Name: Мина и Магический Город
Author: Карина Захариас
ISBN: 978-5-04-247378-4

Карина Захариас
Мина и магический город

В мире, где использование волшебства считается настоящим ремеслом, только мальчики могут стать подмастерьями. Мина всю жизнь мечтала обучиться магии, и её ничто не остановит.

Выдав себя за мальчика, она получает в качестве наставника старого переплётчика, о мастерстве которого ходят легенды. Почему же он тогда больше не делает книги? Вместе с новыми друзьями Мине предстоит раскрыть тайны, которые связаны с прошлым не только мастера, но и самой девочки.

Серия «Древо историй. Фэнтези для подростков»

Carina Zacharias

MINNA UND DIE MAGISCHE STADT

Пролог

В мастерской царил полумрак. Красноватые лучи утреннего солнца едва проникали в помещение сквозь задёрнутые шторы. Посреди комнаты, прямо перед винтовым прессом, неподвижно стоял мужчина. Он пристально смотрел на вертикальный шпиндель^[1] с двумя длинными ручками сверху и двумя пластинами снизу. Мужчина ждал.

Раздался громкий стук в дверь. Властный мужской голос прокричал: «Ваше время вышло! Сдавайтесь!»

Мужчина не спешил повиноваться. Он ослабил зажимы пресса и достал книгу, лежавшую между пластинами. Фолиант был почти готов, на обложке уже даже вытиснено название:

Мастер провёл за работой целую ночь.

Снова раздался крик: «Если вы сами не выйдете через десять секунд, мы выломаем дверь и выведем вас силой! Время пошло. Десять!»

Мужчина был невозмутим. Он положил книгу на верстак^[2] и взялся за плоский костяной инструмент – переплётную косточку.

– Девять! – раздалось из-за двери. – Восемь. Семь.

Кто-то уже начал шумно вскрывать дверной замок.

Мужчина приложил переплётную косточку к кожаной книжной обложке.

– Шесть. Пять.

Там, где страницы соединялись с корешком, была складка. Теперь мужчина проглаживал её инструментом чёткими выверенными движениями.

– Четыре. Три.

Он перевернул книгу и сделал то же самое с другой стороны.

– Два. Один!

Мастер отложил инструмент. Работа закончена.

Шум за дверью неожиданно стих. Больше не было слышно ни сердитых возгласов, ни стука, ни скрежета замочного механизма. Мужчина вздохнул с облегчением.

Он положил книгу в металлическую шкатулку и закрыл её. Крышка опустилась, издав тихий щелчок. Затем он обернулся, окидывая взглядом пустую комнату.

– Книгу нужно спрятать в надёжном месте, – обратился он к Дому. – Сможешь мне в этом помочь?

Глава 1
Город на горизонте

Мина бросила недовольный взгляд на собирающуюся вот-вот рухнуть гору посуды. Слева от раковины высилась целая башня из натёртых до блеска тарелок, блюдец, вилок и мисок. На то, чтобы это перемыть, ушло целых полдня. Кожа рук сморщилась от воды и теперь напоминала изюм, а фартук был весь в мокрых пятнах. Мина всё ещё стояла на низком табурете – по-другому до раковины ей было не дотянуться – с руками по локоть в мутной мыльной воде. Ещё чуть-чуть! Осталась одна несчастная чашка. А потом она наконец-то выйдет к Пеппи: лучший друг всё это время ждал в саду. К тому же у него сегодня день рождения, и Мина обещала вынести кусочек пирога. «Я скоро, Пеппи, – пробормотала под нос Мина, натирая щёткой ободок чашки. – Ещё чуть-чуть... Готово!»

Тыльной стороной кисти Мина убрала со лба выбившуюся из косы прядь светло-каштановых волос. Она осторожно встала на цыпочки, чтобы поставить чашку на груду чистой посуды, которая тут же зашаталась, но всё же устояла. Фух, и на этот раз повезло!

Мина сорвала фартук и спрыгнула с табурета. Наконец-то свобода!

Тут же из коридора до самой кухни донесся елейный голос: «Ми-и-ина-а-а!»

Мина застыла на месте. «О нет». Она судорожно искала, куда бы спрятаться: залезть под стол, в кухонный шкаф или укрыться за цветастой занавеской? Но было уже поздно. Переваливаясь с ноги на ногу, вошла Ольга, чуть не сбив Мину с ног своей внушительной пятой точкой.

От неожиданности Ольга вскрикнула и чуть не выронила из рук поднос: «Чего под ногами путаешься?»

Мина прикусила нижнюю губу. Одно неверное слово – и из дома она сегодня не выйдет. Девочка почуяла неладное, увидев на подносе грязную посуду.

Ольга пересекла кухню, покачивая бёдрами так, что колыхались полы юбки. Скинув в раковину грязную посуду, отчего тут же разлетелись водяные брызги, и вытерев пот со лба, она повернулась к Мине: «Что стоишь? Посуда сама себя не вымоет».

Сердце Мины ушло в пятки.

– Я думала...

– Тебе вредно много думать. Ты посмотри! – Ольга кивнула на мокрое пятно на своём платье. – Вот что бывает, если вовремя не убирать со стола. А ведь у нас гости, Мина!

Да, это она слышала. Из столовой доносились громкий смех и гул голосов. Все ели пирог и пили чай, пока она трудилась на кухне. От злости Мина сжала руки в кулаки.

На кухню вошла сестра Ольги – Ирма. Она была не такой полной, как Ольга, но с такими же противными маленькими глазками, которые весело блестели. Она замурлыкала: «Ольга, ты кое-что забыла». Женщина перевела взгляд на девочку и подмигнула: «Мы ведь обещали Мине пирог, когда она закончит с посудой».

Только сейчас Мина заметила, что в руках Ирма держала тарелку. На ней лежал самый тонкий из всех ломтиков пирога, которые ей когда-либо доводилось видеть. Настолько тонкий, что сквозь него можно было разглядеть тарелку. И всё же это было лучше, чем ничего. Мина потянулась за тарелкой, но Ирма её отодвинула.

– Ну-ну-ну, – с упрёком сказала она и многозначительно посмотрела на посуду, которую принесла Ольга. – Вижу, ты ещё не закончила.

От недоумения Мина открыла рот. Она не могла больше сдерживаться и сердито топнула ногой: «Как же я закончу, если вы приносите тарелку за тарелкой?»

Девочка тут же пожалела о своих словах. Ирма помрачнела, а Ольга издала звук, похожий на рычание.

– Ольга, ты это слышала? – обратилась к сестре Ирма.

– Ещё бы я не слышала, Ирма.

– Так ты нас благодаришь за шоколадный пирог?

– Она всегда была неблагодарной девчонкой.

Мина с трудом подавила стон. Она прекрасно знала, что будет дальше.

– Мы взяли тебя к себе, – театрально воскликнула Ольга, – вырастили как родную плоть и кровь.

– Не знали ничего, кроме хлопот и расходов, – добавила Ирма с печальным выражением лица. – Мы не могли поступить иначе. Что поделать, такова уж наша добрая и бескорыстная натура.

Мина уже выучила текст наизусть – так часто сёстры заводили эту шарманку. Ей, как всегда, пришлось прикусить язык, чтобы ненароком не возразить. Ольга с Ирмой ни за что не взяли бы её к себе по доброй воле. До семи лет Мину воспитывала Фрида – младшая из трёх сестёр.

– Тогда, – продолжила Ольга, – в тот дождливый вечер, мы приютили твоих родителей, которым было негде переночевать.

«Конечно, за кругленькую-то сумму», – подумала Мина.

– Они пришли с тобой, совсем ещё малышкой, – поддержала сестру Ирма, – а наутро бесследно исчезли. Ни единой зацепки не оставили, даже записки.

– Осталась только ты, – закончила фразу Ольга. – Ты лежала в кроватке и плакала. Твои родители так и не объявились, и нам ничего не оставалось, как кормить и растить ребёнка самим.

Мина молчала, разглядывая собственные туфли. Сколько бы сёстры ни рассказывали эту историю, у неё каждый раз перехватывало дыхание. Мина не знала, кто её родители и почему они так внезапно исчезли. Ей было известно только то, что Фрида пожалела кричащий свёрток и уговорила Ольгу с Ирмой взять осиротевшую девочку на воспитание. Фрида заботилась о ней со всей любовью и преданностью, на которые только была способна, пока не скончалась от осложнений гриппа, когда Мине исполнилось семь.

Младшую из сестёр девочка помнила смутно. В её памяти остались в основном чувства, запахи и звуки. Крепкие объятия. Голос, читавший ей сказки на ночь, а ещё прикосновения мягкого носового платка, которым Фрида вытирала ей слёзы.

Мина полностью ушла в свои мысли и уже не слышала нравоучений Ольги и Ирмы. Она не верила, что старшие сёстры хоть немного интересовались ею, пока младшая была жива. Зато после смерти Фриды они делали всё возможное, чтобы не дать Мине заняться хоть чем-нибудь, кроме уборки, мытья посуды и стирки.

Раньше – от воспоминаний у Мины закололо в груди – она надеялась, что родители вернутся и заберут её. Мине уже исполнилось двенадцать, и с каждым годом надежда только угасала. Девочка вдруг задумалась: как долго надежда может угасать, прежде чем от неё не останется ни искорки.

– В общем, – Ирма поставила на стол тарелку с пирогом, – можешь съесть, когда закончишь, – с этими словами она покинула кухню.

– «Закончишь» от слова «конец», – с важным видом добавила Ольга. Она вышла вслед за сестрой, хлопнув дверью с такой силой, что послышался грохот. Мина в ужасе обернулась, но уже ничего нельзя было сделать. Ненадёжная конструкция из посуды посыпалась, и кухонная утварь лавиной летела на пол, где разбивалась на множество осколков. Мина наблюдала за происходящим, но была не в силах что-то предпринять. Только когда последнее блюдце упало и покатилось по полу, она поняла, что закрывает уши, и медленно опустила руки.

И тут же об этом пожалела. Дверь приоткрылась, показалась огненно-рыжая голова Ольги, которая тут же закричала что есть мочи: «Ты что наделала? Эта выходка дорого тебе обойдётся, юная леди. Теперь, чтобы скопить денег на новую посуду, до своего двадцатилетия ты будешь есть только кашу. Убирай теперь! Что ты за человек? За что нам такое наказание?» Продолжая причитать, женщина захлопнула дверь. На кухне вдруг стало очень тихо. Слышно было лишь капающий кран, он будто плакал.

Мина долго стояла неподвижно, не отрывая взгляда от окна. За окном был сад, где они договорились встретиться с Пеппи, в укромном уголке, со всех сторон окружённом кустами. В голове созрело решение: сегодня она не вымоет больше ни одной чайной ложки!

Мина взяла тарелку с пирогом, осторожно перешла через лежавшие на полу осколки и забралась на сервант. Оттуда она смогла открыть окно и выглянуть наружу. С улицы повеяло вечерним летним воздухом. Здесь было невысоко: маленький прыжок – и она окажется внизу, на траве. Мина прислушалась. Вдалеке слышался смех. Хорошо, что окна столовой, где Ирма с Ольгой принимали гостей, выходили на противоположную сторону, а не в сад. Слышалось пение зарянки^[3], начинало темнеть. Мина не думала, что уже настолько поздно. В саду не было ни души. Она осторожно спрыгнула, чтобы не выронить угощение для друга, и побежала по высокой траве так быстро, как только могла. Несколько раз она оглядывалась, но, как оказалось, побега никто не заметил. Мина забежала за компостную кучу и поползла на четвереньках под кустом орешника, аккуратно толкая перед собой тарелку с пирогом. Так она и очутилась в своём тайном укрытии среди кустов орешника и граба в дальнем углу сада. Именно там они обычно встречались с Пеппи.

Но Пеппи не было.

– Пеппи? – тихо позвала Мина. – Пеппи, ты где?

Ответа не было. Был слышен только шелест листьев на прохладном ветру.

Мина села на траву и уставилась в пустоту. Пришла слишком поздно? Видимо, Пеппи не захотел так долго ждать.

Вдруг раздался шорох, и Мина прислушалась. Из густых кустов в полумраке показался острый носик, а затем два чёрных глаза-бусинки. Нос принюхался, и из кустов вылез ёж.

– Привет, Пеппи! – радостно поздоровалась Мина. – Прости, что заставила ждать.

Пеппи, видимо, не был в обиде. Он уже подобрался к пирогу и с любопытством его обнюхивал.

– Знаю, тут совсем немного... – стала извиняться Мина. Впрочем, Пеппи всё равно был не в восторге от угощения. Гораздо больше его интересовал найденный в траве слизняк, которого он тут же сжевал. Мина поморщилась от отвращения. «Наверное, ежи не любят шоколадные пироги. Что ж, приятного аппетита». Девочка откусила кусочек пирога и ощутила, как медленно он тает на языке. «С днём рождения, Пеппи», – прошептала она ёжику.

Мина, конечно, понимала, что обычные дети не дружат с ежами. Они дружат с другими детьми. Но у неё не было времени найти друга среди людей. Всё её время было занято поддержанием чистоты в доме. Ольга и Ирма зарабатывали на жизнь тем, что сдавали комнаты путешественникам. Часто постояльцами оказывались торговцы, которые бывали в их маленькой деревеньке проездом по пути в магический город. Иногда это были мужчины и женщины, только побывавшие в городе, с полными сумками восхитительных магических покупок. Так или иначе, всем им нужен был ночлег, чтобы затем продолжить свой путь. У Ольги и Ирмы был большой дом, комнат которого было более чем достаточно, чтобы разместить у себя всех желающих. Однако с тех пор, как Мина стала достаточно взрослой, чтобы заниматься домашними делами, ни одна из сестёр ни разу не вытерла пыль, не выбила ни одного ковра и не вымыла ни окошка. Зачем, если всё сделает Мина?

Иногда Мина видела из окна, как другие дети прыгают на скакалках или играют в футбол, пока она поливает цветы или стирает постельное бельё. Знали ли они о её существовании? Мина вздохнула. Скорее всего, нет.

– Зато у меня есть ты, Пеппи.

Чавканье Пеппи звучало так, будто он был с ней согласен. Ёжик никогда не обижался, что у неё мало времени. Было достаточно и того, что Мина не прогоняет его из сада и иногда приносит еду. Когда удавалось улучить свободную минутку, она выходила в сад поговорить с колючим другом. Иногда Мине даже казалось, что ёжик её понимает. А вот ответить он, увы, не мог, как и не мог рассказать, когда у него день рождения. Мина сама решила, что праздник сегодня.

Она с удовольствием наблюдала, как Пеппи обшаривает траву у её ног в поисках новых лакомств. Девочка повернулась и отодвинула ветку живой изгороди. Открылась щель, в которую она заглядывала уже бесчисленное количество раз.

– Вон он, Пеппи, – вздохнула Мина, – магический город.

Дом Ольги и Ирмы находился на самом краю деревни, так что сквозь ветви живой изгороди было видно поля, лес и холм, где и располагался тот самый город.

– Говорят, там живут мастера, которые делают волшебные вещи, – сердце Мины сразу забилось быстрее, – и однажды я стану одной из них!

Ёжик всё ещё прочёсывал носом травинки. Его не особенно интересовали рассказы Мины, но ей было не в чем его упрекнуть. Уже не раз она говорила Пеппи о городе и мечте научиться тамошнему ремеслу. С тоской она смотрела на тёмные очертания далёких домов и башен, выделявшихся на фоне тёмного вечернего неба. Именно туда стремились все те люди, что останавливались в доме Ольги и Ирмы. Когда постояльцы рассказывали о городе, Мина с жадностью ловила каждое слово. Сама она никогда не бывала ни в городе, ни за пределами деревни.

– Недавно один человек показал мне сапоги из того города. Ты видел, Пеппи? Это было здесь, в саду. Он надел сапоги и подпрыгнул на целый метр. Каждый раз, когда приземлялся, потом прыгал ещё выше, в итоге перепрыгнул через дом и оказался на улице. Позже вообще исчез: хоп, хоп, хоп, – так он преодолевал крышу за крышей и унёсся прочь из деревни. Даже за комнату не заплатил. Ольга и Ирма были в ярости. Но я не думаю, что он это нарочно. Просто не знал, как остановиться, – захихикала Мина.

Пеппи ничего не ответил, но девочка знала, что он внимательно слушает. Она ещё раз печально посмотрела через ветви изгороди на виднеющийся вдалеке город. Потом задумалась и стала поправлять шерстяную нитку на шее. За нитку она вытянула из платья бронзовый ключ, который принялась разглядывать. Это была одна из немногочисленных вещей, оставшихся от родителей. Был ещё старый чемодан, набитый одеждой, и сломанные карманные часы. Ну и, конечно же, сама Мина.

Ключ всегда был при ней. Сейчас она с нежностью поглаживала его искусно украшенную головку, напоминавшую раскрытую книгу. Мина понятия не имела, от какого он замка. Зато ей было приятно думать, что когда-то в руках его держали родители.

Ольга с Ирмой считали, что мама с папой бросили Мину, потому что хотели от неё избавиться. Сама она в это не верила. Девочка была уверена: что-то случилось. И была просто обязана выяснить, что именно.

– Однажды, Пеппи, – в тысячный раз сказала Мина, – я уеду отсюда в город и научусь делать волшебные вещи. И, может, даже узнаю, кто мои родители и что с ними случилось.

Мечты и планы разлетелись на тысячи радужных осколков, когда в тишине раздался пронзительный крик Ирмы: «Это ещё что? У нас в саду жуки!»

Мина обернулась. Она настолько погрузилась в мир грёз, что даже не заметила, как Ирма и Ольга добрались до её укрытия. Теперь они стояли над ней с недовольными лицами, и Ирма дрожащим пальцем указывала на Пеппи. Ёжик тут же свернулся в клубок и замер.

– Вот что бывает, – буркнула Ольга, – если так запустить сад. Завтра же подстрижёшь газон, подрежешь изгородь и прополешь здесь всё, Мина. И не думай, что можно просто оставить на кухне осколки и сбежать. Тебе это с рук не сойдёт. Но сначала разберись с этими паразитами.

Мина моргнула от удивления: «Паразиты?» Девочка всё поняла, и осознание обрушилось на неё ударом: «Ты о Пеппи? Но где же он будет жить?»

– Ну, например... – На мгновение женщина задумывалась, подыскивая подходящий вариант; затем на губах заиграла ехидная улыбка. – В кастрюле. Готова спорить, выйдет отличное рагу.

Мина смотрела на женщину с недоумением. «Рагу?» – пролепетала девочка.

– Отличная мысль! – Ирма щёлкнула пальцами в нетерпении. – Хоть на что-то сгодится. Ну, чего ждёте, юная леди? Или мне самой отнести ежа на кухню и свернуть ему шею?

– Нет! – в ужасе закричала Мина. – ...Я сама всё сделаю!

Она быстро склонилась над своим маленьким колючим другом. «Не бойся, – шептала девочка, – всё будет хорошо». Правда, она уже не была так в этом уверена.

Мина осторожно подсунула руки под Пеппи, который всё ещё лежал, свернувшись клубочком так, что колючки торчали во все стороны. Она была настолько аккуратна, что ей даже не было больно. Пеппи так и не пошевелился, пока девочка поднимала его и продиралась через кусты. Она шла по вечернему саду с опущенной головой, ощущая на себе взгляды Ольги и Ирмы. Только проскользнув в дом через заднюю дверь, она подняла голову и облегчённо вздохнула.

– Не волнуйся, – шепнула Мина клубочку в своих руках. – Я не дам им сделать из тебя рагу.

Из клубочка показалась ежиная мордочка, Пеппи вопросительно смотрел на девочку. Времени на объяснения не было. Мина помчалась по коридору на кухню, отчаянно пытаясь найти решение.

Глава 2
Мина решается

Кухонный пол был по-прежнему усеян битым стеклом. Мина осторожно подошла к осколкам и почувствовала их острые края сквозь тонкую подошву поношенных туфель. Она захлопнула за собой дверь и усадила Пеппи на стол. Ёжик осмотрелся, принюхиваясь. Кажется, что резкая перемена места окончательно сбила его с толку.

– Смотри не упади, – предупредила Мина. – Нужно найти для тебя безопасное место. Может, я смогу тайком пронести тебя к себе в комнату. Вечером Ольга с Ирмой уснут, и я незаметно отнесу тебя в лес.

Мина замолчала, услышав за дверью шаги сестёр.

– Что за девчонка? – донёсся до кухни язвительный голос Ольги. – Я всегда говорила, что Фрида её избаловала. Как бы мы ни старались её воспитывать – всё без толку. Что заложено в первые годы жизни...

– Это точно, – согласилась Ирма. – Не нужно было соглашаться на уговоры Фриды. Лучше бы отправили девчонку домой.

– Домой? – спросила Ольга. – Но куда?

– В магический город. Родители-то её оттуда.

У Мины перехватило дыхание. Она слушала сестёр с широко открытыми глазами.

– Но мы ведь не знали адреса, – возразила Ольга, – её бы никто не забрал.

– И то верно... – вздохнула Ирма.

Сёстры уходили всё дальше от кухни, голоса постепенно становились всё тише.

Мина стояла неподвижно, уставившись на кухонную дверь, ничего перед собой не видя. «Пеппи, – прошептала она, – мои родители... Они из магического города». Голос дрожал, в горле стоял ком. Всю свою жизнь она смотрела на очертания магического города, мечтая однажды попасть туда. Мине никогда не говорили, что её родители оттуда родом. Теперь же два самых сокровенных желания в сердце девочки слились в одно, указывая ей путь. В одно мгновение Мина поняла, что нужно делать.

Не говоря ни слова, она взяла на руки Пеппи и пробралась в свою комнату настолько тихо, насколько смогла.

Честно говоря, это была скорее кладовая, чем комната. Почти всё пространство было заставлено вёдрами для уборки и мётлами, завешано полками, заваленными щётками, моющими средствами и тряпками. Единственный уголок, действительно пригодный для жизни, – кровать в дальнем левом углу. Мина тихонько прикрыла за собой дверь и посадила Пеппи на пол, а затем присела и вытащила из-под кровати старый кожаный чемодан, доставшийся ей от родителей.

– Пора нам делать ноги, – сказала она ёжику, расстёгивая пряжки на чемодане, – поверить не могу, что они скрывали от меня правду все эти годы. Может, и не нарочно. Просто не думали, что это важно.

Мина разозлилась и рванула крышку чемодана сильнее, чем нужно.

– Сейчас соберу кое-какие вещи, и мы отправимся в дорогу. Я отнесу тебя в лес, и у тебя начнётся счастливая ежиная жизнь без Ольги и Ирмы. А я... – На мгновение она замолчала. Гнев внезапно сменился ощущением счастья, а взгляд прояснился: «Я отправлюсь в магический город!»

Недовольное пыхтение Пеппи вывело её из раздумий: «Ты прав. Нам нельзя терять время. Главное, чтобы Ольга с Ирмой ничего не заметили».

Мина посмотрела на старые вещи родителей в чемодане. Она знала наизусть каждый предмет: от юбок и рубашек до запасных пуговиц и старых карманных часов, которые всегда шли назад. Девочка запустила руку в чемодан и копалась в вещах, пока не нащупала холодный круглый корпус часов. Она открыла крышку и нахмурилась.

– Странно, – проговорила она, – стрелки. Они прыгают! Туда-сюда, туда-сюда. Раньше они всегда шли назад.

Мина быстро переводила взгляд с одного места на другое, наблюдая за странным движением стрелок. Наконец она оторвалась от этого зрелища и закрыла крышку часов, тогда та тихонько щёлкнула. У девочки больше не было времени об этом думать.

– Часы я возьму с собой, – пробормотала она, – на память. И обязательно ключ. – Мина коснулась своей вещицы на шее.

После недолгих раздумий она всё же упаковала ещё и небольшую швейную шкатулку, в которой хранились ножницы, иголка и нитки. Это всегда пригодится. Мина понимала, что нельзя брать с собой слишком много, ведь предстоит долгая дорога пешком, и всё придётся нести на себе. Из аккуратно сложенной одежды, хранившейся в старой картонной коробке, она достала пару чулок, нижнее бельё и своё единственное сменное платье коричневого цвета. Как и то, что было на ней сейчас, раньше оно принадлежало Ирме и было Мине слишком велико. Девочка много раз подшивала подол, чтобы он не тащился по полу, и всегда закатывала чересчур длинные рукава. Оба платья были уже старые, некрасивые и сотни раз перекроенные, но одежды получше у неё не было. Надеть мамину одежду из чемодана она никогда не решалась – это казалось почти кощунством. И всё-таки ей было тяжело осознавать, что вещи родителей придётся оставить. Стоило об этом подумать, как Мина тут же захлопнула чемодан и задвинула под кровать. «Это всего лишь одежда, – сказала себе Мина, – родителей платьями не вернёшь».

Она встала и посмотрела на Пеппи сверху вниз. Ёжик ютился на узенькой полоске пола между кроватью и полкой со средствами для уборки, будто его забыли взять с собой. «Слушай внимательно. У меня есть план, – Мина говорила едва слышно, чтобы слова разобрал только Пеппи, – сначала я уберу все эти дурацкие осколки, а потом стащу нам с кухни хлеба и фруктов в дорогу». Ты пока посиди в комнате, только тихо. Нужно будет немного поспать, а на рассвете, пока Ольга и Ирма ещё не встанут, отправимся в путь». Мина глубоко вздохнула: «Всё ясно?»

По Пеппи нельзя было точно сказать, согласен он или считает Мину сумасшедшей, но девочка больше склонялась к первому варианту. Она попыталась успокоиться.

– Хорошо. Тогда договорились.

Сначала всё шло точно по плану. Стены дома уже дрожали от храпа Ольги, когда Мина смахнула в мусорное ведро последние осколки, а затем приготовила узелок с теми немногими вещами, что решила взять с собой. Одетая, она легла в постель, но пролежала так почти всю ночь, не сомкнув глаз от волнения. Лишь под утро Мина погрузилась в лёгкую дрёму. Когда в комнату просочились первые золотистые лучи солнца, она тут же проснулась и вскочила с кровати.

– Ай! Ой, прости, Пеппи. – Мина потёрла ногу, которой чуть не встала на ёжика. Ей повезло: друг не успел выставить иголки, и Мина лишь слегка уколола большой палец. Пеппи заворчал.

– Тише, всё хорошо. Надеюсь, я не разбудила сестёр. – Мина тревожно прислушалась. Почти тут же по дому прокатился очередной раскат храпа Ольги, и девочка вздохнула с облегчением.

– Тогда идём!

Она зашнуровала ботинки, закинула на плечо узелок и взяла Пеппи в руку. Мине казалось, что она спит. Неужели это происходит наяву? Или ещё немного, и она очнётся утром в своей постели?

Мина спускалась по лестнице тихо и настороженно, будто кошка. Она точно знала, на какие ступеньки наступать не стоит, чтобы скрип не разбудил сестёр. Пару мгновений – и вот она уже стоит на улице, вдыхая свежесть летнего утра. Руки слегка задрожали, когда входная дверь едва слышно щёлкнула, пока девочка её закрывала.

Она замерла, готовясь вот-вот услышать тявкающий голос Ольги или пронзительный крик Ирмы.

Но было тихо. И внезапно тишину пронзил громкий звук.

Мина подпрыгнула от испуга. Что-то подлетело к ней и приземлилось прямо у ног. В панике она зажмурилась и стала перебирать в голове варианты, что бы это могло быть, пока не поняла – газета.

– Доброе утро! – приветливо окликнул её разносчик газет, проносясь мимо на велосипеде.

– Д-доброе, – пробормотала Мина после долгой паузы. У неё перехватило дыхание.

На трясущихся ногах девочка спустилась по трём ступенькам с крыльца, оставив газету нетронутой.

Мина шла по улице, держа Пеппи перед собой на раскрытых ладонях. Вокруг просыпалась деревня. Кто-то развешивал выстиранное бельё, высунувшись из окна, кто-то выходил из дома в тапочках, чтобы забрать утреннюю газету. Мина чувствовала на себе взгляды, но упрямо смотрела прямо перед собой, продолжая идти всё дальше, туда, где заканчивалась деревня и начинался лес. Только там она остановилась и разрешила себе оглянуться в последний раз.

Её дом уже не было видно: его закрывали другие здания. Мине стало немного грустно, когда она вспомнила, что это был не только дом Ольги и Ирмы, но и Фриды. То место, где они вместе играли, смеялись и читали сказки. Затем она всё же расправила плечи и отвернулась. Фрида наверняка хотела бы, чтобы Мина отправилась на поиски собственного счастья. С этой мыслью девочка сошла с дороги и свернула на лесную тропинку.

Хотя солнце уже взошло, под сводом лесных деревьев царил полумрак. Мина знала, что идти надо быстро, чтобы Ольга и Ирма не смогли её догнать. И всё же от мысли, что придётся оставить Пеппи, она шла всё медленнее и медленнее.

– Здесь тебе будет лучше, – объяснила она ёжику, который всё ещё сидел у неё на руках. Мина чувствовала его маленькие лапки на своих ладонях. Пеппи повернулся к ней и посмотрел так вопросительно, что девочке пришлось отвести взгляд: «Нет, Пеппи, я не могу взять тебя с собой».

Мина присматривала место, где можно было бы оставить Пеппи, но ничего подходящего так и не нашлось. «Под этим деревом? Нет, слишком сыро и неуютно. В той куче листьев? Нет, найдём место получше».

Лес был не очень большой: в какой-то момент деревьев начало становиться всё меньше. Мина поняла, что откладывать больше нельзя. Она присела и положила Пеппи на мох у тропинки. Ёжик смотрел на неё чёрными глазами-бусинками.

Мина сказала, глотая слёзы: «Уверена, скоро ты будешь здесь как дома и найдёшь много друзей-ёжиков». Девочка вытерла мокрые глаза рукавом платья: «Прощай, Пеппи!»

С этими словами она развернулась и поспешила дальше. Пройдя пару шагов, она уже не могла сдерживаться и оглянулась через плечо. Ёжик сидел там, где его оставили, и смотрел ей вслед.

Мина отвернулась, слёзы застилали глаза. Девочка сердито смахнула их и тут же застыла на месте от увиденного.

Последние лесные деревья остались позади. Ей открылся вид на ровную грунтовую дорогу, петляющую между пастбищами и полями. За дорогой возвышалась гора, на которой лежал магический город.

Мина закинула узелок повыше на плечо, вытерла нос рукавом и уверенно зашагала дальше, не сводя глаз с пункта назначения.

Глава 3
На пути к магическому городу

Погода стояла прекрасная. Ярко-голубое небо, лёгкий ветерок, заигрывающий с колосками на пшеничных полях. Край тропинки устилали красные маки и синие васильки, где-то далеко без устали пел жаворонок.

Однако Мина не обращала на всё это внимания, только торопливо перебирала ногами, продолжала идти изо всех сил, едва не переходя на бег и беспрестанно оглядываясь, чтобы убедиться, что никто не пустился в погоню. Было сложно отделаться от мысли, что Ирма и Ольга её вот-вот нагонят, схватят за воротник и потащат обратно домой.

Чем дальше позади оставалась деревня, тем больше Мина успокаивалась. В какой-то момент она оказалась так далеко, что сёстрам пришлось бы брать лошадь, чтобы за ней угнаться. Мина никогда не видела, чтобы кто-то из них ездил верхом. Если бы попытались, наверняка слетели бы в канаву. Девочка издала нервный смешок, представив такую картину. Она совсем запыхалась, и пришлось сбавить скорость. Мина переложила узелок на другое плечо и глубоко вздохнула.

Внезапно позади послышался грохот и стук копыт. Обернувшись, Мина увидела, как к ней приближается карета, запряжённая двумя большими лошадьми каштанового окраса. У Мины внутри всё похолодело. Она стояла неподвижно, не в силах что-либо предпринять. Конечно. Это Ирма и Ольга наняли экипаж, чтобы её поймать.

– Эй! – крикнул ей мужчина, сидевший на месте кучера с большой шляпой на голове и кнутом и вожжами в руках. – Эй, пошевеливайся!

От страха мысли Мины путались, и девочка долго не могла понять, чего от неё хочет этот человек.

– Дорогу! – крикнул кучер, сердито глядя на неё из-под полей шляпы. – Дай проехать! Ты что, глухая?

В последний момент Мина отпрыгнула в сторону, едва не попав под тяжёлые лошадиные копыта и громыхающие колёса кареты. Кучер бросил в её адрес ещё пару гневных проклятий, затем экипаж унёсся вперёд.

Сердце Мины бешено стучало, будто бы желая обогнать пронёсшихся мимо лошадей. Это не Ирма и не Ольга. Кучер так спешил вовсе не по её душу, но она настолько сильно испугалась, что ей потребовалось ещё некоторое время, чтобы прийти в себя и продолжить путь.

Весь день Мина шла, не делая остановок. Пшеничные поля сменялись коровьими пастбищами, изредка по дороге встречались фермы. Тропинка петляла то вправо, то чуть влево, но в целом пейзаж оставался прежним, а магический город так и маячил где-то на горизонте.

В какой-то момент узелок передавил Мине правое плечо, и она решительно перекинула его на левое. Затем заболело уже левое, и пришлось снова нести на правом. Когда заныли уже оба плеча, девочка старалась думать о чём-нибудь другом, чтобы отвлечься, но боль не желала сдаваться и перекинулась на ноги. От долгой ходьбы на пятке у Мины образовался волдырь, и ей пришлось перевязать ногу платком. Несколько сотен метров спустя то же самое повторилось и с другой ногой, но перевязывать было уже нечем. Мина стиснула зубы.

Её то и дело обгоняли экипажи, но после первых пяти Мина перестала пугаться. Она была уверена, что наконец-то сбежала от Ирмы и Ольги. От этой мысли начинала слегка кружиться голова, но Мина не знала, от чего именно – от облегчения или усталости. За весь путь она позволила себе лишь две коротких передышки и сейчас решила присесть на насыпь по правую сторону тропинки, чтобы съесть немного хлеба и сделать пару глотков воды.

Только когда солнце начало клониться к закату, магический город наконец-то стал ближе. И чем ближе он становился, тем сильнее вырастала гора, на которой он стоял. И всё же высоты горе недоставало и казалось, что дома кирпичиками громоздятся друг на друга. Мина разглядывала мосты, соединявшие самые высокие из зданий, высоченные лестницы, стоявшие под наклоном башни и дымящиеся трубы. Она так увлеклась созерцанием города на высоте, что слишком поздно заметила городскую стену – внимание на неё она обратила, уже стоя на немощёной площади, куда вела тропинка, по которой Мина проделала свой долгий путь.

Она дошла. Она действительно здесь. Мина настолько боялась, что всё это сон, что опасалась даже моргать. Но всё было взаправду. Она и в самом деле стояла у стен магического города.

Чем ближе Мина была к своей цели, тем оживлённее становилось движение, а у ворот была уже настоящая суматоха. Переходя площадь, приходилось уворачиваться от лошадей, экипажей и даже автомобилей. Слева и справа она заметила конюшни в тени высоких дубов и буков. За ними начинался большой лиственный лес, простиравшийся на запад за городом. У единственных ворот в городской стене собралась огромная толпа людей. Мина рассматривала детей и стариков, бедно и богато одетых, темнокожих и светлокожих. Она ужаснулась, осознав, как много людей ждут у ворот. Неужели придётся встать в очередь?

– Много здесь народу, да?

Мина обернулась и увидела, что на неё с улыбкой смотрит светловолосый мальчик примерно её возраста. Она тут же занервничала. Раз он подошёл, то, наверное, хочет подружиться. Мина часто представляла, каково это – иметь настоящих друзей. Нельзя упускать такую возможность!

Не успела она ответить, как мальчик заговорил вновь: «Мы тоже только приехали». Через плечо он указал на экипаж, у которого какие-то мужчина и женщина оживлённо разговаривали с конюхом. Во всяком случае, Мина подумала, что это наверняка конюх, потому что в его каштановых волосах была солома, а на нём самом – грязные рабочие штаны. А вот хорошо одетые взрослые наверняка приходились мальчику родителями: у женщины были точно такие же белокурые волосы, как у её нового знакомого. На месте кучера же сидел и со скучающим видом курил трубку какой-то старый мужчина.

– Видимо, в конюшне не осталось места для наших лошадей, Вильмы и Донны, – объяснил мальчик, пожимая плечами. – А ты откуда здесь? Только не говори... – Он обвёл её взглядом с ног до головы.

Мина поняла, как, должно быть, сейчас выглядит: вся в пыли, растрёпанные волосы, потёртые туфли.

На лице у мальчика отразился смешанный с удивлением ужас. «Что пришла пешком», – закончил он фразу.

– Да, – подтвердила Мина, – так и есть.

Только сейчас она заметила, какой красивый синий костюм был на мальчике. Брюки-дудочки, белые накрахмаленные носки, начищенные до блеска кожаные туфли.

В этот момент его родители закончили разговор и подошли к ним. Одеты они были ничуть не хуже сына: на матери – небесно-голубое платье, застёгнутое на все пуговицы, на отце – чёрная шляпа и костюм. Женщина раскрыла веер и начала им обмахиваться.

– Придётся подождать, Франц, – сказала она, положив руку мальчику на плечо, – тот парень обещал разобраться. Встанем пока лучше в очередь.

Только договорив, она заметила Мину.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась девочка.

– Здравствуй, – ответила женщина. Она подняла брови в недоумении, внимательно рассмотрев Мину, и тут же крепче сжала плечо сына, легонько подталкивая его: «Пойдём, милый. Нужно встать в очередь».

Отец Франца кивнул Мине в знак приветствия. Закрученные кончики его усов подрагивали. Затем мужчина проследовал за женой и сыном.

Мина вздохнула. Похоже, ей тоже пора становиться в очередь, поэтому она медленно поплелась за семьёй. Вдруг раздался голос конюха. «Эй! – крикнул он. – Тише».

Обе кобылы, всё ещё стоя в упряжи перед экипажем, прижали уши и забили копытами. Кажется, конюх пытался распрячь их, чтобы увести в стойло. Но сами лошади, по-видимому, не разделяли его желания.

– Дамы чужих не жалуют, – равнодушно заметил кучер, не вставая со своего места. Он попыхивал трубкой, даже не пытаясь помочь парню. Ни с того ни с сего Мина вспомнила имена лошадок, которые назвал светловолосый мальчик. «Донна! – громко сказала она строгим тоном, каким иногда обращалась к Пеппи, когда тот не слушался. – Вильма!»

Услышав собственные имена, лошади развернули уши вперёд. Они отвлеклись, и конюху удалось подойти к ним. Они всё ещё недовольно пыхтели и следили за ним краем глаза, но теперь стояли неподвижно.

Франц повернулся к Мине. Он был на голову выше, со слегка оттопыренными ушами и дружелюбными карими глазами. «Спасибо! – сказал он, улыбаясь. – Только лучше поторопись». Мальчик указал жестом на очередь: «Ворота закрывают на закате, потом уже не зайдёшь».

Мина широко открыла глаза: «Правда?» Она заспешила. Девочка поняла, что могла бы обрести нового друга, но было уже слишком поздно. Момент ведь уже упущен? Проклятье! Всё ровно так, как она всегда и думала: подружиться с человеком гораздо сложнее, чем с ежом.

Глава 4
Стража у городских ворот

Мина встала в очередь прямо за светловолосым мальчиком по имени Франц и его родителями. Взрослые сидели на раскладных стульях: мать что-то вязала на спицах, отец читал газету. Мина же старалась как можно незаметнее разглядывать толпу, собравшуюся на площади.

Одни везли с собой большие мешки и тележки с вещами, которые наверняка собирались продать городским ремесленникам: мука, шерсть, ткани, бумага, доски. Другие нетерпеливо топтались на месте, перечитывая длинные списки того, что, наоборот, хотели бы купить у местных мастеров, вероятно, чтобы перепродать за большие деньги где-нибудь ещё.

Третьи же, видимо, ехали ради приятного путешествия и прогулок по магазинам в своё удовольствие. Мина пришла к выводу, что Франц с родителями, скорее всего, принадлежат к последней группе.

Были и люди, которые, похоже, вовсе и не стремились попасть в город. Они прогуливались вдоль очереди с лотками, продавая желающим булочки и сосиски.

– Булочки! – кричал мужчина с густой бородой. – Тёплые булочки!

– Мамочка, мамочка, – взмолился Франц, – можно мне булочку?

Мама Франца тут же подозвала лоточника. У Мины потекли слюнки, как только в нос ударил запах сладкой выпечки. Она тут же отвернулась. Взгляд упал на несколько небольших разноцветных шатров. Один особенно привлёк её внимание: из тёмно-синей ткани, расшитой жёлтыми звёздами, и входом, занавешенным жемчужными нитями.

– Это шатёр гадалки.

Франц заговорил так неожиданно, что Мина вздрогнула. С видом знатока он откусил от булочки с корицей, которую ему купила мама, и указал на шатры: «Есть ведьмы, а есть гадалки. И те, и другие читают по ладони и предсказывают будущее. Или, по крайней мере, пытаются угадать. На самом деле все они мошенники и шарлатаны». Мальчик поморщился: «Ты знала, что на самом деле они никакие не волшебники? Они ведь живут за стенами города. Власти бы никогда не выпустили из города настоящего ремесленника. Да и гадание – никакое не ремесло. Они просто наживаются на доверчивых людях».

Мине показалось, что Франц просто повторяет слова своего отца. Пока мальчик жевал очередной большой кусок булки, она с любопытством разглядывала вход в тёмно-синий шатёр. Вдруг какая-то женщина вышла из очереди и, пригнувшись, прошла под жемчужными нитями. Хочет узнать будущее?

Из размышлений её вывел голос Франца: «А зачем тебе в город?» Мина обернулась, застигнутая врасплох, и уже собралась было ответить, но Франц тут же заговорил вновь: «Мы каждый год приезжаем сюда мне за подарками на день рождения. Знаешь ли, вчера мне как раз исполнилось двенадцать».

Мина тут же вспомнила о Пеппи, у которого тоже вчера был праздник. «Поздравляю», – пробормотала она слегка сдавленным голосом.

– В прошлом году, – не унимался мальчик, – мне купили волшебную шляпу, которая прогоняет сон. Если носить её и не снимать, то можно не спать несколько дней и даже не устать. В ней здорово читать страшные истории по ночам.

– Хватит уже, Франц, – с улыбкой упрекнула его мать. Её голос звучал скорее ласково, чем строго. Очередь чуть продвинулась, и родители Франца встали и перенесли свои складные стулья вперёд. Затем снова сели и продолжили тихонько болтать о всяких тётушках и кузинах.

– А ты раньше бывала в городе? – спросил Франц, когда они с Миной тоже прошли чуть вперёд. Он постоянно задирал нос и никогда не поворачивался к девочке во время разговора, поэтому Мина не сразу понимала, что обращаются именно к ней.

– Нет.

– Я там всё знаю, – заявил мальчик. – Спорим, ты не знала, что все городские мастера делают волшебные вещи? Точно говорю, все! Даже подмастерьев признают мастерами только тогда, когда они сделают что-то магическое. И только после этого они могут открыть собственную мастерскую.

Об этом Мина знала. Она знала о магическом городе всё. Побывать здесь было мечтой всей её жизни, а потому все сведения о городе она впитывала, будто сухая губка воду. Но Франца было не остановить.

– А спорим, ты не знала, что в городе уважают только ремесленников? Чтобы твои заслуги признавали, нужно обязательно что-то мастерить собственными руками. Никакие другие профессии их там не интересуют: ни учёные, ни художники, ни музыканты, ни даже купцы, как мой папа. – Эта мысль, кажется, особенно занимала Франца. Видимо, в других местах его отец пользовался большим уважением.

