Name: Магические испытания
Author: Мег Сюэмэй Икс
ISBN: 978-5-04-248806-1

Мег Сюэмэй Икс
Академия полукровок. Магические испытания

«Добро пожаловать в Академию Полусмерти». Так называется моя новая школа, поскольку выживает только половина учеников.

Правило № 1: Не лезь не в своё дело и не связывайся с четырьмя великолепными полубогами, которые правят школой.

Правило № 2: Когда полубоги попытаются тебя убить, ложись...

Жаль, что я никогда не умела соблюдать правила. А когда пробудится моя тёмная сила, я заставлю их пожалеть, что они пытались сделать меня своей...

Meg Xuemei X

Half-Blood Academy 1: Magic Trials

Аннотация

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В АКАДЕМИЮ ПОЛУКРОВОК!

Неофициально мою новую школу называют Академией Полусмертников, потому что в ней выживает только половина учеников. Чтобы преуспеть, нужно следовать паре нехитрых правил.

Правило № 1: Не высовывайся и не связывайся с четырьмя потрясающими полубогами, которые всем здесь заправляют.

Правило № 2: Если полубоги попытаются тебя убить – падай на землю и не оказывай сопротивления.

Меня зовут Мэриголд, и я никогда не умела безоговорочно следовать правилам. Когда пробудится моя темная сила, я заставлю этих высокомерных засранцев пожалеть о том, что пытались меня сломить.

«Магические испытания» – это история о четырех красивых и жестоких полубогах и сильной героине. На страницах этой книги вы найдете захватывающий экшен, пронизанный жаркой страстью.

Персонажи и места

Эпоха Великого слияния – время, когда мир пал и был поделен на две равные части между демонами и четырьмя полубогами.

Аксель – полубог войны, сын бога войны Ареса.

Зак – полубог неба, сын владыки богов Зевса.

Пакстон – полубог морей, сын бога морей Посейдона.

Гектор – полубог смерти, сын бога подземного мира Гадеса.

Люцифер – владыка демонов.

Мэриголд – главная героиня, девушка-охотница, считающая себя обычным человеком и не подозревающая о своем истинном наследии.

Крэк – город, в котором Мэриголд вела тихую, неприметную жизнь до встречи с полубогом войны.

Шимеры – звери-мутанты, обитающие в лесах вокруг Крэка. Покрыты серой шерстью и с острыми клыками, по форме напоминают быка, но размером не превосходят котенка. Способны изрыгать из пасти струю пламени. Очень злобные и опасные.

Джаспер – юноша-перевертыш, друг Мэриголд.

Цирцея – юная ведьма, подруга Мэриголд.

Ви – опекун Мэриголд, которая подобрала ее ребенком на улице и научила охотиться.

Академия Полукровок – расположенное в Нью-Йорке учебное заведение, готовящее элитных воинов для Доминиона богов.

Академия Иных – школа, в которой учатся сверхъестественные существа вроде ведьм и перевертышей.

Испытание Рун Крови – ритуал, проводимый полубогами для отбора в свою армию самых достойных солдат, в чьих жилах течет кровь богов.

Олимпийский зал – богато украшенное помещение в Академии Полукровок, где проводится ритуал Рун Крови.

Святой Теодор – священник, который проводит ритуал Рун Крови с помощью магического кинжала.

Кэмерон – потомок Зевса, лейтенант из Доминиона богов.

Мари – солдат Доминиона.

Елена – потомок Посейдона, новая подруга Мэриголд в Академии Полукровок.

Нэт – дальний потомок бога металла Гефеста, новый друг Мэриголд в Академии Полукровок.

Деметра – потомок богини плодородия Деметры, неофит Академии Полукровок, самопровозглашенный лидер элитной группы.

Джек – неофит Академии Полукровок, дальний потомок Зевса, второй лидер элитной группы.

Ордог, Наберус, капитан – демоны-изгои, рыскающие по Манхэттену в поисках упомянутого в пророчестве оружия, которое надлежит доставить великому мастеру. Что представляет из себя это оружие, они не знают.

Живое пламя – таинственное оружие, способное, как гласит пророчество, преломить ход войны между Адом и Раем.

Пролог

ПОЛУБОГ ВОЙНЫ

Зеленоглазая человеческая девушка, точно дикий зверь, в одиночку сражалась с превосходящей ее по численности злобной бандой. Никогда прежде мне не доводилось встречать никого настолько свирепого.

Но я пришел не за ней. Нашей целью были два сверхъестественных существа из ее команды. Подобным созданиям запрещено свободно разгуливать по территории полубогов. Если они не часть Академии, то подлежат уничтожению.

«Прикончи их», – взмахом руки велел я Кэмерону, лейтенанту из Доминиона Богов. Эти солдаты пережили испытание Рун Крови, потому что в их жилах текла кровь богов.

Когда против сражающихся вышли подручные Кэмерона, стреляя на поражение, уличный бой тут же угас. Дерущиеся отступили. В их глазах отчетливо читался страх перед солдатами Доминиона – у всех, за исключением той человеческой девушки.

Она выступила вперед, заслоняя от Кэмерона и его солдат подростка-перевертыша и несовершеннолетнюю ведьму.

– Мэриголд, это Доминионы. Нам их не одолеть, – прошептал перевертыш, пытаясь оттащить ее назад, чтобы защитить, но она резко вырвалась.

– Черта с два ты их заберешь! – прошипела девушка и, готовясь к драке, сжала кулаки.

В ней все еще бурлил адреналин. Я почувствовал ее страх, который, однако, не шел ни в какое сравнение с яростью.

Кэмерон стиснул зубы. Впервые кто-то из гражданских выказал неповиновение, сопротивляясь аресту или призыву. И уж точно никому и в голову бы не пришло чертыхаться в присутствии солдата Доминиона – это чревато последствиями.

Лейтенант и все его подопечные из кожи вон лезли в стремлении произвести на меня впечатление, ведь им нечасто доводилось отправиться на подобную миссию в компании самого полубога.

– Дорогуша, твоя смазливая мордашка тебе не поможет, – хмыкнул Кэмерон. – Убирайся на хрен с дороги, или...

Девушка атаковала.

Выбросив вперед обутую в сапог ногу, она с силой ударила лейтенанта в грудь и, одновременно наложив на тетиву пять стрел, с молниеносной скоростью выпустила их одну за другой.

Каждый ее выстрел попал точно в цель, но где ей тягаться с хорошо обученными воинами Доминиона, облаченными в броню, которую не пробить человеческим оружием!

Наши силы взяли ее в кольцо.

– Бегите! – крикнула девушка, обращаясь к перевертышу и ведьме, но те встали с ней спиной к спине, готовясь сражаться до конца.

– Веселье окончено, маленькая бестия, – насмешливо объявил я, торопливо появляясь из тени, прежде чем бойцы прикончат троицу.

Воздух вспорола моя сворачивающаяся кольцами сила полубога, почувствовав которую, все вокруг – солдаты, гражданские и члены банды – рухнули на колени прямо посреди улицы, залитой кровью и усыпанной гильзами от пуль, бетонной крошкой и шерстью животных.

Преклонить колени отказалась только одна из присутствующих.

Такое со мной случилось впервые и потому не могло не удивить.

Расставив ноги пошире, девушка уставилась на меня. Ярость пылала в ее глазах, цвет которых был невероятно ярким, зеленее любого леса в любой вселенной, где я когда-либо бывал.

Подобно невидимой молнии, вспыхнуло пламя, ударило в ледяные стены, за которыми таилось мое беспечное, безжалостное сердце полубога.

В то же мгновение я ощутил между ног каменную твердость.

Какого черта?

Мой внутренний зверь зарычал, пробуждаясь наряду с первобытной потребностью обладать. Приложив усилия, я обуздал свои низменные порывы, сдержав желание повалить девчонку на землю и взять ее сзади прямо здесь.

Я гордился тем, что меня нельзя было назвать диким, но сейчас и без зеркала знал, что мои глаза светятся расплавленным золотом, а зрачки обрамляет багровая окантовка.

Моя сила нарастала, высвобождаясь в ответ на брошенный девушкой вызов. Из тела вырвался яростный порыв ветра, который, вращаясь, сметал все на своем пути. Попавшие под удар здания содрогнулись, стекла в них разлетелись вдребезги.

Завопили отброшенные в разные стороны волки, гибриды и люди, включая молодую ведьму и перевертыша, плюхнувшегося на колени за спиной человеческой девушки.

А она лишь покачнулась, но тут же восстановила равновесие.

«На колени», – мысленно приказал я ей.

Ее волосы цвета лаванды растрепались, взлохмаченные витавшей в воздухе электрической силой, а на милом маленьком носике выступили бисеринки пота. В ее глазах плескался страх пополам с яростью, но она упорно продолжала противостоять моей силе.

Наконец ее ноги подкосились, выдавая слабую человеческую природу. Я все ждал, когда же она наконец падет ниц, чтобы, подобно прочим, выказать мне уважение.

Насмешливая улыбка в уголках моих губ исчезла, когда девушка расправила плечи и выпрямилась.

Ни один человек или сверхъестественное существо не могли сопротивляться моему внушению, за исключением первозданных олимпийских богов и Люцифера. Даже другим полубогам приходилось облачаться в доспехи, чтобы защититься от моей силы.

Но эта человеческая девушка упрямо стояла на своем.

Более того, она еще и показала мне средний палец.

Со мной такое случилось впервые. Неужели она настолько глупа, чтобы не понимать, что ее непокорность влечет за собой насилие, а затем неминуемую смерть?

Вздохи моих солдат заглушили те же звуки, что издавали члены банды и спутники девушки. Стоило мне рыкнуть, как мгновенно воцарилась тишина.

Все замерли в ожидании, когда я прикончу человеческую нахалку.

Дерзкая девчонка ухмыльнулась, и ее яркая, самая великолепная улыбка на свете пробудила к жизни каждую хищническую клеточку моего тела. По моим венам разлилась волна возбуждения, а ткань брюк болезненно натянулась.

Стиснув зубы, я принудил себя сохранять спокойствие и оставаться на месте, несмотря на сильнейшее желание овладеть этой бестией – и делать это снова, снова и снова.

По счастью, вместо облегающих доспехов на мне был кожаный плащ, длинные полы которого успешно скрывали эрекцию.

Окинув взглядом ее греховно соблазнительное тело, я сосредоточился на глазах девушки, пытаясь разгадать прячущиеся в них тайны, – как человек может противостоять мне, полубогу?

Кто она такая?

Сунув руки в карманы, будто просто прогуливаясь по парку, я двинулся к этому смертельно прекрасному созданию. И хотя я вел себя довольно непринужденно, новая волна стонов со стороны солдат и бандитов свидетельствовала о воздействии моей бурлящей силы.

Когда я подошел ближе, девушка напряглась: костяшки пальцев одной руки, сжимающей древко копья, побелели, а другая, как я предполагал, готовилась выхватить пистолет из внутреннего кармана кожаной куртки, чтобы нацелиться на меня.

Глядя в ее пылающие огнем нефритовые глаза, я безмолвно бросал ей вызов: Ну, попробуй!

Девушка в ответ неотрывно смотрела на меня, и страх в ее взгляде мешался с ненавистью и любопытством. Оказывается, эта чертовка не настолько невосприимчива ко мне и моей силе.

Я сдержал смешок. Редко кому удавалось меня развеселить, несмотря на то что я был самым молодым полубогом на Земле.

И никогда еще я не испытывал столь мощного возбуждения.

Девушка не отступила, наоборот, высоко подняла подбородок и выпятила грудь, чем тут же привлекла внимание к своим упругим прелестям.

Я обошел ее, изучая, словно загнанного в угол дикого котенка, и незнакомка вторила моим движениям, ни разу не открыв спину.

Когда ее раздражение достигло апогея, она сдалась и нарушила молчание.

– Какого хрена тебе надо, полубог? – потребовала она ответа. – И какой ты вообще полубог?

Такое вот отношение. Те, кто вне закона, всегда ненавидят представителей власти.

Все вокруг затаили дыхание, дивясь полному отсутствию у нее инстинкта самосохранения. Будь на ее месте кто-то другой, менее интересный, я бы давно уничтожил обидчика.

Я не потрудился скрыть удивление.

Всем известно, кто я такой. Должно быть, нахалка совсем оторвана от жизни в этом забытом богами городишке. И все же она в курсе, что я полукровка.

Склонив голову набок, я принюхался... и сделал открытие, от которого у меня засияли глаза. Оказывается, она только выдает себя за человека! Но при этом не похожа ни на кого из тех, с кем я сталкивался. Стоя в непосредственной близости к ней, я чувствовал пульсирующую в ее крови мощную силу, которая, однако, была скрыта. Девушка, по всей видимости, сама не знает о ее существовании, иначе сражалась бы с помощью магии, а не примитивными луками и кинжалами.

Но что-то удерживало ее мощь в плену.

Ее запах ударил мне в нос, отчего тело окатили волны жара, слившись воедино в паху. В жилах запылал огненный смерч вожделения. В тот миг я решил, что она будет моей.

Она – головоломка, которую мне предстоит решить.

Дикарка, которую нужно приручить.

Найденное мной сокровище.

Редкая драгоценность, которой я буду обладать и запру в надежно охраняемом хранилище.

Женщина, с которой я проведу много ночей, наслаждаясь ее криками и мольбами подарить желанный экстаз. Я готов назвать ее своей парой.

Между нами пронесся мистический порыв ветра, и девушка широко распахнула свои потрясающе зеленые глаза, словно впервые в жизни увидела заливающий лес яркий солнечный свет. Она также вобрала в себя мой запах. Я с удовлетворением наблюдал за ее реакцией, за тем, как она изумленно приоткрыла мягкие полные губы. Объяви я ей прямо сейчас, что она моя и ее будущее принадлежит мне, она наверняка окажет отчаянное сопротивление.

Девушка пришла в себя быстрее, чем, как мне казалось, свойственно обычным людям. С другой стороны, она совсем не обычная. Даже близко нет.

– Мы законопослушные граждане, мистер. Я не позволю забрать ни одного члена моей команды, – воскликнула незнакомка и, направив острие копья в сторону банды оборотней, с которой сражалась, добавила: – Но я была бы очень рада, если бы ты прикончил вон тех отморозков. Им бы воевать с демонами на границе по приказу твоего Доминиона, а не задирать невинных горожан.

Оборотни тихонько зарычали, но сразу притихли, стоило Кэмерону сурово на них посмотреть.

– Они слишком стары, – объявил лейтенант, кивком указывая на банду, после чего устремил свой жесткий взгляд на девушку. – Зато этот молодой волк и ведьма будут зачислены в Академию. Мы явились за ними, поэтому советую тебе отступить, если не хочешь нажить неприятностей.

После того как девушка оказала мне сопротивление, лейтенант стал вести себя с ней чуть полюбезнее, хотя по-прежнему настороженно.

– Черта с два! – воскликнула та. – Всем известно, что Академия Полукровок на самом деле Академия Полусмертников. После первого ритуала выживает меньше половины, и я не позволю своим ребятам так рисковать.

– Как ты смеешь! – зашипел Кэмерон. – Тебя стоит повесить за одно только это богохульство!

Я поднял руку, чтобы пресечь поток ругательств своего лейтенанта в адрес девушки, и, глядя на нее, приподнял бровь. Было бы интересно посмотреть, как эта вспыльчивая бестия переживет свой первый день в моей Академии.

– Я пощажу твоих друзей при одном условии, – объявил я с обаятельной улыбкой, которая очаровывала абсолютно всех женщин.

Девушка прищурилась, и я почувствовал, как участился ее пульс. Ее реакция провоцировала мою, возбуждая еще сильнее.

Изогнув длинную изящную бровь, она несколько расслабилась, собираясь поторговаться.

– Каково твое условие, полубог? – протянула она.

– Их место займешь ты, Мэриголд, – сказал я.

Глава 1

МЭРИГОЛД

Я продиралась сквозь темный лес со скрюченными деревьями, отбросив скрытность, ставшую теперь ненужной и невозможной.

Джаспер, девятнадцатилетний перевертыш в обличье белого волка, выследил добычу – пару шимер – и погнал в мою сторону.

Хотя все мы предпочитали жареной шимере нежное мясо кролика, приходилось мыслить в долгосрочной перспективе. Численность шимер разрасталась много быстрее, чем любых других зверей-мутантов. Мы с Джаспером и Цирцеей – семнадцатилетней ведьмой – не могли позволить им выйти из леса и заполонить кварталы, где сами обитали последние три года.

Старое, находящееся под защитой чар здание библиотеки служило нашим пристанищем с эпохи Великого слияния, когда мир пал и был поделен между демонами и четырьмя полубогами. От их непрекращающейся войны страдал каждый уголок Земли и ее жители.

Нам повезло оказаться в городишке под названием Крэк, который полчища демонов и армия полубогов Доминиона оставили без внимания, а потом и вовсе позабыли о его существовании, занятые борьбой за более богатые земли. Потому-то мы с Джаспером и Цирцеей здесь и остались. Чтобы выжить, держались вместе.

Ко мне метнулась пара шимер. Покрытые серой шерстью и с острыми клыками, по форме они напоминали быка, но размером не превосходили котенка. Однако своими малыми габаритами они могли одурачить разве что круглых идиотов. На самом деле шимеры были одними из самых злобных тварей в местных дебрях.

Разинув пасти, звери прыгнули на меня с явным намерением полакомиться человечиной. Огонь этих маленьких чудовищ смертоносен в радиусе семи футов, поэтому гнавший их в мою сторону Джаспер предусмотрительно держался на расстоянии.

– Осторожно! – предупредила находящаяся слева от меня Цирцея.

Топча сапогами сухие листья и ветки, моя юная подруга-ведьма двигалась так, чтобы прикрывать мне спину. Обратив внимание на явную ошибку новичка, я поморщилась, но потом проявила снисхождение, ведь она совсем недавно начала охотиться вместе со мной и Джаспером, а до этого долго умоляла разрешить ей, утверждая, что она достаточно взрослая, чтобы присоединиться к нашей охоте, и обещая быть полезной.

– Я всего на два с половиной года младше тебя и на полтора младше Джаспера, – сердито цедила девушка. – И вообще, ты мне не мать! Если хочешь меня защитить, придется подготовить к жизни в этом никчемном мире. Не надо относиться ко мне как к самому слабому звену нашей троицы.

В действительности Цирцея и была самым слабым звеном.

Она, казалось, прочитала мои мысли и вздернула подбородок.

– Может, я не настолько быстрая и сильная, как ты, Мэриголд, но так будет не всегда. – Чтобы подчеркнуть собственную значимость, девушка уперла руку в бедро. – Ты всего лишь человек, а я – ведьма. По сравнению с тобой у меня гораздо больше магии. А когда достигну твоего возраста, стану еще сильнее.

Джаспер стрельнул в нее взглядом. Будучи мирным волком-перевертышем, он терпеть не мог раздоров.

– Будь благодарна за то, что Мэриголд приняла нас, – заявил он.

– Вовсе я не выказываю неуважения! – огрызнулась Цирцея, сверкая глазами.

Эти двое всегда цепляли друг друга, когда им больше не с кем было ругаться. Цирцея, несмотря на любовь ко мне, переживала стадию подросткового бунта. А я, увы, была лишена даже такой роскоши.

– Я просто констатировала факт, – продолжала девушка. – Мэриголд способна принять правду. Она, вообще-то, всегда ратует за честность.

В конце концов я сдалась. Как бы мне ни хотелось оградить ее, мы обитали в опасном мире, и ей необходимо приобрести важнейшие навыки выживания.

Как самая старшая, я возглавляла команду, но, поскольку Джаспер с Цирцеей были сверхъестественными созданиями, скоро их силы превзойдут мои. И когда это случится, наша иерархия безвозвратно изменится. Отступлю ли я, позволив одному из них встать во главе? Стоило лишь подумать об этом, как у меня вскипала кровь.

Отбросив мысли о возможном будущем, я сосредоточилась на охоте.

Цирцею я назначила своей тенью. Ее роль заключалась в том, чтобы сбивать с толку крупных хищников, направляя наш запах в противоположную сторону с помощью немудреных заклинаний.

Сверкнув зазубренными клыками, шимера исторгла из пасти стремительный поток огня.

Похоже, я недооценила скорость этих чудовищ. Хоть мы охотились на них уже некоторое время, шимеры, будучи мутантами, очень быстро менялись и совершенствовались.

Джаспер-волк бросился к нам из-за их спин, предупреждающе рыча.

Я находилась прямо на пути огня тварей и была бы одна, просто отпрыгнула бы в сторону от струи пламени. Но за мной маячила Цирцея. Пригнувшись или отступив, я подставлю ее под удар.

Бросившись назад, я повалила юную ведьму на землю и одновременно выпустила сразу три стрелы, поразив ими глаза шимер.

Эти гады тоже меня недооценили, если решили, что своим парным пламенем зажарят на ужин. Однако нынешняя парочка действовала неплохо и едва не достигла своей цели. Я ощутила жар их огня.

Продолжая прикрывать Цирцею своим телом, я услышала ее судорожные вздохи и, быстро поднявшись на ноги, подала ей руку. Она поспешно встала с земли, а в следующее мгновение подоспел Джаспер.

У нас не было времени упиваться победой, рассматривая поверженных шимер с торчащими из черепов стрелами. Мы с Цирцеей быстро запихнули добычу в рюкзак, пока Джаспер стоял на страже, и собрались покинуть лес, прежде чем чары нашей ведьмы ослабнут и на наш след выйдут более крупные хищники.

Я улыбнулась своим ребятам. Сегодня мы набьем животы мясом одной шимеры, а вторую потом обменяем на буханку хлеба и мешок картошки.

Несмотря на то, что охотиться умели все трое, делали мы это не чаще раза в неделю. Мы были единственной командой в Крэке, которая всегда возвращалась из леса живой и невредимой, и никто из нас не хотел рисковать больше необходимого.

При мысли об ужине у меня заурчало в желудке. Ухмыльнувшись, Цирцея весело ткнула меня локтем в живот, а Джаспер-волк, как бы смеясь, высунул розовый язык.

Внезапно я уловила спиной какое-то колебание воздуха. От дурного предчувствия по позвоночнику пробежал холодок, а в следующее мгновение сковавший кости холод изгнала волна тепла, подобная невидимому огню.

Ощущение было настолько непривычным и пугающим, что на мгновение показалось, будто я обладаю магией.

В ноздри ударил запах дыма, серы и кислоты. Джаспер вопросительно уставился на меня и вдруг напрягся, его светло-янтарные глаза потемнели.

Что-то охотилось за нами.

Я медленно выпрямилась, вглядываясь в темноту. Хоть я и была человеком, ночное зрение у меня много лучше, чем у многих.

Из-за стволов деревьев на меня уставились два красных огонька. В глазах демона клубилась тьма, жаждущая поглотить весь свет и завладеть каждой частичкой души, досуха истощить свою жертву.

Я натужно сглотнула.

До десяти лет я выживала на улицах самостоятельно, а потом Ви взяла меня к себе и научила охотиться. Она накрепко вбила мне в голову, что нужно держаться подальше как от демонов, так и от богов и не подпускать близко ни тех ни других.

Я никогда не оспаривала ее слова. То, о чем предупреждала Ви, было не лишено здравого смысла – даже круглый дурак станет избегать двух главных хищников этой планеты.

Мысли о Ви вызвали острую боль в груди пополам с тоской. Она подарила мне, никому не нужной уличной крысе, дом. А четыре года спустя исчезла, не сказав ни слова, не оставив следов. Я безуспешно разыскивала ее по всему Крэку, даже отважилась обшарить лес.

Постепенно я смирилась с тем, что меня снова бросили. В конце концов, точно так же поступили и мои собственные родители, оставившие меня на улице, когда я была настолько мала, что даже не запомнила их лиц.

От Ви мне досталось здание старой библиотеки. Установленный ею магический заслон не позволял проникать внутрь никому, кроме тех, кого я сама приглашала. Прожив и поохотившись в одиночестве в течение двух лет, я спасла Джаспера и Цирцею от жестокого преступного лорда, заставив его испустить последний вздох, и с тех пор мы с ребятами стали неразлучны.

Отогнав воспоминания о своей опекунше и ноющее чувство утраты, которое она после себя оставила, я уставилась на притаившегося во тьме демона.

У него были длинные темные рога, черные глаза и красные губы. Значит, согласно иерархии, это демон третьего ранга. К высшему, десятому рангу принадлежал сам Люцифер.

Я моргнула, не понимая, откуда у меня вдруг взялись эти знания, ведь я впервые видела демона так близко.

Когда он встретился со мной взглядом, в его обсидиановых глазах промелькнуло изумление. Демон принюхался, и в его сверкающих голодом и томлением радужках закружился темный смерч. Незнакомец в упор уставился на меня, не обращая ни малейшего внимания на Джаспера с Цирцеей, которые при виде него в страхе застыли на месте.

– Медленно отступайте, – прошептала я и, подавая пример, попятилась к дереву.

Цирцея моргнула, словно мои слова помогли ей выйти из транса.

– Мы невидимы. Уттар слоан самиш рота невидимы, – неистово забормотала она заклинание, пытаясь заставить нас слиться с деревьями.

Тот лишь усмехнулся и произнес магическое слово, превратившееся в черный ветер. Оно звучало знакомо, но отдающееся в ушах бешеное сердцебиение заглушало все прочие мысли.

Маскирующие чары Цирцеи, очевидно, не подействовали, поскольку противник продолжал наступать на меня, втягивая ноздрями воздух так, словно тот был наполнен нектаром.

«Стой! – мысленно прошипела я ему. – Демон, остановись!»

Он и в самом деле на мгновение замер, будто смутившись или растерявшись.

Нараспев повторяя слова заклинания, Цирцея призвала свою магию, которая проявилась вокруг нас в виде шаров и звезд. Отмахнувшись от них, демон щелкнул когтями, чтобы продемонстрировать, на что способен он сам.

От него исходила смутно знакомая зловещая мощь, похожая на что-то, некогда терзавшее меня в ночных кошмарах. Он притягивал нас своей темной силой, подобно пауку, намеренному сначала обездвижить жертву, а затем поглотить ее.

Если демон третьего ранга способен на такое, то какие у нас шансы выстоять в бою с полноценным исчадием ада? Меня обуял ужас. Ви не ошибалась, когда предупреждала меня держаться подальше от подручных Люцифера.

Цирцея и Джаспер скользили к демону, как зачарованные. Ухмылка дьявольского создания стала еще шире.

– Что вы двое творите? – крикнула я своим подопечным. Все равно нас раскрыли, к чему теперь таиться? Я ущипнула Цирцею за руку, шлепнула Джаспера по морде. – Бегите! Бегите так, будто у вас задницы горят огнем.

Если демон завладеет хотя бы одним из нас, всем троим придет конец.

Я дернула на себя Цирцею и пнула Джаспера, с немалым облегчением отмечая, что они вроде как пришли в себя. Мы втроем бросились бежать со всех ног, петляя между деревьями.

Демон, посмеиваясь, пустился в погоню, неумолимо сокращая разделяющее нас расстояние.

Джаспер мчался рядом со мной. И вдруг мы оба осознали, что Цирцея отстала. Охваченная ужасом, я обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как исчадие Ада тянет к ее шее лапу с растопыренными когтями.

– Ты не причинишь ей вреда! – в ярости вскричала я и выбросила перед собой руки, невзирая на то, что находилась в десяти ярдах от демона и не обладала магией.

Я действовала инстинктивно, рефлекторно. Мной двигала паника.

Я уже потеряла Ви и не хотела лишиться Цирцеи или Джаспера. Кроме них, у меня никого больше нет.

Вспыхнувшее над демоном темное пламя обрушилось на него, и прежде чем он успел убежать, целиком его поглотило.

Я стиснула зубы. От криков дьявольского создания у меня едва не лопались барабанные перепонки.

– Заткнись и сдохни наконец! – рыкнула я.

Пламя опустилось на землю и прошло сквозь нее, увлекая за собой демона. А может, оно действительно его испепелило.

Но я не заметила на лесной подстилке горстки пепла, хотя на почве виднелся выжженный круг, указывающий на то место, где магическое пламя уничтожило врага.

Я поспешила к ведьме.

– С тобой все в порядке, Цирцея? – спросила я и тут же поморщилась от собственных слов. Ни дать ни взять переполошившаяся мамаша!

Дрожа, она бросилась в мои объятия, и я нежно погладила ее по спине.

– Тише, тише, – приговаривала я. – Теперь ты в безопасности. Мы все в безопасности. Давай-ка выбираться отсюда.

Я бросилась бежать, крепко держа Цирцею за руку, так как у нее подкашивались ноги. Встреча с демоном потрясла ее, и я не могла ее в этом винить, поскольку сама испытывала схожие эмоции.

Джаспер не отставал, охраняя и защищая нас. Его пронзительные волчьи глаза метались из стороны в сторону, а уши оттопырились назад: он прислушивался, не затаилась ли где новая опасность.

Я не позволяла нам сбавить скорость, несмотря на то, что ощущала на языке запах дыма, а легкие горели огнем.

Как только мы пересекли границу леса, оставив деревья позади и оказавшись на территории города, Джаспер обратился. Я знала, что ему не терпится поговорить, потребовать ответы на вопросы о пламени, которое сожгло демона, но была озадачена не меньше его самого.

Секунду назад он был волком, а в следующую стал симпатичным мальчишкой-подростком. Я посмотрела на него с завистью. Как восхитительно, наверное, быть перевертышем!

Обычно чудовища не выходили из леса в дневное время. Может быть, Ви установила заслоны и вдоль границы тоже?

Достав из внешнего кармана рюкзака стопку одежды, Цирцея бросила ее Джасперу. Тот ловко поймал все на лету и в мгновение ока облачился в брюки и старенькую футболку, обтянувшую мускулистую грудь.

Наша ведьма, слишком долго созерцавшая его торс, наконец спохватилась и отвела взгляд. И немудрено: перевертыш привлекал внимание своими темными кудрявыми волосами и темно-карими глазами, да к тому же заразительно смеялся.

Цирцея влюбилась в него два месяца назад, вскоре после своего семнадцатилетия. Я не против, если они сойдутся. Лучшего мужчины для ее защиты и придумать нельзя.

Я вздохнула. Они вырастут, а я постарею.

Цирцея потупила пламенный взор, прежде чем Джаспер заметил. Он же сосредоточенно смотрел мне в лицо, пристально и встревоженно.

Я махнула рукой, показывая, что мне требуется передышка. Остановившись, я наклонилась вперед, уперлась ладонями в колени и замерла в таком положении, с трудом хватая ртом воздух. Цирцея последовала моему примеру. Меня немного утешало то, что, хотя она была моложе, отдувалась куда громче.

Наконец выпрямившись, я ухмыльнулась, глядя на друзей. Мы в очередной раз выжили, все вместе.

– Ребята, не хотите дать пять или обняться? – предложила я.

Я взяла за правило праздновать каждую победу, какой бы маленькой она ни была, потому что верила: в таком случае мы будем и дальше тихонечко красться по окраине жизни, и никому не удастся нас победить.

Цирцея, ошибочно мнившая себя более зрелой, чем я, закатила глаза. Я понимала, что ей хотелось поддерживать перед Джаспером этот образ. Однако рано или поздно мне придется поговорить с ней, ведь зачастую она видела во мне соперницу.

Возможно, такова обычная проблема группы, в которой только один мужчина.

Джаспер уважил меня, ударив своей шершавой ладонью по моей, и мы побежали трусцой по длинной улице в сторону старой заброшенной библиотеки – нашего дома – в нескольких кварталах отсюда.

Обшитая металлическими листами крыша коричневого здания сверкала в лучах осеннего солнца, приветствуя наше возвращение домой. При виде нее я неизменно успокаивалась.

– В этом лесу никогда не было демонов, – начал Джаспер, заходя слева от меня.

– А сегодня мы чуть не стали закуской для одного из них, – подхватила Цирцея, глядя на Джаспера большими глазами. – Ты слышал его смех? Он пробрал меня до костей. Если в Крэк явятся другие исчадия Ада, он перестанет быть для нас безопасной гаванью. И куда нам идти?

От беспокойства у меня скрутило живот.

Мы никогда не задерживались в лесу настолько долго, чтобы какому-нибудь чудовищу вздумалось на нас поохотиться. Каждый играл свою роль: Джаспер выслеживал дичь, я стреляла, а Цирцея с помощью заклинаний маскировала наш запах, чтобы, едва завладев добычей, мы могли быстро покинуть опасную территорию.

Раньше нам не приходилось сталкиваться с осложнениями в лице демонов, поэтому к подобному мы оказались не готовы. В другой раз может и не повезти, если в городе объявится еще одна дьявольская тварь, – возможно, более могущественная, чем наш сегодняшний противник.

Как бы то ни было, возникшее из ниоткуда пламя сожгло демона. Он исчез с криками, словно его утащили обратно в Ад. С другой стороны, Ад поглотил половину поверхности Земли, что было величайшим достижением Люцифера. Каким-то образом ему удалось сломать печать и пересечь границу после многовекового заточения. Поэтому теперь он стремился воссоздать преисподнюю на Земле. Лишь бог войны с четырьмя полубогами еще держались, не желая отказываться от своего господства на другой половине планеты.

– Ты владеешь магией, Мэриголд, – нараспев протянул Джаспер. – Достаточно сильной, чтобы изгнать демона. Хотя все это время считала себя простой смертной.

– Я и есть простая смертная, – возразила я, глядя на свои руки и отчаянно желая, чтобы хоть искорка вспыхнула в доказательство того, что из меня действительно вырвалось пламя, что я могу быть чем-то бо́льшим.

Когда возник огонь, я почувствовала, как сквозь меня пронеслась энергия. Однако это могло быть и плодом моего воображения. Действительно ли я ощутила вкус огня и дыма на языке – или то был раскаленный воздух?

Прямо сейчас на мой зов не откликнулся ни единый уголек.

Я отрицательно покачала головой.

– Откуда во мне взяться огню, способному испепелить демона третьего ранга?

– А как ты узнала класс силы этого демона? – парировал Джаспер.

– Э-э-э... – Я моргнула. – Разве это не всем известно?

– Нам, например, нет, – сказал Джаспер. – На мой взгляд, твоя потребность защитить нас вкупе с интенсивной реакцией на угрозу со стороны демона пробудили твою магию.

– Источником пламени могла быть Цирцея, – нашлась я с ответом, поворачиваясь к своей подруге-ведьме. – Ты чувствовала, что оно исходит от тебя? Ты ведь изучала заклинания пламени.

Прикусив пухлую нижнюю губу, девушка на секунду задумалась и кивнула.

– Возможно. Я и раньше экспериментировала с огнем, но ничего настолько масштабного. Однако столкнувшись с демоном, могла увеличить накал. Я ощутила взрыв энергии в воздухе. Все произошло так быстро, что я не успела отследить свои действия. Мне нужно больше тренироваться, чтобы научиться вызывать огонь по желанию.

Я одобрительно кивнула.

– Ты прирожденная ведьма, Цирцея. Мы можем расчистить двор, чтобы тебе было где упражняться.

Цирцея просияла.

Джаспер бросил на меня скептический взгляд. Его явно не убедили мои слова о том, что это пламя – ведьминский огонь Цирцеи.

– Чего вы, ребята, зациклились? – спросила я, меняя тему. – Идите-ка лучше тушите шимеру. – Джаспер был лучшим поваром среди нас, так что приготовление пищи была его уделом. Я схватила рюкзак. – А я тем временем отнесу вторую тушку на рынок.

– Может, обменом лучше заняться мне? – предложил Джаспер. В его карих глазах отражалось беспокойство.

– Ни за что, – запротестовала я. – Из нас троих я лучший меняла, а ты даже не торгуешься. – Я знала, что он боится, как бы на меня кто-нибудь не напал. Я одарила его насмешливой улыбкой. – Я знаю все короткие пути, да и бегаю чертовски быстро. Никто не захочет со мной связываться.

Джаспер окинул меня оценивающим взглядом.

– Ты яростный боец, и все, у кого имеется хоть капля мозгов, давно поняли, что ты к тому же еще и мстительная.

– Эй, полегче! Речь о моей репутации, – возмутилась я.

– Можешь взять меня с собой, знаешь ли, – предложила Цирцея. – Я прикрою тебе спину.

Она явно хотела увильнуть от необходимости свежевать шимеру.

– Идите домой, дети, – с ухмылкой объявила я, махнув на прощание рукой.

В следующую секунду я напряглась, снова ощутив угрозу. Джаспер зарычал, словно тоже почувствовал надвигающихся хищников.

Цирцея округлила глаза.

– Что, опять? – Она достала из кармана три оставшихся заклинания. – Нам не справиться с новой атакой демонов.

– Бежим! – закричала я, и мы втроем рванули в сторону защищенной заслонами библиотеки.

Еще несколько кварталов и три поворота, и мы окажемся у здания. В нашем жилище хранится целый арсенал оружия.

Боковым зрением я отмечала со всех сторон стремительное движение.

С двух противоположных углов нас перехватила стая из шести оборотней, четверо из которых уже находились в волчьем обличье. В едином порыве наша троица свернула в другом направлении, но оттуда из переулка нам навстречу двигалась банда, состоящая из дюжины вооруженных людей.

В целом Крэк был неплохим местом для жизни, так как был вне зоны влияния демонов и полубогов. Единственным минусом было то, что сюда постоянно перебирались самые отпетые негодяи и сверхъестественные существа-изгои, стремящиеся установить свои порядки.

Обычно сражения разворачивались в центре города, до окраин отваживались добираться очень немногие, зная, что в темном лесу по соседству обитают чудовища – да еще мы втроем занимали заброшенную библиотеку.

Благодаря моей репутации сумасшедшей банды старожилов в основном обходили меня стороной. Но на этот раз, вместо того чтобы оставить в покое, на нас решили напасть.

Мы втроем остановились в центре засады, прижавшись спинами друг к другу. Зарычав, Джаспер сорвал с себя футболку и мгновенно превратился в волка. Цирцея зашипела, дрожащими руками сжимая три оставшихся у нее заклинания.

