без Лианы. Она была бы против.

Блондинка скрестила руки на груди.

– О чем ты?

– Сегодня после занятий мы с Лианой будем мыть ту аудиторию, – ответила я, стараясь звучать непринужденно. – Но, мне кажется, это несправедливо по отношению к тебе.

Регина сдвинула свои тоненькие, тщательно ухоженные брови.

– Что за чушь?

– Вчера вечером я видела Лиану с Элоем...

– Где? – сразу перебила Регина.

– Возле общежития.

– Нет, она вроде не выходила... – пробормотала блондинка.

А я воспользовалась моментом, чтобы продолжить:

– Признаться, я попросила Элоя поговорить с вами... – Я сделала вид, что мне неловко.

– Ага, потому что у самой кишка тонка решать свои проблемы. – Регина усмехнулась.

Я пропустила реплику мимо ушей.

– Он обещал помочь, потом они с Лианой виделись. Не знаю, что именно обсуждали, но она сказала, что сегодня придет в аудиторию.

– Ну нет. – В голосе девушки мелькнуло сомнение. – Мы же только что договорились, что будем делать вместе реферат.

Я пожала плечами.

– Возможно, она потом скажет, что у нее болит голова, и отлучится. Я не знаю, но факт, что она просила тебе не говорить. А я считаю, что это нечестно, если генерал отчислит только тебя. Да и даже если нет...

Я замолчала, глядя на Регину испытующе. У той на лице отражались тридцать три сомнения. Понятно, что слово подруги весомее моего, но тут речь шла о парне и их общей цели. Я намеренно не стала придумывать, чем Элой мог подкупить Лиану, потому что была уверена – Регина сочинит это за меня. В остальном о нашей дружбе с сердцеедом было всем известно, недаром он делал заявления в столовой. И обращение к нему за помощью было вполне логичным. Сама Регина, скорее всего, именно так бы и поступила. А потому история получалась правдоподобной, хоть и неприятной.

– Ладно, – выговорила она наконец, – я тоже приду тебе помогать, а там посмотрим.

Хотелось ее поправить, что она не «мне помогала», а участвовала в выполнении общего задания, вернее, отработке наказания, но я уж не стала придираться. И так потребовалось все актерское мастерство, чтобы не начать ликовать.

– Только Лиана просила тебе не рассказывать, – добавила я, поджимая губы. – Пожалуйста, не выдавай меня, а то она разозлится, опять начнем воевать, а не хотелось бы.

Регина понимающе кивнула.

– Да мы уже тоже не хотим, смысла нет... Все равно Элой никогда не женится на такой, как ты.

С этим я спорить не стала. Блондинка поправила свои роскошные волосы и, гордо вскинув голову, покинула аудиторию.

Так, одна есть. Теперь нужно побеседовать с Лианой и повторить похожий трюк. Вот только если я уведу ее на глазах Регины, это будет слишком подозрительно. Девушки поговорят и все выяснят. В лоб действовать не получится, надо исподтишка.

Поразмыслив, я пришла к неутешительному выводу, что без Элоя не обойтись. И если за помощь с подземельем башни он попросил поцелуй, то что попросит сейчас?

Еще минуту я колебалась, но рассудила, что выбора нет.

Красавчик-блондин нашелся в парке. Сидел на скамейке рядом с незнакомой мне девушкой с рыжими волосами. Рука парня покоилась на спинке скамейки, словно еще мгновение, и он обнимет свою спутницу. Момент, конечно, неподходящий, и меня снова охватили сомнения.

Барс лежал рядом, положив голову на вытянутые лапы. Почуяв меня, он встрепенулся, а за ним и Элой повернулся. Меня заметили, и прятаться в кустах больше не имело смысла.

– Простите, не хочу отвлекать, – протараторила я, выставляя раскрытую ладонь. – Я на минутку. Хочу одолжить у тебя Барса.

Лица обоих ребят приобрели непередаваемое выражение.

– А ты нас не представишь? – первой очнулась рыжая.

– Я ну очень спешу. – Я виновато улыбнулась. – Мне нужен Барс. Всего на минуточку, потом верну.

Похоже, Элой что-то разглядел в моих глазах, потому что тоже улыбнулся и махнул своему файру. Волк послушно поднялся и последовал за мной.

Мы завернули за фонтан и остановились у небольшой полянки, окруженной живой изгородью.

Оказавшись наедине со зверем, я слегка растерялась. Волк смотрел на меня вопросительно, а я даже не знала, понимал ли он человеческую речь. Элой явно общался с ним как-то иначе.

– Ты меня понимаешь? – спросила я, не зная, с чего начать.

Волк склонил голову набок.

– Сидеть, – скомандовала я.

Барс обнажил клыки и недобро зарычал.

А-а-а, что же делать?

– Ладно-ладно! – Я выставила руки вперед. – Я не собираюсь тобой командовать. Мне просто нужно знать, что ты меня понимаешь. Так что прошу, очень прошу, сядь, пожалуйста.

Волк перестал скалиться и действительно сел. От радости я хлопнула в ладоши.

Отлично, он меня услышал! Значит, пора переходить ко второй части плана.

Я вырвала из тетради лист и написала: «У фонтана. Сейчас». Не знаю, знала ли Лиана почерк Элоя. Я старалась писать убористо и резко, как обычно пишут парни, но в конце, подумав, пририсовала маленькое сердечко. Подписывать записку не стала и свернула в трубочку.

Вместе с Барсом мы пошли к столовой. Девушки как раз заканчивали обедать. Попросив волка отнести в зубах записку Лиане, я спряталась за дверью. Не удержавшись, все равно подглядывала через щель.

Файра Элоя, конечно, сразу узнали. Брюнетка удивилась, но, развернув записку, просияла. Регина же, наоборот, насупилась и накинулась на подругу с расспросами. Та оправдывалась, пожимая плечами, но не переставала улыбаться. Блондинку это явно выводило из себя, на что я и рассчитывала. В итоге брюнетка схватила свою сумку и гордо вышла из-за стола. Регина крикнула ей что-то про поднос, но Лиана уже была на выходе.

Торопилась к фонтану, где, увы, вместо Элоя к ней подошла я.

– Опять ты. – Она тяжело вздохнула. – Чего тебе надо? Я тут кое-кого жду, мне некогда.

– Извини, записку написала я, но мне нужна всего минута, – быстро проговорила я, не давая ей шанса перебить. – Просто не люблю несправедливость.

Девушка подняла темную бровь.

– Регина просила тебе не говорить, но... – Я замялась. – Это все-таки нечестно.

Как и в случае с ее подругой прием сработал безотказно. Лиана даже сомневалась куда меньше, чем Регина. Но в конце все равно сделала вид, что делает мне великое одолжение.

– Ладно, я тебе помогу, – с ленцой в голосе выдала она. – Но тебе не стоило вовлекать Элоя в свои дела.

– Он мой друг, – ответила я и добавила: – Просто друг. Правда.

Лиана закатила глаза.

– Как будто кто-то поверит, что бедной девице не нужен в мужья красавчик и сын герцога. Кому ты заливаешь?

Так и хотелось огрызнуться, что по себе не судят, но я решила не портить свой маленький успех.

Впрочем, уже попрощавшись с Лианой, я подумала: а вдруг они все же поговорят, посмеются надо мной и не придут? Что я тогда буду делать? Второй раз я уже не смогу никого убедить. Да со мной и разговаривать не станут.

Погладив Барса и почесав за ушком, я отпустила его к хозяину. Сама же побежала в столовую. От перемены осталось всего ничего, и пришлось жевать со скоростью молотилки.

Оставшиеся занятия я сидела как на иголках, нервничала и не могла дождаться, когда наконец пойду в аудиторию 303.

Остановившись перед дверью, я пару секунд собиралась с духом. Затем толкнула дверь и... выдохнула.

Регина сидела на столе с хмурым видом.

– Где тебя носит? – Она расцепила сложенные на груди руки и встала. – Давай за дело.

Лиана чуть опоздала, но, когда девушки увидели друг друга, между ними разве что искры не вспыхнули. И вокруг подозрительно стихло, как перед грозой.

– Ты чего тут? – первая заговорила брюнетка. – Ты же не собиралась.

– А ты?

– Девушки, Альварес дал мне моющее средство...

Меня не слышали. Подруги так и стояли напротив друг друга, меряясь взглядами, и я на мгновение испугалась, уж не переборщила ли. Вчера они со мной воевали, если и сегодня будут кидаться магией, а не убирать, мы никогда не закончим.

По счастью, буря так и не разразилась. Девицы все же перестали играть в гляделки и переключились на меня. Я показала чудо-средство Альвареса, затем мы поделили аудиторию на три примерно одинаковых сектора, и каждая занялась своим делом.

Работа продвигалась небыстро, но поначалу вполне успешно. Я собрала книги и смогла отмыть стену от сажи, но, когда пошла скрести парты, поняла, что устала. Хоть мы теперь были втроем, все равно казалось, что сколько ни делай – конец не наступит никогда. Вот ведь наказание! В прямом смысле...

– И все-таки не понимаю, за что нас так, – тихонько подвывала Лиана.

– Ну пошутили с формой, подумаешь, – добавляла Регина.

У меня не было сил даже на то, чтобы вмешиваться и что-то говорить. Нет, генерал точно решил нас уморить...

Раздосадованная тем, что последнее розово-зеленое пятно никак не хотело исчезать с парты, я просто взгромоздилась рядом с ногами и тяжело вздохнула. Девушки обернулись ко мне. Но сказать ничего не успели, потому что аудиторию вдруг затрясло.

Книги снова попадали с полок. Регина и Лиана с визгом прыгнули в объятия друг друга. А я почувствовала странное. Воздух словно стал плотнее, кожу начало покалывать, как от микроразрядов. А затем произошло и вовсе невероятное.

Глава девятая

Сандра

В аудитории потемнело. Непонятно откуда, кажется, со всех сторон сразу к нам устремились сиреневые струи. Вблизи было видно, что они состояли из множества крохотных искорок. Проносясь мимо, щекотали кожу. Но там, где необычная магия касалась мебели и стен, пятна исчезали. Возле полки струи обратились в смерч и, подняв книги в воздух, водрузили их обратно на полки.

Регина с Лианой жались друг к другу, и я стояла с открытым ртом. Мы изумленно уставились на невидимого уборщика, придавшего аудитории первозданный вид всего за несколько минут. Затем магия отползла к углам, окнам и потолку, словно что-то втягивало ее обратно. Воздух посветлел, а в нос ударил сладкий запах тех самых цветов, что я нашла в парке.

Когда магия скрылась окончательно, перед нами сияла идеальная чистота.

Вспомнив, что надо дышать, я глубоко вдохнула. А выдохнуть не успела, потому что девицы уже полезли с вопросами.

– Ч-что это было? – заикаясь, воскликнула Регина.

– Ты это сделала? – тут же напала на меня Лиана.

Я скрестила руки на груди. Ну вот опять они...

– Если бы я могла так легко убраться, зачем мне вы? – резонно заметила я.

Испуганные лица девушек приобрели одинаково напряженные выражения. Словно они изо всех сил старались думать, но шестеренки никак не хотели проворачиваться. Переглянувшись, они друг другу кивнули.

– Но если не ты, – осторожно начала блондинка, – тогда что...

– Не знаю. – Я качнула головой. – Но на всякий случай предлагаю никому об этом не рассказывать.

– Да, пожалуй, – согласилась Лиана и потянула подругу за рукав. – Идем отсюда.

Забыв о разногласиях, они торопливо ретировались.

Оставшись одна, я медленно прошлась по рядам. Не знаю, что именно искала, но вот так сразу не хотелось уходить. Хотя я была уверена, что ничего не делала, чутье все же подсказывало, что странная магия должна быть связана со мной. Я разозлилась, что мне выпало такое тяжелое наказание, и вот пожалуйста, все сделали за меня.

Только почему я? Почему нечто не кинулось выполнять желания девиц?

Размышляя, я продолжала блуждать взглядом по рядам теперь чистых парт. И, дойдя до последнего, резко остановилась.

В углу стояла деревянная кадка с землей, и рос в ней тот самый голубой цветок. Причем этот куст был крупнее тех, что я видела в парке и посадила у себя в комнате. И этот аромат я теперь точно ни с чем не спутаю.

Как нас учили еще в школе, если что-то произошло однажды – это случайность. Дважды – совпадение. А вот три раза... Три раза – это закономерность! Цветок имел какое-то отношение к магии, я не сомневалась.

Подойдя ближе, я коснулась бархатистых лепестков. На ощупь они казались теплыми, так странно... Хорошо бы с кем-нибудь посоветоваться. Завтра в расписании был урок травоведения. Возможно, преподаватель знает, что это за растение. Да я и сама могла бы посмотреть в библиотеке.

Я обернулась. Что ж, аудитория блестела чистотой, а по времени генерал еще не должен был вернуться со сбора фруктов. Так что самое время заняться исследованиями. Мне правда еще надо было учить уроки, но сейчас как-то не до того. Странная магия важнее.

Рассудив таким образом, я спустилась по рядам вниз, и уже у самой двери меня снова настиг зов. Тоскливый вой больно отдавался в висках.

– Я работаю над этим, – пообещала я. – Как Элой вернется, сразу его расспрошу.

Нечто отозвалось недовольным гулом, словно мне не верило. Но все же зов прекратился. И уже в коридоре я подумала, что странная магия могла мне, наверное, помочь. Надо только разобраться, как она действует.

Пока шла в библиотеку, слушала разговоры проходивших мимо курсантов. Они обсуждали подземные толчки и кого и где они застали. Но, похоже, странная магия случилась только в аудитории 303.

Значит, все-таки она была связана именно со мной?

В библиотеке я обложилась справочниками по ботанике и магическим растениям. Но искать было сложно, потому что я не сильно разбиралась в предмете и не могла определить, к какому семейству относился мой цветок.

В пансионе у нас была учительница по травам, которая учила лекарственным растениям и как правильно выбирать и заваривать чай. Но на уроках она упирала на зазубривание. Мы просто учили наизусть названия и свойства той или иной травки, а вот научную сторону дела обходили стороной. И хотя тогда я не особенно об этом думала, сейчас это вызывало злость. Дурацкий пансион! Не хотелось признавать, но Альварес в чем-то был прав, ставя под сомнение стандарты обучения в моей школе.

Запустив пальцы в волосы, я снова вернулась к справочникам, но час спустя с отчаянием поняла, что на пролистывание тысячи страниц уйдет уйма времени, да еще и не факт, что это растение там есть. Уж больно оно странное.

Ладно, попробую разобраться завтра. Вернув книги, я покинула библиотеку. Дошла до столовой, где взяла себе чай, и, устроившись за столиком Элоя, решила его подождать.

Местный ловелас явился даже раньше, чем я думала. Но для разговора утащил меня в парк. Мы устроились на лавочке, и Барс нагло положил голову мне на колени.

Я потрепала волка за ухом, но стоило убрать руку, как он недовольно зарычал.

Элой широко улыбнулся.

– Все, теперь он от тебя не отвяжется.

– Напоминает его хозяина, – заметила я.

– Не надо. – Парень приосанился. – Я тебя честно завоевываю.

Не став это комментировать, я вернула нас к теме:

– Что-то удалось узнать? – И сама погладила Барса.

Элой даром времени не терял. Назначил следить за башней пару однокурсников, а сам осторожно расспрашивал знакомых. Как выяснилось, под оружейной действительно был подвал. О нем мало кто знал, потому что курсантам туда вход был воспрещен. Из необычного: в башню сегодня заглядывала пара рабочих, которые несли какой-то ящик, да наведывался профессор алхимии Вильямс.

– Его мог вызвать ректор, – заключил Элой. – А в ящике могло быть что-то для оружейной. Рано делать выводы, надо понаблюдать еще хотя бы несколько дней.

Я мотнула головой.

– Мне надо попасть туда сегодня.

Элой вскинул брови.

– Куда такая спешка?

– Оно меня зовет, понимаешь? Я не могу больше ждать.

Барс ткнулся носом в мою ладонь и лизнул. Элой глянул на него задумчиво.

– Все так серьезно... – проговорил он вполголоса и, выпрямив спину, добавил: – Ладно, есть вариант, но он рискованный.

Я подалась вперед.

– Что надо делать?

– В башню напрямую мы проникнуть точно не сможем, – заговорил Элой. – Все подступы к ней хорошо просматриваются. А колодец, после того как нас поймали на арене, генерал велел заколотить. Говорят, там еще и магическая печать стоит, так что точно лучше не соваться. Можно было бы проникнуть на арену, но мы опять окажемся перед той стеной с рычагом, и как оно работает – неясно.

Пока он перечислял варианты, которые невозможны.

– И что ты предлагаешь? – поторопила его я.

– Из главной башни должен быть ход за стены академии. Просто обязан быть, понимаешь?

Я кивнула. Я читала в туристической брошюре, которую взяла на портальной станции, что в доимперские времена здесь было независимое королевство, а замок принадлежал королю Аренгою. В случае атаки он должен был иметь возможность сбежать. Вот только неясно, сохранился ли этот ход до сих пор.

Это я и спросила у Элоя.

– Не знаю, – честно ответил он. – Но у Барса отличный нюх на все скрытое. Нам главное выбраться за стены, а дальше разберемся.

Я подняла голову и посмотрела на часы на башне. Элой проследил за моим взглядом.

– Да, ворота скоро закроют. – Он поднялся. – Так что идем.

И, схватив меня за запястье, увлек за собой.

Стражникам мы соврали, что когда Элой выезжал на отработку, то потерял по дороге фамильное кольцо. И очень просил отпустить его поискать.

– После девяти вас обратно не пустят, – предупредил нас мужчина.

– Я обязан хотя бы попытаться, – ответил парень.

Оказавшись за территорией замка, мы пошли сначала по дороге, чтобы не вызывать у стражников подозрений, а потом свернули к стене. Солнце уже садилось, и пришлось зажигать мои световые шарики.

– Днем, конечно, было бы лучше, – посетовал Элой.

– Днем было бы больше вопросов, почему мы не на занятиях, – возразила я.

Вдоль стены мы шли довольно долго. Барс бежал впереди, но ничего необычного не находил.

Вокруг окончательно потемнело, и в небе высыпали звезды.

Элой зевнул, потянулся и с самым невинным видом водрузил руку мне на плечи.

– Романтично даже...

– Хорошо же шли, – пробурчала я, стряхивая его руку.

– Вредная ты, новенькая, – заметил он с улыбкой. – Но ничего, если все получится, ты должна мне поцелуй.

– В щеку, – добавила я.

– Да после таких стараний... – начал было Элой, но я перебила:

– Нет.

– Вот возьму и развернусь, – проговорил он, надувая губы.

– Я не веду переговоров с шантажистами.

Мы оба рассмеялись, и возникшее было напряжение сразу ушло.

А я почему-то подумала о генерале. Совершенно не к месту.

Если бы я пришла к нему сама и честно все объяснила, может, он бы понял? Может, не пришлось бы пробираться в башню, как двум ворам?

На сердце защемило, как будто я подводила и его, и себя.

– Ты чего загрустила? – вкрадчиво спросил Элой.

Отвечать не пришлось, потому что Барс остановился возле зарослей кустарника и протяжно завыл. Мы побежали к нему.

Стена, хоть и спрятанная за зеленью, выглядела вполне обычно. Ни двери, ни каких-то особых углублений. В четыре руки мы с Элоем ощупали кладку.

– Вроде ничего нет, странно, – пробормотал парень и покосился на своего волка. Барс склонил голову набок. – Он уверен, что там ход. Ладно, отойди-ка в сторону.

Не зная, что именно Элой предпримет, я все равно послушалась и отступила. Парень сложил ладони вместе, а затем резко выбросил их вперед.

От его рук пошла массивная волна воздуха и, ударившись о стену, разбила камни. От неожиданности я слегка подпрыгнула и испуганно задрала голову. Казалось, что вот-вот со стены сверху на нас кто-нибудь посмотрит. Но, видимо, даже если в академии и слышали, чтобы определить конкретное место, все равно потребуется время.

Зато магия Элоя не была потрачена зря. В стене появилась черная дыра. Я послала через нее свои огоньки. И правда коридор. Не став ждать, перебралась через груду камней внутрь.

Тайный ход был довольно узким. Можно было идти вдвоем рядом, но тогда мы с Элоем все время задевали бы друг друга локтями. Так что отправились гуськом.

– Пусти Барса вперед, – предложил парень.

Сам он остался позади, чтобы прикрывать. А может, смотреть на мою спину, кто его знает. Мне было не до того. На радостях я ускорилась, и только необходимость глядеть под ноги не давала пуститься бегом.

Коридор был прямым, с небольшим уклоном вверх, и заканчивался тяжелой дубовой дверью с металлическим кольцом. Потянув за него, я поняла, что закрыто с той стороны.

– Если мы под главной башней, то лучше ничего не взрывать, – я перешла на шепот. Элой согласно кивнул.

Замка на двери не видно, так что, скорее всего, она была закрыта на засов или щеколду. Подозвав свои летающие огоньки, я внимательно осмотрела щель между дверью и стеной.

– Задвижка, – сказала вслух и, вытянув руку, призвала в ладонь свой меч.

– Ого, – впечатлился Элой. – Какое у тебя интересное оружие. Древнее как будто.

– Такое призвалось. – Я пожала плечами и сунула узкое лезвие в щель.

В этом плане повезло, потому что обычный меч бы не протиснулся. Этот же был то что надо. Я попыталась толкнуть деревянную задвижку вверх, но ту явно что-то держало. Скорее всего, она лежала не на полочке, а в кольце. Вот черт!

– Здесь пригодилась бы пилка. – Я вытащила меч. – У тебя случайно с собой нет?

Не то чтобы я всерьез спрашивала, но Элой удивил.

– Есть. – И, раскрыв ладонь, и правда призвал в нее тонкую пилу. – Магическое оружие может принимать разные формы.

Я со значением посмотрела на свой меч, но тот преображаться не пожелал.

– Придет с опытом, – добавил Элой и, отодвинув меня в сторону, сунул пилку в щель.

Через несколько долгих и скучных минут с задвижкой было наконец покончено, и мы раскрыли дверь.

Часть меня ждала, что и сейчас заденем какую-нибудь сигнализацию, поэтому я торопливо пошла вперед. Если за нами уже вышли, то, может, хоть что-то успеем.

За дверью оказалась небольшая комната с четырьмя здоровыми бочками. Вероятно, хозяева замка некогда держали здесь запасы воды. Дальше был еще один коридор, разветвлявшийся на две стороны.

– Куда? – спросил Элой, останавливаясь.

Я закрыла глаза и прислушалась. Неизвестный словно уловил мой посыл и ответил знакомым зовом.

– Направо.

Здесь коридор стал шире. Огоньки полетели вперед, освещая помещение, а у меня похолодела спина. Я резко сбавила шаг, отчего Элой чуть на меня не налетел.

– Что... – начал было он и осекся.

Шерсть на спине Барса встала дыбом.

С обеих сторон от коридора шли углубления. Со стен и потолка свисали цепи и тяжелые крюки, стояли покрытые бурыми пятнами столы, в углу примостилась какая-то шипастая конструкция. Все было ржавым и старым, как сама академия. Слава богам, здесь явно давно никого не пытали, но от зрелища все равно неприятно ворочалось в животе.

А вот впереди огоньки осветили еще один коридор, примыкавший к этому буквой «Т». В нем углубления закрывались решетками. И хотя толком ничего не было видно, я чувствовала – оно рядом, именно там, в этой жуткой темнице.

Барс тоже чувствовал, вот и ощетинился.

Элой замер, озадаченно глядя на своего файра, а я пошла вперед. Следуя за зовом, свернула влево и остановилась напротив решетки в полтора раза меня выше. За ней появились знакомые голубые глаза.

Лиса подалась вперед, но замерла, не касаясь решетки. Я просунула ладонь между прутьев и коснулась влажного носа.

– Это ты меня звал?

В ту минуту я вдруг поняла, что передо мной мальчик. Лис. И он уже давно меня ждал.

– Эм, Сандра... – голос Элоя за спиной чуть дрогнул.

Я подняла руку от носа выше и погладила зверя по мягкой шерсти.

– Сандра, это скаарг, – объявил парень, заставив меня обернуться.

– Что?

– Это скаарг. Измененная дикой магией лисица. Пожалуйста, скажи, что мы сюда шли не за ним.

Еще ни разу я не видела Элоя таким напуганным. Куда подевался его самоуверенный разбитной вид?

– Все в порядке, он хороший, – ответила я с улыбкой.

– Хороший? – У парня округлились глаза. – Скаарг не может быть хорошим. Они убивают людей, и особенно магов. Вам об этом разве не рассказывали?

– Рассказывали, – пришлось признать. – Но Рэн другой.

Почему-то мне захотелось назвать его именно так.

– Рэн? – Теперь Элой смотрел на меня как на безумную.

Погладив лиса по носу, я все же убрала руку и принялась осматривать решетку. Прутья толщиной с руку, гигантский амбарный замок. Чем такой открыть?

А может, Рэн смог бы просто выломать его? Ну, если бы напрягся...

Я коснулась металлического прута. Руку словно пронзило тысячью иголок, я резко ее отдернула и потрясла.

– Магическая защита, – заметил Элой. – Ты так просто его отсюда не вытащишь. Да и я по-прежнему не понимаю, зачем тебе это.

– А ты бы хотел всю жизнь просидеть в темном подвале за решеткой? – спросила я.

– Но он дикий и опасный...

– Ничего подобного. Он меня позвал, и я без него не уйду.

Элой закатил глаза.

– Ладно, допустим. – Он тяжело вздохнул. – Но магическую защиту мы своими силами не снимем, понимаешь?

Я задумчиво потерла подбородок.

– Меня словно ударило молнией. Может, есть способ противодействовать именно этой магии?

Барс снова ощетинился и зарычал.

– Сюда идут! – воскликнул Элой и дернул меня за руку. – Будет лучше, если нас поймают в другом месте.

Я только и успела, что глянуть Рэну в голубые глаза, как парень уволок меня обратно к пыточной. И мы едва успели спрятаться за шипастой конструкцией, как в коридоре послышались тяжелые шаги. Я погасила свои светящиеся шарики, но была не уверена, что темнота поможет.

– За скаарга точно влетит, – прошептал парень. – Пусть лучше решат, что мы придурки...

Я только хотела спросить, что он имел в виду, как оказалась прижата к холодной стене. Не дав мне опомниться, Элой припечатал мои губы своими.

Глава десятая

Брайан

Альварес принес в мой кабинет запечатанную папку.

После поступления Блейк в академию я связался с Чарльзом, армейским приятелем, который нынче служил в полиции. Я попросил его разузнать о Сандре. Кто, откуда, для начала хотя бы общие сведения. И приятель прислал с курьером небольшое досье.

Сандра была приемной дочерью мелкого дворянина и помещика. Небогатого, но оплатить недешевый пансион он смог. А вот там уже начались проблемы. Больше сотни дисциплинарных взысканий и выговоров только за последний год. Похоже, от исключения Сандру спасало только то, что она отлично училась.

А ведь, глядя на нее, и не подумаешь, что злостная хулиганка. Скорее свободолюбивая и любопытная. Впрочем, для подобных пансионов это-то и самое страшное.

Я представлял, как ломают еще совсем юных девочек, встраивая их в систему. Почти как в армии. Только там ты можешь дорасти до высокого звания и послужить своей стране, а тут... Тут человека готовят на службу одной конкретной семье, которая еще не факт, что это оценит.

Впрочем...

Мне представились голубые глаза Сандры и их упрямый блеск. Нет, эту девчонку так просто не сломить.

Улыбнувшись, я вернулся к папке.

Летом учащиеся возвращались из пансиона домой, и, похоже, Сандра часто подрабатывала. Чарльз пока не выяснял подробно где.

Зато узнал главное, что меня интересовало: родилась ли Сандра с синим цветом волос или он приобретенный. Оказалось, что второе. Но причины неизвестны. Во всяком случае, в пансионе сказали, что она такой вернулась с лета, а семью люди Чарльза по моей просьбе пока не расспрашивали. Не хотелось привлекать лишнее внимание.

– Интересно... – Побарабанив пальцами по столу, я активировал шар связи.

– Получил? – услышал я бодрый голос Чарльза.

– Благодарю.

– Но ты хочешь знать больше? – проницательно заметил приятель.

– Скажи, а нельзя ли выяснить, где конкретно работала Сандра Блейк в то лето, когда ее волосы поменяли цвет?

– Сделаем. Но с тебя причитается. – Чарльз хохотнул и прервал связь.

А я снова побарабанил по столу.

Дались мне эти волосы... Наверняка это совпадение. Сейчас такую деталь про Джексона вспомнят даже не все историки.

Вот те случаи с магией на расстоянии – это уже серьезнее. Но, может, опять же – совпадение?

Мой мозг словно пытался разгадать сложный ребус, а другая часть меня отчаянно пыталась ему это запретить.

Я боялся того, о чем думал. Но если это окажется правдой, Сандра будет в опасности. Я буду обязан доложить о ней в Орден хранителей.

С другой стороны, если мы с ней разберемся первыми, то может оказаться, что это и правда совпадение и мои подозрения напрасны.

Я поднялся из-за стола.

Ладно, на сегодня я больше ничего не могу сделать. Да и нужно везти ребят на отработку. Интересно, как Сандра справилась с ее заданием? Сумела ли договориться с девочками?

Я был уверен, что она далеко пойдет и еще станет настоящим лидером.

Думать об этом было куда приятнее, чем опасаться жутких последствий. Беда была в том, что я думал об этом слишком много. К возвращению в академию пришлось признать, что Блейк просто не выходила у меня из головы. Я уже жалел, что поменял ей отработку. Была бы перед глазами... А впрочем, нет, так еще хуже...

Вернувшись в кабинет, я зарылся в бумаги. Дэниел попросил изучить недавнее постановление министерства образования, и мне удалось, почти удалось отвлечься. Но тут хрустальный шар вспыхнул красным, оповещая, что в подземелье забрался посторонний.

Клянусь, если это курсанты, я их лично поубиваю!

Махнув Таре, я запер свой кабинет и сбежал по лестнице вниз. Из оружейной в подвал вела запечатанная магией дверь. Выглядела она нетронутой, так что нарушители попали в темницу как-то еще.

Ход с арены был тоже запечатан и активировался моим амулетом.

Портал? Защиту преодолел бы только кто-то на уровне Салливана, а его появление не подняло бы тревогу. Значит, совсем посторонний. Но откуда он узнал?

Последним вариантом был какой-нибудь боковой коридор, о котором все забыли. По идее, они должны быть завалены, но мало ли... А курсанты – как вода: дырочку найдут.

Скрипнув зубами, я спустился еще ниже и оказался в старой пыточной. Пустил огненный шар, который пронесся над факелами, зажигая их один за другим. И первое, что я увидел при свете, – это черный китель курсанта, кого-то вжимавшего в стену. Рядом с «железной девой». Романтичное место хоть куда!

Можно было бы посмеяться, но тут рядом со светлой макушкой парня мелькнули синие локоны.

И, кажется, весь мир потемнел.

Сандра

Самоуверенности Элою было не занимать. И пер он как кабан. Пока я решала, зарядить ему между ног прямо сейчас или когда нас отсюда выдворят, пыточную озарили огни факелов. А через мгновение наглого курсанта схватили за воротник, как щенка за шкирку.

Генерал Ортега оттащил его в сторону, но смотрел при этом на меня. Так, что хотелось вжаться в стену, присесть и вообще провалиться сквозь землю.

– Простите, куратор, мы только... – забормотал Элой.

Генерал словно неохотно отвел взгляд и посмотрел на него.

– Как вы сюда проникли, Робинс?

Элой поджал губы. Генерал снова схватил его за ворот и слегка встряхнул.

– Ну?

Под ледяным взглядом его синих глаз сложно было не растеряться. Элой еще молодец, держался. Мне кажется, я бы тут же все вывалила.

– Через ход снаружи, – ответил парень. – Случайно...

– Случайно? – переспросил генерал, и мы снова замерли, как завороженные удавом кролики. Ортега разжал пальцы, выпуская Элоя, и коротко скомандовал: – За мной.

И развернулся, не дожидаясь нашей реакции. И так знал, что никуда не денемся, а засеменим следом.

Мы поднялись вверх, миновали оружейную и уже на первом этаже башни столкнулись с куратором Винсентом Хиксом. Он был в обычной рубашке и брюках, слегка взъерошенный и сонный. Пока мы с Элоем искали ход, время убежало к полуночи. Похоже, куратор уже отдыхал.

– Не спрашивай, чем они там занимались, – ответил на его немой вопрос генерал.

– Отчего же, как раз спрошу. – Хикс хитро ухмыльнулся и повернулся к Элою. – Робинс, тебе мало отработки? Может, написать твоим родителям?

Чем продолжился этот разговор, я не узнала, потому что Ортега повел меня в свой кабинет.

Пока поднимались к нему, я судорожно соображала, как мне следует себя вести. Оправдываться? Сказать правду? Придерживаться версии, что мы просто два любителя странной романтики? Элой, скорее всего, выберет именно ее. С его репутацией она самая правдоподобная.

Но вот для меня... Меня больше всего волновала судьба Рэна. Да, Элой сказал, что это скаарг, измененный дикой магией зверь, опасный для людей и всего живого. Но мало ли кто что говорил, я же видела, что он не агрессивен. А они его держат в клетке... Вот кто настоящие чудовища...

Эти мысли так разгорячили меня, что в кабинет я уже входила не провинившейся курсанткой с опущенной головой, а в полной боевой готовности.

– Присаживайся. – Генерал указал на одно из кресел, а сам пошел к столу.

Нет, сидеть у меня настроения не было.

– Я постою, – отозвалась я.

Ортега обернулся и смерил меня ледяным взглядом.

– Садись, я сказал, – проговорил он уже жестче.

У меня дрожали коленки, но я заставила себя выпрямить спину.

– Хочешь еще один дисциплинарный выговор? – Генерал все же устроился за своим столом.

– Я хочу, чтобы вы меня выслушали.

Мой голос звучал непривычно высоко и дергано, но я решила, что пусть так, свое я все равно скажу.

– Что ж... – Он сцепил пальцы замком. – Вперед, курсант Блейк. Говори.

Я понимала, что за такую выходку мне может не просто влететь. Генерал имеет право меня исключить. И тогда прощай все. Придется где-то всю жизнь прятаться. И все же я не могла промолчать. Пусть Элой меня тоже простит, но я должна сказать правду.

– Я оказалась в подвале не случайно, – начала я, набрав в грудь воздуха. – И это было не свидание.

Генерал чуть склонил голову набок, и в его синих глазах мне померещилось скорее любопытство, чем гнев. Нет, он по-прежнему выглядел сурово, но начало моей речи в нем как будто что-то смягчило. Словно, будь я и правда на свидании, это бы его разозлило куда сильнее.

Я отмахнулась от этой нелепой мысли и продолжила. Рассказала про зов и про запертого в клетке двухвостого лиса.

Генерал слушал молча, и его лицо стремительно приобретало озадаченное выражение.

– Вы не можете его и дальше держать в клетке, понимаете? – заключила я. – Это живое существо.

– Это скаарг, – проговорил генерал задумчиво, словно не мне отвечал, а напоминал себе важный факт.

– Он не напал на меня тогда на арене, и я знаю, что не станет нападать сейчас.

Ортега потер подбородок.

– И что ты предлагаешь?

– Выпустить его, конечно! – воскликнула я.

– А если он кого-то убьет? – Генерал наклонился вперед. – Скажем, крестьян. Например, тех, у кого мы собирали урожай. Ты возьмешь на душу такой грех?

Он вроде бы говорил отвлеченно, просто приводил теоретический пример. Но его голос стал чуть ниже, и в нем как будто прорезалась скрытая боль. Словно что-то подобное уже когда-то происходило.

– Рэн не убьет, он... – Я запнулась. Как я могла быть в этом уверена? – Но зачем-то же он меня позвал...

Генерал поднялся из-за стола.

– Я бы все же попросил тебя присесть. – Он подошел к столику, где стояли графинчики с разноцветными жидкостями. – Воды?

– Да, пожалуйста. – На этот раз я послушно опустилась в кресло, а он протянул мне стакан.

– Ты ведь знаешь историю хранителей? – поинтересовался он, усаживаясь на край стола.

Я кивнула.

– В мире нет ничего опаснее дикой магии. Она превращает людей в животных, а животных – в монстров. И однако же Джексон в свое время пытался овладеть ею.

Я отпила воды. Не знаю, к чему он вел, но мне это явно не сулило ничего хорошего.

– Единственное объяснение, почему ты можешь слышать скаарга, а также того, как ты воздействовала на своих обидчиц на расстоянии...

Я хотела возразить, но генерал глянул так, что я сглотнула.

– Единственное объяснение, – продолжил он. – Ты можешь взаимодействовать с дикой магией, Сандра.

В кабинете стало тихо.

Генерал терпеливо ждал, пока я соображу, что это значит.

– Но как? – только и вырвалось у меня.

– Хороший вопрос. – Он кивнул. – Ты помнишь, когда и почему твои волосы поменяли цвет?

Я нервно сжала край формы.

– Это... просто произошло, – проговорила я. – Однажды я такой проснулась.

Последнее было правдой. Почти.

Генерал нахмурился. Он мне явно не верил.

– Я никогда не пользовалась дикой магией сознательно, – поспешила сказать я. – Те случаи с девочками... Я только подумала, что хорошо бы они отведали собственного пирога, как оно само.

Звучало, конечно, по-дурацки.

Я подняла на генерала глаза в надежде на понимание. Что мне теперь делать?

– Кто знает о том, что ты слышала зов скаарга? – спросил Ортега.

– Элой.

– И все?

Я кивнула.

– Хорошо. Придется ему сделать внушение, чтобы держал язык за зубами. Больше никому и никогда об этом не говори. – Его голос звучал устрашающе серьезно. – Ты понимаешь, чем это грозит? Любые попытки использовать дикую магию вне закона. А твой случай и вовсе...

Мне показалось, он сейчас скажет – аномалия.

– Уникальный.

Генерал взял небольшую паузу, давая мне переварить услышанное.

А мне вспомнилась волшебная уборка в аудитории, которую я, получается, и спровоцировала.

– Но что будет, если магия опять вырвется? – спросила я. – Я ведь не знаю, как ее контролировать.

Ортега провел пальцами по своим роскошным волосам.

– По понятным причинам я никогда с дикой магией не работал. Но и отдавать тебя на растерзание не хочу. – Он посмотрел мне в глаза, и все внутри странным образом заволновалось. – Поэтому мы будем заниматься. Наедине.

Последнее слово прозвучало чуть тише и как будто интимнее, вызывая внутри противоречивые чувства.

Получалось, что этот человек будет знать обо мне то, что не должны знать другие. В любой момент он может сдать меня властям. Я буду полностью от него зависеть.

Другой мужчина однажды предлагал мне что-то подобное. Но я сбежала. Сюда и сбежала.

А сейчас какой у меня выбор? Я в клетке, как и Рэн...

– Почему вы мне помогаете? – все же спросила я.

Генерал улыбнулся краешком рта.

– А не нужно?

– Если кто-то узнает... У вас ведь тоже будут неприятности.

– Иногда риск того стоит. – Он посмотрел по-отечески ласково. – Кроме того, если твой дар приобретенный, то, возможно, есть способ от него избавиться. Мы будем искать все варианты.

Мы... Это звучало так странно и непривычно. Я никогда не была «мы», ни в семье, ни тем более в школе.

– А Рэн? – ляпнула я на радостях.

Генерал сдвинул брови.

– Мы должны его отпустить, – добавила я уже не так уверенно.

Ортега поднялся на ноги и прошелся к окну.

– Пожалуйста. – Я встала. – Может, его можно выпустить в лес? Понимаю, что вы его держите, чтобы, скорее всего, что-то изучать. Но он не такой, как другие. Он... уникальный.

Генерал обернулся и смерил меня долгим задумчивым взглядом. Словно пытался прочитать, что у меня в душе.

– Покажи мне, – сказал он наконец.

