Глава 1,

в которой алая ведьма ссорится с гримуаром

«...для активации заклинания необходимо, чтобы ведьма была влюблена», – сообщил гримуар.

Я в немом шоке уставилась на пожелтевшую от времени страницу.

– Это еще что за незнакомая со мною строка? – проворчала я и для надежности еще разок пробежалась по рецепту зелья для женской привлекательности.

Нет, странная приписка про влюбленность никуда исчезать не торопилась. Пришлось постучать ноготком по страничке гримуара и вкрадчивым шепотом уточнить:

– Арчи, что за приколы?

Магическая книга взмахнула листами, точно взбешенная птица крыльями. Хлестнула шелковой закладкой по моему указательному пальцу, которым я имела неосторожность воспользоваться для привлечения ее драгоценного внимания, и пропала в ослепительной вспышке телепорта.

– Ай! – несколько запоздало воскликнула я и подула на пострадавший палец.

Вот и какая злая мышь покусала мой дорогой и любимый гримуар?

Кипя от праведного негодования, я уперлась ладонями в край столешницы и отодвинулась от рабочего стола. Ножки стула с грохотом проехались по полу и нервам моей невыносимой светлой соседки.

По закону, принятому после окончания последней магической войны, светлых и темных всегда селили по соседству, чтобы те присматривали друг за другом и не наворотили дел. Но на днях госпожа Светик поняла, что ее методы слежки за конкурентами устарели, и решилась протестировать на себе инновационную разработку светлого ковена. Разработка представляла собой замысловатые сережки с усиливающим слух эффектом и внешне походила на здоровенную ракушку, которую приложили к уху.

Судя по болезненным гримасам на лице соседки, мерещился ей далеко не шум прибоя. Но колдунья не сдавалась. Точнее, по условиям договора была вынуждена тестировать на себе это чудо техники в течение трех дней, и срок истекал сегодня ровно в полночь. Нервы добропорядочной колдуньи за дни тестов натянулись до предела, терпение иссякло, а вот словарный запас заметно пополнился.

В любое другое время я бы даже немного позлорадствовала и, может, подвигала стулом туда-сюда исключительно из природной вредности и врожденного стремления насолить всем представителям света, но сейчас была крайне раздосадована поведением своего гримуара.

Мне завтра зелье привлекательности сдавать, а он устроил не пойми что... Влюбленность, ха!

Да где он видел влюбленных ведьм?

Взбежав по лестнице, я решительно вошла в спальню. Присела возле кровати, дернула нижний ящик тумбочки, где на шелковой алой подушке изволил дуться без всякой на то причины мой гримуар, и грозно уточнила:

– Арчи, что случилось?

Гримуар с возмущенным шелестом глубоко обиженного идиота открылся на рецепте привлекательности и подсветил алыми всполохами пламени строчку:

«...для активации заклинания необходимо, чтобы ведьма была влюблена».

– Ты чего? – возмутилась я. – Какая из меня влюбленная ведьма. Я же делаю шесть ошибок в слове «любовь»!

Книга оставалась как никогда серьезна и вообще всем видом демонстрировала, что букв на ветер не бросает, а значит, я или влюбляюсь, или прощаюсь со способностями варить убойные зелья.

Осененная догадкой, я подскочила и обличительно ткнула в гримуар пальцем.

– Я поняла! Ты снова залез в ящик с запрещенкой и наклюкался тех магниевых вспышек!

Гримуар на миг замер, переваривая услышанное. Оскорбился. Повернулся ко мне задом и захлопнул ящичек.

– Ничего не понимаю, – была вынуждена констатировать я.

Вернувшись вниз, я оглядела ряды заранее приготовленных скляночек для зелья и с горестным вздохом человека, которому предстоит объясняться с недовольными клиентами, села за рабочий стол.

«Уважаемая госпожа Шива, – вывела я алыми чернилами на листе пергамента. – С прискорбием сообщаю, что вынуждена вернуть вам задаток в пять золотых и отказаться от заказа. Причина...»

На этом месте я всерьез зависла.

Что обычно врут в тех случаях, когда не могут сделать зелье вовремя?

Заболела?

Так я ж алая ведьма. Мной мамы-бациллы пугают своих неразумных крошек, а сам господин Насморк обходит стороной.

Сломала палец?

Ну на фиг! Я себя знаю, вот так соврешь без всякой задней мысли и завтра точно сломаешь. Да не палец, а целую руку. В трех местах.

Нет, повод должен быть существенным и далеким от истины, как беззаботное будущее от жителей столицы.

– Что бы такого придумать? – вслух подумала я, оглядывая комнату в поисках подсказки.

Мой взгляд скользнул по тем самым ящичкам, где хранилась наша запрещенка с магниевыми вспышками. В прошлый раз хватило щепотки, случайно оброненной на страницу, и гримуар развезло, словно пьянчужку в праздники. Весь из себя такой приличный и правильный Арчи потом полночи шуршал страничками, пел непристойные песни, пугал прохожих и спалил госпоже Светик занавески.

Я на миг зависла, зачем-то всерьез обдумывая варианты «напилась» и совсем уж нелепый «забухала» в качестве причины задержки зелья. Вздрогнула и торопливо отвела взгляд, который тут же зацепился за яркую картинку, подаренную на прошлые новогодние праздники добросердечной матушкой.

Картина была мотивационной. На ней румяные и бодрые горожане торжественно сжигали ведьму. Ведьма хихикала, стыдливо демонстрировала голую ножку в разрезе платья и имела крайне довольный вид.

Не знаю, отчего клиенты шарахались. Лично меня картина умиротворяла и навевала мысли об отдыхе.

– Точно, – вслух сказала я и вывела:

«Причина: ушла в отпуск!»

Прикрепив записку к мешочку с задатком, я отправила послание по пневматической почте. С чистой совестью погасила свет в лаборатории, закрыла дверь в лавку на замок и пошла наверх.

Гримуар продолжал недовольно пыхтеть в нижнем ящике прикроватной тумбы. Как это часто бывает, контролировать свои чувства у него не получалось, и поэтому сквозь узенькую щелочку тянулся черный дымок чадящей подушки.

– Никаких влюбленных ведьм, слышал? И даже не надейся.

Судя по тому, как задрожала тумба и усилился запах гари, Арчи был в корне со мной не согласен, но я не планировала потакать его глупой причуде с влюбленностью.

Хочет заблокировать мои магические возможности? Да пожалуйста!

Но лезть в свою личную жизнь я не дам никому.

Бросив непреклонный взгляд в сторону засевшего в ящике друга, я подошла к окну и распахнула створки, впуская в комнату немного свежего воздуха. Сделала глубокий вдох, наслаждаясь запахом ночи. До хруста потянулась, разминая затекшие за работой мышцы.

Шлеп! – на крышу противоположного дома приземлилась никем не узнанная в темноте... гарпия?

– Это еще что такое, – возмущенно пробормотала я, не доверяя увиденному.

Гарпия сделала несколько смешных подскоков, выходя на середину, и завертела головой, словно высматривала кого-то. И точно! Из-за дымохода выскочила парочка ее товарок.

С виду гарпии смахивали на обезьянок с большими кожистыми крыльями. Только без хвостов. И без возмутительной шерсти на теле. Вместо волосяного покрова у них была толстая шкура, которую не всякая стрела пробьет и не всякая магическая искра достанет.

Большая часть особей была темно-коричневого или серого цвета, отчего в былые времена их частенько путали с замысловатыми статуями на крышах зданий. Одно время среди обеспеченной части горожан даже было модно приплачивать гарпиям, чтобы те украшали собой фасады особняков. Но веянье быстро кануло в Лету из-за проказливой сущности гарпий.

Вандалы, хулиганы и виновники драк, гарпии крайне быстро снискали дурную славу и по велению нашего короля были выселены в отдаленную часть королевства.

До недавних пор бедокурили гарпии исключительно в окрестностях Доротивилля, маленького городка возле самой границы. Так что же понадобилось им в столице?

Пока я терялась в догадках относительно цели визита крылатых вредителей, эти самые, которые вредители, встали в кружок и принялись что-то яростно обсуждать, экспрессивно размахивая передними лапами и периодически срываясь на тихий возмущенный рык. Обсуждение закончилось на гневном подскоке одной из них, после чего остальные гарпии показали длинные языки и синхронно взлетели, явно замыслив какую-то пакость.

Пакость в пределах МОЕГО города!

– Вконец оборзели, – возмутилась я, схватила любимую метлу, плащ и вылетела в ночь.

Стремительно набрав скорость, я едва успела заметить, как троица разделилась, и каждая помчалась в свою сторону. Решив оставаться последовательной, я полетела за той, что увидела первой. И не прогадала.

Попетляв между дымоходов, гарпия внезапно сделала резкий рывок в сторону, заложила в воздухе замысловатую петлю и со всех крыльев помчалась в сторону видневшихся неподалеку башенок замка. То ли проказливой попой почуяла слежку, то ли взыграла природная непоседливость.

– Ах ты ж... зар-р-раза, – ругнулась я, с трудом повторяя маневр и чувствуя, как внутри закипает азарт.

Пришлось немного поднажать, чтобы догнать более маневренную и юркую гарпию. Сократив разделяющее нас расстояние, я дождалась, пока преследуемая немного устанет и решит перевести дух на одной из крыш, спрыгнула следом и бесшумно приблизилась, наблюдая за вредительницей, заскочившей к нам на огонек аж из самого Доротивилля.

Гарпия подползла к самому краю, зацепилась за водосток и принялась с любопытством следить за веселой компанией молодых ребят, шумно и пьяно бредущих по ночной улице.

Я подкралась к крылатой бестии и ткнула черенком метлы в спину.

– Стоять. Бояться. Лапы вверх!

Гарпия испуганно пискнула, упала на спину и послушно задрала лапы. Все четыре.

М-да... Неловко вышло.

Глава 2,

в которой ведьме предлагают слетать в гости

Мы с вредительницей обалдело уставились друг на друга. Гарпия таращилась большими от удивления глазками, я же прикипела взглядом к узорам на ее ладонях.

Интересно, а гарпиям можно погадать по линиям на руке?

И если да, то по какой лапе?

«Ох, Миранда, какой же бред порой лезет в твою голову! – мысленно одернула я себя. – Давай, соберись и допроси крылатую, пока остальные представители стаи не наделали в городе шума».

Но гарпия оказалась шустрее.

Она скользнула взглядом по черенку метлы, который я сжимала в руках, по растрепанным ветром светлым волосам, облегченно выдохнула и обрадовалась мне, как родной:

– О, ведьмочка!

– Ведьмочка? – с угрозой повторила я и щелкнула пальцами.

Крылатая нарушительница спокойствия зачарованно глянула на алый огонек пламени, что на миг затанцевал на моей руке, вскочила на лапы и поспешно исправилась:

– Ой, простите, госпожа ведьма, не сразу признал в вас алую ведьму, – покаялся этот, по всей видимости, гарпий и без всякого перехода: – А вы в карты играть умеете? Желательно на раздевание.

От неожиданности я поперхнулась вопросом «Какого лысого демона вы забыли в столице?» и судорожно закашлялась.

Нет, мне и раньше делали предложения сомнительного характера, но чтобы гарпии!

По всей видимости, желание убивать, причем немедленно и особо жестоко, как-то отразилось на моем лице, потому что гарпий вдруг испуганно попятился.

– Вы не подумайте ничего такого, госпожа, – затараторил он. – Просто вожак нашей стаи очень любит азартные игры, а завтра его день рождения. Мы посовещались и решили устроить тишком от него большой праздник, но наша черная ведьма зачем-то собралась на свидание.

– Ведьма? На свидание? – не поверила я.

– Сам в шоке, – уверил меня крылатый.

– Ну допустим, – сказала я, все еще отказываясь верить в черную ведьму, которая добровольно ходит на свидания. – А в столице вы что тогда забыли? Неужели в городах поближе не нашлось желающих поиграть с вами в карты?

Гарпий тяжело вздохнул и начал жаловаться. Дескать, вы, люди, такие странные. Мы к вам с открытой душой и просьбой о помощи, а вы чуть что и сразу то в панику кидаетесь, то в подвал.

У кого ужасная репутация? У гарпий ужасная репутация?

Нет-нет-нет, госпожа ведьма. Это все слухи. Мы чудесные собеседники и приятные ребята.

Кто ежегодно разносит Доротивилль на камушки? Мы ежегодно разносим Доротивилль? Да, грешны. Но это исключительно из-за веселого характера и тяги к вандализму, а не злости ради.

– Так как, госпожа ведьма? – заискивающе прошептал гарпий, складывая передние лапы в умоляющем жесте. – Слетаете с нами на праздник?

– Хм... – протянула я, всерьез обдумывая это во всех смыслах заманчивое предложение.

А что? Сил меня гримуар лишил, поэтому про варку зелий можно на какое-то время забыть. К тому же я вроде как ушла в отпуск и, значит, с чистой совестью могу немного повеселиться.

Смущало в данном случае только одно – компания. Да и в карты я играть особо не любила. Не мое это. Не мое!

– Извини, но я пас, – озвучила я свое решение и неожиданно для себя добавила: – Но могу подсказать того, кто с огромным удовольствием перекинется с вами в картишки. Надо?

– Да, конечно! – возрадовался крылатый и с готовностью распахнул крылья, готовый лететь за мной хоть на край света, лишь бы порадовать своего любимого вожака.

Усмехнувшись, я пристроила пятую точку на мягких прутиках метлы и взяла прямой курс на острые пики башенок королевского дворца.

Действительно, зачем гарпиям скучающая на празднике ведьма, если в их распоряжении может быть самый главный и азартный игрок всего королевства – аж сам принц Каллиан.

Уж он-то как никто другой знает, как делать ставки и играть на раздевание.

Помнится, в прошлом месяце принц проиграл послам соседнего королевства отцовский перстень, кучу золотых и своего пегаса уникальной черной масти. Или это не послы были? Не суть!

Главное, что принц идеально впишется в общество крылатых гарпий и классно проведет время, а вожак стаи еще долго будет хвастаться перед внуками, как резался в дурака с его высочеством и раздел того до трусов. Осталось только уговорить Каллиана на эту глупость. Но это уже не мои проблемы. Я обещала подсказать нужного кандидата, а все остальное на совести стаи.

– Не отставай, иначе заметят! – крикнула я гарпию и набрала высоту.

«Дом» королей, находившийся в центре столицы, имел огромную площадь перед парадным входом для восторженных масс, парадов и одиноких толп несогласных с плакатиками.

Затерявшись среди облаков, мы с гарпием обогнули площадь, сделали небольшой круг, чтобы разойтись с охраной, контролирующей периметр, и зашли с противоположной стороны. Во дворце было пять больших башен и кучка поменьше, но я достаточно быстро нашла ту, где были нужные нам покои.

Мой прошлый визит в эту башню закончился пожаром, поломанной кроватью и истерикой принца. А ведь я всего лишь пыталась объяснить высокопоставленному наследнику, что верить в бред, будто бы ночь с алой ведьмой разбудит в мужчине неведомые постельные умения и сделает альфа-самцом, глупо и недостойно для будущего монарха.

Жаль, что принц Каллиан оказался глух к доводам разума. Ну да ничего страшного.

Кулак оказался доходчивее. А синяк под глазом, оставленный мной на память, примирил его с мыслью, что не все представительницы слабого пола действительно слабые и готовые на все барышни.

Сбавив скорость, я осторожно замерла возле острого шпиля декоративной башенки, напротив покоев принца.

Каллиан был на месте. Стоял посреди ярко освещенной комнаты и музицировал. Хотя будем честны. Красный от злости принц тупо и бессмысленно терзал ни в чем не повинную скрипку и нервы своих телохранителей, которые были вынуждены охранять его покой от посягательств извне.

Не знаю, были ли у Каллиана соседи, но заранее посочувствовала бедолагам. Интересно, им приплачивают за вредность? Или просто выдают беруши с ценным указанием радоваться столь уникальному соседству?

Гарпий неслышно подлетел, зацепился лапой за острый штырь башенки и вопросительно глянул на меня.

Чувствуя себя полководцем, который бросает в атаку кавалерию, я выпрямила руку и указала пальцем на принца.

– Вот тот, кто вам нужен.

– Понял, – важно кивнул гарпий, азартно блеснул карими глазками и бесшумно перелетел на откос одного из окон.

Проследив за тем, как крылатый любитель сюрпризов неслышно открывает окно и залезает внутрь личных покоев принца, я широко улыбнулась. Если гарпий послушается моего совета и проведет переговоры с умом, то этот день рождения вожака стая запомнит на многие годы, да что там, десятилетия вперед. Ну а если...

Сперва резко оборвался звук истерзанной скрипки, возникла напряженная тишина, и только потом пространство ночи пронзил трагический вопль:

– А-а-а-а-а-а!!!

Ну или не договорится.

– Стража!!! – Голос Каллиана взлетел до придушенного фальцета, а я поспешно развернулась и дала деру, надеясь отлететь как можно дальше до того, как здесь станет чересчур весело и жарко.

Взвыли сирены тревоги, в небо ударили мощные лучи прожекторов, загалдели высыпавшие на крыши башенок телохранители.

Лишь чудом избежав опасности, я помчалась прочь, петляя среди домов на случай погони.

Незаметным росчерком прошмыгнула мимо домов со спящими горожанами, для надежности еще немного покружила и вернулась к родному двухэтажному дому, который вынужденно делила с госпожой Светик, светлой колдуньей и просто ужасной женщиной.

Арчи все еще сидел в ящике. И все еще дулся. Но я решила не заострять на этом внимание и не портить себе прекрасное настроение.

А оно было воистину прекрасно.

Принц снова бьется в истерике – это раз.

Мне за это ничего не будет – это два.

Ну просто праздник какой-то!

Напевая под нос незатейливую песенку, я скинула верхнюю одежду, натянула кокетливую сорочку из нежного алого шелка с кружевом по лифу и рухнула в постель.

По статистике, человек с чистой совестью засыпает за полчаса. Нашкодившей ведьме достаточно десяти минут.

Я сладко посапывала, обняв ногами одеяло и прижав к груди подушку. И спала бы себе дальше (все же отпуск случается с ведьмой не каждый день!), но настойчивый стук в дверь заставил распахнуть глаза и подскочить на кровати.

Нет, это был не стук. В дверь долбились так, словно вообще изначально планировали снести ее с петель, но вовремя вспомнили о приличиях.

А после с улицы донеслось властное:

– Госпожа ведьма, немедленно откройте!

Ой, блин! Во что я опять вляпалась?

Глава 3,

в которой заспанная ведьма встречает гостей

Получив небывалый заряд бодрости и адреналина, я кубарем слетела с кровати, схватила брошенный в ногах постели халат и опрометью бросилась вниз.

– Да иду я! Иду! – крикнула, сбегая по ступенькам.

И – о чудо! – визитер перестал долбиться в мою несчастную дверь, как психованный дятел.

На ходу кое-как связав шелковые ленты халата, я мельком глянула на себя в зеркало, висевшее в холле. Ох ты ж! Ну и видок...

Светлые волосы растрепаны, глаза заспаны, на щеке залом от подушки, а полы халатика разошлись в стороны, словно задались целью продемонстрировать всему свету мою грудь, упакованную в кружево сорочки.

Плюнув на внешний вид, я попыталась соединить хотя бы полы халата, но коварный шелк и не думал стоять на страже моей стеснительности, настырно разъезжаясь в стороны.

– Госпожа ведьма! – вновь подали признаки жизни из-за двери, намекая заспанной алой ведьме, что не располагают терпением и желанием ждать, пока дама приведет себя в надлежащий для встречи с этим миром вид.

Плюнув на все, я по-простому рукой схватила ткань халатика на груди, намереваясь удерживать его так самостоятельно весь разговор. Распахнула дверь и вопросительно уставилась на незапланированных гостей.

Гостей оказалось трое. Молодые мужчины в черно-синей форме службы безопасности дворца, два брюнета и высокий блондин. И если к брюнетам я не почувствовала ничего плохого, то одного беглого взгляда на блондина хватило, чтобы коротко и убедительно понять: с ним мы не поладим.

– Ну? И чего вам надо? – не слишком-то любезно в результате выдала я, обращаясь к блондину.

Брюнеты поспешно попятились. Причем тот, что стоял у лестницы, слегка пошатнулся и коротко взмахнул рукой, но устоял.

Эх, а ведь мог бы войти в городские легенды как первый и пока единственный представитель службы безопасности дворца, которого нокаутировала ступенька. Ступенька в дом алой ведьмы.

А вот блондинчик даже не шелохнулся.

Еще и наглость имел с улыбкой сказать:

– Доброе утро.

– Ой, вот только давайте без издевок, – скривилась я, всем своим заспанным видом демонстрируя, что это утро бравая троица окончательно и бесповоротно для меня уничтожила.

– Хорошо, тогда перейдем сразу к делу, – не стал спорить блондин и вытащил из внутреннего кармана конверт с официальной печалью. – У нас к вам...

– Минуточку! – поспешно перебила я и выскочила на крыльцо.

Протолкавшись мимо оторопевших безопасников, я оперлась свободной рукой о перила, задрала голову и улыбнулась соседке.

Колдунья сделала вид, что просто поливает цветочки на подоконнике, а окошко открыла исключительно для проветривания. И ей вообще не интересно, кто и для чего пожаловал к алой ведьме в такую рань. Вот ни капельки!

– Подслушиваете, госпожа Светик? – насмешливо глянула я.

Соседка одарила меня широкой улыбкой проголодавшейся барракуды и махнула рукой, в которой была зажата голубая леечка, плеснув водой.

– Что вы, госпожа Россе! – радостно пропела колдунья. – Всего лишь решила полить свои фиалки и засмотрелась на молодых и красивых мужчин в форме... Господа офицеры, – обратилась она к замершим в недоумении мужчинам, едва ли не по пояс высовываясь из своего окошка. – Скажите же, что вы пришли арестовать мою дорогую и невыносимую соседку за все ее ужасные темные делишки.

Блондинчик глянул на меня так пристально, словно где-то в складках халата затерялось чистосердечное признание, обличающее все мои правонарушения. Я сделала лицо кирпичом и крепче сжала ткань на груди, всем видом демонстрируя, что разучилась говорить правду, и только правду, еще в пеленках.

– Вообще-то мы не из участка, – внезапно разоткровенничался первый брюнет. Не иначе как госпожа Светик постаралась и незаметно ужалила бедолагу светлой искрой.

– Мы из личной охраны принца Каллиана, – добавил другой.

Я непроизвольно вздрогнула, что, конечно же, не укрылось от наблюдательного блондина, который за весь разговор так и не отвел от меня цепкого взгляда. И в глубине его темно-серых глаз мелькнул интерес хищника, приметившего жертву.

– Его высочество... – продолжил тем временем первый брюнет, подтверждая, что таки да, светлая искра явно посодействовала его болтливости перед незнакомыми дамами. – Наследный принц велел нам найти ведьму.

Ой, все! Мне, кажется, хана.

– Чтобы попросить ее присоединиться к торжественному открытию галереи, – добавил второй.

– Чего? – опешила я.

Темные боги, да лучше бы меня арестовали!

– ЧТО?! – возмутилась госпожа Светик, едва не вывалившись из окна. – Да как такое может быть?!

– Вот и я думаю, что это глупая ошибка, – ошарашенно пробормотала я и в упор посмотрела на блондина, но тот остался равнодушен, как туча к мольбам промокших до нитки прохожих.

То ли госпожа Светик промахнулась с заклинанием, то ли не подрассчитала число светлых искр, но офицер не спешил откровенничать.

Наоборот, выразительно заломил одну бровь и тихо уточнил:

– Мы так и останемся обсуждать цель нашего визита на пороге? Или вы все-таки пригласите нас внутрь?

Чуйка шептала, что пускать в святая святых, то есть на порог любимой лавки, абы кого, да еще в крайне сомнительной форме службы безопасности дворца, – такая себе мысль. Конспирация требовала зайти внутрь и для надежности заручиться поддержкой артефактов от прослушки со стороны моей вездесущей и крайне любопытной соседки. Но в результате победил банальный холод.

Поежившись от утреннего холодка, кусавшего за голые ноги, я махнула рукой. Мол, заходите, сейчас во всем разберемся.

Мужчины галантно посторонились, пропуская меня вперед. Дождались, пока я войду и щелкну пальцами, убирая охранный контур, и только тогда переступили порог дома, принадлежащего ведьмочке.

Сразу видно, опытные. Не раз и не два сталкивались с моими сестрами. Учтем!

– Так, минуточку! Давайте кое-что проясним, – сразу перешла я к самому важному. – Почему я?

И действительно, почему?

В столице проживало пять ведьм. Белая была вне ковена, на королевской службе и, по слухам, помогала тайной канцелярии дворца, за что ее освободили от работы с населением и прочих обязательств, навязанных другим.

Гевилина, черная ведьма, входила в состав управляющего совета темного ковена и обычно была неуловима и занята даже для своих, молчим про службу безопасности дворца.

Для работы с простым людом и обязательного присутствия на важных событиях города оставались я, Бастинда, Моргена и насущный вопрос, почему эта троица заявилась ни свет ни заря именно ко мне.

– Где Бастинда? Всегда же она ходила на официальные мероприятия, – поторопилась уточнить я.

Нет, ну мало ли? Может, мой адрес просто первым в списке был и ребята малость промахнулись с ведьмой?

– Беременна, – сухо ответил блондин.

– Как беременна? – возмутилась я, совсем не ожидавшая от приличной шестидесятилетней ведьмы такой подставы.

Ладно, выясним этот пикантный момент чуточку позже.

– А где Моргена?

– Сердечный приступ.

– Как приступ? – Я тоже схватилась за сердце. – Ей же всего двадцать пять!

– Не у нее, – поморщился блондин. – У господина Гвигли Тука прихватило сердце.

– У этого ипохондрика? Да он же на всю столицу известен своими надуманными болезнями! – воскликнула я и осеклась, осененная внезапной догадкой: – То есть уважительные причины не идти нашлись у всех, кроме меня?

Блондин выразительно промолчал. Брюнеты за его спиной синхронно кивнули. А я вдруг вспомнила, что вообще-то...

– Я в отпуске!

Для наглядности даже ткнула в картину с горящей ведьмой. Потом быстренько опомнилась и показала на объявление.

– Вот. Смотрите сами.

– Очень хорошо... – с легкой издевкой сказал блондин и протянул мне конверт с приглашением. – Очень хорошо, что вы не успели уехать далеко и я имею полное право отозвать вас на один день.

Я скрипнула зубами от злости и схватила конверт.

Тащиться на глупое мероприятие, мягко говоря, не хотелось. Все они проходили по одному и тому же скучному сценарию, где ведьмы требовались в качестве симпатичного истукана лишь затем, чтобы постоять на помосте в одной линеечке с официальными лицами столицы. И принцем.

А видеть смазливую рожу Каллиана мне не больно-таки хотелось. И подозреваю, что чувства эти были взаимны.

Кстати, а блондинчик вообще в курсе про наш бурный скандал с Каллианом?

– И опережая ваш вопрос, принц сказал «пойдет любая ведьма», – убил на корню все мои надежды мерзкий блондинчик.

– Даже алая? – Я пыталась быть оптимисткой.

– Даже она, – припечатал блондин и опустил взгляд вниз. – Вы поедете так? Или переоденетесь?

Я только теперь поняла, что в порыве праведного негодования выпустила полы халатика и те торжественно разъехались в стороны, точно занавес в театре, с превеликим удовольствием демонстрируя все то, что должно быть секретом.

– Демоны! – пискнула я, запахивая халат и смущенно прячась за дверью в лабораторию.

– У вас десять минут, госпожа Россе! – крикнули мне в след. – Не заставляйте экипаж ждать.

Глава 4,

в которой ведьма идет на праздник и знатно там веселится

Взлетев по ступенькам наверх, я ворвалась в спальню и прижалась спиной к двери. Арчи покинул свою «пещеру обид» и теперь гневно шелестел страничками на кровати.

– Нет, ты слышал?

Арчи возмущенно потряс закладкой. Дескать, да, Миранда, я все слышал и полностью разделяю твое негодование. Впрочем, это не помешало ему переместиться на подоконник. Гримуар подскочил и расставил обложку в стороны, точно сварливая баба руки, всем видом демонстрируя, что корешком поляжет, но не позволит мне сбежать из дома.

– Да я и не планировала, – фыркнула я, отлепляясь от двери и нервным движением, выдававшим мое далекое от радужного настроение, стягивая халатик.

О нет, я пойду на этот праздник.

Пойду и сделаю так, чтобы никто и никогда не смел беспокоить алую ведьму по таким смехотворным поводам. Они еще выпишут мне официальный запрет. Причем подписанный лично принцем. Они еще долго будут вздрагивать от одной только мысли оторвать меня от дел. Причем всем составом.

Ведьма я или кто?!

Отшвырнув подставивший меня халатик в сторону, я распахнула дверцы шкафа и с решительным видом зарылась в плечики с нарядами.

Сперва планировала выбрать что-то крайне вызывающее, но под руку попался старый ученический костюм, в котором я сдавала выпускной экзамен.

Он был пошит из серой ткани, при одном только взгляде на которую хотелось впасть в затяжную депрессию. Низ платья имел два широких разреза, откуда выглядывали черные узкие брюки, верх – белый лиф с крохотным галстуком, добавлявшим облику деловитости, а мне парочку лишних годков.

Строго. Пафосно. Официально. И только я да портниха знали особенность этого наряда и расположение всех потайных кармашков.

– Идеально! – расплылась я в коварной улыбке и сдернула платье с вешалки.

А вот блондинчик, ожидавший внизу, мой выбор не оценил.

– Серый? – выразительно заломил он одну бровь, едва мазнув по мне взглядом.

– Какое настроение, такой и наряд, – отбрила я, проходя мимо с гордо задранным подбородком. – Кстати, а что мы открываем?

– Художественную галерею, – напомнил блондин, зорко следя за тем, как я достаю из кладовки метлу и шляпу. – Это обязательно?

– Господин... – Я нарочно сделала паузу, давая ему возможность представиться.

– Дарен Чейз, – выдавил мужчина с таким видом, словно делал мне громадное одолжение, на которое вот-вот побегут проценты.

Чейз... Дарен Чейз... Что-то такое знакомое, но хоть убей не помню!

Ладно, вернусь с открытия и сразу свяжусь с Бастиндой и Моргеной. У них ведь должна была быть веская причина, чтобы отказаться от этого глупого приглашения. И чуйка шепчет, что им блондинчик имел неосторожность назваться до того, как озвучить цель визита.

– Так вот, господин Чейз, – продолжила я, нахлобучивая на голову остроконечную шляпу. – Я приличная ведьма и не могу заявиться в домик для искусной мазни абы в чем.

– В художественную галерею, – чопорно поправил блондин.

– А я как сказала? – беспечно улыбнулась я. Еще и глазками невинно похлопала.

«Ведьма», – должно быть, подумал он.

«Солдафон», – мысленно огрызнулась я и вся такая нарядная покинула лавку.

– Госпожа Россе! – прогремело на всю улицу.

Подхватив пышные юбки, к лавке, расталкивая прохожих, неслась госпожа Шива, накануне оставшаяся без своего зелья привлекательности. И, судя по разъяренному взгляду маленьких глазок, еще и без хорошего настроения.

– Скорее! – выпалила я, хватая спутника за руку и срываясь с места.

Едва не свернув себе шею, мы кубарем слетели с крыльца, миновали крылечко госпожи Светик и понеслись в сторону ожидавшей нас кареты.

Хотя будем честны, я воспользовалась бы каретой даже в том случае, если бы она дожидалась здесь мэра. Да что там! Я бы не побоялась похитить даже экипаж его величества.

Да что угодно, лишь бы не встречаться с разгневанной госпожой Шивой.

– Госпожа ведьма!!! – подстегнул меня в спину отчаянный вопль рассерженной клиентки.

– Дверь! Откройте дверь! – скомандовала я топтавшимся у транспорта брюнетам.

Парни глянули на блондина, на преследовавшую нас горожанку. И решили не рисковать.

Первый молча бросился к возничему, второй распахнул дверцу. Маленьким вихрем я добежала до кареты, юркнула внутрь и втянула за собой блондина. Брюнет понял все сам. Шмыгнул в салон, захлопнул дверь и хлопнул по перегородке, давая команду трогаться.

– К чему такая спешка? – уточнил блондин, в отличие от меня даже не запыхавшийся во время пробежки.

– Не хочу опаздывать, – нервно улыбнулась я и с надеждой выглянула в окошко.