Улыбнувшись приторно-сладкой улыбкой, я посмотрела сначала на стаю оборотней, которая представляла бо́льшую угрозу, затем поспешно стрельнула взглядом в сторону человеческой банды, члены которой по-прежнему боялись и ненавидели меня.

– Привет, Дэвид! Тебя ведь так зовут, верно? – промурлыкала я, встретившись взглядом с грубоватым на вид вожаком лет тридцати. Возможно, я имею какое-то отношение к тому, что у него отсутствует одно ухо. Судя по тому, как он на меня уставился, можно было не сомневаться, что Дэвид не забыл инцидент и прощать меня в обозримом будущем не собирается. – Ты больше не носишь шляпу, как я погляжу, – продолжила я. – И обзавелся новыми друзьями. Весьма любезно с твоей стороны познакомить нас со своими сверхъестественными приятелями.

Шрам на левой щеке Дэвида дернулся. Быть может, я приложила руку и к его появлению. С другой стороны, он тоже не отличался учтивостью в общении с женщинами. Вот я и оставила ему эту отметину, решив, что нет иных способов убедить его быть немного повежливее.

– Заткнись, сумасшедшая стерва! – зашипел Дэвид и плюнул в меня, но прицелился плохо и попал в своего помощника – как там его зовут, Джейсон? – который был слишком медлителен и не успел увернуться.

Джейсон поморщился и незаметно отступил на полшага, не желая получить вторую порцию слюней от своего неуравновешенного босса.

– Сегодня ты обречена, стерва! – заявил Дэвид.

– Давненько я не слышала слова на букву «с», – сказала я, пытаясь потянуть время, чтобы Джаспер успел восстановиться и набраться сил после превращения, а Цирцея сумела найти подходящее заклинание. Девушка не очень хорошо действовала в состоянии стресса, поэтому мне нужно было сделать так, чтобы нынешняя ситуация не вызывала у нее беспокойства. Кроме того, я продолжала оглядываться по сторонам в попытке найти лазейку, которая позволила бы нам ускользнуть. – Ты что же, забыл, как меня зовут? Кстати, последовал бы моему совету, выбрав себе другое имя. Дэвидами обычно величают милых, кротких мужчин, которые...

– Хватит! – рявкнул альфа оборотней. Как и любой самец-лидер, он не любил, когда другие перетягивали внимание на себя.

Я бросила на него косой взгляд. В человеческом обличье он был довольно грузным и ниже ростом, чем следовало ожидать от вожака стаи. А еще у него были сальные волосы, что мне также категорически не нравилось. Чувак, раз претендуешь на статус лидера, то хотя бы подавай своим приспешникам пример в плане гигиены.

Но если я выскажу это мнение вслух, то на нас тут же нападут.

Альфа наставил на меня толстый указательный палец с желтоватым кончиком.

– Это и есть та мерзкая стерва, о которой ты мне рассказывал, Дэвид?

Я шумно вздохнула. До сих пор я всем улыбалась, причем довольно мило. В том не было сомнений, поскольку я репетировала перед зеркалом. Значит, дело не во мне, а в них.

Неприятно признавать, но альфа не произвел на меня впечатления. Правда, я не могла припомнить ни единого мужчины, которому бы это удалось, за исключением разве что Джаспера.

– Да, альфа Рокко, – с легким поклоном отозвался Дэвид.

Это имя мне тоже не понравилось, но едва ли самцу требовалось мое мнение по этому вопросу.

– Это та самая бешеная стерва, – добавил Дэвид. За время нашего разговора меня так называют четвертый раз. Ну что за напасть! – Гарантирую, что на рынке за нее дадут хорошую цену... после того как твои парни с ней позабавятся.

Мое сердце пропустило удар. Выходит, пока я охотилась и жила своей жизнью, криминальные авторитеты Крэка занялись торговлей людьми?

Я перехватила взгляд Рокко. Он зарычал, когда я не отвела глаз, что напомнило мне об обычае перевертышей. Есть у них такая игра в покорность, согласно которой всем, кто ниже альфы, надлежит опускать взгляд, если только он не намерен бросить вызов своему вожаку.

Я была сыта по горло всем этим дерьмом, особенно сейчас, когда им следовало не приставать к нам, а просто отпустить Джаспера и Цирцею домой готовить шимеру, а мне позволить пойти на рынок раздобыть необходимые товары.

Настроение у меня испортилось, так что нет, я не собиралась ни отворачиваться, ни опускать глаза. Я имею такое же право, как и он, смотреть на кого угодно.

Альфа призвал свою магию, требуя внимания, и все члены банды людей мгновенно уставились в землю. Оборотни в человеческом обличье в знак покорности преклонили колено, а те, кто был в теле волка, легли и опустили головы.

Альфа обладал значительной силой, что заставило меня вспомнить обо всех жизнях, которые он загубил, стремясь занять место на самой вершине.

Даже Джаспер хотел склонить свою лохматую башку, а Цирцея тряслась за моей спиной, находясь под воздействием силы.

Это весьма меня разозлило.

Я отмахнулась от чар оборотня и уставилась на него еще пристальнее, добавив также язвительную улыбку. В глазах оборотня промелькнуло удивление, быстро сменившееся гневом и обещанием наказания.

– Сдавайтесь сейчас же, выродки, – потребовал альфа, – и тогда я оставлю вас в живых, будете шлюхами при моей стае. А вздумаете сопротивляться, мы вас на куски разорвем.

Джаспер зарычал. Я толкнула его бедром в голову, напоминая о необходимости сдерживаться.

Довольный происходящим, Дэвид мерзко захихикал. Решил, что привел с собой бо́льшую силу и наконец-то получил шанс отомстить мне. Очевидно, он считал, что наступил день моей гибели.

– Эй, Рокко, верно? – обратилась я к альфе оборотней. – Как поживаешь? Ты куришь?

– Что? – зарычал он, стараясь не показывать, насколько он смущен моей дерзостью. – Ты тупая или как?

– Я не тупая, просто мне любопытно, – пояснила я. – Если ты не куришь, почему у тебя такие желтые пальцы? И еще, как всякая женщина, я не люблю, когда меня называют шлюхой. Также мне не слишком приятно, что меня сегодня четыре раза обозвали стервой. Короче говоря, ты плохо обращаешься с дамами.

Действуя с молниеносной скоростью, я выхватила из внутреннего кармана своего кожаного пальто пистолет и выстрелила альфе между глаз. Либо так, либо меня утащат и продадут в рабство.

Я не стала дожидаться, чтобы проверить, рухнет он наземь как подкошенный или нет, и, развернувшись лицом к банде людей, выпустила пять пуль подряд. Во время разговора с Дэвидом я мысленно отметила, у кого из его приспешников были при себе пистолеты. Их надлежало ликвидировать в первую очередь.

Дэвид не успел в последний раз назвать меня сумасшедшей стервой, потому что следующим я сразила его.

– Не ожидали такого, придурки? – пробормотала я. – Что ж, я полна сюрпризов.

Я старалась не тратить пули, поскольку они стоили дорого, но мы были в меньшинстве, и я не хотела рисковать жизнями Джаспера и Цирцеи.

Отчаянные времена требуют отчаянных мер.

Сунув пистолет в пристегнутую к бедру кобуру, я вытащила два кинжала и метнула их в оборотней. Не останавливаясь на достигнутом, выпустила вслед за первой парой вторую.

На охоту я всегда брала не менее дюжины клинков – таков мой стиль. Вообще-то я не особо вспыльчивая девчонка, но в недостаточной готовности меня точно нельзя упрекнуть.

Джаспер налетел на огромного оборотня, который был ранен моим кинжалом, и они устроили грызню, рыча, толкаясь, кусаясь и царапаясь со звериной жестокостью.

Цирцея обрушила свои заклинания на оставшихся людей и оборотней, не разбирая, кому они в итоге достались. От одной ее жертвы повалил фиолетовый дым, и мне оставалось только молиться, чтобы на этот раз юная ведьма ничего не перепутала и все сделала правильно.

По округе эхом разносились крики, проклятия, звуки разрываемой плоти и пение стали.

– Простите, чуваки, – обратилась я к своим врагам посреди царящего вокруг хаоса. – Забыла вас предупредить: я знаю, что я сумасшедшая стерва, поэтому связываться со мной не стоит.

Дьявольски ухмыляясь, я пронзила оборотня копьем.

Вдруг улицу сотрясла новая грозная сила, мгновенно стерев с моих губ улыбку.

Нанеся еще один удар своему противнику, я отпрыгнула от него как можно дальше, не обращая внимания на его яростный рев.

Прибыл новый хищник, самый страшный из всех, с кем мне когда-либо доводилось иметь дело.

Глава 2

С появлением семи солдат Доминиона, у которых был такой вид, будто все вокруг принадлежит им, бой немедленно прекратился.

Меня охватило мрачное предчувствие. Едва в душе забрезжила надежда, что мы с ребятами сможем выбраться из этой передряги, как пожаловал еще более мощный хищник. Я догадывалась почему.

Дерьмо притягивает себе подобных.

Облизнув губы, я сняла с плеча свой любимый лук.

– Отставить! – крикнул их лидер. Его голос был суровым, манеры – властными. – Давайте без глупостей, если хотите остаться целыми и невредимыми.

Я закатила глаза. Что за идиотская фраза! Неужели кто-то не желает остаться целым и невредимым?

Солдаты Доминиона обступили нас со всех сторон, но пока не пустили в ход оружие, показывая тем самым, что не считают нас угрозой. Держу пари, они выстрелят быстрее, чем мы успеем среагировать. В конце концов, это элитные воины, в жилах которых течет кровь бессмертных богов.

Судя по значку с тремя полосами на руке и эмблеме в виде орла, пронзающего молнию, на груди бронированной формы, я предположила, что лидер группы в звании лейтенанта.

Он обвел своими суровыми ореховыми глазами место, где только что кипело сражение. Как и у всех солдат, его волосы были подстрижены по-военному коротко. Но сколько бы ни бравировал лейтенант авторитетом, грозная сила, которую я почувствовала раньше, исходила не от него.

Я поискала глазами ее источник, однако лейтенант не проявил любезности и не дал мне времени осмотреть новоприбывших. Он направился прямиком к Джасперу и Цирцее.

От осознания того, что Доминионы явились за моими друзьями, у меня сжалось в груди и кровь застыла в жилах.

Я выступила вперед, преграждая лейтенанту путь.

– Черта с два ты их заберешь!

Все задохнулись от моей дерзости, но мне было плевать. Я не хотела терять своих ребят, но понимала, что на сей раз удача в самом деле может от нас отвернуться.

Лицо лидера ожесточилось.

– Дорогуша, твоя смазливая мордашка тебе не поможет, – фыркнул он. – Убирайся на хрен с дороги, или...

По крайней мере, он не назвал меня стервой, что было приятным разнообразием.

Однако мне надоело быть милой. Надоело, что мной помыкают, надоело постоянно бояться, что в один далеко не прекрасный день либо демоны, либо армия полубогов придут и отнимут последних членов моей семьи.

Я ударила лейтенанта ногой в грудь, и он отпрянул, пошатываясь от удивления и гнева, а я, не теряя времени, выпустила в него и его солдат пять стрел.

– Бегите! – крикнула я Джасперу и Цирцее, но глупые детишки пристроились рядом со мной, отказываясь уходить, несмотря на мой приказ.

Мои стрелы не причинили солдатам вреда, а лейтенант Доминиона бросился на меня с мечом, но остановился на полпути.

И отступил на шаг назад.

– Веселье окончено, маленькая бестия, – произнес низкий мужской голос, от звука которого по моему позвоночнику пробежала дрожь удовольствия и захотелось мурлыкать.

Какого черта?

Ко мне направился огромный мускулистый мужчина, похожий на великолепную бронзовую статую. Он словно только что спустился с Небес.

Я посмотрела на его ноги, чтобы проверить, не едет ли он на огненной колеснице, но быстро вернула взгляд к его лицу. Светло-янтарные глаза смеялись надо мной, а я не могла оторваться от созерцания изгибов его рта.

На долю секунды мне захотелось наброситься на него, чтобы отведать на вкус его губы. А также провести пальцами по рельефному телу, облаченному в черное кожаное пальто.

Опомнившись, я нахмурилась и окинула его взором. Он был единоличным обладателем той хищной силы, которую я ощутила ранее.

Обычный человек не способен чувствовать магию, но я, как оказалось, наделена чудесной способностью – будь то благословение или проклятие – не только ее ощущать, но и определять тип и класс. По какой-то причине, однако, у меня не получилось сразу осознать силу этого незнакомца. Кажется, сказывался недостаток опыта, ведь я мало что видела в мире.

Наконец я поняла, что опасный экземпляр обладает первоклассной силой девятой степени, что делает его полубогом. Десятая степень, как мы помним, была у самого Люцифера и чистокровных богов.

Мощь незнакомца пела в моей крови, словно взывая к моей собственной, хотя магией я не обладала.

Ви заклинала меня держаться подальше от любого демона или полубога. Но теперь уже поздно: прямо передо мной стоял очень могущественный представитель последних.

Однако я не боялась этого отпрыска Небес, наводящего ужас на всех остальных так, что они рухнули на колени прямо на грязную землю.

– Ты только что назвал меня бестией? – требовательно воскликнула я, пытаясь заставить его почувствовать себя виноватым за то, что он такой придурок. Возможно, нам удастся выкрутиться. В конце концов, этот полубог не дал своему лейтенанту с мечом на меня напасть. – Никто никогда так меня не называл. Это слово созвучно с нутрией, на которых я охочусь пропитания ради.

С губ полубога сорвался смешок, как будто мое неповиновение его позабавило, и от этого низкого звука у меня подогнулись колени. Хорошо, что он не видит реакцию моего тела. Именно для этого и нужны сапоги – скрывать внезапно нахлынувшее возбуждение.

Его взгляд на секунду скользнул к моим губам, прежде чем снова вернуться к глазам. В его радужках мерцала мощная магия.

Я уставилась на него в ответ, не мигая.

Игривое выражение лица резко посуровело. По мере того как полубог распространял свою силу, ветер крепчал, взлохмачивая пряди моих волос цвета лаванды. Я поморщилась. Теперь опять придется расчесываться!

Вихрь не сбил меня с ног, зато заставил содрогнуться здание старой библиотеки в нескольких кварталах от нас. Если еще оставшиеся в окнах стекла разбились из-за его припадка, ему придется оплатить расходы на ремонт. Отправлю счет прямиком в Академию Полукровок, где, по слухам, и обитают полубоги.

Магический ветер отбросил всех назад, но на меня не оказал никакого воздействия. Интересно, полубог пощадил меня одну или я настолько крута, что способна противостоять его силе?

Ответ я получила, когда он мысленно велел мне: «На колени».

Его приказ взорвался у меня в голове, вызывая одно-единственное желание: покориться, обнажив в знак повиновения мягкий живот.

Но я не из таких. Грубое обращение только разъярило меня.

Я пошире расставила ноги и с вызовом воззрилась на полубога. Его глаза окрасились в цвет расплавленного золота. Что ж, я действительно его разозлила. Негромкое повизгивание Цирцеи и Джаспера стало тому подтверждением. Я помогу им подняться, когда разберусь с этим засранцем.

Все боги, полубоги и демоны были безжалостными психопатами, ничем не отличающимися друг от друга. Из-за их непомерно раздутого эго и затеянных войн мир трещит по швам. Ни одного хорошего парня среди них нет.

Мысленно я подобралась в ожидании удара полубога. Я не могу с ним тягаться, мои кинжалы и стрелы ни черта ему не сделают, но я все равно буду сопротивляться.

Его сила нарастала. Я почувствовала, как она давит на мои хрупкие плечи. Под мышками выступил пот.

На губах полубога появилась нагловатая улыбка. Он ожидал, что я рухну перед ним на колени, но я чертовски упрямая девчонка, которая отказывается кланяться или падать ниц перед кем бы то ни было.

«Проваливай! Черта с два ты меня раздавишь», – мысленно взвыла я от тяжести и вдруг почувствовала, что давление на плечи исчезло, а я стала легкой, как перышко.

Что происходит?

С тех пор как я встретила и, возможно, победила того демона в лесу, во мне вроде как проявилась некая магия, а слова обрели силу. Что, если, сама того не ведая, я похитила силу демона? Это было бы здорово, при условии отсутствия побочных эффектов, конечно.

Окрыленная тем, что мне удалось противостоять внушению полубога, я показала ему средний палец. Все, кто это видел, дружно ахнули.

Неужели никто никогда не посылал полубога? Пусть я дерзкая и агрессивная, но не безумная и суицидальными наклонностями не обладаю. Просто я часто действую и реагирую, не обдумав все как следует.

Было слишком поздно исправлять ситуацию. Я уперла руки в бока.

В ярко-золотистых глазах полубога вспыхнул огонь. Я улыбнулась, давая понять, что тоже могу быть милой, но только если он сам проявит дружелюбие.

Должно быть, это сработало, потому что он меня не ударил, но посмотрел так, словно я была единственным человеком в мире, после чего обшарил глазами каждый дюйм моего тела.

От этого ласкающего взгляда мне стало так жарко, что я чуть не заурчала, как котенок, которого почесывают под подбородком. Между нами проскочила искра, по моей коже разлилось звенящее удовольствие.

Неужели это то, что называется химией?

Полубог подошел ближе, сунув руки в карманы, чтобы показать, насколько он безобиден. Но ему меня не одурачить. Я знала, что он по-прежнему чрезвычайно опасен, поскольку способен атаковать одной мыслью.

Я вздрогнула от его близости, мое тело сковал страх. Костяшки пальцев, сжимающие древко копья, побелели; вторая рука потянулась к пистолету, чья металлическая поверхность приятно холодила теплые пальцы.

В порочных глазах полубога вспыхнул вызов. Обычно я всегда нападала на противника первой, но в этот раз следовать этой тактике было бы глупо. Божество не убить ни пулей, ни даже черной магией.

С другой стороны, я вовсе не желала ему смерти. Я хотела кое-чего другого. Пришлось обуздать свои распутные мысли.

В глазах полубога сверкнул жаркий уголек, подобный драконьему огню. Ему нравилось заставлять меня нервничать, он смаковал мою реакцию на его присутствие. Но я не собиралась выказывать слабость, включая и внезапную абсурдную похоть.

Я высоко подняла подбородок.

Он обошел меня, нарочно, чтобы посмотреть, что я сделаю или просто позлить. Мне пришлось поворачиваться соответствующим образом, чтобы защитить тыл и продолжать смотреть ему прямо в глаза.

– Какой ты вообще полубог? – потребовала я ответа.

Я знала, что в настоящее время половиной Земли управляют четыре полубога, но понятия не имела, который из них встретился мне.

Вместо ответа он склонил голову набок и втянул носом воздух.

– Эй! – возмутилась я, сочтя подобное действие оскорблением.

Нечего меня обнюхивать! Я же сегодня охотилась в лесу, убегала от демона, сражалась с оборотнями и бандой, поэтому, естественно, от меня разит по́том. Я собиралась помыться после посещения рынка, но появление незваных гостей расстроило мои планы.

Взгляд полубога засиял, как звезды. В отражении его золотых глаз я увидела, что и мои тоже загорелись. Тем не менее мне не нравилось то, как он притягивал меня к своему пламени. Мне не по душе потеря контроля, а этот полубог определенно сводил с ума.

– Мы законопослушные граждане, мистер. Я не позволю забрать ни одного члена моей команды, – воскликнула она, направляя острие копья в сторону банды оборотней, с которой сражалась. – Но я была бы очень рада, если бы ты прикончил вон тех отморозков. Им бы воевать с демонами на границе по приказу твоего Доминиона, а не задирать невинных горожан.

Оставшиеся в живых оборотни протестующе зарычали, но разом умолкли, услышав шипение солдат Доминиона, которые являли собой самую большую силу из здесь присутствующих.

– Они слишком стары, – заявил лейтенант, кивком указывая на банду, а затем перевел взгляд на меня. – Зато этот молодой волк и ведьма будут зачислены в Академию. Мы явились за ними, поэтому советую тебе отойти в сторону, если не хочешь нажить неприятностей.

Я не пришла в восторг от этого предложения и, разумеется, принялась препираться. Слушая наш обмен колкостями, остальные задыхались от моего оскорбительного поведения и жестоких угроз лейтенанта. Наконец полубог снова вмешался:

– Я пощажу твоих друзей при одном условии, – объявил он с яркой, но жестокой улыбкой, которая заставила мое глупое сердце дрогнуть. Я же всего лишь человек, как мне противостоять его чарам!

Я наклонилась ближе, чтобы не упустить ни единого слова из его предложения. Я была готова дать ему шанс доказать, что не все полубоги упертые тираны, которые любят изобретать абсурдные правила.

В его глазах промелькнуло темное удовольствие, он снова обнюхал меня. Я не сразу отпрянула, несмотря на неровное сердцебиение, которое предупреждало не подходить слишком близко, рискуя обжечься.

Похоже, я тоже оказывала на него некое воздействие. Если мой запах способен запутать его мысли, так тому и быть. Но я не ожидала, что его мужской аромат собьет меня с ног. На долю секунды у меня помутился рассудок.

Я исправила свою ошибку, отстранившись. Мне нельзя сейчас облажаться. У меня двое несовершеннолетних подопечных, которых нужно защищать.

Я изогнула бровь, чтобы показать, что уйду, если его предложение придется мне не по вкусу, и спросила с опаской:

– Каково твое условие, полубог?

– Их место займешь ты, Мэриголд, – промурлыкал он в ответ.

Глава 3

– Ни в коем случае! – хором вскричали Цирцея и Джаспер и дружно вскочили с колен, словно очнувшись от дурного сна.

Для тебя это смерти подобно, Мэриголд, – яростно втолковывал Джаспер, успевший вернуть себе человеческий облик и надеть изрядно потрепанные брюки. – Ты же знаешь, что только те, в чьих жилах течет мощная кровь богов, могут выдержать испытание в Академии Полукровок. Не делай этого. Мы просто пойдем с ними. Ничего страшного.

Ничего страшного, как же! Они слишком молоды, чтобы понять, во что ввязались.

– Не губи свою жизнь ради нас, Мэриголд, – подхватила Цирцея, кивая в знак согласия с Джаспером. – Мы сделаем, как они велят. Мы больше не твоя ответственность.

У меня упало сердце. Она говорила так, будто действительно была к этому готова, и смотрела на полубога, как влюбленная девчонка-подросток на своего кумира. А я-то думала, что ей нравится Джаспер! Похоже, моя подружка-ведьма весьма непостоянна.

Полубог окинул мою команду суровым предупреждающим взглядом, который заставил ребят отпрянуть.

Противодействие Джаспера нашло во мне отклик. Я отнюдь не дурочка, какой меня, судя по всему, считает полубог.

– Никуда я не пойду, – объявила я, устремив на него взгляд. – Я всего лишь человек и не наделена сверхспособностями, поэтому не переживу испытаний. Ты же не хочешь, чтобы моя смерть была на твоей совести, а моя кровь на твоих руках?

Я на секунду засомневалась, не уверенная, есть ли у него совесть. Поскольку он один из полубогов, командующих войной на Земле, лишняя капля крови едва ли будет иметь для него хоть какое-то значение. Но попытаться образумить нашего нового знакомого все же стоило. Может быть, сегодня он проявит мягкосердечие.

– Как видишь, мои товарищи – обычный перевертыш и заурядная ведьма, – продолжила я. Уж лучше ранить их чувства сейчас, а объяснения оставить на потом. – Я прожила с ними целых три года и могу поклясться, что в их жилах нет крови богов. Если ты заставишь их пройти через испытание, они тоже умрут. – Полубог наклонился ближе ко мне, прислушиваясь, и я захлопала ресницами. – Мужик, пожалуйста, отпусти нас восвояси и забери с собой эту оборотневую шпану. Моя благодарность не будет знать границ. Я даже возьму за правило присылать тебе на каждое Рождество открытку с поздравлениями. Да благословит тебя Господь.

Хоть мы больше не праздновали Рождество, я не стала забирать обратно это опрометчиво данное обещание.

– Академия Полукровок предназначена только для потомков богов, – раздался жесткий голос лейтенанта. – Призыв туда считается привилегией. Твоих приятелей и близко не подпустят к главному кампусу. Нет, они отправятся в Академию Иных, где учатся сверхъестественные существа. Там нет испытаний для не потомков. По окончании обучения они будут помогать Доминионам. – Он посмотрел на меня, сверкнув мстительной ухмылкой. – Что касается тебя, если займешь их место, то будешь зачислена не в Академию Иных, а отправишься прямиком на магическое испытание в Академии Полукровок.

– Хватит, Кэмерон, – прошипел полубог.

Он не хотел, чтобы я отказалась, а Доминионы не могли заставить человека пройти испытание Рун Крови, которое предназначалось только для особой расы.

– Прошу прощения за то, что лезу не в свое дело, полубог Аксель, – извинился Кэмерон.

Мое сердце пропустило удар. Выходит, этот парень – сын кровожадного бога войны и, должно быть, тоже мечтает пустить кому-нибудь кровь. Не по этой ли причине он так хочет затащить меня в Академию? Чтобы посмотреть, как руны высасывают из меня кровь до последней капли?

– Каков твой выбор, Мэриголд? – спросил Аксель. Мое имя прозвучало в его устах чувственной лаской.

Тогда я выложила свою последнюю карту.

– Есть одна проблема, – сказала я, подняв вверх указательный палец, чтобы подчеркнуть свое заявление. – Твой помощник сказал, что оборотни-изгои слишком стары для обучения в Академии. То же относится и к нашей троице.

– Сколько же тебе лет? – протянул он, с любопытством рассматривая меня, как будто возраст был важным и неудобным фактором, на который он мог повлиять.

В моей душе забрезжила надежда. Я вздернула подбородок.

– Может, я и выгляжу юной, но мне вот-вот стукнет тридцать. И друзья мои всего на год или два моложе. Мы все скоро достигнем среднего возраста. Очень скоро.

– Хорошая попытка, – хохотнул лейтенант.

Аксель одобрительно кивнул мне.

– Это идеальный возраст.

– Что? – воскликнула я, в ужасе расширив глаза. – Ты полубог. Бессмертный. Ты не понимаешь, что для человека тридцать лет – уже старость, по крайней мере возраст почтенный и неподходящий ни для какой академии!

– Больше никаких оправданий, Мэриголд, – твердо объявил Аксель. Его недавняя приветливость исчезла. – Мы и так потратили здесь слишком много времени. Ты идешь с нами.

Кэмерон, гад, ликующе захихикал. Он затаил на меня злобу за то, что врезала ему в грудь, поэтому теперь жаждал увидеть мою мучительную смерть во время испытания.

Доминионы собирались заключить сделку «купи-один-получи-два-бесплатно». Джаспер и Цирцея не оставили бы меня, даже если бы я раздобыла им обоим бесплатный билет на проживание в Крэке.

Цирцея очень хотела поступить. Восторженный блеск в ее глазах немного потускнел, когда она узнала, что вход в Академию Полукровок ей заказан, но потом они снова засияли, стоило Кэмерону рассказать ей, что обе академии делят часть кампуса, где располагаются классы, здания и тренировочные поля.

Ее желание увидеть мир и иметь больше возможностей в будущем было вполне понятно. Жизнь в Крэке протекала тихо и неприметно, но, по крайней мере, здесь мы свободны. Однако семнадцатилетней девчонке едва ли близка моя точка зрения. Цирцея хотела выйти из моей тени – хотя я никогда не стремилась ее затмевать – особенно в последние несколько месяцев, когда ее сила стала нарастать. Мне следовало раньше заметить знаки. С тех пор как она стала считать меня не столько наставником, сколько конкуренткой, моя подруга-ведьма взяла за правило каждый мой приказ встречать закатыванием глаз.

Она всегда была более амбициозной, чем мы с Джаспером. Я все понимала, но от этого менее уязвленной себя не чувствовала. За три года я выстроила жизнь со своими подопечными, думая, что мы всегда будем вместе, будто семья.

На секунду я почти пожалела, что так привязалась к Джасперу и Цирцее. Разлука с ними разрывала мое сердце на части. Следовало раз и навсегда усвоить урок, когда Ви меня бросила.

Теперь, когда оба моих подопечных подписали контракт и добровольно отправились в Академию Иных, я могла бы остаться в стороне, но не в моих правилах бросать друзей на произвол судьбы, отдав на растерзание Доминионам.

Я должна довести дело до конца, убедиться, что Джаспер и Цирцея благополучно устроились в новой школе. Моя паника утихла, когда я узнала, что от них не требуется проходить испытание Рун Крови.

Джаспер положил руку мне на плечо, словно прочитав мои смятенные мысли. Он всегда меня понимал, поддерживал, стремился оберегать.

– Не нужно, Мэриголд, – сказал он. – Не губи свою жизнь из-за нас. Пришло время подумать о себе и о том, чего ты действительно хочешь. Пожалуйста, сделай это ради меня. Если пойдешь в Академию, то погибнешь, проходя испытания. Вообрази, что тогда со мной будет. Твоя кончина сломит меня. Пожалуйста! Я обещаю вернуться к тебе, как только смогу.

Я округлила глаза от удивления. Джаспер никогда не говорил со мной так открыто и эмоционально. Для него не имело значения, куда податься, хоть бы и в Академию, если это делалось ради меня.

Возможно, он прав и мне в самом деле стоит хоть раз поставить саму себя во главу угла. Но теперь в этом нет никакого смысла, поскольку и Джаспер, и Цирцея отправляются в Академию Иных, а я – навстречу гибели на испытании. В последний раз посмотрев в теплые карие глаза друга, я почувствовала возникшее между нами понимание.

Чтобы сохранить себе жизнь, нужно как-то выпутываться из сложившейся ситуации. В Академии Полусмертников я точно учиться не буду.

Внезапно пронесшийся между нами дикий вихрь отбросил Джаспера назад, а в следующее мгновение передо мной возник полубог.

– Что это значит? – зашипела я. – Мне что же, нельзя попрощаться со своей командой? Я ведь на самом деле не еду в Академию Полукровок, – с горечью добавила я. – Ты получил то, за чем пришел. Неужели тебе обязательно захватить нас всех троих?

В темно-янтарных глазах Акселя вспыхнул гнев.

– Солдат Доминиона делают из прочного материала, – прорычал он. – Ты не можешь просто взять и отказаться от своего слова.

– Мои слова были основаны на том, что я займу место своей команды, – сухо парировала я. – Поскольку их обоих все равно забирают, договор аннулируется. Я не настолько глупа, чтобы без всякой причины участвовать в испытании и умереть. К тому же я не солдат Доминиона. Я всего лишь человек, в котором нет ни капли крови богов.

– Я в этом не уверен, – возразил Аксель. – Мы проверим, достаточно ли ты сильна, чтобы выдержать испытание. Слово обязывает. Это я, как полубог войны, говорю.

Сделав это заявление, он стал расти, становясь больше и выше; его кожаный плащ развевался от созданного им ветра, и все, кроме меня, отшатнулись при виде демонстрации чистой, устрашающей силы.

На меня его магия не подействовала, возможно, из-за того, что я была в ярости и занята тем, что сверлила его взглядом, поэтому, как и раньше, оказала сопротивление его силе.

– Я не позволю тебе отказаться от своих слов, Мэриголд. – повторил Аксель. – Это будет дурной пример для других солдат. Контракт аннулируется только тогда, когда я скажу. А я говорю, что ты пройдешь испытание и поступишь в Академию.

Ему было плевать, что ритуал меня убьет, он настойчиво доказывал свою правоту и придерживался правила, которое сам только что выдумал.

Что бы я ни говорила, как ни просила, ни умоляла, очевидно, полубог меня не отпустит, даже если ему придется силой тащить меня в Академию Полусмертников.

– Да пошел ты! – рявкнула я. – Моя жизнь ничего для тебя не значит, но вообще-то она важна для меня.

Аксель отвлекся, злясь на то, что у меня хватило смелости проклинать полубога, и я не преминула воспользоваться моментом и с силой врезала ему по колену. Моим намерением было сбить этого надменного выскочку с ног, чтобы получить возможность убежать, но я добилась лишь того, что ушибла лодыжку от применения грубой силы. Пинать его было все равно что пинать железные сваи.

Невзирая на это, я все равно сорвалась с места. В беге мне не было равных, поэтому я надеялась ускользнуть. Теперь, когда я перестала нести ответственность за Джаспера и Цирцею, мешкать больше не было смысла.

Я вмиг пронеслась между зданиями, свернула за угол и помчалась в сторону леса. Домой в библиотеку я вернуться не могла, так как была не уверена, что заслоны могут сдержать полубога.

Лучшим решением было укрыться в лесу, где обитало множество чудовищ, которые могли бы напасть на Акселя, вздумай он меня преследовать, и сбить со следа.

Когда я добралась до опушки, за спиной у меня никого не было, поэтому я на мгновение притормозила и ухмыльнулась, готовясь ворваться в лес и скрыться под высоким густым пологом.

Вдруг некая сила потянула меня назад, а затем мощная рука железной хваткой обвилась вокруг моей талии.

– Какого хре...? – взвыла я, брыкаясь в попытке освободиться, но безрезультатно.

В следующее мгновение меня затянуло в воздушный вихрь и крутило до тех пор, пока я не перестала что-либо различать.

Когда головокружение прошло, я обнаружила, что стою перед черным фургоном с открытой боковой дверью. Аксель по-прежнему крепко прижимал меня к себе, обхватив поперек живота.

Он только что меня телепортировал!

Неудивительно, что он не потрудился погнаться за мной, когда я бросилась наутек. Этот ублюдок с радостью позволил мне хлебнуть раздирающий легкие жгучий воздух, а потом в мгновение ока настиг и схватил.

Мои глаза вспыхнули от ярости и унижения, что меня так легко поймали. Тут я заметила женщину-солдата, единственную представительницу прекрасного пола в команде Доминиона, которая смотрела на меня с завистью.

Что? Она завидует тому, что меня похитил полубог?

– Разоружить ее, – приказал Аксель.

– Твои мужланы меня и пальцем не тронут! – зашипела я.

– Ни одному мужчине не позволено прикасаться к тебе, бестия, – властно объявил Аксель. – Оружие с тебя снимет Мари. Ты уже доказала, что представляешь угрозу, поэтому мы не можем позволить тебе создавать по дороге проблемы, когда меня не будет рядом, чтобы тебя обуздать.

– Вовсе я не нарушительница спокойствия, – запротестовала я.

Не убежденный моими словами, Аксель пожал плечами.

Пока он держал меня, прижимая к себе, вышедшая вперед женщина-солдат забрала у меня из рук копье, сняла со спины лук и колчан со стрелами, вынула из рукава перочинный нож, извлекла из сапог спрятанные кинжалы... Не забыла и о нескольких других единицах оружия во внутренних карманах моей кожаной куртки.

Стоящие вокруг солдаты ахнули при виде имеющегося у меня при себе арсенала.

– Кое-что пропустила, Мари, – заметил Аксель, вытаскивая из моих волос серебряную шпильку.

– Она отлично впишется в нашу компанию, – присвистнул Кэмерон, который еще несколько минут назад ненавидел меня всеми фибрами души.

– Я бы не была в этом так уверена, – прошипела я в ответ.

Несколько солдат захихикали, то ли над моим унижением, то ли над смелостью, не знаю.

Аксель нахмурился.

– Зачем тебе столько оружия, Мэриголд?

– Разве можно упрекнуть девушку в том, что она пытается позаботиться о себе? – фыркнула я, осматривая окрестности.

Мы стояли на обочине дороги. Вокруг фургона столпились пятеро солдат – значит, еще двое должны быть с Цирцеей и Джаспером.

– Где моя команда? – спросила я.

– Они больше не твоя команда, – возразил Аксель. – Они во втором фургоне, который сейчас направляется в Академию Иных.

Он подхватил меня на руки, и я инстинктивно обхватила его за шею. Мое тело возликовало. Аксель усмехнулся, и я поняла свою ошибку. Высвободив руки, я задумалась о том, стоит ли заехать ему локтем в горло? У него ведь должно быть слабое место, верно? Возможно, это как раз горло.

Полубог усадил меня в хвосте фургона и пристегнул ремнем безопасности. Я тут же принялась ерзать на кожаном сиденье. Вдруг мне в голову пришла блестящая идея.

– Думаю, ты совершил ошибку, разделив меня и мою команду.

Он прищурился, но руки с моей талии не убрал.

– Я не совершаю ошибок.

– Послушай, – сказала я, впервые улыбнувшись мужчине с тех пор, как мы сражались и он меня захватил. – Во мне нет ни капли крови богов. На самом деле я ведьма. Прости, что скрыла от тебя свое наследие. В этом случае мне прямая дорога в Академию Иных.

Где я смогу выжить. Я бы просто позаимствовала пару-тройку созданных Цирцеей заклинаний и бросала бы их то туда, то сюда. Я бы притворялась ведьмой столько, сколько могла, чтобы еще некоторое время присматривать за своими ребятами. Мне нужно проследить, чтобы они устроились на новом месте, прежде чем меня выгонят.

Ну или если моя команда выберет для себя эту новую жизнь, я могла бы улизнуть, когда Доминионы ослабят бдительность и потеряют ко мне интерес.

Мое сердце разрывалось при мысли о необходимости жить дальше, но таковы обстоятельства. Я опять стану вольной пташкой, но, скорее всего, Крэк придется покинуть.

И Доминионы никогда меня снова не найдут.

– Смирись уже, – сказал Кэмерон. – Будь ты ведьмой, мы бы знали. Наш экстрасенсорный шар показал только двух членов твоей команды. А о тебе нет никаких упоминаний.

Под пристальным взглядом Акселя он резко захлопнул рот.

– Веди себя хорошо, Мэриголд, – сказал полубог, внимательно посмотрев на меня, прежде чем наконец убрал руку с моего тела. Некая тайная, предательская часть меня тут же возмутилась из-за отсутствия его тепла и прикосновений.

– Твоим друзьям будет лучше в Академии Иных, – продолжил он. – Там они получат образование, регулярное питание и будут общаться с себе подобными.

Я сглотнула, вынужденная признать справедливость его слов, как бы тяжело мне ни было отпустить своих ребят и позволить им самим выбирать, чего они хотят в жизни. В Академии Иных перед ними откроется куда больше возможностей.

