Харунадон

Ошибка ведьмы с приворотным зельем. Книга

Серия «Аниме Вайб: Любовь»

榛名丼

HARUNADON

恋する魔女はエリート騎士に惚れ薬を飲ませてしまいました ～偽りから始まるわたしの溺愛生活～

ACCIDENTALLY IN LOVE: THE WITCH, THE KNIGHT, AND THE LOVE POTION SLIPUP. VOLUME 1

Перевод с японского Levido Дизайн обложки Виктории Давлетбаевой

Печатается с разрешения издательства Drecom Co., Ltd

Accidentally in Love: The Witch, the Knight, and the Love Potion Slipup Volume 1

© 2023 Harunadon

© 2023 Drecom Co.,Ltd

Illustration by Eda

© Levido, перевод на русский язык, 2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Пролог

День, когда мечта рухнула

Давным-давно в некотором царстве жила прекрасная принцесса. Все любили принцессу с необычайно чистым сердцем: и король с королевой, и слуги замка восторгались ее красотой. Птички радовали ее своими песнями, а ветер, разыгравшись, иногда осторожно возлагал на ее голову венок из белого клевера.

Однажды на балу, проходившем в замке, принцесса встретила принца из соседнего королевства. Двое этих прекрасных людей влюбились друг в друга с первого взгляда.

– О прекрасная леди, не окажете ли мне честь потанцевать со мной?

– Конечно, с удовольствием.

Все благословляли эту идеальную пару, танцующую рука об руку.

К несчастью, в лесу жила уродливая ведьма, которая завидовала принцессе. Никем не любимая, она варила там подозрительные зелья. Когда узнала о девушке, вспыхнула в ней ненависть к принцессе, ведь та была столь щедро одарена судьбой. И придумала ведьма, как насолить ей.

– Точно! Я заставлю эту принцессу выпить зелье, которое превратит ее в свинью! – злобно хихикнула ведьма.

Мгновенно преобразившись с помощью магии в одну из служанок, ведьма направилась в замок. И так она угостила принцессу, наслаждающуюся балом, зельем, выдав его за вкусный напиток.

Ах, какая беда! Прекрасная принцесса превратилась в поросенка. Ведьма была в восторге оттого, что ее коварный план сработал.

Однако не все получилось так, как она хотела. Птички, видевшие все происходящее, защебетали растерянным людям:

– Этот поросенок – принцесса! Защитите ее!

– Эта женщина – ведьма! Убейте ее немедленно!

Услышав это, принц сбросил переодевшуюся служанкой ведьму с башни замка. Когда ведьма с криком упала на землю и умерла, произошло чудо: принцесса, превращенная в поросенка, вновь стала прекрасной девушкой. И жили они с принцем долго и счастливо...

– Ах, этот рассказ просто прекрасен...

Маленькими ручками девочка крепко прижала книжку с картинками к груди.

Сесилия Лампс. Прелестная девочка с нежными льняными волосами и алыми глазами.

Очарование, оставленное историей, заставило щеки Сесилии вспыхнуть румянцем. Девочка полюбила эту книжку с картинками. Похоже, что теперь каждый раз, когда наступит ночь, она станет перечитывать книгу, и ее сердце будет замирать от волнения.

Сесилия обожала драматичные сказки: двое молодых людей встречаются и, несмотря на все трудности, в конце обязательно воссоединяются и обретают счастье. Такие увлекательные, заставляющие сердце трепетать истории она любила с тех пор, как себя помнила.

Кстати, у многих произведений есть одна общая черта. В любовных сказках почти всегда орудует некий злодей: мачеха или сводная сестра, злая старуха или коварная ведьма, живущая в море или в лесу, или уродливая жаба на худой конец.

Особенно часто появляются ведьмы. Они готовят непонятные, подозрительные зелья в безлюдных местах и используют их, чтобы досаждать главным героям.

«И в этот раз ведьма все пытается испортить. Ну что за напасть», – подумала Сесилия.

Что это за зелье такое, превращающее юную девушку в свинью? Слишком жестоко. Сесилия порадовалась, что в бальном зале не было зеркала. Если бы прекрасная принцесса увидела себя превращенной в свинью, она могла бы умереть от шока.

«Как ни старайся, а перед настоящей любовью злая ведьма совершенно бессильна». Рассудительная не по годам Сесилия с гордым видом выпятила грудь. Не сказать, что она хорошо понимала, что такое любовь, но ей бы хотелось когда-нибудь испытать такие же прекрасные чувства, как в этой книге.

«Принц на белом коне...»

Она мечтала о принце, которого еще не видела. Интересно, какое у него будет лицо и какой голос?..

– Сесилия, браков по любви в этом мире не существует!

Сесилия, отмечавшая свой десятый день рождения, застыла на месте. Грета, ее мама, внезапно ворвалась в комнату, где Сесилия, как обычно, читала книжку с картинками, и выпалила эти слова. Девочка не совсем поняла, что хотела сказать мама.

– Ч-что ты имеешь в виду? Папа же так сильно любит тебя, – пробормотала потрясенная Сесилия.

И это была правда. Даже на неопытный взгляд Сесилии, ее родители были близки друг с другом и до сих пор, не стесняясь, проявляли нежность на людях. Совсем как молодожены.

Но Грета резко ответила дрожащей Сесилии:

– Это только потому, что я околдовала твоего отца приворотным зельем!

БА-БАХ!

Эта правда, будто удар молнии, пронзила маленькое тело Сесилии.

К слову, за окном как раз бушевала настоящая гроза. Сверкали молнии и гремел гром. Проливной дождь яростно хлестал по земле с такой силой, будто хотел разорвать ее на куски.

– П-приворотное... зелье? – Тихий голос Сесилии потонул в скрипе оконной рамы.

Это слово не было для нее новым, она много раз читала его в сказках. Запретное зелье, которое, как говорят, ведьмы используют, чтобы завладеть сердцами людей. Выпив такое, принц начинает любить не принцессу, а ведьму.

Сесилия нервно сглотнула:

– Неужели ты...

– Да, Сесилия. Я ведьма.

Девочке хотелось услышать, что мама пошутила, но Грета кивнула как ни в чем не бывало. Образ коварной ведьмы из сказок теперь накладывался на образ матери.

– Посмотри в мои глаза.

Сесилия растерянно вгляделась в их невероятную красоту, в насыщенно-красный взгляд, в котором можно было утонуть.

– Глаза алого цвета – это признак ведьмы. И не только у меня они такие. У девушек, живущих по соседству, и у тебя, Сесилия, этот же оттенок, верно?

Девочка замерла. Затем лихорадочно начала перебирать свои книжки с картинками. Действительно, у всех ведьм в книгах глаза были красными. Вокруг всегда было много людей с такой же особенностью, поэтому она никогда не обращала на это внимания.

– Мы живем в деревне ведьм. Сегодня тебе исполнилось десять лет. По нашим законам, в этом возрасте ребенку должна быть раскрыта правда.

Сесилия открыла рот, но не смогла вымолвить ни слова. Ей казалось, будто все правильные вещи, в которые она верила, рассыпались, будто замок из песка.

– Я... ведьма?..

Тихий шепот утонул в черных каплях дождя, которые падали с темных туч.

Глава 1

Ведьма, живущая в лесу

Девушка тихо посапывала во сне. Но вдруг что-то мягко и настойчиво уткнулось ей в нос. Издав приглушенный звук, Сесилия заворочалась, пытаясь освободиться. Но сколько бы она ни ерзала, это «что-то» не отпускало ее.

– Ф-ф... м-м-м...

Промучившись некоторое время, Сесилия медленно открыла глаза. Ее все еще затуманенный взгляд уловил мохнатую лапу. Сесилия резко села.

– Доброе утро, Роро.

– Мя-яу. – Черный кот зевнул с таким видом, словно хотел сказать: «Наконец-то проснулась».

Стряхнув с себя тяжелую сонливость, Сесилия встала с кровати, налила в таз холодной колодезной воды и умылась. Почувствовав бодрость и свежесть, она отрезала кусок хлеба и положила на него соленую ветчину и сыр. Свежие овощи для салата она выращивала на огороде.

Оценив количество оставшихся продуктов, Сесилия задумчиво коснулась пальцами подбородка.

– Похоже, сегодня все-таки придется выйти из дома.

Своему любимому обжорливому коту, который настойчиво требовал завтрак, она дала сушеную рыбу. Довольно урча, Роро вгрызся в рыбью голову. Поглядывая на питомца, Сесилия села за маленький стол и начала есть. За квадратным окном виднелся лес с пышной листвой, слышалось чириканье переговаривающихся птиц. Обычное спокойное утро.

Прошло шесть лет с тех пор, как она узнала, что является ведьмой. Сесилии исполнилось шестнадцать.

Она не была особенной красавицей, но, безусловно, обладала привлекательной внешностью. Раскосыми глазами и слегка вьющимися на концах волосами до плеч она напоминала кошку. Хорошо сложенное тело имело по-девичьи нежные округлости. Прогуливаясь по городу, она наверняка привлекала внимание парней.

Однако рядом с Сесилией был только иногда мяукающий кот. Стол, за которым она ела и занималась рукоделием, был маленьким, рассчитанным на одного человека, да и сам дом, где она жила, был достаточно просторным лишь для одиночки.

Примерно год назад, согласно законам ведьм, Сесилия была изгнана из деревни, где родилась и выросла. Достигнув пятнадцати лет, она обязана была отправиться в двухлетнее путешествие по миру. Такое правило было создано, чтобы расширить кругозор юных волшебниц.

Ведьмы – женщины, наделенные особой силой, которую все называют магией. Их главный отличительный признак – непременно алые глаза, с которыми они рождаются на свет. Во все времена ведьмы были редкостью, а в нынешнюю эпоху их количество настолько мало, что можно сосчитать по пальцам обеих рук. Причина проста: когда ведьма рожает дитя от обычного человека, наследование магической силы не гарантировано. Так естественным образом сообщество ведьм постепенно угасает.

Отец Сесилии, разумеется, был обыкновенным человеком, не обладающим ни каплей магической силы.

– Не хочу, не хочу, не хочу! – рыдала девочка, цепляясь за своего чрезмерно заботливого родителя, надеясь, что он сумеет все уладить.

Любящий отец сочувствовал дочери и пытался защитить ее от суровых законов ведьм, но, к сожалению, Грета осталась непреклонна. Она, хоть и казалась свободолюбивой, на самом деле была верна законам. Делая вид, что расстроена и горько плачет, она выпроводила Сесилию из деревни.

И тут возникла проблема. Сесилия была невероятно стеснительной особой.

«Путешествовать по миру? Невозможно! Не хочу! Страшно! Хочу скорее вернуться в деревню, где все знакомы», – думала она.

С глазами, полными слез, Сесилия преодолела бесчисленные горы и долины, пока наконец не добралась до своего нынешнего пристанища – крохотной хижины на опушке леса, у самых границ королевской столицы. Хижина, некогда служившая приютом то ли дровосеку, то ли кузнецу, выглядела неопрятно и ветхо, но Сесилии она показалась замком.

Здесь, в глубоком непроходимом лесу, редко кто бывает по своему желанию. Поэтому это просто рай для таких застенчивых людей, как Сесилия. Она постепенно обустраивала жилье, убирала, иногда мастерила и переставляла мебель, превращая хижину в уютное пространство.

Кстати, Роро в спутники дочери дала Грета, чтобы утешить рыдающую Сесилию. В ту ночь, когда ее выгнали из дома, девочка, не в силах вынести одиночества, пряталась в дупле старого дерева. Крепко обнимая Роро, она плакала и засыпала, просыпалась и снова плакала. И сейчас время от времени, в холодные и темные ночи, ее все еще охватывало чувство одиночества и тоски.

Закончив завтрак, Сесилия тщательно почистила зубы и начала собираться. Надев платье с фартуком, она встала перед зеркалом во весь рост, привела в порядок волосы и не забыла закапать глазные капли. Это было волшебное средство собственного приготовления, которое меняет цвет глаз у ведьм.

Хотя Грета научила ее создавать несколько различных снадобий, единственное, что Сесилия регулярно готовила, – эти глазные капли. После нескольких морганий ее ярко-красные глаза постепенно превращались в светло-карие. Это цвет-обманка, защищающий Сесилию.

Она прикоснулась к зеркалу, проверяя оттенок, после чего прошептала:

– Отлично, можно идти.

Это тоже одно из правил ведьм. Перед встречей с людьми, не являющимися ведьмами, необходимо менять цвет глаз. Иначе не будет конца тем, кто станет выпрашивать волшебные снадобья ради собственных желаний. Можно сказать, что это один из способов самозащиты.

На самом деле зелья, создаваемые ведьмами, обладают поистине удивительными свойствами. Это капли, меняющие цвет глаз или волос, снадобья, полностью утоляющие голод, средства, придающие коже сияние или делающие волосы густыми. А еще... приворотное зелье. Самое низменное и отвратительное средство, способное исказить человеческие чувства. Именно это зелье, которое злодеи эгоистично используют в сказках, Сесилия никогда не станет создавать.

Закончив сборы, девушка бросила взгляд на отметки, которые она ножом вырезала на стене. Так она обозначала дни, чтобы не забывать, сколько времени прошло с момента ее ухода из родной деревни. Она задумчиво провела пальцами по этим отметинам.

«Еще год с небольшим, да?» – подумала Сесилия. День возвращения домой все еще казался очень далеким.

Сесилия, нагруженная поклажей, шла по мрачному лесу. Веял прохладный утренний ветер, а теплые солнечные лучи пробивались сквозь ветви густо заросших деревьев. Время от времени останавливаясь, чтобы почесаться, провожающий Роро ловко лавировал между корнями. Юной ведьме оставалось лишь двигаться следом, тяжело дыша.

Поверх своего милого платья она надела черную накидку с капюшоном, чтобы по возможности не встречаться ни с кем взглядом. Для застенчивых людей это действительно большое испытание. В такие моменты Сесилия не могла честно высказать то, что думала, а если говорила с кем-то, ее голос был тихим и еле слышным. К тому же выражение ее лица всегда было напряженным и неестественным, а улыбка появлялась очень редко.

Когда тропинка среди деревьев стала прерывистой, впереди показался замок с высокими остроконечными башнями. Сесилия смотрела на белоснежную крепость, и в ее глазах невозможно было не заметить зависть.

«Наверное, там живут прекрасные принцы и принцессы...» – подумала она, но тут же похлопала себя по щекам, возвращаясь к реальности. Конечно, Сесилия пришла сюда только затем, чтобы сделать покупки в торговой части города. Ей и близко нельзя было подойти к жилым кварталам знати, не говоря уже о замке, где живет королевская семья. Мир сказок для ведьмы Сесилии слишком далек.

Слушая звонкие голоса играющих детей, Сесилия обратилась к Роро, который шел рядом:

– Роро, встретимся здесь, когда ударит полуденный колокол, хорошо?

– Мяу, – последовал привычный ответ, прозвучавший с легким оттенком раздражения.

Кот запрыгнул на сарай стоявшего рядом дома, затем легко перепрыгнул на крышу и исчез из виду. Наверное, пошел на встречу с домашними и бездомными кошками.

«Он умный, так что все в порядке, – подумала Сесилия. – Сейчас следует побеспокоиться о себе».

Чтобы пополнить запасы продуктов и хозяйственных принадлежностей, Сесилия спускалась в город раз в неделю. Для нее это было серьезным испытанием, даже стрессом. Несколько раз глубоко вздохнув, Сесилия наконец сделала шаг.

Карза, столица королевства Казеания, – бурлящий жизнью город, торговый центр страны, окруженный высокими крепостными стенами. Каждый день в большой порт приходили торговые суда, а главные улицы были наполнены криками торговцев и детским смехом.

На первый взгляд роскошная королевская столица казалось совершенно неподходящим местом для погруженной в себя личности. Но в провинциальных городках незнакомка привлекала бы много внимания. Там на молодую девушку, живущую одну, смотрели бы с подозрением, как будто с ней что-то не так. В столице же Сесилия – просто крошечная песчинка. Никто и не задумывался о ее происхождении.

Натянув капюшон, она вошла в городские ворота и первым делом направилась продавать лекарственные травы и овощи, выращенные на собственном огороде. Травы, конечно, пригодились бы и ей самой, но все выращенные овощи она все равно не сможет съесть в одиночку.

Торговля на городском рынке неизбежно приводила к лишним разговорам и ненужному вниманию. Чтобы избежать этого, Сесилия предпочитала сдавать товар в трактиры и аптеки, пусть и по заниженной цене.

Сегодня, как и всегда, она продала овощи в знакомую столовую, а затем направилась в аптеку, где сбывала пучки целебных трав. Среди них были и те, что собраны в лесу, – такие не поддаются культивированию и ценятся за редкость. Сесилия всегда старательно очищала их от земли и пыли, сушила в тени, благодаря чему ее товар пользовался хорошей репутацией.

Получив за продажу несколько медных монет, девушка облегченно вздохнула. Ее небольшие сбережения давно подошли к концу, а деньги с продажи были единственным источником дохода. Конечно, Роро был обжорой, но, пока она жила одна с котом и не позволяла себе роскоши, денег хватало. Сесилия без спешки обходила рынок, покупая хлеб, мясо и другие необходимые продукты. Покупки шли своим чередом, пока она внезапно не остановилась.

«Пора закапать глазные капли...»

Действие зелья длилось не дольше трех-четырех часов, а значит, эффект вот-вот рассеется. Капель Греты хватало на две процедуры в день, но Сесилия еще только училась ведьмовскому ремеслу, ее собственное зелье не могло похвастаться такой же стойкостью.

Она запустила руку в кожаную сумку, шаря в поисках флакона. Однако через мгновение растерянно разглядывала содержимое сумки.

– Ой... – пробормотала она.

Чувствуя нарастающее беспокойство, Сесилия отошла в сторону и, перевернув сумку, высыпала ее содержимое. Флакона не было.

– Где же они...

Растерянно проговорив это, девушка попыталась вспомнить утренние сборы и наконец поняла, что, после того как она закапала глаза, пузырек так и остался стоять на полке. То есть Сесилия не потеряла его в дороге – она вообще не взяла его с собой.

– Ох... ну и кошмар...

Она обреченно вздохнула. Конечно, можно было бы вернуться в хижину, но потом пришлось бы снова идти в город, теряя кучу времени. Проще закончить покупки сейчас, пока ее глаза не привлекли ненужного внимания.

– К тому же остался всего один магазин. Все обойдется, – успокоила себя девушка.

Но тогда Сесилия еще не знала, насколько она ошибалась.

Войдя в магазин с мелочевкой на окраине города, молодая ведьма прошла между стеллажами с тканями и шерстью, после чего остановилась перед полкой с пуговицами. Одна из пуговиц на ее рукаве оторвалась и потерялась, и теперь она искала подходящую.

Наконец, найдя похожую пуговицу, Сесилия уже выдохнула, когда за спиной раздался громкий возмущенный голос.

– Что это значит?! Куда делась ткань, которую здесь оставили?!

Сесилия вздрогнула. Она боязливо покосилась в сторону прилавка, где хозяйка лавки – женщина средних лет – громко возмущалась.

– Не могу поверить, я только получила этот товар! Вы хоть представляете, сколько он стоит?!

Сесилия уловила лишь то, что пропала какая-то дорогая ткань. Пока она разглядывала прилавок, ее взгляд неожиданно пересекся с глазами возмущенной хозяйки.

– Стой где стоишь!

Слова прозвучали настолько резко и требовательно, что побледневшей Сесилии оставалось только быстро кивнуть.

Шум привлек прохожих, и вскоре у дверей собралась толпа любопытных. Вход оказался почти полностью заблокирован, и Сесилия, натянув капюшон пониже, беспомощно застыла в углу лавки. Бросив беглый взгляд по сторонам, она заметила, что кроме нее в магазине находился только один покупатель.

Хозяйка сузила глаза и поочередно окинула их обоих подозрительным взглядом.

– Пропала ткань. Она лежала здесь, на виду. Вы ничего об этом не знаете?

Несмотря на кажущуюся вежливость, в голосе и на лице женщины отчетливо читалось: она уже определила подозреваемых. Логика толпы была проста – в магазине находились всего двое посторонних, значит, один из них и есть вор. И все взгляды теперь были прикованы к ним.

Сесилия почувствовала, что за каждым ее движением следят, и сжала плечи.

– Я ничего не крал! – раздраженно заявил второй посетитель.

Услышав это, Сесилия осознала свою глупость. Молчишь – значит, тебе есть что скрывать. И действительно, окружающие стали смотреть на нее с подозрением.

– Я... я тоже... н-не воровала... – попыталась она сказать, но голос стал таким хриплым, что ее никто не услышал. От пронизывающих взглядов по телу пробежал холод.

«Что же делать? Если так пойдет дальше, меня сочтут виновной даже без доказательств».

– Эй... эти глаза...

Голос, раздавшийся у выхода, заставил Сесилию вскинуть голову. Толпа смотрела прямо на нее.

«Что происходит?»

И тут у нее перехватило дыхание. В зеркале, стоявшем на полке с товарами, отразилось ее собственное лицо... с алыми глазами.

«Глазные капли перестали действовать!»

Она попыталась скрыть это, но было уже поздно.

– Красные глаза...

– Эта девочка – ведьма?

Несколько голосов удивленно заговорили, пораженные: не каждый день увидишь ведьму в городе. Сесилия, снова оказавшись под пристальными взглядами, натянула капюшон пониже, надеясь избежать лишнего внимания толпы.

– Отвратительно. Почему эта красноглазая ведьма разгуливает по городу?!

Из толпы зевак вышла старуха и, ткнув в Сесилию пальцем, безжалостно обрушила на нее обвинения.

– Мы, старики, знаем, что к чему! Ведьмы могут творить страшное колдовство, варить ужасные зелья! Наверняка у этой девчонки есть какое-нибудь снадобье, которое может просто уничтожить украденный товар!

Ее уверенный, не терпящий возражений голос заставил людей переглянуться.

– Разве такое зелье вообще существует? – пробормотал кто-то.

Сесилия же ледяными пальцами сжимала капюшон и кусала губы.

«Я даже не слышала о таком зелье!»

Эта женщина просто выдумала все это, чтобы сделать ее виновной! Сесилия хотела возразить, но ком в горле не давал ей вымолвить ни слова. Она молчала, а зеваки продолжали шептаться, обсуждая ее на все лады.

«Нет! Я не воровка!»

Действительно, остались предания о том, что в далеком прошлом злая ведьма обманула королевскую семью и довела страну до упадка. Но современные ведьмы не совершают таких злых дел. Они живут мирно, небольшими поселениями, вдали от людской суеты. Сесилия родилась и выросла в одной из таких ведьмовских деревень.

Однако предвзятое отношение к ведьмам никуда не исчезло, особенно среди пожилых людей оно по-прежнему оставалось сильным.

«Осуждать только за то, что я ведьма... это несправедливо».

Сесилия хотела бы сказать это вслух. Но в детстве она ведь тоже считала ведьм злодейками. Когда Сесилия была еще маленькой, жила беззаботно и счастливо, она презирала ведьм, называя их коварными и жестокими существами. Она радовалась, когда в сказках с ведьмами происходило что-то очень плохое, и хлопала в ладоши, довольная таким концом. Но ведь она не похожа на ведьм из сказок! Она никому не причиняла вреда! Сесилия просто уединенно жила в глубине леса, куда никто не заходил. Так почему же с ней так обращаются?

«Я не воровка!»

Она кричала это в своем сердце. Но ее безмолвного крика никто не услышал. И вот, когда слезы уже готовы были покатиться из ее больших глаз, кто-то сказал:

– Думаю, обвинять девушку в воровстве только за то, что она ведьма, и называть преступницей – совершенно безосновательно. – Голос был совсем не громким, но он четко пробился сквозь шум толпы.

Все замолчали.

– Р-рыцарь... – прошептал кто-то.

Хозяйка лавки склонила голову в поклоне.

Сесилия медленно подняла лицо, которое скрывала под капюшоном. У выхода, скрестив руки на груди, стоял высокий мужчина в рыцарском облачении. Его короткие, искусно уложенные волосы были черны, как ночное небо. На смуглой от природы коже особенно выделялись выразительные карие глаза. Судя по внешности, он, вероятно, был родом с юга. Однако больше всего в нем привлекала его уверенность в себе. Несмотря на то что на него глазели множество людей, молодой человек оставался невозмутимым и спокойным.

Как только его взгляд задержался на хозяйке лавки, та вздрогнула и нервно дернула плечами. Хотя молодой человек был редкой красоты, его суровое лицо внушало трепет, а облик давил мощью.

– Хочу спросить у хозяйки. Почему вы начали с обвинения?

– Ч-что вы имеете в виду? – запинаясь, переспросила она.

– Не знаю, как выглядела эта ваша ценная ткань, но сверток наверняка был достаточно крупным, верно? Разве не было бы логично проверить вещи присутствующих, чтобы выяснить, есть ли у кого-нибудь что-то подобное?

Молодой рыцарь мельком взглянул на Сесилию, и та поспешно сняла кожаную сумку с плеча, открыла ее и показала содержимое. Внутри были лишь хлеб, вяленое мясо, приправы и другие продукты. Любой мог понять, что никакой ткани у нее не было.

– У-у меня ее нет, – пролепетала Сесилия.

Как только девушка заговорила, другой посетитель также вывернул карманы своего одеяния, показывая, что они пусты. Он был без вещей, даже без сумки.

– Но... это... как сказала та бабушка... – запнулась хозяйка лавки. – Возможно, она воспользовалась каким-то зельем, чтобы спрятать украденное где-нибудь в магазине.

– Вполне возможно, – неожиданно легко согласился молодой рыцарь. – Я не специалист по ведьмам, но, наверное, существуют и такие зелья.

Затем он добавил:

– Однако даже если так... Когда, кем и как был доставлен этот товар в лавку?

– Что?

– Мне кажется, что ответом на этот вопрос является бледное лицо того человека, – сказал он, пристально смотря куда-то в угол.

Взгляды присутствующих обратились туда же. Там, недалеко, стоял, дрожа, помощник хозяйки лавки.

– П-простите... – пробормотал он, чуть не плача. – Пока я ходил в уборную, тут вдруг поднялся весь этот шум... и я не знал, как сказать... В общем, товар все еще лежит на складе.

«Потеряли дар речи» – наверное, так можно было сказать о посетителях лавки в этот момент. Первой нарушила наступившую тишину хозяйка лавки, тяжело вздохнув:

– Да ты издеваешься...

– Простите!

Однако и она сама понимала, что подняла шум, ничего не проверив. Женщина низко склонила голову перед Сесилией и тем, другим посетителем в знак извинения.

– Я виновата, что заподозрила вас без всяких доказательств. Простите меня.

Сесилия стояла в растерянности, не зная, что сказать, а мужчина, которого несправедливо обвинили, раздраженно ушел. Любопытные зеваки тоже постепенно разошлись один за другим. Старуха, которая громче всех обвиняла Сесилию, фыркнула и тоже удалилась.

Обращаясь к застывшей на месте Сесилии, хозяйка лавки с притворной доброжелательностью сказала:

– Если хочешь, можешь взять эту пуговицу бесплатно. В знак извинения.

– Эм...

Сесилия смогла лишь выдавить из себя неуверенный звук. Пуговица в качестве компенсации – как-то слишком просто. Но отказаться тоже было неловко, поэтому она просто вежливо кивнула и поблагодарила:

– Спасибо.

Когда она развернулась, то заметила, как впереди легко взметнулся плащ. Это был плащ молодого рыцаря, который так ловко разрешил всю ситуацию. Не успев осознать свои действия, Сесилия уже бросилась вслед за удаляющейся широкой спиной.

– И-извините!

Стоило ей окликнуть его, как он резко остановился.

– Что?

В его взгляде не было ни капли доброты, а голос прозвучал холодно, но этот молодой человек, чьего имени Сесилия даже не знала, спас ее. Если бы не он, ее бы оклеветали, объявили преступницей и, возможно, передали стражникам.

«Я просто хотела поблагодарить его...»

Однако слова не шли. Сесилия несколько раз открывала и закрывала рот, не в силах произнести ни звука, пока по ее щекам не скатилась горячая капля. Увидев, как юноша удивленно распахнул глаза, она осознала, что плачет.

– П-простите...

Слезы потекли ручьем, становясь лишь сильнее.

«Я ведь не собиралась плакать...»

То ли ей было стыдно за свою застенчивость, из-за которой она не могла даже выразить благодарность спасителю, то ли ее накрыло облегчение, что избежала беды, – Сесилия не понимала истинной причины своих слез. Она поспешно опустила голову и вытерла глаза тыльной стороной ладони. Но рыдания только усилились.

«Сейчас он подумает, что я странная...»

Девушка попыталась остановить дрожь в голосе, прижав руку к горлу, но все равно не могла сказать ни единого внятного слова. В панике Сесилия вдруг заметила, что перед ее глазами что-то появилось.

Это был белый, чистый носовой платок.

Что он хочет этим сказать? Робко подняв голову, Сесилия встретилась взглядом с юношей, который слегка наклонился к ней и нахмурился. Может, он раздражен тем, что она вдруг расплакалась?

Как только эта мысль мелькнула в ее голове, его тонкие, красиво очерченные губы прошептали:

– Не нужно заставлять себя сдерживать слезы.

Почему он так говорит? Почему разрешает ей плакать? Сесилия в замешательстве посмотрела на него, а он снова протянул ей носовой платок. Сесилия осторожно ухватилась за уголок. Коснувшись мягкой ткани, она почувствовала облегчение. Девушка промокнула влажные глаза, и в этот момент раздался мягкий, ободряющий голос:

– Тебе было страшно, да? Все уже позади.