Оптимизм верил, что госпожа Шива оставит попытку догнать ведьму и стребовать с нее зелье. Пессимизм рвался доказывать, что почтенная мать семейства не для того за нами бежала, чтобы сдаваться.

Пессимизм был прав.

Госпожа Шива с бульдожьим упрямством продолжала преследование.

– Ходу, парни. Ходу! – крикнула я.

– Мне кажется или грозная алая ведьма сейчас в ужасе сбежала от клиентки? – не удержался от ехидного замечания сидевший напротив брюнет.

– Вы бы так ехидно не скалились, если бы имели удовольствие познакомиться с госпожой Шивой ближе.

– Конечно-конечно... – уже откровенно хохотнул королевский стражник.

Ой, все! Достали.

Самое время расчехлять свой любимый проклинатор и наводить ужас и страх на всех, кто под руку подвернется. И начну, пожалуй, с брюнетика.

Но госпожа Шива посчитала иначе.

Не иначе как чудом она умудрилась нагнать карету и кулаком врезать по двери.

– Госпожа Россе!

Вот демоны. И надо же мне было связаться со столь целеустремленной дамочкой.

Перегнувшись через замершего на сиденье Дарена Чейза, я приоткрыла окошко и непреклонно рявкнула:

– Я же сказала, что в отпуске!

– Но вы мне нужны-ы! – провыла госпожа Шива с таким драматизмом, словно проходила прослушивание в театре, а не преследовала карету.

– Ничем не могу помочь, – отрезала я и взмахнула рукой.

Кольцо на пальце нагрелось, алая искра сорвалась с ободка и понеслась вперед. Ужаленная в пятую точку лошадка прибавила шаг, уходя в отрыв.

Увы, но почтенная мать семейства из пяти прекрасных дочек, уродившихся внешностью в не слишком выдающегося папеньку, не пожелала оставить все как есть. Она чутка психанула. Размахнулась. И карета вздрогнула от мощного пинка уважаемой женщины. Вздрогнули и все ее пассажиры.

Громко клацнули челюсти брюнета, видимо приготовившегося отпустить еще одну ехидную шуточку. Тихо ругнулся блондин, когда я случайно потеряла равновесие и повалилась на него.

– Да... это многое объясняет... – невнятно пробормотал брюнет с видом «о да, теперь я понимаю» и задумчиво ощупал пальцами нижнюю челюсть.

Остаток пути каждый занимался своими делами. Брюнет недоверчиво изучал зубной ряд языком. Блондин печалился, я предвкушала.

По пути стало известно, что едем мы не в галерею, а на площадь перед дворцом. Городская администрация отчего-то решила, что такое открытие должно обязательно пройти с огоньком и размахом, поэтому торжественную часть перенесли от узкого входа в галерею на главную площадь.

По той же необъяснимой логике здесь в добровольно-принудительном порядке собрали работников администрации, учащихся младших классов всех городских школ и всех представителей культуры. А чтобы народ не заскучал до начала, ему вручили шарик (детям), флажок (работникам культуры) и стаканчик с кофе (административным работникам).

В результате дети колошматили друг друга шариками и восторженно орали, когда тот с громким «бах!» лопался. Культурные работники с завистью косились на стаканчики в руках представителей администрации, а те в свою очередь с тоской всматривались в черную гущу, в надежде узреть в осевших на стенках крошках долгожданное слово «ОТПУСК».

Пафосно покинув карету, я обвела заполненную людьми площадь придирчивым взглядом и предвкушающе улыбнулась. Мужчины выстроились за моей спиной, изображая не то угрюмых телохранителей ведьмы, не то грозный конвой.

Из разномастной толпы, как лис из кустов, выскочил еще один стражник.

– Господин Чейз, принц Каллиан уже подъехал через западные ворота и вместе с мэром ожидает начала за помостом, – отрапортовал он, преданно глядя в лицо блондина.

– Отлично, – кивнул тот. – Не расслабляемся. До начала осталось десять минут.

– Дарен! – окликнула стражника симпатичная девушка.

Блондин повернул голову в ее сторону и скомандовал своим:

– Феликс, отведи госпожу Россе к остальным гостям.

– Слушаюсь! – с готовностью кивнул брюнет, что ехал с нами в карете. – Идемте, госпожа ведьма.

Я кивнула и даже развернулась, чтобы последовать за своим провожатым, но не утерпела и бросила взгляд назад. Дарен Чейз шагнул к девушке и мягко сжал ее крохотные нежные ладошки в своих руках.

– Беати, я на работе.

– Да-да, я знаю, – засмущалась та. – Просто подошла поздороваться.

Снедаемая любопытством, я толкнула брюнета в бок и махнула рукой на парочку:

– Сестра?

– Невеста, – тоном «да помянем же парня» сказал брюнет. – Идемте, госпожа Россе. Нам вот туда, за помост.

Выбросив воркующую за спиной парочку из головы, я последовала за Феликсом. Шла, беспечно крутила головой, разглядывая горожан, узнавая клиентов и тихо радуясь решению проветриться, когда неожиданно кончики пальцев кольнуло от магии.

– Что за?..

Нахмурившись, я торопливо крутанулась на месте, стараясь уловить мощный источник силы. Остановилась и медленно подняла голову вверх.

– Да твою же... – ругнулась я и кинулась сквозь плотную толпу.

– Госпожа Россе, куда вы?! – растерянно крикнул мой провожатый, но я только сердито дернула плечом.

Протолкавшись вперед, я взбежала по ступенькам на помост, выскочила на середину, где стояли усилители голоса, и дернула один из них к себе.

– Эй, ты! Да, ты, я к тебе обращаюсь! – крикнула я и воинственно погрозила облаку пальцем. – Прекращай это немедленно. Слышишь?

Народ на площади смолк. Народ обернулся и пристально уставился на городскую сумасшедшую... Ой, простите, на алую ведьму, которая... Которая орала на облако?

Не успела я для пущей убедительности погрозить ему кулаком, как за моим плечом возник злой, как тысяча демонов, Дарен Чейз.

– Миранда, что, вас демоны дери, вы творите? – прошипел он, и этим ледяным тоном можно было морозить лед для коктейлей.

– Вашу работу! – огрызнулась я.

– Немедленно прекратите этот спектакль, иначе я буду вынужден...

Что там будет вынужден сделать Дарен Чейз и какими смехотворными карами попытается устрашить алую ведьму, так и осталось тайной.

Облако прибавило скорость. Тот, кто за ним прятался, понял, что я его обнаружила, и с диким ревом бросился вперед.

– ДРАКОН!!! – заорал кто-то самый глазастый, и толпа на площади ударилась в незапланированную программой мероприятия панику.

Глава 5,

в которой ведьма бросается в погоню

А ведь все с самого начала пошло не так.

Во-первых, Арчи без видимых на то причин пришла идея отрезать меня от большей части базовых способностей и непременно влюбить.

Во-вторых, нет ничего хуже, чем незапланированный подъем. В особенности когда трое стражников будят тебя ради сомнительной чести составить компанию наследному принцу на невнятном городском событии.

В-третьих, по закону подлости даже давным-давно вымершие драконы готовы воскреснуть, чтобы сожрать ни в чем не повинную ведьму, дабы окончательно и бесповоротно испоганить этот нелегкий день.

Я ничего не забыла?

– Миранда! В сторону! – заорало его высочество принц Каллиан, зачем-то выбегая на помост.

Дарен орать не стал. Он молча повалил меня на доски и брутально прижал своим телом, защищая от летящего монстра из легенд и сказок.

Вопили впечатлительные дамочки. Дети радостно галдели и тыкали в дракона пальцами. Бегала и суетилась стража, пытаясь навести порядок и поднять на ноги тех, кто упал. Дарен жарко сопел мне в шею.

Кончики пальцев вновь закололо от магии, и я слегка вывернулась под господином Чейзом, чтобы видеть происходящее.

Дракон неумолимо приближался, накрывая своей тенью половину площади и повергая в трепет всех. Всех, кроме принца Каллиана.

И вот всегда подозревала, что на детях монархов природа берет перерыв, а сегодня полностью в этом убедилась.

Оттолкнув Феликса, который попытался повторить маневр Дарена, то есть повалить его высочество и укрыть своим телом, принц бросился вперед и с воплем:

– Я здесь! Сюда!!! – раскинул руки в стороны.

– Ой, дура-а-а-ак... – протянула я.

– Ур-р-р!!! – одобрительно прорычало вымершее чудовище и с утробным ревом бросилось к добровольной жертве, приветственно распахнувшей свои объятия.

Дарен тихо ругнулся, подскочил и со всех ног помчался к принцу. Дракон, естественно, успел первым. Мощные лапы подхватили Каллиана и оторвали от помоста. Все, что успевал сделать Дарен Чейз, – это поступить глупо.

Собственно, это он и сделал.

Разбежавшись, блондин по-кошачьи высоко прыгнул вверх, схватил одной рукой ногу принца, другой – пояс на талии, и уверенно подтянулся.

– Гр-р! – рычал недовольный дракон, взлетая чуть выше, чтобы не задеть брюхом крыши домов.

– А-а-а!!! – вопила жертва похищения.

– О-о-о... – в едином порыве выдохнула потрясенная случившимся толпа.

Торопливо приподнявшись на руках, я села и проводила взглядом удирающего дракона с законной добычей в когтях. Нахмурилась. Посмотрела на кончики пальцев.

Что это вообще было?

Если верить книгам, оставшимся от тех смутных времен, когда светлый и темный ковены были врагами, последних двух драконов добили во времена магической войны.

Арчи, правда, уверял, что одна из его хозяек, которая владела алым гримуаром еще до моего рождения, нашла в горах драконицу. Но та была настолько старой и дряхлой, что уже не могла участвовать в битвах, и потому ее оставили доживать свое последнее десятилетие.

Но суть не в этом. Суть в том, что драконы не имели магических навыков, а этот колдовал так мощно и лихо, словно с пеленок изучал колдовские книги.

– Госпожа ведьма! Что же вы стоите... то есть сидите! – возмутился подбежавший Феликс.

– А что мне еще делать? – искренне удивилась я, поворачивая к нему голову.

– Ну так спасать!

– Кого спасать? Дракона? – Моему возмущению не было предела. – Так он же сам виноват. В следующий раз трижды подумает, кого воровать.

– Да при чем здесь дракон! – на меня уже откровенно орали. – Принца! Принца спасать надо!

Я сложила руки на груди и пожала плечами:

– Вам надо, вы и спасайте.

И ведь ничего ж такого не сказала. Все строго по факту!

У принца была своя личная охрана, которая сейчас частично паниковала, частично летела вместе с ним в логово к дракону. И алая ведьма в ее состав не входила. Да я вообще сюда на праздник пришла!

Но на меня глянули так, словно я во всеуслышание агитировала дракона пустить принца на фарш. Тыкала в картинки с рецептами котлеток и вообще всячески подзуживала хищника отведать королевской вырезки и поковырять в зубах короной.

– Нет, ну а что вы хотите?! – сказала я, поднимаясь на ноги и наступая на Феликса. – Чтобы я за бесплатно, так сказать, по зову души, летела демоны знает куда спасать этого недотепу?

Брюнет на миг растерялся. Его глазки забегали из стороны в сторону. Мозг лихорадочно соображал, подыскивая аргумент убедительнее. Но первым ключик к сговорчивости подобрал господин мэр.

– Сто золотых, госпожа ведьма! – выкрикнул мужчина, выскакивая на помост. – Город заплатит сто золотых за спасение принца.

Толпа, которой обещали скучное официальное сборище, а вместо этого зарядили адреналином от появления на площади дракона и неожиданным похищением, азартно подалась вперед.

– Дам сто пятьдесят и золотое колье, если после своего спасения принц сперва залетит ко мне на поздний завтрак! – выкрикнула из толпы богато разодетая дама.

На нее удивленно покосились.

– Что? – немного агрессивно уточнила дама и решительно подбоченилась. – Может, это мой единственный шанс удачно выйти замуж.

Хм... а вот такой подход к делу мне по душе.

Коварно улыбнувшись, я обвела людей на площади оценивающим взглядом и в лучших традициях ведущих аукционов воскликнула:

– Сто пятьдесят и золотое колье за жизнь принца и поздний завтрак. Кто даст больше?!

В воздух поднялась еще одна холеная ручка богатой дамы.

– Двести золотых и пожизненное обслуживание в салоне красоты «Бигудюленька»...

– Двести двадцать золотых! – перебила щедрое предложение дочка мэра, отчего он сам схватился за сердце и выразительно побледнел.

– Триста!!! – крикнул бородатый мужик.

Толпа в изумленном порыве развернулась к нему. Я тоже заинтересованно глянула и не удержалась от уточнения:

– А вы принца для дочери или для себя покупа... то есть спасаете?

Мужик не сразу понял, почему на него так выразительно смотрят и на что, собственно, намекаю я, зато потом...

– Да вы чего?! – возмущенно выкрикнул раскрасневшийся от переживаний мужичок. – Да как вы вообще подумать могли?! Я крупный торговец и монополист, мне принц для дела нужен. О процентах и пошлинах на ввоз поговорить!

– Да-да, конечно-конечно, – не стала настаивать я и вновь обратила алчный взгляд на азартную толпу. – Последняя ставка – триста золотых от замечательного торговца и смелого монополиста. Кто-то предложит больше?

– Триста пять золотых! – подняла ставку хозяйка «Бигудюленьки».

– Триста пять! – радостно подхватила я. – Ну же, господа и дамы! Не стесняйтесь, жизнь принца в ваших руках! Кто предложит больше?!

– Дарен! – Отчаянный вопль невесты блондинчика заставил меня оторваться от увлекательных торгов и глянуть в сторону улетающего в закат дракона.

Вот всегда подозревала, что Каллиан тот еще скользкий гад, иначе почему еще Дарен Чейз не удержался на талии принца и сорвался вниз.

«Да что ж такое!» – успела подумать я, а в следующий миг уже прыгнула на метлу и рванула на помощь блондину.

И ведь сразу было ясно: не успею. Чего я понеслась сломя голову? Да еще и за бесплатно?!

Видимо, сработал инстинкт.

Еще бы понять который.

Жаба рыдала и требовала вернуться на площадь за гонораром. Жажда подвига кричала, что нам пока рано рисковать собой ради двух нудных абзацев в учебниках по истории. Оптимизм был в корне со всеми не согласен и просто радовался возможности оторваться на полную.

Выжав из метлы максимум скорости, я вскинула руку с перстнем. Кольцо на пальце нагрелось и выплюнуло с десяток алых искр. Магические огоньки легко обогнали даже мою мегабыструю метлу и облепили падающее тело Дарена Чейза, тем самым немного замедлив неумолимое падение стража.

Блондин воспользовался этим мигом, чтобы извернуться и ухватить рукой едва заметный выступ балкона. С грацией и легкостью воздушного гимнаста Дарен оттолкнулся ногами от стены и красивой ласточкой перелетел на соседнюю крышу.

– Во дает!.. – искренне восхитилась я возможностям стражника.

А ведь с виду и не скажешь.

Пока я искренне завидовала и ломала голову над тем, что еще полезного было в учебной программе личной стражи его высочества, Дарен Чейз перекатился по крыше, гася энергию движения. Стремительно вскочил на ноги. Глянул вслед неумолимо удаляющемуся дракону с принцем в когтях. Сердито дернул правым плечом и... помчался следом.

Да-да, вот так просто взял и продолжил преследование дракона на своих двоих, словно все детство развлекался тем, что бегал по крышам наперегонки с кошками. Даже не знаю, чему восхищаться больше – умению не сдаваться до конца или удивительному бесстрашию.

Легко нагнав бегущего блондина, я поравнялась и крикнула:

– Эй, страж!

В моих планах было вразумить бедолагу. Сказать, что таким макаром он дракона не догонит, а вот шею себе точно свернет. Напомнить, что впереди еще пять, ну, может, шесть улиц, а дальше частный сектор... поля... леса... И вообще его там на площади невеста ждет, а меня финальная ставка на аукционе по спасению жизни принца, но...

Но Дарен Чейз, как истинный мужчина, решил все по-своему.

Вильнув в сторону, этот самоубийца разбежался и прыгнул с крыши. Прямо за спину мне и прыгнул!

Пискнув от неожиданности, я выпустила черенок метлы, отчего ту слегка занесло. За спиной тихо ругнулся господин Чейз, схватил меня за талию одной рукой и крепко прижал к своей широкой груди, а другой перехватил отполированный сотнями прикосновений черенок и выровнял наше транспортное средство.

– За ними! Вперед! – скомандовал Дарен, указывая на стремительно уменьшающийся силуэт дракона, и метла сорвалась с места, словно послушная приказу лошадь.

Я тихим испуганным мышонком сидела в крепком захвате постороннего мужчины, слышала стук его бешено колотящегося сердца, охваченного азартом погони, и тихо офигевала.

Меня что... только что тоже похитили?

Меня? Алую ведьму?!

Абсурд какой-то!

Глава 6,

в которой ведьма дает жару

Моя основная проблема заключалась в том, что родители погибли, когда я была еще совсем крошкой. От потрясения во мне открылся огненный дар, и число желающих взять на попечение взрывоопасную девятилетку значительно подсократилось.

Первые несколько лет меня опекала то одна, то другая тетушка со стороны отца. Жила я с каждой до первого крупного поджога или неудачной шалости. Хотя, по сути, одно всегда сопровождало другое...

Тетки хватались за головы, плакались друг другу, но упорно продолжали со мной возиться. Ровно до тех пор, пока все страховые компании столицы не отказались работать с семьей Россе, соседи устроили забастовку, а мэр вообще предложил нам перебраться куда-нибудь в пригород, желательно в очень и очень далекий пригород.

Я была категорически против нашего добровольно-принудительного выселения и, не придумав ничего более интересного, пришла в темный ковен, где показала стихийный характер.

Ушла я из него со скандалом и алым гримуаром в руках.

С этого момента гримуАРЧИк стал моим наставником. Он любил меня (по-своему), обучал магическим премудростям (в своей незабываемой манере) и делился знаниями (когда сам считал это нужным).

Арчи хороший (в особенности когда не блокирует мои базовые способности ведьмы). Но все-таки он книга. Пусть и волшебная. А книги не могут научить всему.

Например, не дадут нужных инструкций на тему того, что делать приличной ведьме, если ее в личных целях похитил королевский стражник?

И это вообще нормально, что мне до мурашек нравится, как он властно распоряжается моей метлой?.. Прижимает к своей груди... Волнует своей близостью...

Так, Миранда!

Возьми себя в руки.

Немедленно.

Опомнившись, я дернулась, перехватила у Дарена управление метлой и заставила ее вильнуть в сторону.

– В чем дело?

А дело в том, что мне в голову лезут дурацкие мысли. Но вслух я этого естественно не сказала.

– Я не собираюсь спасать принца за бесплатно.

И все ведь правильно сказала, но блондинчик возмутился:

– Миранда, сейчас не время думать о золотых!

Не знаю уж, на что там надеялся Дарен, но пристыдить ведьму еще не удалось ни одному моралисту и храмовнику. Вот и блондинчик не стал исключением из правил.

– Слезай, – приказала я, опускаясь на крышу ближайшего и последнего высокого дома этой части города.

– Ты серьезно?

– Как никогда!

– Вот ведь... упрямая ведьма, – ругнулся Дарен и расцепил руки.

Едва он отлип от моей спины и спрыгнул на крышу, я задвинула ненужные переживания на задний фон, тоже спрыгнула и оценивающе глянула в сторону удирающего с добычей дракона.

– На вот, подержи, – вручила я Дарену метлу, стянула с руки магический перстень и сунула его в один из многочисленных кармашков платья.

Игнорируя мрачный взгляд блондина, прожигающий мне спину, деловито прошлась вдоль водосточного желоба, выбирая безопасное местечко. Остановилась. Недовольно цокнула языком. Скомандовала:

– Эй, стражник. Отойди на четыре шага.

– Что ты задумала? – почуял неладное Чейз.

– Ничего такого, – соврала я, разминая кисти рук и радостно улыбаясь.

Одной похожей улыбки обычно хватало, чтобы близко знакомые с алой ведьмой люди разбегались в стороны. Тетки с воплями «Она опять собралась что-то поджечь!» прятались в огнеупорном подвале, представители темного ковена поднимали щиты, светлого – поминали светлых богов.

Увы, но блондинчик то ли не внял голосу разума, то ли отбил инстинкт самосохранения на тренировках, то ли оказался чересчур самоуверен, но внять дельному совету и отойти не пожелал. Наоборот, прислонил метлу к ближайшему дымоходу и подошел ближе.

Короче, сам виноват!

Щелкнув пальцами, я вытащила из секретных кармашков платья две горсти порошка и спохватилась.

– Эй, Чейз!

– Что? – мгновенно откликнулся тот из-за спины.

– Ты, случайно, не в курсе, Каллиан еще носит мой подарок?

– Кольцо с красным камнем?

– Оно самое, – кивнула я и чуть повернула голову, чтобы видеть лицо стража.

Дарен встретился со мной взглядом. При этом смотрел так, словно планировал поделиться самым важным секретом своей жизни и терзался в сомнениях – а достойна ли алая ведьма узнать этот великий секрет?

– Так носит или нет? – поторопила я с принятием решения, ибо громадная туша дракона удалялась все дальше и дальше с каждой его секундой промедления.

Чейз сглотнул, нахмурился и тихо сказал:

– Принц с ним не расстается.

– Вот и чудненько! – Я отвернулась и быстро потерла ладони друг от друга. – Значит, слегка поджарится, но не сгорит...

– Что?! – мигом всполошился Дарен.

– Стой где стоишь, Чейз! – предупредила я и высоко вверх подкинула зажатые в ладонях горсти.

Безобидные крупинки взлетели в воздух. Столкнулись друг с другом, как светлый и темный ковены во времена последней магической, и породили незабываемую в народе реакцию.

Бахнуло. Сверкнуло. Ласково обожгло теплом.

Дарен ругнулся и отбежал назад, закрывая обожженное лицо руками.

А ведь я говорила: сделай четыре гребаных шага. Но нет! И почему никто не хочет слушать инструкции по технике безопасности?

Поймав энергию взрыва, я подчинила себе огненную стихию и бросила вперед, заставив помчаться следом за драконом. А тот словно бы почуял неладное! Ускорился, запаниковал. Его хвост и голова дернулись в разные стороны, словно поссорившиеся супруги.

– Странно... – задумчиво протянула я, наблюдая за испуганными метаниями крылатой ящерицы.

По рассказам Арчи, драконы вышли из пламени первой алой ведьмы, и раньше такие, как я, занимались приручением и воспитанием крылатых тварей. Драконы были частью моей родной стихии и, по логике, не должны так паниковать.

Если только...

Огненная волна достигла цели, но вместо того, чтобы заключить огромное тело в мягкие объятия и подчинить моей воле, дракон взвыл дурным голосом и распался на кусочки.

Иллюзия лопнула. Вниз полетели куски полыхающих одеял, которые поспешно бросали вопящие гарпии.

– А-а-а!!! – голосил зажатый двумя гарпиями Каллиан, потешно дрыгая ногами в воздухе.

Мое колечко уберегло от ожогов тело принца. Но не одежду.

Под вопли гарпий и завывания самого наследника королевских кровей его красивые черные ботинки, а после и брюки начали тлеть и осыпаться на встречном ветру лоскутами пепла, открывая все больше и больше монаршего тела для взглядов.

– Фу, блин! – скривилась я при виде удаляющейся голой задницы его высочества и позвала: – Эй, Чейз...

Но закончить фразу не успела.

Волна мощнейшего отката от разрушенного светлого заклинания маскировки достигла места, где мы стояли. Силы было так много, что я не выдержала этого натиска и упала на спину. Меня протащило через всю крышу, скинуло вниз. И быть алой ведьме лишь кляксой на мостовой, но Дарен Чейз не дал окончить мою бурную биографию нелепой фразой «по дурости упала и разбилась».

Дернувшись вперед, страж перегнулся через край и в последний момент успел схватить меня за руку.

– Держу, – пропыхтел он и скомандовал: – Подтягивайся.

Подтягивайся? Ха!

Да единственное, что подтягивали мои руки, – это резинки на чулках.

Я пыхтела, цеплялась за руку спасателя, царапая ладони о какое-то украшение. Пыжилась, толкала ногами стену, но подтянуть удалось разве что только самого блондина. И то к краю.

– И не надо на меня так сердито пыхтеть, – ворчала в процессе. – Я ведьма, мне физические нормативы не сдавать...

– Ага, – терпеливо поддакивал страж.

– Я ни в коем случае не оправдываюсь, просто нас такому не учили...

– Охотно верю.

– ...и вообще, – потеряла я всякую надежду выкарабкаться самостоятельно и потому обнаглела, – ты меня собираешься спасать?

Дарен Чейз прикрыл глаза, отчего его покрасневшее от ожога лицо стало еще более печальным. Коротко ругнулся и, кажется, мысленно проклял свой геройский порыв.

– На счет «три», – предупредил он, мягко раскачивая меня, и резко скомандовал: – Три!

Нет, ну вот кто так делает?! Я же не успела морально подготовить себя. Собраться с духом. В конце концов, как следует попаниковать напоследок.

Меня дернули вверх и коварно выпустили. Обмирая от ужаса, я почувствовала, что вишу в воздухе, сделала судорожное движение руками, видимо пытаясь ухватиться за само пространство. Еще успела подумать о том, какой этот Дарен Чейз ужасный... мерзкий... отвратительный... А в следующий миг сильные руки стража как-то хитро перехватили меня в полете и по пояс втянули на крышу.

Бодренько работая руками и ногами, я довершила дело, отползла как можно дальше от края и упала на спину.

– Спасибо, – сказала я, дрожащими руками ощупывая себя.

– Не стоит. Будем считать, что мы квиты. Ты спасла меня, я отплатил взаимностью... – равнодушно бросил Чейз, задумчиво глядя в сторону улепетывающей стаи с полуголым принцем. – Значит, гарпии... Но зачем?

Я-то как раз была в курсе этого сакраментального вопроса, но решила попридержать столь ценную информацию. Действительно, зачем открывать ее даром, если можно вернуться на площадь, провести еще один аукцион и только тогда, когда в моих руках окажется мешочек с наличностью, сдать коварный план гарпий. А пока...

Пусть наш голозадый принц веселится в компании крылатых вредителей Доротивилля!

Поднявшись, я деловито вернула на магический палец перстень, оседлала метлу и миролюбиво предложила:

– Подкинуть тебя до площади?

– Не беспокойся. Я сам, – отрицательно дернул головой страж, разбежался и прыгнул вниз.

Охнув от неожиданности, я подлетела к краю и глянула вслед этому недоделанному акробату. Дарен Чейз с легкостью кошки прошелся по узкому откосу дома, перепрыгнул на балкон соседнего. С него перебрался на пожарную лестницу и, проигнорировав ступеньки, заскользил вниз.

«Псих», – подумала я с восторгом.

Глава 7,

в которой ведьма прячется от настойчивых клиентов

Напевая себе под нос популярную песенку, я вернулась на площадь. Быстро организовала кружок заинтересованных и озолотилась с информации о том, кто же в действительности похитил принца.

Мэр при упоминании гарпий схватился за сердце и побежал писать весточку коллеге из Доротивилля. Бородатый монополист расстроенно махнул рукой и вместе с приличной частью мужской компании отправился в ближайшее питейное заведение.

Круг слушателей сократился до одиноких дам и стал плотнее.

– Госпожа ведьма, а можно еще разочек, – настойчиво просила хозяйка салона «Бигудюленька», протягивая золотой. – Просто хотелось бы... немного подробностей!

– Да, конечно, – наивно согласилась я, и следующие двадцать минут мы говорили о принцевом достоинстве.

О голой заднице на фоне голубого неба. Упругой, крепкой, мускулистой... Да я все извилины сломала, подбирая эпитеты! А заинтересованные дамы взволнованно краснели, жеманно хихикали и все подсовывали и подсовывали мне золотые.

От отчаяния я даже «припомнила» темную родинку на правом полупопии, крохотный шрам и даже царапину! На что только не пойдет заинтересованная в наличности ведьма с заблокированными способностями.

– О-о-о... – дружно протянули дамы, когда я «вспомнила» про родимое пятнышко в форме сердечка и блаженно заулыбалась.

После этого я поняла, что пора сворачиваться. Поспешно распрощалась с высшим обществом, помахала напарнику Дарена Чейза, который с отсутствующим выражением на лице крутил в руках оброненный кем-то флажок, и полетела домой. Там меня уже нетерпеливо дожидался Арчи, которому пришлось еще раз на бис пересказать подробности.

Гримуар шелестел страничками, размахивал закладкой и периодически вспыхивал от приступа смеха. Но дурацкое «для активации заклинания необходимо, чтобы ведьма была влюблена» не отменил и опять закрылся в нижнем ящике прикроватной тумбы.

– Да что же ты задумал... – подозрительно протянула я и пошла переодеваться.

Ночь прошла без происшествий, а утром ко мне заявилась первая клиентка.

– Госпожа ведьма! Откройте, ну откройте же! Мне срочно нужно кое-что купить у вас, – раздражающим дятлом долбилась она в дверь до тех пор, пока я не спустилась и не спустила на нее всех собак.

С четкой артикуляцией и угрозой в глазах я посоветовала настырной клиентке выучить буквы или сбегать за образованным человеком, который поможет ей вместить в свое маленькое и хрупкое сознание смысл фразы «ушла в отпуск».

Клиентка обиделась и ушла.

– Ну что за народ пошел! – возмутилась я, захлопывая дверь и проходя на кухню. – Спрашивается, вот для кого я табличку «закрыто» на дверь повесила? Для кого трижды подчеркнула, что ушла в отпуск? Единственный за три года работы, между прочим! Для кого все это вот, а?

Магический перстень на моем пальце согласно нагрелся, готовый выпустить парочку воспитательных искр по каждому, кто заявится на порог лавки и отвлечет меня от законного отдыха. Арчи согласно трепыхнул страничками и с видом дракона в сокровищнице продолжил валяться в горе вчерашних заработанных золотых.

Я же прошлась по кухне, оценила пустые недра холодильного шкафа и поняла, что даже больше возвращения магии хочу свежий, еще теплый багет с хрустящей корочкой...

– Арчи, – крикнула гримуару, – я в лавку!

Тот лишь вяло махнул атласной закладкой, отпуская свою ведьму на все четыре стороны, и продолжил нежиться в наличности.

Погода на улице была прекрасная. Из той редкой поры, когда тепло, солнечно и ноги сами идут дальше. В итоге я дошла до самой дальней лавки, куда обычно было лень топать. В процессе нагуляла аппетит и одним только хлебушком решила не ограничиваться. Прикупила большой кусок буженины, конфет к чаю и четвертинку сыра. Пару минут постояла возле витрины готовых платьев, оценивая, как на мне будет смотреться вот то алое платье с приспущенными бретельками, и решительно повернула к дому.

У меня же весь день свободен!

Так что сперва плотный завтрак, потом радостный забег по магазинам и обед в каком-нибудь приличном местечке с хорошей кухней, а вечером без спешки наведу порядок на полках с зельями. Да, и еще надо купить той пузырящейся соли для ванны и в кои-то веки полежать в ней столько, сколько хочется...

Темные боги, и почему Арчи не заблокировал мои способности раньше?!

В самом распрекрасном настроении я свернула на свою улицу и споткнулась от неожиданности.

– Безобразие!

– Да, да! Так себя даже ведьмам не позволено вести.

Удивленная шумом, я осторожно выглянула из-за угла дома. Попыталась оценить обстановку, но оценила только толпу возмущенных девиц всех возрастов, заступившую вход в мою лавку.

– Это ужасно! – особенно громко бесновалась худая женщина в модном платье цвета зимней стужи. – Где демоны носят эту алую ведьму?

– Я буду жаловаться в темный ковен, – вторила ее писклявому голоску госпожа Шива, которая, видимо, так и не смогла смириться с тем, что не догнала карету со мной.

– Да, да! И мы, мы тоже будем жаловаться. Составим коллективное письмо, – активно поддержали ее остальные.

М-да.

Сходила, называется, за хлебушком...

– И я! – возопила скрюченная бабка с иссохшейся от времени клюкой для опоры. – Я тоже пожалуюсь на ведьму в темный ковен.

На нее с интересом покосились все присутствовавшие у лавки дамочки, а госпожа Шива набралась наглости и уточнила:

– А вам-то алая ведьма что сделала?

Да-да, мне тоже крайне любопытно.