Стоило мне нащупать в заверениях полубога хоть толику утешения, как он добавил:

– То же справедливо и для тебя. – Как будто он верил, что я переживу испытание. Следующая фраза, слетевшая с его чувственных губ, заставила меня возненавидеть его с новой силой: – Если доставишь моим солдатам неприятности по дороге, другая команда выместит это на твоих друзьях.

Я напряглась, разъяренная его бессердечной угрозой, направленной на двух существ, которые были мне дороги в этом мире. Прежде чем я успела придумать злобный ответ на безжалостное принуждение Акселя, полубог высунул голову из фургона – и в следующее мгновение исчез.

Мне ничего не оставалось, как согласиться с этим фарсом, во всяком случае пока. Когда фургон, дернувшись, тронулся, я, прикусив ноготь, стала размышлять о том, как мне пережить испытание.

Глава 4

Бронированный фургон мчался по Крэку, «дикому западу», который до нынешнего злополучного дня ни демоны, ни полубоги не удостаивали своим вниманием – и тем более присутствием. Вскоре сверкающая металлическая крыша библиотеки, моего старого дома, исчезла из виду.

Доминионы не позволили нам с ребятами даже забрать личные вещи.

– Мы должны добраться до нашего полка до захода солнца, – тоном, не терпящим возражений, объявил Кэмерон.

Что ж, это стремление вполне понятно. Яркий свет ослаблял демонов, а когда солнце садилось, они, наоборот, становились сильнее. Доминионы, естественно, не хотели подвергнуться нападению посреди дороги.

Как я уже говорила, одна половина Земли принадлежала Люциферу, а вторая – богам, в частности Аресу, богу войны. Властвовать на своих территориях ему помогали четыре полубога, а дьяволу в аналогичных целях служили четыре архидемона.

Вся ситуация чертовски напоминала соревнование между богом войны и дьяволом. Забавно то, как именно Люцифер и Арес разграничили земной шар отнюдь не делением ровно посередине. Нет, они раскололи каждое государство и каждый город пополам, оставив некоторые регионы в качестве нейтральных зон.

Похоже, что они заключили грязную сделку – или играли в некую хитроумную игру и для начала разделили доску поровну. И продолжали сражаться за господство над новыми территориями и получением контроля над основными ресурсами Земли.

В штате Нью-Йорк, где жили мы, север принадлежал богам, а юг – дьяволу. Что касается города Нью-Йорк, то в нем Квинс и Бронкс были территорией демонов, в то время как Бруклин и Стэйтен-Айленд – владениями полубогов. Манхэттен выступал нейтральной зоной, однако там ежедневно вспыхивали конфликты.

Я вздохнула. Мне следовало больше беспокоиться о себе, а не о полубогах и демонах.

Мари, женщина-солдат Доминиона, отобравшая у меня все оружие, сидела справа от меня, а татуированный боец – слева. Они зажали меня между своими телами, будто действительно считали, что я попытаюсь сбежать прямо из следующей полным ходом машины.

Еще один солдат разместился позади меня.

Интересно, почему Аксель приставил ко мне аж пятерых, а к Цирцее с Джаспером всего двух? Что, если на другой фургон нападут демоны, пока мы мчимся по шоссе?

– Где Аксель? – спросила я. – Разве он не должен сопровождать фургоны и обеспечивать нашу безопасность?

Хоть я и знала, что хороших парней не бывает, предпочла бы оказаться в руках Доминиона Богов, а не в когтях демонов, поскольку при воспоминании о встрече с тем исчадьем Ада в лесу у меня до сих пор кровь стыла в жилах.

Быть одержимой демоном куда хуже, чем быть съеденной заживо.

– Нянчиться с пленниками в обязанности полубога не входит, – обронил Кэмерон с пассажирского сиденья. Его поза оставалась напряженной, как будто он был готов вступить в бой в любую секунду. – Лучше вбей себе это в голову сейчас, на случай, если когда-нибудь станешь солдатом Доминиона.

– Также я бы тебе настоятельно не рекомендовала совать нос в дела полубога, птенчик, – фыркнула Мари, – если не хочешь навлечь на себя неприятности. Ты и так сегодня достаточно разгневала полубога войны. Если бы он поехал в этом фургоне, то, возможно, придушил бы тебя до того, как мы доберемся до Академии. Полубог Аксель куда более кровожаден, чем его старшие братья. Принимая во внимание твое поведение, поразительно, что он до сих пор тебя не раздавил. Человеческая жизнь – ничто для божества, а Аксель убивал и за меньшие проступки.

Она еще раз окинула меня взглядом.

– Едва ли его интересует твоя мордашка. – Оно и неудивительно, учитывая, что мое потное лицо все заляпано грязью. – Красавиц в Академии навалом. Любая, в ком есть хоть капля божественной крови, являет собой усладу для глаз. За внимание полубогов борются множество великолепных женщин, но ты в их число не входишь, поскольку не думаю, что ты одна из нас. Ты другая. Полагаю, именно поэтому полубог Аксель и загорелся идеей привести тебя в Академию, чтобы посмотреть, сможешь ли ты выжить в безжалостном ритуале. – Женщина бросила на меня последний, исполненный жалости взгляд. – Лично я считаю, что у тебя не получится.

Итак, меня везут на верную смерть из-за какой-то жуткой игры, затеянной этим придурком. Я не стала огрызаться, пропустив насмешки Мари мимо ушей. Мне нужно собрать больше информации о полубогах, Академии и, самое главное, о ритуале Рун Крови.

Я изогнула бровь, надеясь побудить ее к тому, чтобы выболтала побольше.

– Правда? Ты так не считаешь?

– С ее-то дерзостью она вполне может пройти, – подхватил Кэмерон. – Она первая из встреченных мной, кто не боится полубога Акселя. Видела, как она сопротивлялась его силе, чего не удалось бы сделать ни одному смертному? – Он повернулся вполоборота, чтобы взглянуть на меня через широкое плечо. – Если выдержишь испытание, сможешь присоединиться к моей команде. Возможно, мне пригодится кто-то вроде тебя, но прежде ты должна укротить свой дурной нрав.

Пришел мой черед фыркать.

– Не нужно наговаривать на мой нрав! Просто я не привыкла плясать под чужую дудку и в обиду себя не дам.

– Вот, значит, как! – подхватила Мари. – Что ж, я с удовольствием посмотрю на то, как тебя сломают. Не жди от меня поддержки.

– Ну спасибо тебе большое, – насмешливо протянула я. – Мне как раз не хватало такой подруги.

Внезапно Кэмерон высунул голову в окно и энергично махнул рукой назад. В следующий за нами грузовик, который едва не врезался в заднюю часть фургона, ударила молния. Грузовик подбросило в воздух, затем он рухнул на землю. Шоссе задрожало, словно мы оказались в эпицентре в землетрясения. Наш водитель нажал на педаль газа одновременно с атакой Кэмерона, но фургон все равно задело ударной волной. Мгновение спустя он протаранил бронированную машину на правой полосе.

Мари переместилась к левому окну, наполовину опустила стекло и стала палить по трем мотоциклам, которые быстро нас догоняли.

Хоть я и наделена молниеносными рефлексами, все же пропустила момент, когда у нее в руках появился легкий пулемет. Доминионы отнюдь не дураки и, болтая со мной, внимательно наблюдали за дорогой, потому и среагировали незамедлительно.

Остальные солдаты тоже перешли к активным действиям.

Доминионы и нападавшие швыряли друг в друга молнии, заклинания и огонь. Два мотоцикла подбросило в воздух магией солдата и пулями Мари, однако врагов становилось все больше.

Злобно ухмыляясь, Кэмерон продолжал метать молнии. Он то и дело нырял в фургон, уворачиваясь от шквала заклинаний и пуль, которые рикошетили от бронированного кузова.

Лейтенант был потомком Зевса, бога неба.

К счастью, он не поразил молнией меня, когда мы сражались.

Я потеряла из виду второй фургон, в котором везли Цирцею и Джаспера. С ними было меньше солдат, поэтому мой желудок скрутило от беспокойства.

Этот засранец-полубог не должен был разделять меня и мою команду!

– Дайте мне оружие, – крикнула я. – Не хочу становиться легкой мишенью.

– Просто сиди и наслаждайся представлением, – рявкнул Кэмерон, направляя очередную молнию в преследующую нас машину.

– Ты же не можешь весь день швыряться этими своими эффектными штуками, не так ли? – спросила я, планируя стянуть огнестрельное оружие либо у Мари, либо у сидящего напротив меня солдата.

– Нет, – ответил Кэмерон, доставая дробовик и стреляя из него одной рукой. – Кто я, по-твоему, – бог?

– До бога тебе очень далеко, – язвительно согласилась я.

Еще один вражеский автомобиль врезался в гражданскую машину после того, как его протаранили пули Кэмерона вкупе с шаровыми молниями.

Когда наш фургон въехал на мост, представляющий собой конструкцию из стали, бетона и тросов, атаки, к моему удивлению, внезапно прекратились.

– Почему они не последовали за нами? – спросила я.

– Мы достигли своей территории, – пояснил солдат, сидевший по другую сторону от меня. – Это мост Верразано-Нэрроуз. Если вдруг ты не в курсе, Академия Полукровок находится на Стэйтен-Айленде.

– Ну спасибо за ликбез, – процедила я. – Весьма познавательно.

Мужчина захихикал. В дополнение к татуировкам у него была бриллиантовая сережка-гвоздик в мочке левого уха.

– Кэмерон, не мог бы ты проверить, как там мои друзья в соседнем фургоне? – обратилась я к лейтенанту.

– Неужто решила, что теперь я выполняю твои приказы? – фыркнул тот.

– Пожалуйста, – взмолилась я. – Мне нужно знать, что они в порядке.

– На другой фургон никто не нападал, – сказал Кэмерон. – Похоже, неприятности преследуют только тебя. Знаешь что? Я передумал. Даже если переживешь испытание, не хочу тебя видеть в своей команде. От тебя больше проблем, чем пользы. Пообщайся мы с тобой дольше, чего доброго, сами сыграем в ящик.

– Премного благодарна за доверие, – фыркнула я.

Мари кивнула в знак согласия.

– До тебя нам ни разу не доводилось отлавливать потомков. И никто из полубогов никогда лично не руководил призывом.

– Вовсе я не невезучая, – возмутилась я. – Я – актив. Будучи несколькими годами моложе, уничтожила парочку криминальных лордов и банд в Крэке.

Солдаты переглянулись. Похоже, своими заверениями я нисколько их не убедила.

– Может, для себя ты и не самый худший вариант, – заключила Мари, – но другим, например преступным лордам, точно приносишь несчастье.

– Я защищаю невинных, – запротестовала я и мысленно добавила: таких, как Джаспер и Цирцея.

В мгновение ока мы пересекли залив и, достигнув противоположного конца моста, оказались на заросшем буйной растительностью зеленом острове. На контрольно-пропускных пунктах стояли солдаты со значками Доминиона. Виднелся также и воздушный патруль.

Нас никто не преследовал, и водитель сбавил скорость, перестав гнать как сумасшедший.

Охрана, казалось, пребывала в состоянии повышенной боевой готовности. В каждом квартале острова я замечала вооруженных до зубов солдат.

Мы проехали по улицам мимо зданий, магазинов и большого парка. Все выглядело очень красиво. На контролируемом полубогами Стэйтен-Айленде не лежал отпечаток войны между богами и демонами. Возможно, именно так и выглядела цивилизация до того, как в наш мир вторглись оба вида засранцев.

Фургон проехал через огромные ворота, две створки которых открылись посередине. На левой стороне укрепленной красной стены гигантские золотые буквы возвещали о том, что это Академия Полукровок. Справа красовался герб школы, изображавший парящего над волнами орла, пронзающего молнию клинком, похожим на ключ, соединяющий небо и океан.

Орел был эмблемой бога войны, молния – отличительным знаком бога неба, океан – владениями бога морей, а клинок являлся мечом Гадеса и ключом к подземному царству.

Четыре полубога были единственными прямыми потомками Ареса, Зевса, Посейдона и Гадеса, поэтому школа и получила название «Академия Полукровок». Мне стало интересно, встречусь ли я с остальными полубогами, прежде чем либо выживу, либо погибну во время ритуала.

Взмахом руки вооруженные солдаты позволили фургону проехать, поскольку узнали всех сидящих внутри – кроме меня, – но, вероятно, не сочли угрозой.

Как только фургон затормозил на круговой подъездной дорожке перед кампусом, его дверь открылась с резким металлическим звуком, выплюнув половину команды. Все поспешно выстроились по обе стороны от машины, ожидая, пока выйду я.

Я выпрыгнула из фургона и, прищурившись, осмотрела кампус: похожий на драгоценный камень пруд, пышные сады, вековые деревья.

Меня удивили размеры этого места. Небоскребы из стали и стекла были современными, старые каменные здания украшала искусная резьба, что свидетельствовало о богатых традициях и истории, а малоэтажные здания были выполнены в викторианском стиле.

Несколько фургонов припарковались по кругу.

Вдруг в дальнем конце площади я заметила Джаспера и Цирцею. Джаспер обвел толпу обеспокоенным взглядом, как будто высматривая меня. Цирцея выглядела настолько взволнованной, что от избытка чувств пустилась в пляс, закружившись на месте. У меня перехватило дыхание. Она еще очень юна и не представляет, какая сложная жизнь ждет ее впереди.

Никаких танцев, вечеринок и парней.

Теперь, оказавшись внутри этой ограды, можно попрощаться со своей свободой, – если только не сбежим.

– Джас, Цирцея! – позвала я, бросившись было к ним, но двое солдат из моих сопровождающих тут же преградили мне путь.

Мари оттащила меня назад.

– Какого черта ты творишь? – прошипела я. – Мне нужно увидеть своих ребят!

– Я делаю тебе одолжение, девочка, – возразила Мари. – Помогаю выжить в этом месте.

– Полубог Аксель отдал приказ, что, если ты будешь создавать проблемы, пострадают твои друзья, – заметил Кэмерон. – Припоминаешь?

Я уставилась на него, дрожа от гнева. Он выдержал мой взгляд, подначивая ударить его крепко сжатыми кулаками. Он бы дал сдачи и, возможно, поразил бы меня своей молнией.

– Тебе нужно сосредоточиться на испытании, Мэриголд, – напомнила Мари более мягким тоном. – Если выживешь, будешь встречаться с ними раз в три недели в главном обеденном зале, где общаются все студенты и инструкторы. Твоих приятелей отправили в Академию Иных. Как тебе известно, там обучаются прочие сверхъестественные существа, такие как ведьмы, перевертыши, колдуны, маги, фейри и вампиры.

– Разве мои ребята не должны быть рядом со мной во время испытания? – спросила я в последней попытке заставить Доминионов проявить хоть немного сочувствия или чуть-чуть отступить от правил. – Не могла бы ты поговорить об этом с Акселем, пожалуйста?

Мари фыркнула.

– Он бы мне голову оторвал, вздумай я беспокоить его по таким пустякам. Слушай, правила есть правила. Ритуал Рун Крови могут наблюдать только полубоги, старшие офицеры Доминиона и другие неофиты. Посторонним, даже лидерам сверхъестественных существ, которые не являются потомками богов, присутствовать запрещено

– Я просто хочу в последний раз увидеть свою команду, прежде чем все пойдет наперекосяк, – пояснила я. – Если не справлюсь, то хотя бы успею попрощаться.

– В таком случае приложи максимум усилий, чтобы справиться, – отрезала Мари.

Спорить с ней было бессмысленно. Она знала, что вовсе не я, а сила богов решает, кто обречен, а кто выживет.

Я уставилась в пустоту. Мне не хотелось портить первый день Джаспера и Цирцеи в Академии. Ссутулив плечи, я наблюдала, как солдаты уводят моих бывших товарищей по команде в противоположную сторону. Вскоре они скрылись за зданием, увитым плющом и сиренью.

Возможно, сегодня я видела их в последний раз.

Глава 5

Я присоединилась к двенадцати другим кандидатам, часть из которых была немного моложе, а часть – чуть старше меня. Искупавшись, я надела белый халат – единственную предложенную мне одежду.

Чертовски уставшая от препирательств с Доминионами, поскольку это все равно ни к чему не приводило, я воздержалась от жалоб на отсутствие нижнего белья.

В подавленном настроении я шлепала босыми ногами по вьющейся среди красных кленов мощеной дорожке вместе с другими неофитами. Они прибыли неделей раньше и потому успели сформировать свой тесный кружок. Шестеро примкнули к Деметре и Джеку и теперь преданно ловили каждое их слово. Остальные четверо были одиночками вроде меня.

Двое изгоев то и дело с тоской посматривали на популярную группу, будто это могло помочь им попасть в эксклюзивный клуб, а эти снобы, считающие остальных не более чем грязью под своими благородными ногами, злобно сверкали глазами в ответ.

– Держитесь от меня подальше! – прошипела одна из девушек группы, Барбара, демонстративно смахивая несуществующие пылинки с рукава, как будто своими взглядами мы могли испачкать ее одежду.

Когда инструктор зачитывал список с нашими именами, я постаралась всех их запомнить.

Два других аутсайдера, Нэт и Елена, вели себя как друзья детства, а потому эту парочку не сильно заботило, что прочие их сторонятся.

Мне тоже было плевать, кто популярен, а кто нет.

Несмотря на то, что все мы были одеты в одинаковые белые халаты, не составляло труда определить, кто родом из обеспеченной семьи, а кто вырос в бедности.

Что до меня, то я переняла присущий некоторым мужчинам грубоватый стиль. Но если они успешно использовали его в своих интересах, то в моем случае харизма «плохого парня» срабатывала не очень.

Социальное расслоение существует везде, куда ни плюнь, поэтому всяких стерв и говнюков было не избежать.

Цыпочка Деметра, к примеру, беспрестанно хвасталась своей уважаемой семьей. Ее высокий голосок сильно действовал мне на нервы, отвлекая от размышлений о стратегии выживания в Академии.

– Приглашение пришло, как и ожидалось, – снова затянула она свою песню. – Полубоги, однозначно, осведомлены, что во мне целая четверть божественной крови, а это, как вы понимаете, имеет большое значение. Должно быть, они изучили наследие моей семьи. Ни в одной из академий уже почти столетие не было подобного мне уникума. Я рождена, чтобы возвыситься над остальными и приблизиться к полубогам.

– Я слышала, что все полубоги невероятно привлекательные, – с благоговением прошептала Барбара, облизывая губы. Ее глаза заискрились надеждой. – И могут заполучить любую, которую захотят.

Мой чертов суперслух уловил каждое слово.

– Поверь, с моим здесь появлением они ни на кого другого и не взглянут, – заявила Деметра с непоколебимой уверенностью.

Остальные девушки уставились на нее с завистью пополам с восхищением.

Подслушивая сплетни, я поняла, что никто, кроме меня, не сопротивлялся вербовке в Доминионы. Обычно люди воспринимали призыв в Академию Полукровок как величайшую привилегию.

После прохождения неофитами испытаний их признавали потомками богов. Их элитный статус повышал и значимость их семей.

Пожалуй, я единственная, кому на это было плевать.

– Мы – лучшее, что есть в этом мире, – продолжала распинаться Деметра. Кивнув в мою сторону, она добавила: – Сильно сомневаюсь, что остальные попадут в число избранных. Всегда есть победители и проигравшие. Академия не может позволить себе держать в своих рядах слабаков. Испытание – отличная практика для их отсеивания.

У нее вообще есть мозги? Я сыта по горло ее дерьмовой трепотней!

– Не могли бы мы немного побыть в тишине перед ритуалом, – попросила я как можно более вежливым тоном. – Пожалуйста, дамы и господа.

Элитная группа дружно ахнула оттого, что я осмелилась заговорить с ними. В их понимании мой низкий социальный статус означал, что я должна молчать и поклоняться.

Елена и Нэт окинули меня любопытными взглядами, а остальные двое робких чужаков затаили дыхание, словно ожидая, что меня вот-вот поразит молния. Они даже отошли подальше от меня, чтобы показать элите, что не имеют со мной ничего общего.

Шествующая в двух шагах впереди Деметра повернула свою златокудрую голову и окинула меня презрительным взглядом через плечо.

– Это ты та низкородная девушка, которая заговорила со мной? – изумленно спросила она, видимо, не в силах поверить, что я осмелилась обратиться к «королеве», не преклонив колена и не раболепствуя, как она привыкла. Ее великолепное лицо исказилось в усмешке.

– Низкородная? – хрипло переспросила я. – Ух ты, как стильно. А это ты та самопровозглашенная королева улья, которая живет в собственных иллюзиях величия? Прости великодушно, что не присела перед тобой в реверансе. Я так и не научилась склоняться перед властью. Самого полубога не удостоила такой чести, а тебе и подавно не дождаться от меня даже кивка.

Ее приспешники дружно ахнули, как будто на всех разом напала икота.

– Какая грубиянка, – сказала одна из девушек, выделяя голосом каждое слово. – Эту шлюху из низшего не научили хорошим манерам.

– Тогда продемонстрируй свои манеры, – огрызнулась я. – Они, наверное, родом из того места, куда никогда не заглядывает солнце.

– Не обращайте на нее внимания, – пренебрежительно фыркнул парень из элиты. – Она того не стоит. Просто жаждет внимания, но мы ее не уважим.

– Ну вы и шуты, – покачав головой, рассмеялась я.

Идущий рядом с Деметрой Джек, второй лидер элитной группы, посмотрел на меня своими прищуренными ореховыми глазами. Он был самым крупным из нас, и его крепкое телосложение и взгляд придавали ему такой вид, будто он был способен любого убить без зазрения совести, чего невозможно было предположить, глядя на его красивое лицо.

Выглядел он в нынешней обстановке совершенно непринужденно. Возможно, выяснится, что он даже сильнее Кэмерона.

Кстати, о Кэмероне. Стоило вспомнить о нем, как он появился в новой чистой форме с тремя полосками на значке и зашагал в ногу со мной.

Джек потупил полный смертельной угрозы взгляд и двинулся дальше. Деметра, сразу заметившая лейтенанта Доминиона, одарила его слащавой улыбкой, настолько лучезарной, что могла бы расплавить ремни на брюках большинства парней.

Неприятно было признавать, но внешность у этой высокородной особы что надо, под стать ладному телосложению. И, к счастью для нее, блондинки до сих пор в моде. Возможно, так будет всегда. Не приди Деметра в Академию, могла бы стать успешной подиумной моделью.

Она и сама это, без сомнения, знала. Держу пари, в любой ситуации Деметра использовала свою потрясающую внешность в качестве оружия. Именно благодаря тщеславной уверенности в себе девушка открыто заявляла, что если однажды привлечет взгляд полубога, то ни на кого другого тот больше не посмотрит. Если ей удастся запустить коготки в одного из них или во всех разом, то потомство от полубога ей обеспечено. И тогда она будет без конца бахвалиться тем, что ее дети на шаг ближе к полубогам.

Какой замечательный план!

Но привести его в исполнение Деметре удастся, только если будет держать рот на замке и перестанет молоть чепуху. С другой стороны, большинству парней все равно, лишь бы переспать с пустышкой вроде нее.

– Ты даже волосы нормально покрасить не в состоянии, гарпия, – насмехалась Деметра. – Не можешь позволить себе поход в салон?

– К твоему сведению, королева пчел, – парировала я, – это мой натуральный цвет волос. Без обид, но тебе, возможно, стоит проверить зрение, иначе сильно сомневаюсь, что Доминионы примут тебя в свои элитные ряды.

– В самом деле, Мэриголд? – ухмыляясь, переспросил Кэмерон. – Это твой натуральный цвет волос? Кроме шуток. Соглашусь с той девушкой, я тоже думал, что ты их неудачно покрасила.

Он все еще держал на меня обиду, либо за то, что я пнула его в грудь во время нашей первой встречи, либо, что более вероятно, за то, что оскорбила его, отказавшись от предложения стать частью его команды, если пройду ритуал.

Деметра захихикала, тряхнув своими длинными светлыми волосами, как супермодель, в знак признательности Кэмерону за поддержку и чтобы в очередной раз продемонстрировать свое неотразимое обаяние.

Кого я обманываю? У нее честолюбивые планы: охмурить хотя бы одного из полубогов и родить от него ребенка.

– Помолчал бы лучше, лейтенант, – фыркнула я. – Я ожидала от тебя большего.

– Не дуйся, Мэриголд, – продолжил Кэмерон. – Не пристало неофиту ходить с такой кислой физиономией. Мужайся и стань солдатом, которым ты рождена быть.

– Я не мужчина, – возразила я, – поэтому мужаться не буду. Кроме того, я родилась не для того, чтобы быть бойцом под твоим началом.

– Строго говоря, трудно определить, какого ты пола, – отметил Кэмерон.

Все захихикали, а Деметра так и вовсе залилась раздражающе высоким смехом.

Нэт с Еленой бросили на меня сочувственные взгляды. Ни для кого не секрет, что заиметь недоброжелателя в Доминионе – гиблое дело, а уж недоброжелателя из числа офицеров и подавно.

– Ну спасибо тебе, приятель, – обратилась я к Кэмерону. – Твоими стараниями я оказалась втянутой в пубертатную драму, хотя мне и без того хватает дерьма – увязла в нем по самые уши.

– Ты сама себя топишь в нем. – Он пожал плечами. – Удивительно, что ты упорно отказываешься благодарить нас за то, что спасли тебя от непродуктивной, бесполезной жизни.

Своими словами он донельзя меня разозлил, отчего я сделалась колючей, точно еж.

– Вы, Доминионы, вынудили меня оставить свой дом и свою команду, чтобы приехать сюда. Вы отняли у меня хорошую жизнь.

– О какой хорошей жизни идет речь, Мэриголд? – с любопытством спросила внезапно возникшая рядом со мной Мари.

Члены элитной группы выглядели удивленными и недовольными. Офицеры Доминиона, судя по всему, нечасто удостаивали неофитов вниманием, хотя эти двое просто издевались и высмеивали меня.

Я не видела Мари с тех пор, как меня отправили в общественную купальню, чтобы принять душ. Мылась я не дольше минуты, но, к моему разочарованию, выйдя из кабинки, обнаружила, что кто-то забрал всю мою одежду, а взамен оставил только халат.

– Речь о жизни на свободе, – стрельнув в нее взглядом, ответила я и похлопала себя по подолу. – А здесь мне приходится носить халат без трусиков. Хоть бы стринги выдали, что ли!

Если бы Мари осталась в купальне, думаю, она бы уважила мою просьбу и раздобыла мне нижнее белье. Я чувствовала, что могла понравиться ей.

Мари расхохоталась, и несколько солдат-сопровождающих вторили ее смеху, бросая на меня взгляды, как будто никогда раньше не видели.

Отпрыски благородных семей все как один скривились, показывая тем самым, что моя вульгарность вызывает у них отвращение.

– Что? – спросила я Кэмерона и Мари. – Неужели никто никогда не жаловался на бесчеловечное обращение?

– Нет, – отмахнулся Кэмерон. – Все, кроме тебя, считали отсутствие нижнего белья привилегией.

– Прошу прощения! – Я недоверчиво посмотрела на него. – А что, если кто-то смеялся так сильно, что немного описался?

Или так сильно перепугался, что обделался в середине ритуала.

– Перестань, Мэриголд. – Мари утерла выступившие в уголках глаз слезы. – Просто прекрати.

Джек на заднем плане демонстративно втянул носом воздух. Оставалось надеяться, что он не учуял запах мочи.

– Эта дикарка пахнет не так, как мы, – уверенным тоном объявил он. – Не думаю, что она потомок. Она точно не справится.

– Джек обладает магической способностью определять потомков богов, – злорадно пояснила Деметра.

Ее слова попали точно в цель. У меня замерло сердце. В то время как остальные неофиты приближались к славе, меня тот же путь мог привести к гибели.

Оглядев взявшую нас в плотное кольцо многочисленную охрану, я поняла, что придется рискнуть и принять участие в ритуале, если не хочу, чтобы меня ликвидировали на месте.

– Тогда как она вообще затесалась в наши ряды? – с отвращением спросил другой парень из элитной группы.

– Наверное, эта гарпия хочет попытать удачу, – предположила Деметра таким тоном, будто знала всю мою подноготную, – ведь это ее единственная возможность повысить свой жалкий статус. Девушка низшего класса вроде нее пойдет на все, чтобы продвинуться по социальной лестнице, хотя этот риск не оправдан – она и ей подобные всегда проигрывают. – Девушка пренебрежительно хмыкнула, демонстрируя отвращение. – Интересно, скольким солдатам она дала, чтобы попасть сюда. Печально на самом деле, потому что как бы широко она ни раздвигала ноги, все равно не...

Метнувшись к обидчице, я схватила в кулак ее белокурые волосы и дернула что есть силы. Деметра с криком пошатнулась и попыталась вырваться. Джек бросился на меня, но Кэмерон и Мари среагировали быстрее, разняв нас.

Они заставили меня разжать пальцы и выпустить лохмы Деметры, после чего оттащили меня от нее и прижали к земле. Остальные солдаты Доминиона отдавали лающие приказы, призывая продолжать движение.

Никто не хотел привлекать внимание полубога.

Я отнюдь не гордилась тем, что вцепилась противнице в волосы, – обычно мне куда больше нравится бить по зубам. Но я была слишком зла, чтобы заботиться о своем или чьем-то еще достоинстве. Накопившиеся за целый день разочарование и страх перед грядущим многократно усилились и привели к яростной вспышке.

К тому же когда я сталкиваюсь с задирой, то и сама становлюсь агрессором. Со мной вообще шутки плохи, а оттого, что теперь я, возможно, шагаю прямиком в объятия смерти, мое настроение не улучшалось.

– Мне плевать, насколько густая божественная кровь течет в твоих мерзких жилах, – предупредила я, не сопротивляясь хватке Кэмерона и Мари. – Еще раз ляпнешь подобную хрень, и я из тебя всю дурь выбью.

– Ты покойница, недостойная девка! – взвизгнула Деметра. – В тебе нет ни капли божественной ДНК. Тебе вообще не следовало сюда соваться. Живой из этих стен ты не выйдешь. Тебя ждет мучительная смерть еще до того, как первая руна...

– Что, черт возьми, здесь происходит? – прогремел голос, исполненный мощной магии.

На вершине лестницы, по которой мы собирались подняться – она вела к великолепному, но устрашающему красному зданию, – появился Аксель. Он распространял вокруг себя похожую на порывы ветра силу, которая сокрушала всё и вся на своем пути.

И снова все как один упали на колени – кроме меня.

Даже шум ветра затих.

Охраняющие нас солдаты Доминиона принялись поспешно поправлять на себе форму, которая и без того безупречно сидела.

– Опять создаешь проблемы, Мэриголд? – нетерпеливо спросил Аксель.

– Кто? Я? – в притворном неведении протянула я, озираясь по сторонам.

– Что я говорил о последствиях твоего неподобающего поведения? – продолжил он.

Я прикусила губу. Он пригрозил, что позволит своим Доминионам отыграться на Джаспере с Цирцеей.

– Этот чертов халат такой неудобный, – посетовала я.

Его темно-янтарные глаза опустились на вышеупомянутый халат, после чего прошлись по каждому дюйму моего тела. Возможно, мне не следовало жаловаться на свою одежду. Я вдруг поняла, что значит ласкать, не прикасаясь.

Полубог мог раздеть одним лишь тлеющим взглядом, и то, что на мне не было ничего, кроме халата, нисколько не помогало. Будь я в привычном охотничьем облачении, ощущала бы себя в своей стихии и знала, как с ним справиться.

Никогда в жизни я не чувствовала себя такой уязвимой, как под тяжестью его пристального горячего оценивающего взгляда.

Хуже того, вихрь жидкого огня лизнул плоть у меня между ног, отчего я немедленно сделалась скользкой и влажной. Мое лицо запылало. Черт! Что я там болтала про отсутствие трусов? Боже, помоги мне не возбудиться еще сильнее.

Вздернув подбородок, я с вызовом посмотрела на полубога и потуже запахнула полы халата. На его губах мелькнула насмешливая, но в то же время злая собственническая улыбка – и исчезла, словно ее и не было.

– Я выпустил тебя из поля зрения всего на несколько часов, – вздохнул Аксель, – и ты тут же устроила сущий кавардак. Я начинаю сомневаться в том, стоило ли привозить тебя сюда.

В моих глазах блеснула надежда, и я непроизвольно шагнула к полубогу, хотя он по-прежнему стоял на двадцать ступеней выше меня.

– Так ты меня отпустишь?

Он мрачно посмотрел на меня, казалось, размышляя об этом, и я заискивающе улыбнулась, чтобы его задобрить.

– Нет, – отрезал он, и его лицо посуровело. – Ты пройдешь через испытание, Мэриголд, даже если мне придется тащить тебя силой.

Подувший с лестницы дикий ветер зашелестел полами моего халата, принялся ласкать потайное место у меня между бедрами. Наслаждаясь ощущением, я закусила губу. В следующее мгновение шаловливый ветерок исчез, а с ним и разъяренный полубог войны.

Хихикая, Деметра поднялась на ноги. Должно быть, она решила, что Аксель намерен использовать ритуал в качестве способа унизить и наказать меня и в конце концов лишить жизни. Подозреваю, что при таком исходе она бы на радостях пустилась в пляс.

И, возможно, она права.

Я не хотела позволять никому из противников еще сильнее угнетать мой дух. Остановившись у подножия лестницы, я повернулась лицом к Мари и спросила:

– Можно мне одолжить твои сапоги? – По крайней мере, стоит попытаться улучшить свое нынешнее положение. – У тебя есть носки, а мои босые ноги ужасно чувствительные. Мне будет очень больно подниматься по этой длинной мощеной дорожке. – Вскинув голову, я посмотрела на ступени, ведущие к красному зданию, где очень скоро начнется ритуал и погибнут люди.

Возможно, я просто тянула время. Мужество стремительно меня покидало.

– Подруга, ты только посмотри на эту лестницу. Не думаю, что мои ступни, которые сделаны не из камня, выдержат этот подъем, – добавила я.

Члены элитной группы окинули меня насмешливыми взглядами и, бодро переставляя ноги, принялись карабкаться вверх. Двое других изгоев держались сразу за ними, также демонстрируя предельную выносливость.

Нэт и Елена остановились рядом со мной.

– Давай, Мэриголд, – предложила Елена. – Пойдем. Можешь опереться на нас с Нэтом.

– Пошевеливайся, Мэриголд, – сказал Кэмерон, чей голос снова стал жестким и угрожающим. – Своей выходкой ты чуть не лишила меня звания. Больше никаких фокусов, иначе сильно пожалеешь.

Я задумалась, не страдает ли он биполярным расстройством.

– И ответ на вопрос о том, чтобы одолжить тебе мои сапоги, будет отрицательным. Категорически нет. – Мари хихикнула. – В настоящее время ноги должны заботить тебя меньше всего. Ты же не хочешь и дальше злить полубогов.

Вздохнув, я стала подниматься по лестнице вместе с Еленой и Нэтом. Мы плелись в самом хвосте. Больше тянуть время было нельзя.

– Даже если ритуал меня не убьет, – пробормотала я себе под нос, – это сделает кто-нибудь из присутствующих.

– Вот уж точно, – подхватил Кэмерон. – Если не научишься держать язык за зубами.

Наконец мы преодолели последнюю ступеньку. Двойные двери из стали и стекла приглашающе распахнулись. С очередным глубоким вздохом я шагнула внутрь ритуального здания, то и дело прокручивая в голове знаменитую зловещую фразу: «Lasciate ogne speranza, voi ch’intrate».

Оставь надежду, всяк сюда входящий^[1].

Глава 6

Олимпийский зал был самым величественным местом, которое я когда-либо видела. Даже колонны сделаны из золота! А высокие потолки расписаны фресками, изображающими войну богов.

Недаром говорится, что историю слагают победители.

Вдоль четырех стен, в которых мы оказались, стояли статуи двенадцати олимпийских богов. На помосте имелся один большой трон, к которому примыкали четыре поменьше. Все они были украшены редчайшими драгоценными камнями, золотом и бриллиантами.

Самое почетное место, скорее всего, предназначалось для бога войны Ареса, который возглавлял армию Земли в борьбе с Люцифером и его полчищами демонов, а остальные – для четырех полубогов. По вырезанным на подлокотниках и высоких спинках символам можно было с легкостью определить, кто где сидит.

Шестеро неофитов сгрудились по левую сторону от двери, а остальные шестеро, включая меня, – по правую. Высокопоставленные офицеры Доминиона выстроились в две шеренги от помоста до самой двери. Среди них, судя по униформе, имелось несколько элитных студентов-старшекурсников.

Наверняка их уже успели выбрать в качестве будущих лидеров Доминиона Богов, что давало им привилегию смотреть представление, в котором кто-то выживет, а кто-то умрет.

Все неофиты были столь же напряжены, как и я, но большинство членов элитной группы выглядели скорее взволнованными, чем встревоженными. Уверенные в своем божественном наследии, каким бы далеким оно ни было, они походили на взявших кровавый след гончих.

Деметра то и дело бросала на меня презрительные взгляды, красноречиво выражающие горячее желание увидеть мой позор, за которым последует мучительная смерть.

Я, разумеется, отвечала ей тем же.

Все слышали заверение Джека о том, что я на сто процентов слабый человек. Никто из присутствующих не верил, что во мне достаточно крови богов, чтобы пережить этот варварский ритуал.

Как бы я ни старалась держаться мужественно, едва переступила порог зала смерти, почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

Я окинула глазами пустые троны.

Интересно, где сейчас полубоги? Собираются ли они в полном составе смотреть ритуал? Тридцать минут назад я видела на вершине лестницы Акселя, но он почти мгновенно исчез. Где он теперь? От дурного предчувствия мои мысли переметнулись к воспоминаниям о том, как его сила взывала ко мне и насколько меня возбудили его волшебные ласки.

– Внимание! – прогремел глубокий мужской голос, при звуке которого я чуть не выпрыгнула из собственной кожи.

Ради всего святого! Стоило так орать, когда в атриуме стоит тишина, как на кладбище?