Мы покинули его кабинет и отправились обратно в подвал. Пока спускались, шли рядом. Я чувствовала исходившее от крепкой фигуры генерала тепло.

Но мне было страшно.

Могла ли я ему доверять?

Я его совсем не знала. А он не знал меня, но все же предложил помощь. Вот только справлюсь ли я? Что, если, несмотря на все усилия, магия вырвется? Что, если об этом узнают? Регина с Лианой уже были свидетелями того, что произошло в той аудитории. Да, пока никак не докажешь, что это было связано именно со мной. Но что, если подобное повторится у всех на глазах?

Жуткие мысли одолевали меня одна за другой, пока мы спускались все ниже. Снова оказались в ужасной пыточной. И мои страхи приняли новый оборот. Что, если я окажусь не в клетке, а на подопытном столе какого-нибудь алхимика? Или такого, как Сенлер?

– Не бойся, девочка, – вполголоса сказал генерал. – Со мной ты в безопасности.

Парадоксально, но всего лишь от его слов мне стало легче.

Мы свернули в коридор и остановились перед клеткой с лисом. Рэн глядел на нас из угла своими голубыми глазами, но не решался подходить к решетке.

– Все хорошо... – начала я, приближаясь первой.

Генерал коснулся медальона у себя на груди.

– Защита временно снята, – объявил он.

Я коснулась ладонью холодного прута, а затем сунула руку дальше. Рэн шевельнул носом, затем все же подошел ближе и подставил морду.

Теплая, мягкая.

Сейчас он казался мне таким родным, словно я знала его тысячу лет.

– Можно мне к нему войти? – попросила я, с мольбой глядя на генерала.

Куратор достал из-за пазухи ключ и отпер замок.

Решетка противно скрипнула, и я шагнула в глубь клетки. Подскочила к своему лису и крепко обняла его за морду.

Ну наконец-то! Он столько меня звал, и я смогла прийти.

Теперь надо его выпустить. Вот только он такой большой, что не пройдет ни в один коридор.

– Как вы его сюда переместили? – спросила я.

– Портальной магией Салливана.

Мое сердце болезненно екнуло. Значит, мы не сможем его выпустить?

Рэн склонил голову набок и глянул вопросительно.

– Вот бы ты был чуть-чуть поменьше, – прошептала я.

Воздух вокруг моих пальцев словно ожил. Как тогда, в аудитории, я ощутила покалывание крохотных иголочек. Только теперь я знала, что это дикая магия.

– Сандра. – Генерал отодвинул меня в сторону.

В его руках уже появился огненный шар.

– Нет, подождите! – Я схватила его за локоть.

Вокруг Рэна появилось сиреневое сияние, и он начал стремительно уменьшаться в размерах. Пока не превратился в обычную лису.

Генерал погасил магию.

– Он тебя послушался, – заметил с удивлением.

Рэн подбежал ближе и потерся о мои ноги. Я присела и, крепко обняв лиса, потрепала его по мягкому загривку.

– Можно я оставлю его себе?

Я подняла глаза и посмотрела на генерала снизу вверх. Отсюда он казался суровым великаном. Красивым, как статуи древних героев. Вызывал трепет и одновременно восхищение.

Генерал тяжело вздохнул. Кажется, его дыхание отразилось эхом от стен клетки.

– Когда ты так... – начал было он и осекся.

Снова провел пальцами по волосам и отвернулся. Взял паузу, как будто ему надо было успокоиться. Хотя что его так взволновало, я не поняла.

– Возможно, удастся убедить остальных, что это твой файр, – сказал он, не глядя на меня. – Но придется придумать объяснение, как первокурсница завела волшебного спутника раньше остальных.

– Только скажите, что надо делать, – с готовностью заявила я, продолжая тискать Рэна.

– С завтрашнего дня начнем тренироваться. С ним в том числе. А пока следи за своими желаниями. Похоже, магия откликается именно на них.

– Значит, можно? – только сейчас осознала я.

Подскочив, я поцеловала генерала в гладковыбритую щеку.

– Спасибо, спасибо!

Куратор улыбнулся. Но в глазах все равно читалась непонятная мука.

Глава одиннадцатая

Брайан

Говорят, люди не замечают, как сходят с ума. Вот жил себе человек обычной жизнью, а потом начали происходить необратимые изменения. Плавно, постепенно, пока потом раз – и все, поздно поворачивать назад.

Я не понял, почему это сделал. Стоило увидеть ее у своих ног, смотрящей снизу вверх, робко, вопрошающе, и все. Мозг отключился.

Попроси она достать луну, кажется, я бы и это пообещал.

Я разрешил ей оставить скаарга.

Дикого неуправляемого зверя.

Мало мне было потерять боевых товарищей, надо, чтобы и курсанты пострадали...

Н-да. Совсем рехнулся. Другого объяснения просто нет.

Так и не понимая, что я делаю, я предложил Сандре вернуться вместе с лисой ко мне в кабинет. Не хотелось будить миссис Шервуд, да и вообще привлекать лишнее внимание. Время за полночь, любое движение будет подозрительным.

А потому я предложил Сандре остаться на ночь у меня.

В кабинете на диване, разумеется.

Но все равно она глянула испуганно, словно речь шла о спальне. Вот дикого скаарга, который может напасть на нее в любой момент, она не боялась.

Но в любом случае согласилась. Выбор у нас обоих теперь невелик.

Оставив ее в кабинете вместе с лисой, я неохотно поднялся к себе. Но ночью все равно толком не спал. Дежурил возле зачарованной сферы, которая должна была тут же предупредить меня, если в кабинете будет излишнее движение, шум или магия.

Ничего не произошло.

И когда я утром сонный, хмурый и злой вернулся к себе, то увидел Сандру на диване. Она спала, накрывшись моим кителем. На боку, поджав колени. Синие волосы разметались по серой обивке. А у ног девушки, свернувшись калачиком и положив голову ей на бедро, спал синий лис.

Такая невинная и милая картина, что я застыл в дверях. Оперся о косяк плечом и несколько минут просто на них смотрел.

Точно рехнулся.

Не такой уж я и специалист по дикой магии. Да, книги читал. Да, не раз и не два сражался со скааргами. Видел, на что они способны. Но что делать в таких случаях – все равно не представлял. Обычная магия зависит от резерва. Он – ее источник.

С дикой же магией все иначе. Это стихия.

Как я смогу научить Сандру ее контролировать?

И все же другого пути нет. Или отдать ее в Орден хранителей на растерзание, опыты и боги знают что еще... или попытаться помочь самому.

Я должен. Она моя ученица, и я взял за нее ответственность.

А еще она красива, когда спит...

Так. Стоп. Отставить. Она курсантка, а ты ее куратор. Ты должен помочь ей стать хранителем и боевым магом. И ничего больше.

– Хм! – Я громко кашлянул.

Первым навострил уши лис. Сандра же лениво потянулась и с явным усилием открыла глаза. Несколько раз растерянно моргнула, словно забыла, где именно засыпала. Приподнялась, выползая из-под моего кителя, и наконец посмотрела на меня.

– Д-доброе утро, куратор.

– Через час построение, – сообщил я. – Общежитие уже должно быть открыто. Я тебя выведу из башни, а дальше все по расписанию. Переоденься, поешь и приходи на тренировку.

– А Рэн? – Она округлила голубые глаза.

– Ему придется остаться здесь под присмотром Тары. – Пантера потерлась о мою ногу. – Сможешь с ним договориться?

Вот и будет еще одна проверка на их связь.

Сандра повернулась к своему лису и, погладив его по шее, принялась объяснять ситуацию. В ответ зверь лизнул ее руку.

– Он подождет, – сказала она, поднимаясь.

– Отлично. А теперь давай, надо выйти, пока тебя никто не увидел.

Раньше я принципиально не брал девочек. Не хотел, чтобы к ним ненароком появилось особое отношение. Скааргам все равно, какого пола маг. Хранитель должен быть готов наилучшим образом, а потому нельзя давать поблажек никому.

Так я думал.

И вот, пожалуйста, девочка выбирается с утра пораньше из моего кабинета. Попадись ей кто по дороге, уже ясно, что подумают. Я лично в прошлом году выгнал взашей преподавателя, которого застали после отбоя со старшекурсницей.

А вот теперь я сам. Так и тянет приложить руку к лицу.

Дожили, в общем.

Пока я ворчал на себя, Сандру все же удалось вывести незамеченной.

А дальше нужно было объяснить, куда из подземной темницы подевался скаарг. Я поднялся к ректору, благо он всегда рано вставал, и попросил собрать кураторов и кое-кого из преподавателей в учительской. Там и объяснил, что ночью защита на клетке по неизвестной причине упала. Возможно, из-за вчерашнего землетрясения на печати образовалась трещина. В любом случае скаарг едва не вырвался, и пришлось его испепелить.

Про Сандру с Элоем я упоминать не стал. Винс тоже ожидаемо промолчал. Видимо, они с Робинсом договорились о своем.

– Это и зажгло тревогу? – уточнил Кристофер Салливан.

Нам повезло, что он ее проспал.

– Да, – ответил я, встречаясь взглядом с Винсом.

Тот едва заметно кивнул.

– Надо понять, как это случилось, – проговорил ректор не сильно довольным голосом.

– А как же наши исследования? – уточнил профессор алхимии Вильямс.

Салливан вздохнул.

– Придется ловить другого скаарга.

– Но их же осталось так мало...

– Найдем, – заверил я.

В целом совещание прошло не так уж плохо. Новости, понятно, никого не обрадовали, но мой авторитет никто не оспаривал.

Винсент потом подошел отдельно.

– Думаешь, это правда землетрясение? – спросил он заговорщицким шепотом. – Детишки не могли снять защиту?

– Разве только случайно. Вероятнее, что магия ослабла. Когда мы последний раз обновляли печати?

Винс задумался. Он был из тех людей, кто не особенно следит за временем.

К нам присоединился Крис. Он помнил, что печати обновляли не так уж давно, в прошлом месяце.

– В академии творится что-то странное, – заключил он. – Надо быть начеку.

Это точно.

После совещания я отправился тренировать курсантов. Специально старался не смотреть на Сандру, хотя взгляд нет-нет да и возвращался к ней.

Что я делаю?

Но повернуть назад означало выдать ее и подвергнуть опасности. Вероятно, смертельной.

В конце занятия я объявил, что в этом году на экскурсию в питомник файров поедут и первокурсники. Первая группа отправится уже сегодня после обеда.

Как загорелись глаза у ребят, даже не описать.

* * *

После тренировки с первым курсом шел второй, а затем третий. Это было особенно удачно, потому что на третий год я уже занимался только с будущими хранителями. С теми, кто смог установить связь с файром и обладал солидным резервом. Среди таких как раз и был Элой Робинс.

Стоило увидеть его, как я сразу вспомнил их с Сандрой в подвале. Да, она все объяснила. Они были не на свидании. Но наглец все равно ее целовал. Понятно, чтобы притвориться влюбленными дурачками. Но все равно.

Он. Ее. Целовал.

И мысль об этом заставляла каждую мышцу в теле напрягаться. Даже преподаватели знали репутацию Робинса. Он не случайно ее поцеловал и не от страха. Наверняка планировал так или иначе. Вдвоем в подвале и почти в темноте – старый как мир прием.

Не терпелось дождаться конца занятия и вправить Робинсу мозги. Чтобы и думать не смел повторять подобный номер.

Вот только другой голос внутри резонно вопрошал: какое тебе дело? Они молодые, ровесники, разберутся как-нибудь сами. Твоя задача – помочь ей с магией, а не лезть в ее жизнь. Давно последний раз смотрел в зеркало? В ее возрасте все, кому тридцать, кажутся стариками. И ты не исключение.

Так что отставить, генерал. Сосредоточься уже наконец на уроке.

Занятия проходили в учебном корпусе в тренировочном зале. Мы практиковали наполняющую резерв медитацию. Нужно было закрыть глаза, расслабиться и сфокусировать внутреннее зрение в центре живота. Представить себе резерв в виде сосуда. Представить плескавшуюся в нем магию.

Пока я рассказывал, наблюдал за курсантами. Элой ерзал. То ли от моего пристального взгляда, то ли сам тоже думал о вчерашнем. С медитацией у него явно не задалось.

Кое-как досидев до конца занятия, он подскочил на ноги и сорвался одним из первых.

– Курсант Робинс, – окликнул я его. – Задержись.

Парень обреченно вздохнул. Но надо отдать должное, когда мы остались одни, держался вполне уверенно. Во всяком случае, сутулиться не стал.

– Вчера вы с Блейк проникли в запретную зону. – Я не стал ходить вокруг да около.

– Мой куратор уже назначил мне наказание, – бодро парировал курсант.

Я проигнорировал его реплику.

– Робинс, я скажу это только один раз, поэтому слушай внимательно. Если хоть одна живая душа узнает о том, зачем Блейк полезла в подвал, тебе не поздоровится. Не помогут даже богатые родители.

В аудитории висела угрюмая тишина.

– Мы друг друга поняли? – уточнил я.

– Обижаете, генерал, – ответил Элой, вскидывая подбородок. – Сандра – мой друг. Я ее не предам.

Прозвучало с неожиданным достоинством.

Я склонил голову набок и снова смерил парня взглядом. Неужели Сандре удалось пробудить в главном бабнике академии благородство? Впрочем, если она из скаарга сделала файра...

Сандра

Все утро я бегала как заведенная. Хоть и плохо спала, а энергия все равно била ключом. Я была так рада, что удалось освободить Рэна, что не могла думать ни о чем другом. Даже пресловутые двадцать кругов пролетела, словно у меня выросли крылья.

А потом генерал объявил, что мы едем к файрам, и у меня появился и официальный повод для радости. Да и Альварес доложил кураторам, что мы с девочками отмыли аудиторию и вроде как отработали положенное наказание.

Так что, когда Мэтт в столовой спросил, чего я вся свечусь, у меня было что сказать в оправдание. Да и Регина с Лианой ко мне больше не подходили, хотя мы с Мэттом сидели за пресловутым столом Элоя. Сам блондин-сердцеед появился ближе к концу перерыва. Хмурый и слегка помятый.

– Все в порядке? – осторожно спросила я.

Элой дернул плечом.

– Да побеседовал с твоим генералом.

– Он не мой, – вырвалось у меня машинально.

– Но внушение он сделал убедительное. – Элой нервно усмехнулся.

Слушавший нас Мэтт нахмурился.

– Вы о чем? – спросил он, и пока мы с Элоем переглядывались, понял все по-своему. – А, ясно. Я думал, отношения между курсантами не запрещены. – И бросил красноречивый взгляд на брюнетку Лиану.

– Генерал – суровый куратор, – заметил Элой.

– А Винсент Хикс? – спросила я, глядя блондину в глаза.

Мне хотелось узнать, как прошел его разговор с Хиксом вчера ночью. Тот угрожал сообщить семье, а для сына герцога это наверняка грозило какими-нибудь неприятностями. Во всяком случае, я бы очень не хотела, чтобы моему отчиму что-то сообщали.

– Он нормальный. – Элой отмахнулся, давая понять, что все хорошо.

– Точно?

Мэтт снова уставился на нас непонимающе.

– А это правда, что первый курс везут к файрам? – перевел он тему.

– Генерал обещал. – Я кивнула.

– Нам говорили, что экскурсии обычно в конце года, – задумчиво проговорил Мэтт. – Неожиданно...

Мы еще немного поболтали, пока я доедала картофельную запеканку. Дальше была пара по травоведению, и уже в аудитории я вспомнила, что собиралась показать преподавательнице цветок. Но сейчас бежать за ним было некогда, так что это пришлось отложить.

Зато сам урок мне понравился. Я с удовольствием конспектировала и рисовала в тетради разные травки и цветы.

– Когда ваш резерв пуст, – говорила профессор Глендэйл, маленькая женщина лет пятидесяти в круглых очках, – вам могут помочь восстанавливающие зелья. В растениях тоже есть магия.

Интересно. Получалось, что магию можно было черпать изнутри, можно было брать от файров или добывать из растений. Как нам рассказывал на лекции куратор Салливан, дикая магия протекала под землей. Но что, если не только? Что, если она была заключена и в тех голубых цветах? Не просто так они были рядом. А если Рэн – это скаарг, значит, дикая магия должна быть и в нем. Он как файр, только не с обычной магией, а с дикой.

Но вопрос, почему эта магия вдруг стала подчиняться именно мне? И подчиняется ли она мне на самом деле?

Я ведь не контролировала ее в прямом смысле. Скорее это она реагировала на мои мысли и желания. А что, если я пожелаю чего-то не того?

Свои опасения я и высказала генералу, когда поймала его во внутреннем дворе.

– Как я буду ее контролировать? – спросила вполголоса.

– Будем разбираться постепенно, – ответил куратор. – А сейчас идем ко мне в кабинет.

И хотя он ничего конкретного не сказал, его голос успокаивал. Но, поднимаясь за ним в башню, я вдруг ощутила странное волнение.

Мы были вдвоем в узком коридоре. Этот суровый человек, вызывавший трепет, согласился мне помочь. И рядом с ним казалось, что все непременно будет хорошо. Он все выяснит и со всем справится. По-другому просто не могло быть.

Генерал отпер ключом свой кабинет и распахнул дверь.

Открывшаяся картина заставила нас застыть прямо на пороге.

Внутри царил настоящий хаос. На полу валялись разодранные книги и бумаги вперемешку с изодранными в лоскуты шторами, комками обивки от дивана и кресел, щепками и битым стеклом.

Кабинет генерала разнесли чуть менее чем полностью. Уцелел разве что массивный дубовый стол. Все остальное превратилось в такую свалку, что не верилось, что еще сегодня утром здесь царил образцовый порядок.

И прямо посреди бедлама, покрытые пухом из подушек, спали главные виновники бардака. Лис свернулся калачиком под теплым боком у пантеры. Они лежали рядышком и так близко, что почти обнимались.

Картина была до того милой, что мы с генералом потеряли дар речи. Лишь молча переглянулись, словно спрашивая друг друга: ну и что ты с этим будешь делать?

– И как это понимать? – все же спросил Ортега своим суровым голосом.

Лис навострил уши, а пантера и вовсе подпрыгнула на ноги с прытью обычной кошки.

– Что вы тут устроили? – Генерал пошел вперед, а мохнатое хулиганье принялось пятиться к столу. – Тара, ты должна была за ним присматривать.

Пантера округлила желтые глаза.

– А ты, Рэн, почему не сидел тихо? – пришел мой черед спрашивать. – Я же просила.

Лис махнул обоими хвостами сразу и глянул исподлобья. Виноватым при этом не выглядел.

– Ну ты и нахал, – фыркнула я.

Рэн приосанился, словно я его похвалила.

– А между тем нам надо ехать в город. – Генерал провел рукой по волосам. – Скажи, ты можешь сделать так, чтобы твой лис стал совсем маленьким? Как хорек или крыса.

Рэн оскалился.

– Да не крыса ты, не волнуйся, – поспешила заверить я. – Но правда нужно, чтобы ты уменьшился.

Разговаривать с лисом было странно. Он не общался словами, но я все равно каким-то образом понимала, что он хотел сказать. Чувствовала это внутри.

– Пожалуйста, – попросила я.

Рэн как будто кивнул, а затем его окутало магией, как вчера в подвале. Он становился все меньше и меньше, пока не стал совсем крошечным. Я подалась к нему и взяла в ладони комочек шерсти. Теперь лисенок был размером с хомяка.

Погладив, я осторожно определила его за пазуху.

– Теперь едем. – Генерал направился к двери.

У порога напоследок обернулся, как-то обреченно качнул головой и вышел в коридор. Я вспомнила, как та аудитория чудесным образом убралась. Возможно, дикая магия могла помочь и здесь. Но сейчас на это не было времени.

Ортега запер дверь, и мы вместе спустились вниз. Пантера держалась чуть позади, похоже, все еще чувствуя себя виноватой. А Рэн повозился немного и наконец удобно устроился у меня на груди.

На первом этаже башни мы столкнулись с куратором Салливаном. Он глянул на нас вопросительно, и я занервничала. Что, если он что-то заподозрит? Все-таки вряд ли генерал часто водит курсантов к себе в кабинет. Тем более девочек.

Но генерал не стал ничего объяснять. Да и держался как ни в чем не бывало.

Мне бы его стойкость!

Для экскурсии в питомник файров курсантов поделили на несколько групп. Сегодня должна была ехать первая, которую сопровождал сам генерал, а завтра и в последующие дни – все остальные. По какому критерию распределяли в группы, было неясно, но я не жаловалась. Я-то ехала в первой.

Заметив в телеге и Мэтта, села рядом с ним. Генерал поехал, как и в прошлый раз, верхом на пантере.

Курсанты громко галдели, а Мэтт всю дорогу ерзал. Теребил край кителя и барабанил пальцами по худой коленке.

– Ты чего волнуешься? – удивилась я.

Это мне скорее надо было, неизвестно, получится ли все как надо.

– Думаю, разрешат ли нам попробовать пройти ритуал.

– Вряд ли, – ответил ему другой парень. – Скорее просто покажут.

– Зачем тогда нас туда везти? – хмыкнул сидевший рядом Драммер и бросил на меня косой взгляд, как будто я была в чем-то виновата.

И я-то, может, и была, но он об этом знать не мог.

Лисенок у меня на груди заворочался, и я четко уловила его желание чего-нибудь Драммеру сделать. Хоть макушку подпалить.

«Нельзя», – мысленно попросила я.

Рэн не понял почему, но, к моей радости, ничего устраивать не стал. И до питомника мы доехали без приключений.

Телега остановилась перед внушительного вида амбаром, и генерал скомандовал всем спускаться и выстроиться на поляне в две шеренги.

Поприветствовать курсантов вышел приятный мужчина средних лет в сопровождении черного косматого пса.

– Вы в этом году рано, – заметил он, пожимая генералу руку.

– Что лучше замотивирует хорошо учиться? – ответил Ортега.

– И то верно, – согласился тот. – Прежде чем мы войдем, несколько правил. Громко не разговаривать, магией не пользоваться и животных не трогать. Только если кто-то подойдет к вам сам. Все понятно?

– Так точно, – ответил хор голосов.

Я вопросительно посмотрела на генерала, и тот слегка кивнул.

Когда все пошли вперед, я задержалась и опустилась на корточки, якобы чтобы подтянуть шнурки. Сама же незаметно выпустила лисенка. Его подобрала уже принявшая свои обычные размеры пантера. Взяла меховой комок в рот и осторожно понесла.

На нее никто не обратил внимания, а я присоединилась к остальным.

В амбаре пахло сеном, мокрой шерстью и навозом. Внутри оказалось несколько загонов за деревянными загородками, и нам было позволено идти только по узкому петляющему проходу. Зато смотреть можно было во все глаза.

Кого тут только не было!

Собаки с кошками, волки, тигры, олени, корова и даже змея в углу. Мелких грызунов и порхающих над головами птиц еще больше.

– Примерно до года файры легко меняют облик, – пояснял владелец питомника. – Это наиболее благоприятное время до ритуала соединения. Дальше файр подстроится под хозяина и примет уже постоянный образ.

Я подняла руку.

– А что случается с файрами, которым так и не удалось найти хозяина?

– Со временем они теряют магию и становятся обычными животными. Мы их выпускаем в лес или продаем крестьянам.

Получалось, что и людям, и файрам выгодно установить связь. И, однако же, нам говорили, что успешных ритуалов все меньше и меньше. Почему так?

Мои размышления прервал бодрый голос владельца питомника.

– Кажется, у нас сегодня состоится первый ритуал, – объявил он.

Я решила, что речь обо мне и Рэне. Продралась сквозь толпу вперед. Но у ограды сидело совсем другое животное.

Глава двенадцатая

Сандра

Это был барсук. Довольно крупный, с длинной бело-черной мордой. Он поднялся на задние лапы и, опершись передними об ограду, задвигал черным носом. Активно принюхивался и присматривался.

– Он чует кого-то из вас, – объявил хозяин и довольно потер руки.

– Курсанты, выстроиться в очередь, – скомандовал генерал.

Мы на мгновение встретились взглядами. В моем читался вопрос, Ортега же сохранял привычно невозмутимый вид. Он едва заметно кивнул, и я уговорила себя успокоиться. Если он не волновался, значит, все нормально.

Мы пошли мимо барсука по очереди. Зверек посматривал на курсантов, но каждый раз воротил нос.

Пока не дошла очередь до Мэтта.

Увидев моего друга, барсук издал странный звук, напоминающий утробное урчание. Хозяин питомника велел парню подойти и погладить зверя.

Барсук позволил себя коснуться, и это было лучшим доказательством, что он выбрал именно Мэтта.

По рядам прошло волнение. Народ сбился в кучу, чтобы посмотреть поближе. Хозяин объявил, что для ритуала мы пойдем в другое помещение, и всем снова нужно было выстроиться в очередь.

– Похоже, у нас есть второй кандидат, – услышала я голос генерала.

Все обернулись ко мне, а я оглянулась себе за спину. В загоне среди остальных файров, почти ничем от них не отличаясь, сидел мой Рэн. Вернее, не сидел, а так же, как недавно барсук, стоял на задних лапах, опираясь на ограду.

Я подошла ближе и вытянула руку. Лис сам подставил под ладонь синюю морду.

– Какой необычный! – воскликнул кто-то позади.

– Э-эм, я не уверен... – начал было хозяин.

– Готовьте все к ритуалам, – перебил его генерал.

Растерянность на лице мужчины сменилась пониманием, и он шагнул в боковую дверь за одним из загонов. Нас же всей гурьбой вывели на улицу, где мы еще минут десять ждали под присмотром одного из местных работников. Генерал куда-то запропастился, но я предположила, что он пошел договариваться с хозяином. Тот не мог не знать, что Рэн – не один из его питомцев.

– Везет же ей, – шептались за спиной курсанты. – Первокурсница, только поступила...

– Что-то тут нечисто, я уверен.

Я обернулась, чтобы посмотреть, кто такой подозрительный. Ну конечно, Драммер.

– Ритуал может и не получиться, – высказалась незнакомая мне девушка. – Они же сами говорили, что связь устанавливается редко.

– Вот и посмотрим.

Я поискала глазами Мэтта. Он держался в стороне, выглядел бледным и все так же теребил свою форму. Я подошла к нему, хотела успокоить. Но это пришлось отложить. К нам вернулся хозяин вместе с генералом. Галдеж резко прервался, и все внимание было теперь на них.

Нас с Мэттом попросили выйти вперед, а остальных – следовать чуть на отдалении. Хозяин приюта повел нас по дорожке, заворачивающей за амбар, к возвышавшемуся на небольшом холме строению.

Лучше всего его можно было описать как прямоугольный дом без одной стены. Из круглого камня, с соломенной крышей, в которой было проделано отверстие, он казался старым, словно еще со времен до возникновения Туманного рубежа.

Прямо под отверстием в крыше была гигантская металлическая чаша. Почти до краев она была наполнена пеплом, а в центр были воткнуты курившиеся палочки благовоний.

– Здесь мы почитаем предков и первых хранителей, – пояснил хозяин приюта. – Кто пойдет первым?

– Дамы вперед, – успел сказать Мэтт, и пришлось выходить вперед.

Помощник хозяина сходил в амбар и вернулся с Рэном на руках. Лис вел себя на редкость смирно, и я им в ту минуту очень гордилась.

Ритуал оказался не таким уж сложным. Сначала нужно было коснуться хрустального шара, который измерял достаточность резерва. Затем кто-то из помощников должен был порезать кандидату палец специальным ножом, дать файру лизнуть рану, а хозяин приюта в это время зачитывал бы заклинание из толстенной книги.

Все действо происходило на глазах у остальных. И от такого пристального внимания я заволновалась сильнее, чем из-за самого ритуала. Мы с Рэном и так были связаны. Я была уверена, что если ритуал на что-то и повлияет, то только усилит связь. Пугало, что вдруг что-то пойдет совсем не так, как обычно. Вдруг все поймут, что это дикая магия?

Я посмотрела на генерала. Он ободряюще улыбнулся.

Нет, куратор не привел бы меня сюда, если бы сомневался. Не знаю почему, но я доверяла ему больше, чем кому-либо в жизни.

– Готовы? – спросил хозяин питомника.

Один из его помощников вынес передо мной хрустальный шар, лежавший на красной подушечке. Я робко коснулась его ладонью. Прохладный.

Внутри вспыхнуло золотым. Я подняла глаза на окружавших мужчин, и те удовлетворенно кивнули.

Значит, та бабуля, миссис Зенью, не обманула. С потенциалом у меня было все в порядке. Уже облегчение.

Так, теперь второй этап.

Помощник отложил шар в сторону и попросил дать ему руку. После чего уколол указательный палец загнутым ножом.

Было больно самую малость, а когда Рэн лизнул ранку, та быстро затянулась.

Помощник отпустил лиса на каменный пол, и я села с ним рядом. А затем хозяин принялся зачитывать заклинание.

Я ощутила знакомое покалывание на коже.

Магия. Дикая магия, как тогда в аудитории и в подвале. Мне показалось, еще мгновение – и вокруг нас появятся сиреневые вихри.

Что же делать? Все же поймут!

Я закрыла глаза и мысленно попросила: «Не надо».

Напряжение в воздухе спало.

– Боюсь, ничего не выходит, – объявил хозяин питомника с сожалением в голосе.

Распахнув глаза, я покрепче обняла лиса.

– А по-моему, все получилось, – возразил генерал. – Курсант Блейк, вы чувствуете связь с файром?

– О да! – воскликнула я, поднимаясь.

Курсанты расступились, пропуская нас с Рэном. Лис гордо поднял оба хвоста и прошагал так, словно выступал на сцене.

Что ж, хотелось надеяться, на этом со спектаклем можно закончить.

– Молодой человек, – обратился хозяин к Мэтту.

– Курсант О'Коннор, – подсказал генерал.

– Ваша очередь.

Парень подошел к чаше с благовониями, а помощник хозяина вынес его барсука.

Дальше все пошло по накатанной. Мэтта попросили коснуться шара, и тот вспыхнул даже ярче, чем мой. Вот, а он боялся непонятно чего.

Затем парню укололи палец, Мэтт протянул руку барсуку, и тот лизнул ранку. Хозяин питомника принялся зачитывать заклинание.

Вокруг Мэтта и его барсука появилось золотое свечение, и магия словно начала перетекать от файра к человеку. Судя по реакции генерала и остальных, это было именно то, чего все ждали.

Вот только волоски у меня на коже встали дыбом. Я ощущала магию на расстоянии. И именно такую, как и в моем случае, – дикую.

«Так и положено?» – Я бросила озадаченный взгляд на генерала, но он следил за ритуалом.

Хозяин почти закончил читать, как поток магии начал резко темнеть. Золотой цвет сменился сиреневым. Толпа курсантов только и успела ахнуть, как раздался душераздирающий вопль.

Мэтт схватился за голову и рухнул на колени, а барсук начал увеличиваться в размерах. Его ноги вытянулись, тело удлинилось, а на лапах появились жуткие когти.

Рыкнув, неизвестный теперь зверь бросился на Мэтта, но ударился о воздушный щит. Генерал успел поставить.

– Все назад! – крикнул он.

Курсанты в панике бросились врассыпную. Хозяин и помощники метнулись к амбару, а я испуганно застыла.

Рэн вырос передо мной. Теперь и он был больше и, оскалившись, рычал. «Барсук» не решился нас трогать, вместо этого кинулся за убегавшими курсантами. А генерал с Тарой бросились ему наперерез.

Пока пантера брала удар на себя, Ортега сделал сложный пасс руками и создал перед собой серое облако. Через мгновение оно окутало «барсука». Его ноги подкосились, и всей тушей он завалился на бок.

– Он мертв? – испуганно воскликнула я.

– Спит, – ответил генерал.

К нему уже бежали хозяин с помощниками. Оказалось, что они не удрали, как последние трусы, а вооружились. На взбесившегося файра накинули зачарованную сеть и, закутав в нее, водрузили зверя на носилки.

Я же подбежала к Мэтту.

Парень распластался на каменном полу домика. Он был без сознания, но по его телу то и дело прокатывалась судорога.

– Не трогай, – приказал генерал, видя, как я подняла руку. – Это может быть опасно.

Куратор подошел ближе и присел.

– Это из-за меня? – шепотом спросила я.

Вдруг мои странные взаимоотношения с дикой магией испортили ритуал?

– Нет, – уверенно ответил генерал. – Скорее всего, дело в его резерве. Он недостаточно силен.

– Но как же хрустальный шар? – удивилась я. – Он же показал...

Генерал качнул головой. Его ладонь засветилась голубоватым. Он положил ее на лоб Мэтта, и судорога прекратилась.

– Я очистил его от остатков магии, – пояснил Ортега и, подхватив парня на руки, распрямился.

Он отнес бедного Мэтта в телегу, а дальше скомандовал всем загружаться. Я устроилась рядом со своим другом и положила его голову себе на колени. Сняла с него очки, чтобы не разбились. Рэн, снова принявший размеры обычной лисы, улегся у моих ног.

– Странно, что у тебя ритуал получился, – заметил сидевший напротив Драммер. – Что в тебе особенного?

– Желание заткнуть тебе рот, – огрызнулась я. – Не видишь, человек чуть не умер.

– Да и не только он, – заметил один из ребят справа. – Файр превратился в скаарга и мог нас всех подрать.

Я бросила взгляд на ехавшего впереди генерала. У меня было столько вопросов. И хотя он сказал, что дело в резерве Мэтта, я не могла успокоиться. Во время ритуала я почувствовала дикую магию. Нет, я ею не управляла. Но что, если именно мое присутствие все испортило? Что, если это я чуть не погубила друга?

Когда мы прибыли в академию, к Мэтту заспешили с носилками из лазарета. Парень по-прежнему был без сознания. Генерал ушел с лекарем, а курсантам велели отправляться по своим делам.

Другие разбрелись кто куда, а я все никак не могла переварить произошедшее.

– Что случилось? – Ко мне подбежал Элой.

Барс и Рэн уставились друг на друга. Волк оскалился, но пока не рычал. Рэн ответил тем же. Так они и стояли, словно играя в гляделки.

– Это то, что я думаю? – вполголоса заметил Элой.

– Никому не говори, – попросила я.

– Да не волнуйся, конечно, – пообещал парень. – Я только не понимаю – как?

– Я тоже не очень понимаю, – призналась я. – Но сейчас не это главное. Мэтта унесли в лазарет. Он без сознания.

Я кратко пересказала, что случилось.

– Но говоришь, шар показал, что резерв у него достаточный? – уточнил Элой.

– Да вроде как больше моего.

Блондин тяжело вздохнул.

– Кристаллы, – произнес он обреченно.

Я нахмурилась.

– Что? Какие...

– Те самые, которые мы заработали у миссис Зенью. Мэтт их принял.

– Ты думаешь?

– Уверен. Они временно увеличивают резерв. Мэтт наверняка решил, что этого достаточно. Эх, дурак, я же предупреждал, они только для тестов и экзаменов...

Элой покачал головой, а мне стало страшно. Вспомнилось, как куратор Салливан говорил на лекции, что неудачный ритуал соединения может свести человека с ума.

– Пойдем узнаем, можно ли его навестить, – предложила я и, обращаясь уже к животным, добавила: – Вы двое, хватит уже.

Рэн и Барс одновременно подняли головы и посмотрели на меня.

– Мы друзья, и друзья не дерутся. Понятно?

Не знаю уж, откуда в мой голос прокрались командные ноты, но оба зверя на удивление послушались. А Элой усмехнулся.

Мы пошли к лазарету, и по дороге парень спросил:

– Ты со своими кристаллами что сделала?

– Ничего, оставила в комнате. А ты?

– Продал в первый же день. И тебе советую от них избавиться. Если начнется разбирательство...

Элой так и не договорил, а мне уже стало жутко. Зачем я вообще их взяла? Да и зачем он все это организовал? Ради денег? Но зачем сыну герцога деньги?

Решив, что сейчас не время и не место для таких разговоров, я не стала спрашивать.

В коридоре лазарета мы столкнулись с генералом. Он глянул на Элоя с подозрением, и мне показалось, что хотел что-то сказать. Но в итоге ограничился коротким кивком.

В палату к Мэтту нас не пустили, но разрешили смотреть через стекло.

Парень лежал на койке, бледный, как сама смерть. Возле него поставили несколько серебристых кристаллов, которые создавали вокруг него что-то вроде ауры.

– Состояние крайне тяжелое, – не обрадовала нас старшая медсестра. – Как только удастся его стабилизировать, отвезем в госпиталь. Но и там гарантий, конечно, нет.

Поблагодарив женщину, мы покинули лазарет и пошли в столовую. Здесь было необычайно тихо. Похоже, новости разнеслись по всей академии, и теперь курсанты тревожно молчали. Так, что даже было слышно, как кто-то жует.

Я есть не хотела совсем. Ограничилась лишь сладким чаем, а мясо взяла только для лиса. Рэн жадно с ним расправлялся, пока я пыталась собрать мысли в кучу.

Хотя Элой сказал про кристаллы, меня не покидало чувство, что я причастна к произошедшему. Возможно, не будь меня рядом, у Мэтта бы просто ничего не вышло. Теперь же он лежал без сознания, и, кто знает, выживет ли он даже после отправки в госпиталь.

Попрощавшись с Элоем, я поняла, что не хочу возвращаться в общежитие. Солнце село, но до отбоя было еще немного времени. Я понимала, что не смогу сосредоточиться на уроках и тем более не засну. А потому побрела на полигон. Хоть из лука постреляю, не то чтобы это имело какое-то значение. Сейчас мне все казалось пустым и бесполезным.

Когда же я дошла до поля с мишенями, то поняла, что в растрепанных чувствах была не я одна.

Генерал Ортега в одной рубашке, облепившей мускулистую фигуру, сражался на мечах с тем, что было похоже на призрак. Бледная полупрозрачная фигура, вооруженная двумя мечами, крутилась и наносила удары почти со скоростью смерча. Но генерал умудрялся их отбивать.

Один за другим. Один за другим.

Занятый, меня он не замечал. И я присела на скамейку у кромки поля и просто на него смотрела. Как там говорят? Можно бесконечно смотреть, как горит огонь, зажигаются звезды и двигается красивый мужчина?

Ох.

От этих мыслей стало совсем стыдно. Не о том сейчас надо думать. Мало ли кто красивый. Я чуть не погубила человека.

– Отбой через десять минут, – услышала я над головой.

Подняв глаза, поняла, что так глубоко ушла в мысли, что не заметила, как генерал меня увидел. Остановил тренировку и подошел ближе.

– Сейчас ты уже ничего не можешь сделать, – печально проговорил он и сел рядом. От его тела исходило приятное тепло.

Я вздохнула.

– Понимаете, куратор, я ее почувствовала. Что, если это я погубила Мэтта?

Я посмотрела в его синие глаза, в полумраке казавшиеся черными. Так хотелось, чтобы он меня успокоил. Но я сама не знала, что хотела услышать. Как тут успокоишь, если Мэтт при смерти? Никакие слова этого не изменят.

– Что именно ты почувствовала? – уточнил генерал.

– Дикую магию. Она исходила от барсука. Это ведь ненормально, правда? Из-за того, что я была рядом...

– Нет, – перебил меня куратор. – Я уже сказал, что дело не в тебе.

– Но как же...

– Тебе нужно возвращаться в общежитие, – строго проговорил он. – Завтра после занятий приходи в триста третью аудиторию. Она пока пустует. Там и поговорим.

Он легонько коснулся моей руки и встал.

А я поймала себя на том, что не хочу уходить. Не хочу ждать до завтра. Хочу остаться с ним, пойти куда угодно, но поговорить сейчас.

Помаявшись, глянула на часы на башне. До закрытия дверей осталось всего две минуты. Подскочив, я побежала. Хорошо, что успела, а то опять пришлось бы стучаться. А там, глядишь, оставили бы на улице.

Влетев в комнату, я отдышалась и плюхнулась на кровать.

Рэн уселся передо мной и, склонив голову набок, уставился своими умными глазищами. Он молчал, но я чувствовала, что ему хотелось как-то меня поддержать.