Внезапно рассказ прервал отец: «Чистая правда. В других городах фабрики растут, как грибы после дождя, людей заменяют машины. Но в магическом городе всё ещё процветает ремесленничество». Мужчина кивнул, довольный собой, и снова отвернулся к жене.

Франц тут же заговорил с видом умудрённого опытом педагога: «Держу пари, ты уж точно не знала, что сделать волшебную вещицу может только тот, кто за время обучения в совершенстве овладел ремеслом. У многих просто-напросто ничего не выходит. Такие потом делают самую обыкновенную мебель или шьют самую обыкновенную одежду без капли магии. Просто уходят из города спустя долгие годы обучения с пустыми руками – без звания мастера. А, и вот ещё: ты точно не знала, что у каждого ремесленника своя магия, и никогда нельзя сказать заранее, какой она будет. У каждого – единственные в своём роде непредсказуемые способности!»

Естественно, это Мина тоже знала. К тому же она успела передумать – дружить с этим Францем совершенно не хотелось.

– Кстати, – снова начал мальчик, – ты точно не знала...

Но Мина уже смотрела перед собой и не слушала.

Повезло: очередь двигалась быстрее, чем она ожидала. Шаг за шагом они становились всё ближе к большим городским воротам. Только сейчас Мина заметила, что по обе стороны от ворот стоят небольшие будки, в каждой – какой-то человек. Очередь разделилась на два потока, и каждый желающий попасть в город сначала подходил к одному из сидевших в домике. Те же, прежде чем впустить очередных путников, со строгим выражением лица разглядывали их через маленькие окошки и задавали вопросы.

– Что им нужно? – нервно перебирая пальцами, спросила Мина.

Девочка поняла, что задала вопрос вслух, только когда заговорил отец Франца. «Нельзя попасть в город просто так, – объяснил он. – они очень тщательно всех проверяют и пускают только тех, у кого есть веская причина. Ну, или если покажешь, что у тебя достаточно денег, чтобы приобрести волшебные товары. Не нужны же им в городе воры, бездельники и зеваки – иначе там будет не протолкнуться. Всё-таки всем интересно поглазеть на изделия местных мастеров, даже не имея возможности их купить». Мужчина подмигнул ей.

Вдруг у ворот началась какая-то суматоха. Высокий бородатый мужчина громко ругался, вскидывая руки, а затем, нахмурившись, пошёл прочь.

– Вон, смотрите, – оживилась мама Франца, – видимо, его не пустили.

Мина совсем разволновалась.

– А кстати, – внезапно поинтересовался Франц. – зачем тебе в город?

Видимо, он забыл, что уже спрашивал, но не дал Мине вставить ни слова.

– Хочу выучиться на мастера, – выпрямилась девочка.

На мгновение Франц застыл от изумления, но затем разразился хохотом. «Мама, папа, – фыркнул он. – вы это слышали?»

Родители переглянулись. Даже некоторые люди из очереди стали на них оборачиваться.

– Она, – проговорил запыхавшийся от смеха Франц, – она хочет стать мастером!

Отец недоверчиво поднял бровь, а мать поднесла руку ко рту, чтобы скрыть улыбку. За спиной у Мины зашептались и захихикали стоявшие в очереди люди.

Девочка почувствовала, что краснеет.

– И что же в этом смешного? – спросила она.

– Что смешного? – хихикнул Франц. – Ты разве не знаешь, что девочка не может стать мастером? В подмастерья берут только мальчиков!

– Ещё скажи, что женщины прекрасные пекари или часовщики! – вмешался полный мужчина, стоявший за ними. Он очень громко рассмеялся, и к нему тут же присоединились другие мужчины, ожидавшие своей очереди.

Мина стояла неподвижно, словно застывший камень.

– Так что, девочка, – вновь обратился к ней отец Франца, – лучше тебе вернуться домой учиться шить и готовить, чтобы однажды ты смогла вести хозяйство. Как тебе и следует. Пойдём, мы следующие, – подозвал он сына.

Мина пришла в себя, только когда её грубо оттеснил кто-то из тех, кто стоял сзади. Она отшатнулась от людей и ворот и пошла вперёд, не глядя, куда именно.

Она не могла стать мастером. Выходит, всю свою жизнь она мечтала о невозможном. И всё только потому, что она девочка.

Мина стиснула зубы. Она не готова была просто смириться. Должен быть другой выход!

– Только не говори, что тебя не пустили.

Мина подняла голову. Оказалось, что в порыве гнева она дошла до конюшни. Перед ней стоял тот самый конюх в запачканных штанах, который занимался лошадьми Франца. Парень толкал перед собой тележку с грязной соломой и лошадиным навозом. Чтобы посмотреть Мине в глаза, ему пришлось сначала сдуть со лба прядь каштановых волос.

Девочка не знала, как лучше ответить. Она чувствовала себя ужасно глупо. Раньше она думала, что знает о городе всё, но никто никогда не рассказывал о самом важном. Может быть, это потому, что для других это было чем-то само собой разумеющимся. Она проглотила подступавший к горлу ком и отвела взгляд, чтобы не встретиться с парнем глазами. «Я даже не попыталась войти, – призналась Мина. – Я хотела пойти в подмастерья. Но не знала... Не знала, что девочек не берут в ученики».

Парень опустил поводья тележки. На мгновение Мина подумала, что он будет смеяться, как люди из очереди. Но этого не произошло.

– Кстати, я Конрад, – представился он вместо насмешек.

– А я Мина.

– И что будешь делать теперь, Мина?

– Не знаю. – Она подумала о том, какой долгий путь обратно предстоит проделать, а ещё об Ирме и Ольге, встреча с которыми ожидала в конце этого пути. – Я не могу вернуться.

Тут ей в голову пришла неожиданная мысль:

– Если берут только мальчиков, то придётся превратиться в мальчика.

– В смысле, – уточнил Конрад, – ты хочешь переодеться?

– Да, именно! – кивнула Мина, загоревшись новой идеей. Взволнованная, она заходила по кругу. – Но где мне раздобыть одежду на мальчика? Да и косу придётся отрезать. – Девочка взяла в руку косу, спадавшую на спину.

– Кажется, я могу тебе помочь. – Конрад оглянулся через плечо. Работа в конюшне шла полным ходом. До Мины донеслось ржание лошадей, шорох соломы и голоса людей. Однако Конрада, похоже, никто не хватился. Парень подошёл к ней поближе и, понизив голос, заговорил: – Есть у меня старые брюки, рубашка, они мне уже малы, но тебе будут как раз. Если подстричь тебя да ещё надеть какую-нибудь шляпу...

Мина закрыла рот руками, чтобы не завизжать от восторга:

– Было бы замечательно! А ты уверен, что эти вещи тебе больше не понадобятся?

– Да. Пожалуй, уверен. – Конрад вдруг опустил глаза, чтобы не встретиться с Миной взглядами, и начал ковырять землю носком ботинка. – Я тут подумал... Если ты, конечно, будешь не против, то могла бы отдать взамен... Своё платье.

– Платье? – Мина опустила руки от изумления.

– Понимаю, не мой, конечно, размер... Что ж... Так получилось... – Конрад всё так же пытался не встречаться с ней взглядом и слегка покраснел; он глубоко вздохнул и наконец заговорил вновь: – Всё из-за госпожи Кассандры.

Он посмотрел будто бы сквозь Мину. Девочка поняла, что Конрад разглядывает тёмно-синий шатёр, к которому выстроилась приличная очередь.

– Из-за гадалки?

– Всегда хотел стать её учеником, – печально кивнул Конрад, – но она говорит, что колдовство и гадания – только для женщин. Ученик-мужчина распугал бы всех посетителей. А вот если бы я переоделся... Нет, она-то всегда меня узнаёт, её не обманешь. Но если бы народ думал, что я девушка... Может, у меня бы получилось.

Мина посмотрела на шатёр, в котором скрывалась таинственная госпожа Кассандра. Она не верила в предсказания. А ещё не понимала, зачем всю жизнь сидеть в шатре за стенами магического города, глядя в хрустальный шар, читая по руке и, видимо, продавая зелья.

Но кто она такая, чтобы осуждать чужую мечту?

– Платье не будет тебе мало, – уверенно сказала Мина. – Я много раз подшивала подол. Нужно только распустить швы, и платье будет тебе впору.

Конрад смотрел на неё с такой благодарностью, что девочка не знала, смеяться ей или плакать. Они молча кивнули друг другу – значит, договорились.

Конрад и Мина на цыпочках пробрались в каморку за конюшней. Парень выудил обещанную одежду из-под одной из пяти стоявших в комнатке кроватей. Судя по дыркам на коленях и локтях, рубашку и штаны носили очень уж часто. Но и то и другое, на удивление, оказалось Мине точно впору. Сначала Конрад перочинным ножом отрезал девочке косу, а затем достал из сумки ножницы и подровнял волосы. Результат, скорее всего, не отличался аккуратностью, и Мина порадовалась, что у неё нет с собой зеркала. Потом Конрад нахлобучил ей на голову свою старую кепку и спрятал полученную взамен одежду под кроватью, как можно дальше от посторонних глаз.

– А теперь быстрее, пока никто тебя не увидел, – сказал парень, подталкивая Мину к двери.

И всё-таки, уже стоя в дверях, Мина обернулась и крепко обняла его.

– Спасибо! – К сожалению, она не могла найти слов, чтобы выразить, насколько ценной оказалась его помощь, поэтому в конце концов просто задала ещё один вопрос: – Ты уверен, что кепка тебе больше не пригодится?

– Конечно. – Конрад слегка приобнял её в ответ, но быстро отстранился. – Уже поздно. Если не войдёшь в город до заката, то ночь проведёшь на улице. Он заговорил вновь, глядя ей в глаза: – Удачи, Мина. Уверен, из тебя выйдет отличная мастерица.

– И тебе удачи, Конрад. – Мина вдруг почувствовала, как к горлу подступил ком. – Уверена, ты станешь отличным предсказателем. Будем считать, что я – твой первый настоящий клиент.

Он рассмеялся, а Мина выбежала из каморки, схватив одной рукой свой узелок, а другой – придерживая кепку. Почему-то ей совсем не хотелось оставлять Конрада. К ней давно никто не был так добр. И всё-таки она старалась думать о том, что ждёт её впереди. С выпрыгивающим из груди сердцем и дрожащими коленями Мина снова встала в конец очереди, которой, кажется, не было ни конца ни края – постоянно прибывали всё новые и новые экипажи, из которых выходили всё новые и новые желающие посетить город. В штанах Мина чувствовала себя непривычно, приходилось себя одёргивать, чтобы не разглядывать новую одежду.

Конрад оказался прав: было уже поздно, и солнце уже скрылось на западе где-то за городом. Мина очень надеялась, что успеет-таки зайти в город до заката.

А ещё хотелось верить в то, что её план сработает. На это она надеялась ещё больше.

Мина подходила к воротам всё ближе и ближе, а её сердце билось всё быстрее и быстрее. Вновь раздался уже знакомый крик: «Следующий!» На этот раз возглас был обращён к ней.

Мина подошла к будке, надвинув на лицо кепку, и уткнулась взглядом в собственные ботинки.

– Цель визита? – спросили её из окошка.

– Хочу поступить в подмастерья. – Мина старалась говорить грубее, более низким голосом. Она говорила, не поднимая головы.

– Что у тебя с голосом? – спросили из окошка. – Говори нормально.

От волнения сердце у Мины забилось так сильно, что стук начал отдавать в уши. Она откашлялась и как будто даже стала хуже слышать.

– Я, – сказала она своим обычным голосом, – хочу поступить в подмастерья.

– Так-то лучше, – проворчали из окошка. Послышался шелест бумаг, кажется, стражник листал документы. Мина с опаской подняла голову, чтобы посмотреть, что это за бумаги.

– Так, – сказал мужчина в окошке, а потом снова повторил: – Так-так.

У Мины вспотели ладони.

– Эй, Герман! – внезапно обратился служащий к своему коллеге. – Нам ведь как раз нужен ученик для переплётчика?

– Для старого брюзги? – отозвался Герман из второй будки, проверив монеты у какой-то пожилой женщины, прежде чем пропустить ту в город. – Насколько я помню, да. Но он уже много лет никого не берёт.

– Не может же так продолжаться вечно, – ответил тот, что опрашивал Мину. Он взял чистый лист бумаги. «Имя?» – спросил он.

– М... – начала было девочка, но тут же громко закашлялась. Она совсем не подумала о самом главном – об имени!

– «М», а дальше?

– Эм... Мац. Меня зовут Мац.

Мужчина вписал что-то в документ. Кажется, он ничего не заподозрил. Мина выдохнула.

– Фамилия?

– У меня нет фамилии.

– Нет фамилии? – удивился проверяющий.

– Нет. Я сирота, – спокойно ответила Мина. В конце концов, это правда.

– Так, ладно. – Проверяющий снова нацарапал что-то на листе и поставил печать, а затем протянул бумагу Мине через окошко: – С сегодняшнего дня ты – подмастерье переплётчика Иоганна Бухбиндера. Твоё полное имя – Мац Бухбиндерлеринг. Тебе повезло. Это единственное свободное место. К остальным мастерам большие очереди, лет пять бы ждать пришлось. – Стражник говорил так, будто сам удивился, что для Мины нашлось место.

– Спасибо. – Мина с трепетом взяла документ и уже повернулась, чтобы пройти.

– Минуточку, – девочка замерла, не успев ступить и шагу, – посмотри-ка на меня.

Медленно, будто улитка, Мина повернулась к проверяющему и посмотрела ему в глаза. Казалось, его пристальный взгляд вот-вот прожжёт кожу. Усилием воли девочка заставила себя улыбнуться самой приветливой из своих улыбок. От волнения всё тело покрылось потом.

– Мне вдруг показалось... Хотя неважно. – Лицо проверяющего приняло спокойное выражение, и он тут же потерял к Мине всякий интерес. – Следующий!

У Мины кружилась голова от напряжения, сменившегося внезапным облегчением. Она прошла в ворота и сделала первый шаг по улицам магического города.

Глава 5
Переплётчик

Мина шла по улице с открытым ртом. Ей хотелось рассматривать всё и сразу. Вокруг было столько интересного! Извилистые улочки поворачивали то в одну, то в другую сторону, а ещё то вверх, то вниз – казалось, что здесь нет ни одной прямой дороги. Экипажей не было, да и немудрено, ведь проехать им по таким узким переулкам было бы сложно. Город заполонили пешеходы. И всё-таки нет-нет да и можно было заметить среди толпы одинокую повозку, запряжённую ослом или лошадью.

– Поберегись! – послышался чей-то крик.

Мина отпрыгнула как раз вовремя, чтобы не столкнуться с двумя мужчинами, которые несли лестницу. Правда, случайно наступила кому-то на ногу.

– Извините! – проговорила она, запыхавшись.

«Пострадавший» протиснулся мимо неё, не обратив на извинения никакого внимания.

Мина никогда не видела такого столпотворения. Одни куда-то или откуда-то спешили, другие неспешно прогуливались, наслаждаясь тёплой летней погодой. Постоянно звучал гул голосов, иногда заглушаемый выкриками. Где-то высоко, над крышами, каркали вороны, а внизу колёса повозок стучали по мостовым.

– Осторожно!

Мине снова пришлось отпрыгнуть, когда мимо неё проходил мальчик с живым цыплёнком в руках. Птенчик резко повернул голову и посмотрел на девочку. Она решила, что лучше идти где-нибудь сбоку, чтобы никому не мешать.

Здесь на каждом шагу были лавки и мастерские. Мина с восхищением рассматривала витрину за витриной, на каждой из которых были выставлены невероятной красоты товары. В лавке у ювелира – сверкающие золотые ожерелья, амулеты, кольца с жемчугом и другими драгоценными камнями. У шляпных дел мастера – самые пёстрые и необычные из всех головных уборов, которые она когда-либо видела: одна шляпа, украшенная искусственными фруктами, в высоту была ей по плечо, другая – размером с блюдце. Корзинщик, в свою очередь, выставил перед лавкой плетёные изделия всех возможных размеров.

Мине стало интересно, какой магией все они владеют.

Некоторые ремесленники писали об этом прямо на вывесках. У одного портного, например, Мина прочла:

Волшебная одежда для современных женщин

В нарядах от господина Самтигсона вы мгновенно помолодеете на десять лет!

(Храните одежду в местах, недоступных детям до десяти лет)

Мина пришла в себя, когда врезалась в какого-то, судя по всему, местного чиновника, да с такой силой, что у того из рук выпала газета. Девочка тут же поспешила поднять её, пока не затоптали. Часы на городской башне пробили восемь, и Мина вздрогнула. Неужели уже так поздно? Она уже прилично задержалась. Нужно как можно скорее найти переплётчика. Тогда она постаралась сосредоточиться и начала читать документ, который получила у городских ворот. К счастью, Фрида научила её читать ещё в раннем детстве, а Мина была прилежной ученицей. Вот и пригодилось.

– Иоганн Бухбиндер, – прочла она вслух. – Типографская улица, дом 17. И как мне его найти?

Мина решила не терять времени зря и спросить дорогу у кого-нибудь из прохожих. Уж кто-нибудь наверняка слышал про этого переплётчика. Она подошла к первой попавшейся женщине, выходившей из мясной лавки, и поправила шляпу.

– Извините!

– Да? – Женщина посмотрела на Мину с явным недоверием.

– Не подскажете, как найти Книжную улицу?

На мгновение женщина задумалась, но затем покачала головой и поспешила дальше.

Но Мина не собиралась сдаваться. Пришлось спросить ещё трёх человек, прежде чем подмастерье, подметавший у дверей лавки зеркальщика, не указал ей путь. Услышав имя Иоганна Бухбиндера и объяснив, как туда добраться, он предупредил Мину, когда та уже собиралась его поблагодарить: «Только ни на что особенно не рассчитывай. Он не работает уже много лет».

Мина сильнее сжала лист бумаги пальцами. Она пошла прочь так быстро, как только могла, словно стараясь убежать от собственных страхов. Чтобы не забыть дорогу, она мысленно повторяла указания подмастерья зеркальщика: «...На второй улице – направо, на следующей – налево, там, рядом с большим дубом, увидишь дом, отделанный камнем... О, кажется, это он».

Мина резко остановилась, и кто-то налетел на неё сзади, а затем, громко выкрикивая ругательства, обошёл её. Она едва ли обратила на прохожего внимание. «Надо, наверное, постучать».

На негнущихся ногах Мина поднялась по ступенькам к входной двери. Девочка пыталась заранее подобрать подходящие слова, заправляя выбившиеся из-под кепки волосы. В конце концов, она собралась с духом и постучалась.

Мина уже занесла руку, чтобы постучать в третий раз, как дверь распахнулась. Но за ней никого не было. Сердце Мины выпрыгивало из груди.

– Есть здесь кто? – спросила девочка, заглядывая в безлюдный коридор.

Откуда-то послышались шаги, и в дверном проёме показался мужчина в рубашке и жилетке. Сквозь тёмные волосы только пробивалась седина, а вот короткая густая борода была уже полностью белой. В руках у него была небольших размеров книга, а на носу – очки для чтения. Он снял их, чтобы лучше рассмотреть нежданную гостью. Нахмурившись, он переводил взгляд то на Мину, то на распахнутую дверь. Казалось, он не меньше Мины удивился, что дверь открылась сама собой. Затем мужчина откашлялся и с видом, будто не произошло ничего необычного, обратился к девочке:

– Чем могу помочь?

Мина вдруг поняла, что стоит с открытым ртом, и поспешила это исправить.

– Здравствуйте, меня зовут Мац, я – ваш новый ученик.

«Пожалуйста, пожалуйста, – мысленно умоляла она. – Пожалуйста, только не догадайся, что я девочка».

На лоб мужчины складками легли глубокие морщины. Мина занервничала сильнее. Однако его ответ был совсем не таким, как она ожидала:

– Прошу прощения, видимо, кто-то дал вам ошибочные сведения. Я не беру учеников. Желаю приятного вечера.

Он уже собирался закрыть дверь, но Мина быстро оправилась от удивления и протянула ему бумагу.

– У меня есть документ!

– Документ? – замер мужчина.

– Мне дали его на входе в город.

После недолгих колебаний он всё-таки принял бумагу из рук Мины. Его лицо мрачнело всё сильнее с каждой внимательно прочитанной строчкой.

– Кто там? – раздался из глубины дома женский голос. – Иоганн, разве так можно? Кто же гостей на пороге держит?

Переплётчика, а именно он это, судя по всему, и был – оттеснили в сторону, и в дверном проёме появилась коренастая женщина. Её каштановые волосы были собраны в пучок. В руках перед собой она держала корзину с бельём. Увидев Мину, женщина расплылась в улыбке.

– Иоганн наверняка как раз собирался пригласить тебя в дом, золотце.

– Марта... – попытался возразить переплётчик.

– Я всё слышала, – ехидно перебила его женщина по имени Марта. – Ну правда, Иоганн. Куда малютка пойдёт на ночь глядя? Кто знает, откуда он к нам пришёл. Да ещё и худой, как щепка. Только человек с часовым механизмом вместо сердца погонит бедняжку на улицу в такой час. А я знаю, что ты совсем не такой, хоть и пытаешься это скрывать!

Иоганн испустил глубокий вздох.

– Ладно, Мац, – обратился он к Мине с лицом провинившегося школьника, которого только что отчитали, – можешь остаться у нас на ночь. Завтра решим, что с тобой делать.

Мине ещё предстояло привыкнуть, что теперь её будут называть «Мац». Пока это всё ещё было для неё в новинку. Впрочем, она всё равно была очень рада, что ни Иоганн, ни Марта не поняли, что перед ними девочка, и не отправили её обратно.

– Так-то лучше, – сказала Марта с довольным выражением лица.

Женщина кивнула, протискиваясь между Миной и переплётчиком с корзиной для белья в руках.

– Хорошо вам провести вечер, – подмигнула она Мине. – Чистое бельё принесу в пятницу.

Иоганн в ответ пробормотал что-то неразборчивое. Вероятно, это можно было истолковать как «приятного вечера». Марта шла по улице, придерживая корзину бедром. Мина смотрела ей вслед, сожалея, что вечер придётся провести не с ней, а в обществе переплётчика. Тот смотрел на Мину своими серо-голубыми глазами так, будто надеялся, что она вот-вот растворится в воздухе. Однако такой услуги девочка ему оказать не могла.

– Что ж, – обречённо сказал Иоганн, – заходи.

Мина вошла в прихожую. На деревянном полу лежала узкая ковровая дорожка. Справа и слева были двери. В конце коридора она заметила ещё одну дверь со вставкой из матового стекла. Наверное, она вела в маленький сад или на задний двор. Рядом с дверью располагалась лестница, ведущая на верхние этажи.

– Кухня слева, – буркнул переплётчик.

Мине не нужно было повторять дважды. Она открыла дверь с левой стороны, и в нос ей ударил аппетитный запах жареных сосисок. Живот громко заурчал.

Кухня оказалась маленькой, но уютной. У левой стены, под окном, стояла кушетка с подушками. Перед кушеткой – самый обыкновенный деревянный стол с ещё тремя стульями, а напротив – чугунная угольная плита, на ней – две кастрюли и сковорода. Вдоль остальных стен расположились деревянные кухонные шкафы.

– Я как раз собирался ужинать, – сказал Иоганн. – Надеюсь, тебе понравится картофельное пюре, квашеная капуста и сосиски.

Ещё бы ей что-то не нравилось! Девочка была настолько голодна, что была готова съесть почти что угодно. Мина села на один из стульев и молча наблюдала, как переплётчик снимает крышки с кастрюль и сковородки, из которых поднимался пар. Странно, еда на вид была ещё горячая, но от плиты тепло не шло, будто угли уже остыли. Впрочем, Мина тут же забыла об этом, как только Иоганн поставил перед ней полную тарелку. Она с большим аппетитом принялась за еду.

Набивая живот и стараясь при этом не показаться невоспитанной из-за сильного голода, Мина думала о Марте. Интересно, кто она? Кажется, переплётчик живёт один, а Марта – кто-то вроде домработницы, которая время от времени приходит, чтобы убрать или постирать грязное бельё.

Только опустошив тарелку, Мина поняла, что всё это время они провели в тишине. Ни Иоганн, ни она сама не отличались разговорчивостью, и за время ужина никто не произнёс ни слова. Переплётчик ел не так быстро и как раз собирался съесть последнюю вилку картофельного пюре. Только он поднёс вилку ко рту, как оконная занавеска упала ему на лицо. Мужчина смахнул кусок ткани, но ветер из открытого окна тут же вернул занавеску обратно к Иоганну.

Мина очень удивилась. Кто открыл окно? Оно было плотно закрыто! Но если сквозняка не было, как занавеска оказалась у переплётчика на лице?

– Ладно, ладно! – вдруг возмутился Иоганн, стукнув вилкой об тарелку. – Я всё понял. Я вас ещё не представил.

Мина сидела молча. Она тут же напряглась. Происходило что-то явно странное.

– С кем не познакомил? – с опаской спросила она.

– С Домом, – буркнул переплётчик. – Дорогой Дом, это Мац. Мац, это Дом. Можно мне теперь спокойно поесть?

Он тут же поспешно сунул в рот вилку с пюре, видимо, опасаясь, что ему снова помешают.

– А... Вы только что познакомили меня... С домом? – Мина была в полном замешательстве.

Переплётчик дожевал, вытер рот платком, проглотил еду и кивнул.

Мина почувствовала, что у неё на затылке волосы встали дыбом. Он что, сумасшедший? Может, ей лучше бежать, сверкая пятками? И куда тогда идти? А если это вообще дом с привидениями?

– Тебе, наверное, пора спать, – вывел её из размышлений голос хозяина дома.

Мина немного замешкалась, но затем послушно поднялась со своего места. Мастер казался ей жутковатым. Однако идти было больше некуда, и девочка решила ни в коем случае не ударить в грязь лицом, то есть произвести на Иоганна отличное впечатление. Несмотря ни на что, в душе Мина ликовала. Теперь она действительно подмастерье! Она будет учиться ремеслу переплётчика. Просто невероятно.

– Большое спасибо, – пролепетала Мина. – Спасибо, что не прогнали меня. Обещаю, вы не пожалеете, что взяли меня в ученики, господин Бухбиндер!

– Забудь об этом, мальчик. Я забросил работу. Уже много лет я не переплетаю книги. И не беру учеников. – Иоганн, не глядя на девочку, достал из нагрудного кармана очки и принялся вытирать стёкла о рубашку.

Если минуту назад Мина ощущала тёплый прилив радости, то теперь её будто окатили ледяной водой.

– Но... – проговорила она, с трудом выдавливая слова, – у меня есть официальная бумага...

– Завтра схожу в ратушу, это недоразумение надо прояснить. – Переплётчик положил очки обратно в нагрудный карман и встал. – А теперь пойдём, я тебя провожу, – он говорил нарочито громко, будто пытаясь заранее заглушить возможные протесты Мины, – ты будешь спать наверху.

Он направился к двери, и Мина проследовала за ним из кухни на скрипучую деревянную лестницу. Она почти не видела, куда идёт.

Теперь девочка ясно поняла, что это её первая и последняя ночь в магическом городе. Если переплётчик не возьмёт Мину в ученики, остаться в городе ей не разрешат.

Глава 6
Лицо города

На следующее утро Мина проснулась, когда за окном уже вовсю светило солнце и пели птицы. Неужели проспала? Девочка вскочила на ноги. Нужно ведь ещё сварить кофе и принести свежую газету! Ольга и Ирма наверняка...

Только сейчас Мина окончательно поняла, где находится: незнакомая комната, покатый потолок, занавески в цветочек. Она не у Ольги с Ирмой, а в магическом городе. Она стала подмастерьем – точнее, пока ещё не стала. Мина вздохнула и вновь опустила голову на подушки. Однако спать уже не хотелось, поэтому через несколько мгновений она снова спустила ноги с кровати и встала.

Иоганн выделил Мине небольшую комнату на втором этаже, прямо под крышей. Там было довольно пыльно, и девочке всё так же нужно было застилать кровать, но новое жилище было гораздо уютнее той кладовки, где она жила у Ольги и Ирмы. К своему облегчению, вчера она не встретила никаких привидений и быстро провалилась в глубокий сон.

Мина отодвинула занавеску, открыла окно и прищурилась, подставляя лицо солнечному свету. Издалека доносились звуки города: ржание лошадей, звон колоколов, стук колёс и звуки ударов молотком. Улица же, на которой жил переплётчик, казалась совсем тихой. Вместо мастерских и лавок здесь были в основном жилые дома. Из окна Мина разглядела несколько джентльменов с тросточками, дам в шляпках от солнца и спешащего куда-то подмастерья, на бегу придерживающего на голове кепку, чтобы та не слетела.

Было очень непривычно вот так просто стоять, наслаждаясь лучами утреннего солнца, скользящими по коже. Обычно в это время Мина уже накрывала стол к завтраку для Ольги и Ирмы. Затем, пока сёстры с аппетитом поглощали еду, она читала им газету, и в итоге Мине оставались одни объедки. Как хорошо, что всё это в прошлом!

Оптимизм Мины, однако, улетучился, как только она вспомнила слова переплётчика: он собирался пойти в городское управление, чтобы «прояснить это недоразумение», по которому её определили к нему в подмастерья. Расстроившись, она захлопнула окно и поплелась умываться.

Рядом с комнатой Мины располагалась её собственная небольшая ванная с умывальником, зеркалом и всеми необходимыми принадлежностями. Девочка с удивлением посмотрела на собственное отражение. Неужели у неё и правда такая причёска? Недолгие поиски увенчались успехом: в шкафчике обнаружилась расчёска. Из своей сумки Мина выудила портновские ножницы. С высунутым от усердия языком она тщательно прочесала спутавшиеся волосы. Кажется, стало намного лучше. Правда же?

Она внимательно смотрела в зеркало, ища, что бы ещё поправить: лицо в веснушках, зелёные глаза, короткостриженые каштановые волосы. Девочка пожала плечами, и отражение ответило тем же.

Спала она в той же одежде, что выменяла у Конрада: переодеться было не во что. Рубашка сильно помялась, но ничего не поделаешь – придётся надеть её снова. Мина натянула штаны, носки и обувь и спустилась вниз по скрипучей деревянной лестнице. Все двери на первом этаже были заперты. За одной из них спал переплётчик, но догадаться, за какой именно, было невозможно: снизу не доносилось ни звука. Мина продолжала спускаться, но так ничего и не слышала. Видимо, переплётчик был уже на пути в городское управление.

Внезапно Мина почувствовала себя совершенно одинокой и с тоской подумала о Пеппи. Интересно, как он там, в лесу? Она очень надеялась, что с ёжиком всё хорошо.

Между тем на кухне её ждал приятный сюрприз: на столе обнаружились тарелка, кружка, хлеб, масло и большой кусок сыра. А ещё – несколько монет и записка, которая гласила: «Для Маца».

– Это мне? – удивилась Мина. Неужели этот неприветливый переплётчик действительно оставил ей денег на карманные расходы? Впрочем, радоваться было рано. «Какой в этом смысл, – пробормотала Мина, – если он всё равно собирается выставить меня из города?»

Мина села за стол. Так она и сидела, подпирая голову обеими руками и глядя в одну точку.

Вдруг занавеска сама собой заскользила по карнизу. Она едва сдвинулась, и всё-таки этого было достаточно, чтобы сквозь оконное стекло на лицо Мины упал солнечный луч. Девочка тут же выпрямилась, чувствуя, как сердце забилось быстрее.

– Дом, это ты?

Ответа не последовало.

Мина вспомнила, как странно вёл себя вчера вечером переплётчик. Вспомнила, как сама собой открылась входная дверь. Получается, дом сам решает, что ему делать? Собственно, уже одна эта мысль должна была показаться ей жуткой. Так оно и было, по крайней мере, отчасти. И всё-таки дом казался ей слишком милым, чтобы испугаться по-настоящему.

Хотя Мине и было немного боязно, она взяла себя в руки, откашлялась и громко сказала пустой комнате:

– Кстати, Дом, мне было очень приятно с тобой познакомиться!

Она тут же вздрогнула от неожиданности: ящик буфета затрясся так, что внутри зазвенели вилки, ножи и ложки. Сердце Мины бешено колотилось. Она сглотнула. Затем всё стихло.

Мина немного успокоилась, затем снова посмотрела на записку и монеты. Что тут сделаешь? Наверное, стоит посмотреть город, пока есть такая возможность. Девочка едва не дрожала от нетерпения. Она же в магическом городе! Там, куда всегда мечтала попасть! Зачем ей сидеть дома и грустить?

В одно мгновение она проглотила кусок хлеба с сыром, задвинула за собой стул и бросила монеты в карман.

– До скорого, Дом! – радостно крикнула Мина, выбегая в коридор. – И спасибо!

Уже в дверях она ненадолго остановилась и прислушалась, не откликнется ли дом на её слова. Ответа не было, и девочка испытала одновременно и облегчение, и разочарование. Пожав плечами, она захлопнула за собой дверь.

– Ну что ж, – пробормотала она себе под нос, – пойду, куда глаза глядят.

Девочка повернула направо.

Утренние наблюдения Мины подтвердились: в этой части города было действительно мало лавок и мастерских. Людей на улице тоже было немного, по обеим сторонам от дороги располагались жилые дома. Впрочем, они мало чем отличались от тех, что видела Мина в своей деревне: на подоконниках – такие же цветы в горшках, на окнах – такие же кружевные занавески. Как же теперь вернуться на оживлённую улицу, туда, где всё самое интересное?

Мина как раз пыталась вспомнить, какой дорогой шла сюда вчера, когда вдруг заметила мальчика своего возраста. Он был в белой рубашке с закатанными рукавами и штанах с подтяжками и заплатками на коленях. Он ходил от дома к дому со стопкой бумаги в руках и опускал по листку в щель для почты на каждой входной двери. Казалось, он был полностью сосредоточен на этом занятии, но в какой-то момент поднял голову, и они с Миной встретились взглядами. Только сейчас она поняла, что в открытую его рассматривает.

– Привет! Возьмёшь листовку?

Мальчик показался ей дружелюбным. У него были тёмно-русые волосы и обаятельная улыбка.

Не дожидаясь ответа, он подошёл к Мине и отдал ей одну из маленьких листовок. Бумажка была с двух сторон испещрена мелкими буквами – чтобы разобрать написанное, наверняка понадобилось бы увеличительное стекло.

– Что это? – спросила Мина.

– Это я сам написал, – выпятив грудь, ответил мальчик. – Там написано, что в этом городе не так и что нужно изменить.

– Видимо, много чего не так. – Мина бросила на листовку многозначительный взгляд.

– Именно! А ты здесь недавно?

Мина кивнула. Неужели это так заметно?

– Ну, например, – начал мальчик. – Взять права подмастерьев. Для некоторых мастеров ученики всё равно что рабы. Меня вот вчера опять били.

– Правда? – испугалась Мина.

– Вот, видишь? – Мальчик продемонстрировал шрам на руке. – Это он палкой.

– За что?

– Да шов неправильно сделал, – пожал плечами новый знакомый. – Я ученик сапожника. – Он принялся рассматривать Мину. – А ты? Тоже в подмастерьях?

Мина кивнула. Затем покачала головой:

– Долгая история. Меня определили в подмастерья к переплётчику. Но он сказал, что не берёт учеников.

Мальчик широко открыл голубые глаза от удивления:

– Ты про Иоганна Бухбиндера? Серьёзно? Ты – его ученик?

– Да, а что?

Мальчик подошёл ближе и начал объяснять, понизив голос, будто делился чем-то сокровенным:

– Он же легенда. Ты разве не знаешь?

Мина отчего-то тоже заговорила тише:

– Пока нет. Я здесь только со вчерашнего вечера.

Мальчик снова выпрямился. Перевязал резинкой оставшиеся листовки, сунул пачку за пояс и с официальным видом протянул Мине руку:

– Добро пожаловать. Разрешите представиться? Я – Тим, твой личный гид по этому городу.

Мина хихикнула и пожала ему руку:

– Я Ми... То есть Мац. – Она тут же продолжила, чтобы Тим не заметил оговорку: – Предлагаешь посмотреть с тобой город?

– Именно! Конечно... – внезапно смутился Тим. – Если ты не против.

– Я только «за»! – просияла Мина.

– Тогда пойдём!

Тим повернулся на пятках и быстро зашагал вперёд. Мина поспешила за ним. Дети свернули на лестницу между двумя домами, которая была настолько узкой, что им приходилось идти друг за другом. Ступени круто уходили вниз. Спустившись, Мина и Тим оказались на очень оживлённой широкой торговой улице. Мина услышала где-то наверху стук копыт и задрала голову. Над ними был мост. Видимо, он соединял две улицы, что располагались выше той, на которую они вышли. Мина в очередной раз с удивлением обнаружила, насколько здесь всё запутанно: лестницы, туннели, улицы одна над другой, мосты – все они как-то соединяются. Даже дома находились на разной высоте, друг над другом. У Мины закружилась голова.

– Да, поначалу разобраться сложно, – сказал Тим, будто прочитав её мысли. – Но ты привыкнешь. Пойдём. Держись меня, а то потеряемся. О, привет, Герберт! – поприветствовал он встретившегося по пути подмастерья. – Магия действует только на горе, поэтому город нельзя было построить у подножия. В конце концов, желающих обучаться ремеслу стало так много, что пришлось строить новые дома друг над другом. – Мальчик резко помрачнел. – И друг под другом тоже.

Запыхавшаяся Мина почти бежала с ним рядом. Сложновато одновременно любоваться городскими пейзажами, внимательно слушать Тима, да ещё и не отставать:

– В каком смысле «друг под другом»?

– Я имею в виду подземный город, – ответил Тим.

Проходивший мимо мужчина с тюком ткани под мышкой услышал их разговор и с укором посмотрел на мальчика. Тим этого не заметил.

– Подземный город? – переспросила Мина. Она очень многое слышала о магическом городе, но никто не упоминал про его подземную часть. – Что это?

– Это холодные переулки и пещеры на самых нижних уровнях, – сказал Тим таким голосом, будто рассказывал страшную сказку, но всё-таки, казалось, говорит он абсолютно серьёзно. – Они находятся так глубоко под землёй, что туда не проникает солнечный свет. Проход туда вырыт в горе. Там живут те, кто не справился.

Несмотря на тёплую летнюю погоду, по коже Мины пробежал холодок:

– С чем не справился?

– Не обучился никакой полезной магии. По крайней мере той, которой можно заработать достаточно денег. Или те, кто вообще не владеет магией. Те, кто не может позволить себе жильё. Рано или поздно все они оказываются в подземном городе и там еле-еле сводят концы с концами, – вдруг он заговорил почти шёпотом. – Говорят, они там ловят и жарят крыс, чтобы прокормиться, а то и объедки собирают.

Мина нервно сглотнула.

– Видишь того бедняка? – внезапно остановился Тим.

Мина проследила за его взглядом. У прохода в тёмный переулок сидел исхудавший мужчина с дырявым одеялом на коленях. У него была тёмная всклокоченная борода и такие же волосы. Мужчина сложил руки на коленях лодочкой, будто умоляя о чём-то прохожих, и сидел, опустив голову.

– Попрошайка, – ответил Тим на вопросительный взгляд Мины. – Видимо, не выдержал и решил подняться сюда из подземного города. Правда, как только городские власти его заметят, тут же отправят обратно. «Они не терпят попрошаек на улицах», – с горечью сказал мальчик.

Мина смотрела на нищего со смесью жалости и восхищения. Однако они с Тимом, похоже, оказались единственными, кто обратил на него внимание. Остальные проходили мимо, не удостаивая несчастного даже взглядом.

Тим вдруг запустил руку в карман, покопался там и достал монету. Он шагнул вперёд и вложил монету в мозолистые руки бедняка. Тот пробормотал что-то в ответ, но Мина не смогла разобрать его слов. Тим тут же пошёл дальше, и Мина поспешила за ним.

Лицо Тима снова помрачнело, и он продолжил:

– Люди здесь, наверху, те, у которых всё получилось, не говорят о подземном городе. Делают вид, что его не существует. Потому я и раздаю листовки. Там написано, как страдают жители подземного города. Я пытаюсь открыть людям глаза, понимаешь? Чтобы подземный город начали замечать. Может, хотя бы тогда что-то изменится!

Мина искренне удивилась:

– У тебя получается? Многие уже знают? К тебе прислушались?

– Ну... Не то чтобы... В общем-то, нет. – Тим опустил голову. – Большинство просто выбрасывают листовки в урну, не читая, – пробормотал он.

В этот момент Мину отвлёк громкий звук трубы. Она оглянулась, но так и не поняла, откуда доносится музыка. Что ж, исполнителю мелодии хотя бы удалось немного развеселить Тима:

– Ладно, не будем об этом! В конце концов, есть в городе и хорошее. Вот, кстати, Музыкальная улица.

Он подал Мине знак рукой, чтобы та шла за ним, и завернул за угол, на улицу, откуда доносилась музыка. Чем дальше они шли, тем больше разных музыкальных инструментов слышала Мина. Тиму приходилось кричать, чтобы девочка его слышала:

– Вот здесь делают трубы. Там, впереди – флейты. Скрипки, фортепиано, арфы...

Мина смотрела на инструменты в витринах и красивых людей, которые заходили и выходили из лавок с неподдельным восхищением на лицах.

Тим успел совсем забыть о своих переживаниях, пока вёл Мину с одной улицы на другую. С Музыкальной улицы они свернули в Металлический переулок – там находились мастерские кузнецов, слесарей и мастеров, занимавшихся литьём колоколов. Отовсюду доносились громкие удары молота, из труб клубился чёрный дым. Через открытую дверь одной из мастерских Мина увидела большую наковальню и кузнеца, который бил по куску металла с такой силой, что летели искры.

Заворожённая, Мина совсем не смотрела под ноги. Только когда Тим схватил её за руку, оттаскивая на край дороги, она заметила, с каким гигантом чуть не столкнулась. На нём был тяжёлый кожаный фартук. Спина – широкая, как шкаф, а почерневшие от копоти предплечья шириной примерно с бёдра Мины. Он раздражённо хмыкнул и, тяжело ступая, прошёл мимо.

Потом они шли по улицам и переулкам, каждому из которых было так легко удивить Мину. Но больше всего её заинтересовал большой угловой дом с круглыми башенками и украшениями на окнах. У дверей толпились дети, а на фасаде висела вывеска с изображением прыгающей куклы-дергунчика. Одна девочка дёрнула за верёвку под вывеской и тут же оторвалась от земли, подняв вверх руки.

Тим заметил заинтересованный взгляд Мины:

– А, там мастерская игрушек. – Голос его звучал как-то настороженно, почти тревожно.

В этот момент из дверей мастерской вышла женщина, навстречу к которой из детской толпы тут же радостно бросился мальчик. Она протянула сыну оловянного солдатика, и лицо мальчика засветилось радостью: «Спасибо, мама!»

Сзади у игрушки был ключик, как у музыкальной шкатулки. Мина смотрела, как мальчик его поворачивает. Механизм заработал, и стоило хозяину игрушки отпустить ключ, как солдатик забегал по руке и стал карабкаться по предплечью.

Мина открыла рот от удивления. Игрушечный солдатик двигался, словно живой! Будто не игрушка, а маленький человечек. Остальные дети как заворожённые смотрели на игрушку, хлопая в ладоши от восторга. Вокруг мальчика собралась целая толпа, и Мине с Тимом пришлось протискиваться сквозь толпу, чтобы хоть что-нибудь увидеть. Мальчику такое внимание было явно по душе: он поставил солдатика на землю, и тот стал бодро маршировать взад-вперёд по булыжной мостовой.