В центр зала вышел высокий мужчина в белом струящемся одеянии священника и с пылающим кинжалом в руке. На лезвии плясали багровые, золотые и черные руны. Багровые, судя по их виду, были нарисованы кровью.

Черт подери! Неужели он собирается использовать этот кинжал против нас? Ни за что. Меня такой расклад не устраивает.

Остальные неофиты тоже округлили глаза.

Если мы будем дружно протестовать, возможно, полубоги откажутся от ритуала. Я внимательно огляделась по сторонам в поисках хотя бы искры непокорности на лицах и поникла, что резко контрастировало с другими неофитами, которые все как один стояли, гордо выпрямившись, даже четверо изгоев. Выходит, кроме меня никто и не подумает сопротивляться, а один голос легко и быстро заглушат.

Когда священник окинул нас взглядом, в его пронзительных серебристых глазах сверкнули молнии, выдавая в нем потомка Зевса. Должно быть, кровь бога в нем очень сильна.

Я втянула носом воздух. Да, приблизительно седьмой класс силы.

Он задержал на мне свой немигающий взгляд на секунду дольше, чем на прочих, и я попыталась понять, что сделала не так на этот раз. Ах, ну да – я же принюхивалась и оценивала его мощь. Я мгновенно напустила на себя безразличный вид. Подобное никому не нравится, ведь обычно это означает, что от тебя исходит неприятный запах или что-то в этом роде.

Наконец священник отвел от меня глаза и взмахнул рукой в воздухе, как дирижер, подающий сигнал первой скрипке. Только вместо оркестра перед ним стояли мы, кучка нервничающих неофитов, и хладнокровные наблюдатели с каменными лицами. По мановению руки между священником и нами материализовался ритуальный стол из дерева и стали.

Мое горло сжалось, дыхание участилось.

Вот черт, похоже, священник собирается заставить всех по очереди лечь на стол, чтобы разрезать нас и посмотреть, кто сможет это пережить.

Интересно, получится ли убежать?

Меня пронзила тревога, я испытала сильное желание помочиться. Должна ли я попросить разрешения сходить в туалет? Возможно, это мой единственный шанс на спасение.

В тот момент, когда я собралась было поднять руку, по залу пронесся вихрь, вспыхнул яркий свет, а воздух заискрился силой, потрескивающей, как живое электричество. Вода тоже явила свое присутствие в виде пропитавшей воздух влаги, густой и тяжелой, липнущей к коже.

На тронах материализовались три гигантские фигуры, к которым немедленно устремились взгляды всех присутствующих. Глаза неофитов округлились от благоговения.

От полубогов исходила неописуемая мощь. Кроме того, они оказались самыми великолепными существами, которых я когда-либо видела. Каждый обладал совершенным телосложением, за достижение которого смертные мужчины были готовы умереть, а женщины ни за что бы не упустили возможность переспать с таким красавцем. Готова поспорить, что полубогам не нужны силовые тренировки, чтобы поддерживать себя в отличной форме.

Даже я чувствовала себя немного ошеломленной. Однако в отличие от пускающих слюни неофитов, мой разум был слишком порабощен ужасом перед ритуалом, чтобы в полной мере оценить мужественную красоту полубогов.

Когда беспокоишься о собственном выживании, похоть отходит на второй план.

Перво-наперво я нашла взглядом Акселя, поскольку худо-бедно имела с ним дело. Его янтарные глаза сфокусировались на моей персоне. Он даже добродушно подмигнул мне, отчего ему на лоб упала прядь роскошных каштановых волос.

Настроения подмигивать в ответ не было. На собственном опыте я убедилась, что привлечение внимания полубога никогда не сулит человеку ничего хорошего.

Я оторвала от него яростный взгляд, чтобы посмотреть на царственную фигуру, восседающую на троне из молний. Синеглазый полубог неба был так коротко подстрижен, что куда больше походил на Ареса, чем сам полубог войны. Возможно, Аксель не любил стереотипы, поэтому предпочитал непринужденный стиль парня-сердцееда?

Полубог неба был облачен в красный плащ. Его серебристо-черные доспехи выгодно подчеркивали накачанные мускулы, а молнии в глазах были гораздо мощнее, чем в глазах священника. Полубог неба выглядел таким аппетитным, что многие женщины изошли бы слюной, разглядывая его.

Отлично. Едем дальше.

Мой взгляд переместился на гиганта, занявшего трон с символом торчащего из морской пены трезубца. Полубог морей, конечно.

Серебристые волосы струились по его широким, покрытым броней плечам. Они выглядели такими шелковистыми, гладкими и блестящими, что мне стало интересно, каким шампунем он пользуется. Возможно, если я об этом спрошу, он сочтет мой вопрос богохульством.

Притягательностью полубог морей не уступал кузенам, но было в нем что-то еще, что заставило меня насторожиться и даже вызвало отвращение. Я почувствовала его капризную натуру и взрывной характер. Поговаривали, что среди своих собратьев он самый злобный.

Я отнесла его к категории суперзлодеев.

Словно почувствовав мою оценку, он устремил на меня взгляд своих жестоких соблазнительных фиолетовых глаз. На мгновение мы уставились друг на друга, и в его прищуренном взоре промелькнула угроза. Никто из неофитов не пялился на полубогов так откровенно, как я.

Почему бы и нет, черт возьми? В них же осталось немного человеческого, не так ли?

Кроме того, я обожаю все рассматривать, и дело здесь не только в отношении – мной двигало искреннее любопытство. Мне нравилось думать, оценивать, классифицировать и составлять свое мнение. Что он мне сделает? И какой вред я могу ему причинить одним лишь взглядом?

Но этот засранец, полубог морей, похоже, всерьез обиделся и не преминул обрушить на меня свою мощь. Его сила жестко ударила меня в живот, хлестнула по коленям. Он хотел унизить меня, заставить меня одну на глазах у всех опуститься перед ним на колени.

Аксель уже пытался и потерпел неудачу. И этому ублюдку я не поддамся.

Я задрала подбородок. Мои колени не подогнулись. Сейчас я была подготовлена лучше, чем когда противостояла полубогу войны, поэтому даже не вздрогнула, хотя внутри меня все же немного потряхивало.

На красивом, точно высеченном из мрамора лице полубога морей промелькнуло удивление пополам с недовольством.

Аксель ухмыльнулся, глядя на кузена, словно поняв, что происходит. Его позабавило, что на провокацию другого полубога я поддалась не больше, чем на его собственную.

Остальные – священник, офицеры Доминиона и неофиты – похоже, и не догадывались, что мы с одним из полубогов вступили в битву характеров еще до начала испытания.

Когда полубог морей надавил сильнее, а я отпрянула, чтобы свести на нет его потуги, а Священник, представившийся святым Теодором, открыл церемонию и своим глубоким, музыкальным голосом вознес молитву двенадцати олимпийским богам. После чего наконец перешел к восхвалению четырех полубогов: полубога неба Зака, полубога морей Пакстона, полубога смерти Гектора и полубога войны Акселя.

Полубог смерти единственный отсутствовал. Он был самым темным и загадочным сверхсуществом, поскольку именно в его руках был сосредоточен контроль над вратами смерти.

Хорошо, что его нет поблизости.

Находись он здесь сегодня, непременно забрал бы меня и переправил на другую сторону завесы, несмотря на все мои возражения. Это ведь его прерогатива, не так ли?

Переведя взгляд с кузенов на меня, Зак на долю секунды смежил веки, словно размышляя. А может, и правда задремал, кто его разберет.

Аксель вопросительно вскинул бровь. Если я правильно поняла, тем самым он интересовался, что я думаю о его братцах.

«Обычные засранцы», – мысленно прошипела я.

Полубог войны разразился хохотом. Все дружно повернули к нему головы, но никто не осмелился спросить, над чем он смеется. Если бы кто-то из неофитов помешал началу священного ритуала, то был бы немедленно казнен.

Неужели Аксель и в самом деле прочитал мои мысли?

Все знали, что полубог неба обладает силой грома и молний, полубог морей может вызывать цунами и затоплять города, полубог смерти собирает души, а полубог войны наделен всевозможными боевыми умениями, в том числе вызывать бури на поле брани.

Никто никогда не упоминал, что они способны проникнуть в голову человека и узнать его помыслы.

В следующее мгновение я почувствовала непреодолимое влечение к Акселю. Похоже, в присутствии полубогов мне лучше выставлять дополнительный ментальный щит.

Теодор сделал паузу в речи. Я задумалась, не читает ли он снова и снова один и тот же заготовленный сценарий о славе богов и о том, как нам повезло быть выбранными для ритуала рун, который на протяжении многих поколений формировали элитную армию богов и отсеивали недостойных.

– Возьми себя в руки, Аксель, – сдавленно процедил Пакстон со своего трона.

– Или что? – лениво отозвался тот, и они уставились друг на друга.

Мне стало любопытно, часто ли полубоги дерутся со своими кузенами?

Пакстон потерял интерес к тому, чтобы заставить меня встать на колени, но я пока не осмеливалась вытереть выступившие на лице капельки пота. Мои ладони также изрядно вспотели от прикладываемых усилий по сопротивлению его издевательствам.

Заметив недоуменный взгляд священника, Аксель наконец перестал смеяться.

– Не обращай на меня внимания, старина Теодор, – махнул он рукой. – Приступай и проведи их инициацию в соответствии со списком имен, который я тебе дал.

Мое сердце заколотилось в груди. Неужели полубог войны заставит меня пройти ритуал первой?

– Как пожелаешь, полубог Аксель, – послушно кивнул Теодор и, без интереса окинув нас взглядом, добавил будничным тоном: – Есть вопросы?

У меня засияли глаза. Вот он, мой последний шанс. Подняв вверх обе руки, я крикнула: «Да, у меня!» на случай, если моя жестикуляция останется им не замеченной.

Теодор выглядел удивленным и раздосадованным. Неужели никто раньше ни о чем его не спрашивал? Не могли же все просто соглашаться с каждым его словом, верно? А как же свобода мысли? Ведь в этом ритуале речь идет о жизни и смерти!

– Да? – отрывисто процедил он, и я оценила угрожающее выражение его лица.

– Мне любопытно, – сказал я, – каким образом вы определяете, в ком есть божественная ДНК? Не хотите ли сначала сделать анализ крови, чтобы с большей вероятностью получить именно тех солдат, которые вам нужны? А также чтобы не втянуть в это дело человека и не убить его или ее, потому что он или она – всего лишь человек?

– Мы не тащим людей силой в этот священный храм, – сурово сказал Теодор. – Анализ крови, однако, не может обнаружить у кандидата божественный ген. У нас есть свой метод выявления потенциальных солдат Доминиона, но это не твоего ума дело и не твоя забота. А теперь, если ты высказалась, замолчи и жди своей очереди, неофит. – Его тон не подразумевал возражений и пререканий.

Но я отнюдь не высказалась. Кэмерон упомянул, что для поиска сверхъестественных существ применялся экстрасенсорный шар, – и что он обнаружил только Джаспера и Цирцею.

– Ваш магический прибор меня не видел, – не сдавалась я. – Меня нет в списке возможных солдат Доминиона. Полубог Аксель привел меня сюда по ошибке. Думаю, нам стоит исправить ее до начала ритуала. Незачем устраивать беспорядок.

В зале воцарилась полнейшая тишина. Насколько мне было известно, никто ни разу не обвинял полубога в ошибке, но это был мой единственный шанс убраться отсюда.

Сейчас или никогда.

Бороться меня заставлял не только страх смерти. Каждая клеточка моего тела восставала при мысли о том, чтобы меня касалась или испытывала некая внешняя сила вроде ритуального кинжала. Это похоже на то, как если бы во мне была встроенная защита, которая побуждала бежать и никогда не возвращаться.

Размышления об этом натолкнули меня на новую мысль: не знала ли Ви обо мне что-нибудь эдакое? Может, именно поэтому она вбила мне в голову, что нужно любой ценой держаться подальше и от демонов, и от полубогов? И я вполне успешно пряталась в Крэке до сегодняшнего дня, когда сначала появился демон, а за ним полубог, – и все пошло наперекосяк.

Я услышала низкое рычание, которое, скорее всего, издал Аксель, но намеренно не стала на него смотреть. Зато с надеждой взглянула на полубога неба. Из их троицы он казался самым рассудительным. Он открыл глаза и наклонился вперед на своем троне, чтобы выслушать меня.

– Я на сто процентов человек, – торопливо продолжила я. – Во мне нет ни капли божественной крови, даже отдаленно. Пожалуйста, исключите меня. Если хотите, можете отправить в Академию Иных. Я не расскажу о случившемся ни единой живой душе. Клянусь. К тому же я еще ничего и не видела.

– Зачем ты впутал во все это человека, Аксель? – Пакстон обратил свой недовольный фиолетовый взгляд на полубога войны. – Знаешь ведь, что Академия Полукровок не предназначена для людей. На этот раз ты зашел слишком далеко.

Зак перевел взор с меня на Акселя, в его синих радужках сверкнула молния.

– Может, объяснишь? – спросил полубог неба.

Аксель закатил глаза.

– Эта маленькая бестия невероятно коварна. Уже двадцать лет она скрывает от нас свою сущность. Я намерен выяснить, кто она на самом деле. Только ритуал Рун Крови откроет нам ее самые сокровенные тайны.

– Нет у меня никаких тайн, – громко запротестовала я. – Я именно та, кого вы видите. Я никто, и звать меня никак, самый обычный человек. Почитаемые другие полубоги, взываю к вам. Полубог Аксель питает ко мне личную неприязнь, потому что я отказалась встать перед ним на колени. В наказание за проступок он привез меня сюда. Он хочет меня унизить, а потом убить.

– Это серьезное обвинение против полубога, неофит! – вмешался Теодор, чьи серебряные глаза горели яростью. – Ни один смертный никогда не делал подобных заявлений. Повезет, если тебя поразит молния, когда полубоги вынесут свой вердикт!

Он выглядел так, словно собирался лично метнуть в меня молнию или воткнуть в грудь пылающий кинжал. Я отступила на полшага, озираясь по сторонам в попытке найти хоть какое-то оружие, чтобы постоять за себя, если начнется драка.

– Замолчи, Теодор, – сказал Зак. – Опять ты встреваешь, когда не просят.

В знак извинения священник отвесил поклон, и в зале снова воцарилась тишина.

Я заметила, что три полубога странно переглядываются. В следующее мгновение меня осенило: черт возьми, да они же общаются телепатически. Затем полубоги морей и неба принюхались, как прежде Аксель. Неужели опять оценивают?

Меня охватила паника, когда они в очередной раз обменялись зловещими, заинтригованными взглядами и дружно уставились на меня. От столь пристального внимания меня пробрала дрожь, которую с трудом удалось подавить.

– Мы посовещались, – объявил Зак. – Все без исключения кандидаты пройдут сегодня инициацию. Поблажек не будет. Слабые отсеются, а сильные потомки богов активируют свои дремлющие силы с помощью священного ритуала Рун Крови.

Не было ничего священного в том, чтобы принести в жертву невинную жизнь. Но если я еще раз выступлю с возражениями, полубог молний и правда поразит меня на месте.

Придется все же рискнуть и принять участие в ритуале.

И тут в моей голове промелькнула мрачная, но обнадеживающая мысль. Раз я сумела оказать сопротивление внушению двух полубогов, возможно, выживу и в чертовом испытании.

Я покорно опустила взгляд в пол и принялась ждать, когда объявят мое имя. Засранец Аксель, скорее всего, подстроил все так, чтобы я умерла первой.

Когда вызвали Деметру, я прижала холодные, мокрые от пота ладони к своему халату и на долю секунды почувствовала облегчение, но потом мне стало ее жаль, хотя она была очень неприятной девицей. Что, если в ее жилах, вопреки уверениям, течет отнюдь не божественная кровь? Она же может умереть!

Когда Аксель перевел на меня свой озорной взор и ухмыльнулся, я сообразила, что значусь последней в списке. Этот ублюдок притащил меня сюда, чтобы сыграть со мной в извращенную игру. Он хотел, чтобы я увидела несколько мучительных смертей, прежде чем встречу свою собственную.

Одарив его исполненным ненависти взглядом, я сосредоточилась на Деметре.

Блондинка гневно на меня покосилась, точно я украла у нее минуту славы или что-то в этом роде, после чего грациозной походкой направилась к ритуальному столу, купаясь в пристальном внимании присутствующих и наслаждаясь каждым мгновением.

Подойдя к полубогам, она напустила на себя ангельский вид. Куда только подевалась дрянная девчонка, которой она, по сути, являлась? Деметра могла казаться очень милой, когда имела дело с кем-то выше себя по рангу.

Полубоги скользнули по ней глазами – все, кроме Акселя, который по-прежнему пристально наблюдал за мной, словно хотел зафиксировать каждое мое движение.

Тряхнув волосами, как королева-сирена, Деметра встала на стоящий перед столом табурет, а с него перебралась на край столешницы и уселась лицом к полубогам, скрестив ноги в лодыжках, как подобает девушке с хорошими манерами.

Теодор велел ей распахнуть верхнюю часть халата и чуть-чуть его приспустить, но Деметра дерзко дернула за полы, выставив свою грудь на всеобщее обозрение, явно с тем расчетом, чтобы полубоги могли полюбоваться.

Зак и Пакстон удостоили ее обнаженное тело мимолетным взглядом, а Аксель по-прежнему не сводил глаз с меня.

Теодор нахмурился при виде столь откровенной демонстрации соблазнительной плоти. Он действительно был святым, пусть и злобным, но в своем нетерпении приступить к работе не сделал первой испытуемой замечания.

С огненным кинжалом в руке он быстро подошел к Деметре. Со своего места мне не было видно, что именно он делал, но по тому, как танцевал его кинжал, я предположила, что он вырезает руны на коже чуть ниже левого плеча.

Либо Теодор был чрезвычайно искусен (а таковым он и должен быть, верно, поскольку проделывал эту процедуру, наверное, тысячи раз?), либо кончик лезвия едва коснулся кожи, потому что Деметра вскрикнула всего несколько раз.

Наконец Теодор отвел от нее клинок.

Все три полубога уставились на ее грудь, и Зак кивнул.

– Деметра – потомок Деметры, богини урожая и плодородия, – объявил Теодор. – В ее жилах течет восьмая часть божественной крови, а также есть намек на наследие сирен.

Деметра высоко вздернула подбородок. Богиня на одну восьмую, она была именно той, кем и говорила, даже если преувеличила процент божественной крови. Зал, тем не менее, затаил дыхание. Она действительно очень близка к полубогине.

Теодор посмотрел на нее сверху вниз и кивнул.

– Поздравляю, Деметра. Ты прошла первое испытание и можешь вернуться в шеренгу.

Что? Это было только первое испытание?

Мне стало жаль присутствующих.

Деметра прошествовала обратно в наш ряд с таким видом, будто ее только что короновали, бросив на меня надменный взгляд. И что я ей сделала на этот раз?

Вторым вызвали Джека, и он прошел через тот же ритуал. Он оказался дальним потомком Зевса, но в этом не было ничего постыдного. Большинство воинов являлись дальними потомками, а Зевс был нынешним царем богов.

Потом выкрикнули имя еще одного парня из элитной группы, который дико заорал, стоило Теодору начать вырезать у него на груди первую руну, и не переставал кричать, пока не упал замертво.

Кровь застыла у меня в жилах.

Два солдата Доминиона поспешно выступили вперед и убрали обгоревший труп. Двое других неофитов-изгоев тоже не выжили. Они умерли в муках.

Следом настала очередь Нэта. Елена страшно побледнела, когда объявили его имя. Я схватила ее за руку, чтобы поддержать, и она в ответ сжала мою ладонь. Я чувствовала, как дрожат ее пальцы.

Нэт прошел испытание. Он был дальним потомком Гефеста, бога металла.

Затем пришел черед самой Елены, и я мысленно помолилась, чтобы она выжила. Они с Нэтом были единственными, кто относился ко мне дружелюбно.

Елена оказалась не слишком далеким потомком Посейдона, однако полубог морей и не взглянул на неофита, принадлежащего к его дому. Он смотрел на меня.

Прозвучало мое имя.

Я бросила на Акселя исполненный ненависти взгляд, а он в ответ изогнул темную бровь, изображая святую невинность. Я как наяву услышала его безмолвный вопрос: «За что ты так сердишься на меня, дорогуша?»

На табурет я ступила далеко не так грациозно, как Деметра. Каким-то образом я промахнулась и споткнулась, но ухватилась руками за край ритуального стола.

Со стороны элитной группы раздались смешки.

Из двенадцати неофитов погибли пятеро, включая нескольких членов их круга, а этих высокородных ублюдков, выходит, это нисколько не волнует? Казалось, всем наплевать, кроме меня. Я скорбела и возмущалась напрасным смертям.

Теодор двинулся ко мне с пылающим кинжалом в руке.

– Ты уверен, что действительно хочешь это сделать? – умоляюще прошептала я в надежде, что в нем проснется хоть капля сострадания.

Священник посмотрел на меня, словно желая поскорее отделаться.

– Сделка есть сделка, Мэриголд, – напомнил Аксель со своего трона.

Совершенно бессмысленно спорить с придурком, особенно наделенным таким могуществом.

Я слышала, как полубог морей что-то пробормотал Акселю.

– Эта девчонка утомляет меня, как никто другой. Уже много веков – с тех пор как положили начало этому ритуалу, – мы не встречали никого настолько раздражающего, неуважительного и болтливого, как она. Если бы это зависело от меня, я бы просто избавился от нее здесь и сейчас. Не понимаю причин твоей одержимости. С другой стороны, ты почти так же молод, как и она.

Не обращая внимания на ехидные комментарии Пакстона, Аксель поднялся со своего трона и направился ко мне. Его сила тянулась за ним подобно серебряным теням.

В отличие от двух других полубогов, он был одет в классическую белую рубашку, джинсовые брюки и модный плащ. Я оторвала взгляд от его скульптурной груди и уставилась на мускулистые ноги. Возможно, это последнее соблазнительное зрелище, которое я увижу в жизни.

На секунду он показался мне простым привлекательным парнем, с которым любая девушка с удовольствием пошла бы на свидание. Я забыла, где нахожусь и что передо мной полубог войны.

«Черт бы тебя подрал! – выругалась я про себя. – Тебе смерть рукой машет, а ты пялишься на полубога, который втянул тебя в это дерьмо?»

Я выпрямила спину, решив уйти с достоинством. Впрочем, это совершенно неважно. Незачем беспокоиться о позе. В смерти нет ничего достойного.

– Продолжай, – сказала я священнику. – Если нужно, порежь меня. Вырежи на моей коже любые руны. Но я лучше умру стоя, чем...

Глава 7

Не успела я договорить, как кинжал Теодора выпустил в мою сторону струю пламени, более жаркую, чем изрыгается из пасти мифического дракона.

– Какого дьявола ты творишь? – воскликнула я.

Такого не случалось ни с одним другим неофитом. Похоже, священник так разозлился, что решил сжечь меня вместо того, чтобы ловко и тщательно вырезать руны на коже.

Инстинктивно я вскинула руки в попытке защититься от огня, хоть и понимала, какой это жалкий, бесполезный жест.

Пламя ударило мне в грудь с такой силой, что отбросило назад, и я врезалась в ритуальный стол. Он взмыл вверх и сокрушил великолепную люстру на потолке. По всему храму разнесся резкий треск стали, ударившейся об стекло. Стоящие внизу неофиты поспешно втянули головы в плечи, чтобы защититься от сыплющихся на них осколков хрусталя и бриллиантов.

Стол пролетел через весь зал под странным углом и, судя по проклятиям и стонам боли, задел нескольких солдат.

– Что за черт? – в гневе прорычал спешащий ко мне Аксель.

– Я этого не делал! – крикнул Теодор. – Даже не дотронулся до девчонки. Кинжал действовал сам по себе. За тысячелетия подобного не случалось ни разу. Что-то не сходится. Должно быть, дело в самой кандидатке. Никто никогда не осмеливался сыпать вопросами во время ритуала. Она слишком много болтала.

Во мне вспыхнула ярость оттого, что они пытаются выставить меня виноватой, хотя именно я попала под удар.

По залу прокатилась волна нервных перешептываний. Казалось, каждому было что сказать.

– Ритуал Рун Крови призван отсеять слабых, недостойных и непригодных. Остаются только сильные, чтобы защищать человечество, – изрекла Деметра, обращаясь, вероятно, к своей группе или любому, кто готов ее слушать. – Такова нерушимая традиция первой церемонии в Академии Полукровок. Так и знала, что эта дикарка будет испепелена.

– Заткнись, – прошипела Елена. – Если в тебе еще осталась хоть капля человечности.

– Как ты смеешь упрекать меня, тупая корова? – возмутилась Деметра.

– Не смей называть ее коровой, гадюка! – вмешался Нэт. – В тебе самой божественной крови вовсе не на четверть, как ты уверяла, а всего лишь на одну восьмую. Это огромная разница.

– И все же у меня преимуществ больше, чем у любого из вас, – не сдавалась Деметра.

Я перестала вслушиваться в их перебранку и тем более о ней беспокоиться, поскольку мне требовалось решить куда более важную задачу – потушить охвативший меня огонь. Сдаваться без боя я не собиралась.

Все полубоги мгновенно окружили меня.

Я опустила взгляд на свою грудь, ожидая увидеть пылающую дыру, но ничего подобного не было. Пламя превратилось в руны, написанные на моей коже сменяющимися цветами: сначала малиновым, потом черным, фиолетовым, синим, золотым...

Руны не ограничивались пространством между левым плечом и верхней частью левой груди, где им полагалось находиться. Они рассредоточились по всему моему телу. Багровые, золотые и черные символы образовывали фигуры и линии и исчезали, чтобы появиться вновь и расползтись по моим плечам, рукам и груди, точно на треклятом шоу уродцев.

Аксель выглядел потрясенным. Я в ужасе смотрела то на него, то на блуждающие по моему телу знаки. Не спрашивая разрешения, он стянул с моих плеч халат, а я была слишком напугана и занята наблюдением за рунами, чтобы ударить его в челюсть.

– На тебе все двенадцать символов, – прошептал Аксель. – Невероятно.

– Это невозможно. Не является же она потомком всех двенадцати главных богов разом! И никто другой тоже, – запротестовал Теодор, выпучив свои серебристые глаза. Полубоги мгновенно оттеснили его в сторону, взяв руководство на себя. Кинжал в руке Теодора потускнел, пламя погасло. – Мой клинок! – воскликнул он. – И пламя, и руны исчезли.

– Она поглотила их все, – пояснил Зак, и в его насыщенно-синих глазах сверкнула молния. Он разглядывал меня так, словно только что впервые увидел, по-настоящему увидел. – Она приняла их все, как будто это ее право по рождению.

Символы все еще кружились на моем теле, словно в попытке решить, где им лучше обосноваться.

– Да определитесь уже, – простонала я.

Аксель оторвал взгляд от рун.

– Ты выжила, Мэриголд, – объявил он. – Я знал, что так и будет.

Создалось впечатление, что он хотел заключить меня в объятия, чтобы поздравить, но я все еще была так зла на него, что оттолкнула и выставила перед собой руку, чтобы не позволить ему или кому-либо из его кузенов приблизиться.

Я понятия не имела, что руны собираются со мной сделать, и ужасно боялась, что они изменят мою сущность. Мне было комфортно в шкуре прежней Мэриголд. Но какая-то первобытная часть меня уже знала, что руны крови пробудили что-то темное и опасное, что было скрыто глубоко внутри.

– Уберите с меня эти знаки, пожалуйста, – сказала я. – Они мне не нужны.

И тут стало жечь.

От моей кожи посыпались огненные искры, руны превратились в прыгающие язычки пламени. Мгновение спустя я превратилась в факел и, агонизируя, застонала.

– Что происходит? – закричал Аксель, побледнев. – Пакстон, лед!

Полубог морей наколдовал ледяные потоки и вылил их на меня, но это не возымело эффекта: пылающий внутри меня огонь шипел и потрескивал, становясь все жарче.

– Перестань! – взвыла я.

Этот ублюдок сделал только хуже.

– Не сработало, – в ужасе сказал Пакстон. – Она горит изнутри.

Точно так, придурок!

– Помогите ей! – продолжал вопить Аксель. – Как такое могло случиться? Теодор, ты же гребаный священник и знаешь все руны. Если ты ее не вылечишь, я с тебя живьем шкуру спущу!

– Ума не приложу, как это сделать, – крикнул в ответ Теодор. – Я уже говорил, прежде такого никогда не случалось.

Ледяной ветер Акселя ударил в меня, катающуюся и корчащуюся на полу. Сорвав с себя халат, я вопила от боли, а огонь продолжал жечь, подобно адскому пламени из преисподней, – не то чтобы мне когда-либо доводилось там бывать.

Ад настиг меня здесь и сейчас.

– Убирайтесь! – рявкнул Зак солдатам Доминиона и другим неофитам.

В считаные секунды зал обезлюдел. Остались только полубоги и их священник. На долю секунды я испытала благодарность за то, что полубог сохранил последние крохи моего достоинства.

– Держись, Мэриголд, – обратился ко мне Аксель, приседая рядом с опустошенным выражением лица. Как будто ему не все равно! Сам же довел меня до этого состояния. – Мы найдем способ прекратить твои мучения.

– Должно быть, в ней сокрыта некая неведомая нам сила, – постановил Теодор, который вместе с полубогами опустился передо мной на корточки и внимательно меня разглядывал. – Руны наделены разумом, но не проявляли подобную активность уже много веков. Похоже, к ним взывает ее собственная мощь. Когда руны почувствовали в девушке силу, то сами к ней потянулись – я даже не успел начертать основной символ.

– Эта леди утверждала, что она человек, но ты, полубог Аксель, сказал, что она кто угодно, только не смертная, верно? Выходит, ты почувствовал ее скрытые резервы. Думаю, ты прав, – продолжал священник. – Руны запустили или активировали погребенную в ней мощь, исполнив тем самым свое предназначение. По-моему, в ней заключены силы более чем одного бога, и они борются за господство.

– Это бессмысленно. Как ее могли выбрать все двенадцать рун? – протянул Зак. – Мы – полубоги, самые могущественные существа на Земле, но даже у нас нет абсолютной мощи. В нашем распоряжении меньше трех доминирующих сил. Я должен поговорить со своим отцом.

– К тому времени, как ты свяжешься с Зевсом, Мэриголд может умереть, – проворчал Аксель. – Лучше я обращусь к своему отцу. Он, по крайней мере, находится на Земле.

– Но Арес сейчас в зоне боевых действий, – возразил Пакстон. – Разве он не занят переговорами с Люцифером?

Пока эти ублюдки спорили, огонь продолжал дюйм за дюймом пожирать мою кожу. Теперь я жаждала одного – смерти, потому что не могла вынести больше ни секунды мучений.

– Обезглавь меня, – взвыла я, царапая ногтями кожу в попытке очистить ее от огня или ядовитых рун. – Сейчас же избавь меня от этой пытки, Аксель, и я прощу тебя за тот ад, в который ты меня засунул.

– Не могу, – сказал он, касаясь ладонью моего лица. – Я не могу позволить тебе умереть. Пожалуйста, дай мне еще немного времени и позволь придумать, как тебя спасти.

– Меня не спасти, – закричала я. – Прекрати мои страдания!

Исполненная решимости перерезать себе горло и покончить с мучениями, я потянулась к ритуальному кинжалу, который Теодор по-прежнему сжимал в руке, но этот ублюдок быстро увернулся, и сила огня повалила меня на пол.

Когда меня захлестнула новая волна агонии, я совсем обезумела. Мои хриплые крики перемежались с оскорблениями в адрес полубогов:

– Будьте вы прокляты! Кто дал вам гребаное право решать, кто достоин, а кто нет? У меня была хорошая жизнь, ублюдки! По крайней мере, я наслаждалась свободой и имела друзей... а вам приспичило отнять у меня эту жизнь и отправить прямиком в Ад.

В отражении убитых горем глаз Акселя я увидела, что мои собственные радужки светятся красным. Я разъярилась как никогда и хотела прикончить его – их всех.

– Я человек и потому не могу принять руны, придурки, – завывала я в гневе. – Человеческая жизнь ничего для вас не значит. Моя жизнь ничего для вас не значит.

– Будь ты человеком, давно превратилась бы в горстку пепла, – возразил Теодор.

Что за наглость! Как бы мне перекинуть на него свое пламя?

– Тише, Мэриголд, – попытался успокоить меня Аксель. – Твоя жизнь значит для меня бесконечно много. Я уже связался со своим отцом и вызвал его на помощь. Он прибудет, и мы во всем разберемся. Мы спасем тебя.

– Ну-ну, продолжай заливать, лживый ублюдок! – Мои крики сопровождались рыданиями. Изрыгая проклятия, я чувствовала себя немного полегче. – Все, чего ты хочешь, – это выиграть войну против демонов, вот и тащишь под знамена Доминиона всех, кто, по твоему мнению, способен сражаться. Сегодня погибли пять неофитов. На самом деле шесть, поскольку я скоро присоединюсь к ним. Мне всего двадцать. Я даже пожить по-настоящему не успела. Я все еще гребаная девственница! Будь ты проклят! Будьте вы все прокляты! После смерти я буду преследовать вас в виде призрака, полтергейста или чего-то в этом роде. Я буду хуже, чем демоны, с которыми вы сражаетесь. Я стану вашим ежедневным кошмаром. Особенно Акселя! Я буду неотступно следовать за тобой! У тебя не будет ни секунды чертова покоя...

– Богохульство! – ахнул Теодор. – Никогда не слышал, чтобы кто-то столь яростно сквернословил. Нам следует уважить ее просьбу и покончить с ней.

– Заткнись, Теодор, – рявкнул Аксель. – Тронешь ее хоть пальцем, и я покончу с тобой.

В следующую секунду меня подняли с пола, и я забилась в чьих-то объятиях – конечно, это был полубог войны.

– Я не дам тебе умереть, – сказал он. – Позволь мне разделить твою участь. Если мы погибнем, то вместе.

Безжалостный огонь перекинулся на него, стремясь найти новую жертву, но при этом продолжал поджаривать и меня тоже. Боль исказила красивое лицо Акселя, но он подавил крик и крепче прижал меня к себе.

Несмотря на обжигающее пламя, которое все еще пылало внутри, меня захлестнуло изумление. Я не ожидала, что кто-то, тем более полубог, сделает для меня подобное, хотя именно он втянул меня в эту передрягу.

Ради смертного полубог никогда бы собой не пожертвовал. Все божества славятся корыстью и эгоизмом. Тем не менее Аксель готов умереть за меня – или вместе со мной.

– Нет. – Я затрепыхалась в его объятиях. – Просто убей меня.

– Возможно, если мы объединим усилия, огонь распределится между нами и перестанет сжигать ее одну, – задумчиво протянул Зак и тоже обнял меня.

В следующее мгновение я почувствовала, как к нам присоединился и полубог морей.

– Что вы делаете? – вскричал Теодор. – Хоть вы и бессмертные полубоги, вас все же можно убить. Нельзя жертвовать жизнями ради девчонки, которую едва знаете.

Не слушая священника, полубоги продолжали оттягивать огонь на себя, одновременно вливая в меня свою силу, чтобы защитить. И вдруг по моим венам заструился прохладный воздух, пламя исчезло, жжение прекратилось.

Я обмякла в объятиях Акселя, не переставая лепетать о своем намерении преследовать их всех в образе мстительного призрака.

– Хватит болтать, Печенька, – прошептал Аксель. – Ты будешь жить. Ты выжила.

Что еще за печенька? Мне собираются дать угощение?

– Печенье? – Я поперхнулась. – Да, не отказалась бы. А где это я?

– В моих объятиях, – ответил он и поцеловал меня.

Не знаю, что на меня нашло, но я определенно была не в здравом уме и твердой памяти. Я ему не сопротивлялась, хотя по-прежнему его ненавидела.

Полубог войны пробовал меня на вкус, как будто я была самым изысканным лакомством, которое он когда-либо вкушал. Мне понравился его чистый мужской запах, напоминающий ветер и упавшие звезды – даже несмотря на то, что я только что была охвачена пламенем.

Прильнув к твердому телу Акселя, я запустила пальцы в его густые каштановые волосы и ухватилась за них для равновесия. Он углубил поцелуй, и мое тело отозвалось, вспыхнув желанием.

Я смутно припомнила, что на мне нет трусиков, но совершенно запамятовала, почему, собственно, их не надела. Меня охватило влечение, не похожее ни на что из того, что я испытывала прежде. Выгнув спину, я теснее прижалась к своему врагу, понимая, что хочу его больше всего на свете.

Из его груди вырвался дикий стон.

Возбуждение Акселя поразило меня, как твердая сталь пополам с нектаром. Он являлся полубогом войны, поэтому и желание у него было воинственным. Оно распаляло меня, как никто и никогда прежде.

Я превратилась в Мэриголд, которую едва узнавала.

Когда Аксель отстранился, я испепелила его гневным взглядом за то, что лишил меня плотского удовольствия, даруемого его ртом и телом. Мрачно усмехнувшись, он отвел мои руки от своих волос.

– Мы должны немедленно прекратить, – сказал он. – Иначе я вообще не смогу остановиться и совершу нечестивые вещи, грязные и нечестивые, так и знай.

Облизнув губы, я недоверчиво уставилась на него. Ко мне медленно возвращался здравый смысл. В огромном Олимпийском зале было до безумия тихо, мое горло саднило и хрипело, и я вспомнила, что чуть не сгорела дотла.

Два других полубога и священник уставились на меня с таким изумлением, словно я отрастила рога, как у демонов. На всякий случай я провела дрожащей рукой по голове, чтобы убедиться, что это не так.

Удостоверившись, что осталась самой собой, я несколько успокоилась и перевела взгляд на Акселя.

– Как ты смеешь меня целовать!

Мой голос был резок, а губы умоляли о ласке. Не хотелось этого признавать, но вкус Акселя вызывал не меньшее привыкание, чем наркотики.

В поцелуе полубога заключалась магия.

– Ты поцеловала меня в ответ, – с ухмылкой заявил он.

– Ничего подобного, – запротестовала я. – А если и так, то только потому, что была не в себе.