– Слушай... – Мне пришла в голову новая мысль. – А ведь если я могла повлиять на девиц, чтобы они получили своей же монетой, то, может, я могу вылечить Мэтта? Ну, если очень-очень этого захочу...

Я встала и, подойдя к подоконнику, коснулась загадочного цветка. Взяла один из бутонов в ладони и, закрыв глаза, представила, как Мэтту становится лучше.

Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

В прошлые разы, когда случалась магия, я ничего особенного не чувствовала. Так что понять, сработало или нет, сразу не могла. Но сейчас мне показалось, что одного цветка мало. Как сказали бы на магофизике, у него просто недостаточно мощности.

Речь шла не о простом заклинании грязи или вони. Нужно было исцелить человека от дикой магии и пострадавшего.

Отпустив цветок, я повернулась к Рэну.

– Что же мне делать?

Лис издал почти человеческий вздох.

– Ты можешь мне помочь, верно? – догадалась я. – Ты, как и файры, можешь усиливать магию. Только не обычную, а дикую. Так ведь?

Лис подошел ближе и лизнул мою ладонь.

– Но ты почему-то не хочешь, – поняла я. – Пойми, Мэтт – мой друг. Его нельзя оставлять.

Рэн низко зарычал и слегка прикусил мне палец. Не до крови, но ощутимо.

– Ай, ты чего? – воскликнула я и посмотрела вопросительно.

А потом вдруг поняла.

– Ты хочешь сказать, что мне будет больно?

Лис кивнул.

Хм. Если подумать, это логично. Прошлые разы со мной случалась несправедливость, которую магия исправляла. Сначала я стирала форму, проветривала комнату и убирала аудиторию, и только потом магия за меня мстила и мне помогала. Она словно восстанавливала равновесие.

Сейчас же все получалось наоборот. Я просила магию вмешаться. То есть равновесие нарушить. И логично, что, качнувшись в одну сторону, весы захотят выровняться обратно. А значит... Значит, мне придется пострадать.

Похоже, именно это Рэн и пытался до меня донести. И поэтому же не хотел усиливать магию.

– А что, если мы поможем Мэтту совсем чуть-чуть? Чтобы его состояние стабилизировалось.

Лис все еще колебался, и пришлось смотреть на него долго и жалобно.

Наконец, почувствовав, что зверь на моей стороне, я вернулась к цветку и снова попросила помощи.

В первую минуту показалось, что ничего не происходит. Но затем я ощутила слабость. Колени задрожали и подогнулись.

С трудом добравшись до кровати, я рухнула на одеяло. И перед глазами потемнело.

Глава тринадцатая

Брайан

Публичное воссоединение Сандры с лисом прошло успешно. Но беда пришла, откуда не ждали. Второкурсник из корпуса Кристофера Салливана показал солидный резерв и привлек внимание одного из зверей. Но, несмотря на все положительные признаки, ритуал закончился катастрофой.

В прошлом у нас уже были неудачные ритуалы. Как мы ни старались их минимизировать, всегда было что-то, что не предусмотрели. А потому ни ректор, ни Крис не стали бросаться на меня с обвинениями. Все понимали, что на моем месте мог быть любой другой куратор.

Но легче от этого не становилось.

Я не мог отделаться от мысли, что если бы я думал меньше о Сандре и больше о своей работе, то заметил бы, что что-то не так. И просто не допустил бы парнишку до ритуала. Наверняка он чем-то себя выдавал. Возможно, нервничал больше обычного. Стоило заглянуть ему в глаза и проверить, не принял ли он что-нибудь, усиливающее магию.

С моей обычной паранойей я бы так и поступил.

Но не в этот раз.

Я не проверил.

Раздосадованный, я ушел тренироваться. И Сандру заметил уже поздно, когда ей надо было возвращаться в общежитие.

Она тоже винила себя. Кажется, у нас в этом общее.

Я был уверен, что дело не в ней. Но для подробных объяснений было неподходящее место и время. О дикой магии не стоило говорить публично. Да и, если бы она не успела до отбоя в общежитие, Шервуд бы не простила.

У Сандры и так дар влипать в неприятности. Не стоило их приумножать.

Все это звучало разумно и логично. Вроде бы.

Только как так вышло, что Блейк оказалась в лазарете?

Когда она не пришла на построение, я насторожился. А узнав, что она не была ни в столовой, ни на первой паре, попросил Шервуд проверить ее комнату.

Так и есть, Сандра лежала без сознания.

Одна хорошая новость – состояние О'Коннора улучшилось, и его увезли в Аренгой. Вот только было у меня подозрение, что эти события связаны.

Эх, Сандра, что ты наделала? Вот как оставить тебя одну?

Сандра

Мою руку сжимало что-то теплое и шершавое.

– Держись, девочка, не сдавайся, – произнес низкий, но такой нежный голос.

В голове было гулко, а во рту сухо.

Где я?

– В-воды, – сделав усилие, попросила я.

С трудом открыв глаза, сощурилась от яркого света.

И первое, что увидела, – встревоженное лицо генерала Ортеги. Его невозможно красивые синие глаза. Прямой нос, идеально выбритую кожу, чувственные губы.

Кажется, прежде я не видела его лицо так близко. И сейчас хотелось до него дотронуться.

Я приподняла руку, но та слушалась плохо и упала обратно на покрывало.

– Тише-тише, не торопись.

Генерал поднес к моим губам чашку с водой, и я сделала несколько неуверенных глотков.

– Мэтт... Как он?

– Он в госпитале в Аренгое. Но состояние стабильное. Уверен, парень выкарабкается. А вот ты... – Генерал тяжело вздохнул. – Что ты наделала? Зачем?

– Я не могла иначе.

Еще с полминуты мы просто смотрели друг другу в глаза.

– Наказать бы тебя, – проговорил он с легкой улыбкой.

– Накажите.

И тут же смутилась от собственной смелости. Аж щеки вспыхнули.

Генерал сделал вид, что не заметил моего выпада.

– Давай так. – Он выпустил мою руку и поднялся. – Я попрошу, чтобы тебе принесли обед. Восстанавливайся. А как придешь в себя, мы обо всем поговорим.

Так не хотелось, чтобы он уходил. Пусть даже ненадолго. Но тем сильнее было желание поскорее поправиться.

Еще полдня меня отпаивали целебными и бодрящими зельями, и к вечеру я была уже на ногах. Вот только выяснилось, что куратор уехал в город, и разговор пришлось отложить до завтра.

А завтра был выходной, что тоже оказалось хорошо. Академия частично опустела, и было на редкость тихо и спокойно.

Я проснулась рано, потому что успела поспать в лазарете. Позавтракав и покормив Рэна, отправилась на полигон. И не ошиблась.

Хотя солнце еще только вставало, генерал был уже там.

На этот раз он тренировался без рубашки. И, забравшись на скамейку с ногами, я позволила себе несколько минут просто любоваться им.

Не думать о произошедшем и предстоящем разговоре. А просто смотреть, как работали его стальные мышцы, как двигались руки и плечи, как напрягалась спина. Как утренний ветер обдувал его красивое лицо и черные волосы.

В эту минуту генерал почему-то показался очень одиноким. Словно там, за жесткой оболочкой, скрывалось не только горячее сердце, но и какая-то боль. Быть может, глубокая рана. Которую он пытался спрятать и закрыть, но никак не мог залечить.

Я тряхнула головой.

Сандра, не выдумывай.

Что бы у него ни было внутри – это не твое дело. Он твой куратор, а ты его ученица. Он тебя старше. И вообще... У него и так из-за тебя куча хлопот. Даже не думай повесить на него еще больше.

– Давно тут сидишь? – Генерал появился передо мной, словно по волшебству.

И как он умел с такой мощной фигурой так бесшумно двигаться?

– Только пришла, – соврала я и глупо улыбнулась, выдавая себя.

Ортега набросил на плечи рубашку, и я уставилась на его грудь. Покрытая капельками, она блестела в лучах восходящего солнца.

Как странно. Такая мелочь, а хочется смотреть не отрываясь.

– Пойдем ко мне, – предложил генерал.

Мы пошли к башне и поднялись в его кабинет. От былых разрушений здесь не осталось и следа, и снова царил образцовый порядок. Вот что значит военный человек.

Генерал попросил нас с Рэном подождать в компании Тары, а сам поднялся на этаж выше. Там, как я поняла, были его спальня и личная душевая. Потому что вернулся он с мокрыми волосами, уже в другой рубашке и пахнувший душистым мылом.

Сам заварил для нас чай и, устроившись с чашкой в кресле напротив, произнес сакральное:

– Наконец-то мы с тобой поговорим о случившемся.

Я превратилась в слух.

– Это скользкая тема, которую не принято обсуждать вне круга хранителей, – начал генерал. – Но файры и скаарги не случайно появились в одно и то же время. Скаарги, как ты знаешь, получались из-за воздействия дикой магии на людей и животных. Так вот: среди животных была малая часть тех, кто не терял рассудка и не становился вечно голодным хищником, а преобразовывал дикую магию в более упорядоченную и менее опасную. Зартакс Стоун и первые хранители назвали их файрами. Они научились с ними соединяться и перенимать их магию. А потом стали их разводить. Так что мы привыкли, что файры в питомниках, а скаарги – в лесах. К слову, почти весь Туманный рубеж от них зачищен. Остались лишь редкие экземпляры. И, признаться, мы все решили, что твой Рэн именно такой.

Он терроризировал деревню, где вы с ребятами собирали фрукты. В несколько раз больше обычной лисы, еще и синего цвета, с двумя хвостами. Представь, что о нем подумали местные. И он не только воровал кур, как обычные лисы, но и нападал на коров и прочий скот. Насколько я знаю, никто из людей от него не пострадал, но такая опасность существовала. Мы отловили его с Крисом и Винсом и привезли в академию, чтобы изучать.

И до твоего появления я не сомневался, что это скаарг. Сейчас же я вижу, что Рэн – это дикий файр. Мы думали, их больше не существует. Однако у всякого правила есть исключения. Но что делает ваш случай еще более особенным – это ваша связь. Вам не нужен был ритуал соединения, чтобы начать чувствовать друг друга. Хватило одной встречи. И я полагаю, это потому, что ты можешь взаимодействовать с дикой магией напрямую и не сойти с ума.

Генерал сделал паузу и отпил из чашки.

– Получается, с точки зрения магии скаарги и файры – это одно и то же? – заключила я. – А разница в том, что одни безумны, а другие нет и могут соединяться с людьми?

– В каждом файре есть частица дикой магии. Ее он преобразует и отдает человеку. Это своего рода фильтр, или, как говорят артефакторы, – трансформатор. Однако до установления связи с человеком дикая магия еще не трансформирована, и именно ее ты ощутила во время ритуала. Что, конечно, говорит о твоих необычайных способностях. Вероятно, после воссоединения с Рэном они еще и возросли.

Я посмотрела на своего лиса, свернувшегося калачиком на диване. Такой расслабленный, словно кабинет генерала уже стал его домом.

– Да, Рэн может усиливать меня.

Я кратко пересказала, как попросила его помочь с Мэттом. И пока говорила, куратор кивал.

– Это подтверждает мою гипотезу. И, возможно, Рэн может не только усиливать тебя, но и ослаблять.

Я сдвинула брови.

– То есть?

– То есть не давать тебе пользоваться дикой магией случайно и необдуманно.

На последнем слове генерал одарил меня красноречивым взглядом, словно я только и делала, что совершала необдуманные поступки. Нет же! Ведь нет?

Я снова посмотрела на Рэна, но лис только качнул головой. И он был не на моей стороне.

– В ритуале О'Коннора не было ничего необычного, – продолжил генерал. – Да, к сожалению, он окончился плачевно. И я должен был перепроверить, все ли так у парня с резервом, и не полагаться лишь на артефакт. Судя по тому, что мне сказали вчера в госпитале, не исключено, что О'Коннор принял временные усилители или что-то вроде того. Пока они разбираются. И если окажется, что парень действительно накачал резерв искусственно, то это его вина и мое упущение как куратора. Но ты, Сандра, во всех случаях ни при чем. Понимаешь?

Он замолчал и посмотрел мне в глаза. Внимательно, словно мой ответ был для него действительно важен.

А я не знала, что сказать. Я испытывала одновременно облегчение и странное замешательство. Почему-то думала не о нашем с Рэном «более особенном случае», а о том, что мы с генералом были сейчас одни. Вдвоем в его кабинете в выходной день.

Этот суровый и строгий человек проявил ко мне столько участия, сколько я не видела за всю жизнь ни от приемных родителей, ни в пансионе. И если я начну от него что-то скрывать, то подведу его. И больше не буду достойна такого доверия.

– Я, кажется, знаю, что Мэтт принял, – выговорила я.

Генерал заметно напрягся.

– Но боюсь, если расскажу, то его отчислят.

– Это все равно может вскрыться, – возразил куратор. – Но сегодня мы можем помочь его лечению. Чтобы выбрать противоядие, нужно знать, какой был принят яд.

Логично.

Я снова глубоко вдохнула, а потом рассказала, как мы с Мэттом заработали кристаллы в деревне.

– С вами был кто-то третий, – качнул головой генерал. – Сами вы до такого бы не додумались.

И посмотрел так пристально, что я поежилась.

– Я не могу сказать кто.

– Элой Робинс, – догадался куратор и усмехнулся. – Конечно, он.

Я постаралась не подать виду, но, наверное, на моем лице все было и так написано.

– Сандра, ты понимаешь, что продажа усиливающих кристаллов сродни продаже запрещенных веществ? Да, они разрешены законом, но категорически воспрещены уставом академии. Потому что приносят много вреда даже не сегодня, а с течением времени. Про О'Коннора сейчас даже не говорю. Мы не просто так устраиваем вам испытания. Не из вредности и желания сделать вашу жизнь труднее. Вы должны быть готовы к выходу во внешний мир. – Он показал большим пальцем куда-то себе за спину. – Плохо подготовленный маг – это угроза не только для него самого, но и для людей вокруг. Ему доверятся, а он подведет.

Я тяжело вздохнула.

– Я понимаю, куратор. Но Элой... Элой – мой друг. Не знаю, зачем ему нужны деньги, но должна быть веская причина. Иначе он бы не стал.

В кабинете повисло тяжелое молчание. Генерал как будто обдумывал мои слова, и я торопливо добавила:

– Мы сегодня же поедем навестить Мэтта в госпитале и покажем лекарям кристаллы. У меня они есть.

– У тебя? – переспросил куратор с нескрываемым удивлением.

– Я ими не пользовалась. И пока будем ехать, я сама поговорю с Элоем. Прошу вас, не наказывайте его. Не хочу, чтобы он думал, что я его предала...

Генерал смерил меня взглядом и как-то обреченно вздохнул.

– Хорошо. Если Робинс обещает, что больше не станет этим заниматься, то я дам ему еще один шанс.

– Правда? – Я подскочила с дивана.

Куратор улыбнулся.

– Тогда я сейчас же поеду! – Я ринулась было к двери, затем вернулась, чтобы поставить чашку. – Еще раз спасибо!

И уже в дверях услышала тихое:

– Как будто я могу тебе отказать...

Это он обо мне? Ну вряд ли.

* * *

Элоя я поймала в столовой. Он как раз тоже собирался после завтрака навестить Мэтта. Жаль, с ним в компанию намылились Регина с Лианой. Обе утверждали, что хотят проведать сокурсника. Но было понятно, что на самом деле они радовались возможности побыть рядом с Элоем.

Мое появление их, конечно, не обрадовало. Но и возразить они не решились. Прогресс налицо.

Вот только из-за них пришлось отложить важный разговор. Всю дорогу в экипаже мы болтали о какой-то ерунде. Пару раз Лиана порывалась погладить Рэна, но лис рычал и не давался.

Правильно, мой зверь.

В итоге, как доехали, выпорхнули из тесной кареты, словно птицы из клетки. Одному Элою было хорошо. Еще бы, в таком малиннике!

В госпитале по пути в палату Мэтта нам в коридоре встретился высокий статный мужчина. Внешне он походил на более взрослую, хмурую и серьезную версию Мэтта. Только не носил очки. Должно быть, это и был его дядя.

На нас он глянул с неприязнью, словно это мы были виноваты в случившемся, и просто прошел мимо. Я хотела было его окликнуть, но тут Элой уже распахнул дверь в палату.

Мэтт был в сознании, хоть и выглядел неважно. Бледный, с темными кругами под глазами и с совершенно пустым взглядом. Когда мы вошли, он таращился в потолок и даже не повернул в нашу сторону головы.

– Мэтт, приятель, – первым поздоровался Элой.

Но парень нас как будто не узнавал. Скользнул пустым взглядом по нашим фигурам и растерянно моргнул.

– На восстановление уйдет время, – заметила у нас за спинами медсестра. – Не шумите особенно. Больному нужен покой.

На Элоя предостережение женщины не подействовало, и он, наоборот, попытался Мэтта расшевелить. Начал травить какие-то байки, но больной лишь растерянно моргал. Зато девицы хихикали и поддакивали.

Пока они были заняты, я выскользнула в больничный коридор и попросила встретиться с главным лекарем. Медсестра сначала отказала под предлогом, что он занят, но я объяснила, что у меня есть версия, что принял больной.

В итоге женщина проводила меня в кабинет к пожилому мужчине с короткой седой бородкой. Когда мы остались одни, я вытащила из кармана кулек с кристаллами.

– Мэттью О'Коннор, скорее всего, принял именно их.

Лекарь взял в руки щепотку, растер между пальцами, затем поднес к носу и понюхал.

– Это что-то домашнее, в артефакторских такие не продают.

– Это хорошо или плохо? – не поняла я.

– Хорошо, что вы принесли образец. Мы теперь сможем лечить вашего друга более прицельно и эффективно. Спасибо вам.

Он протянул сухонькую руку, и я отдала остатки кристаллов.

Все-таки зачем Элою они понадобились? Ради денег от продажи? Но зачем так рисковать?

Доктор снова поблагодарил меня, и я покинула его кабинет. Пошла обратно к палате Мэтта и тут в коридоре увидела неожиданное.

Лиана стояла, подпирая стену. Одна, без вечной подружки, и обнимала себя руками. Я подошла ближе и заметила, что и глаза у нее были на мокром месте.

– Что-то случилось? – тихо спросила я.

Она вздрогнула.

– Что?

На мгновение я увидела ее смущенное лицо, а не обычную непроницаемую маску.

– Ты можешь мне рассказать. – Я осторожно коснулась ее плеча.

– Да чего тут рассказывать? – Она вскинула подбородок, а я так и представила, как она обрастает иголками. Словно стыдилась, что кто-то увидел ее слабость.

– Ты волнуешься за Мэтта? – предположила я.

Лиана отвела взгляд и, тяжело вздохнув, проговорила:

– Ты все равно не поймешь.

Я качнула головой.

– Я видела в конце коридора уголок для отдыха. Там есть кофейник. Пойдем?

– Да ребята уже скоро выйдут, – возразила Лиана. – Не вечно же они будут с ним сидеть.

Но в глазах все же читалось сомнение. Не знаю, может, мне показалось, но брюнетка как будто хотела кому-то выговориться. Просто была не уверена, что этот кто-то – я.

Пришлось идти на абордаж. Я взяла ее за локоть и потащила за собой. Лиана возражала, но все же шла следом.

Усадив ее в кресло, я сунула ей в руку чашку с теплым кофе из магического кофейника. Сама устроилась напротив и дала ей минуту собраться с мыслями.

– Знаешь, у меня был жених. – Она вздохнула. – Родители договорились о браке, когда мы были еще маленькими. Но я была по-настоящему в него влюблена. Он учился в Линбурге, в академии хранителей, а я с нетерпением ждала совершеннолетия и окончания школы. Вот только однажды...

Лиана снова вздохнула, а я ее не перебивала.

– Однажды с ним случилось то же, что с Мэттом. Он попытался установить связь с файром, но не справился. Он потерял память и никого не узнавал. Даже меня. А учитывая еще и неприятности на службе у папы, родители моего жениха использовали это как предлог и разорвали помолвку. Хотя я была готова принять его любым и создать новые воспоминания вместе.

Лиана шмыгнула носом, и я нашла для нее пачку салфеток.

– Элой думает, что своими разговорами может заставить Мэтта вспомнить. А я... Я не могу на него смотреть. Не уверена, что ты поймешь...

– Пойму. – Я вытянула руку и слегка пожала ее ладонь. – Но Мэтт обязательно выкарабкается. Мы все для этого сделаем.

На мгновение между нами повисла пауза. Лиана как будто обдумывала мои слова.

– Да, – тихо сказала она. И, вытерев слезы тыльной стороной ладони, встала. – Ладно, пойдем к ребятам.

Она пошла вперед, а я чуть позади. Но уже у двери в палату брюнетка обернулась и неожиданно сказала:

– Спасибо, что выслушала.

Глава четырнадцатая

Сандра

Когда мы вошли в палату, Элой показывал иллюзии с видами на академию и аудитории и пояснял, что есть что. Но Мэтт его явно плохо понимал. Его взгляд часто терял фокус и начинал блуждать, а пальцы машинально гладили Барса, положившего голову на кровать. И, похоже, это доставляло ему больше удовольствия.

– Когда мы уже пойдем? – канючила Регина. – Мы же собирались погулять в городе.

– Ты можешь идти, – раздраженно буркнул Элой, не глядя на нее.

Я подошла ближе и положила ладонь ему на плечо.

– За один раз ты ничего не сделаешь, но мы можем приходить чаще. Я поговорила с лекарем о том, что Мэтт мог принять.

Элой повернул голову и уставился на меня с удивлением.

– Нам с тобой тоже надо поговорить, – добавила я.

– Ну нет, – возмутилась Регина. – Мы не для того столько ждали.

– Регги, – окликнула подругу Лиана.

– А я что, не права?

– Пойдем.

Голос Лианы прозвучал так спокойно и убедительно, что блондинка послушалась. Да и спорить все равно стало бессмысленно, потому что вернулась медсестра и потребовала, чтобы пациенту дали покой.

Уже в холле Элой попрощался с подругами и повел меня в сторону.

– И чем она его приворожила? – услышала я отдаленные возмущения Регины.

Лиана ей не ответила.

– Так что ты рассказала лекарю? – с нетерпением спросил Элой.

Я рассказала честно и про то, что генерал знает.

– Сандра-а... – разочарованно протянул парень.

– Он сам догадался. Но не это главное. Ты не должен больше этим заниматься, – последнее я сказала с нажимом.

Элой качнул своей светлой головой.

– Я не предвидел, что такое случится, – сказал он тихо. – Но...

– Но тебе нужны деньги? – закончила я за него.

Парень поднял голову, и мы встретились взглядами. Теперь он не очень-то походил на того Элоя, с кем мы познакомились в столовой. Выглядел не наглым и самоуверенным, а скорее печальным.

Произошедшее с Мэттом, похоже, задело его сильнее, чем казалось со стороны. И я почувствовала угрызения совести, что нападаю на него именно в такой момент.

– Зачем тебе деньги, Элой? – все же спросила я.

– А что, ты и это расскажешь своему драгоценному генералу? – огрызнулся парень.

– Тогда сам ему расскажи, – парировала я. – Если у тебя неприятности...

– Не у меня. – Элой сунул руки в карманы и пошел к выходу из госпиталя.

Я ринулась за ним.

– Может, я могу чем-то помочь?

– Скажи генералу, что я все понял и больше подобным заниматься не буду.

– Но, Элой...

– А остальное... Остальное – это мое дело.

Не дав мне возразить, он толкнул массивную дверь, и мы оказались на улице.

Регина с Лианой, как выяснилось, не ушли. Ждали они нас или извозчика, я так и не поняла. Но, увидев их, Элой тут же нацепил свою привычную маску улыбчивого ловеласа и предложил поехать-таки вместе в город.

Я, к радости девиц, отказалась. И, все еще думая над разговором с Элоем, вернулась с Рэном в академию.

В конце концов, каждый имел право на тайны. Я-то свои никому не выдавала.

Брайан

Следующие несколько недель выдались на удивление спокойными. Если не считать еще одного небольшого землетрясения, ничего особенного не происходило. Занятия шли по расписанию. Курсант О'Коннор постепенно поправлялся. И даже Сандра не искала приключений на свою... голову. Или, по крайней мере, так умело скрывала, что кураторы об этом не знали.

Дэниел объявил, что попечительский совет соберется первого декабря. А до того мне нужно было подготовить предложения по улучшению учебной программы, чтобы получить денег из казны. За последние годы приток средств от короны почти иссяк, и это порождало порочный круг. Академия все больше требовала ремонта, но чем хуже было ее состояние, тем менее популярной она становилась, и как следствие – получала еще меньше средств. Дэниел старался разорвать этот замкнутый круг, но здоровье его подводило, и на борьбу просто не оставалось сил. Потому, мне думалось, он и надеялся, что его преемник сможет возродить наше былое величие.

Я отдался работе со всем усердием. По утрам гонял и тренировал курсантов. Днем работал, посещал лекции и беседовал с преподавателями, а по вечерам занимался с Сандрой.

Первостепенным для нас было предотвратить случайные всплески дикой магии, вызванные сильными эмоциями. И в этом девчонке больше всего помог ее лис. Рэн смог стать своего рода посредником между стихией и желаниями Сандры.

Следующим логическим шагом было бы использование дикой магии уже осознанно. То, к чему стремился некромант Джексон, могла бы делать обычная девочка. Однако идти по этому пути было слишком рискованно. Стань об этом известно, и за голову Сандры назначили бы награду. Ей пришлось бы прятаться. И каким бы ни был исход, нормальная жизнь закончилась бы для нее навсегда.

И хотя девчонка обещала мне, что не будет взывать к дикой магии, я понимал, что вечно себя ограничивать тоже трудно. В человеческой природе есть как стремление к развитию, так и потребность в контроле. Сандре нужно было что-то, что могло заменить дикую магию и приносило бы не меньше удовлетворения. А заодно давало бы чувство безопасности.

Поэтому мы стали развивать ее дар к иллюзиям, стихийной и бытовой магии, а также тренироваться с оружием и без него. Я был обязан научить ее, как укладывать на лопатки любого, даже мужчину моей комплекции.

Сандра впитывала знания как губка. А там, где ей не удавалось схватить что-то на лету, она компенсировала упорством. Готова была повторять одно и то же упражнение бесчисленное множество раз. Пока не получится.

Я любовался ею.

Как она могла вечно отрабатывать какой-нибудь прием или заклинание, так и я мог бесконечно смотреть, как она это делает. Стреляла ли она из лука, швыряла огненные шары или бегала вокруг академии – я не мог оторвать глаз.

Раньше я ни с кем не занимался индивидуально. Мог быть урок или два, но не каждый день. С Сандрой же я ловил себя на том, что после тренировок утром, где она упражнялась с сокурсниками на плацу, я с нетерпением ждал вечера.

Старался нагрузить себя работой настолько, чтобы день пролетал незаметно.

Понимал ли я, что мой интерес был не только преподавательским? Конечно, понимал.

Но мне еще пока хватало выдержки никак это не показывать. Без необходимости я старался до девушки даже не дотрагиваться. Только если нужно было для упражнения. И в те мгновения она так мило краснела, что держаться становилось все сложнее.

Но я не имел права. Она молода, красива, и не ее вина, что она столкнулась с необычным даром. Не будь его, ничего бы этого не было. Мы бы не занимались вместе, и вопрос о неуставных отношениях не поднимался бы.

Впрочем, он не стоял и сейчас. Вряд ли она видела во мне кого-то, кроме учителя. У нас разница более десяти лет, а в молодости это кажется пропастью.

У меня было еще больше аргументов против. И все они работали. Кажется.

Вот только я не переставал думать о Сандре. Иногда она мне снилась. Причем в весьма откровенном виде. Сколько ни пытался, от этого наваждения никак не удавалось избавиться.

И я просто принял это. Да, я влюблен в нее как мальчишка. Случилось-таки. Но это не значит, что я буду бросаться на нее и переступать черту. Это наверняка испугает ее похлеще дикой магии. А пока я просто мог ей помогать. И в конечном счете, не это ли важнее?

Утром от Чарльза прибыл посыльный. Мой приятель выяснил, где Сандра работала тем летом, когда ее волосы поменяли цвет. Список был солидным, но ничего странного в нем не оказалось. Девушка мыла посуду в ресторане и кофейне, работала в прачечной, в артефакторной мастерской, в книжной лавке и помощницей садовника. Простая, низкооплачиваемая работа как раз для молодежи.

Правда, молодежи из простых семей. Сандра все-таки была пусть приемной, но дочерью дворянина. Видимо, карманных денег ей или не давали, или давали слишком мало. Об этом хотелось поговорить, но тогда бы девушка поняла, что я копался в ее прошлом. Кто знает, как она отреагирует?

Шар связи вспыхнул, отвлекая меня от мыслей о Сандре.

– Брайан, зайди ко мне, – попросил Дэниел.

Когда я поднялся к нему, ректор разбирал за столом почту. Сегодня он выглядел лучше обычного. Но вместо того чтобы пользоваться хорошим самочувствием и отдыхать, нырнул с головой в работу.

Когда я подошел ближе, он протянул мне белый конверт с бордовой печатью.

– Странное письмо, – сказал Дэниел. – От некоего Сенлера Морри. И касается твоей ученицы.

Сандра

Последние недели выдались самыми спокойными и приятными в моей жизни. Я много занималась. Утром пробежка с последующей тренировкой с мечом и луком. Днем лекции и семинары. А вечером занятия с куратором.

Не знаю, как я не уставала. Были же еще домашние задания и рефераты. Но я чувствовала себя такой энергичной, что, кажется, легко перенесла бы и двойную нагрузку. К слову, профессор Тимсон по математике по-прежнему давал мне больше задач, чем остальным. Но я была так увлечена и полна сил, что даже это не омрачало отличного настроения.

Моей любимой частью дня были, конечно, занятия с куратором. Я обещала ему, что не стану пользоваться дикой магией, а взамен он стал учить меня магии обычной. Да, многое из этого я бы и так проходила по программе академии, но с генералом все получалось в ускоренном темпе.

От глаз сокурсников это, конечно, не ускользнуло. Я была единственной из первогодок с файром и этим объясняла, почему ко мне индивидуальный подход. Многих это восхищало и воодушевляло. Я чувствовала себя особенной и немного принцессой. Ребята относились с уважением, как к магу, но все же и трепетно, как к девочке. Получалась необычная смесь. А уж сколько я получила приглашений на свидания – не сосчитать.

Всем я, конечно, отказывала. Не знаю почему, ведь были ребята и симпатичные, и хорошие, но мое сердце от них не екало. Народ сплетничал, что я жду Элоя. Были версии, что у меня где-то за академией есть жених.

Я же просто наслаждалась учебой. Особенно занятиями с генералом. Может, по сравнению с ним ребята и казались мне какими-то маленькими и несерьезными. Нет, понятно, что вряд ли я могла заинтересовать такого мужчину. Куратор возился со мной исключительно из-за магии. Но все же, глядя на него, я тихонько представляла, что мы вместе. И с нетерпением ждала каждой встречи. А еще больше – редких прикосновений, когда он мне что-нибудь показывал.

Не знаю, может, влюбляться в учителя и неправильно, но я ведь ничего не делала. Просто ценила каждое мгновение и наслаждалась его вниманием, ничего не требуя и не ожидая.

Вот с Элоем мы немного отдалились. Иногда я видела его в госпитале, куда ездила навещать Мэтта. Мы даже о чем-то болтали, но все было поверхностным. Я чувствовала, что Элой закрылся, но понимала, что чужую душу не вскрыть, как замок.

Иногда я видела в госпитале и Лиану. Одну, без подруги. Она попросила никому не говорить, но тоже навещала Мэтта. И, к удивлению лекаря, парень шел на поправку куда активнее, чем все предполагали. Стал многое вспоминать, с каждым днем двигался все больше и недавно даже смог зажечь магией свечку.

– Ему повезло, что у него столько друзей, – заметила как-то медсестра.

И это тоже было здорово.

В целом со всеми хорошими событиями я как-то расслабилась и перестала ждать от жизни подвоха. И потому сильно удивилась, когда дорожку в парке мне перегородила кучка ребят.

Был конец ноября, и шел мелкий снег. Фонтан уже не работал, было холодно, и мало кто из курсантов подолгу задерживался на улице.

Я шла в библиотеку, чтобы вернуть книги, которые брала для реферата по общей теории магии. Вокруг не было ни души. Я не торопилась, а Рэн рыскал по кустам.

И вдруг они. Драммер с приятелями.

– О, никак кураторская подстилка! – воскликнул он.

Я невольно прижала книги к груди. Их было четверо, и Драммер – самый мелкий.

– Что вам надо? – сухо спросила я.

Вперед выступил рослый детина с бритой головой. Не из нашего корпуса, но, видимо, приятель Драммера.

– А ты даешь только преподам? – Он нагло оскалился. – Или можно договориться?

Почуяв неладное, Рэн высунул нос из кустов и зарычал.

«Погоди», – мысленно попросила я. Нельзя, чтобы был повод сказать, что мы напали первые.

– Уйдите с дороги, – ответила я парням.

– А то что? – Драммер усмехнулся. – Пожалуешься куратору?

– Хорошо быть девочкой, – поддакнул третий. – Раздвинула ноги, и на тебе хорошие оценки.

Не став отвечать на оскорбления, я просто попыталась обогнуть придурков. Но не тут-то было. Здоровяк схватил меня за локоть и дернул на себя.

Зря он это, конечно.

Книги выпали из рук. Я резко метнулась в сторону, толкая его торсом и заставляя потерять равновесие. Совсем чуть-чуть сместила вес на одну ногу. А дальше, как учил генерал, ударила под колено, и вот уже здоровяк сам не понял, как рухнул на землю.

– Ах ты...

Разразившись ругательствами, парни ринулись ко мне уже все сразу. Но дорогу им перегородил Рэн, выросший в несколько раз. Он был не настолько огромным, как тогда на арене, но впечатление все равно произвел.

Парни попятились, но Драммер все же попробовал метнуть в меня магией – грязевым шаром. Я вовремя выставила защиту, и в итоге курсанта окатило самого.

Удирали они грязные и поджав хвосты. А я гордилась, что уроки генерала не прошли даром.

Вот только... Наверное, стоит ему рассказать. Я не привыкла ябедничать, но лучше, чтобы он был в курсе. Вдруг мальчишки не просто нажалуются, а все выставят так, будто это я напала? Свидетелей-то нет.

В учительской куратора не обнаружилось, зато я нашла его недалеко от главной башни.

– Блейк, ты-то мне и нужна, – поприветствовал он. – Идем ко мне, а потом к ректору.

А вот это уже вряд ли обещало что-то хорошее.

Пока шли, я торопливо рассказала о стычке с Драммером и его приятелями. Генерал хмурился, хотя было видно, что этот инцидент беспокоил его куда меньше, чем вызов к ректору.

– Наказать его? – спросил он, открывая передо мной дверь кабинета.

– Не надо, – попросила я. – Я с ним уже разобралась. Просто хотела, чтобы вы знали на случай, если они пожалуются.

– Тогда им придется признать, что они толпой напали на одну девочку, которая их все равно раскидала. – Куратор улыбнулся.

И мне почудилась в его словах гордость.

В кабинете я уже привычно устроилась на диване, а Рэн свернулся рядом калачиком. Генерал опустился в кресло, и Тара села рядом.

– Сандра. – Шутливый тон куратора резко сменился на серьезный.

Он внимательно изучал меня своими синими глазами, и я резко почувствовала себя неуютно.

Да что случилось-то?

– Сегодня ректор получил письмо от человека по имени Сенлер Морри, – сказал генерал. – Ты такого знаешь?

Я сглотнула.

– Да, он... Он хозяин артефакторной мастерской, в которой я работала три года назад.

– Вас связывают какие-то обязательства? – уточнил куратор, не сводя с меня взгляда.

– Да. – Я вздохнула.

Что ж, лучше расскажу как есть.

– Сенлер Морри – хороший знакомый моего отца. Однажды летом он предложил мне работу у себя в мастерской. Нужно было убираться, вытирать пыль... Ничего особенного, а деньги были приличные.

Брови генерала дрогнули.

– Ты много работала, – заметил он.

Не знаю, как он догадался, но я кивнула.

– Мой отец...

Говорить об этом было трудно и в то же время хотелось поделиться. Кому еще я могла рассказать, если не ему?

– Моя семья мне не родная, – собравшись с духом, продолжила я. – У моего отца была первая жена, которая взяла меня из сиротского приюта. Она не могла иметь своих детей, вот и решила позаботиться обо мне. Она была необыкновенно доброй. Но, к сожалению, ее свалила лихорадка. После ее смерти отец женился второй раз, и у них появился свой ребенок. Всем стало не до меня. На улицу выгнать неприлично, но и тратиться на меня им тоже не хотелось.

Генерал сжал челюсти так, что заиграли желваки.

– Меня никто не обижал, – поспешила заверить я. – Просто поставили условие, что мне оплатят пансион, а дальше я сама. Правда, помимо пансиона мне нужны были и одежда, и книги. Так что я старалась подрабатывать, когда могла. И вот однажды летом согласилась убираться у Сенлера Морри. Он был, пожалуй, одним из лучших моих работодателей. Всегда подчеркнуто вежливый, даже заботливый. Не ругал за огрехи. Про деньги я уже сказала, но помимо зарплаты он частенько покупал мне сладости...

Пока я рассказывала, генерал мрачнел еще сильнее. Не знаю почему, я ведь еще не дошла до главного.

– В мастерской было несколько комнат, и вот в одну из них заходить было нельзя. Сенлер всегда запирал ее на ключ. Но однажды я... – Я вдохнула. Говорить об этом было стыдно. – Во мне взыграло любопытство, и я все-таки в нее проникла.

Губы генерала тронула улыбка.

– И я случайно сломала какой-то агрегат. Не заметила торчащую штуку, она отлетела, я пыталась приладить обратно. В общем, сделала вид, что так и было, и на вопросы Сенлера врала, что в комнату не заходила. Но когда на следующее утро я проснулась с синими волосами, он все понял.

Я заметила, как куратор напрягся.

– И что он сделал?

– Пошел к моему отцу. – Я снова вздохнула. – Испорченное оборудование стоило сумасшедших денег, которые моя семья не могла себе позволить. По дружбе Сенлер предложил заключить контракт, по которому сразу по окончании школы я отработаю всю стоимость. И я подписала. Не могла не подписать, иначе вся семья угодила бы за решетку. Вот только потом... Я сбежала и спряталась здесь.

Генерал задумчиво глянул в сторону.

– Понимаете, – торопливо продолжила я. – У него есть все законные основания, чтобы меня забрать. Или заставить отрабатывать, или кинуть в тюрьму. Я не могла об этом так просто рассказать...

Куратор снова посмотрел на меня. Внимательно, но без осуждения.

– Почему ты его боишься? – спросил он. – Я уверен, ты не случайно сломала тот агрегат. Ты что-то увидела – верно?

Глава пятнадцатая

Сандра

Проницательности генерала можно было позавидовать.

– Я не знаю, что я видела, – неуверенно начала я. – Я слышала, что до открытия мастерской Сенлер служил придворным некромантом. Но все равно не ожидала, что увижу в запертой комнате... головы. Головы людей и животных в здоровенных колбах. А еще там были ряды пробирок с кровью. И на одной – пока пустой – написано мое имя.

Вспоминать об этом было так страшно и неприятно, что даже сейчас я ощутила озноб.

Генерал наклонился вперед и, коснувшись моей руки своей широченной ладонью, осторожно ее пожал.

– Все хорошо, ты в безопасности.

– Тогда в той комнате мне показалось, я что-то услышала. Я испугалась, что Сенлер вернулся, дернулась и задела одну из его машин. Там была стеклянная линза, она выпала, и пока я пыталась судорожно вставить ее обратно, то оцарапала запястье о какой-то шип. От боли дернула рукой и сшибла еще одну торчавшую деталь. В общем, все как-то приладила на место и надеялась, что Сенлер не заметит. Но мои же волосы меня выдали.