– Неплохо, правда? – спросил Тим. – Так умеют все игрушки этого мастера. Заводишь, и они оживают. Мастер сколотил себе на них целое состояние.

Очевидно, так оно и было. Магазин игрушек оказался самым большим из всех, что Мина когда-либо видела, к тому же туда постоянно заходили всё новые и новые покупатели. Одни довольные клиенты выходили, неся в руках хлопающих крыльями оловянных райских птиц. Другие – игрушечных лошадей, которые запрокидывали голову и размахивали хвостами. А некоторые разъезжали по тротуару на только что купленных моторных повозках.

– Может, зайдём? – предложила Мина.

Тим с сожалением покачал головой.

– Детям туда нельзя, – указал он на табличку у входа.

На ней были нарисованы два грустных человечка: один – с косичками, другой – с короткой стрижкой, оба перечёркнутые крестом жирными красными линиями. Два человечка побольше, наоборот, радостно улыбались, и никакого креста на них не было. Вот почему дети толпились у дверей – они ждали родителей с новыми игрушками.

– В магазин игрушек не пускают детей. – Это правило Мине показалось странным. Она никогда раньше не бывала в таких магазинах, но прекрасно знала, для кого делают игрушки.

Тим пожал плечами:

– Мастер детей не жалует. Говорит, они всё трогают и ломают, но ничего не покупают. – Он потянул Мину за запястье. – Пойдём уже.

Мина с трудом отвлеклась от такого манящего магазина и пошла за Тимом.

Они шли по Деревянной улице, мимо мастерских столяров, токарей, корзинщиков и плотников. Мина с интересом слушала рассказы Тима, но время от времени ловила себя на том, что неосознанно пытается найти своих родителей. Конечно, это просто глупо, ведь она даже не знает, как они выглядят! И всё же Мина не могла перестать думать о том, что мама с папой могут быть где-то здесь, в городе. Кто знает, может, она даже уже прошла мимо родителей и не заметила...

Они прошли Деревянную улицу до самого конца и оказались у чьей-то лавки. Тим сказал:

– Видишь того токаря? Он со своими учениками мастерит только каркасы для балдахинов – это такие палки, которые ставятся в каждый угол кровати. Так вот, его каркасы вызывают луцидные сны. Знаешь, что это? Нет? Если спишь на кровати, которую сделали в этой мастерской, можешь сам придумать, о чём будет твой сон. Никаких тебе больше кошмаров! Можешь, например, сказать: «Хочу, чтобы сегодня мне приснилось, как я парю над крышами домов». Или: «Сегодня хочу сон о том, как я ем огромный торт с кремом. – Тим вздохнул. – Хотел бы я себе такую кровать.

Тут же внезапно раздался громкий раскат грома. Только когда Тим, покраснев, положил руку на живот, Мина поняла, что это вовсе не гроза, а его желудок.

– Зря я о еде заговорил, – пробормотал Тим. – Я отдал тому бедняку все свои деньги на обед.

Мина вспомнила о деньгах, которые оставил ей переплётчик. Она достала их из кармана.

– У меня тут есть немного. Тут же хватит на нас обоих? Только я не знаю, куда пойти за едой.

– Зато я знаю! – просиял Тим.

Почти бегом он вёл Мину то вверх, то вниз по каким-то лестницам, то влево, то вправо по улицам. Девочка уже давно перестала понимать, где они находятся. В итоге Тим остановился у лавки с вывеской в форме кренделя над входом.

– Это лучшая пекарня в городе, – объявил мальчик. Он открыл дверь и вошёл. Мина последовала за ним.

Глава 7
Невероятное везение

В пекарне было многолюдно, в воздухе витал аромат свежей выпечки. У прилавка выстроилась целая очередь из желающих приобрести лакомства. За прилавком работали три подмастерья. Один доставал из печи готовые хлебные буханки длинным деревянным ухватом, другой замешивал тесто, а третий обслуживал покупателей. Все они были в белых рубашках с двумя застёжками на талии и таких же белых поварских колпачках.

Тим и Мина встали в самый конец очереди. Внезапно Тим начал изо всех сил размахивать руками.

– Там мой друг, – объяснил он. – Ферди!

Долговязый подмастерье, уже было открывший печь, чтобы достать очередную булку, огляделся по сторонам. У него раскраснелись щёки из-за жара печи. Разглядев Тима, Ферди помахал ему в ответ, при этом случайно смахнув с головы колпак.

В этот самый момент из двери в задней части лавки вышел толстый мужчина. У него была такая же белая рубашка, как и у подмастерьев – с двумя застёжками на сильно выдающемся вперёд животе, а вот головной убор был заметно выше. Тяжело ступая, мужчина направился прямо к Ферди, который наклонился, чтобы поднять колпак.

– Бестолочь! – рявкнул мужчина так, что у него усы затряслись от напряжения. – Говорил же: «Не оставляй дверцу открытой, там дрожжевое тесто, опадёт же!» – На этой фразе мастер с грохотом захлопнул дверцу печи. Стоило ученику встать, как его тут же огрели по затылку, и Ферди снова пришлось наклоняться за колпаком.

Том помрачнел:

– Не стоило мне его отвлекать. Бедняга Ферди. Его мастер иногда похуже моего будет.

Мастер-пекарь же с приветливой улыбкой повернулся к очередному покупателю.

– Он сколотил целое состояние, – шепнул Мине Тим. – Одной буханки его хлеба хватает на неделю. Такая у него магия. Правда, в старости уже совсем разленился. Всю работу за него делают подмастерья. Сам он печёт так редко, что его чудо-хлеба почти не бывает на прилавках.

Мина кивнула и продолжила наблюдать за толстым пекарем, пока они ждали своей очереди. Она даже обрадовалась, когда тот наконец скрылся за той же дверью, из которой вышел.

Когда до них наконец дошла очередь, Тим радостно поприветствовал своего друга:

– Как твои дела? Слушай, ты уж прости меня! Мац, это Ферди. Ферди, это Мац.

Ферди улыбнулся Мине. Высокий, худой, с густыми чёрными волосами. Рассмотрев Ферди вблизи, Мина поняла, что он, должно быть, немного старше их с Тимом. Над верхней губой у него даже пробивался редкий пушок.

– Чего желаете? – спросил Ферди. Он говорил так тихо, что Мине приходилось прислушиваться.

– Мне сахарную булочку! – Тим даже облизнул губы от предвкушения. – А ты что будешь, Мац?

Мина в растерянности разглядывала ассортимент пекарни. Раньше она и представить себе не могла, что существует столько разной выпечки: белый хлеб, чёрный хлеб, хлеб с семечками или без, круассаны, торты, пирожные, булочки-плетёнки, рулеты, крендели...

– Э-э-э... А что это, вон там?

Ферди проследил за её взглядом:

– Булочка с изюмом?

– Её, пожалуйста!

Ферди отдал им булочки в бумажном пакете, и Мина расплатилась.

– Может, выйдешь с нами на перерыв? – спросил Тим, пока Ферди набирал сдачу. – Мац в городе совсем недавно, я провожу ему экскурсию.

– Попробую отпроситься.

Ферди перекинулся парой слов с остальными двумя подмастерьями. Затем кивнул Мине и Тиму, показывая большой палец вверх. Он повесил свой колпак на крючок, взял булочку и вышел с друзьями из лавки.

Дети неспешно брели по улице. Мина откусила от булочки с изюмом и тут же замычала от удовольствия:

– Как же вкусно!

– Правда? – Ферди покраснел. – Это я испёк.

– С сахаром тоже объедение, – причмокнул губами Тим. Он съел половину булочки всего за пару укусов. Мина никогда не видела, чтобы кто-то ел так же быстро.

– Кстати, Ферди. Мац говорит, что будет подмастерьем у переплётчика. Я про Бухбиндера.

Ферди посмотрел на Мину, открыв рот от удивления, и тут же споткнулся. Он всё-таки сумел удержать равновесие и не упал.

Мине стало не по себе:

– Да что не так с переплётчиком?

Тим проглотил очередной большой кусок выпечки, прежде чем ответить:

– Никто не знает наверняка. В прошлом, правда, он был очень успешным. От покупателей отбоя не было – все хотели купить его книги. Что они там умели, Ферди?

– Они оживляли сны, – с трепетом проговорил Ферди.

– Да, точно! – воскликнул Тим. – Теперь и я вспомнил. – Он подмигнул Мине и добавил: – Конечно, это не совсем так. Говорили, когда читаешь его книги, написанное оживает в воображении. Неважно, что читать: хоть детскую энциклопедию про полевые цветы, хоть любовный роман, хоть...

– Поваренную книгу, – встрял в разговор Ферди.

– Хоть поваренную книгу, – кивнул Тим. – Все восхищались его магией. Но потом случилось нечто ужасное. – Тут Тим сделал драматическую паузу.

Мина шагнула в сторону, чтобы не врезаться в идущего навстречу мальчика.

– И что же случилось?

– В том-то и дело, – принялся объяснять Тим, размахивая над головой пакетом от булочки. – Точно не знает никто! Это было настолько давно, что мы с Ферди ещё были совсем маленькими, нас тогда даже не было в городе. Правда, взрослые тоже не знают, что именно тогда произошло. Ясно одно – переплётчик бросил работу. С тех пор он не переплёл ни одной книги.

Ферди кивнул, как бы подтверждая слова Тима:

– Уже очень много лет не переплетал.

– И учеников больше не брал, – подытожил Тим.

Задумавшись, Мина жевала свою булочку с изюмом, не чувствуя вкуса. Что же там такое приключилось?

– Смотрите-ка! – остановился вдруг Тим. – Это разве не он там?

И правда! В нескольких метрах от них с недовольным выражением лица переходил дорогу переплётчик, не обращая на троих друзей ни малейшего внимания.

– Из ратуши идёт. – Тим указал на большое здание справа.

Мина так глубоко погрузилась в свои мысли, что не сразу его заметила. Однако пройти мимо было просто невозможно. Здание городской ратуши было в три раза выше всех остальных домов на площади. Его роскошный, искусно выполненный фасад навевал благоговейный ужас.

У Мины душа ушла в пятки: «Всё-таки отказался брать меня в подмастерья». Она загрустила.

– Смотри, – сказал Тим. – А вот и наш мэр.

Мина подняла взгляд и посмотрела туда, куда указывал Тим. По площади шёл человек в чёрном костюме. Рядом с ним шёл помощник с портфелем главы города в руках. Рядом с ними почти бежал, тяжело дыша, репортёр с блокнотом. Видимо, хотел задать мэру какие-то вопросы, но тот не обращал на беднягу никакого внимания. Человек в чёрном костюме подошёл к зданию администрации, двое в серой форме открыли перед ним и помощником двери, а затем захлопнули их перед носом у репортёра.

– Сразу видно, важный человек, – отметила Мина.

– Ещё какой, – кивнул Тим. – Это он принимает все законы. Решает, кто может стать мастером, а кто – нет. Посещает все экзамены подмастерьев. Правда, сам он ни у кого не учился. – Тим понизил голос: – Говорят, в ремесле он полный ноль. Даже гвоздь в стену забить не может.

Друзья побрели дальше. Мальчики жевали выпечку, а Мина совсем позабыла о булочке с изюмом, погрузившись в своих мысли и переживания.

Они прошли буквально пару шагов, когда Тим внезапно прервал молчание и с подозрением спросил:

– Кстати, а как тебя взяли в подмастерья?

Этим неожиданным вопросом он ввёл Мину в ступор. Её раскрыли. Тим знает, что она девочка. Теперь она поняла, что всё время неосознанно ждала этого момента.

– Ч-что ты имеешь в виду? – запинаясь, пролепетала она, в надежде снять с себя подозрения.

Мина наблюдала за подмастерьем сапожника краем глаза, но тот не заметил, что на него смотрят. Он запрокинул голову и высыпал в рот последние сахарные крошки из бумажного пакета:

– В смысле, трудно тебе было? Долго в очереди стоял? Мама внесла меня в список через три дня после того, как я родился.

Несколько мгновений Мина продолжала смотреть на него молча, в ожидании того, что сердце перестанет биться слишком сильно и ей станет легче. Он всё-таки ничего не заметил. Девочка вздохнула с облегчением.

– Нет, – ответила она, стараясь говорить, насколько это возможно, непринуждённо. – Честно говоря, всё произошло довольно быстро.

– Серьёзно? – спросил Тим.

Мина снова испугалась, что сказала что-то не то. Тогда она решила отвлечь от себя внимание встречным вопросом:

– А вам самим трудно было сюда попасть?

Тим тут же начал рассказывать так, будто только и ждал этого момента:

– Я уже говорил, что мама записала меня, как только я родился. Я попал сюда, когда мне было одиннадцать, ещё маленьким. Но сапожник согласился меня принять. Да и родители, думаю, обрадовались, что им теперь кормить на одного ребёнка меньше. Хотя, конечно, они по мне скучают и всё такое. Постоянно присылают мне письма и обижаются, если сразу же не ответить, – закатил он глаза. – Но с девятью-то детьми им уж точно стало полегче, когда я...

Мина подавилась булочкой:

– С девятью детьми? То есть у тебя ещё восемь братьев и сестёр?

– Три сестры и пять братьев, – помрачнел Тим. – А что, у тебя их нет?

– Нет. – Мина попыталась представить, каково это, расти с целой толпой братьев и сестёр, никогда не оставаться одной, всегда находить, с кем поиграть. Это же просто рай на земле! Правда, страдальческое выражение лица Тима говорило, скорее, об обратном.

– Ни одного? Повезло тебе. Как и Ферди. Он тоже единственный ребёнок. Правда, Ферди?

Они обернулись на будущего повара, который шёл за ними, чтобы освободить место для идущих навстречу пешеходов. Тот кивнул, улыбаясь.

– Его отец, бабушка и дедушка иногда приезжают. Переехали поближе к городу, – пояснил Тим. – Очень милые люди! Правда, такие же неразговорчивые, как сам Ферди. Не обижайся, приятель. Я тебе даже завидую. У тебя дома наверняка райское место: всегда тихо, – вздохнул Тим.

Мина с любопытством посмотрела на долговязого ученика пекаря:

– Тебе тоже долго пришлось ждать очереди?

– Нет, – как всегда мягко ответил Ферди, – правда, со мной было ещё пять кандидатов в ученики. Мастер сказал испечь каждому по буханке. Видимо, мой хлеб понравился ему больше всего. – Он пожал плечами, стесняясь себя хвалить.

Тим снова повернулся к Мине:

– А ты как сюда попал?

Девочка не видела причин врать:

– Просто пришёл к городским воротам, и меня назначили в подмастерья.

Конечно, только после того, как она переоделась в мальчика, но эту деталь Мина оставила при себе.

– Как-то это странно. Неужели всё так легко? Очень странно, – нахмурился Тим. – Может потому, что ты согласился пойти к переплётчику? Готов поспорить, желающих маловато. – Он тут же спохватился: – Ой. Только не обижайся! Вырвалось.

– Ничего страшного, – пробормотала Мина.

Тим перестал хмуриться и с усмешкой легонько пихнул её локтем:

– Или тебе просто несказанно повезло.

Мина промолчала в ответ. Ей совсем не казалось везением попасть в ученики к вечно недовольному мрачному переплётчику.

Ферди посмотрел на башенные часы на здании администрации:

– Мне пора идти. Перерыв почти закончился.

– Мне, наверное, тоже пора, – сказала с сожалением Мина.

Пусть она и боялась, что новые знакомые поймут, что она девочка, всё равно было очень весело прогуляться с Тимом и Ферди. Будто бы Мина – её сердце бешено забилось от этой мысли, – обрела целых двоих друзей.

Глава 8
Решение властей

– Вот и пришли! – воскликнул Тим, когда они оказались у дома переплётчика.

– Спасибо, что довёл, – поблагодарила Мина. – Сам бы я ни за что не добрался.

– Мне несложно. Может, как-нибудь ещё раз погуляем? Я работаю у мастера Гаукеля на улице Сапожников. Если хочешь, приходи на следующих выходных.

Мина просияла.

– С удовольствием! – Тут она почувствовала, как улыбка внезапно исчезла с лица: – Если, конечно, я всё ещё буду в городе.

Тим очень удивился:

– Что за глупости? Я о таком даже не подумал. – Он посмотрел на дом переплётчика. – Слушай, я так надеюсь, что он всё-таки тебя оставит. С тобой сегодня было очень весело.

Мина была на седьмом небе от счастья:

– Мне тоже было весело с тобой! – с чувством ответила она. Внезапно ей стало стыдно, что она соврала Тиму и Ферди, притворившись мальчиком. И всё же другого выхода не было. Тут же в голову полезли тревожные мысли: а как бы они отнеслись к ней, если бы знали, что перед ними девочка?

– Ну, ладно. – Тим сунул руки в карманы и развернулся, собираясь уйти. – Удачи!

Мина сделала глубокий вдох, прежде чем подойти к двери, которая снова распахнулась перед ней сама собой. Хорошо, что Мина, по-видимому, понравилась Дому – ключа у неё с собой не было.

– Спасибо, Дом! – крикнула девочка пустому коридору, хоть ей и казалось это странным. Затем осторожно спросила:

– Господин Бухбиндер? Вы дома?

Тишина. Крючки для одежды на стене справа тоже пусты. Значит, Мина вернулась раньше переплётчика.

В нерешительности она расхаживала взад-вперёд по коридору. В какой-то момент она заприметила с правой стороны дверь, которую ещё не открывала.

– Интересно... – Мина нажала на ручку, но дверь оказалась заперта. – Дом? Не мог бы ты...?

Но Дом либо не мог, либо не хотел её слушать. Сколько бы Мина ни нажимала на ручку, дверь не поддавалась.

Разочарованная, девочка оставила эту затею. Она пошла на кухню, позаглядывала в шкафчики, съела парочку сухих овсяных печений и полистала газету. Однако сосредоточиться ни на чём не могла. Мина постоянно размышляла о том, останется ли у переплётчика в подмастерьях.

Прошла, казалось, целая вечность, когда она наконец-то услышала звук поворачивающегося в замочной скважине ключа. Девочка пулей вылетела в коридор. Стоило ей оказаться в прихожей, как входная дверь тут же распахнулась и вошёл переплётчик. Он посмотрел на Мину.

– А, ты тоже вернулся, – сказал Иоганн почти с упрёком. Будто бы надеялся, что за время его отсутствия Мина бесследно растворится в воздухе.

Мина стояла, выпрямившись, не говоря ни слова. Что решили в администрации? Мастер отправит её домой? Лицо переплётчика сейчас казалось особенно мрачным. Он медленно снял пальто и повесил его на один из крючков на стене. Дальше тянуть было некуда, и Иоганн снова посмотрел на девочку.

Он заговорил с неохотой:

– Ну, что ж. В администрации моё прошение не одобрили. Как всякий мастер в этом городе, я обязан передавать свой опыт. Иными словами, придётся всё-таки взять тебя в ученики.

Мина изо всех сил прикусила нижнюю губу, чтобы не завизжать от радости. Пусть переплётчик и нравился ей всё меньше и меньше, учиться у него было явно лучше, чем покинуть город.

– Просто уму непостижимо, – сказал Иоганн, будто бы сам себе. – Годами никого ко мне не присылали. А тут вдруг... Вся администрация твердит одно и то же. Заколдовали их там, что ли?

Внезапно Иоганн замер. Кажется, у него появилась какая-то догадка. Он посмотрел на Мину с подозрением. Впрочем, что бы за догадка это ни была, он её отверг. Однако, судя по всему, переплётчик заметил сияющее от радости лицо своего ученика и ещё сильнее помрачнел.

– Ладно, – недовольно сказал он, – видимо, так тому и быть. Будешь хорошо себя вести – обучу ремеслу. Но сам к инструменту и пальцем не притронусь. Мне нельзя переплетать книги. Это может быть слишком опасно.

Мина не поняла ровным счётом ничего. Что может быть опасно? Впрочем, она догадалась, что сейчас не самое подходящее время для вопросов, и просто кивнула в ответ.

Переплётчик вздохнул. Теперь он выглядел уже не просто раздражённым, а абсолютно несчастным.

– Что ж, для начала посмотрим на мою старую мастерскую. – Иоганн достал связку ключей и подошёл к той самой двери, которую у Мины так и не получилось открыть. Значит, это мастерская? Девочка встала на цыпочки, чтобы разглядеть комнату из-за спины переплётчика. В мастерской было темно и душно. Взволнованная, она проследовала за мастером.

Её новый учитель уверенно пересёк комнату и открыл шторы на нескольких окнах с правой стороны. Теперь, когда в мастерскую попадал свет, стало видно, как летает в воздухе пыль.

Мина осмотрелась. Вдоль некоторых стен стояли полки, одни – пустые, другие – с толстыми книгами в кожаных переплётах. Слева оказалось большое зеркало с деревянной рамой. Ещё было несколько пустых верстаков и два больших инструмента, предназначения которых девочка не знала. В углу стояло уютное кресло с приставным столиком и граммофоном на нём. Мастерская обставлена очень аккуратно, но всё было в пыли. Создавалось впечатление, будто кто-то давным-давно навёл здесь порядок, а потом надолго забыл об этом помещении.

Иоганн провёл рукой по седой бороде и огляделся вокруг. Интересно, как долго он здесь не был?

Мастерская Мине понравилась. Ей хотелось всё здесь потрогать и расспросить о каждом инструменте. Девочка снова прикусила губу и переплела пальцы рук, чтобы лишний раз не шевельнуться. Не стоит больше злить учителя. К тому же она всё ещё помнила, что бывало, когда она без спроса заговаривала с Ольгой и Ирмой.

Наконец переплётчик вышел из раздумий:

– Итак, наша первая задача – сделать уборку.

От шока у Мины отвисла челюсть.

– Не надо на меня так смотреть. За все эти годы в мастерской накопилось столько пыли, что ты просто не сможешь здесь работать. Ты вытрешь пыль и вымоешь окна. Да, ещё нужно как следует тут проветрить.

С этим было трудно не согласиться. И всё-таки всё её существо было против уборки. Не для этого она сбежала от Ольги с Ирмой и пришла в магический город. Она здесь, чтобы учиться!

Иоганн, кажется, понял, о чём она думала:

– Все мы начинали с малого. Ты хочешь стать подмастерьем или нет? Если да, то делай, что велит мастер. Ведро для уборки и метла – в кладовой в конце коридора.

Мина смотрела на переплётчика, он – на неё. Кажется, теперь она поняла, что затеял этот человек: хотел напугать её тяжёлой работой. Хотел, чтобы ученик от него сбежал. Что ж, такую услугу она ему не окажет!

– А где мне взять тряпку? – спросила девочка, скрывая сильнейшее нежелание приступать к уборке.

– Всё там же. Пойдём, я покажу.

Они вышли в коридор друг за другом. Иоганн уверенно шёл к кладовой, как вдруг ковёр бросился ему под ноги сам по себе. Переплётчик запнулся носком ботинка и полетел вперёд. В последний момент он ухватился за перила, но всё-таки не устоял на ногах. Потом тихонько выругался, выпрямился и оправил рубашку. Раздражённый, он злобно смотрел на потолок, стены и пол.

Мина зажала рот рукой, едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться. Да уж, Дом, похоже, на её стороне!

– Так, – громко сказал переплётчик, делая вид, будто ничего не произошло. – Кладовая здесь, наверху.

Мина пошла за ним. Она прикрыла рукой улыбку, делая вид, что чешет нос. «И что здесь такого? – подумала она. – Знаете ли, господин Ворчливая Борода, у меня бывали неприятности и похуже».

Глава 9
Подмастерье пекаря даёт совет

Мина шла по улице. Моросил тёплый дождик, капли падали ей на одежду и волосы. Девочке приходилось отпрыгивать в сторону, чтобы не наступить в лужу и не врезаться в очередного прохожего с зонтиком. В кармане звенели монеты – переплётчик дал денег на хлеб. Вот уже четыре дня, как она поступила в подмастерья. Если, конечно, её можно назвать подмастерьем.

Мина остановилась перед булочной с вывеской-кренделем над входом, той самой, где работал Ферди. Она помотала головой, чтобы стряхнуть с волос воду, и толкнула дверь, и откуда-то сверху тут же раздался звон маленького колокольчика.

Этим утром в пекарне было как всегда многолюдно. Мина встала на цыпочки и увидела за прилавком Ферди, который как раз доставал из печи свежие булочки. Стоило ему положить их остужаться, как выпечку тут же раскупили. Подмастерье пекаря почувствовал на себе взгляд Мины, поднял голову и улыбнулся. Девочке же пришлось долго и терпеливо ждать, пока очередь продвинется и она окажется достаточно близко к Ферди, чтобы пообщаться.

– К сожалению, сегодня булочек с изюмом нет, – извиняющимся тоном сказал он, когда Мина подошла к прилавку.

– Ничего страшного. Я...

В этот момент справа за прилавком распахнулась дверь, и в лавку, тяжело ступая, вошёл мастер-пекарь.

– Сегодня никакого чудо-хлеба, – объявил он с печальным выражением лица. – Вынужден вас разочаровать, уважаемые покупатели, но у меня сегодня неподходящее настроение для выпечки. А выпечка, как вы знаете, – большое искусство. Не могу же я творить искусство в плохом настроении.

Все посетители пекарни замолчали, слушая неожиданную речь мастера. Воцарилась тишина, и Мина шепнула Ферди: «Никто ведь не спрашивал его о магическом хлебе».

Подмастерье пекаря приложил указательный палец к губам, боясь, что мастер её услышит.

– Ничего страшного, никаких проблем, – тут же сказал посетитель, стоявший справа от Мины. – Я тогда возьму... Эм-м... Раз уж такое дело, выпечку ваших подмастерьев. Например, тот вкуснейший... Ой, я хотел сказать... Весьма посредственный круассан, который я покупал в прошлый раз.

Один из учеников обслужил его под пристальным взглядом мастера, и постепенно посетители загалдели вновь. Ферди улыбнулся и шепнул Мине: «Круассаны обычно пеку я. Раскупают влёт».

Мина рассеянно кивнула.

Ферди посмотрел на неё, нахмурив лоб:

– Что такое? Что-то не так?

– Да нет, просто... – грустно ответила Мина. – Помнишь, пару дней назад я говорил, что переплётчик взял меня в подмастерья? Но он меня так ничему и не научил. Я целыми днями только и делаю, что подметаю, протираю пыль и мою окна. Или меня отправляют за продуктами, как сейчас.

Ферди снова нахмурился. Он оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что мастер уже чем-то занят и что никто их не подслушивает. Потом он перегнулся через прилавок и прошептал: «Тим прав. Некоторые мастера ни на что не годятся. Твой, между прочим, не один такой. Взять хоть моего. Считает, он слишком хорош, чтобы чему-то нас учить. Да и сам печёт раз в сто лет. Это мы, подмастерья, делаем в лавке всю работу, да ещё и учим друг друга тому, что знаем. А мастеру всё равно, освоим ли мы магию, ему лишь бы деньги получать. Просто набирает новых учеников, когда предыдущие вырастают».

Мина посмотрела на друга с недоверием:

– И что мне теперь делать? Мне иногда кажется, переплётчик хочет, чтобы я сам отказался учиться. Просто хочет, чтобы его оставили в покое.

Ферди сделал серьёзное лицо:

– Что ж, тогда всё понятно: тебе нельзя сдаваться. Если понадобится, сам изучай ремесло, как мы. И самое главное – не опускай руки.

– Ферди! – послышался голос мастера-пекаря. – Недоумок! О чём ты там болтаешь?

Ферди отпрыгнул от прилавка, как ошпаренный:

– Мне нужно работать. Что ты, говоришь, собирался купить?

– Мне только буханку чёрного хлеба и пару булочек без начинки, – пробормотала Мина, уже успев погрузиться в свои мысли. И как можно тише добавила: – Лишь бы их испёк не твой мастер. Переплётчик считает, что его выпечка – настоящее волшебство, но на вкус она просто ужасна.

Через несколько мгновений девочка уже вышла из пекарни, держа в руках хрустящий пакет с хлебом. Она медленно пошла к дому своего учителя, не боясь моросящего дождя. Задумавшись о чём-то, она вытащила из-под рубашки ключ, который всё ещё висел у неё на шее. Что бы ей посоветовали родители? Мина готова была отдать всё, лишь бы иметь возможность поговорить с ними.

Всю дорогу она держала ключ в руке, и только когда дошла – вновь спрятала его под рубашку.

– Спасибо, – пробормотала Мина открывшему ей двери Дому. Она уже было побрела на кухню, как вдруг заметила, что что-то было не так, как обычно. Из кухни доносился женский голос. Кто-то пел.

Мина выглянула из-за двери:

– Марта!

Женщина вскрикнула и схватилась за сердце.

– Мац, – наконец выдохнув, сказала она. – Нельзя же так пугать пожилую женщину!

Мина не ошиблась: это действительно была та самая Марта, которая забирала у переплётчика бельё для стирки несколько дней назад. Волосы у неё были собраны в пучок, а одета она была в платье с высоким воротом и рукавами-фонариками – так было модно. Она складывала постиранные кухонные полотенца и убирала их в шкаф.

– Никакая ты не пожилая, – смеясь, возразила Мина и положила пакет с покупками на кухонный стол. Пакет слегка намок от дождя. – Прости, – добавила Мина. – Я не хотел тебя напугать. – Ей тут же пришла в голову новая идея: – Позавтракаешь с нами?

Мина не отказалась бы разбавить кем-нибудь новым компанию молчаливого переплётчика.

Марта лишь отмахнулась:

– Нет, что ты, я пришла только занести бельё и немного протереть пыль. Правда, весь дом просто блестит. Только не говори, что это твоих рук дело, Мац.

Мина не успела ответить – вошёл переплётчик. Конечно, Марта тут же на него набросилась. Она свирепо ткнула пальцем ему в грудь и спросила: «Иоганн, ты что, заставил мальчишку мыть весь дом?»

Переплётчик попятился под суровым взглядом Марты:

– Ну да, я...

– Серьёзно? – перебила его Марта. – Он же твой ученик, а не раб. Ты только посмотри, в чём он ходит. На нём та же одежда, в которой он приехал. Скажи, Мац, тебе есть во что переодеться?

Мина почувствовала, что краснеет, и отрицательно покачала головой.

Марта подняла руки над головой:

– И ты этого не заметил, Иоганн?

Переплётчик посмотрел на свою ученицу так, будто впервые её видел:

– Ну, вторая рубашка, пожалуй, не помешает, – пробормотал он.

– Ц-ц-ц. – Марта бросила в корзину для белья грязные полотенца. – В понедельник вернусь, – сказала она, выходя из дома, как всегда, подпирая корзину бедром. Её слова прозвучали как угроза. Вскоре послышался звук закрывающейся входной двери. Мина с переплётчиком остались один на один в тишине кухни.

Мастер откашлялся:

– Насчёт одежды она, конечно, права. Я дам тебе немного денег, купишь себе что-нибудь на выходных.

Про уборку он, правда, ничего не сказал, но Мина всё равно была рада. Переплётчик даст ей денег на личные расходы!

– Я купил хлеба, – сказала она. – И принёс газету.

Мина всё ещё надеялась, что хорошим поведением ей удастся расположить к себе мастера. Как и во все предыдущие дни, она накрыла на стол: колбасная нарезка, масло, два ножа и две деревянных подставки для бутербродов. Переплётчик пил горячий кофе из своей волшебной чашки, которая наполнялась сама собой. Мина же пила простое молоко из обыкновенного стакана. Переплётчик тоже плеснул себе в кофе немного молока из бутылки. Затем снял с головы очки для чтения и размешал кофе с молоком одной из дужек.

Вдруг дверца кухонного шкафчика заскрипела и слегка приоткрылась. Мина повернула голову на звук и разглядела сквозь приоткрывшуюся щель банку клубничного варенья.

За последние несколько дней бутерброд с маслом, посыпанный сверху сахаром, стал её любимой сладостью.

– Ой, как же я мог забыть? – Мина вскочила из-за стола и подошла к шкафу, чтобы достать варенье. – Спасибо, дорогой Дом! – Довольная, она вернулась на своё место.

Девочка открутила крышку и уже собиралась намазать щедрую порцию варенья на хлеб, как вдруг почувствовала на себе взгляд переплётчика. Мина подняла глаза, и ей показалось, что мастер слегка улыбнулся уголками рта. Однако улыбка исчезла так быстро, что ученица уже сомневалась в увиденном.

Переплётчик откашлялся, облизнул испачканную в кофе дужку очков и надел их на нос:

– Похоже, ты ему нравишься.

На мгновение Мина растерялась, но затем поняла, что он имел в виду.

– Дому? Правда? – просияла она.

– Ага, – подтвердил переплётчик. – Это хорошо, – добавил он и потянулся за газетой.

На кухне воцарилась уже привычная тишина, но Мина не могла больше сдерживаться: «А почему это хорошо?»

Она готова была поставить свою единственную рубашку на то, что Иоганн не станет с ней говорить. К превеликому удивлению, он опустил газету и объяснил: «Знаешь ли, до того, как я его купил, здесь десятилетиями никто не жил. Конечно, кто-то пытался заселиться. Но не все понимают, как надо жить в доме с характером. Он не с каждым поладит. Даже выгнать может, если жилец не понравится». Переплётчик улыбнулся. Заскрипели половицы – скрип был похож на смех.

Мина не знала, что понравилось ей больше: сама история или то, что Иоганн так долго проговорил с ней.

– А как так вышло, что у Дома есть характер?

– Ну, дело было так. Этот дом строили сразу несколько талантливых мастеров. У каждого из них была своя магия. Но когда они построили Дом, их способности объединились непредвиденным образом: Дом ожил. Он мог не только слышать разговоры, но и слегка двигать что-нибудь, как бы отвечая. Мастера решили, что в этом нет ничего плохого. Потом они стали расставлять мебель, и Дом научился двигать и её.

Мина вспомнила о занавеске на кухонном окне. А ещё о ковре, об который недавно споткнулся переплётчик. Ей пришлось подавить смешок.

– Если с Домом поладить, его способности могут быть очень даже кстати, – продолжал переплётчик. – К счастью, в этом мне повезло. Иногда он сам открывает окна, чтобы проветрить, а зимой разжигает угли в печи ещё до того, как я спустился к завтраку. Но если жилец не по нраву, Дом превратит его жизнь в ад. – Иоганн с ухмылкой посмотрел на Мину. – По ночам он будет громко стучать ставнями, может сделать дверной проём ниже, чтобы хозяева бились головой. Или раскидать все ящики из шкафов и разбросать пуговицы, ложки или носки по комнате.

Мина захихикала, в красках представив такую картину.

– В какой-то момент Дом запугал уже столько людей, что никто не хотел в нём жить. Когда я приехал в город ещё совсем молодым, он достался мне почти даром. Сам не ожидал, но мы поладили. Почему-то мной он был доволен. Даже не спрашивай, почему! – Иоганн любовно похлопал рукой по оклеенной обоями стене с левой стороны. – Кстати, городские власти теперь следят, чтобы все здания строили только пришлые мастера без магических способностей. Так что подобных неудобств больше не возникает.

Иоганн и Мина засмеялись, и половицы снова заскрипели, веселясь вместе с ними. У девочки поднялось настроение. Даже мысль об уборке теперь пугала её не так сильно. В конце концов, так она делает что-то полезное для Дома. Это всё равно что ухаживать за лошадью. Мина всегда мечтала завести питомца. И вот, мечта наконец-то сбылась!

Переплётчик снова откашлялся, непривычная улыбка исчезла с его лица, и оно приняло серьёзное выражение. Он открыл газету. Однако у Мины остался ещё один вопрос. Девочка посмотрела на плиту: там, как всегда, стояли пустые чугунные кастрюли и сковорода.

– Э-э-э, – начала она, прокручивая стакан с молоком в руках. – Сегодня на обед у нас опять будет пюре, сосиски и квашеная капуста?

– Конечно, – ответил переплётчик, не отрывая взгляда от газеты. – Это единственное, что может приготовить волшебная посуда.

– И на ужин тоже?

– Естественно.

– И завтра?

Иоганн поднял на Мину глаза и нахмурился.

– К чему ты клонишь?

– Нет, ни к чему. – Девочка резко поднесла стакан к губам, отпила молоко и вытерла рот тыльной стороной ладони. – Просто интересно.

Глава 10
Танцующие башмачки

К субботе тучи рассеялись, и мокрые крыши заблестели на солнце. Мина бежала по улице на встречу с Тимом и Ферди. С последним они теперь виделись ежедневно, когда она приходила в пекарню за хлебом. Хотя им обычно и удавалось перекинуться всего парой слов, они успели договориться о встрече у фонтана на улице Камнетёсов.

На выходных город заполонили приезжие: повсюду были слышны их разговоры и восхищённые возгласы. Насекомые лениво жужжали, будто загипнотизированные влажной жарой. Элегантно одетые джентльмены расстёгивали верхние пуговицы рубашек, а дамы шли под зонтиками или обмахивались веерами. Мина сделала глубокий вдох в полной решимости насладиться каждой секундой сегодняшнего дня.

Когда она наконец добралась, Ферди уже ждал на месте. Он сидел на бортике фонтана, закрыв глаза и подставив солнцу лицо. Было непривычно видеть его не в пекарской униформе. Сегодня на нём была обычная белая рубашка и слишком короткие для длинных ног брюки.

– Привет, – поприветствовала мальчика Мина, пытаясь отдышаться после бега. – Долго ждёшь?

Ферди открыл глаза и улыбнулся, увидев друга.

– Нет, что ты.

Мина была уверена, что ждать ему пришлось довольно долго, всё-таки она слегка опоздала. Но Ферди, по-видимому, вовсе не злился.

– Не знаешь, Тим придёт?

Услышав вопрос, мальчик помрачнел.

– Нет, а ты?

Мина вздохнула.

– Я был у сапожника сегодня утром, но он меня прогнал. Сказал, что Тим занят, – рассказала она, копируя скрипучий голос невысокого мастера с залысинами.

– То же самое, – печально кивнул Ферди.

Мина нахмурила лоб.

– Значит, пойдём к ним ещё раз. Может, всё-таки уговорим сапожника отпустить Тима. Пойдём!

Долговязый мальчик послушно встал и выпрямился во весь рост. Они шли на улицу Сапожников под многоголосые переливы ударов, доносившиеся из мастерских камнетёсов.

– Кого ты постоянно выглядываешь?

– Что? – вздрогнула Мина, застигнутая врасплох.

Ферди покраснел. Смущенный, он заговорил так тихо, что девочка едва разобрала слова:

– Я не хотел тебя напугать. Неважно, забудь.

Однако Мина прекрасно понимала, что он имеет в виду. Она настолько привыкла высматривать в толпе родителей во время прогулок по городу, что делала это совершенно неосознанно. А вот наблюдательный Ферди сразу заметил. Мина почувствовала себя ужасно глупо. И, чтобы ничего не объяснять, просто сказала: «Вот мы и пришли».

Она указала на мастерскую сапожника – мастера Тима. Маленький домик стоял, зажатый двумя крупными швейными мастерскими. Друзья тихонько подкрались к окну и заглянули внутрь.

Прямо под окном стоял рабочий стол, на нём – швейная машинка и разные инструменты. Вдоль стен выстроились стеллажи с полками, заполненными деревянными обувными колодками. В центре же небольшой комнаты стояла элегантно одетая дама, приподняв подол юбки и поставив ногу на лист бумаги. У ног дамы на коленях стоял Тим, который обводил по контуру её ступню. Тут же, рядом, стоял низкорослый мастер-сапожник с большой лысиной, остатки его тёмных волос на затылке тянулись редкой бахромой от уха до уха.

– Кожу, думаю, возьмём коричневую, – произнесла дама.

– Конечно, всё сделаем, – энергично закивал мастер Тима.

– И чтобы голенище не слишком высокое, – добавила заказчица.

– Да, как скажете.

Внезапно Мина услышала за спиной громкий стук каблуков и чьё-то сопение. Обернувшись, она увидела мужчину в брюках от нарядного костюма и мокрой от пота рубашке, танцующего прямо посреди улицы. И правда, танцует! Он то кружился, то подпрыгивал, как будто просто не мог идти прямо. Судя по виду, танцевал он явно не от счастья. Изумлённая, Мина смотрела, как мужчина вошёл и продолжил танцевать уже в мастерской у сапожника.

– Вы! – кричал мужчина с красным, как у рака, лицом, пытаясь указать на мастера Тима. Впрочем, тело его не слушалось: он сделал очередное танцевальное «па» и ткнул указательным пальцем прямо в живот элегантной даме.

– Вы что себе позволяете? – тут же завизжала она в ответ.

– Вы! – продолжал возмущаться танцор. – Вы меня обманули! – С этими словами он сделал несколько танцевальных шагов вправо и сбил с полки миску с гвоздями. – Да я же остановиться не могу! У меня все ноги в волдырях! Всё тело болит.

Лицо мастера-сапожника тут же стало ужасно серьёзным.

– Тим! – только и сказал он.

Судя по всему, Тим знал, что нужно делать. Он вскочил на ноги, подошёл к танцору сзади и обхватил его за талию, а затем усилием усадил бедолагу на пол. Ноги мужчины всё ещё дёргались, и к нему тут же подоспел мастер и буквально вцепился в них. Сапожник ловко развязал шнурки на чёрных кожаных ботинках и стянул их с недовольного покупателя. Ноги перестали дёргаться, и танцор, выдохнув с невероятным облегчением, упал на пол, будто наполненный под завязку мешок.

– Это ещё что такое? Потрудитесь объясниться, мастер! – возмущалась дама.

– Заказчик просто не до конца разобрался, как правильно пользоваться изделием, госпожа, – тут же натянул сальную улыбку сапожник.

Однако мужчина, всё ещё лежащий на полу, видимо, собрал последние оставшиеся силы и возразил: «Вы сказали, эти туфли сделают меня талантливым танцором. Но не предупредили, что в них невозможно перестать танцевать!»

Несостоявшийся танцор сел, издав усталый стон. Тело снова его слушалось, и уж теперь-то он мог предъявить обвинения и ткнуть пальцем в мастера: «У меня постоянно дёргались ноги, и я просто не мог снять туфли. Два дня назад у меня была свадьба. И с тех пор я танцевал без остановки! Это же настоящая пытка. Верните мне деньги».

Снаружи, за оконным стеклом, наблюдавшие за происходящим Ферди и Мина держались из последних сил, чтобы не смеяться. А в лавке разгорелся настоящий спор между мастером и недовольным клиентом. Дама же тем временем успела передумать, надела обратно свою туфлю и вышла из мастерской. В конце концов, сапожник согласился вернуть танцору половину стоимости, если туфли останутся в лавке. Мужчина – босиком, зато с пачкой банкнот в руке – вышел из мастерской, и сапожник, побагровев от злости, повернулся к Тиму. И просто так, без причины, отвесил ему затрещину.

– С меня хватит, закругляемся! Убирайся, сегодня ты мне больше не нужен.

Тиму не нужно было повторять дважды. Он тут же выбежал из мастерской и позвал Мину и Ферди, которых наверняка уже давно заприметил за окном. Втроём они бежали, пока наконец не свернули за угол, за которым сапожник не мог их услышать. Они остановились, переглянулись и одновременно рассмеялись.

– Он всем говорит, что обувь танцует сама по себе. Но не рассказывает, что будет, когда их наденешь, и что их очень трудно потом снять.

– Зато теперь у тебя выходной. Пойдёмте уже в магазин! – Мина показала кошелёк, который дал ей переплётчик. – Как думаешь, тут хватит только на новую одежду или мы сможем купить что-нибудь сладкое?