Эти слова будто проникли прямо в ее сердце, словно кто-то по-настоящему понял ее боль и страх. Из-за того, что она ведьма, люди ее сторонились, недолюбливали, обвиняли без повода. Казалось, только этот юноша смотрел на нее иначе. Искренне, прямо.

«Я должна его поблагодарить».

За то, что он так решительно вступился за нее в лавке, за этот платок и за его заботу ей стоит хотя бы поблагодарить его. Сесилия собрала всю свою смелость и подняла голову.

Слезы уже давно высохли.

– Эм...

Однако юноша уже исчез.

Сесилия поспешно огляделась по сторонам, но среди толпы его высокого силуэта видно не было. Почувствовав себя опустошенной, она устало выдохнула. Только носовой платок в ее руке напоминал, что все это не было сном. Сердце колотилось быстрее обычного, и Сесилия уже не могла притворяться, что не замечает этого. С нежностью погладив платок, она тихо прошептала:

– Такой... добрый человек.

Не совсем тот принц на белом коне из сказок, о котором она мечтала. Неприветливый, неулыбчивый, даже немного грубоватый. Но он был прекраснейшим из всех, кого она когда-либо встречала.

– Прямо как принц...

Сесилия влюбилась в этого рыцаря.

Глава 2

Создание приворотного зелья

На следующий день Сесилия проснулась раньше обычного, без напоминаний от Роро. Она позавтракала и убралась в комнате. Потом долго стояла перед зеркалом и сосредоточенно возилась с волосами.

– Ох, ну почему у меня не получается!

Чем больше она старалась, тем хуже выходило. Она никак не могла завязать волосы любимой лентой – пальцы дрожали от напряжения, и прическа получалась несуразной.

Роро с недоумением мяукнул у ее ног.

Сесилия вздохнула и нервно распустила волосы. Так она будет выглядеть странно. Еще раз аккуратно расчесав пряди, девушка закапала капли в глаза, которые сразу стали светло-карими. Она осмотрела свое лицо, а затем скрыла его, натянув капюшон. Волосы тут же растрепались, но молодая ведьма этого не заметила – настолько ее охватило волнение, поселившееся в душе вчерашним днем. Оно не было тревожным – скорее сладким, легким, захватывающим.

«Интересно, будет ли и сегодня рыцарь в городе?»

Перед выходом из дома она положила в сумку платок, который тщательно выстирала еще вчера.

Формально – она просто хотела вернуть носовой платок. На самом деле – сказать спасибо.

Однако где-то глубоко в душе была еще одна причина, по которой она хотела встретиться с ним. Ей просто хотелось увидеть этого рыцаря еще раз. Вчера Сесилия уже все купила, но ради него решила снова пойти в город.

«Это немного похоже на преследование...»

Она резко замотала головой.

«Нет! Я всего лишь хочу поблагодарить его!»

Ухватившись за эту мысль, она уверенно направилась к выходу.

– Роро? Я иду в город. Пойдешь со мной?

Кот даже не удостоил ее взглядом. Он сидел на подоконнике, лениво покачивая хвостом, явно не собираясь сопровождать хозяйку. Ну, это же кот. Чего еще от него ожидать? Сесилия налила ему свежей воды в миску и нежно погладила по голове. Роро с довольным видом зажмурился.

– Хорошо, тогда я пошла. Присматривай за домом.

С этими словами она отправилась в город.

Сегодня столица снова кипела жизнью и гудела от суеты. Сесилия немного беспокоилась, что о вчерашнем происшествии могли пойти слухи, но, похоже, никто ничего не обсуждал.

– Так... где же рыцарь?..

Она внимательно осмотрела главную улицу и внезапно осознала одну проблему.

«Я ведь даже не знаю его имени!»

Вчерашняя встреча казалась Сесилии судьбоносной, у нее сложилось ощущение, будто стоит просто прийти в город – и они обязательно пересекутся. Но столица большая. Ей не оставалось ничего, кроме как идти наугад.

Сесилия прошла уже довольно много, когда заметила человека в изящной голубой форме с золотым аксельбантом. У него были золотистые волосы, поэтому это определенно был не тот юноша. Но форма была точно такой же, а значит, они состоят в одном рыцарском ордене.

Сесилия решительно устремилась в толпу. Если идти за этим человеком, высока вероятность встретить того рыцаря. Аккуратно лавируя между прохожими, она пошла следом. Для такой застенчивой девушки, как она, это было поразительно смелое поведение. И похоже, судьба была на ее стороне – всего через несколько минут ее желание исполнилось.

Златовласый парень зашел в одну из недорогих столовых. В заведении было мало посетителей, и, если бы Сесилия просто прошла следом, ее слежку сразу бы раскрыли. Походив вокруг, она заметила несколько бочек, сложенных в переулке, выходящем к задней стороне заведения. Взобравшись на одну из них, она заглянула в небольшое окошко. И тут же увидела его. Он сидел за столом, подняв руку, чтобы подозвать кого-то.

«Нашла!»

Глаза Сесилии восторженно засияли.

«Что теперь? Может, стоит зайти прямо сейчас?.. Но все же...»

Она заерзала, балансируя на бочке. Посетителей в зале было мало. Если бы рыцарь сидел один, она, возможно, решилась бы подойти. Но рядом находился его товарищ, и работники заведения ходили туда-сюда...

«Не стоит врываться слишком резко...»

В этот момент до нее донесся обрывок разговора. Златовласый парень говорил черноволосому юноше поддразнивающим тоном:

– Удивительно. Ты второй день подряд приходишь в город. Без командира Святого Ордена Рыцарей ее высочеству пятой принцессе наверняка будет грустно...

– Смеешься, Альфонс. Скорее уж ее высочество радуется, что меня нет.

«Святой Орден Рыцарей?»

Сесилия удивилась. Даже не бывая в обществе, она слышала это название. Святой Орден Небесных Рыцарей принадлежал королевству Казеания и считался элитным отрядом всадников на драконах. Изначально драконы были магическими чудовищами, но, согласно легендам, с помощью ведьм их удалось приручить. Благодаря огромной силе их стали использовать для контроля над небом.

На протяжении долгой истории небесные рыцари защищали воздушное пространство королевства, не позволяя врагам пересечь его границы. Будучи мужественными и сильными, они служили королю надежной опорой. В настоящее время, когда войны с другими странами прекратились, их основным долгом стала охота на монстров. И в этой роли они проявляли себя так же блестяще, выполняя задачи в любой части королевства.

Одной из особенностей ордена было отсутствие нескольких подразделений, в отличие от той же королевской стражи. Причина крылась в том, что его численность была слишком мала.

В среднем рыцари служили от десяти до пятнадцати лет, после чего уходили в отставку, посвящая остаток жизни заботе о своих драконах. Иногда они привлекались для участия в спасательных операциях во время стихийных бедствий, но в целом их дальнейшую жизнь можно было назвать спокойной.

Когда один рыцарь уходил, на его место приходил другой, который с самого детства воспитывал своего дракона. Это было необходимо, потому что драконы признавали только тех людей, которые вырастили их. Эти существа по природе своей были жестокими, и, если к ним приближался кто-то, кроме их хозяина, они могли без колебаний убить человека – растерзать его зубами или затоптать насмерть.

По этой причине, если рыцарь погибал из-за несчастного случая, болезни или на поле боя, его дракона отпускали на волю.

И рыцари, и их драконы были незаменимыми слугами. Святой Орден Небесных Рыцарей хоть и был величайшей защитой королевства, но вместе с тем нес в себе много рисков.

Летающих драконов в мире осталось совсем мало, а их разведение – невероятно сложный процесс. Именно поэтому численность действующего Святого Ордена Рыцарей составляла всего около двадцати человек, но их командир по праву считался величайшим воином королевства – элитой из элиты.

«Он... действительно восхитительный человек!»

Пока Сесилия переваривала услышанное, разговор продолжался.

– Кстати, я тут кое-что услышал от Сирила... Зик, ты ведь спас какую-то девушку, да?

«Зик!»

От волнения Сесилия едва не свалилась с бочки. Она и не мечтала так просто узнать имя таинственного черноволосого рыцаря! Этому Альфонсу она теперь была готова молиться, как святому.

«Даже имя у него потрясающее... Просто невероятно!»

– Так нечестно, – прошептала себе под нос Сесилия, залившись румянцем. Она уже мысленно произносила это имя снова и снова, пробуя его на вкус.

– И все же удивительно. Кто бы мог подумать, что даже в столице есть ведьмы?

Сесилия вздрогнула. Здесь не могло быть никаких сомнений – речь шла именно о ней. С ее места слежения можно было рассмотреть только профиль собеседников, но ей показалось, что лицо Зика на мгновение напряглось.

– ...Ты ведь не разболтал об этом кому попало?

– Конечно нет. Но, думаю, осторожность не помешает. – Голос Альфонса стал тверже. – Будь начеку, Зик. Говорят, ведьмы способны управлять человеческим разумом с помощью зелий. Даже ты, каким бы сильным ни был, не устоишь, если тебя околдуют.

Эти слова больно ударили по Сесилии. Пусть и не так сильно, как обвинения вчерашней старухи, которая с пеной у рта называла ее преступницей, но теперь она видела, что даже рыцари ордена, служители короля, относятся к ведьмам предвзято.

Однако Зик не мог думать о ней плохо. Он знал, кто она такая, и все равно без раздумий протянул ей руку помощи. Для других это могло бы быть мелочью – просто жест вежливости, обыкновенная доброта. Но для Сесилии – ведьмы, отвергнутой этим миром, – этого хватило, чтобы влюбиться.

Именно поэтому сейчас она верила, что Зик опровергнет эти слова. Он скажет, что та девушка не такая. Он вступится за нее. Сесилия сжала кулаки.

– ...Да, я это запомню.

Она застыла. Вот и все, что он сказал. Ее надежды были безжалостно растоптаны.

Сесилия сидела на бочке, ошеломленная, не в силах пошевелиться. Сколько прошло времени? Вокруг уже сгущались сумерки. Птицы, перекликаясь в небе, возвращались на ночевку. Зик и Альфонс, по всей видимости, давно закончили с ужином и ушли. Из освещенного трактира доносился смех – кто-то уже прилично напился. Сесилия встала и потянулась, разминая затекшие мышцы. Небо полыхало рыжим закатом. Она посмотрела на него и почти беззвучно пробормотала:

– Ну что ж... да будет так.

В ее алых глазах не было слез. Вместо этого там была холодная решимость.

– Раз вы так говорите... – Ее голос прозвучал тихо, но уверенно. – Что ж, пусть будет по-вашему.

Сесилия приняла решение. Она создаст это ужасное приворотное зелье, которое было ей глубоко ненавистно.

Собираясь в дорогу, Сесилия взяла с собой несколько рецептов, записанных Гретой. Кто знал, какие зелья ей могут понадобиться за год странствий?

Только судьба распорядилась по-своему. Среди привычных записей затесался один лист, который она точно не брала, – рецепт приворотного зелья. Сесилия должна была сразу же порвать его и выбросить, но так и не смогла этого сделать. Однако и смотреть на него у нее тоже не хватало духу, поэтому она спрятала лист в самом дальнем углу шкафа. Сегодня девушка собиралась достать его.

– Почерк матери... Как давно я его не видела...

Сесилия провела пальцем по линиям засохших чернил и тяжело вздохнула.

Будто Грета предвидела этот момент давным-давно. А что, если она знала будущее и тайком подложила этот рецепт в вещи дочери перед отъездом? Сейчас, как ни крути, у нее нет иного выхода, кроме как следовать этим инструкциям. Собравшись с духом, Сесилия опустила взгляд на пожелтевший лист. Прежде всего нужно подготовить ингредиенты. Она начала просматривать список сверху вниз.

– Так... сине-корневая трава...

Можно сказать, ей повезло. Хоть зелье и требовало множества компонентов, бо'льшую их часть Сесилия смогла раздобыть без труда, ведь она сама выращивала различные травы за домом. Правда, выкапывать корень мандрагоры, растущий в дальнем углу ее огорода, оказалось не так-то просто, но с помощью затычек для ушей девушка все же справилась.

– Отлично, теперь следующий ингредиент...

Расслабившись, она пробежала взглядом по следующей строчке.

– Дальше... кровь лягушки... в свежем виде?!

Сесилия в ужасе уставилась в рецепт.

– Лягушачья... свежая кровь!

Она настолько опешила, что невольно повторила это вслух. Это же шутка, правда? Она быстро пробежалась взглядом ниже по списку.

– Тыс... тысяча вырванных волосков заклинателя?! Это же слишком много! И это больно!

Одна только мысль об этом вызывала у нее болезненные ощущения.

– А еще... хвост розовой ящерицы? Вода, в которой полная луна отражалась трижды? Кровь заклинателя?!

«Зачем этому зелью так много крови?! Постойте-ка... но ведь этим нужно будет напоить другого человека?..»

Это какая-то игра с наказаниями?^[1] Или издевательство? Сесилия, конечно, понимала, что посягнуть на чужую волю с помощью приворотного зелья само по себе уже подлость. Но заставить Зика выпить это? Это уже жестокость.

К тому же выжимать кровь из несчастной лягушки, отрывать хвост у ящерицы... А вода, простоявшая три месяца, – ее вообще можно пить? Не говоря уже о волосах.

А добавлять свою собственную кровь... Это не просто отвратительно, это уже за гранью здравого смысла! И к тому же больно. Чем больше Сесилия размышляла, тем меньше ей хотелось этим заниматься.

– Роро!

Не выдержав, она позвала черного кота. Роро вопросительно посмотрел вниз с самодельной кошачьей дорожки, которую Сесилия сколотила из досок. Она попыталась заговорить с ним ласково, уговаривая:

– Слушай, Роро, а ты не мог бы принести мне... м-м... лягушачью кровь и хвост ящерицы?

Ну да, просьба, конечно, не совсем в духе невинной девушки...

Роро лишь зевнул, потянувшись. Дощечки под его пухлым телом зловеще заскрипели.

– Ну пожалуйста-пожалуйста! Сегодня вечером тебя ждет настоящий пир, только принеси мне кровь лягушки и хвост ящерицы...

Однако Роро свернулся клубком и закрыл глаза. Похоже, помогать он не собирался. Бессердечный кот!

– М-м-м... А может, вовсе не обязательно использовать именно эти ингредиенты?..

Одна только мысль о них вызывала у нее отвращение, так что Сесилия тут же начала искать выход из ситуации.

– Точно! Конечно, я не хочу этого признавать... но ведь во мне течет кровь ведьмы! Если я постараюсь изо всех сил, то даже без этих жутких компонентов у меня должно получиться что-то похожее на приворотное зелье! – Она сказала это вслух, подбадривая саму себя.

Воодушевившись, Сесилия тут же взялась подбирать замену: вместо крови лягушки – спелый помидор, вместо собственной – неспелый. Вместо хвоста ящерицы – кончик корня лопуха. Вместо воды, трижды освещенной полной луной, – вода из вазы. А вместо волос – тонкая пеньковая веревка.

– И-идеально!

Сесилия была до глубины души потрясена собственной находчивостью. Когда все ингредиенты были подготовлены, она отнесла их в мастерскую – отдельное помещение для варки зелий. Это была переделанная кладовка, к которой она уже успела привыкнуть.

Зайдя в привычную обстановку, девушка наполнила большой котел водой из вазы и разожгла огонь в печи. Затем, порезав и проварив травы, она начала бросать их в кипящую жидкость. Туда же отправились и помидоры с лопухом.

Дождавшись, пока огонь станет стабильным, Сесилия взяла в руки большую мешалку и принялась размешивать содержимое котла. Если бы она просто помешивала, как это делают хозяйки на кухне, то получилась бы обычная, да еще и отвратительная на вкус, жидкость.

Однако Сесилия – ведьма. Ведьмы наделяют зелья особыми свойствами, вкладывая в них магию в процессе приготовления.

Вздохнув от усердия, девушка сконцентрировалась и направила магическую энергию в свои пальцы. Ее красные глаза засверкали, словно драгоценные камни, на лбу выступили капли пота, но Сесилия не сдавалась.

– Я решила, я сделаю это...

Сесилию двигало вперед чувство горькой обиды. Она злилась, ей было больно, ей было досадно. Обычно она предпочла бы просто переждать, может, поплакала бы в подушку, а потом десять лет носила бы в себе этот груз, пока он наконец не забылся бы.

Но это предательство вгоняло ее в глубокое отчаяние – Сесилия была очарована Зиком настолько, что у нее возникло ощущение, словно она может испытать любовь, как в сказках, и связать свою судьбу с принцем...

В процессе приготовления зелья произошло несколько инцидентов: пеньковая веревка вспыхнула, помидор взорвался, забрызгав лицо ведьмы алым соком... Но, несмотря на все эти трудности...

– Получилось!.. Получилось! – радостно воскликнула Сесилия.

Когда зелье остыло, она перелила его в бутылочку. Некоторые ингредиенты так и не растворились до конца, а цвет жидкости был пугающе красным, но все же... приворотное зелье (наверное, оно) наконец готово!

Вечером следующего дня

Не спавшая всю ночь Сесилия направлялась в город. Она держала в руках приворотное зелье и хмуро размышляла о нем. Сама Сесилия не может его попробовать – эффект проверить не получится, а Роро и подавно не притронется к ядовито-красному зелью. Жаль, конечно, но ничего не остается, кроме как сразу напоить им Зика.

Ну, это полбеды. Гораздо больше Сесилию мучала другая мысль: «Как бы сделать так, чтобы он выпил это и не заподозрил неладное?»

Командир рыцарского ордена наверняка не станет бездумно пить все подряд. Например, если Сесилия попытается отдать зелье под предлогом благодарности за помощь, согласится ли он его выпить?

– Нет. Вряд ли.

Сесилия горько усмехнулась, осознав очевидное. Для Зика она всего лишь странная ведьма. Если она вдруг сунет ему что-то попить – ну конечно же, он откажется, ведь это подозрительно.

– Может, пригласить его пообедать и подмешать в напиток? Но смогу ли я незаметно провернуть что-то такое...

Бормоча себе под нос, Сесилия шла по улице, вызывая у прохожих легкую тревогу. Люди старались обходить странную девушку стороной, но, будучи погруженной в раздумья, она этого не замечала.

– Да и как вообще я могу его позвать?.. – Она вздохнула.

Зик ведь командир рыцарского ордена, так что, наверное, его можно найти во дворце. Но сама Сесилия – простолюдинка, и вход в королевский замок ей, разумеется, заказан. Значит, единственный шанс встретиться с ним – это опять случайно наткнуться на него где-нибудь в городе...

– Впрочем, такое совпадение не может произойти снова...

В этот момент кто-то задел ее плечо, и Сесилия испуганно ахнула. Но чья-то крепкая рука подхватила ее, не давая упасть.

– П-простите! Я зазевалась и...

Поднимая взгляд, Сесилия осеклась и широко распахнула глаза. Потому что тот, кто ее удержал от падения, тоже с удивлением смотрел на нее – это был Зик. Будто сама богиня судьбы решила подыграть Сесилии. Случай, казавшийся невозможным, стал реальностью.

Зик быстро отпустил ее плечо, но не ушел – остался стоять рядом. Его фигура сияла, словно окутанная божественным светом... Хотя это просто Сесилии так казалось. Наверное.

– Мы снова встретились, – спокойно сказал он.

От одних этих слов Сесилия округлила глаза еще шире.

– Вы... вы меня помните?

– Да. Мы встречались у лавки, – кивнул Зик.

«Он... запомнил».

Сесилия чуть было не просияла от радости, но тут же взяла себя в руки.

«Что ты творишь, дуреха! Не вздумай терять голову из-за таких мелочей!»

Сейчас она ведьма, горящая жаждой мести. Этот мужчина обманул ее ожидания и жестоко поиграл с ее сердцем. Она должна дать ему выпить зелье.

Стараясь не смотреть в карие глаза Зика, она направила взгляд на его красиво очерченный нос. Дрожа от волнения, со срывающимся голосом Сесилия предложила:

– Е... если вы не против, м-может, поужинаем вместе?!

«Что ты творишь, это же слишком внезапно!»

По задумке все должно было быть иначе. Обычная светская беседа, ненавязчивое «А вы уже ужинали?» – вот как она планировала!

«Но... но я ведь еще никогда не приглашала мужчину поесть!»

Она нервно вертела пальцами, будто вязала невидимые нити, взгляд метался из стороны в сторону. Сейчас любой прохожий счел бы ее подозрительной, но Сесилии было не до того.

«Что... что же он подумает?»

Сердце громко бухало и было готово прорваться наружу. Она осмелилась взглянуть на него...

– Что? Поужинать? – переспросил Зик.

Как и следовало ожидать, его глаза забегали – он явно растерялся. Сесилия тут же чуть было не сдалась, но, если он откажет прямо сейчас, у нее больше никогда не будет шанса подлить зелье. Что бы ни случилось, она должна добиться согласия Зика.

– Я заплачу за ужин! Пожалуйста!

Она низко поклонилась, не обращая внимания на то, как это выглядит со стороны. На них уже уставились прохожие. Зик, похоже, не любил внимание, поэтому поспешно сказал:

– Поесть вместе не проблема. Прошу, подними голову. Но позволь мне оплатить счет.

– Э... Но...

– Есть ли место, куда ты хотела бы пойти? Что-то особенное, что хотела бы попробовать?

Пока Сесилия неопределенно мотала головой, Зик уже привел ее в ресторан недалеко от квартала знати.

По сравнению с обычной столовой, интерьер здесь был куда более изысканным. Сесилия чувствовала себя не в своей тарелке, но после того, как Зик что-то прошептал официанту, их провели на второй этаж. Столик был отгорожен от остальных перегородкой. Хотя зал просматривался с первого этажа и пространство нельзя было назвать полностью изолированным, для Сесилии, избегавшей лишних взглядов, это место казалось идеальным.

«Он... позаботился обо мне?»

При этой мысли ее сердце снова екнуло.

«Ну почему я опять таю от такой мелочи?!»

Сесилия снова и снова реагировала на доброту Зика. От того, что она не может справиться со своими чувствами, ей становилось не по себе. Когда Зик вежливо отодвинул для нее стул, ведьма опять испытала трепет. Это был какой-то замкнутый круг. Но, несмотря на все эти внутренние метания девушки, Сесилия и Зик наконец сели друг напротив друга.

– Кхм, – откашлялся он. – Я еще не представился. Меня зовут Зик Штайн. Я командир Святого Ордена Небесных Рыцарей.

– Я... – Она хотела сказать «я знаю», но вовремя опомнилась.

Сесилия опустила голову.

– М-меня зовут Сесилия.

– Сесилия? Красивое имя.

В груди стало тепло.

«Вот опять! Не время радоваться!»

Когда она чуть пошевелилась, в сумке раздался тихий всплеск. Приворотное зелье.

«Точно. Я пришла на эту встречу, чтобы как-нибудь заставить его выпить это!»

Она была полна решимости, а Зик, не подозревая о ее намерениях, водил пальцем по меню.

– Фруктовая вода подойдет? Если хочешь алкогольный напиток, могу заказать и его.

В Королевстве Казеания с шестнадцати лет люди считались взрослыми. К тому же многие ведьмы обладали недюжинной выносливостью и хорошей переносимостью алкоголя, возможно, из-за того, что они испытывали все свои зелья на себе. Но Сесилии не нравился вкус спиртного. Ей больше нравился напиток из цитрусовых, разбавленный водой.

– Эм... лучше фруктовую воду. А вы, Зик?

– Пожалуй, то же самое.

Сесилия посмотрела на него с легким удивлением, а Зик невозмутимо объяснил:

– Я не собираюсь пить алкоголь, находясь наедине с девушкой.

Сесилия не знала почему, но эта простая забота тронула ее до глубины души. Может, это потому, что ей не доводилось раньше тесно общаться с мужчинами. Или потому, что человек, способный проявлять подобное внимание к другим, сам по себе редкость.

Зик подозвал официанта и сделал заказ – напитки и легкая закуска. Пока они ждали, когда им все принесут, Зик снова заговорил:

– Ты ведь живешь в столице?

– А... эм, да, я живу одна на окраине столицы.

«Если точнее, то в лесу возле столицы...»

Зик удивленно распахнул глаза, но не похоже, что он ей не поверил.

– Одна?.. А родители?

– А... по ведьмовскому закону... меня выгнали из дома.

– Выгнали?!

Сесилия вздрогнула от его громкого голоса. Увидев это, Зик сразу прижал руку к губам.

– Прости, я не хотел тебя напугать.

– Н-ничего...

«Сама виновата – объяснила все слишком туманно».

– Эм... ну... по закону ведьм, в пятнадцать лет надо на два года уйти во внешний мир. Мне не хотелось, но правила есть правила...

Стараясь подбирать слова, Сесилия объяснила это как могла.

– У ведьм такие суровые обычаи... – пробормотал Зик. – Кстати, Сесилия, ты... – начал было он.

Сесилия почувствовала нарастающее беспокойство.

«Если так и дальше пойдет, я потеряю инициативу в разговоре».

Хотя казалось, что она уже давно ее потеряла... Но если просто плыть по течению, она так и не достигнет своей цели.

Она глубоко вдохнула и, собравшись с духом, заговорила, перебив его:

– А-а, э-э... Зик... вы ведь наверняка очень нравитесь женщинам?

– Что?

Как бы Сесилия ни старалась, ее навыки общения по-прежнему были близки к нулю. Начатая тема вышла слишком резкой и неожиданной, но по серьезному выражению лица Сесилии Зик понял – это не шутка.

Он задумчиво поднес руку к подбородку.

– Чтобы я нравился женщинам... не припомню такого.

– ?..

Это было слишком неожиданно. Сесилия несколько раз моргнула, не веря услышанному, а Зик почесал щеку и продолжил:

– Я третий сын в семье торговцев... Точнее, мой отец купил дворянский титул, так что я считаюсь третьим сыном в семье барона, но на деле мы совсем не знатного происхождения. Мне в этом году исполнилось двадцать, но, в отличие от старших братьев, у меня даже не было девушки.

«Какое счастье!..»

Искренне радуясь, Сесилия так сильно ущипнула себя за щеку, что стало больно. К счастью, Зик в этот момент смотрел куда-то в пустоту и не заметил этого.

– Те, кого я охраняю, обычно меня боятся. А когда во время патруля меня видят женщины или дети, они тут же начинают плакать.

– Что? Боятся вас и плачут?

– Да. Думаю, ты и сама видишь. У меня пугающая внешность. Ничего не поделаешь.

Сесилия внимательно посмотрела на Зика. Тот слегка пожал плечами.

«Он же такой замечательный...»

Да, он высокий и на вид суров. Брови нахмурены, будто он все время сердится. Взгляд хищный, а голос низкий. Из-за грубой внешности некоторые, наверное, и правда боятся его. Но это лишь впечатление, которое легко развеять, немного поговорив с ним.

Если присмотреться, у него благородные, выразительные черты лица и прекрасные, умные глаза теплого карего цвета. А слова, произносимые тонкими губами, спокойны и преисполнены благородства.

«Нет никого, кому бы так шла форма рыцаря... А еще...»

Странно. Сильные стороны Зика бесконечной чередой всплывали в голове.

– Извини. Наверное, тебе не очень интересно слушать это.

Сесилия поспешно замотала головой.

– Обычно я никому о таком не рассказываю...

Он слегка склонил голову, как будто сам не мог понять, почему вдруг начал откровенничать. Сесилия украдкой посмотрела на его безупречное лицо.

«Все вокруг него просто не могут понять его красоты...»

Ей стало досадно. Будь она не ведьмой, а простой девушкой, она бы точно не оставила без внимания такого человека.

Они слегка стукнулись бокалами с фруктовой водой, которую принес официант. Сесилия сделала глоток, медленно оторвала губы от бокала и тут же услышала:

– Итак, Сесилия.

– Д-да?

– Ты ведь пришла ко мне, потому что у тебя есть какая-то проблема, верно?

Она опустила голову, чуть не плача от неожиданности. Теперь ей стало ясно, почему Зик поверил почти незнакомому человеку, к тому же ведьме, и согласился на встречу. Он, наверное, подумал, что у нее есть серьезная просьба, о которой невозможно поговорить прямо на улице, и именно поэтому все так организовал.

«Он ведь действительно... добрый...»

Такому человеку нельзя подсовывать подлое приворотное зелье... Сесилия сварила его в порыве гнева, желая отомстить за душевную боль. А Зик не сделал ничего плохого. Это она сама за ним пошла, сама подслушала разговор и сама обиделась. Это ее вина. Если бы она просто сохранила в сердце тот момент, когда он спас ее у лавки, и наслаждалась бы этим счастливым воспоминанием, ничего бы не произошло. Во всем этом виновата только Сесилия.

Сжав сумку, она твердо решила, что пора остановиться.

Однако Зик случайно заметил бутылочку, выглядывающую из сумки. Он слегка наклонил голову.

– Это что?

– А, это... Я собиралась отдать это вам, – ответила Сесилия и неловко улыбнулась, взяв бутылочку в руки. Она не умела очаровательно выражать эмоции, как знатные дамы. Получилась лишь робкая, неуверенная улыбка. – Но... я решила ее выбросить.

– Зачем выбрасывать? Жалко ведь.

– Нет, дело не в том... То есть... А?

Сесилия застыла как вкопанная. Потому что Зик встал из-за стола... и опустился перед ней на одно колено. Словно рыцарь, присягающий на верность своей принцессе. Щеки Сесилии мгновенно вспыхнули.

Зик, то ли осознанно, то ли вовсе не замечая ее смущения, взял ее за руку... и легким поцелуем коснулся тыльной стороны ладони. Хрупкие плечи Сесилии вздрогнули.

– Это первый подарок от женщины в моей жизни... Прошу, не говори, что выбросишь его.

– Ч-что?!

