Хан Суин
Пекарня ведьмы
Все мы когда-то с кем-то прощались. У многих был любимый питомец, который покидал нас, оставляя пустоту в сердце и забирая с собой кусочек нашей души. А что чувствует питомец, который прощается со своим человеком? Может быть он хочет нам что-то передать?
В поисках подработки Лара натыкается на небольшую пекарню недалеко от дома. Хозяйка Манё и ее кот Джерон не только оказывают ей теплый прием, но и приглашают на работу. Вот только Ларе предстоит не просто продавать выпечку. Она будет помогать душам умерших питомцев попрощаться со своими хозяевами. А их любимым людям обрести покой. Ведь пекарня принадлежит ведьме...
Необычный хилинг, где магия встречается с реальностью, исцеляя не только человеческие души!
한수인
HAN SUIN
마녀빵집
The Witch’s Bakery: For Beloved Pet
Published in agreement with Kyobo book Centre Co., Ltd. c/o Danny Hong Agency
Дизайн Екатерины Климовой
Copyright © 2024 by 한수인 (HAN SUIN)
© Корягина А. С., перевод, 2026
© ООО «Издательство АСТ», 2026
* * *
Глава 1. Секрет пекарни
Нежные и теплые запахи. Сладковатый аромат. Как только Лара отворила дверь, ее окутало приятное тепло. Она медленно открыла глаза, начала осматриваться и вздрогнула: рядом с ней оказалась незнакомая женщина.
– З-здравствуйте! – Лара смущенно улыбнулась.
Однако женщина, пригласившая ее в пекарню, окинула девочку равнодушным взглядом и вскинула подбородок, указывая на чайный столик. Лара перевела взгляд с незнакомки на столик и поторопилась к нему, выдвинула стул и села. Женщина спокойно наблюдала за движениями гостьи, потом поставила зажженную свечу у входа и отошла. Раздались тихие звуки шагов по паркету, и дама исчезла в недрах кухни.
«А внутри гораздо мрачнее, чем кажется снаружи».
Лара почувствовала, как волосы на затылке встали дыбом. Бросив взгляд на единственное окно пекарни, она стала неспешно изучать пространство, погруженное во мрак из-за непогоды. Лара всего лишь искала подработку, как же ее сюда занесло? Она вздохнула, вспоминая сообщение из дома, которое получила во время вечернего собрания[1]. Осталось совсем немного времени, чтобы оплатить назначенную на следующий месяц трехдневную школьную поездку. Один взгляд на лист с напечатанной суммой в сотни тысяч вон вызывал у Лары чувство потерянности и оцепенения. В отчаянной попытке сделать хоть что-то она ходила на все собеседования в компании, где предлагали работу на полставки, но каждый раз получала отказ под предлогом, что выглядела слишком молодо.
– Беда не приходит одна. Ты же знала, что все не будет так просто, – пробормотала Лара, глядя на специальную дверцу для кошек, установленную в одной из стен пекарни.
Незадолго до этого, возвращаясь домой после очередной неудачной попытки устроиться на работу, она встретила кота, который лежал на кирпичной ограде у развилки, ведущей в старый бедный район. На шее кота была повязана роскошная черная лента, ветер играл с его блестящей шерсткой, пока он смотрел на Лару, тихонько мурлыча. Лара приблизилась к нему и протянула руку. Довольный кот потерся головой о ее ладонь и вальяжно разлегся, показывая живот. Лара была так очарована им, что забыла, куда шла. Она бы могла еще долго так и стоять, если бы не ударившие по макушке холодные капли дождя. «Котик с ленточкой, быстрее прячься от дождя. Мне тоже пора уходить». Как только Лара выпрямилась, кот проворно спрыгнул с ограды и встал перед ней. Он начал громко мяукать, широко раскрывая пасть. Лара была ошарашена такой переменой настроения и постаралась понять ее причину. Вдруг с этим котом что-то случилось и ему нужна помощь?
«Да зачем я вообще об этом думаю?!»
Девочка вздохнула и помотала головой. Внезапно ей вспомнились трогательные истории о спасенных из беды животных. Но после того, как она оказалась здесь, для подобных мыслей не осталось места.
– Вот так попробуй выйти, – ворчала Лара, отжимая руками промокшую школьную юбку.
В этот момент у самого уха раздалось:
– Эй.
– Ой! О боже!
Лара вздрогнула от неожиданности. Она не заметила, как сзади подошла женщина, поставила что-то на столик и села напротив. Загадочная незнакомка снова качнула головой, на этот раз указывая вниз. Лара рассеянно проследила взглядом в указанном направлении. И тут она заметила перед собой круглый деревянный поднос. На нем были свежеиспеченный хлеб и чашка ароматного молочного чая с бергамотом. Живот издал громкое урчание.
– Ешь. Нам предстоит долгий разговор.
Женщина бросила равнодушный взгляд на живот Лары. На ее лице проступил румянец. Однако после секундного смущения рука Лары сама собой потянулась к еде. Оторвав кусок хлеба и запихнув его в рот, девочка принялась сосредоточенно жевать. Она гадала, объявится ли когда-нибудь снова кот, который привел ее сюда. Но пекарня была такой сумрачной, что, даже если бы кот был здесь, найти его было бы непросто.
«Пекарня красавицы». И кто додумался дать такое название пекарне на отшибе? Если бы Лара не последовала за котом, то никогда бы не узнала об этом месте, но теперь ей хотелось узнать, откуда взялось его нелепое название.
– Кхе-кхе!
Торопливо проглоченный кусок хлеба застрял в горле. Женщина легонько подвинула чашку к Ларе, пытающейся побороть приступы кашля. Лара схватила ее и быстрыми глотками отпила.
– От тебя столько шума.
Лицо Лары снова вспыхнуло румянцем в темноте. Тем временем женщина протянула свои длинные тонкие пальцы к стоявшей на краю столика стеклянной керосиновой лампе, чиркнула спичкой и зажгла ее. Внутри лампы разгорелось яркое пламя, постепенно озарившее пространство лавки. От такого зрелища у Лары перехватило дыхание.
Свет лампы колыхнулся, выхватив из темноты лицо женщины, по-видимому хозяйки пекарни. Она была хорошо одета, а ее красивое бледное с нежной кожей лицо обрамляли удивительно длинные черные волосы.
«Что? Да она настоящая красавица! – Лара была настолько поражена, что едва сдержала слова, готовые сорваться с губ. – А пекарня полностью оправдывает свое название».
Хозяйка махнула рукой застывшей Ларе. Это был призыв взять еще еды. Лара отщипнула кусочек хлеба и отправила его в рот. Теперь она начала ощущать совершенной другой вкус, ведь уже не так страдала от мучившего ее голода.
«Ух ты... Поначалу этот хлеб кажется совершенно обычным, но благодаря семенам черного кунжута по мере разжевывания раскрывается неповторимый вкус... Очень приятный, но не слишком перегруженный, так что можно запросто съесть несколько штук за один присест».
В глазах Лары загорелись искорки. Она сделала еще глоток горячего молочного чая, расправилась с последним кусочком кунжутного хлеба и принялась за следующий. Раздался хруст. На этот раз корочка хлеба состояла из тонких слоев теста, создающих приятную пористую текстуру. Стоило откусить кусочек, как вырвался насыщенный молочно-сливочный аромат, сердцевина была мягкой и нежной. Идеальная булочка для завтрака.
«Это так вкусно!»
Какое-то время Лара увлеченно уминала хлеб.
– Хм... Кажется, ты уже наелась, почему бы нам теперь не поболтать немного? – заговорила женщина, все это время молча наблюдая за Ларой. – Ну, – сказала она, внезапно протягивая Ларе руку. – Давай сюда.
– А? Что?
Что, черт возьми, она хочет? Лара слегка нахмурилась. В этот миг в ее голове вихрем проносились самые разные мысли. Неужели она хочет, чтобы Лара заплатила за съеденный хлеб? По коже Лары пробежал неприятный холодок. Она вскочила и принялась рыться в сумке, словно человек, только что отошедший от паралича. Лара прекрасно понимала, что не сможет расплатиться. Прошла уже неделя и два дня, как она последний раз получала карманные деньги.
«Мне конец! Что же делать?»
Брови женщины нахмурились, образуя причудливые морщинки. Она молча наблюдала за суетившейся Ларой. При одном взгляде на нее у Лары возникло непреодолимое желание пуститься наутек. Хозяйка пекарни сложила руки на груди. Ее губы несколько раз дернулись, прежде чем вытянуться в ровную линию, затем она произнесла:
– «Требуется помощник». Мое объявление.
В ее голосе появились нотки нетерпения и нарастающего раздражения.
– Об-объявление? – переспросила Лара, отвлекшись от своей сумки.
– Именно. Разве ты не видела? Его доставили к входной двери твоего дома сегодня утром.
– К-к входной двери...
Нахлынувшее понимание заставило Лару воскликнуть: «А-а!»
Сегодня утром она обнаружила под входной дверью загадочный черный листок размером с визитную карточку, на котором отсутствовали какие-либо данные об отправителе.
«Так вот оно что!»
На лицевой стороне листа ярко-желтым готическим шрифтом были крупно напечатаны слова «Требуется помощник», но на невзрачном обороте не было ни номера телефона, ни адреса. Визитка походила на шуточный рисунок с накаляканной картой. Лара, пытавшаяся найти работу с начала учебы в средней школе, совсем не так представляла себе объявление о вакансии. Неужели эта сомнительная листовка была настоящим предложением работы? Лара торопливо запустила руку в правый карман школьной юбки. Немного порывшись, она вытащила что-то потрепанное и отсыревшее под дождем.
– Разверни.
Все еще застыв с протянутой рукой, Лара непонимающе посмотрела на женщину. Лист бумаги, который размок и должен был порваться, лежал перед ней в идеальном состоянии, сияя белизной.
– Исчезло... – пробормотала Лара, переворачивая листок. Карта тоже исчезла. Да что за чертовщина происходит?
– Посмотри внимательнее.
– Что?
– Там прописаны условия.
– Условия? Ой!
Лара выронила листок, а на ее лице появилось выражение полного недоумения. Место, где раньше была карта, начало само по себе заполняться словами.
«Требуется помощник в пекарню. В обязанности помощника входит: уборка помещения пекарни, вычесывание кота Джерона, привлекающая покупателей выкладка выпечки, оперативная помощь покупателям в поисках нужной им выпечки и т. д.».
– Ну что же ты. Возьми его и прочитай нормально, – мягко произнесла женщина.
Лара немного испугалась, опять протянула руку и взяла лист. Лицо Лары принимало самые разнообразные выражения по мере чтения. Прошлые предложения исчезали с листа, а на их месте появлялись новые. Казалось, женщину забавляла реакция Лары и она получала удовольствие от происходящего.
– Желание, которое будет исполнено небесами? – Эта фраза первой бросилась Ларе в глаза.
– Да. Одно самое заветное желание. Обязательно исполняется раз в год. Каким бы оно ни было, без исключения.
Лара уже не маленький ребенок, чтобы выслушивать от взрослых глупые напрасные обещания. Интересно, какие же желания они могут исполнить. Пока Лара размышляла об абсурдности обещаний, женщина продолжила объяснять:
– Конечно, платить тебе тоже будут. Тебе ведь сейчас очень нужны деньги, не так ли? Например, твоя обувь. Кажется, ее пора заменить.
От удивления Лара невольно сомкнула носки. В памяти всплыли лица ребят, которые сегодня утром по дороге в школу посмеивались над тем, что Лара носит на ногах подделку известного бренда. Что еще хозяйка пекарни знает о ней? Лара почувствовала, как сердце сделало удар, а потом ушло в пятки.
– Не стоит так удивляться. Ты же теперь наша сотрудница. Мы просто немного понаблюдали за тобой.
Казалось, для нее во всем происходящем не было ничего необычного. Она держалась очень уверенно. Девочка нахмурила брови и плотно сжала губы. Не стоит удивляться тому, что этой женщине так много известно.
– Я буду платить тебе ровно за ту работу, которую ты выполнишь, это мое правило. Это очень выгодное предложение, такого ты больше нигде не получишь.
Верно. Такого предложения нет нигде. Во всяком случае, ни в одном из многочисленных магазинов, которые обошла Лара.
«Что-то здесь не так».
Во всем этом было слишком много странностей, их нужно было осознать и обдумать. Лара подняла голову и внимательно посмотрела на женщину и окружающую обстановку. Сладкий аромат и приятное тепло, которые она ощутила, как только переступила порог пекарни, по-прежнему были здесь. Определенно, это пекарня.
– Ох...
Подавленная все более и более запутывающейся ситуацией, Лара покачала головой.
– В чем дело? Что-то не так? Судя по выражению твоего лица, тебе все это не по душе? Я думала, ты очень обрадуешься, получив такое предложение.
Странная манера растягивать конец фразы заставила Лару ощутить новый прилив беспокойства. Да нужно быть полной идиоткой, чтобы обрадоваться этому всему.
– Сначала я хотела бы задать вам несколько вопросов.
– Ладно, наверное, так даже лучше. Я не люблю, когда меня начинают уговаривать. Спрашивай о чем угодно. Я отвечу на любые вопросы.
Услышав такой простодушный ответ, Лара перевела дух и заговорила.
– Прежде всего я хотела бы спросить... чем вы здесь вообще занимаетесь?
– Очевидно, я хозяйка пекарни.
– Я не об этом. Кто вы такая, если досконально знаете, чем я сегодня занималась?
– А! Вполне закономерный вопрос. Но сначала я бы хотела узнать больше о тебе. Как тебя зовут?
– Лара.
Лара хотела было спросить, почему, зная о ней так много, женщина не потрудилась выяснить ее имя, но ответ слетел с губ машинально:
– Лара? Что оно значит?
– Веселая песня.
– О, хорошее имя. Так. А теперь спроси мое имя.
– Что?
Лара снова нахмурилась и поджала губы, услышав такой необычный приказ. Но по какой-то неведомой причине было трудно ему не подчиниться. Несмотря ни на что, причин отказывать не было.
– Как... вас зовут?
– Меня? Мое имя?
На миг в глазах женщины загорелись веселые искорки, а голос зазвучал так, будто она вот-вот готова была разразиться хохотом. Глядя на это, Лара окончательно уверилась, что хозяйка – крайне странный человек.
– Манё[2].
– Что?
– Ким Манё.
– Ким... Манё?
Если Лара не ослышалась, то теперь это с ней что-то не так. Но на лице хозяйки светилась всеведущая улыбка, как у истинной ведьмы, и девушка поняла, что, возможно, это не шутка.
– Простите, вы сказали Манё? Но снаружи висит вывеска «Пекарня красавицы»...[3] Поэтому я, конечно, подумала, что лицо хозяйки...
Лара тараторила без остановки и выглядела взволнованной. Манё в недоумении слушала бессвязную речь Лары, но потом на ее лице расцвела понимающая улыбка.
– Только посмотрите на нее, она так забавно рассыпается в комплиментах. Ты думала, раз я такая красивая, то и пекарня называется «Пекарня красавицы»! Спасибо за комплимент, но все же это «Пекарня ведьмы».
От изумления Лара смогла только выдохнуть:
– А...
Затем Манё неожиданно подняла руку и щелкнула пальцами, привлекая внимание Лары.
– Теперь, когда мы наконец познакомились, я открою тебе один секрет.
От слов хозяйки Лара подскочила. Манё щелкнула пальцами еще три раза. Окружавшие их свечи начали гаснуть одна за другой в такт щелчкам. Внезапно наступившая темнота испугала Лару. Казалось, в обступившей тьме опасность могла подкрасться к ней откуда угодно. Послышался свист. Плечи Лары съежились, она попыталась оглядеться. И тут вокруг нее начали появляться какие-то расплывчатые силуэты. Они представляли собой кучку переливающихся в темноте комочков. Лара прищурилась, силясь рассмотреть их получше.
– Подойди ближе.
Лара застыла в растерянности, но сделала, как сказала Манё, и осторожно приблизилась к комочкам. Это выпечка? Почему она испускает такой свет?
– Прикоснись к ним.
Лара повернулась к Манё. В ее взгляде читался немой вопрос: почему она должна это делать? В ответ Манё лишь усмехнулась и пожала плечами. Лара боязливо подняла палец и прикоснулась к хлебу. Вдруг по нему прошла волна. Он вздрогнул!
– Мамочки!
Размытый свет внезапно стал более четким и стал обретать форму. От такого невероятного зрелища у Лары отвисла челюсть. «Боже, что это?» Лара затаила дыхание, наблюдая, как из выпечки вылетают шары света и превращаются в хомяков, щенков, кошек, кроликов, попугаев и черепах.
– Э-это... что это за чертовщина? – Лара, заикаясь, протерла глаза.
Манё перестала щелкать пальцами и зажгла все свечи в комнате. И тогда выпечка, вернее животные, предстали во всей красе.
– Нет, это невозможно! Что это?.. – проговорила Лара.
– А теперь почему бы тебе не выйти и не объяснить все?
Лара обернулась на сухой голос Манё, стоявшей позади нее. Да, именно так. Объяснение. Это именно то, что ей сейчас нужно. Лара сделала шаг обратно к Манё. Но что-то пронеслось прямо перед ее глазами, и она остановилась.
– О, ты!
Главный герой всей этой неразберихи. Рыжий полосатый кот с красивой черной ленточкой на шее. Кот изящно запрыгнул на стол и поприветствовал Лару радостным мяуканьем. Лара бросилась к нему, подхватила на руки и посмотрела коту прямо в глаза.
– Ты! Как, черт возьми, ты узнал обо мне и затащил сюда?
Кот мяукнул в ответ, с легкостью выскользнул из рук Лары и стал тереться мягкой головой о ее ладонь.
– Серьезно? – Манё фыркнула при виде этой картины и раздраженно добавила: – Не тяни время и быстрее объясни все.
– Что? Я?
– Да не ты.
«Не я? Разве здесь есть кто-то еще?» Лара в замешательстве перевела взгляд на кота.
– Боже, ты даже с этим не можешь справиться сама.
Лара так перепугалась, что прижала ладони ко рту и начала икать. Кот разговаривал! Кот разговаривал как человек! Казалось, Лара услышала его голос не ушами, а ощутила гудением где-то в своей голове или даже во всем теле.
– Ох, должно быть, это сон, иначе и быть не может.
Кот хихикнул, глядя на Лару, бормотавшую, словно у нее помутился рассудок. Манё шикнула на кота, требуя, чтобы он заговорил во всеуслышание.
– Пф, да понял я.
Теперь его голос звучал очень естественно, как если бы принадлежал человеку.
– Лара, приятно познакомиться. Ты сильно удивлена, да? Но здесь все по-настоящему. Будучи сотрудником пекарни, ты можешь здесь все видеть, слышать и чувствовать. Даже меня, говорящего кота.
Затем кот устремил глаза к потолку. Лара последовала его примеру, ее взгляд зацепился за шары света, плывущие вдоль потолка. Лара застыла, а ее лицо отражало весь спектр испытываемых сейчас эмоций. Кот снова захихикал, и пламя свечей взметнулось вверх. Шары света запрыгали между ними и начали весело танцевать.
– Прежде всего позволь мне представиться. Меня зовут Джерон[4]. Как видишь, кот я выдающийся. А их мы называем здесь кругляшами, а не булочками. Им всем не терпится узнать о тебе больше.
Вырвавшись из выпечки и полностью обретя форму, кругляши виляли хвостиками, выскакивали со своих подносов и носились по полкам.
Взгляд Лары наткнулся на маффин с вишенкой на шапочке из крема, и тот мгновенно превратился в белого кролика. А золотисто-коричневая буханка каштанового хлеба обернулась кошкой окраса табби. Куда бы ни падал взгляд Лары, везде ей попадались копошащиеся кругляши. Не успела она и глазом моргнуть, как у ног собралась целая кучка любопытных существ.
Их было так много!
Глава 2. Новая сотрудница
Лара потягивала принесенный Манё травяной чай и наблюдала за устроившимся на столе Джероном, который старательно вылизывал шерсть на загривке. Все же было сложно принять факт существования говорящего кота. Словно уловив беспокойство Лары, кот выпрямился, сел и заговорил:
– Я знаю, все это изрядно сбивает с толку, но я не могу больше ждать, поэтому перейду сразу к делу. Когда они умирают, мы предоставляем им время и пространство. Другими словами, пекарня – это последний перевалочный пункт перед переходом в мир иной.
– Перевалочный пункт?
– Да. Место, где можно остановиться на семь дней, прежде чем душа полностью покинет этот мир.
В ответ Лара лишь издала короткий вздох. Она наклонилась ближе к Джерону. Теперь девочка была готова выслушать его объяснения серьезно. Но тут послышались отдаленные звуки шагов.
– Тебе не кажется, что кто-то идет сюда?
Лара повернула голову в сторону двери. Звуки шагов, ступающих по влажной траве, стремительно приближались. Вскоре кто-то встал прямо у витрины. Мужчина торопливо толкнул дверь пекарни, и та заскрипела. Он встряхнул мокрый зонт и стал озираться в поисках подставки для зонтов. Затем зашагал по паркету, оставляя следы. Наблюдавшая за ним Манё недовольно поморщилась. Лара на всякий случай еще раз огляделась по сторонам и, убедившись, что все кругляши находятся на своих местах, испытала одновременно облегчение и смятение.
– Почему они ведут себя так?
Кругляши пристально следили за каждым движением вошедшего мужчины, при этом оставаясь совершенно неподвижными на своих тарелках и подносах. Тем временем мужчина с ничего не выражающим лицом взял щипцы и прямоугольный поднос для выпечки[5].
«О?»
Пока Лара с замиранием сердца наблюдала за этой сценой, одна выпечка особенно бросилась в глаза. Ярко-желтый сырный рулет «вытянул шею», сверкая глазами, словно пытаясь привлечь внимание мужчины. Лара рассматривала его длинное тонкое тельце, свернувшееся в тугой клубок, и вдруг поняла, кого рулет ей напоминает.
«Змея?»
Она первый раз в жизни увидела хищника. Но чем дольше она его разглядывала, тем милее он казался, с его маленьким улыбающимся ртом и кунжутными глазками. Мужчина продолжал изучать выпечку, лежащую на темных полках. Но сырный рулет никак не попадался ему на глаза.
– Черт, кажется, он не видит. В этот раз он опять взял другую выпечку.
Мужчина, глаза которого, по словам Манё, напоминали фасолинки из-за толстых линз и очков в роговой оправе, выглядел растерянным в колеблющемся пламени свечей.
– Почему бы тебе не подойти к нему и не помочь?
– Что? Я?
– Ты же с первого взгляда поняла, что ему нужно.
Лара ничего не ответила на шепот Манё. Ей не особенно хотелось разговаривать с мужчиной, но требовательный взгляд Манё был непреклонен. Удрученный сырный рулет утратил свое мерцающее сияние и заметно погрустнел. С выражением полной беспомощности на лице Лара приблизилась к мужчине и кашлянула, чтобы не испугать внезапным появлением.
– Извините, х-хлеб, который вы ищете, лежит вот здесь.
Как только Лара произнесла последнее слово, с нижних полок за ее спиной послышался резкий шум голосов. Кругляши истошно вопили, выражая свои чувства. Одни были недовольны и старались выставить себя напоказ, чтобы привлечь внимание мужчины, другие же радовались, что мужчина наконец-то обратил внимание на сырный рулет.
– О-о! Это же наш Кунжутик!
Мужчина быстро прошел мимо Лары и прижал Кунжутика к груди. Затем он протянул Ларе конверт. В замешательстве глядя на мужчину, девочка осторожно приняла его. После чего мужчина стремительно направился к выходу.
– П-подождите...
– Оставь его. Этого хватит. Давай сюда деньги[6], – сказала Манё, забирая белый конверт из рук Лары. Затем она открыла конверт, отсчитала несколько купюр и передала их Ларе. – Твой процент за сделку.
В этот момент снова появился Джерон.
– Ну как тебе наша работа?
Кругляши вновь стали весело разбредаться по пекарне, как будто никакого мужчины здесь никогда и не было. Некоторые из них снова вернулись к Ларе, обступив и внимательно наблюдая за ней. Не в силах поверить в увиденное, Лара принялась тереть руками лицо.
– Не стоит так переживать. Ты абсолютно нормальная. Подойди сюда и сядь. – Было очевидно, что они считали эмоции и мысли Лары. – Это место, где решается судьба умерших.
Джерон взобрался на стол, собираясь наконец все объяснить.
– Мертвые... значит, все здесь такие?
– Да. Все стали духами.
– Я так и знала, так и знала!
Лара отодвинула стул и отступила назад, поочередно бросая взгляды на Джерона и Манё. Джерону эта ситуация показалась очень комичной. Махнув рукой в сторону, где находилась вся выпечка, Манё пояснила, что мертвы здесь только кругляши.
– Как бы то ни было, при жизни о кругляшах кто-то заботился. Все они были домашними животными или кем-то в этом роде.
Джерон подошел к кругляшам, столпившимся вокруг Лары, и поздоровался с ними. Все они по-разному реагировали на приветствие: одни утыкались головой в Джерона, другие обнюхивали его сзади, как собаки, третьи поднимались на задние лапки и слегка подпрыгивали. У каждого был свой способ ответить на приветствие. Но были и те, кто настороженно поглядывал на него или вовсе игнорировал.
– Тебе наверняка известно, что когда-то давно люди не считали их частью своей семьи. Они считали их просто мелкими зверьками, не представляющими особой опасности. Зверьки жили в дикой природе и вели непрерывную борьбу за выживание. А затем один за другим они начали появляться в истории человечества. Теперь они обитали среди людей, и им больше не нужно было охотиться. Постепенно они перестали свободно приносить потомство. Эта задача была уже под контролем людей.
На взгляд Лары, люди не слишком ценили неповторимость и уникальность животных.
Улицы были покрыты гладким асфальтом, по которому могли ходить только люди. Куда ни глянь, квадратные глыбы упираются в поросшие кустарником склоны холмов, не давая возможности укрыться от посторонних глаз. Животные ничего не могли поделать с искусственно переделанными улицами.
– Постепенно им пришлось смириться с ограничениями. – В голосе Джерона прозвучали мрачные нотки. – Хотя сейчас мы называем их любимцами, раньше их называли просто домашними животными. Это существа, которые могут выжить только за счет того, что выглядят мило и проявляют дружелюбие к людям.
Лара даже не хотела представлять, какой была бы жизнь на Земле, если бы так называемое человечество не занимало доминирующее место в пищевой цепочке. Она была в ужасе. Конечно, скитальцев по-прежнему много. Но если человек посчитает их достойными приручения, он примет их в свою семью. Как вы это называете... селекция?
Скитальцы. Ларе казалось, она примерно понимает, о ком идет речь. В основном это были уличные животные. Несчастные существа, которые разрывают шуршащие пластиковые пакеты, оставленные людьми, в попытках утолить отчаянный голод.
– Формально – конечно. У людей тоже относительно простые потребности, если не считать потребности плодиться и размножаться. Так что, возможно, именно поэтому им комфортнее с животными, которые так непорочны. Они милые, их легко порадовать... Правда же? В итоге все остались довольны.
Лара невольно нахмурилась. Даже если объедки человеческой еды вкусно пахнут и наполняют голодный желудок, это все равно всего лишь человеческая еда. В любом случае это было непростое время для тех, кто хотел оставаться верным своей природе.
– Ладно. Допустим, ты прав в какой-то мере. Однако...
– Пути назад нет.
В это мгновение Лара многое прочла в его глазах. Другие слова были не нужны. В мире, который так сильно изменился, жизнь животных уже никогда не будет прежней.
– Тогда расскажи мне, почему кругляши находятся внутри выпечки.
– Это очень хороший вопрос. – В глазах Джерона появилось воодушевление, а хвост слега подрагивал. – Это длинная история, но я надеюсь, что ты будешь внимательно слушать. Не так давно от бога скорби, небесного бога смерти, пришло необычное сообщение с просьбой начать оказывать особые услуги душам. Не знаю, поверишь ли ты, но бог[7] существует.
Манё, сидящая рядом с ним, издала короткий смешок. Она быстро оправдалась, сказав, что это вышло случайно, и махнула рукой. В ответ на ее внезапное поведение зрачки Джерона расширились, а усы вздернулись.