Тим, открыв рот, уставился на пухлый кошелёк. Затем взял его из рук Мины и открыл.

– Что такое? Там совсем мало, да? – Мина понятия не имела, какую сумму считать большой. Ольга и Ирма никогда не доверяли ей деньги.

– Мац, – сказал наконец Тим, – да мы можем скупить полмагазина сладостей!

– Ну и чего же мы ждём? – хихикнула Мина.

Глава 11
Тайна переплётчика

Тим и Ферди привели Мину в лавку со сладостями. Там они обнаружили настоящее столпотворение: детей у прилавка было так много, что из-за их криков было невозможно услышать собственный голос. У стен высились стеллажи, доверху забитые сладостями. За прилавком работали довольно юркие кондитер и его подмастерье, которые, впрочем, едва успевали обслуживать покупателей. Мина смотрела на банки, заполненные лакомствами, горящими глазами:

– А в чём их магия?

– От них обостряются ощущения, – объяснил Тим. – С ума сойти можно. Попробуешь – узнаешь.

Когда до них наконец дошла очередь, Мина протянула подмастерью кондитера пачку банкнот из тех, что дал ей переплётчик, и попросила: «Всего по три штуки, пожалуйста!» Ученик широко раскрыл глаза от удивления, но ничего не сказал. Он наполнил сладостями три больших бумажных пакета, которые Мина, Тим и Ферди вынесли из лавки под завистливые взгляды ожидавших своей очереди детей.

– Тут целая гора, – засмеялся Тим. – Мац, как мы всё это съедим?

Но Мина уже успела сунуть в рот жёлтую анисовую конфетку и шла, наслаждаясь вкусом. Вдруг она остановилась и быстро выплюнула конфету – та полетела изо рта на землю по дуге. Мина зажала уши обеими руками:

– Как же громко! – закричала она. – Ай, мои уши!

– О нет, – сказал Ферди; он старался говорить потише, но для Мины его слова звучали будто раскаты грома: – Мац съел анисовую...

Мина почувствовала, как Тим взял её за руку и потянул за собой. Они уходили всё дальше и дальше от магазина сладостей. Девочке стало лучше, когда они свернули на одну из тихих улочек. Однако она всё ещё слышала каждое слово, которое произносили жители домов в своих квартирах. Мина даже могла подслушать разговоры в лавках на другом конце улицы. Она, казалось, слышала даже, как муравей ползёт по булыжнику.

– Отпад, правда? – заботливо поинтересовался Тим.

– Я же совсем немного подержал её во рту, – ответила Мина, всё ещё пребывая в шоке. Постепенно эффект пропал, и она порадовалась, что слух вернулся в норму.

– Анисовые слишком сильные. – Тим покопался в пакете. – Попробуй лакричные!

Из-за лакричных конфет Мина начала чувствовать абсолютно все запахи, прямо как охотничья собака. Затем она попробовала мятную и смогла видеть миль вперёд, вплоть до того, чтобы разглядеть маленькие листочки на верхушках дальних деревьев. Клубничные конфеты усиливали вкусовые ощущения, ванильные – осязание, но полным «отпадом» были конфеты с экстрактом ясенника – с ними Мина могла видеть то, что находится за углом. От этого у неё закружилась голова.

– Обязательно попробуй малиновую, – сказал Тим, протягивая девочке красную конфету.

Мина положила конфету на язык, наслаждаясь сладостью.

– А от них что обостряется?

– Да ничего. Они просто вкусные, – улыбнулся Тим, обнажая зубы, покрытые сахарной крошкой.

Друзья ели конфеты до тех пор, пока им не стало плохо. Мина даже решила, что никогда в жизни больше не сможет смотреть на сладкое. Все трое они отдали оставшиеся конфеты другим детям, оставив себе лишь по небольшой горсти.

– А теперь куда? – спросила Мина.

– За шоколадом! – тут же отозвался Тим. – Чтобы перебить вкус.

Мина и Ферди, не мешкая, согласились.

– Есть тут у нас один шикарный магазин. – В глазах Тима появился озорной блеск. – Сам бы я не решился туда зайти. Но с теми деньгами, что лежат у тебя в кармане, Мац... Нам сюда. – С этими словами он повёл друзей вверх по лестнице.

– Откуда у него столько денег? – задумчиво спросил Ферди. – Я про переплётчика. Он ведь давно уже не работает.

Мина пожала плечами. Она немного запыхалась, поднимаясь по лестнице.

– Может, он раньше много зарабатывал и откладывал деньги?

– Не знаю, – нахмурился Тим. – Что-то здесь не то. А ты хоть раз спрашивал, почему он больше не переплетает книги?

– Нет, пока нет, но я бы очень хотел узнать, – покачала головой Мина.

Тим посмотрел на неё.

– Может, у тебя получится выведать?

Ответить Мина не успела – друзья оказались в шоколадной лавке. Атмосфера тут оказалась полной противоположностью того, что они увидели в конфетной мастерской. Взрослые покупатели в элегантных нарядах рассматривали витрины, тихо переговариваясь между собой и время от времени пробуя шоколад маленькими кусочками. «Местный» кондитер тоже выглядел так, будто не привык часто улыбаться. Он с подозрением смотрел на Мину, Ферди и Тима. Видимо, ему не хотелось ничего продавать детям. Мина осмелилась заговорить лишь тогда, когда они вновь оказались на улице.

– А в чём волшебство этих конфет?

– Понятия не имею! – рассмеялся Тим. – Сейчас узнаем. – Он положил в рот шоколадную конфету с нугой и с аппетитом её сжевал. – Хм, – протянул он. – Дорогие друзья! Вы просто обязаны попробовать. Этот райский вкус буквально наполняет всё моё существо восторгом.

– Что ты сказал? – фыркнула Мина.

Ферди тоже уже жевал конфету.

– Почему ты так странно выражаешься, дорогой мой? – Стоило мальчику договорить, как на лице у него выразилось недоумение, будто он хотел сказать что-то совсем другое.

Мина рассмеялась ещё громче.

– Теперь я понял, что это за волшебство. Конфеты делают так, чтобы можно было говорить только очень вежливо, прямо по-джентльменски. Интересно, а если съесть конфету и начать ругаться? – Она смело отправила в рот шоколадный шарик, посыпанный какао-порошком, а затем произнесла: – Мастер Тима напоминает мне маленького зверька из джунглей, а мастеру Ферди стоило бы поучиться тактичности и сесть на щадящую диету.

Тим и Ферди захохотали. Мине пришлось подождать некоторое время, пока шоколадный привкус во рту не исчез и она не смогла снова говорить, как обычно.

– Вообще, я пытался сказать, что мастер Тима – глупая обезьяна, а мастер Ферди – толстый увалень.

– Теперь-то ясно! – отозвался Тим. Друзья съели все шоколадные конфеты, и действие магии ослабло. Они пошли дальше.

– А как твои дела, Мац? Нравится учиться у переплётчика?

– Ну... – Мина поморщилась. – Как-то не особенно он хотел становиться моим учителем. Это видно. До сих пор я только и делаю, что убираюсь и хожу за продуктами.

– О, – отмахнулся Тим, – всего-то первая неделя прошла. Всё нормально.

– Правда? – с надеждой спросила Мина.

– Конечно, – ответил Тим.

Ферди тоже ободряюще улыбнулся.

– Как бы я хотел научиться переплетать книги. – Мина поняла, что сказала это вслух, только услышав собственный голос. Это была чистая правда. Ей не хотелось заниматься другим ремеслом. Она хотела стать переплётчиком.

– Вот и славно, – недолго думая, сказал Тим, когда они переходили через дорогу по мосту. – Поменять мастера всё равно нельзя.

Мина уже слышала об этом раньше, но не знала, из-за чего ввели такое правило.

– Почему?

Тим ехидно рассмеялся, однако причиной для смеха было вовсе не незнание Мины.

– Кто его знает? Вообще, городской совет постоянно устанавливает какие-то новые дурацкие правила. Если начал учиться у одного мастера, то не можешь перейти к другому. Если мастер тебя выгнал, то нельзя заново поступить в ученики к другому. – Внезапно мальчик остановился и посмотрел на Ферди.

– Ферди? Тебя ведь не выгнали? – настороженно спросила Мина.

Хотя лицо Ферди, как и всегда, выражало спокойствие, в этот раз в его взгляде читался намёк на грусть.

– Пока нет. Но я становлюсь всё старше и до сих пор не научился никакой магии. Мне уже пятнадцать. Если в ближайшее время магические способности не проявятся, то я не знаю, чего ждать. Без способностей в городском совете мне не засчитают обучение. А если мастер заявит, что больше не будет меня учить, то я не смогу открыть здесь свою мастерскую. Придётся уехать из города.

– Так же нечестно, – возмутилась Мина. – Твоя выпечка самая лучшая из всей, которую я когда-либо пробовал.

Смутившись, Ферди отвёл взгляд в сторону, но всё-таки, гордясь собой, улыбнулся уголками рта.

– Совету всё равно, – поспешно продолжил рассказ Тим. – Это ещё далеко не все правила. После того как у тебя откроются магические способности, тебе запретят покидать город. Иначе мастера начали бы открывать волшебные лавки в других городах, и этот перестал бы быть особенным. А власти готовы на всё, чтобы этого не случилось. Вот почему в Подземном городе так много людей. Где-то в другом месте их плавающие стулья, поющие носки и другие товары привлекли бы целую толпу любопытных покупателей. Но здесь от них нет никакой пользы, и денег они не зарабатывают. Слишком большая конкуренция. Есть те, кому повезло ещё меньше: мастера, способности которых власти сочли опасными. Таких на всю жизнь отправляют в тюрьму.

У Мины по коже пробежали мурашки:

– Всё это так несправедливо. Все же знают, что нельзя самому выбрать магические способности.

– Такие у нас законы. Теперь понимаешь, зачем я раздаю листовки? Я пишу там обо всём, что нужно изменить, но их всё равно никто не читает, – всплеснул руками Тим, намекая, что все усилия бесполезны.

– А о том, что девочкам надо разрешить обучаться ремеслу, ты тоже пишешь? – сказала Мина, не подумав, стоит ли задавать подобные вопросы.

Прядь светлых немытых волос упала Тиму на глаза. Задумавшись, он убрал её с лица.

– О таком я раньше не думал.

Мина не поняла реакции Тима и начала переживать. Может, не стоило об этом спрашивать? Она нервно перебирала в голове варианты, чтобы сменить тему разговора, когда Ферди, сам того не осознавая, пришёл ей на помощь: «Смотри, не твой ли это мастер?»

Мина проследила за взглядом Ферди и успела заметить кончик знакомого летнего пальто, прежде чем переплётчик завернул за угол. Внезапно девочку охватило любопытство: «Интересно, куда это он? Пойдёмте за ним!»

Ученица переплётчика рванула вперёд, и друзья последовали за ней, не задавая лишних вопросов. Где-то на задворках сознания она вдруг подумала о себе. Раньше она попросту не могла говорить или делать то, что хотела. Ей всегда нужно было вести себя хорошо и тихо. Теперь же, с Тимом и Ферди, она чувствовала, что наконец-то может быть самой собой. Удивительное чувство.

Друзья преследовали переплётчика на безопасном расстоянии, пересекая извилистые улочки магического города. Ребятам повезло: вокруг было так много народу, что Иоганн их не замечал.

Он всё так же продолжал переходить с одной крутой улочки на другую, спускаясь по разным лестницам. В какой-то момент вокруг стало темнее: всё чаще наверху оказывались мосты, заслонявшие свет. С каждым разом переплётчик сворачивал во всё более тихие и безлюдные переулки, и детям пришлось прилично отстать, чтобы их не заметили. Когда мастер Мины свернул в особенно тёмный закоулок, девочка уже собиралась проследовать за ним, но Тим схватил её за руку.

– Что такое?

– Нам... – Тим запнулся. – Нам туда нельзя.

Переплётчик уже исчез в темноте. Мине очень хотелось последовать за ним, она повернулась к Тиму:

– Почему?

– Эта дорога ведёт в Подземный город, – сказал Тим, прищурившись.

– В Подземный город?

От того, как Тим это сказал, Мине стало не по себе. Она посмотрела вперёд в темноту, туда, куда ушёл переплётчик, и почувствовала, как по рукам бегут мурашки.

– А почему нельзя? Он ведь смог пройти, – всё-таки задала она вопрос.

– Вот это-то и странно, – сказал Тим, подыскивая подходящие слова. – Там опасно, Мац. Местные туда не заходят. Там живут отчаявшиеся люди, готовые на всё, чтобы заполучить пару монет. На нас там сразу же нападут, да ещё и ограбят.

Мина нахмурилась и посмотрела на Тима с упрёком:

– Я думал, что ты хочешь помочь жителям Подземного города. Зачем тогда твои листовки?

– Да, я хочу помочь, – почти разозлился Тим. – Но это вовсе не значит, что мне жить надоело!

– И зачем ему туда? Что ему там нужно? – спросила Мина, указывая в темноту, где только что скрылся Иоганн.

– Понятия не имею, – пожал плечами Тим.

Тогда девочка посмотрела на Ферди, но тот избегал её взгляда.

В воцарившейся тишине все трое прислушивались к доносившемуся откуда-то издалека уличному шуму. Где-то неподалёку, шипя, дрались кошки.

– Может, тогда, – наконец прервал молчание Тим. – вернёмся наверх?

Мина заметила, как на его лице промелькнула неуверенная улыбка.

– Хорошо, – улыбнулась она в ответ.

Ферди с облегчением кивнул.

Помириться с Тимом оказалось легко.

Они повернулись и пошли обратно по крутым улицам и лестницам навстречу уличному гулу и солнечному свету. Волею случая они оказались у лавки с игрушками, который заинтересовал Мину ещё в первый день пребывания в городе. У закрытых дверей, как и в прошлый раз, толпились дети. Внезапно Мине захотелось нарушать правила.

– А пойдёмте туда!

Глава 12
Две воришки

Тим и Ферди переглянулись.

– Ты же знаешь, – сказал Тим. – Детей туда не пускают.

– Я точно такой же покупатель, как и взрослые, которых пускают без проблем. – Мина с вызовом подняла подбородок, затем она посмотрела на лица друзей, и поняла, почему те её отговаривают: – Вы что, боитесь мастера?

Ферди уставился на носки своих ботинок, а Тим стал перебирать пальцами.

– О нём такие страшилки рассказывают, – сказал подмастерье сапожника. – Я же говорил, что он ненавидит детей. Говорят, если ребёнок зайдёт в лавку без спроса, из него сделают большую игрушку, а потом продадут.

По спине у Мины пробежали мурашки. Однако отступать она не собиралась.

– Я всё равно пойду. Вы со мной?

Она пошла вперёд и, сделав несколько шагов, услышала, что мальчики идут за ней.

Остальные дети притихли от удивления и расступились, когда увидели, как уверенно Мина прошла сквозь толпу, затем толкнула дверь и вошла в лавку. Тим и Ферди не отставали, тоже зашли следом и встали по бокам от Мины. После этого дверь за троицей закрылась. Мина была готова поклясться, что слышала, как у детей отвисли челюсти.

Они будто очутились в сказочном мире. Огромный магазин, заставленный полками, напоминал лабиринт, залитый солнечным светом, который проникал в помещение через стеклянный потолок. Снизу вверх уходила длинная винтовая лестница, ведущая на верхние этажи. Повсюду суетились игрушки из металла: они летали, ползали, бегали, карабкались куда-то, гудели, катались и ездили. Тим первым сказал то, что было на уме у Мины: «Вот это да».

Они медленно шли между стеллажами, с которых то и дело спрыгивали игрушки. Идти приходилось осторожно, чтобы случайно не наступить на какого-нибудь оловянного слона или рыцаря. Все трое не обращали внимания на обращённые на них взгляды и перешёптывание взрослых покупателей. В какой-то момент Мина заметила подмастерье примерно своего возраста.

Правда, тот друзей не заметил: он был слишком занят, стараясь как можно быстрее завести все игрушки.

– Только посмотри, – сказал Тим, взяв в руки игрушечный локомотив. Ферди с интересом разглядывал танцующую балерину. У Мины разбегались глаза: она не понимала, на чём сосредоточить внимание. Внезапно от игрушек её отвлёк женский визг: «Какая гадость! Убери его!»

Женщина, стоявшая рядом со своей «пострадавшей» подругой, в панике похлопала её по плечу, и игрушка, сидевшая на рукаве платья, резко упала на пол. Мина пригляделась и поняла, что это был игрушечный жук. Бедняжка приземлился на спину и беспомощно перебирал шестью лапками. Женщины забыли о нём и стали рассматривать игрушечного единорога. Мина же присела и перевернула жука так, чтобы тот смог заползти к ней на руку.

– Так-то лучше, правда?

Жук расправил крылья и благодарно пошевелил усиками.

– ЭТО ЕЩЁ ЧТО...? – внезапно раздался голос прямо у неё над головой.

Мина так резко вскочила на ноги, что жук отлетел куда-то в сторону. Перед ней стоял мужчина с блестящей лысиной. По бокам, возле ушей, у него торчали пучки седых волос. На носу сидели очки с толстыми круглыми линзами, а на поясе висели щипцы, пинцеты и увеличительные стёкла разных размеров. У Мины душа ушла в пятки. Вот он, хозяин лавки!

– ПОШЛИ ВОН ИЗ МОЕГО МАГАЗИНА! – закричал он изо всех сил. – ВЫ, МАЛЕНЬКИЕ ВОРИШКИ! ДА Я ВАС...

– Мы не воры, – попыталась было возразить Мина, но Тим резко схватил её за плечо и потащил за собой. Не медля больше ни секунды, девочка побежала за друзьями. Они мчались к выходу, перепрыгивая через игрушки, и так резко вырвались на улицу, что чуть не сбили с ног ожидающих у дверей детей. Те тут же начали задавать вопрос за вопросом. Но Тим, Мина и Ферди не собирались останавливаться: они рванули прочь. Мина неслась, уворачиваясь от прохожих, чувствуя жжение в лёгких и ветер в волосах.

Друзья бежали по улицам, пока у них не закололо в боку – пришлось сделать передышку, и они остановились, тяжело дыша.

– Я думал, у меня сердце из груди выпрыгнет, – пытаясь отдышаться, сказал Тим. – Но оно того стоило.

– Да, было здорово, – согласился Ферди.

Они смотрели друг на друга и не могли сдержать улыбок. Правда, вспомнив о жуке, Мина загрустила. Она бы с радостью купила ту игрушку. Девочка случайно посмотрела на часы на здании ратуши и не на шутку перепугалась.

– Уже так поздно, а я так ничего и не купил! А ведь переплётчик дал мне деньги на одежду.

Тим решительно кивнул. Впрочем, его энтузиазм чуть ослабел, когда он понял, что развлечения кончились и придётся потратить оставшиеся деньги на одежду.

– Ну так пойдёмте.

Мине предстояло узнать о городе кое-что новое: порой раздражает, что все товары обладают магическими свойствами, если тебе нужно купить самые обыкновенные брюки и рубашку.

– Мне повезло: у меня ещё осталась обычная одежда, – сказал Тим. – Но мы справимся. Всего-то надо найти наименее разрушительный вариант.

– Есть один портной с магией концентрации: наденешь что-то из его изделий и сможешь как следует на чём-нибудь сосредоточиться, – согласился Ферди.

– Он, кажется, шьёт только деловые костюмы. Вроде была у кого-то ещё одежда-хамелеон, которая меняет цвет в зависимости от того, что тебя окружает, – нахмурившись, сказал Тим.

В конце концов, друзья остановили свой выбор на одежде, которую вообще не нужно было стирать. Никакого тебе неприятного запаха. А ещё, если что-то пролить, то жидкость впитается в ткань и пятно исчезнет само собой.

Тим посчитал такое свойство скучным, а цену – завышенной. Мина с ним не согласилась: «Ты так говоришь только потому, что сам никогда не стирал. Представляешь, какой это труд? Хотел бы я избавить Марту от лишних хлопот. Это стоит любых денег».

Портной усадил Мину на табурет и измерил ей рост, бёдра, расстояние от одного плеча до другого и длину рук.

Тим и Ферди устроились в уголке и, в конце концов, начали громко зевать.

– Можете идти, – сказала им девочка. – Я сам дойду до дома.

– До скорого! Ещё раз спасибо за конфеты! – тут же оживились друзья.

Тим тут же выскочил на улицу, а Ферди ударился головой о слишком низкую для него дверную раму из-за того, что отвлёкся, чтобы помахать Мине.

Девочка заказала у портного две рубашки, несколько пар чулок, подштанники и ночную рубашку. В мастерской нашлось уже готовое пальто подходящего размера, и Мина его выкупила. Всё остальное она решила оплатить сразу, потратив все деньги, за исключением нескольких монет.

Когда девочка наконец направилась к дому переплётчика, сунув руки в карманы нового пальто, на улице уже стемнело. Стоял тихий летний вечер. Мина шла не торопясь, погрузившись в размышления. Видимо, она настолько ушла в свои мысли, что не заметила девочку, которая выскочила из магазина оптики с левой стороны прямо ей под ноги. Мина разглядела лишь растрёпанную копну чёрных волос и услышала испуганный вздох. Пытаясь увернуться от ученицы переплётчика, незнакомка споткнулась и упала на брусчатку.

Мина едва успела понять, что происходит, когда дверь магазина очков распахнулась вновь. Оттуда выбежал худощавый мужчина.

– Воровка! – крикнул он хриплым старческим голосом. – Держите её!

Беглянка попыталась встать, но в панике наступила на подол собственной юбки и снова споткнулась. Ещё мгновение, и разгневанный старик схватил бы её за воротник... Но тут, в этот крошечный миг между двумя ударами сердца, Мина поймала отчаянный взгляд тёмных глаз.

Ученица переплётчика действовала решительно. Она шагнула вперёд и встала между девочкой и владельцем магазина. Тот шагнул прямо к ней. Девочка, будто только этого и ждала, проворно, словно ласка, поднялась на ноги и побежала. Некоторые прохожие пытались её догнать, но воришка ловко уворачивалась. Через мгновение она исчезла за очередным поворотом.

– И что это было? – возмутился старик.

– Простите, – Мина попыталась сделать вид, будто не понимает, что произошло. – Я случайно на вас налетел?

– Ай-й, убирайся с глаз моих! – закричал мужчина, брызжа слюной. Мина ещё не успела ничего понять, как он с силой толкнул её, и девочка упала на спину. Она приземлилась, больно ударившись правым плечом. Напуганная, Мина села и увидела, как мастер, ворча, зашёл в свой магазин. Когда он хлопнул дверью, над ней громко зазвенел колокольчик.

Девочка отказалась от помощи прохожего и встала, тихо постанывая от боли. Новое пальто теперь было измазано конским навозом. Мина смахнула грязь и попыталась пошевелить ушибленной рукой. Видимо, будет большой синяк. Домой она теперь шла гораздо быстрее, чем раньше.

Интересно, что это за девочка? Неужели она и правда собиралась что-то украсть? Мина оглядывалась по сторонам, но незнакомки нигде не было.

Когда ученица вернулась, переплётчика дома не оказалось. Неужели он всё ещё гуляет по подземному городу? Правда, Дом встретил Мину дребезжанием ставней.

– Привет, Дом. Я тоже рад тебя видеть, – улыбнулась Мина.

Она провела пальцами по перилам, поднимаясь в свою комнату.

– Не знаешь, где там переплётчик? – шепнула она пустому лестничному пролёту. – Он постоянно уходит куда-то по вечерам. Часто он бывает в подземном городе?

В комнате Мина скинула ботинки и в изнеможении опустилась на кровать. Внутри бушевали эмоции, и девочка была в полном замешательстве. И правда, ей стоило бы радоваться. В конце концов, она стала подмастерьем в магическом городе и обрела двоих друзей! Однако ей попался самый странный из мастеров. И всё ещё было непонятно, как найти родителей в этом шумном многолюдном городе.

Внезапно Мине пришлось выйти из раздумий. Она с визгом вскочила на ноги. Что-то ползло прямо по её животу!

– Так это ты? – Ошеломлённая, Мина уставилась на игрушечного жука, который переполз к ней рубашку и громко жужжал на всю комнату. – Ты прятался у меня в кармане?

Жук приземлился к ней на плечо и начал довольно перебирать свои усики передними лапками.

– Но, – вновь заговорила девочка, – это же неправильно. Ты только ничего не подумай. Я очень рада тебя видеть. Но не могу же я тебя оставить. Я же за тебя не заплатила.

Жук замер, будто бы понимал, о чём идёт речь.

Мина участливо погладила его по металлическим крылышкам.

– Ты, наверное, не хочешь туда возвращаться? Взрослые считают тебя противным, да? – Она задумалась. – Может, я смогу уговорить переплётчика за тебя заплатить. Похоже, с деньгами у него проблем нет. Тогда ты сможешь остаться у меня.

Жуку такой вариант был явно по душе. Он стал щекотать Мину под подбородком своими усиками, пока та не захихикала и не оттолкнула его.

Глава 13
Ключ

Прошла неделя. Мина сидела на кухне и жевала хлеб, а вокруг неё летал, громко гудя, тот самый оловянный жук. Девочка не ожидала, но очень обрадовалась, когда переплётчик действительно пошёл в магазин и выкупил игрушку. Она всё ещё поражалась тому, что жук выглядел, будто настоящий. Мина вспоминала о том, что он – это лишь механизм, только когда жужжание становилось тише, а движения замедлялись. Тогда она поворачивала ключ, торчащий из брюшка, и жук оживал вновь.

Мина по-прежнему вспоминала о Пеппи и всё ещё время от времени скучала по старому другу. И всё-таки чем лучше она узнавала город, тем сильнее убеждалась, что оставить ёжика в лесу было правильным решением. Конечно, там ему будет гораздо лучше, чем на мощёных многолюдных улицах. Да и кто знает, может, однажды она его навестит?

Мина продолжала жевать хлеб, думая о том, как бы научить жука делать кувырок, когда кто-то постучал в дверь. Мина вскочила со стула.

– Это, наверное, Марта. Дом, открой!

Девочка выбежала в прихожую и чуть не налетела на Марту, которая несла перед собой большую корзину для белья, полную одежды.

– Осторожно, Мац!

Мина успела увернуться.

– Тебе не тяжело? Давай я помогу.

– Нет, что ты, бельё же не мокрое, – заверила женщина. Она всё же поставила корзину на ступеньку и вытерла пот со лба: – Посмотри, какие мышцы накачала, – с улыбкой сказала домработница и закатала один из рукавов платья. Женщина напрягла руку, и в верхней части проступила внушительного размера мышца. Мина, смеясь, захлопала в ладоши.

– В детстве, – сказала Марта, расправляя рукав. – Я долго мечтала стать каменщиком. Только никому не говори.

Она подмигнула девочке, но той было уже не до смеха. Конечно, Марта не смогла исполнить свою мечту, ведь она женщина.

– А где же господин Бухбиндер? – спросила женщина, а затем прислушалась: – Что это? Кто-то включил музыку?

– Он в мастерской, включил свой старый граммофон, – кивнула Мина. – Кстати, перерыв на обед закончился. Пора и мне возвращаться к работе.

– В смысле? – подняла брови Марта. – То есть ты всё ещё старательно складываешь бумагу?

– Каждый день! – кивнула девочка уже с гордостью.

В понедельник после поездки в город за покупками переплётчик отправил Мину за бумагой. «Сходи на бумажную фабрику, что на окраине города, у реки, – сказал он, отсчитывая ей монеты. – Если сложить из их бумаги самолётик, то он будет летать без твоей помощи. Но если этого не делать, то бумага вполне сгодится для переплёта».

Мина прыгала от радости всю дорогу до фабрики. И не зря: когда она вернулась, переплётчик дал ей первое задание. Нужно было сложить бумагу пополам. Сделать только один сгиб – не больше и не меньше. Складывать следовало точно по центру: класть одну половину листа на другую, ровно приложив одни углы к другим. Затем проводить рукой по сгибу. Иоганн настоятельно попросил ученицу быть как можно аккуратнее.

– Поначалу было трудно, – решила поделиться с Мартой Мина. – У меня не получалось сложить ровно, и переплётчик был недоволен. Но теперь всё хорошо.

– Ну, тогда не буду отвлекать тебя от работы. – Марта ещё раз подмигнула Мине, и та, развернувшись, пошла к мастерской. Игрушечный жук последовал за ней и сел девочке на плечо, пока она стучала в дверь.

– Войдите! – раздался из комнаты голос переплётчика, заглушая музыку.

Мина толкнула дверь и вошла. Переплётчик сидел у окна и читал какой-то маленький сборник стихов, нацепив на нос очки. На граммофоне рядом с ним крутилась пластинка, а из рупора звучала фортепианная мелодия.

– Значит, мне продолжать складывать бумагу? – с нетерпением спросила девочка. Не дожидаясь ответа, ученица прошла к рабочему столу, где оставила работу час назад. Слева лежала довольно низкая стопка ещё не тронутых листов. Справа – гораздо более внушительная стопка бумаги, сложенной пополам.

Мина села за стол и взяла очередной лист. От усердия высунув язык в уголке губ, она сложила бумагу пополам. Она проверила, чтобы углы точно совпадали, а потом прогладила линию сгиба.

– Так, посмотрим.

Мина вздрогнула. Она не заметила, как мастер встал у неё за спиной. Иоганн взял только что сложенный лист у неё из рук, поправил очки и внимательно осмотрел место сгиба.

Через несколько секунд, показавшихся девочке вечностью, он положил страницу обратно на стол. Затем кивнул.

– Хорошо, – сказал он.

Ни больше, ни меньше. Но даже этих слов было достаточно. Сердце ученицы забилось быстрее от радости. Жук на плече замахал крылышками, будто аплодируя.

Игла граммофона дошла до конца пластинки, и мелодия прервалась. В воцарившейся тишине из ящика стола Мины послышался стук. Мина замерла. «Тише. Пожалуйста, тише».

Просьба осталась без ответа. Сначала послышалось тихое шуршание, а потом ящик снова затрясся.

– Что это за...? – Переплётчик открыл ящик. Мгновение спустя оттуда вылетел бумажный самолётик.

Он полетел, сначала задев ухо Мины, а затем – и ухо Иоганна, потом самолётик взмыл к потолку и стал кружить наверху, будто случайно попавшаяся в коробку муха.

Переплётчик осуждающе посмотрел на ученицу поверх очков.

– Мац?

Мина почувствовала, что краснеет.

– Мне просто было интересно попробовать...

Переплётчик усмехнулся.

– Что ж, это было не очень-то любезно с твоей стороны.

Мина удивлённо посмотрела на Иоганна. Она думала, что окажется в гораздо более затруднительном положении, а по итогу переплётчик выглядел так, как будто едва сдерживался, чтобы не рассмеяться. В какой-то момент девочке показалось, что мастер вот-вот прыснет от смеха.

Однако Иоганну всё же удалось взять себя в руки. Он откашлялся, снял очки и посмотрел на Мину. Посмотрел так, как будто на что-то решается.

– Хочешь узнать, зачем я сказал тебе складывать бумагу, Мац?

У Мины участилось дыхание.

– Да, очень.

Внешне она оставалась спокойной, но в душе просто ликовала. Переплётчик ни разу ей ничего толком не объяснял. Просто заставлял бесконечно складывать, складывать, а потом снова складывать листы пополам. Часами, днями напролёт.

– Вот, посмотри, – мастер развернул сложенный лист и указал на одну из половинок. – Потом эта заготовка станет страницей книги. А вот здесь, – он указал на складку посередине, – потом будет корешок. Эти листы ещё называются книжным блоком, их нужно сшить вместе. Всё это делается на специальном станке.

Иоганн подошёл к другому столу. На нём стоял деревянный инструмент, назначение которого всё ещё оставалось загадкой для Мины. Приспособление выглядело, будто рамка для фото с плоским поддоном снизу.

– Вот сюда вдеваются нити, – сказал переплётчик, указывая на верхнюю часть рамы. – Ими мы будем сшивать листы...

Вдруг в дверь громко постучали. Мина и Иоганн вопросительно посмотрели друг на друга. В коридоре послышались шаги Марты. «Я уже ухожу!» – донеслось из-за закрытой двери мастерской.

Затем громом среди ясного неба зазвучал другой властный женский голос: «Я требую встречи с Иоганном Бухбиндером!»

Марта попыталась что-то возразить, на что неизвестная заверещала ещё громче: «И даже не пытайтесь меня провести!»

– В чём дело? Сейчас я выйду, – наконец заговорил переплётчик.

Иоганн вышел из мастерской, и бумажный самолётик вылетел за ним.

Мине хотелось кричать. Неужели это должно было случиться именно сейчас? Именно в тот момент, когда переплётчик в кои-то веки решил рассказать ей о своём ремесле!

Та женщина стояла в дверях. Когда она увидела Иоганна, её голос зазвучал почти умоляюще: «А вот и вы! Слышала, вы наконец-то взяли ученика. Значит, снова начнёте переплетать книги?»

Переплётчик ответил, но Мина не расслышала его слов. Женщина, видимо, в расстроенных чувствах, возразила: «Я никогда в жизни не читала таких романов, как те, что переплетали именно вы. Истории так ясно всплывали у меня перед глазами. Как будто я смотрю один из тех фильмов, что сейчас так часто снимают. С тех пор, как вы ушли из профессии, в городе остался всего один переплётчик – мастер Друкершварц. Знаете, в чём его магия? Его книги всегда пахнут именно той едой, которую читатель хочет съесть на момент прочтения. Я всегда хочу есть, когда читаю. Из-за него я прибавила целых двадцать килограммов!»

Мина на цыпочках подошла к окну. Показалось её отражение в зеркале на противоположной стене. Однажды она спросила переплётчика, для чего в мастерской такое большое зеркало. Он пожал плечами и сказал: «Дому оно нравится».

Девочка выглянула наружу. Из окна было видно невысокого роста женщину в лиловом платье. Она активно размахивала руками, что-то рассказывая Иоганну. Мина усмехнулась. Теперь она потеряла к нежданной гостье всякий интерес и вернулась к станку. Ученица наклонилась, чтобы внимательно его рассмотреть. Она пыталась представить, как именно на нём сшивают страницы. Однако на это не хватало воображения.

Из коридора донёсся громкий голос переплётчика: «Простите, но я ничем больше не могу вам помочь. До свидания».

Слова прозвучали так, будто он собирался просто захлопнуть дверь перед носом у незнакомой женщины. Мина услышала, как та проворчала что-то о «наглости» и «безответственности», затем – как Марта прощается с переплётчиком. «Пока, Мац!» – крикнула женщина, стоя в дверях. – «Пока, Марта!» – ответила Мина. Сразу же после этого Иоганн вернулся в мастерскую.

Мастер вздохнул и закрыл за собой дверь.

– Так, на чём мы остановились...? – Он запнулся на полуслове и замер. Иоганн, не отрываясь, смотрел куда-то чуть ниже её шеи.

– Где... – спросил он изменившимся голосом. – Где ты взял этот ключ?

Мина в замешательстве посмотрела вниз. На груди у неё болтался ключ. Должно быть, выскользнул из воротника, когда она наклонилась над станком. Девочка рефлекторно засунула ключ обратно под рубашку.

– Я спрашиваю, где ты взял этот ключ? – Иоганн широкими шагами пересёк комнату и встал прямо перед Миной; прежде чем она успела что-либо ответить, мастер протянул к ней свою огромную руку и потребовал: – Ну-ка покажи!

Мина ответила с неожиданной для себя решимостью. Она встретилась с мастером взглядом, даже не дрогнув.

– Это ключ моих родителей.

Какое-то время они стояли молча, сверля друг друга взглядом. Потом переплётчик резко отвернулся и зашагал по мастерской взад-вперёд. Он провёл пальцами по волосам, затем – по бороде. И наконец остановился.

– Прости меня, Мац. Не надо было так на тебя набрасываться. Мне показалось, что я узнал ключ. Он очень похож на тот, что когда-то был моим и был для меня очень важен. Могу я ещё раз на него взглянуть? Просто хочу убедиться.

Мина замешкалась. Жук, круживший по комнате, снова приземлился ей на плечо, будто желая поддержать.

– Вы же не заберёте его? Я ни у кого его не украл, если вы так подумали.

– Нет, я... Я так не думаю.

Было видно, что мастеру потребовалось сделать над собой некоторое усилие, но, в конце концов, он сказал: «Хорошо. Если хочешь, я могу даже не брать его в руки».

Девочка нехотя стянула нить с шеи и опустила ключ в протянутую ладонь Иоганна. Он поднёс его к лицу и стал внимательно рассматривать: бородка, длинный стержень, головка в виде открытой книги. По лицу переплётчика было непонятно, о чём он думает. На лбу у него выступил пот, и мастеру пришлось достать из кармана носовой платок, чтобы вытереть капли.

– Мац, – сказал Иоганн. – Пожалуйста, скажи честно. Где ты взял этот ключ?

– Я уже сказал. У родителей.

– А откуда он у твоих родителей?

Мина прикусила губу.

– Понятия не имею. Он лежал в чемодане с их вещами. Больше я ничего не знаю.

– Ты не знаешь, кто твои родители?

Девочка покачала головой. Раньше переплётчик её о подобном не спрашивал. Однако ему должно было быть известно, что она – сирота, не знавшая своих родителей. Это было указано в бумаге, которую ей выдали у городских ворот.

Иоганн снова промокнул лоб платком.

– Мац, послушай. Когда-то у меня был точно такой же ключ. Не знаю, как он попал к твоим родителям. Возможно, этот самый ключ, который дали мне...

Мину волной накрыл страх.

– Вы его у меня не отнимете! – закричала она. – Ключ мой. Вы же обещали!

Крики, похоже, испугали переплётчика. В недоумении он вернул ключ. Мина снова повесила его на шею и спрятала под рубашку. Она опустила голову и, глядя на носки своих ботинок, попыталась осмыслить произошедшее. Как вообще Иоганн понял, что ключ когда-то принадлежал ему? По мнению Мины, это вряд ли было возможно. Да, ключ выглядел необычно, но в магическом городе полным-полно похожих вещиц. Видимо, мастер просто ошибся. Или нет?

Мина подняла голову.

– А что случилось с вашим ключом?

Переплётчик, судя по всему, погрузился в размышления. Резким движением он сунул носовой платок обратно в карман.

– О, это было очень давно. Неважно.

Девочка прикусила щёку изнутри. Конечно, ещё бы он рассказал.

– Но...

– На сегодня занятие окончено.

Иоганн развернулся и вышел из мастерской. Мина услышала, как скрипит лестница, пока он поднимается на второй этаж. Внезапно раздался громкий, похожий на стон скрип где-то под потолком. Как будто Дом что-то знал и хотел поделиться.

Следующие несколько часов девочка провела в размышлениях: она ушла к себе в комнату и сидела, глядя в никуда. Сотни раз она доставала ключ и снова прятала его под рубашку. День близился к концу, и Мина была уверена, что к ночи переплётчик снова уйдёт. Она надела новое пальто и ботинки и твёрдо решила не спать. Борясь с усталостью, девочка щипала себя за руку каждый раз, когда глаза норовили закрыться. Наконец услышав, как переплётчик спускается по лестнице, она обратилась к жуку: «Ты идёшь? С тобой мне будет не так страшно».

Жук, видимо, был не против присоединиться и заполз Мине в карман пальто. Она решила не обращать внимания на недовольный треск стен. Твёрдыми шагами она прошла по коридору, вышла на улицу и отправилась за мастером.

Глава 14
Подземный город

Не быть замеченной переплётчиком оказалось достаточно легко. Мина совершенно не выделялась на фоне прохожих, снующих по вечерним улицам, да и сгущающиеся сумерки были ей только на руку. Когда люди в серых мундирах начали зажигать газовые фонари, девочка подняла воротник пальто и всё чаще старалась идти в тени, вплотную к фасадам домов. Впрочем, опасения были напрасны. Мастер ни разу не оглянулся. Он уверенно переходил с одной улицы на другую и спускался по лестницам, пока не дошёл до старой деревянной двери. Вход находился под мостом, и дверь была настолько глубоко врезана в каменную стену, что её было легко не заметить. Девочка увидела, как переплётчик поглубже надвинул шляпу на лоб, видимо, не желая, чтобы его узнали. Затем он толкнул дверь и вошёл.

– Вот он, вход в подземный город, – прошептала Мина жуку; она запустила пальцы в карман пальто и нащупала твёрдое металлическое тельце. А затем глубоко вздохнула: – Пойдём, а то упустим его из виду.

Пока не передумала, Мина быстро подбежала к двери и открыла её, взявшись за тяжёлое металлическое кольцо. Внутри оказалась крутая узкая лестница, ведущая вниз. На стенах слева и справа на одинаковом расстоянии друг от друга висели газовые лампы. Однако свет от них был совсем слабым, и девочка никак не могла разглядеть, куда именно ведёт лестница. Она шагнула на первую ступеньку и стала спускаться в подземный город.

Мина бежала по ступенькам всё быстрее и быстрее. Страх упустить переплётчика был сильнее страха о том, что могло ждать её внизу. Дойдя до последней ступеньки, она заметила, как высокая фигура скрылась за углом в конце коридора. Девочка поспешила за мастером, стараясь бежать как можно тише.

Ученица настолько сосредоточилась на фигуре переплётчика, что совершенно забыла рассмотреть, что её окружает. От главного туннеля влево и вправо расходилось множество других коридоров. Настоящий подземный лабиринт! Обитаемый лабиринт. В стенах по обеим сторонам располагались квартиры и магазины. Со входами, дверями, окнами и занавесками. Время от времени Мина поглядывала на витрины: пыльная керамическая посуда, гнилые корзины и одежда, давно вышедшая из моды. Продавцы за прилавками либо стояли, глядя в одну точку, либо пытались её окликнуть: «Мальчик, постой! Не хочешь приобрести поющий чайник? Попробуй мою магическую похлёбку...!»

Кажется, они сразу определили, что девочка не отсюда. И правда, Мина заметно отличалась от жителей подземного города, которые встретились ей в том коридоре. Все они выглядели одинаково: бледные лица, впалые щёки, усталые глаза. Люди смотрели ей вслед. Туннели становились всё более узкими и многолюдными. «Нет, – подумала Мина. – Это люди подходят всё ближе и ближе». Они шли за ней. Шептали ей что-то. Тянули к ней руки.

– Оставьте меня в покое! – тяжело дыша, крикнула девочка.

Она отбилась от тянувшихся к ней рук и побежала быстрее. Переплётчик! Где же он? Там! Где-то впереди он свернул в один из тёмных узких коридоров. Мина бежала изо всех сил, постепенно оставляя жителей Подземья далеко позади. В туннеле, где исчез Иоганн, было темно и пусто. Девочка заглянула внутрь и увидела, как мастер вошёл в какую-то дверь слева. Рядом с дверью было большое окно. Мина присела под ним в надежде разглядеть что-нибудь через грязное стекло.

Ей удалось разглядеть захламлённую комнату. Стены были заставлены шкафами и полками, пол – наполовину скрыт под верстаками с инструментами. В тёмном углу у дальней стены Мина заметила давно замёрзший дымоход и наковальню. Здесь повсюду были ключи: они свисали с потолка, висели на крючках на стенах и лежали на полках. Все они были разные: большие и маленькие, искусно украшенные, простые, золотые, железные, старые и новые. Почти для каждого имелся подходящий замок: дверной, ещё пока не вставленный в замочную скважину или навесной, которым потом можно было запереть шкатулку или сундук.

Грубый женский голос внезапно вырвал Мину из размышлений:

– Так-так-так. Кто к нам пожаловал?

– Здравствуй, Ишильда.