Он поднял взгляд и посмотрел на нее с искренней мольбой, а его глаза стали чуть влажными.

Сесилия была в смятении. Что вдруг стряслось с Зиком? Только что он был собранным, рассудительным, а теперь вся его сдержанность куда-то исчезла. Пока она в замешательстве пыталась понять, что происходит, на второй этаж вбежал молодой официант.

– Простите, прошу прощения! – с паникой в голосе воскликнул он. – Похоже, я по ошибке подал господину фруктовое вино вместо фруктовой воды!

– Что?!

Сесилия взяла бокал Зика и понюхала. Действительно, в отличие от ее напитка, этот пах слабым, но алкоголем.

«Значит... Зик пьян?»

Если присмотреться – выражение лица у него, как обычно, непроницаемое, но щеки будто бы слегка порозовели. Наверное, под воздействием алкоголя он становится немного смелее.

«Но это точно не время для холодного анализа!»

Тем временем бутылочка, которую Сесилия только что держала в руке, каким-то образом уже оказалась у Зика.

– Хм... Пахнет как ферментированный напиток? Никогда не встречал такого странного, даже резкого запаха. Хотя нет... скорее это интересный аромат.

– П-подождите! Господин Зик! – воскликнула она в панике. – А-а-а-а-а! Что же делать!

Официант тоже запаниковал.

– Что ж, выпью с благодарностью.

– Подождите! Это опасно! Его нужно выброси!.. – Но Сесилия не успела договорить.

Зик уже снял крышку с бутылочки и, без колебаний подняв ее над собой, вливал содержимое прямиком в рот. Сесилия смотрела, как его мужественная шея вздрагивает, пока он залпом проглатывает зловеще-алую жидкость.

Он пьет. Зик на самом деле пьет приворотное зелье.

Сесилия даже не успела его остановить. Они с официантом могли лишь наблюдать за происходящим с открытыми ртами. На их глазах Зик выпил все до последней капли. В следующую секунду случилось страшное: он издал сдавленный стон, лицо исказилось и рыцарь рухнул на пол.

– Господин Зик!!

Девушка вскочила так стремительно, что чуть не опрокинула стул. Бросившись к Зику, Сесилия опустилась на колени. Она приложила пальцы к его шее, прислушалась к дыханию. Похоже, он просто потерял сознание.

– Н-нужно звать кого-нибудь! Правда ведь?! Надо?! – в панике залепетал официант, у которого уже начинали выступать на глазах слезы.

Но если уж на то пошло – плакать больше всего хотелось Сесилии.

Веки Зика едва заметно дрогнули.

– Зик... господин Зик? – позвала Сесилия, и ее голос предательски задрожал.

Спустя несколько секунд его глаза медленно открылись. Взгляд какое-то время блуждал, пока наконец не остановился на Сесилии.

Прикладывая руку к голове, словно пытаясь унять головную боль, он медленно приподнялся.

– В-вы в порядке? – Сесилия непроизвольно потянулась вперед, чтобы поддержать его.

Он сел, прищурился и оценивающе посмотрел на нее. Может, он все же почувствовал что-то?.. Но пока что она не видела в его глазах ни капли влюбленности.

«Неужели зелье не сработало?..»

Наверное, это даже к лучшему. Она просто извинится за странный напиток, и на этом все закончится.

Вот только Зик почему-то не сводил с нее взгляда. Он смотрел... слишком долго. Когда она уже начала чувствовать себя неловко под этим пристальным взглядом, Зик неожиданно протянул руку и легонько коснулся ее щеки.

От неожиданного прикосновения плечи девушки дернулись. Она удивленно открыла рот:

– ...А?

В этот момент Зик посмотрел прямо на нее.

– Милая.

Он определенно произнес это вслух.

– А?!

Шок был настолько сильным, что Сесилия, похоже, на секунду отключилась. Перед ней по-прежнему сидел Зик и смотрел на нее. Она с трудом набралась смелости, чтобы переспросить дрожащими губами:

– Э-эм... п-простите, вы... что вы сейчас сказали?..

Да, возможно, ей просто... послышалось. Слишком уж это звучало хорошо, чтобы быть правдой.

Но Зик без колебаний повторил свои слова:

– Я сказал, что ты милая.

– !!!

– Потому что ты и правда очень милая.

– !!!

Двойной удар по самообладанию. Но Сесилия старалась держаться. Она не позволяла себе ослабить бдительность.

«Нет... еще нет. Нельзя быть уверенной».

Нужно как следует убедиться, что зелье действительно сработало.

– Т-т-ты... ты это... к-к-кому... сейчас?.. – выдавила она, окончательно запутавшись в собственных словах.

И тут Зик слегка склонил голову набок:

– Тебе. Кому же еще?

Сесилия широко распахнула глаза и повернулась к официанту. Он, похоже, тоже все отчетливо услышал: с энтузиазмом закивал, подтверждая каждое слово. Но даже со свидетелем она не могла до конца поверить в происходящее.

Ее терзали сомнения, и она, подняв один дрожащий палец, едва слышно прошептала:

– П-по... повторите, пожалуйста... еще раз.

– Сесилия? – переспросил он с легким удивлением.

– Еще раз, – серьезно сказала она.

Возможно, это показалась Зику забавным – он слегка улыбнулся. Это была его первая настоящая улыбка... Теплая, мягкая, с прищуром в карих глазах. Он смотрел прямо на нее, и от этого взгляда сердце Сесилии на мгновение замерло.

– Конечно. Я могу говорить это сколько угодно.

Он медленно поднял руку и ладонью нежно коснулся ее щеки. А потом... Словно потакая капризной возлюбленной, с легкой, почти игривой улыбкой он наклонился ближе. И тихо прошептал ей на ухо:

– Сесилия... ты милая.

Эти слова прозвучали в жизни Сесилии Лампс впервые. Впервые ее по имени, без всяких «госпожа» или «леди», назвал мужчина. Впервые – мужчина, не ее отец – назвал ее милой. А уж чтобы кто-то прошептал это на ухо таким томным голосом... Историческое событие.

– Я... я милая? – дрожащим шепотом спросила она.

– Конечно милая, – с абсолютной уверенностью ответил Зик.

Сесилия выдохнула. Из нее буквально вытекли все силы, и казалось, она вот-вот рухнет – тогда Зик осторожно притянул ее к себе. В этот момент напряженный официант, наблюдавший за происходящим, наконец осторожно вмешался:

– Э-э... может быть... стоит вызвать врача?

– Врача? – Зик поднял бровь. – Что ты несешь?

Он смерил парня таким взглядом, будто собирался убить его одними только словами. Официант съежился от страха.

– Ты пытаешься опровергнуть тот факт, что моя Сесилия – самая милая девушка во всем мире?

– Н-нет-нет-нет, ни в коем случае! – затрясся официант. – Просто... вы, эм... упали и, ну, судя по вашему состоянию, возможно, ударились головой, вот я и подумал, что, может, стоит проверить... на всякий случай...

В общем-то, с его стороны это было абсолютно здравое предложение. Но правда заключалась в том, что с головой у Зика все было в порядке... Просто он только что выпил приворотное зелье.

Судя по выражению лица Зика, ответ официанта ему совсем не понравился. Сесилия еще больше заволновалась от исходящей от него опасности и воскликнула:

– Господин Зик, пожалуйста, перестаньте!

– «Господин Зик»? – повторил он и поморщился.

Неужели она сказала что-то, что задело его?

Но тут Зик, немного смягчив взгляд, напомнил:

– Мы ведь договорились, что ты будешь звать меня просто Зик, помнишь?

«Мы договаривались?!»

Но похоже, он не позволит называть себя иначе. Собравшись, Сесилия начала говорить:

– З-зик...

– Вот так, – удовлетворенно кивнул он.

– Эм... Зик. Все хорошо. Правда. Я все поняла, достаточно.

– Милая.

– Я же говорю...

– Милая, милая, милая... Моя единственная Сесилия.

– А-а-а!.. – только и смогла выдавить она, сгорая от смущения.

– Эх, недостаточно. Сколько ни повторяю – все мало. Хочу говорить это еще и еще. Хочу говорить, какая ты милая.

– А... А... – лишь беспомощно лепетала она.

– Сесилия... ты будешь со мной встречаться?

Эти слова, произнесенные с такой теплотой, были как заклинание. И от этого ее словно подкосило.

– В-в-в...

«Встречаться с мужчиной?» Да еще и с тем, в кого она влюбилась... И он сам ей предложил?!

Голова кружилась, ноги стали ватными, в голове стало пусто, а мимика девушки становилась все нелепее. Сознание дрейфовало в розовой дымке. И когда все внутри нее прошло точку невозврата, слова согласия будто сами слетели с губ:

– Б-б-буду! То есть я... да, я буду с тобой встречаться!

– Правда?! Сесилия!!!

«О боги... у него ямочка на щеке...» – промелькнула последняя связная мысль в ее расплавленном сознании. Сесилия почти инстинктивно потянулась рукой и коснулась ямочки, в ответ Зик нежно прижался щекой к ее ладони. Каждое его движение, каждое прикосновение было таким трогательным, что Сесилия едва сдерживала нахлынувшие эмоции.

Наверное, в тот момент на ее лице отразилось слишком много счастья – могло показаться, что она вот-вот заплачет. Зик взглянул на нее и усмехнулся:

– Сесилия, ты в порядке? Глазки блестят, носик шмыгает... и эти милые губы дрожат.

– Эм, я... все... все хо...

Она попыталась что-то сказать, хоть как-то ответить, но забыла все слова, когда Зик наклонился ближе. На его лице появилась хищная, почти опасная улыбка, от которой у Сесилии перехватило дыхание. И тогда, таким же хищным голосом, он произнес:

– Ты справишься, Сесилия? С моей любовью... ведь она только набирает обороты.

От этих слов все тело Сесилии затрепетало.

– Эт-то... значит... будет... еще сильнее?

– Да. То, что уже есть, – только мелочи.

Сесилию затрясло от предвкушения. Просто оттого, что он называл ее милой, сердце уже готово было выскочить, а он говорит, что это только начало. Ей было так радостно знать, что любимый человек смотрит только на нее. Она была так счастлива, что Зик полностью увлечен именно ею. Его сильные руки, его нежный, предназначенный только для нее шепот – все это заставляло Сесилию таять от восторга.

«Что же делать... Я так счастлива... Так счастлива, что сейчас умру...»

Кто бы мог подумать, что эффект приворотного зелья окажется настолько ошеломляющим. Теперь стало ясно, почему ведьмы в сказках с таким усердием варили эти зелья. Познав такое счастье, другого уже не захочешь. И Сесилия не была исключением.

Так, разрываясь между здравым смыслом и бушующими чувствами, не зная, кого слушать – разум или сердце, она металась все сильнее... пока наконец...

– Сесилия? Ты в порядке? Сесилия?!

...пока не закатила глаза и не потеряла сознание прямо у него на руках.

Глава 3

То, что действительно важно

Сесилия открыла глаза.

Над ней был незнакомый белый потолок. Она несколько раз моргнула, пытаясь понять, где находится.

Похоже, она лежала в роскошной кровати с балдахином. Сесилия еще никогда не спала на такой мягкой и пушистой постели – ее словно положили в облако. Заглянув в зеркало, стоявшее в комнате, она увидела свое отражение – на ней была элегантная ночная сорочка, какую она никогда прежде не носила. По яркому свету, льющемуся из окна, было понятно: после того ужина с Зиком прошло уже немало времени.

– Где это я?..

– Вы проснулись?

– А?! – Сесилия испуганно вскрикнула.

Незнакомая девушка, словно возникнув из воздуха, подала ей чашу с водой.

– Пожалуйста, выпейте. Не волнуйтесь, это просто чистая вода.

– А-ага... спасибо...

Сесилия все еще не понимала, что происходит, но послушно сделала глоток.

Как оказалось, жажда мучила ее сильнее, чем она думала, и Сесилия залпом осушила чашу с холодной водой. Наверное, эта девушка – служанка при каком-то дворянине. На вид ей было около двадцати, а одета она была в простое платье для горничных. Она молча наблюдала за Сесилией, не сводя с нее внимательного взгляда.

Сесилия допила воду и принялась искать взглядом свою одежду. Без плаща, скрывающего лицо, она не могла нормально разговаривать с другими. Впрочем, и с плащом у нее это получалось не очень.

– Если вы ищете свою одежду, – сказала служанка, – то ее вернут, как только она будет постирана.

– Х-хорошо, – пискнула Сесилия, вздрагивая. Казалось, будто эта девушка способна читать ее мысли. – Э-эм... А это место... где я?.. – с тревогой в голосе спросила она.

Служанка уже собиралась ответить, но...

– Эй, эй! – перебил ее голос, раздавшийся сзади. – Ты проснулась! Ты в порядке?

Из-за плеча горничной внезапно показалась маленькая головка. Сесилия так и прилипла к ней взглядом.

«Какая... милая!»

Выглядела девочка примерно на тринадцать лет. А может быть, и младше. У нее были волнистые светло-розовые волосы, большие, широко распахнутые глаза изумрудного цвета, белоснежная кожа и нежные губки. Перед Сесилией стояла юная красавица с кукольной внешностью, как будто сошедшая с иллюстрации.

«Словно ангел...»

Сесилия не могла отвести взгляд. Девочка так же пристально смотрела на нее в ответ.

– О... так ты и правда ведьма, да?

Услышав это, Сесилия тут же отвела глаза. Она вспомнила, с каким презрением на нее смотрела та старуха. Будто на что-то грязное. Если эта безупречно красивая девочка посмотрит так же, Сесилия, наверное, уже не сможет оправиться.

– У тебя такие красивые глаза!

– А?..

В словах девочки не было и намека на то, что Сесилия какая-то странная или неприятная.

– Тебе... тебе не противно? Я ведьма...

– Противно? Почему?

Сесилия нахмурилась, а девочка продолжила так, словно это само собой разумеется:

– Ведьмы – это же круто!

«...Круто?»

Сесилия была ошеломлена таким неожиданным описанием. Она уже хотела расспросить поподробнее, но девочка внезапно сменила тему:

– Кстати, я очень удивилась, когда та нижняя часть тела принесла тебя сюда.

«...Нижняя часть тела?..»

Сесилии показалось, что она услышала нечто совершенно неуместное.

– Он привел тебя с таким видом, мол, нельзя же позволить возлюбленной ночевать в грязной рыцарской казарме!.. Первый раз вижу, чтобы у нижней половины тела командира было такое лицо.

...У нижней части тела никакого лица, разумеется, быть не может...

– Госпожа Шарлотта, – вмешалась служанка. – Пожалуй, для начала стоило бы представиться.

– Ах да, совсем забыла. Приятно познакомиться, меня зовут Шарлотта.

– Я... я Сесилия. Спасибо большое за то, что приютили меня.

Она низко поклонилась, пораженная тем, с какой грацией девочка представилась.

Служанка добавила:

– Перед вами – ее высочество пятая принцесса Шарлотта.

Сесилия тут же застыла на месте.

«П-пятая принцесса?..»

Она предполагала, что девочка знатного рода, но и представить не могла, что в ней течет королевская кровь... Она ведь буквально дочь короля.

– Госпожа Шарлотта приютила вас как возлюбленную командира Святого Ордена Рыцарей по его личной просьбе.

– Вот как... В таком случае позвольте поблагодарить вас еще раз...

Когда Сесилия склонилась в поклоне, с запозданием до нее дошло, что она услышала нечто странное.

«Что?.. Возлюбленная?»

Тем временем щечки Шарлотты надулись. Похоже, ее немного смутило, что Сесилия поблагодарила ее так серьезно.

– Святой рыцарский орден – мои крылья! Так что само собой разумеется, что тебе помогли! – с гордостью произнесла она.

Какое-то странное выражение... но очень в духе принцессы.

Вдруг Сесилия вспомнила: рыцарский орден защищает не только воздушное пространство королевства, он также отвечает за охрану юной принцессы, пятой дочери короля, которую величают сокровищем страны...

– Сесилия!

Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату вбежал Зик. Черные короткие волосы взлохмачены, карие проницательные глаза сияют.

– Зик! – воскликнула Сесилия.

Он улыбнулся, услышав свое имя из ее уст, но в следующий миг его резко остановили.

– Вы ведете себя недопустимо, господин Зик, – строго сказала служанка.

Рыцарь, став мгновенно серьезным, опустился на одно колено.

– Прошу прощения за мою неосмотрительность. Я не знал, что здесь присутствует и ее высочество, – сказал он и посмотрел на принцессу.

– ...Все в порядке... – раздался тихий ответ.

Маленькая Шарлотта вновь спряталась за спину служанки. Теперь видны были только ее крошечные кулачки.

Почему-то на Зика она старалась не смотреть. Это не очень походило на отношения между рыцарем и принцессой. Шарлотта явно боялась его, и он это знал. Обращаясь скорее к служанке, чем к самой принцессе, он заговорил:

– Позвольте выразить благодарность за милость, оказанную ее высочеством. Несмотря на поздний визит, вы любезно приняли нас, и я бесконечно признателен за это. – Зик говорил, не поднимая головы. Видимо, он благодарил принцессу за то, что та приютила Сесилию.

Шарлотта, все еще цепляясь за служанку, прошептала ей что-то. Та кивнула и ответила от ее имени:

– Не беспокойтесь, господин Зик. Ее высочество Шарлотта намерена принять Сесилию как свою подругу. Что касается ее проживания в снежном дворце, его величество уже дал разрешение, так что все в порядке.

– Что? – неосознанно воскликнула Сесилия.

Снежный дворец – так, по-видимому, называлась резиденция Шарлотты, но того, что касалось «подруги» и «проживания», Сесилия пока не понимала.

Видимо почувствовав ее замешательство, Шарлотта выглянула из-за спины служанки и взглянула на Сесилию большими влажными глазами.

– Ты не хочешь?..

Сесилия запнулась, не зная, что ответить. Перед ней стояла настоящая принцесса – милая, благородная, словно сошедшая со страниц волшебных сказок, которыми она так восхищалась в детстве. Как она могла отказать?

К тому же... ей и самой хотелось общения с Шарлоттой.

– Я... я не против.

– Правда? Ура! – воскликнула принцесса, просияв от радости.

Однако едва она уловила взгляд Зика, ее милая улыбка тут же исчезла. Рыцарь, впрочем, в ответ лишь спокойно сказал:

– Кстати, ваше высочество, мы не виделись несколько дней. Вы хорошо себя чувствовали?

Шарлотта вздрогнула так сильно, что это показалось почти наигранным. Холодным тоном она ответила:

– Хорошо, как обычно...

– Вот как. Рад это слышать, – спокойно кивнул Зик.

Сесилия молча наблюдала за их неловким диалогом.

«Так вот о чем тогда говорил Зик... „Те, кого я охраняю, обычно меня боятся. А когда патрулирую улицы, женщины и дети начинают плакать“».

Он говорил это как нечто само собой разумеющееся, но в его голосе слышалась легкая грусть. И его можно было понять. Зик – добрый человек. Когда относишься к другим с добром, а в ответ получаешь такое отношение, становится больно.

«Возможно... именно поэтому он тогда помог мне».

Может, Зик увидел в Сесилии, которую несправедливо обвинили в краже только потому, что она ведьма, самого себя – того, кого так же неправильно понимают. Ведь он из тех людей, что чувствуют боль других.

«Хочу, чтобы и госпожа Шарлотта осознала это...»

У Сесилии сжалось сердце от смутного, щемящего чувства.

Неожиданно Зик поманил ее рукой. Она немного растерялась, но, быстро поняв, что он имеет в виду, подбежала к нему.

– Зик, ты что... – начала она, но он перехватил ее за руку и легко притянул к себе.

У самого уха прозвучал тихий, почти неслышный шепот:

– Если вдруг захочешь... приходи ко мне.

– ...Что? – прошептала Сесилия.

– Я буду ждать. Всегда.

Теплая, мягкая улыбка Зика дала ей понять одно: зелье все еще действует.

Сесилия моментально залилась краской, а Зик, улыбнувшись, развернулся и ушел, но его сладкий голос все еще звучал у нее в ушах.

После этого Сесилия, не сопротивляясь, позволила служанкам о себе позаботиться: приняла ванну и переоделась. Ванная комната, огромная и роскошная, как и сам дворец, выглядела сказочно. Ее сердце учащенно билось, но она сдерживалась и не показывала объявших ее чувств, позволяя служанкам делать свое дело.

Однако когда ей принесли роскошное платье, она вежливо отказалась.

Хотя Шарлотта пригласила ее не просто как гостью, а как подругу, Сесилия оставалась обычной ведьмой-простолюдинкой. Она была благодарна за прием, но принимать чрезмерную щедрость ей казалось неправильным.

«Не то чтобы я совсем не хотела его примерить...»

Пребывание во дворце – дело временное. Если она уж слишком привыкнет к роскоши, то, вернувшись в свою хижину, не сможет вынести прежней жизни. А ведь ей еще как минимум год жить там.

«Интересно, как там Роро?»

Он всегда был свободным, как ветер, котом. Иногда пропадал на месяц, а потом внезапно возвращался как ни в чем не бывало. Наверное, и в этот раз с ним все будет в порядке...

– Что ж, позвольте проводить вас. Ее высочество Шарлотта ждет в саду. Госпожа Сесилия?

– А! Да, конечно! – поспешно ответила Сесилия, отвлекаясь от своих мыслей.

Поверх выстиранного платья с фартуком она накинула привычный плащ и последовала за служанкой Шарлотты Марией, которая вела ее по коридорам.

В голове Сесилии всплывал образ девочки, с которой она рассталась всего несколько часов назад. Розово-золотистые волосы, сверкающие, словно рассыпанные драгоценные камни, и большие изумрудные глаза. Пятая принцесса была настолько очаровательной, что казалась почти нереальной.

Имя Шарлотты было известно всем. Она купалась в чрезмерной любви короля и своих братьев, ради нее был построен огромный замок, где она теперь и жила, – тот самый Снежный дворец, в котором сейчас временно остановилась Сесилия.

Даже тот факт, что ее охраняет Святой Орден Рыцарей, говорил о том, насколько она дорога своей семье. В прежние времена этот орден был личной гвардией либо самого короля, либо наследного принца. А теперь – весь в распоряжении Шарлотты.

Пока у нее есть такая мощная защита, шансы, что кто-то посмеет покуситься на ее жизнь, крайне малы. Хотя, если честно... любой наемный убийца, увидев Шарлотту, забудет про кинжал и воскликнет: «Хочу защитить ее!»

Она была настолько ослепительно красива, что, пожалуй, оценить ее по привычным стандартам было невозможно.

Но все же одна вещь не давала Сесилии покоя.

– Эм... госпожа Шарлотта и Зик... они не слишком близки, да?

– Ах, это... – Мария слегка кивнула. – Дело в том, что госпожа испытывает трудности не только с господином Зиком, но и с мужчинами в целом.

– Со всеми мужчинами?

«Может, с ней произошло нечто ужасное из-за мужчины?..»

– Нет-нет, ничего подобного, – увидев тревогу на ее лице, Мария покачала головой. – Никаких происшествий не было.

– Тогда... в чем же дело?

– Видите ли, с самого детства братья ее высочества неустанно твердили ей, что все мужчины на свете – это существа, у которых мозг напрямую связан с нижней частью тела. И что они – сплошь мерзавцы, мусор и отбросы общества. С тех пор она испытывает глубокое недоверие ко всем мужчинам, почти не выходит за пределы дворца и заявляет, что не хочет видеть рядом с собой ни одну «нижнюю часть тела», включая его величество короля и ее братьев. Вот так она и стала избегать их.

«В итоге она всех подряд ненавидит...»

Похоже, от чрезмерной любви и гиперопеки у принцессы в итоге развилось недоверие к мужчинам.

«Она, оказывается, тоже, как я, боится общаться...»

Хотя, справедливости ради, боится она только мужчин.

«Ну конечно... вот почему Шарлотта называла Зика нижней частью тела».

В глазах Шарлотты «мужчина» и «нижняя часть тела» были синонимами. Если подумать, то ее отношение к Зику, по меркам самой Шарлотты, было относительно мягким. Она, кажется, даже пыталась поддерживать с ним разговор – как могла.

– Но ведь все члены Ордена Небесных Рыцарей – мужчины, не так ли?

– Да, вы абсолютно правы, – кивнула Мария.

Тяжело вздохнув, она продолжила:

– По мнению его величества, лучше поручить охрану по-настоящему надежным людям, чем доверить ее кому-то недостаточно подготовленному.

«А-а... теперь понятно».

Это вполне разумная причина.

Ходили слухи, что при дворце начали готовить женский отряд рыцарей, и те уже усердно тренировались. Тем не менее в силе и выносливости они все же уступали мужчинам. В критической ситуации они могли оказаться бесполезными.

– А как же всякие чаепития и светские приемы... Мужчины, наверное, не могут сопровождать госпожу Шарлотту...

Сесилия, пробормотав это вслух, вдруг почувствовала, что Мария внимательно смотрит на нее, и вздрогнула.

– Я... я сказала что-то не то?

– ...Нет, вовсе нет. Напротив, я просто восхищаюсь вашей наблюдательностью.

Похоже, ругать ее никто не собирался, и Сесилия облегченно выдохнула.

– Все верно, госпожа Сесилия. Именно поэтому наличие женщин среди телохранителей – огромное преимущество, особенно в местах, куда мужчинам вход запрещен. Мы не раз подавали прошения о том, чтобы хотя бы небольшое число женщин-рыцарей было назначено на службу при госпоже Шарлотте... Но, боюсь, на данный момент это маловероятно.

«Маловероятно?»

Сесилия уже хотела спросить почему, как вдруг...

– А-а-а-а-а! – раздался пронзительный визг.

Сесилия широко распахнула глаза. К тому моменту Мария уже сорвалась с места, ведь голос принадлежал Шарлотте. Задыхаясь, Сесилия побежала следом через весь сад. Когда она добралась до розария, то увидела Шарлотту, почти сползшую с кресла от страха, и неизвестного мужчину, стоявшего перед ней.

– Госпожа Шарлотта!

– М-Мария! Помоги! Он снова пришел! Эта нижняя часть тела выскочила из кустов!

– Прошу, успокойтесь, госпожа Шарлотта.

Мария крепко обняла вцепившуюся в нее принцессу и ласково погладила ее по голове.

В этот момент раздался тяжелый мужской вздох:

– Пожалуйста, прекратите выражаться так, будто я появился из кустов как какой-то извращенец. Вы выставляете меня подозрительным типом.

– Потому что ты и есть подозрительная нижняя часть тела! – Шарлотта продолжала пронзительно кричать.

Сесилия не до конца понимала, что происходит. Она перевела взгляд на мужчину, стоящего перед Шарлоттой и Марией. И в ту секунду, когда их взгляды встретились, Сесилия узнала его.

«Этот человек...»

Перед ней стоял парень с золотистыми, струящимися до плеч волосами. На нем был синий рыцарский мундир, и лицо его выглядело... поразительно притягательно.

Мягкий взгляд, аккуратный прямой нос, губы, будто созданные для легкой, спокойной улыбки. Во всей его внешности сквозило что-то благоухающее, утонченное – и одновременно опасное.

«Он тот самый рыцарь, который тогда разговаривал с Зиком в столовой».

Если она правильно помнила, его зовут... Альфонс. Когда их глаза снова встретились, он моргнул несколько раз, словно тоже ее узнал.

– О, ты же...

Он был драконьим наездником, поэтому не носил ни украшений, ни отличительных знаков, но Сесилия чувствовала себя некомфортно из-за ауры легкомысленности, которая его окутывала.

Сесилия ощутила давление – от его облика, манеры держаться, да и от всей атмосферы вокруг. К тому же... Альфонс, насколько она помнила, не слишком хорошо относился к ведьмам. Кто знает, что же такое язвительное или даже унизительное он сейчас скажет?

Да и если быть честной... она и правда подлила Зику зелье влюбленности. Конечно, он выпил его сам, без ее прямого принуждения, но оправданием это, скорее всего, не послужит.

– П-позвольте представиться... Сесилия Лампс.

Из-за страха Сесилия отвела взгляд, но все же сумела выдавить из себя приветствие.

– А, ты первая девушка Зика!

– Д-деву... шка?..

Сесилия застыла на месте от потрясения. Но Альфонс, похоже, решил, что она просто смущена, и не обратил на это ни малейшего внимания – вместо этого учтиво поклонился.

– А я Альфонс Ниар. Заместитель командира Святого Ордена Небесных Рыцарей. Приятно познакомиться.

– Пф, бабник, – буркнула Шарлотта.

– ...Госпожа Шарлотта, пожалуйста, выражайтесь чуть сдержаннее.

Альфонс тем временем перевел взгляд на Марию.

– Кстати, госпожа Мария, вы сегодня особенно ослепительны.

Та, будто не слыша его, резко повернулась к Сесилии, словно Альфонса вообще рядом не было.

– Надеюсь, вы теперь понимаете, госпожа Сесилия. Из-за вот таких «ловеласов» размещать женщин-рыцарей в Снежном дворце крайне затруднительно. Этот вот... уже довел до увольнения нескольких служанок, которые перестали нормально выполнять свои обязанности...

«Понятно теперь...»

Видимо, опасались, что рыцари-женщины попадут под обаяние Альфонса и перестанут быть надежной защитой. Причина более чем веская.

– И все же... почему?.. – пробормотала Сесилия.

– Хм? – Альфонс расслышал ее тихий голос и слегка склонил голову набок.

Сесилия нахмурилась, глядя, как мягкие, струящиеся золотистые волосы легко ложатся на его плечи.

«Почему он ничего не говорит про то, что я ведьма и нахожусь рядом с Зиком?»