– В любом случае боги посчитали, что мы должны присмотреться и изучить этот новый вид, который начал стремительно распространяться. Я думаю, для существа, которое не является человеком, очень важно стать его другом или членом семьи.
– Зачем богам уделять им такое внимание?
– Именно они отвечают за рождение, смерть и распределение всех душ.
– Распределение всех душ?
– Больше всего в мире боги ценят равновесие. Они очень щепетильны в отношении того, какую форму жизни примет душа. Они наблюдают, как существа меняются, и готовят их к перерождению. Ну, это немного сложная тема, поэтому мы оставим ее на потом. Прежде всего я хотел, чтобы ты воспринимала это с точки зрения особого контроля над новым видом. Так у них появилось свое название – кругляши.
Казалось, Джерон очень хотел донести мысль, насколько это дело важно для богов.
– Почему их так назвали?
Тут вмешалась Манё и насмешливо пропела:
– «О мой милый, мой малыш». Их же назвали так, потому что всю свою жизнь они получали только любовь? Ха-ха-ха. Наверное, на небе одни старики, и они просто не смогли придумать другое название.
Джерон проигнорировал язвительную шутку Манё и, не отрывая взгляда от Лары, продолжил:
– Как бы то ни было, возвращаемся к вопросу, почему кругляши были помещены в выпечку. Их бесплотным душам необходимо было придать форму, чтобы гарантированно передать их в руки клиентов. Идея была очень простой. Боги рассудили, что выпечка – наиболее надежный и привычный предмет, клиенты могут съесть их сразу после покупки, благодаря чему вероятность их утери минимальна.
– Почему обязательно нужно съесть выпечку?
– Это необходимо для того, чтобы высвобожденная из нее душа, попав в тело клиента, могла проявить свою силу. Единственный способ организовать встречу живых и мертвых – это прямое взаимодействие.
– Понятно. Буду считать это чем-то вроде одержимости духом. Тогда следующий вопрос. Кажется, те двое легко друг друга узнали. Как это возможно? Нет, как вообще можно найти эту пекарню? Это ведь далеко не самое приметное место.
– Ладно. Думаю, это тоже можно объяснить сейчас.
Лара терпеливо ждала его следующих слов.
– Ты когда-нибудь слышала истории, в которых мертвые являются во снах и просят оказать им последнюю услугу?
– А... да. После смерти мама несколько раз появлялась в моих снах.
– Тогда ты легко поймешь. Таким же образом кругляши являются к своим хозяевам во сне и просят их прийти в пекарню. Клиенты приходят сюда, видят выпечку, которая принимает максимально приближенную к их питомцам при жизни форму, и выбирают именно того, кто им нужен. Иногда они не могут их найти самостоятельно, как тот мужчина, что приходил. Тогда мы можем им помочь. Клиенты отдают небольшую плату и забирают своих кругляшей. И в эту же ночь они опять видят сон. Хотя скорее это мир фантазий, созданный кругляшами, а не сон.
– Не сон, а мир фантазий?
– Да. Они отправляются в тот мир, чтобы провести последние часы вместе с душами своих питомцев. Люди принимают их за осознанные сны. Но на самом деле это другое измерение и все происходящее реально. На духовном уровне, конечно.
Лара неуверенно кивнула, размышляя, как это все сложно.
– Угу... следующий вопрос. Обычно у выпечки есть срок годности. У них он тоже есть?
– В яблочко! Ты права. Они остаются здесь на сорок девять дней по человеческому времени и на семь дней по времени души. У нас есть специальное задание, обусловленное временем души.
– Специальное задание?
– Да, наша настоящая работа. Мы помогаем кругляшам исполнить их последнее желание. Каждая душа уникальна, но все, кто рождается и умирает, в момент смерти загадывают свое последнее желание. Тебя это тоже коснется. Но взаправду это не такое уж грандиозное желание. Большинство из них самостоятельно исполняют свое желание и быстро отправляются в следующее путешествие – в загробный мир. Но кто-то должен помочь им на этом пути. Вот зачем существуют такие, как мы.
– Мы?
– Точнее, сила, как у нас. Например, способность совершать религиозные обряды или заимствовать силу шаманов. Ну и, конечно, мы имеем официальную лицензию, полученную от небожителей, но это уже совсем другая история.
– В целом понятно. Так, и какие желания они загадывают?
– Самые разные. Если привести конкретные примеры, то один хотел снова попробовать торт с муссом из сладкого картофеля, который приготовил ему хозяин на день рождения. Другой хотел снова пройтись по району, где при жизни гулял каждый день, и проверить, остались ли на прежнем месте его метки. Третий хотел показать, что его смерть совсем не так печальна. По большей части они хотят, чтобы покинутые ими семьи и друзья ни о чем не волновались и жили счастливо.
– А-а... Оказывается, желания вполне конкретные и очень трогательные. Но что, если клиент не сможет приехать в пекарню?
– Это тоже очень хороший вопрос. Именно с этого начинается наша работа.
Джерон взобрался на полку с выпечкой и сделал несколько неторопливых шагов, пока не добрался до нужного места. Там лежала тарталетка, казавшаяся при ближайшем рассмотрении необычайно блеклой и тусклой по сравнению с остальными изделиями.
– У нее осталось не так много времени. Если ее желание не будет исполнено, она засохнет, как черствый хлеб. Даже если ей удастся перебраться в загробный мир, ее неисполненное желание останется с ней. И когда придет время перерождаться, она появится на свет с недостаточно чистой душой. И это обязательно повлияет на ее следующую жизнь. Испорченные семена, посаженные в промерзшую землю, не дают нужных плодов. Еще три дня. У нее осталось всего три дня, а за ней никто не приходит. Что бы ты сделала в этой ситуации?
– Ну, есть несколько вариантов. Во-первых, мы можем доставить ее клиенту или привезти клиента сюда?
– Отличный ответ. Это именно то, что мы делаем. Небожители поручили нам довести каждого кругляша до конечной смерти. Поэтому мы ни в коем случае не должны допускать ситуации, при которой у нас остается выпечка, – пояснял Джерон, обводя взглядом лежащие на полках булочки.
– Чертовы старики, вечно рыскают в поисках новой марионетки, да еще навязывают свои дурацкие условия.
– Эй, следи за языком! – низко прорычал Джерон в ответ на едкость Манё.
Манё метнула на кота яростный взгляд и уперла руки в бока.
– Следить за языком? Ха, какая наглость! Этого ты от меня ждешь? Эти мерзавцы какое-то время бродили по окрестностям, прежде чем ворваться к нам и зажарить духа моей семьи. Они захватили мой дом. И что потом? Они приказывают немедленно открыть пекарню, потому что на небесах закончились сотрудники? Что за бред?
Лара вопросительно уставилась на Джерона. Но тот сидел с полуоткрытыми глазами и делал вид, будто ничего не происходит.
– А в довершение всего они притащили кучу мерзких гоблинов и приказали испечь гречневый хлеб, даже не гречневое желе, и устроить пир.
– Гоблинов?
– Ага, и пригрозили, что они никогда не уйдут, если я этого не сделаю. Ну что за банда разбойников... – изливала душу Манё.
Джерон лениво зевнул, всем своим видом выражая скуку. Его реакция только еще больше распалила Манё, она злобно пообещала, что будет напоминать ему об этом при каждом удобном случае. Лара подумала, что помимо взаимной неприязни между ними есть что-то еще, и тихонько переместилась ближе к абрикосовой тарталетке. Тарталетка искоса взглянула на приблизившуюся Лару, а затем равнодушно свернулась калачиком. Вид у нее был, мягко говоря, не слишком уверенный. Лара подняла палец и мягко провела им по ее спине, медленно погладила шерстку. Тарталетка слегка вздрогнула, но вскоре постепенно начала расслаблять плотно прижатые к телу голову и лапы.
– У тебя очень хорошо получается. Так и думал, они никогда не ошибаются! – восхищенно воскликнул подкравшийся Джерон. Лара догадалась, что «они» – это боги.
– Но почему они решили, что именно я должна стать сотрудником пекарни?
В предвкушении объяснений в глазах Джерона загорелись искорки, а переносица пару раз дернулась.
– Во-первых, я уже убедился в твоем таланте.
– В моем таланте?
– Да. В твоем совершенном и удивительном таланте.
Брови Лары сдвинулись к переносице. Она понятия не имела, какой такой совершенный талант она успела проявить и когда. Пока Лара была погружена в раздумья, сидящий на полке Джерон оторвал зад от полки и вытянул задние лапы прямо к потолку. Он выпрямил туловище и слегка вилял вздернутым, с загнутым кончиком хвостом. Лара сосредоточила все свое внимание на хвосте Джерона. Заметив взгляд Лары, Джерон встал к ней спиной и повернул голову.
– Прошлая ночь. Вспомни день, когда ты впервые встретила меня.
Лара встретилась взглядом с Джероном и почувствовала, как в голове у нее помутилось. Прошлая ночь... При этих словах в сознании Лары появились образы необычайно яркой луны и двух янтарных кошачьих глаз.
– Это был не сон... – растерянно пробормотала Лара, открыв глаза.
Перед глазами уже простирался переулок, расположенный за ветхим домом, где она жила.
– Туда, смотри туда, – шептал Джерон, внезапно оказавшийся на ограде.
Там, растянувшись на холодном асфальте, жалобно мяукала мама-кошка с полосатым серым котенком.
– Вот оно! Да, это те, кого ты спасла в тот день. – Лара удивленно посмотрела на Джерона. – Помнишь? Вопли, которые ты тогда услышала?
– Да, она так умоляла спасти их... Погоди, но кто это говорил? Неужели тогда я тоже...
– Да. Уже тогда ты слышала голос души. Жизнь той мамы-кошки висела на волоске. Как тебе известно, кошки не могут говорить человеческим голосом.
Глаза Лары широко распахнулись. Когда воспоминания, которые она приняла за сон, нахлынули на нее, она поняла, что все сказанное Джероном было правдой. В этот момент раздался отчетливый звук шлёпка по асфальту.
– Этот звук...
– Да, это ты.
Лара почувствовала себя странно, когда увидела себя же, появившуюся из-за угла, в одежде, впопыхах наброшенной поверх ночной рубашки. С напряженным выражением лица Лара торопливо приближалась к кошкам, чтобы проверить, в каком они состоянии. Ее глаза сузились, когда она увидела разбросанные вокруг нетронутые консервы с кошачьей едой. Мама-кошка лежала с пузырьками слюны в уголках рта. Было очевидно, что кто-то намеренно отравил ее. Лара безучастно наблюдала за тем, как ее копия подбирает едва дышащих маму-кошку и котенка.
– Я говорю это только сейчас, но спасибо тебе. Если бы не ты, эти двое, скорее всего, не выжили бы.
Лара смущенно улыбнулась. Как ни странно, она не помнила, что именно произошло дальше. На ее пути появился Джерон, она последовала за ним в ветеринарную клинику, а потом... Лара тряхнула головой. Мысленно оглядываясь назад, она осознала, что с того дня ее жизнь наполнилась странными событиями. Почти каждый день на пороге ее дома появлялись тела мертвых животных, которые, казалось, просто крепко спали. А иногда она чувствовала, как соседские кошки и птицы особенно приветливо встречали ее на улице.
«Из-за этого мне приходилось каждое утро носиться с лопатой по общественному кладбищу на холме».
Погруженная в свои мысли Лара внезапно снова очнулась в пекарне. В этот момент, не встречая никакого сопротивления, Джерон тянул ее куда-то, ухватив за рукав. Он подтолкнул Лару к абрикосовой тарталетке.
– А теперь давай перейдем к практике!
– Стой, практика? Я пока не...
– Для начала нам нужно подписать трудовой договор и...
«Это еще что такое?» – Лара в недоумении нахмурила брови.
Она ни за что не хотела связываться с этими странными существами, ей было непонятно, как в таком неприметном захолустье могла появиться подобная пекарня. Как бы то ни было, Лара отличалась от своих сверстников. Те вещи, которые другие воспринимали как должное, для Лары были чем-то из ряда вон выходящим. Когда Лара оканчивала начальную школу, бизнес ее отца прогорел, и семья переживала не лучшие времена. Тогда же умерла мама. Лара не успела подготовиться к новым занятиям и, перейдя в среднюю школу, часто не справлялась с учебой. Учительница заверила, что она может спрашивать ее обо всем, что ей непонятно. Это обещание заботы казалось Ларе ее единственным шансом стать нормальной. Но другие дети, уже успевшие усвоить основную программу, вопреки ожиданиям Лары, видели в ней капризную девчонку, которая пытается привлечь к себе как можно больше внимания, донимая учителя вопросами.
«Даже сегодня. Я просто хотела поделиться своими материалами, а они начали шептаться за моей спиной».
На урок рисования попросили принести старые журналы и газеты, чтобы сделать коллажи из вырезок. Сэа ничего не подготовила к уроку, и учитель предложил Ларе поделиться с ней своими материалами. Лара согласилась, но ответом на дружелюбие стали лишь упреки, что она нищенка, которая собирает макулатуру. А теперь Лара находится в компании Манё, говорящего кота, кругляшей и небожителей. Да еще оказалось, что у нее есть удивительные способности. Похоже, ее пытались втянуть во что-то настолько необычное, что никак не вписывалось даже в рамки самого «необычного».
– Ты можешь отказаться, если не хочешь, – сказала Манё положив перед ней контракт и ручку, которую до этого крутила в пальцах. Лара остановила широко распахнутые глаза на Манё. – Но ты больше никогда не получишь такое предложение. Я ведь тоже довольно занятой человек, – добавила Манё, бросив короткий взгляд на ряды кругляшей. – Я не хочу лишать тебя возможности жить нормальной жизнью.
Ее слова звучали искренне. Лара молча кивнула. Ей даже показалось, что взгляд Манё изменился и теперь она смотрела на Лару по-другому.
– Смотри, как она старается! Как похвально. Но только это не твое дело, не влезай туда, где тебя по головке не погладят. Небеса уже все решили, – безапелляционно заключил Джерон.
Манё недовольно фыркнула.
– Ты так говоришь, потому что с ними заодно. А говорил, ничего страшного, если она откажется.
– Не смей больше переступать черту.
– Ой, посмотрите, какой страшный, ужас. Думаешь, прожив шестьсот лет, я все еще испытываю страх?
Лара удивленно уставилась на Манё. Как можно поверить, что ей уже 600 лет? Напряженная атмосфера смутила Лару, она сидела тихо, стараясь не привлекать лишнего внимания. Они еще обменялись несколькими колкостями, пока наконец не отвернулись друг от друга. Манё больше не издала ни звука. Зрачки Джерона расшились, а усы распрямились так, что их можно было легко пересчитать.
– Ты забыла, что написано в нашем контракте?
Слова Джерона заставили Манё вздрогнуть, словно от удара. Манё поджала губы, ее глаза сузились и так ярко заблестели, что казалось, она готова тотчас убить Джерона.
Вдруг раздался чужой голос:
«Погладь меня».
Стремительно нараставшее напряжение спало от одной фразы. Лара и Джерон сразу поняли, кому принадлежит голос. Абрикосовая тарталетка незаметно примостилась рядом с ними, перебирая ярко-оранжевый пух своим маленьким желтым клювом. Она издала довольный писк. Лара была так ею очарована, что принялась помогать приводить в порядок перышки. Тарталетка стала забавно поворачивать голову в стороны и закрыла глаза от удовольствия.
«Ты нужна нам».
Лара почувствовала кончиками пальцев слова, доносящиеся из самой души тарталетки, и немного отодвинулась.
– Все нормально. Послушай, что она еще скажет, – объяснял Джерон.
Манё по-прежнему не смотрела на них. Лара окинула взглядом кота и ведьму и переключила все внимание на тарталетку.
«Нам тоже! Нам тоже ты нужна!»
«Мне так нравится, как ты пахнешь!»
«А можно мне тоже лизнуть?»
Лара изумленно переводила взгляд с одного кругляша на другого. Манё осторожно приблизилась к Ларе и тихо произнесла:
– Они полностью пробудились, теперь ничего не поделать.
– Пробудились?
– Да. Обычно я едва ощущаю их свет и энергию. В отличие от тебя я не могу видеть их истинную форму, не могу дотронуться до них или услышать их голоса. Но теперь ты увидела, на что ты способна. Возможно, тебе просто стоит послушать их и принять все это.
– А... И что же мне теперь делать?
– Ты должна принять решение. Сама.
В этот момент послышался звук открываемой двери. Лара и Манё прервали разговор, чтобы посмотреть на вошедших. В пекарню вошли три женщины, каждая с выражением настоящей печали на лице.
«Пи-и-и!» – вдруг раздался резкий звук, словно кто-то подул изо всех сил в свисток. Лара зажала уши. Источником этого оглушительного свиста оказалась та самая абрикосовая тарталетка. Стоило клиентам переступить порог пекарни, как она начала издавать пронзительные высокие звуки, привлекая их внимание. Со страдальческой гримасой Лара шептала тарталетке, чтобы та прекратила. Но абрикосовая тарталетка всеми силами продолжала. Лара попыталась уговорить ее снова, но тарталетка только выше задрала голову и стала изо всех сил хлопать крыльями.
– Остановись, пожалуйста. Это не поможет твоей семье найти тебя быстрее.
Но она продолжала верещать на всю пекарню. Внезапно тарталетка сменила тактику и запела более мелодично. Но гостьи были так глубоко погружены в печаль, что совершенно не замечали тарталетку. Они вытирали друг другу слезы, лишь мельком бросая взгляды в сторону разложенной на полках выпечки. Весь их вид говорил, что они сами не понимали, зачем вообще пришли в пекарню.
– Извините... если вы пройдете сюда...
– Милая, прости, но не могла бы ты оставить нас в покое? Мы сейчас переживаем очень печальное событие.
– А... я... это...
– Онни[8], просто выбери что-нибудь. Мы же проделали весь этот путь просто потому, что тебе вдруг захотелось мучного. Даже удивительно, как ты нашла в себе силы на это.
– Я тоже не понимаю, почему сюда пришла. Может, просто уйдем? Нет, тебе же с мамой тоже надо что-то поесть. Последние дни мы почти ничего не ели. Давайте просто выберем что-нибудь и пойдем.
Затем они взяли подносы с щипцами и начали без разбора накладывать выпечку. Лара даже не успела вмешаться. Они не понимали, что именно им нужно. Затем снова раздался громкий, подобный сирене, вой. Лара резко повернулась к тарталетке. О боже! Тельце тарталетки начало медленно подниматься в воздух! Лара в панике бросилась к ней. Она одним движением схватила тарталетку, когда та оказалась на уровне груди, и протянула женщинам.
– Это фирменное блюдо нашей пекарни!
Все изумленно уставились на Лару, когда она выкрикнула эти слова с закрытыми глазами, вытянув руки вперед.
– А... нет... это правда... очень... вк-вкус...
– О боже...
– Это нелепо!
– Мама, это абрикос там сверху? Абрикосы – любимое лакомство нашей Солнышко. Боже мой, разве она не похожа на нее?
– Онни, это просто смешно, это же... Ох, почему я вдруг так расчувствовалась? Кажется, будто я смотрю на наше Солнышко.
Самая старшая из них приняла из рук Лары Солнышко и осторожно ее погладила. Оказавшись наконец-то в долгожданных объятиях, Солнышко прижалась к руке женщины и тихо защебетала. Пока они были всецело увлечены абрикосовой тарталеткой, Лара незаметно переместила их полные выпечки подносы в другое место.
– Думаю, это нам подойдет, – торопливо сказала одна из женщин.
Тарталетка полностью завладела их вниманием, и они позабыли о только что набранной выпечке. Манё приняла конверт с деньгами и рассказала о мерах предосторожности. Обязательно до конца сегодняшнего дня разделить между собой тарталетку и съесть ее. Потом погрузиться в глубокий сон. Когда во сне явится Солнышко, обязательно выслушать ее желание. При возникновении проблем позвонить по номеру, указанному на визитке.
Манё протянула им плотную фиолетово-черную карточку, идеально подходившую ее имени. Покидая пекарню, женщины выглядели еще более ошеломленными.
Когда вся суета оказалась позади, Лара сделала глубокий вдох:
– Это было очень круто. – Позади нее кто-то выскочил из ниоткуда. Это был Джерон. – О боже! Ты до смерти меня напугал. Нельзя так резко появляться.
– Хи-хи. Прости. Я был так доволен тобой, что даже не подумал. Кругляш, которого только что забрали, погиб в результате несчастного случая. Он вылетел в открытое окно и разбил голову об окно другого дома. Вероятно, оказавшись на улице, он растерялся от обилия незнакомых звуков.
– Понятно...
– Вот почему семья так убита горем. Они винят в произошедшем себя.
Лара чувствовала, что может их понять.
Потеря кого-то дорогого в результате несчастного случая, особенно если это член семьи, оставляет в душе пустоту, глубина которой не поддается измерению.
Именно такой была пустота после потери мамы.
– К слову, ты услышала что-нибудь о желании Солнышко?
Лара покачала головой. Ничего определенного в голову не приходило.
– Думаю, мы еще не дошли до этого. В любом случае ты отлично справилась сегодня. Спасибо, – похвалил Джерон, толкая головой Ларину ладонь.
Его голова казалась крепкой, но в то же время мягкой. Лара погладила Джерона, ощущая исходящее от него тепло.
– Что ты решила? Возьмешься за эту работу? – спросила Манё, скрестив руки на груди.
Лара неуверенно кивнула. Манё смерила ее взглядом, а затем, щелкнув пальцами, усадила на стул. Ведьма взяла договор и подписала его.
– Условия простые. Сначала скажи одно свое желание. Оно может быть абсолютно любым.
– Обычная школьная жизнь.
Вращающееся все это время перо вдруг замерло над рукой Манё. Она тяжело вздохнула, ее плечи опустились.
– Почему ты хочешь загадать такое желание?
– Я всегда была не совсем обычной. Я не могла делать все то, что для других детей было нормой. У меня не было ни денег, ни родителей... Не думаю, что моя жизнь когда-нибудь станет нормальнее. Особенно благодаря этой пекарне. Поэтому я хочу быть как все хотя бы с ровесниками. Вы же сами сказали, что мне нужно поменять обувь. Вы сказали, что будете выплачивать мне зарплату. Думаю, как минимум внешне я смогу выглядеть нормально. Поэтому я просто буду работать. Здесь.
– Хорошо. Это вполне неплохое желание, если подумать.
Лара коротко кивнула. Манё написала желание Лары красными чернилами на листке с надписью
А затем протянула его Ларе. Для официального документа он выглядел довольно топорно, но Лара аккуратно подписала его с тем энтузиазмом, с каким подписывают договор на первой в жизни работе.
– Положи его в свою сумку и всегда носи с собой.
– В моей сумке?
– Да. И хватит переспрашивать. Я слишком истощена, чтобы все повторять дважды.
– А... да.
От резкой перемены в поведении Манё Лара замолчала и смиренно протянула руку за договором. В этот момент он начал мерцать серебристым свечением, а верхний уголок задрожал. Лара быстро отдернула руку, недоумевая, что, черт возьми, происходит. В этот момент Манё подула на него. И вдруг только что трепещущий договор начал медленно подниматься «на ноги». Через мгновение он полностью поднялся и предстал перед уставившейся на него Ларой. Слегка покачиваясь, договор стал медленно обходить стол. Вид неуверенно шагающего договора, использующего в качестве ног загнутые уголки листа, вызывал одновременно смех и недоумение.
Лара подумала, что ей было бы легче, если бы все, что она сегодня увидела, оказалось сном. Она неуверенно улыбнулась, наблюдая за шатающимся контрактом. Манё молча следила за ними обоими. Теперь, когда контракт более-менее приспособился к ходьбе, он встал прямо и начал поворачиваться верхней частью листа в разные стороны. Казалось, он что-то искал. Затем он резко повернулся к Ларе. Лара чуть не вскрикнула от неожиданности. Договор, покачивая верхней частью листа с надписью «Контракт», кивнул, как если бы пришел к какому-то умозаключению.
– Он пытается определить, являешься ли ты контрагентом, – подала голос хранившая все это время молчание Манё.
– Так как мне теперь...
– Я уже объяснила тебе. Открой сумку.
– А!
Контракт выразительно кивнул верхней частью листа, словно подтверждая слова Манё. Лара поспешно открыла сумку, и, покачиваясь, лист начал растягиваться. Договор стал высоко подпрыгивать, разбежался, откинув назад верхнюю часть, и бросился вперед. Скручиваясь в трубочку, он взмыл в воздух. В мгновение ока он пролетел по дуге и со свистом упал прямо в сумку. Идеальное приземление. Лара и кругляши, ставшие свидетелями этого полета, восторженно захлопали.
– Ну что, завтра на работу? – уточнила Манё, глядя на повеселевшее лицо Лары.
Лара с улыбкой кивнула. Манё стала убирать посуду и приводить в порядок пекарню, намекая, что на этом ее рабочий день закончился. Она остановила девочку, которая тут же вскочила с места, чтобы помочь с уборкой. Манё сложила на поднос посуду и приборы со стола. Оказавшись на подносе, они издавали звон и бряканье при каждом движении.
Мягкие шаги Манё по паркету, неясные очертания старой винтовой лестницы, камин, который будет согревать своим огнем с приходом зимы, – все это идеально сочеталось между собой и дарило ощущение комфорта и уюта.
«И с завтрашнего дня я буду работать в таком месте».
Лара начала собирать сумку. Когда она потянулась к молнии, чтобы закрыть сумку, договор зашуршал, но тут же затих.
– Я пойду...
– Подожди! – выкрикнула Манё, выбегая из кухни и на ходу вытирая руки о фартук.
Ведьма раскрыла ладонь, подула на нее и сделала движение, словно кидала что-то в сторону Лары. Вдруг девочка почувствовала слабое движение воздуха вокруг нее. Теплый и мягкий ветерок высушил одежду Лары и согрел тело, оставив после себя приятный аромат.
– Ух ты!
– Ничего особенного. Это тоже возьми.
Манё достала что-то черное и тонкое и с хлопком положила на ладонь. Легким движением руки она раскрыла перед лицом Лары роскошный веер, от которого исходило слабое сияние. Лара успела издать лишь короткий восторженный возглас, как Манё протянула ей веер. Он был расшит золотыми и серебряными нитями, а посередине были вышиты красные цветы и синие бабочки. Лара с восхищением рассматривала каждый узор. Она так увлеклась, что чуть не выронила его.
– Осторожно, не выпускай его из рук.
Манё сжала веер. Лара кивнула, глядя на вышитых бабочек, которые внезапно ожили и свободно запорхали между пластинками веера.
– Несмотря на его внешний вид, у него далеко не самый легкий характер. Если ты случайно уронишь или потеряешь, он обидится и некоторое время не будет отвечать на твой зов. Изготовивший веер мастер разместил на нем этих бабочек специально для меня. Поэтому он считает меня своей хозяйкой. Прямо как твой контракт.
– А... но почему вы даете мне что-то настолько ценное?..
– Я одолжу тебе его ненадолго. Когда ты выйдешь за дверь, сделай ровно три шага и сложи веер. Когда ты продолжишь идти, то окажешься дома гораздо быстрее, чем ты могла бы себе представить.
– «Гораздо быстрее» – это насколько?
– Ну, настолько, что у тебя взлетят брови.
– О, это очень быстро. Ха-ха.
– А теперь давай иди уже отсюда.
– Ой!
Когда Манё открыла дверь, чтобы выпроводить Лару, веер как будто расправился еще больше. Лара оторопела, почувствовав, что веер сам по себе шевелится в ее руке. Но Манё успокоила Лару, сказав, что он просто разогревается перед началом движения, и быстро вытолкнула ее за дверь. Оказавшись на улице, Лара растерялась и смущенно попрощалась с Манё. Та в ответ лишь улыбнулась, сдерживая смех. Лара подняла взгляд на небо. Дождь наконец-то перестал лить. Девочка осторожно зашагала. Один, два, три!