Девочка увидела переплётчика и какую-то женщину. Последняя резко отличалась от всех дам, которых Мина когда-либо видела. Прежде всего тем, что на ней было не платье, а штаны. Из многочисленных карманов торчали молоток, плоскогубцы, зубило и напильник. Тёмно-русые волосы собраны в небрежную косу на затылке. У неё было такое же бледное лицо, как и у других жителей подземного города, но во внимательном взгляде голубых глаз читалась мудрость.

– Иоганн Бухбиндер, – сказала женщина слегка прокуренным голосом. – Решил снова навестить старую подругу?

– Ты права. Я слишком редко тебя навещаю, – улыбнулся переплётчик, как бы стараясь извиниться.

Он снял шляпу и оглядел мастерскую. Мина поспешно юркнула вниз, чтобы мастер её не заметил. Её взгляд упал на табличку на двери комнаты. Прочитав последнюю строчку, девочка остолбенела.

– Владелица, – прошептала Мина. – Жук, это значит, что она и правда мастерица!

Из кармана пальто донеслось одобрительное жужжание. Девочка вновь заглянула в окно.

В мастерской переплётчик как раз говорил:

– ...По важному делу. Насчёт шкатулки и ключа, что я у тебя купил.

– Помню. Прекрасные были изделия. А что с ними? – понимающе улыбнулась женщина.

– Ты когда-нибудь делала копии? – Иоганн крепко сжал пальцами шляпу. – Такой же ключ, с головкой в форме открытой книги. Пожалуйста, постарайся вспомнить, Ишильда.

– Мне и думать не нужно. Я прекрасно помню, какие копии я делала. Такой ключ, как у тебя, всего один, – отмахнулась Ишильда Пассдихт.

– Уверена?

– Иоганн Бухбиндер, я, конечно, не молодею, но с головой у меня всё в порядке! – нахмурилась мастерица.

Мина предположила, что Ишильде примерно столько же лет, сколько и переплётчику.

– Да, да, естественно, – пробормотал Иоганн, проводя рукой по своей седой бороде. – А его волшебство? Оно же не может со временем исчезнуть?

– Теперь ты ещё и оскорблять меня начал! – Складка между бровей у Ишильды залегла ещё глубже.

– Нет, – стал оправдываться переплётчик. – Я вовсе не хотел тебя обидеть. Честное слово. Я просто хочу убедиться. Если ключ украдут, то он погнётся и станет непригодным для использования?

Мастерица скрестила руки на груди и встала, прислонившись к верстаку.

– Моментально.

– А если я потеряю ключ и его найдёт кто-то другой?

– Тоже погнётся, – объяснила Ишильда. – Мои ключи передавать можно только по наследству. В любом другом случае ключ тут же погнётся, если попадёт в руки другого человека. И замок окажется заперт навсегда. Если только законный владелец не придёт ко мне и не закажет новый ключ, – игриво улыбнулась она. – Но за это придётся хорошо заплатить.

Переплётчик молчал, глядя в одну точку.

– Что случилось, Иоганн? Ты потерял свой ключ? Чего ты такой хмурый? Сделаю тебе скидку по дружбе, – примирительно сказала женщина.

– Дело не в этом. Уже давно я отдал ключ своим хорошим друзьям и после этого ни разу их не видел. А теперь увидел у мальчика ключ, очень похожий на мой. И он не погнут. Как такое может быть?

– А, – махнула рукой Ишильда, – ты, наверное, что-то напутал. Это ведь было очень давно. Правда, я до сих пор помню тот ключ. Он ещё был в такой красивой металлической коробочке, так?

Переплётчик молча кивнул.

– Есть, конечно, и другой вариант. – Ишильда задумчиво приложила палец к щеке. – Быть может, ключ перешёл от тех людей, которым ты его отдал, – кто бы это ни был, меня это не касается, – к тому мальчику. По их воле. В противном случае, он бы сразу погнулся и им нельзя было бы открыть замок.

Иоганн рассеянно кивнул.

– Спасибо, Ишильда. Теперь мне надо многое обдумать. – Он пожал ей руку и внезапно чем-то смутился. – Это ужасно несправедливо. Со своей-то магией ты могла бы добиться большой славы и заработать много денег в городе. Если бы не эти правила.

Мина поняла, что он имеет в виду: женщинам нельзя было заниматься ремеслом.

– Ой, – проворчала Ишильда, – если бы да кабы.

Мастер потянулся к карману пальто. К удивлению Мины, из каждого кармана он извлёк по пухлой пачке банкнот.

– Я так понимаю, ты не передумала?

Ишильда отодвинула деньги рукой.

– До сих пор я прекрасно обходилась без твоих подачек, Иоганн, и не планирую ничего менять в будущем. – Она опустила руку: – Но многие здесь очень тебе благодарны. Уверена, ты это знаешь.

Переплётчик сунул деньги обратно в карман. Мина вовремя заметила, что он направляется к двери. Она вскочила на ноги, будто пружина, и втиснулась в углубление в стене возле мастерской. Иоганн вышел в коридор, сунул шляпу под мышку и зашагал в противоположную сторону.

Мина выдохнула. Повезло: он ничего не заметил. А затем поспешила за мастером.

Глава 15
Неожиданная встреча

Мина шла за переплётчиком по извилистым тёмным коридорам, точно так же, как и по пути в подземный город. Она старалась держаться на расстоянии, чтобы не попасться ему на глаза. Впрочем, об этом не стоило беспокоиться, Иоганну явно было не до неё. Он обеими руками доставал деньги из карманов своего пальто.

Девочка не поверила своим глазам – такое она видела впервые. Но всё это было на самом деле: переплётчик наугад совал деньги каждому встречному. Было очень приятно наблюдать, как бледные лица одариваемых озарялись радостью. Очевидно, мастер делал так не в первый раз, потому что люди его уже знали. В туннеле снова и снова звучали возгласы: «Спасибо, господин Бухбиндер!» Вскоре Иоганна плотно обступила толпа, и Мина ещё немного отстала. Главное, что на неё никто больше не обращает внимания.

Любопытный жук высунул лапки из её кармана. Девочка посмотрела на него снизу вверх.

– Интересно, он и вправду для этого ходит в подземный город? Чтобы раздать деньги? Что думаешь, жук? Похоже, денег у него много, раз он так щедро ими делится.

Мина стала рассматривать витрины справа и слева. С одной на неё смотрели куклы со стеклянными глазами, от взгляда которых по спине пробежали мурашки. С другой – чучела животных. Девочка посмотрела на лису с поднятой лапой и оскаленными зубами. Животное выглядело как живое: будто только что бродило по лесу и вдруг замерло. Только мех был тусклым и пыльным.

– Что, понравилась? – внезапно услышала она чей-то голос.

Девочка испуганно обернулась. Рядом с ней у входа в лавку стоял, потирая руки, мужчина невысокого роста. Он был в клетчатой жилетке, надетой поверх рубашки.

– Не хочешь зайти посмотреть на кроликов?

– А? – замялась Мина. – Нет, спасибо.

Мужчина подошёл ближе.

– Может, тогда на белок? Они очень милые.

– Нет, правда... – Девочка отступила.

– Поверь, ты многое упускаешь! – резко потянулся к ней продавец.

Мина вскрикнула. Но у мужчины не получилось её схватить. Опешив, она заметила, что кто-то встал между ними: её ровесница с пушистыми чёрными волосами и в сером платье.

– Оставьте её в покое! – громко приказала она.

Продавец испуганно посмотрел на незнакомку. Словно животное, привыкшее избегать света, он молча скрылся в своей лавке.

Девочка, довольная собой, повернулась к Мине. У неё были большие тёмные глаза; кудрявые волосы рассыпались по плечам. Старое платье было всё в заплатках и пятнах, ботинки – в дырках. Она по-доброму смотрела на Мину. Затем наклонила голову и, видимо, задумалась.

– Подожди-ка. Я ведь тебя знаю.

– И я тебя знаю, – сказала Мина, только что поняв то же самое. – Это ведь ты ограбила мастера по изготовлению очков.

Только произнеся эти слова, Мина поняла, как некрасиво они прозвучали.

– Э-э-э, – промямлила она, запинаясь. – Ты его правда ограбила?

– Правда, – ухмыльнулась девочка, доставая что-то из кармана своего платья. Она показала вещь Мине – это был круг с толстым стеклом в центре.

– Это увеличительное стекло, – объяснила девочка. – Его можно надеть на глаз, как очки. Ювелиры и часовщики обычно пользуются ими, когда работают с совсем маленькими деталями и инструментами. Смотри, вот так.

Девочка поднесла стекло к глазу, между бровью и щекой, но остановилась.

– Нет, лучше не буду. Я чуть не забыла, в чём его магия. Когда смотришь на человека через него, видишь его прошлое. Все секреты. Не очень-то вежливая магия. – С этими словами она положила вещицу обратно в карман.

– О, – отозвалась Мина. Такой ответ ей показался довольно глупым, поэтому она добавила: – А зачем ты его украла?

– Такое у меня ремесло, – скрестила руки на груди девочка.

– Воровство – это не ремесло, – нахмурилась Мина.

Ухмылка исчезла с лица новой знакомой.

– Может быть. Это ужасно сложно, нужно долго тренироваться. Но научиться можно. Меня научил отец. Раньше он тоже воровал. Говорил, что это город сделал его вором, ведь у него нет никакой магии. Теперь мы живём в подземном городе, и воровство – это всё, чему он может меня научить. Так что это и есть моё ремесло.

– Ремесло – это когда ты что-то создаёшь своими руками, а не отбираешь у других людей то, над чем трудились они. Это запрещено и неправильно, – упрямо покачала головой Мина.

Девочка помрачнела.

– Вообще-то я собиралась показать тебе выход, – грубо сказала она, – но могу и передумать.

– Выход? Боже мой. – Мина крутанулась на месте.

Переплётчика, конечно, уже не было видно. Она потеряла его из виду.

– Да, выход, – ответила девочка. – По глазам вижу, что ты не отсюда. В новом пальто и вообще. Ты не умеешь защищаться. Далеко не все люди здесь дружелюбны, знаешь ли, – кивнула она на лавку с чучелами животных.

Мина вздрогнула. Ей очень хотелось поскорее уйти. А ещё – помириться с этой девочкой.

– Спасибо, что помогла. И да, было бы здорово, если бы ты показала мне выход.

Смягчившись, девочка кивнула.

– Сюда. – Она зашагала вперёд, и Мина последовала за ней.

Некоторое время они шли молча, почти не встречая на пути людей. У тех немногих, кого они всё-таки увидели, были настолько довольные лица, что Мина тут же поняла, что переплётчик наверняка дал им денег. В какой-то момент жук выполз из кармана и заполз к Мине на плечо. Девочка смотрела на него с любопытством.

– Настоящий? – спросила она.

– Оловянный.

– Вот это да. – Глаза девочки расширились. – Он из магазина игрушек, да?

– Именно. – Мине был приятен её интерес. – В каком-то смысле я его даже украла. Случайно.

Пока Мина рассказывала историю, они дошли до более оживлённой части подземного лабиринта. Девочка внимательно слушала, а потом и сама стала разговорчивее.

– Мой папа музыкант, – сказала она. – Играет на саксофоне. А мама играла на скрипке. Она умерла несколько лет назад. Тогда мы с папой поехали в Магический город. Он сказал, что нужно сменить обстановку. Правда, его музыка здесь никому не нужна. Папа не занимался ремеслом, и над ним просто смеялись. У нас закончились деньги, и мы оказались здесь.

– Это просто ужасно, – сочувственно ответила Мина.

Девочка пожала плечами. Было неясно, показная ли её беззаботность или искренняя.

В конце концов, они добрались до крутой лестницы. Это был не тот путь, которым Мина сюда попала. И всё-таки она была рада, что совсем скоро выберется из подземного города.

Девочка, кажется, больше не была в обиде на замечание Мины о воровстве.

– Кстати, меня зовут Рабеа, – сказала она, когда они бок о бок поднимались по лестнице.

– Меня зовут Мац, – представилась Мина, – а у жука пока нет имени.

– Ах... – с недоумением посмотрела на неё Рабеа. – Мац, да?

– А что? – Мине вдруг стало не по себе под пристальным взглядом новой знакомой.

– А, да ничего, – сказала дочь вора, глядя наверх, туда, где заканчивалась лестница; они дошли до дверей, и Рабеа сказала: – Выйдешь отсюда и окажешься на улице Шляпников. Знаешь, как оттуда добраться домой?

– Да, я найду дорогу. Спасибо.

Рабеа удовлетворённо кивнула.

– Тогда мы в расчёте.

– В расчёте? – не поняла Мина.

– Да, ты ведь тоже меня тогда спас. А я показала тебе выход. Так что мы в расчёте.

Мина пожала одним плечом.

– Ладно. Раз ты так считаешь.

В глазах новой знакомой появилось любопытство.

– А чем ты вообще занимаешься в городе?

– Я подмастерье переплётчика. – Мина впервые произнесла это вслух. Прозвучало замечательно.

У Рабеа округлился рот от удивления.

– Не того ли самого переплётчика? Который сюда приходит, чтобы раздать деньги?

Мина вспомнила о том, что совсем недавно наблюдала.

– Да, – сказала она, – его.

У Рабеа, похоже, были собственные мысли на этот счёт, но она не стала больше ничего говорить. Вместо этого девочка потянула дверь на себя.

– Тебе пора домой. Приятно было познакомиться.

– Мне тоже. Ещё раз спасибо!

Свежий ночной воздух так сильно манил, что Мина не могла больше медлить. Она шагнула на улицу и глубоко вдохнула. Как чудесно было видеть над головой бескрайнее звёздное небо!

Девочка обернулась, собираясь ещё раз попрощаться с Рабеа. Однако дверь уже была заперта, а новой знакомой нигде не было видно.

Глава 16
Загадочная книга

На скупо освещённых газовыми фонарями ночных улицах было пусто. То тут, то там пробегала домашняя кошка и порхала летучая мышь. Мине было, чего испугаться, но она совсем не обращала внимания на то, что её окружает. Мысли в голове гудели и жужжали, будто целый рой оловянных жуков.

– Много лет назад переплётчик купил магический ключ у той мастерицы из подземного города, – сказала она вслух. – Это уж точно.

Мина говорила сама с собой, чтобы разобраться в собственных мыслях.

Девочка подняла перед лицом раскрытую кисть, и игрушечный жук переполз с плеча на руку и сел на ладонь. Он внимательно посмотрел на неё и вытянул усики.

– К нему, – продолжала Мина, – переплётчик купил маленькую шкатулку, которую можно было открывать и закрывать на этот ключ. Наверное, он хранил там что-то очень ценное. Только мы не знаем, что именно.

У мясной лавки она свернула налево и стала подниматься по крутой лестнице. Теперь девочка уже неплохо ориентировалась в городе.

– Затем он отдал ключ каким-то друзьям. А я нашла его в чемодане родителей.

Сердце Мины забилось быстрее, и вовсе не только из-за подъёма по лестнице.

– Жук, кажется, у меня появилась первая зацепка, чтобы найти родителей! Может, друзья переплётчика их знали? А может, он сам их знал! Как бы мне хотелось его расспросить! Я боюсь вызвать подозрения. Вдруг он знает, что у моих родителей дочь, а не сын? Переплётчик не должен узнать, что я девочка.

В размышлениях Мина свернула на Типографскую улицу. Справа уже виднелся дом Иоганна.

– Ничего не понимаю, – пробормотала она. – Что же там такое в шкатулке? И зачем переплётчик отдал ключ, если он такой ценный? И это всего два из огромного списка вопросов.

Девочка оказалась перед домом, не найдя ни единого ответа. Однако дверь почему-то не распахнулась сама собой, как только она ступила на коврик. Мина замерла в нерешительности.

– Дом? – робко позвала она.

Дверь всё-таки открылась. Правда, это был не дом. В темноте она разглядела мертвенно-бледное лицо переплётчика.

Будет неприятный разговор.

Иоганн шагнул в сторону, не говоря ни слова, и Мине пришлось пройти в коридор под его ледяным взглядом. Молчание показалось ей хуже любых ругательств, которыми осыпали её Ольга с Ирмой.

– Где ты был? – закрыв дверь на замок, пугающе спокойно спросил мастер.

Жук боязливо заполз девочке за воротник и оказался под рубашкой. Шесть оловянных лапок защекотали кожу.

Переплётчик заговорил чуть громче:

– Я задал вопрос, Мац. – Он провёл рукой по бороде. – Ради моих клеевых кистей! – простонал Иоганн. – Не можешь же ты в одиночку бродить по городу по ночам. О чём ты думал?

Мина посмотрела на мастера и решилась. Ей нужно было получить ответы. Значит, ей тоже придётся ответить на вопросы переплётчика. Девочка глубоко вздохнула.

– Я за вами следил.

– Что ты сказал? – застыл на месте Иоганн.

– Я шёл за вами. В подземный город.

Переплётчик смотрел на неё в ужасе. Казалось, на мгновение он даже лишился дара речи.

Мина воспользовалась моментом, чтобы задать вопрос:

– Кому вы тогда отдали ключ?

– Что...? Я...? – сбивчиво проговорил переплётчик. – Это не твоё дело!

Девочка стиснула зубы и стала продумывать следующий вопрос, решив пока не касаться этой щекотливой темы. Риск того, что мастер узнает её секрет, слишком велик. Тогда она спросила:

– Почему вы раздаёте деньги жителям подземного города?

– Это тоже не твоё дело. – Переплётчик снова провёл пальцами по бороде так, что седые волоски распушились во все стороны. – И это должно остаться между нами, Мац, ты меня понял?

Мина в ответ начала стрелять в мастера вопросами, будто из рогатки:

– Почему вы больше не переплетаете книги? Почему не берёте учеников? От чего этот ключ? Почему...

– Хватит!

Крик переплётчика пробрал Мину до мозга костей. Мастер явно изо всех сил старался не терять самообладания.

– Хватит, Мац. Ты спрашиваешь о том, что тебе не следует знать. Это опасно. Двенадцать лет назад я уже позаботился о том, чтобы всё это наконец было забыто на веки вечные. Так тому и быть, – добавил он уже спокойнее.

Раздосадованная, Мина уже было открыла рот, чтобы возразить, но Иоганн не дал ей заговорить:

– А теперь ложись спать. Иди к себе в комнату. И я надеюсь больше никогда не услышать от тебя ничего подобного. Никогда, понял?

Девочка сердито отвернулась, прошла вверх по лестнице и захлопнула за собой дверь комнаты. Она села на кровать, скрестила руки на груди и уставилась в одну точку.

– Это так несправедливо. Как я должна узнать, кто мои родители, если он не ответил ни на один вопрос? Что он скрывает? – Мине хотелось кричать, но вместо этого её голос звучал плаксиво и по-детски. По щекам покатились слёзы.

Жук снова вылез из воротника и прижался к шее. Но даже он был не в силах её утешить.

Через несколько минут Мина услышала шаги переплётчика со стороны лестницы. Он зашёл в свою спальню. Потом снова стало тихо, тогда девочка сняла пальто, ботинки и опустилась на кровать. Усталость окутала её, будто свинцовое одеяло. Мина погрузилась в беспокойный сон.

Во сне она бежала по пустому извилистому коридору в подземном городе. Где-то впереди были родители, но стоило ей забежать за очередной угол, как они исчезали за следующим. Мина хотела бежать быстрее, но ноги стали очень тяжёлыми... Она свернула за очередной угол и внезапно оказалась перед деревянной дверью. Её родители, должно быть, там. Девочка толкнула дверь, и та открылась, заскрипев петлями... Мина перевернулась на бок во сне и открыла глаза. Скрип – это не сон. Дверь в комнату сама собой распахнулась и разбудила её.

Она потёрла лицо ладонями. Ей что-то снилось, хотя она и не могла вспомнить, что именно. Стоило ей опустить руки, как дверь снова качнулась вперёд-назад, тихонько скрипнув петлями. Мина всё поняла.

– Дом? Ты хочешь мне что-то сказать?

Дверь широко распахнулась, будто бы в ответ на эти слова. Из коридора в комнату ворвался ветерок и растрепал ей волосы.

Мина свесила ноги с кровати и заглянула в окно. Стояла глубокая ночь.

– Что такое? – прошептала девочка.

Газовые лампы у лестницы зажглись сами собой. Тёплый свет падал в открытую дверь спальни.

– Ты хочешь мне что-то показать?

Мина встала и вышла из комнаты. Жук полетел за ней.

Едва она успела шагнуть в дверной проём, как лестница заскрипела. Казалось, что по ступенькам кто-то поднимается, однако никого не было. Это Дом скрипел деревянными ступенями. Мина покрылась мурашками.

– Мне надо спуститься?

В ответ лампы на нижнем этаже включились, а на верхнем, где в коридоре стояла Мина, – погасли.

– Хорошо, – от волнения Мина сглотнула.

Жук жужжал где-то над ухом, пока она шла вниз по лестнице. Ей очень не хотелось разбудить переплётчика. Девочке пришла в голову странная мысль: неужели Дом специально ждал, пока мастер уснёт, чтобы выманить её из постели? Получается, Иоганн не должен об этом знать?

Мина спустилась на второй этаж, и на первом тут же зажглись лампы. Она продолжила спускаться. Ученица переплётчика дошла до конца лестницы, и дверь мастерской распахнулась. Девочка послушно прошла по коридору и вошла внутрь. Лампа на стене тоже загорелась сама собой. Занавески на окнах были задёрнуты.

Мина выжидающе огляделась по сторонам. Ей больше не было страшно. Страх победило любопытство.

– Мне надо было сюда? Что ты хочешь показать мне, Дом?

Раздался тихий звук рвущейся надвое бумаги. Девочка вздрогнула от неожиданности. Она не смогла бы понять, откуда звук, если бы жук не полетел точно в нужном направлении. Мина пошла за ним в дальний угол комнаты. Там стоял небольшой шкаф из орехового дерева.

– Сюда? – спросила девочка. – Но там только старые кисти и банки с клеем.

Жук приземлился на деревянные половицы и заполз под шкаф. Мина встала на четвереньки и заглянула туда. Ничего.

– Здесь только пыль, – чихнула девочка.

Шкаф затрясся, как будто началось землетрясение.

По спине у Мины пробежали мурашки.

– Может, за ним что-то есть?

Шкаф снова затрясся, его ножки заскребли по полу, оставляя царапины длиной в палец.

– Что ж, ладно.

Мина изо всех сил упёрлась руками в шкаф. Однако он был тяжелее, чем казался на первый взгляд. Тем не менее девочке всё-таки удалось выдвинуть его из угла, хотя она и догадывалась, что не без помощи Дома. Затаив дыхание, в нетерпении она повернулась к освободившемуся углу. Теперь она поняла, что за звук она слышала, когда только вошла. Полоска белых обоев скатилась вниз по трещине, будто её оторвала невидимая рука. А за ней – Мина не верила своим глазам – виднелась замочная скважина.

Девочка снова опустилась на четвереньки и присмотрелась к замку. Он был вмонтирован в узкий кусок металла, вставленный в стену между кирпичами. Мина попыталась его вытащить, но он не поддавался.

– Переплётчик замуровал шкатулку, – догадалась она после очередной неудачной попытки. Жук прополз по её рукам, а затем и по замочной скважине.

– Интересно... – Мина потянулась к воротнику рубашки и достала ключ. Он блеснул в тусклом свете газовой лампы. Какое-то время девочка просто разглядывала вещицу. Затем стянула через голову шерстяную нитку и вставила ключ в замок.

Ключ вошёл без малейшего сопротивления.

– Подошёл! – радостно воскликнула Мина. И тут испуганно захлопнула рот рукой. Только бы не разбудить переплётчика. Она повернула ключ, и замок открылся, издав тихий щелчок. Металлическая дверца откинулась вниз. Сердце девочки застучало быстрее, и она потянулась в узкое отверстие за содержимым шкатулки. Пальцы коснулись чего-то...

Она вытащила руку и, опустившись на колени, посмотрела на свой трофей.

– Книга! – в изумлении сказала Мина. Томик в коричневой кожаной обложке оказался довольно плоским.

– И что всё это значит? – спросила она у комнаты.

Дом упорно молчал. Мине очень хотелось, чтобы он дал ей подсказку. Однако это было невозможно, и она решила внимательнее рассмотреть обложку и прочесть название:

– «Последняя книга». Название странное. И автор не указан. Вот тут, видишь, жук?

Она провела пальцем по небольшому тиснению в нижней части корешка.

– Здесь две буквы. ИБ. Может, это имя автора?

Конечно, жук не мог ничего сказать. Мина ощупала края книги.

– Это особенный момент, – тихо обратилась она к жуку и Дому. – Здесь могут быть ответы на мои вопросы, – с этими словами со смесью страха и надежды девочка открыла книгу.

Её ожидало разочарование.

– Ничего! – Ошеломлённая, она листала страницы. – Все страницы абсолютно пустые... Подождите-ка.

Не успела Мина закончить фразу, как наткнулась на страницу в середине книги, на которой что-то было. Несколько предложений, написанных от руки. И главное, девочка узнала почерк.

– Это написал переплётчик, – сказала она, вспомнив о списках покупок, которые писал ей Иоганн, прежде чем отправить в магазин. – Абсолютно точно. Жаль, правда, я не могу понять, что это значит.

Мина беспомощно смотрела на испещрённую фразами страницу:

Все забудут о том, что моя магия изменилась, и о том, что из-за этого произошло.

Власти не будут меня беспокоить, ведь я больше не переплетаю книги.

У меня никогда не закончатся деньги.

Матильда и Вилли исчезнут, и их никто не найдёт.

Внизу было ещё одно предложение, но почерка Мина не узнала. Буквы были круглее, чернильные штрихи – толще. Оно гласило:

Иоганн Бухбиндер позаботится о нашей дочери, если с нами что-нибудь случится.

Девочка прочла эту фразу, и по всему её телу пробежала дрожь. Кто такие Матильда и Вилли? Почему переплётчик пишет, что у него изменилась магия?

– Я всё ещё не понимаю, о чём это, – прошептала Мина. – Но это же как-то связано со мной, верно? А ещё с переплётчиком и моими родителями. Так?

Ветерок коснулся её щеки. Она пискнула от испуга, когда дверь в мастерскую закрылась, тихо щёлкнув. Крепко сжимая в руках книгу, Мина поднялась на ноги.

– Дом?

Девочка поняла, что Дом хочет ей что-то сказать. Она оглядела комнату, но всё было по-прежнему. Взглядом она бродила по полкам, большому зеркалу на одной из стен, занавешенным окнам напротив. Столы стояли на своих местах, как и всегда. Граммофон, на котором Иоганн слушал музыку, когда был в хорошем настроении, всё так же стоял на журнальном столике. Рядом стояло кресло, ожидая, когда на него кто-нибудь сядет. И, конечно же, инструменты, назначение которых Мина знала, хоть ни разу ни одним так и не воспользовалась. Станок для переплёта, на котором сшивают книжные страницы. И винтовой пресс с большим винтом и двумя пластинами для прессования книги.

Из размышлений Мину вырвал внезапно заигравший граммофон. От испуга она выронила книгу и не смогла сдержать крик.

Глава 17
Дом вспоминает

Пластинки на граммофоне не было, но проигрыватель продолжал крутиться сам собой. Но музыки Мина не услышала. Вместо песни из граммофона доносился звук, похожий на шелест бумаги. Потом шаги. Чьё-то бормотание. Это голос переплётчика?

Жук, похоже, переживал не меньше своей хозяйки. Он громко жужжал, кружа перед зеркалом.

Мина прищурилась. Зеркало...

Медленными шагами она прошла по мастерской и заглянула в зеркало. Пожалуй, именно это – самое странное из того, что вообще сегодня произошло. Мина не увидела собственного отражения. Да и мастерская в зеркале выглядела совершенно иначе, вовсе не такой пустой и заброшенной. Повсюду были стопки бумаги, рулоны кожи ярких цветов, открытые банки с клеем и высыхающие после переплёта книги. Именно так и должна выглядеть мастерская переплётчика – место, где постоянно кипит работа. В отражении Мина увидела мужчину. Не просто мужчину – это был Иоганн!

Девочка резко обернулась, но за её спиной никого не было. Всё было по-прежнему, так, как она и помнила: несколько пустая, слегка заброшенная, но чисто прибранная мастерская.

– Теперь понятно, – тихо прошептала она Дому, – в зеркале отражаются твои воспоминания. Это их ты мне сейчас показываешь, верно?

Мина не стала дожидаться ответа и повернулась обратно к зеркалу. Она заметила, что переплётчик в отражении выглядит моложе. Борода у него ещё не седая, да и морщин на лице стало меньше. Значит, с того дня прошло уже несколько лет. Он сидел за столом и складывал бумагу так, как учил Мину. Движения быстрые, но осторожные. Однако Иоганн не выглядел счастливым. Вовсе наоборот. Мастер выглядел напряжённым и раздражённым.

Девочка опять обернулась. На полу лежала книга, которую она в страхе выпустила из рук.

– Может, он переплетает именно эту книгу, – пробормотала она.

Ситуация казалась всё более странной. Мина снова посмотрела в зеркало.

Переплётчик решил, что бумаги достаточно. Чистые белые листы стопкой лежали на столе. Он взял последний лист, затем – перьевую ручку, начал что-то писать. Рассмотреть, что он пишет, было нельзя, но Мина и так всё знала. Эти самые предложения она только что прочла в уже готовой книге.

– Что всё это значит? – пробормотала Мина.

Едва переплётчик успел дописать последнюю фразу, как в дверь постучали. Он этого явно не ожидал. Иоганн вскочил с места так резко, что стул, на котором он сидел, упал. Мина не смогла разглядеть, кто именно пришёл. Она увидела лишь облегчение на лице переплётчика.

– Матильда! Хвала небесам! Значит, тебя ещё не схватили? – раздался громкий голос переплётчика из граммофона. Изображение в зеркале синхронно шевелило губами.

– Они охотятся не за мной, Иоганн, – зазвучал голос молодой женщины. – Они охотятся за тобой.

Женщина наконец-то шагнула к зеркалу, и девочка смогла её разглядеть. На ней было пальто, сапоги на шнуровке и белые перчатки. У неё были волнистые светло-каштановые волосы и веснушки на щеках. Мина едва устояла на ногах. У Матильды были точно такие же волосы и веснушки, как и у неё самой!

– Как тебе удалось ко мне вырваться? – спросил Иоганн.

– Мой дом окружили. Дали отсрочку на одну ночь, чтобы собрать кое-какие вещи. Дом впустил меня через боковую стену.

– Он сам сделал вход? В стене? Это... Это необычно. Раньше такого не было, – удивился переплётчик.

– Иоганн, – сурово сказала Матильда, очевидно, собираясь поговорить о чём-то более важном, – уже начали обыскивать дома в поисках твоих книг. Забирают все твои книги на рыночную площадь, там сваливают в кучу и сжигают.

Мина представила себе, как власти стучатся в двери поздним вечером. Как требовали отдать книги, купленные у переплётчика. Как горит костёр из книг на рыночной площади. Как трещит пламя, озаряя ночь танцующими бликами.

На лице Иоганна появилась вымученная улыбка.

– Все книги всё равно не заберут. Существует три специальных издания – на каждого из трёх переплётчиков города. О них никто не знает, и мастера берегут их, как зеницу ока. Власти ничего не должны о них знать...

Матильда, судя по всему, торопилась и вовсе не хотела знать таких подробностей.

– Зачем они это делают, Иоганн? Зачем жгут книги?

Переплётчик провёл рукой по бороде так же, как делал это сейчас в моменты волнения.

– Ты разве ещё не знаешь? Весь город знает.

Матильда осталась всё такой же спокойной.

– Я хочу услышать это от тебя.

– У меня мало времени, – пытался оправдаться Иоганн. Но затем всё же объяснил: – У меня теперь другая магия, Матильда. То, что написано в моих книгах, больше не кажется людям реальным. Написанное действительно становится реальностью. Происходит ужасное. Примерно месяц назад я переплёл книгу, в которой был дракон. А теперь говорят, что похожего дракона видели в южном районе города. В книге по ботанике допустили ошибку: кончик листа нарисовали слишком острым. Незначительная деталь. Но теперь у всех этих цветов заострённые листья. Ещё была книга про воспитание непослушных детей. Там было написано, что на ребёнка, который съел печенье без разрешения, перестаёт действовать гравитация, и он взмывает в воздух. С тех пор в городе постоянно летают дети. Ты разве не заметила, как часто в последнее время снимают с крыш и деревьев маленьких мальчиков и девочек? Некоторым родителям приходится даже привязывать к ноге ребёнка верёвку и отправлять его на прогулку, будто воздушный шар. И это ещё далеко не всё.

Матильда прижала руку в белой перчатке ко рту.

– Значит, всё это правда.

Переплётчик занервничал. Он взял в руки стопку бумаги и понёс листы к резальной машине.

– Власти считают, что моя магия опасна. Ты понимаешь, что это значит. Меня хотят посадить в тюрьму до конца жизни. Они могут прийти сюда в любой момент и арестовать меня. А до этого мне нужно закончить переплёт одной книги.

Он с треском опустил нож. Острое лезвие порезало листы, края стали ровнее.

– Эта книга поможет мне всё исправить.

Матильда посмотрела на него с подозрением.

– Что ты имеешь в виду? Что за книга?

– Я написал там, что все забудут о случившемся. Неужели ты не понимаешь, Матильда? Если то, что написано в моих книгах, сбывается, то и это может сбыться. – Он замолчал и вдруг ужасно погрустнел. – Я больше никогда не смогу переплетать книги. Нельзя допустить, чтобы написанное становилось явью, – это слишком опасно. Зато, по крайней мере, меня не посадят в тюрьму.

– Ты говоришь, что твоя магия опасна, но всё равно собираешься переплести эту книгу? А что написано на других страницах? Не случится ли что-нибудь страшное? – нахмурила брови Матильда.

Переплётчик покачал головой, продолжая резать бумагу. Звякнуло лезвие.

– Там ничего нет. Не переживай, Матильда. Я знаю, что делаю.

Хрусть! Переплётчик поднял стопку бумаги и осмотрел края. Теперь листы были одинаковыми по размеру. Заготовка уже была похожа на книгу. Не хватало только обложки, да и страницы ещё нужно было сшить. Внезапно Иоганн остановился. Он посмотрел на Матильду.

– Мне очень жаль, Матильда. Я не смогу больше тебя учить.

Мина была обескуражена. Учить? Матильда была ученицей переплётчика? Женщина?

– Мы с Вилли в любом случае уезжаем из города, – отрывисто кивнула Матильда.

Переплётчик такого явно не ожидал.

– Вы считаете, это необходимо? Думаете, сработает? Вилли уже получил свою магию. Власти не разрешат ему покинуть город. Вы оба знаете, что ремесленнику с волшебными способностями запрещено уезжать. Таковы правила.

– Именно поэтому мы покинем город тайно. Сбежим сегодня ночью. Пока власти будут жечь книги, – тут же нашлась Матильда.

Иоганн хотел было возразить, но женщина его опередила, она впервые за весь разговор потеряла самообладание:

– У нас нет другого выхода! Магия Вилли бесполезна. Никто не хочет покупать часы, которые идут назад, когда ты счастлив, и вперёд – когда несчастен. Они всегда идут неправильно. Я только что потеряла работу. Я больше не смогу работать на тебя под видом прислуги, когда ты попадёшь в тюрьму. Как нам тогда зарабатывать? Если не сбежим, то окажемся в подземном городе. Мы не можем так рисковать. Особенно сейчас, когда у нас появилась Мина.

Каждое слово поражало Мину, словно молния, а звук собственного имени отправил заряд электричества в каждую клеточку её тела.

«Особенно сейчас, когда у нас появилась Мина...»

Переплётчик виновато опустил глаза.

– Где она сейчас?

– С Вилли. Они ждут меня в надёжном укрытии. – Матильда с грустью посмотрела на переплётчика. – Мне очень жаль, Иоганн. Но сейчас самое важное, чтобы Мина была в безопасности. Я пришла просто попрощаться.

Тут переплётчика осенила идея, и он просиял.

– Это же вовсе не обязательно! Благодаря книге я не попаду в тюрьму, а ты сможешь продолжить работать на меня. Я могу написать в книжке, что вас никто не заберёт в подземный город. Можно написать, что часы Вилли будут отлично продаваться. Или...

– Нет, – грубо перебила Иоганна Матильда. – Насколько безопасна эта твоя новая магия? Ты сможешь повлиять на то, что будет написано в книге, а что – нет?

– Я уверен, что то, что я напишу от руки, претворится в жизнь. Я чувствую, – решительно сказал переплётчик.

– Мне очень жаль, Иоганн. Но я не могу полагаться на одни только твои ощущения. Сейчас, когда речь идёт о безопасности моей семьи, уж точно, – с недоверием поджала губы Матильда.

Мастера, казалось, задели её слова, но он всё же кивнул.

– Хорошо. Тогда разреши мне написать только одну фразу: «Матильда и Вилли исчезнут, и их никто не найдёт». Если магия не сработает, то не причинит вам вреда, и вы просто уедете. Но если всё получится, то защитит вас от местных властей.

Матильда снисходительно улыбнулась. Она молча наблюдала за тем, как переплётчик снова вынул лист с надписью, сел за стол и старательно вывел ещё одно предложение. Мине показалось, будто женщина не верит, что магия сработает.

– Дай мне тоже кое-что написать, – внезапно попросила она.

Переплётчик явно не ожидал такой просьбы, но ничего не спросил. Он уступил Матильде место за столом. Мина снова не видела, что именно пишет женщина, но знала. Несколько минут назад она уже прочла эту фразу в книге: «Иоганн Бухбиндер позаботится о нашей дочери, если с нами что-нибудь случится».

Мина схватилась за волосы. Ей нужно было время, чтобы спокойно всё обдумать. И всё же сейчас она старалась гнать прочь лишние мысли и сосредоточиться на происходящем в зеркале. Нельзя было ничего упустить.

Матильда подняла глаза на переплётчика.

– Договорились?

– Конечно, – кивнул Иоганн.

У него что, слёзы в глазах?

– И ещё кое-что.

Мастер подошёл к другому столу и открыл ящик. Оттуда он достал плоскую металлическую шкатулку и бронзовый ключ. Мина вздрогнула: это же её ключ!

– Эту шкатулку с ключом для меня изготовила одна знакомая, – объяснил переплётчик. – Я предвидел, что настанет день, когда они мне пригодятся. Если я положу в шкатулку книгу и закрою её, то открыть её можно будет лишь этим ключом.

Он отложил шкатулку в сторону и протянул ключ Матильде.

– Я хочу, чтобы вы взяли его с собой.

Женщина встала со стула и в нерешительности посмотрела на ключ.

– Пожалуйста, Матильда, – попросил Иоганн, – сделай мне одолжение. Возьми его.

Матильда неохотно приняла ключ и положила его в карман пальто.

– Теперь мне действительно пора идти.

Иоганн взял её за руку двумя руками.

– Берегите себя, – сказал он хриплым голосом. – Это очень обидно, Матильда. У тебя талант. Ты была бы прекрасным переплётчиком. Мне очень жаль.

– Ах, Иоганн, – тихонько рассмеялась Матильда, – тайно подрабатывать у тебя изначально было глупой затеей. Не стоило мне никому говорить, что я умею переплетать книги. И уж тем более – открывать собственную мастерскую.

Она накрыла свободной ладонью его руку.

– Спасибо за то, что учил меня.

Так они и стояли, держа друг друга за обе руки, словно кто-то собирался сейчас же их разлучить, а им обоим этого очень не хотелось. Матильда смотрела на Иоганна с улыбкой, но тот опустил взгляд.

Женщина первой нарушила молчание:

– Меня ждёт Вилли. Прощай.

Она неохотно высвободила свои руки из рук переплётчика и через мгновение уже вышла за дверь.

Затем зеркало внезапно помутнело. Мина потёрла глаза и постучала по стеклу. Однако когда поверхность вновь стала прозрачной, она увидела в отражении лишь собственные зелёные глаза. Позади в отражении, как и должно было быть, была мастерская. Граммофон уже замолчал, проигрыватель вращался всё медленнее и медленнее, пока не остановился совсем.

«Видение» закончилось.

Мина ходила по мастерской туда-сюда, туда-сюда. Ей казалось, что голова вот-вот лопнет, не в силах осмыслить то, что девочка сейчас услышала и увидела. Слышалось гудение кружащего вокруг неё жука.

– Итак, – сказала она вслух. – Переплётчик владел безобидной магией. То, что написано в книге, оживало перед глазами читателя. Но всё изменилось. Внезапно истории из его книг стали реальностью.

Половицы заскрипели в знак одобрения. Судя по всему, Мина правильно поняла «пересказанные» Домом воспоминания.

– Власти решили, что его новая сила опасна. И захотели на всю жизнь посадить его в тюрьму. Тогда в свою последнюю ночь свободы он переплёл последнюю книгу. Эту самую книгу.

Мина посмотрела на лежащий на полу томик. Она походила взад-вперёд, разглядывая книгу.

– Там он написал, что все должны забыть о случившемся. Значит, когда он закончил переплёт, слова стали реальностью. Так он не попал в тюрьму. И поэтому никто не знает, почему он бросил своё ремесло. Никто не помнит, что его магия стала опасной.

С каждой фразой Мина чувствовала всё большее волнение. Наконец-то она всё поняла.

– Книгу никто не должен был видеть, – нахмурилась Мина. – Но ты привёл меня к тайнику, Дом. Ты столько лет прятал её в стене, а теперь решил показать мне. – Мина замерла: – Почему?

Она не знала, какого ответа ждёт. Конечно же, Дом ничего ей не объяснил. Только занавески слегка колыхнулись на несуществующем ветру. Только и всего.

Мине было всё равно. Она чувствовала, как учащённо бьётся её сердце. Мысли, которые она всё это время гнала прочь, готовы были вырваться наружу, словно сбежавшее молоко. Девочка не хотела давать себе никаких особых надежд. И всё же...

– Ты показал мне, – сказала она, задыхаясь, будто только пробежала кросс, – потому что Матильда и Вилли – мои родители. Всё так?

Заскрипел потолок. Это могло что-то значить и не значить ничего одновременно.

Мина снова зашагала по кругу, всё быстрее и быстрее.

– Наверняка же так! Ключ, который переплётчик отдал Матильде, был в чемодане с вещами родителей. А Вилли делал часы, которые идут назад, когда их хозяин расстроен. И часы из чемодана родителей тоже шли задом наперёд, пока я жила с Ольгой и Ирмой. Да ещё и та фраза... Матильда написала, что переплётчик должен будет присмотреть за её дочерью...

Внезапно Мину озарило вновь:

– Так вот почему у городских ворот меня сразу же определили в подмастерья к переплётчику! Разве нет? Если бы не эта книга, я бы ни за что не попала в подмастерья, уж тем более к нему. Всё из-за той фразы, которую он записал в книгу. Переплётчик должен присмотреть за дочерью Матильды и Вилли. А это я!

Неужели всё это правда? В размышлениях девочка нахмурила брови.

– Так, что там было написано?

Мина крутанулась на месте, подняла с пола книгу и опустилась в кресло Иоганна. Она очень быстро пролистала книгу, чтобы дойти до нужной страницы. А потом, сощурив глаза, попыталась разобрать написанное в полумраке.

Шаги. Деревянная лестница заскрипела так громко, что слышно было даже в мастерской. Сердце Мины бешено забилось.

Переплётчик проснулся!

Девочка вскочила на ноги. Нужно спрятать книгу! Она прекрасно это понимала, но продолжала прижимать книгу к груди. Как можно с нею расстаться? С книгой, на странице которой писала её мама...