Из подслушанного в тот день в трактире разговора Сесилия сделала вывод, что Альфонс из тех людей, которые осуждают ее только потому, что она ведьма. Увидев ее алые глаза, он наверняка понял, кто она такая, – и все же не сказал ни слова. Это казалось странным. Сесилия думала, как бы спросить его об этом, не выдав, что подслушивала разговор, но Альфонс неожиданно сказал:

– А, ну да. Ты же ведьма.

Шарлотта метнула в него ледяной взгляд, но тот лишь беспечно продолжил, будто ничего не заметил:

– Раньше я ведьм не особо жаловал... Но на этот раз Зик всерьез на меня наехал. Сказал: если я хоть раз обижу ее только потому, что она ведьма, он меня зарубит. Даже если мы друзья.

– А? – Сесилия застыла.

– Если этот парень так говорит – он не шутит. Так что... я вам мешать не буду. Можешь не переживать.

Альфонс лениво помахал рукой, показывая, что все уже решено. Шарлотта фыркнула, задрав подбородок.

– Не мешать двум влюбленным – это само собой разумеется! И если ты вдруг вздумаешь вмешаться, я тоже молчать не стану!

– Влюбленные... – усмехнулся Альфонс. – Ваше высочество, вы прелестны. Особенно для той, кто еще понятия не имеет, что такое любовь.

– Нижняя часть тела, посмевшая насмехаться над принцессой, должна быть казнена! Казнена, слышишь?!

– А-ха-ха, страшно-то как. Что ж, ваше высочество, мне пора. Я как-нибудь еще загляну в гости.

– Да чтоб ты больше вообще не показывался!!!

Пока покрасневшая от злости Шарлотта кричала, Альфонс, хихикая, исчез в кустах.

Еще какое-то время принцесса раздраженно сопела, словно маленький зверек, но внезапно вспомнила о стоящей сзади Сесилии.

– Ах, точно! У нас же чаепитие! Садись скорее!

– Х-хорошо.

Несмотря на вторжение Альфонса, чайный стол быстро был приведен в порядок. Мария и другие служанки заварили ароматный чай, выложили на стол тарелки с пирожными и печеньем – все выглядело словно на иллюстрации к сказке.

– Сесилия? Ты устала? – спросила Шарлотта, глядя на нее.

– Н-нет, все в порядке, – быстро ответила Сесилия, но, возможно, на ее лице все же отразилась усталость.

Слишком много всего произошло за один день. Она проснулась в незнакомом месте, после чего ей пришлось повстречаться и поговорить со множеством новых людей – неудивительно, что усталость буквально валила ее с ног.

– И еще вот это печенье попробуй! Оно просто божественное. С его помощью ты точно забудешь об этой проклятой нижней части Альфонса!

– С-спасибо.

Сесилия послушно взяла печенье, положила в рот и тут же распахнула глаза – насколько оно оказалось вкусным.

– Если тебе понравилось, я очень рада. – Шарлотта хихикнула. Похоже, принцесса заметила ее восторг.

Сесилия тут же опустила взгляд, покраснев.

– Ну а теперь, – Шарлотта вернула чашку на блюдце и вдруг пристально посмотрела на Сесилию, – я хочу тебя кое о чем спросить.

«Даже когда она сурово смотрит – все равно красавица...»

В обычной ситуации Сесилия, наверное, вздрогнула бы, задаваясь вопросом, почему на нее так злобно смотрят, но в остром взгляде Шарлотты не было и капли настоящей угрозы. Поэтому Сесилия не переживала.

– Слушай... Ты ведь встречаешься с той нижней частью тела, верно?

– Простите... С какой именно нижней частью тела?

Шарлотта тут же густо покраснела и откашлялась.

– Н-не заставляй меня повторять... Я про нижнюю часть командира святого рыцарского ордена!

Зик и Сесилия теперь... встречаются. Самой Сесилии все это до сих пор казалось сном. Но это действительно произошло – прошлым вечером Зик признался ей, а она приняла его чувства. Теперь они официально были парой. И Зик, будто это само собой разумеется, сообщил об этом и госпоже Шарлотте, и Альфонсу.

«...Хотя это всего лишь результат действия приворотного зелья...»

Пока Сесилия молча размышляла об этом, Шарлотта наклонилась к ней через стол, явно не в силах сдержаться:

– Эй! А ты уверена, что тебе стоит встречаться с мужчиной?! Мужчины – это же... воплощение полового влечения, самые отвратительные существа на свете! Ты в опасности, понимаешь?!

Похоже, это все из-за «уроков» ее братьев. Порой ее слова звучали чересчур резко, но, судя по всему, Шарлотта действительно волновалась за Сесилию – несмотря на то, что они едва знакомы. Да, ее забота была немного... странной, но, несомненно, она – добрая принцесса.

Взволнованная Шарлотта продолжила:

– И вообще, все мужчины – волки! Вот так – раз – и проглотят тебя!

Сесилия покачала головой:

– Зик – добрый человек.

Они знакомы совсем недавно, но в этом она не сомневалась. И говорила это с уверенностью.

– Да откуда тебе знать?! – вспыхнула Шарлотта.

Когда она начала нервно дрыгать ножками, Сесилия мягко сказала:

– Вы ведь тоже... не осуждали меня за то, что я ведьма, верно?

– Ну да. А что?

Ответив почти машинально, Шарлотта вдруг прикрыла рот ладонью.

– ...Ах вот оно что. Значит, эта нижняя часть привела тебя ко мне именно поэтому.

Она пробормотала это почти с уважением – и Сесилии стало немного приятно. Похоже, доброта Зика передалась и Шарлотте. Сесилия, конечно, не верила, что может стать каким-то «мостом» между ними... Но, возможно, все же хоть в чем-то была полезной Зику.

Пока она об этом думала, Шарлотта оперлась локтем на стол и вдруг... улыбнулась. Это была настоящая, нежная, искренняя улыбка – как будто распустился большой яркий цветок. Сердце Сесилии дрогнуло.

– Сесилия улыбается, – сказала Шарлотта, тихонько посмеиваясь.

– А?.. – Сесилия растерялась.

– Тебе идет улыбка. С ней ты намного милее.

Смущенно прикоснувшись к уголкам губ, Сесилия поняла, что они и правда расслаблены.

«Я... правда улыбаюсь?»

Когда она жила в деревне ведьм и каждый день встречала одних и тех же людей, Сесилия смеялась часто.

И даже после изгнания, когда была наедине с Роро, иногда тоже. Но стоило Сесилии оказаться в окружении незнакомцев, и ее улыбка исчезала. До сих пор она жила, постоянно прячась под капюшоном, внимательно наблюдая за окружающими и стараясь казаться как можно незаметнее.

– ...Госпожа Шарлотта, вы ведь сказали, что ведьмы – это круто, да?

Шарлотта, занятая печеньем, кивнула, не переставая хрустеть.

– Угу. А что?

– А... почему вы так думаете?

– Хм... Никогда особо не задумывалась... – Шарлотта слегка наклонила голову. – Наверное, потому что нижняя часть отца всегда мечтала найти настоящую ведьму.

Под этой частью она, разумеется, имела в виду его величество короля.

– Нижняя часть отца с юности искала зелье для роста волос. Что бы ни пробовал – ничего не помогало. Вечно ворчал: «Вот когда-нибудь встречу настоящую ведьму – она мне точно сварит то, что нужно!»

В разговор спокойно вмешалась Мария:

– Позвольте уточнить ради защиты чести его величества: все, что он искал, – это средство от облысения. То есть для применения исключительно на голове. Пожалуйста, не поймите неправильно.

Сесилия молча кивнула. Теперь ей стало ясно, почему Шарлотта с самого начала была так добра – и каковы были ее настоящие мотивы.

Именно поэтому, несмотря на предчувствие, что сейчас принцесса будет разочарована, Сесилия честно призналась:

– Простите, госпожа Шарлотта. Но я... еще не умею варить зелья от облысения.

– ...Что?

– Как ведьма... я совсем не талантливая. Поэтому... – пробормотала Сесилия, опустив голову.

– Нет, Сесилия, – твердо сказала Шарлотта.

– А?..

Сесилия приподняла голову и увидела, как у Шарлотты надулась щечка, словно у сердитой белочки. Фыркнув, та высокомерно вздернула подбородок и откинула назад длинные локоны.

– Тебе не нужно об этом переживать. Что бы там ни происходило с нижней частью отца, меня это не волнует ни капельки.

Это прозвучало как от чистого сердца. По крайней мере, Сесилия решила именно так.

– У меня, между прочим, ни одного друга в жизни не было. Не горжусь этим, конечно, – призналась Шарлотта. – Так что, даже если нижняя часть отца будет спрашивать про тебя, я ничего ему не скажу!

– Госпожа Шарлотта... – У Сесилии тепло сжалось сердце.

Принцесса могла бы разозлиться на нее за то, что Сесилия сомневалась в ее искренности, но вместо этого она выбрала мягкий способ сказать правду – чтобы не ранить новую подругу.

И, поняв это, Сесилия тоже решила быть откровенной:

– ...Если честно, у меня тоже... никогда не было друзей.

– Вот как. А мы с тобой похожи, – улыбнулась Шарлотта, показав свои белые зубки. – У меня есть чувство, что мы с тобой станем очень хорошими подругами.

Впервые их взгляды встретились. Сесилия вдруг поняла: с самого их знакомства она старалась не смотреть принцессе в глаза. Но теперь, глядя прямо на нее, она видела, как сияют ее розово-золотистые локоны и изумрудные глаза. Они были по-настоящему прекрасны. Даже самые редкие драгоценные камни поблекли бы рядом с такой красотой.

– По словам нижней части командира, ты живешь одна в лесу, – тихо сказала Шарлотта. – Знаешь, ты можешь оставаться здесь столько, сколько хочешь.

А потом она решительно выпятила грудь и добавила:

– И если вдруг будет что-то, что ты не сможешь рассказать той нижней части тела, ты можешь рассказать это мне. Я очень хорошо храню секреты!

Сесилия кивнула. Эти слова были невероятно приятны и согревали ей душу, но все же... Она не могла рассказать, что Зик выпил приворотное зелье.

«...Я не могу сказать это. Просто не могу».

В итоге Сесилия лишь крепче сжала кулаки и ничего не ответила.

На следующий день

Покинув Снежный дворец, Сесилия направилась к амбарам с драконами. Резиденция принцессы была построена так, чтобы держаться подальше от королевской семьи, и особенно от ее мужской части. И дворец, и драконьи амбары находились на окраине территории королевского замка, так что, выйдя через главные ворота и свернув налево по мощеной дороге, до них можно было дойти без проблем.

Чтобы выращивать драконов, существ настолько огромных, что разглядеть их целиком можно только задрав голову, требуются широкие пастбища и водоемы.

Поэтому территория вокруг амбаров представляла собой просторные владения, больше похожие на парк, утопающий в зелени.

Хотя формального запрета на проход сюда не было, посторонних все равно не пускали. Да и желающих особо не находилось: драконы – дикие, опасные создания, и в здравом уме к ним никто не приближался.

«Меня, конечно, на территорию не пропустят...»

Драконы – существа сложные в обращении. Если появится кто-то незнакомый вроде Сесилии, они могут испугаться, а то и взбеситься. А в худшем случае и вовсе улететь.

Говорят, что содержание одного дракона стоит столько же, сколько построить парочку особняков в королевской столице. Так что в случае чего у Сесилии не хватило бы никаких сбережений, чтобы покрыть причиненный ущерб.

Наконец вдалеке показались стоящие в ряд амбары. Вокруг не было видно ни одного дракона – значит, сейчас они находились внутри.

Территория была чисто символически ограждена живой изгородью. В конце концов, драконы умели летать, и никакой забор не смог бы их остановить. У самой изгороди разговаривали двое молодых рыцарей. Их синяя форма была такой же, как у Зика с Альфонсом.

– Эм... меня зовут Сесилия Лампс. Я... хотела бы увидеться с Зиком...

Два рыцаря переглянулись, после чего оба расплылись в радостных улыбках. На их лицах будто было написано: «Добро пожаловать!».

Никто еще не реагировал на Сесилию подобным образом, и это ее немного напугало, но молодые люди оживились и воодушевленно заговорили:

– Так слухи не врали! Вы леди Сесилия, возлюбленная нашего командира?!

– Кстати, он там! Эй, командир! Леди Сесилия пришла к вам! – Один из них закричал куда-то вдаль, где едва виднелась крошечная фигурка.

– Сесилия!

Фигура с бешеной скоростью понеслась прямо к ней. Зик, мчащийся, словно дикий зверь, встретился с ней взглядом, и его лицо озарилось неподдельной радостью.

«Похоже, действие зелья еще не прошло...» – Сесилия еще успела подумать спокойно, но только до следующей секунды.

– Ты пришла... я так рад, – прошептал он.

– Я... – Она не договорила.

Зик крепко обнял ее. Лицо девушки уткнулось ему в грудь, его большие ладони легли на плечо и затылок – в этом объятии было что-то трогательное, словно они и правда были влюбленной парой. Сесилия на миг перестала дышать.

Когда она робко похлопала его по спине, Зик, будто очнувшись, торопливо отстранился.

– Прости... Я не должен был так неожиданно тебя обнимать. Удивилась?

– Эа... я... у-у... уи... – Она попыталась сказать «да, удивилась», но из-за переполнявших эмоций ее слова были больше похожи на набор случайных звуков.

Зик с грустью прищурился и заглянул ей прямо в глаза с пугающей близости.

– Прости меня, я не могу сдерживаться, когда ты рядом. Время, когда мы не вместе, лишь усиливает мои чувства, и кажется, что мое сердце вот-вот разорвется. Можешь ругать меня и называть слабым, нетерпеливым мужчиной.

К сожалению (или к счастью), Сесилия не могла даже подумать о том, чтобы его упрекнуть.

Стоявшие рядом рыцари, все еще ошеломленные, переговаривались между собой отнюдь не тихим голосом.

– Заместитель командира был прав... Все-таки правда! Наш командир по уши влюблен!

– Вижу это своими глазами, но все равно не верится... Наш суровый, безжалостный командир с таким очарованным выражением лица...

– Эх... Вот бы мне тоже такую милую девушку, как леди Сесилия.

Сесилия, слышавшая эти разговоры, покраснела от смущения. А Зик... Зик уже смерил всех яростным взглядом:

– Эй! Если хоть пальцем тронете Сесилию – я вас прикончу.

Оба рыцаря одновременно вытянулись по стойке смирно.

В этот момент раздался оглушительный грохот, словно рухнуло что-то огромное.

– Ч-что это?!

Сесилия в испуге обернулась. Она увидела, как от одного из вольеров поднялось густое облако пыли, а из этой пыльной бури вырвалось огромное двуногое существо.

– Белый... дракон?

Драконы были громадными зверьми с неровной, словно выточенной из камня кожей и устрашающими клыками. Эти существа напоминают древних драконов, живших в далеком прошлом, но на самом деле они относились к подвидам виверн – существам гораздо более своенравным.

У них вытянутая, на вид добродушная морда и пронзительные голубые глаза, но под этой милой внешностью скрывался дикий нрав. Характер виверн считался даже опаснее драконьего, и обращение с ними – дело тонкое и рискованное.

Обычно тело драконов серое, а форма рыцарей синяя, чтобы сливаться с небом. Но дракон, что сейчас мчался в их сторону, был ослепительно-белым.

«Какой красивый...»

На мгновение Сесилия застыла, словно заколдованная. Белоснежный дракон, мчащийся по зеленому лугу... Это было похоже на что-то из сказки, какую-то легенду, и она не могла отвести взгляд.

– Прости, Сесилия!

Погруженная в мечтания, она вдруг ощутила резкий толчок – Зик оттолкнул ее в сторону. Она приглушенно вскрикнула, а в следующий момент ее подхватил один из рыцарей.

– Уводите Сесилию отсюда! Быстро!

Отдав приказ, Зик без колебаний рванул навстречу дракону.

Существо выглядело явно дезориентированным. Судя по его скорости, оно вполне легко могло проломить ограду и устремиться прямиком к королевскому дворцу... Нет, скорее к Снежному дворцу, где жила Шарлотта. Сесилия поняла: Зик пытается остановить его в одиночку, чтобы этого не произошло.

«Но тогда... Зик же может погибнуть!»

Если дракон не заметит его под ногами – он попросту раздавит его. А если заметит, может счесть угрозой и просто разорвать...

И как только эта мысль вспыхнула в голове, Сесилия решилась.

– Извините!

– Леди Сесилия!

Воспользовавшись моментом, она выскользнула из рук рыцарей и помчалась вперед – вслед за Зиком.

Тот, похоже, даже не заметил ее. Он стоял, раскинув руки в стороны, пытаясь показать дракону, что не несет угрозы. И в этот миг Сесилия, обогнав его, выскочила прямо перед бегущим на них белым драконом и впервые в жизни закричала изо всех сил:

– Сто-о-ой!

От одного только слова дракон действительно остановился. Вернее, он сделал еще пару тяжелых шагов вперед, а затем, слегка покачнувшись, опустился на землю. Дракон улегся, как будто демонстрировал покорность.

Пока Зик и остальные рыцари стояли с открытыми ртами, Сесилия, нисколько не испугавшись, спокойно подошла к огромному существу и погладила его по широкой груди.

– Ну вот, хороший мальчик, хороший.

Дракон тихо заурчал в ответ.

– Сесилия... что это вообще было?

– Ну... Меня с детства животные любят... – Смущенно бормоча, она попыталась объяснить произошедшее. Из-за крика у нее першило в горле, но она прокашлялась и привела голос в порядок.

– Но ведь дракон – это тебе не кошка и не собака.

Он был прав. Среди всех живых существ драконы – одни из самых необычных. Они привязываются только к тому, кто лично за ними ухаживает. Всем остальным достаются только когти и клыки. Но сейчас недавно бушевавший дракон вел себя удивительно спокойно и довольно урчал, принимая ласки от Сесилии.

– Точно...

Сесилия вдруг вспомнила. Ведьмы в сказках были разные, но всегда обладали не только магией, но и способностью приручать любых животных.

«Может быть, дракон почувствовал во мне кровь ведьмы?»

Говорили ведь, что когда-то эти существа были дикими и неуправляемыми монстрами и лишь благодаря вмешательству ведьм их удалось приручить.

Пока она размышляла об этом, к ним подошел рыцарь с таким видом, словно ему было невероятно стыдно... Более того, он был буквально зеленым от ужаса. Он опустился на оба колена перед Зиком. Тот, стоя спиной к Сесилии, бросил строгий взгляд вниз и произнес:

– Сирил. Почему ты выпустил Снежка?

– П-простите! – воскликнул юноша. – Просто... мой дракон подошел слишком близко, и Снежок, взбесившись, проломил ограждение... Я...

Сирил был серьезным на вид юношей с черными волосами и в очках. Скорее всего, он был примерно одного возраста с Сесилией. Сейчас выглядел он болезненно бледным, словно вот-вот упадет. В глазах за стеклами очков блестели слезы.

– Прости-прости, – без малейшего смущения подошел Альфонс. – Я тоже был рядом, но, честно говоря, остановить Снежка в тот момент было невозможно...

Смерив взглядом этих двоих, Зик тяжело выдохнул.

Сесилия напряглась. Заметив это, Снежок насторожился и приоткрыл один глаз. Девушка поспешила успокоить его, улыбнулась и продолжила гладить, чтобы тот снова не начал паниковать.

Неужели Зик вынесет строгое наказание? Сесилия была уверена: Сирил вовсе не хотел зла. Вслух она этого не сказала, но Зик наверняка и сам все понимал. Все затаив дыхание ждали решения, а Зик нервно почесал затылок.

– Придется опять все чинить... Этот зверь сносит любые заграждения, вообще меня не слушается.

Сесилия невольно растерялась: неужели все? А за ее спиной Альфонс громко расхохотался:

– Вот уж правда, Зик, ты слишком добрый. По-хорошему, за это нужно наказать.

– Он... напишет объяснительную. И да, минус тридцать процентов от жалования за этот месяц. Понял, Сирил?

– Д-да! Больше такого не повторится!

Зик протянул руку и помог Сирилу встать. Сесилия наконец позволила себе выдохнуть и на мгновение отвлеклась от поглаживания дракона. И тут же услышала недовольное ворчание.

– Ой, прости! Сейчас, сейчас, я еще тебя поглажу, вот...

Похоже, этот дракон и правда был напарником Зика. И теперь она узнала его имя.

– Снежок... – прошептала она. – Тебя так назвали, потому что ты белый, как снег? Какое милое имя...

Стоило ей это произнести, как Снежок вдруг насторожился – будто получил какой-то ясный только ему сигнал. Он медленно поднялся.

– Снежок? Что такое?

Сесилия и дракон на секунду встретились взглядами.

Не произнося ни звука, Снежок раскрыл пасть и... Сесилия оказалась внутри.

«А... Похоже, я умерла».

Стоящие рядом члены рыцарского ордена выпучили глаза. Дракон держал Сесилию во рту. Сначала оттуда еще торчали ее ноги, но дракон чуть приподнял голову, снова открыл пасть и поглотил ее целиком.

Снежок довольно проурчал. Из его пасти все еще выглядывали края подола.

– ...Похоже, Сесилию просто целиком проглотили, – ошеломленно пробормотал Альфонс.

Еще никогда не было случаев, чтобы дракон убивал кого-то настолько хладнокровно.

– Бедняжка... Ай!

Зик легонько стукнул Альфонса по голове.

– Сесилия не умерла. Если бы он ее съел, то горло двигалось бы. А это не так. Значит, Снежок просто держит ее в пасти. Обычно драконы так переносят своих новорожденных детенышей.

– Подожди... хочешь сказать, Снежок принял Сесилию за собственного ребенка?

Но времени на беззаботные разговоры не было. Снежок расправил крылья и начал мощно взмахивать ими. Поднялась такая пыль, что невозможно было даже открыть глаза.

– Снежок, стой! – крикнул Зик.

Но Снежок готовился взлететь. В этот момент его не заботили крики хозяина. Раздраженно цокнув языком и набрав разгон, Зик вскочил на спину дракона. У него не было ни седла, ни поводьев. Он сел прямо на его твердую, как камень, кожу и, обернувшись, крикнул в сторону Альфонса.

– Ал, дай веревку!

– Что за жуткие предпочтения... У меня с собой нет таких извращенных предметов, – лениво ответил Альфонс. А затем все же достал из-за пазухи веревку и метнул ее вверх.

Зик в несколько движений привязал свои ноги к телу дракона. Картина была настолько шокирующей, что Сирил не выдержал и закричал:

– Командир! Это безумие!

Резкий поток воздуха от взмахов крыльев ударил ему в лицо, очки треснули и впились осколками в кожу. Но даже раненый, Сирил продолжал кричать:

– Это слишком опасно!

Зик же и не думал слушать. В пасти этого дракона находилась самая дорогая для него девушка на свете.

– Если я сейчас отступлю, то какой же я после этого мужчина?!

Снежок откинул голову назад, собрал силу и, ударив лапой о землю, оттолкнулся и взмыл в небо. Зик стиснул зубы и крепко вцепился в дракона, борясь с мощным напором восходящего воздуха.

Тем временем в пасти у Снежка...

«Дракон?! Я в драконе?!»

От ветра, с силой врывавшегося между губ Снежка, рот Сесилии совершенно пересох.

Дракон некоторое время продолжал подниматься строго вверх, но, как только они оказались над облаками, видимо, успокоился. Его движения стали плавными, и он просто планировал по воздуху. Каждый раз, когда крылья взмахивали, издавая глубокий гулкий звук, Сесилия вздрагивала. Она до сих пор не понимала, что происходит, и это неведение пугало ее еще больше, бросая в мелкую дрожь.

И вдруг Сесилия услышала голос Зика:

– Сесилия! Ты в порядке?!

«Подождите... Зик тоже умер?»

– Э-э... да? – с трудом выдавила она, напряженно сжав губы.

Спокойным ее состояние точно нельзя было назвать.

– Зик... я умерла?.. – Она была в полном замешательстве.

Кажется, Зик это понял и спокойным тоном отозвался сверху:

– Ну почти. Это... как бы сказать... что-то вроде свидания в небе.

– Свидание?! – Сесилия в изумлении распахнула глаза.

«Свидание в небе!»

Стоило ей задуматься об этом, как все вокруг приобрело совсем иной облик. Если внимательно присмотреться, то через пасть Снежка можно было увидеть бескрайнее голубое небо и пушистые белые облака.

Сесилия впервые наблюдала, как облака плывут на одной высоте с ней, и этот удивительный момент наполнил ее сердце теплотой. Все происходящее казалось воплощением заветной мечты, сказочным свиданием только для нее и ее возлюбленного.

– Думаю, во всем мире мы первая пара, которая отправилась на такое удивительное свидание: один верхом на драконе, а другая в его пасти, – заговорил Зик.

После этих слов страх Сесилии окончательно испарился.

– З-Зик...

– А?

– Эм... это... это мое первое... свидание.

Зик непринужденно рассмеялся:

– У меня тоже.

Воодушевившись, Сесилия расслабилась и легла поудобнее на драконий язык. Он был теплым, липковатым, со слегка странным запахом, а на ее волосы иногда падали вязкие капли, но все это казалось такой мелочью. Когда сердце бьется так сильно, разве это вообще имеет значение?

– Хотя, – вдруг сказал Зик, – мне немного завидно.

– Что?.. Почему?

– Мой язык еще тебя не касался, Сесилия.

«Да что с ним не так?!»

Лицо Сесилии вспыхнуло. Даже с учетом действия приворотного зелья, только что Зик сказал нечто невообразимо непристойное. Сесилия взвизгнула, задергалась, замахала руками и ногами, и в ответ Снежок страдальчески замычал.

Зик, оставаясь невозмутимым, ловко дернул за веревку и подал дракону сигнал. Он собирался возвращаться на землю. И, судя по всему, что дракон, что Сесилия начали понемногу приходить в себя. Но девушка вдруг заговорила:

– Скажи, Зик... Снежок – это самка?

«Да уж, а еще недавно тряслась от страха...»

Любая другая благовоспитанная девушка на ее месте давно бы уже потеряла сознание, едва оказавшись у дракона в зубах. А она уже успела привыкнуть и вела себя так, будто все происходящее – обычная часть ее дня. Глядя на это, Зик чувствовал, что ее поведение действует на него успокаивающе. Он невольно усмехнулся:

– Да уж. Забавная женщина.

– Все-таки самка, да?

Так прошло их необычное свидание в небе, полное недоразумений и взаимных недопониманий.

Несколько часов спустя

В одном из кабинетов казарм Зик разбирал документы, а Альфонс, кряхтя и пыхтя, помогал ему.

– Ремонт ограждения обойдется совсем не дешево, – проворчал Зик, с мрачным выражением лица уставившись на расценки от подрядчиков. – Может, ну их? Сами все починим – дешевле выйдет.

Хотя ордену выделялись значительные средства из государственной казны, выращивание драконов требовало огромных расходов, поэтому они старались по возможности сокращать ненужные траты.

– Фу. Опять ты затеваешь что-то хлопотное.

– Ты все равно толком помогать не будешь.

– Ну, в общем-то да.

Альфонс часто пропускал даже важные тренировки, так что Зик и не рассчитывал, что он будет полезен при ремонте. Но, несмотря на его легкомыслие, заместителя командира очень любили члены отряда. Если бы в ордене было больше старших по возрасту, то красавчика Альфонса могли бы невзлюбить. Но поскольку большинство были моложе него, то тут, то там встречались те, кто им восхищался.

– Кстати, о Сесилии, – неожиданно заговорил Альфонс.

Он развалился на стуле, вспоминая образ девушки. Мягкие льняные волосы, застенчивые алые глаза. Глаза, считающиеся признаком ведьмы, таили в себе какую-то опасную красоту. Даже повидавший и понюхавший множество прекрасных цветов Альфонс считал, что...

– Эта девочка довольно милень... – только начал говорить он, как вдруг что-то со странным звуком пронеслось возле его уха.

Прядь ухоженных волос упала на пол. Медленно оглянувшись, чтобы понять, что происходит, он увидел короткий кинжал, глубоко вонзившийся в стену позади него. Зик, даже не взглянув, пробормотал низким голосом:

– Убью.

– Эй, ты серьезно целился в меня?!

– Жаль, что не попал.

«Страшно!»

Самое пугающее, что слова Зика прозвучали совсем не как шутка.

– Интересно, спала ли температура у Сесилии? Надеюсь, с ней все в порядке.

Несмотря на начало лета, на свидании в небе Сесилия немного замерзла. Когда они вернулись на землю, Зик обнаружил, что она без сознания. У девушки был жар. Альфонс никогда не забудет, как Зик тогда переживал.

Зик Штайн всегда был человеком настолько хладнокровным, что это граничило с жестокостью. Поэтому видеть его обеспокоенным было чем-то особенным.

– Угу. – Зик без эмоций кивнул на вопрос Альфонса.

«О, неужели он успокоился?»

В этот момент перо в руке Зика с жалким хрустом треснуло пополам.

– Ой. Какое хрупкое перо.

«Совершенно не успокоился...»

Очевидно, он все еще переживал за Сесилию и был не в себе.

Стук в дверь немного разрядил обстановку.

– Кто там? – спросил Зик.

– Это Сирил. Я принес объяснительную.

Получив разрешение, Сирил вошел, двигаясь скованно и неуклюже. На его щеке был пластырь, но, похоже, поранился он несерьезно.

– Показывай.

– В-вот! – Самый робкий из членов отряда с напряженным видом передал Зику свою объяснительную.

Через некоторое время Зик шмыгнул носом. Альфонс взглянул на него и увидел, что тот смотрит в потолок, чтобы сдержать слезы.

– ...Очередная превосходная объяснительная. Я тронут.

– Спасибо, командир!