– Твоя кровь прореагировала с магией, наложенной на ту машину, – задумчиво проговорил генерал.

– Да, именно это Сенлер и сказал. Что если бы я ее не трогала, как уверяла, то мои волосы бы не посинели. В общем... В общем, я сама виновата. Не стоило заходить в ту комнату.

– А что он сказал про пробирку?

– Что собирался попросить меня сдать немного крови для его экспериментов. За деньги и добровольно. В этом тоже нет ничего преступного. Но мне все равно было страшно. Я не могу это объяснить, но то, как Сенлер на меня смотрел после этого случая... Словно пес на кусок мяса. Не знаю, возможно, я преувеличиваю, но...

Вспомнилось, как Сенлер уверял меня, что, работая на него, я буду всем обеспечена. Для девочки, ненужной своей семье и бесприданницы, это было неплохое подспорье. И мачеха говорила, что мне несказанно повезло. Вот только взгляд у мужчины был слишком плотоядным. От одной лишь мысли о нем становилось жутко.

– Сандра. – Генерал выпустил мою руку, хотя и хотелось, чтобы подержал дольше. – Ты не думала, что твои способности к дикой магии могут быть связаны с тем, что случилось?

– Думала. – Я кивнула. – Только что с того?

– Если мы поймем, как эти способности к тебе пришли, то, возможно, выясним, как от них избавиться. В любом случае сейчас придется все, что ты мне рассказала, повторить перед ректором.

Внутри похолодело.

– Как?

– Сенлер написал письмо на его имя. Объяснил, что ты связана с ним контрактом, должна большую сумму денег и академия не имеет права тебя укрывать. Надо сказать, написал предельно вежливо, но человек он непростой – это видно. И заставил нашего ректора поволноваться. Но ты не бойся, Дэниел хороший человек. Расскажешь ему как есть.

– Но я ведь и правда виновата. – Я прикусила нижнюю губу.

И ощутила на себе обжигающий взгляд генерала.

Брайан

С такими, как Сандра, я не сталкивался никогда. Не девушка, а ходячее приключение! Конечно, она должна была забраться в закрытую комнату.

И это наводило на мысль, что, возможно, этот Сенлер все подстроил. Знал, что рано или поздно Сандра не удержится. Да и если бы в комнате был серьезный замок, вряд ли девчонка смогла бы его вскрыть. Может, и агрегат был уже сломан до того, как она вошла. Или не сломан вовсе, но никто не смог бы разобраться и доказать обратное. Родители Сандры явно не собирались за нее вступаться, а Сенлер и это знал.

Если он был знакомым ее приемного отца, то мог наблюдать за девушкой не один год и не случайно предложить работу именно ей. Знал ли он, что ее волосы посинеют? Возможно, это была его рабочая гипотеза, для которой нужна была кровь Сандры. А та еще так удачно попала на его машину.

Но если способности к дикой магии проснулись у девчонки именно из-за этого, то тут два вывода. Первый – то, чем занимался Сенлер, связано с дикой магией, а значит, незаконно. И второе – кровь Сандры особенная. Не просто так ее магическое оружие обрело форму древнего меча. Узнать бы, кто ее биологические родители...

Правда, сейчас это было не первостепенно. Девчонка признала, что да, она подписала контракт с Сенлером. Его притязания были законны. Но, возможно, удастся с ним договориться. Ведь если его эксперименты связаны с дикой магией, то ему тоже есть что скрывать и чего бояться.

Я думал об этом, пока Сандра рассказывала ректору о произошедшем.

– Н-да... – Дэниел вздохнул и чуть поморщился, словно от боли. – Это будет сложно. Можно попробовать заручиться поддержкой Ордена хранителей. Доказать, что ты необыкновенно талантливая ученица и должна остаться в академии. Были случаи, когда курсантам давали отсрочки даже от императорской службы. Возможно, Орден захочет выкупить твой долг. Что, впрочем, не гарантирует, что Сенлер Морри согласится.

Сандра стояла с бледным лицом, того и гляди упадет в обморок. И я всерьез испугался, что в такую минуту она невольно применит свою магию. Возможно, и Рэн не сможет ее сдержать.

Опасно.

– Сандра, ты не волнуйся, – проговорил я, вставая между ней и ректором. – Мы найдем способ решить эту проблему. Иди на занятия и ничего не бойся. Хорошо?

Она подняла на меня испуганные глазищи.

– Постарайся сосредоточиться на учебе, – добавил я, надеясь, что она поймет, о чем я.

– Да, куратор. – Сандра кивнула. – Спасибо вам, – добавила, обращаясь уже к ректору.

Когда за ней закрылась дверь, я обернулся к Дэниелу.

Тот качнул головой.

– Скажи, что ты не... – начал он и кашлянул. – Не накануне попечительского совета.

– Мне нечего стыдиться перед советом, – заверил я. – Я просто хочу помочь девчонке.

– То есть ты в нее не влюблен? – совсем уж напрямую спросил Дэниел.

– Я не позволял себе переходить границы, – ответил я.

Ректор тяжело вздохнул.

– Значит, все-таки... Ладно. Давай теперь начистоту. Ты знаешь, что этому Морри нужно от нее на самом деле?

Я рассказал Дэниелу о дикой магии. Одно дело, когда об этом знали только мы с Сандрой да и частично балбес Элой. Другое – человек со стороны. Некромант, возможно, со связями.

– Его эксперименты незаконны, – сказал я в конце своей речи.

– Но давить на это – значит открыто объявить ему войну, – ответил ректор. – Пока он вежлив, и лучше бы уладить это дело по-тихому.

– Он выяснил, что Блейк у нас, – возразил я. – Значит, искал ее.

Дэниел потер седые виски.

– Самое верное, конечно, было бы избавить твою ученицу от этого дара, – проговорил он. – Я сделаю все, что в моих силах, чтобы ей дали официальную отсрочку от любых обязательств. Но вам с ней нужно срочно разобраться с магией. Понятно, что и литературы в свободном доступе нет, а если запросим – привлечем ненужное внимание.

Ректор побарабанил пальцами по столу. А мне в голову пришла идея.

– Джексон. – И на вопросительный взгляд Дэниела пояснил: – В его хижине могли остаться какие-то записи.

– Ее наверняка не раз обыскивали. – Ректор качнул головой.

– Но это не значит, что нашли все. Нам надо попробовать.

– Хорошо. – Дэниел кивнул. – Только не забывай, что совет уже в понедельник. Ты мне нужен в полной готовности, и чтобы тебя ничего не отвлекало и не тянуло вниз.

Вниз... Сандра не тянула меня вниз, а возносила к небу.

Но говорить об этом вслух было, конечно, неуместно. Главное, что Дэниел согласился нам помочь и потянуть время. А дальше они уже постараются.

Когда я спускался из башни, академию снова затрясло. Толчки были не сильные, но стены от них дрожали. И у Тары на спине вздыбилась шерсть.

– Все хорошо. – Я погладил ее по загривку. – Мы найдем выход.

Сандра

Я думала, что, рассказав все генералу, а потом ректору, почувствую облегчение. Никто не набросился на меня с обвинениями и не закричал: «Сама, дура, виновата!» Наоборот, отнеслись с сочувствием и пониманием.

Но покидала я башню с тяжелым сердцем. До этого мне наивно верилось, что Сенлер остался в прошлом. Что мы теперь были в разных мирах. Что мне удалось сбежать и спрятаться за широкой спиной генерала.

Но реальность врывалась, как ураган в окно. Разбивая стекла. Или тряся землю, чтобы уходила из-под ног, как сейчас.

Сенлер никуда не делся. Он нашел меня. И теперь может навредить всякому, кто решится меня защитить. Генерал этого бы никогда не сказал вслух, но получалось, что я его подставляла.

Со мной слишком много возни.

Подземным толчкам не удалось сбить меня с печальных мыслей. Мрачная, я настолько ушла в себя, что не понимала, куда иду на самом деле.

Пока Рэн внезапно не ухватил меня за штанину.

Я стояла возле того самого колодца, через который когда-то попала на арену на вечеринку. Сейчас он был заколочен. Как я вообще умудрилась сюда свернуть?

Не успела я себя как следует отругать, как послышались шаги. Я инстинктивно присела и спряталась за колодцем.

В мою сторону шел незнакомый курсант. По счастью, без файра, иначе бы он нас учуял.

Парень устроился на краю каменной кладки. Похоже, собирался кого-то ждать. И мне, наверное, можно было бы выбраться. Ну да, выглядело бы странно, чего я вообще пряталась. Но бывает же.

Вот только мне стало любопытно.

Да-да, жизнь ничему не учит.

Я это понимала и продолжала сидеть в засаде. А Рэн тихонько устроился рядом.

Долго ждать не пришлось. Через пару минут снова раздались шаги, а потом и знакомый голос.

Элой.

Парни не стали здороваться. Незнакомец лишь коротко спросил:

– Принес?

– Как договаривались.

– Здесь вся сумма.

Я закатила глаза. Опять он за свое! Снова где-то раздобыл кристаллы и продает? Обещал же.

Жутко захотелось выпрыгнуть из засады и накричать на него, но подозреваю, что это бы напугало второго парня. А мне на сегодня хватило стычки с Драммером. Не будем пока наживать новых врагов. Старых достаточно.

– Сандра, можешь перестать прятаться, – услышала я веселый голос у себя над головой.

Подняла глаза и увидела свесившегося сверху Элоя.

– Барс тебя сразу почуял, – пояснил парень. И, перемахнув через колодец, устроился со мной рядом. – Ты за мной шпионила или так?

– Так, – ответила я. – Но что ты ему продавал? Опять за старое?

– Не, теперь за новое. – Элой хохотнул, а я насупилась. – Ладно тебе. – Он легонько толкнул меня плечом. – Не кристаллы это, не волнуйся. Всего лишь ответы на контрольную по математике.

– Что-о?

– Тише ты, ворон распугаешь.

Я нахмурилась.

– Откуда у тебя ответы?

– У Тимсона всего несколько наборов контрольных, и он их тасует. Ребята давно вычислили закономерность и какой вариант будет в этом году у второго курса. А я всего лишь отдал ответы.

– Продал, хочешь сказать.

– Между прочим, они мои собственные. Я ничего ни у кого не крал, просто всегда был отличником по математике.

Последнюю фразу он произнес с гордостью, даже подбородок вскинул.

– И все-таки, – я оставалась серьезной, – зачем тебе деньги? Что бы там ни было, может, есть другой выход?

Элой смерил меня взглядом.

– А ты не побежишь рассказывать генералу? – спросил он строго.

– В прошлый раз речь шла о жизни Мэтта, – начала оправдываться я. – Да я и не говорила, он сам...

– Как тебе, кстати, с ним тренируется? Это редкость, когда куратор лично с кем-то занимается.

– Это ты так уходишь от темы?

Элой ухмыльнулся.

– Ага. Ладно, новенькая, от тебя, похоже, не отвяжешься. – Он почесал Рэна за ухом.

А я дождалась-таки, пока он заговорит.

– У меня есть сестра-близнец – Элоиза. Я зову ее Лиззи. Мы с детства были неразлучны, но потом родители решили распорядиться нашими судьбами по-разному. Меня в академию, ее замуж. Мы оба считали это крайне несправедливым, но кто нас слушал? В итоге сестра решила сбежать, а я ей помог.

– И поэтому ты учишься здесь, а не в Линбурге? – догадалась я.

– В наказание. – Элой кивнул. – Лишить меня образования они не могли, все-таки наследник. Зато решили, что обойдусь без столичной роскоши. Но мне так даже лучше. Легче зарабатывать и пересылать деньги сестре.

– Мне жаль. – Я коснулась его плеча.

– Лиззи не унывает. Работает много, но зато на свободе. Беда только в том, что родители объявили ее в розыск. Они и за мной следят, уверенные, что рано или поздно приведу их к ней. Так что я вынужден осторожничать.

– Понимаю. Но вечно прятаться – тоже ведь не выход...

Сказала та, кто сама скрывается без всякого плана...

– Окончу академию, у меня будет чуть больше свободы. Там и решим, что делать.

Плохо, когда твоей семье нет до тебя дела. Но бывает, что гораздо хуже, когда есть.

– Ладно, не грусти. – Элой встал первым и протянул мне руку. – Сестре было бы гораздо хуже, выйди она замуж. Так что все нормально, справимся.

Парень предложил попить в столовой чаю с кексиком. И пока мы шли, развлекал меня веселыми историями и шутками.

Как же внешность обманчива!

Элой казался разгильдяем, эгоистом и бабником. Но под этой маской скрывался серьезный и заботливый человек, готовый многим рискнуть ради тех, кого любит. В конце концов, его могли поймать за продажей кристаллов. Да и страшно представить, как еще он добывал деньги. И не для себя, не для развлечений...

Жаль только, я никак не могла помочь. Денег у меня нет, да и я сама беглянка с туманным будущим.

Недалеко от столовой мы столкнулись с генералом.

– Куратор Ортега, – поздоровался Элой.

– Робинс. – Генерал только слегка качнул головой, и парень все понял.

– Исчезаю. – И, глянув на меня, подмигнул.

Исчез Элой с чудесной скоростью, а мы с куратором отошли в сторону.

– Сандра, в выходные мы с тобой поедем на практику, – проговорил генерал вполголоса. – Подробности расскажу позже. Пока собери вещи: обязательно теплые и подходящие для ночевки, вероятно, в полевых условиях.

Ночевки?

Мои глаза округлились.

– Никому об этом не распространяйся. Отныне тебе нужно быть осторожнее и на всякий случай предполагать, что и у стен есть уши.

Голос куратора звучал тихо, но пробирал так, что становилось по-настоящему страшно. Я понимала, что письмо Сенлера – это прямая угроза. Но к тому, что все резко поменяется, пока готова не была.

– Не бойся. – Он чуть сжал мое плечо. – Мы все решим. Просто нужно быть аккуратнее. Как на занятиях у Вильямса.

Да уж, алхимик постоянно налегал на технику безопасности. Видимо, случай в аудитории 303 был далеко не единственным за его практику.

– Поняла, – я кивнула. – Значит, выходные?

– Выедем в субботу рано утром.

Генерал пошел дальше по своим делам, а я уставилась ему в спину.

Выходные вдвоем? Так ведь получается, я не ослышалась?

Ладно, мы тренировались вдвоем. Но все же в академии. В зал или на полигон мог кто угодно прийти в любое время. Да и Альварес периодически заходил с сообщениями. Пару раз генерал сам просил кураторов Хикса и Салливана к нам присоединиться и показать мне пару приемов.

Мы все время были в учебной среде. Она окружала нас, словно магический щит. Но что будет, останься мы вдвоем по-настоящему?

А-а-а! Об этом было даже страшно подумать!

Я бросила взгляд на Рэна, глядевшего на меня с любопытством.

Нет, я все-таки буду не одна, а со своим лисом. И ему тоже хорошо выбраться за стены академии. Хоть сможет снова стать большим и порезвиться на свободе.

Так, ладно, отставить страх. До выходных еще два дня, и лучше бы мне переделать все задания, чтобы хоть об этом не волноваться.

Глава шестнадцатая

Сандра. На следующий день

– Здорово. – Элой плюхнулся на скамейку рядом и водрузил на стол свой поднос. – Кстати, что делаешь на выходных?

Этот простой вопрос заставил меня воровато оглядеться. В столовой было полно народу, но на нас вроде бы никто не смотрел.

– Занята, – ответила я, понизив голос.

– Свидание, что ль? – Элой ухмыльнулся и, наклонившись ближе, добавил шепотом: – Или что секретное?

– Можно и так сказать. – И слегка от него отодвинулась.

Его манера вторгаться в личное пространство иногда ужасно раздражала, хотя мне, конечно, давно пора было привыкнуть.

– Мне нужна помощь. – Он вдруг посерьезнел. – Нужно передать деньги сестре, а за мной следят. Прошлый раз я чуть не попался, а в этот раз они усилили наблюдение. Охранники у ворот подкуплены.

Я сдвинула брови.

– Ты серьезно?

– Один из них сегодня сообщил мне. Боюсь, на этот раз от слежки не уйду. А вот про тебя они не знают.

Я, конечно, тоже была не в лучшем положении. Вдруг и за мной следили? Только не родители, а люди Сенлера. Впрочем, следить они могли уже давно, и я могла не замечать.

– Сандра, пожалуйста. – Элой взял меня за руку. – Мне больше некого просить. Я поеду сегодня навещать Мэтта, попробую увести «хвост» за собой. А ты встретишься с Лиззи. Ведь встретишься?

Не знаю, как у него получалось, но сейчас он напоминал потерявшегося щенка. Смотрел так, что невозможно отказать.

– Хорошо. – Я вздохнула.

Элой лучезарно улыбнулся.

– Ты настоящий друг. Лиззи будет ждать в таверне «Белый ворон», я расскажу, как туда добраться.

После обеда была еще одна пара, а потом я отправилась в город. По дороге зашла в лавку и купила краску для волос. Да, можно было поменять внешность иллюзией, но я бы не смогла ее долго поддерживать. А синий цвет все-таки довольно заметный. Не знаю, спасет ли меня это от Сенлера, но лишним, наверное, не будет.

После лавки я пошла по указанному Элоем адресу. Таверна была небольшой и располагалась в маленьком переулке в стороне от больших дорог. Народу внутри было немного, и я сразу узнала Лиззи. Они с братом были чертовски похожи.

Такая же светленькая, зеленоглазая и симпатичная. Она сидела одна за столиком и читала книгу.

– Лиззи? – спросила я, усаживаясь напротив. – Меня зовут Сандра, я от Элоя.

Она растерянно моргнула.

– Что-то случилось?

– Нет, просто ваш брат решил быть осторожнее.

Я вытащила из-за пазухи сверток, который попросил передать Элой.

Девушка тут же спрятала его во внутренний карман курточки.

– Спасибо. А скажи... – Она посмотрела мне в глаза. – Как он? Как мой брат?

– Не унывает. – Я улыбнулась.

– И, поди, не пропускает ни одной юбки, – добавила Лиззи за меня.

Мы вместе посмеялись, и я сразу прониклась к девушке симпатией. Даже Рэн разрешил ей себя погладить и почесать за ушком.

– Эх, будь я на месте моего брата, постаралась бы завоевать такую девушку, как ты. Первокурсница, а уже с файром. Ты, наверное, очень сильный маг.

От внезапных комплиментов я слегка смутилась.

– Ну не то чтобы... Но ведь Элой наверняка должен будет жениться по расчету, – увильнула я от темы.

Лиззи кивнула.

– Не удивлюсь, если родители организуют для него отбор невест. Это если он не успеет жениться до того и поставить всех перед фактом.

Она многозначительно посмотрела на меня.

– Но не на мне точно. – Я подняла вверх раскрытые ладони. – Мы с ним только друзья, ничего больше.

Девушка с подозрением сощурилась, словно до конца мне не поверила.

– У тебя уже есть возлюбленный? – понизив голос, спросила она.

И перед глазами сразу всплыл образ генерала Ортеги. Вот прям сразу, даже подумать не дал.

– Это безответно, – призналась я. – Он мой учитель.

И испытала неожиданное облегчение, что смогла сказать об этом вслух.

У Лиззи загорелись глаза:

– Красивый?

– Не то слово...

Мы еще немного по-девичьи посплетничали, пока я не опомнилась, что надо возвращаться в академию.

Когда мы покинули таверну, солнце уже село. Переулок окутывал полумрак, освещенный лишь единственным фонарем под вывеской.

– Давай еще встретимся, – предложила Лиззи, обнимая меня.

– Обязательно, – пообещала я.

Мы разошлись в разные стороны. Она убежала в глубь переулка, а я пошла в сторону центральной улицы.

И думала почему-то о генерале. Когда я училась в пансионе, то не собиралась выходить замуж. А девочки, которые мечтали о мужьях, казались глупенькими и недалекими. Зачем запирать себя дома с каким-то человеком, когда вокруг целый огромный мир?

И вот почему-то так получалось, что, если бы этим человеком был Брайан – я бы побежала вприпрыжку и с радостью позволила себя запереть хоть в тренировочном зале, хоть у него в кабинете.

Ох...

Рэн зарычал, отвлекая от непристойных мыслей.

– Заблудилась, красавица? – Переулок перегородили трое мужчин.

Крупные, в черных куртках и с наглыми рожами. Грабители или насильники, или и то и другое сразу.

Решив, что смысла с ними беседовать все равно нет, я призвала свой меч в правую руку и огненный шар – в левую. Рэн между тем стремительно увеличивался в размерах. И чем больше он становился, тем сильнее вытягивались лица у мужчин.

– Валим! – успел вякнуть тот, что стоял с краю, и бросился вон из переулка.

Вожак грабителей не успел, потому что Рэн припечатал его к земле.

Третий решил, что лучшая защита – нападение, и кинулся на меня. Но уроки генерала не прошли даром. Я метнула в него шар и, пока мужик сбивал с рукава пламя, сделала подножку. После чего приставила свой меч к обнаженному горлу уже лежачего противника.

Рэн обнажил свои огромные клыки, но хотелось все же обойтись без крови. Да и был прекрасный шанс опробовать новое заклинание от профессора Миллера.

Я наслала на грабителей сон. В бою это сделать сложно, а вот когда они лежали обездвиженные – все получилось.

Убедившись, что мужики захрапели, Рэн снова уменьшился. Мы покинули злополучный переулок и уже на перекрестке заметили полицейского. Ему-то я и пересказала, что произошло.

– Как хорошо, что у нас под боком академия хранителей, – усмехнулся мужчина. – Спасибо вам за бдительность.

Мы тепло попрощались, и я побежала ловить извозчика. В итоге вернулась в академию уже к закрытым воротам. Хорошо, охранник меня впустил. А вот с миссис Шервуд опять была проблема...

Двери общежития были заперты. И больше не скажешь, что новенькая, не знала или ошиблась. Если комендантша не пустит на порог – будет права. А на улице уже морозит.

Так, какие у нас еще варианты?

Я прошлась вдоль стены общежития и поискала свое окно. Ага, вон то, с цветочком на втором этаже. Как бы до него добраться?

Рэн ткнулся носом мне в руку.

Точно!

Воровато оглядевшись, я убедилась, что никого рядом не было. После чего лис уже почти привычно начал увеличиваться. Я успела вовремя запрыгнуть на него, и теперь, когда он вернулся к своим истинным размерам, добраться до окна было как нечего делать.

Оно еще и было чуть приоткрыто, чтобы проветривать комнату. Так что даже не пришлось разбивать стекло.

Распахнув створку полностью, я подала знак Рэну. Он подпрыгнул и, уменьшившись прямо в воздухе, приземлился на подоконник.

И что бы я без него делала? Так и хотелось затискать моего мехового друга.

Он, впрочем, не возражал.

* * *

С Элоем я столкнулась на следующее утро, пока бежала на построение.

– Все получилось, – гордо сообщила я. – И сестра у тебя прелесть.

Элой широко улыбнулся и неожиданно сгреб меня в охапку. Я и охнуть не успела, как заполучила поцелуй в щеку.

– Ты чего?

– Спасибо, я знал, что могу тебе доверять.

– Да пустяки...

И осеклась, вдруг почувствовав спиной неладное. Как будто позади была какая-то опасность.

– Элой, что у меня за спиной? – шепотом спросила я.

Парень убрал руку, до того обнимавшую меня за талию.

– Собственник он у тебя...

– Кто? – Я сдвинула брови.

– Увидимся. – Элой махнул мне и так быстро ретировался, что я и спросить ничего не успела.

Обернулась, но за моей спиной никого не было.

Что за дела?

Ладно, на построение бы не опоздать.

Генерал был уже на плацу, но на мое появление никак не отреагировал. Сегодня он казался предельно собранным и четким. Раздавал команды и не давал зевать и отвлекаться.

После обычной пробежки он поставил нас в пары на поединки.

– Курсант Драммер и курсант Блейк, – объявил он.

– Я не буду с ней! – взвизгнул Драммер как-то совсем не по-мужски.

Генерал выгнул бровь.

– Боишься, что тебе надерет зад девушка?

По рядам пошли смешки.

– Это нечестно, – возразил Драммер. – Вы с ней занимаетесь отдельно, и поэтому она сильнее любого из нас.

– А как ты думаешь, курсант Драммер, почему я занимаюсь с курсантом Блейк дополнительно?

На лице парня отразилось замешательство, а остальные стихли. Все ждали, будет он выступать против меня в открытую или все же даст заднюю.

Драммер потер шею ладонью и проговорил, не глядя на куратора:

– Известно почему...

– Так почему? – Генерал оставался спокоен.

И его уверенность передавалась и мне. Драммер не первый раз намекал, что куратор занимался со мной по каким-то другим причинам, кроме магии. И хотя я знала, что это неправда, все равно нет-нет, а чувствовала неловкость. И думала – вдруг все-таки? Иногда генерал так смотрел, что казалось... А впрочем, мало ли что кому кажется?

Главное, что сейчас он держался так спокойно, что сразу становилось понятно, намеки Драммера ничего не значили.

И на вопрос куратора он молчал.

– Я занимаюсь с Блейк, – продолжил генерал, – потому что она талантлива. И с ней в паре у вас есть шанс научиться чему-то большему. Позиция курсанта Драммера понятна. Может, кто-то хочет вместо него в пару к Блейк?

Сразу десяток ребят подняли руки, а мое сердце забилось чаще. Ох. Что, если я подведу и покажу, что не такая, как говорил генерал? Непонятный талант к дикой магии не равен таланту к рукопашному бою или к обычной магии.

Я бросила испуганный взгляд на куратора, и он чуть улыбнулся. Словно хотел сказать: я в тебя верю.

И чем я его заслужила?

Брайан

Наблюдая, как Сандра раскидывала сокурсников, я ею гордился. Она и правда была талантлива. И дело здесь было не в дикой магии. Она умела и хотела трудиться. Не уставала повторять приемы и делать упражнения снова и снова, и снова. Она искренне хотела стать хранителем и готова была вложить в это всю себя.

Да будь она парнем, я бы все равно ею гордился!

После занятий я еще раз напомнил ей, чтобы готовилась к завтрашнему отъезду, а сам погрузился в работу.

В понедельник будет заседание попечительского совета, где Дэниел собирался выдвинуть мою кандидатуру на пост ректора. И к этому нужно было многое подготовить. А зная, что все выходные я буду вне академии, я зарылся в бумаги.

За окном стемнело. Тара мирно спала, растянувшись на диване, а я изучал статистику успеваемости этого года в сравнении с предыдущими. Цифры наскакивали одна на другую, расплывались и путались, но я не сдавался.

В дверь постучали.

Я поднял голову.

– Войдите.

На пороге появилась Сандра. В белой рубашке и черной узкой юбке вместо привычных брюк. Как она попала в башню после отбоя? Почему не в форме?

– Что-то случилось? – Я встал.

– Куратор. – Она двинулась к моему столу. – Мне нужно с вами поговорить.

То, как она шла, двигая бедрами и с кошачьей грацией, заставило меня волноваться. И однако ж она бы не пришла просто так.

– Да, конечно.

Я согнал Тару с дивана. Пантера одарила меня недовольным взглядом и нарочито медленно сползла на пол.

Но Сандра не стала садиться на освободившееся место, а шагнула ко мне. Я отступил к столу.

– Что происходит? – Нахмурился.

Она была сама не своя.

– Это магия, куратор, она совершенно дикая.

– Магия? Где Рэн?

Лиса с Сандрой почему-то не было.

Девушка подошла ко мне почти вплотную и, подняв руку, коснулась воротника кителя.

– Понимаете, куратор, я больше так не могу. – И, подцепив пальцами верхнюю пуговицу, ловко ее расстегнула.

Я сглотнул.

– Что не можешь?

Я смотрел в ее невозможно глубокие голубые глаза и терялся, словно падая в пропасть. А она между тем двигала пальцами с такой скоростью, что я не понял как, а уже оказался без кителя.

Сандра скользнула ладонями по моей рубашке от груди к шее.

– Брайан, – произнесла она, раскрыв чудовищно аппетитные алые губы.

Я забыл, как дышать. Понимал, что происходит недопустимое. Я должен остановить ее и оттолкнуть, но я не двигался. Просто смотрел.

Она стянула с меня рубашку, а затем отступила назад и принялась за застежку на своей юбке. Она была так нереально и притягательно красива, что во мне рухнули последние плотины.

Ринувшись вперед, я разорвал на ней рубашку и, подхватив под бедра, усадил на свой стол.

– О да! – воскликнула девушка.

На Сандре не было белья, и моему взору предстала идеальная грудь.

Я уже не понимал, что делаю. Меня охватило какое-то безумие, словно сумасшедшее пламя. Я целовал ее везде, где мог дотянуться. Я тонул в ней, поглощал ее и все не мог оторваться.

Это не могло быть настоящим. Она не могла быть здесь.

Но я не хотел ее отпускать. Цеплялся за иллюзию всей своей сущностью.

– Брайан, – шептала она, выгибая спину и подставляясь под поцелуи. – Брайан...

Ее голос зазвучал тише, перед глазами начало расплываться. А потом послышался какой-то грохот, и я вздрогнул.

Сандра исчезла.

Я сидел за своим столом, уткнувшись лбом в бумаги. А Тара, случайно смахнувшая хвостом какую-то книгу с тумбочки, глядела на меня во все свои большие глаза.

Я потер уставшее лицо и усмехнулся.

М-да... Такие сны мне раньше не снились.

Поняв, что со статистикой сегодня все равно не справлюсь, я аккуратно убрал все документы и поднялся из-за стола.

Погасил свечи и направился в спальню, а оттуда – прямиком в душ.

С этим наваждением нужно было что-то делать. Я же увижу девчонку завтра утром. Нам нужно разобраться с ее даром. Я должен думать об этом, а не о том, как она выглядит без рубашки.

Холодные струи лились на голову, но остыть не получалось.

Помогала разве что усталость. И, добравшись до кровати, я все же кое-как заснул. И на этот раз снова видел Сандру, только уже не в моем кабинете, а в каком-то мрачном подвале.

Она все еще была в одних чулках и рубашке, но на этот раз позади нее появился мужской силуэт. Неизвестный был полностью черный, словно сотканный из тьмы. Он подошел со спины и схватил Сандру за шею, прижимая к себе. Другая рука скользнула под рубашку и сжала ее белую грудь.

– Моя, – прошипел неизвестный.

Я дернулся и только тогда понял, что прикован к стене. Тяжелые цепи давили на запястья и щиколотки.

И пока я бился в беспомощности, черная тень полностью окутала Сандру и забрала ее в темноту.

Проснулся я в холодном поту. Тара, спавшая у моих ног, смотрела встревоженно.

– Не волнуйся, я ее никому не отдам, – проговорил я, откидывая налипшие на лоб волосы.

Решив, что ложиться обратно бесполезно, я встал и принялся приводить себя в порядок. За окном как раз занимался рассвет, окрашивая небо в бледно-голубые тона.

Мы с девчонкой договорились встретиться на плацу. Я прибыл первым и порадовался, что есть время привести себя в форму.

Я не должен показывать ей ни своей страсти, ни своих страхов. Представляю, как она волнуется из-за магии и этого Сенлера. Если я еще добавлю свое, то все станет только хуже. Так что, Брайан, соберись и будь тем, кем должен, – наставником и защитником.

Остальное сейчас не к месту.

Когда девчонка прибежала на встречу, я уже был спокоен. Оглядел ее снаряжение и понял, что по дороге надо будет купить нормальный ранец, а не этот мешок. От экипировки солдата во многом зависит исход боя.

– Заодно и позавтракаем, – заключил я.

– Эм, куратор... – Девчонка облизнула губы, вдруг напомнив себя из сна. – А куда мы, собственно, едем?

Глава семнадцатая

Сандра

После завтрака генерал купил мне в городе новый ранец. Тот оказался куда более удобным, чем мой мешок. А после мы отправились на портальную станцию, а оттуда перенеслись к границе Туманного рубежа.

Я много раз представляла его себе, но в реальности вечный туман выглядел куда внушительнее фантазий. Как здоровенное облако, упавшее на землю. Он впускал в себя постепенно, сначала окутывая лес полупрозрачной дымкой. Но затем становился все гуще и гуще.

– Держись ближе, – скомандовал генерал.

Он зажег магический факел, который вместо пламени заканчивался крупным кристаллом зеленого цвета. Он помогал чуть разогнать туман, и мы хотя бы видели перед собой дорогу.

Куратор ехал на спине у Тары, а я – у Рэна. Лис двигался медленно, и я чувствовала, как он напряжен.

Хотя лес казался безжизненным. Черные стволы, голая земля под ногами. Здесь ничего уже давно не росло.

– Туман поддерживается кристаллами наподобие этого, только обратного действия, – пояснил генерал. – И в десятки раз крупнее. Постепенно территория рубежа сокращается, но не здесь. Здесь, вероятно, туман развеют в последнюю очередь.

– Потому что именно в этом лесу открылся первый разлом? – уточнила я.

– Да, недалеко от хижины Джексона. Но до нее нам еще идти и идти. Дай знать, если проголодаешься или нужен привал.

Генерал пользовался компасом, и мы медленно, но верно продвигались на северо-запад.

– Куратор, а можно я спрошу? – Я прервала затянувшееся молчание.

Рядом с Ортегой было хорошо, уютно, так что тишина не давила. Но мне захотелось узнать о нем чуть больше. Может, вне академии это было бы уместно?

Генерал кивнул.

– Почему вы ушли из армии? Куратор Салливан говорил, что вы герой битвы под Ренной. Это ведь была оглушительная победа.

Он чуть улыбнулся.

– И ты думаешь, учить курсантов менее почетно?

– Ну не то чтобы... – Я смутилась, но, набравшись смелости, все же добавила: – Но... да.

Его улыбка стала шире.

– Если бы я не стал преподавать в академии, мы бы с тобой не встретились.

Понятно, что он говорил о том, что тогда бы не смог мне помочь. Но мое сердце все равно забилось чаще.

Я уставилась перед собой, а генерал неожиданно продолжил:

– Мой род близок к императорскому, одна из побочных ветвей, но довольно древняя. Мой отец был одним из прославленных генералов, и после военной школы я начал службу под его крылом. Резво делал карьеру и в двадцать уже командовал. Как ты можешь догадаться, ко мне относились как к сыну генерала, а не как к человеку, чего-то достойному самому по себе. И вот случилась Ренна... Самая массовая атака скааргов за последние десятилетия.

– И здесь вы себя проявили в полной мере.

– Не я один. Да и видишь ли, Сандра, иногда победа ударяет в голову похлеще всего остального. В армии у меня был близкий друг и соратник – Нейтан Ривз. Отчаянный малый. Смелый, сильный, его файром был бурый медведь. После победы над Ренной война еще на самом деле не закончилась. Мы вычищали последние очаги скааргов, медленно продвигаясь вдоль Туманного рубежа. Нейтану стало скучно, он снова захотел погеройствовать и вызвался пойти вглубь, туда, где предположительно открылся небольшой разлом. Я не мог отпустить его одного, хотя и считал это бахвальством и глупостью. – Генерал вздохнул. – К нам присоединился третий паренек. Совсем юнец, только из академии. И его-то и съели первым.

Куратор замолчал, и у меня внутри содрогнулось.

– А ваш... ваш друг?

– Он отвлекся на мальчишку и вовремя не выставил щит. Я не смог его спасти.

– Мне очень жаль.

Хотелось до него дотронуться, но мы ехали верхом, и это было затруднительно.

– Тогда же я и решил, что хочу преподавать, – продолжал куратор. – Готовить курсантов к бою, чтобы, окажись они в подобной ситуации, и сами бы не погибли, и не утянули бы за собой других.

Поэтому он так строг, что секретарь Альварес в свое время предостерегал, чтобы я не угодила к нему в корпус.

Еще несколько минут мы ехали молча.

В лесу было тихо. Слишком тихо. Под лапами Рэна даже не было сухой листвы, чтобы чему-то шуршать.

– Что ж, теперь моя очередь спрашивать, – снова заговорил генерал, и я вздрогнула.

– Что угодно...

– Ты никогда не пыталась выяснить, кто твои настоящие родители?

Вопрос был тяжелым, и внутри знакомо заныло. Каждый раз, как я думала о родителях, чувствовала лишь тянущую боль и пустоту.

Словно где-то в груди у меня была дыра, которую ничем не заполнить.

– Я приходила в приют, – начала я. – Беседовала с настоятельницей. Она взяла меня новорожденной из госпиталя. Рассказала, что моя мать умерла во время родов, а отца или какого-то иного мужчины с ней рядом не было. Такое случается, когда рожают... – Я запнулась. – Гулящие женщины.

Ну вот, сказала.

– Сандра. – Генерал резко остановился и спрыгнул с пантеры на землю. – Давай сделаем привал.

– Да, конечно.

Я тоже слезла с Рэна, но так и не поняла: почему здесь? Почему сейчас?

Куратор шагнул ко мне и неожиданно оказался близко. Слишком близко.

Мне бы отступить, но я не двигалась. Задрала голову и посмотрела в его синие глаза. В них было столько боли, сочувствия и вместе с тем нежности.

Нет, я, конечно, выдумывала. Генерал собирался сейчас сказать что-то по делу. Но мое сердечко уже колотилось быстро-быстро. Ему было все равно, что я там решила.

– Сандра, – повторил мужчина чуть севшим голосом, и по плечам поползли мурашки.

Его широкие ладони как-то сами собой оказались у меня на талии. Причем легли так легко и естественно, словно им там самое место.

А через мгновение куратор прижал меня к себе.

Моя щека касалась мягкой кожаной куртки. Та была теплой, как и сам генерал. И мне чудилось, что я могла слышать его сердце. Вряд ли, конечно, скорее, слышала свое. Потому что билось уж больно быстро.

Тук-тук-тук.

Широкая ладонь куратора переместилась к моей голове, и он погладил меня по волосам.

– В тебе течет древняя кровь, девочка, – сказал он, продолжая прижимать к себе. – Это видно по твоему оружию. И я уверен, Сенлер Морри тоже это понял и все остальное подстроил. Не каждый смог бы взаимодействовать с дикой магией. Ты особенная, Сандра. И твои родители обязаны быть особенными.

– Вы думаете? – робко спросила я.

– По-другому просто не может быть. Мы не знаем, по какой причине твоя мать была одна, но благодаря твоим родителям на свет появилась ты. Ты – угодный судьбе ребенок, Сандра. Особенная, единственная. И не вздумай считать иначе.

Его голос завораживал, а слова падали в мою душу, словно влага на иссушенную землю.

Как? Как так получилось, что я сейчас вдвоем с этим необыкновенным человеком? Почему он не сдал меня в первую же минуту? Почему возится?

Не находя ответы, я просто ткнулась ему в грудь. Подняла руки и сама обняла его, втягивая носом запах кожи, хвои и чего-то неуловимого.

Не знаю, сколько мы так стояли. Мои слезы намочили его куртку, но генерал не отстранялся. Просто обнимал меня и гладил по волосам. А я держалась за него как за опору, самую надежную в мире.

– Ты голодная? – поинтересовался он.

Я шмыгнула носом и, утирая последние слезы, отстранилась.

– Да, перекусила бы.

Мне было немного стыдно, что я так раскисла, но куратор держался как ни в чем не бывало.

– Костер пока разводить не будем, – сказал он, возвращаясь к своему мешку, пристегнутому к упряжи Тары. – По моим расчетам, мы должны прибыть в хижину к вечеру. Так что пока обойдемся сухим пайком.

Он бросил в мою сторону мешочек с сухими фруктами, орешками и шоколадом.

– Пить тоже не забывай, – добавил он наставительно.

Рэну и Таре перепало вяленого мяса. Пока ели, я окончательно пришла в себя.

Мы снова тронулись в путь. Генерал чуть впереди, а я за ним. Не знаю, как я еще не прожгла в его спине дыру. Все смотрела на него и смотрела. И оправдывала себя тем, что вокруг все равно был непролазный и густой туман.

В какой-то момент я все же задремала. Распласталась на мягкой шерсти Рэна. И внезапный хруст застал меня врасплох.