Шаги переплётчика уже были слышны в коридоре. Мина в панике вырвала драгоценную страницу и спрятала её под рубашку. Она тут же поняла, что натворила. Однако ничего уже нельзя было изменить. Она приподняла подушку, лежавшую на кресле, бросила под неё книгу и вернула подушку на место. Всё случилось за доли секунды. Дверь мастерской открылась, и в комнату вошёл Иоганн. На нём был домашний халат с завязанным на талии поясом и тапочки. В руке он держал блюдце с зажжённой свечой. Его седые волосы и борода выглядели ужасно растрёпанными.

Он заморгал, увидев Мину, словно не веря своим глазам. Затем нахмурил брови.

– Что ты здесь делаешь посреди ночи?

Мина сглотнула от волнения. Она изо всех сил старалась не смотреть в тот угол, где всё ещё стоял шкаф. Открытая шкатулка так и валялась на полу.

– Я... Не мог уснуть, – наконец сказала она.

– А я, вообще-то, крепко спал, – проворчал Иоганн, – пока меня не разбудили какие-то звуки. Мастерская – это не комната для игр, Мац.

На вид он был не столько рассерженным, сколько разочарованным. По какой-то причине Мине показалось, что это скорее плохо. Она прикусила губу.

– Ладно, раз уж всё хорошо. Ночью больше никаких игр. Иди к себе в комнату и сиди там, – вздохнул переплётчик.

Жук с повисшими усиками приземлился Мине на плечо. Девочка проскользнула в дверь перед переплётчиком и поспешила наверх. Краем глаза она заметила, как Иоганн закрыл дверь мастерской и тоже начал подниматься по лестнице. Мина вздохнула с облегчением. Что ж, он хотя бы не заметил шкатулку.

Вырванная страница буквально горела на её коже, а голова, кажется, готова была лопнуть, когда она наконец-то оказалась в своей комнате. Мина была уверена, что этой ночью уже не сомкнёт глаз. Однако стоило ей лечь в постель и коснуться головой подушки, как на неё навалилась усталость.

Уже в полудрёме девочка увидела перед собой женское лицо, точно такое же, как Дом показывал в зеркале. Матильда.

Мама.

Глава 18
Всё идёт наперекосяк

Бум, бум, бум.

Мина проснулась и испуганно села в кровати. Она огляделась, не понимая, что происходит.

– Что? Что такое? Что случилось?

Громкий звук, разбудивший её, раздался вновь: бум, бум.

Затем снаружи раздался голос:

– Господин Бухбиндер, откройте дверь!

Мина вскочила с кровати и натянула штаны.

– Кто это там стучит? Да ещё в такую рань.

Выглянув из окна, она увидела целую толпу государственных служащих в серых мундирах, стоящих у Дома. Соседи уже начали заглядывать в окна. Тут-то Мина и поняла, кто стучится и кричит. Это же сам мэр! Он один из всей толпы был в синем костюме.

– Мац!

Услышав голос переплётчика, она подпрыгнула на кровати. Кажется, он звал её с первого этажа. Мина замерла.

– О нет, – прошептала она. – Жук, я же не убрала в мастерской. А вдруг он увидел...

– Мац, немедленно спустись!

Мина глубоко вздохнула, а затем вышла из комнаты и медленно спустилась по лестнице. Жук снова сел ей на плечо.

Все её опасения подтвердились: переплётчик стоял в дверях мастерской. Он был бледен, словно чистый лист бумаги, и одевался, видимо, в такой же суматохе, как и сама девочка.

Снаружи кто-то ударил по двери ладонью. Мина и Иоганн вздрогнули.

– Господин переплётчик! – крикнул мэр. – Если вы не откроете сами, нам придётся выломать дверь. Вы арестованы!

Переплётчик стоял на месте, ни шагу не ступив, чтобы открыть.

Вместо этого он повернулся к Мине.

– Мац, что здесь произошло? Где книга?

Увидев в его глазах панику, девочка проснулась окончательно. Тем не менее она прошла в мастерскую и достала книгу из-под подушки на кресле всё ещё в лёгком оцепенении.

Переплётчик буквально выхватил книгу у неё из рук и тут же начал перелистывать страницы. Внезапно Мина вспомнила, как вчера вырвала страницу. Она виновато вытащила скомканный лист из-под рубашки.

Переплётчик в полной растерянности уставился на лист. Он взял его и начал перечитывать написанные фразы, не в силах вымолвить хотя бы слово.

Девочка хотела что-то сказать, но не знала, что именно. С чего бы начать?

Наконец она решилась признаться:

– Дом показал мне тайник. Прошлой ночью я услышал, как вы спускаетесь, и спрятал книгу. Я лишь хотел оставить себе страницу...

Она виновато замолчала.

Иоганн всё так же молча смотрел на неё. Его серо-голубые глаза казались глубокими и пустыми, будто две бездонные дыры.

В этот самый момент раздался очередной громкий стук в дверь.

– Мы собираемся выломать дверь, – крикнул мэр. – Начали!

Черты лица Иоганна ожесточились.

– Точно, как в тот раз.

Не успела Мина спросить, что он имеет в виду, как переплётчик затащил её в мастерскую и закрыл за ними дверь.

– Дом! – рявкнул он. – Не смей никого впускать. Не открывай им до последнего!

В ответ на приказ послышался громкий стук ставен: все они мигом захлопнулись. В мастерской по-прежнему горели лишь лампы и свечи.

– Они хотят посадить меня в тюрьму на всю оставшуюся жизнь, – тихо сказал переплётчик. – Не знаю, многое ли показал тебе Дом, Мац. И тем более не знаю, зачем. Но сейчас это, наверное, неважно.

Иоганн провёл рукой по бороде. Внезапно он стал выглядеть очень и очень старым.

– Я не понимаю. – Тихие слова Мины прозвучали жалко.

Она и не ждала никакого ответа, но переплётчик, на удивление, заговорил:

– Раньше, когда я ещё переплетал книги, я постоянно старался оттачивать своё мастерство. Мне хотелось делать всё более замысловатые обложки, чтобы мои книги стали ещё красивее. Это отразилось и на моей магии. Лет двенадцать назад она стала сильнее. Теперь я мог делать написанное в книге реальностью.

Он посмотрел на тонкий томик в коричневой обложке с названием «Последняя книга», который держал в руках.

– Я переплёл эту книгу, чтобы все забыли, что моя магия изменилась и стала опасной. Даже власти забыли. С тех пор я больше не переплетал книг, и ничего страшного не происходило, всё было хорошо. Но ты вырвал страницу из книги. – Он говорил без тени упрёка, но у Мины внутри всё сжалось. – Эти предложения, которые я тогда написал, больше не являются частью книги. Поэтому больше не являются реальностью. К людям вернулась память, и поэтому меня хотят арестовать.

С улицы донеслись негромкие разговоры. Что-то ударило в дверь. Мина задумалась, насколько долго Дом сможет никого не впускать.

– Вам нужно переплести ещё одну книгу! – воскликнула она. – Скорее!

Однако переплётчик лишь покачал головой.

– Слишком мало времени.

Снаружи снова ударили в дверь. Стены и потолок затрещали. Треск напоминал мучительный стон.

– Нужно что-то сделать, – сказала Мина, едва не плача.

Иоганн снова покачал головой.

– Может, так будет даже лучше.

– Лучше? – завизжала Мина. – Да как вы смеете так говорить?

Мастер серьёзно посмотрел на неё.

– Моя магия опасна, Мац. Невозможно предвидеть, как именно сбудется написанное. Может случиться то, чего ты вовсе не хотел. Что-то плохое.

На мгновение Мине показалось, что в глазах переплётчика мелькнул страх. Затем он опустил глаза.

– Я даже рад, что власти сожгли мои книги. Так они не причинят никому вреда. Только у мастера по игрушкам, часовщика и бессонного шляпника осталось по копии. Впрочем, нестрашно, книги безобидные. К тому же мастера их берегут и не собираются никому отдавать. Для них эти книги очень ценны...

Казалось, он говорит скорее сам с собой, чем с ученицей. В наступившей после его слов тишине послышались крики и плач.

Мина безуспешно старалась сдержать слёзы.

– Мне очень жаль, – выдавила она. – Я этого не хотел. Я хотел только узнать, кто мои родители...

Переплётчик поднял брови от удивления. Конечно, он даже представить себе не мог, что перед ним дочь его бывшей ученицы Матильды. Однако у Мины не было времени объяснять. В этот самый момент в дверь постучали ещё громче, чем раньше. Переплётчик вздрогнул от неожиданности и засуетился.

– Послушай, Мац, не волнуйся за меня. Так будет лучше для всех. Ты наверняка не будешь интересовать властей, когда я окажусь за решёткой. Для них ты просто подмастерье без магии. И всё-таки сейчас тебе не стоит попадаться им на глаза...

Деревянная входная дверь треснула. В коридоре раздались гулкие шаги.

– Дом! – крикнул Иоганн. – Спрячь его!

Не успела Мина опомниться, как переплётчик схватил её под подмышками и приподнял. Раньше она бы никогда не подумала, что он настолько сильный. Однако времени удивляться не было. Следующее, что она увидела, – дальний угол мастерской. Иоганн поставил её прямо у стены. За долю секунды прямо на глазах обои сами собой поползли снизу-вверх, а кирпичи за ними начали раздвигаться. Открылся узкий проём. Мастер слегка подтолкнул ученицу, и она двинулась вперёд, в темноту. Кирпичи вновь сошлись за её спиной, образовав крепкую стену. Девочка вытянула руку: со всех сторон она нащупала лишь холодный камень. Вокруг была абсолютная темнота.

Её заперли в стене.

Глава 19
Мэр

У Мины в ушах громким эхом отдавалось собственное дыхание. Девочка чуть не вскрикнула, ощутив кожей прикосновение маленьких лапок насекомого. Конечно, это был всего-то игрушечный жук.

Сквозь кирпичную кладку до неё донёсся голос мэра: «Хорошая работа. Окружить дом. Оставьте меня с ним наедине на минутку».

Дверь захлопнулась.

Глаза уже привыкли к темноте, и Мина заметила небольшой лучик света у своих ног. Она присела и глазом прижалась к маленькой щели. Так девочка могла видеть небольшой кусочек мастерской.

Переплётчик стоял посреди комнаты спиной к Мине. Напротив Иоганна встал мэр в своём синем костюме. В комнате они были одни.

На губах мэра играла самодовольная улыбка. Мина впервые видела главу города так близко. Хотя он и не был толстым, лицо его выглядело мясистым и одутловатым. На щеках, под глазами и подбородком – обвисшая кожа. Он был гладко выбрит, а справа и слева его лицо обрамляли бакенбарды. Чёрные волосы тщательно расчёсаны и уложены на прямой пробор.

– Иоганн Бухбиндер, – сказал мэр, всё ещё улыбаясь. – Давно же вы водите нас за нос. Сколько лет прошло с тех пор, как мы в последний раз пытались вас арестовать? Двенадцать?

Переплётчик молчал. Мине так и не удалось увидеть его лицо.

– Полагаю, у вас сохранилась та самая книга? С той ночи? Книга, из-за которой мы обо всём забыли, – говорил мэр, расхаживая по комнате.

Он рассмеялся. Затем внезапно остановился. Выражение его лица буквально кричало о жажде наживы.

– Быть может, это и есть та самая книга?

Мэр подошёл к Иоганну и взял книгу у него из рук. Переплётчик даже не пытался сопротивляться. Да и зачем? Книга стала бесполезной, как только Мина вырвала оттуда страницу. Девочка поморщилась. Какую же глупость она совершила!

Мина открыла глаза, когда услышала, как мэр листает книгу. В какой-то момент он остановился. Не в том ли месте, откуда она вырвала страницу? На лбу у мэра на мгновение появилась морщинка. Во взгляде главы города читалось нечто похожее на восхищение, когда он снова посмотрел на переплётчика.

– Ваша магия удивительна, господин Бухбиндер. Огромная сила, если знать, как ею пользоваться.

По какой-то причине от его слов по коже у Мины пробежали мурашки.

– Интересно...

Мэр с книгой в руках подошёл к одному из верстаков. Мина тихонько прильнула поближе к своей наблюдательной точке, чтобы рассмотреть, что он собирается делать. Мужчина взял перо. Затем положил открытую книгу на стол, чистыми страницами вверх. Он наклонился, чтобы что-то написать.

Мина не верила своим глазам. Что же он делает?

Писал он недолго, наверняка там всего одна фраза. Он закончил и снова выпрямился.

Девочка прикусила язык, чтобы не вскрикнуть от испуга. Мэр выглядел совсем не так, как ещё минуту назад! Больше никаких синяков под глазами и обвисшей кожи: его лицо выглядело молодым, а кожа на нём – упругой. Теперь у него были небесно-голубые глаза, не такой длинный нос и даже новая стрижка.

– Ну? – нетерпеливо спросил он переплётчика. – Сработало?

Ответа мэр ждать не стал и сам быстро пошёл к зеркалу, держа книгу в руках. Он увидел своё отражение и просиял.

– Ха! – воскликнул он. – Ха-ха! Сработало!

Он поворачивался к зеркалу то правой, то левой стороной лица, не в силах собой налюбоваться. Мине трудно было в чём-то его винить: теперь он выглядел как фотомодель. Настоящие черты его лица теперь были лишь смутно различимы.

– Неожиданно, правда?

Мэр снова повернулся к переплётчику. Глаза главы города блестели, щёки раскраснелись.

– Так тоже можно. Можно написать что-нибудь в уже переплетённой книге, и оно всё равно сбудется!

Он поднял книгу и зачитал вслух:

– «Я, мэр Магического города, – самый красивый мужчина в мире». Ха-ха-ха! – вновь разразился он торжествующим смехом.

– Так же нельзя!

Мина по-прежнему не могла видеть лица переплётчика, она заметила только, как напряглась его спина.

– Это опасно! Никто не должен иметь возможность менять реальность, как ему вздумается. Вы же из-за этого и хотите арестовать меня. Из-за того, что моя магия слишком опасна.

Алые губы мэра скривились в улыбке.

– Опасно было бы позволить вашим книгам попасть в руки простых ремесленников, – возразил он. – А вот в мои руки...

Глаза главы города заблестели.

– Весь мир будет лежать у моих ног, – сказал он уже немного тише.

Переплётчик с криком бросился на мэра. Завязалась потасовка. Дверь мастерской моментально распахнулась, и в комнату ворвались полицейские. Наверное, услышали крик. Иоганн не мог справиться с таким количеством людей. В считаные секунды его схватили и оттащили от мэра.

Мина упёрлась руками в окружавшие её кирпичи.

– Выпусти меня, – шепнула она Дому. – Я ему помогу.

В укрытие прорвался ветерок и прошелестел ей «Тс-с-с», пройдясь по трещинам и дырам в кирпичной кладке. Раздосадованная от бессилия, Мина сжала руки в кулаки и снова прильнула к щели.

– Господин... Господин мэр, – заикаясь, сказал один из полицейских, забежавших в мастерскую. – Вы так... изменились!

Мэр поправил костюм и галстук. Что-то раздражённо пробормотав, он поднял книгу и написал в ней ещё одно предложение. Удивление мгновенно исчезло с лиц подчинённых.

Глава города удовлетворённо кивнул.

– Так-то лучше. Теперь ведите его в ратушу и заприте в подземелье. Потом обыщите дом и заберите все книги, что найдёте. Нельзя допустить, чтобы осталась хоть одна – это опасно.

Мина поморщилась, испытывая презрение. Конечно, в доме больше не было никаких волшебных книг. Мэр всего-то хотел отвлечь внимание от собственных изменений. Единственную важную книгу он сейчас сам держал в руках. Мужчина незаметно сунул её в карман пиджака. Никто из полицейских, казалось, не заметил этого.

Не в силах что-либо предпринять, девочка смотрела, как переплётчика выводят за дверь. Дом заскрипел, и несколько полицейских споткнулись о расшатавшиеся половицы. Впрочем, этим их было не остановить.

Глава 20
План

Полицейские забрали все книги, что нашли на полках. А ещё вытащили все ящики из шкафов и вывалили их содержимое на пол. Сорвали обивку с кресла и даже сняли картины со стен. Мина услышала стук с первого и второго этажей и предположила, что там наверняка творилось то же самое.

В какой-то момент она перестала заглядывать в щель, не в силах больше смотреть на эту разруху. Она закрыла глаза и прислонилась спиной к кирпичной стене.

Девочка поняла, что случайно уснула, лишь когда вновь открыла глаза. Долго ли она спала? В «тайнике» было ужасно холодно, и всё тело затекло от долгого сидения в одной позе. Жук неподвижно лежал у неё на коленях. Мина дотянулась до колёсика у игрушки на боку и завела механизм, чтобы жук снова проснулся. Стояла тишина.

– Дом? – прошептала Мина. – Выпустишь меня? Они ушли?

Раздался хруст, и вскоре на уровне глаз девочки в «тайник» пробился луч света. Он слепил глаза, и Мина подняла руку, чтобы прикрыть их. Кирпичи сдвинулись, и появилось отверстие, через которое Мина выбралась в мастерскую. Жук вылетел за ней. Оказавшись в комнате, девочка выпрямилась и размяла затёкшие руки и ноги.

Мастерская напоминала поле боя: опрокинутые верстаки и стулья, разбросанная повсюду бумага и инструменты. В столах не осталось ни единого ящика. Во время обыска даже граммофон опрокинули с журнального столика.

– Так теперь во всех комнатах? – тихо спросила Мина.

Ответа не последовало. Дом молчал, будто стыдясь беспорядка. Однако в разрушениях не было его вины.

– Самый бессмысленный обыск на свете, – пытаясь утешить Дом, сказала Мина. – Если бы ты хотел что-то от них спрятать, никто бы ничего не нашёл. Как нас с жуком!

Заколыхались занавески – так Дом благодарил за поддержку.

Краем глаза девочка заметила за занавесками какое-то движение и насторожилась. Она бросилась к окну, и увидела лишь то, как Марта зашла за угол Дома. Внезапно Мина поняла, почему проснулась. Видимо, Марта стучала и звала её. Наверное, услышала об аресте переплётчика и пришла проведать подмастерье. Девочка уже собралась было позвать женщину по имени, но Марта уже скрылась из виду и всё равно ничего бы не услышала. Может, догнать её? А вдруг на улице полицейские, которых приставили к Дому как охрану? Арестуют ли они Мину, если она сейчас попадётся им на глаза?

Девочка в страхе отступила от окна. Внезапно ситуация показалась ей гораздо более сложной.

– Что же делать? – схватилась она за волосы.

Жук ползал по шее, но был не в силах её успокоить. Переплётчик в тюрьме. Мэр заполучил волшебную книгу и теперь мог написать в ней всё, что угодно. И во всём этом виновата Мина.

Не говоря уже о родителях. Иоганн знал их. Если кто-то и мог помочь ей вновь обрести семью, так это он. Однако теперь он за решёткой.

Не успела Мина по-настоящему запаниковать, как её отвлёк очередной стук в дверь.

– Марта? Или полицейские? – тихо спросила со смесью надежды и страха Мина.

Она стояла, прижавшись к стене у окна. Увидев, кто стоит у двери, девочка чуть не упала на колени от радости и облегчения. Мина подбежала к двери и осторожно приоткрыла её.

– Ферди! Тим! Что вы здесь делаете?

Друзья выглядели встревоженными. Тим оглянулся через плечо.

– Можно войти? Мы сказали своим мастерам, что заболели, чтобы к тебе вырваться.

Мина быстро впустила мальчиков. Прежде чем закрыть дверь, она посмотрела, нет ли кого-то на улице.

– Не видели здесь полицейских? Тех, что из ратуши?

– Нет, – ответил Тим.

Ферди покачал головой, подтверждая слова друга, и Мина вздохнула с облегчением.

– Пойдёмте на кухню.

Все кухонные шкафы тоже были пусты. На полу валялись осколки разбитой посуды. Друзья перелезли через них и сели за стол. Оловянный жук летел за ними, а потом уселся на столешницу, между оставшимися на ней хлебными крошками.

Лицо Тима приняло серьёзное выражение.

– Мы узнали, что случилось с переплётчиком, и волновались за тебя.

Они с Ферди переглянулись.

– Это правда? – спросил Тим. – Что у переплётчика такая супермагия? И что он сделал так, чтобы все об этом забыли?

Мина печально кивнула. А затем рассказала друзьям обо всём, что случилось прошлой ночью, опустив лишь ту часть истории, которая касалась ключа и догадок, что Вилли и Матильда – её родители. В конце она добавила: «Теперь я должен освободить переплётчика. Потому что всё это – моя вина».

Она не знала, когда именно приняла такое решение, но не собиралась от него отказываться.

– Тюремные камеры находятся в подвалах городской ратуши. Там сотни надзирателей. Как ты собираешься вытащить оттуда переплётчика? – дослушав до конца, спросил Тим.

– Этого я пока не знаю...

По оконному стеклу застучали мелкие камешки, и все трое подняли головы. Мина выглянула из-за занавески и не поверила своим глазам, увидев нежданную гостью. Это была девочка в заплатанном платье с пушистыми чёрными волосами.

Она улыбнулась Мине.

– Войти можно или как?

– Кто это? – с подозрением спросил Тим.

– Это Рабеа, – ответила Мина. – Я её знаю.

Она побежала к двери и впустила гостью. Девочка из Подземного города вошла в Дом как ни в чём не бывало. Однако, увидев разруху на кухне, она подняла брови от удивления.

– Ты нас подслушивала? – не удержавшись, спросил Тим.

– Окна надо закрывать, чтобы не подслушивали, – воинственно вскинула голову Рабеа.

Мина обернулась. Занавеска была задёрнута, но окно и вправду было приоткрыто. Девочка тут же его закрыла.

– Кстати, это Тим и Ферди, – поспешила представить друзей Мина. – Рабеа, что ты здесь делаешь?

Осколки трещали под подошвами туфель Рабеа, когда она пробиралась к столу.

– Я знаю, что случилось с переплётчиком. Мне стало интересно.

Мина посмотрела на неё с удивлением.

– И ты уже знаешь?

– В этом городе слухи, как сточные воды, Мац. Сочатся из каждой щели, – усмехнулась Рабеа.

Мине не нравилось, как новая знакомая произносит её выдуманное имя. Ещё больше её насторожил взгляд, которым одарила её жительница Подземного города. Сердце ухнуло в пятки. Неужели Рабеа разгадала её секрет?

Но момент был упущен, и гостья продолжила:

– Да и взрослые ведут себя как-то странно.

– Что ты имеешь в виду? – всё ещё с недоверием спросил Тим.

– Все обсуждают мэра. С самого утра, – поморщилась Рабеа.

– И что? – отмахнулся Тим. – Они всегда так делают. Мэр – самый важный человек в городе.

– Нет, вы не поняли. – Рабеа оглядела друзей пристальным взглядом. – Они на него чуть ли не молятся. Даже мой отец хорошо отзывается о мэре. А ведь папа его ненавидел! Я всю дорогу это слушаю. «Какой у нас добрый мэр», – говорят люди друг другу через забор. – «Чего он только ни сделал для нашего города» и бла-бла-бла. Хотят даже поставить ему памятник в квартале Каменщиков.

Сердце в пятках всё ещё бешено колотилось, но теперь вдобавок у Мины встал комок в горле.

– Он снова воспользовался ею, – прошептала она, – волшебной книгой. Сделал так, чтобы люди его обожали.

Глаза Тима округлились, он явно встревожился.

– Но, – вдруг тихо заговорил Ферди, – почему тогда магия не действует на нас?

– Точно! – воскликнул Тим с облегчением. – Я терпеть не могу этого старого идиота ещё больше, чем раньше.

– Наверное, дело в том, что именно он написал, – размышляла вслух Мина. – Может, он написал только о мастерах, а на нас не подействовало, потому что мы всё ещё подмастерья. Или написал о мужчинах и женщинах, а мы-то всё ещё дети. Да и переплётчик говорил, что его магия опасна, потому что никогда не знаешь, как книга истолкует твои слова и как воплотит их в жизнь.

– Нужно забрать у мэра книгу, – подытожил Тим, – пока он ещё чего-нибудь не натворил. Эх, вот бы у нас тоже была такая книга! Тогда мы могли бы победить мэра его же оружием. Можно было бы написать, что книга просто растворяется в воздухе или что-то вроде. Но все книги переплётчика сожгли.

– Не все, – тихо возразил Ферди.

Он посмотрел на Мину.

Она медленно кивнула. Ферди, как всегда, оказался внимательным слушателем.

– Переплётчик рассказывал мне о трёх секретных книгах, которые делал на заказ. Эти книги сейчас у трёх местных мастеров.

У Рабеи загорелись глаза.

– У них остались его книги? Тогда всё ясно! Надо взять книгу у одного из них и победить мэра его же оружием, как сказал Тим.

– Переплётчик сказал, что эти книги очень важны для мастеров. Они хранят книги тайно. И точно не отдадут, чтобы написали что-нибудь на страницах, – покачала головой Мина.

– Тогда нам придётся просто украсть книги, – сказала Рабеа, уперев руки в бока.

Трое друзей с удивлением переглянулись. Мина буквально видела, как мальчики постепенно соглашаются с этой идеей. На лице Тима заиграла восторженная улыбка.

Однако Мине такой вариант не понравился.

– Должен быть и другой способ.

– Хорошо, придумай и предлагай. – Рабеа пододвинула к себе свободный стул и села на него. – Пока наш так называемый «мэр» развлекается тем, что пишет в книге непонятно что. Возможно, следующей фразой он объявит себя королём мира. Я не собираюсь на тебя давить. Не торопись.

Мина бросила на неё сердитый взгляд.

– Мы разве не можем пойти в полицию или куда-нибудь ещё? – спросила она.

– Ратуша и есть полиция. Как вообще мы можем попросить помощи у взрослых, когда все они сейчас боготворят мэра? – покачал головой Тим.

– Признай, Мац, – вмешалась Рабеа, – другого пути нет. Мы не сможем освободить переплётчика и остановить мэра без магии.

Мина замешкалась. Жук сел ей на плечо, будто почувствовав, что хозяйке нужна поддержка.

– Мы ведь сможем вернуть книги. После того как напишем там несколько фраз, – тихо сказал Ферди.

– При условии, что это вообще сработает, – возразила Мина. – Может, магия работает только для книг с чистыми страницами. – Впрочем, она всё-таки признала свою неправоту: – Ладно. Но мы обязательно вернём книги мастерам.

Рабеа снова оживилась.

– Нам достаточно одной книги, – попыталась она успокоить Мину. – Необязательно красть все три. Переплётчик говорил, кто заказывал у него книги?

– Одна точно у бессонного шляпника, – нахмурилась Мина, вспоминая слова мастера.

– Я его знаю, – тут же отозвался Тим. – Хотя кто его не знает?

Ферди кивнул, соглашаясь с другом.

– Другая у часовщика.

– Он так и сказал? У часовщика? – спросил Тим. – Часовщик здесь всего один. Немного поехавший, но очень успешный.

– Хорошо. – У Мины сжалось сердце. – А третья – у мастера по изготовлению игрушек.

Все сразу же поняли, о ком речь. На мгновение на кухне воцарилась тишина. Всем было страшно идти к третьему мастеру.

Тим первым нарушил молчание:

– Думаю, нам нужно подождать, пока стемнеет.

– У нас нет столько времени. Кто знает, что ещё мэр напишет в книге? – замотала головой Мина.

Рабеа усмехнулась.

– Никто не ожидает ограбления посреди дня. Предлагаю начать прямо сейчас, – улыбнулась она, оголяя зубы. – Начнём с магазина игрушек. В конце концов, Мац оттуда уже кое-что стащил.

Глава 21
Игрушечных дел мастер

Мина лежала на земле прямо на животе, притаившись за кустом и вглядываясь сквозь ветки. Жук ползал по шее. Взгляд девочки был прикован к маленькому домику на противоположной стороне дороги, где жил мастер по изготовлению игрушек. Справа от Мины сидела Рабеа, слева – Тим и Ферди. Подмастерье пекаря едва помещался в «укрытии» из-за своих длинных ног. Все они навострили уши и внимательно следили за происходящим у домика, чтобы дождаться благоприятного момента и проникнуть в жилище. Однако улица всё никак не пустела. По булыжникам без перерыва деловито сновали прохожие. Мине стало не по себе.

Девочка в очередной раз подивилась тому, как хорошо Тим знает город. Он точно знал, где живёт нужный им мастер.

– В рабочее время он всегда в своём магазине, – сказал Тим, когда друзья обсуждали план на кухне переплётчика. – И живёт он один. Нам просто нужно пробраться к дому так, чтобы соседи нас не заметили. Потом разделимся, найдём книгу и уйдём, снова так, чтобы никто не увидел.

– А что это за книга? Как она выглядит? – Ферди явно не был так уверен в успехе.

Мина пожала плечами, не зная, как ответить на вопрос, как вдруг её осенило.

– И Бэ! – воскликнула она.

Четыре пары глаз, считая глаза жука, вопросительно посмотрели на девочку.

– На корешке книги, которая сейчас у мэра, были вытиснены буквы «и» и «б». Сначала я подумала, что это имя автора. Но, видимо, это инициалы переплётчика. «ИБ» – Иоганн Бухбиндер. Думаю, он подписывает так все свои книги, – объяснила Мина.

– Значит, узнаем книгу по этим буквам, – задумчиво кивнул Тим.

– А как мы проберёмся в дом? – спросил Ферди, нервно разминая пальцы.

Рабеа вытащила из кармана платья несколько длинных отрезков тонкой проволоки и улыбнулась.

– Предоставьте это мне.

Первой тишину, воцарившуюся в импровизированном укрытии, нарушила Рабеа.

– Сейчас, – прошипела она.

Друзья не успели возразить – девочка уже вышла из-за кустов, решительно бросилась к двери дома и сразу же принялась орудовать подручными инструментами, пытаясь вскрыть замок.

– Вперёд! – громким шёпотом сказала Мина.

Все трое одновременно вскочили на ноги. Когда они добежали до Рабеа, та уже расправилась с замком. Друзья быстро вошли и закрыли за собой дверь.

– Неужели нас и правда никто не заметил? – тихо спросил Ферди.

– Ха! Я бы сказал, что это было почти несложно. – Тим поднял кулак вверх в знак триумфа.

Однако уже в следующее мгновение он вскрикнул от испуга. Раздался оглушительный визг, и над головами детей с громким лязгом пронеслось что-то металлическое. Только когда «что-то» приземлилось на землю, Мина поняла, что это был петух. Оловянный петух! Игрушка выбралась на улицу через кошачью дверцу. Друзья услышали ещё один его крик, затем звуки стихли. Рабеа, Мина, Тим и Ферди замерли в неожиданно воцарившейся тишине немого коридора.

– Просто игрушка, – сказала Мина, пытаясь успокоить колотившееся сердце. – Это была просто игрушка.

– Нельзя терять время, – напомнила Рабеа.

Но где же искать? Дома, на кухне, план казался таким понятным и простым: разделиться и отыскать книгу. На деле же они бесцельно плутали по незнакомым комнатам и обнаружили ванную, кухню, спальню и ни единой книжной полки. Жилище мастера по изготовлению игрушек оказалось на удивление маленьким, учитывая, какой доход приносило ему ремесло. Довольно быстро все четверо оказались в самой большой комнате – мастерской.

С самого начала Мине было не по себе от одной только мысли о том, чтобы пробраться в чужой дом. Теперь, когда она стояла в мастерской, по спине пробежал холодок.

Комната напоминала нечто среднее между тюрьмой и больницей для игрушек. Незаконченные оловянные фигурки лежали на верстаках, словно мёртвые. Здесь были и танцор без головы, и одноногий клоун, и медведь, у которого в животе виднелись шестерёнки. То тут, то там на полках было видно отдельные детали: оловянные ноги, руки, лапы и туловища, которым только предстояло стать частью готовых игрушек. Мина почувствовала, как у неё на плече задрожал жук.

Друзья вздрогнули, когда при входе в комнату внезапно услышали шум. Полка, расположенная вдоль длинной стены, ожила. Игрушки на ней сидели, будто за решёткой. Тонкая сетка из проволоки тянулась от потолка до самого пола – целая игрушечная тюрьма. Игрушки не могли говорить, потому лишь беззвучно бились о прутья, умоляюще протягивая к детям руки и ноги.

Рабеа подошла поближе.

– Что-то с ними не так, – заметила она. – Видите? У кареты не хватает колеса, у жирафа – вмятина на боку, а ослик постоянно бьётся головой о стену. Наверное, эти игрушки сломались и их забрали сюда на ремонт.

– Наверное, их пришлось запереть, – сказал он, громко сглатывая, – чтобы не убежали.

Увидев жука на плече Мины, игрушки пришли в ещё большее неистовство. Некоторые с такой силой бросились на проволочную сетку, что хозяйка оловянной игрушки испугалась, как бы ограждение не порвалось.

– Это они из-за нас, – решила девочка. – Игрушки хотят, чтобы мы их выпустили. Давайте поскорее найдём книгу и уйдём отсюда. Нужно посмотреть в шкафах...

Договорить Мина не успела – дети услышали, как кто-то открывает входную дверь. Друзья смотрели друг на друга широко раскрытыми глазами.

– Прячьтесь! – крикнул Тим.

– В окно! – прошипела Рабеа.

Ферди собирался послушать Тима, Мина – Рабею, в итоге ребята столкнулись друг с другом. Не успели они добежать до окна или найти место, чтобы спрятаться, как на пороге оказался хозяин дома собственной персоной. Бежать было бесполезно. Весь красный, с почти лысой головой, блестевшей от пота, мастер тяжело дышал, будто добирался до мастерской бегом. Клочья седых волос над ушами торчали в разные стороны. Одну руку он держал на уровне груди – на ней сидел оловянный петух и, довольный собой, дёргал головой. Мина едва не закричала. Конечно, игрушечный петух – защита от грабителей. Это он позвал сюда своего хозяина.

Глаза мужчины за толстыми стёклами очков с ненавистью посмотрели сначала на Мину, затем – на Тима и Ферди.

– Вас, ребята, я уже знаю. Теперь вам это с рук не сойдёт.

– Как бы не так! – крикнула Рабеа.

Она бросилась вперёд и, судя по всему, хотела оттолкнуть мастера, чтобы выбраться из комнаты. Однако девочка забыла об оловянном петухе. Он кукарекнул, спрыгнул с руки своего хозяина и кинулся прямо в лицо Рабее. Девочка вскрикнула, и Мина на мгновение испугалась, что птица выцарапает подруге глаза. В конце концов, Рабеа всё-таки схватила петуха и отбросила его в сторону. Впрочем, Мина поняла, что игрушка уже сыграла свою роль. Мастер подошёл к полке за решёткой. С ликующим смехом он оторвал преграду от пола и толкнул вверх. Сетка с грохотом покатилась к потолку, и все пленники оказались на свободе.

– Взять их! – крикнул им мужчина. – Никого не выпускать!

Оловянные фигурки повиновались каждому приказу. Они неуклюже карабкались вниз или слетали с полки и неслись прямо на детей. Летающие игрушки едва держались в воздухе, многие бегающие – хромали, а некоторые бежали не в ту сторону. Друзья были вынуждены отступать. Даже Рабеа попятилась назад.

– Я передам вас, маленькие воришки игрушек, городским властям. Не терпится посмотреть, что они с вами сделают. – На раскрасневшемся лице мастера заиграла довольная улыбка.

– Мы не собирались красть игрушки, – возразила было Мина.

– Тш-ш, Мац, – прошипел Тим уголком рта.

– Мы ищем книгу, которую Иоганн Бухбиндер переплёл для вас много лет назад, – продолжила Мина, не обращая внимания на предостережения друга.

К тому времени игрушки уже зажали детей в угол. Выхода не было. Некоторые игрушки пытались карабкаться по ногам Тима, и ему едва ли не пришлось танцевать чечётку, чтобы их стряхнуть. Ферди пытался отбиваться руками, а потом издал нечеловеческий вопль, когда в руку, которой он размахивал, оловянный краб вцепился клешнёй. Мина визжала и топала ногами, увидев, как по ботинкам ползёт сороконожка. Правда, потом она вовремя увернулась от игрушечного аэроплана, летевшего ей прямо в лицо. Игрушка с громким треском разбилась о стену за её спиной. Рабеа, стоявшая перед мальчиками и Миной, сражалась с тремя обезьянами, впившимися когтями ей в волосы. Она споткнулась и упала на спину. Из кармана Рабеа что-то выкатилось, а потом ударилось о ноги Мины. Ученица переплётчика отогнала оловянную сороку, которая уже собиралась схватить блестящую вещицу, и подняла находку. Вещь оказалась увеличительным стеклом, которое Рабеа украла из лавки мастера по очкам. На мгновение Мина забыла об игрушках, карабкающихся по штанинам, и вспомнила, что говорила ей Рабеа в Подземном Городе: «Когда смотришь на человека через него, видишь его прошлое. Все секреты. Не очень-то вежливая магия».

Сама не осознавая, что делает, девочка поднесла стекло к глазам и посмотрела в него. «В объективе» оказался мастер по изготовлению игрушек.

Внезапно перед глазами у Мины всё закрутилось. Цвета и силуэты стали расплывчатыми пятнами. Исчезли игрушки, исчезли Ферди, Тим и Рабеа. Заложило уши. Потом она также неожиданно стала видеть и слышать более ясно.

Мина моргнула. Она уже не стояла у стены в мастерской. «А может, и стояла», – сказала себе девочка. Во всяком случае, у неё были основания думать, что она всё ещё там. Перед глазами, правда, теперь была совсем другая картина – более молодая версия мастера. Теперь он не был лысым, волосы были тёмными и густыми. Он целовал молодую женщину в белом свадебном платье. Её платья и украшения на вид были очень дорогими.

Декорации сменились. Теперь мастер и женщина сидели за обеденным столом. Молодая жена кормила маленькую девочку с бантиками в волосах. Женщина уже не казалась счастливой.

– Папа с самого начала был прав. Игрушками ты семью не прокормишь. Пойми это и найди нормальную работу, – заговорила она.

– Ты же знаешь, что я люблю свою работу, – ответил мужчина, опустив вилку.

Женщина нахмурилась, но промолчала. Маленькая девочка захныкала и задрыгала ножками, сидя на стульчике.

Затем мастер привстал и накрыл своей ладонью руку жены.

– Есть у меня одна мысль. Я давно уже её обдумываю. Поеду в Магический город, буду оттачивать своё мастерство. Если доведу работу до совершенства и получу магические способности, то, наверное, мои игрушки будут продаваться лучше. Тогда я стану таким же богатым, как твой отец. Вы с малышкой Элизабет ни в чём не будете нуждаться.

Он с любовью посмотрел на дочь.

Жена отдёрнула руку.

– Это же безумие. Переехать в Магический город? Вот так просто? Без меня. Без Элизабет! Тогда я лучше пока поживу у родителей.

Мужчина опустился обратно на стул.

– Хорошо. Вы переедете ко мне, как только я овладею магией и начну хорошо зарабатывать, – удручённо кивнул он.

Изображение снова расплылось, а затем восстановилось. Судя по всему, с предыдущей сцены прошло много времени. Мастер по изготовлению игрушек постарел. Но так старательно, будто маленький ребёнок, писал письмо, сидя за столом.

– Дорогая Элизабет, – сказал он вслух. – Читать твои письма для меня самая большая в жизни радость. Наконец-то, спустя столько лет, у меня появилась магия. Мои игрушки оживают. Все хотят их купить. Вы с мамой теперь можете переехать ко мне. Я смогу о вас позаботиться. Я сделал игрушку и для тебя, но не хочу отправлять. Хочу вручить тебе подарок лично. С нетерпением жду момента, когда снова смогу тебя обнять. Ты, конечно, уже подросла и стала взрослой девочкой.

И снова новая сцена. Мастер стоял у окна, читая письмо. Мина не видела его лица, но смогла заглянуть ему через плечо и прочесть написанное. Наверное, это письмо от жены. «Элизабет тяжело заболела и умерла вчера вечером, – прочитала Мина. – Ей не помог ни один врач. Пожалуйста, не приезжай. Я не хочу тебя видеть. Я буду жить с родителями и хочу с тобой развестись».

Не успела девочка осмыслить прочитанное, как декорации изменились вновь. Она с удивлением узнала мастерскую переплётчика. Мастер по изготовлению игрушек протянул ему толстую пачку хрустящей бумаги.

– Это письма от дочери, – сказал он хриплым голосом. – Мы писали друг другу каждую неделю на протяжении многих лет. С тех самых пор, как она научилась читать и писать. Я хочу, чтобы ты сделал из них книгу, чтобы я хранил все письма в одном месте и всегда мог что-то перечитать.

Молодой Иоганн Бухбиндер взял бумаги.

Картинка снова расплылась. Мина поняла, что вернулась в настоящее и находится в мастерской мастера по игрушкам. Что-то больно дёргало её за волосы. Закружилась голова. Девочка потеряла равновесие, но Ферди не дал ей упасть. Мина опустила лупу. Друзей по-прежнему окружали злые сломанные игрушки. Ученица переплётчика потянулась к голове и вытащила из волос маленького дракончика, который шипел и норовил укусить её за палец. На голове у Ферди сидел гном в остроконечном колпаке и бил мальчика крошечным молоточком. Мина догадалась, что на «просмотр» прошлого мастера ушло не более нескольких секунд. Теперь она многое понимала.

– Там были письма вашей дочери, – медленно проговорила Мина.

– О чём ты? Что это у тебя за увеличительное стекло? – перестал улыбаться мужчина.

Мина не обратила внимания на вопросы.

– Книга, которую изготовил для вас переплётчик. Там были письма от вашей дочери, – пересказала она вслух свои догадки.

Мастер смотрел на детей, не отводя глаз. Игрушки тоже замерли, как будто почувствовав нерешительность хозяина. Казалось, они чего-то ждут.

– Вы поэтому не любите детей? Потому что дети напоминают вам о дочери? Которую вы больше не увидите, потому что она умерла? – продолжила Мина.

Внезапно мастер опомнился. Он опустился на табурет.

– Я так и не смог подарить ей ни одной волшебной игрушки. Каждый день я вижу радость на детских лицах. Детские руки обнимают мои игрушки по дороге домой, а Элизабет так и не смогла поиграть ни с одной из них. Ненавижу эти влажные детские глаза, ненавижу маленькие загребущие ручки. Но мне приходится создавать и продавать игрушку за игрушкой раз за разом. Я ведь больше ничего не умею.

Мужчина замолчал, закрыв лицо ладонями.

Дети стояли как вкопанные. Тим и Ферди, судя по всему, ничего не поняли. Рабеа взяла у Мины из рук увеличительное стекло и, кажется, осознала, в чём дело. Мина подала друзьям знак, что пора уходить. Они поснимали с волос и одежды оставшиеся игрушки, сложили оловянные фигурки на пол и перешагнули через них. Игрушки больше не сопротивлялись. Они смотрели на детей, но не шевелились. Проходя мимо мастера, сидевшего на табурете, Мина остановилась.

– Простите меня, – серьёзно прошептала она, – вам нужно избавиться от переплёта. Иначе письмами заинтересуются власти.

Ей хотелось сказать ещё что-то, что успокоило бы мастера. Однако он никак не реагировал. В конце концов, Тим схватил Мину за рукав и потянул к выходу. Уже на улице все четверо выдохнули.

– Что это было? – поинтересовался Тим. – Что там с книгой?

– Было бы неправильно что-то дописывать в этой книге, – твёрдо сказала Мина. – Не говоря уже о том, как было бы ужасно её украсть.

– Воровать вообще плохо, – согласился Тим. Он не стал больше ничего спрашивать и сказал: – Осталось ещё две книги. Я предлагаю пойти к часовщику. Здесь недалеко его лавка.