Сделав последний шаг, Лара быстрым движением сложила веер. В одно мгновение земля искривилась. Потрясенная Лара задержала дыхание и обернулась. Манё жестом отправила ее дальше. Лара вновь посмотрела на землю и тяжело сглотнула. Казалось, перед ней лежал большой плотно сложенный аккордеон. Лара почувствовала исходившую от веера энергию и осмелилась продолжить путь. Сделав глубокий вдох, она поставила одну ногу на сжавшуюся землю. Внезапно Лара почувствовала, как что-то с невообразимой скоростью подхватило ее ноги. Она хотела закричать от испуга, но тут же вместо крика с ее губ сорвался радостный возглас. Как только девочка обрела контроль над своими шагами, она начала получать удовольствие от скорости, на которой стремительно уносилась от пекарни.
Когда след Лары простыл, Манё почувствовала дуновение прохладного ветерка. Дверь пекарни с необычной остроконечной крышей громко захлопнулась.
Глава 3. Пуноппан[9] с клубникой и кремом
– Прошло уже полтора месяца с того дня, как ты впервые вошла сюда, – сказал Джерон, представляя Ларе вновь прибывших кругляшей.
– Не думала, что время пролетит так быстро, – ответила девочка, приветствуя последнего вошедшего.
С тех пор многое изменилось. Сейчас Лара уже могла позволить себе покупку одежды и смартфона, как любой другой подросток, и не выделялась из толпы. У нее по-прежнему не было друзей, но ее это устраивало, потому что появилось свое уютное пространство в виде пекарни. Лара ходила на работу в пекарню почти каждый день, и первое, что она делала, – подметала и мыла полы. Потом здоровалась со всеми кругляшами, спрашивала, как у них дела. Если какая-то булочка оказывалась не на своем месте, Лара возвращала ее на прилавок и красиво выкладывала. Время от времени она помогала Манё. А в дни, когда пекли хлеб, Лара получала особое удовольствие от поедания вкуснейшего свежеиспеченного кусочка хлеба.
– Похоже, наши новые друзья влюбились в тебя с первого взгляда.
Кругляши стали подпрыгивать вверх-вниз, словно желая продемонстрировать Ларе свою симпатию. Подобно детям на пикнике, они возбужденно шумели каждый на свой лад. Лара улыбнулась, мягко касаясь ладонью их чистых и сияющих, как солнечный свет, душ.
«Это так приятно! Рука такая теплая!»
«Рука интересно пахнет. Но в следующий раз я хочу узнать о тебе больше».
«Я уже облизал всю ладонь!»
– Всем спасибо за знакомство. Давайте хорошо проведем эту неделю, – ответила им Лара, и кругляши замерли от удивления. А потом все они отреагировали одинаково.
«О боже! Человек говорит на нашем языке!»
В какой-то момент Лара осознала, что может свободно общаться с кругляшами, не испытывая при этом никаких трудностей. Этому послужило многое. Например, Манё обучала Лару основам восточных искусств и медитации, а Джерон преподал ей краткий, но содержательный курс по общению с душами. Вдруг послышался всплеск. Рыбка Золотко начала рассекать воздух, исследуя каждый сантиметр пекарни.
– Ну почему она постоянно это делает?
В это же время вдалеке послышалось тихое ворчание. Это была Манё. Ларе показалось, что сегодня подготовка длится дольше, чем обычно, и поспешила на кухню, чтобы проверить, как там Манё. А рыбка поплыла по воздуху, следуя за ней.
– Ой! Золотко, тебе туда нельзя. Начальница не любит, когда кругляши заходят на кухню.
– Почему? Мне же тоже любопытно. Хочу увидеть, как меня испекут.
– Все равно нельзя.
Лара была непреклонна. Но рыба продолжала уговаривать Лару пустить ее только разок, кружа перед ней и вырисовывая в воздухе восьмерку. Лара покачала головой, и Золотко, насупившись, улетела прочь. Лара шагнула на порог кухни. Внутри царил хаос. Четыре емкости с тестом уже были выставлены снаружи, а на полках повсюду были разбросаны горячие противни, испускающие обжигающий жар.
– Это сколько вы уже испекли? – изумленно спросила Лара.
Манё обернулась к ней, вытирая пот со лба. Она выглядела совершенно измотанной.
– Ха... Без понятия.
– Могу я спросить, что случилось?
Лара осторожно приблизилась к Манё. Пространство вокруг нее было наполнено приятным сладким ароматом.
– Разве там... не Золотко? – Озадачившаяся Лара посмотрела за плечо Манё.
– ?..
Да, это точно она. Лара поняла, что сказала лишнего. Осознав ошибку, она поспешно ретировалась с кухни.
– Ну как? Как я выгляжу? – Золотко так и распирало от любопытства.
– А... ну, хорошо.
– Правда? Красиво? Похоже на меня? Ты правда не можешь мне сейчас показать?
Нескончаемый поток вопросов утомил Лару. Золотко с напряженным ожиданием вглядывалась в ее лицо.
– А! Слушай, Золотко, это не главное. Прямо сейчас у нас есть срочное дело. Следуй за мной.
Лара выдавила из себя улыбку и увела Золотко как можно дальше от кухни, а взглядом велела Джерону пойти на кухню. Сегодня Манё работала на износ. Два часа она возилась с раскаленной духовкой, пытаясь снова и снова испечь идеальный пуноппан. Один раз вышел не то тост, не то булка. Другой – не то ан-пан[10], не то пуноппан без хвоста. Даже с поломанным хвостом пуноппан выглядел очень аппетитным, его бока были в меру пухлыми, а цвет золотисто-коричневый. От него исходил сладкий и в то же время свежий аромат клубники.
– Так что нам нужно сделать? Ты же не пытаешься просто отвлечь меня, потому что боишься, что я войду на кухню? – Золотко оказалась прямо перед носом Лары.
– Нет! У нас правда есть важное дело.
Снова послышался всплеск. Золотко крутилась вокруг Лары и с подозрением вглядывалась в ее лицо.
– Информация о тебе и твоем хозяине! Нам нужно обязательно все выяснить и записать сюда, – тараторила Лара, открывая и листая отложенный ранее в сторону толстый, как энциклопедия, журнал.
– С чего мне следует начать? С рождения? Или с моего самого любимого занятия?
– А-а... Нет, можешь не рассказывать. Я просто посмотрю.
– Что?
– Тогда я смогу узнать все-все твои воспоминания.
– А ты можешь? Как?
– Долго объяснять. Но если вкратце: если ты решишь показать мне свои воспоминания, а потом пройдешь через мое тело в любом месте, то я буду видеть твои воспоминания, как если бы я стала тобой.
– Хорошо. Давай попробуем.
С этими словами она взмахнула плавниками, как будто в происходящем для нее не было ничего особенного. От умиления Лара украдкой хихикнула.
– Поехали! – воскликнула Золотко, паря в воздухе и виляя кончиком хвоста. После чего она резко дернулась назад.
Рыбка пролетела через правую руку Лары. В этот момент в голове Лары все померкло, словно все ее чувства отключились, по телу пробежали мурашки. Это было ощущение незнакомой жизни, принадлежавшей кому-то другому.
Воспоминания нахлынули потоком, как будто кто-то быстро разматывал пленку фотоаппарата. Ларе казалось, что ее сердце вот-вот разорвется. Чувствуя, что ее тянет куда-то вниз, на дно, ошарашенная Лара активно замахала хвостом.
Когда тело начало снова подниматься, вторя движениям Золотко, раздался чей-то короткий возглас. Перед Ларой появилась одетая в комбинезон маленькая девочка с двумя забавными косичками. Она подняла руку и принялась пальцем следовать за Ларой. В какой-то момент, наоборот, Лара стала двигаться за пальцем ребенка.
– Мама! Папа! Онни! Смотрите! Она повторяет за мной!
Вся семья собралась около девочки. Находясь в теле Золотко, Лара полностью сосредоточилась на копировании движений пальца радостной девочки. Кровь быстрее побежала в теле, она почувствовала радостное возбуждение, а сердце заколотилось громче.
– О, и правда! А еще она любимого цвета Джонсо – красного.
– Она очень красивая, Джонсо.
– Она станет членом нашей семьи?
Лара удивилась, увидев появившуюся последней высокую девушку. Это же девочка из ее класса! Лара запаниковала и потеряла способность думать. Тем временем к ней приблизился очень большой сачок. Лара почувствовала, как ее внезапно подхватили и подняли в воздух, отчего она еще больше растерялась. Бородатый хозяин магазина достал неуклюжими руками пластиковый пакет и не мешкая затолкал в него сопротивляющуюся Лару. Через некоторое время семья Джонсо вышла из магазина и села в машину. Быстро перебравшись на пассажирское сиденье, Джонсо начала трещать без умолку:
– Тот дядя в магазине сказал, что эта тропическая рыбка называется петушок.
– Смотрите, ее хвост похож на распустившуюся розу.
– Джонсо, ты каждый день выпрашивала котенка или щенка, как думаешь, рыбки тебе будет достаточно? – спросил сидящий на заднем сиденье отец. В ответ лицо Джонсо засияло от восторга, и она застенчиво кивнула. – Джонсо, как ты ее назовешь? Ты уже придумала?
– Онни! Теперь ее зовут Хан Золотко!
В момент, когда Золотко получила свое имя, Лара испытала то же радостное волнение, что и она. Маленькое сердце громко стучало, разгоняя кровь во всем теле. А затем она дернула носом и, повернувшись к Джонсо, начала открывать и закрывать рот.
– Посмотрите сюда! Кажется, Золотко тоже довольна!
Новый всплеск воды. Услышав, как радуется семья, Лара почувствовала, как кровь снова забурлила в ней. Мама за рулем, сидящие сзади папа и старшая сестра, обнимающая пластиковый пакет Джонсо на пассажирском сиденье – все они смотрели на нее с любовью.
«Их первая встреча была такой счастливой».
В момент, когда Лара купалась в этих эмоциях, все вокруг погрузилось во тьму.
– Золотко! Золотко!
Резкий крик Джонсо вырвал Лару из приятных воспоминаний. А сразу после этого она покинула водное ложе в форме цветка лотоса. За дверью раздался душераздирающий вопль. Послышался звук отпираемого замка и поворачивающейся ручки двери.
– Золотко, извини, что разбудила тебя. Но мама опять расстроилась. Я просто пыталась помочь.
Лара замерла на месте, слегка помахивая хвостом. Готовая вот-вот расплакаться, лицо Джонсо скривилось, и она всхлипнула.
– Я просто сказала маме, что у нее сегодня выходной день и я хотела бы поесть домашние пельмени. Но маме позвонили, она отошла... я хотела помочь и взяла муку... Но она вся рассыпалась...
По словам Джонсо, она схватила тряпку, чтобы вытереть просыпанную муку, но решила, что пылесос будет эффективнее. Пропылесосив, она хотела очистить контейнер для мусора и сняла его.
– Из-за муки и пыли он загорелся.
Лара прижалась носом к стенке аквариума, а когда к ней приблизилась Джонсо, радостно закружилась на месте. После того случая Джонсо часто прибегала к Золотко и делилась своими детскими переживаниями. Несколько лет назад родители открыли свой бизнес и постоянно были очень заняты. Есыль, старшая сестра, каждый день поздно приходила домой из-за подготовки к поступлению в школу искусств.
– Я все время одна дома. Если бы мне купили красивую сумку, она бы меня очень порадовала. Знаешь, в последнее время даже в школе меня дразнят из-за моей тревожности. Я просто хотела побыстрее со всеми подружиться, но они сказали, что я их раздражаю.
Джонсо была такой потерянной и одинокой.
«Должно быть, тебе очень больно, Джонсо...»
Тело Золотко энергично задвигалось. Это был призыв начать игру с пальцем. Джонсо вытерла бегущие по щекам слезы и подняла палец. Она прижала кончик пальца к стеклу аквариума и начала что-то выводить. Круг, звезда, цветок, мама, папа, сестра и Золотко. Через некоторое время лицо Джонсо озарилось привычной сияющей улыбкой. Слушая, как быстро стучит крошечное сердце Золотко, Лара осознала, что с каждым ударом сердца перед ней раскрывается все больше чувств и ощущений. Последнее, что успела ощутить Лара перед тем, как снова потерять сознание, – это сочувствие маленькой Джонсо, которая потеряла своего единственного друга.
– Почему я не могу дышать?
Как только она попала в новое воспоминание, жабры рефлекторно широко раскрылись. Но дышать легче не стало. Наоборот, от недостатка воздуха Лара почувствовала головокружение.
«Может, в воде что-то подмешано? Нет, мне не хватает кислорода».
Лара широко раскрыла рот.
Она проглотила как можно больше воды, а затем выпустила ее обратно. Но это не помогло восполнить нехватку кислорода. Золотко стала судорожно барахтаться в воде. Она отчаянно боролась за жизнь. Лара тяжело дышала, ощущала полную безнадежность положения Золотко. Из последних сил Золотко начала подниматься к поверхности воды, чтобы забраться на плавучую кровать. Но чем ближе ей казалась поверхность, тем дальше ускользало ее сознание, и казалось, ее тело куда-то уносит.
«Ничего не получается».
Лара уже отчетливо осознавала происходящее. Сейчас она проживает момент смерти Золотко. Ее охватил ужас. Опыт полноценного, пусть и непрямого, столкновения со смертью стал для нее совершенно неожиданным. Но даже в такой момент Лара пыталась запомнить как можно больше деталей. Темная комната, скетчбук, лежащий на кровати поверх девчачьего постельного белья. Под кроватью беспорядочно разбросаны цветные карандаши, рядом стоит письменный стол, а на столе – новая ярко-красная сумка, гордо выставленная напоказ... А дальше... внезапно появилась чья-то рука!
Лара в очередной раз потеряла сознание.
– Очнись! Золотко! Ты не можешь умереть...
Послышался чей-то плач. Придя ненадолго в себя, Лара осознала, что слышит голос Джонсо. Вероятно, это ее руку она видела последней. Кажется, Джонсо поменяла воду, и дышать стало гораздо легче. Но тело оставалось безжизненным.
– Как ты могла меня оставить... Как я без тебя...
Голос Джонсо то и дело прерывался. Это сознание Золотко периодически угасало. В какой-то момент Лара почувствовала, как душа полностью отделилась от тела и уплыла куда-то наверх. Наконец все закончилось.
– А!
Издав не то крик, не то возглас, Лара очнулась. Она тряхнула головой, пытаясь окончательно вернуться к реальности.
– Ты в порядке? – мягко спросил сидящий рядом Джерон.
Манё тоже сидела с ними.
– Вы давно уже так сидите?
– Минут десять... Все проходит гораздо быстрее, чем раньше.
– А, слава богу. Я чувствую себя так после каждого раза. Как же это изматывает.
Лара вяло улыбнулась, в ответ Манё погладила ее по голове.
– Это можно понять. Не каждый способен читать воспоминания других. Вот, Манё приготовила это для тебя. Быстрее выпей, чтобы взбодриться.
Сказав это, Джерон скривился от кислого запаха и постучал передней лапой по стакану, на стенках которого осели капли воды. Лара хихикнула, подражая ему, взяла соломинку и сделала глоток освежающего лимонада.
– Так гораздо лучше. А где Золотко?
– И правда, куда она делась? Она была здесь с нами только что.
Лара прошлась по комнате, Джерон тоже встал и огляделся. В этот момент Манё подняла палец и беззвучно указала под чайный столик.
– Что?
Манё резко поднесла палец к губам, призывая молчать. Затем она широко открыла рот и произнесла одними губами. «Там внизу есть чья-то энергия!» Лара и Джерон переглянулись. Они коротко кивнули друг другу. Они оба поняли, что задумала Манё.
– Она должна быть где-то в пекарне... – сказала нарочито громко Лара, активно жестикулируя.
Одновременно она поднимала пальцы по одному, считая до трех. Все внимательно следили за ее движениями и кивали в такт... И три! Лара резко пригнулась и заглянула под стол.
Всплеск воды.
– Не смотри! – выкрикнула ничего не подозревавшая о плане Лары Золотко и бросилась наутек.
– Эй, Золотко! Туда нельзя!
Не встретив на этот раз никакого сопротивления, Золотко ворвалась на кухню Манё. Лара поспешила за ней. Вбежав на кухню, девочка увидела парящую в воздухе яростную Золотко и крепко зажмурилась от досады.
– Слушай, Золотко...
Золотко пристально смотрела на одинокий остывающий на плите пуноппан. Рыбка вскинула голову и устремила взгляд на Лару. В этот момент ее круглые глаза казались треугольными.
– Я должна быть там?
– Что?
– Там?! Я спрашиваю, должна ли я находиться внутри этой булки в форме уродливой рыбы с поломанным хвостом!
Пока Лара осторожно приближалась, Золотко продолжала рассматривать его, на ее глазах выступили слезы.
– Не волнуйся. Мы сделаем новый. Это просто...
– Да что вы сделаете?! Он все равно будет таким, потому что у меня пропал хвост!
– Как это пропал хвост?
Золотко повернулась спиной и показала Ларе свой хвост. Лара непроизвольно прикрыла рот руками. Хвост был продырявлен в нескольких местах, а верхняя часть заметно потускнела. Наблюдая за реакцией Лары, Золотко нервно подергивала ртом и жабрами и, не в силах больше сдерживать свои чувства, заплакала навзрыд. Лара подумала, что сейчас самый подходящий момент, чтобы потерять сознание. Она торопливо понесла Золотко с кухни. Хотя правильнее сказать, Лара вынесла противень, на котором сидела Золотко, потому что, казалось, она совершенно не собиралась никуда уплывать. Ее изящный хвостовой плавник по-прежнему развевался, словно лепесток прекрасного цветка. Но при каждом движении от плавника отваливались части и рассыпались, как засохшие лепестки. Лара с жалостью проводила их взглядом, а затем прислушалась к затихающим рыданиям Золотко.
– Золотко, тебе уже лучше?
– Нет. Кажется, я все еще с Джонсо. Точнее, мое мертвое тело...
– Что это значит?
Лара нагнулась, чтобы оказаться ближе к Золотко, и переложила ее себе на руку.
– Воспоминание, которое ты видела последним, не было моей окончательной смертью. После этого я приходила в себя еще как минимум дважды. И каждый раз передо мной были глаза Джонсо. – Глаза Лары округлились от замешательства. – Когда я наконец очнулась, то оказалась в незнакомом месте. Я плохо все помню, но, если хочешь, я могу немного показать тебе сейчас.
Золотко подскочила выше, готовая в любую секунду выскользнуть из рук Лары.
– Да, это где...
Лара погрузилась во тьму, так и не закончив фразы.
Вдруг перед ней оказалось окно, через которое она увидела раскидистые зеленые ветви деревьев и множество вывесок. Судя по названиям, здесь были сплошные курсы для школьников. Доносящиеся через открытое окно звуки пронизывали до костей.
Затем показалась стена из квадратных белых плиток, и Лара услышала отчаянные крики Джонсо:
– Золотко! Очнись! Очнись! Золотко!
Увидев это, Лара быстро вернулась к реальности.
– Я поняла, что за место было в твоем последнем воспоминании. Это туалет школы, куда Джонсо ходит на курсы. Как бы то ни было, ты хочешь сказать, что вид твоего хвоста как-то связан с тем, что Джонсо носит тебя с собой?
Золотко устало кивнула, а ее хвост парил над поврежденным пуноппаном.
– Ц-ц. Похоже, плоть так и не обрела покой за все это время.
– Джерон?
– Когда мы думаем о смерти, мы в первую очередь беспокоимся о душе. Но гораздо важнее, насколько спокойно и комфортно чувствует себя тело, как оно уснуло. Формально процесс смерти Золотко не завершен, и она просто гниет. После смерти каждый получает время, чтобы попрощаться с близкими и разобраться с делами, которые имели значение при жизни. Но это относится не только к мертвецам. Это также прямая обязанность тех, кто жил с ними. Но Золотко не прошла через это, и сюда попала только ее душа. Велика вероятность, что ее тело и душа все еще связаны.
– Получается, если исчезает тело, то душа исчезает тоже? Поэтому Джонсо не должна носить тело Золотко с собой?
Все кивнули, глядя на Лару. Даже Золотко, которая так испугалась Джерона, что уже забралась в пуноппан, и снаружи были видны только ее глаза.
– Я просто хочу попрощаться с семьей и Джонсо, найти свой хвост и наконец-то отправиться на покой. Я в любом случае мертва и ничего не могу с этим поделать.
– Да. На самом деле желания умерших не такие уж сложные. Подарить отдых своему телу и душе, оставить позади всю любовь и ненависть. Именно это самое главное, – продолжал Джерон, обводя взглядом лежащую вокруг выпечку.
– Верно, это мое последнее желание. Я хочу, чтобы Джонсо наконец меня отпустила.
– Каким образом ты хочешь, чтобы она это сделала? Раз уж это твое последнее желание, было бы неплохо сделать его особенным.
– Особенным? Тогда я хочу отправиться с семьей и Джонсо к теплому пруду с красивыми кувшинками, хочу плавать там и играть. Я слышала, что мама мамы моей мамы жила в детстве в таком же красивом месте. Потом я хочу устроить постель из лепестков лотоса, лечь в нее и медленно закрыть глаза, пока моя семья наблюдает за мной.
– Звучит неплохо. Давай так и сделаем!
Услышав слова Лары, Золотко примчалась к ней, расправив хвост, и вывела в воздухе сердечко.
Лара подняла палец, как это делала Джонсо, и нарисовала в воздухе сердце, треугольник, квадрат, круг. А затем начала рисовать пуноппан с клубникой и кремом. Порисовав немного с Ларой, Золотко почувствовала себя лучше и вернулась в пуноппан. После этого Лара, Манё и Джерон стали обсуждать случившееся с Золотко.
– Я тоже новичок в подобных делах, поэтому не знаю, с чего начать. К тому же хозяйка Золотко еще ребенок, ей будет сложно сюда добраться.
Сказав это, Джерон сложил вместе передние лапы и улегся, приняв форму буханки хлеба.
Манё добавила так, чтобы Золотко не могла ее услышать:
– Думаю, мы должны поторопиться. Я, конечно, не могу видеть истинный облик выпечки, но даже мне очевидно, что она быстро теряет энергию. Особенно свою яркость. Не так-то просто настолько побледнеть за одну ночь. Если так будет продолжаться, ничем хорошим это не закончится.
– Эта задачка оказалась сложнее, чем я думала.
Лара тяжело вздохнула, и все кивнули в знак согласия.
– Но всегда можно найти выход.
Лара усмехнулась своим мыслям и посмотрела на Манё и Джерона. Джерон выпрямился. Манё с нетерпением и любопытством взглянула на Лару.
– Почему бы нам всем вместе не начать свой бизнес? Мы будем продавать пуноппаны с клубникой и кремом.
Розовая вывеска, натянутая на грузовик, так и притягивала внимание учеников:
– Что это там?
– Написано «Пуноппаны с клубникой и кремом». Выглядят аппетитно.
– Попробуем?
Лара и Манё смотрели на приближающихся к ним детей и быстро переворачивали лежащие на горячем противне пунопанны. Идущий от раскаленного противня сладкий аромат теста приманивал детей.
– Дайте, пожалуйста, один пуноппан!
– Вот, держи.
– Сколько с нас?
– В честь первого дня продаж бесплатно.
– Бесплатно?
– Да. Просто расскажите о нас своим друзьям. И скажите, что детям с красными сумками мы даем бесплатно два пуноппана.
– А почему вы даете два пуноппана ребятам с красными сумками?
На мгновение взгляды Лары и Манё пересеклись.
– Мне просто нравится красный цвет. Даже в пуноппане красная клубничная начинка.
– Эх, у меня же есть красная сумка для обуви, надо было сегодня взять с собой.
– Да, обидно.
Цокая языками, дети отошли от грузовика. Вскоре перед грузовиком собралась шумная толпа.
– И мне дайте!
– И мне!
– Народ, соблюдайте очередь! Очередь!
Голоса детей и Лары слились в единый галдеж. Взрослые тоже присоединились к очереди, собираясь купить пуноппаны, но Манё отогнала их заклинанием. Им не хватило бы никаких сил обслуживать еще и их. А дети все продолжали стекаться к грузовику, но с началом занятий они испарились, оставив после себя только пыль. Воспользовавшись затишьем, Манё принялась возиться с Золотко, пытаясь затолкать обратно вытекающий из сломанного хвоста крем.
По задумке хрустящая корочка теста должна была обеспечить приятный контраст с освежающим сладким кремом. Но из-за летней жары тесто Золотко постепенно размякло.
Манё окликнула Лару, высматривающую Джонсо, стоя под палящим солнцем.
– Золотко выглядит не очень... может, закончим на сегодня?
– Думаю, нам больше ничего не остается.
Манё сняла маску, отбросила ее и перебралась за руль. Лара последовала ее примеру и села на пассажирское сиденье. Но когда девочка уже собиралась закрыть дверцу грузовика, что-то привлекло ее внимание. В боковом зеркале промелькнуло отражение чего-то ярко-красного. Лара вздрогнула.
– Подождите, там красная сумка!
Выпрыгнув из грузовика и набрав как можно больше воздуха, Лара закричала:
– Эй, подожди!
Идущая с опущенной головой девочка медленно повернулась на пронзительный крик. Она озадаченно смотрела на упершуюся руками в колени Лару, которая пыталась отдышаться.
– Привет. – Лара смогла выпрямиться.
– Кто вы?
– Я продаю пуноппаны.
Лара указала пальцем куда-то назад, Джонсо перевела взгляд на стоящий за ее спиной грузовик и внимательно на него смотрела.
– Разве ты не слышала от друзей, что сегодня мы раздаем бесплатные пуноппаны?
– Нет... у меня нет друзей, так что я ничего не слышала.
– А-а, да? Будешь пуноппан?
– Сейчас?
– Ага. У нас как раз остался последний. Я очень хочу, чтобы ты его съела.
Джонсо перевела взгляд на Лару и отрывисто кивнула. Сработало! Лара не могла сдержать радости, и на ее лице засияла ослепительная улыбка. Они с девочкой направились к грузовику. Наблюдавшая за ними Манё быстро завернула пуноппан в пергамент и протянула Джонсо. Хвост пуноппана был наверху, чтобы крем не вытекал. Проголодавшаяся Джонсо не раздумывая оторвала хвост пуноппана и проглотила его. Воздух наполнился ароматом свежей клубники и нежных взбитых сливок. Корочка пуноппана приятно хрустела во рту. В этот момент душа Золотко начала выходить из пуноппана. Она влилась в тело Джонсо вместе с вдохом, немного задержалась там, выскользнула и стала парить над ее головой.
– Ух ты! Правда очень вкусно!
Джонсо с жадностью доела пирожное, после чего ее лицо расплылось в счастливой и довольной улыбке.
* * *
– Что значит «кажется, мы провалили задание»?
На следующий день Лара, бросив все свои дела, накинулась на только что вернувшегося из загробного мира Джерона.
– Я долго ждал, но Золотко так и не появилась.
– Ты же тоже это видел. Как Золотко поднялась над головой Джонсо. Ночью она должна была увидеть сон.
– Оттого еще непонятнее, почему Золотко так и не появилась в ином мире.
Мордочка Джерона выражала полное непонимание. Лара сложила руки на груди и сжала челюсти.
– Нужно понять, на каком этапе мы промахнулись, – серьезно произнес Джерон.
– Давай по порядку. Во-первых, кругляши, поступившие в пекарню, должны быть выкуплены хозяевами в течение трех дней. Так было всегда. Однако по истечении этого времени мы должны найти хозяина и передать ему выпечку.
– Да, потому что в этот момент кругляши начинают заметно волноваться.
– Кроме того, они быстро теряют свою энергию, и попасть в сон им становится сложнее, – вставила Манё, выкладывая хлеб на прилавок.
Встретившись с ней взглядом, Лара продолжила:
– В первый же день, когда появилась Золотко, у нас уже была проблема.
– Да. Потому что с первого дня ее душа начала распадаться, – задумчиво произнес Джерон, подергивая кончиком хвоста.
Лара приблизилась к Манё и прислушалась к шушуканью кругляшей. Все они в один голос обсуждали Золотко.
– Среди нас никогда не было кого-то без хвоста, ног или ушей.
– Да. У нее не было хвоста. Она размахивала этим обрубком.
– Это секрет, но когда мы только познакомились, оказалось, что она даже не успела попрощаться со своим хозяином! Что, если из-за этого она не может попасть в загробный мир?