– С каких пор объяснительные могут быть трогательными?!

Более того, Зик впечатлялся ими каждый раз. Альфонсу казалось странным писать так много объяснительных, хотя сам он их написал еще больше, чем Сирил.

– Я подрабатываю писателем, а командир часто читает мои работы...

– Что? Писатель? А зачем ты тогда вступил в орден?

– Подумал, что это будет хорошим материалом для сюжетов. К тому же зарплата высокая.

Нужна недюжинная смелость, чтобы вступить в суровый рыцарский орден с такими мотивами.

– Молодец. Кстати, с очками все в порядке? – спросил Зик

– Да. У меня есть десять запасных пар, так что все нормально.

«Многовато».

Судя по всему, очки, в которых он сейчас пришел, тоже из запасных.

– Как твои раны?

– С ними тоже все в порядке.

– Может, стоило спросить об этом в первую очередь?

Альфонс, слушая этот разговор, лишь раздраженно вздохнул, а Сирил был доволен.

Зик, который до этого молча кивал, резко встал.

– Что ж, у меня срочное дело, поэтому я ненадолго отлучусь.

«Срочное дело, значит...»

Куда же пропал тот Зик, о котором всегда говорили, что он бесстрастен и никто не знает, о чем он думает? Мужчина, беспокоящийся о девушке, может направляться только в одно место.

«Слишком очевидно, куда он идет».

Альфонс проводил взглядом спину Зика, выбегающего из кабинета, с чувством, будто наблюдает за ребенком.

Открыв глаза, Сесилия увидела белый потолок, к которому уже успела привыкнуть. Она несколько раз моргнула и попыталась подняться, но почувствовала, что ее плечи налились тяжестью.

– Ой...

Кто-то услышал шум и отодвинул кружевные занавески. Оттуда показалось лицо Марии.

– Госпожа Сесилия. У вас жар, вам нельзя вставать.

– Жар?..

Если подумать, ей действительно было жарко.

Мария протянула руку ко лбу Сесилии и сменила мокрое полотенце на другое.

– Даже в начале лета в небе холодно. Неудивительно, что вы заболели, устраивая свидание в пасти дракона.

– Теперь, когда ты говоришь об этом... Неужели Снежок держал меня во рту?

Может, из-за жара, но сознание Сесилии было затуманено, и она все еще не могла ясно вспомнить произошедшее. Пока она продолжала измученно стонать, Мария осторожно принюхалась к ее волосам и шее.

– Вонь почти исчезла. Отлично.

К счастью для и так уже измученной девушки, этот шепот остался неуслышанным.

Несколько часов назад, вернувшись на землю, Сесилия потеряла сознание. Зик принес ее в Снежный дворец на руках, всю покрытую слюной дракона. От Сесилии исходил ужасный звериный запах, но помещать обессилевшую девушку в ванну было не очень хорошей идеей. Мария и другие постарались как можно быстрее обтереть тело Сесилии, тщательно устраняя запах и согревая девушку.

– Ну же, хватит стонать, лучше поспите еще. Вы очень устали, госпожа Сесилия.

– А можно мне воды...

– Конечно-конечно.

Сесилия чувствовала себя беспомощной, и Мария ответила на ее неосознанное желание получить ласку. Придерживая Сесилию за плечи и помогая ей приподняться, она наклонила чашку, давая ей испить теплой воды.

– И госпожа Шарлотта, и все мы очень беспокоимся, поэтому, пожалуйста, позаботьтесь о своем здоровье.

– ...Хорошо...

– Я еще вернусь проверить, как вы себя чувствуете.

Укрыв Сесилию одеялом до плеч, Мария вышла из комнаты. Проводив взглядом удаляющуюся спину, Сесилия медленно закрыла глаза.

– Ох...

Голова была тяжелой, сознание – затуманенным, и вскоре она погрузилась в сон.

Возможно из-за накатившего чувства одиночества, впервые за долгое время ей приснился сон о доме, где она жила с родителями.

Отец и мать весело беседовали. Эти двое, известные по всей округе как любители поворковать друг с другом, даже во сне кокетничали так, что было почти неловко на них смотреть. Они всегда улыбались. Глядя на них, Сесилия испытывала странное, неописуемое чувство – какую-то смесь смущения и зависти.

Дрожащий голос прошептал:

– Мама, я ошибалась?

Это был голос Сесилии из далекого детства, еще до того, как она узнала правду.

«Может, ты все-таки была права и любовь, полученная с помощью приворотного зелья... это настоящая любовь?»

Грета ничего не ответила. Обнимая отца, она лишь посмотрела на Сесилию и нежно улыбнулась.

Интересно, что чувствовали ведьмы из сказок? Когда они с помощью приворотного зелья искажали сердце принца, влюбленного в принцессу, что они испытывали? Были ли они счастливы? Чувствовали ли удовлетворение? Или, может быть, были ночи, когда на них давило чувство вины?

«А как я себя чувствую? Я, завладевшая сердцем того, кого люблю...»

Сесилия застонала от боли в груди. Словно плывя сквозь горячее море, она попыталась открыть глаза. В залитой лунным светом комнате виднелся чей-то силуэт. Она бессознательно наблюдала за движениями его крепких рук, как они выжимают смоченное в воде полотенце, меняют потеплевшую от жара ткань на лбу на новую...

– Зик?..

Это определенно были не руки Марии. Услышав свое имя, он замер. Тихо выдохнув, Зик с неловкой улыбкой посмотрел на Сесилию.

«Это сон? Если это сон, не хочу, чтобы он заканчивался».

Сесилия высунула руку из-под одеяла и протянула ее к Зику.

– Не уходи...

Она не знала, правильно ли произнесла слова, но Зик молча взял ее руку. Чувствуя, как их пальцы переплетаются, молодая ведьма испытала облегчение. Теперь они точно смогут всегда быть вместе. Его рука была намного больше ее. Длинные пальцы, грубая кожа. Рука воина, закаленная тренировками.

«Раз это сон, могу же я спросить?»

То, что слишком страшно сказать в реальности, можно спросить во сне.

– Зик, почему ты такой добрый?

И действительно, ответ последовал.

– Я не со всеми добрый. Просто я хочу быть нежным именно с тобой.

Это был ответ, который она хотела услышать.

– Хочу быть нежным, потому что люблю. Хочу баловать тебя.

В его шепоте было что-то настолько притягательное, что Сесилия невольно вздрогнула. Она тихо засмеялась, словно подшучивая над ним. Ей казалось забавным и в то же время печальным, что Зик говорит такие вещи, не зная, что на самом деле с ним произошло.

– Ты даже не знаешь, какой я плохой человек.

– Плохой человек? Ты?

– Да. Я плохая.

Притянув его руку к себе, она поцеловала ее.

– С-Сесилия...

Девушка почувствовала, как Зик вздрогнул, и тихонько захихикала.

– Если бы ты знал всю правду, ты бы точно разозлился на меня.

Хотя Сесилия не по своей воле напоила его приворотным зельем, именно она принесла снадобье в то место. Если дойдет до выяснения, никакие оправдания не помогут.

– Я не стану злиться на тебя, что бы ты ни сделала.

Сквозь жар и туман в глазах она взглянула на Зика, так решительно произнесшего эти слова.

– К тому же милые шалости я только приветствую.

Он нежно поцеловал ее в лоб, словно успокаивая. В этой ласке было что-то по-настоящему родное. Она думала, что улыбается, но Зик с беспокойством посмотрел на нее.

– Сесилия, ты плачешь?

Губы коснулись ее мокрых глаз. Она уловила запах парфюма – лесной аромат. Прохладный запах, которым всегда окружен Зик. Оказывается, она уже давно запомнила его. Мысль об этом заставила ее сердце встрепенуться.

– Нет. Просто ресница в глаз попала.

– Может, я уберу ее поцелуем?

– Что ты такое говоришь?

Неужели приворотное зелье так легко делает человека настолько смелым? Зик погладил покрасневшую Сесилию по голове. И этот жест был таким нежным, что хотелось плакать.

«Люблю».

Сесилия всей душой чувствовала, насколько он ей дорог.

«Я так сильно люблю тебя».

Она продолжала кричать эти слова в своем сердце. На самом деле ей хотелось произнести их вслух. Но в таком случае пути назад уже не будет. Зик не влюблен. Он просто находится под действием приворотного зелья. Ему лишь кажется, что он ее любит. Зная это, она не могла выразить свои чувства.

«Интересно, что бы подумала моя детская версия, увидев меня сейчас?»

Презирала бы она Сесилию, утопающую в фальшивой любви, которую сама так ненавидела? Сесилию, которая, как настоящая ведьма, манипулирует чужим сердцем?

Сколько бы ее ни винили, назад дороги нет.

«Я злая ведьма».

Но еще хотя бы чуть-чуть, пока магия действует, она хотела оставаться рядом с ним.

Глава 4

Когда все рушится

Жизнь Сесилии расцветала, словно прелестный бутон. Она проводила время с Шарлоттой, иногда выходила на прогулки в сопровождении охраны. Хоть Шарлотта и не пыталась приближаться к территории, где содержались драконы, тем не менее благодаря Сесилии она понемногу начала разговаривать с Зиком. Неизвестно, как он нашел хозяйку, но даже Роро пришел в замок, и теперь его можно было увидеть греющимся на солнышке вместе с драконами. Похоже, смышленого кота полюбили даже жители замка.

Только одна мысль омрачала жизнь Сесилии: когда действие любовного зелья закончится, ее отношения с Зиком прекратятся. Общение с Шарлоттой, Альфонсом и другими членами ордена тоже, вероятно, закончится самым худшим образом. К тому же она не могла вечно оставаться во дворце. В конце концов она покинет эти места, чтобы вернуться в деревню ведьм.

Сесилия прекрасно понимала это, но где-то в глубине души ей казалось, что нынешняя жизнь будет продолжаться вечно.

На десятый день пребывания в Снежном дворце в полдень Сесилия вышла из резиденции и направилась к драконам, держа в руках корзину. С некоторых пор она перестала носить плащ, скрывающий ее лицо, и больше не использовала глазные капли. Никто в Снежном дворце или в Ордене Небесных Рыцарей не боялся ее алых глаз.

– Интересно, обрадуется ли Зик... – пробормотала Сесилия.

В корзине, которую она несла, были легкие закуски, приготовленные ею самой. Она воспользовалась дворцовой кухней и с раннего утра старательно готовила.

«Не знаю, что нравится Зику, поэтому просто положила всего понемногу».

Хотя Сесилия все тщательно подготовила, она все равно нервничала, беспокоясь о реакции любимого. Место содержания драконов было уже совсем близко. Сесилия огляделась по сторонам – и в тот же миг Зик появился словно из ниоткуда, перепрыгнув через живую изгородь. От этой неожиданной встречи ее сердце забилось чаще.

– Сесилия!

– Зик!

Воспользовавшись тем, что вокруг почти никого не было, Зик крепко обнял ее. Застенчивая Сесилия покраснела до кончиков ушей. Хоть девушка и не могла ответить на объятие из-за корзины, она не отталкивала его.

«Вот бы время остановилось...»

С такими мыслями она лишь слегка прижалась щекой к нему. Зик же не остановился на объятии – нежно касался лба и щек Сесилии, пока вдруг не заметил корзинку в ее руках и быстро не перехватил ее.

– Какая большая корзина. Для твоих тонких рук она, должно быть, тяжелая. Давай я понесу, – сказал он.

Сердце Сесилии заколотилось, когда Зик легко поднял корзину одной рукой.

– Зик, я... хотела сегодня вместе пообедать... – пробормотала она.

– Давай.

– Правда? Можно?

– Сейчас драконы в амбарах, у них время кормления, так что ты можешь спокойно войти.

Она планировала просто передать корзину и уйти, если возникнут сложности, но, похоже, никаких проблем не было.

В этот момент Альфонс, заметив Сесилию, подошел к ним:

– О! Сесилия!

– Господин Альфонс, добрый день.

Вскоре к ним присоединились и другие знакомые рыцари. Так как полеты на драконах и сражения с монстрами требовали физической силы и выносливости, в рыцари набирали людей молодых – самому старшему было всего двадцать пять лет, а командирами стали двадцатилетний Зик и девятнадцатилетний Альфонс.

Обмениваясь приветствиями со всеми, Сесилия улыбнулась.

– Сегодня я приготовила обед. Здесь хватит на всех, пожалуйста, угощайтесь, – сказала она.

– Правда? Можно? – Альфонс, да и все остальные, заметно воодушевились.

Как оказалось, в казармах ордена еду подавали только утром и вечером, поэтому в обеденное время они часто ходили в столовую, расположенную в другой части королевского замка. Возможно, поэтому угощение Сесилии было встречено с таким энтузиазмом.

Зик же, напротив, помрачнел:

– Вот как... Я надеялся поесть наедине с тобой. Но если ты так хочешь...

– Зик... прости. Я так старалась приготовить что-то, что тебе понравится, что в итоге получилась целая гора еды.

Сесилия понуро опустила голову. Она уже угостила Шарлотту и Марию, которые ели, пока не сдались, но еды все равно осталось слишком много. Ей ничего не оставалось, кроме как предложить ее подчиненным Зика.

– Не извиняйся. Это просто моя глупая ревность, вот и все.

– Но я рада, что ты ревнуешь.

– Сесилия...

– Зик...

Они нежно смотрели друг на друга, позабыв о времени и об окружающих их рыцарях. Не выдержав этой милой атмосферы, Альфонс громко прокашлялся:

– Д-давайте уже приступим к еде, раз уж выдалась такая возможность.

Члены отряда, словно только этого и ждали, быстро расстелили скатерть на траве. Около двадцати рыцарей расселись вокруг. Сесилия тоже собиралась сесть, но тут ее окликнул Зик:

– Сесилия, здесь свободно.

– А? Где?

Зик указал на место между своими широко расставленными ногами.

Переводя взгляд с его лица на предложенное место, Сесилия залилась краской.

– Э-это уже слишком...

– Не стесняйся. Мы же пара.

– Н-но... все же смотрят...

– Кто смотрит? Никто на нас не смотрит, разве не видишь?

Оглядевшись, Сесилия действительно заметила, что Альфонс, Сирил и остальные сидели с плотно сжатыми губами и почему-то все как один смотрели в сторону амбаров с драконами. Казалось, они даже не слышат их разговора.

Если никто не смотрит на них...

«Т-тогда, наверное, можно?»

С этой мыслью Сесилия решилась на смелый шаг.

– Т-тогда сажусь... ой!

Не в силах больше ждать, Зик потянул Сесилию за руку, и та с тихим шуршанием приземлилась на скатерть. Она почувствовала спиной тренированное тело Зика, его большие руки обвились вокруг ее тонкой талии. Оглянувшись, она увидела совсем близко его красивое лицо, и Зик, встретившись с ней взглядом, удовлетворенно улыбнулся.

– Вот так-то лучше.

«Т-такой тесный контакт – это слишком!»

В детстве она иногда сидела вот так, прислонившись к телу отца, но в ее нынешнем возрасте так тесно прижиматься к мужчине ей еще не приходилось. Наверное, Зик почувствовал, как она смутилась. Он нежно подул ей в ухо, словно пытаясь сдуть напряжение.

– Ты такая маленькая, такая милая, что я боюсь раздавить тебя в своих объятиях.

– Ох, Зик!..

Она рассмеялась от щекотного чувства в ухе. Между тем члены ордена, вынужденные несколько минут наблюдать за этими невинными заигрываниями влюбленных, выглядели так, будто их вот-вот

стошнит от этой слащавости. Только Сирил усердно делал заметки, очевидно собираясь использовать увиденное для своего нового произведения. Один из рыцарей тихо пробормотал:

– Честное слово, собственничество командира просто поражает...

– Ты что-то сказал? – тут же отреагировал Зик.

– Н-ничего! Ничего не говорил!

– О, как я проголодался! Очень хочется поскорее попробовать еду Сесилии! – вмешался Альфонс, и Сесилия хлопнула в ладоши.

– Вы правы. Давайте приступим к еде!

Все еще в объятиях Зика, Сесилия начала доставать содержимое корзинки, и затихшие было рыцари разразились восторженными возгласами.

– Ух ты, выглядит очень вкусно!

Реакция была именно такой, какую она и хотела услышать, и Сесилия скромно распрямила плечи. Сэндвичи с огурцами, с ветчиной, с яйцом и джемом, жареная курица, суп. Чай с целебными травами, принесенный во фляжке, она слегка подсластила медом, так что он не горчил, а был приятно сладковатым.

Наконец началось долгожданное для всех обеденное время.

– Ого, как вкусно! Ты отлично готовишь, Сесилия, – сказал Альфонс.

– Действительно вкусно. Я бы с удовольствием ел это каждый день, – добавил Зик.

– Спасибо, – ответила девушка и смущенно засмеялась.

Альфонс – ладно, а вот от похвал Зика сердце Сесилии трепетать не переставало.

«Зик так хорошо умеет делать комплименты...»

Покраснев, Сесилия наколола кусочек жареной курицы на вилку, а затем, дрожа, подняла ее на уровень лица Зика.

– Зик, вот... с-скажи «а-а-ам»...

Члены отряда переглянулись между собой. Они недоумевали, зачем ей заставлять себя делать то, от чего ей явно неловко, но на самом деле их больше интересовала реакция Зика. Конечно, они были очень близки с Сесилией, он даже обнимал ее во время еды. Но «а-ам» – это уже слишком, вряд ли он на такое согласится.

Если Сесилия расплачется, нужно как-то ее успокоить!

И вот, в обстановке всеобщего напряжения...

– А-ам.

– ???

Вопреки ожиданиям всех рыцарей, Зик широко открыл рот. Сесилия положила ему в рот кусочек с золотистой корочкой.

– Ну как? Вкусно?

– М-м. В сто раз вкуснее обычного.

Он кивал с радостной улыбкой! Более того, он даже слегка покраснел от смущения!

– Я так рада!..

Искренняя реакция Зика очень порадовала Сесилию, и она расплылась в улыбке. Члены отряда невольно вздрогнули, увидев эту очаровательную улыбку. Тогда Зик решительно обнял Сесилию за хрупкие плечи и зарылся лицом в ее мягкие волосы.

– Мне хочется съесть тебя целиком, Сесилия, – прошептал он.

Однако члены отряда все отчетливо расслышали.

«Вы слышали это?! Съесть целиком?! У нас что, у всех проблема со слухом? Командир не может говорить такие слащавые вещи! Хотя нет... наш командир в последнее время именно такой!»

Что касается Сесилии, которой прошептали эти невероятные слова, ее щеки вспыхнули ярким румянцем. Зик нежно поцеловал смущенную девушку в лоб.

– Не делай такое милое лицо. Я не хочу, чтобы кто-то еще его видел.

– Ох... – только и смогла выдавить Сесилия, трепеща.

– Не подумай, я не сержусь.

Члены отряда тоже задрожали, но от страха и замешательства.

– Эй, вы двое. Рад, что у вас все хорошо, но мы здесь тоже есть, – вмешался Альфонс.

«Заместитель командира!!! – Мысли всех рыцарей объединились. – Спасибо, что выразили то, о чем мы думаем!»

Зик и Сесилия, кажется, тоже пришли в себя. Далее обед продолжился в дружеской и теплой атмосфере.

– Зик, хочешь целебного чая? – спросила Сесилия.

– Хочу, – без колебаний ответил Зик, принимая деревянную чашку из рук Сесилии.

Чай был слегка теплым.

– Я добавила травы с расслабляющим эффектом, ты, должно быть, устал.

– О, спасибо.

Сесилия с интересом смотрела, понравится ли ему. Зик сделал глоток, и его веки начали тяжело опускаться.

«Странно...» – подумала Сесилия, наклонив голову.

– Немного, спать... – не успел пробормотать Зик, его голова упала на левое плечо Сесилии.

«...он заснул».

Это было похоже на потерю сознания. Неужели он настолько устал, что заснул так быстро?

– Господин Альфонс. Не могли бы вы помочь мне передвинуть Зика?

– Да, конечно.

Одна Сесилия никак не могла его сдвинуть, но Альфонс придержал Зика за плечи, и она выбралась из положения между его ног и села рядом с ним. Вместе они переместили тяжелое тело Зика так, чтобы его голова удобно легла ей на колени. Тихо посапывая, Зик полностью погрузился в сон.

– Благодарю вас за помощь, господин Альфонс.

– Не стоит. Но... это удивительно. Зик практически никогда не засыпает при посторонних, а сейчас так спокойно спит.

– П-правда? – От этих слов сердце Сесилии снова забилось быстрее.

– Мы тут явно лишние. Сесилия, после полудня Зик должен сопровождать принцессу Шарлотту, так что, если он не проснется сам, можешь его разбудить?

– Х-хорошо.

– Что ж, отдыхайте!

Альфонс с улыбкой помахал рукой и ушел, остальные члены ордена последовали его примеру.

На лугу остались только они вдвоем. Сесилия пристально всмотрелась в лицо Зика. Он тихо и равномерно посапывал во сне. Морщинка между его бровями разгладилась, и Сесилия подумала, что его спящее лицо выглядит очень мило. Она огляделась вокруг, заправила прядь волос за ухо и тихо прошептала спящему Зику:

– ...Люблю тебя.

Убедившись, что Зик не проснулся, она с облегчением выдохнула. Если он не слышит, она может сколько угодно говорить о своих чувствах.

Шарлотта почти каждый день гуляла по саду своего дворца. Количество рыцарей Святого Ордена, привлекаемых к ее охране, различалось день ото дня, но обычно составляло от пяти до десяти человек. Во второй половине дня Зик и Сирил находились при исполнении обязанностей охраны. Остальные члены отряда были заняты летными тренировками на драконах. Когда Зика не было, командование брал на себя Альфонс. Хоть он и имел привычку отлынивать от работы, по мастерству он был одним из лучших.

Зик и Сирил держались как можно ближе к Шарлотте – но на таком расстоянии, чтобы она могла не переживать из-за своей аллергии на мужчин. Другие члены отряда находились еще дальше. Такую дистанцию едва ли можно было назвать подходящей для охраны, но, раз подопечная чуть ли не падала в обморок от их приближения, выбора не оставалось.

Шарлотта, под зонтиком, который держала над ней служанка, с восторгом вытянула палец. На ее белоснежном пальчике, шевеля крыльями, сидела белая бабочка.

– Эта бабочка – самка. Какая прелесть, – сказала Шарлотта, которая, похоже, умела определять пол не только людей, но и насекомых.

Зик наблюдал сбоку за улыбающейся Шарлоттой и продолжал следить за окружающей обстановкой, но где-то в глубине сознания его занимали совсем другие мысли. Он думал о девушке. Не о той, что стояла перед ним, а о другой – с милыми, льняного цвета волосами.

«Наверное, я так хорошо себя чувствую потому, что выпил чай, приготовленный Сесилией, и отлично выспался...»

Раньше Зик никогда не дремал во время коротких перерывов, но сегодня, расслабившись от травяного чая, он крепко заснул. Когда Зик проснулся на коленях Сесилии, то на мгновение потерял дар речи от удивления и волнения. Она, смущаясь, прошептала ему: «Доброе утро». Очарованный девушкой, которая мило улыбалась на фоне голубого неба, Зик поддался эмоциям и хотел обнять ее, но застенчивая Сесилия успела убежать.

«И все же в последнее время она стала принимать мои чувства и поступки».

Сесилия, краснеющая от смущения, была очаровательна. А когда она, запинаясь, пыталась ответить на любовь Зика, становилась еще милее. Командир невольно улыбался этим воспоминаниям.

– Нижняя часть командира, сегодня у тебя, мм, лицо лучше обычного, – вдруг пробормотала Шарлотта.

Зик и Сирил переглянулись. Шарлотта сама заговорила с ними – это было редкостью. Промолчать было бы невежливо. Зик обдумал ответ и сказал:

– Полагаю, это потому, что я выпил целебный чай, который приготовила Сесилия.

– Так ты тоже его пил? Когда я его попробовала, то тоже почувствовала спокойствие и умиротворение.

– Принцесса и командир ведут нормальный разговор!.. – Сирил чуть не расплакался.

«Слишком драматично».

Зик раздраженно поморщился.

– Эм, это... подойди немного ближе. Трудно разговаривать.

– Хорошо.

Он осторожно приблизился, стараясь не напугать Шарлотту. Служанки тоже выглядели растерянными, что было вполне понятно – неприязнь Шарлотты к мужчинам была не поверхностной. Зика с его мужественной, крепкой – или, говоря проще, свирепой – внешностью она боялась особенно сильно, каждый раз пугалась при встрече, а когда он только стал ее охранником, даже плакала. Хотя Зику и было жаль напуганную Шарлотту, он не мог просто отказаться от обязанностей по охране, поэтому не знал, как поступить. А сейчас она сама говорит с ним и просит подойти ближе – удивительная перемена.

«...Наверное, это влияние Сесилии».

Когда та потеряла сознание, Зик попросил Шарлотту позаботиться о ней. Он думал лишь о том, чтобы девушке разрешили переночевать, но Шарлотта, похоже, прониклась симпатией к Сесилии и официально приняла ее как гостью Снежного дворца.

С тех пор он часто видел их вместе, оживленно беседующих. Хотя Зик и ревновал, но, видя, что они строят хорошие дружеские отношения, решил просто наблюдать. И вот теперь Шарлотта решила о чем-то серьезно с ним поговорить.

Тема разговора была вполне предсказуемой.

– Я хотела поговорить о Сесилии.

– Хорошо. С ней что-то случилось?

– Мне интересно, что именно тебе нравится в ней...

На вопрос Шарлотты, не скрывавшей своего любопытства, Зик ответил без колебаний:

– Больше всего мне нравится ее прелестность и то, как она старательно выполняет все дела.

– Ох... какой быстрый ответ.

Шарлотта покраснела. Служанки тоже зашептались.

– Сначала я думал, что она просто застенчивая, но на самом деле Сесилия оказалась удивительно эмоциональной: ее чувства и выражение лица постоянно меняются, и это так мило, что за ней хочется наблюдать вечно. К тому же, когда смущается и теряется из-за моих слов и поступков, она становится еще более очаровательной. Я ведь всего лишь прямо говорю то, что думаю, но все равно, как бы это сказать... мне нравится смущать Сесилию. Она казалась растерянной, готовая вот-вот заплакать, выглядела невероятно мило.

– О боже!

Шарлотта разразилась аплодисментами, а служанки последовали ее примеру. Похоже, ответ Зика тронул сердца всех присутствующих женщин.

Мужчина, способный настолько откровенно говорить о своих чувствах, даже не замечая, как сильно влюблен, – один на все королевство. Взгляды служанок сразу смягчились. Их глаза как будто говорили: «Мы всегда неправильно воспринимали командира рыцарей».

– А с каких пор ты влюблен в Сесилию? – Шарлотта с интересом наклонила голову.

История любви между мужчиной и женщиной. Есть ли хоть одна девушка, которую это не заинтригует? Нет, таких нет. Служанки смотрели на Зика с таким же предвкушением.

Однако Зик молчал. Шарлотта надула губы.

– Эй! Что случилось?

– ...А, нет. Извините, я немного задумался.

– Ну вот! То, что Сесилии нет рядом, еще не повод так терять боевой дух, знаешь ли!

Вздохнув, Шарлотта пожала плечами. Извинившись, Зик снова отошел от Шарлотты и продолжил свои обязанности по охране.

В это время Сесилия, закончив дела, возвращалась в Снежный дворец. Навстречу ей шла женщина. Это была молодая дама в роскошном платье в сопровождении служанки. Яркий макияж делал ее облик несколько устрашающим, и Сесилия невольно насторожилась.

В последнее время к ней постепенно возвращалась ее природная жизнерадостность, но это происходило только благодаря общению с ограниченным кругом людей – Зиком, Шарлоттой, Альфонсом, которые помогали ей обрести душевное спокойствие.

Молодая дама все еще находилась на другой стороне улицы. Сесилия вежливо поклонилась и собиралась вернуться во дворец, но ее остановил холодный голос:

– Приветствую вас.

Удивленно обернувшись, Сесилия поняла, что женщина действительно обращалась к ней.

– Я Нора, вторая дочь виконта Маниана, – сказала она голосом человека, привыкшего производить впечатление на окружающих титулом.

Остановившись, Сесилия поклонилась:

– Я Сесилия Лампс.

Нора демонстративно прикрыла рот веером.

– Лампс, значит? Из какой семьи? Возможно из-за моего недостатка образования, но я не припоминаю такой фамилии...

Щеки Сесилии покраснели.

– Я простолюдинка, поэтому неудивительно, что вы не слышали обо мне.

– Ах, вот как! А я-то подумала, что раз вы гостите в Снежном дворце, то должны быть особой весьма благородного происхождения. Прошу прощения!

Нора хихикнула, и от этого смеха, полного злобы, Сесилия захотела спрятать лицо, но плаща с собой не было. Будто желая еще больше ее ранить, Нора добавила:

– Ох, эти красные глаза... действительно жуткие.

Сесилия изменилась в лице. Прежде чем совсем потерять дар речи, она приоткрыла пересохшие губы:

– У вас ко мне какое-то дело?

– Скажу прямо. Оставь Зика в покое.

Сердце Сесилии как будто остановилось.

– Почему вы так говорите, госпожа Нора...

– Это же очевидно. Потому что мы с Зиком встречаемся, – насмешливо произнесла Нора, будто ей казалось невероятным, что Сесилия этого не понимает. Ее алые губы, так запросто произносящие имя Зика, искривились в усмешке. – Послушай, ведьма Сесилия. Может, тебе и удалось обмануть Зика и принцессу, но со мной этот номер не пройдет.

Сесилия не могла сделать вид, что не понимает, о чем идет речь.

– Зик встречался со мной. А потом вдруг мы перестали видеться. Ты, случайно, не опаиваешь Зика приворотным зельем?