Просто среди своих многочисленных клиентов данной старушенции я не припомню. Что вообще эта доисторическая черепаха с клюкой могла у меня купить? Настойку для ума-разума? Мазь для суставов? Лекарство от жизни?

– Так это... – Старушка шмыгнула носом и подпустила в дребезжащий голосок плаксивые нотки. – Лишила ведьма меня кровиночки, внучка единственного, опоры в старости-и...

ЧЕГО?!

Мои брови сами собой поползли вверх, а перстень нагрелся.

– Прокляла? – деловито уточнила госпожа Шива.

– Приворожила-а... – провыла бабка.

Приворожила?

Да что за бред она несет?!

– К кому приворожила? – крикнули из толпы.

– К знаниям, – буквально выплюнула старушенция, словно само это слово было отравлено и трижды осквернено. – Такой мальчик хороший был... Утром у соседа мешки с мукой разгрузит, побежит на рынок торговать, после обеда примчится, все дела по дому переделает. Я только с кровати поднимусь, а его уже и след простыл. Гляну из оконца, а он на площади лошадей достойным господам чистит... Не мальчик – золото!

Ах вот оно что... Просто я действительно вспомнила этого во всех смыслах «золотого» для бабки мальчика. Он зашел в лавку за моими особыми зельями бодрости, потому что обычные, которые готовили городские лекари и светлые колдуньи типа госпожи Светик, уже давно перестали на него действовать.

И никого я не привораживала. Делать мне, что ли, нечего?!

Просто села и чуток поговорила с задерганным подростком. Ну, может быть, в конце беседы тихонечко прокляла на то, чтобы мальчишка бросил то, что ему не нравится, и занялся тем, что любит.

Так это я по широте огненной натуры. Из чистой ведьминской вредности и собственного спокойствия ради.

– Пришел от ведьмы – и как подменили, – продолжала вещать, точнее вешать доверчивым женщинам лапшу на уши, бабка. – Говорит, все, не буду больше спину гнуть и руки до кровавых мозолей трудить. Хочу я, говорит, учиться пойти. Финансистом буду. – Бабка вскинула руки и трагически провыла: – Загубила ведьма мне пацана-а... Задурила голову-у...

Я не выдержала и тряхнула запястьем. Перстень охотно плюнул в престарелую актрису алой искоркой. Та, невесомой пушинкой пролетела через улицу, шмыгнула сквозь толпу и ужалила обидчицу в переносицу.

Получившая проклятьем по лбу бабка ойкнула и потерла лоб. Нахмурилась недоверчиво, прислушиваясь к внутренним ощущениям, а после обвела притихшую толпу взглядом и мерзко хехекнула.

– Ой, не могу! – выдохнула старушка в лучших традициях главных злодеев из сказки и начала говорить правду и только ее.

Толпу недовольных клиенток обозвали доверчивыми курами, тупыми бабами без цели, а после бабка призналась, что уже несколько дней ходит и жалуется на мерзкую алую ведьму, чтобы срубить с доверчивой публики немного мелочи для «старенькой одинокой бабушки, которая лишилась единственного кормильца».

Довольно улыбнувшись, я оставила толпу «доверчивых» и крайне разъяренных «кур» самостоятельно разбираться с бабкой и вернулась на соседнюю улицу. Обошла соседние дома и свернула в узкий и, что греха таить, заваленный мусором проулок, который выходил аккурат к задней части моего дома.

Увы, но черный ход оказался на стороне госпожи Светик, поэтому единственным способом незаметно пробраться в дом оказалось окно на втором этаже.

– Ну, значит, через окно, – оптимистично сказала я, припомнив вчерашние выкрутасы Дарена Чейза.

В конце концов, если мог обычный стражник, то мне, дипломированной ведьме, вообще грех трусить. Тем более тут невысоко. Справлюсь!

В общем, я повела себя как крайне самоуверенная ведьма, склонная переоценивать собственные физические возможности!

Вы вообще когда-нибудь пробовали штурмовать водосточную трубу в юбке?

Вот и не пробуйте.

Я вся взмокла, трижды наступила и едва не оторвала подол, расцарапала руки и истратила весь словарный запас нецензурной лексики, но таки доползла до второго этажа, где располагалась моя спальня.

Немного поколдовав над шпингалетом с той стороны окна, я шагнула на подоконник и едва не села в шпагат, потому что водосток решил, что с него хватит, и попытался отвалиться в процессе восхождения.

– Ё-о-о!!! – крайне экспрессивно выдала я, а после совершила немыслимый кульбит. Не иначе как чудом вцепилась руками в раму, ласточкой влетела в окно и уже там, на полу собственной спальни, зареклась выходить из дома без метлы или туфелек для мгновенного перемещения.

– М-да... – услышала я крайне неодобрительное. – Впервые вижу, чтобы ведьмы входили в помещение подобным образом.

Вздрогнув от неожиданности, я извернулась, подскочила и задохнулась от возмущения:

– Ты?!

Глава 8,

в которой ведьму ставят перед отсутствием выбора

Я выпрямилась, уперла кулаки в бока и гневно посмотрела на гостя:

– Как ты попал в мой дом?

Тот закатил глаза и мурлыкнул:

– Миранда, ну я же кот!

И сказано это было так, словно дальнейшее не требовало пояснений.

– Действительно... – не удержалась я от капельки сарказма, – чего это я глупости спрашиваю.

Луи-Антуан (именно так просил обращаться к себе Барсик по паспорту) был выкуплен нашей темной канцелярией из секретного архива дружественного королевства и служил на должности смотрителя королевской библиотеки. Кот обладал потрясающей памятью, содержал библиотеку в идеальном порядке, знал восемь языков и зачем-то учил девятый – благозвучное и исключительно нецензурное наречие горного клана троллей.

Короче, кот был хоть куда, и поговаривали, что парочка ведьм, возглавлявших наш ковен, пыталась сманить его на темную сторону, то есть стать фамильяром. Луи-Антуан облизывался на это в высшей степени интересное предложение, но оставался верен пыльным фолиантам.

В котичке было прекрасно все: черная лоснящаяся на свету шубка, умные зеленые глазки, хитрая мордочка, роскошные усы... Все, кроме характера.

Он мог годами выслеживать должников, прикарманивших томик стихов из королевской библиотеки, и страшно мстить за примятый уголок.

Собственно, вот так мы и познакомились. Я, скажем так, незаконно уволокла один увлекательный роман со стеллажа королевы, а Луи-Антуан пришел его возвращать. Мы слегка повздорили, кот разбил парочку зелий, я пообещала оттаскать его за шкирку, в результате выпили валерьянки за встречу, после чего хвостатый признался мне в страшном секрете, а я поклялась его покрывать!

Сложив на груди руки, я глянула на подозрительно хитрую моську хвостатого.

– Какими судьбами, Луи-Антуан?

Котичка мурлыкнул, сверкнул глазами, важно прошелся по моей кровати, сел на ее уголок и обвил хвостиком лапки.

– Да так... Бежал мимо, увидел толпу перед твоей лавкой, подумал, что ты в кои-то веки решила порадовать клиентов и устроить распродажу. Решил заглянуть на огонек!

– Ты мне зубки не заговаривай, – не поверила я ни единой букве в этом откровении и угадала.

Кот встал на задние лапы, протянул передние ко мне и жалобно взвыл:

– Миранда, ты должна мне помочь!

– Если та чудесная кошечка, о которой ты говорил в прошлый раз, принесла тебе котят, то просто будь мужчиной и...

– Да при чем тут котята! – нервно перебил меня Луи-Антуан.

Библиотекарь зубами стащил с правой лапы вязаный носочек и продемонстрировал мне – о ужас! – несколько белых волосков.

– Смотри! Краска начала смываться...

Я послушно глянула на три ужасно белых волоска в идеально черной шкурке. Неодобрительно поцокала языком. Посмотрела в зеленые очи котика.

– Нет, ну чего ты хотел? – пожала я плечами. – С годами седина появляется у всех.

– У всех?! – на грани истерики выпалил библиотекарь и схватился за голову. – Миранда, я черный кот! Черный, слышишь? Я твое проклятье на неудачу, перебежавшее дорогу. Тень в ночи. Мистика и загадка! Я не могу белеть, даже от старости. Спасай, Миранда! Продай мне еще разок ту чудесную краску для волос.

Тяжело вздохнув, я отошла от открытого окна, наклонилась и вытащила из ящика прикроватной тумбочки заспанный алый гримуар.

– Прости, котичка, но ничем пока помочь не могу. Вот. – Я открыла книгу и положила перед Луи-Антуаном. – Сам посмотри.

Кот склонил голову и с интересом пробежался по строчкам:

– Рецепт зелья мудрости... Ингредиенты... Способ приготовления...

– Читай сразу сноску внизу страницы, – посоветовала я. – Ту, что мелким шрифтом.

– «Для активации заклинания необходимо, чтобы ведьма была влюблена», – зачитал Луи-Антуан и поднял морду. – Не понял, это что такое?

– Арчи заблокировал мои базовые способности ведьмы. И до тех пор, пока я не влюблюсь, никакой суперстойкой краски для волос, увы, не получится, – развела я руками, а алый гримуар вспыхнул и поспешно скрылся.

– Знаешь... – в задумчивости протянул кот, лапкой разгоняя легкий дымок. – А я, кажется, уже встречался с...

Но не успел кот договорить, а я обрадоваться новой информации, как на улице кто-то негромко вскрикнул от ужаса, и перед окном завис болтающийся на веревке Феликс, тот самый брюнет, что сопровождал Дарена, чтоб его, Чейза.

Цепляясь за веревку, которой он был обвязан крест-накрест, бледный от ужаса страж нашел в себе силу отцепить одну руку, наставить на меня дрожащий указательный палец и громко выпалить:

– Миранда Россе, именем его высочества немедленно откройте.

А дальше веревка, по которой спустился страж, начала медленно раскручивать его тело. Сперва развернула боком, отчего перст перестал указывать на меня и теперь обвинительно тыкал в шпиль городской ратуши.

– Радость моя, – тихо шепнул кот, когда неумолимая сила вращения развернула стражника к нам спиной, – ты что опять натворила?

Хотела бы я и сама знать!

Выгнув шею под неестественным углом, Феликс изобразил смущенную улыбку и придушенно выдавил:

– Помогите.

Мы отреагировали мгновенно. Луи-Антуан показал лапки, а я – свой фирменный оскал. Немного подумала и до кучи скрестила руки на груди, всем видом демонстрируя, что «спасение горе-альпинистов – дело рук самих альпинистов».

Осознав, что помощи от нас ждать бессмысленно, страж задрал голову и тоскующим призраком провыл:

– Дарен!

За окном раздалось едва уловимое шуршание. Трагически осыпалась часть побелки, которой в прошлом году пыталась облагородить наш дом городская управа, и на подоконник ловко спрыгнул Дарен Чейз собственной незабываемой персоной.

– Вот, – пихнул меня в бок библиотекарь, – смотри и учись, как надо правильно штурмовать подоконники.

Но я была плохой ведьмочкой, которая обожала прогуливать занятия, поэтому учиться не захотела. Вместо этого ехидно уточнила:

– Какие люди! И чем же доблестную стражу не устроил парадный вход?

Дарен повернулся, важно кивнул коту, посмотрел на меня и напомнил:

– Там очередь из недовольных клиентов.

– И эти женщины не знают пощады, – добавил Феликс и смешно дрыгнул ногой.

Воображение тотчас нарисовало позитивную картинку того, как два молодых и симпатичных стража пытаются миновать плотное кольцо оцепления.

«Да нам только спросить», – дружелюбно улыбается брюнет, делает еще шаг и налетает на госпожу Шиву, заступившую дорогу.

«Мама...» – испуганно шепчет Феликс, вспомнив пинок, отвешенный карете.

«Здравствуй, зятек», – радуется почтенная мать семейства, выхватывает из кармана веревку и под одобрительные крики толпы начинает вязать потенциального жениха прямо на месте.

«Не бойся, друг, я спасу тебя!» – кричит воображаемый Дарен Чейз, каким-то неведомым мне чудом взбираясь на козырек крыши и героически втягивая напарника следом.

«НЕТ!!!» – негодует воображаемая госпожа Шива, падает на колени и зачем-то разрывает на груди ворот платья. Платья в бело-синюю полоску...

– Миранда, вы вообще слышали, что я только что сказал?

– А?

Резко вынырнув из собственных фантазий, я моргнула и вопросительно посмотрела в холодные синие глаза блондина.

И когда он только успел подойти так близко?

Даже больше!

Судя по тому, что его приятель уже топчет своими грязными сапогами мой любимый ковер, Дарен успел по пояс высунуться из окна, поймать и притянуть веревку, а после втащить своего приятеля в комнату и подойти ко мне.

– Я слегка отвлеклась, обдумывая, чем бы этаким и жутко забористым вас обоих проклясть, поэтому пропустила твое в высшей степени неинтересное предложение, Чейз. Так что можешь не тратить наше общее время и просто...

– Миранда Россе, – перебил Чейз, так и не дав мне окончить фразу с вежливыми пожеланиями проваливать и больше не возвращаться. – Я прошу вас отправиться вместе с нами, чтобы спасти и вернуть принца Каллиана из цепких лап гарпий.

Целую секунду я переваривала его воистину удивительное предложение, а после громко и выразительно рассмеялась.

Нет, ну это же надо такое придумать?! Чтобы я, алая ведьма, помчалась кого-то спасать? Да еще принца? Да еще за бесплатно?

Да за кого он меня держит? За наивную светлую колдунью с башкой, ушибленной альтруизмом?

Дарен хмуро наблюдал за тем, как я от души веселюсь и в прямом смысле высмеиваю его абсурдное предложение. Вздохнул. Сунул руку в карман. Вытащил бумагу.

– В качестве оплаты за помощь вы получите одно полное королевское помилование на любую ведьминскую шалость.

Смех резко оборвался.

Я с нескрываемым удивлением и восторгом смотрела на стража.

Да уж! Этот парень умеет заходить с козырей.

Глава 9,

в которой ведьма спешит на помощь

Выхватив у стража бумагу, я вчиталась в официальные строчки. Любопытный Луи-Антуан, ловко цепляясь коготками за одежду, взбежал на мое плечо и тоже начал читать. Вспыхнул портал, из которого выпал Арчи и занял другое плечо.

Со стороны наша троица, скорее всего, походила на живое воплощение известной картины «Юная дева и два хранителя» с крохотной поправкой: ни кот, ни гримуар не стояли на стороне добра, а я так вообще была ведьмой.

– Мать моя кошка! Глазам не верю, – воскликнул библиотекарь, склоняясь к бумаге так низко, словно хотел не только прочесть, но и понюхать, а после для надежности коготком царапнуть печать. Мало ли что? Сейчас такие качественные подделки попадаются.

Но не успел. Свиток полыхнул защитной магией и оказался в руках Дарена Чейза, который тут же спрятал его во внутреннем кармане. Кот сердито зашипел, Арчи трепыхнул страничками, а я ощутила невероятный душевный подъем и острое желание немедленно мчаться на выручку всяким там коронованным задницам.

– Чего же мы стоим, господа стражи! – воскликнула я, пересаживая Луи-Антуана на стул. – Принц там, а мы все еще тут. Нехорошо получается.

Арчи исчез во вспышке портала, а я заметалась по комнате.

Толкнув ногой пуфик, схватила со стола крохотный расшитый бисером кошелек с мою ладонь. На всякий случай убедилась, что спрятанный в нем портальный карман исправен, а то в прошлый раз заклинание сбойнуло, и вместо продуктов для пикника кошелек подсунул вещи Бастинды. А еще раз краснеть и объясняться перед взрослой ведьмой на тему того, куда делись ее меховые наручники и почему любимая плетка вся в кусочках прилипшей травы, мне ой как не хотелось. И первого раза с лихвой хватило.

Бросив открытый кошелек на кровать, я промчалась через всю комнату и распахнула дверцы шкафа.

– А какой у нас план? – полюбопытствовала я, поспешно хватая накидку и нахлобучивая остроконечную шляпу.

– Миранда, мы не единственный отряд, отправленный на помощь Каллиану, но...

– Мы обязаны добраться до него первыми? – догадалась я.

Дарен молча кивнул, подтвердив мои подозрения, а Феликс удивленно ткнул в сторону кровати:

– Госпожа ведьма, а что он делает?

Мой хозяйственный Арчи с трагическим шелестом страничек «вот забуду, ведь точно что-то забуду» то исчезал, то снова появлялся, чтобы забросить в недра карманного измерения кошелечка аптечку, платья, запас продуктов, березовый веник, три вида купальников... Короче все то, без чего очень страдают путешествующие налегке ведьмы.

– Как что? Вещи собирает... Или вы планировали купить мне все необходимое в дороге? – с алчным восторгом уточнила я.

Мужчины поспешили заверить меня в том, что в таком важном для всего королевства деле не планировали отвлекаться на покупки. И вообще какая я разумная и мудрая женщина, раз решила позаботиться о багаже самостоятельно. То есть, конечно, гримуар... Но я просто ух какая!

– Так что мы будем делать? Как спасать? – вернулась я к насущному вопросу.

Арчи, появившийся в очередной вспышке портала, воинственно потряс закладкой с зажатой в ней баночкой порошка для острого поноса, намекая, что лучше не медлить и сразу вывести всех соперников из игры.

Но стражи нам попались скучные.

До кончиков ногтей правильные.

Никакого огонька.

Прям фу!

– Вы воспользуетесь туфельками для мгновенного перемещения, чтобы отнести нас в Доротивилль. Там мы наймем проводника, который знает, где обитают гарпии. Устроим облаву. Вытащим принца. Домой.

Мысленно забраковав этот скучнейший план, я поспешно выхватила у явно увлекшегося процессом сборки Арчи меховую шапку и шампуры.

– Это лишнее, – объявила я и поспешно захлопнула кошелечек, пока хозяйственный гримуар не впихнул в него вообще все наше годами нажитое имущество.

Сунув ноги в розовые туфельки для мгновенных перемещений, я взяла в одну руку метлу, другой прижала к груди Арчи и торжественно объявила:

– Все. Мы готовы.

Феликс с готовностью раскинул руки, сделал шаг и попытался...

Честно говоря, я так и не поняла, что именно он пытался сделать. Обнять? Залезть сверху? Придушить? Попроситься взять его на ручки?

Отшатнувшись, я с подозрением уточнила:

– Ты что это задумал?

– Цепляюсь? – несколько неуверенно ответил брюнет.

– Не советую, – мурлыкнул Луи-Антуан со стула. – Удержать ведьму во время перехода крайне проблематично. Скорее всего, вас двоих размажет о пространство при первом же шаге Миранды.

– И что нам тогда делать? – нахмурился брюнет.

– Обвяжемся веревкой, – внес дельное предложение Дарен.

Предусмотрительный, гад. Аж бесит!

Судя по взгляду блондинистого стража, я тоже не вызывала у него никаких теплых чувств. Отмерив середину веревки, он обвязал ее вокруг моей талии с таким видом, словно это была петля на шее.

– Ох, что-то я волнуюсь, – сказал Луи-Антуан, дергая хвостом. – Прям на душе кошки скребутся.

– Все будет хорошо, – уверила его я, дождалась, пока стражи привяжут себя за концы веревки, трижды стукнула каблуками друг об друга, представила точку выхода и сделала первый шаг, разрезающий пространство.

Кто ж знал, что котичка накаркает!

– А-а-а!!! – вопил Феликс, отчаянно цепляясь за мое плечо.

Дарен Чейз был выше того, чтобы голосить, но, судя по тому, как крепко его рука сжимала мою талию и грудь прижималась к спине, от перемещения захватывало дух и у него.

Улыбаясь, я внутренне торжествовала. Но недолго.

На втором шаге у меня закончилась магия, и наша троица начала проваливаться в межпространственное нечто.

– Арчи! – зло выкрикнула я, намекая, что воспитательный процесс процессом, а умирать во имя непонятной влюбленности, которую еще предстоит найти, мне ой как не хочется.

Алый гримуар издал нечто похожее на протяжный вздох, и из каблучков туфелек вырвался столп огненных искр. Мысленно возблагодарив его сговорчивость, я сделала последний, третий шаг и вырвалась в реальность.

Нас вышвырнуло на главную площадь Доротивилля, аккурат под окна мэрии. Феликс тут же со стоном осел на слишком чистую брусчатку. Я решительно захотела присоединиться к нему, но была вовремя схвачена и придержана Дареном.

– Ты в порядке?

– Да... – бодро солгала я, с трудом контролируя дрожащие и подгибающиеся ноги. – Просто давно не практиковалась. Голова закружилась.

Судя по скептической гримасе блондина, мне, мягко говоря, не поверили. Судя по стонам валяющегося на земле Феликса, он трижды проклял решение использовать ведьму в качестве помощника. Судя по крикам выбежавшего из мэрии низенького пухляша, нам в маленьком и славном Доротивилле не обрадовались.

– Кто вы такие? Почему прибыли в мой город? – вместо «здрасти» поприветствовал нас претензией мужчина, заметил туфельки и окончательно скис. – Еще одна ведьма?!

Широко улыбнувшись, я незаметно выпустила метлу, вцепилась в блондина и попыталась принять более устойчивое положение. Как говорится, репутация сама себя не поддержит, так что хочешь не хочешь, Миранда, а лицо сохрани.

Увы, но Дарен неверно истолковал мое шевеление. Мелькнуло лезвие, веревка, соединяющая наши тела опала вниз, и меня ловко подхватили на руки. В первую секунду я естественно взбрыкнула, несогласная с такой транспортировкой, но уже в следующую нашла ее вполне комфортной и расслабилась.

Игнорируя пухляша, который оказался местным мэром, страж занес меня в администрацию, усадил на мягкий диванчик для ожидания и вернулся за Феликсом. Бессознательного брюнета уложили рядом, после чего Дарен сбегал за холодным лимонадом, сладкой булочкой и нашатырем.

Лимонад и булочка оказались потрясающе вкусными. Нашатырь действенным – Феликс аж подскочил и с ошарашенным выражением на позеленевшей после перехода роже принялся оглядываться по сторонам.

Мэр все это время бегал вокруг и сокрушался:

– Еще одна ведьма! Будто нам своей мало...

– Миранда, ты как? – Дарен присел передо мной на корточки и обеспокоенно заглянул в глаза.

Я вернула ему пустой стакан и ехидно проворчала:

– На что только не пойдешь ради спасения принца.

Страж фыркнул, как большой язвительный кот при виде хозяйки, впервые в жизни расстилающей коврик для гимнастики. И только я подумала, что Дарену Чейзу не чуждо чувство юмора и хоть какие-то нормальные эмоции, как он поднялся.

– Отдыхай, – приказным тоном сообщил он, вновь становясь холодно-собранным и разворачиваясь к паникующему мэру. – Господин Гудворд, нам нужен толковый проводник. Кого вы посоветуете на эту роль?

Мэр завис, перебирая варианты, а после махнул рукой и подозвал своего помощника. Мельком глянув на шушукающихся в сторонке мужчин, я с нежностью провела по обложке гримуара, благодаря за помощь во время перехода. Арчи едва ощутимо нагрелся в ответ.

Откинувшись на спинку дивана, я посмотрела на Феликса и задумалась.

Интересно, почему туфельки сбойнули?

Да, обычно ведьмы перемещались поодиночке, но это не из-за того, что заклинание не было способно переносить большее число людей. Просто нам так было комфортнее.

Знаем мы этих людей. Стоит только раз уступить хоть в чем-то, как к тебе начнут каждый день бегать за удачной халявой. Не приведите темные боги, еще придет кому-то в голову «дельная» мысль использовать ведьм в качестве извозчиков. А оно нам надо вообще?

Феликс со стоном сел, уперся локтями в колени и спрятал лицо в ладонях.

– Это хуже похмелья... – пожаловался он и протяжно выдохнул.

Кстати, да. Почему у нас троих такая глобальная разница в ощущениях?

Ладно я, перерасход и экстремальный выход обычно так и сказываются. Но отчего так паршиво Феликсу? На людей переход никак не должен был повлиять. Вот и Дарен бегает и решает проблемы, как будто ничего и не случилось. Если только...

Подавшись вперед, я схватила Феликса за руку, дернула на себя. Проигнорировав слабый протест, осмотрела чужие пальцы и нащупала скрытый заклинанием перстень.

Вне себя от ярости я вскочила на ноги и нависла над стражем.

– Ты... ты... ты... – шипела я разгневанным драконом. Язык отказывался подбирать приличные эпитеты. Гримуар в моих руках полыхал праведным гневом, кольцо плевалось во все стороны искрами.

– Дарен! – тихонечко заскулил забившийся в угол дивана этот мерзкий, этот отвратительный, этот...

– Что здесь происходит? – поспешил вернуться к нам блондин.

Его напарник беспомощно развел руками, мол, понятия не имею, чего это она психанула, а я обвинительно ткнула в эту сволочь пальцем и с ненавистью выпалила:

– Он светлый колдун!

Феликс судорожно сглотнул, явно желая еще разочек лишиться сознания.

Глава 10,

в которой ведьма испепеляет взглядом

– Миранда. – Чейз устало потер рукой лицо с выражением «ну что за день такой». – Я знаю Феликса с детства, он совершенно точно не швыряется светлыми искрами.

– Но у него перстень!

– Это перстень стража, – пояснил Дарен и насмешливо глянул. – Или ты думала, что нас оставят беззащитными перед угрозой темного ковена?

Вообще-то да, но вслух сказала другое:

– Что значит – угрозой темного ковена? Это дискриминация по цвету магии! Или ты всерьез веришь, что светленькие не мечтают испортить жизнь королевской чете?

– Нет. Светлым такое и в голову не придет, – отчеканил парень с такой глубокой уверенностью, словно самолично взял с каждого колдуна клятву, а госпожа Светик так вообще дала ему расписку от лица всех колдуний.

Темные боги! Дарен действительно такой наивный? Или просто светлая пропаганда сработала на ура?

– Хочешь со мной поспорить? – улыбнулся блондин, явно подначивая.

Но зачем тратить слова и эмоции, если можно хмыкнуть, испепеляюще глянуть, развернуться и уйти, оставив собеседника самого додумывать, что бы этот демарш мог значить.

Поступив именно так, я покинула мэрию, вышла на улицу и оглядела здания, окружающие городскую площадь. Где же Дарен купил ту потрясающую булку с лимонадом? Вариантов было два: булочная с криво прибитой вывеской над входом и небольшое кафе с просторной верандой.

Решив, что достойна только самого лучшего, то есть столика со скатертью и приличного обслуживания, я свернула к кафе. Арчи с недовольным хлопком переместился мне прямо в руки.

– Ты ж мой хозяйственный, – проворковала я, вытаскивая зажатое между страничек древко метлы и прислоняя ее к спинке ближайшего стула.

– Чего желаете, госпожа ведьма? – нарисовалась вышколенная официантка. – Поздний завтрак? Плотный обед? Булочку с кофе?

– Всего и побольше, – ответил вместо меня Дарен, выдвигая противоположный стул и с видом хозяина жизни усаживаясь за стол.

Я испепелила блондинистого стража взглядом. Не то чтобы он уж очень мне мешал. Так, чисто ради профилактики. Дабы не расслаблялся в моей сомнительной компании.

Официантка принесла пышный омлет с овощами для меня и большую порцию жареного риса с куриной грудкой для Чейза. Водрузила в центр стола стеклянный чайник с двумя чашками, поднос с ассорти из конфет и крохотных пироженок и поспешила в мэрию, чтобы попотчевать Феликса куриным супчиком.

Ели в уютном молчании, каждый погруженный в свои мысли и завороженный небывалым вкусом. Даже Арчи не шелестел страничками и не потрясал атласной закладкой. Да и кто в здравом уме станет тратить время на пустые разговоры о погоде, когда шеф-повар расстарался ради нас на славу.

Неудивительно, что омлет исчез в моем желудке за считаные мгновения. Промокнув губы салфеткой, я кинула заинтересованный взгляд на тарелку Дарена. Хулиганская натура взяла свое, пальцы сами собой сжали вилку, рука сделали стремительный выпад вперед.

Цок! – стукнули по тарелке зубцы, прежде чем зацепить самый вкусный кусочек диетического мяса в каком-то необычном голубоватом соусе.

– Хм. – Блондин поднял на меня недовольный взгляд.

– Что? – изобразила я святую простоту, торопливо засовывая уворованное в рот. – Только не говори, что Беати не таскает у тебя еду из тарелки.

При упоминании имени невесты Дарен слегка подкис и еще больше замкнулся, чем я тут же с радостью воспользовалась, умыкнув с его тарелки еще несколько кусочков нежнейшей курятины.

– Просто закажи себе еще, – проворчал Дарен, резким движением выставляя нож и блокируя мою вилку, уже вонзившуюся в его еду.

– У тебя вкуснее, – заметила я, вырывая прибор из захвата соперника, и затаилась для более успешного выпада.

– Ха! – не поверил страж, втыкая вилку в последний кусочек курицы и тут же отбивая еще одну мою атаку ножом. – Да тебе просто нравится меня объедать.

– Не без этого, Чейз, – сказала я, азартно сражаясь за добычу. – Не без этого.

Нет ничего хуже, чем два азартных идиота.

В попытке урвать последний кусочек мы истыкали его вилками, раскидали по столу гарнир, опрокинули солонку, только чудом не кокнули декоративную вазочку (это я) и трижды обожглись о чайник (это Дарен). В самый разгар битвы, когда блондинистый страж заблокировал мои приборы, отчего я вынужденно схватилась за чайную ложечку, у нашего стола нарисовался высокий мужчина в одежде лесника.

– Это вы искали проводника? – уточнил он, с явным «ну что за идиоты» во взгляде.

Мы резко отпрянули и сделали вид, что в кафе сидят два крайне солидных и взрослых человека, которым не свойственно дурачество даже во снах.

– Верно, – кивнул Дарен, цепким взглядом оглядывая незнакомца.

Я тоже присмотрелась. Но, вопреки опасениям собственной же паранойи, проводник не вызывал у меня никаких подозрений. Рослый, с густо заросшей бородой и твердым взглядом. От него веяло лесом, а еще одиночеством и желанием поскорее пуститься в путь.

Видимо, Дарен тоже счел его подходящим на роль проводника, потому что кивнул и сразу перешел к делу:

– Нам нужно как можно скорее добраться до пещер, где обитают гарпии.

Незнакомец задумался, словно мысленно прокладывал маршрут туда-обратно и присуждал ему степень сложности от одного до десяти. Посмотрел на нас, докинул в уме еще один балл, а после важно выдал:

– Пять золотых, два из них авансом.

Я аж задохнулась от такой наглости.

Да где это видано, чтобы проводники брали целое состояние за легкую прогулку в горку? Да он что, с этой горки упал и головой о пенек ударился?!

– Идет, – кивнул Дарен, и я подавилась от жадности.

Пока я судорожно кашляла и била себя кулаком в грудь, мужчины скоренько обменялись рукопожатиями, подкрепляющими сделку, и условились о месте встречи. Не успела я прокашляться, как все уже было решено.

– Ты с ума сошел? – зашипела я на стражника.

– А что такое? – не понял тот.

– Пять золотых? Да кто на такое соглашается?!

– Я, – сухо обронил Дарен, откидываясь на спинку стула и обиженно скрещивая на груди руки. – Вот только что.

Смерив расточителя осуждающим взглядом, я быстро поднялась со своего места, схватила Арчи с метлой и на ходу кинула:

– Дай мне пять минут, я выбью для нас пятидесятипроцентную скидку.

– Миранда, – окликнул меня Дарен, тоже поднимаясь.

Неужто прозрел и понял, какую глупость совершил, и теперь будет слезно просить провести ему мастер-класс по финансово правильному подходу к делу?

Ха!

Едва я, вся такая окрыленная долгожданной возможностью отвести душу и вволю поторговаться, обернулась, как Чейз сделал шаг, улыбнулся и поднес вилку с последним кусочком курицы к моим губам. Многажды истыканный, разошедшийся по краям на волокна и лишившийся былого презентабельного вида, тем не менее кусочек показался мне истинной пищей темных богов.

Зажмурившись от удовольствия, я едва не застонала, но Дарен, демоны его дери, испортил всю малину. Он подошел, промокнул салфеткой уголок моих губ и с хитрой улыбкой заявил:

– Расслабься, Миранда. Я все контролирую.

И, бросив на стол деньги за еду и очень щедрые чаевые, Дарен, чтоб его, Чейз решительным шагом направился в сторону мэрии за Феликсом, забытым где-то там на диванчике ожидания. А вот я осталась стоять, пригвожденная внезапным осознанием.

Это что? Это как?..

Это меня только что с вилочки покормили?