– Бедняжка! Я впервые слышу о подобном!
– Но... что с ней теперь будет?
– Ты же слышала, что сказал тот кот с черной лентой! Когда тело разлагается, душа разлагается вместе с ним!
– Нет! Какой кошмар! Пожалуйста, не говори при мне о таких жутких вещах.
Собака породы сиба-ину спряталась обратно в круассан, который был как минимум в три раза больше привычного круассана. Лара бродила между ними и повторяла про себя одни и те же слова: «Джонсо съела пирожное, Золотко последовала за Джонсо».
Наблюдавшая за ней Манё вдруг бросила:
– А что, если мы изначально что-то упустили?
– Например?
– Да. Желание. Мы что-то упустили в самом желании, которое загадала Золотко.
– Мы не могли ничего упустить... О... Секунду.
«Как я могла забыть об этом?» Лара разразилась хохотом. В предвкушении разгадки она почувствовала радостное возбуждение. Кровь прилила к голове, а ноги и руки похолодели. Сгибая и разгибая онемевшие кончики пальцев, девочка села за стол и принялась вновь обдумывать случившееся.
– Я поняла! Дело в семье! Загадывая желание, Золотко сказала, что хочет быть со своей семьей. Мы передали пирожное только самой хозяйке – Джонсо. Вот где появилась проблема.
– Да. Верно.
– Вдруг Джонсо до сих пор не рассказала о смерти Золотко остальным членам семьи? И они просто не знают, что рыбка умерла?
– Такое возможно. Джонсо всего лишь ребенок, ей, должно быть, тяжело пережить смерть дорогого существа и тем более самостоятельно исполнить его последнее желание. Об этом мы не подумали, – сказал Джерон, подергивая усами.
Манё приподняла кончики изящных бровей и окинула всех довольным взглядом.
– Теперь, когда мы поняли, в чем проблема...
Она подошла ближе, держа в руках пустой поднос.
Лара улыбнулась и закончила фразу за Манё:
– Мы сделаем все как надо.
Еще передавая Джонсо визитку с надписью «Пекарня ведьмы», Лара проинструктировала ее, рассказав, что после того, как она съест пуноппан, ей приснится очень приятный сон, в котором она встретит Золотко и будет с ней весело купаться среди кувшинок. Джонсо на собственном опыте убедилась, что все сказанное Ларой было чистой правдой. Поэтому она не могла не позвонить по номеру, указанному на визитке.
– Здесь тебе поверят всему, что ты расскажешь. Мне тоже многое надо тебе рассказать. И обращайся ко мне на ты. Мне только пятнадцать. – Лара старалась быть дружелюбной.
Спокойно выслушав Лару, Джонсо опустила свои маленькие плечи.
– Тогда можно я буду звать тебя онни? Ты одного возраста с моей сестрой.
– Угу, конечно.
– Все, что я говорю, – правда. Ты правда мне веришь? Ты сказала, что мне приснится сон. Поэтому я рассказываю все как есть.
– Конечно. Я знаю, что твой сон был особенным. Лепестки лотоса были прекрасны, не так ли?
Широко раскрыв глаза от удивления, Джонсо кивнула. Уголки ее рта слегка дернулись вверх, подтверждая, что во сне ей было хорошо. Но уже через несколько секунд они опять опустились.
– Золотко... умерла, когда меня не было рядом. Это случилось в день, когда я поздно вернулась после занятий. Я до сих пор точно не знаю, почему она умерла. Я думала, может, это особенность такого вида рыб. Должно быть, ей было очень страшно остаться тогда совсем одной. У меня сердце разрывается только от одной мысли об этом.
Джонсо всхлипывала. Мысли о тяжело умирающей в одиночестве Золотко были для нее страшнее всего сейчас.
Плечи Джонсо вздрагивали. Она начала свой печальный рассказ о последних днях:
– Сегодня я наконец разорвала пластиковый пакет, в котором была Золотко. Прямо во время занятий.
Все это время Джонсо повсюду носила с собой Золотко, завернув ее несколько раз в зип-лок-пакет. При любой возможности она вынимала ее, чтобы проверить состояние.
– Но такое жаркое лето Золотко уже не смогла перенести. Верно?
– Да, она так испортилась, что даже у меня вызывает отвращение. Посмотри на нее теперь. Жутко воняет, да?
Лара коротко улыбнулась и сказала, что все в порядке. На самом деле, благодаря заклинанию Манё она на некоторое время лишилась обоняния.
– Я не думала, что все так обернется. Учительница сказала, что позвонит маме и папе. В итоге они опять буду ругать меня. И еще... вдруг они не поверят мне, как ты, и решат, что это я убила Золотко? Я не знала, что делать. Я не могла просто избавиться от нее. Поэтому, поэтому я так...
– Все в порядке, Джонсо. Не плачь. Я уверена, что родители знают, как ты оберегала и любила Золотко. Не волнуйся о них. Мы обязательно поможем тебе. Мы уже продумали план, тебе нужно просто следовать ему.
Лара оглянулась на Манё с Джероном и, улыбаясь, погладила Джонсо.
Вдруг послышался звук открываемой двери. Все в пекарне повернули головы.
– Джонсо!
Вошедший мужчина подбежал к Джонсо и крепко обнял ее за талию. Его раскрасневшееся лицо, запотевшие очки, слипшиеся волосы и прерывистое дыхание явно показывали, что тот бежал сюда.
– Папа!
– Ты в порядке? Какие у тебя опухшие глаза!
Мужчина осторожно дотронулся до век Джонсо. Она всхлипнула и снова зарылась в его объятия. Наконец обратив внимание на интерьер пекарни и часто моргая, мужчина поочередно бросал взгляды то на Манё, то на Лару.
– Здравствуйте, это я отправила вам сообщение. Может, вам лучше присесть вот сюда? – Лара обращалась к нему максимально любезно.
Но дверь пекарни опять открылась. На этот раз в пекарню настороженно зашли мама и старшая сестра Джонсо. Как только они увидели Джонсо в объятиях отца, тут же бросились к ним.
– Джонсо, ты в порядке? Эй, а что у тебя с лицом?
– Глупая, почему ты столько времени ничего не рассказывала и держала все эмоции в себе?
– Ты хоть представляешь, как все перепугались в школе, когда ты пропала?
Все члены семьи смотрели друг на друга полными слез глазами. Улучшив момент, к ним приблизилась Манё, чтобы проводить их к столу. Одетая в белое церемониальное облачение Лара встретилась взглядом с удивленной сестрой, пришедшей девочки, Есыль, и поприветствовала ее кивком. Собравшаяся за столом семья выслушала все, что за это время пережила Джонсо.
– Боже мой, не могу поверить, что у тебя были такие мысли! Джонсо, как ты могла подумать, что Золотко умерла из-за того, что ты недостаточно за ней ухаживала? Никому из нас такое и в голову не пришло бы. Неужели в нашей семье есть кто-то, кто не знает, как сильно ты любишь Золотко?
– Это ужасно грустно. Я не могу представить, как тебе было больно носить с собой мертвую Золотко. – Есыль смахнула рукой выступившие на глазах слезы.
Отец продолжал обнимать Джонсо, которая вертела в руках коробочку из-под можжевельника[11], в которой лежало тело Золотко.
Сначала Есыль подумала, что это такой вид телефонного мошенничества. Похороны домашней рыбки, даже не собаки или кошки. Но, беспокоясь за Джонсо, она все же прибежала в назначенное место и обнаружила там настоящего агента похоронного бюро и подготовленную программу похорон.
– Теперь... мы должны проводить нашу рыбку Золотко к звездам. Она слишком долго оставалась со мной. Те люди вызвались помочь нам проводить Золотко, – пролепетала Джонсо, увидев вышедших из кухни Лару и Манё, которые деликатно отошли.
Лара и Манё мягко улыбнулись ей и принялись расставлять на столе чашки для чая и тарелки с пуноппанами. Золотко, которая все еще была слабо привязана к мертвому телу, заканчивала последние приготовления, раскладывая по местам пуноппаны, которые должна будет съесть семья. Часто моргая, Манё тихо наблюдала за ней. Казалось, она собирается с силами, чтобы приготовиться к неизбежному.
– Для начала поешьте немного пирожных с чаем. У нас впереди много работы.
Услышав эти слова, все, кроме Джонсо, ощутили необычайно сильный голод. Они потянулись к пуноппанам, даже не обратив внимание на их не слишком презентабельный вид.
– Это странно. Как можно испытывать такой голод в такой неподходящей обстановке?
– Может, потому что мы много плакали? Больше не могу это выносить.
Есыль уже взяла пирожное и отправила его в рот. Родители тоже с аппетитом поедали пуноппаны, облизывая запачканные в клубничном креме пальцы. Тем временем Золотко быстро влетала и вылетала из их ноздрей. От нее уже остались только два плавника и два глаза.
– Лара, давай поставим ширму.
Подготовив полный набор для церемонии, состоящий из туши, шелковой ширмы, благовоний, свечей и даже венка и специально подготовленной эссенции, Лара и Манё принялись устанавливать ширму, чем вызвали неподдельное изумление у всей семьи Джонсо. На этом же месте появился большой альбом. Манё закатала белые рукава и достала кисть. Она начала рисовать в альбоме, даже не обмакнув кисть в чернила. Прижимавшая к себе шкатулку из можжевельника Джонсо осторожно потянулась обеими руками к душе Золотко, которая, моргая, парила в воздухе. Подошла с ней к альбому, который уже был полностью разрисован тушью. Золотко сделала круг на ладони Джонсо. Джонсо улыбнулась, и тогда Золотко поднялась выше. Джонсо вытянула руки вперед, словно зная, каким будет следующий шаг Золотко. По чернильному рисунку в альбоме прошла рябь. Джонсо сделала глубокий вдох и с широкой улыбкой на лице отпустила Золотко. Рыбка занырнула в альбом. Цвет туши на бумаге сменился на темно-синий.
– Теперь ты тоже можешь туда войти, Джонсо.
Джонсо посмотрела на Лару и кивнула. Золотко, уже успевшая принять свой привычный вид, звала семью.
– Это ваша последняя встреча, но, надеюсь, тебе будет весело, Джонсо.
– Онни, начальница онни, кот. Спасибо вам большое. Я никогда вас не забуду.
– Счастливого пути.
Лара уже знала, что Джонсо не будет помнить о ней. Но ее не могла не растрогать такая искренняя детская благодарность. Джонсо медленно шагала вперед. Вдруг она почесала за ухом. Похоже, у нее начали появляться жабры. То же самое происходило и с остальными. Через некоторое время Золотко и семья, превратившаяся в красных рыбок-петушков, уже резвились, плавая в пруду, наполненном розовыми кувшинками. В этот безмятежный и наполненный жизнью момент Лара включила фортепианную музыку.
«Три гимнопедии». Такая медленная и торжественная. Золотко двигалась в такт. Она поднялась на кувшинку. Пруд был до краев наполнен радостным смехом Золотко и ее семьи. Эта картина завораживала. Лара представила, каково это – быть как они, жизнерадостно плавать между кувшинками со своими любимыми.
– Они такие милые. Как ты додумалась вырядиться агентами похоронного бюро? – спросила Манё, наклонившись к Ларе.
– Я вспомнила рекламу, попавшуюся мне на глаза несколько дней назад. Возможно, это из-за того, что в моих запросах в поисковике слишком часто фигурирует слово «смерть». Даже в приложении карты всплывает реклама похоронных бюро. Я перешла по ссылке и прочитала, что похороны нужны не только для того, чтобы почтить память умерших, но и чтобы дать возможность оставшимся в этом мире людям выплакать все горе, что у них на душе. У нас все получилось, ведь я тоже хотела почтить память Золотко. Именно так, как она этого хотела – весело и задорно.
Взгляд Лары опять скользнул по странице альбома. Ее дыхание было спокойным, как и фортепианная мелодия. Четыре рыбы с развевающимися в волнах полупрозрачными хвостами высунули головы из воды и о чем-то тихо разговаривали, глядя на умиротворенное тельце Золотко. Они вспоминали счастливое время, проведенное вместе, и старались запечатлеть в памяти каждое мгновение прощания. Это странное действо было наполнено и горечью смерти, и торжеством жизни. Через некоторое время тело Золотко засветилось. Сияние было чарующим, как и сама сверкающая чешуя Золотко.
Глава 4. Остановка Священной Дзельквы и ду́хи
В один из спокойных дней, когда Лара практиковалась пропускать через себя воспоминания кругляшей, она начала присматриваться к работе Джерона. Тот, как обычно, пересчитал всех кругляшей, проверил количество свободных тарелок и подносов, а потом начал распоряжаться, куда разместить новых кругляшей.
– Откуда ты приводишь кругляшей?
Услышав вопрос Лары, Джерон прервался и перевел на нее взгляд. Затем он спрыгнул с витрины и подошел к Ларе.
– Наконец-то ты задала этот вопрос.
– Что?
– Я давно собирался пригласить тебя на остановку Священной Дзельквы, но решил, что сначала тебе нужно дать время освоиться в пекарне. Но похоже, момент настал. Мне бы хотелось, чтобы сегодня ты отправилась со мной.
– Дзельква... что?
– Ты все поймешь по ходу дела. А сейчас быстрее следуй за мной.
– А... Эй! Подожди меня!
Лара вскочила на ноги и побежала за Джероном. Недалеко от входа в пекарню стояло величественное дерево дзельквы, которому, судя по всему, была не одна сотня лет. Лара каждый день проходила мимо этого дерева, но ей никогда не приходило в голову, что оно может быть как-то связано с кругляшами.
– Эта дзельква – своего рода портал в другое измерение. Если ты хочешь увидеть саму остановку, то нужно пройти здесь. Всего существует пять таких дзелькв. С помощью них обрабатываются эмоции и воспоминания, которые есть у каждого кругляша. Пятая является центральной станцией, контролирующей работу остальных четырех. Попасть на остановку легко. Все, что нужно сделать, – это следовать за мной по кругу и обходить дерево.
– Так просто?
– При этом нужно уметь хорошо считать: у первого дерева надо сделать шесть оборотов, у второго – семь.
– У пятого десять оборотов?
– Да, верно.
Джерон одарил Лару довольной улыбкой, а затем начал обходить дерево по кругу. Лара последовала за ним, стараясь не терять его из виду. Один, два, три. Следуя счету Джерона, Лара медленно обошла дерево с опавшей листвой. Постепенно окружение начало искажаться, и все вокруг стало ослепительно белым. Лара почувствовала, как ее куда-то затягивает.
– Десять оборотов. Вот и все.
Как только Джерон закончил счет, перед Ларой открылся невероятный вид, который заставил ее широко открыть рот. Густая листва дзельквы теперь источала белоснежный свет. Лара заметила маленькие плоды, свисающие с веток дерева высотой с ее рост. Круглые стеклянные ягоды, словно бусины, рядами сверкали среди заостренных листьев, создавая неповторимый перелив.
– Как красиво! – Рука Лары сама собой потянулась к дереву.
– Подождите! Остановитесь! Вам нельзя двигаться! Вы сейчас слишком большая! – раздался негромкий, но встревоженный голос.
Лара быстро наклонила голову в сторону источника голоса. Девочка поняла, что он имел в виду. Под ногами Лары открылся вид, напомнивший ей колонию муравьев. От белоснежных существ исходило светло-зеленое свечение. Они стояли с поднятыми головами, изумленно рассматривая Лару. Лара вспомнила день, когда впервые познакомилась с кругляшами, и помахала рукой новым существам, немного напоминающим по виду мармеладки.
– Кажется, в вас около шести чи[12]. Вам нужно скорее взять таблетку, на которой написана цифра шесть, и съесть ее! – выкрикнул опять кто-то, обращаясь к Ларе.
Послышался звук падающих шоколадных кукурузных хлопьев, и по всему стволу дзельквы открывались двери. Из ниоткуда, обходя Лару, потянулись извилистые рельсы, доходящие до самой земли. Около них собирались мармеладки. Лара безмолвно наблюдала за их работой. Услышав, как что-то упало рядом, она подняла голову. Вскоре перед ней начали беспорядочно падать круглые, похожие на шарики, таблички с цифрами. Было несложно найти среди них таблетку с цифрой шесть, но очень не просто поймать маленький быстро катящийся шарик толстыми пальцами. Наконец ей удалось с помощью ногтей подцепить драже размером с зернышко ячменя. Лара быстро отправила его в рот.
– Теперь мы сможем нормально общаться!
Лара округлила глаза от удивления, когда услышала голос, звучащий гораздо громче, чем прежде.
– Меня зовут Соро. Я дух, отвечающий за очищение ярких воспоминаний кругляшей, и хранитель пятой остановки. Я – глава всех духов дерева.
– О, Соро. Приятно познакомиться. Я...
– Нет нужды объяснять, воспоминания ветра уже многое поведали о тебе.
Сказав это, Соро протянул Ларе руку. Весело улыбнувшись, Лара взяла его за руку и подумала, что на этой стороне света, по-видимому, не существует понятия защиты персональных данных. После рукопожатия Лара почувствовала, как сквозь ее тело пронеслась бодрящая энергия дерева.
– У вас такая благоухающая энергия. Это хорошо. Раз мы закончили с приветствиями, может, приступим к экскурсии?
Лара кивнула. В какой-то момент рядом оказался Джерон. Лара бросила на него вопросительный взгляд, спрашивая, где он был все это время. В ответ он кивнул в сторону одного из духов, несущих таблички. В отличие от других тот шел с пустыми руками. Дух демонстративно поднял большой палец вверх и, подойдя к рельсам, съел одну табличку.
– Духи тоже их едят?
– Да. Изначально мы не такие маленькие. У всех разное телосложение. Но с того момента, как нас назначили на остановку дзельквы, мы все должны поддерживать одинаково маленькие габариты. Ничего не поделать. Сложно разместить такое большое количество духов в одном дереве.
Слушая пояснения Соро, Лара смотрела ему за спину, наблюдая за работой духов. Они сортировали и распределяли прибывающие по рельсам шарики.
– Что вы делаете с остатками? После того как духи съедят их, все равно должно оставаться довольно много... – Лара указала на гору съедобных табличек.
– Это для кругляшей, которые скоро появятся здесь. Они должны принять их, чтобы поместиться в плоды дерева.
В этот момент на рельсах начали появляться ступеньки, по которым стали подниматься вновь появившиеся духи. Через несколько секунд дух, бежавший во главе группы, исчез в дупле дзельквы. Дух стремительно оседлал ветку, начал собирать круглые ягоды и скидывать их на пол. Находившиеся внизу духи старательно подбирали упавшие плоды, называя их бусинами, с помощью приспособления, похожего сачок для насекомых.
– Мы собираем пустые плоды и помещаем туда кругляшей. Внутри бусин они видят ключевые моменты своей жизни. Напоминают людей за просмотром сериалов. Это помогает им отпустить слишком эмоциональные воспоминания.
– Эмоциональные воспоминания?
– Да. Радость, гнев, страх. Все воспоминания, связанные с каждым видом эмоций. Перед тем как попасть на пятую остановку, они проходят через другие, где их эмоции обрабатывают и стабилизируют. Попав сюда, они могут освободиться от эмоционально насыщенных воспоминаний и отпустить свою жизнь. Все эти процессы очень важны.
– Получается, пройдя через все этапы, кругляши, у которых остались горькие воспоминания, попадают к нам в пекарню, так?
– Да, верно!
Вскоре показались галдящие кругляши, но сразу исчезли за появившейся белой завесой.
– Что это?
– О, мы называем это прижизненный выпускной альбом. Они должны пройти сквозь завесу и получить свидетельство о смерти.
Преодолев возникшее препятствие, кругляши тут же взлетали и проходили сквозь пелену. На завесе, которую духи назвали альбомом, отпечатывалась, словно фотография в документах, их прижизненная форма и сразу исчезала. Процесс происходил так быстро, что от смены картинок могло укачать.
– А что это за черные пятна?
– На сегодняшний день это наша самая главная проблема. Мы пока не смогли выяснить, откуда появляются эти пятна. Но у нас есть одна теория. Нам известно много случаев, когда животным, оказавшимся на пороге смерти, искусственно поддерживают жизнь. Мы не можем привести их сюда, пока они дышат.
Лара коротко кивнула. Пройдя через «альбом», кругляши съедали брошенные духами таблички и уменьшались до подходящего размера, чтобы поместиться в бусину. Духи по одному принимали кругляшей, разрезали плод пополам и помещали душу внутрь. Набрав определенное количество бусин с кругляшами внутри, духи связывали их в гроздья и отправляли обратно наверх. Вскоре рассыпанные по ветвям ягоды стали напоминать огоньки на рождественской елке: одна из сторон плода-бусины начала светиться. Находящиеся внутри ягод кругляши устраивались в сделанных для них гнездах, чтобы начать просмотр их прошлой жизни. Духи же спускались вниз и продолжали заниматься своими делами.
Вручив Ларе бинокль и наушники, Соро предложил ей посмотреть, чем занимаются кругляши внутри ягод. На одной из бусин болталась бирка с именем «Тыковка», а внутри находилась собака породы вельш-корги с очаровательной попкой-персиком. Она стояла на задних лапах, а передними без перерыва царапала изображение на стенке бусины, где проигрывалось ее воспоминание.
– Моя любимая бабушка! – закричала душа Тыковки, глядя на старушку с белоснежными волосами.
– Сейчас... Ее хозяйка без сознания? – спросила Лара, глядя на старушку, лежащую на больничной койке и подключенной к аппарату искусственной вентиляции легких.
Соро коротко кивнул. Лара снова взяла в руки бинокль и стала наблюдать за происходящим на экране вместе с Тыковкой. Вскоре в комнату вошел пожилой мужчина с такими же белыми волосами, как у старушки. Увидев его, душа Тыковки начала прыгать и громко лаять. Мужчина на экране подошел к старушке и поднял край одеяла.
– Это я!
Увидев на экране живую себя, спокойно лежащую рядом со старушкой, Тыковка завиляла длинным пушистым хвостом. Во время просмотра воспоминаний Тыковку переполняли противоположные эмоции.
– Тыковка, бабушка сейчас очень больна и не может тебя обнять. Я знаю, что тебе грустно, но ты же все понимаешь?
На экране дедушка с нависшими веками погладил лежащую рядом с бабушкой Тыковку. Взгляд души, находившейся в бусине, метался по экрану, а нос нервно подергивался.
– Дедушка, все в порядке. Сегодня мне не грустно. Я просто хотела увидеть ее.
Внезапно раздался пронзительно долгий писк медицинских приборов. Дедушка стремительно открыл дверь палаты и выскочил в коридор. Тыковка из воспоминания быстро осознала, что бабушка умерла, и заскулила. Настоящая Тыковка, находящаяся за кадром, совершенно спокойно наблюдала за всем происходящим на экране. Внезапно перед ней появились чьи-то очертания. Небольшие линзы бинокля не позволяли охватить невероятную картину целиком. Лара впервые увидела человеческую душу.
– Я вижу душу бабушки. Она плачет, глядя на Тыковку.
Увидев, как плачет душа бабушки, Тыковка лизнула ее в уголок рта. Душа Тыковки повторила за ней.
– Больше не болей, бабушка. Теперь я тоже окончательно умру. Я буду скучать по тебе, – тихо сказала Тыковка и положила лапу на экран.
В этот момент старушка улыбнулась и протянула руки. Она обняла Тыковку крепче, чем когда-либо. В этой сцене было столько тепла, что даже душа Тыковки смогла ощутить его. Соро махнул рукой. Несколько духов взялись за руки и начали взбираться на дзелькву. Как и до этого, они очень быстро поднялись по стволу и направились в сторону Тыковки. Один за другим они облепили бусину Тыковки. Как только их тела прижались к плоду и Тыковка скрылась из виду, духи стали полупрозрачными и засветились. Лара снова могла наблюдать за Тыковкой сквозь них. Тыковка была в той же позе, что и раньше, когда лежала рядом с бабушкой: живот прижат к полу, глаза расслаблены и закрыты.
– Теперь все хорошо. Я увидела дедушку, бабушка обняла меня в последний раз. Теперь я могу закрыть глаза. Я была очень счастлива.
Услышав последние слова Тыковки, Лара опустила бинокль.
– На этом наша работа заканчивается. Все мы, духи, делаем все от нас зависящее, чтобы помочь им спокойно закрыть глаза, но сила воспоминаний о семье, в которой они жили, настолько велика, что... иногда мы не знаем, что с этим делать. Такие кругляши попадают в «Пекарню ведьмы», встречают вас, загадывают свое последнее желание и с долгожданным облегчением покидают этот мир. Это очень много значит для нас. Поэтому мы очень хотели познакомиться с вами, Лара.
– Мне тоже здесь очень понравилось. Я и не подозревала, что столько существ работают вместе, это необыкновенно. А дзельква, за которой ухаживают духи, такая красивая, что мне хочется вернуться, чтобы увидеть ее снова.
Соро повернулся и тепло посмотрел на Лару, она почувствовала себя как дома и улыбнулась.
– А теперь нам пора уходить, Соро. Большое спасибо за сегодня, – сказал Джерон, глядя на кругляшей, которые выстраивались в длинную очередь позади него.
Кругляши пробуждались и организованно шли, направляемые духами с противоположной стороны. Они оживленно шумели, словно дети в предвкушении удивительного приключения. Их радостное возбуждение передалось и Ларе.
– До свидания, Джерон и Лара, это был замечательный день.
– До свидания, Соро. Мы еще увидимся, как только появится возможность. И с другими духами тоже!
Услышав прощальные слова Лары, духи прервали работу и принялись активно махать ей обеими руками. Перед уходом Джерон запомнил имена всех кругляшей и проверил их количество. Помахав духам последний раз, Лара последовала за Джероном. Тот принялся медленно ходить по кругу. Кругляши закружили вместе с ним, образовав небольшой вихрь. Уже в следующий миг все они оказались рядом с дзельквой перед входом в пекарню.
– Пойдемте внутрь.
Джерон с уверенностью возглавлял процессию. Увидев, как он с кругляшами направляется к отдельному входу, Лара вышла из оцепенения и быстро открыла дверь пекарни. Она обнимала каждого вошедшего вслед за Джероном кругляша и приветствовала словами:
– Добро пожаловать. Вам пришлось пройти нелегкий путь. Осталось только исполнить последнее желание, и вы сможете беззаботно и радостно отправиться дальше.
Вместо ответа кругляши крепко зажмуривались и не шевелились, оказываясь в объятиях Лары. К Ларе подошла Манё, с удовлетворением наблюдавшая за приемом новых кругляшей. Поприветствовав новоприбывших, Лара помогла Джерону проводить их к временному пристанищу. В качестве сувенира от Лары Манё досталась таблетка с цифрой семь. Манё обрадовалась такому подарку и положила шарик в шкатулку, где хранились самые редкие снадобья. Вскоре пекарня снова наполнилась гамом и суетой. Старые и новые кругляши присматривались друг к другу.
Табличка на входной двери пекарни сменилась на «Открыто», приглашая новых клиентов помочь себе и своим любимцам обрести покой.
Глава 5. Гигантский торт с бататом
Протирая полки, Лара бросила взгляд за окно пекарни. Наблюдая за тихо и медленно падающим снегом, она вспомнила дождливое начало лета, когда познакомилась с Манё и Джероном. Стоящая во дворе дзельква давно сбросила все свои разноцветные листья, и теперь ее ветви покрывал слой мягкого и пушистого как мех снега.
– Уже почти Рождество. Как проходит подготовка к поездке? Все хорошо?
– Да! Конечно.
– Мы отправимся, как только у тебя начнутся каникулы.
– Я очень рада, это так волнительно! Мы можем попасть за границу даже без билетов на самолет!
Манё, которая до управления пекарней путешествовала по миру, недавно предложила Ларе отправиться на каникулы с помощью альбома. Глаза Лары округлились от такого предложения, и она незамедлительно согласилась.
– А вы знаете самые красивые места каждой страны и кафе, где можно вкусно поесть?
– Конечно.
– Ах, как здорово!
Манё с улыбкой наблюдала за носившейся по пекарне Ларой, чуть ли не подпрыгивающей от радости.