– Но сейчас-то ты в себе? – мягко спросил он. – Давай-ка устроим тебя поудобнее. После такого сильного потрясения тебе требуется отдых.

Большим пальцем Аксель вытер мои заплаканные глаза и, не сводя с меня жаркого взгляда, облизал палец, словно пытаясь определить на вкус возможное содержание в моих слезах огня или магии.

Внезапно другая сильная рука оттащила меня от Акселя, и я оказалась в объятиях Зака. Полубог войны низко зарычал.

– Я тоже защитил ее и спас, – сказал Зак. – Теперь моя очередь.

Его очередь для чего?

В следующее мгновение он накрыл мой рот своим и принялся целовать.

Что? Теперь я стала их призом, наградой за то, что выжила?

От полубога неба приятно пахло сандаловым деревом, солнечным светом и мужской притягательностью. Стоило влепить ему пощечину, чтобы показать, что у меня осталось достоинство и здравый смысл, но так хотелось еще немного им насладиться!

Меня окутала небесная сила Зака, его молния затрещала на коже, сверкая, как крошечный фейерверк. Больно не было, но вызывало дрожь удовольствия от груди до пальцев ног.

Моя усталость улетучилась, а вожделение разгорелось с появлением нового объекта. Обхватив ладонями щеки Зака, я притянула его лицо ближе к себе. Как оказалось, его я хотела не менее сильно, чем Акселя.

Собственное плотское влечение к полубогам, такое первобытное и мощное, ошеломило меня. Похоже, ритуал сильно меня испортил. Теперь, когда руны отметили мое тело, я чувствовала себя иначе, хоть и не могла сразу сказать, нравится ли мне самой эта новая ипостась или нет. Я ощущала себя сильной и свободной.

Что-то в глубине моей души хотело слиться с полубогом неба, стать единым целым с ним и его силой, спариться с ним и завладеть им. Ощущая дикую потребность, я продолжала яростно терзать его губы.

От подобного поведения Зак захихикал, а Аксель снова предупреждающе зарычал.

Полубог морей молчал, но его сила также давала о себе знать: она обрушивалась на меня, как волны, пропитывая своим неодобрением и темной потребностью одновременно.

– Хватит, Зак, – сказал Аксель. – Она моя. Я первый ее увидел.

Втиснувшись между нами, он уставился на полубога неба. Зак не отрывал от меня своих синих глаз, ярких, благоговейных и полных желания. Аксель поспешно обнял меня, точно боялся, что кто-то другой отнимет меня у него.

– Будь с ней помягче! – рявкнул он. – Она в шоке.

– Она возбудила нас всех троих, – произнес Пакстон тоном, в котором отчетливо сквозил гнев. – Ни одной женщине никогда не удавалось подобного.

Его послушать, – подумаешь, будто это моя вина! А проблемы-то на самом деле у него!

– Разве ты не видел, что с ней сделали руны? – прошипел Аксель. – Они сжигали ее изнутри! Поэтому она сейчас не в состоянии отвечать за свои поступки. Я никому не позволю воспользоваться ей, пока она уязвима.

– Как насчет тебя самого? – спросил Зак. – Кто защитит ее от тебя?

– Я никогда не причиню ей вреда, – заверил Аксель.

Скрестив мускулистые руки на широкой груди, Зак фыркнул.

– Мне она хрупкой не кажется, даже после того, что с ней случилось, – заметил Пакстон. – Куда больше она похожа на готовую атаковать самку акулы.

– Я все еще здесь, если вы, придурки, не заметили, – возмутилась я. – Самки акулы вообще существуют в природе? Как можно определить их пол? Перевернуть брюхом кверху и посмотреть? Едва ли акула обрадуется подобному обращению.

– Узнаю свою девочку, – со смехом заявил Аксель. – Такая же юморная, как всегда.

– Я полубог морей и разбираюсь в подобного рода вещах, – глядя на меня, изрек Пакстон.

Зак хихикнул, проведя рукой по своим коротко стриженным волосам.

– Мэриголд восхитительно кусается. Сто лет не испытывал ничего подобного.

– Довольно, – прорычал Аксель. – С Мэриголд достаточно. Она больше не будет терпеть ваши фривольности.

Он накинул на меня свой плащ и подхватил на руки. Я оплела его, как виноградная лоза, и уставилась с ожиданием и надеждой, что он одарит меня еще одним жарким поцелуем.

Я не успела им насладиться, когда наши губы встретились в первый раз, – настолько все получилось кратко.

Прежняя Мэриголд считала, что я совсем обезумела, раз целовалась с двумя полубогами. Я ведь была едва с ними знакома. Но после того как руны обвили мои кости и превратились в испепеляющее пламя, может, я заслужила небольшую передышку, чтобы как следует отвлечься?

– Она принадлежит не только тебе, Аксель, – сказал полубог морей. – Раз уж вы оба ее целовали, по справедливости и мне следует поступить так же. Я тоже ее спасал.

Я повернулась к нему, облизнув распухшие губы – результат поцелуев двух полубогов. Пакстон сногсшибателен. Струящиеся серебристые волосы обрамляют идеальное мужественное лицо, которое, казалось, было высечено из чистейшего, прочного льда. Его тело – каждый излучающий мощь мускул – это мечта любой женщины, способное завести с полуоборота.

Почувствовав новую волну возбуждения, я с вожделением посмотрела на Пакстона. Однако при этом я еще и злилась.

Он не был со мной даже отдаленно дружелюбен, хоть и помог потушить огонь внутри меня вместе с другими полубогами. А теперь требует поцелуя, не потрудившись спросить, хочу ли я этого или нет. Считает, что может претендовать на меня по своему капризу. Уверена, что Пакстон из тех мужчин, которые всегда берут что хотят. Наверняка он относится к женщинам как к одноразовым удовольствиям и нисколько не ценит их, считая мусором.

Некоторые предпочтут не замечать его недостатков и вцепиться в него, потому что он красив и силен, но я бы никогда не стала встречаться с таким засранцем и не уступила бы ему ни дюйма.

Я уставилась в его фиолетовые глаза. Отражающиеся в них задиристость и темный голод заставили мое сердце екнуть.

Но я знала, что если играть со злодеем, то можно сгореть самой, а меня уже поджарили на огне, в буквальном смысле, и теперь мне меньше всего хотелось выступать в роли глупого мотылька.

– Я не трофей, чувак, – отрезала я. – И не намерена больше никого целовать.

– Однако ты позволила этим двоим, не так ли? – прищурившись, возразил Пакстон.

– Я была не в себе, – отрезала я, – но теперь постепенно прихожу в чувство. Не хочу связываться ни с кем из вас. – В отчаянии я махнула рукой и попыталась высвободиться из объятий Акселя. – Зачем я вообще оправдываюсь? С кем я целуюсь – это мое и только мое собачье дело.

– Ты же понимаешь, что, отвергая меня, ты наживаешь себе врага? – спросил полубог морей. Источаемая им угроза была подобна физической сущности, натирающей кожу и оставляющей синяки.

Охваченная яростью, я принялась извиваться в объятиях Акселя, пытаясь вырваться, чтобы наконец уверенно встать на обе ноги.

– Смирись с этим, придурок, – прошипела я. – Отказ – часть жизни. И угроз я не приемлю.

Пакстон шагнул было ко мне, явно намереваясь расправиться с дерзкой смертной, но Зак встал перед ним, а Аксель задвинул меня себе за спину, также готовясь противостоять кузену.

Полубог морей остановился, окинул нас сдержанным взглядом, и его чувственные губы растянулись в коварной улыбке.

Как бы он ни пытался задействовать обаяние плохого парня, меня это не впечатляло. Я укрепила прочные стены своей воли, проверяя защиту от его харизмы и собственного взбунтовавшегося либидо.

– Вот, значит, как теперь будет? – протянул Пакстон. – Вы двое позволите женщине встать между нами? Знаете же, чем все закончится.

– Отвали, Пакстон, – сказал Аксель. – Я не буду повторять дважды. Мэриголд достаточно натерпелась сегодня, так что перестань вести себя как придурок.

– Остынь, Пакстон, – подхватил Зак.

Тот отступил на шаг.

– Пока что я оставлю ее в покое.

– Можете обращаться ко мне напрямую, – с жаром воскликнула я. – Я тоже нахожусь здесь.

Эта троица возомнила, что выше меня, поэтому я была более чем счастлива разрушить их иллюзии. Никто не превосходит другого. Это элементарная вежливость.

– Ты поглотила силу моей молнии, Мэриголд, – сообщил Зак.

Я чувствовала небывалый прилив энергии с тех пор, как он направил свою молнию ласкать меня во время поцелуя. Похоже, ему удалось восстановить меня после истощающего воздействия огня.

Неужели он поцеловал меня, чтобы испытать? Но его поцелуй и прикосновения были чем-то бо́льшим. Я чувствовала его желание и голод, такие же сильные, как у Акселя.

Стоящий в нескольких шагах поодаль Теодор кашлянул.

– Нижайше прошу меня простить, полубоги, – сказал он. – Если вы закончили целоваться и обсуждать это, нужно сосредоточиться на выяснении того, от кого произошла эта девушка.

– Посмотрим, что у нее есть, – почти злобно бросил Пакстон.

Если бы я принадлежала его дому, он бы имел надо мной власть, поэтому мне оставалось только молиться, чтобы, какой бы силой я ни обладала, она не имела ничего общего с Посейдоном.

Аксель снова подхватил меня на руки. Прежде чем я успела выразить протест, отнес меня к своему трону и усадил на него. Изумление сковало мой язык. Хотя сейчас при дворе полубогов не было посторонних глаз, создавалось впечатление, что Аксель делится со мной своей властью или по крайней мере считает меня равной себе, чего, насколько мне известно, полубоги никогда раньше не делали.

А может, таким образом Аксель пытается передо мной извиниться?

Я растерянно заморгала, ожидая возражений со стороны других полубогов по поводу моего нахождения на одном из тронов, но ни Зак, ни Пакстон не выглядели сколько-нибудь обеспокоенными.

Зато Теодор казался ошарашенным тем, где я теперь находилась, но благоразумно не высказал своего мнения вслух. Вероятно, не хотел навлекать на себя огонь полубога войны.

– Печенька, – обратился ко мне Аксель заискивающим тоном.

Это прозвище заставило меня нахмуриться, несмотря на то, как сильно я любила это лакомство. Разве есть те, кому не нравится печенье? Особенно мне по вкусу макаруны – абсолютно греховное удовольствие.

Услышав такое обращение, Зак изогнул бровь, а Пакстон фыркнул, чтобы показать, что считает меня кем угодно, только не сладкой вкусной печенькой.

Аксель обезоруживающе улыбнулся, но я на это не купилась.

– Нам нужно увидеть символы на твоем теле, чтобы понять, к какому дому ты принадлежишь, – пояснил он.

Мне не хотелось, чтобы кто-то из них меня разглядывал, но это было неизбежно. Им требовалось узнать мою родословную.

Я стряхнула с плеч плащ Акселя, оставшись в своем изодранном халате, и опустила глаза на пространство между левым плечом и левой грудью, но не обнаружила никаких знаков.

– Ничего нет, – потрясенно объявила я.

– Ее кожа абсолютно чиста, – вслед за мной удивленно протянул Теодор.

– Но мы видели отпечатки всех двенадцати рун, когда ее сжигало пламя, – возразил Зак. – Может, они переместились на другой участок ее тела?

На какой, интересно? Туда, где не светит солнце? Я с трудом сдержала смешок.

Конечно, в поисках символа – любого символа – они потребуют тщательного осмотра моего тела, и я не смогу отбиться от всех, если они будут настроены решительно. Кроме того, мне и самой интересно, есть ли на моей коже какой-нибудь посторонний знак.

Я стянула обрывки халата до пояса, и все три полубога, вместо того чтобы искать символ, уставились на мою грудь. На прелести других посвящаемых женщин, когда те их демонстрировали, они даже не взглянули, – за исключением идеальной красотки Деметры.

Я посмотрела на кузенов.

– Как видите, у меня нет третьей груди, ребята.

Ко мне потянулась чья-то рука. Как ни удивительно, она принадлежала священнику!

– Отвали, Теодор, – прорычал Аксель, отпихивая его прочь. – Кто тебе разрешил трогать Мэриголд?

Зак с Пакстоном тоже угрожающе зарычали, и Теодор попятился, вскинув ладони в знак того, что ничего не замышляет.

– Я не разделяю вашего интереса к Мэриголд, – запротестовал он. – На ее коже нет выжженной метки. И волдыри отсутствуют, хотя пламя опалило ее очень сильно. Я просто хочу прикоснуться к ней, чтобы убедиться, что то, что я вижу, реально.

– Тебе повезло, что мы вообще позволили тебе посмотреть, – процедил Аксель.

Я окинула свою кожу быстрым взглядом. Она была золотистой, загорелой и гладкой, как шелк.

– Нравится увиденное, джентльмены? – хмыкнула я, заметив, что их глаза по-прежнему прикованы к моему телу. – Вы намерены и дальше пялиться на мою грудь или поможете мне найти скрытые символы?

– Моя Печенька, – хохотнул Аксель.

Полубоги наконец очнулись и с ворчанием принялись осматривать остальные части моего тела.

– Эта кошечка не знает, когда нужно держать рот на замке, – сказал Пакстон, заходя мне за спину, чтобы проверить, нет ли на ней отметок. – Придется сначала ее приручить, если хотим, чтобы она стала нашей.

Что? Приручить меня?

Он имел в виду, что они намерены пользоваться мной все вместе и сделать своей игрушкой? Ну, это случится, только когда Ад замерзнет.

– Ничуть я не ваша, – запротестовала я.

– Пока нет, – согласился Зак.

– Но попробовать, конечно, можете, – добавила я. – Ваша фантазия сбудется, когда солнце засияет из ваших задниц.

Аксель рассмеялся, словно не веря, что я говорю серьезно.

Разве мне хотелось шутить после того, как меня только что едва не сожгли заживо? Полубоги могут быть очень апатичными и эгоцентричными, даже молодой полубог войны. Держу пари, эти качества – семейные черты их родителей-богов.

Поставь я перед собой такую задачу, могла бы преподать им хороший урок.

Зак покачал головой, но больше ничего не сказал. Пакстона, однако, моя грубая аналогия нисколько не позабавила.

– Это вызов? – спросил он ровным тоном, в котором слышалась неприкрытая угроза. Зак и Аксель бросили на него предупреждающие взгляды. – Я не просто овладею тобой, принцесса, – продолжил Пакстон, не обращая на них внимания. – Я тебя сломаю. Благодаря своей экзотической внешности ты можешь обвести вокруг пальца моих кузенов, но они меня не остановят, если попадешься мне под горячую руку. Я уничтожу тебя, смертная. Ты еще не встречалась с бессердечным полубогом смерти. Ни мужчине, ни женщине не по силам его очаровать. Никому не удавалось прикоснуться к нему и остаться в живых.

Полубог морей надо мной насмехается. Выросшая на улице, я была бесконечно далека от принцессы. Назвав меня так, Пакстон напомнил, что я, по сути, помойная крыса. Наверняка Аксель проинформировал своих кузенов-полубогов о том, где именно он меня нашел.

– Может, хватит уже терроризировать Мэриголд? – пошел в ответное наступление Аксель. – Ты же знаешь, что я на ее стороне.

Пакстон искоса взглянул на Акселя.

– Зак поддерживает тебя, поскольку вы из одного дома, а Гектор всегда будет за меня. Кроме того, хочу напомнить вам двоим, что мы договорились не ссориться из-за женщины.

– Хоть волосы у меня и цвета лаванды, – ехидно сказала я, вскидывая кулак в воздух, – моя внешность далека от экзотики и считается вполне обычной, даже заурядной. Это во-первых. А во-вторых...

Аксель опустил мой кулак.

– Не стоит обострять с ним отношения, пока ты еще не вполне в себе.

– Не оставляйте их с Пакстоном вдвоем, – хмыкнул Зак, – и мы предотвратим катастрофу.

Нахмурившись, Теодор ходил вокруг меня кругами, все еще пытаясь найти на моей коже символ силы бога – или, может, ждал, что тот вот-вот появится.

– Возможно, она и не смертная вовсе, – изрек священник. – Ни один человек не в состоянии пережить натиск божественного огня. Даже полубог не справится с ним в одиночку. Руны с объединенной силой двенадцати главных богов оставят отпечаток и на боге тоже.

– Ты хочешь сказать, что она выше нас? – прорычал Пакстон. – Советую не разбрасываться подобными заявлениями.

Теодор вздрогнул.

– Конечно нет. Это богохульство. Как ваш священник, я никогда бы не совершил такого греха. Однако сущность Мэриголд нам неизвестна. Абсолютная тайна. Я имею в виду, что она может оказаться бессмертной, но чтобы узнать, кто она на самом деле, придется подождать. Время покажет. Ее способности в конце концов проявятся, и тогда мы решим, как с ней поступить.

Я почувствовала, как по позвоночнику пробежал холодок. Что они со мной сделают, если сочтут, что я не та, кто им нужен?

– Не думаю, что мы когда-нибудь обнаружим на мне руну или иной символ дома какого-либо бога, – сказала я, снова кутаясь в плащ Акселя. – Это означает только одно.

– И что же, Печенька? – обеспокоенно спросил Аксель.

– Да, о чем речь, принцесса? – высокомерно подхватил Пакстон, снова вставая передо мной со скрещенными на груди руками.

Я ухмыльнулась, чувствуя себя победительницей впервые с тех пор, как Доминионы сцапали меня и мою команду. Я не только бросила вызов их правилам, но и сбила с толку трех полубогов и священника.

Аксель приволок меня сюда силой, а Пакстон с Заком отказались слушать доводы разума, когда я умоляла их. Они подставили меня по-крупному, и я отплатила им тем же, не дав ни ответов, ни удовлетворения.

Я не была уверена, победила ли полубогов в их собственной игре благодаря присущему мне упрямству или потому, что на самом деле являлась особым созданием, наделенным властью отменять или скрывать руны.

Важно то, что эти засранцы не смогли меня разгадать.

Оставалось надеяться, что так будет и впредь.

– Это значит, что я не принадлежу к родословной олимпийских богов, – легкомысленно объявила я. – Я не отношусь ни к одному из ваших домов, поскольку не являюсь потомком, в отличие от выживших неофитов и ваших солдат Доминиона. Вы не имеете права держать меня здесь и должны немедленно освободить!

– Черта с два мы тебя отпустим, – процедил Зак.

Я опешила, услышав отчетливые собственнические нотки в его голосе.

– Мне не место в Академии Полукровок, – вскричала я. – Если хотите, чтобы я осталась, отправьте меня в Академию Иных. Там я точно впишусь, – Я хотела быть с Джаспером и Цирцеей, единственной семьей, которую знала. – Как сказал святой Теодор, – продолжила я, немного понизив голос в угоду мрачным взглядам полубогов, – я определенно не совсем человек. Но раз я не вашего роду-племени, значит, какого-то иного, возможно что-то вроде ведьмы. Я просто соберу свои вещи и отправлюсь в Академию Иных.

В действительности у меня нет никаких вещей и собирать мне нечего.

Я вскочила с трона Акселя, но тут меня перехватил Зак и, сжав мой подбородок между большим и указательным пальцами, объявил:

– Ты останешься с нами. Мы будем лично тебя обучать, чтобы заставить твою силу проявиться. Мы поможем тебе со всем разобраться.

Я в ужасе уставилась на полубогов, а Пакстон наградил меня злодейской улыбкой. Меня посетило ужасное предчувствие, что они никогда не оставят меня в покое и не отпустят, несмотря ни на что.

Глава 8

В общежитии меня поселили с семью другими девушками.

К счастью, Деметру и ее приспешниц разместили в другой комнате, через коридор от нашей, в противном случае по ночам я не сомкнула бы глаз.

Две девушки, чья двухъярусная кровать стояла ближе всего к двери, были студентками второго курса. Еще четыре первокурсницы были зачислены четыре месяца назад, так что нам с Еленой, похоже, предстояло многое наверстать, чтобы сократить разрыв.

Однако я не загонялась так, как моя подруга. Пожалуй, я была единственной в Академии, кто не стремился привлечь к себе взгляды полубогов, быть лучшей в классе и вообще выпуститься.

Я не боялась провалить экзамен, наоборот, стремилась к этому.

Я родилась охотницей, а не каким-то трутнем Доминиона, вынужденным терпеть всякое дерьмо и выполнять приказы каждого идиотского придурка выше себя по званию.

Я никогда не признавала авторитетов, поэтому полубоги могли выгнать меня в любой момент или поцеловать в задницу.

Мои соседки по комнате настаивали, чтобы я показала им свою метку, и я в конце концов уступила. Поскольку мы не старшекурсницы, нам не полагалась отдельная ванная комната. Они бы все равно увидели меня без одежды в общественной бане.

– У тебя на коже нет ни одного символа, Мэриголд, – встревоженно ахнула одна из девушек с красивым именем Осень. – Каждый получает и носит на коже знак силы, указывающий, к дому какого бога он принадлежит. Почему же у тебя его нет, хотя ты пережила ритуал?

– Полубоги задались тем же вопросом, – сухо ответила я. – А мне плевать, что они думают. Даже Теодор ни хрена не понял.

– По-моему, ты не принадлежишь ни к одному из домов, – объявила Мисти, первокурсница, которая была придирчивее остальных. – Повезло тебе, что вообще не вышвырнули прочь.

– Надеюсь, подобное «везение» скоро закончится, – огрызнулась я.

В знак сочувствия Елена сжала обе мои ладони. Вообще-то, я не люблю, когда меня держат за руки, как будто мне требуется много салфеток, чтобы вытереть заплаканное лицо, но она правда пыталась меня поддержать.

От доброты не отказываются.

– Думаю, со временем на плече у Мэриголд все же появится руна, – высказалась Елена в мою защиту. – Просто она из тех, кто поздно созревает.

– Я слышала, что божественное пламя набросилось на тебя. – Саманта, второкурсница, одарила меня сочувственным взглядом. – Но никто не знает, что случилось потом, так как полубоги выгнали всех из зала, после того как ты начала вопить во всю глотку. Что же произошло на самом деле?

Девушки навострили уши, но я не собиралась ничего им рассказывать. Ни словечка. Уж точно им незачем знать, что два полубога поцеловали меня, а третий угрожал расправой.

Они мне не подружки.

– Ничего особенного. Огонь погас, и священник отправил меня сюда. – Я зевнула. – Пойду-ка я спать. Завтра у меня занятия с раннего утра.

Меньше всего мне хотелось, чтобы вся Академия узнала, что ритуал, возможно, открыл во мне некую аномалию. К счастью, мои соседки были не способны долго концентрироваться на чем-то одном, поэтому быстро потеряли ко мне интерес.

Да, я выжила. Однако меня неотступно преследовало плохое предчувствие, что выживание в пламени стало лишь началом моих несчастий.

Во-первых, в отличие от остальных, после ритуала Рун Крови с моей силой не произошло никаких изменений. Я не возвысилась и не пала, а просто обгорела. Кроме того, я была единственной, кто не прошел ориентацию. И из того, что успела узнать, нас с Еленой, как первокурсниц, скорее всего, будут рассматривать в качестве закуски в этом кишащем хищниками бассейне.

Елена в последний раз сжала мои руки, прежде чем вернуться на свою койку.

– Самое главное, что ты выдержала испытание. Никто не думал, что ты выстоишь в пламени, но ты это сделала.

Она намекала на всякие гадости, распространяемые обо мне членами элитной группы. Елена рассказала о том, как Деметра без конца жаловалась, что я задержала полубогов своим дешевым трюком во время священного ритуала.

Что ж, я бы с удовольствием оказала ей честь и уступила место в пламени, чтобы привлечь внимание полубогов – или любого бога. Деметре было еще горше от того факта, что Аксель лично отнес меня в общежитие и уложил в постель, пока я спала в его объятиях.

Я не помнила, как полубог войны доставил меня сюда, поскольку в какой-то момент отключилась под аккомпанемент препирательств кузенов в Олимпийском зале.

– По словам Деметры, им следовало просто посадить тебя в инвалидное кресло и попросить кого-нибудь из младших сопроводить тебя в комнату, – со смехом заметила Елена. – Все видят, что полубог войны к тебе неравнодушен.

А еще я нажила себе врага в лице полубога морей. С другой стороны, кому есть дело до этого водоплавающего парня?

Загибая пальцы, я взялась подсчитать количество недругов в новой школе: Пакстон, Деметра со своими приспешниками... кто еще? Оставалось надеяться, что им не придет в голову объединиться, но у меня было тревожное предчувствие, что они на это способны. Из этих ребят выйдет целая армия жаждущих моей крови с полубогом во главе.

Согласно собранным Нэтом сведениям, Деметра имела влияние в Академии благодаря своей баснословно богатой семье.

Несмотря на то, что полубоги возглавляли Академии Полукровок по всему миру, они ими не управляли из-за отсутствия терпения и интереса к административным обязанностям. В основном они появлялись и исчезали вновь, посвящая большую часть времени войне с демонами. Следовательно, их любимые места тусовок находились не в школах, а в зонах боевых действий.

Редко когда все четыре полубога одновременно находились в одном месте, поэтому сейчас все в Североамериканской Академии были в восторге, особенно девушки. Менее чем за двадцать четыре часа я услышала больше сплетен о полубогах, чем за последние двадцать лет.

Я давно перестала обращать внимание на болтовню, а мои соседки продолжали с энтузиазмом спорить о том, кто из полубогов самый притягательный, и делали ставки, кому посчастливится стать их следующими любовницами.

Четверо из шести проголосовали за полубога смерти как самого горячего и загадочного. То, что он был совершенно недостижим, делало его еще более желанным.

Неожиданно их разговор привлек мое внимание. Пакстон пригрозил, что они с Гектором объединятся против меня, поэтому мне нужно узнать как можно больше о своих врагах, особенно о том, с которым я еще не встречалась.

– Почему он недосягаем? – спросила я.

– Ты что, совсем ничего не знаешь о мире полубогов, а? – удивилась Неа, еще одна первокурсница. – В какой пещере ты до сих пор жила?

– Очевидно, в своей собственной. – Я пожала плечами.

– Хорошо, что ты наконец-то из нее выползла, – фыркнула Неа.

– Меня заставили, – со вздохом призналась я. – Мне было вполне комфортно там обитать, знаешь ли.

– Ты безнадежна, – постановила она. – Зачем я вообще с тобой разговариваю?

– И ты продолжаешь это делать, – заметила я.

– Да, просто предупреждаю: смотри, куда идешь, – сказала она.

Ни для кого не секрет, что с новыми студентами часто обращались как с грушей для битья.

Хотя большинство девушек в этом общежитии тоже были первокурсницами, они опережали нас с Еленой и, придерживаясь традиции, полагали, что имеют полное право обращаться с новичками так, как считают нужным. К примеру, я стала свидетельницей тому, как пребывающий в скверном расположении духа старшекурсник стукнул по голове одного из неофитов.

Я втайне пообещала себе, что если кто-нибудь вздумает задирать Елену или меня, то быстро дам им понять: приставая к нам, не оберешься хлопот.

– Никто не выдержит прикосновения полубога Гектора, – подхватила Елена, снова приходя мне на помощь. Очевидно, что я здесь единственная невежа, жившая в пещере с отличной звукоизоляцией в виде мха, – никакие новости не долетали. – Тот, до кого он дотрагивается, мгновенно умирает.

– Вот бы и мне такую суперспособность, – мечтательно протянула я, вспоминая своих врагов. – Хочу принадлежать к его дому.

– Гектор очень одинок, – добавила Неа таким тоном, будто знала его лично. – Мне так его жаль. Вся его эротичность пропадает зазря.

Выходит, полубог смерти – самый желанный парень в Академии благодаря своему смертоносному прикосновению в сочетании с чертовской природной притягательностью и, конечно же, идеальным мужским телом.

Неудивительно, что на второе место девушки поставили Акселя. Каково же было мое изумление, когда я узнала, что на самом деле он студент четвертого курса Академии Полукровок!

Будучи полубогом, он не подчинялся никаким правилам и прогуливал большинство занятий, лишь эпизодически заглядывая в класс, чтобы подшутить над профессорами или доставить неприятности всем вокруг. В остальное время он ошивался в зоне боевых действий с отцом или, если верить сплетням, проводил время с девчонками в кампусе.

Вот черт, выходит, полубог войны немногим старше меня, а я-то считала его таким же древним, как его кузены.

В следующий раз, когда он выведет меня из себя, скажу ему, что из-за детского личика у него рейтинг наименее сексуального полубога в Академии. Держу пари, это станет большим ударом по его непомерно раздутому самолюбию.

Номером третьим был Пакстон, которого в основном боялись.

– Попасть к нему в немилость – все равно что получить на лоб клеймо смерти, – с дрожью в голосе прошептала Джессика, еще одна первокурсница. – Но какой же он горячий. Я могу целыми днями любоваться тем, как он играет мышцами. В прошлый раз, когда он направился в мою сторону, я чуть не хлопнулась в обморок от одного вида его мощных ног.

Бедняга Зак оказался последним в списке, вероятно потому, что держался на максимально возможном расстоянии от новобранцев и был слишком серьезным. Он правда никогда не улыбался.

По словам моих соседок по комнате, он жил уже много веков и был самым могущественным из четырех кузенов. Один из перворожденных полубогов, он вернулся на Землю около ста лет назад, когда война богов с демонами потребовала его присутствия здесь.

При таком продолжительном существовании кто бы не впал в апатию? Мне даже стало его немного жаль. Выходит, бессмертие может обернуться проклятием.

Что касается Пакстона, то он появился на свет в самом начале войны между Люцифером и Аресом и, по сути, являлся продуктом этой распри. Неудивительно, что он был самым мерзким из всех полубогов. Вероятно, когда он рос, то не видел ничего кроме насилия, которое и сформировало его мировоззрение и личность.

Вот, значит, какова жизнь в Академии?

Днем все посещали занятия и испытывали друг друга на прочность, а по ночам девчонки безудержно сплетничали о горячих парнях, практически пуская по ним слюни, особенно по полубогам.

Интересно, о чем в своих комнатах говорят студенты мужского пола?

Когда мои соседки в очередной раз принялись обсуждать одинокого, но горячего полубога смерти, я забралась под одеяло и закатила глаза.

Мне было любопытно, как поживают Джаспер и Цирцея, хорошо ли устроились.

Я не знала, что принесет завтрашний день, но, проведя в Академии всего ничего, не испытывала ни малейшего желания это выяснять.

Глава 9

Не знаю, был ли то сон или что иное, но ощущалось все при этом куда реальнее, чем во время бодрствования. Однако я понятия не имела, как сюда попала.

Я находилась в роскошной квартире в небоскребе и через огромные, от пола до потолка, окна смотрела вниз, на зеленый парк с усыпанными розовыми цветами деревьями. Напротив этих окон находились другие, открывающие вид на шумный город, часть которого сгорела. Некоторые здания еще тлели, и ветер уносил в небо дымные шлейфы.

Должно быть, это зона боевых действий, но воюющих с рогатыми демонами солдат Доминиона нигде не было видно. Возможно, с такой высоты я просто не могла разглядеть сражение или стороны устроили кратковременное перемирие. Как-никак всем требуется перерыв на обед, верно? Кроме, пожалуй, мародеров, которые совершали набеги на разрушенные здания и магазины и, быстро собрав все, что удавалось найти, рассеивались по улицам.

Я устремила взгляд на неповрежденную часть города, где люди продолжали жить своей жизнью: толпились в процветающих торговых кварталах и на улицах, гуляли, делали покупки, катались на скейтбордах или не отрывали глаз от своих телефонов, вероятно, переписываясь с кем-то или что-то в этом роде.

Сама я никогда в жизни не пользовалась телефоном – никто в Крэке этого не делал, – но слышала, что в контролируемой полубогами части мира по-прежнему доступны социальные сети.

Олимпийские боги ратовали за продолжение существования цивилизации, а Люциферу, по слухам, было на это наплевать, и на социальные сети в особенности. Он не пользовался популярностью ни в одном из недемонических городов, включая Крэк – хотя то же самое можно было сказать и про полубогов.

Я обвела взглядом квартиру, и у меня перехватило дыхание, когда через ведущие на просторный балкон стеклянные двери заметила пару расправленных во всю длину массивных черных крыльев, сливающихся с опускающимися на город сумерками.

Крылья медленно сложились и исчезли вовсе, а я обнаружила, что смотрю на обнаженное тело огромного мужчины, сидящего в кресле, специально изготовленном с учетом его анатомических особенностей. Когда он провел ладонью по густой копне темных волос, на его накачанных руках и красивой спине заиграли упругие мускулы.

Даже не видя его лица, я могла с уверенностью заявить, что не встречала никого более завораживающего. Не в силах сопротивляться желанию взглянуть на незнакомца, я решила подкрасться поближе.

Едва я сделала первый шаг, как мужчина повернулся ко мне, пронзив взглядом – настолько мощным, что я застыла на месте. В его сапфировых глазах ожил и засиял вихрь темных звезд.

– Ты вернулась, – произнес он низким обволакивающим голосом, окутывая меня мощным соблазном. – Я тебя ждал.

На моих губах заиграла улыбка.

– Очень лестно, конечно, но, по-моему, это наша первая встреча. А имя у тебя есть?

Возможно, мне также стоит попросить его номер и обзавестись наконец сотовым телефоном.

– Ты меня не помнишь? – уточнил незнакомец.

Я понурилась. Я бы прокляла вселенную, если, породив такого великолепного мужчину, она бы сделала его психом, отморозком или кем похуже.

– Может, ты принял меня за другую? – предположила я, чувствуя, как в груди нарастает тревога. Если он в самом деле перепутал меня с какой-то из красоток Академии, значит, вовсе не меня он так ждал и жаждал увидеть. Тогда мне здесь делать нечего.

Незнакомец чувственно рассмеялся.

– Иди сюда, ягненок. В прошлый раз до разговоров у нас так дело и не дошло. – Его смех стих, а голос стал текучим, точно шелк. – Какая-то сила выдернула тебя из моего сна слишком скоро, что совсем меня не обрадовало.

В его словах не было смысла. С другой стороны, он сам только что объявил, что мы находимся в мире сновидений.

Собственное тело умоляло меня пойти ближе, но я будто приросла к полу и, прищурившись, продолжала исподтишка разглядывать незнакомца.

– Я не ягненок. Ты должен исправить свою ошибку.

– Хорошо, Мэриголд, – вздохнул он.

Я втянула носом воздух, радуясь, что не оказалась девушкой, которая по ошибке забрела туда, куда ее совсем не звали.

Красавец поднялся со своего кресла, всем своим видом выражая нетерпение оттого, что я не поспешила к нему так быстро, как он того требовал. Не успела я сделать и шага, как он оказался рядом и, протянув руку, обхватил меня за талию.

В следующее мгновение мы перенеслись на балкон, причем я сидела у него на коленях, а моя рубашка куда-то исчезла. Эти отношения развиваются чересчур быстро. Я даже имя его узнать не успела, а уже обнимаюсь с ним, будучи полуголой!

– Не мог дождаться, когда снова к тебе прикоснусь, – сказал незнакомец, прижимаясь носом к моей шее и вдыхая мой запах.

От него пахло чистым телом и маскулинностью, смешанной с ароматами золы и ночи. Его запах ласкал меня, возбуждая до безумия.

Проведя пальцами по его рельефным мускулам, я прижалась грудью к его твердому телу, сгорая от желания ощутить прикосновение его кожи. Он похотливо рассмеялся, и я ягодицами ощутила пульсирующую сквозь его брюки эрекцию. Стремление оседлать незнакомца казалось таким сильным, что я едва не капитулировала.

Секундочку!

Я моргнула, пытаясь вернуть самоконтроль. Мне совершенно не хотелось, чтобы этот прекрасный мужчина счел меня дикаркой. Может, стоит притормозить. Но что, если сон внезапно закончится, прежде чем я успею получить удовольствие?

С другой стороны, даже во сне негоже с такой готовностью стремиться в объятия незнакомца, верно?

– В чем дело, ягненок? – поинтересовался он с искренним беспокойством в глазах. – Ты так надуваешь губы, когда тебя что-то тревожит. Что именно? Ты же знаешь, что можешь все мне рассказать.

У меня потеплело в груди. Он хочет поговорить, услышать о моих проблемах, а не сразу затащить в койку.

– Я случайно попала в новую школу, – сообщила я, накручивая на палец прядь его шелковистых волос. – Там все, кроме меня, знают свое место и к какому дому они принадлежат. Я же не ведаю, кто я такая и какой силой обладаю. Все неофиты усилили свои способности, а меня охватило пламя. Выходит, я аномалия.

Я вспомнила, как руны плясали по моему телу, а потом исчезли под кожей, чтобы никогда больше не проявиться, – ни дать ни взять золотые монеты, упавшие в морские глубины.

– Глупости, – возразил незнакомец, и его сапфировые глаза потеплели. Сколько же в них любви! – Ты не аномалия. Ты – женщина моей мечты.

Я улыбнулась ему с искренней легкостью, которую никогда не чувствовала ни с кем другим.

– У тебя лучшая улыбка во вселенной, – добавил он, нежно проводя большим пальцем по моей нижней губе.

– Знаю, – ответила я. – Но только для тебя.

Он был самым приятным мужчиной из грез, и с ним так легко разговаривать. Если бы в реальности все хоть немного на него походили, в мире было бы куда больше спокойствия и меньше насилия и смертей.

– Я не намерен ни с кем тобой делиться, – заявил он. – Ты моя.

Выходит, этот парень – настоящий собственник, что все равно ни к чему не приведет, поскольку он может обладать мной исключительно в мире сновидений. Однако я не хотела говорить ничего такого, что могло его расстроить и омрачить наши прекрасные мгновения вместе.

– Я даже не знаю, есть ли у меня магия или нет, – добавила я. – Может, и есть, но, похоже, она не хочет проявляться – и я ее не виню в этом. Я тоже не доверяю тем людям в Академии. Они просто хотят сделать из меня убийцу. Для них мы такие и есть – орудия убийства.