Сесилия молчала. Она не могла ничего сказать, потому что Нора попала в точку. И это молчание было красноречивее любых признаний.

– Поразительно. Так ты действительно используешь зелье.

Нора подняла веером подбородок Сесилии, который та пыталась опустить, и хищно взглянула на нее.

– Скажи, глупая ведьма. Тебе понравилось это фальшивое время, полученное ценой растоптанного счастья другого человека?

– Я... я...

– Но жаль, конечно, – перебила ее Нора. – Фальшивая любовь не может соперничать с настоящей. Верни его мне поскорее.

Сесилия глубоко вздохнула. В этом роскошном здании, которое можно было принять за королевский замок, вздохи прозвучали совершенно неуместно.

– Э-эх...

Шарлотта впустила Сесилию в свою комнату и теперь с беспокойством наблюдала за ней: та скромно сидела на диване и грустно вздыхала.

– Ну и занятная же ты девушка, Сесилия. Недавно только выглядела такой энергичной, а сейчас у тебя лицо как у больной.

Поскольку между ними установились доверительные дружеские отношения, Шарлотта говорила прямо и открыто.

– И почему ты надела капюшон? У тебя же глаза не красные сейчас... хотя тот цвет тебе тоже идет.

Сесилия сквозь слезы посмотрела на Шарлотту, которая мило надула щеки.

– Госпожа Шарлотта. У-у меня есть разговор.

– Разговор? О чем?

– Э-это... это разговор о любви.

– О любви? Что-то случилось между тобой и нижней частью командира? – Глаза Шарлотты загорелись.

– Н-нет, это не так! Это не обо мне, а о моей подруге!

– Так обычно начинают, когда говорят о себе. Но я закрою на это глаза и просто послушаю, как делают настоящие женщины.

Шарлотта элегантно скрестила ноги на диване и начала крутить чашку с молоком, как бокал. Содержимое разбрызгалось по столу, но ее это нисколько не смущало.

– Ну так что, расскажешь мне?

В ответ на кокетливый взгляд Шарлотты Сесилия слегка кивнула.

– Моя подруга жила счастливо со своим возлюбленным, но однажды появилась женщина, которая заявила, что именно она его настоящая любовь...

– Хм-м, – задумчиво протянула Шарлотта. – Хотя ситуация не вполне ясна, но прежде всего стоит расспросить нижнюю часть тела. Высока вероятность, что он встречался с обеими одновременно.

Это было разумное мнение. При таком объяснении естественно было предположить, что именно Зик оказался изменником.

– Но этот мужчина переживал, что женщины и дети его боятся и даже плачут при виде него.

– Есть женщины, которые упиваются ощущением, что только они знают истинное лицо мужчины с грубым характером, но я этого не понимаю... Хотя это все из книг, конечно.

«Это вполне возможно!»

Сесилия узнала себя в словах Шарлотты. Раньше она удивлялась, почему никто не замечает доброту Зика, но в глубине души действительно жило чувство превосходства. Осознание этого так сильно подействовало на Сесилию, что она пошатнулась и упала.

– П-постой, Сесилия, ты в порядке?

Даже услышав обращенный к ней голос, она не могла найти в себе силы подняться.

«Значит, Зик действительно был с той женщиной...»

– Но в конце концов, быстрее всего будет спросить его самого. Он ведь совсем недалеко, – добавила Шарлотта.

Она уже не сомневалась, что речь шла совсем не о подруге, а о Зике и Сесилии. Та внезапно подняла голову и ухватилась за подол платья принцессы.

– П-пойдемте вместе. Мне страшно идти одной.

– Ни за что! Почему я должна?

– Разве мы не лучшие подруги?!

– Что?!

«Лучшие подруги?!»

Эти слова пронзили сердце Шарлотты. До сих пор она воспитывалась в чрезмерной опеке и не имела никого, кого могла бы назвать близким другом.

Все мужчины для нее были просто «нижними частями тел», а служанки оставались лишь служанками. Из-за своего благородного происхождения Шарлотта была вынуждена держать дистанцию от всех. Для нее слова Сесилии были невероятно приятными. Проще говоря, она была рада. Эта радость временно отодвинула страх перед походом на территорию для разведения драконов, кишащую нижними частями тел.

– Ну-у, раз ты так говоришь, то ничего не поделаешь. Я-я не против пойти с тобой. Все-таки я твоя лучшая подруга!

– Госпожа Шарлотта!..

Сесилия крепко обхватила талию Шарлотты, и та громко фыркнула. Взяв за руку Сесилию, дрожащую, словно новорожденный олененок, Шарлотта направилась к казармам рыцарского ордена. Время было уже вечернее. Сесилия несколько часов потратила на печаль и вздохи, из дворца они вышли довольно поздно, тем не менее как раз попали на момент, когда рыцари заканчивали свою работу.

– Госпожа Шарлотта, мне страшно. Я правда боюсь...

– Все в порядке, Сесилия, успокойся немного.

– У-у-у...

Шарлотта тащила за собой Сесилию, стучащую зубами от страха, и чувствовала себя так, будто это она старшая. Еще никто и никогда на нее не полагался, но она была полна решимости. Ей казалось, что сейчас она могла бы даже сразиться с этими страшными мужчинами.

– О, смотри. Вон они!

Услышав слова Шарлотты, Сесилия подняла голову. Закатное солнце освещало амбары, куда уже вернулись драконы. Перед казармами собрались члены ордена, закончившие свою работу. В центре группы находился Зик. Возможно из-за того, что у него появилась возлюбленная, его аура стала немного мягче, и рыцари собирались вокруг него без страха.

– Давай, пойдем поговорим, Сесилия... Сесилия?

Она застыла на месте, словно ее ступни приклеились к земле. Шарлотта с недоумением нахмурила свои тонкие брови, а Сесилия склонила голову.

– Госпожа Шарлотта. Я возвращаюсь.

– Что?..

Принцесса застыла в недоумении, решив, что ослышалась. Но когда их руки разъединились, а Сесилия резко развернулась, она поняла, что та говорит серьезно, и испугалась.

– Что?! Постой, Сесилия! Ты бросаешь меня в море нижних частей тела?!

Но громкий голос Шарлотты уже не достигал ушей Сесилии.

– Трусиха. – Убегая, она бранила не Зика и не Нору. – Я трусиха.

По гладкой щеке скатилась одинокая слеза.

«...Что толку сейчас разговаривать с Зиком?»

Он все еще находился под действием любовного зелья. Какой смысл задавать ему вопросы? Он никогда не скажет, что любит Нору и что она его настоящая возлюбленная. Скорее наоборот, ради Сесилии он скажет, что вовсе не думает о Норе. Или, может быть, холодно отмахнется, говоря, что когда-то она была его возлюбленной, но теперь это неважно.

Сесилия чуть не заставила Зика снова говорить то, чего он на самом деле не чувствует, только чтобы самой почувствовать себя спокойнее. Стыд и жалость к себе переполняли ее, и она понимала, что не сможет встретиться с Зиком лицом к лицу и разговаривать с ним.

– Я ведь с самого начала знала... – слезы падали на землю, оставляя черные точки, – что я не подхожу для Зика...

Дело не в том, что она ведьма. Было много людей, которые относились к ней как к равной. Сесилия предала все их доверие, переступив черту, которую не следовало переступать.

Когда Зик по ошибке выпил приворотное зелье, ей следовало сразу все объяснить кому-нибудь. Если бы она сказала, что это был просто несчастный случай и у нее не было намерения поить его зельем, то наверняка Шарлотта и Мария поняли бы и поддержали Сесилию.

Теперь уже слишком поздно. Сесилия решительно вытерла влажные от слез щеки. Нет времени предаваться унынию. У Сесилии еще остались дела, которые нужно сделать.

«Мне нужно срочно приготовить противоядие от приворотного зелья».

Она должна вернуть Зика к его настоящей возлюбленной. Сесилия заглушала свои истинные чувства, убеждая себя в этом.

Глава 5

Время расставания

– М-м-м-м... и тут нет!

Сесилия, рывшаяся в книгах в библиотеке королевского замка, понурила голову. Из-за того, что она громко вскрикнула, другие посетители сердито на нее посмотрели. Сесилия застыла от страха, а затем несколько раз виновато поклонилась. Последние несколько дней она безостановочно изучала книги в библиотеке.

«В домашнем сборнике рецептов записей о противоядии не было. Думала, хотя бы здесь будет...»

Сесилия сжала губы, перелистывая страницы книги. Она изучала сборники с рецептами зелий, хранившиеся в королевском замке. Сами рецепты иногда становились общедоступными, а иногда продавались за высокую цену. Но даже если человек знал рецепт, зелье, созданное без магической силы, не имело никакого эффекта. Так что знания, переданные ведьмами, не находили практического применения и хранились лишь как наследие древних времен.

Но о противоядии от приворотного зелья, которое искала Сесилия, в старых сборниках рецептов не было ни слова. По правде говоря, неизвестно, существует ли такое противоядие вообще. Ведьмы создают зелья для исполнения своих желаний. Наверное, им и в голову не приходило изобрести что-то вроде противоядий.

Даже Сесилия, ведьма, видевшая множество рецептов, никогда не встречала способа нейтрализовать действие зелья. И все же, хватаясь за соломинку, она продолжала перелистывать страницы, но пока не нашла ничего похожего на то, что искала.

«Может, стоит вернуться к маме?»

Она подумала, что у Греты, которая владеет множеством рецептов, могло бы что-то найтись. Но поскольку Сесилия покинула деревню всего год назад, ее преждевременное возвращение было бы нарушением правил. Это должно стать крайней мерой, если все другие варианты будут исчерпаны.

– Интересно, как там Зик?..

Сесилия тихо прошептала его имя. Она не виделась с Зиком уже целых два дня.

Стоило ей немного расслабиться, как мысли о Зике заполняли все сознание. Нет, наверное, все наоборот. На самом деле Сесилия все время думала о нем, притворяясь, что это не так. Только когда она переставала контролировать свои мысли, ее истинные чувства вырывались наружу. Из-за приворотного зелья сердце Зика исказилось. Он выражал свою любовь к Сесилии настолько сладкими словами и поведением, что даже принцы из детских сказок показались бы рядом с ним весьма скупыми на ласки.

Но любовь, вызванная зельем, далека от настоящей.

Появление Норы стало для Сесилии настоящим потрясением. Однако, если бы она не появилась, Сесилия и Зик могли бы пожениться, завести ребенка и жить счастливо. Размышляя об этом, Сесилия даже начала думать, что Нора появилась вовремя, потому что никто не знает, когда действие зелья может закончиться. Какой шок испытал бы Зик, если бы зелье перестало действовать и было уже поздно что-то менять? Он наверняка сожалел бы о непоправимой ошибке.

– ...Каждый должен быть с тем, кого любит.

Ради них обоих Сесилия сейчас пыталась выбрать правильный путь.

– Вообще-то, Зик совсем не в моем вкусе.

Сесилия скрестила руки на груди, произнося слова, в которые сама не верила.

– Тогда какие мужчины мне нравятся?.. Ну, мне нравятся принцы с золотыми волосами и голубыми глазами, как из сказок. Красивые, добрые, сильные, храбрые, вдумчивые, с пугающим взглядом, но при этом с теплыми глазами, такие...

Такие, как Зик.

Собираясь продолжить, Сесилия почувствовала, что что-то не так, и замолчала. Осторожно посмотрев в сторону стола, она застыла.

Там стоял Зик, лицо его не выражало никаких эмоций.

– Зи...

Сесилия попыталась вскрикнуть, но Зик закрыл ее рот одной рукой. Не успела она опомниться, как оказалась в сильных руках, как принцесса. От удивления Сесилия даже не смогла запротестовать.

За это время Зик быстро вернул на полку сборник рецептов, разложенный на столе, и, все еще держа Сесилию на руках, вышел из библиотеки. Сесилия чувствовала себя виноватой, поэтому ей не оставалось ничего, кроме как панически оправдываться.

– Т-ты не так понял. Мне просто нужно было кое-что изучить, я вовсе не избегала тебя, и про золотые волосы и голубые глаза я просто так сказала...

Пока действие зелья продолжалось, она не могла позволить себе ранить его. Зик шел, прищурив глаза и глядя на Сесилию, которая отчаянно пыталась оправдаться. Место, куда они пришли, оказалось безлюдным садом. В укромном уголке, где цвели разнообразные цветы и витал сладкий аромат, Зик бережно опустил ее на землю и сказал:

– Сесилия, мне нужно тебе кое-что сказать.

От его серьезности Сесилия инстинктивно напряглась.

– Завтра мы отправляемся на Северный хребет для истребления монстров.

– Что?..

Зик говорил о задании, которое получил орден от короля. Северный хребет – это горы, покрытые густыми лесами и простирающиеся через границу с соседней страной. По слухам, там скрывалось множество свирепых монстров. Раньше они не проявляли заметной активности, но в последнее время начали спускаться в близлежащие деревни и буйствовать там. Для их сдерживания и был отправлен Орден Небесных Рыцарей.

– Трое останутся в качестве охраны принцессы Шарлотты, а все остальные отправятся в горы.

«Такое опасное задание...»

Зик и его товарищи были умелыми воинами, но все равно будут раненые. А если битва окажется особенно тяжелой, могут быть и погибшие. Однако Сесилия не думала, что поддаваться эмоциям и препятствовать этому – правильно. Зик так много сделал для нее. Раньше она жила, скрывая лицо под капюшоном и опустив взгляд, но благодаря встрече с Зиком ее мир расширился и наполнился красками.

«Хотя прошло всего полмесяца с нашей встречи...»

Настолько значимым было присутствие Зика в ее жизни.

«По крайней мере, я должна поддержать его улыбкой».

То, что он специально нашел Сесилию в библиотеке и лично сообщил ей о задании, показывало, насколько искренним был Зик Штайн по отношению к своей возлюбленной. Именно поэтому Сесилия тоже хотела быть той, кем он мог бы гордиться. Пусть она и была ненастоящей возлюбленной, в этом она была твердо убеждена.

– Зик, будь осторожен и возвращайся невредимым.

Сесилия слегка улыбнулась. Увидев ее улыбку, Зик широко распахнул глаза. В следующее мгновение хрупкое тело Сесилии оказалось заключено в объятия.

– А... – Щеки Сесилии покрылись румянцем, но она задрожала, словно отвергая предложенное тепло. – Н-нет. Зик, отпусти меня.

– Не хочу.

– Н-нельзя, говорю же.

Действительно нельзя. Потому что иначе ей будет еще труднее отпустить Зика. Уловив, что Сесилия действительно отталкивает его, Зик недовольно отстранился. Но не собирался просто так отступать.

– Тогда позволь мне получше рассмотреть твое лицо.

Он обхватил ее щеки так, словно держал хрупкую вещь, и нежно приподнял ее лицо, оказавшись так близко, что они почти касались друг друга. Люди говорили, что он страшный и вокруг него всегда давящая атмосфера, но Зик был невероятно красивым. Как только Сесилия встретилась с его хищными карими глазами, в ее груди что-то всколыхнулось.

– Ох...

– Что случилось? – Зик обеспокоенно взглянул на нее.

Она изо всех сил пыталась сдержаться, но, когда он смотрел на нее таким горячим взглядом, было невозможно сдержать эмоции.

– ...П-прости меня.

– Сесилия?

Девушка расплакалась.

– Прости меня, Зик. Мне так жаль...

Сесилия хотела, чтобы он был счастливее всех, даже если рядом не останется места для нее. Настолько сильно она его любила. Если бы, например, она случайно напоила приворотным зельем Альфонса или Сирила, наверняка ее бы это не тронуло.

«Если бы только Зик полюбил меня».

С такими мыслями она создала зелье, и оно сработало. А сейчас она любила его еще сильнее, чем прежде. Она любила Зика – командира Святого Ордена Небесных Рыцарей, который нес ответственность за своих подчиненных. Он обучал рыцарей, растил драконов и упорно трудился, не жалея сил и времени.

«Так вот что значит любить кого-то...»

Хотя Сесилия не пила никакого зелья, она, вероятно, полюбила Зика еще сильнее, чем он ее. Раньше ведьма могла только мечтать о любви и жила так, словно любить ей было не суждено. Появление такого человека делало ее счастливой и одновременно несчастной. Не желая, чтобы он видел ее глаза, наполненные слезами, она крепко обняла Зика, словно цепляясь за него.

– Зик...

Больше она не могла ничего сказать.

– Сесилия, я люблю тебя.

Словно выражая ее собственные чувства, Зик нежно приобнял ее.

«На самом деле... ты вовсе не любишь меня».

Она хотела сказать ему это. Но даже в таком случае Зик, находящийся под действием приворотного зелья, все равно не поверит. Сесилия несколько раз глубоко вздохнула.

«Пока Зик будет на Северном хребте, я создам противоядие».

Она беспокоилась о его безопасности, но все члены Святого Ордена Небесных Рыцарей были превосходно натренированы. Они не проиграют монстрам. И если Зика не будет рядом, она не будет колебаться. Не будет сомневаться. Она должна справиться.

Сесилия подняла на него взгляд и решительно сказала:

– Знаешь, когда ты вернешься, мне нужно будет кое о чем с тобой поговорить.

Хотя Зик, казалось, был удивлен ее внезапными словами, он решительно кивнул:

– Сесилия, когда я вернусь, мне тоже нужно будет кое-что тебе сказать.

На пронизывающем ветру рыцарский орден верхом на драконах направлялся к промерзшему северному хребту. Драконы обладали бесконечной выносливостью, чего нельзя было сказать о людях. Поэтому время от времени отряд спускался на землю, чтобы всадники могли поесть и перевести дух. Поверх рыцарской формы они носили плотные плащи и теплые перчатки, но даже так после получаса полета тело начинало замерзать. Хотя во время зимнего марша было бы несравнимо холоднее, так что жаловаться было не на что.

– Скоро делаем привал!

Зик слегка ударил Снежок поводьями. Та издала крик в ответ на сигнал. Поскольку голос Зика не достигал всех членов отряда, драконы, услышавшие команду Снежок, передавали ее своим наездникам движениями. Хотя места для отдыха обычно сообщались заранее, иногда бывали случаи, когда кто-то из всадников был близок к потере сознания.

Будто плавая в закатном небе, Снежок спикировала и опустилась на землю в пустынной местности, без домов и полей. Из-за своих крупных размеров драконам трудно приземляться, если это не открытая зона. Особенно когда их семнадцать штук.

Как только Снежок приземлилась, Зик ловко спрыгнул и погладил ее по горлу. Та довольно заурчала.

Для людей натянули палатки, а драконы, ввиду отсутствия для них укрытий подходящего размера, просто растянулись на пустоши и уснули. Когда их накормили и убрали за ними, наконец настало время ужина для людей. Еда была простой: суп, чтобы согреться, и походный перекус – орехи и сыр. Несмотря на отсутствие вкуса, рыцари к такому рациону уже привыкли. Каждый доставал из рюкзака свою порцию и не спеша ел.

Поскольку полет на драконах позволял значительно сократить путь, к утру они должны были достичь северного хребта. Зик сидел на удобном камне, пережевывая орехи, когда над его головой появилась тень.

– Можно присесть?

Отказывать причин не было, поэтому он кивнул. На соседнем камне устроился Альфонс.

– В последнее время ты какой-то подавленный, Зик, – сразу начал Альфонс. Он говорил вполголоса, чтобы другие члены группы, собравшиеся вокруг костра, не могли их услышать. – Понимаю, понимаю. Вы с Сесилией поссорились, да? Вас двоих почти не видно вместе, и кажется, она тебя избегает.

– ...

– Знаешь, я, как всем известно, очень популярен у девушек... Так что, возможно, не могу полностью понять твои чувства. Но я хочу помочь. Наконец-то наступила весна в сердце моего давнего товарища-командира, так что я должен поддержать тебя, верно?

– ...

– Вот совет от меня. Лучше не отпускай ее. Думаю, нет другой девушки, которая будет так заботиться о тебе и искренне любить. Ты же сам понимаешь, правда? Когда она смотрит на тебя, то ее глаза всегда блестят, будто она вот-вот заплачет. Ты, наверное, разозлишься, но даже у меня сердце немного замирает от этого.

– ...

– Ой, прости. Может, ты не все расслышал, что я говорил? Начать заново? Э-э, ну, в общем... В последнее время ты какой-то подавленный, Зик...

– Нет, я слышу.

– Тогда почему игнорируешь?!

Не выдержав, Альфонс вскочил.

– Заместитель командира, не шумите! Вы встревожите драконов! – окликнул его Сирил.

– Да отстань ты! – прикрикнул Альфонс на сделавшего замечание Сирила, но все же смирно сел.

Глядя на ярко освещающий окрестности костер, Зик решительно произнес:

– Вообще-то, мы с Сесилией не ссорились.

– А, вот как?

– Просто я немного задумался. Недавно принцесса Шарлотта спросила меня, как давно я влюблен в Сесилию.

– Она такое спрашивала?.. Погоди, почему вы с принцессой вообще обсуждаете любовные дела? Она же тебя явно недолюбливает.

Альфонс выглядел немного взволнованным.

– В последнее время мы стали немного больше общаться. Она сказала, что не боится нижнюю часть тела, которая любит Сесилию.

– Ничего не понятно, как обычно... Хоть она и очень милая, – пробормотал Альфонс с кислым видом.

Зик кивнул и беспощадно указал на факт:

– Она сказала, что твоя нижняя часть тела особенно противна.

– Это выражение можно очень неправильно понять! Эта девочка вообще понимает, о чем говорит?!

– Заместитель командира, серьезно, вы слишком шумите!

– Да понял я, очкарик!

Орехи, которые швырнул Альфонс, попали прямо в очки Сирила.

– Ай! Что вы делаете?!

Очки с треском разлетелись вдребезги. Сирил, ворча, достал запасные из своего рюкзака.

Зик смотрел на ночное небо, слушая галдеж членов отряда. Видит ли это небо та девушка с красными глазами? Ему очень хотелось верить, что видит.

«Она выглядела какой-то обеспокоенной».

Накануне отъезда Зик пошел увидеться с Сесилией. Узнав от Шарлотты, что она в последнее время часто бывает в библиотеке, он обошел все здание и нашел ее. Они не ссорились, но Сесилия действительно вела себя странно. Ему казалось, что она чего-то боится. Он до сих пор не понимал, в чем дело, и это его тревожило. Но она сказала, что, когда он благополучно вернется, ей нужно будет кое-что ему рассказать. Ради этого Зик твердо решил вернуться целым и невредимым.

– С каких пор я влюблен в Сесилию? – тихо пробормотал Зик.

Он не ответил на вопрос Шарлотты, но ответ знал уже давно.

– Когда вернусь, надо будет обязательно ей сказать.

Ночь сгущалась, а северный хребет был уже совсем близко.

Утро, три дня спустя, в Снежном дворце

– ...Это слишком внезапно, Сесилия!

У парадного входа стояли Шарлотта и Сесилия в плаще.

– Мне действительно очень жаль. – Девушка отвела взгляд от суровых глаз принцессы и смотрела вниз.

Она понимала, что заслуживает упреков. Сесилия сообщила о своем уходе из дворца только вчера вечером. После отъезда ордена она с еще большим усердием рылась в книгах библиотеки, не переставая ища информацию о противоядии. Однако время шло, а никаких существенных зацепок она так и не нашла. Сесилия чувствовала, что ей придется прибегнуть к крайней мере. Это означало вернуться в родную деревню и расспросить свою мать Грету о рецепте.

– Ты действительно должна идти?

На повторные уточнения Шарлотты Сесилия серьезно кивнула:

– Да. Мне обязательно... обязательно нужно... у-у меня... т-т-тоска по дому, – пробормотала Сесилия, краснея до кончиков ушей.

Ей уже шестнадцать, она совершеннолетняя. И объявить об отъезде из-за тоски по дому было невероятно стыдно. Настолько стыдно, что хотелось провалиться сквозь землю. Но она не могла придумать оправдания получше. Похоже, ни Шарлотта, ни Мария не сомневались в словах Сесилии. Более того, Мария даже похлопала ее по плечу в знак поддержки.

– Тосковать по дому не стыдно. Скорее, это естественное человеческое чувство. Как вы скучаете по родителям, так и они, несомненно, хотят увидеть вас здоровой и счастливой после долгой разлуки.

Хотя Мария сказала это без задней мысли, каждое слово заставляло Сесилию краснеть еще больше.

Шарлотта очаровательно надула щеки с недовольным видом.

– Но если ты возвращаешься домой, мы могли бы организовать для тебя карету...

– Вы уже столько заботитесь обо мне, я не могу причинять еще больше неудобств.

– Я вовсе не считаю это неудобством!

Сесилия понимала, что эти слова были произнесены с искренностью, они ее заставили улыбнуться.

– Я действительно вам благодарна, госпожа Шарлотта. Вы для меня первая и единственная настоящая подруга.

Сколько бы она ни благодарила принцессу, ей все казалось, что этого недостаточно. А глаза Шарлотты наполнились слезами после слов Сесилии.

– К тому же это не прощание навсегда. Я обязательно вернусь.

– Правда? Когда ты встретишься с родными и утолишь тоску, мы снова сможем увидеться?

– Да. Я бы никогда не солгала своей подруге.

– Хорошо, я поняла.

Похоже, Шарлотта наконец приняла ее решение. Принцесса, Мария и другие служанки собрались вместе проводить ее. Эти люди не относились к ней с презрением, хотя она простолюдинка и ведьма, а, напротив, приняли ее с радушием. Сесилия продолжала оборачиваться и махать им рукой, пока они не скрылись из виду.

– И снова остались мы вдвоем, Роро.

– Мяу. – У ее ног бесшумно бегал черный кот.

Роро, с которым она была так близка, поддерживал ее, но, как только они покинут дворец, Сесилия окажется в совершенно чужом месте.

Молодая ведьма закапала в оба глаза капли, которые приготовила на дворцовой кухне несколько дней назад. Пару раз моргнув, она увидела, как под действием волшебных капель цвет ее глаз изменился с красного на обычный светло-карий.

Тем не менее, стараясь избегать зрительного контакта с людьми, Сесилия закуталась в свой плащ и покинула королевский дворец. В сумке через плечо была еда и питьевая вода, которую ей дали Шарлотта и служанки.

Отсюда она планировала сесть в общественную карету, как и в тот день, когда впервые прибыла в столицу. Если деньги закончатся, она могла бы взяться за какую угодно работу в деревне, через которую они будут проезжать. Но ей нужно как можно скорее вернуться во дворец.

– Хотя вряд ли я успею до возвращения Зика...

Учитывая скорость драконов, Сесилия не могла опередить рыцарей. Размышляя об этом, она шла по улицам столицы, когда кто-то похлопал ее по плечу.

– Извините, девушка. Можно вас на минутку?

– Да?

Сесилия уже хотела повернуться, как вдруг ее ударили по затылку, и она потеряла сознание.

Глава 6

Похищение

– Ох...

Что-то шершавое и теплое лизало ее щеку. Знакомое ощущение.

– Роро?

Когда она открыла глаза, черный кот смотрел на нее сверху вниз большими стеклянными глазами. Голова пульсировала болью, Сесилия, постанывая и кашляя от пыли, осторожно огляделась вокруг.

Она была в каком-то заброшенном строении. Это была хижина, захламленная разными вещами. Похоже, ею давно не пользовались. Сквозь щели стен пробивался мягкий, предвечерний свет солнца. Казалось, с тех пор как Сесилия покинула королевский дворец, прошло не менее половины дня.

«Кажется, кто-то окликнул меня сзади...»

Кто-то похлопал ее по плечу, и она обернулась. На этом воспоминания обрывались.

«Меня похитили?»

Сесилия побледнела. Кому могло быть выгодно ее похищение? Первое, что приходило на ум, – это люди, желающие использовать силу ведьмы. По словам Шарлотты, даже король активно искал зелья, приготовленные ведьмами, так что такая ситуация вполне могла произойти.

– Мяу. – Роро мяукнул и лизнул тыльную сторону ладони.

Обе ее ноги были связаны веревкой. Похоже, что руки за спиной постигла та же участь. В таком положении она не могла двигаться. Сесилия с надеждой обратилась к Роро, который лениво потягивался рядом, стараясь не повышать голос – похитители могли услышать:

– Роро, не мог бы ты перегрызть эту веревку?

– ...

Роро лениво зевнул. Похоже, эта просьба была слишком сложной для обычного кота.

«Ох, что же делать...»

Положение было безвыходным. Как бы Сесилия ни напрягала руки и ноги, веревка не поддавалась. Пока она боролась, катаясь по грязному полу, ее уши уловили звук шагов нескольких пар ног. Плохо закрепленная дверь с грохотом распахнулась.

– Похоже, наша красавица проснулась, – появившись в сопровождении мускулистых мужчин, сказала...

– Нора...

Она вошла в роскошном платье, совсем не подходящем для этого заброшенного дома, и самодовольно усмехнулась.

Удивленная ее появлением, Сесилия мельком посмотрела за спину Норы. Насколько она могла судить, там было двое мужчин. Наемники или, может быть, слуги из ее дома?

Позади них был темный лес, он напоминал тот, в котором жила Сесилия, но она не могла быть уверена. Вернувшись взглядом к Норе, она робко спросила:

– Н-Нора, это вы меня похитили?

– Да, я. И что с того?

Глядя на ухмыляющуюся Нору, Сесилия попыталась извиниться поклоном, насколько это было возможно лежа на полу.

– Простите меня!

– Что? Что ты имеешь в виду?

Видимо, Нора не ожидала, что та, кого похитили, сама станет извиняться. Казалось, это застало ее врасплох.

– Это... из-з-за меня вам пришлось сделать такое.