Глава 11,

в которой ведьма немного хулиганит

Гордо выпрямив спину и явив миру свой фирменный оскал, я медленно шла по улочкам Доротивилля. Народ косился, отходил в сторону, а после поспешно бежал. То ли в ужасе молиться в храм, то ли с предвкушением разносить свежую сплетню по городу.

Дарен шел на приличном расстоянии, буравя мою идеально прямую спину неодобрительным взглядом. Восставший с диванчика Феликс пересел на понурого ослика с навьюченными по бокам сумками.

И ладно бы просто пересел, но нет! Сидеть в тишине брюнетистому стражу показалось скучно, и он на всю округу стенал и жаловался, как ему тяжко после перехода и как натирает неудобное седло. И вообще! Он королевский страж и не может запятнать это высокое звание прогулкой на осле.

Короче, бесил жутко!

Едва мы добрались до места встречи с проводником, Феликс сполз с ослика, плюхнулся на четвереньки и с громкими охами и проклятьями пополз к бежавшему неподалеку ручейку.

Коварно улыбнувшись, я дождалась, когда Дарен закопается в содержимом сумок, навьюченных на покорного ослика, а наш болезный наклонится пониже. Незаметно встряхнула рукой. Перстень радостно плюнул алой искрой. Та целеустремленным комариком понеслась через разделявшие нас метры и азартно куснула Феликса за откляченную пятую точку.

– Айя!

Взвыв больше от неожиданности, чем от реальной боли, брюнет схватился за пострадавшее место и повернул голову.

– Госпожа Россе! – воскликнул обиженный страж.

– Все-все, – миролюбиво подняла я руки, дескать, разок пошутила и будет, умывайся себе на здоровье.

Даже отвернулась. И я вам клянусь, действительно хотела оставить нашу постанывающую страдашку в покое, но... Но как можно устоять, если он доверчиво подставил пятую точку под еще один удар?

Пущенная искра не иначе как для симметрии выбрала непострадавшую половину мишени и воинственным шмелем впилась в жертву. Феликс, склонившийся к ручью, чтобы испить прохладной водицы, качнулся вперед и макнул в воду всю голову.

Вода оказала на парня бодрящий эффект, мигом приведя в чувство. Вскочив, Феликс зафыркал, отплевываясь от попавшей в нос воды, и решительно наставил на меня дрожащий от гнева перст.

– Ну все, госпожа ведьма! Я за себя не ручаюсь.

– У-у-у! Какие мы страшные, аж мороз по коже, – передразнила я, улыбаясь так широко, что уже болели щеки.

– Госпожа ведьма права, – встал на мою сторону проводник, беззлобно посмеиваясь в густую бороду. – Такой рожей только малых деток от икоты пугать.

– Дарен, скажи ей!

– Миранда, – негромко позвал светловолосый страж.

Порывисто развернувшись, я мысленно приготовилась к нравоучительной проповеди в духе «зачем ты его задираешь?», но вместо этого уткнулась носом в протянутую ладонь с лежащим на ней кулоном.

– Что это?

– Крылья. Опробовать хочешь?

Быстро схватив забавную вещицу, я с интересом покрутила ее в руках, одновременно считывая магическую начинку. Дарен не соврал, это действительно был большой и увесистый кулон с двумя вычурными крылами, соединенными по центру гладким шариком, к которому крепилась цепочка.

– И в чем подвох? Они неисправны? Заедает механизм открытия? Летает исключительно в полнолуние?

– Нет. Полностью рабочий образец.

Но я уже и сама приметила штамп светлого ковена с казенным номером Уф-34 и поспешно вернула безделушку обратно.

– Спасибо. Нет.

– Уверена? – удивился Чейз.

– Ни один светлый колдун не в состоянии придумать что-то круче старой доброй метлы, – пафосно выдала я, любовно поглаживая черенок ладонью.

Сказала и уже через полчаса поняла, что поторопилась с отказом!

Зато как широко я улыбалась и громко хмыкала, пока Дарен Чейз объяснял принцип работы нашему проводнику. Как громко смеялась, когда поспешивший Феликс впопыхах неправильно нажал на свои крылья и те раскрылись не за спиной, а на груди. Да еще кверх ногами!

Пока я развлекалась тем, что высмеивала попытку светлых изобрести что-то стоящее, Дарен еще раз повторил инструкцию для нашего проводника, после чего мужчины надели кулоны на шеи, а Феликс с воплями негодования сложил свои махалки.

Три глухих щелчка, неотличимых от трескотни кузнечиков в кустах. Плавный шелест, незаметный на фоне покачивающихся на легком ветру веток. И случилось не иначе как чудо!

За спинами спутников раскрылись золотые крылья с гибкими сверкающими на солнце перьями. Большие. Красивые. Блестючие!

Посмотрела я на это дело и завистливо надулась.

Пока сорока внутри меня громко ругалась и требовала немедленно выпросить у блондинчика хотя бы перышко, Феликс с громким «Юху!» подпрыгнул и за несколько ударов могучих крыльев взлетел на уровень макушек деревьев. Дарен сперва помог проводнику освоиться с новым приспособлением и только потом повернулся ко мне:

– Летим?

Вместо ответа я пустила алую искру и еще немного пыли в глаза, поднявшейся после нашего с метлой лихого старта. Маленьким смерчем пронеслась мимо проводника, легко нагнала кружащего в небе брюнетистого стража и весело крикнула:

– Давай наперегонки вон до того леса? Проигравший моет посуду на привале!

И, не дожидаясь согласия, рванулась вперед.

В спину мне ударил негодующий вопль, в лицо – теплый ветерок. Погоня началась.

Вот уж не знаю, из чего светленькие делали эти крылья, но они практически ни в чем не уступали метле. Хуже того! В какой-то момент, когда до заветного лесочка оказалось рукой подать, Феликс догнал, поравнялся со мной и решительно сжал кулаки, рассчитывая вырвать у алой ведьмы победу.

Перспектива драить котелки меня не радовала, как и позор от поражения, поэтому я вырвалась вперед на полкорпуса, выжимая из метелки все по максимуму. Магический перстень на пальце с готовностью засветился, давая понять, что еще одна крохотная искорка, пущенная в глаз стража, навсегда отобьет у него желание соревноваться с ведьмой.

И тут на нас коршуном упал Дарен Чейз.

– Светлые боги!

– Какого демона? – проявили мы с Феликсом удивительное согласие.

– Нам в другую сторону, – заявил блондин, для наглядности тыча пальцем нам за спины, на виднеющиеся на горизонте горы.

Мы с Феликсом переглянулись. Страж азартно улыбнулся, я снисходительно кивнула. Резко крутанувшись на месте, мы рванулись вперед и внезапно поняли, что стоим на месте.

– Дарен, – возмутился Феликс.

– Страж, ты совсем страх потерял? – стукнула я его по руке.

Но Чейз остался спокоен, аки горы, к которым мы стремились.

Правой рукой он держал крыло Феликса, левой – черенок моей метлы. И лицо такое суровое-суровое сделал, аж в дрожь бросило.

– Так, азартные вы мои, – сказал он непререкаемым голосом воспитателя, поймавшего карапузов за попыткой сбежать из группы. – Еще одна такая выходка, и ты, Феликс, пойдешь домой, а ты, – суровый взгляд на меня, – не получишь королевского всепрощения. Все ясно?

Мы сердито засопели, всем видом демонстрируя, как не согласны с таким произволом. И вообще, кто сделал блондина главным? Где открытое голосование? Где предвыборные речи кандидатов? Я, может, сама хотела всеми помыкать!

Феликс возмущаться вслух не стал, просто кинул на Дарена взгляд из серии «а еще друг называется». Я же мелочиться не стала и кинула в стража проклятьем.

Золотые крылья почернели, волосы тоже сменили цвет на противоположный, и на голове бывшего блондина проклюнулись вполне себе симпатичные бараньи рога. Мощные. Солидные. Не иначе как драгоценная Беати постаралась и наставила.

Чейз выпустил мою метлу, недоверчиво коснулся пальцами иллюзии, убедился в ее качественности и покачал головой.

«Детский сад, штаны на лямках», – читалось в его взгляде, брошенном на меня, но Дарен ничего не сказал.

Махнул черными крыльями, растрепал порывом мои светлые волосы и молча полетел вперед. Туда, где неторопливо и обстоятельно испытывал новый способ передвижения наш проводник. Только напряженная спина стража и выдавала, как он внутри злится и психует.

– Госпожа ведьма... – заговорщическим шепотом позвал Феликс и подлетел ближе. – А наколдуйте ему еще и хвост. Для полного комплекта.

Я смерила брюнета сердитым взглядом. Посмотрела на пятую точку Чейза. Хихикнула и выпустила еще одну искру.

Черный гибкий хвост с пушистой алой кисточкой на конце сердито стегнул воздух.

Глава 12,

в которой ведьма спасает принца, но он не рад

Весь полет до гор я с завистью косилась на парящих в небе мужчин, а под конец маршрута уже имела в арсенале четыре основных и два дополнительных плана по изъятию прелюбопытной и, надо отметить, скоростной вещички.

Не корысти ради, а темного ковена для. Ибо ну где это видано, чтобы такие интересные и перспективные изобретения были не у нас, а у конкурентов?! Полетный беспредел, короче! Небо для темных, и точка.

Я так увлеклась своими коварными замыслами, что не заметила, как мы долетели до нужной точки. Если бы Дарен вовремя не окликнул, так вообще просвистела бы мимо. Пришлось разворачиваться и спускаться на едва заметный выступ в скале.

Феликс делал приседания, разминая затекшие ноги. Дарен смотрел на темное нутро, открывающее дорогу к пещерам.

– Нам туда, – обрадовал присутствующих проводник, указывая в это самое нутро рукой.

Я же деловито откашлялась и внесла дельное, на свой взгляд, предложение:

– Вы идите, я вас здесь подожду.

– Госпожа ведьма боится темноты? – тут же съехидничал Феликс.

– Госпожа ведьма боится организовать принцу сердечный приступ, – улыбнулась я, уже предвкушая то, как мне обрадуется Каллиан.

– Идем все вместе, – не пожелал разделяться Дарен.

Я пожала плечами, мол, ну как хотите, если что, предупреждала, и поравнялась с проводником, шагающим первым.

– Как вам удалось узнать, где гнездо гарпий?

– Пару лет назад они напали на мэрию и сперли приз за благоустройство города. Приз большой, бестолковый, только пыль и собирал, но вот беда – переходящий. Мэр Гудворд сперва побежал к светлому колдуну, но у того случился внеплановый приступ радикулита. Пришлось идти к черной ведьме, но она так заковыристо послала нашего мэра, что он час не мог вернуть себе былого красноречия. Время поджимало, приз тосковал в логове гарпий, а желающих отправиться на подвиг не было. Пришлось господину Гудворду тряхнуть кошельком и назначить награду.

Положительно мне нравится этот город. Особенно позвякивающая наличность в кошельке его мэра.

– И как вам удалось отобрать у них приз? – куда с большим уважением глянула я на проводника.

– Выиграл, – безразлично пожал тот могучими плечами и усмехнулся: – Эти крылатые демоны очень азартны.

Учтем на будущее. То восхитительное будущее, где я играю с гарпиями в переводного-подкидного дурака на голый зад принца, а он сам, связанный и побитый, сидит в уголочке и печально мычит в не очень чистый кляп.

Проводник зажег факелы, один оставил у себя, другой передал Чейзу, замыкающему нашу группу. Я обходилась алыми искрами, а вот Феликсу пришлось несладко.

Он спотыкался о камни. Ударялся локтями о стены. Вляпывался в продукты жизнедеятельности обитателей пещер. И громко, экспрессивно ругался. Проводник осуждающе косил в его сторону, Дарен – сочувственно. Я же в голос смеялась.

Около часа мы блуждали по пещерам, изредка возвращаясь назад, пока не вышли к гнезду крылатых вредителей Доротивилля. А там...

– На тебе козыря! – слышалось издалека.

– Какого козыря? – возмущенно орал гарпий. – Все козыри у тебя в прошлый раз вышли!

– Нет, не вышли. Я этого туза все время в руке держал.

– Врешь ты все.

– Да как ты смеешь? Я принц! – пафосно воскликнул Каллиан, плотнее кутаясь в одеяло, прикрывающее его наготу.

– Вот именно!

Наследник вскочил на ноги, с явным намерением высказаться в духе «я твой будущий правитель, пади ниц и трепещи», но заметил нашу компанию и округлил глаза.

– Дарен? Феликс? – искренне удивился и даже самую малость растерялся Каллиан. – Что вы здесь делаете?

А после он наконец разглядел меня.

– Что ОНА здесь делает?!

Судя по интонации в голосе, меня принц предпочел бы развидеть, но увы. Вот она я, стою и улыбаюсь.

– Привет, Каллиан! – помахала я ручкой. – Вот. Пришла спасти твою задницу. Собирайся, высочество. Я планирую вернуться домой к ужину.

– Но мы не доиграли! – влез в разговор гарпий с серебристой спиной.

– Да. Точно! – поддакнул принц, демонстрируя зажатый в руках веер из карт.

– А мне глубоко плевать, – не стала скрывать истинных чувств.

И даже демонстративно развернулась, чтобы в числе первых начать обратный маршрут, ведущий к дому, но Дарен заступил дорогу и поймал мою руку в свою теплую ладонь. Я было дернулась, но куда там! Проще уговорить удава не душить, чем блондина отпустить.

Игнорируя мои попытки вырваться, Чейз развернул меня в сторону импровизированного игрального стола и указал куда-то в центр.

– Миранда. Смотри.

И голос у него сделался такой... Ну, в общем, такой, который крайне сложно игнорировать. И практически невозможно, если ты любопытная от рождения ведьмочка.

Вытянув шею, я нашла взглядом приз, который стоял на кону. Большая каменюка с кусками налипшей на нее грязи и чего похуже. Я брезгливо сморщилась и уж было собралась высмеять столь ценную ставку, как настал мой черед вцепиться в руку Дарена.

– Это же... Это же... Чейз, это же то, о чем я подумала? – прошептала я.

– Да, Миранда. – Мужчина повернул голову, и на его лице появилась совершенно несвойственная его холодной и собранной натуре широкая и дурная улыбка. – Это яйцо последнего дракона.

Глава 1,

в которой ведьма садится за игральный стол

– Чур, мое! – воплем дала я понять, что первая застолбила такую уникальную редкость, как яйцо последнего дракона.

Потом подумала, что тактика «схватить и никому не отдавать» понадежнее будет, и кинулась вперед, оставив своих спутников далеко позади.

Воображение уже рисовало картинки того, как я отмываю яйцо в огромной ванне. Как бегу хвастаться находкой в темный ковен. Как кусают локти от зависти подружки. Как мы с Арчи с величайшими мерами предосторожности ставим его на полочку в лавке и как весело отбиваем атаки других ведьм, пытающихся выкрасть столь ценную реликвию.

О да! Это яйцо определенно добавит в мою жизнь красок.

Реальность же, как всегда, поспешила обломать мои далеко убежавшие мысли.

Гарпий, секунду назад расслабленно сидевший за столом с картами, подорвался, вскочил и с громким шипением выскочил вперед, закрыв яйцо собой.

– Не так быстро, госпожа ведьма, – выразительно оскалился крылатый вредитель. – Яйцо нашла моя стая, значит оно принадлежит нам.

И в качестве нерушимого доказательства этот крылатый предъявил... Нет, не документы с официальной печатью. И даже не кривую зарисовку этого торжественного события с точной датой в уголке картинки.

В качестве доказательств его слов со всех сторон потянулись члены стаи. Сотни гарпий слетали с потолка вниз, на четвереньках выбегали из коридоров, выбирались из узких щелей, ведущих в спальни. В считаные минуты пещера наполнилась шелестом крыльев, угрожающим рычанием и перестала казаться такой уж просторной.

Замерев на месте, дабы не провоцировать хозяев на драку, я почувствовала, как Дарен встает со мной плечом к плечу, а к спине жмутся Феликс с проводником. Причем последний тихо, но крайне выразительно ругался на благозвучной, но исключительно нецензурной смеси тролльего и рабоче-портового.

Будь рядом Луи-Антуан, то уже давно принялся бы в экстазе тереться о ноги мужчины и молить принять его в ученики. Но котички здесь не было. А вот гарпии присутствовали.

Как и принц, чтоб его, Каллиан.

– Да! – внезапно выкрикнул этот самый принц, вставая рядом с вожаком стаи и эффектным движением руки поправляя сползшее с плеч одеяло. – Это яйцо принадлежит стае.

Гарпии издали довольный вопль и дружно вскинули передние лапы, демонстрируя не то единство, не то готовность накостылять любому, кто будет иметь неосторожность оспорить сей факт.

И вот после такого удачного вмешательства Каллиану бы заткнуться и сесть за стол, а нам тихонько отступить в коридор и придумать план вызволения получше, но когда принцы вообще вели себя разумно?

– И я уже почти выиграл это яйцо для тебя, моя злая колючка, – пафосно окончил наследник и ткнул в меня величественным персом.

– Ты? Выиграл? – обалдел вожак стаи.

– Каллиан, не смеши стены этой пещеры, – поддержала крылатого «злая колючка». – Какое яйцо? Тебе ж везет, как утопленнику в мороз!

– Вот вы не верите, а мне такие карты поперли, – надулся наследник, но зажатый в его руках веер ябедничал об обратном.

Гарпии, уже имевшие возможность убедиться в том, какой нефартовый им попался принц, дружно схватились за животики и огласили свод пещеры издевательским смехом. Я тоже не сдержала улыбки и открыла рот, чтобы немного съехидничать и окончательно похоронить браваду Каллиана, но в этот момент Дарен склонился к моему плечу.

– Забираем принца и уходим, – сказал он в приказном тоне.

Но где это видано, чтобы ведьмы подчинялись приказам, которые им не по душе?

В общем, сам виноват. Не надо быть таким наивным.

Кинув еще один жадный взгляд в сторону главного приза, я посмотрела на главу стаи и в ультимативной форме потребовала:

– Ладно, я сыграю с вами. Победитель забирает яйцо.

Именинник по-девичьи звонко взвизгнул, стая поддержала его восторженным ревом, принц заметно скис, а проводник и Феликс емко и мощно ругнулись.

– Миранда, – попытался воззвать к моему здравомыслию Дарен, но я проигнорировала блондинистого стража.

Под радостные вопли и аплодисменты публики я подошла к грубо сколоченному столу и с достоинством опустилась на расшатанный табурет.

– Это нечестно! – запротестовал Каллиан, незаметно скидывая свои карты в стопку с отбоем. – Мы играли на победителя и проигравшего, а в раскладе на троих эти правила не работают.

– Точно, – важно кивнул вожак, скрещивая на груди руки. – Или играем пара на пару, или ждите своей очереди, госпожа ведьма.

Ждать я хотела еще меньше, чем играть с напарником, поэтому вздохнула и обернулась к замершим неподалеку мужчинам. Где там тот проводник? Раз он смог обыграть гарпий в прошлый раз, значит и в этот не подкачает.

Но все мои предпочтения разрушились об уверенного, как окружающие нас скалы, Дарена. Страж подошел и сел возле меня.

– Вообще-то я тебя не звала, – сердито прошипела я, склоняясь к его уху.

– Не страшно, потом поблагодаришь, – даже без тени улыбки ответил Чейз и глянул так, что желание спорить и менять его на проводника скончалось в страшных муках.

– Ты хоть играть-то умеешь? – на всякий случай уточнила я.

– Не переживай. Разберусь.

Час от часу не легче!

Интуиция подсказывала, что зря мы ввязались в эту игру и ничего хорошего нас не ждет. Кровожадность требовала пойти по пути наименьшего сопротивления и банально взять яйцо у победителя силой. Здравый смысл робко уточнял, а зачем нам вообще оно сдалось. Оптимизм требовал веселья.

– Что ставить будете? – деловито уточнил вожак стаи, вытаскивая из-под стола дощечку с кривыми насечками.

Я открыла было рот, но Дарен опередил:

– Тысячу золотых.

Недаром говорят: поспешишь – людей насмешишь.

Я вот не удержалась от истеричного смешка, ибо ну где это видано, чтобы люди так деньгами расшвыривались?

– Он шутит! – громко объявила я, пока до вожака стаи не дошло, что тысяча – это целая гора из золотых.

Незаметно пнула напарника под столом и злобно прошипела:

– Чейз, с такой расточительностью ты по миру пойдешь даже раньше, чем радостная Беати успеет прибрать в свои загребущие ручонки весь ваш семейный бюджет!

– И что ты предлагаешь?

– Да, Миранда, – вмешался Каллиан, выдавливая на лицо ухмылку, – что ты хочешь поставить на кон?

Дернув ремешок сумки, я сунула руку внутрь и задумчиво пошевелила той в пространственном кармане. Жадность рыдала и требовала не отдавать ничего. Хитрость предлагала действовать с огоньком.

Безвыходную ситуацию спас Арчи.

Он с шумом и огоньком вывалился из портала прямо на стол, перепугав впечатлительных гарпий. Игнорируя все и вся, алый гримуар подскочил и, помогая себе плотной обложкой, поковылял к яйцу.

«Моя прелесть», – зловеще шелестел страничками алый гримуар, забавно виляя из стороны в сторону и ломая неокрепшую психику крылатых вредителей. Они и раньше считали, что связываться с книгами себе дороже, а вот теперь убедились в этом окончательно.

Добравшись до яйца, Арчи прижался к его грязной поверхности обложкой и засветился алым от экстаза.

– Точно! – воскликнула я. – Ставлю свой гримуар.

На пещеру опустилась гробовая тишина.

Феликс за нашими спинами подавился самой мыслью проиграть гримуар и зашелся в судорожном кашле. Дарен покосился на меня с нечитаемым выражением на лице. Вожак закинул руку назад и озадаченно почесал затылок.

– Ха! – выдохнул Каллиан и развернулся к гарпию. – Не слушай ее. Каждый знает, что связь ведьмы и гримуара нерушима. К тому же магические книги способны перемещаться к своим хозяевам, если те недалеко. Стоит моей Миранде сделать тринадцать шагов по коридору, как гримуар окажется в ее драгоценных ручках, а ты, мой друг, с пустым карманом.

Я попыталась испепелить Каллиана взглядом. Вот кто просил его открывать свою варежку? Неужели так сложно было промолчать и дать мне честно выиграть? И вообще... с каких это пор я ЕГО ведьма?!

– Жульничаем, госпожа ведьма? – сощурился гарпий, и стая поддержала его неодобрительным «у-у-у».

– Да, и золото тоже не бери, – продолжил подзуживать наследник. – Это яйцо стоит всех сокровищ мира, а значит, их ставка должна быть о-го-го какой!

– Каллиан... – зло прорычала я, продолжая безуспешно сверлить в противнике дыры. – Ты вообще на чьей стороне?

– На своей, – вскинул подбородок принц в одеяле. – Я, может, сам хочу выиграть это яйцо.

– Он прав, – неожиданно заговорил Дарен, хранивший все это время вдумчивое молчание. – Ставка должна быть существенной и равной по своей значимости.

Мы дружно уставились на него, ожидая продолжения. Я скептически приподняла одну бровь. Вожак заинтересованно подался вперед. Каллиан скрестил на груди руки, дескать, ну давай, порази нас.

Дарен проигнорировал остальных и посмотрел на принца.

– Я ставлю год своей жизни, – тихо, но очень решительно сказал Чейз.

Все недоуменно замерли, переваривая услышанное. И только я закрыла лицо рукой и шумно выдохнула:

– Ой, дурак...

Глава 2,

в которой ведьма понимает, что бесплатный сыр только в ведьмоловке

Первым в низошедшем на пещеру молчании пришел в себя принц.

Он недоверчиво моргнул. Охнул. И неожиданно просиял, точно новогодняя елка в праздники.

– Вот и чудесно! – воскликнул наследник в одеялке и от избытка чувств захлопал в ладони, точно маленький.

Хотя... Почему как? Лично я оценивала психологический возраст этого высокопоставленного дурня на десять, ну хорошо, максимум тринадцать лет. Вспомните хотя бы его действия на площади во время нападения «дракона», и все станет понятно.

– Чудесно? – не до конца понял, что ему предлагают, вожак.

Судя по озадаченной мордочке именинника, ему год чей-то жизни нужен был так же сильно, как сквозняк в спальне. Каллиан это быстро смекнул, наклонился и с видом не то великого заговорщика, не то главного демона нижних миров начал что-то негромко шептать крылатому вредителю.

Я тоже решила не отставать и самую малость пошушукаться.

– Год жизни? – голосом постаралась передать я весь абсурд, заключенный в этих словах. – Я все еще послушно не переживаю или уже могу орать про твою неадекватность?

– Дарен, – вклинился в наш междусобойчик бледный Феликс, – это проклятое яйцо не стоит того.

– Эй! – возмущенно ткнула я брюнета локтем, ибо, первое, как раз считала, что сейчас мы боремся за великую ценность навсегда ушедшего мира. Второе, терпеть не могла, когда кто-то вмешивался в разговоры.

Игнорируя наше возмущенное пыхтение у себя над ухом, Дарен одним уверенным широким движением руки сгреб со стола все карты и принялся вдумчиво тасовать пухлую колоду.

– Феликс, – позвал он, – за годы нашей дружбы я хоть раз тебя подвел?

– Но, Дарен, – всплеснул руками страж, покосился на противников и выразительно добавил: – Это же... Каллиан!

Имя принца он выделил особенно, отчего у меня тотчас закралось нехорошее ощущение и засосало под ложечкой.

– Не думай, что я забыл об этом, – тихо ответил Дарен и повернулся ко мне: – Что бы сейчас ни случилось, просто доверься мне, Миранда.

Я выразительно сморщилась и ответила:

– Ой, давай просто выиграем у этих неудачников, заберем яйцо и свалим.

Арчи, все еще обнимавший главный приз обложкой, согласно трепыхнул атласной закладкой. Дарен улыбнулся уголками губ, посмотрел на противников и раздал всем карты.

Взяв свою стопочку, я раскрыла их в веер и с ужасом уставилась на него. Таких отстойных карт мне еще не выпадало!

«Это фиаско, сестра», – сообщил внутренний голос.

И был прав.

В первый же круг я не смогла отбиться от нападок противников и набрала кучу всякой недостойной ведьмы фигни. К счастью, после Дарен пошел с шестерки и я смогла избавиться от совсем уж мелочовки и подкинуть семерку, когда ходил гарпий. Веер стал чуточку меньше.

Увы, светлая полоса на карточном небосводе Миранды Россе не длилась долго.

– А что ты скажешь на это, моя сладкая кошечка? – сообщил Каллиан, выкладывая на стол четыре девятки.

Я много чего хотела сказать. Даже высказать.

Начнем с главного – меня невероятно бесили все его «сладкая кошечка», «колючка» и прочие прозвища. Но особенно сильно раздражала приставка МОЯ. Так сильно, что руки сами собой тянулись затолкать эти слова принцу обратно в рот.

Злобно зыркнув на довольно скалившегося наследника, я окинула скорбным взглядом карты на руках и приготовилась разить словом, ибо отбиться от козырной девятки у меня снова не получалось, но тут на мою ногу легла ладонь.

Чужая. Горячая. Совершенно неуместная в данном случае.

Я дернулась и непонимающе уставилась на конечность Чейза, невесть как оказавшуюся на моей ноге. Нет, а это еще что за беспредел в квадрате?! Кому такому наглому тут руку сломать?

Блондинчик, видимо, смекнул, что может отхватить от разгневанной ведьмы вспышку неконтролируемой агрессии, и поспешно отдернул ладонь. И вот тогда я увидела ее. Козырную десятку!

Темные боги, мне это грезится или Дарен Чейз только что отдал мне свой козырь?!

– Что такое, Миранда? – насмешливо выдал Каллиан. – Не знаешь, как отбиться?

– Размышляю, каким убойным зельем отплачу тебе за каждый вяк с приставкой «моя», – в том же уничижительном тоне ответила я, выкладывая на стол карты.

Каллиан скривился, глянул на гарпия, но подкинуть ничего не смог и тогда подкинул гадость:

– Дарен, с этого момента ты пробуешь все, что я ем.

Я поскорее спрятала за картами снисходительную улыбку. А кто им вообще сказал, что зелья надо обязательно подмешивать в пищу? Есть ведь и другие варианты. Например, можно полить ими комнатное растение и просто подождать, пока пары сделают свое дело. Или пропитать им небольшой участок одежды. Или капнуть пару капель на кулон или любимый перстень...

Кто коварная ведьма?

Я коварная ведьма!

– Дарен? – капризно повторило его высочество, так и не дождавшись ответа.

Блондин встретился с Каллианом взглядом, и над столом повисло такое мощное напряжение, что еще чуть-чуть, и полетят искры.

Мать моя книжка! Да что между этими двумя?

Но выяснить мне это было не суждено. Как не суждено было кое-кому обменяться тумаками, ибо Чейз опустил голову и тихо сказал:

– Да, мой принц.

А дальше все пошло как по маслу.

Гарпий, как самый невезучий и неопытный в карточном деле, так и не смог отбить ни одного хода Дарена. А вот принцу невероятно везло. Возможно, впервые в жизни.

Он вытаскивал из колоды козыри с завидной регулярностью, чем жутко бесил, ибо ко мне на руку они приходили только благодаря великодушию Чейза и незаметному обмену под столом.

Под конец партии, когда колода закончилась и Каллиан с радостным «ха!» забрал козырного валета, на мою ногу снова легла ладонь Дарена. Вот только в этот раз его указательный палец принялся что-то вычерчивать.

Старательно игнорируя приятное тепло от этих бесхитростных движений, я с большим трудом поняла, что таким незамысловатым способом Дарен просит поделиться с ним бубновой дамой, и еще раз пробежала по своим картам взглядом.

Без дамы у меня оставались два козыря и туз.

Ладно. С таким набором я прорвусь.

Незаметно опустив карту под стол, я коснулась горячей ладони Чейза и передала даму. Дарен с благодарностью сжал мою ладонь. Ничего такого, просто дружеский жест, но мне вдруг резко стало жарко. Так жарко, словно я вот-вот не сдержу огненную сущность и полыхну, как факел.

Так, Миранда! Срочно бери себя в руки, пока не спалила тут все к демонам.

– Давай проверим, сможешь ли ты отбиться от этого! – воскликнул Каллиан, выкладывая три карты.

Я отбилась и с воплем радости вскочила на ноги, празднуя свою победу.

Вот так я! И красавица, и умница, и жуть какая везучая, и...

– Рано радуетесь, госпожа ведьма, – привел меня в чувство наш проводник и указал на оставшегося в игре Чейза. – У него нет шансов против двоих.

Под аккомпанемент гулких ударов сердца я заглянула через плечо Чейза и внутренне похолодела. Этот благородный дурак отдал мне все козыри и остался в игре с десяткой, валетом и моей бубновой дамой!

– Отстой, – прошептала я.

– Полный отстой, – поддержал меня Феликс.

Глава 3,

в которой ведьма носится с яйцом

Не сговариваясь, мы с Феликсом сгрудились за спиной Чейза аки два хранителя из сказок. И если темноволосый страж, кажется, усиленно молил светлых богов об удаче, то я стояла с видом злой ведьмы, которую не позвали на крестины к маленькой принцессе, и заранее думала, как проклинать буду.

И только Дарен Чейз сохранял возмутительное спокойствие.

Вот так бы и треснула, чтобы привести в чувство. Да люди смотрят.

– Вот ты и попался. – Каллиан кинул на нашу троицу насмешливый взгляд, повернулся к гарпию и пообещал: – Вдвоем мы его быстро сделаем.

Судя по картам Дарена, именно к этому все и шло. Но он, кажется, не осознавал глубину постигшей нас подставы. Или был просто ушибленным оптимистом и не замечал плохого.

Оглянулся назад. Посмотрел на меня. И на его губах появилась та самая сумасшедшая улыбка, которую я уже видела у него тогда, на крыше. Но если в первый раз после этот псих разбежался и сиганул на соседний дом, то в этот вытянул из веера мою бубновую даму и походил.

Гарпий озадаченно моргнул и уткнулся носом в карты, лихорадочно соображая, чем отбиться. Процесс затягивался.

– Ну, ты чего? – поторопил его принц, не пряча предвкушающей улыбки.

– У меня нет бубей.

– Так бейся козырем.

Гарпий сердито рыкнул, мол, не учи ученого, и шлепнул на стол козырную... десятку! Мы с Феликсом, не сговариваясь, вцепились друг в друга, не в силах поверить происходящему, и замерли, боясь спугнуть волшебство момента.