Высвободив пальцы из его волос, я прижала ладонь к его щеке. Красавец ответил на мое прикосновение, явно им наслаждаясь. Какая теплая у него кожа! Отросшая щетина покалывала руку. А у меня удивительно реалистичный сон, со всеми запахами и текстурами.

– Три больших засранца, которые правят школой и половиной мира, не могут разгадать ни меня, ни мои способности, – пробормотала я, благодарная за то, что он внимательно слушает. – Мне нравится, что это их бесит. Они не любят загадки. И неизвестность им не по нраву. Поэтому я останусь для них тайной – такова будет моя поэтическая месть ради торжества справедливости. Однако, – продолжила я, и моя ухмылка померкла, – я опасаюсь, что, если моя сила не проявится в ближайшее время или если я действительно окажусь неудачницей, им от меня никакого проку не будет. Устав от меня и моего отношения, они щелкнут своими грубыми пальцами и избавятся от моей скромной персоны. Держу пари, один из них уже представлял, как стирает меня с лица Земли. Я сильно его разозлила.

– Никто тебя не тронет, – прорычал красавец. – Ты моя. Я никому не позволю причинить тебе боль, даже в мире снов. Я уничтожу их всех.

Его крылья агрессивно распахнулись.

– Спасибо, – поблагодарила я. Было приятно, что он так защищает меня, пусть даже во сне. Когда я проснусь, он исчезнет.

Но как же тогда мы оба поняли, что грезим? Разве это не странно? А может, это и не сон вовсе, а мы встретились в альтернативной вселенной? Черт, в таком случае я не стремлюсь покидать эту реальность, не хочу просыпаться.

– Спасибо, что выслушал меня, – сказала я. – В последнее время я много ною, что совсем не в моем стиле. С этого момента перестану жаловаться. Совсем. Буду мыслить позитивно. В основном для сохранения собственного здравого смысла.

– Узнаю своего ягненка, – одобрительно прогудел красавец, зажмурившись от желания.

В следующее мгновение он прильнул к моему рту.

Он и так долго сдерживался, выслушивая мои стенания. Хороший мужчина – редкость в наши дни, поэтому им нужно дорожить. Но в данный момент нам обоим требовалось горячее обнаженное действо.

Незнакомец провел своими широкими ладонями по моим бокам и, поднявшись выше, обхватил набухающие груди. Я застонала, не отрываясь от его рта, и его язык проник сквозь мои приоткрытые губы.

Мое тело захлестнула волна удовольствия. Перехватив язык красавца своим, я вовлекла его в элегантный интригующий танец. Поцелуй с этим великолепным крылатым существом казался таким естественным, словно мы и правда созданы друг для друга. Его исполненные звездного света сапфировые глаза ярко блестели.

– Ты – единственная женщина, к которой я могу прикоснуться, хоть и во сне, – нежно и в то же время с благоговением признался он. – Другие мне не нужны, и я бы предпочел тебя здесь, в моих грезах, любой другой женщине в реальной жизни.

О какой реальной жизни речь? Он же плод моих фантазий. Но времени размышлять логически у меня не было. В стремлении притянуть красавца к себе я снова вплела пальцы в его густые волосы.

Я не хотела, чтобы он исчезал.

– Какая же ты сегодня нетерпеливая, моя собственница, – усмехнулся он.

От звуков его хриплого низкого голоса мое тело воспламенилось.

– Хочу прикасаться к тебе везде и сразу, и никак не могу решить, с чего начать, – признался он. От вожделения его французский акцент усилился. – В твоем присутствии я точно в огне.

Господи, помилуй!

Я с силой впилась губами в его рот. Наши языки переплетались, сражались и танцевали. Через наши тела пронесся жаркий смерч, соединяя нас. Рука красавца поползла вниз по моей теплой коже, и с каждой его жадной лаской удовольствие все сильнее разгоралось во мне.

Я шевельнулась у него на коленях, и он застонал.

– Никогда не думал, что прикосновения к женщине могут быть такими восхитительными и вызывать привыкание, – пробормотал он. – Ты моя навсегда, ягненок.

Приподняв меня, он нежно скользнул рукой к моему тайному месту. Я откинулась назад, чтобы дать ему больше места для любовных игр. Здесь, в прекрасном мире сновидений, он мог делать со мной все что угодно.

Медленно лаская меня пальцем, красавец внимательно изучал мою реакцию, словно я была его новой зависимостью – всем его миром – и я поприветствовала его своим откликом.

– Как приятно, – простонала я, запрокинув голову. – Не останавливайся. Ни за что не останавливайся.

Его палец еще глубже проник в меня и принялся двигаться в размеренном ритме. Вскоре к первому пальцу добавился второй, открывая новые невероятные ощущения.

Я вскрикнула от удовольствия, которое пронзило меня, освещая каждую клеточку тела. Я хотела этого мистического мужчину больше всего на свете. Хотела его полностью, мечтала насладиться каждым дюймом его твердой длины.

Я подалась вперед, усиливая взаимодействие, и мой красавец сладострастно чертыхнулся. Не в силах больше сдерживаться, он спустил брюки, явив моему взору предмет своей гордости – огромный, пульсирующий, гладкий.

Какое поразительное зрелище!

На секунду я замешкалась, не уверенная, удастся ли мне его принять. В следующее мгновение я качнула головой, решив не беспокоиться о размере. Мы можем делать все что угодно, потому что во сне обстоятельства всегда складываются наилучшим образом.

Положив руки на плечи красавца, я прильнула к нему.

– Хочешь меня, ягненок? – спросил он, завороженно наблюдая за каждым моим движением.

Голодный взгляд, которым я смотрела на его мужское достоинство, вызвал на его великолепном лице самодовольную удовлетворенную улыбку.

– Больше всего на свете, – промурлыкала я, затаив дыхание.

Я и не подозревала наличие у себя этой сладострастной ипостаси. М-да-а-а, я умею преподносить сюрпризы, но на этот раз в хорошем смысле.

Из его груди вырвался звериный рык, возбудивший меня еще сильнее. Обхватив мои бедра руками, красавец меня приподнял, словно я была легкой, точно перышко. Поместив свой стальной стержень между моих бедер, он легонько толкнул меня, побуждая откинуться назад, и я с готовностью повиновалась.

Наконец он вошел в меня.

Некоторое время мы оставались неподвижными, смакуя и празднуя невероятное чувство близости и единения, потом красавец начал медленно двигаться, давая мне время привыкнуть к его размеру.

Я потеряла терпение первой. Я хотела его всего – и принялась поднимать и опускать бедра, скользя по его твердой как камень длине. Я была не уверена, что все делаю правильно, но ощущения были приятными, и мы оба задыхались от удовольствия.

От страсти сапфировые глаза моего возлюбленного потемнели, черты лица исказились. Одной рукой он сжал мое бедро, наращивая темп, а другая зарылась в мои волосы цвета лаванды.

– Позволь мне сделать всю работу и доставить тебе удовольствие, – прошептал он мне в губы. – А ты просто наслаждайся. Мне хочется позаботиться о тебе.

Приподняв мощные бедра, он вошел в меня еще глубже, движимый грубой потребностью впиться в меня, уничтожить. Каждый дюйм его восставшей плоти заполнял мое разгоряченное лоно, и мое тело с готовностью поглощало его мужское естество.

Мои груди подпрыгивали, когда мы соединялись, расходились на секунду и снова сходились.

Я почувствовала, как напряжение медленно отпускает меня, и только сейчас поняла, что долгое время пребывала на взводе.

Вожделение, тепло и аромат моего возлюбленного обволакивали меня, как мелодия неба, океана и земных недр. Он брал меня все сильнее и быстрее, погружая в море блаженства. Мне хотелось, чтобы эти ощущения длились вечно.

Последовала новая серия сильных толчков, от которых, казалось, он стал еще больше внутри меня. Я застонала. Красавец издал низкий гортанный звук, и его ритм стал ослепительно быстрым.

Некоторое время мы не издавали ни звука. Он без устали входил в меня с сокрушительной силой, а я принимала его с не меньшим энтузиазмом.

– Моя женщина, мой ягненок, – пробормотал он. Страсть изменила его, превратив в эротического бога. – Ты была создана специально для того, чтобы я нашел тебя в своем сне и насладился, доведя до чистейшего экстаза.

– Вообще-то, это мой сон, – возразила я между задыхающимися стонами, но он не принял мои слова во внимание.

– Приходи ко мне во сне каждую ночь и позволь обладать тобой до самого рассвета, – велел он.

Я почувствовала, что внутри меня все сжимается, стискивая каждый дюйм его стержня. Он зашипел от удовольствия и, высвободив свои бархатистые черные крылья, обнял меня ими одновременно в защитном и властном жесте. Наш ритм сделался нестабильным из-за его ускоренных толчков.

Наслаждение вознесло меня на небеса, и что-то внутри полностью ослабло или даже с треском сломалось.

Светящиеся руны – все двенадцать символов двенадцати главных богов – закружились на моем теле, словно звездная карта галактики.

Я ощутила, как устремляется на поверхность все, что во мне было заключено: лед, ветер, огненные бури, молнии, урожай, смерть, рождение и тьма. Воцарился хаос, сменившийся порядком – и снова хаосом.

Откинув голову, я принимала своего возлюбленного.

Назови меня своей. Возьми меня всю.

Я почувствовала себя обновленной, как при появлении новой вселенной на свет.

Крылатый красавец в крайнем изумлении смотрел на меня своими невероятными сапфировыми глазами. Его чувственные губы приоткрылись.

– Мэриголд, что...

Налетевший волшебный ветер оторвал меня от него прямо перед тем, как сжигающая дотла дикая страсть достигла кульминации.

– Мэриголд, проснись, – настойчиво звал чей-то голос.

Глава 10

– Какого хрена? – Я резко распахнула глаза и едва сдержалась, чтобы не вмазать кулаком в обеспокоенное добродушное лицо Елены. Я застонала. – Черт бы тебя побрал, подруга!

Своим несвоевременным вторжением она только что оторвала меня от самого привлекательного мужчины и самого горячего действа, а ведь я находилась в одном полувздохе от первого и лучшего оргазма в моей жизни!

Елена смотрела на меня сверху вниз своими серыми глазами.

– Занятия начнутся через двадцать минут, Мэриголд! Пора вставать.

Я вздохнула. Какая же она хорошая подруга, ей не все равно.

– Ты иди, птичка, – сказала я ей, – а я еще немного посплю.

– С ума сошла? – удивилась она и помахала перед моим открытым, хоть и прищуренным глазом расписанием уроков. На сегодня в нем значилось следующее:

8:00: Кардио и силовые тренировки

9:30: История и слава олимпийских богов

10:30: Боевые техники

12:00: Обед

13:30: Обучение владению оружием

15:00: Обучение магии

Мне ужасно не хотелось идти ни на одно из этих занятий, особенно после такого яркого сна. Ради всего святого, наплевать мне на славу олимпийских богов, этих напыщенных индюков, только о себе и думающих.

– Первый урок начинается в восемь, – повторила Елена, – а сейчас семь сорок. Поверь мне, в Академии лучше не производить плохого впечатления, опоздав в первый же день.

Что, если я пропущу несколько занятий? Что тогда случится? Что мне за это сделают? Вышвырнут из Академии? И превосходно! Так я добьюсь исполнения своей самой заветной мечты.

Кстати, о мечтах... и сновидениях. Больше всего на свете мне хотелось вернуться в сон, из которого меня так резко вырвали.

– Не волнуйся, птичка, – солгала я. – Иди вперед, а я догоню. Через десять минут я встану – и сразу бегом в класс.

– Ты хоть знаешь дорогу?

– Как свои пять пальцев!

Елена бросила на меня прощальный взгляд, неуверенный и встревоженный.

– У тебя лицо раскраснелось. Ты уверена, что в порядке?

Я натянула одеяло повыше, чтобы скрыть пылающие щеки, и услышала удаляющиеся по коридору шаги подруги. Оглядевшись по сторонам, я поняла, что все остальные девушки ушли раньше нее.

«Пожалуйста, позвольте мне вернуться в тот сон, – взмолилась я воображаемым высшим силам. – Пусть мой возлюбленный еще раз окутает меня своими черными шелковистыми крыльями, а я взамен пообещаю, что целую неделю буду хорошо себя вести».

Я поглубже зарылась носом в подушку.

«Приснись мне сейчас же», – мысленно приказала, надеясь на лучшее.

Я была готова на все, лишь бы вернуться к красавцу из сна и завершить то, что мы начали, даже если потом придется попрощаться.

Но ничего не случилось.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем меня до костей пробрала ледяная сырость. Над моим лицом поплыли куски льда, воздух перестал поступать в наполненные водой легкие.

Это оказался совсем не тот сон, которого я жаждала!

Я завозилась, пытаясь сделать вдох, проснуться, но добилась лишь, что мне в рот и горло залилось еще больше холодной воды.

Черт! Дерьмо!

Открыв глаза, я, к своему ужасу, увидела, что моя кровать залита водой, которая заключала меня в ледяной гроб. Над моим лицом плавали кубики льда. Это не просто дурной сон. Но как такое могло произойти наяву? Неужели это последствия испытания Рун Крови? Сначала меня заживо сжигало пламя, а теперь я должна замерзнуть до смерти, чтобы завершить цикл? Что за подлючий ритуал такой!

Вскрикнув, я отбросила одеяло и вскочила с промокшей постели. И осознала, что стою босая и совершенно голая в луже на холодном полу.

Обычно я сплю обнаженной, потому что одежда раздражает кожу.

– Какая ты шустрая, – лениво протянул Пакстон, наслаждаясь моментом.

Ну, вот все и прояснилось.

Только полубогу морей по силам извлечь из ниоткуда такое количество воды и заставить потоки плыть по воздуху.

Обведя комнату яростным взглядом, я обнаружила Пакстона, прислонившегося к стойке двухъярусной кровати. На сей раз вместо доспехов на нем была серая рубашка на пуговицах и черные брюки.

Пакстон мог бы показаться чертовски привлекательным ранним утром, но я чрезвычайно разозлилась, хотя раззадоренное эротическим сном желание все еще теплилось в моих жилах. Мой гнев разгорелся с новой силой, когда я поняла, что ему нравится смотреть, как я дрожу от холода.

Он нарочито медленно разглядывал мою наготу, чтобы оскорбить и раззадорить меня, но не мог скрыть жар в своих фиолетовых глазах.

От тяжести его напряженного взгляда по моей коже побежали мурашки, и я мгновенно сменила стратегию. Запустив в него мокрой подушкой, я не причиню ему никакого вреда.

– Нравится увиденное? – сладким голоском протянула я.

– Ты задала тот же скучный вопрос во время ритуала, – напомнил он. Излишне долго задержавшись на моей груди, его взгляд вернулся к моему лицу. – Что у тебя есть такого, что может заинтересовать полубога, смертная?

– Если помнишь, твой священник поправил тебя после ритуала. Я не смертная, – возразила я, изо всех сил стараясь сохранять на губах улыбку. – Вот уж не думала, что у полубога такая короткая память!

Если я не человек, то кто тогда? Мне не хотелось тратить ни время, ни умственные усилия на попытки в этом разобраться. Я согласна быть кем угодно, лишь бы не аномалией.

Заметив промелькнувшую в моих глазах нерешительность вкупе с неуверенностью, Пакстон вновь ринулся в наступление.

– Тогда кто ты? – спросил он, небрежно приподняв бровь.

Я вздернула подбородок. Улыбка стоила мне неимоверных усилий.

– С какой стати мне тебе говорить? – огрызнулась я и, пошатываясь, направилась к нему, покачивая бедрами, вместо того чтобы схватить простыню с кровати моей соседки и прикрыть наготу.

Полубог морей напрягся, выпрямился и опустил вдоль тела руки, до этого скрещенные на мускулистой, обтянутой рубашкой груди.

– Что ты делаешь, Мэриголд?

– А что, по-твоему, я делаю? – промурлыкала я, изображая на губах сладострастную знойную улыбку. – Ответ на это вопрос должен быть тебе известен, раз ты без предупреждения вторгся ко мне. – Я замедлила темп, но продолжала движения бедрами. – Кстати, можешь попросить меня остановиться, – добавила я с легким вызовом в голосе.

Если Пакстон скажет мне прекратить или вздумает увернуться от навязчивых приставаний, то однозначно этот раунд будет за мной.

Он прищурил свои фиолетовые глаза, чтобы скрыть тлеющее в них вожделение. Он ненавидел меня, но при этом желал, что еще сильнее распаляло его неприязнь.

– Ты осмеливаешься снова бросить мне вызов? – спросил он.

Я была готова и на большее, но не собиралась об этом ему говорить.

Моя улыбка стала еще более соблазнительной. Теперь я была в двух шагах от полубога. Нужно поскорее покончить со всем этим, пока он не заподозрил меня в неискренности.

Замерев в нескольких дюймах от мужчины, я подняла колено и попыталась ударить его между ног, так быстро и сильно, как только могла.

Как ему будет больно! Зато научит, что нельзя врываться к девушке в общежитие, когда она спит и грезит об идеальном возлюбленном.

На долю секунды в моей голове промелькнула тревожная, ужасная мысль: что, если его промежность из стали? Тогда больно будет мне.

Прежде чем мое колено достигло цели, Пакстон поймал меня, развернул и прижал спиной к себе. Одной рукой перехватив оба моих запястья, он прижал их к моему животу, отчего пальцы впились в кожу, а другую руку тем временем устроил у меня на груди. При этом он стиснул своими мощными ногами мои, лишив возможности предпринять новую атаку.

Так он и держал меня, беззащитную и сгорающую от ярости. Хоть я и быстрее любого человека, с полубогом мне не тягаться.

– Это все, на что ты способна, Мэриголд? – насмешливо спросил он.

Несмотря на неудачный удар и унижение, я спиной ощущала его мощную эрекцию. Значит, я по-прежнему способна вызвать у него какую-то реакцию. Возможно, этим стоит воспользоваться.

В следующее мгновение Пакстон до боли вывернул мне запястья. Я сморгнула внезапные слезы, и он немного ослабил хватку.

– Зачем ты вообще ворвался в мою комнату? Что тебе нужно? – сердито потребовала я ответа.

– Никакая это не твоя комната, а обычное общежитие. Будучи студенткой моей Академии, ты не можешь позволить себе такой роскоши, как уединение. Мне сообщили, что ты пропустила физподготовку, а также половину урока истории.

– Кто меня сдал? Где стукач, там будет плач!

– Нечего искать виноватых, чтобы отомстить. В Академии действуют строгие правила, и одно из них заключается в том, что никому нельзя пропускать занятия. Опаздывать тоже не стоит.

– Что с того, что я проспала несколько уроков? – огрызнулась я. – Я не ранняя пташка, люблю поваляться подольше. Таким был мой образ жизни на протяжении двадцати лет, и я не собираюсь менять его в одночасье.

– И все же именно это ты и сделаешь – в одночасье изменишь свои вредные привычки и отношение. Сию секунду, вообще-то. Ты будешь следовать правилам, как и все остальные, и научишься дисциплине. Если мне придется вбивать это в твою башку, я так и сделаю. Если не веришь, испытай меня и посмотрим, кто в конце концов победит в этой игре. С нетерпением жду второго раунда.

С этими словами полубог морей оттолкнул меня. Я споткнулась и чуть не врезалась лицом в дверцу шкафа, который стоял между двухъярусными кроватями. Выбросив вперед руку, я схватилась за открытый ящик и таким образом сумела не сломать себе нос.

– Ты ублюдок! – прошипела я, повернувшись к Пакстону.

– У тебя нет ни страха, ни уважения, ни чувства самосохранения, – объявил он с суровым выражением лица. – Но я в мгновение ока научу тебя всем этим понятиям.

Внезапно в моей голове зазвучал тревожный звоночек. Аксель пригрозил, что, если я продолжу доставлять ему неприятности, наказание постигнет Джаспера и Цирцею, поскольку они – мое слабое место. Что, если Пакстону об этом стало известно? Он не колеблясь воспользуется этим.

Больше ни секунды не медля, я сдернула с кровати Елены простыню и обернула вокруг своей груди.

– Приведи себя в порядок и иди на занятия, – приказал полубог морей стальным тоном. – У тебя есть три минуты.

– Где Аксель?

– А что – соскучилась по нему?

– Я в любом случае предпочитаю его тебе, – объявила я, с удовлетворением наблюдая, как на челюсти Пакстона дернулся мускул. Выходит, я задела его за живое, а между полубогами существует соперничество.

– Он недоступен, принцесса. Сегодня ты в моем полном распоряжении.

– Жалость какая, – фыркнула я. – Акселю я нравлюсь. Он ведет себя со мной очень обходительно.

– Возможно, пока что он увлечен тобой. Но даже в этом случае его отец, бог, многократно важнее простой девушки вроде тебя. Арес вызвал его в город.

– В какой город?

– Париж, конечно. Арес проводит там бо́льшую часть времени.

Неожиданный ответ заставил меня позабыть о раздражении.

– Я его не виню, – с тоской сказала я. – Всегда хотела побывать в Париже. Слышала, что у них потрясающий крем-брюле. – Я облизнула губы. – Вот бы когда-нибудь попробовать!

– Держи карман шире, – фыркнул Пакстон, неотрывно глядя на мой рот.

А ведь с него станется приложить максимум усилий, чтобы лишить меня всего хорошего в жизни.

– Я слышала, как Аксель связывался с отцом, когда ритуал пошел не так, как ожидалось, – предприняла я новую попытку.

– Да, – пренебрежительно отозвался Пакстон. – У них ментальная связь. Но Арес был занят переговорами с Люцифером.

Когда-то я полагала, что бог войны заключил грязную сделку с дьяволом, иначе почему Землю разделили на два равных царства, одно из которых принадлежало Аресу, а другое – Люциферу?

Политика в любом случае – дело нечистое, в ней не бывает хороших парней, только меньшее зло. Пока я не понимала, кто из них двоих лучше, поскольку не встречала ни бога, ни дьявола.

– О чем переговоры? – Я вопросительно изогнула бровь.

Полубог морей бросил на меня суровый взгляд.

– Не твоего ума дело.

Может, и нет.

Я пожала плечами, просто чтобы позлить его, и он тут же устремил на них взгляд, как будто хотел снять с меня простыню и провести руками по обнаженной коже.

Меня пробрала дрожь, между ног разлилось тепло.

На мгновение я растерялась. Почему я до сих пор испытываю влечение к этому полубогу? Он же полный осел.

– Арес случайно не объяснил Акселю, по какой причине в моем случае ритуал прошел неудачно? – поинтересовалась я.

– Я что, твой мальчик-посыльный? – прошипел Пакстон.

Я вздохнула. Полный осел, как и было сказано. Мне такая враждебность в столь ранний час совершенно ни к чему.

– А что насчет Зака? – с надеждой спросила я. – Он же не может быть тоже в отъезде, правда? Он должен был прийти за мной вместо тебя.

В глазах Пакстона вспыхнул огонь, превратив фиолетовый цвет его радужек в глубокий пурпурный. Судя по всему, полубог морей разозлился не на шутку.

– Почему я вообще отвечаю на твои вопросы? – выдохнул он. – Никто не смеет расспрашивать полубога. Хватит тянуть время, Мэриголд. Ты идешь на урок, и теперь у тебя осталось всего две минуты. Если по истечении этого времени ты не будешь готова, я протащу тебя через весь кампус независимо от того, одета ты или нет.

Он не шутил. Экая безжалостная скотина!

Я закатила глаза, но все же начала просматривать многочисленные ящички комода в поисках таблички с моим именем – там должна быть моя одежда.

К тому времени, как я наконец нашла ящик с именем «Мэриголд» и извлекла оттуда униформу и пару новых ботинок, настроение у меня совсем испортилось. Надеюсь, мне выдали нужный размер, особенно это касается обуви.

Не удостоив полубога взглядом, я прихватила одежду и отправилась в общую ванную, находящуюся неподалеку от моей комнаты. Пакстон за мной не последовал. Хоть бы он ушел, пока я переодеваюсь!

В голове промелькнула мимолетная мысль о побеге, но я отмела ее, не дав сформироваться в план. За рекордно короткое время я привела себя в порядок, надела сине-серую форму и встала перед зеркалом над раковиной.

Давненько мне не доводилось видеть свое отражение.

Теперь из зеркальных глубин на меня смотрела женщина, еще не до конца утратившая округлость щек. У нее были элегантные тонкие брови, которые не требовалось выщипывать, полные розовые губы и обрамленные темными густыми ресницами зеленые глаза цвета нетронутого леса, но с энергией огненной бури. В ней столько жизни, что я отступила на шаг, пораженная.

– Мэриголд, посмотри на себя, – пробормотала я, проводя рукой по своим лавандовым волосам.

Я все еще здесь, живая. Почти счастливая, я замурлыкала себе под нос мелодию.

– Никогда не видел настолько самовлюбленного солдата, – прокомментировал Пакстон, внезапно возникший в зеркале позади меня.

Я и не заметила, как он вошел.

– Ты шпионишь за мной в женской бане? – нахмурившись, поинтересовалась я. – Ты хоть отдаленно знаком с понятием «личные границы», полубог?

– Я выше любых правил и границ, – высокопарно заявил он. – А вот ты, как и все остальные, обязана их соблюдать.

Ужасно захотелось швырнуть что-нибудь в этого засранца, но под рукой ничего не оказалось. К тому же затея все равно обречена на провал. В своем стремлении разрушать полубог морей просто создаст мне еще больше неприятностей.

Словно прочтя мои мысли, он встретился своим дразнящим взглядом с моим в зеркале, как бы подначивая бросить ему вызов.

– Помнишь, что я говорил о двух минутах? – спросил он.

– Прости великодушно, – огрызнулась я, – я не в состоянии уследить за всем, что ты говоришь. Ты чересчур много болтаешь.

– Шагай. Сейчас же.

Я опустила глаза.

– Сначала мне нужно всунуть ноги в ботинки.

И тут я заметила, что на мне надеты не сочетающиеся по цвету носки длиной до колена.

– Подожди-ка, – воскликнула я. – Мне нужно сменить носки.

– Нет, не нужно, – возразил Пакстон, подходя ближе.

Схватив меня за лодыжку, он грубо всунул мою ногу в ботинок высотой до щиколотки, даже не потрудившись проверить, подходит ли он мне по размеру. Но с задачей справился. После чего вцепился в мою вторую ногу.

– Эй, – запротестовала я, положив руку ему на плечо, чтобы удержать равновесие, пока он работал над тем, чтобы обуть мне другой ботинок. – У меня носки разного цвета. Если это кто-то заметит, надо мной будут смеяться.

– Мне плевать.

– Конечно, тебе плевать. Конфуз-то случится со мной.

– Если опозоришься, – отрезал он, – то винить будешь только себя саму. Это послужит тебе уроком. Нужно быть дисциплинированной и все делать вовремя.

Поднявшись на ноги, Пакстон сжал мой локоть и потащил к выходу из общей ванной, не дав времени чуть пообвыкнуться в новой обуви.

Спотыкаясь, я поплелась рядом с ним.

– Поторопись! – рявкнул он.

– Но я же еще не завтракала. Разве мне не полагается прежде хотя бы чашечка кофе с парой пончиков? Надеюсь, в Академии подают пончики.

– Кстати, о еде, – продолжил полубог морей. – За опоздание на занятия тебе положено наказание – останешься без обеда. Если вздумаешь и дальше проявлять непослушание, ужинать тоже не будешь. А попытайся кто-то принести тебе еду без моего разрешения, разделит твою участь.

– Это несправедливо!

– Добро пожаловать в Академию Полукровок, принцесса.

Пакстон продолжал тащить меня за собой, а шел он чертовски быстро, так что на один его длинный шаг мне приходилось делать три своих.

– Отпусти меня, – возмутилась я. – Я вполне могу идти рядом с тобой своими собственными ногами.

Полубог морей фыркнул, однако руки с моего локтя не убрал. Я попыталась его стряхнуть, но безуспешно.

– Давай, попытайся меня ударить, если хочешь принять участие в публичной демонстрации того, как надлежит наказывать студента Академии, который не умеет следовать правилам.

Я резко остановилась. Ничего подобного я не хотела. Не нужно мне такое внимание.

– Ты просто пытаешься найти предлог, чтобы прикоснуться ко мне, – заявила я. – Тебе не кажется, что это попахивает отчаянием?

– Хорошая попытка, принцесса, – сухо парировал он. – Но помни, что твои слова не имеют на меня никакого влияния.

Однако своим заявлением мне удалось его разозлить. Он стиснул зубы и сверкнул глазами.

– Помягче я буду обращаться с тобой только тогда, когда ты научишься проявлять уважение и вести себя цивилизованно.

В моих глазах вспыхнул темный огонь. Этот ублюдок требует от меня хороших манер, хотя сам понятия не имеет, что это такое.

Когда-нибудь он дорого за это заплатит. Но мне не победить такого могущественного засранца, сражаясь с ним один на один. Нужно играть грязно. Я найду трещину в его броне и тогда нанесу удар.

Мы вышли на площадь. Солдаты Доминиона патрулировали кампус, а группы старшекурсников упражнялись в стрельбе из лука и магии на тренировочном поле. Все дружно прервали свои занятия и, разинув рты, уставились на нас с Пакстоном. Похоже, им было в новинку, что полубог тащит студентку за руку.

Никто не осмелился прийти мне на помощь, а моя главная надежда, Аксель, находился за тысячи миль отсюда.

Пакстон даже не потрудился оглядеться и не заметил, что все глазеют на нас. Просто замечательно! Столько свидетелей моего унижения. Скоро об этом узнает вся Академия. Деметра со своими приспешниками уж точно не упустит возможности насыпать мне соль на рану.

Я даже не могла наброситься на этого засранца и сказать ему, что мне не по душе подобное прилюдное унижение. Если бы я это сделала, он не преминул бы этим воспользоваться.

Публичный позор никому не нравится, включая меня. Поэтому я высоко вздернула подбородок, сделав вид, что для меня большая честь – тащиться на поводу у полубога. Наконец мы оставили площадь позади и двинулись по коридору.

– Пожалуйста, отпусти меня, полубог Пакстон, – негромким смиренным голосом попросила я.

– Так-то лучше, – сказал он, бросив на меня взгляд, и убрал руку с моего локтя.

Его нынешнее поведение было воплощением извращенной идеи меня приручить. Должно быть, он решил, что получил преимущество. Мне же отчаянно хотелось вмазать ботинком ему между ног, но я уже пыталась это сделать и потерпела неудачу.

Мы вошли в класс, в котором могло разместиться как минимум двести студентов, но присутствовало лишь пятьдесят. Я окинула взором оставшихся в живых неофитов, включая Джека, Деметру и их приспешников, а они – такие предсказуемые! – с усмешкой уставились на меня.

Елена поморщилась, в глазах Нэта отразилось сочувствие.

Профессор средних лет в черной мантии и широкополой шляпе немедленно прекратил разглагольствовать и отвесил Пакстону поясной поклон.

– Полубог Пакстон, – обратился он к нему. – Для меня большая честь, что вы посетили мой класс.

– Я привел ученицу, которая пыталась прогулять занятия, Фаулер, – пояснил Пакстон таким голосом, будто я совершила смертный грех.

Мне захотелось закатить глаза, но я сдержалась. Подумаешь, какое дело, на урок не пришла!

Словно почувствовав мою насмешку, Пакстон вновь удостоил меня вниманием, но я поспешно напустила на себя невинный вид. Мне вовсе не хотелось, чтобы он взбесился на глазах у всего класса, когда мне не приходится рассчитывать на поддержку Акселя или хотя бы Зака.

События сегодняшнего утра убедили меня, что Пакстон – парень непредсказуемый, да еще и без тормозов. Он даже хуже меня.

Фаулер, вероятно, считал так же, потому что бросил на меня раздраженный взгляд, не понимая, зачем полубогу беспокоиться о подобном ничтожестве.

– Если студент пропускает занятия, то он получает предупреждение с занесением в личное дело, – назидательно изрек Фаулер. – Если недопустимое поведение продолжается, то исключения из Академии не миновать. В следующий раз я попрошу члена Дисциплинарного совета вручить нарушительнице уведомление. Нет никакой необходимости участвовать в решении такого незначительного вопроса, сэр.

– Чтобы я больше никогда не слышал от вас подобных поучений, Фаулер, – рыкнул Пакстон. – Вы поняли?

Точно сумасшедший, сбежал из психушки!

Побледнев как полотно, Фаулер попятился от возвышающегося над ним полубога.

– Прошу прощения, сэр, – промямлил он. – Я не имел в виду...

– Профессор Фаулер имел в виду, что незачем стрелять из пушки по воробьям, – быстро добавила я и ухмыльнулась Пакстону, воспользовавшись шансом высмеять его, хоть и дала себе зарок больше не бесить его на публике. – Думаю, он прав. Нет никакой необходимости беспокоиться о ничтожной первокурснице вроде меня, полубог Пакстон, сэр. Дисциплинарный совет отлично справится с задачей и вышвырнет меня из Академии после нескольких предупреждений.

– Я лично прослежу, чтобы этого не случилось, – резко и злобно парировал тот. – Покорись, Мэриголд, или я превращу твою жизнь в ад. А теперь сотри с лица эту отвратительную ухмылку. Я тебя предупреждал, сегодня ты останешься и без ужина тоже.

Он окинул класс суровым взглядом, и все съежились на своих местах, втянув головы в плечи.

Мое веселье как рукой сняло. Как мне выдержать целый день без еды?

– Каждый, кто вздумает тайком принести Мэриголд поесть, будет поститься вместе с ней столько, сколько потребуется, – добавил Пакстон. – Это понятно?

– Понятно! – дружно гаркнул в ответ весь класс, включая профессора.

Элитная группа захихикала.

Вряд ли Елена с Нэтом были единодушны с остальными, но им пришлось притвориться и тоже пошевелить губами, чтобы избежать наказания.

– Хорошо, – удовлетворенно прогудел Пакстон. – Академия Полукровок решила во что бы то ни стало превратить бунтарку Мэриголд в образцового солдата. Теперь она наш проект.

Какого черта?

– Академия не позволит провинившейся бастовать, – подчеркнул он, наблюдая за возмущенным выражением моего лица, словно жирный кот за загнанной в угол мышью.

Только я не гребаная мышь. Он хочет войны? Что ж, будет ему война.

– Аксель никогда с этим не согласится, – выдавила я из себя, чувствуя, как на глаза наворачиваются жгучие слезы. – Он на моей стороне.

– Неужели? – протянул Пакстон, и на его губах появилась садистская улыбка. – Разве не он выудил тебя из уличной драки и приволок в Академию, несмотря на то что ты умоляла, чтобы он тебя отпустил? Разве не он был готов стать свидетелем твоей смерти, лишь бы проверить, выдержишь ли ты ритуал?

Я захлопнула рот, чувствуя себя так, словно меня сбил грузовик.

С моей стороны наивно было даже думать, что Аксель и Зак захотят меня защитить только потому, что когда-то прикрыли от пылающего огня. Все они мои враги и никогда не были союзниками. Пакстон только что напомнил мне об этом.

В глазах полубога морей блеснул жестокий огонек, когда он заметил мой опустошенный взгляд.

– Присматривайте за ней, – приказал он, не обращаясь ни к кому конкретно. – Если она снова взбунтуется, совершит хоть малейший проступок, немедленно позовите меня.

Все горячо закивали, особенно члены элитной группы.

Пакстон развернулся на каблуках и едва показал мне спину, как я адресовала ему средний палец и быстро опустила руку, точно не хотела быть пойманной.

– Разве вы не собираетесь сообщить об этом? – мило улыбнулась я классу.

Все ахнули, но никто не осмелился позвать полубога назад. Если бы они это сделали, пришлось бы повторить мой вульгарный жест. Вряд ли Пакстон обрадовался бы подобному хамству, пусть и в целях демонстрации.

Как бы грубо он со мной ни обращался, я знала, что он не убьет меня, пока я ему не наскучу. А не наскучу я ему до тех пор, пока он не согнет меня, не сломает и не сделает частью своего безликого стада.

Пакстон зашагал прочь, насвистывая мелодию, которую я утром напевала в ванной комнате.

К счастью, в следующую минуту прозвенел звонок, возвестивший об окончании урока. После всего случившегося мне хотя бы не придется слушать лекцию о славе богов.

Глава 11

Следующим занятием в расписании значились боевые техники, а пока у нас был десятиминутный перерыв.

Нэт и Елена сидели со мной на деревянной скамейке возле пруда, частично скрытого вековыми деревьями. Я была так голодна, что то и дело порывалась выяснить, нет ли у них при себе съестного, например, энергетического батончика, кусочка шоколада или чего-нибудь еще, но не хотела подставлять их под удар.

Когда друзья пошли на обед, я не стала просить их прихватить для меня сэндвич или яблоко из опасения, что за ними могут наблюдать прихвостни Пакстона. Я не сомневалась, что элитная группа будет следить за мной не хуже ястреба, чтобы убедиться, что я точно останусь без обеда.

– Что случилось? – спросила Елена. – Ты же сказала, что оденешься и поспешишь на урок.

– Свинстон – вот что случилось, – ответила я.

– Свин...стон? – повторил Нэт, и на его губах появилась улыбка.

– Да, Свинстон – это Пакстон, – на всякий случай пояснила я, – никакой разницы.

Елена нервно огляделась по сторонам.

– Говори тише, иначе нас могут услышать, – прошептала она. – Если полубог Свин... – то есть Пакстон – узнает об этом нелестном прозвище, то заживо сдерет с нас кожу. Ему по силам умертвить любого одним щелчком пальцев, если чересчур разозлится. Ходят слухи, что полубоги убивали и за меньшие проступки. Наши жизни нисколько для них не важны, поэтому они расправляются с людьми без угрызений совести.

– Верно, они такие, – с горечью подтвердила я. – Как было объявлено сегодня, теперь я их цель. Вам двоим лучше держаться от меня подальше, в противном случае тоже окажетесь под ударом. – Я окинула их печальным взглядом. – Я ценю нашу дружбу, но не хочу, чтобы вы, образно выражаясь, пошли ко дну вместе с моим кораблем.

– Ни за что, – твердо сказала Елена. – Мы останемся с тобой и будем надеяться, что ты не потонешь.