Подумав об этом, она осознала, что с тех пор, как Нора потребовала от нее разорвать отношения с Зиком, прошло много времени.

«Она решила, что я не собираюсь с ним расставаться».

Сесилия так погрузилась в свои мысли, что не нашла времени подумать о чувствах Норы. Из-за этого та прибегла к такому радикальному шагу, как похищение. Преступление произошло потому, что Сесилия бездействовала.

Сесилия почувствовала себя виноватой.

– Нора, вы правы. Я действительно дала Зику приворотное зелье.

Нора усмехнулась: Сесилия наконец созналась в своем злодеянии.

– Мне очень жаль. Я понимаю, что одними извинениями не обойтись, поэтому сейчас я ищу способ создать противоядие. Но я не могла найти рецепт, поэтому собиралась вернуться домой, чтобы спросить у матери...

– Зачем такие сложности, когда есть более простой способ?

Нора резко прервала отчаянные объяснения Сесилии.

– Что?

Если есть такой способ, Сесилия хотела его узнать. Когда она с надеждой распахнула глаза, Нора наступила ей на голову каблуком. Сесилия вскрикнула от боли.

Заметив, что хозяйка в опасности, Роро зашипел, его шерсть встала дыбом. Но, опередив собравшегося прыгнуть кота, Нора безжалостно бросила в него веер.

– Не подходи, грязное животное!

С жалобным мяуканьем испуганный Роро скрылся в темноте. Сесилия с облегчением выдохнула, когда веер пролетел мимо. Нора же давила каблуком все сильнее.

– Можешь притворяться хорошей, но то, что ты сделала, – настоящее зло. Ты это понимаешь?

Даже если бы она могла что-то ответить, нога, давящая на лицо, не дала бы этого сделать. Что-то липкое стекало по коже головы – возможно, кровь. Мысль об этом вызвала тошноту. Сесилия задержала дыхание и закрыла глаза.

– Я до сих пор помню, как впервые увидела Зика, – мечтательно начала Нора. – Это было в королевском салоне, перед началом чайной церемонии. Я оступилась на лестнице, и он... он подхватил меня, будто настоящий рыцарь из сказки. В тот самый момент мы влюбились друг в друга.

Эта история любви была прекрасна. Если бы Сесилия была еще ребенком, она бы, несомненно, слушала Нору, сияя от восторга.

«И я растоптала эту любовь...»

Но сколько бы она ни сожалела, сколько бы ни пыталась извиниться – все это только раздражало Нору. Осознав это, Сесилия молча стиснула зубы.

Видимо насытившись воспоминанием, Нора резко изменила тон:

– Знаешь, Сесилия Лампс? Хотя откуда необразованной воровке знать такие вещи... Но ничего, я тебе расскажу.

Сесилия молчала.

– Знаешь, как заканчиваются сказки, в которых убивают злую ведьму? Они заканчиваются счастливо.

«Знаю».

Скорее всего, Сесилия знала об этом даже лучше, чем Нора. С детства она зачитывалась книгами и сказками с красивыми картинками. Она мечтала однажды испытать такую же головокружительную, сказочную любовь, как у героинь ее любимых историй.

– Если убить меня... действие приворотного зелья прекратится, да?

– Да, именно так. – Нора кивнула.

Ведьмы в сказках всегда были злодейками. Они использовали зелья, чтобы навредить принцессам и принцам, но в конце всегда получали по заслугам – это было неизменное правило.

– Не обижайся, ладно? Это ради того, чтобы вернуть сердце Зика. Тут уж ничего не поделаешь.

Убрав ногу, Нора отдала приказ слугам. Обмякшее тело Сесилии с окровавленной головой приподнялось над землей – один из мужчин ловко перекинул ее через плечо.

Они вышли из хижины и направились в лес. Шаги мужчины были уверенными. Все происходило слишком слаженно для спонтанного похищения.

– Эй, ты читала сказку «Принцесса, превратившаяся в свинью»? – заговорила Нора, идущая рядом.

– Да... читала. – Губы Сесилии едва шевелились, но она все же ответила.

– Прекрасно. А как насчет сказок «Принцесса черной розы»? «Два приворотных зелья»? «Принц, проклятый ведьмой»?

– Я... знаю их все.

– Ого, ты удивительно начитанна. Если бы мы встретились при других обстоятельствах, возможно, стали бы хорошими подругами. – Нора произносила слова, в которые сама не верила.

Когда-то Шарлотта говорила нечто похожее, но, в отличие от ее слов, эти не вызывали у Сесилии никаких эмоций. В каждой истории ведьму ждал один и тот же конец. Нора просто хотела напомнить об этом Сесилии, чтобы вселить в нее страх.

После недолгой ходьбы они вышли на открытое пространство, и мужчина грубо сбросил ее на камни. Девушка застонала и, медленно открыв глаза, увидела над собой ухмыляющуюся Нору.

– Ты понимаешь, где мы?

– Утес...

– Именно! – Нора удовлетворенно засмеялась. – Идеальное место, чтобы избавиться от ведьмы!

Сесилия лежала лицом вниз. Перед глазами была голая скальная поверхность, а в ушах стоял рев ветра, вырывающийся из бездонной пропасти. От ужаса по затылку пробежал холод. Нора собиралась сбросить ее с этого утеса. Прямо со скалы, откуда даже дна не было видно.

«Но, наверное, так и должно быть».

Способа снять действие приворотного зелья Сесилия так и не нашла. Поэтому... ничего не поделаешь. Если ее сбросят, так тому и быть. И все же...

– Напоследок, хотя бы... признаться...

Сесилия так хотела извиниться перед Зиком. И хотя бы раз по-настоящему и честно выразить свои чувства. Свои настоящие чувства. Хотелось бы увидеть, каким было бы его лицо, услышь он эти три слова.

Но стоило ей начать говорить, как Нора резко толкнула ее. Она упала. Ветер был настолько сильным, что невозможно было открыть глаза. Сесилия зажмурилась изо всех сил. Через несколько секунд она либо разобьется о землю, либо зацепится за какую-нибудь ветку и замерзнет насмерть. В этот момент Сесилия закричала. Ей было страшно. До ужаса страшно, что она больше никогда его не увидит.

– Зик!

Сесилия кричала, но не надеялась услышать ответ.

– Сесилия!

Ее сердце дрогнуло. Сначала она подумала, что это просто галлюцинация. Но в следующий момент ее тело ощутило резкий толчок, и, осторожно открыв глаза, она увидела перед собой... его.

– З... Зик?

– Да. Это я.

Сесилия в изумлении смотрела на Зика, который улыбался во весь рот. Ветер все еще был пронизывающим, но теперь она находилась в безопасности – надежно прижатая к груди Зика. Он держал ее одной рукой, и через его плечо Сесилия увидела огромные драконьи крылья, медленно рассекающие воздух. Белоснежные, окрашенные золотистыми отблесками закатного солнца, они казались вырванными из сказки.

Она все еще дрожала от страха и холода, но Зик, не теряя ни секунды, ловко снял свой плащ и укутал ее.

– Сейчас я разрежу веревки. Сможешь немного потерпеть?

Услышав вопрос, она едва заметно кивнула. Зик с сочувствием посмотрел на нее, быстро вытащил кинжал из ножен и аккуратно начал разрезать веревки.

Затем он нежно обнял ее, словно хваля за терпение. Его теплое прикосновение и аромат знакомого парфюма, щекочущий ноздри, вернули жизнь в глаза Сесилии.

– Это... мы на спине Снежок?

– Да, именно так.

Невероятно, но Снежок, похоже, по указанию Зика поймала ее прямо в воздухе... Зик выдохнул, будто выпустил все напряжение, которое держал в себе до этого момента.

– Я так рад, что успел. Если бы я потерял тебя... я бы уничтожил этот мир.

– Н-нет, Зик, нет...

Сесилия покачала головой. Она больше не могла скрывать правду.

– Я... я напоила тебя приворотным зельем!

Зик широко распахнул свои карие глаза.

– Из-за этого ты... ты ошибочно думаешь, что любишь меня, а не Нору. Прости за то, что я сделала такую ужасную вещь!..

Решив, что больше не имеет права плакать, она стиснула зубы. Сейчас Зик наверняка скажет ей что-то оскорбительное. Возможно, пожалеет, что вообще спас ее. Но даже так – все в порядке. Ведь наконец-то она призналась ему о приворотном зелье...

– Прости. У меня много вопросов, но...

Голос Зика звучал как-то неуверенно. Сесилия, удивленная такой странной реакцией, чуть наклонила голову набок.

Зик положил руку на подбородок, нахмурился и с озадаченным видом произнес:

– Кто такая Нора?

– ...А?

– Я не знаю ни одной Норы. Это имя мне ни о чем не говорит.

Сесилия застыла с приоткрытым ртом.

«Что он сейчас сказал?..»

– Н-Нора – это Нора! Ну, та женщина, которая стоит на вершине утеса и смотрит в нашу сторону!

Если говорить точнее, Нора стояла внизу – с отвисшей челюстью и потрясенным взглядом, устремленным прямо на них. Снежок, словно понимая, о ком речь, начала снижаться, медленно приближаясь к краю утеса.

Зик прищурился, глядя на утес, и на мгновение задумался, но затем все же покачал головой:

– Нет, не припоминаю ее.

– Не может быть... это невозможно.

– Послушай, Сесилия. Ты правда думаешь, что я стал бы врать своей милой возлюбленной?

Красивое лицо Зика внезапно оказалось так близко, что Сесилия невольно почувствовала трепет.

– Н-не думаю!..

– Вот именно. А значит, эта девушка для меня – совершенно незнакомый человек.

«Как такое может быть?»

Сесилия могла лишь стоять, потрясенно глядя перед собой.

– Да, такое случается нередко. Некоторые девушки, приняв обычную вежливость Зика за нечто большее, начинают думать, будто стали для него особенными.

Сесилия и Зик одновременно обернулись на раздраженый голос Альфонса. Перед ними была Нора, уже задержанная орденом. Рядом стояли ее приближенные со скованными руками, угрюмо смотревшие в землю. А чуть поодаль – Роро, уютно устроившийся на плече Сирила. Видимо, после всего случившегося его нашли рыцари.

– Что ты творишь?! Отпусти меня, хам! – визжала Нора, сверля Альфонса гневным взглядом.

Но тот лишь спокойно встретил ее нападки:

– Как я могу отпустить человека, пойманного с поличным при попытке убийства, юная леди из дома Маниан?

– Зик меня любит! Немедленно отпустите!

– Увы, но наш командир не из тех, кто способен на измену, – холодно отрезал Альфонс. – Вы отправляетесь с нами.

– Прекрати! Зик, помоги! Зик!

Зик, к которому обратилась Нора, прищурился так резко, словно перед ним стоял заклятый враг. Стоило их взглядам встретиться, как лицо Норы тут же залилось краской.

В ответ раздался голос, в котором не было ни капли тепла:

– Не знаю, кто вы, но как вы посмели причинить боль моей Сесилии?

– Ч-что ты такое говоришь, Зик? Я...

– Не смей обращаться ко мне на ты. Меня от этого тошнит.

– Чт...

– Да-да, все, что хотите сказать, скажете в камере, – прервал ее Альфонс. Несмотря на возмущенные крики Норы, он уже уводил ее прочь.

Сесилия с полуоткрытым ртом наблюдала за происходящим. Кто бы мог подумать, что Зик и Нора даже не были знакомы?

«Значит, все эти истории о „первой любви на лестнице“ были просто выдумками Норы?»

Вероятно, случай, когда Зик помог Норе, действительно имел место. Командир всегда был добр к горожанам, и если бы он увидел девушку, падающую с лестницы во дворце, то, конечно, протянул бы ей руку помощи. Но для него это был лишь обычный рыцарский долг, не заслуживавший особого внимания. Поэтому он даже не запомнил Нору.

«Значит, мне можно и дальше любить Зика?» – мелькнула мысль.

Сесилия тут же отбросила ее – слишком уж это было удобно.

«Все равно я подмешала Зику приворотное зелье, так что...»

– Я не прощу тебе этого, Сесилия.

– ...А?

Сесилия вздрогнула. Его слова прозвучали так, словно он прочитал ее мысли. Конечно, у Зика было полное право злиться. Она хотела это сказать, но он продолжил:

– Я не прощу тебе, если ты покинешь меня.

– Зик?..

Сильная рука прижала ее еще крепче. В его голосе не было ни капли гнева – лишь искренняя, неудержимая тоска.

– Я уже не могу представить свои дни без тебя, понимаешь? Неужели ты бросишь такого жалкого мужчину?

– Н-но...

Сесилия хотела верить словам Зика. Но она не могла с ним согласиться: ведь все, что он говорил и делал, было лишь результатом искаженной воли под действием приворотного зелья. Зик нахмурился и провел ладонью по ее льняным волосам.

– Я же говорил, что хочу поговорить, когда вернусь. Помнишь?

– Д-да...

Сесилия уже призналась Зику в том, что использовала приворотное зелье. Но он сказал, что и у него есть кое-что, о чем он хочет ей рассказать.

– Но поскольку сейчас ты, кажется, не веришь моим словам... у меня есть человек, которому ты поверишь.

«Человек, которому я поверю?»

– Это... ай!

Внезапная боль заставила Сесилию схватиться за голову.

– Сесилия, ты ранена?

– Н-нет, все в порядке. Ничего серьезного.

Более того, Сесилия застенчиво улыбнулась – насколько она могла судить, у Зика, похоже, не было никаких ран. Для нее это была лучшая новость из всех возможных. Ее собственные травмы не имели значения.

– Я так рада, что ты цел. С возвращением.

У Зика перехватило дыхание.

– Я вернулся, моя Сесилия.

Словно не в силах сдержаться, он поцеловал ее в щеку. Оставив на ней нежное прикосновение, он немного отстранился.

– Давай вернемся в Снежный дворец и сразу займемся твоими ранами... Сесилия?

– Слушай, Зик...

– Что такое?

– Ты соврал, когда сказал, что не пользуешься популярностью у женщин.

Это точно ложь. Недовольно глядя на Зика, Сесилия покраснела. Зик со смехом пожал плечами.

– Разве я стал бы лгать своей Сесилии?

По указанию Зика Снежок направилась в сторону королевского замка. Судя по пейзажу, Сесилию действительно увезли в лес неподалеку от столицы. Вдали уже виднелись шпили замка, а через несколько секунд Снежок уже подлетала к месту содержания драконов.

Немного покружив в воздухе, она плавно опустилась на землю. Сесилия с помощью Зика медленно ступила на мягкую траву. В этот момент она услышала голос, зовущий ее:

– Сесилия!

Обернувшись, она увидела кого-то, кто энергично махал рукой в их сторону.

– Это ведь...

Сесилия прищурилась. Перед Снежным дворцом стояли Шарлотта, Мария и вместе с ними еще одна женщина. Яркие красные волосы, огненно-красные глаза, фарфорово-белая кожа. Правильные черты лица, стройная, но при этом с выразительной фигурой. Заметив Сесилию, женщина очаровательно улыбнулась:

– Приве-ет! Давно не виделись.

– Мама?!

Грета игриво подмигнула Сесилии, с которой они не виделись целый год.

Глава 7

Правда о приворотном зелье

Окинув взглядом застывшую Сесилию с головы до ног, Грета радостно улыбнулась:

– Сесилия, ты стала еще милее.

– П-почему ты здесь, мама?

– Это потому, что... Ой, у тебя же кровь идет! Что случилось? – Грета нахмурилась.

– Меня ранила одна барышня с богатым воображением. Она наступила мне на голову.

– Поняла, секунду. – Мать с невероятной скоростью сунула руку за пазуху и достала маленький флакон. – Сесилия, закрой на минутку глаза, пожалуйста.

– Х-хорошо.

Хотя просьба была неожиданной, она послушно ее выполнила.

Грета открыла флакон и посыпала голову Сесилии зеленым порошком. Хотя все присутствующие недоумевали, Сесилия явно почувствовала изменения.

– Тяжесть и боль в голове исчезают!..

Услышав эти слова, несколько человек зашептались.

– Это что? – поинтересовался Зик.

– А, это лекарство, которое мгновенно излечивает, если посыпать его на травму от чьей-то ноги.

– Лекарство с весьма... специфическим применением. Хотя в бою с монстрами и такое может пригодиться.

Зик и Грета непринужденно беседовали.

«Так, значит, тот человек, о котором он говорил, – это мама! Интересно, где они встретились?»

Шарлотта не отрывала взгляда от Греты, скрестив руки на груди.

– Я уже спрашивала, но действительно ли это мама Сесилии? Цвет глаз тот же, но эта излучаемая ею соблазнительность – настоящее оружие, которого у Сесилии определенно нет...

Хотя это прозвучало довольно бестактно, Сесилия не могла с этим поспорить. Грета, никогда не упускающая возможности получить комплимент, сладко улыбнулась.

– О, ваша похвала – это честь для меня, принцесса Шарлотта. Если хотите, я могла бы поделиться с вами этой силой.

– Что?! Такое поразительное искусство – мне?!

Грета рассмеялась:

– Если бы вы овладели еще и таким оружием, то затмили бы даже тех женщин, чья красота способна разрушать целые страны.

Пока они так беседовали, постепенно возвращались остальные члены отряда. Среди них были и Альфонс с Сирилом. Похоже, они вернулись после того, как заключили Нору и ее людей в темницу.

– Что ж, перейдем к сути. – Зик кашлянул и посмотрел на Сесилию. – Сесилия, на самом деле я встретил госпожу Грету в деревне, где мы остановились после выполнения задания.

Он вкратце рассказал, что во время пополнения припасов к нему обратилась Грета и попросила доставить ее в Снежный дворец, где находилась Сесилия.

– Что? Откуда ты узнала, где я нахожусь? – удивилась она.

Может, у нее было какое-то зелье для отслеживания? Но ответ Греты оказался более неожиданным:

– Роро сообщил мне. Он использовал простую магию, чтобы регулярно докладывать о твоем состоянии. Я поняла, что происходящее нельзя оставлять без внимания, поэтому поспешно покинула деревню.

– Что? Роро? Но он же обычный кот...

С тех пор как Роро вернулся на плече Сирила, он все время терся мордочкой о ноги Греты. Все же она излишне соблазнительно вздыхала.

– Послушай, ведьма не стала бы держать простого черного кота. Роро – разновидность монстра, поэтому он может использовать магическую силу.

– Р-Роро – монстр? – Сесилия удивленно посмотрела вниз, но черный кот даже не взглянул на нее. – Но мне он говорит только «мяу» и «мр-р»!

– Это потому, что ты неопытна.

Эти прямолинейные слова сильно потрясли Сесилию.

«Подождите, если это так, то Роро все это время полностью меня понимал, но притворялся обычным котом и делал вид, что ничего не знает?»

Когда Сесилия начала кое-что понимать, Грета пристально посмотрела на нее.

– Я знала, что ты застенчивая девочка, но не думала, что ты будешь жить в глубине леса почти целый год...

– У-у-у... – простонала Сесилия.

Оказывается, все ее попытки обойти законы не отправляться в путешествие были полностью известны Грете. Сесилия смущенно заерзала.

– Н-ну, на то были причины...

– Да-да, я поняла. Кстати, Роро сказал, что ты сделала приворотное зелье, не так ли?

Сесилия подпрыгнула.

– Приворотное зелье?

– Что еще за приворотное зелье? – Рыцари переглянулись между собой и начали перешептываться.

Не обращая никакого внимания на их замешательство, Грета продолжила:

– Ты всегда утверждала, что приворотное зелье недопустимо, что оно противоречит человечности, и протестовала против его использования. Но все же ты его сделала. Ну конечно же, ведь ты моя дочь.

Не выдержав публичного поддразнивания, Сесилия выпалила:

– Ну хва-атит! Прекрати, мама!

Сесилия попыталась схватить Грету, но та оказалась гораздо ловчее. Быстро оказавшись у нее за спиной, Грета заломала ей руки.

– Так кому же ты дала выпить зелье? Расскажи маме, я всегда хотела обсудить с дочкой ее пред-по-чте-ни-я!

– Ай-ай-ай! Сдаюсь, сдаюсь!

– Сесилия! – Когда Грета беспощадно выкрутила запястья дочери и та вскрикнула, к ним подбежал Зик. – Прекратите, мама! Вы делаете Сесилии больно!

– Даже если ты так говоришь... Стоп. Мама?

Грета застыла и ослабила хватку. Наконец освободившаяся Сесилия оказалась в объятьях Зика. Она была так испугана, что не сопротивлялась.

– Все хорошо, Сесилия. Я защищу тебя.

– У-у-у...

Сесилия, не обращая внимания на окружающих, начала всхлипывать, а Зик страстно обнял ее, пользуясь моментом. Грета внимательно наблюдала за парой с каким-то странным выражением лица.

– Хм-м-м? – Она прищурилась и пристально уставилась на них.

Ее взгляд был настолько тяжелым, что даже всхлипывающая Сесилия не могла его игнорировать. Точнее говоря, она наконец немного пришла в себя, и ее охватило смущение. Находиться под пристальным взглядом матери, когда ты обнимаешься с мужчиной, требовало немалой смелости. Хотя сама Грета не стеснялась обниматься с отцом Сесилии прямо на глазах у дочери...

– Мама, ты хочешь что-то сказать?

– Сесилия, ты действительно создала то зелье?

Колеблясь, Сесилия кивнула.

– Тогда кому ты дала его выпить?

– Скорее не дала выпить, а он сам выпил...

– Если не скажешь ясно, я растяну тебе губы!

Сесилия пискнула. В тот момент, когда Грета протянула пальцы к губам Сесилии, Зик, по-прежнему обнимая девушку, ловко уклонился от атаки и пристально посмотрел на Грету.

– Прекратите, мама. Губы Сесилии созданы для того, чтобы я касался их своими!

«Правда?!»

Разумеется, нет. Сесилия, смущаясь, высвободилась из объятий Зика и честно призналась:

– Около двадцати дней назад я случайно дала Зику выпить приворотное зелье. Точнее, я собиралась его выбросить, но Зик по ошибке принял его за алкоголь и сказал, что выбрасывать жалко. Он выпил все до дна. С тех пор он стал вести себя странно...

Сесилия мрачно рассказывала правду, полагая, что все будут ее осуждать за содеянное. Однако, к ее удивлению, внимание всех присутствующих было направлено скорее на Зика.

– Не ожидала, что нижняя часть командира такая бестолковая!

– Ха-ха-ха! Зик, оказывается, тот еще дурак!

– Ал, я поручаю тебе уборку казарм.

– Давайте постараемся, принцесса Шарлотта.

– Почему ты и меня в это втягиваешь?!

«Странно? Похоже, все больше обсуждают то, что Зик глупый...»

– Хм, двадцать дней назад. Значит, даже если ты дала ему выпить любовное зелье, его эффект давно закончился.

Грета только что спокойным тоном произнесла нечто невероятное.

– Что? Мама, что ты только что сказала?

– Я говорю, что, даже если Зик выпил любовное зелье, его эффект уже давно закончился.

Сесилия, находясь в ступоре, уставилась на Грету. А та продолжала мелодично говорить:

– Это же не из тех зелий, что действуют годами. Даже зелье, которое я с таким трудом готовила для твоего папочки, держалось всего около трех дней.

– Т-трех дней?..

– Именно. Я планировала забавляться всего три дня, но он заявил, что всегда любил меня, и предложил выйти за него замуж, и я растерялась. Хи-хи, теперь я тоже без ума от него.

– Ах, как романтично! – Шарлотта слегка покраснела.

Сесилия была полностью сбита с толку. Она не могла радоваться, хоть и услышала впервые историю знакомства родителей.

«Ч-что происходит?..»

Если слова Греты правдивы, то эффект приворотного зелья, созданного Сесилией, должен был давно закончиться. Она невольно перевела взгляд на Зика, который с глупым видом стоял позади Греты. Когда их глаза встретились, он слегка улыбнулся, наклонив голову, будто мягко спрашивая, хочет ли она что-то сказать.

«Ах!»

Прежде чем ее мысли полностью окрасились в розовый цвет, Сесилия поспешно перевела взгляд на Грету.

Очевидно, что эффект от зелья еще не пропал. Иначе и быть не может. Как по-другому объяснить поведение Зика, который раньше был таким серьезным и строгим, а теперь совершенно не скрывал своих чувств к ней?

– Кстати, ты приготовила зелье точно по моему рецепту?

– Конечно, – с гордостью кивнула Сесилия, но потом вдруг вспомнила. – Хотя, если подумать, вместо лягушачьей крови и хвоста ящерицы я, кажется, использовала что-то другое...

– Что именно?

– Хм-м. – Она попыталась вспомнить неясные детали. – Кажется, помидоры, которые я выращивала на грядке, и лопух...

Грета молча улыбалась.

– Из этого никак не могло получиться любовное зелье, – резонно возразила она.

– Н-не могло?! – Сесилия задрожала.

Тогда она так радовалась, что получилось приготовить зелье, но кто бы мог подумать, что помидоры и лопух не подойдут. Хотелось бы, чтобы это было указано в рецепте в самом начале.

– Эта девочка такая глупенькая, совсем как ее папочка... но именно это и делает ее такой милой. Как и ожидалось от моей дочери.

Грета погладила Сесилию по голове. От этого знакомого ощущения она почувствовала себя немного счастливее.

– Сесилия, раз уж на то пошло, не могла бы ты перечислить все ингредиенты, которые ты использовала для смеси? Если помнишь.

– Л-ладно. Хорошо. Ну, это...

Кивнув, Сесилия попыталась вспомнить, а потом прошептала что-то на ухо Грете.

– Что? Ты смешала такое? Какая жестокость!..

Выражение недовольства на лице Греты и неоднозначный взгляд Зика, который услышал эти слова, заставили Сесилию смутиться, но она все же закончила свое объяснение.

– Вот оно что... Теперь я наконец поняла.

– Госпожа Грета, в итоге что же Сесилия дала выпить Зику? Томатный сок с лопухами? – спросил Альфонс.

Грета посмотрела на Зика. Похоже, он чувствовал себя неловко под ее пристальным взглядом.

– Во-первых, это совсем не приворотное зелье. То, что приготовила Сесилия, это... – Грета соблазнительно приложила указательный палец к подбородку и объявила: – Это зелье, заставляющее человека быть невероятно честным с тем, кто дал его выпить.

– Что?..

– Другими словами, сыворотка правды. Я читала, что раньше ее часто давали преступникам. Но у него был такой ужасный вкус, что из-за него возникало расстройство желудка. В итоге рецепт признали запретным и засекретили...

Все присутствующие с округлившимися глазами уставились на Грету. Только Зик кивал, словно говоря «да, так и было».

Некоторое время Сесилия была в шоке, но, собравшись с силами, спросила Грету:

– Н-но это странно, мама. Я почти не знала Зика до этого, но, как только он выпил зелье, он начал повторять, что я милая, и попросил встречаться с ним! Разве это не значит, что приворотное зелье действовало?

Сыворотка правды не заставила бы его ухаживать за ней или предлагать встречаться.

– Может быть, Зик уже был влюблен в Сесилию к тому времени?

«Что-о-о?»

Сесилия вспомнила прежнее поведение Зика, которое теперь вызывало некоторую ностальгию. Грубоватый и резкий, но искренний характер. Печальное выражение лица, когда он говорил, что его боятся девушки.

– Нет, это было не так...

Хотя у Сесилии не было плохого впечатления о нем, Зик, которого она встретила тогда, был неотесанным, и не похоже было, что он как-то по-особенному к ней относился.

– Спроси сама, он ведь тоже здесь. Ну что, Зик, что ты чувствовал, когда встретил ее тогда?

Зик некоторое время молчал. Но похоже, он не злился на Сесилию за то, что она дала ему выпить нечто странное. Его карие глаза уже давно были устремлены на нее.

Хотя они уже не обнимались, Шарлотта покраснела, глядя, как эти двое пристально смотрят друг на друга, стоя совсем рядом. Она нервно ожидала, когда же они поцелуются, но вместо поцелуя последовало признание:

– С первого дня нашей встречи я считал ее милой.

Сесилия от удивления открыла рот. Зик замолчал, и, уловив неловкую паузу, Альфонс поднял руку.

– Это правда. Я могу подтвердить.

Получив вопросительный взгляд, Альфонс почесал щеку и произнес:

– На самом деле, на следующий день после того, как вы встретились в лавке, у нас с Зиком был разговор в столовой.

И Альфонс начал рассказывать. Это была история, которую Сесилия знала... но знала только частично.

В углу пустой столовой

– Будь осторожен, Зик. Говорят, ведьмы способны управлять человеческим разумом с помощью своих зелий. Даже ты, каким бы сильным ни был, не устоишь, если тебя околдуют.

Так Альфонс предостерегал Зика, который помог девушке-ведьме.

Зик – третий сын в купеческой семье, купившей дворянский титул за деньги, а Альфонс – третий сын из уважаемого графского рода. Хоть оба и были третьими сыновьями, их социальное положение было совершенно разным.

Альфонс, с его привлекательной внешностью, никогда не испытывал недостатка в романах с женщинами. В Орден Небесных Рыцарей его порекомендовал отец, уставший от постоянных проблем с сыном, который, несмотря на талант, был известен как несерьезный молодой человек. Отец надеялся, что вступление в, как говорили, суровый рыцарский орден изменит характер его проблемного третьего сына.

С самого начала Зик, зарекомендовавший себя как лучший из новобранцев, и Альфонс, который мучился от исключительно мужского коллектива, были как кошка с собакой. Каждая встреча превращалась в спор, они постоянно ссорились до такой степени, что окружающие чувствовали себя измотанными от их конфликтов.

Отношения начали меняться, когда за долгие годы они узнали, что Зик гораздо строже к себе, чем к другим, а Альфонс, несмотря на свою легкомысленность, обладает острым чутьем.