Друзья отправились в путь. Молчаливые, бледные, с роящимися в голове вопросами, охваченные страхом, всё ещё пробиравшим до костей.

Глава 22
Часовщик

– Часовщик, он как призрак, – сказал Тим, когда друзья шли по оживлённой улице, постоянно уворачиваясь от других пешеходов. – Все о нём слышали, но никто не видел.

Мина почувствовала, как сердце сжалось от тревоги.

– Может, перестанешь говорить загадками?

Оловянный жук пролетел у неё над ухом. Он слетел с плеча хозяйки и теперь кружил над головами детей. С Тимом и Миной поравнялась Рабеа.

– Он имел в виду, что часы мастера известны по всему миру. Очень многие хотят их приобрести. Но часовщик живёт в полном уединении. В лавке его не застать, там работают подмастерья.

– И какая у него магия? – спросила Мина.

– Если надеть его наручные часы или носить с собой карманные, день для тебя продлится на два часа дольше, – ответил Тим.

Мина попробовала представить, как это работает. Впрочем, попытка была неудачной.

– Как это? Солнце садится в одно и то же время для всех.

– Да, но с часами у тебя становится больше времени днём. Можно успеть сделать больше, чем все остальные. Ну, или столько же, но при этом ещё два часа поспать.

– Никто не знает, как это работает, Мац. Это же волшебство! Но взрослым такое нравится, – рассмеялся Тим, увидев абсолютное непонимание в глазах Мины.

– На этот раз нужно действовать хитрее, – серьёзно сказала Рабеа. – С часовщиком нельзя шутить. Он умный. Нам нужен новый план, лучше старого.

Остальные трое кивнули.

– Я уже заходила к нему в лавку, – продолжала Рабеа. – Хотела украсть часы и пришла осмотреться. Но высокомерный подмастерье тут же выгнал меня, стоило мне переступить порог, – поморщилась девочка. – Неважно. Сомневаюсь, что он хранит книгу в лавке. Там пусто и всё вылизано до блеска, всего-то пара витрин с дорогущими часами. Живёт и работает он на втором этаже. Если книга ещё у часовщика, то она наверняка где-то там.

– Откуда ты всё это знаешь? – Тим был явно впечатлён.

– Как я уже сказала, – Рабеа заправила густые волосы за уши, – я тогда хотела что-нибудь украсть. Мне нужно было подготовиться.

– Значит, нам нужно пробраться в квартиру, – подытожила Мина.

– Часовщик ведь наверняка сейчас работает в мастерской, – вмешался Ферди.

Рабеа кивнула:

– Нужно его отвлечь. Ферди, у тебя ведь есть часы?

Мина никогда раньше не замечала, что друг носит часы, но мальчик, стесняясь, поднял рукав и показал циферблат на запястье.

– Они недорогие. Папа подарил, когда меня взяли в подмастерья.

– Неважно, – уверенно сказала Рабеа со знанием дела. – Зайдёшь в лавку и скажешь, что хочешь купить новые. Требуй, чтобы мастер поговорил с тобой лично. Не сдавайся, нужно, чтобы подмастерья его уломали. Тим, если что, поможет. Мастер спустится в лавку, а я и Мац проберёмся в квартиру и найдём книгу.

– Почему именно мы с Ферди будем их отвлекать? – проворчал Тим.

Ферди тоже не был в восторге от плана.

– Потому что я здесь самый опытный вор, а Мац лучше всех знает, что именно мы ищем, – продолжала настаивать Рабеа.

Тим собирался возразить, но внезапно застыл на месте с открытым ртом.

– Что такое?

Мина поняла, куда он смотрит, и сама нашла ответ на свой вопрос. Не задумываясь, она воспользовалась типичным для переплётчика выражением:

– Клеевые мои кисти!

Дорога вывела друзей на рыночную площадь. Раз в неделю из деревень в город съезжались фермеры и продавали на площади свой товар. Мина не раз покупала у них яйца, яблоки и молоко для себя или переплётчика. Сегодня был не базарный день, но на «рынке» царила суета. Целая толпа людей пришла полюбоваться каменной статуей, установленной в самом центре площади. Высотой изваяние было с близлежащие дома. Более того, в прошлый поход за покупками никакой статуи Мина не видела.

– Это... – прищурилась Рабеа. – Это мэр?

– Не похож, – отозвался Тим. – Скорее, его младший брат-спортсмен или ещё какой-нибудь родственник.

– Это мэр, – объяснила Мина севшим голосом. – Он написал в книге, что теперь выглядит так. Статуя точь-в-точь, как он. Только гораздо больше.

– И давно она здесь? – поинтересовалась Рабеа.

– Вчера не было, – тихо ответил Ферди. – Точно. Вчера я ходил на площадь.

– Невозможно высечь и установить такую махину за одну ночь. – В голосе Рабеа слышался неподдельный ужас. – Наверное, мэр сам про неё написал. В книге.

Друзья замолчали, услышав разговор двух женщин, проходивших мимо:

– Просто великолепная статуя, правда?

– О да, без неё площадь казалась пустой.

– Я мог бы рассматривать её целыми днями.

– Но наш мэр тоже хорошо выглядит.

– А ещё он умный.

– И обаятельный.

– Невероятный человек...

Стоило прохожим скрыться из виду, как Тим издал булькающий звук.

– Меня сейчас стошнит.

К горлу Мины тоже поступила тошнота. Она посмотрела женщинам вслед и пошла вперёд.

– Пойдёмте. Надо спешить. От этого мне уже не по себе. Кто знает, что ещё придумает мэр.

Дети перешли на бег. Они бежали по улицам, мостам и лестницам, и вот наконец впереди показалась неприметная лавка часовщика. Не было ни больших витрин, ни вывески. Только надпись на деревянной двери подсказывала, что скрывается в помещении:

Уже стоя у лавки, Рабеа указала на ещё одну дверь.

– Она ведёт в квартиру, – прошептала девочка.

Она оглянулась назад, чтобы удостовериться, что за их компанией никто не следит.

– Мы с Мацем заглянем в витрину ювелирной лавки, сделаем вид, что разглядываем украшения. Понятно? Все помнят, что нужно делать?

На лбу бедняги Ферди выступили капельки пота, да и Тим явно напрягся. Мина так нервничала, что не могла устоять на месте, пока Рабеа на неё не прикрикнула, попросив перестать дёргаться. В конце концов, все взяли себя в руки и уверенно кивнули.

– Тогда вперёд! – скомандовала Рабеа.

Рабеа с Миной подошли к витрине ювелирной лавки. Ученица переплётчика изо всех сил старалась делать вид, что интересуется представленными ожерельями, кольцами и брошами.

– Смотри, какой большой бриллиант! – обратилась она к Рабеа.

Однако все мысли Мины были заняты Тимом и Ферди, которые уже наверняка зашли в лавку часовщика за её спиной. Девочка покрылась холодным потом, ожидая, что что-то вот-вот должно было случиться. Спустя, кажется, целую вечность из лавки донеслись голоса. Лучше всего Мина слышала Тима:

– Мы никуда не уйдём, пока не поговорим с мастером!

Прошло ещё несколько минут. Всё это время в лавке шёл оживленный спор – возгласы разносились по всей округе. Наконец из мастерской вышел нарядно одетый подмастерье в костюме и галстуке и позвонил в колокольчик на двери в квартиру мастера. Ученика впустили.

– Приготовься, – шепнула Мине Рабеа.

Следующие несколько секунд Мина чувствовала себя владельцем волшебных часов – настолько медленно тянулось время. Наконец из-за двери снова показался подмастерье, а за ним вышел высокий мужчина. Он поправил свой галстук-бабочку, проходя несколько метров от двери квартиры до входа в лавку.

Не успел подмастерье закрыть за собой дверь, как Рабеа бросилась вперёд, легко и быстро, словно кошка. Девочка поставила одну ногу на порог входной двери, не давая ей закрыться. Мина старалась идти за подругой как можно тише, не привлекая лишнего внимания. Наконец они вошли и оказались в полумраке на лестничной площадке.

– Нам надо наверх, – прошипела Рабеа. – Быстрее! У нас мало времени.

Девочки поднялись по лестнице и оказались перед очередной дверью. Рабеа нажала на ручку.

– Не заперто.

Девочка открыла дверь, и Мина, собиравшаяся войти следом, налетела на подругу.

– В чём дело? Ты чего не заходишь?

Рабеа не ответила, а Мина заглянула ей через плечо, пытаясь разобраться, что происходит.

Напротив, в уютном кресле, расположился мужчина. В камине рядом с ним, несмотря на тёплое время года, потрескивал огонь. На носу у мужчины были очки с маленькими круглыми линзами, на коленях лежала толстая книга. Прямые чёрные волосы были аккуратно зачёсаны на пробор, а ухоженная чёрная борода спадала на грудь. Взгляд тёмных глаз полон презрения. Мина сразу всё поняла: кем бы ни был человек, который зашёл в лавку, это точно не часовщик. Настоящий часовщик сидел перед ними.

Уголки рта мастера приподнялись, и на лице у него заиграла самая неприятная улыбка из всех, что Мина когда-либо видела. В маленькой гостиной стояла оглушительная тишина. Слышно было только, как потрескивает огонь и тикают большие напольные часы. Рабеа и Мина стояли, не двигаясь, словно два вора, пойманных на месте преступления. Впрочем, именно так оно и было.

Наконец часовщик нарушил молчание:

– Так вот зачем вы пришли?

Он закрыл книгу, которую держал на коленях, и поднял её. В отблесках камина Мина отчётливо увидела на корешке две вытисненные золотом буквы «ИБ». На обложке было написано: «Искусство изготовления часов – Нобутоки Вадокеи».

Выражения лиц Мины и Рабеи говорили сами за себя. Часовщик встал с кресла.

– С тех пор как ко мне вернулась память о магии переплётчика и я узнал, что его арестовали, я постоянно ждал, что кто-нибудь придёт. Всё гадал, будут ли это представители властей, которые конфискуют книгу, или проницательный делец, который предложит за неё крупную сумму. И, конечно, я подумал и о том, что ко мне могут наведаться воры. Признаться честно, чего я точно не ожидал, так это парочки детей.

Часовщик стоял перед камином, глядя на пламя. Боковым зрением мастер продолжал наблюдать за Миной и Рабеа.

– Хотите узнать, что там написано? – спросил он. – В этой книге всё, что я знаю о своём ремесле. Почти до всего я дошёл сам. На страницах – секреты моих часов. Точные инструкции, как создать совершенные часы, которые замедляют время.

– Раньше я очень гордился своей книгой. Но теперь она мне больше не нужна. У меня уже есть всё, что там написано, – вздохнул часовщик.

Мастер постучал указательным пальцем по виску. Затем мужчина повернулся к камину и бросил книгу в огонь.

– Нет!

Рабеа и Мина бросились вперёд.

Похоже, часовщик предусмотрел и такой поворот. Он выхватил из пламени раскалённую кочергу, крутанулся на месте и взмахнул ею, будто мечом. Девочки в ужасе отступили.

В глазах мастера появился фанатичный блеск. Или это были всего лишь отблески пламени?

– Никто и никогда не узнает моих секретов, – сказал он. – Никто не изготовит таких же часов, как мои! А теперь убирайтесь.

На минуту Мина замерла, наблюдая, как огонь поглощает бумагу. Вместе с бумагой пеплом и дымом остались все её надежды. Затем Рабеа потянула подругу за рукав и девочки побежали вниз по лестнице так быстро, как только могли.

Глава 23
Шляпник

Оказавшись на улице, Мина и Рабеа на полной скорости влетели в Тима и Ферди.

– Ай, ну аккуратнее! – схватилась за голову Рабеа.

В дверях часовой лавки стоял один из нарядно одетых подмастерьев и грозно тряс кулаком.

– Получилось? Книга у вас? – мельком оглядел он Рабею и Мину Тим.

– Нет, – потянула друга за рукав Мина. – Надо бежать, пока часовщик не сообщил о нас полиции.

– Но как же книга... – не хотел уходить Тим.

– Забудь о ней!

Только услышав эти слова, мальчик наконец замолк. И четверо друзей снова бросились бежать по городским улицам, протискиваясь между ворчащими прохожими и раз за разом натыкаясь на чьи-то сумки с покупками. В какой-то момент они свернули в тихий узкий переулок, где прислонились к стене у мусорных баков, чтобы наконец-то перевести дух.

Мина чуть отдышалась и принялась рассказывать Тиму и Ферди о том, что случилось в доме часовщика. Мальчики выслушали её с помрачневшими лицами. Когда ученица переплётчика дошла до момента, когда мастер бросил книгу в камин, оба друга тяжело вздохнули.

– Видимо, к нам спустился его дворецкий или кто-то вроде, – сказал Тим, выслушав рассказ целиком. – Я думал, меня удар хватит, когда я его увидел. Мы сразу же вышли, чтобы вас предупредить, но вы уже зашли в дом.

Все четверо замолчали. Только оловянный жук гудел, кружа над головами друзей. Рабеа с такой силой пнула небольшой камень, что тот ударился об один из мусорных баков. С крышки бака упал скомканный обрывок газеты.

– Тс-с, – Тим поднёс к губам указательный палец. – Слышите?

Рабеа и Ферди тоже начали прислушиваться, однако Мина отвлеклась и не обратила никакого внимания на слова Тима. Её внимание было приковано к слову «переплётчик» на скомканной газетной странице. Девочка наклонилась, подняла бумажку и развернула её. Толстая чёрная надпись гласила: «ЭКСТРЕННЫЙ ВЫПУСК». Под ней были слова: «Переплётчик арестован».

Ниже в тексте говорилось о том, что переплётчика посадили в тюрьму из-за опасности, которую несла его магия. О том, что это была за магия, не написали ни слова. Последние два предложения звучали так: «Он находится в тюрьме, где проведёт всю оставшуюся жизнь. Благодаря своевременному вмешательству городских властей славным жителям нашего города больше нет нужды его бояться».

От злости Мина стиснула зубы так сильно, что они заскрипели. Только после этого она заметила фотографию под текстом статьи – переплётчик сидел скрючившись, в углу в голых стенах тюремной камеры. Он сидел, согнувшись, закрывая руками лицо. От этого зрелища у девочки разрывалось сердце.

– Я должен его вытащить, – прошептала она.

– Что? Мац! – схватил её за плечо Тим. – Прислушайся.

Мина послушалась друга. Действительно, с оживлённой улицы, на которую вёл переулок, доносились разговоры: «Уже слышали?» – «...Леса на западе...» – «Он приказал их вырубить, чтобы расширить Магический город». – «Кто ещё это сделает, если не наш мэр? Слышал, половину деревьев уже срубили. Так быстро, будто по волшебству».

У Мины к горлу подступил ком.

– Я правильно расслышал?

– Похоже, мэр вырубает лес, чтобы построить на его месте новые дома и мастерские, – объяснил Ферди, когда дослушал, не переставая смотреть в одну точку.

– Хочет сделаться ещё богаче. Жадный жирный негодяй! – ударил кулаком по ладони Тим.

– Последняя книга, – вмешалась Рабеа. – У бессонного шляпника. Она наш последний шанс положить конец выходкам мэра.

– Я знаком с подмастерьем шляпника, Казимиром. Может быть, он сможет помочь, – мрачно кивнул Тим.

Друзья обменялись решительными взглядами. Слов больше не требовалось. Тим пошёл вперёд, остальные трое последовали за ним.

– Почему шляпника называют бессонным? – спросила Мина, когда они завернули за очередной угол. Спрашивала она, в первую очередь, чтобы отвлечься от собственных переживаний.

– Потому что он не может уснуть, – коротко ответил Тим.

– Что это значит? – не поняла Мина.

– Ему сложно уснуть, он постоянно просыпается по ночам и очень рано встаёт утром. Короче говоря, мало спит и постоянно устаёт. Поэтому его и прозвали бессонным шляпником.

– Погоди, – вмешалась Рабеа. – Разве не он делает эти волшебные шапочки, в которых можно долго не спать?

– Именно.

– Я всегда думала, что шляпника прозвали бессонным из-за его магии. Из-за того, что его шляпы прогоняют усталость.

– Думаю, это просто забавное совпадение, – пожал плечами Тим.

Мина подумала, что друзья наверняка тоже отвлекают себя разговорами о шляпнике, чтобы меньше бояться. Правда, тревога охватила ученицу переплётчика с новой силой, когда она заметила вывеску в виде ведьминского колпака.

– Нам туда?

Тим кивнул. Друзья напряглись, но подошли поближе, намереваясь заглянуть в витрину.

– Надеюсь, Казимир в лавке один, – сказал Тим. – Шляпник часто оставляет его одного. Если так, то мы сможем спросить о книге.

Разглядеть, что происходит в лавке, было трудно, потому что все витрины были доверху завалены шляпами. Шляпы валялись на полу, висели на верёвках, плотно сидели на подставках и деревянных болванках. Мина никогда раньше видела такого разнообразия фасонов, расцветок, а ещё перьев, цветов из ткани и искусственных фруктов для украшения головных уборов.

И всё-таки Рабее удалось разглядеть ученика мастера сквозь щели между шляпами.

– Он у прилавка. Шляпника не видно.

Друзья решили попытать удачу. Маленький колокольчик над дверью задорно зазвенел, когда они по очереди вошли в лавку. Для Мины звон колокольчика прозвучал почти издевательски, ведь сама она покрылась потом от волнения.

Жук влетел за детьми как раз вовремя: стоило ему оказаться в помещении, как дверь закрылась.

– О, клиенты! – произнёс нараспев чей-то голос. Из-за прилавка вышел пухлый черноволосый мальчик. На нём был фиолетовый пиджак и чёрная шляпа-котелок.

– Привет, Казимир, – поздоровался Тим. – Это Рабеа, Ферди и Мац.

– Как же я рад вас видеть! – просиял Казимир.

Поведение нового знакомого показалось Мине немного странным. Оно было каким-то наигранно взбудораженным. В белках глаз виднелись красные лопнувшие сосуды. Да и вообще глаза, казалось, чересчур широко открыты.

Оказалось, что Мина не единственная, кто обратил на это внимание.

– Казимир, – осторожно спросил Тим. – Эту шляпу сделал твой мастер? Давно ты её надел?

– Пять дней назад! – бодро отчеканил подмастерье шляпника.

Тим посмотрел на него с недоверием. Мина поняла причину только после вопроса Рабеи:

– Ты что, пять дней не спал?

– Именно так, – довольно рассмеялся Казимир.

– Боже, Кази, – обеспокоенно сказал Тим. – Тебе нужно поспать!

– Зачем? Я вовсе не устал, – в своей беспечности Казимир оказался непоколебим.

– Устанешь, как только снимешь шляпу, – пробормотала Рабеа. Впрочем, говорила она так тихо, что ученик шляпника её не услышал.

– Твой мастер сейчас здесь? – решила перейти к делу Мина.

– Он наверху, пытается уснуть, – хмыкнул Казимир, слегка покачивая бёдрами. Тут он внезапно остановился и скорчил испуганное лицо. Теперь мальчик говорил шёпотом: – Поэтому надо вести себя потише.

– Наверху – это где? – тихо спросила Мина. – Здесь, на втором этаже? У него там спальня?

– Именно так. – Подмастерье шляпника продолжал говорит шёпотом и в какой-то момент это показалось ему настолько смешным, что он закрыл рот руками, чтобы не рассмеяться; затем он прошептал, совершенно забыв о теме разговора: – Сегодня утром я доделал свою первую шляпу. Хотите посмотреть?

– Нет, спасибо, – отказалась Мина. – Мы пришли по одному очень важному делу...

Но Казимир, не дожидаясь ответа на свой вопрос, уже скрылся в подсобке, а затем вернулся, держа в руках фиолетовую дамскую шляпку. Выглядел головной убор гораздо проще, чем остальные изделия в лавке. Шляпка, закруглённая сверху, с узкими загнутыми полями, имела лишь одно-единственное украшение – небольшой бантик сбоку.

Внезапно Казимир обратился к Рабее.

– Померяй! – тихим голосом потребовал он.

Мальчик отдал шляпу Рабее, и она, растерявшись, повиновалась. Казимир поправил шляпу у девочки на голове – для этого пришлось долго воевать с непослушными волосами – и наконец кивнул, довольный проделанной работой.

– Тебе идёт! Правда, ребята?

Ферди и Тим пробормотали что-то нечленораздельное. Казимир же, наоборот, буквально светился от радости.

– Это первый раз, когда мою шляпу меряет кто-то, кроме меня.

Рабеа с неохотой посмотрелась в зеркало на стене. Мине показалось, что на подруге такой головной убор смотрелся странно. Но, стоит отдать должное, шляпа получилась симпатичной. Должно быть, это невероятное чувство – создать что-то подобное своими руками. Ученица переплётчика заметила в глазах Казимира такой же блеск, как и у Ферди, когда кто-то хвалил его выпечку, или у Тима, когда он рассказывал, как сам подшивал кому-то подошву на ботинках. Внезапно Мине всем сердцем захотелось что-то создавать самой, как и её друзья. Девочка мечтала, что переплётчик однажды обучит её своему ремеслу.

Мысль о переплётчике вывела Мину из раздумий. Она повернулась к Казимиру.

– Шляпа и правда красивая. Но мы пришли не для того, чтобы что-нибудь померять.

– Верно. – С этими словами Рабеа сняла шляпу и отдала её Казимиру. – Мы ищем одну книгу. Книгу, которая принадлежит шляпнику.

– Ш-ш-ш. – Казимир приложил указательный палец к губам, напоминая девочке, что нужно говорить тише. Потом, извиняясь, добавил: – Как я уже говорил, мастер сейчас у себя, пошёл вздремнуть после обеда.

– Так даже лучше, – выпалила Мина. Увидев предостерегающее лицо Казимира, она понизила голос: – Это так... э-э–...

Девочка старалась подыскать достаточно вежливую формулировку, которая не вызвала бы подозрений, но не нашла слов, поэтому в разговор вступила Рабеа:

– Лучше, чтобы мастер ничего не знал.

– Ох. – Казимир на мгновение растерялся. Его переутомившийся разум никак не мог найти в словах девочек ничего, над чем можно было бы посмеяться; вдруг на его лице вновь заиграла улыбка: – Он хранит какие-то книги в спальне.

Рабеа ударила себя по лбу ладонью.

– О нет, – простонал Тим.

– Что? – не понял такой реакции Казимир.

Мина едва сдержалась, чтобы не схватить ученика шляпника за воротник и хорошенько не встряхнуть.

– Ты уверен, что в других комнатах никаких книг нет?

Казимир улыбнулся, а потом тихо заговорил таким тоном, будто хотел успокоить девочку:

– Конечно. Больше нигде нет.

Мина посмотрела на Ферди, Тима и Рабею. Над их головами жук полз по широким полям соломенной шляпы, висевшей на стене на гвозде.

– Что делать?

– Как это «что»? – Рабеа встала, резко уперев руки в бока. – Надо пробраться в спальню.

– Пока он спит? – Тим с недоверием посмотрел на Рабею.

– А спит ли он? – вмешался Ферди.

– О да, – весело ответил Казимир. – Он наконец-то уснул. Я слышал, как он храпел.

– Ну вот, решено, – подвела итог Рабеа. – Значит, проберёмся в спальню.

Внезапно Казимир, видимо, понял, что обсуждали остальные, и побледнел.

– Так нельзя. Мастер не хочет, чтобы его будили.

– Мы и не будем никого будить, – успокоила его Мина. – Мы тихо, очень тихо. Обещаю. Просто эта книга нам очень нужна.

Затуманенный разум Казимира в итоге всё-таки сдался под уговорами друзей. Мина мучилась угрызениями совести, пока подмастерье шляпника вёл их к двери в глубине лавки. Девочка очень надеялась, что они не доставят Казимиру неприятностей.

Дети прошли небольших размеров мастерскую. Здесь ткани, банты, отрезы кожи и войлока ждали, пока из них сделают головные уборы. Казимир подошёл к занавеске, за которой скрывалась узкая лестница. На цыпочках друзья поднялись наверх и оказались у двери. Из комнаты доносился громкий храп, и дверь едва не тряслась. Рабеа без колебаний нажала на ручку. Дверь поддалась, и дети, один за другим, переступили порог. Жук сидел у Мины на плече.

Они вошли в небольшую комнату, которая, судя по всему, была не только укромным местечком для послеобеденного сна, но и кладовой с хламом. Мине каморка напомнила собственную комнату в доме Ольги и Ирмы. Шляпник лежал на узкой кровати и оглушающе громко храпел через равные промежутки времени. Кончики изящно подкрученных усов трепетали в такт.

Бесшумными лёгкими шагами Рабеа направилась к полке у дальней стены. Там, помимо деревянных болванок, рулонов ткани, сантиметровых лент и заготовок для шляп, лежало несколько больших, но тонких книг. Не мешкая, девочка стала доставать книги одну за одной, переворачивая их с левого бока на правый в поиске клейма с инициалами переплётчика.

Мина и остальные последовали за подругой, не сводя глаз со спящего мастера. Сердце ученицы переплётчика бешено колотилось. Они почти уже дошли до полки, когда Ферди неудачно наступил на скрипучую половицу.

Храп прекратился.

Дети застыли на месте. Рабеа повернулась к шляпнику. На лбу Ферди проступили капельки пота, а Казимир выглядел так, будто вот-вот упадёт в обморок. Все стояли как вкопанные, не понимая, чего ожидать.

Шляпник причмокнул губами, перевернулся на другой бок и снова захрапел.

Мина вздохнула с облегчением. Опять повезло. Рабеа повернулась к друзьям, держа в руках большую тонкую книгу.

– Кажется, нашла. – Её голос звучал тихо, будто шелест листьев.

Мина осторожно подошла ближе. В правом нижнем углу на обложке она увидела вытисненные буквы: «ИБ».

Рабеа передала книгу Мине, и та сунула её под мышку. Друзья понимали друг друга без слов. Пора уходить.

Не успели они ступить и шагу, как раздался звон колокольчика над входной дверью. Звон, доносившийся с первого этажа, был едва различим. Однако раздавшиеся внизу шаги в тишине прозвучали, словно раскаты грома. Казалось, что в магазин вбежала целая толпа покупателей.

Друзья только и успели, что обменяться удивлёнными взглядами. Затем дверь в каморку распахнулась, туда вошли люди в серой форме с пистолетами наготове из городской ратуши. Мина чуть не выронила книгу от шока.

– Мальчишка с книгой, – услышала девочка чей-то голос. – Это он!

– Держите его! И принесите мне книгу! – тут же вступил другой голос.

Мгновение спустя Мину окружили полицейские. Они тянулись к девочке со всех сторон, хватали её за руки, вырывали книгу. Мина впилась пальцами в обложку, уворачиваясь и брыкаясь.

– Отстаньте от меня!

Над ухом у девочки раздалось жужжание, и металлические крылья коснулись её щеки. Оловянный жук бросился одному из полицейских прямо в лицо. Тот вскрикнул от неожиданности. Он выпустил Мину и замахнулся на жука. К ужасу ученицы переплётчика, полицейский ударил игрушку и с силой швырнул на пол. Через мгновение мужчина занёс над жуком ногу и растоптал его.

До Мины донёсся треск ломающихся на кусочки оловянных деталек.

– Нет! – вскрикнула она, тяжело дыша.

Полицейский отступил. На том месте, где ещё минуту назад лежал жук, теперь виднелась лишь сплющенная кучка металла. Усики ещё дергались, а оловянное колесико прокатилось по полу, а затем завалилось на бок. Движения прекратились.

– Жук... – Слёзы застилали Мине глаза.

Она перестала брыкаться, её плечи слегка подрагивали, а руки девочка сжала в кулаки. Смахнув слёзы, Мина разглядела улыбающееся лицо мэра. В руках мужчина держал книгу шляпника. Ученица переплётчика даже не поняла, в какой именно момент её всё-таки отобрали.

– Это он? Точно? – спросил мэр.

– Да, – ответил мужчина с усами, – это Мац, подмастерье переплётчика.

Это был тот самый страж, что выдал Мине документы у городских ворот.

– Могу я поинтересоваться, что здесь происходит?

Все разом повернулись на звук. У кровати стоял шляпник в небесно-голубой ночной рубашке и белых подштанниках. На голове у него был чёрный цилиндр – вероятно, его собственного изготовления, – чтобы быстрее проснуться. Мастер оглядывался вокруг в полном недоумении.

– Извините за беспокойство, господин, – учтиво сказал мэр. – Мы вас больше не потревожим. Можете спать дальше. А вот это, – показал он книгу. – Мне придётся конфисковать.

Гнев и растерянность моментально исчезли с лица шляпника. Он понимающе кивнул.

– Да, конечно. Никаких проблем. Тогда доброй ночи... Или лучше сказать «доброго дня»? – С этими словами мастер улёгся в постель и снял шляпу.

«Этого не может быть», – подумала Мина. Впрочем, чуть позже она догадалась, что мэр что-то написал в волшебной книге, чтобы все безропотно выполняли его приказы. Девочка посмотрела вниз на погнутые крылья, пружины и шестерёнки, которые раньше были внутри оловянного жука, а теперь валялись на полу, разбросанные сапогами полицейских.

– Отпустите его! – раздался голос Тима.

Он, Ферди и Рабеа бросились на полицейских, сжав кулаки. Однако служащим не составило труда остановить детей, ведь они были крупнее, сильнее, а ещё явно превосходили друзей Мины числом. Казимир стоял в стороне с открытым ртом.

– А с этими что? – спросил один из мужчин, обращаясь к мэру.

Разозлившись, мэр резко выдохнул через нос. Глава города сунул книгу шляпника под мышку, потянулся к своему синему пиджаку и достал из кармана волшебную книгу переплётчика, затем открыл её и взял карандаш. Закончив писать, он прочитал фразы вслух:

– Друзья подмастерья переплётчика Маца больше не хотят иметь с ним никаких дел и идут заниматься своими делами. – Мэр захлопнул книгу. – Этого, пожалуй, достаточно.

Никто из полицейских не счёл такое поведение странным, наверняка они тоже были под чарами книги. Мина и сама не понимала, что происходит. Всё случилось слишком быстро.

– Вы... Вы не можете так поступить!

Она повернулась к друзьям.

– Тим? – еле слышно спросила девочка. – Ферди? Рабеа?

Но все трое лишь стояли, не двигаясь, и смотрели на Мину широко открытыми глазами. Кажется, все трое уже не помнили, кто она такая.

Перед глазами вновь возник мэр.

– А этого мы возьмём с собой. Взять его!

Кто-то ударил Мину в спину, и она резко наклонилась вперёд. Девочка не успела даже оглянуться в поисках друзей, как её вывели из комнаты и повели вниз по лестнице.

Глава 24
За решёткой

Мину вели по городу в сумерках, она не видела ничего, кроме серых мундиров вокруг и булыжников под ногами. За спинами сопровождавших её полицейских то и дело раздавались возгласы прохожих: «Что происходит? Вы меня не слышите? Подмастерье переплётчика. И этого арестовали. Яблоко от яблони недалеко падает!»

Наконец над ними нависло высокое серое здание ратуши. Мина поднялась по ступенькам и прошла в ворота. Процессия вошла в большой зал с высокими потолками. У одной из стен возвели строительные леса, и завершающие работу маляры, одетые в комбинезоны, паковали кисти. Пахло свежей краской.

– Эй! – раздался откуда-то сзади голос мэра. – У меня нос кривой. Надеюсь, потом исправите!

Мина присмотрелась: сквозь строительные леса просматривался огромный портрет главы города. Хотя художники и изобразили новое лицо мэра, вышло всё равно не очень похоже. Девочка хотела было весело рассмеяться, но внутри у неё как будто разверзлась чёрная дыра, которая засасывала все эмоции до единой, оставляя лишь пустоту. Молча, в оцепенении, она проследовала за полицейскими через зал к тёмному лестничному пролёту. В голове пронеслась мысль: «Это конец».

Полицейские вели её вниз по лестнице. Чем ниже они спускались, тем холоднее становилось. Окон здесь не было – только газовые лампы. Наконец они добрались до последней ступеньки. Загремели ключи, заскрипели железные петли. Не успела девочка опомниться, как за ней захлопнулась дверь. Её заперли в камере. Вокруг – голые стены, впереди – металлические прутья от потолка до пола. Полицейский запер камеру на засов. Затем все сопровождающие ушли, не сказав ни слова. Мина услышала, как они поднимаются по лестнице.

Девочка хотела позвать их, спросить, что же с ней теперь будет, но её взгляд упал на камеру напротив – она заметила знакомое лицо.

– Что... – запинаясь, произнёс переплётчик; он сидел на лежанке и смотрел на ученицу с недоверием: – Мац? И ты здесь?

Он встал. Его лицо ожесточилось.

– Что всё это значит?

– Господин Бухбиндер!

Мина подошла к решётке, схватилась за прутья руками и тут же ощутила ладонями холод металла.

– Я хотел вас вытащить! Но у меня не вышло... – К горлу девочки подступил ком, голос дрогнул.

Переплётчик открыл было рот, но сразу же закрыл. Не успел он подобрать нужные слова, как из коридора послышались шаги. К камере подошёл мэр.

– Теперь оба нарушителя спокойствия за решеткой, – довольно кивнул он. – Что ж, это обнадёживает. Знаете, господин Бухбиндер, ваш юный ученик доставил мне много хлопот. Хорошо, что я написал в книге, что тут же узнаю обо всём, что может представлять для меня опасность. Тогда я тут же понял, что в городе осталось ещё три ваших книги, а ещё о том, что ваш подмастерье ищет эти книги, намереваясь освободить вас.

Мэр цокнул языком и осуждающе посмотрел на Мину. Она поджала губы и не сводила с него глаз, пока он не отвернулся сам.

– К сожалению, два из трёх драгоценных изделий больше не пригодны для использования. Мои люди всё выяснили. Мастер по изготовлению игрушек вынул страницы из переплёта. Остались одни бумажки, и книга утратила свою магию. Бесполезная вещица. А часовщик просто безумец, вообще сжёг свой экземпляр. А вот эту, – мэр показал книгу шляпника. – Нам удалось спасти.

Глава города открыл книгу, и Мине удалось разглядеть содержимое страниц. Конечно, томик содержал только эскизы шляп. Детские шапочки, дамские шляпки, мужские головные уборы, большие, маленькие, высокие и не очень.

– Впрочем, это уже неважно. – Мэр громко захлопнул книгу. – Я кое-что понял: другие ваши книги мне совершенно не нужны. Страницы в моём экземпляре ещё не закончились, а значит, я могу написать, что стал обладателем ещё одной волшебной книги. А затем ещё и ещё. Совершенно никаких ограничений.

Мина заметила, как глаза мэра вновь засверкали алчным блеском. Девочка вздрогнула.

Переплётчик тоже подошёл к решётке. На мгновение ученице показалось, что лицо мастера приняло благоговейное выражение. Затем он резко тряхнул головой, и выражение исчезло. Конечно, ведь и переплётчик находился под воздействием чар, просто пытался с ними бороться.

– Умоляю, остановитесь! – сказал Иоганн, глядя главе города в глаза. – Вы играете с огнём. Нельзя же полагаться на мою магию. Она считывает текст в книгах совершенно непредсказуемым образом. Я уже убедился в этом на собственном опыте.

Переплётчик говорил всё твёрже. Мина крепче вцепилась в металлические прутья. Даже мэр внимательно слушал мастера.

– Я тогда хотел помочь хорошим друзьям тайно покинуть город, – опустил взгляд переплётчик. – Я написал, что они исчезнут, и их никто не найдёт. Больше я о них не слышал. С некоторых пор я боюсь... Боюсь, что книга поняла меня слишком буквально. Что, если они действительно исчезли? Просто взяли и растворились в воздухе?

Мина услышала звон в ушах. Перед глазами всё плыло. Она вспомнила фразу, которую написал тогда Иоганн: «Матильда и Вилли исчезнут, и их никто не найдёт».

Матильда и Вилли. Бывшая тайная ученица переплётчика и её муж. Родители Мины.

У девочки закружилась голова. Колени подкосились, и она сползла на пол, продолжая держаться за прутья. Переплётчик звал её по имени, но Мине показалось, что кричит он откуда-то издалека.

Она вспомнила слова Ольги и Ирмы. Сёстры считали, что её родители просто сбежали. Намеренно бросили собственную дочь – её, Мину.

– Это неправда, – шептала девочка. – Они меня не бросали. Просто мастер переплёл ту книгу, и они... Испарились. Они ничего не могли сделать.

– Мац! Мац, что с тобой? – вновь услышала Мина голос переплётчика.

– Прекратите суетиться. Всё с мальчишкой нормально. – Впервые голос мэра звучал по-настоящему сердито. – Наконец-то я положу всему этому конец.

Точно как в каморке у шляпника, он сунул книгу под мышку, полез в карман пиджака и достал оттуда волшебную книгу и карандаш.

Переплётчик вцепился в прутья решётки с такой силой, что у него побелели костяшки пальцев.

– Что вы задумали?

В воцарившейся тишине мэр невозмутимо облизал указательный палец и принялся листать страницы. Судя по всему, некоторые из них он уже исписал.

– Вы мне надоели. Напишу, что вы оба потеряли память. Полностью. Наверное, этого будет достаточно, чтобы вы больше не создавали мне неприятностей.

Мина посмотрела на переплётчика – он был в ужасе.

– Вы не можете так поступить.

– Ой, ещё как могу, – весело проговорил мэр, он взял в руку карандаш и начал диктовать: – Иоганн Бухбиндер и его подмастерье Мац Бухбиндерлеринг...

– Не надо! – закричал переплётчик. – Пощадите хотя бы мальчика!

Мину, казалось, парализовал страх. Она сидела неподвижно, глядя в одну точку. В голове мелькнула мысль: «Только я узнала, кто мои родители и что с ними случилось, и теперь снова всё забуду».

– ...Теряют память, – продолжал мэр. – И даже не помнят, кто они.

Он оторвал карандаш от бумаги.

– Я собираюсь поставить точку. Вы знаете, что это означает. Написанное сейчас сбудется, – поджал он губы, делая вид, что сочувствует пленникам. – Жаль, что всё закончилось именно так.

С этими словами глава города снова опустил карандаш на бумагу и поставил точку в конце предложения.

Глава 25
Магия действует

Мина посмотрела на мэра. Затем моргнула.

– Ну? – Мэр перевёл взгляд с девочки на переплётчика, а затем обратно. – Как ваши дела?

– Вполне неплохо, спасибо, что интересуетесь, – улыбнулся главе города Иоганн. – А как ваши, господин?

– О, у меня просто великолепно, великолепно! – весело рассмеялся мэр. – Могу я спросить, кто вы такой?

– Кто я? – Переплётчик выглядел озадаченным. – Не думал, что этот вопрос поставит меня в тупик. Кажется, я вынужден сказать, что не знаю.

– А вы, мой дорогой? – с улыбкой повернулся мэр к Мине.

Девочка смотрела на него, перебирая в голове воспоминания. Её зовут Мина. Её растили Ольга и Ирма, а потом она пришла в город, чтобы обучаться ремеслу.

По телу от кончиков пальцев до макушки пробежали мурашки. Она всё помнит! Даже о друзьях и поисках волшебных книг. А ещё о родителях. Разве такое возможно?

Мэру молчание и вопросительный взгляд подмастерья переплётчика показались исчерпывающим ответом. Довольный, он сунул книгу и карандаш обратно в карман пиджака и взял в руку книгу шляпника. Затем глава города махнул кому-то, стоявшему в конце коридора.

– Откройте камеры и выпустите этих двоих. Они больше не опасны. Можете их просто выгнать. Мне всё равно. Мой рабочий день окончен. – С этими словами он вышел.

Мина внимательно смотрела на переплётчика. Неужели он просто притворялся? Может, на него магия тоже не подействовала? Однако мастер не подавал никаких знаков. Даже не подмигнул, чтобы показать, что всё не по-настоящему. Он лишь доброжелательно смотрел на неё.

– Здравствуйте. Я бы очень хотел представиться, но для этого нужно вспомнить, кто я. Прошу прощения.

Девочка продолжала молча смотреть на мастера. Что ж, он действительно ничего не помнит. Но почему тогда магия подействовала только на переплётчика?

Надзиратель подошёл к камере и принялся отпирать дверь позвякивающим ключом.

Одновременно со щелчком, который издал открывающийся замок, что-то щёлкнуло и в голове у Мины. Она внезапно поняла, почему волшебство не имеет над ней силы.

Надзиратель отвернулся. Пока он открывал камеру переплётчика, Мина шептала себе под нос, чтобы её никто не услышал:

– Он написал «ученик переплётчика Мац». Но Мац – это ненастоящее имя. Меня зовут Мина. И я даже не подмастерье. Я... – Она запнулась.

Что нужно было сказать? Подмастерица? Впервые девочка поняла, что нет подходящего слова, обозначающего ученицу ремесленника. Мина печально улыбнулась.

– Я та, кого вообще не должно существовать согласно их правилам.

– Эй ты! – рявкнул надзиратель. – Вставай уже! Вас отпускают.

Мина встала и проследовала за мужчиной. В голове крутились мысли. Заклинание не подействовало, потому что мэр написал ненастоящее имя. И что теперь делать? В первую очередь притвориться, что действительно ничего не помнишь. Сейчас их отпустят, и она решит, что делать дальше. Может, получится даже отыскать Тима, Ферди и Рабею? Хотя что толку, вряд ли они что-то помнят.

Офицер повёл их вверх по лестнице, обратно к холлу. Мина удивилась, увидев перед собой мэра. Он быстрым шагом направлялся к выходу, всё ещё держа в руке книгу с эскизами шляп. Видимо, собирался домой, потому что, как он выразился: «Рабочий день окончен». И действительно, за окном уже стемнело, а в холле стояла тишина, и не было ни души.

Мина поняла, что стоит на месте, когда надзиратель легонько пихнул её в спину.

– Иди давай. Выход прямо.

Только после этих слов она медленно пошла дальше.

Стоило мэру подойти к воротам, как они открылись. Вошёл мужчина в серой униформе.

– Господин, тут дети принесли вам подарок.

За ним вошли трое. Мина чуть не прыгала от счастья. Это Тим, Ферди и Рабеа!

– Что вам от меня надо? – Глава города смотрел на детей с подозрением.

– Как вам уже доложили, господин мэр, мы бы хотели сделать вам подарок. Чтобы, так сказать, загладить вину.

Тим достал из-за спины пару туфель.

– Туфли? – в недоумении спросил мэр.

– Это непростые туфли, – тут же заверила его Рабеа. – Только посмотрите на эти золотые пряжки. А как вам драгоценные камни?

Мина навострила уши, чтобы ничего не упустить. Вместе с надзирателем и переплётчиком она пересекала холл, подходя всё ближе и ближе к мэру и друзьям. Девочка увидела, что туфли и правда расшиты драгоценными камнями.

Что всё это значит? Мина почувствовала, как к горлу подступил ком. Очевидно, так на друзей подействовали чары.

Тем временем, глава города внимательно осматривал подарок. Ученица переплётчика подошла уже достаточно близко, чтобы заметить то, с каким трепетом он смотрел на украшения.

– Померяйте же, – попросил Тим.

– Что-то не хочется, – отмахнулся мэр.

Однако Мина заметила, что на самом деле мужчина доволен тем, как волшебство подействовало на детей. Он буквально купался в их восхищённых взглядах.

– Пожалуйста! – продолжал уговаривать Тим. – Вы ведь самый красивый человек на свете. А самый красивый человек заслуживает самые красивые туфли. Побалуйте себя. У вас наверняка был трудный день.

– О, ну раз вы так настаиваете, – рассмеялся мэр. – Ладно, почему бы и нет. Дайте руку!