– Но когда я призову тебя, ты должна явиться без промедления, – сказал сидящий рядом Джерон, энергично размахивая хвостом. Он выглядел немного раздраженным.
– Не волнуйся об этом. У меня невероятно острый слух, помнишь? К тому же здесь есть пугала, так что проблем не возникнет.
Джерону не нравилось, что они отправятся в путешествие без него, но, увидев, как счастлива Лара, он понял, что не хочет мешать их поездке.
– Мне пора. Нужно отправляться за кругляшами.
Но не успел он дойти до выхода, как у входной двери послышался сильный удар. Навострив уши, Джерон замер на месте, а его напоминающие по форме бриллианты зрачки расширились. Лара быстро подошла к двери и взялась за ручку. Они все почувствовали необычную ауру.
– Эй! Привет, меня зовут Мори!
За широко распахнутой дверью стояла собака с длинной пышной шерстью золотистого цвета.
– А... э... приятно познакомиться, Мори.
Как ни посмотри, это был кругляш. Как он добрался сюда совсем один? Лара обернулась и бросила на Джерона озадаченный взгляд. Усы Джерона выпрямились в напряжении. Растерянно поприветствовав Мори, Лара пригласила ее войти в пекарню. При виде собаки пришедшие ранее кругляши подняли шум.
– Кто это? Почему она такая большая?
– Видимо, из-за размеров она не смогла воспользоваться специальным входом, через который проходим мы.
– Я знаю таких собак. Они очень добрые.
– Как ты это поняла? По ее большим круглым глазам? По ее мягкому на вид животу? Или шелковистой шерсти?
– Я знаю это, потому что жила с псом, который был похож на нее! Он просто ангел! Например, он всегда интересовался моим настроением, а когда я подходила к нему, он дружелюбно подставлял бок. Он даже с котом подружился!
– Слушай, мисс морская свинка. Вот что я хочу сказать. Для кота вроде меня это звучит довольно оскорбительно. Ты хочешь сказать, что сложно подружиться с таким разборчивым котом, как я? Или ты хочешь сказать, что я недостаточно хорош, чтобы с кем-то дружить?
– Ой, прости! Просто принято считать, что характеры собак и кошек противоположны, вот я и ляпнула не подумав. Не злись!
Сказав это, морская свинка юркнула в буханку хлеба по-деревенски. В это время Джерон неспешно подошел к собаке и сказал:
– Ну и дела, подруга. Почему ты прибыла сюда так рано? Я только собирался отправиться за тобой.
Во взгляде Джерона читалось недовольство тем, что Мори явилась сюда самостоятельно. Он был очень педантичен и хотел, чтобы в пекарне соблюдались все правила. Джерон старался предотвратить любые, даже непредвиденные события, которые могли возникнуть, когда он приводил в пекарню кругляшей или отправлял их в потусторонний мир. Манё любила дразнить его за это нелестными прозвищами, показывая язык. Она ворчала, ведь если бы она не попалась на его коварную уловку, ей бы никогда в жизни не пришлось быть управляющей пекарни.
– Когда в деле появляются новые переменные, никогда не знаешь, в какой момент все окончательно запутается и нагрянет хаос. По крайней мере, пока я ответственен за пекарню, нет места случайностям.
– Да-да, Джерон, ты во всем прав.
Лара смотрела на обидевшегося Джерона, пока Манё качала головой, сложив руки на груди. Даже наблюдавшие за происходящим с полок кругляши почувствовали иронию и тихонько захихикали.
Милая улыбка уже сошла с мордочки Мори, и она пробормотала:
– Вы из-за меня разозлились? Если так, извините.
– Нет, Мори. Джерон говорил не про тебя, просто...
Лара подкрепила свои слова взмахом рук, стараясь поддержать оробевшую Мори, и осторожно покосилась в сторону Джерона. Кот наконец огляделся вокруг. Все, кроме Манё, искоса поглядывали на него, но когда их взгляды встречались, то кругляши быстро отводили глаза.
– Эх... Мне тоже пора идти. Мори, пускай с опозданием, но добро пожаловать в место, где ты загадаешь свое последнее желание.
Подергивая усами, Джерон приветствовал Мори. Она выпрямилась и слегка вильнула хвостом. Лара и Манё обменялись улыбками, а Мори превратилась в роскошный трехъярусный торт и заняла свое место на витрине. Она стала праздничным тортом с мягкими коржами из сладкого картофеля, в качестве крема был мусс из того же батата. Единственная проблема – торт был таким большим, что единолично занимал всю центральную полку.
– Но все же он восхитительный. – Джерон пребывал в восхищении.
И это было объяснимо. Когда Мори устроилась на витрине, место осталось только для маленьких кругляшей. Теперь они напоминали окруженный деревней гигантский замок. Маленькие десерты, например как бледно-желтая яичная тарталетка или пирожное «Эрл Грей» в форме темного хомячка, пристроились рядом с Мори, заняв последние сантиметры свободного пространства. Более объемные буханки хлеба и йогуртовые торты были вынуждены перекочевать к окну.
Мори виляла хвостом, явно довольная своим превращением в торт из батата. Глядя на нее, Лара подумала: хорошо, что все они – души, не имеющие физического тела. В противном случае длинный хвост Мори смахнул бы на пол остальных кругляшей. Окинув взглядом плотно заставленные полки, Джерон приготовился к завалу работы. Завтра наступит день зимнего солнцестояния. Это был день духов, когда энергия Ян слабеет, а энергия Инь приобретает максимальную силу, поэтому вскоре их ожидал огромный поток умерших и тех, кто придет за ними. В этот момент колокольчик на двери пекарни громко зазвенел.
– Добро пожаловать! – в один голос приветствовали Лара и Манё.
Безучастно наблюдавший за ними Джерон тихо двинулся в сторону специального входа.
– Сегодня ночью с одиннадцати тридцати начнется день зимнего солнцестояния. Нас ждет сумасшедшая ночь. День зимнего солнцестояния – самый любимый день душ в году. Так что удачи вам обеим. Я отправлюсь к остановке дзельквы, чтобы забрать и привести сюда кругляшей, уже ждущих меня.
Сказав это, Джерон исчез, дверь за ним со скрипом закрылась. Лара вспомнила свой первый день в пекарне, когда она впервые услышала голос Джерона. Он давно не общался мыслями, и Лара не могла понять, почему сейчас он так странно попрощался. Но вскоре стало ясно: Джерон хотел, чтобы его услышала только Лара.
Неожиданно в магазин нахлынул поток клиентов, а энергия кругляшей стала ощущаться гораздо сильнее, чем прежде. Лара и Манё без продыху выслушивали запросы бесконечных посетителей. Манё, подсчитывающая полученные деньги и записывающая их в учетную книгу, начала ворчать, желая, чтобы ажиотаж поскорее спал. Но посетители все прибывали и прибывали. Манё уже охрипла от криков, а после нескольких особенно больших наплывов клиентов Лара и ведьма окончательно выдохлись.
– Я так устала.
– И я. Что вообще происходит? – вздохнула обескураженная Манё.
Лара натянуто улыбнулась. Благодаря Джерону она знала, что происходит и в чем причина, но не могла признаться в этом Манё, потому что та, услышав причину, наверняка забаррикадирует дверь и заколотит ее гвоздями.
– Все же сегодня мы многих отправили к хозяевам. Они отлично проведут время вместе.
Раздражение Манё отступило, как только она посмотрела на Лару, которая, несмотря на усталость, была очень довольна проделанной работой. В ответ на улыбку Лары Манё весело потрепала ее по голове и тоже заулыбалась.
– Тебе тоже пора идти.
– Уже? Время пролетело незаметно.
– У меня даже не было времени приготовить тебе чашку чая. Я одолжу тебе сегодня веер, так что воспользуйся им.
– Все нормально. Я могу пройтись пешком.
– Нет. Побереги силы. Что, если завтра будет то же самое? Скорее иди домой и отдыхай. Ты сегодня хорошо поработала. – Манё пригладила волосы Лары, которые сама же растрепала, и помогла ей снять фартук. – И возьми немного сегодняшней выпечки.
Когда Манё ушла на кухню за солеными пирожками, Лара взяла сумку и начала прощаться с оставшимися кругляшами.
Как вдруг послышался голос:
– Извините... это...
Кто-то заговорил с Ларой. Но голос прозвучал так тихо, что девочка не смогла расслышать слов. Манё вернулась из кухни.
– Тебе хватит еще на завтрак. Поделишься с семьей.
– Вау! Большое спасибо.
– До завтра.
Кивнув, Лара взяла у Манё веер и направилась к двери. Лара сделала глубокий вдох и расправила веер, подняв его высоко над головой.
– Извините...
«Что? – Лара немного наклонила голову. – Что же это? Мне послышалось?»
Покачав головой, она уже собиралась снова поднять веер и хлопнуть им по ладони, как вдруг снова раздался голос:
– Посмотри... посмотри на меня, Лара...
На этот раз слова звучали отчетливо. Лара услышала голос, принадлежавший кому-то дрожащему и ужасно напуганному. Манё вопросительно посмотрела на Лару.
– В чем дело?
– Кажется, меня кто-то зовет.
Манё, которая стояла рядом с Ларой, загораживая ей обзор, слегка отстранилась при этих словах. Тогда девочка заглянула в пекарню и окинула взглядом полки. А потом с выражением полного изумления на лице она бросилась к центральной полке.
– О боже! Мори!
Мори сжала свою душу как можно сильнее и прижалась к самому нижнему ярусу торта. Душа сильно дрожала. Лара торопливо подняла ее и напрягла слух, чтобы услышать ее голос.
– Мори, что с тобой произошло?
– Я знаю, что ты занята, и очень извиняюсь. Но не могла бы ты опустить меня ниже? Мне слишком опасно находиться на такой высоте.
– Да-да, сейчас спущу.
Чтобы выполнить ее просьбу, Лара и Манё осторожно подняли и начали переносить тарелку с тортом. В этот момент часть воспоминаний Мори просочилась в тело Лары.
– Ах!
Лара почувствовала неприятное покалывание и потерла руки, чтобы избавиться от этого ощущения. Мори стояла на оживленном пешеходном переходе с кем-то, кто, возможно, был ее хозяином, и спокойно ждала сигнала светофора. К ней тянулась чья-то черная ладонь. После прикосновения этой ладони к лицу почувствовался омерзительный запах и острая нестерпимая боль. Воспоминания пронеслись со скоростью молнии. На глазах навернулись слезы.
– Это так ужасно...
Лара крепко обняла трясущуюся Мори.
* * *
«Почему-то, когда руки людей оказываются у меня перед глазами, я начинаю дрожать... Кажется, эта страшная тьма может выпрыгнуть и поглотить меня в любой момент. Это действительно... то, через что я не хочу проходить снова и о чем не хочу вспоминать».
Лара наблюдала за спящей Мори и вспоминала ее рассказ. Она смогла расслабиться только там, где до нее не могла дотянуться рука человека.
– Как ни посмотри, это колдовство.
– Колдовство?
– Да. Ты сказала, что видела ладонь, источающую черную энергию. И как только ты ее увидела, то почувствовала помутнение сознания и как тьма поглощает тебя. Очевидно, это какое-то гнусное колдовство.
– Кто может сделать подобное? И зачем?
– Я тоже не знаю, кто это сделал. Я только знаю, что колдовство существует. До сих пор я даже не сталкивалась с таким. Но мне известно, что есть колдуны, использующие свои тела, чтобы создать темное пространство, куда они затаскивают невинных добрых духов и приносят их в жертву тьме. Они используют их жизни или души, чтобы получить что-то взамен.
– Но чего они хотят?
– Как правило, богатства, славы... и вечной жизни.
– Вечная жизнь? То есть они никогда не умрут?
– Да. Верно. Возможно... Мори была убита таким колдовством?
– Да, хотелось бы надеяться, что это не так. Но судя по тому, что я узнал на остановке святой Дзельквы, вероятность этого очень велика, – вмешался только что вошедший через специальный вход Джерон.
– Я узнал, что Мори ушла раньше, чем смогла стабилизировать свои эмоциональные воспоминания, и пришла сюда по следам других кругляшей. Соро рассказал, что когда Мори прибыла на первую остановку, она была в безумной панике. Конечно, высшие духи приняли необходимые меры, чтобы нормализовать ее состояние.
Души, пережившие смерть, иногда испытывают сильный страх или тревогу. Тогда духи остановки дзельквы используют свои божественные силы, чтобы помочь им преодолеть пугающие воспоминания и обрести чувство спокойствия и безопасности. В какой-то момент Мори проснулась и спустилась с одноместного диванчика, который идеально подходил ей по размеру. Она медленно обвела пекарню спокойными милыми глазами, а потом начала внимательно разглядывать всех присутствующих. Кругляши тоже принялись с любопытством изучать ее.
– Смотри, как все за тебя переживали. Мори, как ты себя чувствуешь? Стало лучше? – Услышав ласковый голос Лары, Мори энергично завиляла хвостом и всмотрелась в лицо Лары. – Что? Ты хочешь что-то сказать?
– Я хочу кое-что сделать с тобой.
– А? Что?
Лара недоумевала. В ответ на вопрос Лары Мори вытянула передние лапы, встала и встряхнулась всем телом, а потом подошла к Ларе и остановилась перед ней.
– Теперь смотри внимательно.
Лара не раздумывая кивнула, хотя и не понимала, в чем дело. Мори медленно подняла одну лапу и опустила ее на пол, а затем подняла другую и снова опустила. Она повторила движение еще раз, одна нога вверх, опять вниз, и поворот.
– Танец? – неуверенно спросила Лара, на что Мори громко залаяла.
Она сделала движение правой передней лапой влево и сразу же опустила ее.
– Кажется, это танец? – спросила Манё, глядя на ритмичные движения сгустка энергии.
– Да, похоже. Она же не пытается сказать, что хочет потанцевать со мной?
– А ты попробуй. Выглядит несложно.
– Но я...
Пока Лара стояла, застыв в нерешительности, рядом с Мори из ниоткуда появился Джерон и, повторяя за ней движения, сказал:
– О-о-о, танцы. А это довольно весело.
Мори стала подпрыгивать на месте, приглашая Лару присоединиться:
– Давай потанцуй со мной!
Лара неохотно приблизилась к ней. И вскоре они всё поняли. Поняли, почему лицо Лары выражало полное замешательство. Ответ был в ее абсолютно деревянных ногах и неуклюжих движениях.
– Почему эти движения такие сложные?
– Не знаю. Во всяком случае, мне нормально.
Мори наклоняла голову в разные стороны, наблюдая за неловкими движениями Лары. Ее уши при этом трепыхались в такт движениям головы. Позади них Манё и Джерон уже не сдерживали смех. Хотя бы в такой ситуации они были заодно.
На следующий день танцы продолжились. Мори успокоилась и заметно повеселела. Но у Лары все еще были причины для беспокойства. Она не хотела тревожить Мори, которая только пришла в себя. Но если до конца сегодняшнего дня ее хозяин не объявится, Ларе придется опять проникнуть в память Мори и заставить снова пережить ужасные воспоминания.
– Мори, ты находишься здесь уже три дня. Твой хозяин же собирался прийти за тобой? – спросила Лара, повторяя движения, которые заметно улучшились со вчерашнего дня.
Услышав ее вопрос, Мори замедлилась.
– Может быть, твое желание – это исполнить танец со своим хозяином?
Мори остановилась и настороженно уставилась на Лару.
– Хорошо, можешь не отвечать. Но ты обязательно должна встретиться со своим хозяином. Только так ты сможешь попасть в загробный мир. Ты же знаешь?
Лара присела на корточки перед Мори, которая по-прежнему хранила молчание.
– Ты же не можешь уйти отсюда одна. Если бы это было возможно, ты бы уже была на небе.
Мори последовала примеру Лары и села на задние лапы. Взгляд ее больших глаз беспорядочно метался, не задерживаясь ни на чем.
– Если ты не возражаешь, я бы хотела посмотреть твои воспоминания. Тогда я смогу помочь исполнить твое желание...
– Не хочу, не хочу ничего показывать. Мне так страшно. Очень страшно... – тихо произнесла Мори.
Лара вздохнула, глядя в ее влажные глаза, которые, казалось, в любой момент готовы были выпустить слезы. Однако Лара не собиралась отступать.
– Позволь мне хотя бы посмотреть информацию о твоем хозяине. Можешь не показывать другие воспоминания, если не хочешь.
Мори моргнула, взмахнув длинными ресницами. В конце концов по ее щеке скатилась одна-единственная слеза.
– Пожалуйста, я прошу тебя, Мори.
Лара сложила ладони в умоляющем жесте, и Мори закрыла глаза, выражая решимость. Лара расценила это как согласие и уселась прямо на пол. Она протянула к ней руки. Мори позволила Ларе обнять ее, а потом прошла сквозь ее грудь и быстро вернулась в свой торт из сладкого картофеля. Сознание Лары погрузилось в кромешную тьму. Лара миновала последние воспоминания, скрытые Мори. Теперь она умела проходиться по воспоминаниям кругляшей и выбирать только те, которые хотела увидеть. Пройдя длинный туннель, Лара вскоре обнаружила место, откуда пробивался свет, и устремилась сознанием туда, чтобы погрузиться в воспоминание.
Первым чувством, появившимся после того, как рассеялся черный туман, было обоняние. Все тело покалывало от странных ощущений в носу. От разнообразия запахов, которые, казалось, проникали прямо в мозг, немного кружилась голова. Это был освежающий запах влажной после дождя земли! Лара с головой погрузилась в новый мир, используя собачий нос. При каждом щебетании птиц ее большие уши невольно приходили в движение и задевали загривок. «Запах травы, оказывается, такой приятный. А как пахнет земля под травой!» Лара подпрыгивала от восторга, ее шаги становились все легче и пружинистей.
– Думаю, мы почти у цели. Правда, Мори?
При звуке мягкого голоса уголки рта Мори сами собой довольно растянулись. «Голос, который всегда приятно слышать!» – раздалось из самого сердца Мори. Она шагала в ногу со своим человеком. Люди на детской площадке провожали ее добродушными взглядами. Лара без видимой причины была довольна и чувствовала гордость. Ей захотелось узнать больше о хозяине, который так хорошо обучил Мори.
– Ты молодец. Очень круто!
Лара ощутила, как Мори старается сохранять спокойствие. В то же время Лара ждала, когда собака поднимет голову и посмотрит на своего хозяина. Но Мори не поднимала головы и сосредоточенно шла вперед, словно на важное задание. Когда они с хозяином остановились у светофора на пешеходном переходе, окружающая местность показалась Ларе знакомой. Мори слегка подняла голову. Лара напряглась, боясь пропустить момент появления хозяина. Но уже в следующий момент ее охватило замешательство. Когда Мори подняла голову, чтобы посмотреть на лицо хозяина, его черты оказались размыты и едва различимы. В панике Лара попыталась снова сосредоточиться и восстановить воспоминание. Но с каждой попыткой образ хозяина становился еще более смазанным, и Лара не могла ничего рассмотреть. Лара больше не могла там оставаться и вырвалась из воспоминаний. Она не могла понять, почему Мори даже не пытается помочь ей.
– Мори, как я смогу помочь тебе, если ты мне мешаешь!
– Извини. Но я не могу по-другому. Слишком страшно.
– Все равно. Если будешь только скрывать...
– Мне страшно, я больше так не могу, мне нужен перерыв.
Мори поспешно ретировалась в торт.
– Сделай перерыв. Вам обеим он нужен. – Манё предложила Ларе поесть и бросила взгляд на скрывшуюся в торте Мори. – Удалось что-нибудь узнать?
– Нет. Она мне совсем ничего не показывает о своем хозяине.
– Тогда...
– Нам придется найти другой способ, но я не знаю какой.
– Давай не будем торопиться. Возможно, гениальная идея придет в самый неожиданный момент. Как обычно.
– Было бы отлично, – кивнула Лара, беря вилку и отламывая кусочек кекса со вкусом чая «Эрл Грей».
– Ты увидела что-то еще? – спросил хранивший все это время молчание Джерон.
– Что-то еще?
– Что-то, что может стать подсказкой. Необязательно конкретную информацию о хозяине. У собак очень развиты органы чувств, они хорошо запоминают все, что их окружает.
– Что же еще... Все происходило как обычно перед светофором около жилого комплекса... А! – Лара негромко воскликнула. – Да, точно, это должно сработать!
– Что...
– Мы не будем искать его сами, мы будем получать информацию!
Лара отпустила вилку, и та громко звякнула. Но похоже, этого даже никто не заметил. Все застыли в ожидании ее следующих слов.
* * *
Перед Джероном и Манё пронеслась череда зарисовок. Это были портреты, нарисованные Ларой. Все пришли к выводу, что в рисовании Лара оказалась гораздо искуснее, чем в танцах.
– Ну как? Здесь вышло же похоже?
– Ну, это довольно близко к оригиналу, – сказал Джерон, глядя на Мори.
Стоящая рядом с ним Манё показала большой палец вверх. Манё вырвала несколько седых волосков из своих черных как уголь локонов и положила их на бумагу, которую держала Лара. Ведьма подула на лежащие волосы, те затрепетали, а листы бумаги сдвинулись. Манё подула сильнее, и начали появляться копии портрета Мори. Вскоре они хлынули, вторя дыханию Манё, словно распечатанные на принтере документы. Лара поймала один из летающих в воздухе листков и изумленно его рассматривала.
– Наблюдать за вашим волшебством каждый раз так интересно и волнительно!
– Да? Я испытываю то же самое, когда тебе в голову приходит гениальная идея.
Пока они обменивались любезностями, Джерон неистово размахивал передними лапами, пытаясь поймать хотя бы часть разлетевшихся по пекарне рисунков. Лара разложила листы рядом с ним.
– Осталось только красиво завязать.
– Да, теперь я тоже могу легко достать.
Манё надела на палец брелок в форме метлы и потрясла им.
– А это настоящая метла?
– А похоже?
– Кажется, вы недавно говорили, что можете летать на ней и распространять листовки.
– Я сказала, что летаю, но не говорила, что на метле.
– А, ну да. Но у него форма прям как у метлы, нет?
Манё покрутила веточки метлы. Глаза Лары распахнулись от любопытства, а Манё захихикала и вытащила одну веточку. Из той вылетела трубочка в форме корейской буквы «н»[13]. Манё не остановилась на этом и потянула за противоположный конец трубочки. Спрятанная внутри тонкая палочка щелкнула и вытянулась во всю длину.
– О! Это!
– Знаешь, что это?
– Разве это не комбандэ?[14]
– Бинго.
Манё лукаво улыбнулась и, взяв Лару за руку, вышла на улицу. Она обняла комбандэ губами и глубоко затянулась. Из трубки вырвался круглый шар дыма. Манё закрутила его рукой, создав небольшой вихрь. Не оставляя Ларе времени удивиться, ведьма подбросила вихрь высоко в воздух, и все небо заволокло тучами. Создалось ощущение, будто небеса вот-вот обрушатся прямо им на головы.
– Босс, это потрясающе!
– Пока рано восторгаться. Все только начинается.
Манё обхватила Лару за плечи. А потом топнула ногой.
– Теперь повтори за мной.
В предвкушении Лара топнула ногой.
– Хорошо. Ты должна еще два раза топнуть и подпрыгнуть со мной. Поняла?
Кивнув, Лара по команде Манё топнула ногой два раза. Когда Лара подпрыгнула выше, чем она даже могла мечтать, то вскрикнула от неожиданности. Но, вспомнив день, когда впервые использовала веер, девочка отмела страх, по спине пробежали мурашки восторга. Оседлав воздушный поток, Манё осторожно направила Лару на крышу.
– А выцветшая плитка на нашем доме довольно красиво смотрится, правда? – сказала Манё, разглядывая потускневшую и оттого казавшуюся разноцветной черепицу на крыше. Ведьма развернулась всем телом и перескочила через дуб, дзелькву и сосну. Лара с восторгом мчалась следом за Манё. Девочка быстро приноровилась к полету и уже не отставала от Манё, лавируя между высокими деревьями.
– Теперь ты веди.
Лара кивнула, поправляя связку листовок, и повела Манё. В этот момент одна из листовок с изображением Мори выскользнула из связки. Лара и Манё набирали высоту, пролетая сквозь облака, а портрет Мори кружился, как осенний лист, пока тихо не лег на землю.
Лара нервно обновляла страницы своих социальных сетей. Вдруг телефон завибрировал. Девочка тут же открыла сообщение. Но уже в следующее мгновение она опустила телефон с выражением полного разочарования на лице.
– Что такое? Разве тебе не пришло сообщение?
– Пришло, но оно не от хозяина Мори, а от Есыль из моего класса.
– От Есыль?
– Да. Она из семьи Золотко...
– Та девочка с длинными волосами! И что она хотела?
– Я даже не знаю. Видимо, нашла меня в соцсетях. В любом случае в последнее время она пытается общаться со мной. Но не думаю, что она помнит, что тогда произошло...
– Хм, может, это и к лучшему?
– Что к лучшему?
– Хотя мы можем управлять воспоминаниями, мы не можем полностью взять под контроль чужие чувства и ощущения. Возможно, поэтому она неосознанно начала испытывать к тебе интерес. Не отталкивай ее. Вы бы могли стать хорошими подругами.
В ответ на слова Джерона губы Лары слегка дернулись, и она расплылась в улыбке. Лара нажала кнопку «подписаться в ответ» и перешла на страницу Есыль. На первой фотографии в ленте сияла Есыль после конкурса пианистов, где получила золотую медаль. Пока Лара размышляла, поставить лайк или не стоит, пришло еще одно уведомление. Лара моментально открыла сообщение, и на ее лице расцвела такая же широкая улыбка, как у Есыль на фото. Лара показала экран Манё и Джерону:
– Наконец-то! Пришло сообщение!
С этого сообщения началась вереница многочисленных звонков и сообщений от самых разных людей. Так в пекарне наконец узнали, кем была Мори при жизни.
– Собака-поводырь! Вот почему никто не приходил за ней.
Джерон был удивлен больше всех. Его бурная реакция была непривычной.
– Судя по сообщениям, Мори и ее хозяина знало большое количество людей.
Из полученных сообщений они узнали всю информацию: где их последний раз видели, в какое время они обычно гуляли, даже где они жили.
– Кажется, это здесь! – радостно воскликнула Лара, протягивая Манё и Джерону телефон с открытым сообщением, в котором была фотография.
– Отлично. Давайте собираться, и выходим.
Лара достала из ящика большую подарочную коробку, чтобы упаковать в нее торт из батата. Затем Джерон, держа в зубах красно-зеленую ленточку, протянул ее Ларе.
– Можем просто отправиться на то место, что ты видела вчера. Хорошо, что это старый жилой комплекс. В современных – одни заборы, шлагбаумы и консьержи, так просто в них не зайти. К тому же у них весьма посредственная архитектура.
Лара беззвучно хихикала, глядя, как Манё приготовила альбом и взяла в руку кисть. Девочка не могла сдержать смех, ведь с виду ведьма была не намного старше нее, но имела привычки пожилых людей.
– Так, кажется, там это было, хм... там было только два дерева гинкго?
На вопрос Манё Лара ответила недовольным кивком. Умелыми движениями помощница сложила ручки плотной подарочной коробки.
– Выглядит красиво, – сказала Манё, наблюдая, как Лара осторожно переставляет Мори в коробку, а затем аккуратно перевязывает ее двумя лентами Джерона, чередуя цвета, чтобы создать еще более притягивающий эффект.
– Конечно.
– Отлично, с таким боевым настроем сегодня ты можешь отправиться первой. – Манё указала большим пальцем на альбом позади.
Лара взяла в руки коробку с Мори, плюхнулась на пол и протянула пальцы ног прямо в альбом, края которого доходили до паркета. Она напрягла пятки и задвигала бедрами, продвигаясь вперед, а затем скользнула в глубь альбома. Чтобы избежать лишнего внимания, их местом назначения был выбран игровой тоннель на детской площадке рядом с домом Мори. По дороге к нужному дому Манё поделилась, что переход был «весьма волнительным». Лара усмехнулась. Но когда они наконец оказались перед нужной дверью и начали нажимать на звонок, никто не выходил, сколько бы они ни звонили. За дверью отсутствовали какие-либо признаки жизни, а Мори, казалось, была готова выскочить из своей коробки и ворваться в квартиру. Если бы не специально подготовленная на этот случай подарочная упаковка, она бы уже это сделала.