Сначала издалека, потом все ближе. И как будто со всех сторон.

– Сандра, к бою! – скомандовал генерал.

В свободной руке у него появился огненный шар. Через мгновение уже полетевший в цель.

Из тумана на нас выпрыгнул черный зверь с красными глазами. Больше всего он походил на лося. Высокий, копытный и с рогами. Вот только шерсть у него была длинная и косматая.

Наклонив голову, он несся прямо на Рэна. Мой лис отпрыгнул в сторону, и скаарга настиг огненный шар генерала.

Запахло горелой шерстью.

Монстр взбрыкнул и прямо так, с горящей спиной, снова ринулся на меня. И я принялась выпускать стрелы из своего лука. Одну, две, три.

Как хорошо, что мы тогда с генералом тренировались в скорострельности!

Правда, стрелы хоть и вонзались в толстую шкуру лося, все равно его не останавливали.

Закрывая меня собой, генерал с Тарой бросились наперерез. В руке мужчины был здоровенный меч, который он и вонзил зверю в горло. Скаарг споткнулся, упал на колени и завалился на бок.

Только порадоваться победе нам не довелось, потому что из тумана появилось еще три пары красных глаз. На этот раз – измененные магией волки. Крупные, со свисавшей клоками шерстью и зубастыми пастями.

Сколько же их тут?

Генерал снова ринулся в бой с мечом, а я, как могла, поддерживала его стрельбой из лука. Признаюсь, мелькнуло у меня в голове обратиться к дикой магии.

Вдруг я могла остановить скааргов силой мысли или что-то вроде того?

Но Рэн неодобрительно зарычал, и генерал успел прикрикнуть:

– Сандра, даже не думай!

Из тумана на нас выпрыгнул еще один зверь, походивший на здорового обозленного зайца. Но с ним мой лис расправился и без посторонней помощи.

– Надо уходить, – услышала я куратора, когда он разобрался с последним «волком». – На запах крови могут прийти другие. Скорее, Сандра.

Тара и Рэн перешли на бег, и мы рванули в туман.

Хотелось спросить у генерала, откуда взялось столько скааргов, если их почти всех перебили. Но сейчас важнее было держаться за моего лиса и не рухнуть на землю.

И подумала я об этом очень вовремя, потому что та самая земля вдруг пошла под откос. Пришлось замедлиться, потому что теперь мы спускались со склона в какой-то овраг.

Но странным было то, что я как будто начала видеть больше. Не просто тени и пятна, а вполне себе стволы, ветви, кустарник.

– Туман рассеивается, – заметил генерал.

И метров через сто стало понятно почему.

Брайан

Нападение скааргов было более чем неожиданным. Да, я знал, что в лесах Туманного рубежа еще оставались отдельные особи. Иногда они выбирались и нападали на пограничные селения. Но откуда столько в одном месте? Причем разных, не из одного гнезда.

Когда мы спускались со склона, туман начал рассеиваться. И это сам по себе был скверный признак.

Мы выехали на поляну, где росла трава. Здесь, в отличие от остального леса, были и кустарники, и листва на деревьях.

А еще в центре стоял обвитый плющом пьедестал, а на нем два пересекающихся круга. В их центре кристалл. Судя по пыли и трещинам, давно неактивный.

Значит, здесь туман рассеялся, и вернулась жизнь.

Осматриваясь и попутно отвечая на вопросы девчонки, я понял, что из строя вышел не только этот кристалл. К горизонту уходила полоска зеленого леса. Значит, их как минимум два, а может, и вся линия.

Компас показывал, что нам как раз туда.

– Будь все время начеку, – сказал я, забираясь обратно на Тару.

– Да, куратор, – послушно отозвалась девчонка со своего лиса.

Ее голос звучал как самая лучшая музыка. И перед глазами как назло всплыла картинка из моего сна, где она таким же голосом стонала: «Да, куратор!»

Я мотнул головой, отгоняя наваждение.

Нельзя об этом даже думать. Мысль, оставленная без ограничений, может привести к действию. А там... Нет. Просто нет, и все. Не обсуждается.

За всем безрассудством и силой в Сандре скрывалась хрупкая и ранимая девочка. Хотелось защитить ее от всего мира.

Защитить, а не пугать своими поползновениями.

– Генерал, – позвала Сандра, разрывая бесконечную цепь ни к чему не ведущих размышлений. – Мне кажется, я ее снова чувствую.

Я разом обернулся к ней.

– Дикую магию? – спросил настороженно.

Она кивнула.

Вот черт!

– Поблизости может быть разлом. – Я решил сказать прямо, чтобы она тоже знала. – Это объясняет, откуда взялись скаарги. Но и означает, что их впереди, скорее всего, еще больше.

Красивые глаза Сандры округлились.

– И что делать?

– Разумнее всего повернуть назад.

– Но тогда все получится зря. – Она прикусила губу. – Мы ничего не нашли.

Она смотрела с такой надеждой, словно я мог взмахнуть рукой и все само стало бы как надо.

Увы, я дикой магией не владел.

А вот Сандра...

Возможно, путешествие рядом с разломом для нее будет менее опасным, чем для обычного человека. А возможно, и наоборот...

– Будь осторожна с желаниями, – сказал я вслух. – Здесь концентрация дикой магии будет намного выше. Даже с Рэном могут быть сложности.

Сандра

Генерал говорил, я его слушала. Кивала и соглашалась. А сама почему-то смотрела на его губы.

Интересно, какие они на ощупь? Должно быть, мягкие. А вкус? Последним мы ели шоколад. Наверное, и вкус у них теперь шоколадный.

Эх, Сандра...

Понятно, что мы обсуждали исключительно серьезные вещи. Скаарги в тумане напугали меня до чертиков. Но все равно казалось, что рядом с генералом ничего плохого не может случиться. Мы одолеем любую напасть. Тем более с нами Рэн и Тара.

Да и очень не хотелось поворачивать назад.

Не только потому, что мы вернулись бы с пустыми руками. Может, мы и так ничего не найдем. Но мне хотелось побыть с Брайаном подольше. Вот как сейчас: наедине, пока мы ехали рядышком по лесу.

В академии он снова станет куратором, а я – курсанткой. Сейчас же мы словно находились в другой реальности. Жили в своем собственном мире.

– Как думаете, что случилось с кристаллами? – спросила я. – Их ведь не могли... специально...

– Не похоже. Вокруг нет следов человека. И выглядит все так, словно туман на этом участке развеялся не один десяток лет назад.

Получается, все-таки хорошо, что мы поехали. Даже если ничего не найдем в самой хижине, генерал все равно сообщит куда нужно, что кристаллы требуют восстановления. Заодно и про скааргов расскажет, и про разлом.

Последний я чувствовала все отчетливее. К легкому покалыванию на коже добавилось странное томление в груди. Там впереди меня словно что-то ждало. Звало и манило.

Но Рэн бежал в обычном темпе, как будто не чувствуя угрозы. И это успокаивало.

Главное, сейчас ни о чем не думать. Как генерал и сказал, быть осторожнее с желаниями.

Лес стал плотнее, пришлось продираться сквозь бурелом. Но уже где-то час спустя мы выехали к просвету между деревьями.

Сосны словно расступались перед гигантским полем из цветов. Не по сезону зеленые, с голубыми лепестками, они наполняли воздух пьянящим ароматом.

Не сговариваясь, мы оба замедлили ход, а Тара и Рэн едва ли не синхронно опустились на землю.

Цветочная поляна так и звала передохнуть.

– Мне кажется, нам не стоит здесь останавливаться, – неуверенно заметила я.

Но генерал уже спешился и пошел ко мне.

– Сандра, – позвал он, и его голос словно проникал внутрь и гладил мое сердце.

А его синие глаза... Они смотрели прямо на меня. Словно пожирали.

Что-то было не так.

– Сандра, – повторил генерал.

Он оказался так близко, что мог меня коснуться. И когда его широкая ладонь легла на голенище моего сапога, я вздрогнула.

– Эм...

Рэн подо мной стал уменьшаться в размерах, и я с ужасом поняла, что он заснул. Но не успела среагировать и сама с него спуститься, как генерал обхватил меня за талию и поставил на землю.

Но при этом руки так и не убрал. А после слегка притянул к себе.

– Генерал... куратор... – забормотала я, упершись ладонями ему в грудь.

Мужчина склонился к моему лицу. Я ощутила губами его горячее дыхание.

Это неправильно. Это все магия, такого не должно быть!

Внутри меня разлилась паника одновременно с предвкушением. О боги, как же я хотела, чтобы он меня поцеловал!

Глава восемнадцатая

Сандра

В своей жизни я совершила немало безрассудных поступков. Лезла куда нельзя. Проявляла излишнее любопытство. И с завидной регулярностью влипала в неприятности.

С дисциплиной и послушанием у меня всегда было плоховато.

С разумностью тоже.

Но почему-то именно сейчас, именно в этот волнующий момент, рассудок взял верх. Как так получилось? Ну почему я просто не могла отдаться порыву страсти?

Сожалея каждой частичкой своего тела, я все же увернулась от поцелуя.

– Отпустите, – проговорила со всей настойчивостью.

Генерал продолжал пожирать меня взглядом. Но руки убрал.

Ах, может, было бы лучше, просто припечатай он меня к дереву? Если бы наши губы соприкоснулись, я бы точно не нашла сил сопротивляться.

Ну почему? Почему он такой правильный?

Почему я такая правильная?

И все же внутренний голос сказал свое слово. И слово это было «нет».

Дикая магия послушалась, отхлынула, как прибой. И вожделение в глазах генерала сменилось растерянностью.

– Сандра, что случилось?

– Мы, наверное, рядом с разломом, – ответила я, отступая к спящему Рэну. – Сам воздух здесь пропитан дикой магией. Файры заснули, а вы... вы как будто ненадолго отключились.

– Нам нужно вернуться в туман.

Я кивнула. Рэн уменьшился до обычной лисы, и его можно было вынести на руках. А вот Тара даже размером с обычную пантеру все равно была довольно тяжелой.

– Что будем делать с ней? – спросила я озадаченно.

– Используем заклинание для переноса грузов.

Генерал, оказывается, знал и такое.

Выполнив хитрый пасс руками, он заставил тело Тары приподняться над поляной. После чего пошел вперед, а она словно поплыла по воздуху рядом с ним. Мне же пришлось по старинке просто брать своего лисенка на руки.

Как только нас окутало туманом, дикая магия развеялась и файры очнулись.

Убедившись, что с любимцами все в порядке, генерал снова достал свой компас. Тот показывал, что нам надо вернуться к поляне. Вариант, понятно, неподходящий.

– Придется немного в обход, – объявил куратор.

«Главное, чтобы опять на скааргов не попали», – подумала я.

И нас же сглазила.

Не знаю, как далеко мы отъехали, когда в тумане снова послышались шорох и хруст. А потом прямо с деревьев на нас кинулась орда красноглазых белок. Крупных, зубастых и совершенно безумных.

Если я раньше думала, что какой-нибудь медведь страшный, то сейчас поняла – от крупного зверя можно скрыться. А вот попробуй справиться с армией маленьких! Они лезли со всех сторон так быстро, что мы не успевали ни магией стрельнуть, ни махнуть оружием.

В итоге к концу боя мы были измождены, расцарапаны и со сниженным резервом.

– Мы должны быть уже близко, – обнадежил генерал.

Хотелось поторопиться, но и Рэн, и Тара не могли бежать в прежнем темпе. Обоим досталось. А Рэн еще как-то нехорошо вздрагивал каждый раз, как наступал на переднюю правую лапу. Его срочно нужно было осмотреть.

До хижины мы добирались на чистом упрямстве. Вокруг начало темнеть, туман стал еще гуще, и продвигаться было все сложнее. Когда же свет от кристалла выхватил очертания дома, я взвизгнула от радости.

Брайан

С каждым часом эта поездка казалась все сомнительнее. Да, я собрал ценные сведения и о сломанных кристаллах, и о разломе, и о новой порции скааргов. Но ладно бы в разведку я пошел один, но Сандра... Нельзя было подвергать девчонку такой опасности!

Надо отдать должное, держалась она молодцом. Применяла заклинания и приемы, которые мы разучивали, убеждая, что занятия не прошли даром. Но она была всего лишь первокурсницей с хорошим, но пока еще не максимальным резервом. И лис ее хоть и был ловок и силен, но все равно не настолько натренирован, как Тара.

Впрочем, во время атаки бешеных белок досталось нам всем. И потому появление хижины сулило долгожданное спасение.

Велев Сандре подождать и ничего не делать, я использовал остатки резерва для установления по периметру защитных заклинаний. От совсем крупного скаарга такое не убережет, но от белок вполне. Да и благодаря щиту нас не должны учуять.

Закончив с этим, я направился к двери в хижину. На ней висел амбарный замок, когда-то укрепленный магией самого Зартакса. Спустя века от нее уже ничего не должно было остаться, но на всякий случай я не стал рисковать и Сандру к двери не пустил. Сначала просканировал амулетом. И только убедившись, что все действительно так и магии не осталось, сломал проржавевший замок.

Входная дверь сразу вела в просторную кухню, служившую и столовой, и гостиной. Вдоль левой стены шли две двери: одна, как выяснилось, в кабинет Джексона, а вторая – в спальню с уборной.

Первым делом я зажег светильники и, стряхнув с обеденного стола какую-то рухлядь, велел Сандре уложить Рэна. У лиса была поцарапана нога. Глубоко, до кости. Как он еще держался?

– Вы сможете ему помочь? – растерянно спросила Сандра, поднимая свои ясные глаза.

– Лучше пока не пользоваться магией. – Я качнул головой. – Резерв нам может еще понадобиться. Но в любом случае промоем рану и забинтуем. Здесь рядом должен быть ручей, я схожу за водой. А ты пока осмотрись. Но, Сандра... – Я посмотрел выразительно. – Ничего до моего возвращения не трогай. И пальцем не касайся. Даже слегка.

Девчонка смешно надула губы.

– За кого вы меня принимаете?

За тебя, Сандра, за тебя...

Сандра

Ничего до моего возвращения не трогай...

Так и хотелось показать ему язык!

Да и было бы что трогать. В хижине не осталось ничего, кроме мебели и кое-какой утвари. Все вынесли! И на кухне, и в кабинете были лишь пустые полки. Даже без паутины, потому что и пауков тут не было.

Ох, и хорошо, что не было! Как представлю какого-нибудь в виде скаарга – брр-р!

Осматриваясь, я старалась далеко не отходить от Рэна. Гладила своего лисенка и успокаивала. Мы его обязательно вылечим!

А еще думала про то, что случилось, вернее – почти случилось – на той поляне.

Похоже, дикая магия откликнулась на мои желания и вынудила генерала почти поцеловать меня. И ведь я хотела, так хотела!

Но нет, это, конечно, неправильно.

И даже если бы дело было не в магии, все равно неправильно. Устав академии запрещает романтические отношения между преподавателями и курсантами. Если бы это случилось, он больше не мог бы оставаться моим куратором. Да и логичнее было бы перевести меня в Линбург.

Нет, лучше оставить все как есть.

И мне надо думать не о поцелуях, а о том, зачем мы проделали этот долгий путь. А именно – есть ли здесь что-то, что может мне помочь избавиться от дара?

Хм. Ну, судя по голым полкам, вряд ли. И все же стоило поискать.

Пока я рассуждала, генерал вернулся с полным ведром воды. Снял куртку, повесив ее на спинку стула, и достал из своего мешка аптечку. После чего принялся аккуратно промывать лису рану.

Действовал он уверенно и со знанием дела. В бою наверняка часто кого-то бинтовал.

– Все, теперь отдыхай. – Куратор почесал Рэна за ухом, и лис лизнул его ладонь.

Дальше генерал пошел осматривать Тару, лежавшую у двери. Присел на корточки и внимательно прошелся по ее спине и лапам. Пантера, по счастью, не пострадала.

– Твоя очередь, – заявил куратор, выпрямляясь.

Я вскинула брови.

– То есть?

– Снимай куртку.

Хотя под курткой у меня была еще рубашка, а под ней майка, предложение все равно вогнало меня в краску.

– У тебя на шее царапина, – добавил генерал.

Я подняла ладонь и, забравшись под воротник, провела рукой по коже. На пальцах действительно осталась кровь. Я со всеми волнениями даже не почувствовала, но от внимательного взгляда Брайана ничего не утаить.

Стянув куртку, я послушно села на стул.

Генерал склонился надо мной и первым делом перекинул мои волосы на другое плечо. Затем расстегнул верхнюю пуговку моей рубашки и оттянул воротник, чтобы открыть доступ к ране. Сначала промыл ее влажным бинтом, а затем принялся накладывать какую-то пахучую мазь.

– Поможет быстрее зажить, – пояснил он.

Как и с Рэном, генерал действовал быстро и профессионально. Но я почему-то все равно смущалась. Он снова стоял близко, и я снова ощущала запах хвои и тепло, исходившее от его тренированного тела.

А еще я не знала, куда деть глаза, и, так и не придумав, внаглую его разглядывала. Широкую грудь, на которой натягивалась рубашка, ложбинку в основании шеи, черные блестящие волосы, рассыпавшиеся по плечам.

– Спасибо, – выговорила я, когда он закончил.

Генерал отошел и вдруг принялся расстегивать пуговицы на своей рубашке. С таким видом, словно ничего особенного не происходило.

– А... – Я открыла рот и забыла закрыть.

Он между тем расстался с рубашкой, и передо мной предстал безупречный торс. Широкая грудь, плоский рельефный живот. Четкие красивые линии, словно оставленные рукой скульптора.

Генерал повернулся спиной, и я моргнула.

Длинная красная царапина протянулась от левой лопатки к пояснице.

– Поможешь? – попросил он.

А я-то думала, что волнующе – это когда мужчина тебя касается. Наоборот еще хуже!

Дрожащими пальцами я сначала смыла кровь, а потом нанесла заживляющую мазь. К счастью, основной удар приняли на себя куртка и рубашка, и сама рана была незначительной.

Еще бы волноваться поменьше!

На спине генерала было несколько старых шрамов, и один – довольно крупный.

– Это от скааргов? – спросила я.

– И от скааргов тоже. – Генерал встал и набросил на плечи рубашку.

Надо было, наверное, что-то сказать, но я застыла и просто смотрела, как он методично застегивал пуговицы и как безупречный торс исчезал под белой тканью. Которая его, впрочем, все равно не сильно скрывала.

– Что теперь? – Я все же очнулась.

– Теперь будем осматривать хижину.

– Мне кажется, тут все вынесли.

– Все, что на виду. Наша задача поискать тайники. Попробуй сосредоточиться. Может, ты что-то почувствуешь.

Я закрыла глаза, глубоко вдохнула, но ничего не ощутила.

– Не торопись, – подбодрил генерал.

Пока я стояла в центре комнаты, он методично осматривал и простукивал стены, изучал доски на полу и потолке.

Нет, сколько ни сосредоточивайся, а магии я не чувствовала. Зато могла задуматься. Если бы я была некромантом, который экспериментирует с запретной магией, то где бы спрятала свои секреты?

В могиле.

– Может, тайник не в доме? – робко предположила я.

Генерал не стал сразу отметать эту идею, и мы вместе пошли осматривать окрестности хижины.

На улице уже стемнело, и даже с факелом заметить что-то особой надежды не было. Утром лучше. Но мысль о могиле почему-то не хотела меня покидать. И немного в стороне от дома я и увидела то, что искала, – небольшой холмик.

На нем росли – вернее, уже не росли, а просто торчали – сухие кустики. Но даже по скукожившимся листьям я узнала те самые цветы – спутники дикой магии.

– Вот здесь может быть что-то. – Я указала генералу на холмик.

– Могила, – сказал он задумчиво.

Копать ему, похоже, не хотелось.

Но это было то самое место и, возможно, единственное, где никто не искал.

Куратор вытянул руку, и в его ладони появилась лопата. Как же ловко он умел превращать свое оружие крови во что угодно! Мое пока было или луком, или мечом и не желало принимать никакую третью форму.

В этот раз тоже заупрямилось, но я решила не сдаваться. Шагнула в сторону и принялась то призывать его, то отзывать. На десятой попытке и у меня наконец-то была лопата.

Земля была сухой и жесткой, и копать оказалось куда сложнее, чем выглядело со стороны. Это у генерала получалось легко и просто, я же корячилась еле-еле. Но из упрямства, конечно, не отступала.

Мы копали целую вечность, и, несмотря на осеннюю сырость и холод, стало жарко. Генерал снова расстался с рубашкой, и несколько минут я просто таращилась на его литые мышцы. Опомнившись, все же вернулась к делу, но нет-нет, а отвлекалась.

Кончик лопаты наконец ударился о что-то твердое. Из черной почвы показалась крышка гроба.

– Готова? – участливо спросил генерал.

Я кивнула. Хотя как к такому можно быть готовой?

Он превратил свою лопату в лом и просунул его в щель между крышкой и стенкой гроба.

Хряк!

Внутри оказался скелет. Да уж, неожиданно.

Судя по редким обрывкам одежды и остаткам длинных волос, это была женщина. Костлявые пальцы прижимали к ребрам плоскую шкатулку размером с книгу.

– Как вы думаете, кто это? – спросила я.

– Полагаю, что жена Джексона. Но историки писали, что она умерла за несколько лет до того, как он перебрался в эти леса.

– Почему она тогда похоронена здесь?

Генерал пожал плечами и, заставив лом исчезнуть, полез в могилу. Разжал костяные пальцы и забрал у мертвой женщины шкатулку.

На мгновение мне показалось, что она сейчас схватит его за руку и потребует вернуть украденное, но скелет оставался неподвижным. Да и магии я не чувствовала.

Посмотреть, что внутри шкатулки, мы решили в доме. Расположились на кухне. Генерал накинул свою рубашку и затем просканировал шкатулку амулетом, после чего осторожно вскрыл ее ножом.

Внутри оказалась пачка писем на желтой бумаге. Такой хрупкой, того и гляди рассыплется в пыль.

– Похоже, здесь было защитное заклинание, – заметил генерал. – Со временем магия истощилась совсем, но письма хотя бы не окончательно истлели.

Мы разделили пачку на две и принялись осторожно разворачивать письма одно за другим. Каждое начиналось одинаково: «Дражайшая моя Эльвира!»

Предположение генерала, что это была жена Джексона, оказалось верно. Некромант обращался к ней с огромной нежностью, и из контекста стало понятно, что женщина все-таки умерла. И все его эксперименты с дикой магией служили лишь одной цели – вернуть ее к жизни.

Работая над этим, Джексон писал мертвой жене письма. В них в основном он говорил о своих чувствах, о том, как скучает по ней и насколько он близок к разгадке.

– Вот здесь интересно. – Я дотронулась до руки генерала, чтобы привлечь его внимание, и зачитала: – «Вчера ты впервые открыла глаза, но ты меня не узнавала. Дикая магия вернула к жизни твое тело, но не тебя саму. Я должен найти более сильный источник».

На следующем листе было нарисовано что-то вроде карты реки с руслом и притоками, и один из участков был обведен кружком.

– Видимо, в этом месте и открылся первый разлом, – задумчиво проговорил генерал. – А от него со временем пошли и другие.

Знал ли Джексон, что его эксперименты вызовут такие последствия?

– Но если женщина была похоронена, выходит, у Джексона не получилось? – спросила я.

В следующем письме оказалось как раз об этом. Оно было написано более быстрым и размашистым почерком, словно Джексон торопился.

На фразе «У меня ничего не вышло, прости, Эльвира» у меня зачесались глаза.

Он ведь хотел как лучше.

– А что в итоге стало с самим Джексоном? – спросила я вслух.

– Он превратился в скаарга. Очень сильного. Битва с ним далась нелегко, было много жертв. И очевидцы рассказывали, что он, к сожалению, был совершенно безумен.

На листе под одним из более ранних писем был нарисован знакомый мне цветок и рядом – колба с темной жидкостью. А под ней надпись: «Наша надежда».

Похоже, Джексон научился готовить из цветов что-то вроде эликсира, даровавшего ему способности к дикой магии или, по крайней мере, их усиливавшего.

К сожалению, в письмах жене Джексон сообщал мало технических подробностей. Генерал предположил, что к эликсиру мог прилагаться и антидот. Но ни о чем подобном в письмах не говорилось.

– Выходит, однажды приобретя, от дара нельзя избавиться? – Я вздохнула. – Вряд ли Джексон хотел умирать как обезумевший скаарг.

Думать, что и меня такое ждет, было особенно страшно.

Посмотрев на пачку писем, я бросила взгляд на шкатулку.

Подождите-ка...

Взяв ее в руки, я покрутила со всех сторон. Лакированная коробочка из красного дерева была заполнена письмами доверху, но если посмотреть со стороны, то это была лишь половина высоты шкатулки.

Что, если тут двойное дно?

Внимательнее изучив шкатулку изнутри, я нашла маленький зазор в углу и, сунув ноготь, почувствовала, как планка поддается.

Так и есть!

Глава девятнадцатая

Сандра

На настоящем дне коробочки лежал свернутый вдвое лист бумаги, а к нему нитками было пришито золотое кольцо. Типа обручального, только с непонятной гравировкой внутри. Символы мне ни о чем не говорили.

– Это древний доимперский язык, – с удивлением заметил генерал.

Отрезав кольцо от бумаги, он развернул лист.

Это снова было письмо, но не от Джексона к Эльвире, а уже к самому некроманту от человека по имени Деймон Морри.

Морри, как Сенлер!

Я посмотрела на генерала, и тот кивнул, понимая, к чему я. А затем прочитал:

«Джексон, это было нелегко, но мне удалось выкрасть из сокровищницы кольцо Аренгоя. Нам повезло, что никто не знает его истинную ценность. Они хранили его в куче других побрякушек, представляешь? И, упреждая твой вопрос, сразу скажу: надпись «kolduasugio» означает «магия от крови». Думаю, ты и сам понимаешь, что это значит. Я лишь напоминаю, что вне зависимости от результатов твоих экспериментов за кольцо ты обещал шесть колб эликсира. Прошу выслать семь, одну – дополнительно за труды».

– Интересно, что делает это кольцо? – задумчиво спросила я.

– Судя по тому, что оно так и осталось пришитым к письму, Джексон не стал его использовать, – заключил генерал.

Осмотрев его со всех сторон, куратор передал кольцо мне.

– Ты чувствуешь в нем дикую магию?

– Нет, но оно...

Я не сразу смогла подобрать слова.

Со стороны кольцо казалось самым обычным. Крупное, мужское. Мне было бы велико даже на большом пальце.

Но по ощущениям... Оно было теплым и каким-то... родным?

– Оно словно мое, – выговорила я, поднимая на генерала глаза. – Как такое может быть?

– Kolduasugio, – произнес он. – Возможно, твоя кровь не просто древняя, Сандра, а ты потомок короля Аренгоя.

Мне только и оставалось, что уронить челюсть.

– Я?

Генерал снял с шеи свой амулет и, оставив одну цепочку, протянул ее мне.

– Пусть оно пока побудет у тебя. Когда вернемся, сделаем запрос в архивы. Любой интерес к дикой магии отслеживается, а вот изучение древних артефактов и истории вряд ли привлечет внимание.

Сунув цепочку в кольцо, я поднесла ее к шее, но сразу с замочком не справилась.

– Давай помогу, – предложил генерал, а я повернулась к нему спиной и откинула волосы.

Теплые мужские пальцы скользнули по моей коже, вызывая стайки мурашек. Сердце заколотилось, напоминая, на случай если я вдруг забыла, что мы вдвоем одни и вне академии.

– Спасибо, – произнесла я с придыханием.

Генерал резко встал.

– Нам нужно поспать. Ты ложись в спальне, я буду здесь.

Я обернулась. Где здесь? На столе или на полу?

– Не волнуйся обо мне. – Куратор мягко улыбнулся.

Правда, чего это я? У него с собой были спальные мешки для ночевки в лесу, так что, конечно, на полу было все равно комфортнее, чем на земле.

В комнату я отнесла Рэна и уложила его на кровать. Сама пристроилась рядом. И надо признаться, заснула быстро.

День был долгий и беспокойный, и стоило моему телу получить сигнал, что можно, как оно сразу отключилось.

Ночью мне снился грузный мужчина в стальной короне и с большим животом. Он стоял в каком-то мрачном месте, едва освещенном потрескивающими факелами. Присмотревшись, я вдруг поняла, что это те самые подвалы академии. И стоял мужчина в камере, а перед ним на полу сидел второй человек – тощий, в мешковине, с осунувшимся лицом.

– Говори, – приказал ему король.

– Ваше величество, – узник прокашлялся, – вчера мне было видение от самой Судьбы. На нас надвигается чудовищный враг. Его войска подобны тучам, затмевающим солнце.

– Империя, – хмыкнул под нос король.

– Но сильны они не только оружием, – продолжал узник. – У них невиданные доселе способности. Двигать предметы по воздуху, вызывать огонь и воду, разрушать по щелчку пальцев. Они называют это магией.

Король нахмурился.

– Поверьте, ваше величество, – затараторил мужчина, – это не выдумки и не слухи. Магия существует.

– Ты сказал стражнику, что знаешь, что делать, – сухо проговорил король.

– Да, ваше величество. – Глаза узника загорелись болезненным возбуждением. – Я смогу изготовить для вас артефакт. Кольцо, которое защитит вас от любой магии. И не только защитит, но сделает ее повелителем.

– Что для этого нужно?

– Золото и... кровь.

Кровь... Ну почему всегда должны быть жертвы?

От моего возмущения сон расплылся, и я открыла глаза.

Империя завоевала королевство Аренгоя, и кольцо его не спасло. Может, оно не работает? Или просто одного-единственного артефакта, пусть и мощного, все равно не хватило, чтобы спасти целое королевство?

Повертев кольцо между пальцами, я надела его на указательный и немного покрутила.

Ничего не произошло.

Ладно, надо спать. Вот только почему-то не спалось.

Я поворочалась и так, и эдак, но ко мне не вернулся сон ни про короля, ни про что-либо еще.

В итоге я слезла с кровати и решила, что не помешало бы попить воды. Тихонько приоткрыла дверь и выскользнула на кухню.

Генерал, как я и думала, расположился на полу, и Тара громко сопела у его ног. В полумраке она казалась одним гигантским черным пятном.

Я постаралась ее обойти, но тут почувствовала, как шершавая ладонь коснулась моей голени. И сжала ее так, что не вывернешься.

– Сандра, – еле слышно произнес генерал.

Его голос звучал так необычно, словно он почти стонал.

Что-то случилось?

Я опустилась на корточки и, сощурившись, всмотрелась в его лицо. Похоже, генерал все еще спал, а его рука схватила меня за ногу чисто машинально.

Вот только через мгновение ей компанию составила вторая. Генерал обхватил меня за талию и одним ловким движением притянул к себе.

Я только и успела, что охнуть, как оказалась прижата к мощной груди.

– Сандра, – прошептал он, обжигая дыханием мое ухо. – Ты опять мне снишься?

Я чуть приподнялась, упираясь ладонями, и заглянула генералу в глаза. Он смотрел с обожанием, как на самое дорогое, и вместе с тем как будто не верил, что я была перед ним.

И я не верила.

Что я делаю? Почему мы все еще обнимаемся?

Это же неправильно, и...

– Это сон, – прошептала я.

Да, пусть будет сон.

Через мгновение губы генерала завладели моими. Властно, настойчиво и одновременно нежно. Словно даже во сне он себя сдерживал. Растягивал удовольствие или давал мне привыкнуть, не знаю.

Но мне не хотелось останавливаться. И стоило ему замереть, как я отвечала сама.

Не знаю, правильно ли я целовалась, но во сне это не важно. Сейчас не существовало страхов и условностей. И наоборот, казалось, что все правильно. Правильнее некуда.

Я... он... Мы лежим на полу в хижине и целуемся. Где-то в ногах сопит Тара, а в моей комнате спит раненый Рэн.

Завтра мы вернемся. Завтра все встанет на круги своя. Генерал снова будет держать дистанцию, потому что он преподаватель, а я курсантка. Но сейчас мы оба наслаждались моментом.

Страсть накрывала горячей волной. Я жадно пила каждый поцелуй и, кажется, вот-вот потеряла бы голову, если бы не ощутила напряжение генерала и его ладонь, скользнувшую по спине ниже.

Ой...

Нет, нельзя. Даже во сне нельзя.

Испугавшись, я выбралась из его жарких объятий и сбежала. Позорно, совсем не как будущий хранитель и боевой маг. А потом полночи смотрела в деревянный потолок и касалась пальчиками своих припухших губ.

Это было прекрасно.

Прекрасно, как сон, который я унесу с собой.

Брайан

Мне снова снилась девчонка. Ее лицо в полумраке.

Она была так близко, что протяни руки, и можно дотронуться. Схватить. Прижать. И не отпускать уже никогда.

Во сне не то, что в реальности. Во сне между нами не было устава и линий, за которые неэтично заступать. Во сне все было просто.

Я ее поцеловал. Прижался к мягким губам, затем провел кончиком языка по верхней и легонько прикусил нижнюю. Сандра в моих объятиях задрожала и начала забавно пыхтеть, словно не могла справиться с дыханием.

Во сне мы с ней уже заходили сколько угодно далеко, но в этот раз все было по-другому. Мы целовались словно в первый раз. И я чувствовал все острее обычного. Мне хотелось целовать ее долго и с наслаждением. Не торопиться и давать ей возможность ответить. Сначала робко, потом чуть смелее.

Я запустил пальцы в ее волосы и гладил по голове. А другой рукой продолжал прижимать к себе. Она уперлась ладонями мне в грудь, но не для того, чтобы оттолкнуть. Она словно боялась совсем упасть.

Смешная, я же поймаю.

Подумал было ей это сказать, но тогда пришлось бы прервать поцелуй. И кто знает, может, сон бы на этом и закончился?

Сны коварны, дразнят, но не остаются надолго. А этот еще и такой реальный. Словно Сандра сейчас и вправду подставляла под поцелуи свои горячие губы.

И я этим беззастенчиво пользовался.

Целовал ее, гладил, нащупал ладонью ее округлую попу и слегка сжал. На это девчонка вздрогнула, глянула испуганно и так спешно ретировалась, что на мгновение подумалось: а вдруг это не сон? Уж больно правдоподобно она себя повела.

Хотя нет, реальная Сандра убежала бы намного раньше.

На этой мысли я провалился в небытие, а проснулся оттого, что Тара лизала шершавым языком мою руку.

В хижине было уже светло, и нам пора было возвращаться в академию.

Поднявшись и приведя себя в порядок, я постучал в дверь комнаты.

– Я почти готова, – отозвалась девчонка.

Ее голос чуть подрагивал.

– Все в порядке?

– Да-да.

Когда она показалась на кухне, ее лицо было румянее обычного, а губы казались чуть припухшими.

Неужели...

– Сандра, – начал было я и замялся.

– У нас есть чем позавтракать? – спросила она, невинно улыбнувшись.

Да нет, не могло такого быть.

Все утро она вела себя суетливо. И я все же решил спросить, не снилось ли ей чего. И, к моему удивлению, она вдруг заговорила о короле Аренгое и завоевании его королевства нашей империей.

М-да, Брайан, пять баллов тебе! Сандра думает о деле, а ты...

– Возможно, кольцо хочет тебе что-то сказать, – заметил я, когда она закончила. – Например, что оно защищает от магии.

– Думаете?

Я создал в руке простенький водный шар и метнул в Сандру.

Надо отдать должное, девчонка среагировала быстро. Вскинула перекрещенные руки и призвала магический щит, как я учил. Все проделала машинально, как хорошо натренированный курсант. И в итоге вода расплескалась в стороны и все же намочила ее синюю макушку.

– Вы чего? – возмутилась девчонка, забавно сдвинув брови.

– От магии оно тебя не защитило, иначе бы и волосы не намокли.

Сандра коснулась их ладонью, проверяя.

– Тогда что это кольцо может делать, кроме того, что посылать сны? – спросила она.

– Попробуем выяснить, когда вернемся. А сейчас давай долечим Рэна, и в дорогу.

Обратный путь прошел на удивление спокойно. Иногда в окутанном туманом лесу слышались шорохи, хруст и как будто чьи-то шаги, но на нас так никто и не напал. Ни разу.

Сначала я думал, что нам везет, но потом понял, что дело все-таки в кольце. Один раз перед нами появились светящиеся глаза скаарга. Олень стоял между деревьев и глядел на нас. Тара напряглась, я призвал лук, но зверь исчез раньше.

– Возможно, тот, кто изготовил кольцо, ошибся, – сказал я Сандре. – И оно могло защитить Аренгоя от дикой магии, но не от империи.

Нам бы такое кольцо во время войны со скааргами.

– Жаль, оно никак не поможет с Сенлером, – вздохнула девчонка.

Пока было время, я обдумывал, что делать дальше. Пока ректор пробует выторговать Сандре отсрочку от всех обязательств, она могла спрятаться, например, где-нибудь в городе. Меньше вероятность, что Сенлер ее найдет. С другой стороны, академия – неприступный замок. И если девчонка будет рядом, мне же будет спокойнее.

Завтра еще попечительский совет. Так не вовремя. Голова думает не о том.

Вместо совета я бы лучше назначил встречу с некромантом и уладил бы все напрямую. Впрочем, если ректор добьется отсрочки, козырей на нашей стороне будет больше.

Я бросил взгляд на Сандру. Всю дорогу она была тихой и выглядела задумчивой. Иногда касалась пальчиками своих губ, и я снова вспоминал утренний сон.

Сон ли это был?

Но если и нет, сейчас девчонка вела себя правильнее всего. Сначала разберемся с ее проблемами, а потом будем решать, что делать с чувствами.

Поскольку обошлось без задержек, в академию мы вернулись еще до заката. Я оставил Сандру у общежития, а сам направился к Дэниелу выяснять, удалось ли ему чего-то добиться.

– У нас хорошие новости, – обрадовал с порога ректор. – Орден хранителей готов подписать отсрочку от любых обязательств и, возможно, взять на себя выплату долга. Но сначала им надо убедиться, что курсант Блейк так талантлива, как мы утверждаем. Завтра в академию прибудет представитель Ордена. Вот только тебе надо быть на совете, как и мне. Но мы можем попросить Салливана с Хиксом поприсутствовать.

Отпускать Сандру одну на такую встречу не хотелось. Но понятно, что и задерживать представителя Ордена – тоже плохой вариант. В конце концов, это нам нужна была их помощь, а не наоборот. Ладно, выбирать не приходится.

– Дэниел, – сказал я. – Спасибо.

Ректор улыбнулся.

– Надеюсь, завтра совет выберет именно тебя, и я смогу спокойно уйти на покой.

Сандра

Немного передохнув и поужинав, я встретилась с куратором на полигоне. Он рассказал, что завтра приедет проверяющий из Ордена. Скорее всего, проведет со мной что-то вроде экзамена. Но генерал не сомневался, что я его обязательно сдам.

Сам он присутствовать не мог из-за совета, где он должен быть вместе с ректором, но вместо себя попросил Винсента Хикса и Кристофера Салливана.

– Ты в хороших руках, не переживай, – подбодрил он. – А с чем тебе надо быть осторожной, ты и так знаешь.

Мы долго смотрели друг на друга, как будто хотели сказать что-то еще. Невыразимое словами.

Сегодня утром мы целовались, а потом весь день держались так, словно ничего не было. И умом я понимала, что это правильно, но вот сердце продолжало бастовать.

Хотелось броситься к Брайану и прижаться к его груди. Хотелось, чтобы он снова погладил меня по голове. Чтобы поцеловал.

Я убеждала себя, что сейчас не время об этом разговаривать. У нас и так достаточно сложностей. Но почему-то сердце не хотело убеждаться.

И ныло, как простреленное.

– Иди отдыхай. – Генерал улыбнулся. – Завтра тебе понадобятся все силы.

– Да, а вам удачи на совете. – Я улыбнулась в ответ.

И все равно не двигалась. И он не двигался. Мы просто стояли, как две статуи. Не обращали внимания на сухие листья, которые приносил осенний ветер, и ничего вокруг не слышали.