Неприятный парень превратился в достойного соперника, затем в близкого друга, а теперь они могли прикрыть друг другу спину.

Сейчас они достигли позиций командира и заместителя командира прославленного Ордена Небесных Рыцарей.

«Не допущу, чтобы такой, как Зик, был очарован какой-то ведьмой».

Альфонс загорелся желанием защитить наивного друга.

– Да, буду иметь в виду, – ответил Зик спокойно, и Альфонс облегченно вздохнул.

Однако он рано обрадовался.

– Впрочем, даже без магического влияния я уже очарован ею.

– Хм?

Может, он ослышался? Альфонс с улыбкой наклонил голову.

– Ха-ха-ха, у меня, похоже, слух ухудшился. Я не расслышал, что ты сказал.

– Я говорю, что даже без всякого магического влияния я уже очарован ею.

– Что? Серьезно? Это правда?

– У меня нет причин лгать.

После такого уверенного заявления мысли Альфонса совсем запутались.

– Нет, но... В это трудно поверить. Чтобы Зик Штайн был очарован девушкой...

– Ага. Только меня обычно отталкивают.

Зик был хорошим человеком. Стоило ему услышать, что не хватает патрульных, например как вчера, он сразу же отправлялся в город и работал, не показывая ни капли усталости.

Но такая доброта и чувство справедливости печально контрастировали с его внешностью.

Старушка с тяжелой ношей с криком убегала, как только Зик подавал ей руку, предлагая взять сумку. Даже матери с младенцами начинали плакать, а потерявшиеся дети в страхе ползли за помощью к городской страже.

Из-за этого Альфонс часто подшучивал над Зиком, но в глубине души его это сильно раздражало. Никто не пытался заглянуть в душу Зика. Никто не стремился узнать его внутренний мир, все судили о нем поверхностно.

А Зик с легкой улыбкой на губах сказал:

– Она не испугалась меня.

– Правда?

– После того как я ей помог, она последовала за мной до выхода из магазина... а потом вдруг расплакалась.

– Это точно не испуг? – осторожно уточнил Альфонс, но Зик покачал головой.

– Сначала я тоже так подумал. Но, наверное, это не так. Она, скорее всего, чувствовала облегчение. Я увидел ее слезы, кажется, она так успокаивалась... И хоть мне стыдно, но я немного обрадовался.

– Хм...

Не осознавая, что делает, Альфонс наклонился вперед и спросил:

– И из-за этого ты влюбился?

– ...Похоже на то. Сам понимаю, что это просто, но... Разве любовь не должна быть такой? – Он пожал плечами.

Альфонсу, к слову, тоже нравилась одна девушка. Но он никак не мог найти к ней подход и мучился от этого. Странно, ведь с другими девушками он никогда не испытывал напряжения.

«Зик впервые влюбился».

Он всегда был искренним и серьезным парнем, поэтому наверняка и в любви будет выкладываться на все сто – возможно, он будет даже чересчур страстным. В таком случае все, что мог сделать Альфонс, – поддерживать его, не вмешиваться лишний раз и... иногда подшучивать над ним.

– Вот как, теперь понятно. Именно поэтому командир Святого Ордена Небесных Рыцарей сегодня снова отправился в город – чтобы встретиться с возлюбленной.

– Заткнись.

Зик фыркнул и поднял стакан с холодной водой.

– ...Ну, примерно так все и было. Ха-ха-ха, когда рассказываешь об этом сейчас, становится немного неловко.

Сесилия, слушая объяснения весело смеющегося Альфонса, была ошеломлена.

«Неужели после тех слов был такой разговор...»

Тогда Сесилия была шокирована и растеряна, поэтому эти слова совсем не отложились в памяти. Молчавший до этого Зик заговорил тихим голосом:

– В тот день мне не удалось встретиться с ней, но на следующий я случайно снова наткнулся на нее, а когда она пригласила меня пообедать, мое сердце просто запрыгало от счастья. Я был так взволнован, что, наверное, выглядел нелепо... А когда услышал, что она принесла мне подарок, не смог сдержать радости. Поэтому, несмотря на ее возражения, я выпил все содержимое.

То, что его сердце «запрыгало» и он «был взволнован», – новость для нее, но остальное произошло именно так, как помнила Сесилия.

На этом Зик прервал свое объяснение и бросил на нее взгляд.

– Но после того, как выпил эту красную жидкость, я будто прозрел

– Что?..

– Зелье честности, которое ты приготовила. После того как я его выпил, я почувствовал, как странно легко становится на душе. Когда я думал, что Сесилия милая, это слово само слетало с моих губ... Возможность просто выражать свои истинные чувства действительно радовала меня.

Кто бы мог подумать, что, пока Сесилия мучилась от чувства вины, Зик думал о произошедшем именно так.

– Хм. Но разве можно стать настолько искренним, чтобы говорить такие сладкие слова одно за другим?

– Вот именно. Это же не нижняя часть Альфонса.

– Принцесса Шарлотта права. Это же не моя нижняя часть.

Альфонс, согласившийся с принцессой на волне энтузиазма, не заметил, как женская часть группы от него отшатнулась.

– В конце концов, откуда взялся весь этот богатый словарный запас для восхваления Сесилии? – спросил он.

– Заместитель командира, у меня есть предположение на этот счет, – ответил Сирил.

– Какое?

Сирил сверкнул очками и достал из кармана книгу.

– Это роман о любви, который я написал. «Принц, сам того не зная, без памяти влюблен».

– Что? Не может быть, вы автор Сири Лу?! – Шарлотта едва не вскрикнула от удивления.

– Да. Я Сири Лу.

– Я... я всегда читаю ваши произведения! Я ваша поклонница!

Глаза принцессы засияли, а Сирил, он же Сири Лу, смущенно поклонился в благодарность.

– Дело в том, что я давал командиру читать свои любовные романы. Слова любви, которые он шепчет Сесилии, немного напоминают реплики, написанные в моих романах!

– Что? Так ты пишешь романтику?

– Так и есть!

– Мастер Сири Лу, можно ли получить ваш автограф?!

– Конечно, ваше высочество. Буду благодарен, если вы также прочитаете мои черновики.

– Прочитаю! Обязательно прочитаю!

Незаметно для себя Шарлотта стала называть Сирила «мастером».

– Эй, Сесилия, давай почитаем вместе. Произведения мастера Сири Лу очень интересные!

– Но... я в основном читала только детские книжки с картинками или сказки...

Сесилия не могла скрыть смущения. Дело в том, что книга, которую держал Сирил, явно отличалась атмосферой от детской литературы, к которой она привыкла.

– Не волнуйся! Это ступенька, через которую проходят все. Так устроена жизнь! – Шарлотта энергично убеждала Сесилию. – К тому же романы – это нечто особенное. Даже я, хотя и побаиваюсь нижних частей тела в реальности, но героев любовных романов совсем не боюсь!

Такая рекомендация могла бы заинтересовать, пожалуй, только саму Шарлотту. Сесилия скромно кивнула.

– Да, наверное... Когда-нибудь, если представится возможность.

– Правда?! – Шарлотта, с ее ограниченным опытом общения, не поняла, что это был вежливый отказ. Она воодушевленно продолжила говорить с Сирилом.

Пока Альфонс наблюдал за этой сценой с каким-то раздражением, к разговору подключилась Грета, и все превратилось в шумный переполох. Сесилию оставили в покое, и она погрузилась в свои мысли.

Оказалось, что зелье, которое выпил Зик, не было приворотным. Он просто говорил Сесилии то, что на самом деле думал. Если так, то...

«Мне можно продолжать любить Зика?»

– Да, – ответил он.

Она не ожидала ответа, но он услышал ее еле слышный шепот. Зик взял Сесилию за руку.

– Не могла бы ты сказать это еще раз?

Она почувствовала, как напряжение покидает ее. Сесилия подняла взгляд на стоящего рядом мужчину и кивнула. Наконец она произнесла слова, которые никак не могла сказать до этого момента, хотя слышала их от него много раз.

– Знаешь... Я люблю тебя, Зик, – произнесла она со слезами на глазах, и улыбка коснулась его тонких губ.

– А я тебя, Сесилия.

Их первый поцелуй был настолько нежным и теплым, что сердце готово было растаять.

Эпилог

Правда о приворотном зелье. Закулисье

Спустя несколько часов Сесилия находилась в одной из комнат Снежного дворца. Дело в том, что орден только вернулся с Северного хребта. Во-первых, им нужно было доложить королю о выполнении задания, а во-вторых, у всех накопилась усталость от сражений с монстрами, перелетов и ночевок в лагере. Им требовалось время для отдыха, а не для разговоров.

Зик, закончив с докладом, сказал, что пойдет принимать ванну, и сейчас находился в купальне. Сесилия с нетерпением ждала его возвращения.

«Он говорил, что хочет поговорить наедине, но...»

Теперь для нее каждая минута, каждая секунда без Зика казалась вечностью. Наконец в тишине раздался стук в дверь.

– Извини за такой вид, – сказал появившийся в дверях Зик.

– Н-нет, все в порядке. – Сесилия помахала руками, но сердце бешено колотилось.

Волосы, которые он не до конца вытер полотенцем, были еще влажными. Возможно из-за горячей ванны, его щеки покраснели. Наверное, ему было жарко – белая рубашка была расстегнута. Обычно скрытые одеждой ключицы, грудная клетка и мышцы предстали перед ее взором, отчего у нее закружилась голова.

«Какой же он красивый...»

Зик улыбнулся покрасневшей Сесилии и закрыл дверь за собой. Он сел на кровать, а Сесилия устроилась чуть поодаль от него.

Некоторое время они молчали. За это время она несколько раз украдкой бросала на него взгляд. Точнее – на его тонкие губы.

«Я... я поцеловалась с Зиком...»

В конце каждой сказки принцесса и принц обязательно целуются и становятся счастливыми. Такое правило. Этот нежный поцелуй, будто сошедший со страниц сказки, отозвался сладкой дрожью в груди. Она даже готова была похвалить себя за то, что не упала в обморок прямо там.

Хотя их чувства нашли отклик друг в друге, она все еще не знала, о чем Зик хотел поговорить.

Пока Сесилия нервничала, Зик тихим голосом начал:

– Сесилия, ты ведь хотела дать мне приворотное зелье?

– !

Скорее это было не зелье, а томатно-лопуховый сок (с мелко нарезанной веревкой), но факт – она пыталась заставить Зика выпить это.

– Прости меня, Зик.

Сесилия склонила голову перед ним. На самом деле ей следовало извиниться перед Зиком гораздо раньше – не перед Норой, не перед кем-то еще, а именно перед ним.

«Даже если то, что он выпил, не было приворотным зельем... моя вина от этого меньше не становится».

– Сесилия, подними голову. Я не собираюсь тебя упрекать... Я считаю, что ты удивительная.

– Я... удивительная? – Она подняла голову и в недоумении наклонила ее.

Когда Сесилия жестом попросила его продолжить и объяснить, что он имеет в виду, Зик положил руки на колени.

– Понимаешь, ты набралась смелости и пригласила меня поесть, потому что хотела дать мне зелье. Но я другой. Хотя я и надеялся увидеть тебя снова, я даже не думал о том, чтобы пригласить тебя куда-нибудь.

– ...

– Наши нынешние отношения существуют только благодаря тебе. Если бы я не выпил зелье откровенности, я бы никогда не смог выразить свои чувства. Думаю, я бы просто спрятал глубоко в сердце мысли о том, какая ты милая, что ты мне нравишься.

Впервые Зик раскрывал то, что было у него на душе. Сколько мужества ему пришлось собрать, чтобы произнести это откровенное признание? Тронутая его словами, Сесилия осторожно положила свою руку на руку Зика, лежавшую на его колене. Возможно из-за недавнего купания, его рука была горячая.

– Я... я тоже такая же, – сказала она.

– Сесилия?

– Возможно, ты рассердишься на меня за такие слова, но... если бы ты в тот день ничего не сказал, думаю, я бы тоже не решилась.

Зик мягко улыбнулся:

– Значит, то зелье было чем-то необходимым для нас обоих.

Он крепко сжал ее руку.

– Но все же мне жаль. Что я за мужчина, который не может честно высказать свои мысли без помощи зелья.

– Не говори так...

– Мне становится страшно при мысли, что действие зелья может закончиться... Я ведь тебе разонравлюсь, если буду немногословным?

Когда закончится эффект зелья, по-прежнему оставалось загадкой. Завтра? Послезавтра? Или оно прекратит действовать через несколько секунд?

Она мягко покачала головой:

– Слова, которые ты мне говорил все это время, стали для меня настоящим сокровищем. Но дело не только в этом. Мне нравится добрый Зик.

Конечно, с момента их встречи до сегодняшнего дня пылкие слова и действия Зика заставляли сердце Сесилии учащенно биться и приводили ее в смятение. Но не только из-за этого она полюбила его. Даже если с этого момента Зик утратит свое красноречие, она не возражала. Если он время от времени будет говорить лишь «милая» и «люблю», она сможет собирать их, словно букет цветов, и бережно хранить.

– Если ты перестанешь быть разговорчивым, я буду говорить за нас обоих. Буду говорить «доброе утро», «я люблю тебя» и «спокойной ночи». Буду говорить каждый день много раз. Поэтому я не хочу, чтобы ты винил себя. То, что тебе сложно выражать свои чувства словами, не твоя вина – не ненавидь себя за это.

В карих глазах Зика появились слезы.

– Сесили...

Внезапно со стороны окна раздалось оглушительное БА-А-АМ!

– А-а-а-а-а-а?! – Сесилия закричала и инстинктивно прильнула к Зику.

Казалось, птица врезалась в окно, полностью разрушив романтическую атмосферу.

– Ч-что это?

До испуганной Сесилии донесся женский голос из-за окна:

– Сесилия! Прости, что прекрасная женщина прерывает разговор влюбленных!

– Мама?!

Это оказалась не кто иная, как Грета. Соблазнительный силуэт, видневшийся сквозь занавески, начал быстро говорить:

– Я вспомнила, что забыла сказать тебе кое-что важное. Насчет того «зелья, делающего выпившего невероятно откровенным», которое ты приготовила... думаю, его действие закончилось примерно через полдня после приема!

– Что?!

– Поскольку изначально это лекарство для получения признаний, это естественно. Ну что ж, мне пора, наслаждайтесь.

Силуэт Греты начал удаляться. А ведь они находились на втором этаже...

Оставшись вдвоем, влюбленные долго смотрели друг на друга. Сесилия была ошеломлена, а Зик почему-то выглядел довольным. Наконец в этой странной атмосфере Сесилия выставила руки перед собой и начала говорить:

– П-подожди минутку. Ты хочешь сказать, что на следующий день после нашего обеда ты уже был просто обычным Зиком? Без влияния не только приворотного зелья, но и сыворотки правды?

– Если подумать, возможно, так и было. Правда в том, что благодаря зелью откровенности я начал выражать свои мысли прямо.

«Значит, все слова Зика до сих пор были...»

Казалось, перед ней открывалась какая-то невероятная истина. Пока она размышляла, Зик взял Сесилию за руку и поцеловал в чувствительную ладонь. Сесилия невольно издала тихий стон, и ее плечи дернулись.

Взглядом она умоляла Зика остановиться, но его горячие губы скользили по ее ладони, оставляя поцелуи у основания каждого пальца. Казалось, он не успокоится, пока не выразит свою любовь к каждой частичке Сесилии. От страстных ласк девушка прерывисто задышала.

– Н-нет, Зик.

– Почему?

– Я... я выросла на детских книжках. Я... я не знаю ничего, кроме обычных поцелуев!

Романтичный и невинный поцелуй – вот что было вершиной счастья для Сесилии. Но когда Зик прикасался к ней, ее тело покрывалось мурашками. Ничего подобного в детских книжках не было.

– Я тоже не знаю... но хочу узнавать все вместе с тобой, Сесилия.

– Д-даже если ты так говоришь... ах!

Зик погладил ее щеку. По спине Сесилии пробежали мурашки, и она издала стон. Было страшно, и ей хотелось убежать, но все ее тело будто онемело, и она не могла двигаться.

Зик погладил ее льняные волосы. Сесилия застыла, словно очарованная, – казалось, все ее нервные окончания сосредоточились в тех местах, где он касался ее.

– М-мне нужно... с-создать...

– Создать? Что именно?

В отчаянии Сесилия воскликнула:

– Зелье, которое делает слишком напористых мужчин более сдержанными!

Зик на мгновение опешил, но затем начал тихо смеяться:

– Даже если ты заставишь меня выпить такое, оно наверняка не подействует.

– П-почему это?!

Зик наклонился к уху возмущенной Сесилии и прошептал низким, хриплым голосом:

– Я же сказал тебе в самом начале. Моя страсть к тебе будет только расти.

– !..

Лицо Зика все приближалось, словно призывая ее смириться. В этот момент Сесилия поняла одну вещь.

Несмотря на то что ей рассказывала Грета, никакие зелья им больше точно не нужны.

Дополнительная глава

Утопая в сладкой любви

– Ох!.. Невероятно, просто невероятно! – восклицала восторженно Шарлотта.

Они находились в складском помещении казарм. Сесилия и Шарлотта впервые пришли в гости по приглашению Сирила, который, как выяснилось, работал писателем под псевдонимом, скрывая свой пол и происхождение.

Сесилия лишь с любопытством осматривалась вокруг, а вот миниатюрная Шарлотта радостно бегала по всему складу. Причиной ее восторга были полки, плотно заставленные стопками рукописных листов. Узнав, что все это черновики любовных романов, написанных Сирилом, Шарлотта, давняя поклонница его творчества, просто не могла сдержать эмоций.

– Сирил... писатель Сири-Лу действительно настолько великолепен? – спросила Сесилия.

– Конечно же! – Шарлотта энергично кивнула в ответ на ее наивный вопрос. – Захватывающие названия, очаровательные персонажи, увлекательные события и трепетные любовные драмы... В произведениях Сири-Лу каждый элемент заставляет сердце биться чаще!

– Спасибо вам.

Сирил смущенно почесал затылок, получив такую щедрую похвалу. Когда самый молодой рыцарь ордена улыбался вот так, он выглядел совсем как ребенок.

«И все же какое невероятное количество рукописей!»

Сирил говорил, что пишет понемногу между рыцарскими обязанностями, но объем работы был поистине колоссальным. Сесилия не могла даже представить, сколько времени требовалось, чтобы написать все это.

– Мастер, можно мне немного почитать? – спросила Шарлотта.

– Да, конечно, – ответил Сирил.

Сесилия наблюдала издалека за поглощенной рассказами Шарлоттой. Та с блеском в глазах подозвала ее.

– Эй, Сесилия, иди сюда! Это просто потрясающе!

– И-иду.

Сесилия послушно подошла.

– Похоже, это набросок моего любимого произведения «Тайная любовь ее высочества принцессы»! Черновик культовой работы мастера Сири Лу! Если бы это куда-то просочилось, среди поклонников начался бы настоящий хаос!..

– В-вот как...

Не совсем понимая причину воодушевления, Сесилия начала листать переданные ей записи.

Однако тут же резко их захлопнула.

– К-к-как пóшло!

Перед ней открылся неизвестный ранее сладостный и откровенный мир.

– А? Правда? Где?

Шарлотта заглянула через плечо Сесилии.

– Н-но, госпожа Шарлотта. Этот рыцарь во время п-п-поцелуя использует я-язык...

– Это обычное дело, Сесилия.

– Что?! Н-но то, что он касается ее платья во время разговора, – это ведь...

– Это обычное дело, Сесилия.

– А э-это?! Повалить девушку на к-кровать – это же неподобающе для джентльмена...

– И это тоже обычное дело, Сесилия. Не волнуйся. Если почитаешь, то сама поймешь, в чем прелесть. Я гарантирую!

– Нет. Я не могу читать такие непристойные произведения!

– Какие еще непристойные! Ничего подобного! – Шарлотта активно возражала Сесилии, у которой от смущения закружилась голова. – Произведения мастера не просто откровенные, их главная ценность – в тонком описании психологии героев! Когда читаешь о чувствах двух людей, притягивающихся друг к другу, сердце замирает! А сцены, где рыцарь понимает, что не должен любить принцессу, но не может сдержаться и стремится к отношениям более интимным, чем просто поцелуй, – они настолько великолепны, что хочется кричать от восторга!

В конечном счете все сводилось к пошлостям. До сих пор Сесилия читала только легкие и веселые сказки со счастливым концом, поэтому для нее это было слишком сильным потрясением. Когда она чуть не упала в обморок, кто-то подхватил ее сзади. Обернувшись, слишком слабая даже для того, чтобы поблагодарить, она увидела Зика.

– Ты в порядке?

– ...Да, как-то справляюсь.

С облегчением Сесилия прислонилась к нему. Должно быть, он смог на время отлучиться от дел.

Шарлотта, все еще охваченная восторгом, не заметила появления командира рыцарей и продолжала энергично беседовать с Сирилом:

– А что вдохновило вас начать писать любовные романы, мастер Сири Лу?

– Что вдохновило? Хм... Наверное, повлияло то, что я часто брал почитать романы у старшей сестры.

Похоже, Сирил с сестрой разделяли страсть к чтению.

– Волшебный мир, далекий от реальности, где происходят сказочные, невероятные, чудесные истории о любви... Это воодушевляет, не так ли?

Может быть, с ним произошло что-то неприятное? Сесилия немного обеспокоилась, но Сирил, рассказывая с мечтательным взглядом, выглядел невероятно счастливым. Шарлотта энергично кивала в знак согласия и с восхищением смотрела на него.

– Мастер Сирил, если вы не против, я хотела бы в будущем поддерживать вас как спонсор.

– Правда?!

– Да. Сохранение и передача выдающихся произведений искусства следующим поколениям – тоже обязанность членов королевской семьи.

Это был первый раз, когда Сесилия видела Шарлотту настолько серьезной.

– И еще, можно ли мне взять с собой несколько понравившихся историй? Обещаю быть осторожной, ни за что не потеряю и не испачкаю.

– Конечно-конечно! Буду рад, если вы потом поделитесь своими впечатлениями.

– Разумеется! Если вам будет интересно мнение такой, как я, то с радостью выскажу его! – Шарлотта с энтузиазмом закивала.

– Тогда давайте сразу обсудим детали контракта!..

– Хорошо!

Похоже, разговор предстоял серьезный, и они вместе, дружески беседуя, вышли со склада.

Сесилия рассеянно проводила их взглядом, а затем, опомнившись, отстранилась от Зика. Она вдруг осознала, что они остались вдвоем в тесном помещении.

– В-все же какое невероятное количество записей. Я поражена, – сказала она.

– Согласен. И что интересно, все истории действительно захватывающие. Даже с мужской точки зрения они весьма увлекательны.

Оказалось, что Зик был поклонником работ Сирила еще до первых публикаций и именно он дал разрешение на специальную аренду этого склада. Его можно назвать первым фанатом.

«На действия Зика явно повлияли произведения Сирила».

На первый взгляд он производил впечатление немногословного и простого человека, но, используя знания, полученные из этих книг, он с невероятной нежностью заботился о Сесилии. Дело было не только в его внимательных поступках – даже слова, которые Зик произносил, были ей особенно дороги.

Однако, судя по недавно просмотренному черновику, в романах, которые писал Сирил, довольно много откровенных сцен. Стоит только немного зазеваться – и тут же поцелуй; если на ком-то одежда – ее снимают; если есть кровать – укладывают. Если все это считается нормой, то Зик, напротив, ведет себя чрезвычайно благородно.

Недавно Сесилия оказалась наедине с Зиком в закрытой комнате после того, как тот вышел из ванны. Они оба сидели на кровати, и, хотя атмосфера была довольно интимной, Зик не позволил себе ничего лишнего.

«Зик действительно очень добрый».

От понимания того, как бережно он с ней обращается, у Сесилии теплело на сердце.

Заметив, что она задумчиво смотрит на него, Зик слегка наклонил голову.

– Что-то случилось? – спросил он.

– Н-нет. Ничего такого. – Она не решилась прямо сказать, о чем думает, и лишь смущенно улыбнулась. – Кстати, слушай, Зик... Есть ли здесь история, которая тронула твое сердце? Если это твоя рекомендация, я бы хотела почитать.

– Мой вкус может отличаться от твоего, но... – предупредил он и, наклонившись, начал искать среди книг на полке. – Вот, думаю, эта хорошая.

– Дай-ка посмотреть...

Сесилия заглянула ему через плечо и застыла. Она увидела заголовок, написанный на первой странице. «Хочу поцеловаться! Ведьма жаждет сладкого поцелуя хладнокровного рыцаря». Сесилия едва сдержалась, чтобы не воскликнуть: «Что?!» Как бы сказать... Эта история подозрительно сильно напоминала их ситуацию.

«Нет-нет-нет, глупости!»

Судя по выражению лица Зика, у него не было никаких скрытых мотивов. Он, скорее всего, просто серьезно отнесся к просьбе Сесилии и предложил историю, которая ему нравилась.

«Но все же... может быть... я немного... хочу ее прочитать...»

– Хм... о чем эта книга? – спросила она, стараясь казаться спокойной.

– Это история о настойчивой ведьме, которая изо всех сил пытается соблазнить холодного рыцаря и добиться его поцелуя, – быстро и четко объяснил Зик.

– О-о... звучит и-интересно. – Она попыталась улыбнуться.

Хотя детали отличались, история о ведьме и рыцаре неизбежно заставляла проводить параллели с их собственной ситуацией. Это казалось немного самонадеянным и смущающим, но...

– Впрочем, там еще ничего не написано, – сказал Зик.

– ...Что?

Она бегло просмотрела листы. На страницах не было ни слова. Присмотревшись внимательнее, Сесилия заметила, что почерк, которым был написан заголовок «Хочу поцеловаться!», отличался от почерка в других черновиках. Эту историю написал не Сирил. Другими словами... это подделка, которую подготовил Зик...

– Ты... обма... – Слова возмущения Сесилии так и не были закончены.

Она почувствовала тепло его губ.

Уронив рукопись на пол, Зик притянул Сесилию за плечи. Этот поцелуй таил в себе такую жадность, что казалось, он хочет раствориться в ней полностью.

– Мм, м-м-м!

Должно быть из-за того, что напряженная Сесилия крепко сжала губы, Зик, приоткрыв один глаз, касался ее губ то с одной, то с другой стороны. После нескольких секунд прикосновений он с трудом отстранился и, тяжело дыша, сказал:

– Прости, что обманул тебя, Сесилия.

– Ф-фух... – Казалось, у Сесилии не просто сбилось дыхание, а как будто она задыхалась.

Зик с сожалением посмотрел на шатающуюся Сесилию и опустил голову.

– Ты такая милая, слишком милая... прости. Я хотел действовать медленнее.

Видимо, вопреки тому, что думала Сесилия, Зик не был таким уж благородным. Он просто сдерживал себя ради нее. Подавлял свои порывы, чтобы случайно не причинить ей боль, потакая своим желаниям. Когда Сесилия осознала это, сердце ее переполнилось нежностью.

«Это... это так прекрасно».

Когда Зик попытался отодвинуться, чтобы сдержать себя, Сесилия без лишних слов притянула его лицо к себе. Зик удивленно распахнул глаза, и Сесилия, покраснев, потребовала:

– ...Е-еще раз.

– А?

– В этот раз... немного помедленнее, пожалуйста. – Это было все, что могла сказать неопытная Сесилия.

– ...Хорошо, моя принцесса.

Рыцарь с улыбкой уступил милому капризу ведьмы.

Этот поцелуй был намного слаще, чем в любой истории, – настолько сладкий, что можно было растаять.

Послесловие

Здравствуйте, меня зовут Харунадон. Искренне благодарю вас за то, что взяли в руки мою книгу «Случайно влюбленный: ведьма, рыцарь и оплошность с приворотным зельем. Моя жизнь, полная чрезмерной любви, начинается с обмана». Поскольку название длинное, буду благодарна, если вы запомните его в сокращенном: «Случайно влюбленный».

Изначально это произведение публиковалось как веб-новелла. Затем я провела масштабную доработку, включая значительные изменения в характерах персонажей и сеттинге, что и привело к созданию этой работы.

К счастью, это не первое мое произведение, но у этой новеллы был, безусловно, самый жесткий график из всех. В невыразимо сжатые сроки я усердно работала над текстом, едва не улетая на небеса – буквально. Несколько раз я теряла сознание. Ни в коем случае не повторяйте мои ошибки.

История начинается с того момента, как Сесилия (ведьма) случайно напоила Зика (элитного рыцаря) приворотным зельем.

Если говорить о зелье, управляющем сердцем человека, то с древних времен существует поверье, что такие средства используют злодеи. В сёдзё-манге их часто применяют соперницы героини, чтобы разрушить отношения между главными героями.

Однако героиня этого произведения, робкая девушка Сесилия, для ведьмы слишком хрупкая и застенчивая. Если вы смогли сопереживать ей и получить удовольствие от чтения, то для меня, как для автора, это наибольшее счастье.

Природное очарование Сесилии все больше проявляется в общении с окружающими людьми, поэтому вполне естественно, что обожание Зика только усиливается.

Наконец, слова благодарности.

Редактор Ф. курировал мои работы, еще когда я работала в другом издательстве. Я очень рада, что мы снова смогли поработать вместе.

Иллюстратор Эда. Когда на меня обрушилось состояние «все, больше не могу», я увидела обложку новеллы от Эды. Именно благодаря ей я смогла собраться с силами и довести дело до конца. Огромное спасибо за то, что нарисовали такого мужественного, красивого Зика и такую милую Сесилию с очаровательной улыбкой.

И наконец, от всего сердца благодарю всех, кто прочитал эту книгу.

Надеюсь снова встретиться с вами на этих страницах.