– Что нам теперь делать? Может, постучать в дверь?
Манё сжала руку в кулак, готовая тут же ударить по двери. В этот момент Мори перестала двигаться. Лара повертела в руках внезапно притихшую коробку и поставила ее на пол, чтобы проверить Мори. И тут ее лицо окаменело.
– Нет...
– Нет? Тогда что будем делать?
– Нам лучше вернуться в пекарню прямо сейчас.
– Что? Серьезно?
Лара медленно кивнула, и Манё окинула ее непонимающим взглядом. Она посмотрела на коробку в руках Лары и почувствовала что-то неладное. Энергия Мори была подавленной и мрачной.
– Сейчас Мори говорит своему хозяину ни в коем случае не открывать дверь. Какой бы острой ни была необходимость как можно скорее встретиться с хозяином, пока Мори находится в таком состоянии, это невозможно сделать. Я думаю, нам нужно выяснить причины.
С этими словами Лара замолчала. Увидев прогрузившуюся в раздумья Лару, Манё постаралась не поддаваться нахлынувшему раздражению и разочарованию. Вернувшись опять к игровому туннелю, Лара и Манё забрались в него, поползли в обратном направлении и наконец вышли из альбома.
– Выходит, вернулись ни с чем, – сухо констатировал Джерон, бросив взгляд на державшую коробку с тортом Лару.
Лара сразу направилась к центральной полке, поставила коробку и открыла ее. Мори по-прежнему не двигалась. Когда Лара придвинула ближайшую табуретку и села, Манё спросила:
– Она хотя бы объяснила тебе, почему нельзя открывать дверь?
– Пока нет. Но кажется, я догадываюсь, в чем дело.
– В чем?
– Кажется, она говорила, что для нее важнее безопасность хозяина, чем исполнение ее желания. Если подумать, это естественная позиция для Мори.
– Естественная?
– Мори как никто другой знает, что без ее помощи хозяин не сможет сюда добраться. Слишком опасно идти в такое отдаленное место, когда у тебя нет проводника.
– Тогда она тем более должна была внушить хозяину мысль открыть дверь. Он бы просто съел торт, и все было кончено.
– Нет. Есть еще не менее важная проблема. Мори очень хочет встретиться со своим хозяином, но в то же время она не намерена этого делать.
– Хочет встретиться, но не намерена?
– Мори – собака-поводырь для слепых. В отличие от других кругляшей она всю жизнь помогала и присматривала за своим хозяином. Вероятно, у нее особенно обострена тревога. И в момент собственной смерти она решила, что ее хозяин тоже в опасности. Вот почему во сне она сказала ему ни за что не покидать дом.
– Поэтому она в прошлый раз не позволила рассмотреть лицо хозяина в своих воспоминаниях?
– Да. Она исказила свои воспоминания, чтобы не подвергать хозяина опасности. Когда колдун причинил ей вред, она решила сделать все возможное, чтобы защитить своего хозяина. Вся эта путаница и скрытность, вероятно, возникли из-за страха, испытанного Мори во время смерти.
Манё издала длинный тяжелый вздох.
– Хм... звучит складно. В таком случае что мы должны сделать? Ты об этом уже думала?
– Нет. Я тоже не знаю. Мы до сих пор точно не знаем, что произошло с Мори. Только факт, что некто использовал против нее колдовство, из-за которого она умерла. В первую очередь мы должны выяснить, что за опасность грозит хозяину, по мнению Мори. Проблема в том, что большинство воспоминаний Мори, прочитанные мной, затемнены или скрыты. Кроме того, я не уверена, что Мори захочет показать их снова.
– Ох... чем больше я тебя слушаю, тем больше кажется, что это по-настоящему невыполнимая задача, – сказала Манё, обхватив голову руками.
Лара выглядела не лучше.
– Кое-что есть, – раздался тихий голос Джерона. Он присел и с разбега запрыгнул на стол. – Кажется, я знаю, что может нам помочь. Послушаете?
Лара и Манё с недоумением переглянулись и перевели взгляды на Джерона.
Глава 6. Незабудки из загробного мира
– Есть только два способа избавиться от страха. Один из них – посмотреть в лицо своим страхам и преодолеть их, а другой – забыть о них.
Лара и Манё кивнули в знак согласия.
– Если не брать в расчет силу жнеца смерти, есть только один способ полностью стереть чью-то память. Река Забвения. На краю загробного мира цветут темно-красные незабудки. Само их название буквально кричит «не забудь меня». Однако выросшие на воде из Реки Забвения незабудки загробного мира имеют противоположное значение – «забудь меня».
– Кажется, я тоже слышала об этих незабудках. Из них можно сделать очень эффективное снадобье, полностью стирающее память, – вставила Манё.
– Да, верно. Нужно только собрать сорок девять капель росы с лепестков незабудок загробного мира. Конечно, чтобы получить максимальную пользу, необходимо правильно их отмерить и высчитать порции. Но если сделать все по рецепту, то мы сможем стереть воспоминания Мори.
– Кто же сделает это снадобье?
– С этим разберусь я. Всегда хотела получить шанс сделать его, – ответила Манё, при этом ее глаза сверкали в предвкушении.
Лара кивнула.
– Получается, нужно просто дать Мори снадобье забвения?
– Да, хотя нужно будет подробнее узнать, как его правильно использовать. Говорят, нужно выбрать воспоминание, от которого хочешь избавиться, разделить снадобье на несколько порций и пить по чуть-чуть, пока воспоминание полностью не сотрется.
– Мори сможет сделать это самостоятельно?
– Это невозможно: души не могут есть и пить что-либо из нашего мира. У нас только один путь – ассимиляция.
– Ассимиляция?
– Мори войдет в твое тело, и вы станете одним целым. А уже ты сотрешь воспоминание Мори.
– Это... это будет что-то вроде одержимости? – спросила Лара, нахмурив брови.
– Похоже, но есть отличие. Если раньше ты могла войти в память и со стороны наблюдать чужие воспоминания с помощью экстрасенсорных способностей, психометрии и навыков коммуникации с животными, то ассимиляция – это превращение в другое существо и переживание воспоминаний изнутри. Ваши чувства, ощущения, опыт, ваши жизни полностью синхронизируются.
Лара нахмурилась еще больше.
– Я... я смогу все это выдержать?
– Не волнуйся. Это будет не так сложно, если только ты позволишь. Мори уже проходила через твое тело, поэтому сопротивление будет меньше.
– Мне просто нужно разрешить?
– Именно. Все, что мы делаем, требует добровольного согласия. По возможности мы даже заключаем контракты друг с другом. Мы подробно устанавливаем, кто, когда, где, что, как, почему должен заключить соглашение, а также насколько строго оно должно соблюдаться и кто будет в приоритете. Так мы можем узнать последствия и избежать вредной сделки. Соглашение – часть контракта. Таким образом, если решишь ассимилироваться с Мори и полностью ее принять, сможешь стереть воспоминания, как это обычно делают кругляши.
В этот момент вмешалась Манё:
– Подожди, а это не слишком опасно? Насколько мне известно, когда в одном теле находятся две души, более сильная душа может вытолкнуть другую. Если что-то пойдет не так, Мори может отобрать тело Лары.
– Это маловероятно. Это свойственно только подлым злым душам. Я как раз специализируюсь на ликвидации таких душ. – Джерон говорил уверенно, но Манё это не успокоило.
Молча выслушав их диалог, Лара начала задавать вопросы:
– Этот цветок забвения... Все, что нужно сделать, – это пойти туда и сорвать его? Или нужно еще как-то подготовиться?
– О, ты каждый раз задаешь правильные вопросы. К слову... мне нужно рассказать вам кое-что еще.
– Что же?
– Загробный мир строго контролирует проход живых, но не мертвых. Ибо если живые пересекают границы загробного мира, последствия могут оказаться необратимыми. Например, один мужчина отправился в загробный мир, чтобы увидеть свою умершую жену, но, попав туда, он обратился в камень. Ну, неважно. Когда живой человек, чья очередь умирать еще не подошла, оказывается вблизи загробного мира, река выходит из берегов и уносит непрошеного гостя обратно в мир живых.
– В таком случае мне нужно попасть туда незаметно?
– Да, верно. И нам нужно придумать, как это сделать.
– Я это сделаю.
Лара приблизилась к коробке, в которой по-прежнему находилась Мори. Мори знала, что Лара рядом, но даже не подняла головы. Лара поджала губы и сделала глубокий вздох, полностью наполнив легкие воздухом. Она должна во что бы то ни стало убедить Мори.
– Мори, выходи. Мне нужно сказать тебе кое-что очень важное. Я хочу стереть все твои плохие воспоминания. Если твое последнее желание – станцевать тот танец, которому ты меня научила, то я с радостью помогу тебе его исполнить.
Поначалу никак не отреагировав на мягкий голос Лары, Мори вздрогнула при упоминании танца.
– Единственная причина, почему ты до сих пор не появилась во сне своего хозяина и не привела его сюда, в том, что ты боишься за него. Я хорошо это понимаю, ведь я видела твои воспоминания. До самой смерти ты отчаянно защищала свою семью. Вот что я могу сказать тебе: со мной... нет, с нами ты сможешь избавиться от своих кошмаров и исполнить последнее желание, не подвергая хозяина опасности.
– Как?
Мори, которая до этого момента поглядывала на Лару, высунув только голову из коробки, полностью вышла. Услышав голос собаки, Лара невольно улыбнулась.
– Вон та женщина и кот вполне могут тебе помочь. К сожалению, тебе не довелось наблюдать Джерона за работой на остановке Дзельквы. Он приводит в пекарню таких же, как ты, кругляшей, а после исполнения желания обеспечивает безопасную переправу в загробный мир. Ты же видела, как моя начальница с помощью магии перенесла нас к дому, где ты раньше жила? Кроме того, мы работаем, получая указания с небес. А это значит, что если тебе или твоему хозяину будет угрожать опасность, у тебя всегда есть надежный тыл, который поможет в трудную минуту.
– Но... если та рука, которая меня покалечила, появится снова, разве это не конец? – В глазах Мори читался страх.
– Тогда я обязательно спасу тебя. Ты же знаешь, что я отличаюсь от обычных людей, которых ты встречала раньше? Поэтому покажи мне все свои воспоминания. Я сотру твои страхи навсегда. Тогда ты сможешь встретиться со своим хозяином и уйти, танцуя и смеясь. Что скажешь? Доверишься мне и попробуешь?
Мори смотрела на Лару и доверительно виляла хвостом.
* * *
Специальная дверца, которой пользовался Джерон, служила и дверью в другое измерение. Перед отправлением Лара приняла уменьшающее снадобье, приготовленное для нее ведьмой, и стала меньше указательного пальца. Прижавшись к спине Джерона, Лара вошла в дверь.
– Почти пришли. Я перейду через мост, чтобы передать это Красной птице Юга[15] и доложить о работе, – Джерон потряс пакетом с печеньем, – а ты хорошенько позаботься о Мори, пока меня не будет.
Говорят, что охраняющая границы загробного мира Красная птица Юга, одна из четырех знаков зодиака, очень любит белый рис. Поэтому Джерон попросил Манё приготовить сладкое рисовое печенье.
Приблизившись к загробному миру, Джерон сделал вид, будто он просто прогуливался неподалеку. Кот подошел к красно-черным незабудкам и вдохнул их аромат. Благоухание незабудок усиливалось к полуночи. В загробном мире стояла звенящая тишина. Лишь один взгляд на исходящее от луны мерцание дарил умиротворение.
Воспользовавшись моментом, Лара соскользнула со спины Джерона. Из кармана она достала шесть заранее приготовленных маленьких сосудов с узким горлышком, шесть соломенных человечков и прядь волос Манё. Лара опустила человечков на землю и положила на каждого по седому волоску ведьмы. Потом она выдернула несколько своих волос и тоже их разложила. На шеи человечков она повесила маленькие сосуды и вдохнула в них воздух.
– Похоже, ты закончила, – сказал Джерон, лежащий в позе буханки хлеба и закрывающий Лару от посторонних глаз.
Он опустил взгляд на Лару и на появившихся рядом с ней шесть ее копий. Лара взобралась на ближайшую незабудку. Следуя ее примеру, маленькие Лары пришли в движение. С наступлением полуночи над загробным миром начал подниматься водяной пар.
– Помни, что время здесь течет гораздо быстрее, чем в нашем мире. Полночь тоже длится совсем недолго. Конечно, если бы я встретился с Красной птицей Юга и попросил ее о помощи, все прошло бы хорошо. Но если за это время взойдет солнце, вся роса испарится. Так что до тех пор...
Лара подняла сосуд и энергично им затрясла.
– Ладно, хорошо. Я просто хочу поддержать тебя.
Увидев, что и настоящая Лара, и остальные шесть заняли места на стеблях цветов, Джерон поднялся. Густой туман уже окутал загробный мир. Стояла безветренная ночь. Лара улыбнулась, разглядывая росу на кончиках низеньких травинок в обволакивающей темноте.
– Не медли!
Лара махнула рукой в сторону Джерона. Он бросил на нее встревоженный взгляд и повернулся, собираясь уйти. Лара забралась выше по стеблю. Ночные лепестки были плотно прижаты друг к другу, словно возражали против любого прикосновения.
– Ты можешь собрать росу после полуночи.
Не успела Лара оглянуться, как Джерона уже не было рядом. Лара взяла висящий на ее шее сосуд и собрала в него росу со стебля. На одного человека приходилось семь капель, в общей сложности они должны собрать сорок девять капель росы. Лара и шесть ее копий принялись усердно работать.
Одна капля, две капли, три капли...
«Кажется, аромат цветов стал слабее», – подумала Лара, собирая пятую каплю.
Лара взглянула на небо. Кромешную тьму прорезал слабый луч света. Проблеска оказалось достаточно, чтобы сжатые всю ночь цветы начали распускаться. Лара засуетилась и поспешила к следующему лепестку.
«Ой!» – Нога Лары соскользнула с лепестка. Она подумала, что провалилась в бутон. Зацепившись за лепесток, Лара повисла в воздухе. Она повернула голову в сторону загробного мира. К счастью, ее присутствия еще не обнаружили. Лара быстро подтянула ноги и перебралась на более устойчивый лист. Тем временем остальные Лары закончили свою работу и, спустившись с цветов, выставили в ряд наполненные сосуды. Лара заметила каплю росы на незабудке, которая вот-вот была готова распуститься.
«Я соберу ту последнюю каплю, и все будет готово!»
Лара устремилась к цветку. Капельки росы на цветке уже начали заметно уменьшаться. Ларе приходилось соблюдать особую осторожность, ведь если хотя бы одна капля упадет и издаст звук, то все кончено. Когда девочка приблизилась к цветку, налетел ветер. Со стороны, где находились шесть Лар, послышались глухие звуки падения.
«Заклинание больше не действует!» – В глазах Лары промелькнула тревога. Ветер подхватил выпавшие из соломинок волоски, унес их к загробному миру, и чары рассеялись. Вдруг в мерцающем свете луны загробный мир открыл свои глаза. Лара задрожала от этого гротескного зрелища. Многочисленные зрачки рыскали в поисках нарушителей. Воды начали вздыматься. Лара подавила желание закричать и ускорилась, собирая росу. Девочка не раздумывая спрыгнула на землю, но за ее спиной уже появилась огромная тень. Лара замерла.
«Хоть бы пронесло... пожалуйста!»
Но нахлынувшая зловещая волна синего холода обрушилась на нее и принялась изучать незваную гостью. Лара охнула, не в силах сдержать дрожь в своем теле, и бросилась к сосудам, брошенным ее маленькими копиями.
– Ты-ы-ы! Откуда здесь взялось живое существо?!
Лара подхватила сосуды, когда раздался яростный рев, подобный раскату грома.
Она отчаянно пыталась выбраться из нахлынувшего потока воды. Рев все нарастал.
«Это конец... это конец», – стучали мысли Лары, девочка прижала к груди сосуды и съежилась. Лара завопила от страха, почувствовав, как что-то с легкостью оторвало ее от земли.
– Лара! Это я.
Ее ноги вновь коснулись земли. Голос был привычен. В этот момент действие уменьшающего снадобья закончилось – перед Ларой появилась крупная фигура.
– Джерон!
Она впервые видела настоящего тигра. Лара оглядела его с ног до головы, даже не скрывая удивления. Загробный мир вдруг успокоился, и воцарилась тишина.
– Это... твой настоящий облик?
– Да. Изначально я выгляжу так.
– О боже! Я думала, ты просто миленький котик, а ты такой огромный!
– Мне пришлось принять свой истинный облик, чтобы попасть сюда вовремя.
Лара кивнула и почувствовала, что последние силы покидают ее тело. Облегчение и усталость одновременно навалились на девочку.
* * *
Открыв глаза, Лара поняла, что снова находится в пекарне. Лара заметила маленький сосуд с готовым снадобьем, оставленный рядом с ней. Холодок пробежал по коже. Ведь никто не знает, что произойдет дальше. Но в одном Лара была уверена: успех этого дела зависит только от нее самой. Она единственный человек, способный услышать душу Мори и избавить от мучавших ее кошмаров.
– Поняла, Мори? На этот раз, войдя в мое тело, ты должна остаться в нем, а не идти дальше. Нужно дождаться, когда я ассимилируюсь с тобой.
Мори приблизилась к Ларе и заскулила, казалось спрашивая, не хочет ли Лара изменить свое решение. Но Лара улыбнулась и покачала головой:
– Нет. Ты же обещала. Я постараюсь не сопротивляться, но ты тоже должна дождаться, пока мы не станем одним целым. Поняла? – твердо произнесла Лара.
Манё крепко сжала руку сидящей на диване Лары и серьезно сказала:
– Лара, если поймешь, что ничего не получается, ты должна быстро отделиться. У нас еще осталось время, мы можем поискать другое решение. Не рискуй. Поняла?
Джерон подошел к подлокотнику и прижался к боку Лары. Они были готовы в любой момент извлечь душу Мори, если заметят что-то подозрительное в состоянии Лары.
– Да. Я готова.
– Тогда для начала сделай один глоток снадобья. Если выпить его заранее, то оно успеет создать что-то вроде защитной оболочки даже от самых кошмарных воспоминаний.
Лара последовала наставлениям Джерона, вынула пробку из бутылочки и отхлебнула. Она скривилась, как только почувствовала на языке неприятный травянистый вкус отвара.
– Мори, теперь входи.
Мори на секунду застыла перед Ларой, моргая своими большими глазами. Лара почувствовала, как снадобье постепенно разливается по ее телу. Мори начала медленно погружаться в тело Лары. Они быстро ассимилировались.
Когда тьма расступилась, Лара наконец увидела лицо хозяина. Она мягко прикрыла глаза и последовала за Мори. Пройдя по тротуару, неровные бруски которого скользили между ее пальцами, они остановились на развилке.
«Мори, нам надо дальше. Прямо к светофору».
Мори уверенно свернула к светофору. Все вокруг было знакомо: привычный пейзаж, привычные запахи, витавшие в воздухе.
Слившиеся воедино Мори и Лара шли навстречу невыносимым воспоминаниям. У светофора им захотелось зажать нос. Глаза Лары беспокойно заморгали, а кончик носа подергивался.
«Тошнотворно сладкий! Это запах косметики, которую используют люди!»
Поразительное собачье обоняние было парализовано шквалом химических запахов. Кто-то встал прямо перед Мори. Она собиралась, как обычно, поднять голову, чтобы взглянуть на подошедшего, но вдруг ощутила черную ладонь на своих глазах.
«Ох! Я не могу дышать!»
Лара принюхалась к запахам животных, исходившим от ладони, и поморщилась.
«Это запах бесчисленных умерших животных!»
Неведомая сила так давила на Лару, что ее голова затряслась, зрачки расширились, воздуха не хватало. Так не могло дальше продолжаться. Вынырнув из воспоминаний и открыв глаза, Лара схватила сосуд и выпила снадобье. Она ничего не могла объяснить Манё и Джерону, с тревогой наблюдавшим за ней. Девочка сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, пытаясь отдышаться и скорее избавиться от боли. Ощущения притупились, воспоминания немного поблекли, а им на смену пришло слабое ощущение безопасности.
– Стало лучше. Снадобье правда работает. – Лара нервно улыбнулась.
Манё заботливо вытирала пот со лба Лары. Придя в себя, Лара вновь погрузилась в воспоминания, а Манё еще крепче сжала руку девочки. Почувствовав поддержку и тепло руки Манё, Лара медленно закрыла глаза. Она ощутила, как огромная сила затягивает куда-то ее душу, тело же застыло от ужаса. Ларе хотелось закричать, лишь бы прекратить это, но ее голос тоже куда-то пропал, и она не могла проронить ни звука. Лара стиснула зубы. Черная ладонь снова приблизилась и прижалась ко лбу Мори. Мысль, что она больше не выдержит, завладела всей Мори: «Нельзя позволить затянуть меня! После моей смерти она сможет навредить моему хозяину! Нельзя поддаваться!»
Отчаяние Мори передалось Ларе. Из ее глаз потекли слезы. Критический момент наступил: у нее не осталось ничего, кроме одной-единственной ниточки, связывающей тело с душой. Это и есть конец? Мысли путались в голове.
– Лара! Лара, очнись! Лара!
Лара с трудом открыла глаза, услышав обращенный к ней отчаянный голос.
Манё взяла сосуд и капнула отвар на губы Лары, по лицу которой уже струились слезы.
– Лара, остановись. Ты сделала достаточно.
Лара тряхнула головой. Она не хотела оставлять все как есть.
– Нет. Я хочу стереть все. Я не могу позволить ей уйти с такими ужасными воспоминаниями.
– Лара!
– Пожалуйста. Кажется, у меня почти получилось. Я чувствую, что достигла конца. Осталось только последнее, предсмертное воспоминание. Если и его стереть, то уже сегодня Мори сможет появиться во сне своего хозяина.
Лара взяла сосуд из рук Манё и выпила почти все до дна, оставив лишь пару глотков. Затем она улыбнулась Манё.
– Если я не проснусь, влейте мне оставшееся снадобье. Я быстро.
– Ну ты! – воскликнула Манё.
Слушая низкое мурчание Джерона, Лара опять погрузилась в воспоминания. Но что-то было не так. Лара наблюдала за лежащей без сознания Мори со стороны, паря в воздухе. Вокруг нее столпились прохожие, а мужчина, который, судя по всему, был ее хозяином, громко рыдал.
«Это не то... где же я? Мори уже умерла? А! Мне нужно попасть в более раннее воспоминание».
В этот момент послышались тяжелый вздох и плач. Звуки исходили от Мори, которая находилась внутри тела Лары. Она хранила молчание, пока Лара стирала воспоминания о ее смерти, но теперь она напомнила о себе, беспокоясь о Ларе. Мори не хотела, чтобы Лара рисковала снова.
«Все в порядке, Мори. Со мной все хорошо».
Воспоминания отмотались назад, словно пленка кинофильма. Это был момент перед самой смертью.
«Мне просто нужно стереть это воспоминание!»
Как вдруг Лара услышала: «Беги!»
Тьма полностью накрыла ее, а потом, будто волна, вытолкнула ее тело обратно.
«Беги! Быстрее!»
Как только Лара услышала чей-то пронзительный крик, ее тело резко дернулось наверх, а душа покинула оболочку и парила в воздухе.
– Мори!
Снизу донесся еще один крик. Он принадлежал Хаджуну, хозяину Мори. К месту трагедии подходило все больше людей, его окружила шумная толпа. Вдруг Лара услышала другой голос:
– Лара! Лара!
Это была Манё, пробивавшая сквозь чары. Усилием воли открыв глаза, Лара увидела отделившуюся от нее Мори и наконец расслабилась.
На следующий день Хаджун оказал радушный прием незнакомым гостям. Ведь накануне ночью Мори явилась к нему с новой просьбой.
«Когда мои друзья придут в гости, пожалуйста, откройте дверь и встретьте их».
Лара и Манё приняли приглашение Хаджуна и расположились на диване в гостиной. Душа Мори, виляя длинным хвостом, била по стенкам коробки с тортом из батата в руках Лары. Благодаря тому, что Лара стерла все ее воспоминания о смерти, она выглядела счастливее, чем любой другой кругляш. Лара была рада, что смогла познакомиться с Мори, какой она была при жизни. Девочка поставила на стол коробку, значительно превосходившую размеры стандартных коробок.
– Мы принесли вам торт из сладкого картофеля. Не хотите попробовать?
– А, нет. Не стоит. Я...
Хаджун коротко махнул рукой, смутившись странности собственных первых слов. Но Лара сразу же открыла коробку с тортом, не обращая внимания на его вежливый отказ. Для нее встреча Хаджуна и Мори была важнее всего. Почувствовав идущий от торта аромат сладкого картофеля, Хаджун издал тихий вздох.
– Мори...
– Приятного аппетита. Желаем вам хорошо провести время.
Лара полностью освободила торт от упаковки и протянула ему заранее приготовленную вилку. Она осторожно взяла Хаджуна за руку и направила его к торту. Хаджун с аппетитом попробовал первый кусочек. На его лице проступила улыбка. Он почувствовал, как Мори влетела через его ноздри и вылетела через стопы.
– Мори, это моя Мори?
Хаджун положил вилку и позвал Мори. Он опустил ладонь ровно туда, где находился лоб Мори. Его губы дрожали, когда он звал ее. На ресницах Хаджуна заблестели слезы.
– Мори. Моя Мори правда пришла повидаться со мной.
Он гладил мягкую голову Мори, как вдруг хлопнул себя по колену, словно что-то вспомнив. Как никто другой, Хаджун мог быстро угадать желания Мори. Он вскочил на ноги и стал перебирать виниловые пластинки. Взяв самую заигранную пластинку, Хаджун поставил ее и включил проигрыватель.
– Станцуем сегодня твой любимый вальс?
Мори радостно запрыгала.
Улыбаясь, Хаджун осторожно развел руки. Он принял позу: пятки вместе, носки врозь, колени согнуты. И начал двигать руками. Мори вытянула две лапы, отставила корпус назад и плавно поднялась на задние лапы. Лара наблюдала за ними, и ее осенило: до потери зрения Хаджун был танцором.
– Подарите мне последний танец, принцесса.
Мори весело залаяла.
– Раз, два, раз, два, раз, – начал считать он, когда заиграла композиция.
Его голос и музыка заполнили комнату. Хаджун и Мори смотрели друг на друга и смеялись. Они танцевали без остановки, пока Мори не растворилась, обратившись в свет.
Глава 7. Сбежавшая душа
Вернувшись после встречи с Хаджуном, Лара и Манё обнаружили в пекарне дожидавшегося их Джерона. Его доклад о проведенной в загробном мире работе привел их в полное замешательство.
– Хочешь сказать, что эти слухи имеют отношение к нашему делу?
– Судя по тому, что я услышал в загробном мире, именно так.
– Что говорят небожители?
– Кажется, пока все держится в тайне. Должно быть, они тоже озадачены. Кто мог предположить, что подобное может случиться? Даже бессмертные боги не могут нарушить законы Вселенной. Достигнув определенного возраста, они перерождаются: снова растут и стареют. Так, пройдя весь жизненный цикл и вновь став ребенком, бог страха оказался среди людей.
– Неужели этот бог сам освободил негодяя?
– К сожалению, да.
– Будучи любопытным ребенком, он приблизился к злодею, отбывавшему наказание в заточении. Мерзавец мгновенно сообразил, что надо делать, ведь понял, насколько добрая рядом с ним душа. Используя все свое красноречие, он начал умолять юнца, просил освободить его несчастную душу. Услышав его причитания, невинная душа бога сжалилась над ним. Она поверила ему и освободила помощью заклинания освобождения.
– Вот же хитрец.
– В прошлой жизни он был королем одной страны. Известный разжигатель войн. Жестокий человек, без предупреждения вторгавшийся в соседние страны и убивавший мирных жителей. Его жадность не знала границ: король захватывал государства одно за другим. Он хотел стать бессмертным и наслаждаться властью вечно. В конце концов он нашел способ купить вечную жизнь с помощью подлого колдовства. Для этого нужно было заточить и заколдовать новорожденную чистую душу человека или животного.