Дарен неторопливо вытащил и подкинул оставшуюся у него десятку. Гарпий сердито фыркнул и...

– Подожди, не торопись, – попытался остановить его Каллиан, но опоздал.

Вожак отбил десятку валетом, и Дарен молниеносно скинул оставшуюся у него карту.

Партия была окончена.

– Да!!! – первой заорала я, наклонилась и в порыве чувств обняла сидящего Дарена со спины. Сверху навалился не менее счастливый Феликс.

Я душила блондинистого стража за шею, Феликс от избытка чувств радостно хохотал и дружески лупил друга по плечу.

Даже наш проводник не удержался от уважительного:

– Во дает!

Не радовались только противники. Каллиан пошел красными пятнами. Вскочил на ноги, уперся руками в столешницу и навис над картами, лихорадочно рассматривая последний расклад.

– Этого не может быть. Не может быть! – отказывался верить он в случившееся.

Проигравший вожак возмущенно дергал крыльями, сокрушенно махал лапами, рычал и всячески расстраивался. Его активно поддерживала вся стая.

Гарпии всех возрастов и окрасов рычали, били кулаками об пол, кто-то от избытка чувств начал драться. В один миг в пещере сделалось так шумно, что приходилось орать, чтобы быть услышанным.

– Тише, тише! Вы меня на радостях раздавите, – смущенно улыбался довольный Дарен.

Но попыток избавиться от наших с Феликсом объятий не делал. Его рука легла поверх моей, якобы затем, чтобы немного ослабить хватку, но в итоге просто мягко скользнула по моим пальцам, чуть царапнув кожу скрытым от глаз кольцом.

Погодите-ка. Кольцом? Дарен носит то же кольцо стража, что и Феликс Ле Фей или...

Додумать не получилось.

В разгар сего эпохального момента вожак неожиданно вскочил на стол, разметав карты, и шумно принюхался. Видимо, что-то в затхлом воздухе пещеры его смутило, ибо мордочка вытянулась в забавную гримасу. Гарпий поднял руки и звонко взвизгнул. Стая моментально умолкла, и в наступившей тишине наконец удалось услышать недовольное рычание. И, судя по звуку, этот кто-то быстро приближался к нам.

Мы дружно расцепились и повернулись на шум. Но первым его опознал проводник.

– Пещерный медведь! – крикнул он, и начался хаос.

Захлопали сотни крыльев. Завизжали особенно впечатлительные. Задели стол самые неповоротливые. Миг – и большая часть крылатых поднялась к потолку, зацепилась за свисающие сталактиты и повисла там.

Подавая пример, наш проводник бросился к противоположному от мишки выходу из пещеры.

– А мы вообще планируем бежать? – уточнил Феликс.

Почему-то у меня уточнил.

Я оценила огромную тушу разгневанного мишки. И пусть я никогда не была экспертом, способным читать по мордам животных, но почему-то сразу догадалась, что перед нами задолбанная, задерганная, конкретно так не выспавшаяся мать большого семейства, которая урвала для себя полчасика одиночества, а тут мы.

Прям даже неловко перед зверушкой.

– Бежим! – решительно скомандовала я, срываясь с места.

Что делают адекватные люди? Коллективно драпают.

А что делают в аналогичной ситуации королевские стражники?

Правильно. Глупости!

Вместо того чтобы спасать собственные шкуры, парни рванулись к принцу. А принцу... Принцу отказали здравый смысл и инстинкт самосохранения.

Чем еще объяснить его истерично-категоричное: «Я никуда не пойду! Вы не заставите!» и попытку сбежать от своих спасателей.

– Гр-р! – взревела медведица, проводив их маленькими злыми глазками, и присоединилась к догонялкам.

– Мой принц! – орал Феликс, преследуя петляющего по пещере Каллиана в одеялке.

– У! У! У! – скандировали гарпии с верхних зрительских мест.

– Р-р-р, – возмущалась медведица.

– Дурдом... – вздыхала я, наблюдая за бегущим трио: принц, страж, мишка.

Не знаю, как долго длились бы эти салочки со смертью, если бы в дело не вмешался Дарен Чейз. Как всегда спокойный и собранный, он выждал подходящий момент, рванул вперед и поставил Каллиану подножку. Да-да, вот так просто и незатейливо. Зато восторг как действенно.

Принц с плебейским воплем покатился по каменному полу, после чего затих и глухо застонал, переживая боль от позора и падения.

– Отвлеки ее, – крикнул Дарен своему напарнику.

Тот охотно кивнул, затравленно оглянулся и, кажется, вот только теперь понял, что за ним тоже гнались. Причем не с целью догнать и хорошенько напинать по самонадеянному и капризному заду, а с куда более гастрономическими интересами.

Мужественно завопив от ужаса, Феликс дернулся в сторону. Мощные челюсти со стуком сомкнулись на пустом месте, чем изрядно расстроили и так далекую от милосердия и доброты медведицу.

Огласив своды пещеры недовольным ревом, она проворно потрусила следом за Феликсом, незаметно тесня и прижимая того к противоположной от выхода стене. Не мешкая, Дарен дернул принца за руку, поднимая на ноги. Одним стремительным рывком закинул его тело к себе на плечо и помчался ко мне, игнорируя королевские пятки, возмущенно дрыгающиеся перед его лицом.

Поняв, что без моего деятельного участия эти трое сами не выгребут из обрушившихся на нас проблем, я призвала те крохи магии, что у меня имелись в арсенале.

Все сама.

Впрочем, как всегда.

Перстень на пальце нагрелся, плюнул искрой, заставляя мою метлу подняться и зависнуть в метре над полом пещеры.

– Дарен! – призывно махнула я рукой.

Чейз кивнул и подскочил к метле. Он перевалил сопротивляющегося Каллиана на мягкие прутики, а я крест-накрест привязала наследника к своему любимому средству передвижения магическими путами.

– Немедленно перестаньте! Я приказываю... – попытался надавить властью, данной ему при рождении, наш избалованный засранец, но я дернула рукой и залепила его рот полоской заклинания немоты.

– М-м-м! М! М-м-м!!! – продолжил возмущаться и бешено вращать глазами Каллиан.

Дарен изрек глубокомысленное «хм» и, кажется, искренне опечалился, что не умеет так же.

– Будешь хорошим стражником, подарю зелье немоты, – шутливо подмигнула я Дарену и отправила метлу в полет.

Как раз вовремя.

Мимо пронесся красный, заметно растрепанный и местами полапанный нежной когтистой лапкой Феликс.

– Р-р-р! – неслось ему в спину, подтверждая, что наш замечательный пещерный мишка женского пола. А женщины так просто не сдаются.

– Арчи!

Гримуар вспыхнул, поднатужился и переместился прямо с драконьим яйцом ко мне в руки. Я охнула от неожиданности и едва не выронила тяжелый приз, но Чейз успел вовремя подсуетиться и придержать яйцо. И мы побежали.

Бережно прижимая к животу реликвию старого мира, я неслась по коридорам, не разбирая дороги. Арчи, так и не отлипший от окаменевшей скорлупы, подсвечивал алыми всполохами путь по коридорам.

Дарен умудрялся делать несколько вещей разом: придерживать то выскальзывающее из моих ослабевших рук яйцо, то спотыкающуюся меня за талию, следить за дорогой и отбиваться кинжалом от преследующей нас по пятам разъяренной медведицы.

Когда на горизонте забрезжил свет, знаменующий выход, у меня закончились силы.

Увы, но открытие второго дыхания за этим не последовало. Зато открылось желание слегка так впасть в истерику и поговорить по душам с настырной медведицей, как одна взбешенная женщина с другой.

– Четыре шага! – освежила я для блондинистого стража инструкцию по технике безопасности и развернулась.

Столп пламени сорвался с моей поднятой руки и ударил вперед. Зверюга, питающая инстинктивный страх к огню, шлепнулась на задние лапы и поспешно попятилась, стараясь поскорее увеличить дистанцию между собственным носом и алчными всполохами. Развернулась и с видом «я не испугалась, я передумала» потрусила по коридору прочь.

– Знай наших! – воскликнула я, сдувая с кончиков пальцев пламя. Медведица рыкнула в ответ, а я обернулась к Чейзу: – Ты посмотри. Она еще и огрызается!

Но Дарен не отреагировал на жалобу. Не слыша и не замечая ничего вокруг, он смотрел куда-то в район моего живота, и по лицу его сложно было понять, что именно обратило его в каменное изваяние.

Сбитая с толку такой загадочной реакцией, я опустила взгляд и...

– Твою историю! – воскликнула я от неожиданности.

По мертвому и давно окаменевшему от времени яйцу последнего дракона пробежала сеточка трещин, до краев наполненных алой магией.

Глава 4,

в которой ведьма лишается сил и опоры

Сказать, что я была банально удивлена, значит согрешить против истины.

Я была в шоке!

Стояла. Смотрела. Глазами хлопала.

Арчи восторженно шелестел страничками, Чейз потрясенно дышал, и где-то в глубине коридоров страдальчески порыкивала взбешенная мать медвежьего семейства, косолапой походкой возвращаясь в пещеру с малолетними дармоедами.

Невозмутимым оставалось только яйцо в моих руках.

Сеточка трещин, наполненных огненной магией, пульсировала, медленно, но неизбежно затухая. Спохватившись, я попробовала влить еще немного своих сил, но по непонятной причине это не сработало. Трещинки вспыхнули в последний раз и угасли. Яйцо вернулось к состоянию «обычная каменюка» и по ощущениям прибавило в весе парочку килограммов.

– Давай помогу, – предложил Дарен и протянул руки, но я отскочила от него, как демон от любовного романа.

Глянула на стража, аки праведник на святотатца, и воскликнула:

– Нет!

Гримуар согласно зашипел и плюнул в стража искрами не хуже магического перстня на пальце.

– У тебя уже руки дрожат, – заметил Чейз, обеспокоенно глядя на оные.

– Не дам, – упрямо заявила я и прикусила нижнюю губу.

Руки не то чтобы дрожали. Они уже давным-давно скулили от боли и отваливались, но я мысленно цыкнула на них. Попробовала перехватить свою драгоценную и малопонятную ношу удобнее. И... выронила яйцо.

Чейз непроизвольно дернулся вперед, спасая находку. Я негромко, но емко выругалась. Арчи зло полыхнул магией, прыгнул в портал и вывалился вместе с яйцом обратно в мои руки.

– Видишь? – растянула я губы в фальшивой улыбке, лихорадочно прижимая нерожденного дракона к груди. – Все схвачено!

Судя по скептической гримасе, Чейз в этом глубоко сомневался. И надо сказать, что сомневался не напрасно. У меня буквально отваливались руки, но вслух я этого признать была не способна. Как не была способна довериться Дарену. Именно поэтому я развернулась и шустро потрусила на тусклый свет, пробивающийся снаружи.

План был идеальным: дойти до выхода, пристроить яйцо на первом попавшемся выступке и чуток передохнуть. И, как все идеальные планы, не сработал.

Стоило нам с Чейзом вывалиться из прохода на выступ в скале, как оказалось, что треклятое яйцо просто некуда пристроить! Скала под ногами оказалась прямой, да еще и под наклоном, ведущим прямо в пропасть.

За неимением других вариантов рухнув на ближайший камушек и пристроив яйцо на ногах, я оглядела нашу компашку. Феликс быстро перевязывал рану от когтей на правом бедре. Зафиксированный принц зло сверкал глазами и не оставлял попыток ругаться даже с заклеенным ртом. Не хватало только...

– Где проводник? – спросил вместо меня Дарен.

– Кажется... ушел, – развел руками Феликс.

– А я говорила! – воскликнула я, не сдержав победной улыбки.

– Что он сбежит и бросит нас в горах? – заломил одну бровь светловолосый страж с интонацией «что-то не припомню».

– Что надо торговаться, – назидательно напомнила я, осторожно разминая вопящие от боли руки.

Мужчины глянули на меня с явным «и как это связано» во взгляде, но продолжить спор не пожелали.

– Уже поздно, – заявил Дарен, вглядываясь в ночное небо. – Лететь в таких условиях, да еще без ориентиров, опасно.

– Останемся здесь на ночь? – уточнил Феликс, пряча кончик бинта за край перевязки.

– Да. Утром я слетаю на разведку и узнаю, в какой стороне Доротивилль, а пока предлагаю...

– Ну вы тогда тут сами, а я, пожалуй, вернусь в столицу, – сказала я, поднимаясь на ноги. – Не люблю, знаете ли, спать на твердом.

– Миранда, подожди, – шагнул было ко мне Дарен, но я уже трижды стукнула каблуками розовых туфелек, кинула презрительный взгляд в сторону привязанного к метле Каллиана и приготовилась сделать первый шаг.

– Чейз, занесешь метлу сразу по возвращении, – крикнула я, сделала первый шаг и...

И ничего.

Не поняла. Куда делась моя магия?!

– Это что за беспредел, – вслух подумала я и сунула опешившему от такой чести Дарену яйцо на подержать.

Сама же наклонилась, стянула с левой ноги туфлю и попыталась починить заклинивший артефакт. Диагностика прибора состояла из энергичного верчения и глубокомысленно-недовольного «хм...», а сам процесс починки из энергичных ударов каблуком о камень и уговоров в духе «работай, зараза».

Увы и ах! Годами испытанные способы не помогли.

То ли туфельки банально сломались, то ли им не пошла на пользу прогулка и последующая пробежка по сырым и темным коридорам, ведущим к пещерам гарпий. Туфли для мгновенных перемещений, подаренные мне на совершеннолетие темным ковеном, оставались просто туфлями и признаков жизни, то бишь магии, не подавали.

В последний раз разочарованно покрутив обувку в руках, я бросила ту на землю, сунула в нее ногу и зло глянула на стражников.

– Это вы во всем виноваты.

Дарен, как умный мужчина, согласно промолчал, а вот Феликс показал себя не в лучшем свете.

– Мы-то здесь при чем? – возмутился страж, всем своим видом демонстрируя, что готов всеми правдами и неправдами защищать свою непричастность к поломке.

– Да, действительно не вы, – согласилась я и развернулась к принцу: – Ты. Это ты во всем виноват.

Каллиан возмущенно замычал и даже дернулся, отчего одеяло, заменявшее ему придворные наряды, чутка сползло вниз, оголив плечо без всякого намека на мышцы.

– Да-да, ты! – пошла я в наступление. – Кто сговорился с гарпиями? Кто подсказал им, что тебя нужно воровать не из собственных покоев, а с главной площади? Кто подкинул крылатым гениальную идейку прикинуться драконом? Кто, а?!

– М-м-м! – ушел в несознанку наследник.

– Так я тебе и поверила, – фыркнула я и развернулась к стражникам: – Ну-с?! Кто там про обустройство лагеря для ночлега вещал? Самое время раскатывать походные коврики и ставить палатки. С костерком, так уж и быть, подсоблю.

Для пущего эффекта я щелкнула пальцами.

Я вам клянусь, планировала просто сконцентрировать крохотный язычок пламени над указательным пальцем. И вот совсем не предполагала, что за спиной вертикально вверх рванет столб света.

Принц взвыл дурниной. Феликс дернулся и рефлекторно поднял руку, чтобы защититься. Дарен же, по всей видимости, родился с нервами из инструментальной стали, способной выдерживать и не такие перегрузки. Он даже бровью не повел. Поднял голову, прищурился на ослепительное пламя. Прижал к груди наше яйцо.

Крутанувшись на месте, я растерянно помедитировала на взрыв, осветивший половину ночного неба. При более вдумчивом осмотре стало ясно, что весело полыхающее за лесом строение не моей магии и рук дело. Первое, я бы на такое расстояние не дотянулась, даже если бы очень и очень сильно захотела. Второе, характерный цвет пламени указывал не на спонтанный всплеск силы, а на чье-то заклинание.

– О! – радостно ткнула я в сторону внезапного ориентира. – Забыли про лагерь и сон на земле. Нам туда.

– О нет! – схватился за сердце Феликс.

– Что такое? – синхронно глянули на него все присутствующие.

– Я только что кое-что вспомнил... – Брюнет с трудом сглотнул, оторвался от третьей полыхнувшей над горизонтом зарницы и затравленно покосился на друга. – Николас, мой младший брат... Кажется, его отправили на практику к светлому колдуну из Доротивилля.

Я с куда большим уважением глянула в сторону полыхающего пригорода.

Если младший брат Ле Фея способен на такое, то на что способен сам Феликс?

Глава 5,

в которой ведьма катается на страже

– Ага! Я так и знала! – возликовала я и ткнула в Феликса пальцем: – Ты мерзкий светлый колдун.

Тот возмущенно приоткрыл рот, но разродиться хотя бы одним, мало-мальски пригодным аргументом не успел. Дарен шагнул вперед, закрывая его собственной грудью.

– Он не колдун, – сказал как отрезал.

– Да за кого вы меня держите? – возмутилась я, упирая руки в бока. – Думаете, если я ведьма, то не в курсе, что светлый дар передается по наследству всем детям в семье? И раз младший колдун, то и на старшем природа не отдохнула!

Но вместо ответа и покаянного признания мне безапелляционно отдали яйцо, а едва я прижала оное к груди, как Дарен сжал в пальцах кулон, скрывающий крылья, и подхватил меня на руки.

– Ой! – изумленно пискнула я, оказавшись в совершенно неправильном и новом для себя положении.

Игнорируя мой тихий вопль протеста, Дарен разбежался и прыгнул вниз. Крылья за спиной раскрылись, пару раз энергично взмахнули и поймали воздушный поток.

Я категорично дернулась в чужих руках. Попыталась пнуть негодяя пяткой. Возмутилась:

– Дарен, ты что творишь?!

– Проводник забрал третьи крылья, – спокойно ответил страж, игнорируя мои трепыхание и сердитые взгляды.

– И поэтому ты решил похитить меня?

– Похитить?

Его взгляд перестал внимательно всматриваться в далекие вспышки, скользнул по моему лицу, голой шее и окончательно потерялся в районе груди.

– Эй! – возмутилась я, прикрывая декольте рукой.

Дарен дернул головой, отводя взгляд, и поспешил оправдаться:

– Я смотрел на яйцо.

– Ой, да ври ты больше!

Следующие несколько секунд полета прошли в атмосфере удивительного согласия.

Дарен Чейз, суровый, холодный и сосредоточенный стражник из личной охраны принца Каллиана, пытался делать вид, что его нисколечки, вот прям совсем-совсем ни капельки не интересует вид, открывающийся на мои верхние округлости. Я злорадно улыбалась, чувствуя себя отомщенной и головокружительно прекрасной!

Идиллию нарушил отчаянный вопль Феликса:

– Даре-е-ен!

Спохватившись, страж сбавил скорость и слегка развернулся, ожидая отставшего товарища. Но Феликс даже и не думал догонять!

Наоборот, этот крайне безалаберный тип, который вот буквально пять минут назад хватался за сердце и кричал про брата, сейчас торчал на месте, вхолостую работая казенными крыльями.

Ну никакого рабочего рвения! Депремировать за такое раздолбайство надо.

Нет, лучше сразу штрафовать.

– Дарен, – вновь подал голос бестолковый Феликс и зачем-то указал себе за спину. – Вы забыли принца!

– Блин, – в один голос ругнулись мы с Чейзом и полетели обратно.

Всеми брошенный и к тому же связанный принц сердито мычал сквозь магический кляп и сверкал глазами. Феликс смущенно завис рядом, не зная, что делать. Дарен думал.

Я решила спасать положение.

В кои-то веки проникнувшись уважением к знатному роду, предложила поменяться с наследником местами. В смысле, пересесть на метлу и уступить накачанные руки Дарена принцу, но Чейз проявил прямо-таки ослиное упрямство и выпускать добычу, то бишь нас с яйцом и гримуаром, не пожелал.

Пришлось тратить алую искру и командовать метле лететь следом за нами.

К этому моменту то, что происходило и взрывалось вблизи Доротивилля, происходить и взрываться перестало. К счастью, Дарен успел запомнить нужные ориентиры, и до города мы добрались, как по стрелке компаса.

Сделав широкий полукруг, наш летучий отряд спланировал возле небольшого домика, на отшибе главной улицы.

– Разузнай, все ли в порядке, – велел Дарен.

Феликс кивнул, сложил крылья и крадущимся шагом профессионального грабителя ушел в сторону темного и по ощущению всеми заброшенного дома. Мы же остались на месте.

– Ты можешь поставить меня на землю, – заметила я, продолжая лежать на его руках.

– Да. Могу, – качнул головой Дарен, но никуда ставить меня не стал.

А я не стала настаивать.

Ну если так уж хочется, то пусть держит!

Мне что... жалко, что ли? Да кто я вообще такая, чтобы запрещать что-то взрослому самостоятельному мужчине? К тому же если меня поставят на ноги, то придется снова держать яйцо самой. А оно, зараза, капец какое тяжкое!

Нет уж. Пусть уж лучше Чейз надрывается.

– М-м-м! – подал голос Каллиан.

Решив немного сжалиться над бедным и ущербным, я убрала кляп, дав принцу возможность немного поболтать.

Зря.

Ибо первое, что сказал его поганый рот:

– Ты за это заплатишь, ведьмочка. Я буду долго-долго учить тебя почтению, но сперва свяжу и уложу в свою кровать.

– Каллиан, – усмехнулась я, – еще слово, и я тебя поджарю.

– Вот! – абсолютно нелогично возрадовался угрозе принц. – Вот, Чейз, смотри. Это не твоя невеста.

– Да я уже заметил, – пробормотал отчего-то помрачневший Дарен.

Чего это с ним?

– Все чисто! – тихо крикнул Феликс, высовываясь из окна на первом этаже, и махнул рукой, мол, заходите скорее, не топчитесь на улице.

Я повелительно качнула ножкой. Дарен послушно пошел к двери. Принц сдавленно замычал. Метла полетела следом.

В торжественном молчании светловолосый страж пронес меня по дорожке, ведущей к дому. Легонько пнул входную дверь, внес внутрь и поставил на ноги. Слегка покачнувшись от тяжести прямохождения, я быстро оценила обстановку на предмет того, куда бы сбагрить такой дорогой и такой тяжелый приз. А то, знаете ли, есть вещи, которые не красят симпатичных ведьмочек. Грыжа, например.

К счастью, сердобольный Арчи среагировал первым.

Взметнулась в воздух атласная закладка. Кожаный корешок пыхнул от натуги. Яйцо покрылось облачком алого тумана и переместилось в громоздкое кресло, занимавшее половину гостиной, видной от входа.

Облегченно выдохнув, я выпустила искорку, снимая путы и отпуская принца на волю. Или метлу. Тут с какой стороны посмотреть.

– Дом полностью в нашем распоряжении, – быстро отрапортовал невесть откуда выскочивший Феликс, частично заглушив грохот от падения коронованного тела на пол. – Наверху две спальни, достаточно защитных заклинаний и полный контур вокруг дома.

– Хорошо, – кивнул Дарен, помогая постанывающему принцу встать на ноги, и посмотрел на меня: – Оставайтесь здесь. Мы с Феликсом слетаем на разведку.

Я выразительно скривилась, демонстрируя, как сильно радуюсь перспективе провести с нытиком и самодуром под одной крышей хотя бы пять минут.

– Мы постараемся быстро. Одно крыло здесь, другое там, – заверил Феликс, быстрым движением рук проверяя комплект метательных ножей, крепление кинжалов и секретные кармашки, вшитые в форму.

Дарен врать не стал.

Уже в дверях он немного приотстал от друга, сделал шаг ко мне и доверительно шепнул:

– Пожалуйста, присмотри за ним. – Кивок в сторону принца: – Каллиан любит делать глупости, когда злится. И, Миранда...

– Да?

– Не проклинай его. Хотя бы до нашего возвращения.

– Постараюсь, – сквозь зубы выдавила я.

Чейз одарил меня долгим понимающим взглядом. Я по лицу видела, что он хочет съязвить на эту тему, но нетерпение Феликса, уже топтавшегося на улице, было таким мощным, что грозило вот-вот стать осязаемым, отрастить руки и вытащить Дарена из дома против воли.

– Ведите себя хорошо, – в последний раз попросил Чейз и наконец вышел.

Едва за ним закрылась дверь и щелкнул замочек, отвечающий за защитный контур вокруг дома, как Каллиан разом утратил совесть, разум и инстинкт самосохранения.

Чем еще объяснить то, что он подскочил ко мне, опрометчиво схватил за плечо и резко дернул, разворачивая.

– А вот теперь, ведьмочка, мы поговорим! – зло выдохнул наследник.

Ну кто? Кто в здравом рассудке так ведет себя с нервной женщиной? Естественно, я не смогла не отреагировать. В конце концов, я сказала Дарену, что постараюсь не проклинать Каллиана до их возвращения. Но ничего не обещала!

С перстня сорвалась алая искра и ужалила дурака меж лопаток.

Каллиан моргнул. Его глаза разъехались в стороны, выдавая косоглазие, которое колдуны залечили еще в далеком-далеком детстве, ибо негоже королевскому отпрыску иметь столь неприятный дефект. Наследник моргнул. Спохватившееся светлое заклинание вновь согнало глазки в кучку и вернуло взгляду осмысленность.

Я отступила на шаг. Склонила голову набок, готовая наблюдать и наслаждаться зрелищем.

Дело в том, что способности ведьм всегда немного отличались от ведьмаков. Помимо базовых – варка зелий, изготовление припарок и порошочков, создание амулетов разной степени действенности, – каждая уважающая себя ведьма обладала и тренировала свой уникальный дар.

Например, черные ведьмочки умели с потрясающей изысканностью проклинать. Деревенские оказались способны влиять на сознания масс. Серые на раз изгоняли удачу. А единственная на весь ковен белая ведьма варганила такие убойные зелья, что защититься от их действия не получалось ни у кого.

Я же обладала уникальной способностью разжигать костры пожаров и страсть.

Увы, но безнаказанно спалить принца не могла позволить себе даже такая оторва, как я. Поэтому пришлось разжигать в нем страсть.

Страсть к чтению!

– Мне срочно надо... – Каллиан замялся, вспоминая нужное слово. – Надо в... библиотеку?

Последнее принц произнес с таким растерянным и удивленным выражением, словно само это слово «библиотека» было для него чем-то новым и вообще неизведанным. Как полеты голышом или карточные партии с гарпиями.

– Ничего страшного. Иди-иди! – сказала я, благословив Каллиана на поиски увлекательной книги злорадной улыбкой.

Сама же стащила с ног вышедшие из строя туфельки. С наслаждением пошевелила пальчиками и пошла на разведку.

Где там Феликс нашел спальню?

Глава 6,

в которой ведьма получает предупреждение от подруг

Но первой обнаружилась кухня.

Посчитав, что это сама судьба направила мои уставшие стопы в столь чудное место, я хозяйственным взглядом оценила чужое место для готовки. Выглядело оно так, словно здесь никто никогда не жил. Или банально не знал о существовании кухни, не умел пользоваться даже чайником и поэтому предпочитал есть вне дома.

На столе и кухонных поверхностях скопилась тонкая пыльная скатерть. Холодильный шкаф удручал отсутствием съестного, а полочки и шкафчики хранили только воспоминания о продуктах.

– Ужас, – заключила я, отошла на центр и громко хлопнула в ладони.

Ничего.

Пришлось дополнить хлопок недовольным покашливанием.

И опять полный игнор.

– Вы там вконец от лап отбились? – психанула я и махнула рукой.

Перстень с готовностью выплюнул россыпь искр. Крошечный алый рой окружил мою разгневанную фигуру, сделал круг почета и шустро разлетелся во все стороны. Искры взмывали под потолок, ныряли в щели, просачивались сквозь закрытые дверцы. И все для того, чтобы схватить паучков, семейство мышей, крыс и одну сонную летучую мышку, выволочь из укрытий и привести ко мне.

– Игнорируем? – грозно глянула я на столпившуюся живность.

Живность коллективно затрепетала, а одна бойкая мышка заскочила на спину крысы, офигевшей от такой наглости, и принялась красноречиво жестикулировать передними лапками.

– Пи-пи-пи! – громко уверяла мышка, что по смыслу переводилось как: «Госпожа ведьма, не гневайтесь! Это нас всех демон попутал, а так мы очень сговорчивые. Да-да! Исполним все, что прикажете. Вы даже глазом моргнуть не успеете. Только скажите, госпожа ведьма».

Выслушав хвостатого парламентера, я медленно кивнула, широким жестом указала на припорошенный пылью стол и попросила:

– Приведите здесь все в порядок.

Мышка отсалютовала мне лапкой, спрыгнула на пол и, подавая пример, первой помчалась на борьбу с бардаком и запустением. Остальные переглянулись, деля обязанности, и прыснули в стороны. Летучая мышь взмыла под потолок и принялась приводить в порядок тусклую от скопившейся на стекле пыли люстру. Паучки катали пыльные шарики. Мыши включили воду и принялись намывать хозяйственную утварь, которую подносили для них крысы.

Проконтролировав работу, я удовлетворенно кивнула и вышла в коридор.

Принц отыскался в гостиной. Сидел на полу, облокотившись спиной о книжный шкаф, и самозабвенно читал детскую книжку с картинками. Его брови практически сошлись на переносице, указательный палец медленно водил по строчкам, застревая на особо сложных словах, губы шевелились в такт. Короче, выглядел до ужаса глупо.

Придерживаясь принципа «не буди лихо, пока читает тихо», я тихонько прокралась мимо и поднялась по лестнице на второй этаж.

Феликс не обманул. Наверху действительно обнаружились две вполне себе чистые и симпатичные спальни. В первой, судя по немногочисленным вещам, разложенным в аккуратные стопочки, обитал мужчина с армейскими замашками. Вторая служила комнатой для гостей.

Рассудив, что как никто другой заслужила немного отдыха, я разбежалась, прыгнула на кровать и с радостным стоном уткнулась лицом в подушку. Та приятно пахла полевыми травами, радовала мягкостью и навевала мысли о глубоком и желательно продолжительном сне.

Но покой нам только снился.

Не успела я даже подумать о том, как было бы приятно поспать хотя бы пять минуточек, как животом почувствовала вибрацию и была вынуждена перевернуться.

Вибрировал кошелек. Точнее, зеркальце для связи, которое хозяйственный Арчи захватил из дома вместе с многочисленными вещами и продуктами. К вибрации присоединилось хриплое карканье, взывающее к моей совести и вниманию. И игнорировать настойчивых абонентов стало в два раза сложнее.

– Демоны, – буркнула я и сунула руку в сумочку.

Обнаружила прохладный кругляшок зеркальца для связи. Вытащила. Мерзкое карканье моментально усилилось, а вместе с ним усилилось и предчувствие новостей, которые меня явно не обрадуют.

Торопливо сев и подсунув под спину подушку, я щелкнула замочком и откинула крышку.

– Миранда!!! – рявкнули ведьмы.

– Бастинда? – с удивлением глянула я на верхний кругляшок, перевела взгляд на нижний: – Моргена? Случилось чего?

– Она еще спрашивает! – всплеснула руками Бастинда.

– Миранда, – подхватила Моргена, – почему мы последние узнаем, что ты влипла во что-то захватывающее?

– А что, уже пошли слухи?

– О тебе написали в газетах! – дружным хором возмутились ведьмы.

М-да... Не такой славы я хотела.

Заметка на будущее: в следующий раз, когда я доверчиво клюну на в высшей степени заманчивое предложение и соглашусь спасать кого-то, прежде дать знать ковену, что меня потянуло на подвиги.

Я сидела на постели чужого дома и с каждой фразой взрослых ведьм все меньше и меньше хотела возвращаться в столицу. Ибо неадекватные журналисты этой самой столицы сперва растрепали на все королевства, что принца Каллиана украл всамделишный дракон. Потом еще немного поднатужились и вспомнили, что где-то там, в разношерстной толпе мелькнула хрупкая фигурка алой ведьмы.

Не знаю, что за умник скрестил в своем воспаленном сознании эти два факта, но уже в свежей вечерней газете именно я стояла за похищением принца.

И хрен бы с ним, но воскрешение дракона журналюги приписали тоже мне!

Старушка Бастинда выглядела крайне обеспокоенной. Моргена оставалась куда более отстраненной, но что-то подсказывало – старшие коллеги переживают за непутевую и, откровенно скажем, бедовую меня.

– Имей в виду, Миранда, всех так взбудоражило явление вымершего ящера, что оба ковена поставили на уши своих инквизиторов, а светлый еще и шпионов, чтобы найти тебя первыми, до того, как это сделают конкуренты.