– Мы решили взять тебя под свое крыло в первый же день, когда ты выступила против Деметры-одной-восьмой, – добавил Нэт, улыбаясь мне широкой белозубой улыбкой.

Красивый парень и очень умный, этого у него не отнять. Перехватив мой благодарный взгляд, он порылся в рюкзаке и, вытащив бутылку воды, протянул мне.

– Держи!

– Нет-нет, – запротестовала я, качая головой. – Вражеские шпионы могут быть где угодно. Я не позволю тебе лишиться из-за меня обеда.

– Полубог Пакстон сказал, что еда запрещена, – подхватила Елена. – Запрета на воду не было. Но если ты сильно проголодалась, я принесу тебе сэндвич, и плевать на последствия.

– Нет, птичка, – сказала я. – Я совсем не голодна. Но вода очень кстати. Наш башковитый Нэт всегда найдет лазейки в правилах, а Свинстон не слишком силен в логике. – Усмехнувшись собственной шутке, я взяла у Нэта бутылку и быстро осушила половину содержимого. – Спасибо, что не бросили меня, – с улыбкой обратилась я к своим друзьям.

– Ты всегда можешь на нас положиться, – заверил Нэт. – Мы прикроем тебя, когда эти ублюдки придут за тобой.

Впервые с тех пор, как попала в Академию, я больше не чувствовала себя одинокой, хотя по-прежнему очень скучала по Джасперу и Цирцее. Я не знала, хорошо ли они справляются в Академии Иных, но предполагала, что им там не хуже моего.

Рианнон, второкурсница из нашей комнаты в общежитии, упомянула, что следующий ужин, на котором мы будем есть вместе со студентами из Академии Иных, состоится через две недели. Сама она встречается с перевертышем, который там учится, поэтому тоже с нетерпением ждет возможности пообщаться с ним.

– Нам пора, – объявила Елена, которая ужасно не любила опаздывать на уроки.

После событий сегодняшнего утра я ее не винила. Благодаря неприятной сцене, срежиссированной полубогом морей, никто больше не осмелится испытывать его терпение, приходя на занятие даже на пару минут позже начала.

Разве этот придурок не должен больше беспокоиться о демонах, чем обо мне? Какой бы испорченной я ни была, я ведь не хуже этих рогатых!

Вместе с Нэтом и Еленой я поспешила на урок боевых искусств. Название мне понравилось – круто звучит! Звучит гораздо веселее, чем силовые тренировки, бег по кругу и всякая чушь про славу олимпийцев.

К этому моменту у меня накопилось много агрессии, и я могла бы воспользоваться уроком как предлогом, чтобы безнаказанно избить одного из снобов из элитной группы. Надеюсь, учитель поставит меня в пару с Деметрой.

Драться я умею, я же охотница, в конце концов.

Когда мы вошли в учебный класс в невысоком лиловом здании, по настороженным выражениям лиц друзей я поняла, что я гораздо более воодушевлена, чем они. Элитная группа и остальные неофиты уже собрались и теперь выстроились в ряд перед инструктором, которым оказался лейтенант Кэмерон.

– Этого чувака я не ожидала, – пробормотала я Елене. – Совсем не смешно.

Мари тоже была в комнате, осматривала ассортимент развешанного по стенам оружия. После ритуала я видела ее впервые – и сразу же поспешила к ней. Раз я выжила, мне нужно узнать, куда Доминионы дели мои личные вещи, в особенности оружие, отобранное у меня еще в Крэке. Хочу получить его назад.

– Привет, Мари, – обратилась я, улыбаясь, чтобы разрядить обстановку.

Она настороженно вздернула бровь.

– Ты влипла в неприятности в первый же день?

– Кто, я? – невинно переспросила я.

– У меня везде есть уши, знаешь ли.

– Это ты так говоришь. Ты помощник инструктора?

– Мы работаем по очереди, – пояснила Мари, снимая со стены длинный меч и проверяя его вес.

– Всяко лучше одного небезызвестного тебе дьявола, – сказала я.

– Какого еще дьявола? – спросила она и указала подбородком на вход.

При виде вошедшего в зал Пакстона моя улыбка померкла. На нем была черная футболка, выгодно подчеркивающая накачанные бицепсы и рельефное тело. Свободные брюки низко висели на бедрах.

Приветствуя полубога, все, кроме меня, поклонились.

Я скрестила руки на груди. Он пришел, чтобы сражаться или соблазнять? Ответ на этот вопрос я получила очень быстро. Лица всех девушек просветлели, даже Елены. Она перестала улыбаться, только когда заметила мою кислую мину.

Полубог морей обладал такой властью над всеми. Это напомнило мне, как Аксель заставил присутствующих выказать ему почтение на улице Крэка.

– Какого черта здесь делает этот водоплавающий парень? – прошептала я Мари, которая продолжала кланяться. – Ему незачем тут находиться, верно? Разве не должен он сражаться с демонами и защищать человечество, а не прохлаждаться в тренировочном зале, домогаясь бедных новобранцев?

У меня было дурное предчувствие, что он пришел по мою душу, поэтому я не хотела видеть его поблизости.

– Не разговаривай со мной во время тренировки, – сдержав смешок, прошептала в ответ Мари. – Ты плохо на меня влияешь, и я не горю желанием пойти ко дну вместе с тобой. Возможно, ты и привлекла внимание полубога войны, но у меня нет никого, кто прикрыл бы мне спину.

Итак, Пакстон сделал меня изгоем в Академии.

Помощник инструктора бросила на меня жалостливый взгляд.

– Полубоги никогда не тренировали студентов, тем более неофитов. Обычно они не остаются в Академии дольше трех дней подряд, и все четверо ни разу не собирались в одном месте, потому что чересчур любят отстаивать границы своих территорий.

Мари вздохнула.

– Подозреваю, что из-за тебя полубоги на некоторое время задержатся в Академии. Никто не имеет ни малейшего представления, почему божественное пламя выбрало тебя и почему у тебя нет знака принадлежности ни к одному из домов. Полубоги не любят мрачных секретов и загадок. Поздравляю, Мэриголд, ты стала их новой навязчивой идеей.

Я возвела глаза к потолку, как молящаяся богу паломница.

– О, пощадите меня, великие. Я не аномалия. Просто мне не повезло оказаться в неправильном месте в неправильное время.

– Очень зрелое поведение, Мэриголд, – прошипела Мари. – Но я все же дам тебе последний совет: веди себя так, чтобы поскорее им наскучить, и тогда они переключат внимание на что-то другое. Действуй осторожно. Им принадлежит половина мира; если пойдешь против них, тебе не победить – это никому не по силам.

Я и не шла против полубогов! Один из них сам вломился в мой мир и вырвал меня из жизни, которую я для себя выбрала. Однако Мари моей точки зрения не понять. Она отступила, не желая, чтобы Пакстон подумал, будто мы с ней подружки.

– Класс, по местам, – строго сказал Кэмерон, скрестив руки на груди.

Семеро новобранцев, теперь первокурсники, выстроились в две линии перед лейтенантом Доминиона. Я подошла к ним, игнорируя взгляд Пакстона. Для меня было бы лучше вообще не замечать его присутствия. Совсем.

Кэмерон начал свою банальную вступительную речь со следующих слов:

– Вы на занятии базовой боевой подготовкой, которая станет для вас введением в великую карьеру солдата Доминиона.

Я едва сдержалась, чтобы не поднять руку и не спросить, что делать, если я не планирую делать карьеру солдата Доминиона. Однако от моего желания ничего не зависело. Академия Полукровок четко дала понять, что ее призыв нельзя игнорировать, но я все равно противилась тому, что меня – и всех нас – лишили свободы выбора.

С другой стороны, возможно, сама идея свободы воли была иллюзией.

– Здесь вы изучите традиции, стратегии и техники, необходимые для того, чтобы стать солдатом Доминиона, – продолжал разглагольствовать Кэмерон. – Вы научитесь дисциплине, поскольку мы привьем вам кодекс и кредо Академии. Вы будете выполнять задания. После окончания этого курса начнется продвинутая боевая подготовка, где вы...

– Мы внесем несколько изменений, – бесцеремонно перебил его Пакстон, и все студенты, кроме меня, повернулись на звук его гулкого голоса.

Можно подумать, что к ним взывает сам бог! Я еле сдержалась, чтобы не напомнить этим дурачкам, что Свинстон всего лишь полубог. Удивительно, почему Кэмерон не запротестовал против подобного беспардонного вмешательства и лишь молча отошел в сторону. Ведь он законный инструктор!

– Мы пропустим устаревшие процедуры, – сообщил Пакстон. – В современном мире базовая подготовка утратила свою актуальность. Мы потеряли много сильных дисциплинированных бойцов, сражающихся в праведной войне против демонов, поэтому нам требуется еще больше способных солдат. Нужно, чтобы вы были готовы занять их места и вступить в схватку. Вчера мы с другими полубогами и генералами обсудили ситуацию и решили, что отныне продолжительность обучения в Академии Полукровок составит два с половиной года вместо привычных четырех. Все вы будете следовать новой учебной программе.

Этот ублюдок так запросто взял и изменил правила!

Кэмерон и Мари обменялись многозначительными взглядами. Они тоже не были в курсе дела.

– Давайте начнем с изучения ваших сильных и слабых сторон, – продолжил Пакстон, устремив на меня строгий взгляд.

Чем я на этот раз обязана подобному вниманию? Или он просто не в состоянии оторвать от меня глаз? Однако от ухмылки я воздержалась. Повернувшись к Пакстону, я стала слушать вполуха. Мари предупреждала, чтобы я не глупила и не совершала опрометчивых поступков, но ведь и я могу оказаться крепким орешком!

– Разобьемся на пары – и начнем, – продолжил Пакстон. – Посмотрим, из какого вы теста.

– Я вообще человек, – прошептала я.

Выходит, полубог морей хотел, чтобы мы с места в карьер приступили к сражениям. На поверку он оказался еще более кровожадным, чем его двоюродный брат, полубог войны.

Что ж, так тому и быть, – если только он не поставит меня в пару с Еленой или Нэтом Я не хотела причинять им боль.

Когда Пакстон послал Нэта сражаться с Джорджем, другим аутсайдером, я просияла. Но когда он вызвал Елену и Деметру, я вышла вперед.

– Я добровольно сражусь с Одной-восьмой вместо Елены, – объявила я.

– Одной-восьмой? – переспросил Пакстон, прищурившись.

Покрасневшая от злости Деметра бросила на меня гневный взгляд.

– Ох, простите, – притворно протянула я. – Я имела в виду Деметру.

Кэмерон сохранял серьезное выражение лица, а Мари закашлялась и, прикрыв рот рукой, послала мне предупреждающий взгляд. Остальные студенты пораженно уставились на меня, кто-то коротко хмыкнул.

– Разве ты не знаешь, что в Академии Полукровок запрещено обзываться, Мэриголд? – зловеще протянул Пакстон.

– И в каком пункте говорится об этом? – хихикнула я, потому что была уверена, что полубог только что сам это выдумал.

– Процитируй, Кэмерон, – велел Пакстон.

– Правило № 1175 «Кодекса поведения солдат Академии Полукровок» гласит... – с готовностью подхватил лейтенант, но Пакстон оборвал его взмахом руки.

Черт! Неужели в Кодексе и правда более тысячи правил поведения? Изумленная, я в смятении заморгала. Как мне во всех разобраться?

– За нарушение правила поведения солдат Академии Полукровок № 1175 ты получишь еще одно наказание, – изрек Пакстон. – Во время обеда тебе надлежит пробежать двадцать кругов, поскольку есть ты все равно сегодня не будешь.

Свинстон не только хотел заморить меня голодом, но и подтолкнуть к тому, чтобы я потеряла сознание, пробежав двадцать кругов на пустой желудок.

– Я требую передышки, – сказала я, расставив ноги. – В конце концов, ты и сам меня обзывал.

Класс ахнул от моей дерзости. Елена и Нэт не на шутку встревожились, Мари покачала головой.

– И как я тебя назвал, Мэриголд? – с насмешливым любопытством спросил Пакстон.

Однако я не клюнула на эту удочку. Он был в курсе, что я ненавижу, когда меня величают принцессой, но не собиралась повторять это прозвище вслух, чтобы вся школа не подхватила.

– Ты и сам точно знаешь, как меня назвал, – парировала я. – Поскольку слова слетели с твоих уст.

– Тридцать кругов, – безжалостно объявил Пакстон. – И с Деметрой ты сражаться не будешь. Твоим партнером станет Джек.

Я уставилась на самого крупного парня в классе. Он примерно на год старше меня. Судя по его габаритам и мускулатуре, готова поспорить, он днюет и ночует в тренажерном зале – и ест там, и спит, и испражняется тоже.

Этот шакал злобно ухмыльнулся. У него давно чесались руки меня побить, и теперь главный злодей дал ему на это позволение.

Растянув губы в оскале, я злобно усмехнулась в ответ.

– Какое оружие мы можем использовать? – спросила я.

Я не мыслила себя без оружия. Дайте мне лук, меч, копье – и дело в шляпе. Я присмотрела подходящие для себя варианты, пока разговаривала с Мари.

– Никакого оружия, – твердо объявил Пакстон. – Бой будет рукопашным.

Мое сердце ушло в пятки.

Я никогда не училась ни кулачному бою, ни борьбе. Мне не нравилось, когда незнакомцы прикасались ко мне, в том числе в уличной драке. Пакстон, должно быть, понял, что я хорошо владею оружием, поэтому намеренно лишил меня преимущества.

– Зачем нам использовать кулаки, когда есть более действенные средства? – возразила я. – Несколькими слабыми тычками демонов не победить. Куда лучше обезглавить уродов острыми клинками. Поэтому я предлагаю нам с Джеки сразиться с оружием, если только он не трусливый цыпленок, опасающийся брать в руки то, чем можно порезаться.

В комнате воцарилась полная тишина.

Что? Им не нравится, что я разговариваю как дальнобойщик?

– Теперь ты возомнила себя инструктором? – прорычал Пакстон. – Еще одно слово, и будешь бегать сорок кругов!

Элитная группа хихикнула, а Деметра адресовала полубогу морей томный, исполненный обожания взгляд. Однако он на нее не смотрел. Его внимание было сосредоточено на мне.

Бойцовский ринг сформировался в мгновение ока.

Нэт первым сразился с Джорджем. Они были почти одного роста и телосложения. Будучи добродушными по натуре, парни нанесли друг другу несколько ударов кулаками и ногами. Никто не пострадал, и бой закончился. Взмахом руки Пакстон велел им разойтись, объявив ничью.

Прикусив губу, я наблюдала за движениями других новобранцев, обдумывая свои действия против Джека. Поскольку он вдвое крупнее меня, мне следует избегать прямых атак. Также нельзя допустить, чтобы он прижал меня к земле. Его веса достаточно, чтобы меня прикончить.

Елена бросилась на Деметру, как только обе вышли на ринг. После нескольких выпадов они вцепились друг дружке в волосы. Деметра взяла верх. Используя «конский хвост» Елены как канат, она повалила мою подругу на пол и поставила ей синяк под глазом. При этом Деметра не переставала визжать от радости, точно гарпия.

– Перевернись на левый бок и выбей этой шлюхе зубы, – крикнула я Елене, не в силах спокойно смотреть, как ее истязают.

Но Елена была слишком увлечена тем, чтобы сделать свою противницу лысой, поэтому совету не вняла. Видя, что обе девушки продолжают вырывать друг у друга пряди волос, Кэмерон был вынужден их разнять.

Потом настала моя очередь. Я бросила исполненный сожаления взгляд на зловещего вида кинжал, висящий вертикально на стене.

Ублюдок Пакстон не сдастся. Больше всего на свете он хотел увидеть мое падение. Он не разрешил мне сражаться в ботинках, которые я собиралась использовать в качестве оружия, когда подвернется подходящий момент. Хорошенько прицелившись, я могла бы заехать каблуком Джеку в глаз, чтобы он отстал от меня, если вдруг загонит в угол.

Также я стянула свои не сочетающиеся по цвету носки, из-за которых все утро слышала насмешки в свой адрес – и за спиной, и в лицо.

Нэт и Елена гневно смотрели на Джека, потому что не осмеливались адресовать обвиняющие взгляды полубогу морей, который затеял несправедливый поединок. Им хватило смелости и преданности остаться моими друзьями и продолжать выказывать поддержку. Другие бы бросили при первых признаках недовольства полубога по отношению ко мне.

Разве Мари не запретила мне с ней разговаривать? Пакстона все боялись, даже лейтенант Доминиона.

Джек первым вышел на ринг, с таким видом, будто он хозяин положения. Его устремленный на меня взгляд был в точности как у стервятника. Судя по виду, он раздумывал, куда нанести первый удар, чтобы переломать мне кости.

– В бою не будет правил, – предупредил Пакстон. – Он закончится, только когда один из вас сдастся.

Когда сражались другие пары, полубог ни словом не обмолвился о такой возможности. Да и Кэмерон всегда вмешивался, прежде чем ситуация выходила из-под контроля.

Однако теперь Пакстон предупредил инструкторов, чтобы были наготове, и выдал своему прихвостню официальное разрешение убить меня. То есть, если Джек забьет меня до смерти, ему за это ничего не будет.

Лицо Кэмерона оставалось непроницаемым, как камень, а в глазах Мари мелькнула мрачная тревога. Они отдавали себе отчет, что Пакстон использует этот бой с намерением создать на моем примере прецедент, сокрушить мой дух и сломить волю.

Все взгляды были прикованы ко мне. Первокурсники понимали, что полубог морей сводит со мной счеты.

Злобная ухмылка превосходства Джека стала еще шире, когда до него дошел смысл сказанного. Он возгордился, как треклятый павлин, тем, что ему доверили стать палачом полубога. Готова поспорить, что Пакстон знал все о возможностях Джека, ведь в Академии есть досье на каждого студента.

Деметра послала Пакстону еще один исполненный обожания взгляд и сцепила руки в замок.

– Уничтожь ее, Джек. Ни грана жалости! Устрой ей ад, который она заслуживает. Этой гарпии не место в Академии.

Если Джек был орудием полубога морей, то Деметра – его самой яростной поклонницей. Что за дьявольская парочка! И почему инструкторы не цитируют кодекс теперь, когда она меня обзывает?!

Как только я вышла на ринг, мой страх улетучился, сменившись яростью, поднявшейся во мне при виде зловещего обещания в глазах Джека. Он смотрел на меня так, словно я и не человек вовсе, а его жертва. Он избил бы меня до полусмерти, прежде чем прикончить, чтобы порадовать и впечатлить полубога.

– Эй, придурок, – позвала я, глядя на Джека так, словно его породила гремучая змея. Возможно, это соответствует истине, хотя шипел он и вполовину не так громко и ядовито, как Пакстон. – Ты же понимаешь, что ты лишь жалкая пешка ублюдка, который хочет меня победить чужими руками? У меня для тебя плохие новости. Я не сдамся без боя.

Я намеревалась показать, что прекрасно осведомлена о том, что они хотят со мной сделать, и что я не боюсь. За свою охотничью карьеру в Крэке мне довелось иметь дело со многими убийцами.

Фиолетовые глаза Пакстона стали темно-пурпурными, в них закипели гнев и угроза наказания.

Инструкторы и студенты нервно переминались с ноги на ногу. Никто не осмеливался открыто бросать полубогу вызов, а тот, кто публично обозвал его ублюдком, мог и вовсе считать себя покойником.

Я вот осмелилась. Он все равно собирается меня убить, так что в отместку мне можно болтать все что вздумается, пусть то будет всего лишь небольшая печальная месть.

Как же несправедливо, что миром всегда правят засранцы и массовые убийцы, а обычные невинные люди страдают. Как бы мне хотелось что-то сделать, чтобы исправить эту суровую реальность, но идея изменить мир казалась до смехотворности невозможной. У меня почти нет шансов выйти живой даже из нынешней глупой драки.

– Давай же, – рявкнул Пакстон. Его холодный голос был пронизан яростью.

Я вытянула шею и напрягла плечи, чтобы его разозлить, бросая вызов при каждом удобном случае, пока еще была в состоянии это сделать. Джек, однако, медлить не стал. Он кинулся на меня, как безжалостный бык, исполненный стремления ранить и калечить.

В последнюю секунду я отскочила в сторону, задействовав главное свое преимущество – скорость, – и, уклонившись от сильного удара соперника, врезала ему ногой под колено.

К моему удивлению, он никак не отреагировал на мой выпад, наоборот, воспользовался им, чтобы нанести ответный удар – локтем прямиком в мою незащищенную шею.

И тут я сразу все поняла. Должно быть, он готовился к роли солдата Доминиона с тех пор, как научился ходить, поскольку с самого начала знал, что является потомком богов. Большинство людей считали вступление в армию богов величайшей честью, хотя ни для кого не было секретом, что Академия Полукровок неофициально именовалась Академией Полусмертников.

Следом пришло новое осознание: нисколько я не быстрее Джека. Будучи охотником, я привыкла считать скорость своим главным преимуществом, но сейчас оно испарилось.

Ритуал Рун Крови опалил меня огнем, заклеймив не поддающейся разумению аномалией, и больше ничего мне не дал, в отличие от других выживших неофитов, чьи силы возросли многократно. Присущие им благодаря их родословной способности проявились в полной мере. Все новобранцы стали стремительнее и крепче, лучшей версией себя, как и подобает студентам Академии Полукровок.

Мгновение растерянности и горьких чувств дорогого мне стоило. Джек нацелил кулак мне в голову. Я отпрыгнула в попытке уклониться, но сделала это недостаточно быстро. И хотя он промахнулся мимо моего черепа, но знатно вмазал по плечу.

Я широко раскрыла глаза от удивления, услышав четкий, резкий звук собственных ломающихся костей. Тело пронзила боль, угрожая полностью парализовать. Но допустить этого было нельзя, иначе Джек прикончит меня на месте. А ведь поединок только-только начался!

Противник оказался еще сильнее, чем я ожидала. Он уже не был простым человеком. Он усовершенствовался и теперь официально был частью машины для убийств, сильным потомком олимпийских богов, в то время как я осталась при своих прежних способностях.

Если бы его кулак встретился с моей головой, то проломил бы мне череп.

На лице Джека тоже промелькнуло удивление, на челюсти дернулась жилка. Похоже, он не ожидал, что я окажусь достаточно проворной, чтобы уклониться от его смертельного удара.

По кампусу ходили слухи, которые, вероятно, распространяли Деметра и ее приспешники, что я такая неудачница, потому что не являюсь настоящим потомком. Джек, вероятно, думал, что, устранив меня, сделает мне одолжение; он определенно считал, что полубог морей хочет именно этого.

Невзирая на пульсирующее от боли плечо, преодолевая шок и агонию, я уклонялась от новой серии ударов, как кулаками, так и ногами. При этом я не обращала внимания на выкрики элитной группы, болеющей за своего чемпиона.

Будь у меня оружие, я, возможно, смогла бы показать этому придурку, на что способна. Но полубог знал об этом и нарочно противопоставил мое бессилие сокрушительной мощи Джека, перед которым у меня не было ни малейшего преимущества. Даже его слабости были лучше моих сильных сторон.

Мы кружили друг вокруг друга. Он атаковал, я парировала, получив еще несколько ударов в бока и один в челюсть, пока наблюдала за его движениями, отчаянно пытаясь найти его ахиллесову пяту.

Я не знакома с боксом, который, очевидно, нежно любил Джек. Уверена, он стал бы профессиональным спортсменом, если бы не поступил в Академию Полукровок.

Нацелив одну ручищу в мое лицо, другой он попытался ударить меня в живот, намереваясь выбить из меня завтрак. К его несчастью, я ничего не ела и к тому же оказалась достаточно умной и быстрой, чтобы уклониться.

Когда следующей мишенью Джек избрал мое ухо, решив повредить барабанную перепонку, я отпрыгнула и изо всех сил вмазала ему кулаком в бок. Джек даже не вздрогнул. Он был натренирован выдерживать атаки гораздо более стремительные, чем могла изобразить я. Без клинка я бессильна причинить ему какой-либо вред.

И магия у меня отсутствует.

После нескольких раундов Джек сломал мне лопатку и пару ребер, но я по-прежнему стояла на ногах и продолжала отбиваться настолько яростно, насколько могла, хотя преимущество было отнюдь не на моей стороне.

Становилось все труднее терпеть агонию, терзающую мои мышцы и кости от жестоких ударов противника. К счастью, мое тело до сих пор не вырубилось, но продолжало выполнять команды мозга.

Может быть, я просто слишком упряма.

Джек шагнул ко мне, и я отпрянула.

Столкнувшись с более сильным и быстрым противником, я уверилась в бесполезности оборонительной стратегии, поэтому теперь отвечала ударом на удар. Каждый раз, пиная Джека, я ощущала, как по моим рукам и плечам распространяется боль. Я начала подозревать, что его мышцы действительно твердые, как камень, или, может, для их укрепления он использует свою усиленную рунами мощь.

Я не знала, как это работает, поскольку не получила от ритуала никакой гребаной пользы. Мое тело кровоточило повсюду, боль пронизывала каждую клеточку.

Все смотрели, как Джек избивает меня, как лев домашнюю кошку. Элитная группа взрывалась радостными криками всякий раз, когда их чемпион наносил мне новый удар.

– Расквась ей лицо! – в исступлении орала Деметра. – Сделай ее уродиной.

Пакстон не издавал ни звука, но я с легкостью представляла себе садистскую, удовлетворенную улыбку на его физиономии при виде моего жалкого, беспомощного состояния.

Этого-то он и хотел.

Я, должно быть, выглядела действительно хреново, потому что и Нэт, и Елена принялись взывать ко мне, невзирая на страх перед полубогом морей.

– Сдавайся, Мэриголд! – крикнул Нэт.

– Мэриголд, пожалуйста, сдавайся, – умоляюще вторила ему Елена. – Сразишься в другой раз.

Другого раза не будет. Я не собиралась доставлять такого удовольствия этим ублюдкам. Я скорее умру, чем признаю свое поражение.

Дьявол Джек ударил меня ногой в извращенном стиле, быстрее, чем смогли уловить мои заплывшие глаза. Его твердый каблук врезался в мое левое ухо, отчего голова взорвалась оглушительной болью, будто меня сбил поезд.

В течение нескольких секунд я слышала только невыносимый звон, заглушающий крики, мольбы и проклятия одноклассников. Однако всю эту какофонию с легкостью перекрывала трепотня Пакстона:

– Думаешь, это самое худшее, с чем тебе придется столкнуться, Мэриголд? Тебя ждет ад пострашнее. Если будешь столь же нерасторопна на поле боя, демоны поймают тебя и сотворят с тобой куда более ужасные вещи.

«Пусть меня лучше поймают демоны, чем полубоги, ублюдок!» – подумала я, но не нашла ни сил, ни времени, чтобы высказать это вслух.

Джек снова набросился на меня, однако на этот раз я увернулась проворнее, чем он ожидал, поскольку в моих венах бурлила ярость, и сделала ему подсечку. Он рухнул на землю с глухим стуком, а я запрыгнула на него и вмазала кулаком по скуле.

Послышался хруст.

Его слабым местом оказалось лицо.

Выходит, я все же не бесполезна. Привыкнув к его стилю боя, я стала лучше обороняться. Но ценой тому стали множественные раны на теле. Подозреваю, что и внутреннее кровотечение тоже.

Оседлав Джека, я вонзила кулак ему в глазницу. Он схватил меня за запястье, выкрутил его и с криком сбросил на пол, подмяв под себя.

Я начала лягаться, но, как и прежде, мои удары ногами и кулаками были ему, что слону дробина. Его тяжелый кулак снова и снова обрушивался на мое лицо, кромсая кожу и ломая кости, отчего кровь текла горячим обильным потоком.

Если выживу, то и правда стану уродиной.

– Умоляй, стерва, – прошипел Джек мне на ухо и оседлал меня, с безжалостным удовольствием давя коленями на грудь. Стиснув мои запястья своими клешнями и оставляя синяки, он прижал мои руки к бокам. – Умоляй, и, возможно, я не сломаю еще одну твою хрупкую косточку. Быть может, я даже позволю тебе выжить. Признай, что теперь ты принадлежишь мне, и я, так и быть, буду с тобой помягче.

Он сломал мое тело, как и хотел его хозяин, полубог морей.

Я пыталась сбросить его с себя, но вес гиганта, казалось, достигал тысячи фунтов.

– Хочешь быть сверху? – ухмыльнулся он.

– Эй, Джеки, – позвала я.

Он моргнул, услышав свое прозвище.

Воспользовавшись тем, что он на секунду отвлекся, я боднула его головой в нос, расплющив его до гротескного состояния. Из ноздрей потекли струйки крови.

– Подпортила я таки твою смазливую мордашку, – хохотнула я.

– Стерва! Ты не заслуживаешь пощады, – взвыл он, вмазав кулаком мне по зубам.

Я ощутила солоноватую жидкость на языке. Боль распространилась по голове, будто табун лошадей разом лягнул меня копытами в череп. Удивительно, что я не потеряла сознание и не умерла, но ведь я Мэриголд, которая была самым упрямым охотником в Крэке, прежде чем меня силой притащили сюда.

Я ни разу не застонала, несмотря на то, что больше не могла блокировать боль, которая заполняла каждую клеточку тела. Я смеялась, издеваясь над своим противником, когда он снова ударил меня кулаком.

Что еще он мог со мной сделать?

Он разразился проклятиями, когда я впилась зубами в его мясистую руку и вырвала кусок плоти.

– Прекратите это, пожалуйста! – Ради меня Елена со слезами преклонила колени перед полубогом морей. – Умоляю, велите Джеку остановиться. Он убивает ее. Она долго не продержится.

– Сдавайся, Мэриголд. Сейчас же, – приказал Пакстон.

– Иди к черту, свинья! – ответила я.

Я знала, что оскорблением полубога подписала себе смертный приговор. Но какая, к черту, разница? Я буду называть его как хочу.

– Мы должны отозвать Джека, сэр, – напряженно проговорил Кэмерон. – Эта глупая упрямая девчонка никогда не сдастся.

– Пожалуйста, сэр, – подхватила Мари. – Едва ли вам выгодно убивать ее так скоро. Полагаю, она усвоила урок.

– Джек, – позвал Пакстон с ноткой сожаления в голосе, – ты можешь...

В гробу я видала его милосердие! Услышав в его голосе эмоции, я еще больше разозлилась. Что-то первобытное и дикое во мне внезапно вырвалось на свободу.

Охваченная черной яростью, я зарычала, и тут выстрелившая из меня волна энергии в виде света и тени отшвырнула Джека прочь, подбросив его к сводчатому потолку, как тряпичную куклу.

От удара по бетону поползли трещины.

Джек с криком рухнул на пол в углу и больше не подавал признаков жизни. Было достаточно одного удара, чтобы вывести его из строя.

– Неженка какая, – пробормотала я.

– Что это было? – в испуге спросил кто-то.

Я с трудом поднялась на ноги и покачнулась, но осталась стоять.

– Это называется никогда не сдаваться, – объявила я, выплевывая сломанный зуб вместе с кровью. Затем, пристально глядя на полубога морей, показала ему два средних пальца. – Тебе никогда не согнуть меня. И не сломать. И уж тем более не победить. Так почему бы тебе не вытащить свою полубожью голову из задницы, раз все, что ты когда-либо получишь, – это кошмарная версия меня, придурок?

– Никто никогда не называл меня такими словами, – прорычал он. – Я могу одним щелчком пальцев раздавить тебя как жука.

Я усмехнулась, чтобы его взбесить, но черт подери, мне больно даже шевелиться.

– Да пофиг, – объявила я. – Я тебя не боюсь. И смерти тоже не боюсь.

– Есть вещи похуже смерти, принцесса. – Тон Пакстона был мрачным, в нем чувствовалась некая опаска, как будто он знал, о чем говорит. Как будто сейчас мне есть до этого дело.

– Какие, например, ублюдок? – спросила я. – Ты назначил меня своим врагом, и сегодня я делаю с тобой то же самое.

– Посмотрим, – сказал он, сжимая челюсти. В его фиолетовых глазах бушевала буря. – Посмотрим, как ты сделаешь меня своим врагом.

Я сплюнула. Стоял бы он поближе, запачкала бы кровью его жестокую рожу.

– Даже если мне самой не удастся тебя убить, – ухмыльнулась я, – надеюсь, что когда-нибудь это сделает Люцифер.

То была крайняя степень богохульства. Но я всей душой хотела бросить ему вызов, чтобы он знал об этом, прежде чем уничтожит меня, убив своей силой. Он мог с легкостью материализовать из воздуха ледяное копье и пронзить мне сердце.

К моему удивлению, Пакстон вздрогнул от столь неприкрытой демонстрации ненависти.

– Однако, – добавила я, – терпение не моя сильная сторона, поэтому я не буду ждать, пока Люцифер со своим легионом надерут тебе задницу. – Несмотря на пронизывавшую мучительную боль, я говорила внятно.

Я воздела руки, призывая свою пробудившуюся магию.

Мой энергетический взрыв, вероятно, отправил Джека в преисподнюю, так что теоретически он должен нанести значительный ущерб и придурку, стоящему сейчас в шести ярдах от меня.

– Ты смеешь бросать мне вызов, Мэриголд? – убийственным голосом спросил Пакстон, все еще держа себя в руках.

– Не бросать тебе вызов, – тихо поправила я, – а убить тебя.

Услышав призыв к сражению, в моих жилах закипела кровь. Двенадцать рун проявились на моей коже, закружились на шее, заскользили по лицу.

– Она обладает всеми двенадцатью силами, – ахнул Кэмерон. – Но ведь это невозможно.

Нет ничего невозможного. Я только что доказала это на личном примере.

– Успокойся, Мэриголд, – крикнула Мари. – Пожалуйста, успокойся. Не делай ничего, о чем потом пожалеешь. Давай все обсудим.

– Обсудим? После всего произошедшего ты хочешь чесать языком? – Я мрачно рассмеялась. – Слова «пожалеть» в моем словарном запасе не значится.

Я чувствовала, как светятся мои глаза. Последнее, чего я хотела, – это, на хрен, успокоиться.

– Пусть она подойдет ко мне, – сказал Пакстон. – Посмотрим, на что она способна.

Моя сила нарастала.

Но это была не молния, вода, порывы ветра или какая-либо другая способность одного из двенадцати домов олимпийских богов. К полубогу устремился поток темно-малинового огня, больше похожий на адское пламя.

– Сожги его дотла! – взвыла я.

Вокруг Пакстона и остальных учеников класса образовались прочные ледяные стены. Полубог морей направил на меня свою холодную воду.

Столкновение двух противоположных сил вызвало ударные волны по всему помещению и пробило потолок, отчего всем на головы дождем посыпались осколки бетона, грязь и камни вперемешку с водой и льдом. Во все стороны брызнули загоревшиеся куски дерева.

Ученики разбежались так быстро, как только могли, держась подальше от нас с Пакстоном.

Я направила свой огонь на полубога, но мое тело дрожало от напряжения, а силы слабели. С ужасом я поняла, что у меня не осталось магической энергии, только пульсирующая боль в груди. Угли моего пламени искрились и затухали, угасая на пальцах.

Полубог морей отозвал свою бурю.

Я зашаталась, ожидая, что он вот-вот поразит меня, и вытянула перед собой руки со скрюченными наподобие когтей пальцами, готовясь оставить кровавый след на лице полубога, когда он ко мне подойдет.

Вместо того чтобы убить меня, Пакстон повернулся к Мари и приказал:

– Позови целителей. Сейчас же.

В этот момент в тренировочный зал ворвались Аксель и Зак, чьи удивленные взгляды были устремлены на меня.

Я дико им улыбнулась. Хоть я и держалась на ногах, но являла собой, по сути, окровавленный кусок мяса.

– Что за чертовщина? – прогремел Зак. – Кто ее так отделал?

Аксель окинул помещение яростным взором, выискивая угрозу, прежде чем снова сосредоточиться на мне.

– Кто тронул мою Мэриголд? – гневно прорычал он.

Мое зрение затуманилось, перед глазами заплясали черные точки. Я продержалась достаточно долго. Я до сих пор отчаянно пыталась оставаться в сознании, хотя теперь была готова взять перерыв от непрекращающейся мучительной боли, которая стучала в моем черепе, в каждой клетке моего тела.

Не знаю, кто из них, Зак или Аксель, подхватил меня, прежде чем я рухнула на пол лицом вниз.

Глава 12

Я как будто покинула свое тело и теперь парила в воздухе, глядя на распростертую на полу себя. Волосы цвета лаванды облепили окровавленное лицо, левая щека разорвана, губы тоже. Левый глаз почернел и заплыл, правый являл собой распухшее красное пятно.

Я выглядела гротескно, но испытывала по этому поводу холодные отстраненные эмоции.

Должно быть, я умерла.

Приглядевшись к себе повнимательнее, я заметила, что, хотя и была разбита, находилась в некоей защитной мембране, сотканной из бледно-малинового света. Аксель, Теодор и целительница сидели на корточках вокруг меня.

В комнате не было ни одного студента. Присутствовали только полубоги, священник, целительница и я – в физической и призрачной ипостасях.

Аксель коснулся границы мембраны, и она тут же выстрелила в него красной молнией, отбросив назад.

– Никто из нас не может разрушить ее силовое поле, – сказал Теодор. – Лучше прекратить попытки и подождать, пока она проснется.

– Как она смогла создать подобную защиту, находясь в столь плачевном состоянии? – прошептала целительница, темнокожая серьезная женщина лет тридцати, отступая от меня на безопасное расстояние.

– Должно быть, сработала ее магия и образовала эту оболочку, чтобы ее защитить, – предположил Зак.

Он стоял лицом к лицу с Пакстоном, чтобы не дать тому приблизиться ко мне.

– Нам нужно убрать этот щит, иначе Мэриголд истечет кровью, – сказал Аксель, в чьих темно-золотых глазах отражалось опустошение и горе.

– Силой его разрушать нельзя, иначе причиним ей боль, – возразил Зак, одной рукой потирая висок, а другую выбросив перед собой, чтобы отогнать Пакстона. – Давайте позовем Гектора. Он у нас специалист по защитным полям.