– Так и знала. Все же это не самый распространенный способ применения магии.
– Почему? От этой истории у меня мурашки по коже.
– Как правило, для создания пространства смерти внутри собственного тела необходимо полностью погрузиться в тьму и зло. Это означает, что в нем не осталось ни капли добра. Мы должны быть готовы к самым низким поступкам с его стороны. – Манё сжала губы и нахмурилась.
Сидящая рядом Лара притихла.
– Это все похоже на сюжет какого-то сериала или фильма.
Манё посмотрела на Лару, которая что-то невнятно бормотала.
– Это слишком нереально. Душа жестокого преступника, наказанного небесами, сбегает по чьей-то ошибке и оказывается причастной к смерти Мори... Когда я думаю, что все это происходит на самом деле, я одновременно чувствую шок и страх.
– Лара, почему бы тебе не пойти домой и не отдохнуть? – мягко произнесла Манё, поглаживая Лару по спине.
Несмотря на снадобье, облегчившее Ларе состояние, она все еще ощущала на себе отдельные отголоски кошмарных воспоминаний Мори.
– Нет. Мне уже лучше после вашего отвара, спасибо. Но тяжело осознавать, что все гораздо серьезнее, чем казалось на первый взгляд. На самом деле... я тоже хочу кое-что рассказать.
Манё и Джерон переглянулись и посмотрели на Лару, как бы подбадривая ее продолжить.
– Вчера нам было не до этого, поэтому я ничего не сказала. Но перед тем, как душа Мори оказалась затянута в черную ладонь, появилась какая-то другая сила, которая пыталась предотвратить это.
– Еще одна сила?
– Да. Кто-то сопротивлялся ладони колдуна, поэтому Мори смогла отскочить и ненадолго освободиться. И еще я слышала, как кто-то кричал мне быстрее бежать.
– Похоже, там находилась еще одна душа.
Лара посмотрела на Джерона и кивнула.
– Возможно, в последний момент темное пространство, поглотившее душу Мори, открылось шире, и из него выскользнула другая, еще не погасшая душа.
– Да. Похоже на то. Это только мои ощущения, но... возможно, я что-то знаю об этой душе.
– Что? Откуда ты знаешь? – удивилась Манё.
– Почему-то она показалась мне знакомой. Если подумать, она похожа на трехцветную кошку, которая часто вертелась около моей школы. Дети подкармливали ее. Еще у нее был необычный короткий хвост, всегда загнутый крючком.
– Ты уверена?
– Да. Уверена. Несколько дней назад я похоронила такую же кошку на общественном кладбище. Но до этого момента я не подумала, что это одна и та же кошка... Но теперь я уверена. – Лара вспоминала, как при появлении Кляксы дети собирались вокруг нее и радостно верещали. Раньше она не могла присоединиться к общему веселью и делала вид, что появление кошки ее совсем не интересовало, но теперь она не могла остаться в стороне. – Как бы то ни было, я думаю, нужно узнать о ней больше. Я схожу на кладбище сегодня вечером.
– Зачем туда идти?
– Я хочу найти Кляксу и расспросить ее обо всем. Спросить, что с ней случилось, помнит ли она, что произошло перед самой ее смертью. А еще...
– Ты... Ты же не собираешься сделать это одна? – воскликнула Манё.
Лара улыбнулась, как пойманная с поличным хулиганка.
– Конечно я собиралась так сделать... Ха-ха.
– Ты!
Манё схватила Лару, ущипнув за щеку. Лара скривилась, выпятив губы, и воскликнула:
– Подо-подождите! У нас у всех есть чем заняться!
– У всех? – спросил Джерон.
Лара высвободилась из хватки Манё и потерла горящую щеку.
– Джерон, тебе нужно прямо сейчас отправиться в загробный мир и узнать больше об этом злодее. Особенно есть ли способ запереть его снова.
– Лара! И что ты собираешься делать с этой информацией? Ты же не собираешься ловить его?
– Если ничего другого не останется...
– Нет. Это слишком опасно!
– Для начала нам нужно предусмотреть все возможные варианты. У меня предчувствие, что мы не сможем избежать встречи с бывшим королем. Это уже началось. Ведь наш долг – обеспечивать безопасный переход кругляшей в загробный мир.
– Правда, я не знаю что и думать. – Манё выглядела подавленной. Как бы она ни старалась, отговаривать Лару было бесполезно. – И что мне тогда делать?
– Вам нужно опять встретиться с господином Хаджуном. Спросите его, что он еще помнит о дне смерти Мори, может, что-то необычное. Нам нужна любая информация.
– Ну не знаю. Правильно ли мы поступаем... В любом случае не совершай ничего безрассудного. Пообещай мне хотя бы это.
Манё серьезно посмотрела на Лару и протянула ей мизинец[16]. Лара хихикнула, но протянула ей свой в ответ.
* * *
Поднявшись холодным вечером по склону через трущобы, Лара во всей красе увидела обнаженное в лунном свете суровое «лицо» старого района, крыши домов которого, казалось, касались неба. Пройдя по знакомому переулку и войдя в подъезд ветхого жилого дома, Лара расслабилась и продолжила путь. Она старалась сохранять спокойствие и представляла, что просто идет проведать свою семью, живущую в этом доме. Пройдя к общественному кладбищу за домом, Лара принялась бродить среди безмолвных могил. Она положила на землю толстую книгу, достала из сумки банку кошачьих консервов со вкусом лосося и сушеную рыбу, налила в фарфоровую чашу немного эссенции, которую приготовила Манё, и зажгла благовония.
– А теперь выходи. Я знаю, ты где-то рядом.
Но в тишине кладбища был слышен только легкий шелест опавшей листвы. Холодный ветер бил по лицу.
– Я не хочу навредить тебе. Я лишь хочу помочь. Выходи, все страшное позади.
Никто не появился. Лара начала ходить вокруг и вспоминать все прозвища, которыми называли кошку: «Клякса», «Малышка», «Красавица», «Коровка». Когда половина благовоний уже прогорела, кошка так и не появилась. Лара не собиралась сдаваться и вложила всю душу в искренние слова:
– Ты же знаешь? Я похоронила твое тело здесь, поэтому, когда я говорю, что я хочу помочь, я не лгу. Мне удалось в последний момент отправить в загробный мир ту огромную собаку, которую ты видела. А это значит, что тебе тоже необязательно оставаться среди могил. Ты же понимаешь, что я имею в виду?
– Правда? – Слабый, дрожащий голос нарушил тишину, и Лара быстро повернулась к его источнику. – Ты правда можешь отправить меня в то место?
Наконец кошка предстала перед Ларой. На миг девочка невольно поморщилась.
– Но с тобой... все в порядке? – удивленно спросила она.
Что-то не так было с истинной формой Кляксы. Ее душа была разорвана в клочья и местами поблекла, даже движения были какими-то отрывистыми.
– Если я не буду прятаться, он найдет меня и заставит исчезнуть по-настоящему. Ты правда сможешь отправить меня в загробный мир? Я уже даже не представляю, как туда добраться самостоятельно. Мне так страшно, что я не могу ступить отсюда ни шагу.
– Да, правда. Это неудивительно. Я хорошо понимаю, что ты чувствуешь.
– Хорошо понимаешь, что я чувствую?
– У меня есть особая способность видеть воспоминания души. Так я увидела воспоминания о смерти той собаки. Там я тебя и увидела.
Глаза Кляксы вздрогнули. Ей было сложно поверить в услышанное.
– Черная ладонь забрала и заточила твою душу. Но ты успела выскочить через открывшийся разлом измерений, когда она пыталась забрать душу Мори. С большим трудом и по удивительному стечению обстоятельств.
Услышав объяснения, Клякса немного расслабилась и подлетела ближе к Ларе:
– Так и было. Я увидела очень слабый свет и не раздумывая бросилась к нему. От одной мысли о произошедшем тогда... у меня замирает сердце. Это было так ужасно, не хочу больше об этом вспоминать.
– Да, хотя я сама не проходила через это, но одни только воспоминания уже бросают в дрожь. И все же. Чтобы успешно отправить тебя в загробный мир, мне нужно опять увидеть эти воспоминания.
– Увидеть снова... неужели ты?..
– Да. Те самые воспоминания, которых ты боишься. С помощью них мы выясним, кто этот злодей, и предотвратим новые смерти.
– О боже, ни за что! Это... невозможно! Очень страшно!
Душа Кляксы затрепетала, словно пламя свечи, которое вот-вот погаснет.
– Кто-то должен это сделать. Нет никаких причин, чтобы это была именно ты, но эти злодеяния надо немедленно остановить. Я не могу просто сидеть сложа руки и позволять этому происходить. Ужасные убийства невинных душ не должны повториться. Поэтому, Клякса, помоги мне прочитать твои воспоминания.
Лара подробно объяснила Кляксе, как показать свои воспоминания. Девочка достала сосуд с несколькими последними каплями зелья забвения.
* * *
Она попала в уютное, но очень темное помещение, которое было закрыто со всех сторон.
«Что это за место?»
Мягкое, обволакивающее тело пространство слегка колыхнулось от чужого движения. Прямо перед носом лежала очень аппетитная еда. Она высунула язык и слегла лизнула ее. Рот заполнил приятный вкус. Когда шершавый язык коснулся мягкой ткани под едой, она издала недовольный звук.
«Это сумка?»
Лара подумала, что, судя по тому, как пространство идеально подходило под ее размеры, наверно, так и есть. В этот момент она почувствовала чье-то резкое движение вовне. Издавать такие громкие и отчетливые звуки при ходьбе можно было только в помещении.
«Куда, черт возьми, меня несут?» – задалась вопросом Лара, оглядываясь по сторонам вместе с Кляксой. Через некоторое время дно сумки столкнулось с чем-то: по всей видимости, сумку поставили. Некоторое время они оставались неподвижны.
– Мяу.
Чувствуя беспокойство в наступившей тишине, Клякса издала тихий звук. Кто-то слабо похлопал по сумке. Возникло необъяснимое чувство тревоги. Неприятное предчувствие заставило Кляксу пригнуться и прижаться ко дну сумки. Лара съежилась. Повторяющаяся мелодия была очень знакома Ларе. Вскоре сумка приоткрылась. Клякса нервно водила ушами и неустанно облизывала нос. Но кончик носа становился только еще более сухим.
«Пам, пам-пам-пам, пам-пам-пам-пам».
Звуки фортепиано, наполненные торжественным и ровным кадансом, были мягкими и расслабляющими. Но предвещали они что-то нехорошее.
«Гимнопедия № 2».
По коже побежали мурашки, когда Лара осознала, что это была та самая мелодия, которая играла, когда она провожала Золотко.
Прекрасная музыка, вдохновленная сценой, в которой невинные юноши, свободные от всех запретов, нагишом кружат по храму в праздничном торжестве, стала мелодией смерти! Это был странный и в то же время жуткий выбор композиции. С течением времени звучание музыки становилось все более глубоким и насыщенным. Сердцебиение Кляксы стало лихорадочным. Лара начала догадываться об ужасных намерениях колдуна.
«Да, для него все эти ужасы словно праздник!»
От этой мысли она невольно сжала челюсти. Лара ощущала, как кровь приливает к макушке, а затем спускается к самым кончикам пальцев рук и ног. Почувствовав опасность, Клякса закричала от ужаса. Ее инстинкты работали безошибочно. Тут же послышался звук расстегиваемой молнии. Необычайно длинная и тонкая рука просунулась в сумку.
«Фу, опять этот отвратительный запах!»
Лара изо всех сил старалась избежать руки, источающей сильный химический запах, призванный перебить смрад от многих трупов животных. Рука похлопала Кляксу по спине. Напряжение только усилилось. Фортепиано невозмутимо продолжало мягко звучать. Наконец изо рта Кляксы вырвался жалобный вопль, слившейся с прекрасной музыкой. Крик о помощи и мелодия смешались, превратившись в сплошной шум.
Рука, поглаживавшая бедро Кляксы, скользнула вдоль бока и сильно сжала живот. В тот же миг в голове помутилось, вместе с воздухом из легких вышел крик. Рука продвинулась дальше и до боли сжала морду. Очевидно, колдуна раздражали крики, и он затряс голову Кляксы. Когда Клякса начала терять сознание, рука отпустила ее. Пока Клякса судорожно пыталась отдышаться, ладонь снова коснулась ее живота.
«Нельзя позволить ей вытащить меня!»
Включившиеся инстинкты заставили Кляксу до боли в пальцах впиться когтями в ткань сумки. Молния расстегнули до конца, и сумка широко распахнулась. Следом быстро появилась вторая рука.
«Нет!»
Колдун двумя руками подхватил ее под передние лапы. Клякса боролась изо всех сил так, что казалось, она вот-вот потеряет все свои когти.
Человек насмешливо улыбнулся и поцокал языком, затем принялся успокаивать Кляксу.
«Да он наслаждается этим!»
Лара была в таком отчаянии, что на глазах навернулись слезы. Кошмар, не идущий ни в какое сравнение даже с теми ужасами, которые довелось пережить Мори, пронизывал ее до самых кончиков пальцев. Как он может спокойно совершать подобное? Лара не хотела даже представлять, насколько беззащитным мог оказаться ее рассудок сейчас, если бы она заранее не выпила остатки зелья забвения. Вдруг наступила тишина. Мелодия закончилась. Колдун отбросил сумку, за которую так отчаянно цеплялась Клякса. В темноте глаза Кляксы что-то различали.
Умывальник, круглый брусок зеленого мыла, неприятный резкий запах туалета и хлорки, а в зеркале – кошка и кто-то еще!
– Ай!
Открыв глаза, Лара опустилась на пол, ударившись бедром. Не в силах даже стереть пот со лба, она судорожно глотала воздух, пытаясь успокоиться, но сердце продолжало бешено колотиться.
– Это, это... ты!
Лара обхватила руками побледневшее лицо. Она не могла поверить увиденному.
Глава 8. Обычные девочки
Лара вытащила из кармана вибрирующий телефон. Это была Манё.
– Где ты? Как прошло? – нетерпеливо спросила она.
– Я сейчас в школе.
– В школе? Ты там одна...
– Не могли бы вы сначала рассказать, как прошло у вас? – перебила ее Лара.
Манё издала короткий вздох и начала рассказ:
– Я выяснила то, что ты просила.
Глаза Лары ярко сверкнули в темноте.
– Господин Хаджун рассказал, что в тот день ему стало не по себе от тошнотворно сладкого запаха. Он даже не подозревает, что смерть Мори была убийством. Думает, что у нее случился сердечный приступ.
– А... Может, так даже лучше. Для него.
– Так что мне не пришлось делать ничего особенного.
Лара кивнула в телефонную трубку.
– А он случайно не сказал, на что был похож тот запах?
– Ой, я еще не рассказала об этом. Он сказал, что пахло как будто женским лосьоном с ароматом клубники.
– А, аромат клубники...
Лара уловила тот миг, когда сомнения переходят в уверенность.
– Но почему ты пошла в школу? Что ты собираешься делать там одна... Нет. Просто жди. Ничего не предпринимай, пока я не приду.
Лара почувствовала теплую заботу в словах Манё и позволила улыбке проскользнуть по застывшему лицу.
– Не нужно. Для вас уже есть другое задание. На кладбище за моим домом сейчас прячется трехцветная кошка, сбежавшая вместе с Мори. О ней всегда заботились ученики школы, поэтому, думаю, она сможет стать кругляшом. Скорее всего, сегодня до полуночи у нее есть последний шанс отправиться в загробный мир. Мне бы хотелось, чтобы вы с Джероном занялись ею. Пожалуйста.
Манё неохотно согласилась. Закончив разговор, Лара посмотрела на часы: 19 часов 58 минут. До полуночи оставалось около четырех часов. Затаив дыхание, Лара взглянула на табличку с надписью: «Класс музыки». Она повернула голову в противоположную сторону, к женскому туалету, где погибла Клякса. Лунный свет проникал через окна в коридоре, делая темноту не такой страшной. Лара двинулась вперед. Дрожащая рука легла на ручку двери кабинета. Отбросив сомнения, она толкнула дверь. Затем Лара почувствовала удушающий запах клубники. Она поморщилась при мысли о следах убийств, которые так умело скрывались за приторной косметической отдушкой. Человек напротив с любопытством разглядывал Лару.
– Это все твоих рук дело.
– Да, моих, – ответила сидящая на подоконнике Есыль, улыбаясь как обычная девушка.
Лара медленно вошла в кабинет. В мягком свете луны черный рояль и очертания Есыль казались пугающе красивыми. Но это была не настоящая Есыль.
– Я знаю, кто ты. Тот, кто согрешил и в наказание был заключен в загробном мире.
– Так тебе все известно? Мне даже не нужно ничего объяснять. Тогда, может, ты и имя мое знаешь?
Не отводя взгляда, Лара ответила, что не знает. Есыль разразилась резким хохотом.
– Меня зовут Ёнджон. Запомни. Потому что с сегодняшнего дня это имя ты точно не забудешь.
– Хватит. Как ты попал в тело Есыль?
– Кстати об этом. Казалось бы, это просто случайность, а оказалась неизбежная судьба. Как будто она давно ждала меня и наконец так просто нашла.
Лара молча наблюдала за ним. Он слез с подоконника и встал перед ней, сохраняя дистанцию.
– Люди. Чем сильнее вы желаете чего-либо, тем отчаянней вы ищете великую силу, на которую можно положиться. Вот зачем я понадобился этой юной красавице.
– Что это значит?
– Она очень хорошо играет на фортепиано и мечтает поступить в школу искусств. Но попасть туда очень трудно, и ей понадобилась помощь. А я – как раз тот, кто может исполнить самое заветное желание этой девушки. Для меня это проще некуда.
В памяти Лары возникло лицо Есыль, которая становилась очень нервной во время экзаменов. Хотя она училась только в средней школе, ей приходилось совмещать практические уроки и следить за успеваемостью. Иногда она выглядела такой изнуренной. В глазах Лары отразилось понимание. На запястье Ёнджона сверкал браслет из лунных камней. Их носили многие девушки, веря, что камень исполняет желание.
«Браслет! Он пробрался в него после побега из загробного мира, а потом проник в тело Есыль».
Манё как-то рассказывала Ларе о волшебных предметах, на которые могут быть наложены злые чары. Ведьма наставляла: если Лара когда-нибудь столкнется с ними, то должна держаться от таких вещей подальше и ни в коем случае не прикасаться к ним. Браслет из лунных камней был одним из таких предметов.
– Зачем тебе все это? – с вызовом спросила Лара.
– Тебе не кажется, что это несколько глупый вопрос? Сама подумай. Я просто хочу жить. Ты же знаешь, что со мной произошло. Я имел несчастье оказаться запертым в превосходном гробу собственного изготовления, а моя душа была разбита вдребезги. Такое сильно бьет по самолюбию. Ощущение, словно я создал этот гроб сам, чтобы себя же в нем и держать. Все это довольно иронично, если подумать теперь. Но когда я уже смирился с потерей души, мне на помощь пришел молодой бог. И правда, какая ирония! Ко мне вернулась удача и подарила еще один шанс.
Нескрываемые радость и ликование в каждом произнесенном Ёнджоном слове заставили Лару содрогнуться от возмущения. И тогда она поняла: Ёнджон пытается воскресить свою разбитую душу, убивая кругляшей.
– Почему именно кругляши?
– Они – чистые души, которые когда-то кто-то сильно любил. А я люблю все чистое. Раньше я любил нежные взгляды, обращенные к новорожденному ребенку, а теперь люблю ласковые прикосновения, которые кругляши получали при жизни. Сначала сила их душ была такой яркой и мощной, что мне было сложно даже приблизиться к ним. Поэтому я начал убивать бродящих на улице маленьких существ, чтобы набраться сил.
– А... сейчас?
– Теперь я достаточно силен, чтобы полностью поглощать их души. И это так волнительно. Сколько же сил мне могут дать кругляши. Только представь, насколько потрясающим я стану, когда впитаю всю их силу и верну себе жизнь.
Он бросил на Лару полный восторга взгляд. Лара стиснула зубы. Нет, она никогда не допустит этого. Ее глаза сузились от гнева, а кулаки крепко сжались. Лара собрала всю волю, чтобы сдержать эмоции. Мысль о бесчисленных душах, принесенных в жертву, приводила ее в ярость, но сейчас гораздо важнее было понять, как поймать и заточить Ёнджона. Еще было важно вернуть Есыль, тело и душа которой сейчас находились у него в заложниках.
– На Золотко тоже напал ты?
Эта мысль пришла в голову неожиданно. Рыбы – очень чувствительные существа и часто умирают внезапно, поэтому на первый взгляд в ее смерти не было ничего странного. Вся семья очень любила ее, поэтому велика вероятность, что Ёнджона это привлекло. Вопрос Лары вызвал у него улыбку.
– Ты только сейчас это поняла? Ты меня разочаровываешь. Я ожидал от тебя большего. Когда я завладел этим телом, рыба оказалась самой легкой мишенью. Но я бы никогда не подумал, что ты пригласишь меня на ее похороны! Такое невозможно было представить! Все верно. Я ее убил. Но из-за этой девчонки, Джонсо, мне не удалось получить ее душу.
Наблюдая, как при этих словах он цокает языком, сокрушаясь над такой потерей, Лара мысленно тяжело вздохнула. Только сейчас она осознала, что такое настоящее зло.
– Та огромная собака тоже попалась очень кстати. Как-то раз я увидел передачу о животных, живущих в непосредственном контакте с человеком. В последнее время люблю такое смотреть. Так я могу узнать, кого из них больше всего любят. Можно сказать, я провожу собственные исследования и учусь. Я увидел Мори в той передаче. Было очень трогательно наблюдать, как она проводит время за повседневными делами со своим слепым хозяином. Она заменила ему глаза, стала его другом и семьей, его поддержкой. Такая преданная, любящая, естественно, вся любовь хозяина принадлежала ей. О лучшей цели я и мечтать не мог. На мой взгляд, никто из животных в мире не получал столько любви, сколько она. Однако...
На мгновение выражение лица Ёнджона стало холодным, уголки рта недовольно искривились.
– В очередной раз в уравнении появилась новая переменная. Как она поживает? Я о той трехцветной кошке, которая помешала нашей первой встрече с Мори и сбежала. Подозреваю, дела у нее не очень... Я никак не могу понять, куда она пропала. Она помогла мне хорошо восстановить силы благодаря любви, которую она получала от школьников. Если бы я знал, что так будет, съел бы ее раньше. Какая потеря.
Чем больше Лара слушала признания Ёнджона, тем невыносимее становилась боль в ее душе. Пока она беспечно проводила время, все они были в опасности.
– Кстати говоря. Тебе не кажется, что сегодняшняя ночь особенно красива? Посмотри на луну. Скоро наступит полнолуние. Наконец сегодня я достигну триумфа.
– Триумфа?
В ответ на вопрос Лары смотрящий на луну Ёнджон приблизился к черному роялю. Лара следила за его движениями. Он медленно провел рукой по сияющему в лунном свете роялю и взялся за крышку. Он поднял крышку, внутри рояля находился комок белой шерсти. Пушистый комок лежал на струнах рояля и дрожал. Приглядевшись, Лара поняла, что это совсем еще котенок. При взгляде на едва дышащую кошку глаза Лары округлились, она тяжело сглотнула.
– Что ты собираешься делать? – спросила Лара осипшим голосом.
Ёнджон бросил на нее веселый взгляд. От его безжалостной улыбки она невольно заскрипела зубами. Он обошел рояль и начал перебирать клавиши. Ёнджон сел и заиграл. Услышав мелодию, Лара крепко зажмурила глаза.
– Прекрати.
«Гимнопедия № 1». Медленная и печальная. Постепенно звучание красивой мелодии искажалось. Из-за лежащей на струнах кошки некоторые звуки проваливались.
– Зачем, зачем ты это делаешь?! Чего ты добиваешься?! – Не в силах больше терпеть, Лара закричала.
Ёнджон прекратил играть. Он медленно поднялся со своего места и снова принялся перебирать клавиши у самого края рояля.
– Мне так нравится эта мелодия. А тебе нет? Ведь благодаря тебе я познакомился с ней.
Лара хорошо помнила тот день. В голове промелькнули слабые, но в то же время отчетливые воспоминания о красивой музыке, кувшинках, Золотко, теплом смехе Джонсо и ее семьи, проводящей последние мгновения вместе. Когда Золотко ярко засветилась и исчезла, на волнах пруда покачивались четыре красных полупрозрачных хвоста, исполнявшие безмятежный танец в честь ее смерти. А теперь оказалось, что все эти прекрасные воспоминания были прелюдией к чудовищному кошмару!
– С того дня я слушал эту композицию каждый день. Мне так нравилось, как этот ребенок в моем теле прекрасно исполняет ее. «Гимнопедия номер 1» – медленная и душераздирающая. Номер два – медленная и печальная. Номер три – медленная и величественная. Ах! Какая еще мелодия может так идеально украсить смерть?
Лара устремила яростный взгляд на Ёнджона, погрузившегося в свои ощущения.
– Нет, это торжественная мелодия для тех, чьи души чисты и свободны! Она не для тех, кто так низок и жесток, кого необходимо поймать и запереть! – Лара больше не могла сдерживать эмоции.
Ёнджону очень понравился взгляд Лары. Ей было досадно, что она потеряла самообладание, но она больше не могла спокойно наблюдать, как он забавляется, совершая ужасные злодеяния.
– О, кстати, та кошка. Хочу, чтобы ты знала: это мой особый подарок для тебя.
– В смысле?
– Я забрал ее из дома девчонки, которая больше всех распускала сплетни о тебе. Только представь, скольких усилий мне стоило не поглотить полностью ее душу. У меня буквально дрожали руки!
– Ты сейчас... ты принес кошку из дома Сэа?
– Сразу догадалась? Верно, это ее кошка. Помнишь, как в начале семестра ты предложила ей свои материалы, а она в ответ накинулась на тебя? Помнишь, как она унижала тебя? Что ты принесла найденный на улице мусор в качестве материалов.
– Ха, извини, но я не нуждаюсь в мести и не хочу наказывать Сэа за то, что она мне наговорила. Перестань использовать меня в качестве оправдания твоих отвратительных поступков.
– Вот как. Я думал, тебе понравится. Хотя кто знает, возможно, ты сама не осознаешь, насколько тебе это будет приятно. Не притворяйся. Люди по своей природе порочны. А ты всего лишь человек. На случай, если тебе просто неудобно и ты притворяешься, то все в порядке. Предоставь это мне. Я возьму месть на себя.
Сказав это, Ёнджон протянул руки к дрожащему котенку.
– Нет!
Почувствовав опасность, Лара сразу бросилась к нему, схватила его за плечо и развернула к себе. На короткий миг она увидела его улыбку. Но уже в следующий момент к ней протянулась черная ладонь и легла на ее лоб. Тогда она поняла, что это была ловушка.
– Да, я знал, что ты так поступишь. Что бы ни произошло с тобой, ты не сможешь остаться в стороне и бросить эту кошку. Даже рискуя лишиться своих способностей и души. Мне нравится такая смелость. Я нахожу подобную глупость забавной. В любом случае пусть это будет эксклюзивное приглашение для тебя. Во тьму. Тами уже там.
– А-а-а...
– Вау, сколько страдания в твоем взгляде. Как жаль, что это конец. Кстати говоря, позволь сказать тебе кое-что утешительное напоследок. Если встретишь Тами, задай ей вопрос. Спроси, существует ли способ сбежать из этой ладони! Будет так забавно наблюдать, как вы тешите себя пустыми надеждами!
От нарастающей боли Лара крепко сжала кулаки, запоминая последние слова Ёнджона. Кто знает, возможно, Тами действительно известно, как найти выход. Как правило, убедившись в своей полной победе, злодеи теряют бдительность. С этой мыслью Лара закрыла глаза. Боль достигла предела.
– А-а-а-а-а!
Слыша, как Ёнджон радостно смеется, наслаждаясь ее криками, Лара окончательно потеряла сознание.
* * *
Открыв глаза, она ничего не увидела. От ощущения жуткой энергии, витающей в кромешной тьме, Лара передернула плечами. Она зажала нос от зловония, исходившего от беспорядочно разбросанных трупов животных.