– Да я ж еще на площади сказала: не было там никакого дракона, – возмутилась я. – Это гарпии постарались! Нашли где-то артефакт, сбились в стаю, и вот вам давно исчезнувшая легенда последней войны.

– Сказала, но тетушка Яг увидела в магическом шаре твой полет на драконе и поспешила доложить об этом ковену.

– Тетушка Яг? А разве она не того?

Я выразительно покрутила пальцем у виска, намекая на однозначные проблемы с кукушкой у данной старушенции. Яг перегорела и лишилась темного дара еще во времена разгара Первой магической войны, но по старой памяти все еще оставалась на слуху.

Ведьмы переглянулись и синхронно развели руками. Мол, да кто ж знает! Ковен перед рядовыми ведьмами не отчитывается. После чего Бастинда сощурилась и прозорливо уточнила:

– Миранда, есть еще что-то, о чем нам надо бы знать, но ты умолчала?

– Ну-у-у... – в задумчивости протянула я, отводя взгляд в сторону и мысленно перебирая события этого сумасшедшего дня.

Вспомнила, что резалась в переводного дурака с принцем и вожаком стаи гарпий. После играла в догонялки с пещерным мишкой. Была свидетелем серии загадочных вспышек явно магического происхождения. А еще о том, что там, на первом этаже, в громоздком кресле лежит яйцо, которое Арчи заботливо обложил со всех сторон диванными подушечками.

– Нет, – чистосердечно соврала я.

– Ладно. – Ведьмы в свою очередь сделали вид, что верят, и отключились.

Фу-у-ух...

Точнее, ой-ей-ей! Но это самое «ой-ей-ей» случится со мной немного позже, когда я вернусь в столицу и буду вынуждена явиться перед грозным ликом ведьмы Гевилины, возглавляющей Темный ковен. Так что пока можно выдохнуть.

И поесть.

Да, поесть даже важнее.

Кстати, как там продвигается уборка?

Сунув зеркальце обратно в сумочку, я скатилась с кровати. Встала и прямо так, босиком, пошла проверять чистоту котлов и сковородок.

– Пи! Пи! Пи-и-и! – командовала процессом мышка.

Хвостатая стояла в центре стола и, точно опытный дирижер, размахивала зажатой в передней лапке зубочисткой. Импровизированный «оркестр», которому приходилось работать не покладая лапок, недовольно косился, пыхтел, дергал хвостами, но отлынивать не решался.

Вот! Вот что значит толковое руководство.

– А ты мне нравишься, – сказала я, оглядывая преобразившуюся комнату. – Если когда-нибудь задумаешься о переезде в столицу, то загляни в мою лавку.

Мышка от шока села на попу и схватилась за сердце. После радостно пискнула и вскочила, всем видом демонстрируя, как она польщена таким в высшей степени интересным предложением.

Улыбнувшись, я щедро плеснула силой, оплачивая проделанную работу. Паучки подняли лапки, летучая мышь захлопала крыльями, а мышки и крысы забили хвостиками. Теперь все они проживут чуточку дольше и получат интересные бонусы. Каждый что-то свое. И лучше бы хозяину дома не связываться с прирученной ведьмой живностью.

Чревато, знаете ли.

Чревато.

Отпустив работников по норкам, я опустилась на стул и сунула руку в кошелек. Нащупала купленные утром кусок буженины, четвертинку сыра, хлеб. Немного поколебалась, раздумывая над судьбой конфет к чаю. Затем махнула рукой – гулять так гулять! Этот день требовал немного подсластить себя.

Воспользовавшись разделочной доской и ножом, я быстро смастерила горку из бутербродов, поставила на плиту чайник и, пока тот медленно вскипал, схватила с доски кусочек неприкаянной буженины, которому не нашлось места на хлебе.

Закинула в рот и... тут на пороге кухни возник незнакомый мужчина.

Возник. Оценил чистоту. Блюдо с перекусом. Охреневшую от неожиданности меня.

– Ты кто еще такая? – недоброжелательно осведомился хозяин дома.

Глава 7,

в которой ведьма знакомится с многоликим

– Эм-м-м... – глубокомысленно изрекла я, не торопясь представляться.

Незнакомый мужчина был хорош собой. Высок, прекрасно сложен. В его облике было аж три бросающихся в глаза нюанса. Длинные рыжие волосы, слегка кудрявые на концах, явно сломанная и потому прижатая к груди фиксирующим заклинанием правая рука, а еще глаза. Левый – светло-голубой, правый – зеленый.

Никогда не видела людей с гетерохромией.

Интригующе, скажу я вам. Крайне интригующе!

Мужчина окинул меня не менее пристальным взглядом и неожиданно широко улыбнулся.

– Шучу. Чейз предупредил, что вы с принцем остались в доме, – заявил рыжий. – Кстати, спасибо за уборку.

– Пустяки, – широко и не менее дружелюбно улыбнулась я, а после протянула руку и потребовала: – С вас два серебряных.

Где-то в норке с тихим стуком упала в обморок продешевившая мышка. А вот мужчина оказался покрепче.

Он еще раз обвел преобразившуюся кухню взглядом, усмехнулся и подошел к столу.

– Надеюсь, ужин входит в перечень оказанных услуг?

– Перекус оплачивается по отдельному тарифу, – не растерялась я. – Золотой за каждый бутерброд.

– Однако! – Брови рыжего взметнулись вверх. – С чего вдруг такие завышенные цены?

– Не нравится – не ешьте, – пожала я плечами и протянула руку: – Миранда Россе, алая ведьма.

– Нейтон Рок. – Мужчина ответил на рукопожатие. Его рука оказалась теплой, шершавой и крепкой. – Хозяин.

И это его «хозяин» прозвучало как-то крайне двусмысленно. Прям даже захотелось уточнить подтекст. Но не успела.

Со стороны входа послышался грохот, сменившийся мерзким скрежетом и коллективной руганью, а после наступило короткое затишье, и Феликс жалобно простонал:

– Кто-нибудь, придержите дверь!

В любой другой ситуации я бы и бровью не повела, но сейчас верх взяло природное любопытство. Оно-то и заставило меня вскочить, схватить тарелку и прошмыгнуть мимо странного рыжика. Тот проводил меня, точнее еду, тоскливым взглядом, но попыток воспрепятствовать и сграбастать бутербродик не сделал.

– Что тут у вас? – уточнила я, пытаясь опознать в куче-мале, застрявшей в дверном проходе, отдельные части тел и предметов.

Тела разделились, выпрямились, и стало понятно, что Феликс, Чейз и незнакомый мужчина пытаются пропихнуть невпихуемое, то есть затащить в дом здоровенных размеров сундук. От сундука веяло древней несговорчивой магией, от всклокоченных мужчин – агрессией.

Решив не провоцировать их на скандал с последующими проклятиями и возможным членовредительством, я встала у стеночки, прижала входную дверь ножкой и приготовилась снисходительно наблюдать за потугами.

– Да почему же он встал? – ругался Феликс, безрезультатно дергая за кольцо в боку сундука. – Сундук же меньше проема, я рулеткой мерил, там с запасом даже выходило.

– Зацепился днищем за порог? – выдвинул теорию незнакомец, после чего все дружно присели на корточки и попытались заглянуть под низ сундука.

Сундук, смущенный столь пристальным вниманием к той части, которую он не так уж и часто демонстрировал миру, полыхнул магией. Мужчины на это даже не обратили внимания, а вот защита дома, которую включили после ухода стражников, наоборот.

Я выразительно кашлянула, но бригада ночных грузчиков даже головы не повернула. Стояли, сосредоточенно ждали, пока Феликс, вооруженный металлической лопаточкой для обуви, потыкает под днищем.

– Все чисто, – наконец сообщил он и выпрямился. – Придется снимать дверь с петель и пробовать еще раз.

Я выразительно поморщилась.

Знаю я, как они ее снимут. Точнее, в том, что лихое трио молодцев обездверит входной проем, где выломав, где предварительно постучав кулаком, я отчего-то не сомневалась. А вот в том, сумеют ли они повесить ту обратно, – да!

Перспектива торчать здесь еще час и после коротать ночь с зияющей дырой не обрадовала, поэтому я незаметно сняла охранный контур, который не давал пронести подозрительный предмет, и предложила:

– А может, еще одну последнюю попытку просто протолкнуть?

– А может, обойдемся без ваших неуместных советов, госпожа ведьма? – огрызнулся Феликс.

Но наклонился и за ручку сундука таки взялся. Дарен с незнакомцем уперлись с той стороны, и – вот так чудо! – несговорчивая поклажа легко заехала в коридор и остановилась возле хозяйских тапочек.

– Ну наконец-то, – простонал-обрадовался незнакомец.

Он обошел сундук, скинул обувь в углу и сунул мне в свободную руку большую бутыль.

– На вот. Подержи.

– О-о-о! – обрадовалась я, ибо всегда любила гостей, которые приходили не с пустыми руками, а с бутылочкой игристого.

Подняла на свет, вгляделась в мутное стекло, желая узнать, что же такого там плещется внутри. Красное? Белое? Полусухое?

Внутри плескался, увы, не алкоголь, а огорченный своим пленением призрак, который тут же приник к стенке полупрозрачным лицом.

– А... – разочарованно выдала я.

Дарен закрыл дверь, Феликс снял верхнюю одежду, а неизвестный мужчина, таскающий бутылку с подозрительным призраком, заметил тарелку в моей руке. Подумал, что это хлебосольная встреча припозднившихся гостей. Протянул свои немытые лапы и самым наглым образом уворовал кусок вкуснейшей буженины, оставив ломтик хлеба в одиночестве.

Мой кусок буженины!

Не успела я выразить свой праведный гнев в виде колкого словечка и метко пущенного в спину негодяя проклятья, как его дурной пример повторил Феликс.

– Устал как собака, – пожаловался он, проходя мимо застывшей от такой наглости ведьмы по коридору и останавливаясь в дверях гостиной.

Нет. Ну это никуда не годится.

Пристроив тарелку на банкетку, я схватила последний оставшийся на ней бутерброд с бужениной и целеустремленно куснула. Все. Вот теперь на него точно никто не позарится.

– Как все прошло? – невинно поинтересовалась я у Чейза, энергично работая челюстями.

Тот молча развернулся и качнулся вперед. В первый миг мне показалось, что он пошатнулся от усталости и вот-вот рухнет аккурат на такую хрупкую и неустойчивую меня. Даже непроизвольно приготовилась ловить, но светловолосый страж оказался не так хлипок, как казался. А еще коварен.

Наклон. Быстрый рывок к моей руке с зажатым в той бутербродом. Стук мощных челюстей. Рывок. И еще более стремительное возвращение на исходную.

– Эй! – возмутилась я, на всякий случай пряча руку с едой за спину.

– Ммм... – застонал Дарен, демонстративно жмурясь и закатывая глаза от удовольствия.

– Так я не понял! – выглянул в коридор Феликс. – Что с Каллианом?

Чейз осуждающе глянул в мою сторону и пошел выяснять, что случилось. К нему присоединился выглянувший из кухни рыжик.

Выждав для приличия пару минут, я пристроила бутыль с призраком к пустой тарелке, где сиротливо лежали только крошки да хлеб, и пошла следом.

Приличных размеров гостиная показалась маленькой, когда ее заполнили пятеро крепких мужчин. Каллиан все так же сидел на полу возле книжного шкафа и с видимым трудом дочитывал концовку детской книги. Дарен стоял у входа. Хозяин дома оперся руками на спинку кресла. Феликс присел на корточки и сделал попытку осторожно потрогать своего принца за руку, но тот сердито отмахнулся и продолжил вдумчиво хмурить брови и шевелить от усердия губами.

Незнакомец повернулся на звук моих шагов и вопросительно поднял брови:

– За что?

– Взбесил.

– Да... Это многое проясняет, – задумчиво протянул рыжик от кресла, и все дружно глянули на меня.

Ну, кроме Каллиана, конечно. Того в ближайшую пару часов не будет интересовать ровным счетом ничего, кроме бумажной литературы. Даже проскакавший мимо табун крылатых пегасов!

– Это оказался самый быстрый и гуманный способ устранить его, не покалечив, – не то объяснилась, не то оправдалась я под осуждающими взглядами собравшихся в гостиной мужчин.

– Жестоко, – подытожил свои наблюдения незнакомец, а Дарен склонился ко мне и тихо пояснил:

– У Каллиана врожденная дислексия. Он едва способен одолеть одну страницу текста.

– Ну, знаете ли! – всплеснула я свободной от бутерброда рукой. – Что-то у этой венценосной задницы чересчур много болезней и недостатков. Впору начать переживать за будущее нашего королевства.

Дарен красноречиво промолчал. Затем еще немного подумал. Хитро улыбнулся. Наклонился. И...

Хрум!

– Дарен, да ты издеваешься, – зашипела я, глядя на полумесяц из корочки, оставшийся в моих руках.

– Спасибо, госпожа Россе, было очень вкусно, – прочавкал Феликс, засовывая остатки своей буженины в рот, а старательно жующий Дарен просто кивнул.

– Так. А это что? – тоном опытного педагога, еще не раскрывшего, но уже почувствовавшего чужую провинность, уточнил рыжик Нейтон Рок, глядя на обложенное со всех сторон подушками яйцо.

– А это мой приз...

– Наш приз, – встрял дотошливый Дарен.

– ...и Арчи его сейчас унесет в мою спальню, – не пожелала я спорить.

Гримуар понятливо раскрылся. Загадочно пошуршал страничками. Сердито хлестнул воздух атласной закладкой, и кресло вместе с импровизированным гнездом с яйцом по центру исчезло в алой вспышке перехода.

– Хм... – задумчиво хмыкнул господин Рок и повернулся ко мне, явно намекая на то, что впечатлен и крайне заинтересован, а значит, пристанет, как голодный клещ, дорвавшийся до кровушки, и не отцепится, пока не узнает все, что нужно. Даже воздуха в грудь набрал, но я опередила:

– Ну что же... День был ужасно долгим. Так что всем спокойной ночи!

Порывисто развернувшись, я шустро метнулась к лестнице, пока оставшиеся внизу мужчины не задались вопросом: как они будут делить единственную оставшуюся кровать?

Глава 8,

в которой ведьма узнает, кто светлый колдун, и это ее не радует

Прежде чем лечь, я подтащила к двери стул и заблокировала ручку. Отошла, придирчиво оценила получившуюся композицию и махнула рукой, фиксируя все это дело простеньким проклятьем. Алая искорка с готовностью сорвалась с массивного перстня на руке, скользнула к замочной скважине и затаилась, поджидая безумца, который осмелится потревожить крепкий сладкий сон уставшей ведьмы.

– Отлично! – прокомментировала я и пошла переодеваться в пижамку.

Арчи нес вахту в кресле. Заботливо гладил яйцо атласной закладкой и тихо шуршал страничками колыбельную. Выходило, надо признать, зловеще.

Будь на месте яйца настоящий младенец, то закатил бы от ужаса истерику. Но младенца, к счастью, не было. А вот окаменевшие останки неродившегося дракона – да. И пока я совсем-совсем не понимала, что с ним делать дальше.

Продать на аукционе? Оставить себе? Говорить ковену или молчать, аки рыбка в проруби? И если оставлять, то где прятать, ведь своруют же. Тут и к тетушке Яг ходить не надо, чтобы знать наверняка.

Задумчиво погладив шершавую поверхность яйца подушечками пальцев, я вздохнула, потянулась и решительно запретила себе думать об этом сейчас.

Будет новый день, там и решу, а пока... Спать, спать, спать, спать!

Я нырнула под тяжелое одеяло, покрутилась туда-сюда, тестируя матрас на мягкость. С трудом нашла нужную ямку, высунула для контраста температур одну ногу и приготовилась со спокойной душой и безмятежной улыбкой уплыть в сон, как в комнату самым бесцеремонным образом вломились.

– Какого демона?! – рявкнула я, подскакивая и грозно разворачиваясь к двери.

Дверь, стул и заклинание оставались на месте, всем своим видом демонстрируя, что уж через них-то враг точно не пройдет. Арчи дрых в кресле, обняв корешком яйцо.

И никакого намека на взлом с последующим проникновением.

Подозрительно! Крайне подозрительно.

Щекой почувствовав ласковое прикосновение сквозняка, я резко повернула голову в сторону окна и обнаружила светловолосого стража у себя на подоконнике.

– Зараза, – как ни в чем не бывало тихо ругался Чейз, поспешно ловя рванувшуюся на улицу занавеску.

– Дарен... – с угрозой в голосе начала я, но тот быстро соскочил на пол и заговорил:

– Миранда, прежде чем ты начнешь швырять в меня проклятиями, знай, что я пришел с миром и булочками!

И не иначе как в качестве доказательств Дарен широко улыбнулся и вытянул перед собой руку. В руке обнаружилась прихваченная за витую ручку корзина, прикрытая тканевой салфеткой. Нос моментально уловил запах свежей выпечки и еще жареной курочки, про которую страж отчего-то умолчал. Желудок радостно загудел, требуя килокалорий. Рот наполнился слюной.

С достоинством поправив за спиной подушку, я села и требовательно похлопала по одеялу перед собой. Мол, меньше слов и больше еды на моих коленях! Дарен поспешно захлопнул окно и с заговорщической улыбкой пересек комнату. Поджал под себя одну ногу, сел на кровать и принялся накрывать «поляну».

На расстеленной салфетке оказались не только свежие булочки с корицей, но еще и пирожки с вишней, и просто крохотные булочки-пустышки. Далее из корзинки были извлечены контейнер с куриными ножками в тонкой золотистой корочке из панировки, одноразовая тарелка с маленькими помидорками и пузатый термос.

– Мне крупно повезло, что ты такой заботливый и совестливый.

– Не обольщайся. Я влез сюда не затем, чтобы тебя покормить, а просто чтобы не делиться с другими, – усмехнулся страж.

– Ага, – умиротворенно кивнула я, закидывая в рот крохотную и такую сладкую помидорку. – Так я тебе и поверила.

Дарен усмехнулся, но спорить не стал.

И знаете что? Разнузданно пожранная под покровом ночи курочка с булочкой произвела на нас больший сближающий эффект, чем все эти клятвы побратимов и пустые обещания глупых влюбленных юнцов.

Утолив первый голод, я лениво отщипывала от потрясающей булочки с корицей по кусочку и слушала рассказ Чейза о том, где и при каких обстоятельствах они добыли сундук и что же в итоге взорвалось. Дарен торопился поесть до того, как в комнату начнут ломиться другие претенденты, проснувшиеся среди ночи от умопомрачительных ароматов, поэтому рассказ вышел скупым на детали.

Оставив нас двоих в безопасности, парни облетели город и быстро отыскали источник всех бед. Им оказался дом черной ведьмы. На этом месте я из чувства солидарности попыталась встать на сторону темной коллеги, но быстро выяснила, что ведьма там и вовсе ни при чем. Практически ни при чем. Ну если только самую капельку.

Короче, если и замешана, то нашла изящный способ отвертеться от любых штрафов и проблем.

История умалчивала о том, откуда в ее доме появился беглый преступник (на минуточку светлый!) и загадочный сундук, но отряд светлых инквизиторов и колдунов вовремя успел обезвредить первого и притащить сюда второй.

– Нейтон любезно предложил оставить сундук у него дома и даже не очень сильно орал, когда узнал, что в доме уже остановились все мы, – закончил Дарен и огласил программу на завтра: – Утром приедет команда сопровождения, чтобы вернуть Каллиана в столицу. Ты можешь полететь с нами или вернуться одна, но... – Чейз внезапно сбился.

– Но? – не совсем поняла я.

– Но мне будет спокойнее, если вернешься с нами, – закончил свою мысль Дарен, поднял голову и встретился со мной взглядом.

Я удивленно приподняла брови.

Что это сейчас было? Трогательная забота? Или здравый расчет?

– Ладно, мне пора, – немного поспешно сказал Дарен, так и не дождавшись моего ответа.

Встал, быстро собрал посуду в корзинку и оставил на тумбочке возле кровати. Видимо на случай, если я вдруг проголодаюсь или понадобится откупиться от рвущихся в комнату голодных ртов. И, не пожелав спокойной ночи (видимо, не верил в ее спокойствие), запрыгнул на подоконник и вышел в окно.

– Да уж... – протянула я, стряхнула с одеяла крошки и легла.

Сон накрыл мгновенно. Вот я только что смежила веки, а вот уже вздрогнула и распахнула глаза, полностью проснувшись.

Несмотря на плотно занавешенное окно, в комнате было светло и уютно. Арчи перетащил яйцо из кресла в кровать, подкатив к моему боку и предусмотрительно подпер диванной подушкой с другой стороны.

Сам алый гримуар еще дрых, наполовину спрятавшись в наволочку. Понятия не имею, все ли гримуары так поступают, но мой постоянно прятался на ночь или в нижний ящик прикроватной тумбочки, или под подушку. Возможно, это привычка, оставшаяся у магической книги еще с тех незапамятных времен, когда колдуна или колдунью не принимали в светлый ковен без украденного у темных гримуара. А может, Арчи так очеловечился от долгой жизни, что уже не мог засыпать при свете.

В любом случае правды такой заботливый и такой вредный алый гримуар не скажет, а гадать я не любила.

До хруста потянувшись, я сладко зевнула, решая, поваляться еще с полчасика или вставать навстречу новому дню, и внезапно обнаружила в своем кресле мужчину.

Нет, я еще понимаю, если бы это был Дарен. Мол, извини, Миранда, решил вернуться за недоеденной булочкой и случайно заснул в кресле. Тут хотя бы не так обидно.

Но нет.

В массивном кресле, подставив под ноги стул, которым, между прочим, я подперла дверь, лежал рыжий. Мужчина переоделся в домашний халат и брутальные розовые тапочки в виде зайцев. Одна его рука все так же была согнута и прижата к груди, а другая – безвольно свисала с подлокотника.

– Эй! – возмущенно позвала я, энергично дергая за конечность.

Нейтон Рок заворчал, повернул голову и приоткрыл один глаз. Зеленый.

– Что вы здесь делаете?

– Это мой дом, – веско напомнил хозяин убежища, всем видом, да и тоном, намекая, что не очень-то рад гостям, особенно таким наглым, как наша бравая компашка со спасенным принцем.

– Но это не дает вам права врываться в мою спальню, – продолжала негодовать я.

– Госпожа алая ведьма, – устало пробормотал господин Рок. – Я не взываю к вашему великодушию и не прошу о прощении, потому что знаю, что первого у вас нет, а на второе вы не способны. Я просто смиренно молю: отстаньте от меня и уже идите портить это поганое утро кому-нибудь другому.

– Кому? – опешила я.

– Можете испортить его принцу, который занял мою комнату, но лучше найдите Чейза и отравите существование ему. В конце концов, вы идейные враги по магии и вере... – совсем уж неразборчиво пробурчал господин Рок.

– В смысле враги по магии и вере? – заинтересовалась я.

– Ну как же... – Рок зевнул, отвернулся и пробормотал: – Светлый колдун и темная ведьма...

Рыжий хозяин дома затих и моментально вырубился. А вот я почувствовала небывалый прилив энергии и бодрости.

Теперь понятно, почему Дарен был так уверен, что Феликс не светлый колдун. Он сам носил магический перстень и грешил светлыми искрами.

– Гад, – прошипела я, вскочила и начала одеваться.

Глава 9,

в которой ведьма выходит на тропу войны

Я была так зла, что с перстня то и дело сыпались алые искры, а глаза затмевала пелена.

Нет, ну каков, а?!

Миранда, бла-бла-бла. Я обычный страж. Держите булочку, госпожа ведьма. А хотите, я вас на ручках поношу. Ведь вы же такая доверчивая.

Сволочь. Гад. Светлый колдун!

Ненавижу.

Сорвав с себя пижаму, я бросила стыдливый взгляд на оккупировавшего кресло мужчину, но рыжий спал сном праведника, весьма отчетливо похрапывая.

Я натянула на себя свежее платье, прихваченное из дома. Схватила подушку, растолкала гримуар и схватила с кровати яйцо.

– Тащи метлу. Мы сваливаем, – шепотом приказала я, стараясь не разбудить хозяина дома.

Магическая книга задумчиво дернула атласной закладкой, попыталась спорить, но я так на нее глянула, что Арчи решил отложить выяснение обстоятельств нашего побега до лучших времен.

Когда гримуар скрылся, я вытряхнула подушку из наволочки, затолкала туда яйцо и связала концы между собой. Сунула руку в кошелек и очень пожалела, что таки не позволила Арчи взять те шампуры. Надо было оставить. Сейчас бы насадила мерзкого Дарена, а после хорошенько прожарила, чтоб впредь неповадно было вводить в заблуждение доверчивых алых ведьмочек.

А ведь я почти прониклась к нему добрыми чувствами!

К светлому колдуну. Брр!

– Умница, – шепотом похвалила я Арчи, вернувшегося с метлой и забытыми внизу плащом и разрядившимися туфельками для мгновенных перемещений.

Нашла среди вещей веревку, примотала к наволочке. Чуток магии, несколько ругательств, и вот импровизированный рюкзак с драконьим яйцом уже за моей спиной. Распахнув окно, я влезла на подоконник, оседлала метлу и резко стартовала прямо с места, оставив безмятежно похрапывающего Нейтона Рока в комнате одного.

Сонный Доротивилль медленно просыпался, потягивался незримыми руками, широко зевал на лицах подскочивших с рассветом работников, мрачно цедил кофе вместе с расположившейся на набережной строительной бригадой.

Любопытство требовало сделать небольшой круг и посмотреть, что там случилось с домом моей коллеги. Злость требовала отыграться на ком-то. Арчи, отвечавший в нашей паре за взрослые взвешенные решения, задумчиво посапывал за пазухой.

Набрав высоту, едва не столкнулась с ошалевшим голубем, облетела одно облако и сдуру влетела в другое, промокла до нитки и озверела окончательно.

– Демоны! – громко ругнулась я, добавила еще парочку смачных ругательств и показала облаку кулак.

То смущенно скукожилось и поторопилось скрыться с глаз долой.

Агрессия требовала выхода, поэтому я с боевым воплем пальнула сгустком пламени в небо. Теперь от спятившей ведьмы попятились не только облака и птицы, но и ветер, настойчиво задувавший все это время в лицо.

– Так. Стоп! – сказала я самой себе и остановила метлу. – А почему я, собственно, сбегаю?

Действительно, зачем ругать себя за невнимательность и рвать на голове волосы от мысли, что умудрилась прохлопать у себя перед носом светлого колдуна, если можно спокойно вернуться и с наслаждением испортить этому мерзкому колдуну жизнь?

Он сам сказал, что будет спокойнее, если я вернусь вместе с ними. А сколько ехать до столицы в карете с капризным принцем? Дня два-три? Могу поклясться, что эту дорогу домой Дарен Чейз запомнит навсегда.

Как и меня.

– О да... – мрачно протянула я, и на губах сама собой появилась предвкушающая улыбка.

Сделав лихой разворот, я с диким хохотом помчалась обратно, в оставшийся далеко за спиной Доротивилль. К моей глубокой досаде, вчера я так и не запомнила, где располагался дом Нейтона Рока. К несчастью для Дарена Чейза, их местоположение выдала огромная карета, запряженная четверкой вороных.

Вокруг суетился небольшой отряд телохранителей. Мужчины и коротко стриженные женщины в форме сновали туда-сюда, что-то подтягивали на лошадиных сбруях, нервно переглядывались, а при виде алой ведьмы, спикировавшей с небес прямо на крыльцо дома, так и вовсе похватались за оружие.

Нервные какие!

Хотя с таким принцем и немудрено.

– Отставить! – громко приказал возникший на пороге дома Дарен. – Своя!

Охрана недоверчиво уставилась на командира, а после перевела взгляд на меня. Я не растерялась, польщенно улыбнулась и помахала ручкой.

– Приветики, – поздоровалась вся такая вежливая ведьма.

Такая вежливая и такая ведьма, что общественность аж проняло. Кто-то непроизвольно попятился. Кто-то инстинктивно спрятал оружие, полагая, что не стоит провоцировать одаренную темной магией женщину колюще-режущими предметами. Кто-то громко сглотнул.

И только бесстрашный Дарен Чейз не почуял угрозы.

– Доброе утро, Миранда, – мягко и даже как-то ласково улыбнулся страж. – Рад, что ты решила ехать с нами.

– Да как же я могла улететь, колдун?

Лицо Чейза стало холодной и бесстрастной маской.

– Кто тебе сказал, что я светлый колдун? – хмуро глянул он.

Хозяин дома, на секунду высунувшийся из дома, чтобы что-то сказать Дарену, на последней фразе сделал вид, что он тут не при делах. Сделал мне страшные глаза, пригладил рыжие волосы и поспешно засеменил мимо, делая вид, что состояние рессор кареты волнуют его куда больше, чем разгорающийся на крылечке скандал. Остальные стражники тоже предпочли имитировать кипучую деятельность и не осмеливались даже заинтересованно коситься в нашу сторону.

Я мрачно улыбнулась:

– Вопрос не в том, кто сказал. Вопрос – почему ТЫ не признался сразу?

– Да как-то не к месту было, – ушел от ответа Дарен.

– Что ж... – веско обронила я. – В таком случае, думаю, тебе будет крайне приятно узнать, что я зла.

Чейз и ухом не повел, бровью не дернул. Пришлось усилить эффект:

– Я очень-очень-очень зла, Дарен.

Но проще запугать облако, чем светловолосого стража.

Ладно. Проверим, насколько ты крепкий орешек, Дарен Чейз.

Пользуясь ситуацией, я приблизилась к колдуну, провела рукой по обшлагу мундира, поправила воротничок рубашки, добавила во взгляд томности, а в голос сладких, как патока, ноток.

– А когда женщина злится, то бывает чертовски изобретательна, дьявольски хитра и бесконечно мстительна.

Дарен вздрогнул, а я широко улыбнулась.

Итак, дорогие болельщики! Ликуйте! Ведьма только что получило одно победное очко в битве против мерзкого колдунишки.

Вот так ведьма! Вот так молодец!

И только довольная собой я хотела отстраниться и зайти в дом, чтобы найти, чем подкрепить и успокоить нервы, как рука Дарена скользнула на талию и собственническим жестом притянула к себе, заставив прижаться к его массивной груди.

Не успела я опомниться и оттолкнуть нахального стража, как тот наклонился к моей шее, обжег дыханием кожу и тихо сказал:

– Я запомню.

А потом так же резко отпустил. Отстранился. И пошел к карете, оставив меня на крыльце вместе с вопросом: «Что, демоны его дери, это сейчас такое было?»

Незримые болельщики Дарена робко подняли плакаты. Неподкупное судейство дало мерзкому колдуну одно очко. Счет сравнялся.

Арчи, сидевший все это время за пазухой, возмущенно пихнул меня в бок острым уголком обложки. Я скривилась от боли, пришла в себя и поспешно махнула рукой.

Перстень с готовностью выплюнул искру. Алая крошка молнией скользнула к высокой фигуре важно шагающего Дарена Чейза, немного поколебалась, подстраиваясь под движения мужчины, и атакующим соколом бросилась на ботинок.

Под взглядами всех присутствующих на улице Дарен сделал шаг, и его правый ботинок развалился на составляющие. Подметка осталась лежать на дорожке, каблук отлетел в сторону, а кусочки кожи, связанные шнурками, медленно сползли с красного носка и шлепнулись на землю.

Дарен поджал ногу и обернулся.

– Миленькие носочки! – не утерпела я от комментария и, полностью довольная собой, пошла в дом.

Операция «Изведи светлого колдуна» началась.

Глава 1,

в которой ведьма возвращается в столицу

Я решила действовать последовательно, поэтому «Первый день Великой мести» был посвящен методичному раздеванию светлого колдуна, начиная с ботинок и двигаясь вверх.

Так, в обед, когда мы отдалились от Доротивилля на значительное расстояние, ткань на штанах Дарена совершенно «случайно» сменила однотонный цвет. Она стала ярко-голубой! С чудесными желтыми пчелками в самых неожиданных местах. Причем крылатые любительницы меда не сидели спокойно и постоянно двигались, злобно гудя и изредка впиваясь острыми жалами в беззащитные ноги стража.

Дарен молча страдал, изредка морщился и бросал в мою сторону укоризненные взгляды. Взгляды действовали на меня, как боевые трубы на солдат, провоцируя планировать месть дальше и бросаться в новые атаки. Именно поэтому после обеда на колдуне лопнул ремень, отчего непокорные штаны с пчелками пришлось подвязать веревкой, а к вечеру с прощальным шорохом осыпались трухой китель и рубашка.