– Позвольте мне попробовать, – твердил свое Пакстон. – Возможно, я смогу убрать эту мембрану, чтобы дать нашей целительнице доступ к Мэриголд.

При звуке его голоса вернулись мои обостренные эмоции: волосы встали дыбом, кожа покрылась мурашками, нахлынула холодная ненависть.

– Отвали, Пакстон, – прорычал Зак. – Ты больше не имеешь на нее никаких прав.

– Ни на дюйм не подпускай к ней этого ублюдка, – рявкнул Аксель. – Я разберусь с ним, когда буду уверен, что Мэриголд выживет.

– Черта с два я позволю кому-либо из вас выкинуть меня из игры, – возразил Пакстон. – Она принадлежит мне в той же мере, что и вам.

Игра? О какой еще извращенной игре он толкует? Неужели полубоги затеяли какое-то развлечение за мой счет? И как этот псих смеет думать, что я принадлежу ему? Есть у него в башке хоть капля чертового здравого смысла?

– После того, что ты с ней сделал? – яростно прошипел Аксель.

– Ты зашел слишком далеко, Пакстон, – согласился с кузеном Зак, с невозмутимостью ледяной статуи глядя на полубога морей. – Ты не заслуживаешь такой пары, как она, после того, как поднял на нее руку, – после того, как подтолкнул другого студента сотворить с ней подобное. Мы никогда не причиняем вреда своим. Для тебя нет дороги назад.

– Я не хотел, чтобы так получилось, – вспылил Пакстон. – Не ожидал, что Мэриголд окажется такой твердолобой. Никогда не встречал никого настолько упрямого, вспыльчивого и раздражающего, как она. Она отказалась уступить, и все вышло из-под контроля. Я собирался остановить бой, но прежде хотел посмотреть, из чего она сделана, что руководит ей и сколько она может выдержать, – чтобы заставить ее хоть немного подчиниться. Наша девочка вспыльчива и имеет горячий характер. Так что это обернулось против меня, ну и ладно. Я все исправлю.

– Исправишь, как же! – воскликнул Аксель. – Посмотри на нее. Посмотри, что ты с ней сделал. Ты перешел черту, больной ублюдок! Она не твоя девочка, и ты больше никогда и пальцем ее не тронешь.

– Ты не имеешь права принимать окончательное решение по нашему соглашению, щенок, – холодно возразил Пакстон. – Мы нашли одну женщину для всех нас, и я не отступлю. Я получу свою долю. К твоему сведению, тебя она тоже ненавидит. Она в курсе того, что ты с ней сделал. Ты притащил ее в Академию и рискнул ее жизнью в ритуале, чтобы удовлетворить свое любопытство.

– Я знал, что она выживет! – вспылил Аксель.

– Но она-то этого не знала! – презрительно усмехнулся Пакстон. – Так что ты не в лучшем положении, чем я. Она объявила войну не только мне, она объявила войну всем нам. Если я не смогу ее заполучить, то и тебе она тоже не достанется.

– Ты ублюдок! – прорычал Аксель. – Ты все испортил. Если Мэриголд не выживет, я убью тебя голыми руками.

– Давай, кузен, – сказал Пакстон. – Но прежде я убью тебя, а ее оставлю себе.

Полубог войны в гневе отскочил от окружавшей меня мембраны и бросился на полубога морей.

Их стычка была ужасной. Они безжалостно лупили друг друга ногами и кулаками. Раньше жестокость их борьбы шокировала бы меня, но не после того, что случилось сегодня.

– Довольно! – крикнул Зак.

Священник и целительница нервно переводили взгляд с одного полубога на другого.

Сопоставив несколько фактов, я пришла к выводу, что все же не мертва, а эти ублюдки дерутся из-за меня. Они хотели обладать мной, даже после того, что натворили.

Думают, что могут просто взять все что захотят.

Мне нужно убираться отсюда. Нужно оказаться как можно дальше от этих психопатов.

Я вернулась в свое тело, и боль тут же пронзила мои мышцы, кости и ткани. Открыв глаза, я с трудом подавила стон. Аксель и Пакстон были по-прежнему увлечены схваткой. Зак пытался разнять их и наносил удар за ударом кулаком по лицу Пакстона.

– Мэриголд? – Целительница первой заметила, что я очнулась, и позвала: – Мэриголд, ты меня слышишь?

Я бросила на нее взгляд и нахмурилась.

– Ты тяжело ранена, Мэриголд, – заикаясь, пробормотал Теодор, как будто удивленный тем, что я вообще пришла в себя. – Тебе нужно убрать защиту, чтобы Мелисса и я смогли тебя вылечить. – Помявшись мгновение, он добавил: – Теперь ты в безопасности.

Черта с два я позволю кому-то из них приблизиться ко мне и тем более прикоснуться. Все, чего я хотела, это убраться отсюда, но не могла даже пошевелиться. Разбитое тело мне не подчинялось.

Поэтому я стала умолять магию сделать что-нибудь для меня.

Когда я попыталась призвать свою силу, она откликнулась. Бесплотное, почти жидкое пламя наполнило меня, пропитав каждую клеточку – не чтобы сжечь, а чтобы исцелить. К чему бы оно ни прикасалось, какой бы участок тела ни охватывало – все мгновенно возвращалось в норму: ткани и кости срастались, восстанавливаясь и заживая, а боль постепенно утихала.

Мелисса широко распахнула глаза.

– Невероятно! Она регенерирует быстрее самих полубогов.

Зак, Аксель и Пакстон прекратили потасовку и поспешили ко мне, но я не желала их подпускать. Я по горло сыта ими всеми!

Однако куда мне податься?

В отчаянии я вспомнила сладкий эротический сон, который мне приснился сегодня утром, прежде чем полубог морей ворвался в мою комнату и затеял этот спектакль.

Я вспомнила своего прекрасного крылатого возлюбленного из сна и то, как скакала на нем, все выше возносясь в небеса.

Если бы только он был настоящим, я встретилась бы с ним в реальном мире. За такую возможность я, пожалуй, отдала бы половину своей души.

Мое тело стало таким же неосязаемым, каким был дух, и я воспарила ввысь.

– Мэриголд! – закричал Аксель. – Не уходи.

Его пальцы, теплые, отчаянные и властные, коснулись моей руки, как ласка призрака, прежде чем я растворилась в воздухе и исчезла.

Глава 13

Поговаривали, что ни один студент не может телепортироваться из защищенной магическими барьерами Академии, но я снова опровергла написанное в учебниках.

Никакие стены меня не сдержали.

Оказалось, что моя магия была куда более мощной, чем у любого потомка олимпийских богов, за исключением разве что самих полубогов. Интересно, почему она не давала о себе знать раньше, до того как Джек избил меня до потери сознания? Но в конце концов все же проявилась, так что мне грех жаловаться.

Может быть, моя сила нуждалась в толчке, чтобы заявить о себе?

В одном Свинстон был прав: дисциплинированностью я не отличалась и не знала, как совладать со своей магией, ведь она была такой же неуправляемой, как и я сама.

Она оказалась нестабильной, поскольку связана с моими эмоциями, особенно с яростью, но не всегда же мне полагаться на гнев, чтобы проявить силу! Чтобы эффективно использовать магию, требовались тренировки, но я никогда не вернусь в Академию. А что, если я найду уединенное место, запрусь там и самостоятельно научусь использовать свою силу?

Я осмотрелась, прежде чем пуститься в путь по заброшенной улице, и меня охватило чувство дежавю. Я бывала здесь раньше, но не могла вспомнить, когда и с кем. В памяти по-прежнему имелись пробелы, которые не удавалось восполнить.

Эти годы были заперты, так же как моя магия была заключена в клетке, пока ритуал Рун Крови каким-то образом не сломал печать на источнике моей силы.

Перед глазами замелькали образы, подобные старым, поблекшим фотографиям, и я сразу поняла, что эта улица раньше находилась между Китайским кварталом Манхэттена и Маленькой Италией. По сути, она разделяла две совершенно разные культуры.

Время как будто повернуло вспять, и я почти увидела магазинчик, торгующий мылом, цветочную лавку и несколько антикварных и ювелирных бутиков напротив кафе, где всегда царила оживленная атмосфера.

Теперь они были полусгоревшими пустыми оболочками с почерневшими фасадами и разбитыми стеклами. За это стоит благодарить разрушительную войну между демонами и полубогами. Живя со своими друзьями в Крэке, скрываясь от реальности и сознательно держась подальше от обоих опасных видов, пока меня не нашел Аксель, я никогда не видела истинного разрушения мира эпохи Великого слияния.

Если вот так выглядит часть Манхэттена, то насколько ужасно, должно быть, в городах под властью демонов?

Я сглотнула, шагая по разрушенной улице. Моя магия телепортировала меня сюда, в то место, где никто не хотел задерживаться.

Почему?

Предполагается, что это станет моим новым началом? Должна ли я восстановить это место для себя?

Остановившись перед полуразбитой витриной, я посмотрела на свое отражение. Моя одежда изодрана и покрыта свежей кровью. Но боль притупилась. Внутреннее кровотечение прекратилось, кости и ткани зажили.

Тем не менее в моих темно-зеленых глазах теплился страх. Девушка, смотревшая на меня из зеркальных глубин, выглядела потерянной.

Я не настолько сильна, как думала. В действительности я куда более уязвима, чем хотела признать.

Я покачала головой, чтобы прогнать страх и неуверенность. Прежде всего нужно найти чистую одежду. Если начну шастать по району, точно бродяга, рискую привлечь к себе нежелательное внимание.

Юркнув за угол, я поспешила к относительно неповрежденному магазину, похожему на мини-маркет. Если повезет, там отыщется что-нибудь полезное.

По моей спине пробежал холодок, волоски на затылке встали дыбом. Подул ветер, и по фасадам окружавших меня разрушенных магазинов заскользили тени. В ноздри ударил зловонный запах кислоты, серы и сероводорода.

Готовясь к бою, мое тело напряглось, словно хлыст, но оружия у меня с собой не было. Страх обуял меня, кровь застучала в ушах.

Хоть полубоги и были жестокими, безжалостными существами, в них оставалось хоть немного человечности. Они хотели сохранить цивилизацию. Демоны, напротив, были созданы из чистейшего зла и ничего другого. У них имелось только одно намерение в отношении людей – поработить и уничтожить.

Я-то думала, что судьба наконец подарила мне передышку, телепортировав сюда по веской причине, намекая, что смогу занять это место.

Судьба оказалась коварной злодейкой.

И наслала на меня демонов.

Я замедлила шаг.

Два рогатых чудовища приближались ко мне спереди, а третий, больше похожий на тролля, перекрыл мне путь к отступлению сзади.

Все они были ростом выше двух метров и одеты в чешуйчатую броню. Их похожие на колючую проволоку хвосты метались из стороны в сторону. У них имелись острые когти и зазубренные клыки, каждый был вооружен топором, копьем или бензопилой. Мечи демоны не жаловали, потому что те были любимым оружием их противников.

В очередной раз я задалась вопросом, откуда мне известно это – или что-либо еще – о демонах.

Они не спеша подбирались ко мне, точно к добыче или закуске.

Окинув приспешников Люцифера взглядом, я попыталась призвать свое пламя и изгнать затопивший жилы леденящий ужас. Я была чрезвычайно измотана борьбой с Джеком и Пакстоном, но мне требовалось, чтобы прямо сейчас сила меня не подвела.

Убежать от этих трех хищников мне никак не удастся.

«Вот дерьмо», – пробормотала я про себя, заметив четвертого демона, сидящего на крыше здания прямо над мной, и незамедлительно предприняла еще одну попытку призвать свою силу, ожидая, когда на моих потных, холодных ладонях вспыхнет искра огня.

Пожалуйста, черт возьми, дай мне знак, что ты мне поможешь.

Магия зашипела где-то в глубине моего энергетического колодца, пытаясь подняться, но доступ удалось получить только к углям и пеплу на дне. Я истощила свои силы, сражаясь с Пакстоном, защищая и исцеляя себя, а затем телепортировавшись сюда.

Придется импровизировать, пока не придумаю план Б.

Если бы мне удалось отнять копье, которое сжимал в когтях зеленорогий демон, то шансы несколько уравнялись бы. Но сначала нужно подманить их поближе. Ни в коем случае нельзя выказывать страх, поскольку демоны питаются этой эмоцией и процветают благодаря ей.

– Привет, мальчики, заблудились? – промурлыкала я, разворачиваясь, чтобы не терять каждого из виду, хотя моей главной целью оставался зеленорогий демон. – Могу показать дорогу, ведущую домой, – то есть прямиком в Ад.

Демоны уставились на меня, в их желтоватых и багровых глазах мелькнуло удивление. Уверена, что никто – определенно никто из людей – не называл их мальчиками.

– Она забавная, – отметил демон с красными рогами. – Или считает себя таковой.

Он улыбнулся мне, показывая острые зазубренные клыки.

– Возможно, позже, малышка, после того как мы с тобой немного повеселимся, – промурлыкал он в ответ, от чего у меня по коже побежали мурашки.

Этот монстр не являлся лидером группы, несмотря на то что был вооружен страшной бензопилой. Демонам вообще нравится таскать с собой подобные штуки, потому что один их вид внушает ужас.

Я перевела взгляд на чудовище с черными рогами и топором, явно главаря этой шайки. Его темные глаза встретились с моими. В их глубине не было ни милосердия, ни человечности, только леденящий голод.

– Потомок грязи Земли! – прошипел с крыши демон с серыми рогами.

Я телепортировалась сюда в школьной форме, по-прежнему узнаваемой, несмотря на то что она была вся в крови и изорвана.

Я закатила глаза.

– У нас здесь, никак, третьеразрядный детектив объявился.

Демон спрыгнул с двухэтажного здания и приземлился слева от меня. Оружия при нем не было, но его длинные острые когти блестели, как клинки.

– Капитан, позвольте мне убить эту болтливую замарашку, чтобы мы могли вернуться к делам, – обратился он к демону с черными рогами.

– Неужели? – протянула я, вздернув бровь. – И куда же вы так спешите, если не в Ад?

Краснорогий демон хохотнул, заставив меня задуматься, не единственный ли он из банды наделен хоть толикой чувства юмора.

– Нравится мне эта девчонка, – объявил он. – У нее есть стиль. Я предлагаю сначала поиграть с этой милой маленькой штучкой. Давайте заставим ее ответить на пару вопросов, например, что она делает в месте, куда никакой другой человек ступать не осмеливается. Если ответит правильно, мы с ней позабавимся, а потом быстро убьем. Но если начнет мямлить...

– Нет у нас времени на игры, Ордог, – рявкнул демон с серыми рогами. – Нам нужно найти оружие и принести его великому мастеру, чтобы получить награду. – Он посмотрел на меня с откровенным отвращением. – Эта замарашка лишь отвлечет нас, чего сейчас нельзя допустить. Один из полубогов уже две недели рыщет в этом районе и тоже охотится за оружием.

– Я не боюсь полубога, – фыркнул зеленорогий демон. – Нас четверо против него одного.

Я стала потихоньку подбираться к своей цели с намерением отнять заветное копье. Он был демоном третьего ранга, как и его приятели – все, кроме их предводителя.

– Наберус прав, – согласился капитан демонов, по-прежнему не сводя с меня глаз. – Нам повезло, что мы первыми перехватили пророчество, но если не сосредоточимся на деле, то потеряем преимущество. Великий мастер хочет, чтобы оружие склонило чашу весов в нашу пользу, а я нацелился на повышение. – Он принюхался. – Однако эта человеческая девчонка не обычный потомок врагов. Она пахнет иначе, чем любой олимпиец, которого я когда-либо встречал.

Он снова принюхался.

«Что за хрень? – мысленно возмутилась я. – Почему все взяли за правило меня нюхать?»

Полоса неудач началась с того, что мой запах ноздрями втянул полубог. Если бы тогда в Крэке Аксель не почувствовал во мне что-то уникальное, он бы никогда не забрал меня в Академию и я не была бы сожжена, заморожена, избита, а теперь еще и окружена демонами на заброшенной улице.

Капитан демонов имел пятый ранг силы и обладал куда большей мощью, чем прочие присутствующие здесь исчадья Ада, как и тот, с которым я столкнулась в лесу. Если позволю ему понюхать меня повнимательнее, он, возможно, утащит меня в преисподнюю, так же как полубог войны уволок в Академию Полукровок.

Без предупреждения я молниеносно бросилась на тихого зеленорогого демона и заехала ему кулаком в челюсть. Его желтоватые глаза округлились от удивления. С точки зрения демона, хрупкая на вид человеческая девчонка не могла вести себя так агрессивно.

Ох, зря он так решил. У меня талант шокировать людей и иных существ.

Пока он рычал и щелкал когтями в попытке схватить мой кулак, я выдернула из перекинутого через его левое плечо колчана копье и, вырвавшись из его захвата, бросилась вперед и вонзила острие ему в бок.

Я улыбнулась, радуясь, что не потеряла навык.

Мой противник зарычал от боли. Выдернув копье, я отскочила назад, не обращая внимания на хлещущую из его зияющей раны черную кровь. Взмахнув оружием, сделала выпад в сторону капитана, но он с легкостью парировал удар, топором отразив атаку моего копья. Я пошатнулась, надеясь, что не повредила ладони. Его топор пролетел мимо, едва не задев мое ухо.

Сердце в панике забилось, стоило мне сообразить, что эти существа прекрасно владеют боевыми искусствами.

На меня стали наступать два других демона, один слева, другой сзади. Раненый зеленорогий маячил чуть поодаль, крича, что жаждет моей крови.

Расклад был не в мою пользу.

Как раз когда банда собиралась поразить меня всем имеющимся оружием одновременно, а я прикидывала, как бы половчее уклониться от столь мощной атаки, капитан крикнул:

– Отставить!

Его приспешники замерли, но продолжали держать оружие наготове, не оставив затеи изрешетить меня, как только главарь даст команду.

Когда капитан снова принюхался, его черные рога начали извиваться и шипеть, точно змеи, чем изрядно меня напугали.

Остальные последовали его примеру и тоже втянули ноздрями воздух. Их безжалостные глаза округлились от удивления и замешательства.

– Если она та самая, наше изгнание закончится, как только доставим ее великому мастеру, – объявил предводитель, в чьих черных глазах клубилась мерзкая тьма.

Он говорил со своими приятелями на языке демонов, но я понимала все до последнего злобного слова, будто эти знания были выгравированы в моих костях и растворены в крови.

Мой разум затопила леденящая паника.

Никто не понимает языка демонов, даже полубоги. Он доступен только самим демонам. Но ведь я не могу быть одной из них, правда?

Ни один демон не в состоянии пройти через защитные заклинания Академии, а я жила в самом сердце школы вместе с девушками-олимпийками. Ритуал Рун Крови испепелил бы демона дотла, но...

У меня перехватило дыхание.

Руны безжалостно жгли меня, но я не превратилась в горстку золы. Я выжила и обрела силу, бо́льшую, чем у любого потомка богов.

Однако мой огонь, судя по всему, не принадлежал ни одному из двенадцати домов олимпийских богов.

И теперь эта жалкая банда демонов-изгоев проявляет ко мне нездоровый интерес...

– Может ли она действительно быть... Потерянной принцессой? – благоговейно выдохнул краснорогий.

Нет! Меня охватил ужас. Я вовсе не отродье демонов, хоть и бесцельно слонялась по улицам, когда Ви меня нашла.

– В Подземном мире ходят слухи, которые никто не осмеливается повторить даже шепотом, – пробормотал демон с серыми рогами, глядя на меня с новым интересом во взоре.

Капитан резко обернулся и сурово посмотрел на своих подчиненных.

– Хватит. Не хочу лишиться головы из-за ваших болтливых языков, дураки.

– Нам наконец-то повезло, да? – с надеждой спросил краснорогий демон. – Я имею в виду, она сама приплыла нам в руки? Я устал от того, что меня называют неудачником.

– Вы трое продолжайте искать оружие, – строго сказал капитан, внимательно оглядывая каждый сантиметр моего тела и снова принюхиваясь. – Я заберу девчонку и подготовлю ее.

Он и правда намерен утащить меня в адское пекло!

Я развернулась и взмахнула копьем, прицелившись ему в шею. Ясно, что демоны спокойно выдерживают множественные раны. Попытка изрешетить их тут и там – плохая стратегия, поскольку это быстро меня измотает. Лучшее решение заключалось в том, чтобы ударить так сильно, как только получится, ослабить их, а затем сбежать.

Теперь у меня было одно преимущество – демоны хотели поймать меня, а не убить.

Капитан поднял топор, чтобы парировать удар, но я изменила угол атаки и ранила его в горло. Он отклонился, но недостаточно быстро – вероятно, потому что размечтался о том, как я стану его билетом в лучшую жизнь.

Мое копье прочертило на его коже тонкую линию, из которой стала сочиться черная кровь. Демон зарычал от ярости, в его глазах закружилась зловещая тьма.

– Я прикончу тебя, если доставишь больше проблем, чем принесешь пользы, малышка, – прошипел он.

– И мы позабудем тайну убийства возможной Потерянной, – вторил зеленорогий, полностью согласный со своим главарем.

Я подумала, что он ненавидит меня за то, что обезоружила его и проткнула копьем.

Три демона сомкнули ряды, больше не беспокоясь о том, что могут серьезно ранить меня. В спину мне, чуть пониже лопатки, врезалась бензопила. С криком отпрянув от зазубренного металла, я отскочила, пнула капитана и, повернувшись к краснорогому демону, увидела, что с его жуткой бензопилы капает моя кровь. Ощутив прилив сил, я с яростным рыком метнула копье ему в горло, и оно пронзило его шею, поскольку прицел был точен. Недоуменно расширив глаза, враг бесформенной кучей рухнул на землю. Бензопила выпала из его лап, красные рога заскрежетали по асфальту.

Прежде чем я успела поднять его оружие или вытащить из горла копье, другие демоны бросились в атаку.

Неудачный для меня поворот!

И тут налетел ветер и послышалось хлопанье крыльев – мощное и неотвратимое. Промелькнувшая над нами огромная тень заслонила небо.

Вот дерьмо! К демонам спешит подкрепление!

Не смея поднять взгляд, я сосредоточила внимание на банде, горящей желанием порезать меня на куски. Следующим решила атаковать раненого зеленорогого демона.

– Полубог! – взвизгнул сероглазый демон.

Неужели Аксель или Зак выследили меня?

В душе вспыхнула искра надежды. Перспектива возвращения в Академию была ужасной, но все же лучше, чем попасть в Ад.

– Хватаем ее и перемещаемся в наше царство, – прорычал капитан демонов. – Раз, два...

Они набросились на меня. Рыча от страха, я их оттолкнула. Мне в руку вцепилась чья-то лапа, вонзившись когтями в кожу, но нахлынувшая волна ветра и света оторвала от меня демонов.

Острый как бритва коготь противника скользнул по моим волосам и упал на землю, отсеченный от пальца длинным черным клинком.

Пара могучих обсидиановых крыльев отбросила от меня обидчиков.

Передо мной предстал спустившийся с небес грозный великолепный воин с лицом ангела, чьи сапфировые глаза горели темным небесным огнем.

Глава 14

ПОЛУБОГ СМЕРТИ

Она стояла там, мой ягненок, девушка из моих снов.

Ее пышные лавандовые волосы развевались на ветру, полные розовые губы скривились в угрожающей гримасе, а зеленые глаза, по сравнению с которыми мерк весь остальной мир, горели огнем.

Ее прикосновение вызвало бурю в моей крови. Она была первой женщиной, которая дотронулась до меня и осталась жива, пусть даже в моих снах.

Мое сердце, которое никогда не билось ни для кого, вдруг застучало в груди. Ради нее кровь закипела в моих древних заледеневших венах, точно так же, как это случилось в мире грез.

Я видел только ее, и ничего и никого больше. Наконец ее рык вывел меня из транса, и я заметил окружение, в котором оказался.

Четыре демона обступили мою возлюбленную на разрушенной улице и подкрадывались с явным намерением схватить и покалечить. Вместо того чтобы съежиться, моя храбрая малышка взмахнула копьем, как сотканная из огня воительница, и яростно вонзила острие во врага.

Разрушительный огонь скрутил мне внутренности, когда я заметил, что ее школьная форма заляпана ее собственной кровью.

Ее избили и пытали.

Гнев охватил меня, до краев наполнил все мое существо.

Ее враги заплатят. Я разорву их на куски за то, что они с ней сделали.

Мои черные крылья вызвали ветер.

Эта женщина моя. Я должен защищать ее, а затем завоевать, овладеть и всегда быть с ней.

Я бродил по Манхэттену, этому чреву зверя, в поисках спрятанного здесь оружия, которое, согласно пророчеству, должно появиться в этих координатах. Оружие под названием «живое пламя» было способно преломить ход войны между Адом и Раем. Я не мог допустить, чтобы оно попало в руки Люцифера.

До сих пор я ничего не нашел – ни следа, зато только что обнаружил сокровище своего сердца.

Свою вторую половинку.

С ветром на своих эбеновых крыльях и огненным черным длинным мечом в руке я ворвался в орду демонов, чтобы защитить своего ягненка.

Будучи полубогом смерти, я никогда не позволю смерти коснуться ее.

Глава 15

Возлюбленный, которого я видела во сне, предстал передо мной во плоти. Я смотрела на него с изумлением пополам с неистовой страстью.

Созданный им ветер ерошил его густые каштановые волосы, обрамляющие потрясающе красивое мужественное лицо. Его скульптурная фигура могла быть высечена из чистейшей глыбы льда, а дух сиял, как смертельное пламя, подобравшееся в опасной близости к леднику. Его твердые изогнутые губы были именно такими, как я запомнила, – вызывающими желание целовать их до беспамятства, а исполненные беспокойства, ярости, радости и недоверия сапфировые глаза были устремлены на меня. В них полыхнул гнев, стоило ему заметить мою заляпанную кровью форму.

– Ты настоящий, – пролепетала я.

Окружающий мир во всей его дикости и демоны разом померкли. Остались только он и я.

Мой взгляд жадно блуждал по его крепкому телу, обтянутому серебристо-черной броней. Когда я встретила его во сне, он был обнажен выше пояса. А потом и вовсе оказался полностью подо мной голым, и он был первым мужчиной, который меня коснулся. На секунду мой разум затопил образ его стального стержня, который погружался в меня. Я скользила по его твердой длине так самозабвенно, будто ничто другое на свете не имело значения.

Я скакала на этом крылатом красавце, как самое дикое существо на Земле, а он поднимал свои мощные бедра и входил в меня с безудержной страстью.

Запах чистого мужского тела, пепла и ночи проникал в мою кровь. Он овладел мной, полностью подчинив себе, прежде чем меня безжалостно вырвали из сна. Но я и представить не могла, что встречу своего возлюбленного вне мира грез, хотя всей душой желала, чтобы он был реален.

Переживая ярость, панику и отчаяние в Олимпийском зале, я осознала, что у меня нет никого, к кому бы я могла обратиться. И пойти мне тоже было некуда. Выходит, когда я вспомнила о своем возлюбленном из мира грез, надеясь улизнуть от суровой действительности, то волшебным образом телепортировалась прямиком к нему.

Нет, не совсем прямиком.

Моргнув, я вернулась в настоящее, на разбитую улицу, где меня поджидали демоны. На моих глазах нежный возлюбленный из сна превратился в свирепого грозного воина.

– Я настоящий, – подтвердил он своим роскошным низким голосом, напоминающим изысканную ласку. Жар в его глазах подпалил короткий фитиль между нами. – Ты тоже настоящая, ягненок. Найти тебя доставило мне большее удовольствие, чем что-либо еще.

Как только он назвал меня ягненком, я поняла, что он абсолютно реален и явился сюда ради меня. Им двигало стремление защищать. Я ощутила, как от навернувшихся слез защипало глаза.

Мужчина улыбнулся мне, осветив все мое существо. Его пристальный взгляд переместился на мои губы, как будто больше всего на свете он хотел заключить меня в объятия и поцеловать. Однако уже в следующее мгновение отчаянное желание и нежность в его сапфировых, как сама галактика, глазах исчезли, сменившись ледяной яростью.

– Позволь мне избавиться от этих мерзких существ, прежде чем продолжить наше знакомство, – сказал он. Его низкий мелодичный голос стал холодным, а интонация твердой как сталь. – Они пожалеют о том, что подняли на тебя руку.

Подобно черной буре, мой крылатый возлюбленный налетел на обидчиков и, выхватив длинный, сверкающий темным пламенем меч, отсек серый рог демона.

Мой рыцарь хотел сначала наказать врагов. Он явно решил, что я пребываю в столь плачевном состоянии по вине демонов, что из-за них моя школьная форма пропитана кровью.

Я едва сдержалась, чтобы не начать аплодировать его великолепному стилю боя, зная, что даже лучший воин может ошибиться, если его отвлекут.

Демон с серыми рогами закричал от боли, а в следующий миг мой рыцарь обезглавил его одним чистым, быстрым взмахом меча, после чего, не оборачиваясь, вонзил клинок в тело зеленорогого, когда тот попытался запрыгнуть ему на спину, оскалив клыки и выпустив когти.

Я никогда не видела, чтобы кто-то сражался так мастерски. При наличии оружия я считала себя хорошим бойцом, но едва ли могла сравниться со своим крылатым возлюбленным.

Остался только капитан демонов.

– Отдохни пока, – тихо сказал мой рыцарь. – Я скоро к тебе присоединюсь.

Моя помощь ему не требовалась, а я устала и страдала от боли, причиняемой новой раной, куда демон поразил меня пилой.

Я вздернула подбородок, давая понять, что я, Мэриголд, разрешаю своему рыцарю сражаться от моего имени. Подойдя к трупу краснорогого, я вытащила копье из его горла. Устроившись на разбитом валуне и закинув ногу на ногу, я принялась наблюдать, как мой защитник скрестил свой меч с топором капитана демонов.

По улице эхом разнесся острый скрежет металла о металл, во все стороны брызнули искры.

Противники двигались так стремительно, что казались размытыми пятнами, и атаковали друг друга с неумолимой силой.

Я была не в состоянии отвести глаз от боя, и мой рыцарь, судя по всему, наслаждался таким вниманием. Мечом он орудовал в элегантной, но смертоносной манере, как будто сражение было театральной постановкой, целью которого была не только победа, но и попытка произвести впечатление на меня, восторженного зрителя, доставив максимальное удовольствие.

Подобный быстрокрылому ветру, мой рыцарь атаковал капитана демонов и, пнув ногой в живот, отбросил его на фасад магазина, где раньше продавали дешевые духи. От удара обрушилась оставшаяся часть стены и половина потолка, на демона посыпались бетон, грязь и деревянные балки.

Как же мне все это нравилось! Будто смотришь разворачивающийся прямо на глазах боевик.

Мой рыцарь хотел наказать капитана демонов, прежде чем убить.

Не успел капитан встать на ноги, как мой крылатый возлюбленный схватил его за грудки и швырнул через всю улицу. Демон пробил рогами кирпичную колонну, а его тело при падении оставило вмятину на земле.

– Ох, это больно, – выдохнула я.

В следующее мгновение демон метнул в моего рыцаря топор.

Я предупреждающе вскрикнула, но крылатый мужчина с легкостью поймал вращающееся в воздухе оружие за рукоять. Излучая угрозу и ярость, он направился к демону, готовый сразить противника и завершить этот бой.

Внезапно капитан демонов усмехнулся, глядя на меня. Догадавшись о его намерениях, я почувствовала ужас.

Он собирался улизнуть.

Он считал меня Потерянной принцессой и ни за что не прекратит охоту. Если он сбежит, то непременно вернется за мной.

Хуже того, если он сообщит обо мне более могущественным демонам, в следующий раз за ним последует целая орда исчадий Ада, желающих запустить в меня свои когти. Хотя я не считала себя их Потерянной принцессой – никакая я не чертова принцесса! – это не положило бы конец попыткам алчных демонов утащить меня в свое царство.

– Не дай ему уйти! – закричала я и кинулась на капитана демонов с вытянутым перед собой копьем.

Быстрый как молния, мой рыцарь метнулся вперед одновременно со мной, и мы дружно обрушили на демона свое оружие, но он превратился в дым и исчез. Я уставилась на пустое место, где только что находилось чудовище, и меня охватили холодный страх и отчаяние.

– Тебе не о чем беспокоиться, – заверил мой крылатый возлюбленный. – Под моей защитой никто и никогда тебя и пальцем не тронет.

Он окинул своими сапфировыми глазами небо, крыши и улицу и, не обнаружив больше никаких угроз, посмотрел на меня. В его взгляде жажда обладания мешалась с потребностью оберегать.

У меня потеплело в груди и затрепетало сердце.

Я с нетерпением шагнула вперед. Мне нужно прикоснуться к нему и самой почувствовать, что он на сто процентов реален и действительно здесь.

Его сапфировые глаза засияли. Сначала он раскинул руки в стороны, готовый обнять, но вдруг замер. Отшатнувшись, он плотно прижал к себе свои обсидиановые крылья.

– Нет, ягненок, – прошептал он, и его черты исказились от боли. – Не трогай меня.

Я остановилась, почувствовав себя так, будто он окатил меня ведром ледяной воды. Я-то думала, что он хочет меня!

Его прекрасное лицо скривилось от муки, когда он понял, как уязвил меня его запрет.

– В том сновидении ты без всякого стеснения меня обнимал. – Я пошла в наступление, ощущая его отказ на глубинном уровне. – Похоже, ты просто обманщик. Я ошиблась на твой счет. Не стоило мне тебя искать.

– Ты искала меня?

– Я же явилась сюда ради тебя, разве нет? – с горечью воскликнула я.

Крылатый красавец моргнул в замешательстве.

– Откуда ты узнала, что я здесь?

– Ниоткуда, – отрезала я. – Просто подумала о тебе, прежде чем телепортировалась.

В его глазах замерцали темные звезды.

– Ты не знаешь, кто я такой, да?

Судя по жгучему желанию, запечатленному в каждой черте его лица, он все же хотел меня. Но тогда почему он меня сторонится?

Я уперла руку в бедро.

– Я видела тебя всего один раз, да и то во сне. Ты не назвал мне своего имени, хотя я спрашивала, а потом меня разбудили самым жестоким образом.

– Я Гектор, – печально сообщил красавец, – полубог смерти. Никто не может прикоснуться ко мне и остаться в живых, потому что моя кожа смертельна для всех и каждого.

Изумленная, я широко раскрыла глаза. Выходит, моим возлюбленным из сна был сам полубог смерти, предполагаемый враг?

Гектор не мигая смотрел мне в глаза, наблюдая за мельчайшей реакцией и проявлением эмоций в ответ на его слова, и у меня сложилось впечатление, что он ждет, что я развернусь и убегу от него.

– Прости, ягненок, тебе нельзя до меня дотрагиваться. – Он покорно вздохнул. – Вместе мы можем быть только во сне. Если тебе это подходит, то и мне тоже. Я буду защищать тебя днем и ночью. Ты станешь моей единственной женщиной, в сновидениях и наяву.

Я всматривалась в напряженные черты его прекрасного лица, а он затаил дыхание, явно решив, что я вот-вот его отвергну.

Я нарушила все возможные правила и потому собиралась пренебречь и последним, весьма меня стесняющим. Я полагала, что раз смогла прикоснуться к нему во сне, то смогу сделать это где угодно. Ритуал Рун Крови не сжег меня дотла, а касание полубога смерти не превратило в треснувшую глиняную статую.

Повстречав Гектора в реальности, я поняла, что не готова смириться с тем, что мне суждено наслаждаться им только в мире сновидений. К тому же никому не дано выбирать, что ему привидится в ту или иную ночь. Мне нужно много больше, чем те несколько счастливых мгновений с ним.

– Превыше всего на свете я жажду твоего прикосновения, – признался Гектор, и в его взгляде отразилась тревога. – Но...

Прежде чем он успел меня остановить, я с силой припечатала ладонь к его щеке.

– Нет! Что ты наделала? – в ужасе воскликнул он, и его глаза расширились от отчаяния.

Однако я не упала замертво.

Наоборот, меня захлестнула волна удовольствия. Его колючая щетина показалась мне восхитительной.

– Э-э, прости, – с улыбкой ответила я. – Похоже, я перестаралась, но ты не оставил мне выбора.

Он смотрел на меня, ошеломленный.

Я неохотно убрала руку от его лица, но он поймал меня за запястье и поднес ладонь к своим губам.

– Ты можешь меня касаться, – с недоверием объявил он. Парень моей мечты выглядел скорее как полубог радости, чем как полубог смерти. – Ты действительно можешь меня касаться!

Я победно рассмеялась.

– Я же тебе говорила, глупый.

Ничего я ему не говорила, а сразу перешла к активным действиям.

На его губах появилась манящая улыбка.

– Никто никогда не называл полубога смерти глупым. Никто не осмеливался.

– Я осмелилась, – пожала я плечами. – Я...

Гектор заключил меня в объятия с такой страстной силой, что я задохнулась, а голова закружилась.

– Ты будешь принадлежать мне, мой храбрый ягненок, – объявил он и, склонив голову, припал к моим губам.

Мне передалось излучаемое Гектором тепло, опаляющее, точно само солнце, от ощущения которого у меня между ног вспыхнуло пламя.

С поцелуем смерти во мне расцвела жизнь.

Об авторе

Мег Сюэмэй Икс – автор работ в жанре паранормальной и фэнтези-романтики, ее книги не раз возглавляли списки бестселлеров по версиям USA Today и Amazon Charts. Она обожает создавать истории с крутыми героинями и харизматичными, немного безумными альфа-самцами.

Присоединяйтесь к рассылке Мег, чтобы первыми узнавать о новых релизах, розыгрышах и других интересных новостях: https://landing.mailerlite.com/webforms/landing/a0q6z0

Примечания

Оставь надежду, всяк сюда входящий (Lasciate ogne speranza, voi ch’intrate) – заключительная фраза текста над вратами ада в «Божественной комедии» Данте Алигьери («Ад», песнь 3, строфа 3).

Мег Сюэмэй ИксАкадемия полукровок. Магические испытания