Мужчина подозвал полицейского и опёрся на его руку, чтобы переобуться.

Мина замедлила шаг. Она почти дошла до ворот. Рабеа повернулась и заметила подругу с переплётчиком. Дочь вора широко открыла глаза от удивления. Мина тем временем старалась сохранить внешнее безразличие. Что бы друзья ни задумали, ей нельзя себя выдать.

Надзиратель снова толкнул девочку в спину.

– Пошевеливайся! Чего встал?

Тим опустился на колени, чтобы помочь мэру надеть подаренную обувь.

– Кажется, они вам слегка маловаты, – признал он. И всё же в итоге у подмастерья сапожника получилось продеть ремешки через золотые пряжки.

Стоило туфлям оказаться на ногах мэра, как их новоиспечённый обладатель совершил элегантный прыжок. Он ловко приземлился на левую ногу и так высоко задрал правую, что ударил полицейского под дых. Мужчина попятился.

– Сейчас! – крикнул Тим.

Рабеа бросилась к мэру и выхватила книгу шляпника у него из рук.

– Нет! – закричал глава города. – Верните книгу! Вы, жалкие желторотики!

Он продолжал выделывать пируэт за пируэтом, выкрикивая ругательства.

Мина рассмеялась. Конечно, это же те самые танцующие туфли, которые сделал мастер Тима!

– Да помогите же мне! – неистовствовал танцор, пересекая танцевальным шагом холл ратуши.

Полицейский, которого он случайно пнул, сидел на земле, потирая ушибленный подбородок. Надзиратель, сопровождавший Мину и Иоганна, бросился к мэру. Однако тот снова сделал несколько изящных прыжков, всё дальше ускользая от своего спасителя.

– Браво! – зааплодировал переплётчик. – Чудесное представление! Великолепно!

Мина увидела, как с лестницы, ведущей в холл, стали спускаться полицейские. Девочка решила перестать притворяться и бросилась к друзьям.

– Так значит, вы меня не забыли?

– Конечно, нет! – ответила Рабеа, вдруг притянув к себе Мину, чтобы крепко обнять. – Магия не подействовала. Мы не знаем, почему.

Мина поняла, что мэр написал в книге её ненастоящее имя в предложении про Тима, Ферди и Рабею.

– Зато, кажется, я знаю, – сказала она. – Но сейчас не время объяснять. Вторая книга всё ещё у него.

Ученица переплётчика указала на книгу в руках Рабеи.

– Может, напишем что-нибудь? Чтобы забрать вторую книгу.

Ферди пошарил в карманах.

– Карандаша нет.

Рабеа и Тим тоже отрицательно покачали головами. Мина вздохнула.

Жительница Подземного города решительно посмотрела на главу города, который всё ещё танцевал, всё больше отдаляясь от полицейских. Она передала книгу шляпника Ферди.

– Не потеряй!

Затем девочка отправилась вперёд, а Мина с Тимом последовали за ней.

– Да что это за туфли?! – крикнул мэр детям, вальсируя по залу с такой скоростью, что при взгляде на него кружилась голова. – Что вы со мной сделали?

– Сделайте уже что-нибудь! Снимите их с меня! – обратился танцор к полицейским.

– Осторожно, они выполняют все его приказы, – предупредила друзей Мина.

Наконец одному из мужчин удалось схватить главу города за пиджак и повалить на землю. Мэр дёргал ногами и брыкался.

– Туфли! – кричал он. – Снимите туфли!

Люди в форме настолько плотно окружили обладателя волшебных туфель, что дети никак не могли к нему подобраться. Так казалось Мине. Однако Рабеа бросилась в толпу и протиснулась между полицейскими. Мина услышала, что мэр начал ругаться ещё громче. Затем, через несколько мгновений, Рабеа вернулась к друзьям. Она держала книгу над головой и улыбалась.

– Да! – радостно воскликнул Тим. – Рабеа, ты просто мастер воровства!

Рабеа просияла.

– Книга! – ревел мэр. – Оставьте меня! Принесите мне книгу, идиоты!

Полицейские тут же развернулись и бросились к детям.

– Рабеа, беги! – крикнула Мина.

Рабеа бросилась бежать, но мужчины преградили ей путь. Один схватил её за волосы, и девочка вскрикнула.

– А это, – услышала откуда-то Мина голос недоумевающего переплётчика. – Тоже часть представления?

– Сюда! – Тим вытянул вперёд руки.

Рабеа поняла, что имел в виду мальчик, и подбросила книгу вверх. Тим бросился вперёд, чтобы поймать её. Но полицейские мгновенно настигли и его. Их было слишком много.

– Я здесь! – крикнула запыхавшаяся Мина.

Сейчас она жалела, что не научилась играть в мяч. Девочка отбежала в сторону, чтобы освободить Тиму место для броска, но кто-то подставил мальчику подножку, и тот упал. Единственное, что он смог сделать, – толкнуть книгу в сторону Мины. Девочка наклонилась, чтобы забрать её, а когда выпрямилась, перед ней толпились полицейские. Бежать было некуда – она стояла спиной к стене.

Она нервно сглотнула.

– Игра окончена, мальчик, – сказал один из мужчин, протягивая руку. – Отдай книгу.

Круг постепенно сжимался.

Мина чувствовала себя загнанным в угол зверьком, отчаянно пытаясь найти выход. Вдруг она заметила рядом с собой ведро с тёмно-синей краской. Наверное, маляры оставили на завтра. Не тратя времени на раздумья, Мина бросила книгу в ведро с краской.

Полицейские застыли в изумлении.

– Что ты творишь? – прокричал один из них.

Мина стояла, глядя на ведро. Стук сердца пульсировал в ушах. Однако времени на переживания не было. Каждая секунда была на счету. Хоть бы сработало! Кто-то шагнул вперёд, пытаясь оттеснить девочку в сторону. Она тут же потянулась к ведру и толкнула книгу поглубже в краску. Мина открыла книгу и проследила, чтобы страницы окрасились. Особенно те, на которых писал мэр. Когда она снова подняла глаза на полицейских, в выражениях их лиц что-то изменилось.

– Что происходит? – обратился один из них к остальным. – Что это за старая книга?

– Пропустите меня! – раздался голос мэра из-за спин людей в форме.

Двое мужчин отошли в сторону, и мэр, совершенно растерянный, протиснулся между ними. Он был в одних носках. Мина рассмеялась, увидев его лицо. Глава города снова стал прежним, вернулись его обвисшие щёки. Красоты, которую он сам себе придумал, больше не было.

Сработало!

– Что здесь происходит? – потребовал объяснений неудавшийся танцор.

Его взгляд упал сначала на ведро, а потом на Мину с запачканными тёмно-синей краской рукавами рубашки и руками.

– Нет!

Мужчина бросился к ведру и вытащил оттуда книгу, измазанную краской.

– Нет, нет!

В надежде, что хоть какие-нибудь из его записей уцелели, он стал перелистывать страницы, но книгу было уже не спасти. Страницы насквозь пропитались краской и стали тёмно-синими. От записей не осталось и следа.

– Всё, что вы написали, стёрлось, – объяснила Мина. – Магия больше не действует.

Взгляд мэра был полон отчаянья.

– А что с другой книгой? – запинаясь, проговорил он.

– Вы об этой?

Все обернулись, и Мина увидела Ферди с книгой шляпника в руках. В другой руке мальчик держал карандаш мэра. Видимо, выпал из кармана в суматохе. Подмастерье пекаря принялся что-то писать.

– Не надо! – К Ферди подбежал переплётчик.

Мина выдохнула, увидев, что к мастеру вернулась память.

– Не пиши ничего! Это не игрушка!

Однако Ферди уже закончил предложение. Полицейские, будто по команде, пересекли зал и вышли из здания через парадный вход.

– Вы куда? – Мэр бросился за подчинёнными в одних носках. – Эй, я с вами разговариваю! Не уходите, прошу!

Дверь захлопнулась прямо перед его носом. Глава города остался с детьми и переплётчиком один на один.

– Что ты написал, Ферди? – с восторгом посмотрел на друга Тим.

– Я просто отправил их домой. Это же нестрашно, господин Бухбиндер? – пожал плечами подмастерье пекаря.

Переплётчик быстрым жестом провёл по бороде.

– Надеюсь, что никто из них не считает своим домом город на другом конце света. Потому что если так, то путь домой бедняге предстоит неблизкий. Правда, дети, не стоит полагаться на магию книг. Давайте лучше сожжём и последнюю.

– Нет! – Мэр подбежал к Ферди, намереваясь забрать у мальчика книгу.

Тим и Рабеа преградили ему дорогу. Мина тоже присоединилась к друзьям. Глава города торопливо переводил взгляд с одного ребёнка на другого.

– Поймите уже наконец, – сказала ему Мина, упирая руки в бока и оставляя на рубашке следы тёмно-синей краски, – вы проиграли.

– И да, последнюю волшебную книгу мы тоже уничтожим. Ваша магия слишком сильна, – повернулась она к переплётчику.

Мина посмотрела туда, где на полу лежала пропитанная краской книга. Вокруг образовалась цветная лужа.

– Из-за этой книги пропали мои родители.

Внезапно мэр упал на колени, сложив руки в умоляющем жесте.

– Мальчик, неужели ты не понимаешь? Не знаю, что случилось с твоими родителями, но книга поможет вернуть их. Книга может всё. Если ты только позволишь мне...

– Всё я понимаю, – с презрением глядя на мэра, Мина шагнула в сторону. – Это вы до сих пор не поняли, какой силой обладают эти книги. Мои родители давно вернулись.

– Они вернулись в этот мир в тот момент, когда я вырвал ту страницу. Теперь я это понимаю, – улыбнулась девочка.

Все замолчали в замешательстве. Мина знала, что никто не понимает, о чём она говорит. Она собиралась объясниться позже.

– Поэтому мы уничтожим последнюю книгу, – продолжала ученица переплётчика, – но только после того, как вы, господин мэр, поменяете некоторые законы.

– П-поменять? Законы? – быстро заморгал мэр.

– Точно! Молодец, Мац! – чуть не прыгал от радости Тим. – В этом городе давно пора кое-что поменять.

– Зачем мне это? – помрачнев, спросил глава города изменившимся голосом.

– Потому что иначе мы напишем в книге то, что вам не понравится, – с улыбкой объяснила Мина. – Да, Ферди?

– Как насчёт «Мэр превращается в таракана»? Или нет, лучше «Мэр больше не говорит, а кудахчет, как курица», – гадал подмастерье пекаря, доставая карандаш.

– Какие законы я должен поменять? – побледнев, спросил мужчина.

У Тима уже был готовый ответ как раз на такой случай:

– Мастерам, которые получили магию, нужно разрешить уезжать из города. Так волшебство распространится по всему миру! Хоть силу и можно получить только здесь, наш город не должен быть единственным, где есть магические мастерские.

– В городе должен быть оркестр. И нужно проводить художественные выставки. А ещё построить музеи. И библиотеки. И театр! – поддержала друга Рабеа.

Мина вспомнила об отце Рабеи. Он был музыкантом и не мог достойно зарабатывать в магическом городе. Было бы хорошо, если бы здесь и вправду появились оркестр, театр и танцевальные коллективы. Тогда художников ценили бы так же высоко, как ремесленников.

– А подмастерьям, которые не получили магию, нужно разрешить всё равно открывать в городе мастерские, – тихо добавил Ферди.

Друзья обменялись радостными взглядами.

– И ещё кое-что, – заговорила Мина, и все посмотрели на неё. – Нужно разрешить девочкам и женщинам учиться ремеслу и открывать свои мастерские.

Тим и Ферди неуверенно кивнули. Рабеа же, напротив, понимающе улыбнулась.

– Мальчики, господин Бухбиндер, мне нужно вам кое-что рассказать, – глубоко вздохнула Мина.

Глава 26
Нежданные гости

Мину разбудил чей-то пронзительный возглас. Она резко поднялась на ноги, всё ещё не проснувшись до конца.

– Милая кроха, – послышался женский голос. – Что здесь происходит? Господин мэр?

Мина огляделась. Она была в кабинете мэра на последнем этаже городской ратуши. Вокруг неё, на полу, лежали только проснувшиеся Ферди, Тим и Рабеа. Уставший и растрёпанный мэр, сидевший за письменным столом, еле поднял голову от столешницы, услышав вопросы посетительницы. Рядом с главой города стоял, зажав книгу шляпника под мышкой, не менее уставший переплётчик. Мастер дежурил всю ночь, даже когда дети больше не смогли бороться со сном.

В дверях кабинета стояла женщина в простом сером платье с высоким воротом и пышными рукавами. Её чёрные волосы длиной до подбородка были зачёсаны назад. Перед грудью она держала сумочку, словно это был её щит, и смотрела по сторонам округлившимися от удивления глазами. Мина догадалась, что это, должно быть, тот самый секретарь, о котором говорил мэр.

– Госпожа Пфиффиг, – произнёс мэр, изо всех сил стараясь не терять лицо перед подчинённой, – у меня... У меня есть для вас важное поручение.

Последние слова он говорил нехотя, сквозь зубы. Глава города мельком взглянул на книгу в руках переплётчика. Мастер коротко кивнул.

Вчера дети и переплётчик запугивали мэра до тех пор, пока тот не согласился провести их в свой кабинет, а затем заставляли исписывать страницу за страницей новыми указами. Наконец дошло до того, что несчастный согласился подать в отставку и покинуть город. Мужчина несколько раз пытался отказаться, и тогда Рабеа выполнила свою угрозу, записав кое-что в волшебную книгу. После этого поведение главы города изменилось в лучшую сторону.

– Какое поручение, господин мэр? – писклявым голосом спросила женщина.

Лицо мужчины перекосило от злости. Однако он сделал ровно то, что ему говорили: взял со стола бумаги, на которых писал вчера вечером, и протянул их секретарю.

– Пожалуйста, проследите, чтобы эти законы ввели в действие. А ещё необходимо выдвинуть нового кандидата на... На... – Довести мысль до конца он не смог.

Переплётчик в качестве угрозы достал авторучку и открыл волшебную книгу.

– На пост мэра! – тут же договорил мужчина.

Женщина пересекла кабинет нетвёрдыми шагами. Одной рукой она взяла у мэра документы, а другой продолжала держать сумочку.

– Как скажете, господин мэр, – тихо проговорила женщина, глядя на главу города с недоверием.

Похоже, что ей и в голову не пришло сомневаться в его решении. Мина нахмурилась, наблюдая за происходящим. Мэр слишком долго единолично распоряжался судьбой города. Пришло время что-то поменять.

– Но, господин мэр, – неуверенно заговорила женщина. – У вас... У вас же...

Смущённая, она указала в точку у мужчины над головой.

– Ослиные уши! – рявкнул мэр. – Да, я знаю! У меня на голове ослиные уши! Что-нибудь ещё, госпожа Пфиффиг?

Женщина судорожно замотала головой.

– Нет, нет. У меня всё.

Она вышла из кабинета быстрым шагом и захлопнула за собой дверь.

Мина с друзьями и переплётчиком проводили мэра до самых ворот, чтобы убедиться, что он точно покинул город. Мужчина вышел, не обращая внимания на вопросы стражника у городских ворот, с раскрасневшимся лицом и опущенной головой. Друзья увидели, как он махнул рукой экипажу и сел в него. Мужчине приходилось пригибаться, чтобы не задеть свои ослиные уши. Затем кучер пришпорил лошадей, экипаж отправился в путь и постепенно исчез из поля зрения.

Потом Рабеа, Тим, Ферди, переплётчик и Мина молча шли по улицам. Лучи утреннего солнца скользили по черепице крыш и булыжникам мостовой. По обеим сторонам улицы открывались магазины, и подмастерья выходили, чтобы подмести пороги. Шорник^[4] вышел, чтобы выставить товар у входа в лавку. Из открытого окна одной мастерской доносился стук швейной машинки, из другой – удары молотка. В воздухе стоял приятный запах свежего хлеба.

– Интересно, он когда-нибудь избавится от ослиных ушей? – спросила Рабеа.

Видимо, теперь девочку мучила совесть за фразу, которую она написала в волшебной книге.

– Конечно, – заверил её переплётчик. – Как только я сожгу это.

Мастер крепче сжал большую книгу с эскизами шляп, которую нёс под мышкой.

Мина чувствовала, что Тим за ней наблюдает. Они с Ферди странно вели себя с тех пор, как она призналась им, что на самом деле девочка. Что ж, их было не в чем винить. Рабеа, наоборот, вовсе не удивилась. Она, как Мина и думала, обо всём догадалась ещё при первой встрече.

Ученица переплётчика встретилась взглядами с Тимом, и тот тут же отвёл глаза. Девочка попыталась заговорить с ним как ни в чём не бывало:

– Кстати, у тебя не будет неприятностей, когда сапожник узнает, что ты украл у него те туфли?

Тим нёс ту самую обувь в руке. Однако туфлям пришлось пройти серьёзное испытание, потому они уже лишились нескольких драгоценных камней и местами поцарапались.

Друг продолжил избегать взгляда Мины, но ответил, будто ничего не случилось:

– Нет. У мастера таких целый сундук, покупатели вечно их возвращают. Положу на место, он и не заметит.

– Они же очень дорогие, – возразила Мина.

Теперь подмастерье сапожника улыбался, как в старые добрые времена.

– Вовсе нет. Это ненастоящее золото, а камни – просто цветные стекляшки. Мэр, конечно, ничего не заметил. Он понятия не имеет, как отличить оригинал от подделки.

Мина рассмеялась.

– Наверное, мне уже пора, – вдруг остановилась Рабеа.

Девочка посмотрела на узкую каменную лестницу между кондитерской и мастерской шорника. Мина догадалась, что это был вход в подземный город.

Внезапно ученицу переплётчика охватил страх.

– Мы ведь ещё увидимся, правда? – спросила она.

– Конечно. Может, соберёмся все вместе поесть мороженое, когда ваши мастера дадут вам выходной? Сейчас мне правда нужно идти. Папа наверняка уже волнуется, – весело улыбнулась Рабеа.

Она, всё так же с улыбкой, помахала друзьям и пошла к тёмному проходу между двумя домами.

Только когда Рабеа окончательно скрылась в темноте, Мина заметила, что Тим и Ферди смотрят на неё с недоверием.

– Она оттуда? – с удивлением спросил Тим. – То есть... Из Подземного города?

– Да, – ответила Мина. – Там она и научилась воровать.

– Вот это да!

Подмастерье сапожника был явно поражён: Тим смотрел, не отрываясь, на вход в Подземный город. Подмастерье пекаря, судя по всему, тоже был под впечатлением.

Компания пошла дальше, а потом сначала Тим, а за ним и Ферди распрощались с Миной и переплётчиком, чтобы отправиться обратно к своим мастерам. В конце концов Иоганн и его ученица остались одни. Они молчали, прислушиваясь к звукам привычной городской суеты ремесленников, подмастерьев и покупателей. То тут, то там слышались обрывки разговоров: «Статуя куда-то пропала... Говорят, мэр уехал из города... Не понимаю, почему ещё вчера он казался мне таким хорошим человеком... Да он, наверное, просто околдовал нас! Вот негодяй!»

– Так ты и правда её дочь? Ну, Матильды? – откашлявшись, спросил переплётчик.

– Думаю, да, – неуверенно улыбнулась Мина.

Вчера она призналась переплётчику не только в том, что на самом деле девочка, но и что Матильда и Вилли – её родители, однако возможность поговорить с глазу на глаз выдалась только сейчас.

Иоганн покачал головой, словно был не в силах осмыслить такую новость.

– Мац... То есть Мина. Мне очень жаль. Я не хотел, чтобы они исчезли.

Казалось, мастер хочет сказать что-то ещё, но голос его подвёл. Он нахмурился, и Мине стало немного не по себе от мысли, что он пытается сдержать слёзы.

– Не переживайте, – прошептала Мина так, чтобы Иоганн услышал. – Вы действительно этого не хотели.

Справа подмастерье гончара мыл большую витрину. Голуби клевали крошки, рассыпанные по мостовой, но встревоженно разлетелись кто куда, когда переплётчик и его ученица прошли мимо. Они свернули за угол, на Типографскую улицу.

– Интересно, – спросила девочка. – Где они сейчас?

– Где бы они ни были, – отозвался Иоганн. – Мы их найдём.

Мастер посмотрел на Мину, она тоже подняла глаза. Их взгляды встретились, и сердце девочки наполнилось надеждой.

Не успела Мина ответить, как они оказались у дверей Дома.

– Здравствуй, Дом, – с теплотой сказал переплётчик. – Рад тебя снова видеть.

Ставни по обеим сторонам весело и приветливо открылись в ответ. Однако дверь отворилась медленно, будто в нерешительности. Переплётчик даже успел схватиться за ручку. Между бровей у него пролегла складка. Дом будто пытался о чём-то сказать, но Мина не понимала, о чём.

– Что там? – В голове у девочки крутились варианты один страшнее другого. – Полицейские? Мэр вернулся?

– Нет, – покачал головой переплётчик. – Думаю... Думаю, кое-кто другой.

Несколько мгновений Иоганн и Мина смотрели друг на друга, не говоря ни слова. Затем девочка протиснулась мимо мастера в коридор. Её взгляд упал на чемодан на стене с правой стороны. Перехватило дыхание. Это тот самый чемодан, что много лет пролежал у неё под кроватью в доме Ольги и Ирмы. Мина узнала бы его где и когда угодно. Как же он здесь оказался?

Девочка пошла дальше, словно во сне. Казалось, ноги несли её вперёд сами собой. Дверь мастерской была приоткрыта. Мина толкнула её и вошла. Сердце выпрыгивало из груди.

В мастерской были двое. Молодой мужчина с тёмными кудрявыми волосами стоял, облокотившись на один из верстаков. Рядом с ним сидела молодая женщина в платье и полуботинках на шнуровке. У неё были вьющиеся светло-каштановые волосы и веснушки на носу и щеках. Мина сразу же её узнала. Это была Матильда – ученица Иоганна, которую девочка видела в зеркале.

«Мама?» – подумала Мина, но так и не сказала ни слова.

Женщина встала. Видимо, за спиной у девочки стоял переплётчик, потому что Матильда с удивлением посмотрела поверх её головы и воскликнула:

– Иоганн!

– Матильда, – сказал переплётчик хриплым голосом. – Вилли.

Матильда зажала рот руками.

Однако именно Вилли высказал то, что так её напугало:

– Ты заметно постарел, Иоганн. Мы ведь уехали из города всего два дня назад. Сёстры, у которых мы снимали комнату, тоже постарели. Утверждают, что нас не было двенадцать лет. И что наша дочь... Что Мина... – он сглотнул, – сбежала.

Матильда умоляюще смотрела на переплётчика. В её глазах стояли слёзы.

– Мы вернулись, хотя и боялись, что нас арестуют. Мы просто не знали, куда ещё идти. Пожалуйста, Иоганн, помоги нам. Мы ничего не понимаем.

Мастер откашлялся. Мина услышала, как дрожит его голос, и поняла, что он тоже едва сдерживает слёзы.

– Это долгая история. Сейчас есть кое-что поважнее. Матильда, Вилли, разрешите представить вам вашу дочь, Мину.

Иоганн взял девочку за плечи и легонько подтолкнул вперёд. Волнуясь, девочка заглянула в растерянные зелёные глаза матери. И голубые – отца. Кажется, родители только сейчас рассмотрели её как следует. Конечно, сначала они приняли её за мальчика.

– Мина? – тихо спросила Матильда.

Больше она ничего не спросила, лишь бросилась вперёд и заключила дочь в объятия. Девочка прижалась к маме так крепко, как только могла, и зарылась лицом в её плечо. Вилли шагнул к ним и крепко обнял обеих.

Мина никогда в жизни не чувствовала такой безопасности, тепла и спокойствия, как сейчас.

– Мама, папа, – всхлипнула она, – наконец-то я вас нашла.

Глава 27
Неделю спустя

– А ну, с дороги! – крикнула Марта.

Женщина двумя руками подняла над головой горячий хрустящий яблочный пирог и захлопнула дверцу духовки ногой.

Тим и Ферди поспешно отошли, пропуская её к столу. Мальчики, Матильда и Мина помогали Марте с пирогом и сервировкой стола на кухне, постоянно мешая друг другу.

– Честно, сама бы я справилась гораздо быстрее, – не раз вздыхала домработница.

Марта осторожно вынула пирог из формы и выложила на тарелку.

– Пахнет просто восхитительно.

Мина потянулась к выпечке, но её тут же шлёпнули по руке.

– Не перебивай аппетит, Мина! – погрозила ей пальцем Марта.

– Так непривычно, что вы называете меня Миной, – хихикнула девочка.

– Подумаешь! – закатил глаза Тим. – Нам-то совсем не непривычно, что ты вдруг оказалась девочкой.

– Я всегда была девочкой, – рассмеялась Мина.

Подмастерье сапожника посмотрел на неё с недоверием.

– Я всё ещё не могу в это поверить. К тому же ты всё ещё одеваешься как мальчишка, – окинул он взглядом рубашку и штаны с подтяжками на подруге.

– Просто я так привыкла. К тому же в штанах гораздо удобнее бегать и лазить по деревьям, чем в платье.

Чья-то рука мягко легла на затылок девочки, туда, где когда-то короткостриженые волосы уже начали отрастать и теперь топорщились во все стороны. Это была тонкая рука Матильды. От её прикосновений по коже у Мины пробегали мурашки. Девочка повернулась и улыбнулась маме.

Прошла уже неделя, а Мина всё ещё не могла привыкнуть, что у неё теперь есть родители. Иногда, просыпаясь по утрам, она боялась, что всё это просто сон. При первой же возможности девочка бежала к родителям и крепко обнимала Матильду и Вилли, чтобы в очередной раз убедиться, что они наконец-то рядом.

Матильда ответила дочери улыбкой, выражающей, однако, не только любовь, но и некоторую неуверенность. Мина заметила это, и её радость слегка померкла. Матильда и Вилли, судя по всему, не знали, как вести себя с двенадцатилетней девочкой, которая ещё вчера была для них младенцем. Впрочем, Мина и сама не всегда понимала, как вести себя с родителями. Ей казалось, что она прекрасно понимает, о чём думает мама: «Нужно ли было самой запретить Мине брать пирог, не дожидаясь Марты?», «В конце концов, я же её мать!». И в то же время у женщины не хватало смелости отчитать дочь или что-нибудь ей запретить.

Матильда убрала руку.

– Пойду посмотрю, как там Вилли с Иоганном, – сказала она.

Эти двое с самого утра зачем-то засели в мастерской. Мина задумчиво смотрела вслед выходящей из кухни маме.

– Скажи им, пожалуйста, что пирог готов, – окликнула её Марта; затем она выглянула в окно и сказала: – О, Рабеа уже здесь, с папой.

Домработница повесила прихватку на крючок и поспешила в прихожую, чтобы открыть дверь. Стоило ей выйти, как три маленькие руки тут же потянулись к выпечке и схватили по большой горсти масляной посыпки. Мина только вынырнула из раздумий и не поспевала за мальчиками. Девочка чуть не обожгла язык о сладкое горячее тесто. Все трое обменивались заговорщицкими взглядами, пока жевали.

– Всем привет! – вприпрыжку забежала на кухню Рабеа.

Мина заметила на подруге новое, без единой заплатки, платье.

– Знакомьтесь, это мой папа.

Следом за девочкой вошёл худощавый мужчина. У него были такие же пушистые волосы, как у Рабеи, только короткие, а щёки покрывала щетина. Он крепко пожал руку сначала Тиму, а затем Ферди и Мине.

– Очень рад с вами познакомиться.

– А-а... – начала было Мина.

Рабеа хихикнула.

– Теперь мы вчетвером – герои Подземного города. Все очень рады, что приняли новые законы. Теперь многие мастера могут уехать и достойно зарабатывать на своём ремесле в других городах, хотя здесь у них никто ничего не покупал. Все пакуют вещи и собираются уезжать. – Рассказывая, девочка потянулась к самому большому куску пирога.

Шлёп! Рабеа получила от Марты по руке.

– Руки прочь!

– Правда, Рабеа, – упрекнул подругу Тим, – так же не делается.

Девочка одарила друга сердитым взглядом, но тут же продолжила:

– А папа собирает новый оркестр. Правда, папа?

– Верно. Некоторых инструментов пока не хватает, но я слышал, что в город скоро приедет ещё много музыкантов.

Отец с нежностью приобнял дочь за плечи. Мина наблюдала за ними, чувствуя уколы ревности. Смогут ли когда-нибудь они с родителями вести себя друг с другом так же естественно?

– Кстати, о хорошем, – пихнул подмастерье пекаря в бок Тим. – Давай, Ферди, рассказывай.

– Да, в общем, там ничего особенного, – сказал Ферди, краснея ещё сильнее.

– Давай, не тяни, – тут же потребовала Рабеа. – Выкладывай!

Ферди ещё немного помялся, но затем заговорил:

– Мне разрешили сдать экзамен, чтобы стать мастером. Даже без магии.

– Ура! – воскликнула Мина, подбегая к Ферди и заключая друга в объятия. – Поздравляю! Вот увидишь, за булочками и круассанами из твоей пекарни выстроится целая очередь.

Остальные тут же согласились, а будущий пекарь так смутился, что не знал, куда себя деть.

– Разойдись! Не хотите пропустить меня? Я иду резать пирог.

Марта пробралась к столу, задевая присутствующих широкими бёдрами. Женщина сделала несколько годами отработанных движений и разрезала пирог на куски.

– Так, что тут у нас?

На кухню вошёл Иоганн, а за ним Матильда и Вилли со стульями в руках. Они поздоровались с Рабеей и её отцом. Теперь на кухне было целое столпотворение.

Через печную трубу слышались негромкие завывания ветерка, похожие, скорее, на музыку. Мина улыбнулась. Дом в хорошем настроении, он любит гостей.

– Теперь давайте садиться за стол. Да, да, и ты, Иоганн, – размахивая кухонным полотенцем, сказала Марта. – Угощайтесь. Я пока быстренько взобью сливки.

– Эх, Марта, – вздохнул переплётчик, занимая место за столом. – Как же я буду без тебя?

Рабеа подняла голову, занимая место на кушетке.

– Марта собирается поступить в подмастерья к каменщику, – объяснила Мина.

Она тут же протянула свою тарелку Матильде, когда та начала раскладывать кусочки пирога. Для этого женщине пришлось балансировать, стоя на кушетке на коленях, – та оказалась очень узкой.

– Правда? – спросила Рабеа, широко открыв глаза. – Как здорово!

– И вполовину не так здорово, как то, что провернули вы четверо, – покачала головой Марта, взбивая венчиком сливки в большой миске. – Я всё ещё не могу в это поверить.

Четверо друзей ухмыльнулись друг другу.

– Я слышал, уже выдвинули нового кандидата в мэры, – вмешался отец Рабеи, – бывшего столяра.

– Он хороший человек, – кивнула Марта. – Правда, я не очень хорошо его знаю. Он друг моего зятя. Так, кому взбитых сливок к пирогу?

– Кстати, господин Бухбиндер, – вдруг спросила Рабеа, – как ваши дела?

– Ну, – переплётчик задумчиво отломал вилкой кусочек пирога. – Прежде всего я надеюсь, что власти и вправду не будут меня трогать, пока я не переплетаю книги. Такой у нас сейчас уговор, и я собираюсь его придерживаться.

– А Мина? – тут же задала новый вопрос Рабеа. – Вы будете и дальше её учить? По новым законам она теперь может учиться и стать переплётчиком!

Мина подавилась куском торта и так сильно закашлялась, что Тиму пришлось похлопать её по спине. Конечно, сама девочка уже задавалась этим вопросом, просто боялась спрашивать вслух. За последнюю неделю произошло слишком много всего. Во-первых, пришлось всё объяснять родителям, наводить в Доме порядок и готовить для них комнаты. Затем в городе приняли новые законы, и к переплётчику то и дело приходили журналисты, желающие узнать, что именно случилось в ратуше в тот вечер. В газетах уже несколько дней подряд писали о событиях той ночи и даже приложили к статьям фотографию Ферди, Тима, Рабеи и Мины.

Хотя, сказать по правде, Мина так и не задала свой вопрос потому, что очень боялась отрицательного ответа. Девочка с тревогой посмотрела на мастера.

Иоганн спокойно снял с головы очки для чтения и помешал кофе одной из дужек, прежде чем отвечать.

– Конечно, я продолжу обучать Мину. И её маму тоже, если она захочет.

Сердце девочки быстро забилось от радости. Взволнованная, она посмотрела на маму. Матильда вилкой по тарелке двигала кусочек пирога взад-вперёд.

– Спасибо, Иоганн. Но я не знаю, смогу ли научиться чему-нибудь ещё. Кажется, в вопросах магии я безнадёжна. Я подумываю о том, чтобы сдать экзамен, стать мастером и открыть обычную переплётную мастерскую. Кто-то должен приносить домой деньги. – Женщина улыбнулась, как бы извиняясь. – Не обижайтесь. Просто я сомневаюсь, что часы Вилли будут хорошо продаваться. Они не особенно полезны: идут вперёд, когда владелец радуется, и назад – когда грустит. А ты, Иоганн, больше не можешь переплетать книги, а магия, которая приносила тебе деньги, больше не действует.

– Что ж, – пробормотал переплётчик. – Есть в твоих словах доля правды.

Мина невольно схватилась за часы, которые сделал её отец. Раньше она хранила их в чемодане под кроватью в доме Ольги и Ирмы, а теперь носила на шее, на цепочке. В каком-то смысле часы были вместо ключа, с которым она не расставалась раньше. Вилли, сидевший напротив, заметил жест дочери и смущённо улыбнулся. Он так часто смотрел на Мину, будто хотел обнять и больше никуда не отпускать. Однако сам он никогда её не обнимал, во всяком случае, по собственной инициативе, как будто не решался. От этой мысли Мине снова стало грустно, и она опустила глаза на тарелку с пирогом, которую держала на коленях.

Разговоры она больше не слушала, но через какое-то время к ней тихо обратилась Матильда:

– Мина, давай выйдем на минутку? Мы с Вилли хотим тебе кое-что показать.

Хотя женщина говорила негромко, все присутствующие затихли. Мина соскользнула со своего места, чувствуя на себе любопытные взгляды друзей, и вышла из кухни вслед за родителями. Мама с папой провели её по коридору в мастерскую. Вилли закрыл за ними дверь – теперь разговоров на кухне не было слышно.

Мина стояла посреди комнаты в полной растерянности. Вилли откашлялся и размял пальцы.

– У нас с мамой есть для тебя подарок, – сказал он.

Матильда подошла к одному из верстаков, открыла ящик и достала свёрток в коричневой бумаге. Женщина не стала отдавать подарок дочери, вместо этого она встала рядом с мужем, положив ему руку на плечо.

Вилли глубоко вздохнул.

– Тим рассказал нам про твоего жука, – начал мужчина. – Сказал, что его сломали.

Сердце девочки сжалось. Иногда она всё ещё прислушивалась, надеясь услышать жужжание, и ждала, когда шесть маленьких лапок коснутся её плеча. Приходилось напоминать себе, что жука больше нет, и грусть накрывала её с новой силой. Ночью, оставшись одна, Мина иногда плакала в подушку, прежде чем заснуть, но всё равно ещё ничего не говорила родителям.

Мина посмотрела на свёрток в руках Матильды. От волнения закололо в кончиках пальцев.

– Нет, – сказала мама. – Конечно, это не...

Женщина не договорила. Конечно, не могли же они пойти к тому мастеру за новой игрушкой? Неужели они решили, что жука можно так легко заменить? Да ни одна игрушка его не заменит! На глаза навернулись слёзы. То ли от тоски по жуку, то ли от осознания, что родители её совсем не понимают, – Мина точно не знала.

Краем глаза девочка заметила, как родители обменялись тревожными взглядами.

– Мы... Я... – запинаясь, заговорил Вилли. – Я думал, ты обрадуешься.

– Держи, – тихо сказала Матильда, вкладывая свёрток в руки Мины. – Открывай.

Зелёные глаза матери смотрели на девочку с пониманием.

– Тебе понравится.

Мине совершенно не хотелось разворачивать свёрток, но вместе с тем не хотелось и обижать родителей. Пересилив себя, она разорвала обёртку и бросила бумагу на пол. Как и ожидалось, подарком была другая оловянная игрушка. Вещица неподвижно лежала у неё руке.

– Это... Мокрица? – нахмурилась Мина.

Затем она присмотрелась, и сердце забилось быстрее. Как можно было не узнать эти глазки и усики...?

Не успела девочка ничего сказать, как заговорил Вилли:

– Ты, наверное, ещё не знаешь. Тим, Ферди и Рабеа собрали то, что осталось от жука, когда полицейские забрали тебя из дома шляпника. Тим привёз детали пару дней назад, вы с Матильдой тогда были в городе. Сначала я сказал, что отдам их тебе, но потом мне в голову пришла другая мысль.

Мужчина переводил взгляд с Матильды на Мину, затем – на игрушку, а потом продолжил:

– Я пытался собрать жука заново. Но крылья оказались совсем сломаны, починить не вышло. Мне не хотелось добавлять новых деталей, чтобы игрушка не потеряла свою магию и осталась тем самым жуком. Надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду. В итоге у меня получилось сделать из крыльев вполне приличные ножки. Оказалось, что механизм игрушки не особенно отличается от часового. Единственное, что... Теперь он всегда будет бежать назад, когда ты будешь грустить или расстраиваться...

Матильда снова положила руку Вилли на плечо, и тот резко замолчал. Он смотрел на Мину почти со страхом.

В воцарившейся тишине девочка потянулась к игрушке свободной рукой и повернула торчащий сбоку ключик. Тихий скрежет в воцарившемся молчании показался ей оглушительно громким. Едва Мина отдёрнула руку, как мокрица зашевелила усиками. Не понимая, где находится, игрушка огляделась по сторонам. Потом мокрица заметила свою хозяйку и радостно подпрыгнула. Она поползла по руке девочки, быстро перебирая всеми двенадцатью лапками, и прижалась к шее.

– Жук? – Глаза Мины снова наполнились слезами, и она положила руку на оловянное тельце мокрицы. Она моргнула, и слёзы покатились по щекам. Девочка снова открыла глаза и увидела, что родители смотрят на неё с явным беспокойством.

– Извини, – грустно сказал Вилли, – я не хотел тебя расстроить. Мне показалось, это хорошая идея... Прости меня.

– Нет, нет, – сказала Мина, теперь смеясь и плача одновременно, – ты правда хорошо придумал!

Девочка увидела на лице Вилли сначала выражение удивления, а затем – облегчения. Не говоря ни слова, он шагнул к дочери и обнял. Казалось, он удивлялся сам себе. Мина прижалась к отцу.

– Спасибо, папа, – прошептала она ему на ухо.

Матильда шагнула к ним, погладила дочь по волосам и поцеловала в лоб. И это было приятно. Не странно и не наигранно. Просто хорошо.

Мокрица переползла через голову Мины и оказалась на руке у Матильды. Женщина вздрогнула от страха. Мина и Вилли разорвали объятия и рассмеялись, глядя, как игрушка ползает по шее и волосам Матильды.

– Щекотно! – взвизгнула женщина.

– Ой, это ещё ничего, – шутливо сказал Вилли. – Подожди, ещё за воротник заползёт.

– Не надо подавать ей идеи! – воскликнула Матильда.

Мина всё смеялась и смеялась. Пока родители дурачились, она посмотрела на часы, что висели на шее. Девочка поднесла их к лицу, чтобы получше рассмотреть циферблат. Все три стрелки – часовая, секундная и минутная – уверенно двигались вперёд. Слышалось равномерное тиканье, ни единого колебания.

Улыбнувшись, Мина спрятала часы обратно под рубашку, а затем протянула руку, чтобы мокрица вернулась к ней.

– Пойдёмте, надо показать её остальным. Всем точно понравится!

Не в силах больше терпеть, она потянула родителей за собой, пока мокрица карабкалась по руке ей на плечо.

Благодарности

В создании книги, которую вы сейчас держите в руках, мне помогали замечательные люди. Я хотела бы воспользоваться возможностью поблагодарить их всех.

В первую очередь хотелось бы отметить Фредерику Гавлик из издательства Wunderhaus Verlag. Если бы она не нашла времени написать малоизвестному автору и не вступилась бы за Мину, эта книга никогда не увидела бы свет. Спасибо!

Марианна Корш и Себастьян Лохзе из издательства Wunderhaus Verlag вложили в проект все свои силы: вместе со мной переработали текст и подали добрую сотню креативных идей по привлечению читателей. Если бы книгоиздание было магическим ремеслом, вы бы точно были волшебниками. Хотя что я говорю, вы и так уже волшебники...

Большое спасибо Хайке, более известной под ником Ирве или @irveswelt – она делится с другими своими впечатлениями от прочитанных книг. Она читала рукопись в качестве бета-ридера, когда я ещё думала, что буду заниматься изданием самостоятельно, и дала мне очень ценную обратную связь. Большое спасибо!

Мои дорогие подписчики, которые следят за моим творчеством в соцсетях, спасибо за тёплый, уважительный и ценный обмен мнениями в комментариях, а также за то, что с нетерпением и воодушевлением ждали выхода этой книги. Вы замечательные.

Как и всегда, я не могу не поблагодарить всю свою семью, которая всегда меня поддерживает. Особенно хотелось бы отметить папу, который заразил меня любовью к книгам ещё в детстве. Ади, который не устаёт подсовывать мои книги всем, кому нет ещё и трёх лет. Мою крестницу Каролин, которая прочла самый первый черновик рукописи, когда мне нужно было мнение целевой аудитории, хотя у истории тогда ещё не было конца. Мою крёстную Ютту, которая всегда принимает активное участие в рекламе моих книг. Мою маму, которая, как это часто бывает, оказалась первым читателем «Мины», заряжала меня энергией, чтобы я продолжала писать, и всегда готова была выслушать. И, конечно, Доминик, большое спасибо тебе за все те случаи, когда я не знала, что писать дальше, и в разговорах с тобой рождались свежие идеи и крепла моя уверенность. За это и за всё сразу – спасибо!

И, наконец, спасибо Тебе! Да, именно Тебе! Без Тебя всё это не имело бы смысла. Спасибо, что прочёл историю Мины. Только так она может воплотиться в жизнь. Мы с Миной будем очень рады, если Ты расскажешь о книге своим друзьям.

Спасибо! ♥

Карина Цахариас

Примечания

Шпиндель – часть станка для обработки металла и других материалов. (Прим. пер.)

Верстак – рабочий стол для обработки металла и других материалов. (Прим. пер.)

Вид птиц из семейства мухоловковых. (Прим. пер.)

Мастер по изготовлению упряжи для лошадей. (Прим. пер.)

Карина ЗахариасМина и магический город

Пролог

Глава 1Город на горизонте

Глава 2Мина решается

Глава 3На пути к магическому городу

Глава 4Стража у городских ворот

Глава 5Переплётчик

Глава 6Лицо города

Глава 7Невероятное везение

Глава 8Решение властей

Глава 9Подмастерье пекаря даёт совет

Глава 10Танцующие башмачки

Глава 11Тайна переплётчика

Глава 12Две воришки

Глава 13Ключ

Глава 14Подземный город

Глава 15Неожиданная встреча

Глава 16Загадочная книга

Глава 17Дом вспоминает

Глава 18Всё идёт наперекосяк

Глава 19Мэр

Глава 20План

Глава 21Игрушечных дел мастер

Глава 22Часовщик

Глава 23Шляпник

Глава 24За решёткой

Глава 25Магия действует

Глава 26Нежданные гости

Глава 27Неделю спустя