Честно говоря, я и сама не ожидала такого действия.

Еще меньше я думала о том, как ужасно сексуально будет выглядеть злой и полуголый Дарен Чейз, но внешний вид колдуна оценила.

На ночь отряд остановился на постоялом дворе. Мне и принцу отвели отдельные комнаты наверху, а вот остальным пришлось спать вповалку внизу, в общем зале.

Поужинав и приняв ванну, я нырнула под одеяло, сладко зевнула и отключилась. И, пока я бессовестно мяла щекой подушку, на подлого колдунишку напали очень назойливые и очень голодные комары.

И знаете, что он сделал?

Он повернулся на бок, повыше натянул одеяло, после чего выставил щиты и со спокойной совестью заснул. Чего нельзя сказать о всех тех, кому не повезло лежать рядом.

Нет, комары, получившие строгий наказ пить кровушку только у Чейза, других не трогали. Но это не значит, что не мешали.

Многоголосый писк бьющихся о невидимые щиты насекомых бесил окружающих не меньше прямой угрозы. Часть отряда сопровождения малодушно сбежала в сарай, где отдыхали лошади, и залегла в сене. Часть поднялась на второй этаж и под предлогом необходимости оберегать покой принца улеглась на матрасах прямо в коридоре под дверью.

Те немногие, которым не хватило места в сарае и коридоре, остались в общем зале. Злые мужики собрались в кружок вокруг тела безмятежно спящего Чейза и с мрачной решимостью на лицах хлопали в ладоши, уничтожая комаров, бьющихся в щиты, а после упали на постели и наконец отключились.

Неудивительно, что за завтраком «Второго дня Великой мести» на меня кидали уже не одиночные неодобрительные взгляды, а коллективные.

– Что? – мило улыбалась я невыспавшимся и помятым воинам. – Я ведьма. И я имею право на месть.

С этим поспорить осмелился разве что Нейтон Рок. Действуя так, словно имел в запасе парочку жизней и одно бессмертие, рыжий поравнял лошадь с моей метлой и шутливым тоном заметил:

– Миранда, когда я просил вас найти Чейза и отравить ему существование, я почти спал и был неадекватен. Не стоило воспринимать мои слова буквально.

– Ой, только не делайте вид, что вас замучила совесть, – фыркнула я в ответ.

Мужчина довольно выпрямился в седле и подмигнул:

– Что, так заметно, что совести во мне еще меньше, чем в вас?

– Буквально написано на лбу. Большими буквами.

Нейтон буркнул нечто невнятное вроде «эх, надо лучше маскироваться» и вернулся к тому, с чего начал.

– И все же, Миранда. Я понимаю, что между светлым и темным ковенами давняя неприязнь, замешанная на горьких потерях Первой магической войны, но, может, не стоит тратить свой огненный талант и искры на Чейза?

– Ничего-то вы не понимаете, господин Рок, – с горькой усмешкой сказала я и неожиданно разоткровенничалась.

Начала с того, что вытащила Арчи из-за пазухи и показала многочисленные шрамы и ожоги, оставшиеся на обложке. Рассказала о том, что раньше светлых колдунов и колдуний принимали в ковен только тогда, когда те крали гримуары и, по сути, лишали темных сил. И что нередко это заканчивалось смертью того или иного.

Даже дала мужчине подержать в руках заворчавшего Арчи и самому посчитать количество насечек, оставленных на корешке – так светлые отмечали число удачных похищений.

Напомнила, что именно светлые распространяли слухи о коварстве и жестокости ведьмаков и ведьмочек. Да, мы не были святыми. Да, мы всегда просили оплаты за свои услуги. Да, мы любили шалости и никогда не прощали обид.

Но мы точно не были теми беспощадными монстрами, образ которых лепили в человеческих умах колдунишки.

– Но ведь все это было давно, – нахмурился Нейтон. – Разве Чейз не заслужил шанса на временное перемирие?

В том-то и дело, что нет.

Не от меня, потерявшей всех старших родственников рода в разгар последней битвы войны. Не от меня, лишившейся родителей из-за сдетонировавшего светлого артефакта. Не мне, единственной алой ведьме на весь темный ковен, давать светлым шансы.

И поэтому я отрывалась на полную!

До конца дня Дарен словил проклятье возвышенного стиля и поражал окружающих количеством ярких метафор и уникальностью слога, доступной лишь мастерам риторики из прошлого.

Я мрачно торжествовала. Страж стоически терпел, лишь изредка проверяя мое местоположение и задумчиво кивая своим мыслям. Остальные относились с пониманием.

Феликс забрал обязанности командования на себя. Нейтон, наоборот, провоцировал проклятого Чейза на разговоры, а принц Каллиан незаметно отодвинул шторку кареты, в которой ехал, и быстро-быстро конспектировал особенно классные повороты, срывающиеся с губ стража.

Мы с Арчи поглядели на все это безобразие. Остались недовольны его масштабом, и к вечеру Дарен Чейз запел.

Я-то рассчитывала, что это будет напрочь фальшивое хриплое блеяние или жалкое карканье. Надеялась на парочку скабрезных куплетов или даже солдатскую частушку, от которой краснели даже бравые вояки, но Чейз...

Он опять меня подвел!

Под действием нового проклятья у него внезапно прорезался мягкий, глубокий голос и тяга к сочинительству. Дарен, занимавшийся ужином, внезапно замер возле котелка и спел оду гречке. Под ошарашенными взглядами толпы поднял из корзины помидор и посвятил его красному боку несколько несмелых четверостиший.

Ты растешь в полях на грядках, Красный-красный. Гладкий. Сладкий. По тебе зимой тоскую, Когда иду на боковую.

Помидор от такой чести смутился и покраснел еще сильнее. Чего нельзя сказать о Чейзе. Он вдруг хмыкнул, повернул голову и глянул на меня.

Нехорошо так глянул.

С затаенной победой и смешинками в глубине глаз.

– Не-не-не-не! – сразу догадалась я, что вот-вот рухну в яму, которую вырыла для другого.

Дарен решительно прочистил голос, планируя спеть для запаниковавшей алой ведьмы минимум серенаду, но я оказалась быстрее и пальнула по нему заклинанием отмены.

Чейз быстрым перекатом ушел в сторону, вскочил на ноги, смахнул с плеча еловую иголку и на весь лес пропел:

– О ведьма! Моя ты ведьма-а-а...

– За. Мол. Чи! – озверела я, выпуская по колдуну сразу несколько алых искр.

Немногочисленные стражники, собравшиеся у костра, рванули врассыпную. Феликс утащил сопротивляющегося Каллиана под защиту ближайших кустов. Кучер, правивший монаршей каретой, сиганул туда же, но уже восхитительной ласточкой. Нейтон Рок наклонился, снял забытый в пылу битвы котелок с ужином и с независимым видом остался стоять, где был, прихлебывая из маленькой фляжки явно не настойку от нервов.

Ну а мы с Дареном сражались.

– Так, да? На! Вот еще! Ага... А если вот?! Что? Съел, светлый? – торжествовала я, вскидывала руку и выпускала по идейному вражине все новые и новые искры.

Колдун беспечно носился по поляне, легко уходя от преследовавших его искр, делал кувырки назад, высоко подпрыгивал, петлял и нет-нет да и умудрялся пропеть новую строчку серенады. За пару минут, пока я так его гоняла, комплиментов удостоились мои чудесные глаза, волосы цвета «утренних лучей» и – внезапно! – удивительный характер.

На последнем громко и даже самую капельку истерично фыркнули от смеха абсолютно все присутствующие мужчины. Даже Арчи.

– Предатель! – бросила я на гримуар обиженный взгляд, но тот сделал невинное выражение корешка и вопросительно изогнул закладку. Мол, не было ничего. Показалось тебе!

На нервах я так саданула магией, что у Чейза просто не осталось шанса уклониться. Да он и не стал этого делать. Наоборот, застыл на месте и раскинул руки. Точь-в-точь светлый мученик, принявший смерть от руки темного.

– Не знаю, будет ли от этой песни толк, и вот поэтому умолк! – спел он напоследок и вздрогнул всем телом, когда искры синхронно атаковали.

– Дарен, ты как? – встревоженно высунул голову из кустов Феликс.

Чейз согнулся пополам и уперся руками в колени. Он тяжело дышал, восстанавливая дыхание. И внезапно громко, от души расхохотался.

– А хорошо размялись! – сказал светлый и поднял на меня неприлично счастливые глаза с хитринкой. – Да, Миранда?

– Псих, – веско уронила я и ушла планировать нечто более ужасное.

А ночью на нас напали бандиты...

Глава 2,

в которой ведьма выпускает пар

Было это так: все дружно поужинали гречневой кашей с овощным салатом, закусили воспоминаниями о жареной курочке. Печально вздохнули и начали укладываться спать.

Дарен держался от меня на почтительном расстоянии, догадываясь, что сейчас к взвинченной и расстроенной ведьме лучше не приближаться. Поэтому тишком подослал своих друзей – Феликс вызвался поставить для меня палатку, Нейтон предложил фляжку с успокоительным.

Решительно отказавшись от сомнительных алкогольных напитков и величественно кивнув темноволосому стражу, я велела Арчи сторожить яйцо, а сама ушла в ближайшие кустики, чтобы сделать свои дела, умыться в ручье и придумать мстю.

«Надо бы что-то не очень заковыристое, что потянет заблокированный резерв», – думала я, мысленно перебирая доступные варианты.

О чем думали бандиты, наткнувшиеся на одинокую блондинку в чаще леса, так и осталось загадкой.

– Лесные боги, какая краля! – присвистнул Главарь, похабно улыбаясь желтыми от грязи и курева зубами. – Мужики, да нам благоволит сама госпожа удача.

– Я бы не была в этом так уверена, – усмехнулась я, выпуская алую искру.

В конце концов, в жизни практически каждой девушки возникает ситуация, когда ей просто жизненно необходимо спустить пар.

У ведьм это происходит чуточку чаще.

У алых ведьм – постоянно.

Огненная стихия, все дела...

– Мы больше не будем, госпожа ведьма, – ныли уже через минуту грустные головорезы. – Пожалуйста, отпустите нас, госпожа ведьма.

– Обещаем! Мы больше ни-ни, – клялся Главарь шайки, падая передо мной на колени.

– Даже в храм сходим и свечку за ваше здоровье поставим! – опрометчиво пообещал кто-то из банды, и на него тотчас возмущенно зашикали и попытались испепелить взглядами.

Четверо стражников, примчавшихся в чащу на звук сражения и громкие вопли пострадавших, изумленно таращились на грустных и проклятых работников ножа и топора.

Рассыпавшиеся по месту схватки разбойники громко и выразительно страдали. Кто-то звонко икал, кто-то держался за сведенной коликами живот, кто-то без причины рыдал и просился к мамочке.

Воздух приятно пах паленой одеждой. Высоко в кроне восторженно каркало воронье, наблюдавшее за сценой побоища с самого начала.

– Золото... – заговорщическим шепотом подсказал Нейтон Рок, прибежавший на шум драки вместе с дозорными. – Попробуйте откупиться от нее золотом.

Я с благодарностью глянула на рыжеволосого мужчину с неизменной фляжкой «успокоительного» в руках. Вот! Вот сразу видно, что способен рассуждать здраво. А то заладили: «Простите», «Больше ни-ни», «Свечку за вас поставим»...

Бандиты собрались в поспешный кружок. По рукам пошла шапка, в которую ссыпали всю найденную в карманах мелочь и немногочисленные украшения.

– Так их и отпустишь?

Я обернулась и с удивлением обнаружила рядом Дарена. Тот неодобрительно хмурил брови и наблюдал за тем, как торопливо сдают монеты на откуп проигравшие в сражении с ведьмой бандиты.

– Полагаешь, что разумно взять их с собой в столицу? – усмехнулась я.

– Полагаю, что этим парням необходима увлекательная экскурсия по казематам. А столичные они или просто городские – не имеет принципиальной разницы.

Я пожала плечами. Мол, тебе надо, ты и разбирайся.

– Прости, что сразу не сказал, – внезапно тихо сказал колдун, посмотрел мне в глаза. – Сперва это действительно было не к месту, а после... А после, Миранда, мне так понравилось наше общение, что я не захотел все портить.

– Предлагаешь перемирие, колдун?

– Я что, дурак? – широко улыбнулся Дарен, и по этой улыбке стало очевидно, что наше маленькое противостояние ему даже нравится.

– Псих! – окончательно утвердилась я в этом диагнозе и пошла к бандитам за золотыми.

Ночь прошла без происшествий.

Точнее, это я из-за магического перерасхода спала так крепко, что не слышала того, что происходит за тканевыми стенами поставленной для меня палатки. Вот почему, когда я сонно потянулась, зевнула и таки решила явить свой заспанный лик этому миру, мир выглядел чуточку иначе.

– И как это понимать? – возмущенно глянула я на кучку привязанных к дереву бандитов. – Я же вчера вас отпустила!

– Извиняйте, госпожа ведьма, – смутился Главарь, откровенно пугая наливающимся под глазом синяком.

– Не мы такие, жизнь такая, – вздохнул кто-то из его подельников.

– И ежели чего, то мы не на вас нападали, а на принца. Выкуп хотели! – внес ясность кто-то другой, а его сосед печально вздохнул:

– Кто ж знал, что среди них светлый колдун окажется...

Я укоризненно покачала головой.

И почему некоторых идиотов жизнь ничему не учит?

Но это, конечно, про себя, а вслух:

– Дарен, а почему меня не разбудили?

– Я подумал, что невыспавшаяся ведьма опасна для окружающих, – немного заторможенно отозвался колдун и глянул на меня красными от недосыпа глазами. – Был не прав?

– Прав, – нехотя кивнула я и поспешно добавила: – Но предложить поучаствовать в общем веселье ты был обязан.

Сказала, а сама представила, куда, а главное, в каких смачных эпитетах послала бы любого, кто попытался нарушить мой покой среди ночи ради сомнительной чести надрать бандитам их упрямые задницы.

Судя по лицу светлого, он тоже это представил. Посмотрел с глубоким сомнением в моей адекватности и одарил примиряющей улыбкой:

– Учту на будущее.

Вот и как с таким ругаться?!

Из-за бандитов пришлось отправляться в путь без завтрака.

Принц Каллиан устроил по этому поводу настоящую истерику. Топал ногами, кричал, что никуда не поедет без бутерброда с вареным яйцом и чашечки кофе. И ему плевать, что в ночной облаве есть пострадавшие и серьезно раненые, которым требуется помощь лекарей. Он, как-никак, наследный принц! Опора и надежда всего королевства!

Я тоже считала путешествия на голодный желудок не такими захватывающими и крайне губительными для хорошего настроения, но, к счастью, не успела присоединиться к протестному движению.

– Мой принц, – в голосе Дарена звучало бесконечное терпение, – в сорока минутах езды от этого места находится город Тотошвилль. Я не планировал останавливаться в нем из-за праздника, дабы не подвергать огласке ваше возвращение в столицу, но раз в отряде раненые, то считаю нужным доехать до города. Там вы сможете позавтракать и отдохнуть от тягот и лишений пути.

– Так бы сразу и сказал, – высокомерно бросил Каллиан, и на этом все несогласные с отсутствием в их жизнях завтрака заткнулись.

Дарен послал несколько своих человек вперед, поэтому, когда наша голодная процессия с каретой во главе и бандитами сзади таки въехала в город, нас уже встречал мэр с традиционным хлебом-солью и маской радости на лице.

– Ваше высочество! Какая честь видеть вас в Тотошвилле! – набросился он на вывалившегося из кареты принца с торжественными приветствиями. – Кто бы мог подумать, что сам наследник пожалует к нам на праздник! Прошу за мной, мой принц, прислуга уже подготовила для вас покои и накрыла на стол.

– Иди с ним, – тихо шепнул Феликсу Дарен, а сам соскочил с лошади, коротко кивнул одному из местных и пошел договариваться о той самой экскурсии в казематы с последующим проживанием для бандитов.

Дважды побитые бандиты плакали, каялись, поглядывали в мою сторону и выразительно трясли мешочком с монетами, но я решительно задушила жажду наживы и озаботилась собственной персоной.

– Милейший, – поймала я за локоток бегущего куда-то молодого паренька, – где в вашем чудесном городе может отдохнуть приличная ведьма?

Милейший побледнел и явно усомнился в моей приличности, но оказался достаточно умен, чтобы не нарываться на алую искру, и молча ткнул в большой особняк с роскошным рестораном на первом этаже.

– Премного благодарна, – хищно улыбнулась я полуобморочному пареньку и двинулась к гостинице.

Глава 3,

в которой ведьму не зовут на праздник

Вышколенный метрдотель с честью перенес испытание ведьмой.

Поселил в замечательный номер с видом на центральную улицу. Осведомился, все ли устраивает госпожу ведьму.

Это он зря, конечно.

– Ну-у-у... – в задумчивости протянула я и начала хозяйничать.

Метрдотель молча переставил кресло, снял со стены чем-то не приглянувшуюся мне картину, открыл окно, распорядился заменить розы в вазе на красные лилии. И окончательно растопил мое алчное сердце предложением позавтракать за счет гостиницы.

– Вот это, я понимаю, сервис! – радостно выдохнула я, едва за ним захлопнулась дверь, сбросила обувь и прямо так, босиком, направилась в ванную комнату.

Ибо где это видано, чтобы ведьма изволила вкушать халявный завтрак грязной?

Стянув с себя платье, я полюбовалась огромной белоснежной ванной на позолоченных ножках. Крутанула вентиля с водой и, напевая радостную песенку, начала с упоением копаться на полочке с косметическими средствами, выбирая самую ароматную и пышную пену.

Плюх! – раздалось за моей спиной.

Я резко развернулась, готовая швыряться искрами или тяжелой банкой со скрабом для тела, но передумала и вместо этого грозно рявкнула:

– Арчи! Ты что устроил?

Гримуар сделал вид, что его зовут иначе и вообще он слепоглухонемая книга, на которую бесполезно орать, обижаться и уж тем более требовать ответов.

Драконье яйцо деликатно отмалчивалось, едва заметно покачиваясь на дне ванны.

– Твоя забота об этом яйце переходит все границы! – возмутилась я, вернула скраб на место, наклонилась и поспешила выловить грязный карточный приз, пока он не замутил мне всю воду.

Арчи полыхнул огнем и зашелестел страничками, доказывая, что делает все как надо. И по уму это я должна была догадаться, что яйцу срочно нужна горячая ванна, а он просто помог и опередил мое желание. И что яйцо очень-очень грязное и несчастное. И очень-очень хочет часок-другой полежать в горячей ванне.

– Пусть встанет в очередь, – непримиримо рявкнула я, хватая полотенце и закутывая в него останки последнего дракона.

Судя по тому, какие куски грязи осыпались с окаменевшей скорлупы и как быстро потемнела вода, гримуар был прав. Наша находка не просто нуждалась, а умоляла смыть с себя грязь веков и налипшие микробы, но я из вредности решила стоять на своем.

Игнорируя зловещее шуршание страничек, дернула слив, вынесла яйцо в гостиную, намереваясь оставить его в кресле и...

– Дарен! – Радостный женский визг привлек мое внимание.

Я вильнула в сторону, изменив маршрут. Приблизилась к распахнутому окну, из любопытства выглянула и едва не выронила свой мокрый приз на голову прохожим.

По улице к остановившемуся Дарену бежала до неприличия счастливая Беати Хасворд. Невеста светлого колдуна.

– Да откуда ж она здесь взялась? – прошипела я и опасно свесилась вниз через подоконник, стараясь не упустить из виду ни единой детали из сцены публичного воссоединения жениха и невесты.

Подхватив юбку нежно-голубого утонченного платья, Беати со звонким смехом пересекла улицу, сделала прыжок и отрепетированным жестом бросилась на шею жениха.

– Милый, как же я рада тебя видеть!

«Милый» при этом сделался таким потерянным, словно его шею обвили не женские ласковые руки, а смертоносные объятия гадюки.

Так и стоял. Боясь пошевелиться и спровоцировать. Даже рук не поднял, чтобы обнять любимую девушку. И покружить не догадался. Сразу видно – бесчувственный чурбан!

И, словно в подтверждение этой нелестной характеристики, Дарен обхватил руки невесты своими и мягко, но непреклонно отодрал девушку от себя.

– Беати? Что ты здесь делаешь? – спросил хмуро.

– Приехала на праздник! – пролепетала девица, смутилась столь бурному проявлению чувств на публике и опустила глаза. – Сегодня день города Тотошвилля. Мы с матушкой приглашены судить конкурс домашних питомцев.

Я скептически изогнула правую бровь и хмыкнула.

Конкурс домашних питомцев?

Помнится, около десяти лет назад темный ковен тоже допустил подобную оплошность и устроил подобный конкурс.

Нет, сперва-то все шло хорошо. Ведьмы со всего королевства купали своих котов, чистили перышки воронам, подпиливали клыки крысам. Ведьмаки с этим не заморачивались, всерьез полагая, что главное в жизни – естественность. Да и в целом ехали на конкурс лишь для того, чтобы под благовидным предлогом «а вы вашего котика чем кормите?» зазнакомиться с очаровательной и свободной ведьмой, а там и до любви недалеко.

Все шло хорошо до оглашения промежуточных результатов, по которым отсеялось больше половины участников. А ведьмы не то чтобы не любят проигрывать.

Мы просто не умеем.

– Как это мой Бориска/Ириска/Мурзик/Филимон не прошел? Вы видели его ряху? Как такая может не пройти?! – бушевали ведьмы.

Бушевали, бушевали и внезапно подрались. Разнесли тогда главный зал ковена, где обычно проходили балы и церемонии награждения. Потом, правда, опомнились, взяли себя в руки, дружно прокляли жюри и спонтанно смотались на шабаш. Пар выпускать.

Ох и долго потом жители столицы в себя приходили, а ведьмы еще год смущенно отводили глаза и старались не встречаться друг с другом.

Ковен пришлось заново отстраивать, сотрудников отпаивать успокоительным, жюри расколдовывать, извиняться и тоже отпаивать, а королю накладывать запрет на проведение конкурсов среди представительниц темного ковена в черте городов и крупных поселений.

И если в Тотошвилле решили провести что-то меньшее по масштабу, то это не конкурс!

– А ты? – подала голос Беати. – Как ты оказался в городе?

– Не здесь, – моментально сделался серьезным Дарен, огляделся и неожиданно поднял голову наверх.

Я мило улыбнулась и помахала ручкой.

Кто подслушивает? Я подслушиваю?

Да, я подслушиваю. А что, могли быть сомнения?

– Вижу, ты неплохо устроилась, Миранда, – оценил Дарен мой номер и вид из окна.

– Грех жаловаться, – улыбнулась я. – Потрясающий город. Маленький. Тихий. Приветливый. А воздух, воздух-то какой!

И я с показательным удовольствием втянула носом этот самый воздух.

Как назло, тот пах запеченной уткой и свежим хлебом. Пришлось срочно сглатывать, пока не захлебнулась набежавшей от голода слюной.

– Увидимся завтра! – крикнул Дарен, схватил притихшую Беати и поспешил увести ее с улицы до того, как у меня появится еще один повод для мести.

Я проводила их испепеляющим взглядом.

Вернулась в номер. Постучала аккуратным ноготком по подоконнику.

Что значит это его «увидимся завтра»? А как же моя приятная компания? А как же принц, которого я сопровождаю в столицу?

Или он уже сдался и больше не может выдерживать единственную в своем роде алую ведьму? А может, не хочет, чтобы Беати знала о том, что между нами было?

А что, собственно, было-то кроме бойкого противостояния и парочки проклятий?

Вспышка, и на подоконнике появился Арчи. Он тряс атласной закладкой, шуршал страничками и сурово морщил корешок. Короче, всячески нагнетал.

– Я передумала, – передала я гримуару полотенце с завернутым в него яйцом. – Купайтесь первыми, а мне срочно надо поиграть в шпионку.

И с этими словами я решительно полезла в кошелек за чистым платьем. Выбрала ярко-красное, с потрясающим вырезом на спине и легкомысленным кроем невесомой юбки. Быстро натянула на себя, покрутилась перед зеркалом, решая, что делать с волосами, и тут на кровать запрыгнул королевский библиотекарь.

– Миранда, и где ж тебя демоны носят? – возмутился Луи-Антуан, размахивая хвостом и сверкая зелеными глазищами. – Я же весь извелся.

Я посмотрела на запертую дверь номера. На наглого котищу, устроившегося на моей кровати. Снова на дверь.

– А как ты?..

Луи-Антуан в очередной раз закатил глаза и мурлыкнул:

– Миранда, ну я же кот! Моя врожденная особенность незаметно просачиваться куда угодно.

И, видимо в доказательство своих слов, Луи-Антуан шлепнулся на бок, сделал изящное па задней лапой и принялся вылизываться. Ноль смущения. Фунт презрения. Короче, большой и наглый кот во всей своей пушистой красе.

Так, минуточку.

Кот!

– Луи-Антуан... ты даже не представляешь, как ты вовремя... – протянула я, незаметно вытаскивая из кошелька невесть как там оказавшуюся переноску и делая шаг к кровати.

– Миранда, эй! Ты чего? – почуял неладное хвостатый. – Миранда, ай! Да что с тобой?! Спасите! Помогите! Миау!!! Убива-а-а-ау-у-у!

Спустя пятнадцать минут злая и все еще голодная алая ведьма покинула номер гостиницы, чтобы причинять имениннику счастье и сеять страх в сердцах населения.

Вышла, огляделась и сцапала первого попавшегося прохожего.

– Милейший!

– Д-д-да-а-а? – смутился прохожий, по иронии судьбы оказавшийся тем же самым, которого хватали в первый раз.

– Где тут у вас праздник проходит? – осведомилась я и продемонстрировала переноску с вопящей в ней жертвой. – Хочу в конкурсе домашних питомцев поучаствовать.

Прохожий сглотнул и дрожащим пальцем указал на главную площадь.

– Спасибо! – пропела ведьма и вкрадчиво пообещала: – Этот праздник город запомнит навсегда...

Глава 4,

в которой ведьма участвует в конкурсе домашних животных

Тотошвилль оказался крупным городом на изломе реки, делящей его на две неравные половины. Правый берег считался историческим центром, где испокон веков обитала элита и власть, левый – кварталами бедняков и среднего класса. И то ли блага цивилизации не смогли взять штурмом преграду в виде быстрой реки, то ли городские власти предпочитали не тратить бюджет на левобережных, но контраст вышел знатным.

Особенно с высоты полета метлы.

Сделав кружок над городом, я нашла главную площадь, большую и яркую растяжку «Прими участие в конкурсе домашних питомцев» и приземлилась аккурат напротив столика регистрации.

За столиком скучал одинокий юноша с большой тетрадью, куда методично вписывал хозяев, клички их питомцев и другую информацию сомнительной ценности. На наше фееричное появление молодой человек никак не отреагировал, даже головы не поднял. Не поднял он ее и тогда, когда я подошла ближе и поставила переноску с возмущенным котом прямо на стол.

– Вы опоздали, – сухо и устало сказал юноша, продолжая писать что-то в тетради. – Регистрация участников закончилась полчаса назад.

Я выразительно кашлянула, дождалась, пока он поднимет взгляд, и мрачно попросила:

– Не заставляй меня тратить искры и ломать голову, выбирая, заколдовать тебя в жабу, змея или жабозмея.

– Г-г-госпожа ведьма?!

Паренек оттянул ворот рубашки, при моем появлении ставший тесным, сглотнул и воочию узрел себя в образе жабозмея.

– Регистрация, конечно, закончилась, но ради такого замечательного котика я с радостью сделаю исключение! – поспешно избавил он себя от участи стать земноводно-рептилоидным недоразумением.

– То-то же, – благосклонно кивнула я. – Где наше место?

Юноша подскочил, вытащил из-под стола последнюю клетку и шустро почесал вдоль рядов с участниками и их питомцами. Кого здесь только не было: котики, собачки, попугаи, крысы, кролики, а одна девочка притащила пятидесятилитровый аквариум с испуганными сиамскими петушками.

Коты других участников алчно поглядывали на конкурентов и, если бы не клетки, уже давно рыбачили бы когтистыми лапками в прозрачной воде.

– Это унизительно, – шипел из переноски Луи-Антуан. – Я уникальный представитель семейства кошачьих... высшая ветвь эволюции нашего подсемейства... Не заставляй меня соревноваться с неразумными и домашними.

– Эй, уникальный, – наклонилась я. – Напомнить, у кого ты покупаешь зелье, чтобы закрасить седину на лапе?

– Ушам своим не верю, – дернулся кот. – Миранда, ты меня шантажируешь?

– Что ты... – коварно улыбнулась я, расстегивая молнию на переноске и вытаскивая Луи-Антуана. – Я даю тебе возможность победить на этом конкурсе. Главный приз – голубой бантик победителя и мое молчание. Так что не подведи.

Кот сверкнул зелеными глазами, дернул хвостом и напомнил:

– Миранда, я не просто кот! Я королевский библиотекарь! Мне по статусу не положено участвовать в подобных мероприятиях.

– А я ведьма, – напомнила ему и подтолкнула к клетке, которую поставили на возвышении. – Очень голодная и злая ведьма. Так что, котик, не доводи.

Библиотекарь заткнулся, зашел внутрь, сам закрыл за собой дверцу и с мученическим видом улегся на красную подушечку. Бесить последнюю спокойную нервную клетку ведьмы не отважился бы даже самый неразумный самоубийца.

– Держите, госпожа ведьма. Это вам.

Паренек, зарегистрировавший нас как участников, примчался с большим подносом, на котором стояла тарелка с выпечкой и большой стаканчик кофе. Или обладал уникальной чуйкой задабривать злых ведьм, или просто решил подлизаться к такой грозной мне, но я жест доброй воли оценила.

Благосклонно кивнула. Взяла слойку с вишней в одну руку, в другую – стаканчик, который приятно обжигал пальцы даже сквозь защитную картонку. Повернулась к помосту, где усаживалось почтенное жюри конкурса, и встретилась взглядом с Чейзом.

«Какого демона ты задумала?» – говорил этот взгляд.

Право слово, какие, однако, эти светлые колдунишки подозрительные!

– Почему он так смотрит? – возмутилась я. – Что? Неужели котиколюбивая ведьма не может принять участие в городском конкурсе? Почему нас вечно подозревают в чем-то нехорошем?

– Куда только катится этот мир... – ехидно поддакнул Луи-Антуан из клетки.

Пока мы с Дареном играли в гляделки, из-за стола жюри поднялся невысокий мужчина и громким поставленным голосом объявил:

– Уважаемые участники конкурса на звание лучшего домашнего питомца Тотошвилля. Обращаем ваше внимание, что жюри начинает работу. Сейчас мы пройдемся между рядов и оценим каждого из участников по десятибалльной системе. Большая просьба соблюдать порядок и не мешать нам делать свою работу.

Взгляд Дарена резко изменился, прям как тогда, на крыше, когда он разбежался и прыгнул в пустоту с многоэтажного дома. На губах появилась улыбка человека, которого вот только что, прямо на моих глазах, осенила замечательная идея.

Чейз наклонился к Беати, что-то негромко шепнул невесте на ухо и... ушел!

– Он явно что-то задумал, – вслух подумала я и опустила руку на клетку. – Что думаешь, Луи-Антуан?

– Я все еще считаю, что являюсь вершиной эволюционной ступени своего вида. И выставлять меня на этом конкурсе – величайшая глупость, которая может прийти в голову только заревновавшей ведьме!

– Заревновавшей? – возмутилась я и попыталась призвать хвостатого к ответу, а лучше поругаться и потрясти за шкирку, но не вышло.

Во-первых, в руках все еще были стаканчик и слойка с вишней. Во-вторых, в конце нашего прохода показались задерганный юноша-регистратор и светлый колдун.

В руках первый нес клетку микроскопического размера, в которую не влезла бы и в меру упитанная мышь. Дарен ничего не нес. И отчего-то это настораживало сильнее.

– Вот ваше место, – невнятно пробормотал регистратор, стараясь не поднимать на меня глаз. Быстро оставил миниатюрную клетку и прикрепил номер участника.

– Так регистрация закончилась полчаса назад! – напомнила я, но юноша притворился глухим и поторопился сбежать до того, как здесь случится скандал.

Чейз остановился напротив нас и миролюбиво улыбнулся.

– А я-то понадеялся, что ты запрешься в номере и не станешь вылезать из горячей ванны до вечера, – мягко сказал он и глянул на Луи-Антуана, скорчившего при его появлении недовольную морду.