– Куратор! – крикнул какой-то парень, кажется, уже в третий раз. – Простите, куратор...

Генерал отвел взгляд, и я словно освободилась от невидимых пут. Побежала прочь от полигона, стараясь не оборачиваться. И все повторяла, как заклинание: все будет хорошо, все будет хорошо.

Вернувшись в свою комнату, я решила, что не помешает перекрасить волосы. Пусть у проверяющего будет меньше вопросов. Для этого пошла в умывальню, где и смешала купленную в городе краску.

Опыта в окраске волос у меня не было, и я не была уверена, что сделаю все правильно. Поэтому с полминуты нерешительно смотрела в миску с размешанной краской.

– Помочь? – послышался голос от двери.

Я обернулась.

Ко мне шагнула брюнетка Лиана.

– Во-первых, прикрой плечи, – деловито сказала она, накидывая на меня полотенце. – А во-вторых, бери вон ту табуретку и садись, а то стоять устанешь.

Мы встретились взглядами в зеркале.

– Спасибо.

На следующее утро

Встречу с проверяющим устроили в учительской. Пока я спешила, столкнулась в коридоре с куратором Хиксом. Он с любопытством глянул на мои волосы, но заговорил о другом:

– Волнуешься, Блейк?

– Очень, – призналась я.

– Я видел, как Брайан тебя натаскивал. Не помню, чтобы он хоть когда-нибудь так с кем-то занимался. Мы все в тебе уверены.

– С-спасибо, – застеснявшись, выговорила я.

С такой поддержкой ничего плохого точно не случится!

В учительской оказалось трое. Куратор Салливан и два незнакомца: темноволосый мужчина за пятьдесят в черном дублете и крепкий здоровяк в кожаных доспехах, похожий на стражника.

– Хранитель Ривз, – заговорил Салливан, как только мы появились в дверях. – Позвольте представить вам куратора Винсента Хикса и курсанта Сандру Блейк.

Ривз. Почему эта фамилия показалась знакомой?

– Здравствуйте. – Я вежливо склонила голову.

Друг генерала, погибший от скааргов... Кажется, его звали Нейтан Ривз. Может, это его отец?

– Курсант Блейк, – заговорил мужчина. Здоровяка мне так и не представили. – Ректор сей достопочтенной академии обратился в Орден хранителей с просьбой оценить ваши способности и предоставить вам отсрочку от неких долговых обязательств. Сразу скажу, Орден крайне редко вмешивается в подобные дела, но нас уверяли, что ваш случай уникальный. И я вижу, что это действительно так.

Взгляд его бледно-голубых глаз скользнул с меня на Рэна, тихонько примостившегося у моей ноги.

– Курсант Блейк – единственная первокурсница на всем потоке, у кого есть файр, – заметил Винсент Хикс. – Куратор Ортега не может сегодня лично присутствовать, но он ручается за ее способности.

При упоминании генерала хранитель Ривз едва заметно поморщился.

– Курсант Блейк, присаживайтесь. – Он указал на стул.

Борясь с дурным предчувствием, я сделала, как он просил.

Ко мне шагнул здоровяк и в одно движение выбросил какой-то обруч. Оказавшись у меня на шее, тот сжался, едва не стискивая горло.

– Ч-что вы делаете? – возмутилась я, цепляясь пальцами за холодный металл.

Рэн прыгнул вперед, но Ривз набросил на него золотую сеть, моментально усыпившую моего лисенка.

Я дернулась было к лису, но меня удержала ладонь куратора Салливана.

– Прошу вас, объяснитесь, – проговорил он, и его голос заметно дрожал от напряжения.

Куратор Хикс и вовсе встал передо мной, едва не загораживая от хранителя.

– Это наша новая разработка, – пояснил Ривз и выразительно глянул на меня. – Предохранитель от дикой магии.

Мое сердце заколотилось так громко, что я с трудом слышала слова.

Оба куратора помрачнели.

– При всем уважении, при чем здесь... – начал было Хикс.

– Мы обязаны рассматривать все стороны дела, – перебил его Ривз. – И естественно, что после получения прошения от вашего ректора мы решили пообщаться с бывшим работодателем курсанта Блейк.

Дыхание застыло в горле комом. Они говорили с Сенлером?

– И господин Морри рассказал нам кое-что крайне любопытное.

Глава двадцатая

Брайан

Совет собрался на самом верху главной башни академии. Круглый зал был украшен свежими цветами. Для высоких гостей приготовили напитки и легкие закуски. Дэниел умел устраивать приемы, подкупающие своей скромностью, но при этом продуманные до мелочей.

На повестке у попечителей академии стояли выборы нового ректора из двух кандидатов. Моим соперником оказался Родерик Чаррен, родственник Регины Чаррен, одной из девушек, с кем у Сандры были трудные отношения.

Он был среднего роста, худой, с длинными жилистыми руками. Явно человек не военный и, судя по сутулой спине, привыкший работать за столом. Со стороны он производил впечатление эдакого строгого библиотекаря.

– Не уверен, что он сможет держать тут все в узде, – прошептал Дэниел, озвучивая и мои сомнения.

После представления кандидатов каждому дали по полчаса. Первым выступал Чаррен. Рассказывал о реформах и реорганизации, а по сути предлагал сократить число направлений, преподавателей и учеников.

– Освободившиеся средства мы сможем направить на ремонт корпусов, – говорил он. – Наша академия должна стать элитным заведением для избранных. Курсантов нужно будет отбирать не только по способностям, но и по родословной...

Дэниел потер лицо ладонью.

– Он хочет отменить все, чего я добился за последнее десятилетие, – тихо проговорил ректор. – Брайан, ты обязан этого не допустить.

Совет задал Чаррену несколько уточняющих вопросов, а затем попросил выступить меня.

Я отложил свои бумаги, чтобы не казалось, что я читаю какую-то заготовку, и поднялся.

– Уважаемый совет...

В двери энергично постучали, затем в одной из створок показалась голова Альвареса.

– Ради богов, извините, – пробормотал он. – Но у нас чрезвычайная ситуация.

Обе створки за его спиной распахнулись, и в зал промаршировал отряд вооруженных мужчин. На плечах у них красовался символ Ордена хранителей: щит и меч с крыльями, охваченные пламенем.

– Как это понимать? – воскликнул Дэниел.

– Генерал Брайан Ортега, – отчеканил капитан отряда. – Прошу вас пройти с нами.

– С чем это связано? – поинтересовался один из членов совета.

– Простите, мы не можем об этом распространяться.

Я сразу подумал, что что-то случилось с Сандрой. Возможно, что-то вышло из-под контроля на экзамене и нужна помощь или появились вопросы. Вот только все выглядело так, словно арестовывать пришли меня.

– Прошу прощения. – Я извинился перед советом и покинул зал вместе со стражниками.

Мы спустились, а на первом этаже башни нас встречали Винс и Крис. Оба взволнованные как никогда.

– Брайан... – первым заговорил Салливан.

– Где Сандра? – рыкнул я.

– Она... Брайан, давай поговорим, – выступил Хикс и обратился уже к стражникам: – Прошу, дайте нам минуту.

Нам позволили уединиться в кабинете Винса.

– Сандра с хранителем Ривзом, – первым делом объявил Винс. – Но ее подозревают в использовании дикой магии.

Ривз, значит... Не случайно приехал именно он. Это было спланировано.

– Ты знал? – не то спросил, не то сказал Крис.

– Это серьезное обвинение, – уклончиво ответил я. – Какие у них доказательства?

– Слова бывшего работодателя, – сказал Винс. – Вроде как Блейк получила способности от некоего артефакта или машины, тут я не очень понял.

Я сдвинул брови. Ривз знал, чем занимался Сенлер Морри?

– И этот работодатель не арестован за эксперименты с дикой магией?

– Брайан. – Крис вышел вперед. – Понимаю, ты обескуражен, но ты думаешь сейчас не о том. Я уверен, что Ривз не ошибается, потому что мы все видели дикую магию Блейк в действии.

– О чем ты? – Я скрестил руки на груди.

Неужели девчонка прокололась, а я об этом не знал?

– Помнишь, когда был тот инцидент с запахом в общежитии? – продолжал Салливан. – Это я подбросил через окно вонючее заклинание в комнату Блейк. Хотел проверить, что она предпримет. И комнаты Регины с Лианой атаковало таким же заклинанием.

– Но Сандра была на улице, – растерянно проговорил Хикс.

Он о проделке Салливана, похоже, не знал.

– Именно. – Крис кивнул. – Блейк отомстила якобы виновницам на расстоянии. Сама по себе она на такое не способна. Я не был уверен, что это именно дикая магия, но, когда Ривз сказал, все встало на свои места.

– Это непрямые доказательства, – возразил я.

– Брайан, – произнес Хикс замогильным голосом. – Боюсь, это не самое страшное. Ривз сказал кое-что еще...

– Ты был отравлен, – закончил за него Салливан. – Все это время Блейк воздействовала на тебя дикой магией.

– Вероятно, неосознанно, – вставил Хикс.

– Но то, как ты ее выделяешь, как по-особому к ней относишься... – продолжал Крис. – Дело не в ее таланте. Мы все были в том кабинете, когда ее привел Альварес. Ты произвел на нее впечатление. И осознанно или нет, но она наслала на тебя чары. Что бы ты к ней ни чувствовал, это не настоящее.

«Чушь! Чушь!» – так и захотелось крикнуть во все горло.

Но я сдержался.

Толку спорить. Это все голословно.

– Мне нужно увидеть Сандру, – коротко сказал я.

– Хранитель Ривз велел забрать тебя на карантин, – возразил Салливан.

– Тебя к ней не пустят. – Хикс качнул головой.

Вдруг осознав, что Сандра могла быть еще в академии, а я теряю время, я резко распахнул дверь и вылетел в коридор.

Меня обступила стража.

– Прошу вас, не сопротивляйтесь, – сказал капитан.

Краем глаза я заметил Тару. Она держалась в тени, ожидая команды.

– Я хочу увидеть курсанта Блейк, – с трудом сохраняя спокойствие, выговорил я.

– Ее уже везут в Орден, генерал. У нас приказ проводить вас в ваш особняк, где вы останетесь под домашним арестом до дальнейших распоряжений.

Капитан выудил из-за пазухи свернутый лист. Приказ был подписан не просто главой Ордена хранителей, но и главой Охранной службы императора.

Как только успели провернуть всю эту бюрократию!

Но устраивать бойню, да еще в академии, нельзя. Тем более у нас сегодня столько высокопоставленных гостей. Нельзя уронить лицо Дэниела, выставившего меня кандидатом.

– Хорошо, капитан, – сказал я как можно миролюбивее.

– Надеюсь, нам не придется вас сковывать?

Я обернулся к застывшим за спиной Крису и Винсу:

– Позаботьтесь о моих учениках.

Махнув Таре, я последовал за стражниками. А пока шли, думал над вариантами.

Всегда был силовой путь. Освободиться сразу за стенами академии или сбежать уже из дома, штурмовать Орден и устроить Сандре побег.

Но дальше придется прятаться до конца наших дней.

Второй вариант – выяснить, что именно делал агрегат Сенлера Морри. И если некромант до сих пор не арестован, то почему. А потом дойти до самого главы Ордена и, если придется, до императора.

Вот только Ривз всех убедил, что я под действием чар. Моему слову не поверят и спишут на магию. Что делать с этим?

Отец Нейтана не простил мне гибели сына. Я сам себя не простил. И несколько лет мы благополучно избегали встречи друг с другом. Но сейчас он ждал меня у ворот. Видимо, хотел лично убедиться, что меня все же арестовали.

– Хранитель Ривз, как хорошо, что вы задержались, – сказал я почти обрадованно.

Он поморщился.

– Генерал, ваши коллеги объяснили, почему вам необходим карантин?

– Не верю, что находился под воздействием.

– И это вполне естественно, – заметил он холодно.

– Я требую освидетельствования в Ордене.

– Вы просто хотите быть ближе к вашей ученице.

– Боитесь, что окажетесь не правы? На чем именно основаны ваши утверждения? Мало ли что сказал один человек...

Несколько мгновений мы мерились взглядами. Я знал, что Ривз был готов обвинить меня в чем угодно. Он обрадовался бы любой возможности. Но даже он понимал, что просто слов одного некроманта недостаточно.

– Хорошо, – сдался Ривз. – Мы поедем в Орден. Вы можете попросить ваших коллег быть свидетелями, раз уж они все равно в курсе. Но если вы действительно окажетесь под воздействием, то домой вас не отпустят. И карантин придется проходить в весьма некомфортных условиях. Кроме того, вас официально отстранят от преподавания. Подумайте, генерал, еще не поздно сослаться на нездоровье и замять скандал.

В своих чувствах к Сандре я был уверен.

– Давайте не терять время.

Башня, которую занимал Орден хранителей, располагалась недалеко от императорского дворца в Линбурге. Чтобы добраться до нее из Аренгоя, нужно было воспользоваться порталом и затем проехать несколько кварталов.

Кристофер Салливан остался в академии, чтобы помочь Дэниелу достойно проводить совет. Из-за произошедшего было решено временно отложить голосование по кандидатам. Так что шанс занять пост ректора у меня оставался.

Это если не будет доказано, что я действительно невменяем из-за дикой магии.

– Ты уверен? – говорил мне по дороге Винсент Хикс. – Я тебя знаю не первый день. Таким ты раньше не был. Сам подумай. Взял девчонку. Уже одно это всех удивило. Причем девчонку, которая не прошла испытание. Она нарушала дисциплину, полезла с Робинсом в подвал. А ты все равно стал с ней заниматься. Устроил внеплановую поездку в питомник, чтобы у нее появился файр...

– Блейк талантлива, – возразил я.

– Да хоть сто раз, – начал горячиться Хикс. – Но ты-то раньше так себя не вел даже с талантливыми курсантами. Подумай, Брайан, вдруг их проверка все подтвердит?

– Не подтвердит.

– Ты сейчас сам не можешь за себя ручаться. Ну посидел бы на карантине, и стало бы понятнее.

– Неизвестно, что за это время сделают с Блейк. Нет, Винс, мне нельзя отсиживаться и чего-то ждать.

Приятель тяжело вздохнул. Убедить меня ему не удалось.

Для проверки мы пошли в один из залов башни Ордена. Сюда прибыло с десяток хранителей, которые принесли специальные артефакты: сферу наподобие той, что считывала размер резерва, чашу, в которой клубился густой туман, и изогнутый нож.

Пока все это раскладывали на столе, я снимал китель и закатывал рукава рубашки.

Если Сандра была сейчас в подвале Ордена, то нас отделяло всего несколько этажей. Держись, девчонка, и главное – не паникуй. Страх – плохой помощник.

Когда все было готово, в зал вошел хранитель Дервингтон, пожилой мужчина с жемчужно-белыми волосами. Он был главой Ордена вот уже сорок лет. С ним был генерал Ричардсон, глава Охранной службы его величества.

Винс присвистнул над моим ухом.

– Все, Брайан, – прошептал он. – Теперь отвертеться не получится.

Сандра

Ошейник болезненно натирал кожу. В компанию к нему на меня надели еще широкие медные браслеты, чтобы совсем не могла пользоваться магией, никакой.

И это бы ладно, но нас разлучили с Рэном!

Нас вместе доставили в Орден, а дальше меня увели в подвал, а куда дели моего бедного лиса – я не знала. И это тревожило больше, чем собственная судьба.

Хранитель Ривз утверждал, что я околдовала генерала дикой магией.

И кураторы поверили! Впустили солдат Ордена в замок.

А меня никто, конечно, не слушал.

В подвале Ордена меня втолкнули в холодную каменную камеру, как сказал хранитель, «до разбирательств». Но кто и что будет разбирать, было неясно.

И генерал... Неужели и он поверит, что дело в магии?

Я присела на старый матрас у стены и закрыла лицо ладонями. Нельзя впадать в отчаяние, нельзя. Но так сложно было держаться.

Я ведь знала, что такое может случиться. Но наивно верила, что все как-нибудь разрешится. Как-нибудь само, ага...

Получается, я подставила и Брайана. У него сегодня совет, он мог бы стать ректором, а теперь... Его обвинят в укрывательстве опасного мага или посчитают, что он был околдован, но в любом случае ректором уже не сделают.

Я его подвела.

И Рэна подвела.

Надо было хватать лиса и бежать. Оставить академию и просто где-нибудь спрятаться. Как сестра Элоя. Но нет же, у меня амбиции. Я хотела быть хранителем!

На глаза навернулись слезы.

Но даже выплакаться мне не дали. Замок на двери лязгнул, и в камеру шагнул тот, кого я больше всего боялась.

Сенлер Морри. Высокий, кто-то бы даже сказал, что красивый мужчина с темными волосами и цепким взглядом.

Увидев меня в слезах, он торопливо подошел ближе и присел передо мной на корточки.

– Девочка моя, ну что ты. – Он вытащил из кармана платок. – Все будет хорошо, я смогу тебя защитить.

А хотелось, чтобы он провалился.

Я вскинула подбородок.

– Я здесь из-за вас.

– Разумеется, нет. – Он имел наглость отрицать. – Тебе не стоило от меня убегать.

Видя, что я не беру его платок, он сунул его обратно в карман.

– Сандра. – Он распрямился. – Если бы ты просто отработала свой контракт...

– Вы занимались незаконными экспериментами, – вырвалось у меня.

Некромант смотрел снисходительно сверху вниз.

– Почему же незаконными? – Он улыбнулся. – Все мои исследования и разработки проходят с разрешения его величества.

Ах вот как!

– А я тоже ваша разработка? – Я вскочила на ноги.

Сидеть и дальше было невыносимо. Я была не скована и даже без магии могла побороть этого мерзавца.

Улыбка Сенлера стала шире.

– Ты – мое самое выдающееся открытие.

Очень хотелось вмазать ему по лицу, потом сделать подножку, повалить и просто колотить его, пока не устану.

Я сжала и разжала кулаки. Нет, как сказал бы Элой, сначала надо собрать разведданные.

– Что это значит?

– Сандра, девочка, ты ведь всегда знала, что особенная. Чувствовала это, верно?

Я скрестила руки на груди, а он склонил голову набок, изучая меня.

– Давай так, – сказал он. – Я заберу тебя к себе и все-все расскажу. Взамен ты пообещаешь быть хорошей девочкой и во всем слушаться.

Я сдвинула брови.

– Орден меня не отпустит.

– Император выделил мне средства на новую лабораторию. Она куда больше и лучше той, что была в мастерской. И ты – ключевой элемент моих исследований. С тебя, конечно, не снимут ни ошейник, ни браслеты. Но это только в первое время. Как только мы добьемся нужных результатов, ты обретешь свободу.

– Каких результатов?

До чего у него была мерзкая улыбка!

– Этого я пока сказать не могу. Но обещаю: ты ни в чем не будешь нуждаться. У меня огромная библиотека, ты сможешь продолжить учебу, хотя пока и заочно.

Мысль о том, что я буду с Сенлером под одной крышей, вызывала дрожь в коленях. Я буду полностью в его распоряжении.

Но с другой стороны... Из этой камеры я точно не смогу сбежать, а вот из особняка...

Главное, найти способ, как передать весточку генералу.

Увидев, что я задумалась, Сенлер не стал меня торопить. Его взгляд блуждал по мне, нагло разглядывая.

– Что насчет моего файра? – спросила я, стараясь не выдавать раздражения.

– Ты сможешь взять его с собой, но его силы, по понятным причинам, тоже ограничат.

Он говорил так, как будто это другие что-то делали, а не он. Но главное, Рэн будет со мной!

– Твоя семья уже знает, что ты здесь, – добавил Сенлер. – Они в ужасе, но полностью мне доверяют. Без меня у тебя нет шансов. Ты ведь не хочешь провести в этих застенках всю жизнь? Впрочем... – Он сделал театральную паузу. – Никто не станет рисковать слишком долго. Понимаешь, о чем я?

– Меня казнят, – сказала я вслух, и почему-то это пугало меньше, чем то, что он предлагал.

– Как только такое решение будет принято, а оно будет, уже никто не сможет тебя спасти. Так что прошу, Сандра, доверься мне. Я сделаю тебя счастливой.

На последней фразе он протянул руку и положил холодную ладонь мне на запястье.

Вот сейчас схватить бы его и перебросить через плечо, чтобы оказался на полу.

Но нельзя.

Пока нельзя.

С трудом удержавшись, чтобы не отшатнуться, я ответила:

– Хорошо.

Сенлер вскинул брови. Сам, похоже, не ожидал.

– Ты согласна?

– Да.

– Правда? – Он сощурился. – Докажи, что не обманываешь меня.

Начинается!

– И как я могу это доказать?

Некромант плотоядно оскалился.

– Поцелуй меня.

Глава двадцать первая

Брайан

Перед началом испытаний я рассказал хранителям, что выходные провел в лесах Туманного рубежа и, в частности, проезжал рядом со свежим разломом. Поэтому следы дикой магии на моей коже или одежде были бы вполне естественны.

Когда я коснулся сферы, именно это она и подтвердила.

Но раз, по теории Ривза, я подвергался воздействию дикой магии в течение многих недель, ее следы должны были проявиться и у меня в крови.

Под пристальными взорами хранителей я порезал ладонь изогнутым ножом и капнул крови в чашу. Туман зашипел, заклубился и полез через края, словно каша из кастрюли.

– Вот черт, – выругался Винсент Хикс.

А я не мог поверить собственным глазам.

Они были правы!

Моя кровь была отравлена. Но... Но нет же...

Я схватился за голову. Значит, мои чувства, сны, Сандра... Неужели это было лишь результатом воздействия магии?

– Генерал Ортега, – объявил глава Ордена Дервингтон, поднимаясь с кресла. – Мы вынуждены взять вас под стражу. Прошу, не сопротивляйтесь. Это для вашего же блага.

Я вздрогнул.

Нет, сидеть в заточении я сейчас не могу. Я должен увидеться с Сандрой. Я должен ее вытащить. А чувства там или что – не важно. С этим я потом разберусь.

– Генерал... – произнес хранитель Ривз, и в его голосе послышалась нескрываемая угроза.

Я призвал свое кровное оружие в одну ладонь и огненный шар – в другую. Тара увеличилась в размерах и приготовилась к атаке.

– Прошу, дайте мне уйти. Я не хочу проливать ничью кровь.

Но меня не слушали. Со всех сторон ринулись стража, хранители, файры. Бой предстоял трудный. Сложнее, чем любая битва со скааргами. Со своими всегда сложнее.

Где-то на задворках сознания пищал едва уловимый голос: ты не в себе, это все магия.

Но как остальные не слушали меня, так и я не слушал его.

Винс подскочил ко мне и встал со спины. Я не успел поблагодарить его, как пришлось скрестить мечи с одним из стражников. Несколько легких движений – и вот он уже был обезоружен. Я атаковал следующего.

В затылок что-то ударило, и все перед глазами потемнело. Упал я на пол или кто-то меня подхватил, я уже не помнил.

Сандра

– Поцелуй меня.

Сенлер самодовольно улыбнулся. Я скользнула взглядом по его узким губам и вспомнила губы совсем другие. Горячие, страстные.

– Нет, – ответила я.

Некромант выгнул бровь.

– Ты не готова слушаться?

– Я готова отправиться в вашу лабораторию и позволить вам проводить эксперименты с магией. Но свою душу я вам не отдам.

Сенлер склонил голову набок.

– У тебя есть возлюбленный?

– Вы сами сказали, что я – ваше главное открытие. И если я вам действительно нужна, то у меня есть и свои условия. Никаких посягательств на мою честь.

Он смотрел так, словно я забавная зверюшка, вдруг заговорившая с ним из клетки.

– А если я на тебе женюсь?

– Я не соглашусь. Вам нужна моя кровь и моя магия...

– О нет, девочка, – перебил меня Сенлер. – Мне нужно от тебя гораздо больше. Ты нужна мне целиком.

Я скрестила руки на груди.

– Думаете, вы сможете постоянно меня принуждать? Каждый день, каждый час, каждую минуту? Потому что я не сдамся. Я не оставлю попыток от вас сбежать. А если ничего не выйдет, то расстанусь с жизнью. Так что выбирайте: мои условия, где я добровольно иду с вами, или между нами будет вечная борьба.

Некромант облизнул губы, словно перед ним положили аппетитный кусок мяса.

– Я люблю борьбу, так интереснее. Будь по-твоему. Все только добровольно и только с твоего согласия. Сладострастные стоны считаются.

Он подмигнул, а я ощутила острый приступ тошноты. Пришлось сделать несколько вдохов, чтобы успокоиться.

Сенлер позвал стражника, и меня вывели под конвоем из подвала.

У башни нас ждала черная карета, и некромант с довольным видом распахнул передо мной дверцу.

– Где мой лис? – спросила я, не двигаясь.

– Его уже везут в мое поместье. Пока побудет отдельно, дабы тебе не пришло в голову делать глупости.

Значит, взял Рэна в заложники?

Я поежилась.

Может, он врет?

– Как только приедем, – добавил Сенлер, – ты его увидишь. Ну же, Сандра, нам придется научиться доверять друг другу.

Я обернулась к башне. Почему-то показалось, что генерал был сейчас там. Странная мысль, но вдруг? Вдруг я совершаю ошибку? Может, он уже вот-вот договорится и вытащит меня, а я сдалась раньше времени?

Хотя кто сказал, что он будет меня вытаскивать? Связь со мной только подмочит его репутацию. Я и так его подставила по самое некуда.

Все, Сандра, пора самой отвечать за свои поступки.

И начать с того, чтобы выяснить у Сенлера его планы и что он знает обо мне, а может, и о моих настоящих родителях.

Я залезла в карету, и за мной последовал некромант. За нами захлопнули дверь, и кучер велел трогаться.

– Не бойся, – проговорил Сенлер. – Ты не пожалеешь о своем решении.

Брайан

Я очнулся в незнакомой комнате с выбеленным потолком. Лежал на узком столе, похожем на операционный. Дернулся было, но руки и ноги оказались прикованы к столу.

– Тише, Брайан, все в порядке. – Передо мной появилось обеспокоенное лицо Винса.

– Ты... Ты меня предал... – прорычал я, пытаясь приподняться.

Но и грудь была стянута кожаным ремнем.

– Я тебя спас, – возразил бывший друг. – Твои действия спишут на воздействие магии. И ты, слава богам, никого не успел убить.

– Сандра...

Винс тяжело вздохнул.

– У Сенлера Морри есть разрешение от императора на исследования дикой магии. И он убедил Дервингтона, что твоя ученица – ключевой элемент. Орден не возражает при условии, что он обеспечит надлежащий уровень безопасности и Сандра поедет добровольно.

– Она бы не...

– Она согласилась, Брайан, – не дал мне закончить Винс. – Так что тебе сейчас надо думать не о ней, а о себе.

Я сжал кулаки. Значит, она теперь в лапах сумасшедшего. Сандра пошла бы на такой шаг только от безысходности. А может, рассчитывает сбежать или что-то выяснить...

В любом случае мне надо выбраться отсюда как можно скорее.

– Винс, что они хотят сделать со мной?

– Карантин, как и говорили. Не меньше месяца. Но я уточнил у Дервингтона, нельзя ли быстрее. У них есть очистительный ритуал, но он экспериментальный и, похоже, весьма болезненный.

– Пусть проводят.

Приятель снова вздохнул.

– Как бы я хотел, чтобы ты снова стал собой.

Я себя и не терял, что бы ни показали их артефакты.

– Винс, ты можешь сделать мне одолжение?

Он невесело усмехнулся:

– Если оно законное.

– Когда вернешься в академию, найди Робинса и расскажи ему, что произошло.

Винс качнул своей светлой головой.

– Курсантов не стоит посвящать...

– Он лучший друг Сандры. Узнай адрес Сенлера Морри и передай его Элою. Это все, что я прошу. Сделаешь?

– Сделаю, хорошо. Ты, главное, не впадай в отчаяние. – Он положил руку мне на плечо. – Орден на твоей стороне.

Кроме Ривза, который с радостью использует эту ситуацию, чтобы отомстить за сына.

– Где Тара?

– В соседней комнате. Сначала ты должен очиститься от дикой магии.

– Скажи Дервингтону, что я готов.

Сандра

Поместье Сенлера располагалось в пригороде Линбурга. Всю дорогу я молчала и смотрела в окно, а некромант меня не беспокоил. Хоть дал передышку, и на том спасибо.

Мы прибыли вечером, когда уже стемнело и пошел мелкий колючий снег.

Выгрузившись из кареты, Сенлер вызвался первым делом показать мне комнату. Но я потребовала увидеть Рэна.

– От ужина, я так понимаю, ты тоже откажешься, – заметил он.

– Я поем в комнате. А сейчас хочу увидеть своего файра.

Лиса держали в подвале в клетке. По сравнению с ней его камера в академии была большой и просторной. В этой же он едва помещался, даже будучи обычных размеров.

– Знаю-знаю, условия не очень, – опередил меня Сенлер. – Но тут все будет зависеть от тебя. Завтра мы приступим. И если будешь хорошо себя вести, и лиса твоего расположим комфортнее.

Я сжала зубы.

Ах он сволочь, шантажировал невинным животным!

– Уверен: если бы я держал в клетке тебя, ты была бы куда менее сговорчивой, – проницательно заметил он. – А сейчас наверх. Я распорядился, чтобы тебе купили одежду на завтра и все необходимое.

Да уж, позаботился.

Впрочем, комнату Сенлер мне выделил богатую. На третьем этаже, просторную, с дорогой мебелью и отдельной ванной. Вот только и на окнах, и на двери стояли магические печати. Стоило коснуться деревянной створки, как в пальцы болезненно выстрелило.

Что, впрочем, не помешало мне подпереть дверь стулом. Мало ли что ему в голову взбредет.

В ванной я умылась и, вернувшись в комнату, решила посмотреть-таки, что за одежду мне приготовили. Если там что-то неприличное, то пусть сам это носит!

Но нет, на кровати лежали простая хлопковая рубашка и просторные штаны. Все закрытое и вроде бы без подвоха. Хотя из-за дурацких браслетов и ошейника я бы все равно не могла почувствовать магию.

Одно радовало – кольцо Аренгоя оставили при мне.

И цепочку, которую отдал Брайан.

Я опустилась на край кровати.

Как жаль, что нам не удалось поговорить! Я бы объяснила, что не околдовывала его дикой магией. Не знаю, что он чувствовал ко мне. И понимаю, что не имею права ни на что претендовать. Но я его не обманывала. И когда мы целовались на полу в хижине, для меня это был не сон.

Хоть он и выглядел так...

Я вздохнула.

Ладно, расклеиться я всегда успею. Сейчас я в доме человека, который может отрезать мне голову и засунуть в банку. Так что сначала надо выбраться. Вот окажусь на свободе, там могу страдать. А сейчас соберись, курсант Блейк, и в бой.

Я поднялась. Тщательно осмотрела комнату и ванную. Затем покрутилась перед зеркалом в поисках замка на ошейнике.

Ничего.

В дверь постучали. Я убрала стул и внимательно наблюдала, как служанка с подносом входила и выходила. Дверь ее не ужалила. Значит, как-то распознала, что это своя. А я для нее чужая.

Хм. Возможно, печать реагировала на мой ошейник.

Сенлер все продумал и подготовился. Знал, что так будет.

Но, может, победа и усыпит его бдительность. Мне же лучше поесть и поспать. Кто знает, что ждет меня завтра? Соберем все силы, что есть.

* * *

Новая лаборатория Сенлера была раз в пять больше той, что в мастерской. Три массивных стола занимали колбы с трубочками и машины наподобие той, что я тогда задела. В углу стояла клетка с белыми мышами. А еще здесь было кресло с откидной спинкой и ремнями, которыми можно было пристегнуть человека и запытать до смерти.

Глянув на него, я замерла.

Сенлер положил ладони мне на плечи.

– Это только на случай, если будешь строптивой.

– Что именно вам от меня нужно?

Он усмехнулся над ухом.

– О-о-о, очень много. Но начнем с мелочей. Мне нужно немного твоей крови. Так что прошу, присаживайся. – Он указал на кресло. – Так нам обоим будет удобнее.

Пока я забиралась в жуткое кресло, Сенлер принялся раскладывать на соседнем столике узкие пробирки. Это совсем не выглядело как «немного».

– Что в моей крови особенного? – поинтересовалась я.

Он глянул искоса.

– Ты бы очень хотела знать, верно?

Я постаралась состроить самое милое выражение, на какое была способна.

– Пожалуйста, расскажите.

Некромант недобро ухмыльнулся.

– Да брось, Сандра, щенячьими глазками меня не пронять. Да и ты мне нравишься больше, когда сопротивляешься. Я хочу тебя настоящую.

Сказал человек, который требовал от меня поцелуй, зная, что он будет ненастоящий.

Не зная, что на это ответить, я замолчала.

И Сенлер неожиданно заговорил сам.

– Мой прапрадед Деймон Морри некогда знал того самого Джексона. Джексон обнаружил, что philimiawilderum, это такой голубой цветок, связан с разломами. В местах скопления дикой магии этих цветов больше всего. Они словно соединены в единую сеть и сами могут служить источниками и катализаторами. В результате долгих экспериментов он вывел формулу эликсира, выпив который человек получает способность управлять дикой магией. Правда, ненадолго. Кроме того, потребление эликсира было рискованным и могло в любой момент превратить тебя в скаарга. Так что перед Джексоном стояла задача доработать формулу и найти способ, как сделать эликсир безопасным и увеличить срок его действия.

Он где-то прочитал, что у короля Аренгоя была способность противостоять дикой магии. Мой предок раздобыл для Джексона некий артефакт, который и должен был защищать от дикой магии, но он не работал. Для его активации нужна была кровь самого Аренгоя или его потомков. Джексон пытался кого-то из них найти, но не успел. Открывшиеся разломы, как известно, перечеркнули не только его жизнь, но и карту нашего континента.

– Вы думаете, Джексон не виноват в разломах? – осторожно перебила его я.

– Деймон Морри был уверен, что это просто совпадение. Джексон не был настолько силен даже со всеми его эликсирами. В любом случае после установления Туманного рубежа и объявления любых экспериментов с дикой магией вне закона мой предок затаился. Но он оставил после себя обширную библиотеку и множество записей. Знал, что среди его потомков найдется тот, кто продолжит исследования.

Сенлер подошел ко мне с ножом.

– Сейчас будет немного больно, – предупредил он, касаясь вены на моей руке.

Сделав надрез, он подставил трубку и принялся наполнять пробирки бурой жидкостью.

– Кровь, Сандра, ключевой компонент, – говорил Сенлер. – Я потратил несколько лет на поиск потомков Аренгоя. У короля было пять сыновей и семь дочерей. Казалось бы, есть где развернуться, вот только во время войны с империей большинство из них погибло, не оставив после себя никого. Так что пришлось потрудиться. Поднимать архивы, отслеживать семейные древа. Пока наконец я не нашел нужного человека и не выяснил, что у него была внебрачная дочь. Ты подходила мне идеально. В тебе течет кровь Аренгоя, но за тебя никто не станет заступаться.

– Значит, это было подстроено? То, что я коснулась той машины.

Сенлер ухмыльнулся.

– Разве я мог знать, что ты полезешь в закрытую комнату? Это было твое решение, Сандра. Я лишь собирался попросить у тебя немного крови.

На этом он закончил с последней пробиркой и, приложив к ране кусок марли, принялся бинтовать мою руку.

– Кто мои настоящие родители? – спросила я, наблюдая за его выверенными движениями.

Сенлер знал, что делал. Как математик, использующий формулу.

– А-а-а. – Он пригрозил указательным пальцем. – Не все сразу. Сначала мы с тобой должны стать ближе.

– Я видела в вашей лаборатории головы... – Я решила зайти с другого конца.

– Умершие, давшие согласие на использование своих тел ради науки. Все, что я делаю, Сандра, абсолютно законно и с разрешения императора. Даже не сомневайся, меня на этом не поймаешь. Я не собираюсь повторять ошибку Джексона.

– Что теперь будет с моей кровью? – Я покосилась на десяток пробирок, которые он собрал на поднос.

– С ее помощью будем делать эликсир Джексона безопасным. Надо только понять нужную дозу. Так что поэкспериментирую на мышах. – Он качнул головой в сторону клетки.

Я посмотрела на нее внимательнее. И вдруг поняла.

– Это файры.

Сенлер улыбнулся, и в его взгляде появилось что-то вроде нежности.

– Умница ты у меня. И наверняка ведь задумывалась, почему твои волосы посинели? У Джексона были такие, потому что он пил свой эликсир. А у тебя случилась реакция на сок philimiawilderum, на котором работал агрегат. Но знаешь, в чем штука, Сандра? Для сравнения я брал кровь у другого потомка Аренгоя, и результат повторить не удалось. Кровь Аренгоя защищает от дикой магии, но еще не дает над ней власть. Так что и тут, девочка, ты оказалась особенной.

При иных обстоятельствах можно было бы возгордиться. Кто не хочет быть особенным? Вот только на деле это значило, что Сенлеру нужна именно я. Не заменишь никем и не отвертишься.

– Но если дело не в крови Аренгоя...

– Не знаю. – Сенлер дернул плечом. – Правда не знаю. Может, ты родилась под счастливой звездой. Но ничего, постепенно мы все выясним.

И глянул так, словно хотел сказать: ты никуда теперь не денешься.

– Но на сегодня все. Пока я буду работать с твоей кровью. – Он кивнул на пробирки. – Можешь заглянуть в библиотеку или погулять. Во внутреннем дворе. Главное, не пытайся сбежать – это бесполезно. Впрочем, – он махнул рукой, – попробуй. Убедишься сама.

Глава двадцать вторая

Сандра

Сад у Сенлера был сухой и неухоженный. Его окружала каменная стена, и я заметила расставленные наверху кристаллы, похожие на те, что питали Туманный рубеж. Даже если бы я смогла забраться наверх, дальше меня точно не пустит.

Через парадную дверь тоже не выйдешь. Магическая защита настроена только на меня. Слуги сновали туда-сюда без всяких проблем.

Но Сенлер подстраховался, взяв Рэна в заложники. Без него я точно не уйду. И ход в подвал охранялся все той же магией.

Размышляя, как быть, я бродила по особняку некроманта почти целый день. Попыталась пообщаться со слугами, но мне вежливо сообщили, что им велено со мной не разговаривать. На все вопросы они отвечали односложно и могли разве что подать обед, но не более того.

Что же делать?

Проболтавшись без дела, я и правда пошла в библиотеку. Попробовала найти что-нибудь почитать, но сколько ни листала книг, ни на чем не могла сосредоточиться.

– Не скучаешь? – заметил Сенлер, заглядывая в библиотеку. – Как твое самочувствие?

Ну надо же, само участие. Или хочет убедиться, что не взял слишком много крови?

– Скучаю, – честно сказала я. – Вы не могли бы отправить кого-нибудь в академию за моими учебниками?

– Сделаем. – Он кивнул.

В дверь легонько постучали, и одна из служанок, женщина лет сорока по имени Мария, сообщила:

– Господин, тут галантерейщица пришла, продает ленты, бижутерию. И я подумала, может...

Женщина не договорила, смущенно опустив глаза. Все-таки меня здесь жалели.

Сенлер обернулся ко мне.

– Хочешь посмотреть?

Я подскочила.

– Очень.

Конечно, я не собиралась продаваться даже за целый мешок украшений. Но кто бы ни пришел, это человек из внешнего мира. Возможно, она поймет, что я в особняке против воли, и что-то предпримет... Хотя что она может? Я же здесь, как выразился Сенлер, законно...

И все-таки я пошла. Мой энтузиазм понравился некроманту, и мы вместе спустились на первый этаж.

Я едва удержалась, чтобы не вскрикнуть.

Перед нами стояла Лиззи.

В очаровательном платье с шерстяной накидкой и в соломенной шляпке. У нее был деревянный лоток со всякой милой мелочовкой вроде бус и брошек.

Увидев меня, она и бровью не повела, а стала показывать свой ассортимент.

Я подскочила ближе и, схватив первую попавшуюся подвеску, принялась ее рассматривать с напускным восторгом.