– У нас новенькая. Белая кошка.
– Мне страшно. Мне так плохо.
Лара поняла, что голоса говорили о кошке Сэа, и повернула голову в их сторону.
Глаза Лары привыкли к темноте, и она смогла разглядеть огромное количество глаз. Все они выглядели испуганными и потерянными. Они прятались в темноте, не понимая, что именно с ними произошло.
– Мы скоро исчезнем.
– Я видел это своими глазами. Семь животных исчезли, не оставив никаких следов!
– Да. Нас тоже это ждет. Нас полностью поглотят.
– Поначалу они распадаются на части. Затем они блекнут, становятся водянистыми и в какой-то момент полностью исчезают.
– Так исчезают наши души!
Вслушиваясь в их разговор, Лара почувствовала, как по ее телу пробежал холодок, а внутри начал подниматься страх.
«Я должна выбраться отсюда во что бы то ни стало! Для начала надо найти Тами».
В этот момент сидящая в углу собака подняла голову и принюхалась.
– Что такое?
– Да мы здесь не одни! Это человеческий... запах. Сюда попал человек!
– Бедняжка. Она обречена быть уничтоженной здесь!
– Если он уже добрался до людей, то нам точно никогда не выбраться отсюда.
Слушая нарастающее волнение душ, Лара теряла терпение.
– Эй! Вы правы. Я человек. Но я постараюсь найти выход отсюда, так что подскажите, где белая кошка?
В этот момент воцарилась гробовая тишина. Многочисленные глаза начали переглядываться, с недоверчивым оживлением одна из душ выступила вперед и спросила:
– Ты поможешь нам выбраться отсюда? Правда?
– Да. Я обязательно это сделаю. Но вы должны мне помочь. Вы же слышали об огромном ретривере и трехцветной кошке, сбежавших отсюда? Наверняка это стало целым событием здесь. Я сделаю так, чтобы это повторилось. С вами всеми.
После слов Лары послышался ропот, поднялся гул голосов, обсуждающих Мори и Кляксу. Кто-то вновь появился перед глазами Лары и спросил:
– Что мы должны сделать? Просто сказать, куда делась та кошка?
– Для начала только это. Мне нужно прочитать воспоминания этой кошки. Тогда я смогу найти способ, как нам всем выбраться отсюда.
– Прочитать воспоминания?
– Да. Но сейчас нет времени объяснять.
– Хорошо. Следуй за мной.
Маленькая душа стремительно куда-то понеслась. Едва поспевающая за ней Лара стала догадываться о ее прижизненном облике.
– Ты мышь?
– Да, я мышь-полевка. Питаюсь цветами и зерном.
– Но как так вышло...
Лара бросила взгляд на ее отсутствующий хвост и глубоко вздохнула. Она пыталась представить, насколько далеко способен зайти Ёнджон, используя свою колдовскую ладонь. Вслед за мышью она попала в темноту, в которой были видны только бусинки глаз, но постепенно окружение опять начало проясняться. Лишенные частей своих тел души парили во тьме. Они напомнили Ларе Кляксу, когда она впервые ее встретила. Лара увидела несколько душ, которые только и делали, что нервно метали взгляды по сторонам. При одном взгляде на них Лара невольно поморщилась. У них отсутствовали рты, так что они не могли ничего сказать, но они взывали о помощи из глубин своих душ. Лара старалась запоминать каждого по отдельности. Она поклялась спасти их всех. Мышка проворно носилась между ними, спрашивая, видел ли кто-то Тами. Лара следовала за ней, все глубже погружаясь во тьму.
– Это здесь. Говорят, что ее видели где-то здесь. Попробуй позвать ее, возможно, она сама придет.
– Спасибо. Я сдержу свое обещание.
Мышь издала в ответ короткий писк и бесшумно исчезла. Лара осталась одна. По обе стороны от нее тянулись длинные ряды отчаявшихся и испуганных глаз. Но именно это было странно. Лара снова осмотрелась по сторонам, испытывая неприятное предчувствие. Очертания рта кролика у ног Лары начали мутнеть, он закричал от удивления и страха. Но для Лары его крики звучали приглушенно, как если бы он погрузился в воду. Потом наступила тишина: рот кролика полностью исчез.
«Я почти не слышу голоса находящихся рядом душ. Я уже теряю свои способности?»
От этой мысли сердце Лары бешено заколотилось. Если так пойдет дальше, они все исчезнут. Спокойствие и собранность ей нужны сейчас как никогда. Лара принялась судорожно ощупывать темноту. К счастью, каждый раз, когда казалось, что она сбилась с пути, ее направляли затаившиеся по углам души, освещая пространство своими глазами.
– Тами, Тами!
Блуждая в темноте, Лара уловила слабый звук мяуканья и поспешила к нему. Наконец она рассмотрела дрожащую белую кошку, которая лежала, свернувшись клубочком.
– Тами!
– Кто это? Сэа?
– Я не Сэа. Сэа... моя подруга.
Лара, лицо которой скривилось при слове «подруга», впервые мысленно порадовалась кромешной темноте.
– Подруга онни? Нет! Не подходи, не подходи!
– Не бойся, Тами! Я здесь, чтобы спасти тебя!
– Спасти? Т-тогда получается, та онни – вовсе не онни. Та онни сказала, что поглотит меня полностью... Мне было так страшно.
Договорив, Тами разрыдалась. Лара приблизилась к ней и похлопала по спине.
– Я скоро исчезну, как те другие... Сэа же не придет за мной?
– О чем ты? Она отчаянно ищет тебя сейчас!
– Нет. Так сказала та страшная онни. Сказала, что моя онни меня бросила. Просто отдала меня той онни. Почему меня постоянно бросают? Почему люди, которых я люблю, так просто бросают меня? Может быть, для всех будет лучше, если я просто исчезну...
– Это полная чушь! Сэа никогда бы тебя не бросила! Это все ложь Ёнджона, который вселился в тело Есыль!
– Ложь? Тогда почему моя онни до сих пор не пришла за мной?
– Все потому, что это слишком сложно и опасно для Сэа. Она попросила меня отправиться сюда за тобой. Потому что у меня есть особый дар, который поможет мне спасти тебя.
– Особый дар?
– Да, даже сейчас. Я человек, но без препятствий веду с тобой диалог.
– Если подумать... так и есть?
– Да. Теперь ты должна слушать внимательно. Когда меня поглощала тьма, вот что сказал мне этот подонок Ёнджон. Он сказал, чтобы я спросила у тебя, как отсюда выйти.
– Что? Извини, но я не знаю, как это сделать. Как бы я ни старалась, я не могу выбраться из этой проклятой тьмы.
– Я знаю. Поэтому прошу тебя помочь. Я проникну в твою память и попробую найти там подсказку.
– Найдешь подсказку в моей памяти? Как такое возможно?
– Для меня возможно. Это и есть мой особый дар.
Тами с недоверием посмотрела на Лару.
– Да, в это сложно сразу поверить. Поэтому проверь сама. Попробуй прямо сейчас пройти через мое тело. Тогда я узнаю, каким было твое последнее воспоминание.
Глядя на Тами, которая замерла в нерешительности, Лара медленно кивнула. Тогда Тами наконец зашевелилась и прошла через живот Лары. Лара сразу же выбрала самое последнее воспоминание и погрузилась в него. Перед глазами возникло лицо Есыль, за которым скрывался Ёнджон.
Он плевался ругательствами и кривил лицо, как если бы что-то шло не по его плану.
– Черт. Почему я не могу ее полностью поглотить? Эта кошка какая-то особенная?
Вернувшись назад, Лара вполголоса повторила слова Ёнджона, отчего Тами испуганно пискнула. Тами подошла ближе к Ларе и начала внимательно изучать ее лицо.
– Ты же правда можешь читать мои воспоминания?
– Да. И я знаю, как тебе было страшно.
– Что я теперь должна делать? Опять пройти через твое тело?
– Не совсем. На этот раз ты должна войти в мое тело и дождаться момента, когда мы станем одним целым. Об остальном я позабочусь.
* * *
Вдыхая едкий запах бензина, Лара присела рядом с машиной, стоящей на сырой подземной парковке. Вскоре она услышала чьи-то шаги с противоположной стороны. Напрягая слух, она пыталась определить источник звука, вдруг ее сердце запрыгало от радости.
«Наконец-то пришла!»
Она помчалась к источнику звука и остановилась перед Сэа, державшей в руках банку кошачьих консервов.
– Он опять его утащил! Твой дом.
– Мяу.
– И чему ты так радостно и мило мяукаешь? Я столько сил потратила, чтобы сделать этот дом, а мусорщик опять его забрал! Когда он снова придет, свирепо зарычи на него!
Затем она извинилась за то, что до сих пор не рассказала о ней родителям. Если бы она могла забрать ее к себе домой, ей бы не пришлось сооружать домик из выброшенных коробок. Лара начала понимать, почему Сэа была с так груба с ней. Чтобы увидеть первую встречу Сэа и Тами, Лара перенеслась в более ранние воспоминания, когда Тами была совсем маленьким брошенным котенком. Тот поздний вечер, когда ее увезли в другой район, чтобы бросить, был особенно болезненным воспоминанием и вызывал злость. Несколько ночей после этого она бродила по улицам, пока не набрела на подземную парковку жилого комплекса, где встретила Сэа.
– Эй, котенок, подойди сюда.
Повторяя за Тами, которой для счастья хватило одной теплой фразы, Лара жалобно замяукала. Больше не нужно блуждать по улицам промозглыми ночами, маленький животик больше не будет страдать от голода. Но безмятежные дни прошли, наступил душный и влажный август, а с ним сезон дождей. С самого рассвета начинался дождь, превращавшийся в настоящий ливень во второй половине дня, вода постепенно проникала на подземную парковку жилого комплекса. Сердце Лары дрогнуло при виде наивного котенка, который был испуган, но твердо верил, что Сэа придет за ним, и поэтому никуда не уходил. Плохое предчувствие не обмануло Лару. Совсем скоро вода заполнила всю парковку так, что невозможно было ступить шагу. В один миг вода поднялась выше, и маленькое тельце забарахталось в воде. Дышать стало сложно. С каждым вдохом вода попадала в нос и обжигала внутри. Некоторое время она держалась на воде, кружа по парковке, но вскоре силы начали покидать Тами. Перед глазами помутнело, Лара потеряла сознание.
– Не умирай! Не умирай! Тами, очнись!
Послышались чьи-то испуганные крики. А после тяжелое дыхание и шаги. Сквозь прикрытые веки она видела подбородок Сэа. Почувствовав облегчение, Лара закрыла глаза. После этого воспоминания начали прокручиваться быстрее. Они шли по порядку одно за другим: рыдающая Сэа прижимает к себе безжизненное тельце Тами, обеспокоенные лица родителей, которые ее успокаивают, спасенная Тами уютно устроилась на диване в гостиной и наслаждается любовью семьи. Спустя несколько воспоминаний возник образ Сэа, страдающей от боли, лежа в кровати. Мяукнув, Тами забралась на кровать и осторожно приблизилась к Сэа, чтобы свернуться калачиком на ее животе. Постепенно любовь Тами помогла исцелить тело и душу Сэа. Прижатая до этого к животу рука Сэа переместилась ближе к Тами. Их объединяло тепло. Лара почувствовала, что желудок Сэа успокоился, а между ними разливалась теплая энергия. Она была сильнее, чем любая другая, которую встречала Лара.
– Тами, спасибо, что пришла. Благодаря тебе боль прошла. Я люблю тебя, Тами. Я буду о тебе хорошо заботиться, чтобы ты была счастлива.
Энергия благодарности исходила от руки Сэа, которая нежно поглаживала мягкую шерсть.
– Тами, вот оно! Это исцеление силой любви! Из-за этого Ёнджон не смог полностью поглотить твою душу и ты осталась жива. Поэтому никогда не сомневайся в любви Сэа!
Лара поняла, что слова Ёнджона, что он намеренно не поглотил душу Тами полностью, были ложью. Скорее всего, ему не удалось обратить во тьму силу этой глубокой и сильной любви. Когда Лара осознала это, она почувствовала, как все ее тело превращается в шар света. Это была светлая и чистая энергия, исходившая из тела Тами. Лара поняла, что сейчас самый подходящий момент, чтобы разделиться с ней. И она не ошиблась. Как только их души разделились, из Тами вырвался ослепительно яркий свет, способный поглотить даже огромную тьму Ёнджона. А затем этот свет начал притягивать к себе находившееся там бесчисленные души. Свет распространялся так стремительно, что вскоре от тьмы не осталось и следа. В этот момент они увидели, что происходило снаружи. Ёнджону не хватило сил от души Лары, он изо всех сил пытался поглотить остатки души Тами.
– Посмотри туда! Это же я!
– Я тоже это вижу! Кажется, это происходит прямо сейчас. Тами, быстрее выбирайся отсюда и захвати их с собой!
– Сейчас? А как же ты? – обеспокоенно спросила Тами.
Почему-то Лара до сих пор не могла войти в этот свет.
– У меня же есть особый дар. Так что не волнуйся и уходи. Я отправлюсь сразу за тобой.
Несмотря на заверения Лары, ослепительно яркий шар света замер в нерешительности. Лара уверенно кивнула Тами. И тогда, подобно взрыву гигантской планеты, яркий свет залил все пространство и стремительно пронесся через жуткую тьму.
– Слава богу...
Яркая вспышка исчезла вдали, а Лара осталась одна. В этот момент Ёнджон резко сжал ладонь в кулак, и Лара уже не видела, что происходило снаружи. Оказавшись снова в кромешной тьме, Лара встала и стала изучать окружающее пространство.
«Ай!»
Лара сильно прикусила губу от резкой вспышки боли. Эта боль была ей знакома. Душа Лары распадалась.
«Дышать тяжело».
Лара осознала, что Ёнджон забрал почти все ее способности. Чувствуя, как силы и сознание покидают ее тело, она больше не могла стоять и легла прямо на землю.
«Хочется спать... Но это еще не конец. Он может снова поймать их и отправить сюда. Поэтому мне нельзя отключаться. Я должна пойти туда и помочь им. Глаза все время закрываются. Так все и закончится? Мама... возможно, я отправлюсь к ней. Папа, у тебя все хорошо? Бабушка и Расон... я скучаю по вам... Манё и Джерон... заберите меня отсюда. Кругляши... я теперь для вас бесполезна. Простите, я больше не могу. Но я не хочу умирать вот так. Я еще так много хочу попробовать. Как другие обычные дети... хочу жить обычной жизнью».
В этот момент Лара почувствовала, как что-то с силой тянет ее наружу, словно магнитом, и открыла глаза. Затем она увидела лежащего у рояля Ёнджона. Он посмотрел на свою ладонь и воскликнул:
– Черт! Как ты выбралась оттуда?
Лара сделала глубокий вдох и медленно приблизилась к нему.
– Потому что это школа.
– Как это понимать? Очевидно, я поглотил твои способности и как раз собирался взяться за твою душу. Что, черт побери, происходит? Ты же не ощущаешь силы, которые я тебя отобрал?
– Так и было. Но я снова вернула их себе.
– Как... ты это сделала?
– Ничего особенного. Я просто подписала контракт на выгодных условиях.
– Что?
– Перед началом работы я подписала трудовой контракт с небесами. Там есть специальный пункт. Я хочу быть максимально нормальной хотя бы в школе со сверстниками. Сейчас мы наблюдаем его в действии.
– Хотя бы в школе? Как это связано с твоим освобождением?
– Здесь я самый обычный человек. И никто не может изменить этого. Это моя награда за то, что я отправляла кругляшей в загробный мир все это время. Ты просто изначально выбрал неудачное место. Небеса всегда беспощадны к злу. Даже если это всего лишь совпадение, они лишили тебя шанса на победу.
– Ха! Вот же дрянь!
Он бросил на Лару полный ярости взгляд. Он медленно поднялся на ноги. Лара замерла в напряжении, пытаясь предугадать его следующее действие. За ее спиной парили сбежавшие души. Но в этот момент чья-то фигура показалась за спиной Ёнджона.
«Черт! Тами, как ты там оказалась?!»
Воспользовавшись замешательством Ёнджона, Тами незаметно приблизилась с намерением вернуть свое тело, но замерла на месте, как только он встал. Пот струйками стекал по шее Лары, пока она с тревогой наблюдала за нервно подергивающейся в воздухе фигурой Тами и пыталась найти способ отвлечь Ёнджона. В этот момент он бросил взгляд на висящие на стене часы: 21:23. Полночь не за горами.
– Скоро сюда явятся твои друзья, верно? Скажем так, на этот раз я проиграл с шиком. Думаю, сегодня я просто отступлю.
Услышав его заявление, Лара немного разжала кулаки.
– Но знаешь, как бы то ни было...
Ёнджон внезапно сделал паузу. Лара заметила в его глазах безумный блеск и почувствовала опасность. Ёнджон резко развернулся и протянул руку к Тами.
– Я просто обязан опять съесть эту кошку!
– Нет!
Лара снова бросилась к нему. В этот момент перед ней возникала стена огня, разделившая их. Пламя затрещало и вскоре окружило Ёнджона. Затем тело Есыль согнулось и ее начало тошнить. Ее лицо исказилось в мучительной агонии, а изо рта повалил черный дым, нечто начало вырываться из ее тела. Лара испугалась и кинулась к ней.
– Не подходи пока.
– Босс!
Манё появилась рядом и схватила Лару за руку.
– С ней все будет в порядке, так что просто оставь ее. Как ты? Не ранена?
– Я в порядке. Вы очень вовремя, я даже не успела пострадать.
– Слава богу.
Пока Манё осматривала Лару, чтобы точно убедиться, что она не пострадала, в кабинете раздался оглушительно жуткий вопль. Это не был звонкий голос Есыль, а настоящий, грубый и жуткий голос Ёнджона. Полностью покинув тело Есыль, он превратился в шар черного дыма. В следующий миг темный шар был охвачен огнем, который полностью его поглотил.
– Это неугасаемый огонь. Он никогда не потухнет, если только я не прикажу.
– Но тогда здесь все сгорит.
Опасения Лары начали подтверждаться.
Ёнджон метался в агонии по всему классу, разбрасывая искры огня во все стороны. Остальные души разбежались от него и жались к стене.
– Не волнуйся. Искры потухнут, как только упадут на пол. Этот огонь используется для изгнания кошмаров и злых душ.
– А... Вот почему он вырвался из тела Есыль.
Манё кивнула.
Как и сказала Манё, попав на другие предметы, огонь тут же затихал.
– Но все же будь осторожна. Сам по себе этот шар очень горячий. Лучше не подходить к нему близко.
Крики Ёнджона становились все громче по мере того, как огненный шар поднимался все выше.
– Думаю, нам все же лучше отвести Есыль в более безопасное место. У нас будут большие проблемы, если этот шар упадет на нас.
– Да, давай так и сделаем.
Лара и Манё приблизились к Есыль, а затем повели ее подальше от огненного шара. Исхудавшее лицо Есыль выглядело очень бледным. Они отвели ее в угол класса и стали проверять ее дыхание и температуру. В этот момент, собрав последние силы, Ёнджон широко открыл глаза внутри шара. Его взгляд заметался, прежде чем остановиться в одной точке. Этой точкой стал затылок Лары. С пронзительным ревом он в мгновение бросился на Лару.
– На пол!
В голове Лары раздался громовой голос, и ее тело само собой пришло в движение. Одновременно с этим над ее головой пронесся поток огня. Лара быстро подобрала брошенный Джероном гроб, что было очень кстати, ведь, врезавшись в стену, огненный шар тут же отрикошетил.
– Лара! Ударь по очереди ладонью по четырем из двенадцати изображениям животных: дракон, коза, собака, бык. Затем, обращаясь к Ёнджону, громко крикни, чтобы он возвращался в свою могилу!
Она снова услышала голос Джерона всем телом. Лара тут же схватила гроб в форме футбольного мяча и принялась вертеть его в руках, пытаясь найти животных, о которых говорил Джерон. Но он то и дело норовил выскользнуть из ее дрожащих рук.
– Я не оставлю...
Пылающий голос Ёнджона, объятого огненным шаром, периодически доносился до ушей Лары. Она тяжело сглотнула, наблюдая, как он готовится снова напасть на нее. Чем больше она пыталась успокоиться, тем сильнее сжималось ее сердце. Дракон, собака, бык и... Когда она нашла третье животное, по ее спине вдруг побежали мурашки. Зловещее предчувствие заставило Лару вскинуть голову, и она встретилась глазами с Ёнджоном. В этот момент он широко открыл рот и неистово проорал:
– Я не оставлю тебя-а-а-а!
Отчаянное чудовище с бешеной скоростью бросилось на Лару.
– Лара! Берегись!
Несмотря на резкий крик Манё, Лара не сдвинулась с места и до последнего искала четвертое изображение. Наконец, найдя козу, она стремительно ударила по ней ладонью и, широко открыв глаза, закричала что есть силы:
– Ёнджон! Возвращайся в свою могилу!
Одновременно с криком Лары гроб выскользнул из ее рук и раскололся пополам. Затем моментально накрыл пылающего Ёнджона и начал сильно его сжимать. Раздался ни с чем не сравнимый вой. Крик был настолько ужасающим, что все находящиеся в классе, скривившись, заткнули уши. Крик не утихал до самого закрытия гроба, а после продолжился вибрацией. Лара села, она чувствовала, как пот лился ручьями по всему телу. Наконец-то все закончилось.
* * *
Лара на ходу сжимала и разжимала замерзшие руки, пока не дошла до пекарни. Она приветливо улыбнулась встречающим ее Манё, Джерону и кругляшам.
– Ну что, начались каникулы?
– Да! Вы видели вчера первый выпуск программы с участием мистера Хаджуна?
– Еще нет. Собиралась посмотреть с тобой.
– Правда? В моем классе на нем все помешались! Видимо, он выступил очень круто, у него появилось уже много фанатов.
Ни одно другое событие в последнее время так не взбудоражило и обрадовало Лару, как новость о том, что Хаджун решил выступить на танцевальном конкурсе.
Хаджун выступал последним: с завязанными черной лентой глазами, в костюме из мягкой струящейся ткани, благодаря которой его движения выглядели еще более эффектными. Его напряженное лицо заполнило экран планшета. Лара не могла оторвать глаз от экрана в ожидании танца. Хаджун вытянулся на длинных ногах и начал двигаться без аккомпанемента. Вскоре его тело уже танцевало в такт зазвучавшей музыки, вызывая восторженную реакцию зрителей. Его движения были такими мягкими и изящными, словно он был лентой в руках умелого гимнаста. Даже судьи открывали рты и сжимали руки от волнения. Всего через мгновение была нажата кнопка, возвещавшая об успешном прохождении этапа. Сердце Лары подскочило в груди, когда сразу после этого на экране появился анонс следующего эпизода программы.
– Как вы думаете, Мори тоже так танцует на звезде[17] собак?
– Да, я думаю, что да. – Манё ответила на вопрос Лары теплым взглядом. – Как твои подруги? С ними все в порядке?
– Есыль и Сэа? У них все хорошо.
– В тот день Есыль попала в больницу, но ее быстро выписали. А еще она поступила в школу, о которой так мечтала. Сэа знает, что это я нашла Тами. Она извинилась, за то, что ненавидела меня все это время. Вот такие дела. Сейчас они обе благодарны мне, так что я вроде как...
– Ты с ними подружилась, так?
– А? Это...
Лара смущенно теребила прядь волос.
– Как бы то ни было, хорошо, что все хорошо закончилось. У меня до сих пор голова идет кругом при одном воспоминании о случившемся. Тот момент, когда горящий шар нацелился на тебя, а ты не двигалась с места, пытаясь открыть гроб. Если бы он попал в тебя... Не хочу даже думать об этом. Ты не представляешь, какие кошмары меня мучили еще несколько дней после этого.
– Ха-ха, правда? А я, наоборот, так хорошо и крепко спала.
Говоря это, Лара поморщила нос и чрезмерно наигранно замахала руками. Манё недоверчиво покосилась на нее.
– Все же надеюсь, что подобное не повторится.
Лара согласно кивнула в ответ. Она думала о том же. Согласно докладу Джерона, Ёнджон был пойман с помощью неугасаемого огня и заточен в более надежный гроб где-то в загробном мире.
– Кстати, Джерон, что это было за заклинание, когда ловили Ёнджона? Почему нужны были именно дракон, коза, собака и бык?
– Все очень просто, если вспомнить четыре времени года. Тебе известно, какие животные олицетворяют двенадцать месяцев?
– Это же знаки китайского гороскопа? Крыса, бык, тигр, кролик, дракон, змея, лошадь, коза... и...
– Да. Верно. Двенадцать животных связаны между собой, и каждый олицетворяет свой месяц и сезон. Весна – тигр, кролик, дракон. Лето – змея, лошадь, коза. Осень – обезьяна, петух, собака. Зима – свинья, крыса и бык. Последние животные каждого сезона – дракон, коза, собака и бык – завершают свой сезон, прежде чем перейти к следующему. Они обладают особой силой, символизирующей конец, завершение, распад и смерть.
– Вот почему я должна была выкрикнуть, чтобы он возвращался в свою могилу!
Внезапное открытие заставило Лару радостно захлопать в ладоши. Но уже в следующий момент ее выражение лица стало задумчивым, и она покачала головой.
– Но в тот момент на гробе... было изображено только восемь животных. Разве не так?
– Какая ты внимательная. Верно, на нем не было изображений тигра, змеи, обезьяны и свиньи.
– Почему?
– Небожители стерли их изображения перед тем, как передать мне гроб. В отличие от дракона, козы, собаки и быка эти животные символизируют начало, подготовку, создание и рождение. Боги сделали это, чтобы исключить даже малейшую вероятность повторного побега такого негодяя.
– Вот как...
– Лара, раз уж Джерон ответил на все твои вопросы, может, теперь ты ответишь на мой? Ты решила, куда хочешь отправиться? – вмешалась Манё.
– О, точно. Я совсем забыла. Хм... На самом деле, я думала об этом несколько дней назад. Для первого путешествия я бы хотела выбрать место, где открывается самый лучший вид на звезды. После смерти кругляши возвращаются на соответствующую своему виду звезду. И я подумала, что было бы здорово отправиться туда, откуда я смогу увидеть их всех сразу. Мне кажется, это было так круто.
– Звучит неплохо. Я как раз знаю одно подходящее место. Там высоко и довольно холодно, наша одежда в самый раз подойдет.
Манё заставила Лару намотать шарф поверх пальто и встала перед альбомом с кистью в руке. Чернильная клякса заполнила весь лист и превратилась в ночное небо, а на месте нарочно оставленных маленьких просветов появились россыпи ослепительно ярких звезд, которые, казалось, были готовы упасть на землю в любой момент.
– Большой остров?
– Да, Большой остров, Гавайи. Это твое первое путешествие туда? – Распахнув глаза от удивления, Лара кивнула. – Тем лучше. Ну что, пошли?
Лара торопливо последовала за Манё, стоявшей прямо перед альбомом. Приблизившись к альбому, Лара почувствовала ворвавшийся другой воздух, несильно отличающийся от воздуха корейской зимы. Дыхание Лары превращалось в белый пар. Манё и Лара встретились взглядами, улыбнулись друг другу и шагнули в альбом.
Когда их силуэты уже практически полностью скрылись в альбоме, появившись из ниоткуда, в него запрыгнул Джерон и присоединился к ним. Идеальная картина – трое друзей на фоне ночного звездного неба.
Сноски
Лара неправильно прочитала название на вывеске. На вывеске было слово «манё», что означает «ведьма», вместо этого Лара прочитала слово «минё», которое переводится как «красавица».
В корейских пекарнях хлеб разложен на разных полках по всему помещению, посетители обычно берут поднос с щипцами, гуляют по пекарне и набирают выпечку, после чего идут на кассу.
Дословно она просит дать «деньги, которые кладут или втыкают в гроб с пожеланием, чтобы покойник мог спокойно пройти по дороге на тот свет».
Чи (尺, chǐ) – традиционная китайская мера длины, распространившаяся в другие страны Восточной Азии. Составляет 1/10 чжана и, в свою очередь, состоит из 10 цуней; условно соответствует английскому футу.