А Сенлер тем временем рассматривал меня.

– Выбирай, что понравится, – сказал он.

– Как вас зовут? – спросила я девушку.

– Лиззи, – откликнулась она, делая вид, что мы не знакомы.

– Лиззи, давайте отойдем к свету, чтобы было лучше видно. – Я предложила поставить лоток на обеденный стол.

Сама устроилась на стуле и начала разглядывать каждую вещицу. Долго-долго, постоянно задавая вопросы: а что это? А как это?

Сенлер, надо сказать, держался долго. Но наша пустая трескотня утомила и его. Рассудив, что я все равно не смогу покинуть дом, он оставил нас под присмотром Марии, а сам ушел по своим делам.

Служанке я тоже предложила к нам присоединиться и что-нибудь себе выбрать. Она долго отнекивалась, но я обещала, что уговорю господина.

В итоге, пока Мария отвлекалась на непростой выбор, я отошла якобы в уборную. Сама же нашла лист бумаги с пером и набросала короткую записку. Указала, что моя комната на третьем этаже с северной стороны, Рэна держат в подвале с южной, и я не могу сбежать из-за ошейника и браслетов.

Я была уверена, что Лиззи передаст послание брату. Поэтому ведь она сюда пришла. Но вот передаст ли Элой генералу и будет ли генерал меня спасать, неизвестно. И спросить об этом тоже нельзя.

Остается одно – верить.

Сложив записку вдвое, я осторожно сунула ее Лиззи, и та спрятала за пояс. Дальше я для приличия выбрала пару брошек и сережки, а для Марии – колечко. Сенлеру пришлось соврать, что это тоже для меня.

Некромант за все расплатился без возражений. И когда Лиззи покидала дом, я очень старалась любоваться приобретениями, а не смотреть ей вслед.

– Сегодня ты ужинаешь со мной, – объявил некромант.

Не спросил, а просто поставил перед фактом.

– Хорошо, – согласилась я.

Сенлер подозрительно сощурился. Явно не ожидал, что я стану послушной так скоро. Но и предъявить мне было нечего.

– Переоденься в платье, которое я тебе приготовил, – велел он.

И, снова не дождавшись от меня возражений, отпустил.

Я поднялась в комнату и только здесь позволила себе выдохнуть. Неужели получилось? Лиззи нашла меня и забрала записку. Теперь оставалось верить, что Элой передаст генералу и генерал придумает, как меня вытащить.

Если, конечно, сможет. Или захочет...

Я мотнула головой. Только не плакать! Тебе еще сегодня надо пережить ужин, чтобы Сенлер ничего не заподозрил. А там во всех случаях что-нибудь придумаем.

Вытерев проступившие в уголках глаз слезы, я побежала в ванную умываться. Затем пошла осматривать платье, купленное некромантом. Красное, с широкой воздушной юбкой и расшитым бисером корсетом. В таких ходят на бал. Только декольте больно глубокое, едва что-то прикрывало.

В комнату постучали, и вошла та самая служанка с колечком. Мария помогла мне одеться и подколоть волосы.

– Вы хозяину очень нравитесь, – заметила она вполголоса. – Еще ни одна женщина не смогла оторвать его от науки.

– Это потому, что я тоже часть науки. – Я не стала скрывать. – Вашему хозяину нужна моя кровь для экспериментов.

– Тогда зачем бы ему было вас наряжать? – возразила она.

На самом деле и не знаешь, что хуже: научный интерес Сенлера или мужской.

Наверное, более опытная женщина могла бы повернуть все в свою пользу. Сделать так, чтобы Сенлер и свои секреты раскрыл, и всячески стремился бы ей угодить.

Нам в пансионе постоянно говорили, что мужчины могут сколько угодно считать себя головой, но шея – это женщина.

Вот только я не умела никого никуда поворачивать. И более того – не хотела.

Я делала вид, что смирилась и слушаюсь, и уже от одного этого на душе было тошно. А если бы пришлось притвориться, что я не против его интереса... Брр...

Я обняла себя руками.

– Вам холодно? – обеспокоенно спросила Мария.

Да с таким декольте кто угодно замерзнет!

Я попросила у женщины найти для меня какую-нибудь шаль. Сенлер ничего подобного не предусмотрел, но у Марии нашлась плотная шерстяная накидка.

С платьем она не сочеталась, но и наплевать.

Поблагодарив Марию, я спустилась на ужин. Шла как приговоренная на эшафот. Ноги с трудом передвигались.

Но надо. Я должна усыпить его бдительность. Иначе никогда отсюда не выберусь.

Сенлер встречал меня в обеденной комнате. Нарядился в элегантный синий камзол с золотой вышивкой.

Пробежался взглядом по моим плечам, но про шаль ничего не сказал. Только отодвинул стул, предлагая мне сесть.

А кто-то ведь посчитал бы этого мужчину красивым и галантным, не зная, что под привлекательной оболочкой скрывается настоящий маньяк.

Так, Сандра, отставить страх. Ты справишься!

На ужин нам подали нежный стейк с запеченным картофелем и тушеными овощами. Пахло все изумительно, но в животе у меня так скрутило, что я буквально уговаривала себя проглотить каждый кусок.

– Знаешь, Сандра, – сказал Сенлер, отпивая из бокала. – У меня никогда не было магии. Старший сын в богатом семействе родился без дара. Какой позор, не правда ли? Так что у нас с тобой больше общего, чем ты думаешь. Я тоже не был нужен своим родным.

Я не знала, что на это сказать, и тоже отпила из бокала. Что мне теперь – пожалеть его?

– Но я научился извлекать магию из всего, что меня окружало, – продолжал Сенлер. – Я превосходный алхимик и артефактор. И только благодаря упорству и уму я влился в семейное дело. Обычные некроманты могут вернуть человека к жизни, только если после смерти прошло не больше часа-двух. Их магия нестабильна и действует, пока хватает резерва. Мои же навыки позволяют оживить кого-то и через сутки. Тело, правда, продолжает умирать. Но это хотя бы шанс попрощаться и сказать то, что человек не успел при жизни. Или допросить, например, шпиона, покончившего с собой. Император особенно ценит мою службу, и я сейчас не при дворе только потому, что с помощью дикой магии добьюсь большего. Да, мой отец до последнего не верил в меня. Но я превзошел ожидания всех. – Он сделал паузу. – И твои превзойду.

– Вы правда думаете, что мне от вас что-то нужно? – не удержалась я, хотя старалась не перебивать. – По-моему, все наоборот.

Он пожал плечами.

– Любой женщине нужен мужчина. Это закон природы. И я могу дать тебе больше, чем кто-либо другой.

Я дернула головой.

– Пока вы дали мне только ошейник.

– Не совсем я, – возразил Сенлер. – Хотя это моя разработка, да. Но, думается мне, Сандра, что дело в другом. Один из хранителей сказал, что у тебя в академии был куратор. Судя по описанию, весьма статный мужчина. И ты, естественно, в него влюбилась, верно?

Его взгляд вонзился в меня так резко, что я едва не поперхнулась.

– И, вероятно, ты думала, что и он в тебя влюблен, – добавил некромант. – Но вот незадача... Генерала Ортегу привезли в Орден и по его настоянию, между прочим, провели проверку. Воздействие на него дикой магии полностью подтвердилось. Ты спроецировала на него свои чувства. И я тебя понимаю и не виню. Но если ты рассчитывала, что твой куратор вдруг побежит тебя спасать, то лучше сразу оставь это. Пустая надежда сделает только хуже. Чем раньше ты осознаешь безвыходность своего положения, тем легче будет принять его.

После этой речи кусок в горло не лез совсем.

Значит, генерал потребовал проверки... Да, одно дело предположения, и другое – проверка, которая все подтвердила.

Я сдвинула брови. Может, Сенлер врет?

Но нет, не похоже.

А значит, генерал не придет меня спасать. Элой отправил Лиззи, но что сделает один Элой?

– Не грусти, девочка, – снова заговорил Сенлер. – Это все равно было ненастоящее чувство. Увидишь, со мной тебе будет гораздо лучше.

Я сжала в руке салфетку, едва сдерживаясь, чтобы не швырнуть ему в рожу.

– Я уже сказала, что душу продавать не намерена. Нужна кровь – берите, но свою честь я заберу с собой в могилу.

Сенлер снисходительно улыбнулся.

– Зачем же так радикально. Загляни в себя, может, ты не так уж меня ненавидишь?

На последнем слове он поднялся и ленивой, словно кошачьей походкой подобрался ко мне.

Склонился ближе, обдавая дыханием ухо.

– Потанцуешь со мной?

Я дернулась в сторону.

– Что?

Некромант распрямился и два раза громко хлопнул. Откуда-то полилась музыка.

– Ну же. – Он вытянул руку. – Я вижу, что ты все равно больше не съешь. Как птичка, по зернышку поклевала.

– Я не буду с вами танцевать, – ответила я.

– Не пропадать же платью.

Он подцепил пальцами шаль на моих плечах и потянул на себя.

И я вдруг ощутила, что мне не холодно, а жарко. По телу прокатилась волна, словно состоявшая из мириадов горячих искорок.

Я покосилась на бокал. Что он мне подлил?

– Что-то не так? – поинтересовался Сенлер с невинным видом.

– Вы меня опоили.

– Разве? А может, ты вся горишь, потому что все же хочешь потанцевать?

Я вскочила и, схватив со стола бокал, швырнула его в мужчину. Сенлер увернулся, и всего несколько красных капель попали ему на камзол.

Но это вызвало лишь усмешку.

– Страстная женщина, люблю таких. Поверь, Сандра, к концу сегодняшнего вечера ты будешь умолять, чтобы я тебя взял.

Мое сердце громко стучало, а ладони вспотели. Жар внутри усиливался, словно в меня перетекала какая-то магия.

И стало по-настоящему страшно.

Что, если я не смогу с собой совладать?

Брайан

Никто не удивился, что проводить очистительный ритуал вызвался именно Ривз. Но в помещение набилась половина Ордена, включая и Дервингтона. И можно было рассчитывать, что все будет сделано как положено.

Меня обложили кристаллами, а на голову надели колючий обруч.

– Будет больно, – предупредил Ривз, вставляя мне между зубами деревянную пластину.

А дальше меня со всех сторон словно пронзило тысячами шипов. Вены вздулись, будто и кровь внутри вспенилась. Перед глазами все расплылось, а в ушах колотило так, что я ничего не слышал.

Не знаю, сколько длился ритуал. Час или целую вечность. Кажется, я все-таки отключился.

А когда открыл глаза, какой-то мальчишка протирал мне лоб влажной тряпочкой.

– Что ж... – Я слышал голос Ривза, но он звучал словно из-за толщи воды. – Чаша показывает, что он чист.

– Надо перевезти его в комнату поудобнее, – ответил ему Дервингтон.

– А может, сначала убедимся... – Ривз помедлил. – Что он в себе?

– Ты же сам только что сказал.

– В его теле нет дикой магии, но это не значит...

– Ривз, – перебил его Дервингтон. – Я знаю, что вас связывает трагедия в прошлом. Но генерал Ортега – герой войны и всегда был верен Ордену и императору. Мы будем относиться к нему с соответствующим уважением.

Я разлепил губы, но так и не смог ничего сказать. Чертов ритуал забрал все силы.

Как и велел глава Ордена, мне выделили небольшую комнату. Добирался я до нее с трудом. Пришлось опираться на плечо молодого хранителя. И ночью, как ни хотелось кинуться в бой, пришлось все-таки спать.

Зато к утру я наконец почувствовал себя собой и первым делом отправился к Дервингтону.

– Я должен вернуться в академию, – объявил я. – До сессии всего ничего, я не хочу оставлять своих учеников.

– Брайан, возможно, это не лучшая идея... – возразил глава Ордена. – Ривз требует, чтобы тебя отстранили от преподавания. А я думаю, тебе нужно дать немного времени. Если ты побудешь в Ордене еще несколько дней, никто тебя не осудит.

Пока говорил, Дервингтон присматривался ко мне, словно хотел определить, действительно ли я стал нормальным. И задержаться предлагал, видимо, для того же.

– Дэниел попросил попечительский совет перенести заседание, – добавил он. – Так что и здесь тебе не о чем волноваться. Просто дай себе время оправиться. Это и так чудо, что при отравлении дикой магией ты не превратился в скаарга. Возможно, еще немного, и начался бы необратимый процесс.

Можно было поспорить, что мы не знали этого наверняка. Вопрос, как так вышло, что я находился под действием дикой магии, на самом деле был не праздным. Я был уверен, что дело не в Сандре, и настоящую причину стоило расследовать.

Но что-то доказывать Дервингтону сейчас не имело смысла. Пустые слова, не подкрепленные фактами, когда в моей адекватности еще сомневаются. Нет, сначала выберусь, а там уже разберемся.

– Благодаря вам я отлично себя чувствую, – сказал я. – Но вы же знаете, бездействие не для меня.

Еще несколько минут мы беседовали в том же духе. Дервингтон пытался уговорить меня задержаться, а я настаивал, что мне надо ехать. При этом никто из нас так и не произнес имя Сандры вслух.

В итоге сошлись на том, что в академию меня проводят. Читай – убедятся, что я отправлюсь именно туда.

Я не возражал. Нужно было переговорить с кураторами, Дэниелом и Элоем. Если Винс выполнил мою просьбу, то я не сомневался, что мальчишка что-нибудь предпринял. Возможно, ему удалось как-то связаться с Сандрой. Но даже если и нет, все равно стоило попытаться.

* * *

В учительской меня встречали так, словно я вернулся с войны, и разве что не кричали: «Живой!» Больше всех обрадовался ректор и сразу сообщил, что попросит перенести совет на ближайшие дни.

Про Сандру, опять же, никто деликатно не спрашивал.

Никто, кроме Элоя.

Курсант подбежал ко мне прямо на улице и сунул в руку какую-то бумагу.

Почерк Сандры!

– Вы ее вытащите? – спросил он с надеждой. – Я хочу помочь чем угодно...

– Ты уже очень помог. Мы обязательно ее вытащим.

Завершив дела в академии как можно быстрее, я поехал в полицейское управление к Чарльзу.

Приятель выслушал меня со всем вниманием, но озадаченного выражения на лице скрыть не смог.

– Ты говоришь, что у него есть разрешение от самого императора на эксперименты с дикой магией? – переспросил Чарльз. – И что девушку он забрал опять же с разрешения Ордена хранителей и ее согласия?

– Это не значит, что все, что он делает, законно, – возразил я.

– Но на обыск нужны основания...

– Чарльз, я знаю, что прошу о многом. Но речь идет о судьбе человека. Девочки, которая не виновата в том, что у нее пробудился запретный дар. Кто знает, что этот маньяк с ней делает прямо сейчас, пока мы разговариваем?

Приятель почесал затылок.

– Сказал бы я, что ты преувеличиваешь...

– Сколько лет ты меня знаешь, – перебил его я. – Обратился бы я к тебе с такой просьбой, не будь это вопрос жизни и смерти?

Чарльз тяжело вздохнул.

– Хорошо, я возьму небольшую группу. Но если, обыскав поместье, мы не найдем ничего незаконного, то это может стоить мне карьеры.

– Такие люди, как Сенлер, обязательно прячут скелеты в шкафу.

– Будем надеяться, ты прав.

Сандра

Подхватив пышную юбку, я рванула прочь из комнаты. Потеряла на ходу туфли. Но было все равно, лишь бы спрятаться.

За спиной раздавался смех Сенлера.

Черт, его поместье было не таким уж большим. И куда ни кинься, везде тупик. Кухня, дворик, даже лаборатория никуда не вели.

Метнувшись к лестнице, я взлетела на верхний этаж. И, оказавшись в какой-то спальне, принялась судорожно баррикадировать дверь. Стул, стол. Надо бы сдвинуть вон тот секретер, но он, зараза, тяжелый.

– Сандра! – Сенлер ударил кулаком в дверь. Створка задрожала, как картонная. – От меня бесполезно убегать. Прекращай заниматься ерундой.

Мое сердце бешено колотилось, а во рту пересохло. По плечам пошел озноб. Я обняла себя, не в силах вымолвить ни слова.

Створка снова дрогнула, а за ней задрожали стол и стул. Мебель начала медленно отъезжать, пока проем не стал достаточно большим.

Мужчина шагнул в комнату. В руках он держал странный додекаэдр, внутри которого была небольшая сфера, наполненная синей жидкостью.

Дикая магия?

– Отойдите! – Я выставила вперед раскрытую ладонь, а сама отступала.

– Да брось, Сандра.

В два шага он оказался возле меня и, ухватив за талию, прижал к стене.

– Обещаю, тебе понравится, – прошептал на ухо.

Я влепила ему пощечину, насколько хватило сил. Сенлер до боли стиснул мои запястья и впился в мои губы как коршун, готовый разодрать добычу.

Глава двадцать третья

Сандра

Мое тело откликнулось на мужские прикосновения, словно не испытывало ничего лучше в жизни. Мой же разум, моя душа метались, как загнанные в клетку звери.

Где-то вдалеке послышался грохот, Сенлер отвлекся, и я лягнула его между ног. Мужчина скорчился, я толкнула его в бок и попыталась повалить, но споткнулась о дурацкую юбку и сама рухнула на пол. С трудом отползла в сторону, когда дверь в комнату распахнулась.

В прямоугольнике света появилась массивная фигура, которую я узнала даже сквозь горячку.

– Брайан, – простонала я, не осознавая, что произнесла это вслух.

Что бы ни дал мне Сенлер, оно как будто разгонялось, заставляя все больше терять связь с реальностью.

Я с трудом могла сфокусировать зрение и едва понимала, что происходит.

Кажется, некромант подхватил свой артефакт с дикой магией. А генерал был вооружен мечом и магией обычной.

Вокруг замелькали вспышки света. Становилось то горячо, то холодно. По полу ко мне поползла корка льда, но растаяла под моими пальцами.

– Не двигайся! – воскликнул Сенлер, и его голос звучал выше обычного. Некромант был на грани истерики? – Иначе я разобью артефакт, и пострадают все.

Он держал над головой додекаэдр. Я сощурилась. Жидкости в шаре осталось меньше половины. Похоже, Сенлер использовал артефакт как источник магии, но все равно проигрывал генералу.

– Отпусти девушку, – прорычал куратор.

Он тяжело дышал, его белая рубашка была порвана.

Интересно, почему он без Тары?

– Она моя по закону, – возразил некромант. – Вы все равно далеко не уйдете.

Брайан посмотрел на меня, и впервые за битву наши взгляды встретились.

Какой же он красивый!

Так, я не о том...

Я скользнула пальцами в декольте платья. Генерал заметно сглотнул, а его глаза расширились от удивления.

Ох, как хотелось, чтобы вместо моей руки меня касалась его!

Беря волю в кулак, я вытащила то, что прятала весь вечер.

Кольцо Аренгоя.

Сенлер, тоже следивший за мной, нахмурился.

– Что это?

Игнорируя его, я смотрела лишь на генерала. Он едва заметно кивнул, и я кивнула в ответ.

А дальше мы, словно в танце, двинулись одновременно.

Брайан атаковал Сенлера и выбил у него из рук артефакт. Я же подскочила к генералу и обняла его со спины.

Прижалась крепко, не оставляя между нами зазора. Будто мы были одним человеком.

Нас ослепило голубоватой вспышкой от разбившейся сферы. А затем комнату наводнили сиреневые вихри дикой магии.

Сенлер издал истошный вопль. Его лицо преобразилось. Вытянулось, превращаясь в волчью морду. Руки и ноги стали длиннее, а пальцы переходили в острые, как ножи, когти.

Нас же с генералом накрыло невидимым куполом. Бушевавшие вихри окружали нас, но не касались. И Сенлер, превратившийся в скаарга, носился по комнате как безумный. Крушил мебель, сдирал шторы и царапал стены. Но при этом не трогал нас, как будто мы для него стали невидимыми.

Я продолжала обнимать Брайана, и вместе мы медленно отступали к двери.

Близость наших тел окутывала меня, как той самой защитой. Тепло откатывалось волнами к кончикам пальцев и снова собиралось. Но на этот раз не только внизу, но и в сердце.

Меня захлестывали чувства, и на глаза навернулись слезы.

Оказавшись в коридоре, генерал захлопнул двери и наконец повернулся ко мне. Я прильнула к его груди.

– Я так боялась, – зашептала я, всхлипывая. – Вдруг ты за мной не придешь...

– Как я мог не прийти? – Он погладил меня по волосам. – Я же люблю тебя.

– Они сказали, что дело в магии.

– Они ошибались.

Со стороны лестницы послышался топот, и в коридоре показались двое мужчин в полицейской форме.

Не стесняясь их, генерал не стал выпускать меня из объятий. И прямо так, обнимая, принялся объяснять полицейскому по имени Чарльз, что внутри произошло.

А затем я увидела Рэна с Тарой.

Генерал убрал руку, и я бросилась к своему лису. Обняла и прижала к себе.

Он лизал мое лицо, но казался обеспокоенным. Отрава Сенлера продолжала струиться по моему телу, и лис это чувствовал.

– Брайан, мы разберемся со скааргом и закончим обыскивать дом, – говорил полицейский. – Но вам лучше уехать. Если не найдем ничего инкриминирующего, придется обставить как несчастный случай.

– Я не могу покинуть дом из-за ошейника, – сказала я, указывая себе на горло.

Генерал призвал свой меч и превратил его в секатор. Присел рядом со мной.

И пока возился, я втягивала носом его аромат.

Как хорошо, что он рядом. И будет еще лучше, как только мы окажемся далеко отсюда.

Когда ошейник упал на пол, генерал разобрался с браслетами и, поднявшись, протянул мне руку.

– Готова?

– Только заберу из комнаты свою форму.

– Поторопитесь, – сказал Чарльз. – Сюда уже едут местные полицейские. И лучше бы они вас не застали.

Добежав до «своей» комнаты, я просто схватила одежду в охапку. Переодеваться некогда, придется уходить в этом неудобном платье.

Дальше все было бегом. На первый этаж, на улицу в прохладную осеннюю сырость и, наконец, в карету. Тоже, к сожалению, холодную.

Пышная юбка заняла все сиденье, и Брайан устроился напротив.

А хотелось, чтобы рядом.

Хотелось, чтобы обнимал меня и целовал.

От непотребных мыслей стало еще жарче.

– С тобой все хорошо? – обеспокоенно спросил генерал, когда карета тронулась. – Что Сенлер сделал?

– Взял кровь с утра. – От сухости во рту я еле говорила. – А потом чем-то опоил. Мне жарко, Брайан. Невыносимо жарко.

Все было словно в тумане. Я хотела чего-то, но сама не понимала чего. Быть может, вырваться из душного платья и взлететь как птица в ночное небо. Или нагишом нырнуть в морские волны.

Как я оказалась в объятиях генерала, я не поняла. Сидела с одной стороны кареты – и вдруг очутилась у него на коленях.

Он что-то сказал про гостиницу, но я ничего не соображала. Просто обняла его за шею и прошептала:

– Брайан...

Мой голос стал чужим. Томным, с постыдными нотками. Я ли это?

Генерал обнимал меня и поглаживал по спине, словно пытался успокоить эту сумасшедшую горячку. Но я чувствовала, что этого мало. Слишком мало.

Извержение вулкана не потушить ведром воды.

Мне хотелось чего-то большего, страстного, всепоглощающего...

Не помню как, но мы все же добрались до какой-то гостиницы. Брайан отнес меня на руках в комнату и уложил на кровать.

На мягкой перине я ненадолго провалилась в небытие. А очнулась, когда пришел какой-то человек в белом. Совершенно сейчас лишний. Он осматривал меня, проверял пульс и что-то говорил генералу.

Не надо, уходи, оставь нас вдвоем. Я хочу быть только с Брайаном.

Наконец небесные силы нас услышали. Дверь со щелчком захлопнулась, и я ощутила, как кровать прогнулась под тяжестью мужского тела.

Генерал содрал с меня ненавистное платье и окинул таким взглядом, что мне стало еще жарче.

– Брайан, прошу, помоги мне. – Я схватилась за его китель.

Он склонился ко мне и поцеловал. Медленно, робко, преступно мало.

Хотелось зацеловать его самой, чтобы уже наконец перестал сдерживаться.

Кажется, генерал меня понял, потому что в какой-то момент и сам оказался без рубашки. Целовал и гладил, каким-то образом угадывая, где мне хотелось его прикосновений больше всего.

От поцелуев и ласк внутри что-то взрывалось. Словно в моем теле хозяйничала какая-то другая, новая для меня магия. Фейерверки чувств и наслаждения. Неужели так бывает? Или это сон? Притягательный сон, подкинутый коварным воображением...

Брайан

– Мне жарко, Брайан. Невыносимо жарко.

Последнее слово Сандра буквально простонала.

Похоже, Сенлер дал ей мощный афродизиак.

Сволочь, всеми способами пытался добиться своего!

Сандра свесила голову. Я подался вперед, подхватывая ее разгоряченное тело, и перенес себе на колени.

– Держись, милая, мы доберемся до гостиницы, и я поищу нейтрализатор.

Девчонка обвила мою шею руками.

– Брайан... – прошептала она.

– Все будет хорошо, – пообещал я, поглаживая ее.

Я велел извозчику остановиться возле небольшой гостиницы в предместьях Линбурга. Здесь переночуем, а завтра доедем до портальной станции и вернемся в Аренгой.

Теперь надо уложить Сандру и поискать, нет ли в ближайших аптеках хотя бы простенького нейтрализатора ядов.

Взяв девушку на руки, я понес ее в номер на второй этаж. Толкнул ногой дверь. И, войдя в небольшую, но уютную комнату, аккуратно положил Сандру на кровать.

Выглядела она плохо. На лбу выступила испарина, а тело было слишком горячим.

Надо вызывать целителя, причем срочно.

Местный лекарь, худой мужчина с аккуратными усиками, примчался ближе к полуночи. Просканировал Сандру артефактами, прослушал пульс и легкие.

– Боюсь, это был не просто афродизиак, – заключил он. – Здесь замешана магия. И нейтрализатор не поможет.

Я провел рукой по волосам.

Что же делать?

– Простите, а вы ей... – Лекарь замялся.

– Муж, – ответил я с ходу.

– В таком случае именно вы можете ей помочь. – Мужчина шагнул ближе и перешел на смущенный шепот. – Вашей жене нужно... как бы это сказать... разрядиться. И чем скорее, тем лучше. Горячка может ее убить.

Я сначала не понял, о чем он.

А когда понял, перевел взгляд на Сандру.

Она металась на кровати, сжимая в пальцах скомканную простыню.

Простит ли она меня, когда придет в себя?

– Всего вам доброго. – Лекарь раскланялся, оставляя меня наедине со сложной дилеммой.

Заперев дверь, я вернулся к девчонке.

Ладно, для начала избавим ее от этого пошлого платья.

Я забрался на кровать и, присев возле девушки, занялся шнуровкой. Дурацкие завязки не поддавались, и пришлось их разрезать.

В комнате горела всего пара свечей, но и в полумраке были отчетливо видны прекрасный силуэт девушки и ее нежная грудь. Она поднималась и опускалась от частого дыхания.

Без платья Сандра казалась хрупкой и маленькой.

Она распахнула глаза, и мы встретились взглядами.

– Брайан, прошу, помоги мне.

Она не знала, о чем просит.

– Прошу... – повторила она, хватаясь за лацканы моего кителя.

Я склонился к ней и осторожно коснулся ее горячих губ своими. Сандра в нетерпении подалась навстречу и провела языком по моему подбородку.

О боги, за что нам это испытание!

Я углубил поцелуй, позволяя языкам сплестись. Сандра обвила мою спину руками, словно хотела прижать к себе.

И трудно было сказать, кто кого целовал. Я, который еще пытался сдерживаться, или она, становившаяся с каждой минутой все требовательнее и все неистовее.

В ней говорила магия. Она толкала ее в бездну, и я обязан был ее удержать. Должен был сделать все, что в моих силах.

Но что будет утром? Как она посмотрит мне в глаза?

Кожа Сандры под моими пальцами становилась раскаленной. Поцелуи не помогали.

Приподнявшись, я стянул с себя китель и отшвырнул в сторону. Туда же полетела и рубашка.

Затем я склонился к ее груди и накрыл ртом напряженную вершинку.

Сандра застонала и запустила пальцы мне в волосы.

Целуя ее грудь, я не торопился. Покатывал на языке, гладил и сминал. Ее тело отзывалось, выгибаясь и требуя прикосновений.

Я скользнул рукой ниже к белью. Стянул с нее трусики и погладил в чувствительном месте.

Сандра застонала так громко, что нас, вероятно, услышали в соседних комнатах.

Внизу она была горячее всего. Влажная, готовая.

В штанах напряглось почти до боли.

Но я не мог.

Не когда она такая.

Пусть утром она испугается и оттолкнет меня, но я не сделаю ничего, за что будет стыдно.

Не все части тела были со мной согласны.

Сандра. Голая, горячая, стонущая от каждого прикосновения. Она сама воздействовала на меня как афродизиак. Может, и магия примешивалась, кто знает. Но пока у меня оставался хоть осколок здравого смысла, я держался за него и не переступал грань.

Полагался на руки и поцелуи.

Доводил ее до исступления снова и снова, пока жар не начал наконец спадать. Тело Сандры расслабилось и обмякло.

Завернув в простыню, я прижал ее к себе.

И всю ночь не отпускал.

Сандра

Мне было хорошо. Когда последний раз мне было так хорошо?

Никогда.

Никогда не было.

Я и не спала так сладко, кажется, целую вечность.

Щека лежала на чем-то теплом, а в ушах раздавался размеренный стук. Он убаюкивал.

Не хотелось ни о чем думать, но в голове все же потихоньку собиралась картинка произошедшего.

Сенлер превратился в скаарга, мы сбежали из его поместья, а потом...

Ох...

Мне ведь это не приснилось?

Губы генерала, которые, кажется, были везде. Его ласковые прикосновения. А потом было умопомрачительно приятно. И как-то... правильно.

Словно мы больше не были куратором и ученицей, и нас соединяло нечто гораздо большее, чем академия.

Приоткрыв глаза, я приподнялась на локте.

Оказывается, я уснула у генерала на груди. Она мерно вздымалась вверх и вниз. А его красивое лицо выглядело на редкость умиротворенным.

Я позволила себе несколько мгновений его просто разглядывать. Прямой нос, чувственные губы, длинные ресницы.

Какой же он необыкновенный!

Не верилось, что такой мужчина был со мной. Что это навсегда.

Стоило об этом подумать, как в груди сжалось.

Вдруг он оттолкнет меня? Увидел вчера, какая я порочная, и теперь все. Бросит в этой гостинице на произвол судьбы и уедет...

А я не смогу.

Нет, смогу, но не хочу.

Не хочу без него!

И, словно услышав мои мысли, Брайан обнял меня и притянул к себе. Так и не открывая глаз, просто поцеловал меня. Нежно и неторопливо, но мое сердце заколотилось как бешеное.

– Как ты? – спросил генерал шепотом, чуть отстраняясь.

– Я... я хорошо, все хорошо, – растерянно пробормотала я.

Кутаясь в простыню, села. И он тоже приподнялся.

– Куратор, в-вчера вы... – начала я, но генерал перебил:

– Ты. Мне ужасно нравится, когда ты зовешь меня Брайан. – Он поднял руку и провел пальцами по моей щеке, убирая прядку волос за ухо.

Я смущенно опустила глаза.

– Что будет теперь? С Сенлером, имею в виду, и... с нами.

На последнем слове все же нашла смелость посмотреть на него.

Генерал сел, опираясь о спинку кровати, и сгреб меня в охапку.

– Сандра, я люблю тебя, – сказал он просто, как давно известный факт. – И что бы там ни думали остальные, дикая магия не имеет к этому отношения. Меня очищали от нее, но моих чувств это не изменило. И я сделаю все, чтобы ты смогла вернуться в академию и продолжить учиться.

От этих слов на душе потеплело, только беспокойство все равно не ушло.

– Но мой дар по-прежнему вне закона. И я не хочу всю жизнь провести в том ошейнике...

– Сейчас для нас главное – тебя спрятать. Выиграем время, чтобы найти решение. Главное, девочка, – он заглянул мне в глаза, – ты мне веришь?

Не знаю, откуда во мне взялось столько решимости, но я подалась к нему сама.

– Я люблю тебя, – прошептала, касаясь притягательных губ генерала своими.

Он прижал меня крепче, и еще несколько долгих прекрасных минут мы просто целовались. Как будто завтра не наступит никогда.

– Орден будет тебя искать. – Брайан продолжил разговор как ни в чем не бывало. – И в первую очередь они придут к твоей семье, друзьям, к Элою... Так что придется найти тебе убежище там, где никто не будет искать. Как вариант, можно остановиться в гостинице по поддельным документам. На их изготовление уйдет время...

– Я знаю, где меня можно спрятать! – воскликнула я. – В той деревне, возле которой мы собирали фрукты. Там живет старушка, миссис Зенью. Я могла бы помогать ей по хозяйству. Не думаю, что она откажет. И у нее меня никто не будет искать.

Генерал улыбнулся.

– И главное, ты будешь рядом.

Вдоволь наобнимавшись, мы оделись и спустились завтракать. Пока я делала заказ, генерал отлучился, чтобы связаться с Чарльзом.

– Официальная версия произошедшего, что в полицию поступил анонимный вызов. Неизвестный заметил странные вспышки света в окнах поместья, услышал волчий вой и обеспокоился. Соседи Морри подозревали, что он проводил какие-то эксперименты. Никто точно не знал какие, но об их опасениях давно было известно. Так что Чарльз сумел договориться с коллегами, что да, это была не его территория, но, учитывая потенциальную опасность, он все равно прибыл на место. И не зря, потому что что-то в экспериментах Морри пошло не так. Он заразился дикой магией от своего же артефакта и стал, очевидно, опасен для окружающих. Его удалось обезвредить.

– Что с ним теперь будет? – поинтересовалась я.

Генерал пожал плечами.

– Скорее всего, пойдет на опыты.

Была в этом своя ирония. Насильник, не гнушавшийся пускать на опыты других, сам теперь послужит науке.

– Сенлер знал, кто мой настоящий отец, – вспомнила я. – Но отказался говорить. Известно только, что это один из потомков Аренгоя.

– В доме должны были остаться записи. Я постараюсь разузнать.

Нам принесли завтрак, и еще несколько приятных минут я поглощала блинчики и украдкой поглядывала на генерала. Глупо, наверное, но мне нравилось смотреть, как он ест.

До Аренгоя мы добрались без приключений. Доехали до деревни и постучались в дом к миссис Зенью.

– О, а я вас еще с утра жду! – воскликнула она.

– Ждете? – удивился Брайан.

– Да что мы на пороге-то разговариваем, заходите, сейчас пирожками угощу.

Как генерал ни отнекивался, а без пирожков не остался. Бабуля ему еще в дорогу собрала.

– Я проведаю тебя на выходных, – обещал Брайан.

Мы стояли посреди припорошенных снегом грядок. Куратор обнимал меня, а я боролась с тянущей болью в груди.

Вдруг он не вернется? Вдруг это коротенькое счастье – все, что выделила нам судьба? Может, стоило провести больше времени вместе?

От воспоминаний о прошлой ночи у меня покраснели уши.

– Все будет хорошо, девочка. – Брайан наклонился и поцеловал меня в нос.

И я улыбнулась. Если это наша последняя встреча, не стоит портить ее слезами.

Глава двадцать четвертая

Брайан

Как и обещал Дэниел, повторное заседание совета состоялось через несколько дней. И, как выяснилось, для некоторых новая дата была даже удобнее предыдущей. В академию приехал сам герцог Иммануил Робинс, отец Элоя. Ему передали честь вести заседание.

Родерику Чаррену пришлось повторить свое выступление. А мое, по счастью, ничего не прервало.

Неприятности случились позже.

Совет ушел на голосование, мы с кураторами и Дэниелом собрались в учительской ждать результатов.

И тут академию затрясло.

Мы похватали книги, чтобы не упали, но поначалу никто не тревожился. Толчки были и раньше и всегда не особенно сильные.

Но в этот раз они не заканчивались, а словно набирали обороты.

В учительской задребезжали стекла, а с улицы послышались крики.

Мы выбежали наружу, во внутренний двор.

Плиты на плацу пошли трещинами, а дорожки, по которым каждое утро бегали курсанты, теперь пересекали рытвины. Казалось, сама земля начала расходиться по швам.

Перед главной башней дела обстояли еще хуже.

Здесь открылся разлом, из которого вырывались уже знакомые мне вихри дикой магии.

Нужно было срочно всех эвакуировать.

Мы разделились. Дэниел побежал в башню к совету. Винс и Крис – к учебным корпусам, а я – к общежитиям и столовой.

Сандра

Зимой у миссис Зенью было не так уж много работы по хозяйству. Не нужно было пропалывать и копать огород. В основном она просила меня ходить на рынок за продуктами да помогать с готовкой.

С Брайаном мы не виделись несколько дней. Я понимала, что за ним, скорее всего, следят, и он не мог привести Орден ко мне.

Но это не мешало по нему скучать.

Я месила тесто на пирожки, когда бабуля внезапно огорошила:

– Тебе нужно поехать в академию.

– Что? – Я решила, что ослышалась.

– От этого зависит судьба многих людей. – Голос миссис Зенью звучал серьезнее некуда. – Заканчивай с тестом, мой руки и отправляйся.

Я повернулась к ней.

– Что вы имеете в виду? Поясните!

– Я, дочка, провидица, – неохотно проговорила бабуля, как будто признавалась в чем-то очень личном. – Судьба посылает мне видения. Ты должна быть сегодня в академии.

Мне вспомнился сон про короля Аренгоя, беседовавшего с узником. Тот тоже сказал, что ему было видение от самой Судьбы. И оно оказалось правдивым.

Видимо, люди с таким даром все же существуют. И, возможно...

– Портал, – сказала я, глядя женщине в глаза. – Он должен был перенести меня в Линбург, а мы попали в Аренгой. Это ведь не случайно. Вы его перенаправили.

Она мягко улыбнулась.

– Судьба послала мне сон о девушке с синими волосами, и на следующее утро я увидела девушку с синими волосами. Представляешь мое удивление?

– Но сейчас у меня черные волосы, – отшутилась я.

А в груди было тревожно.

Если это правда, значит, в академии вот-вот что-то произойдет?

На полках задрожали тарелки, и я сразу поняла, что это не очередное маленькое землетрясение. Это что-то очень скверное.

– Беги же! – воскликнула бабуля.

Я бросила все и вылетела на улицу. К крыльцу подскочил Рэн, спавший в беседке и разбуженный дрожью земли.

– Скорее, нам надо ехать.

Лис увеличился в размерах, а я забралась на его мягкую спину.

Да, теперь остаться незамеченной не получится. Нас запомнят все встречные. Но если Зенью права и я могу кому-нибудь помочь, то и плевать. В академии Брайан, Элой, сотни курсантов!

Мы мчались со скоростью ветра. Землю продолжало трясти. И как будто тем сильнее, чем ближе мы были к академии.

Стражники у ворот торопливо выводили из замка курсантов и преподавателей. Всех сажали на телеги и везли прочь.

На меня в общей суете не обратили внимания. Рэн уменьшился, и вдвоем мы прошмыгнули мимо бегущих и кричащих людей.

Внутри все оказалось гораздо хуже, чем я думала.

Скаарги. И не звери, как нам попадались в лесу, а бывшие ученики и преподаватели. На многих клоками висела форма, но в лицах уже не осталось ничего человеческого.

Скаарги заполонили учебные корпуса и бросались на все, что видели. Несколько мужчин, среди которых я узнала профессора по общей теории магии Миллера и математика Тимсона, вели со скааргами тяжелый бой. Не давали тем наброситься на мчащихся в панике курсантов.

Поняв, что у Тимсона с Миллером все под контролем, если это можно было назвать контролем, я кинулась дальше.

Миновала внутренний двор и побежала к центральному.

Перед главной башней разверзся гигантский разлом.

Моя кожа покрылась мурашками. Это была не просто дикая магия, а настоящая стихия. Мощная, неуправляемая. Как гигантский осьминог, она раскинула во все стороны свои щупальца.

Значит, скаарги, скорее всего, уже повсюду. В общежитиях, столовой, библиотеке и башне.

Что же делать?

Я пошла к разлому.

– Куда вы? Спасайтесь! – крикнул мне кто-то в спину.

Но я остановилась только у самого края.

Внизу текла река из магии, и то и дело вверх поднимались вихри. Один из них окружил нас с Рэном, словно желая опутать. Но вреда не причинял.

Возможно, из-за кольца. Хотя мне вдруг показалось, что дело не в нем. Магия словно ластилась ко мне, как кошка к любимой хозяйке.

Как странно...

«Это должно прекратиться, – сказала я про себя. – Что нужно, чтобы ты успокоилась? Подай знак».

Один из вихрей обвил меня за шею. «Баланс-с-с», – услышала я шипение, будто от змеи.

«Как его восстановить?»

«С-с-свобода».

Что это значило? Магия несвободна? Но кто бы смог ее удержать?

Рэн ткнулся носом мне в руку.

Я? Я удерживаю магию?

Я прикрыла рот ладонью.

Ну конечно! Джексон подчинял дикую магию и изготавливал эликсиры, чтобы воскресить жену. Продавал эти эликсиры Деймону Морри, и тот еще как-то их использовал.

Дикая магия взбунтовалась. И утихла, когда люди перестали ее касаться.

До Сенлера Морри, получившего разрешение императора. Ставшего изготавливать и эликсиры, и артефакты. Из-за одной из его машин я получила свои способности. Хотя в моем случае и соблюдался баланс, магия все же выполняла мои желания. Она мстила моим обидчикам.

Огромная гордая стихия была вынуждена служить человеку.

Вероятно, все частицы дикой магии связаны в единую сеть. Каждый цветок, каждый артефакт, каждый скаарг – они все часть единого целого.

И они жаждут свободы от любого контроля.

От людей.

Дома у Джексона мы видели рисунок потоков дикой магии. Похоже, под академией всегда была река. Не просто так именно здесь проявились мои способности, и я повсюду замечала голубые цветы. Возможно, этим же объясняется наличие дикой магии в крови у Брайана. Мы все находились под воздействием. И подземные толчки – это было предупреждение, что скоро стихия не выдержит и вырвется на волю.

«Остановись, пожалуйста. – Я снова обратилась к магии. – Я знаю, что баланс нарушен. И теперь ты жаждешь его восстановить. Но гибнут невинные, понимаешь? Не те, кто тебя использовал».

«С-с-свобода, – повторилось в моей голове. – Они должны з-заплатить».

«И они заплатят, – пообещала я. – Но тебе нужно остановиться, прошу».

Еще одна струя магии обвила меня за талию, и меня начало тянуть к разлому. Словно дикая магия хотела меня забрать.

За спиной послышались шаги.

Я не успела обернуться, как меня схватили за шею сильной рукой.

– Ты это устроила? – прорычал хранитель Ривз.

Горла коснулось холодное лезвие кинжала.

Брайан

Кучка курсантов под предводительством Элоя построила в столовой баррикаду. Скаарги бросались на заграждение, царапали, впивались зубами и когтями в бывшие столы и скамейки.

Двум все же удалось перебраться на другую сторону. И здесь Робинс разил их мечом, метал огненные шары и, когда надо, выставлял магический щит. А его файр оберегал тех, кто прятался позади.

До этого я никогда не видел мальчишку в бою. Считал его оболтусом и бабником, но на деле парень оказался не промах. Не такой уж и балбес. Да даже совсем не балбес.

Когда мы с Тарой ворвались в столовую, то уже в несколько рук расправились с монстрами.

Но нужно было уходить, пока не ударила следующая волна дикой магии и скааргами не стали уже мы.

Выведя группу курсантов во внутренний двор, я передал их Салливану. Сам бросился обратно, но по дороге резко затормозил.

Похоже, от дикой магии у меня начались видения. Иначе как объяснить, что посреди академии прямо напротив разлома у главной башни стояла Сандра?

Как она сюда попала? Просочилась, пока все бегали в панике? Но когда?

Неужели она знала, что произойдет?

Я побежал к ней, но меня опередил Ривз.

– Ты это устроила? – прокричал он, хватая мою девочку и оттаскивая ее от разлома.

– Убери руки! – рявкнул я.

Оба обернулись ко мне.

– Генерал, вы опять за свое? – Хранитель презрительно дернул верхней губой.

Он держал кинжал у горла Сандры.

Я глубоко вдохнул, пытаясь взять себя в руки. Мы неоднократно отрабатывали подобный захват. Если я отвлеку Ривза, девчонка легко от него освободится.

– Я знаю, что вы вините меня в смерти Нейтана, – заговорил я.

– При чем тут это? – разозлился Ривз.

– Не проходит и дня, чтобы я не сожалел о том, что случилось, – продолжал я. – И я понимаю, что вы хотели бы меня наказать. Хотели бы, если бы могли.

– Чушь... – буркнул Ривз вполголоса и не слишком уверенно.

– Но нельзя за мои проступки наказывать невинную девочку.

– Невинную? – взревел хранитель. – Разлом открылся из-за нее! Сколько на ее совести погибших?

– А с чего вы взяли, что из-за нее? – Я оставался спокоен.

– Ее бы здесь не было... – начал Ривз, но Сандра его перебила.

– Магия взбунтовалась, потому что ее использовали, – произнесла она. – Сенлер Морри и, может, и другие, подобные ему. Скольким выдали разрешение на эксперименты? Пока мы не прекратим, магия не успокоится.

– Видишь, она знает куда больше, – проговорил Ривз, глядя на меня.

Сандра не оставляла попыток его убедить:

– Хранитель, разошлите вестников. Пусть везде, где можно, уничтожат артефакты и все, что связано с дикой магией.

Отец Нейта скривился.

– Это бред. Магия неразумна, она не может чего-то хотеть. Это как вода заявляла бы, что мы должны перестать ее пить!

– Сандра права. – Я вступился за нее. – Человек попытался заставить бога служить себе. Не проявляя должного трепета и уважения.

Ривз покачал головой.

– Вы сумасшедший, генерал Ортега.

– Не я сейчас держу в руках заложницу.

– Не заложницу, а преступницу. – Он стиснул рукоятку своего кинжала.

– Ваша обида не дает вам увидеть правду, Ривз. Подумайте, что сказал бы Нейт.

– Не смей! – Он стиснул зубы, и в уголках серых глаз заблестели слезы.

Сандра посмотрела на меня вопросительно.

Я чуть кивнул.

Ловкое движение бедром в сторону, толчок, переворот – и вот хранитель распластался на земле.

Я ринулся к Сандре, но девчонка отскочила в сторону. И вдруг как сумасшедшая рванула к разлому.

– Стой, ты куда?

– Прости, Брайан, я должна!

Мое сердце сжалось и на мгновение перестало биться.

Сандра прыгнула вниз.

Сандра

Самым трудным было прыгнуть. Я не могла позволить себе долгих прощаний. Знала, что если что-то скажу, то Брайан меня отговорит. И мне просто не хватит сил.

Рэн и я оказались в воздухе одновременно. Я поймала своего лиса и, крепко прижав к себе, понеслась вниз.

Со стороны разлом казался не таким уж глубоким. Вместил бы главную башню академии, но не более. Однако я почему-то все летела и летела.

Окруженная сиреневыми вихрями, словно провалилась сквозь земной шар.

Постепенно чувство реальности происходящего пропало. Казалось, что я спала, и все это мне лишь снилось.

Не было атаки скааргов, и я не неслась сломя голову в академию. А просто лежала в своей кровати в домике у миссис Зенью.

– Мир – интересная штука, – слышался ее поскрипывающий голос, словно читавший сказку. – Здесь все находится в равновесии. И стоит одной силе взять верх, как на нее обязательно найдется другая. Много веков назад провидцы предсказывали приход Зартакса Стоуна. И он родился еще до того, как Джексон провел свой первый эксперимент. Вашей возлюбленной, генерал, тоже суждено было родиться именно в наш век. Сколько звезд сошлось, чтобы конкретная женщина родила от конкретного мужчины в конкретный час. Чтобы их ребенок обрел способности, которые ей и предстояло использовать.

Она обо мне?

– И между тем, – продолжала бабуля, – ни одно решение не было принято заранее. Все могло произойти и по-другому. Есть люди, которые умеют чувствовать Судьбу. Видят, в какой переулок свернуть и в какую дверь войти, еще не зная, что их ждет. Но чувствуя, что им надо именно туда.

– Да уж, Сандра постоянно искала неприятности и находила. – Брайан усмехнулся.

– А неприятности ли это? – возразила Зенью. – Или ее душа была открыта к зову самой жизни?

Какой странный, однако, сон.

Или не сон?

Я попыталась почувствовать свое тело. Нашла ноги и руки и резко отяжелевшую голову.

Приоткрыв глаза, зажмурилась от яркого света.

Заметив, что я проснулась, генерал подлетел к кровати. Опустился на колени и сжал мою руку в своих гигантских шершавых ладонях.

– Ч-что случилось? – выговорила я.

Он улыбнулся, и его лицо сделалось еще красивее.

– Ты спасла всех. После твоего прыжка магия успокоилась, ушла обратно в недра земли. Обращенные в скааргов вернулись к своей человеческой форме. А тебя вынесло обратно к краю разлома.

– Правда?

Столько всего произошло, а ощущалось, что прошло всего мгновение.

– Правда. Но больше так никогда не делай, я чуть с ума не сошел!

Не дав мне возразить, генерал подался ко мне. И, не стесняясь миссис Зенью, крепко-крепко поцеловал.

* * *

В академию прибыл сам император.

В нижнем дворе соорудили помост, на который поставили резное кресло для его величества. По его правую руку стоял глава Ордена хранителей Дервингтон, остальных из свиты я не знала.

Курсанты с преподавателями толпились внизу под присмотром стражников.

– Элой Робинс, – объявил пожилой мужчина с удивительно звонким голосом, – представляется к награде – серебряной звезде – за проявленное мужество во время нападения скааргов.

Под оглушительные аплодисменты Элой поднялся на постамент и опустился на одно колено. Дервингтон надел ему на шею толстую цепочку с висевшей на ней восьмиконечной звездой.

– Мой сын, – заговорил мужчина из свиты короля. Он был похож на Элоя, и их родство не вызывало сомнений. – Я подал документы о переводе тебя в академию Линбурга.

– Благодарю, отец, – ответил Элой. – Но я бы предпочел остаться здесь.

По рядам прошел удивленный шепоток.

– Ты отказываешься? – удивился герцог Робинс.

– В качестве награды я бы хотел попросить за мою сестру. Пусть у Элоизы будет шанс поступить в академию и стать магом.

– А в чем проблема? – поинтересовался его величество.

Герцог не нашел что ответить. И император добавил:

– В таком случае пусть Элоиза Робинс поступает в эту академию. Мы выделим средства на ремонт. И полагаю, что к следующему учебному году здесь все будет сиять.

– Благодарю, ваше величество, – раздалось сразу несколько голосов.

Не только Элой, но и все кураторы, и даже ректор склонили головы.

– Следующей награждается курсант Сандра Блейк... – прочитал глашатай.

Я пошла к сцене, но дорогу мне перегородил хранитель Ривз.

– Мисс Блейк должна быть брошена за решетку. Разлом случился из-за нее.

Генерал подался вперед. Резко, словно собирался кинуться в драку с хранителем.

Я подняла руку, останавливая его.

– Ваше величество, – обратилась я к императору. – Позвольте рассказать, что произошло.

– Она отравит вас дикой магией, – возразил Ривз.

– У меня нет способностей к дикой магии, – ответила я. – Больше нет. Но я надеюсь, его величество захочет узнать...

– Пусть говорит, – скомандовал император.

И я рассказала все с самого начала. Как работала у Сенлера Морри, как получила свой дар и как поняла, что дикая магия не терпит подчинения. И когда слишком много ее частиц оказалось во власти человека, она вырвалась из-под земли.

– Сандра Блейк могла погибнуть, – добавил в конце моей речи генерал. – Она пожертвовала собой, чтобы спасти всех.

– Мы видели ее храбрый поступок из окна башни, – подтвердил герцог Робинс.

– То есть ты утверждаешь, – задумчиво проговорил император, сверля меня острым взглядом, – что дикая магия разумна? Что у нее есть желания?

– Любые эксперименты с ней рано или поздно закончатся новыми разломами.

– Хм... – Император потер подбородок.

– Нам нужно отвезти тебя в Орден, – не сдавался Ривз. – И проверить, правда ли ты больше не управляешь магией...

– Как вам угодно. – Я кивнула. – Но надеюсь, я успею вернуться к сессии...

– Хранитель Ривз, – вдруг заговорил глава Ордена Дервингтон. – Курсант Блейк упомянула свою необычную кровь, которая была нужна Сенлеру Морри. Вы знаете, откуда в ней эта кровь?

Все посмотрели на Ривза, и тот внезапно побледнел.

– Не может быть... – прошептал он.

Осознав, на что намекал Дервингтон, я испуганно посмотрела на генерала.

– Ведь не может быть? – уточнила у него.

Он пожал плечами, а глава Ордена добавил:

– Мы просмотрели все записи Морри. Сомнений нет. Некромант охотился за Блейк, потому что она ваша дочь, Джонатан. Имейте это в виду, раз уж собрались забрать ее в Орден.

Ривз и генерал схлестнулись взглядами. Словно это было не между ним и мной, а между двумя мужчинами.

И я вдруг осознала, что для меня это больше не важно. Раньше я хотела семью с мамой и папой, хотела, чтобы обо мне заботились как о других детях. И эта тоска в груди, словно воронка, все в себя засасывала.

Но не теперь. Прошлое больше не имело значения. Моя семья – это Брайан, Рэн и Тара, это Элой с Лиззи и Мэтт.

Это люди, которых выбрала я, а не те, с кем у нас просто общая кровь.

– Сандра Блейк, – голос Дервингтона заставил меня опомниться, – поднимитесь.

Как и Элою, он надел мне на шею цепь со звездой, только не с серебряной, а золотой. Она оказалась тяжелее, чем выглядела со стороны.

– Поздравляю вас, курсант Блейк.

Я посмотрела со сцены на Брайана.

Он улыбался. А Ривз, так и не претворив свои угрозы в жизнь, растворился в толпе. Никто его не удерживал.

Глава двадцать пятая

Сандра

Зимняя сессия заставила всех прижать попы к стульям и зарыться в книги, сдавать курсовые и учить экзаменационные билеты. Больше всего пришлось попотеть с общей теорией магии Миллера. Не просто так он утверждал, что мало кто сдавал его предмет с первого раза.

Вопросы на экзамене были и без того каверзные, так профессор еще обязательно спрашивал что-нибудь дополнительное не по программе. Драммер возмущался, что это нечестно, но Миллер не стал делать ему поблажек.

Общую теорию магии я все-таки сдала и на следующий день пошла к Тимсону на математику. От него я ожидала задач уровня пятого курса, но все оказалось до ужаса легко.

– Не сомневался, что вы справитесь, курсант Блейк, – объявил он, записывая «отлично» в зачетку.

– А... почему тогда...

– Я заставлял вас работать больше? – Тимсон улыбнулся. – Чтобы эти задачки вы пощелкали, как орешки.

Не став смотреть дареному коню в зубы, я убежала готовиться к алхимии Вильямса.

Экзамен не обошелся без происшествий. Один из ребят взорвал колбу с зельем во время практической части. Едкая зеленая дрянь брызнула в мою сторону, но я успела выставить магический щит, и все осело на пол. Теперь кому-то придется убирать эту аудиторию.

Благодаря Вильямсу в местах для отработок в академии не было недостатка.

Историю хранителей куратор Салливан поставил мне автоматом. А вот сдать основы магической подготовки у Брайана оказалось едва ли не сложнее, чем у Миллера. Причем со многими курсантами генерал был достаточно мягок, а вот мне досталось в буквальном смысле все самое трудное, что мы проходили: сложнейшие приемы и заклинания.

И в спарринг со мной он встал лично.

На наш бой сбежались посмотреть не только сокурсники, но и ребята постарше и из других корпусов.

Сначала мы сражались на мечах. Удар, уход, удар. Словно танцевали.

Я в очередной раз ушла в сторону и, заметив, что генерал чуть потерял равновесие в повороте, сделала подсечку.

Мы повалились на землю, я оказалась сверху и, превратив свой меч в кинжал, приставила к горлу куратора.

– Сдавайся, – прошептала, чтобы меня мог слышать только он.

– Если согласишься пойти со мной на зимний бал.

– Ты не в том положении, чтобы вести переговоры.

Брайан ухмыльнулся.

– По-моему, я в прекрасном положении.

Я не поняла, что он сделал, но через мгновение я уже лежала под ним, прижатая спиной к земле.

– Платье я тебе куплю, – заявил он и, поднимаясь, объявил уже громче: – Зачет, курсант Блейк. Следующий!

* * *

В академии начался активный ремонт. Из-за разлома пострадал церемониальный зал, где обычно проводились балы. Но чтобы не отменять праздник, было решено перенести его в усадьбу герцога Робинса, отца Элоя.

Лиана сказала, что однажды была там и по роскоши бальный зал Робинсов мало уступал дворцу. Не знаю, было ли это правдой, но, облачившись в присланное Брайаном платье, я и правда почувствовала себя принцессой.

Синее, усыпанное кристаллами и каменьями, которые позвякивали при ходьбе и переливались в свете свечей.

После всех событий мои волосы вернули себе природный черный цвет. Я собрала их в высокую прическу и украсила небольшой диадемой с синим камнем. Она была в коробке вместе с платьем. И в приложенной записке Брайан пояснял, что не был уверен, подойдет ли мне диадема, но все равно не удержался от покупки.

Я тоже накануне была в городе и купила голубую атласную ленту, которую повязала Рэну вокруг шеи. Лис демонстративно фыркнул, но, когда я показала ему его отражение в зеркале, внезапно перестал возражать.

Теперь он выглядел почти домашним. Никто бы не заподозрил, что это дикий файр.

У дверей общежития нас уже ждал Брайан. Тоже в синем, в тон моему платью, гладковыбритый и со стянутыми в хвост волосами. Я предпочла бы распущенные.

– Ты ошеломительна, – восхищенно проговорил он, подставляя локоть.

До усадьбы Робинсов мы добирались в карете.

И большую часть времени, каюсь, целовались. Дорога была неблизкой, но я ее и не заметила.

– Мы не нарушаем устав? – спросила я, когда мы на секунду прервались.

– Нарушаем, – выдохнул Брайан мне в губы и, прижимая к себе, снова поцеловал.

Мне кажется, в академии все всё понимали. И понятно, что однажды вопрос встанет ребром.

– Со следующего семестра перейдешь к Винсенту Хиксу, – предложил генерал, когда я высказала свои беспокойства.

– Но ты все равно будешь у нас преподавать магическую подготовку, а устав... Ректор будет обязан тебя уволить.

– Так просто ты от меня не отделаешься, – весело заметил Брайан.

– Но ведь это твое призвание – делать нас, лоботрясов, сильнее. Нельзя...

– Сандра. – Генерал сказал всего одно слово, и я стихла. – Я хотел подождать бала, а не говорить об этом в карете. Но я тебя не отпущу. Никогда.

Он протянул мне черную бархатную коробочку, и я застыла, не решаясь взять ее.

– Это... – Внутри было аккуратное кольцо из белого золота с сияющим бриллиантом.

Я подняла на генерала глаза.

– Сандра Блейк, ты выйдешь за меня замуж? – торжественно спросил он.

– Конечно, да! – Я взвизгнула и повисла у Брайана на шее.

До самого приезда мы продолжали целоваться.

И уже в усадьбе Робинсов пришлось срочно искать уборную, чтобы поправить прическу и снова нанести губную помаду, которую генерал бессовестно съел.

Воссоединившись в коридоре с Брайаном, который тоже успел вернуть себе опрятный вид, мы вместе пошли в главный зал.

Здоровенный, едва ли не как наш полигон. Не представляю, сколько здесь горело свечей. Тысяча? Десять тысяч?

По периметру протянулись накрытые белыми скатертями столы с закусками. У одной из стен была сооружена сцена, которую занял небольшой оркестр. Они уже играли, хотя танцы пока не объявляли.

Постепенно прибывали гости. Я заметила Регину с Дереком, парнем, вечно задиравшим Мэтта. А потом появился и он сам.

Худой и бледноватый, но все же он. Здоровый и невредимый! А под руку с ним шла Лиана.

Не удержавшись, я подбежала к ним и сразу обняла Мэтта, без всяких приветствий и расшаркиваний.

– Тебя выписали, – не поверила я своим глазам.

– И даже допустили к сессии. – Он улыбнулся. – Вот только заниматься придется все каникулы.

– Я тебе помогу, – заверила Лиана.

Она тоже улыбалась. Никогда раньше я не видела ее такой расслабленной. Словно она долго и упорно что-то искала, нервничала, переживала и вот теперь наконец-то нашла.

Один из лакеев объявил появление в зале герцога Робинса с супругой. Их сопровождали Элой с Лиззи. Главный сердцеед академии был, как всегда, до ужаса очарователен. А вот его сестру было не узнать. Из простой девушки, с которой я познакомилась в таверне и которая приходила к Сенлеру под видом галантерейщицы, она превратилась в светскую даму. В пышном платье, увешанная драгоценностями не хуже ее матушки.

Семейство Робинсов поприветствовало гостей и передало слово ректору. Когда он появился в зале, я не успела заметить. Должно быть, отвлеклась, рассматривая платье Лиззи.

– Курсанты, кураторы, преподаватели, дорогие друзья, – заговорил Дэниел усиленным магией голосом. Все стихли. – Поздравляю вас с окончанием семестра. Как вы знаете, он выдался непростым. Но благодаря мужеству всех вас мы справились.

Зрители похлопали себе и друг другу, а Дэниел продолжал:

– Сегодня я бы хотел сделать несколько объявлений. Я ухожу с поста ректора. – По рядам прошел гул. – Но я знаю, что попечительский совет академии выбрал на мое место лучшего кандидата.

Дэниел замолчал, и слово взял герцог Робинс:

– И им становится генерал Брайан Ортега, на деле доказавший, что он прекрасный педагог и администратор. Брайан, прошу...

Под шум аплодисментов генерал вышел вперед, и герцог Робинс пожал ему руку.

Мое сердце трепетало, и хотелось пуститься в пляс. Брайан триста раз заслужил это. Я не сомневалась, что под его руководством академия расцветет, и на следующем турнире академий мы надерем зад этим зазнайкам из Линбурга!

– И поскольку генерал Ортега не сможет больше исполнять обязанности куратора, – продолжал ректор, – то мое второе объявление касается нового преподавателя и куратора нашей академии. Прошу любить и жаловать – Джонатан Ривз.

У меня внутри похолодело.

Хранитель в сопровождении своего файра, белой кошки, вышел из толпы.

– Обещаю, что под моим руководством вы достигнете не меньших высот и успехов, чем с генералом Ортегой, – проговорил Ривз.

И смотрел при этом на меня, а я не знала, куда деться.

Неужели он будет моим новым куратором? Нет, Брайан же предлагал перевестись к Хиксу...

– Что ж, если с объявлениями покончено, – снова взял слово герцог Робинс, – предлагаю всем расслабиться и наслаждаться вечером.

Грянула музыка, и все разбрелись кто куда. Кто к столам, кто – приветствовать знакомых.

Растерянная, я так и осталась стоять на одном месте. Чем и воспользовался Ривз.

Он пошел прямо ко мне. Брайан перегородил ему дорогу, но хранителя это не остановило.

– Мне нужно поговорить с моей дочерью, – произнес он и, чуть смягчив голос, добавил: – Пожалуйста.

Генерал посмотрел на меня, и я кивнула. Пусть скажет, что хотел. Я хоть буду знать, с чем имею дело.

Мы с Ривзом отошли в сторону, но хранитель почему-то молчал. В какой-то момент мне показалось, что он вот-вот заговорит, но нас отвлек лакей, разносящий напитки.

Тишина становилась тяжелой, но я не решалась ее нарушить. Не знала, куда деть глаза, поэтому рассматривала вышивку на его камзоле. А он, вероятно, рассматривал меня.

– Когда Нейтан погиб, – вполголоса произнес он, и я подняла голову, – я думал, моя жизнь закончилась. Моя жена, мать Нейтана, подала на развод, и я чуть не спился. Я не видел ни в чем смысла и изо всех сил ненавидел Брайана. А оказывается, все это время на свете была ты. И тот, кого я ненавидел, оберегал тебя и учил. Сандра, сможешь ли ты меня простить и дать мне шанс?

Его глаза заблестели, как будто он вот-вот заплачет. А я не знала, что ответить. Этот человек был мне чужим. Он отдал меня в руки Сенлера, наверняка догадываясь, что меня ждет. А потом у разлома чуть не убил. И, не окажись я его дочерью, до сих пор считал бы, что место мне за решеткой...

Ничего из этого я не сказала вслух, а только спросила:

– Как так получилось, что вы обо мне не знали?

Ривз качнул головой.

– Твоя мать скрыла, что ждет ребенка. Она... – Он сделал паузу. – Она была женой моего знакомого. Военного и сурового человека. Он отправился за границу на многие месяцы, и мы с ней сошлись. Она предлагала нам обоим развестись, но я боялся, что это ударит по Нейтану. Ах, Сандра, если бы я знал, что она беременна, то поступил бы иначе! Но она не сказала...

– С ней в больнице никого не было, – произнесла я, сама не зная зачем.

– Вероятно, ее муж отказался от нее, когда узнал о ребенке. Но поверь, если бы она сказала... Я бы тебя забрал, обязательно забрал.

– Это вы сейчас так говорите.

– Прошу, Сандра. – Его голос задрожал. – Дай мне шанс узнать тебя.

Вся эта история была болезненной и неприятной.

– Я не знаю, – честно сказала я. – Простите.

И просто позорно сбежала.

– Все в порядке? – спросил Брайан, ловя меня за руку.

– Не знаю, – повторила я.

– Тогда почему бы сегодня нам просто не потанцевать?

И от его улыбки мне стало в тысячу раз лучше.

* * *

Весть о том, что меня наградил сам император, не сразу, но достигла моей приемной семьи. Если до этого они не особенно интересовались моими делами, то тут начали заваливать письмами и предлагать приехать к ним на зимние каникулы. Я отказалась, предпочитая провести это время с Брайаном.

Но кто-то им проболтался, что я готовлюсь к свадьбе. И не с кем-нибудь, а с генералом Ортегой, героем войны и новым ректором. В итоге все семейство явилось под стены академии, настаивая на активном участии в торжествах. Как будто мне было мало вдруг появившегося в моей жизни отца.

На новогодние праздники мы с Брайаном съездили в его родовое поместье, где я познакомилась с его матушкой, старшей сестрой и двумя очаровательными племяшками. Будущая свекровь и золовка тоже вызвались помогать со свадьбой, да еще и с таким напором, что не откажешь.

Вот так не было у меня семьи, и вдруг ее стало слишком много. Родственники сыпались со всех сторон. Первое время я еще сопротивлялась, а потом сдалась. Пусть договариваются между собой.

– Мне все равно, где пройдет свадьба, – призналась я Брайану. – Лишь бы за время подготовки они друг с другом не перегрызлись.

– Ничего, это они сейчас активизировались. Поженимся, и все вернется на круги своя. Вот увидишь.

На весенний семестр я все-таки перевелась к куратору Хиксу. Но видеться и общаться с Ривзом не отказывалась. Просто было легче, да и справедливее, когда курсантка и куратор не были никак связаны.

Мэтт вернулся в академию и успешно сдал теорию, но сильно отставал от сокурсников по практике. Я попросила Ривза с ним позаниматься, и отец не отказал. Мы часто упражнялись втроем на полигоне. Иногда к нам присоединялись Лиана и Элой.

Постепенно я привыкла к отцу и однажды, поднимаясь к ректору, услышала, как Ривз сказал:

– Никогда не думал, что почувствую себя снова живым, что обрету смысл. И этим смыслом я обязан тебе, Брайан. Лучшего жениха для Сандры не сыскать. Надеюсь, она позволит мне отвести ее к алтарю...

Мои глаза зачесались, я тяжело вздохнула и присела на корточки. Рэн ткнулся влажным носом мне в ладони и посмотрел внимательно, как умел только он.

Ривз годами мучился, потому что не мог простить Брайана.

А я так не хочу.

Поднявшись, я пошла к кабинету и постучала о косяк распахнутой двери. Мужчины синхронно обернулись. Их лица просияли. И я поняла, что наконец готова отпустить обиды и двигаться дальше.

Консилиум из родственников постановил, что свадьбе быть осенью, в начале учебного года. За это время все успеют подготовить, а мы с Брайаном успеем вдоволь помучиться. То есть выждать положенное этикетом время, когда жених ухаживает за будущей невестой.

Против свиданий вне стен академии я и правда не возражала.

Полгода спустя

– О, новенькая, здорово! – Элой плюхнулся на лавку рядом с симпатичной девушкой с копной ярко-рыжих волос.

Мы с Мэттом весело переглянулись, а Лиззи, теперь тоже курсантка академии, закатила глаза. Учебный год едва начался, а ее брат снова за свое – выискивал жертву среди только что поступивших.

Девушка повернула голову.

– А кто тебе разрешал сюда садиться? – отчеканила она ледяным голосом.

На мгновение Элой завис, как парализованный магией, и широко улыбнулся.

– Ты мне нравишься, – объявил он.

– А ты мне – нет.

Они еще несколько минут препирались, а потом Элой вручил ей карточку-пропуск на традиционную вечеринку по случаю начала учебного года. На этот раз ее решили провести за академией, рядом с кладбищем.

Мы с Мэттом участвовали в боях. Он вызвал Дерека, а я – Драммера. Последний пытался увильнуть под предлогом, что у меня был файр, а у него нет. Я сразу оговорила, что драться буду одна. Драммер попытался возразить и потребовать, чтобы мы не пользовались и магией, но тут уже дружки подняли его на смех. Скрипя зубами, парень согласился.

Дерек же оказался не так благороден и заявил Мэтту, что его кот останется при нем. О неудаче Мэтта в питомнике файров знали, конечно, все. И, вероятно, Дерек рассчитывал еще и так унизить соперника, напомнить всем о его неудаче. А вот когда узнал, что на стороне Мэтта будет сражаться мой Рэн, пылу у него поубавилось. Что, впрочем, все равно не помешало ему громогласно заявить, что он раздавит Мэтта как букашку.

По жребию их бой выпал первым. Мэтт, натренированный Элоем, показал себя во всей красе. Пользуясь своим худым телосложением против здоровенного Дерека, он ловко уходил от атак и умело сочетал магию воздуха с обычными ударами.

Рэн разделался с файром Дерека так быстро, что бо льшую часть боя просто стоял в стороне, прижимая шипящего кота лапой к земле.

Поединок закончился, когда Дерек выдохся, потерял равновесие и упал. Ругался как сапожник, но Мэтт его не слушал. Слишком был занят, целуя обнимавшую своего победителя Лиану.

Дальше были еще пара боев и оглушительная победа Элоя над каким-то старшекурсником. Явно красовался перед рыженькой первокурсницей, которая все же пришла посмотреть (а кто-то сомневался?).

Потом пришел черед и нас с Драммером. Уже в начале боя я поняла: он меня боялся. Потому тогда и привлек дружков, что знал, один на один со мной не справится. Даже без Рэна. Даже без магии.

Осталось только это доказать.

Мы ринулись было друг на друга, когда воздух разрезал громкий свист.

– Кураторы! Линяем!

Курсанты бросились врассыпную, и впереди всех, сверкая пятками, понесся Драммер. Я не стала со всеми толкаться.

– Опять нарушаем дисциплину, курсант Блейк? – услышала я такой родной и любимый голос.

– Господин ректор, – обернулась к нему.

Брайан цокнул языком, но в его глазах бегали веселые огоньки.

– Придется наказать вас, курсант Блейк. Завтра, сразу после свадьбы.

Эпилог

Церемония прошла в одном из знаменитых соборов Линбурга. Я настаивала, что нам хватило бы и Аренгоя, но, увидев список возможных гостей, сдалась.

В итоге пришлось вставать ни свет ни заря и ехать к портальной станции. Не клевать носом не давало только нервное напряжение.

– Не узнаю Сандру Блейк, – сетовала Лиззи, помогая мне облачиться в белое платье. – Волнуешься, как будто идешь в логово к скааргам.

Я виновато улыбнулась:

– Да, примерно так.

– Не съедят они тебя.

Древний род, к которому принадлежал генерал, шел в комплекте не только с бесчисленными родственниками, но и с множеством знатных друзей и знакомых. И в итоге собор наводнила толпа разодетых, но совершенно чужих мне людей.

Кажется, не будь на мне свадебного платья, никто бы и не догадался, что невеста именно я.

– Ты прекрасна, – сказал Джонатан Ривз, выставляя локоть.

Мы медленно шли по проходу, и я представляла, что ничего вокруг не существует. Ни людей, ни этих сводов, ни всей этой пышной и ненужной мишуры.

Есть только я и он, и наша мечта быть вместе.

Когда Ривз передал меня Брайану и я вложила руку в его теплую ладонь, разом стало легче. Все и правда исчезло. Мы словно стояли вдвоем в темноте, держались за руки и произносили слова клятвы.

Пока смерть не разлучит нас...

– Вы можете поцеловать... – Священник не успел договорить, потому что Брайан притянул меня к себе и поцеловал так жадно, словно и правда ставил брачную печать.

Моя.

Мой.

Время замедлилось, позволяя нам насладиться мгновением чуть дольше, а потом все завертелось. К нам подбежали Рэн и Тара, потянулась толпа поздравляющих. Затем все расселись по каретам и поехали в парк рядом с императорским дворцом.

Здесь под желтеющими листьями устроили настоящее пиршество. Правда, мы с Брайаном толком не успевали поесть, потому что все время были в центре внимания.

Некоторые дамы, уже навеселе, не стеснялись активно сплетничать.

– Я думала, он никогда не женится, – говорила одна. – Словно впал в кому после того случая...

– А девочка его разбудила.

Брайан сжал мою руку и поднес к губам.

– Это правда, – прошептал он.

Не терпелось остаться с мужем наедине. Но бесконечно долгий день никак не хотел заканчиваться.

– Друзья, вот и мой черед сделать вам свадебный подарок, – объявил куратор Кристофер Салливан, поднимаясь из-за стола. – Прошу, подойдите.

Я только собралась отправить в рот хоть кусочек пирога, как пришлось положить ложку на место. Мы вышли из-за стола и встали перед Кристофером.

– Что же это за подарок? – шептался кто-то за спиной.

– Самый лучший, конечно, – нескромно заявил Салливан.

Подмигнув, он вскинул руку, и нас вдруг окутало голубоватым светом.

Через мгновение исчезли и парк, и изумленные гости, и сам Салливан. Мы очутились в просторной спальне с десятком зажженных свечей и кроватью, усыпанной лепестками роз.

Вдвоем, без никого.

– Где мы? – изумилась я.

– Не знаю. – Брайан качнул головой. – Но мне все равно.

Он притянул меня к себе и, проведя носом по открытой шее, поцеловал мою трепещущую кожу. Его руки сами собой очутились на завязках платья.

Но те не хотели поддаваться. Брайан рыкнул, и послышался треск ткани.

Меня охватило такое волнение, что задрожали ноги. А платье показалось душным и словно горячим. Хотелось поскорее из него выбраться.

И поскорее увидеть Брайана без пиджака и рубашки.

Разделавшись с одеждой, генерал подхватил меня на руки и отнес на кровать. Голую спину защекотали лепестки.

Я охнула, когда его губы коснулись груди, а руки развели мои бедра.

Его нетерпение, казалось, разливалось в воздухе. Как будто он сдерживался долгие месяцы и вот сейчас уже не мог подождать лишнюю минуту. Его желание передавалось мне, захватывало и заставляло подаваться навстречу.

Боли я не боялась, а очень хотела испытать тот самый момент единения, о котором столько писали в книгах. Чтобы я наконец-то была с ним до конца.

Генерал тяжело дышал, его стальные мышцы заметно подрагивали, но он почему-то медлил. Целовал меня и гладил, вызывая одну за другой волны наслаждения, но к главному не переходил.

А уже очень хотелось!

– Я... готова, – прошептала я, чувствуя, как горят от смущения щеки.

Генерал поцеловал меня в ухо, прикусывая мочку.

– А нечего нарушать дисциплину, курсант Блейк, – прошептал он, и по телу словно прошел разряд молний.

Я застонала и наконец ощутила, как он заполнил меня всю.

И потом еще всю ночь долго и с чувством наказывал.

* * *

Теперь, когда мы были женаты, я выселилась из общежития и переехала в башню к ректору. Миссис Шервуд вышла меня проводить и помочь вынести немногочисленные вещи. За ней подтянулась кучка девчонок: как новеньких, так и старшекурсниц.

– Молодец она, – слышала я, как миссис Шервуд говорила им. – Вот так надо женихов выбирать, а не за бабниками таскаться...

Видимо, она посмотрела на Регину, потому что та вспыхнула.

– До нее генерал в курсантах не видел женщин, ему было все равно, кого гонять.

– Правильно, до нее...

Надеюсь, рано или поздно эти разговоры утихнут.

Учеба пошла своим чередом. Несмотря на мой новый статус, большинство преподавателей не делали мне поблажек. Я тренировалась и сдавала все вместе со всеми. Драммер ко мне больше не цеплялся, и свободное время я с удовольствием проводила с друзьями: Лиззи, Элоем с его новой девушкой, Мэттом и Лианой.

Весной следующего года ребят повезли в питомник, и здесь Мэтт воссоединился-таки со своим файром. После ухода дикой магии обратно в недра земли его барсук снова обрел нормальный облик. И теперь, когда Мэтт был сильнее, они смогли установить связь. Лиана тоже обрела файра – белую голубку. Регину же до ритуала так и не допустили. Подруги стали меньше общаться, и как-то раз блондинка в сердцах выкрикнула, что все из-за меня. И если бы ее двоюродный дядя стал-таки ректором, то меня бы давно исключили из академии. И вообще, нечестно всего добиваться через постель.

– Не суди по себе, – парировала я.

В общем, как говорится, чем больше что-то меняется, тем больше остается прежним.

Ремонт пошел академии на пользу. С каждым годом стали набирать все больше учеников. И как я и предвидела, на турнире академий мы обошли Линбург на целых пять очков.

Страшно подумать, что было бы, не измени бабуля Зенью тогда направление портала.

А впрочем, говорят же, что судьба и на печке найдет. Возможно, все случилось бы по-другому, но я не сомневалась, что все равно бы встретила своего генерала. В другом месте, в другое время, но мы бы непременно друг друга нашли.

После получения диплома хранителя мне предложили службу в Ордене в столице. Но я не хотела покидать Аренгой и осталась здесь, помогая местной полиции наводить порядок. Иногда генерал предлагал мне вести практику или семинары в академии, и вскоре я поняла, что получаю огромное удовольствие, занимаясь с молодыми курсантами.

Когда я забеременела нашим первенцем, то перешла на работу в академии уже на постоянной основе. Это, правда, тоже оказалось испытанием, потому что Брайан постоянно следил за мной. Будь его воля, запер бы в своем кабинете и сдувал с меня пылинки. Впрочем, он знал, кого взял в жены.

Территория Туманного рубежа постепенно сокращалась, открылись торговые пути с другими странами. И когда сын подрос, мы отправились путешествовать. Объездили континент от края до края, и где-то на берегу бушующего океана я вдруг поняла, что жду второго ребенка.

– Боюсь, у нас проблемы, – заявила я.

Брайан нахмурился.

– Что случилось?

– В этот мир идет Сандра Ортега-младшая.

– О, – только и сказал он, обнимая меня.

А я, задрав голову, спросила:

– Думаешь, мир выстоит?

– Есть только один способ в этом убедиться.