– Как же плохо ты меня знаешь, – мило улыбнулась я, хотя изначально именно это и планировала сделать.

– Учту на будущее, – покладисто кивнул Чейз, наклонился и совершил вероломное нападение на мою слойку с вишней.

– Эй! – возмущенно дернулась я в сторону, поскорее убирая руку. Ополовиненная слойка грустно истекала вишневым джемом.

– Извини, – покаялся Дарен, торопливо слизывая с верхней губы начинку. – Мне так и не дали сегодня поесть.

Где-то в глубине моей алой души подняло голову сострадание. Это самое сострадание предложило пожертвовать остатками слойки в пользу голодного мужчины.

И что с того, что он светлый колдун? Врагов тоже надо подкармливать. Так сказать, приручать есть из твоих рук, чтобы потом воспользоваться моментом и скормить вместе с булочкой или бутербродом что-то из запаса личных убойных зелий.

Пока я строила коварные планы, из толпы зрителей выскочил шустрый мальчишка лет десяти и протянул колдуну кота.

– Привет, Дарен. Вот. Держи, – сказал курьер живности и сбежал с места событий еще быстрее, чем появился.

– Миау! – пробасил кот, цепляясь за Дареново плечо и тыкаясь любопытным носом в колючую от щетины щеку.

Кот был отвратительно белый, пушистый и, что еще хуже, сразу же начал громко урчать и ластиться к светлому колдуну.

– Смотреть противно, – прокомментировал это прилюдное изъявление любви Луи-Антуан из своей клетки.

– Ты что... – уже догадывалась, но еще не верила я. – Дарен, ты решил тоже поучаствовать в конкурсе домашних питомцев?

– Нет, конечно, – сказал колдун, указательным пальцем щекоча подставившего шею котика. И только у меня отлегло, как Дарен улыбнулся и добавил: – Я, как и ты, решил немного повеселиться. Кстати, насколько близко к сердцу ты воспринимаешь проигрыши?

Я вскинула голову и стремительно похоронила порыв скормить врагу вишневую слойку.

– У тебя нет шансов на победу, Дарен.

– Увидим.

– Вызов принят, – прошипел Луи-Антуан, испепеляя белого конкурента взглядом.

– Мур-р-мур-р-р, – басовито урчал тот, еще не догадываясь, что впереди серьезная битва.

Глава 5,

в которой ведьма провоцирует светлого колдуна

– Какой позор! – стенал Луи-Антуан, бредя по улице на задних лапах, а передними хватаясь за голову. – Меня обошел какой-то... кот!

Я шла рядом и старалась не слишком ехидничать, раз за разом вспоминая противостояние двух хвостатых, один из которых, на минуточку, считал себя вершиной эволюции.

Нет, сперва все шло очень даже неплохо.

Я испепеляла Дарена взглядом, тот улыбался. Белый кот с его рук перекочевал на возвышение с миниатюрной клеткой и как ни в чем не бывало намывал лапой простодушную морду. Луи-Антуан сидел на подушечке в клетке и с видом аристократа в демоны знает каком поколении кривил морду от отвращения.

– Белый, – было его единственной и самой важной претензией.

Ровно до того момента, как к нам подошли члены жюри.

– О-о, – протянула статная дама, глядя на приосанившегося Луи-Антуана. – Какой красавец!

– Мур-мяу! – подал голос наш светлый конкурент, дождался, когда члены жюри повернут в его сторону головы, сел на попу и сделал «зайку».

– А-а-а... – хором умилилось жюри.

– Минуточку! – возмутился королевский библиотекарь, почуявший, что победа вот-вот ускользнет из его лапок.

Он вскочил со своего места, открыл дверцу и одним точным прыжком вскочил на крышу клетки. Поднялся на задние лапы и патетически изрек:

– Многоуважаемая публика, прекрасное жюри. – Томный взгляд на статную даму, отчего та смущенно потупилась. – Я бы хотел зачитать для вас классическую поэму восьмого века, пера древнеромского мыслителя и выдающегося мужа Морского дозора...

– Мурз, – позвал своего кота Дарен и негромко скомандовал: – Алле-оп!

Мурз прыгнул, сделал кувырок и приземлился на передние лапки. Толпа зааплодировала.

Луи-Антуан повысил голос и начал зачитывать поэму. Мурз сделал несколько шажков на передних лапах, забрался на миниатюрную клетку и медленно убрал правую лапку, оставшись балансировать на одной. Жюри ахнуло и вновь принялось рукоплескать.

Луи-Антуан перешел на латынь.

Мурз соскочил на возвышение, выгнулся, изображая поклон перед восторженной публикой.

Луи-Антуан сбился и запел.

Дарен с видом «я вообще не при делах» сунул руку в карман и вытащил горсть маленьких ярких мячиков. Мурз с радостным мяуканьем повалился на спину, принял на лапы один, подкинул второй, третий и через пару мгновений уже ловко жонглировал пятью мячиками сразу.

Луи-Антуан перебрал все восемь языков, которые знал, и таки сорвался на благозвучное и исключительно нецензурное наречие горного клана троллей.

Но даже это нас не спасло...

– Поверить не могу, – громко и выразительно страдал королевский библиотекарь, бредя прочь от городской площади, где с ним случился главный и пока единственный в его жизни провал.

– Чего ты шипишь? – искренне недоумевала я, потрясая мешочком с тремя золотыми. – Нам же дали первое место и главный приз.

– Да, но и этому... Мурзу! – Имя соперника кот выплюнул с нескрываемым отвращением. – Ему тоже дали первое место и главный приз. Теперь, Миранда, ты понимаешь всю горечь постигшего меня несчастья?

– Не очень, – созналась я.

Луи-Антуан сел на пушистую попу, схватился за кончики ушей и оттянул их вниз.

– Они уравняли мой великий разум с его ужимками и прыжками! – возопил он на всю улицу.

Парочка прохожих заинтересованно повернула головы, а девочка лет семи набралась храбрости, подошла и тихонько дернула меня за руку.

– Тетенька, а что с вашим котиком?

– Котику плохо, – насмешливо засюсюкала я, копируя интонации малявки. – Другой котик потоптался по его самооценке и сделал тройное сальто назад.

– А-а-а... – протянула девочка с видом «ничего не понятно, но ладно» и заторопилась к площади, откуда уже доносились звуки музыки и визг настраиваемых микрофонов.

– Нет, я так не могу. – Королевский библиотекарь вскочил на все четыре лапы и потрусил прочь.

– Ты куда? – крикнула я в спину хвостатому.

С перепугу подумалось, что Луи-Антуан наплевал на правила приличия и совершенно плебейски бежит царапать Мурзу морду, но библиотекарь успокоил:

– Мне срочно нужно возобновить научную переписку с коллегами...

«И выпить», – так и осталось невысказанным, но было очевидным.

Проводив его взглядом, я развернулась и поспешила в гостиницу, где меня ждали алый гримуар и выкупанное драконье яйцо, завернутое в махровое полотенце.

– Ванну-то хоть помыл? – ворчливо поинтересовалась я, глядя на то, с какой заботой шуршит вокруг кресла с яйцом гримуар.

Книга дернула закладкой. Спохватилась. Дернулась в сторону ванной комнаты, но я лишь устало махнула рукой на эту сладкую парочку с проснувшимся инстинктом гнездования. Заказала в номер фруктов и вина, сама почистила бортики ванны от следов грязи и насухо вытерла пол.

Через пару минут в номер принесли заказанную еду и специальный поднос, который устанавливался на бортики так, чтобы можно было совмещать водные процедуры и неспешное поглощение пищи.

– Мне все больше и больше начинает нравиться это место, – улыбнулась я, выпроводила обслуживающий персонал и взмахом руки зажгла свечи.

Напевая под нос песенку, стянула с себя одежду, сунула в рот сладкую виноградинку и со стоном наслаждения погрузилась в горячую воду.

Да, жизнь прекрасна...

Дверь со стуком распахнулась, явив непривычно злого Чейза.

– Дарен? – знатно так охренела я, инстинктивно прикрывая руками голую грудь.

– Что ты наговорила моей невесте?! – рявкнул тот.

– А что я ей наговорила? – робко уточнила я, лихорадочно соображая, когда успела сделать это доброе дело и почему забыла.

– Вот и я хотел бы услышать, что именно, – прорычал Дарен, делая несколько решительных шагов и замирая возле бортика. – Беати пришла и закатила мне безобразный скандал. Она орала на меня. Представляешь? Орала в голос. Миранда, да я в жизни не слышал от нее таких слов!

– Вот! Молодец, девчонка, начинает проявлять характер, – порадовалась я за чужую невесту.

Чейз рыкнул нечто неразборчивое, уперся руками в бортик и наклонился к моему лицу.

– Мне нравился ее характер ДО твоего вмешательства, – заявил этот...

Этот наглый.

Этот взбешенный.

Этот вышедший за все рамки приличия колдун!

Значит, любишь послушных? Робких и стеснительных?

Так, да?! Я тебе сейчас покажу, что такое злая женщина!

Опережая очередную волну претензий, я величественно встала, заставив Дарена выпрямиться и отступить. Под аккомпанемент стекающей воды и гулко колотящегося сердца гордо выпрямила плечи и в упор посмотрела на светлого.

– Дарен, а тебя ничего не смущает?

– Нет, а что? – рыкнул Чейз.

Моргнул.

Его взгляд медленно скользнул вслед за каплей по моей голой шее. Опустился ниже и прикипел к голой груди, которую я таки умудрилась прикрыть руками от чужого взгляда.

– Ты... – Он судорожно сглотнул и севшим голосом закончил: – Голая.

– А ты знаешь другой способ принять ванну? – ехидно уточнила я.

А Дарен завис. Просто стоял и молча пялился на голенькую и всю такую хорошенькую меня в каплях воды и пены. С другим мужчиной я бы возмутилась, психанула, швырнула искрой, но колдуна проклинать бессмысленно, а злиться не тянет.

– Нравлюсь? – насмешливо фыркнула я, потешаясь над его реакцией и ощущая себя самой-самой красивой женщиной на свете.

– А?

Колдун дернул плечом, вскинул голову и встретился со мной потемневшим от желания взглядом.

– Очень... – выдохнул он, и настал уже мой черед изображать из себя неподвижную статую.

Еще один долгий взгляд на мою обнаженную натуру. Медленное движение назад. Разворот. Едва слышный стук открывающейся створки. Дарен покинул ванную так же решительно, как и ворвался, оставив меня в гордом недоумении таращиться на дверь.

Что, демоны его дери, сейчас это было?!

Глава 6,

в которой ведьма становится свидетелем настоящего чуда

С трудом вернув себе самообладание, я медленно наклонилась, взяла со столика бокал с вином и сделала большой глоток.

Если я и дальше планирую общаться со светлым колдуном, то надо сходить на курсы повышения ведьминской квалификации. Послушать совета других умных женщин. На крайний случай почитать брошюрку «Как понять светлого?». Ибо чем дольше мы знакомы с Чейзом, тем меньше я понимаю его.

Так. Ладно.

Соберись, Миранда!

Надо выяснить, с чего вдруг вся такая милая душка Беати закатила колдуну истерику и почему в этом обвиняют меня. Не то чтобы я против подобной репутации, но хочется все же заслужить ее самостоятельно. Мне чужого не надо... Если только это не золото!

Сделав еще один контрольный глоток, я опустила бокал и шагнула на коврик – расслабляющее отмокание в ванне временно отменяется. Вот сейчас натяну халатик, выясню у колдуна подробности, разберусь в последствиях, и вот тогда...

Раздался хлопок. Я повернула голову и заметила зеленую вспышку перехода. А через один удар сердца на бортик ванной вывалился алый гримуар.

– Арчи? – насторожилась я, ибо зеленый цвет пламени вовсю ябедничал о том, какое мерзкое настроение у гримуара в эту секунду.

Арчи подскочил на корешке и экспрессивно дернул закладкой, отчего уголок обложки не удержался на гладком бортике и соскользнул вниз. Гримуар с грозным шипением съехал вниз и непременно с головой, то есть с корешком, ушел бы под воду, загубив странички с редчайшими рецептами. К счастью, я успела перехватить его у самой воды. Только кончик обложки слегка мазнул по водной глади.

– Эй, водолаз, полегче, – встревожилась я, рукавом халата вытирая каплю с потертой кожи. – Какой светлый тебя покусал?

Арчи забился в моих руках, зашелестел страницами. Пропал во вспышке мгновенного переноса. Вернулся, подергал меня за халат. Снова пропал.

В комнате что-то с грохотом разбилось и выругался мужчина.

– Да что этот светлый там творит! – вспылила я и выскочила из ванной, чтобы в следующий миг испуганно заорать: – Дарен! Какого демона!!!

Колдун остановил занесенный для удара кулак и шумно выдохнул. Принц Каллиан, которого я ну никак не ожидала обнаружить в своем номере, да еще в столь странной позе, напротив, скосил глаза и радостно заулыбался.

– О, Миранда, добрый вечер, – великосветским тоном поприветствовал меня наследник и будущий правитель королевства.

И все бы ничего, но в данный момент этот самый вероятный правитель был прижат к полу массивным телом своего стража. Причем левая рука Дарена крепко сжимала ворот черной куртки принца, а правая чуть подрагивала, словно караулила момент для нанесения остановленного удара.

Решительно затянув узел на поясе халата, я сделала несколько шагов, выходя на середину комнаты, оценила общий разгромленный вид и только потом строго уточнила:

– Что здесь происходит? Почему вы подрались? И... – Я слегка поморщилась, демонстрируя неодобрение. – Дарен, слезь уже с Каллиана. Он уже все осознал и больше так не будет.

– Да, – бодро поддакнул поверженный принц. – Послушай нашу огненную девочку, Дарен. Слезай и заканчивай играть в героя.

Судя по тому, как грозно заходили желваки на лице Чейза, он с куда большим желанием сделал бы кое-что другое. Например, сомкнул широкие ладони на хрупкой птичьей шейке своего принца и организовал тому кратковременную асфиксию. Глядишь, и поумнеет.

К счастью, принцеубийство на полу номера алой ведьмы не состоялось. Дарен взял себя в руки, стремительно поднялся и за шиворот вздернул Каллиана на ноги.

– Этот... – многозначительная пауза, – пытался украсть яйцо.

«Этот» со стоном схватился за поясницу, делая вид, что не при делах. И вообще просто мимо проходил. А в номер заглянул исключительно из любопытства.

– Мое яйцо? – разозлилась я, загораясь идеей как следует поколотить наследника.

– Наше, – дотошливо напомнил Дарен, делая шаг в сторону и присаживаясь возле кресла, где недовольно шуршал страничками обеспокоенный Арчи. Просунув руку между ножек, мужчина выкатил яйцо, осторожно взял и поднялся. – Не забывай, что оно и мое тоже.

– И хотела бы, но ты ж напомнишь... – проворчала я, протягивая руку, чтобы отобрать наш карточный приз, но тут случилось удивительное.

Ладони Дарена Чейза полыхнули светом. На миг ослепив всех присутствующих в комнате, мягкое сияние сконцентрировалось и начало перетекать на окаменевшую поверхность яйца, до тех пор пока не окружило его плотным коконом.

– Что ты сделал? – подскочила я.

– Ничего.

– Ничего?! И поэтому оно светится, как гребаное солнце?

– Демоны, – глухо выругался сквозь сжатые зубы Дарен. – Оно поглощает мою силу.

– Стой и не дергайся, – неожиданно властно приказал подошедший Каллиан.

Я же, наоборот, сунулась в самое пекло, надеясь отобрать у светлого колдуна яйцо и...

И тут случилось непоправимое.

Катастрофа вселенских масштабов!

Яйцо в руках Дарена вдруг захрустело, как карамель на зубах. Окаменевшая скорлупа покрылась трещинами и разломилась на несколько частей. В иррациональном порыве вернуть все как было, я попыталась прижать скорлупу обратно, но в теплые от магии стенки мощно пнули изнутри.

Оболочка оказалась не способна к такому натиску, окончательно треснула и осыпалась на пол крохотными чешуйками. В широких мужских ладонях осталась нижняя часть, в которой, точно в большой чаше с фруктами, смутно угадывались очертания существа, которого я видела только на картинках.

– Это... – с трудом выдохнула я, отказываясь верить глазам.

– Дракон, – спокойно и даже капельку скучающе произнес принц, словно сам уже давно обо всем догадался и только мы, двое дураков, до последнего ничего не поняли.

Глава 7,

в которой ведьма крадет своего дракона

Несколько минут в номере царила звенящая тишина.

Я не отрывала от новорожденного малыша восторженного взгляда. Арчи завис в воздухе и трепетал страничками, то и дело выходя из образа грозного алого гримуара и срываясь на девчачье «уи-и-и». Дарен внешне вел себя как и в первую нашу встречу, то есть холодно, сосредоточенно и максимально сконцентрированно на деле. Но по тому, с какой величайшей осторожностью он прижал вылупившегося дракончика к груди и как тихо дышал, я сделала вывод, что и его внезапное рождение проняло.

Да что там! Даже принц Каллиан преисполнился моментом.

Стоял. Радостно скалился. Молчал.

Всегда бы так!

Дракончик оказался совсем крохой, не больше кошки. Шкурка у малыша была темной, с красными подпалинами на плечах и мордочке. Зачатки крыльев плотно прилегали к туловищу, а длинный хвост скромно обвивал задние лапы. Рожки на голове еще не выросли, как и спинные выросты, поэтому будущая гроза небес сейчас больше походил на ящерку.

Малыш поднял голову, удивленно моргнул огромными глазенками пронзительно-голубого цвета. Покосился на Каллиана, на Арчи, на меня. Понял, что ему никто не угрожает, и сладко зевнул.

Арчи упал на пол от умиления. Принц прижал руки к груди. Меня же обуяли доселе невиданные чувства.

– А кто у нас тут такой маленький... Сладкий... – засюсюкала я, протягивая руку, чтобы погладить малыша по головке. – Хорош... ы-ы-ый!!!

Взвыв больше от неожиданности, чем от боли, я выдернула конечность из захвата еще крохотных, но уже таких острых зубок. В шоке уставилась на каплю крови, стекающую по указательному пальцу, и продемонстрировала ее остальным.

– Он меня укусил!

Дракончик приподнялся. Зашатался, пытаясь поймать равновесие. Не устоял и шлепнулся обратно. И уже оттуда оскалил зубы и пискляво зарычал.

– И что это значит? – окончательно потеряла я связь с действительностью.

– Ты ему не нравишься, – сообщил принц и тоже потянулся, чтобы погладить новорожденного дракона, однако быстро передумал, стоило тому грозно щелкнуть в воздухе зубами.

– В смысле не нравлюсь? – не укладывалось у меня в голове. – Я последняя алая ведьма, а он дракон. Мы пламя от пламени. Едины по сути своей.

Но дракончик явно был не в курсе установившейся в мире иерархии. И вообще чихать хотел на все то, что было известно о его виде.

Голубые глазки еще раз внимательно осмотрели комнату, меня и принца, а потом он медленно поднял голову вверх. Только теперь малыш увидел держащего его Дарена и радостно подпрыгнул. Шустрой молнией развернулся, подскочил, вцепился передними лапками в рубашку Дарена и с довольным урчанием ткнулся тому в шею.

– Эй, тише, – засмеялся колдун. – Щекотно же.

Он выронил остатки скорлупы, перехватил прильнувшего к нему дракончика удобнее и ласково почесал по спинке. Блаженное урчание стало громче.

Арчи повторно упал на пол от шока, а я открыла рот от удивления, отказываясь верить происходящему. А тут еще и Каллиан подлил масла в огонь.

Наклонился ближе и тоном опытного подстрекателя уточнил:

– Мне это кажется или твой дракон выбрал Дарена?

Это как это?

Это почему же его?

Что вообще за бред!

– Нет, – вырвалось у меня.

– Да-а... – протянул принц и ткнул в воркующую парочку: – Смотри, как мило они смотрятся.

«Мило» – не совсем то слово, которое подходило для описания этих двоих. Крохотный мурлыкающий дракончик и крупный мужчина, который с величайшей нежностью и обожанием щекотал спинку и бока новорожденной ящерки, смотрелись невероятно. Лично у меня аж зубы сводило от того, как сладко и умилительно это выглядело со стороны.

Почувствовав мой тяжелый взгляд, Дарен оторвался от ластящегося к нему дракона и посмотрел на нас глазами счастливого человека. Еще и улыбнулся, гад такой.

И вот тут я окончательно и бесповоротно озверела.

Потому что это мой дракон!

Мой. Ведьма я или кто?!

А потому:

– Ты... – прошипела я и недвусмысленно двинулась на Чейза.

– Миранда, спокойнее, – попятился светлый. – Это еще ничего не значит.

Вот зря.

Зря он начал оправдываться.

Лучше бы просто вернул мне новорожденного малыша, схватил принца за шиворот и вместе с ним сиганул в окно от греха подальше, а так заслужил ровно то, что заслужил.

Как говорится, ничего личного, я просто ведьма.

– Ты... – еще раз повторила я, и перстень на моем пальце нагрелся. Арчи воинственно дернул алой закладкой. Дарен напрягся. Принц захохотал.

Пылая от праведного негодования, я вскинула руку и... что тут началось. Под хохот, шелест и грохот падающей мебели мы разрушительным вихрем пронеслись по гостиничному номеру. Раз. Другой. Третий!

– Миранда, давай просто поговорим.

Ага. Сейчас. Бегу и падаю, колдун.

– Миранда, я уверен, что и тебя он тоже полюбит.

Полюбит. Еще как полюбит, тут без вариантов.

Вот сперва тебя укокошу, а после всенепременно полюбит.

Дарен успел отбить с десяток искр и несколько смачных проклятий в свой адрес, пропустить мимо ушей парочку неприятных эпитетов и увернуться от пущенной в порыве чувств вазы.

– Да, Миранда, врежь ему! – подначивал принц, спрятавшийся за спинкой кресла.

– Миранда, это НАШ дракон, никто не заберет его у тебя, – пытался достучаться колдун, кувырком скатываясь по кровати и замирая с противоположной ее стороны.

«Ш-ш-ш...» – возмущался книжный нянь, у которого тоже отобрали дорогую сердцу деточку.

Но я не слушала никого, кроме собственного гнева. А тот требовал немедленной расплаты. И дракона.

– Врешь, не уйдешь! – азартно воскликнула я и таки попала в этого неуловимого колдунишку.

Светлый замер, обездвиженный алой искрой, и я поспешно бросилась к нему, пока замораживающее проклятье не закончило действовать. Кто вообще знает, насколько восприимчив этот колдун к темным искрам?

Дракон возмущенно шипел, цеплялся за Дарена всеми лапками, рвал коготками пуговицы в попытке нырнуть за пазуху и всячески не желал признавать меня своей хозяйкой. Уж молчу про любимую.

– Ах ты паршивец! – обиделась я, мысленно поставив зарубку в будущем припомнить хвостатому и демарш на ручки к идейному врагу, и это возмутительное поведение.

Тот, видимо, что-то понял, поэтому спрыгнул на пол. Метнулся в угол, потом передумал и попытался нырнуть и забиться под кровать, но Арчи с видом добродушной бабушки при виде дорогого внука широко раскинул обложку и преградил путь.

«Ну их всех на фиг!» – мелькнуло на морде якобы вымершего существа.

Драконенок метнулся обратно к застывшему Чейзу, проскочил мимо меня, не ожидавшей таких скоростей от мелкого паршивца, сунул мордочку под штанину и, извиваясь всем телом, пополз под брючиной вверх.

– А ну стой! – завопила я, падая перед колдуном на колени и пытаясь схватить мелкого за лапу или хвост.

Но куда там!

Паршивец двигался так, словно его далекой бабушкой по материнской линии была сама ртуть, а дедом – доисторический крокодил. Неуловимый и отчаянно кусающийся, он легко уклонился от моей руки и пополз наверх, игнорируя злобное сопение ведьмы.

Сообразив, что через узкую штанину не смогу просунуть руку далеко, я вскочила на ноги. Решительно дернула ремень на поясе мужчины, надеясь поймать новорожденного сверху.

Сунула руку в штаны. Нащупала. Не дракона, но тоже впечатляло. Смутилась, передвинула руку в сторону и таки поймала чешуйчатого паршивца за шкирку, точно кота.

Тот громко протестовал, извивался, отчаянно царапал ногу Дарена коготками, пробовал кусать мою руку, но я была непреклонна и очень скоро вытащила драконенка на свет божий. Тот зарычал, задергал задними лапами, но я держала крепко, а тут и Арчи подоспел.

Вместе мы кое-как запеленали воинственно рычащего и сверкающего большими глазенками малыша в гостиничное покрывало и облегченно повалились на кровать.

– Фу-у-ух...

– Ловко ты его, – с ноткой восхищения сказал Каллиан.

– А? – Я обернулась, предполагая, что наследник оценил поимку хвостатого.

Вот только смотрел принц не на зафиксированного дракончика, а на остолбеневшего в углу комнаты Дарена.

– Да, брат, тебе никогда не хватало смелости ударить женщину, – насмешливо усмехнулся Каллиан, подходя ближе. – Даже сейчас не послал в нее ни одной светлой искры.

Так, минуточку.

В смысле брат?!

Глава 8,

в которой ведьму ставят перед выбором, который ее не устраивает

Дарен Чейз мрачно уставился на Каллиана.

«Ты идиот?» – явственно читалось в этом взгляде.

– А что такого? Ведь очень скоро мы все станем одной семьей. Пусть Миранда узнает ближайших родственников, – надменно уточнил принц, кажется, очень довольный ситуацией.

– Семьей? – вмешалась я в разговор неожиданных братьев и поторопилась сразу расставить все знаки препинания и маты. – Каллиан, вот уж не знаю, что ты там себе напридумывал, но в ближайшем будущем я не планирую обзаводиться даже друзьями, молчу про столь сомнительных родственников.

– А придется, – заявил тот, нахально улыбнулся и поиграл бровями. – Ведь в ближайшие полгода ты станешь моей женой.

Мне потребовалась минута, чтобы переварить услышанное, а после я громко, можно даже сказать показательно, рассмеялась.

Я и принц Каллиан?

Абсурд.

– Эй, высочество, – выдавила я, вытирая набежавшие от веселья слезы. – Вот уж не в курсе, что за влажные фантазии приходят в твою недалекую голову, но знай, что я лучше прыгну в пропасть без метлы и магии, чем соглашусь на семейную жизнь с таким, как ты.

– Жаль, – притворно огорчился Каллиан и посмотрел на спеленутого дракончика. – В таком случае ты никогда больше не увидишь это существо.

Арчи возмущенно зашелестел страницами, дракончик икнул от неожиданности, а я мигом утратила былое благодушие.

– Что ты сказал? – Я сделала шаг по направлению к принцу, и на кончиках моих пальцев заплясали огоньки.

– Миранда, мне искренне жаль, что все так вышло, – развел руками принц, видимо забыв, что надо испугаться. – В любой другой ситуации я, быть может, даже разрешил тебе годик-другой повозиться с этим очаровательным дракончиком, но ты же понимаешь. Упускать такое оружие – истинное безрассудство, которому я, увы, не подвержен.

– Не подвержен безрассудству? Ты? – насмешливо повторила я и напомнила: – А кто подговорил гарпий выкрасть себя с праздника ради партии в дурака?

Каллиан слегка поморщился:

– Ладно, признаю... Но будем считать, что с этого дня я встал на путь исправления. Поэтому отойди и просто дай мне забрать его.

Ага. Слушаюсь и повинуюсь!

Вскинув руку, я вспомнила прошлый успех с чтением и ударила по противнику. Алая искра метнулась к Каллиану и... угасла, не долетев до цели.

Заподозрив неладное, я глянула на перстень – перегрелся, что ли? На пробу пустила еще парочку искр. Да нет же. Работает, как раньше. Тогда почему не сработало на Каллиане?

– Какая жалость, да? – расплылся в противнейшей улыбке принц, поднял руку и показал на колечко, символически надетое на средний палец.

То самое кольцо, что я подарила ему перед тем, как разнесла покои в замке.

– Помнишь его? Раньше оно защищало меня только от огня, но по моей просьбе Дарен кое-что доработал после того, как ты прокляла меня страстью к чтению, и теперь на меня не действует ни одна из твоих искр. Круто, правда?

Спасибо, Дарен.

Что? Так сложно было потерпеть со своей разработкой до возвращения в столицу? А теперь я полностью беззащитна перед этим без пяти минут коронованным гаденышем. Если только пнуть и швырнуть вазой в эту капризную физиономию.

Хотя нет. Не выйдет. Единственную вазу я уже швырнула в колдуна. Так что остается только пнуть. Да посильнее.

Каллиан, даже не догадывающийся о моих кровожадных намерениях, чуть сдвинулся и подытожил:

– Ладно, давай не будем затягивать эту сцену, Миранда. – Он приложил руку к груди и на его пальце засветился массивный перстень с родовой печатью королевской семьи. – Именем короны я конфискую дра...

БАХ! – на голову будущего короля обрушился алый гримуар.

Заорав от боли, тот слегка пошатнулся и схватился руками за поверженную силой бумажного слова голову.

– Какого... – выдавил он, и тут уже я воспользовалась моментом замешательства.

Подскочила и таки врезала.

Коленом.

По самому нежному.

– А-у... – тоненько взвизгнул принц, отпуская голову и хватаясь за королевский причиндал.

Не в силах справиться с болью, он упал на колени и скорчился в три погибели, завывая и страдальчески гримасничая. Я бросилась к тумбочке, чтобы вооружиться торшером, которым планировала окончательно приголубить несостоявшегося супруга, но не успела. Дарен Чейз отмер.

Одной рукой он подхватил штаны, другой послал в брата светлую искру. Каллиан замер в любопытной позе. На коленях, уткнувшись лбом в гостиничный ковер, зажав одну руку между ног, а другую опустив на пол.

Не теряя времени, Дарен быстро наклонился над братом и стащил с его руки все еще светящийся родовой перстень. Перстень мгновенно погас и оказался выброшен в открытое окно, а светлый колдун направился ко мне.

Легко перехватил руку с торшером, отбил невидимым щитом алую искру и навис сверху.

– А вот теперь притуши пламя, угомонись и секунду послушай, – мягко, но непреклонно сказал он.

И вот никогда не была послушной девочкой, а тут почему-то послушно кивнула.

Дарен отобрал торшер и вернул его на место. Встал практически вплотную. Обхватил ладонями лицо, заставил посмотреть в глаза и серьезно сказал:

– Миранда, ты все слышала. Корона не даст вырастить дракона ни тебе, ни уж точно мне. Ты или добровольно отдашь его принцу, или станешь его женой. Других вариантов король не предложит.

– Но ковен. Он обязан заступиться, – вяло запротестовала я.

– Стоит ковенам узнать о существовании живого дракона, как они перегрызут друг другу глотку за право обладать им, – спокойно ответил Дарен. – Каллиан верно заметил: дракон – это оружие. Пока светлый и темный ковены будут с пеной у рта доказывать друг другу, что у них больше прав, король вмешается и под благовидным предлогом заберет его себе. А то, что хотя бы раз попало монарху в руки, никогда не покидает пределов замка.

Дарен нежно провел кончиками пальцев по моим щекам, опустил руки и с неожиданной грустью в голосе сказал:

– Поверь мне, я знаю, о чем говорю, Миранда.

Прикусив нижнюю губу, я внимательно слушала то, что говорил Дарен Чейз, и, к своему глубокому неудовольствию, соглашалась, а местами даже мысленно кивала.

Последняя магическая война была развязана из-за какой-то глупости. Многие годы после ковены пытались жить в мире и справедливости. С переменным успехом, но все же пытались. Если завтра я с новорожденным дракончиком на руках радостно прискачу в родной ковен, то светлые посчитают такой расклад несправедливым. Начнется негатив, грызня, угрозы и обвинения. С новой силой вспыхнет давняя вражда, и пошло-поехало.

Так что же делать?

Я покосилась на кровать. Арчи вновь вошел в роль заботливой нянюшки и теперь развлекал малыша тем, что качал над мордочкой атласной закладкой и шустро отдергивал ту, когда дракончик пытался сцапать ее зубами. Малыш сердито фыркал, бил хвостом и тут же затаивался, чтобы подманить закладочку поближе и куснуть.

– Твои предложения? – вернулась я взглядом к серьезному и собранному Дарену.

Он подался вперед и шумно выдохнул:

– Бежать. Вместе.

Его руки легли на талию и притянули к своей груди.

– Ты. Я. Книга и дракон, – тихо перечислил колдун.

Хорошо, что он меня придержал. А то клянусь! Я бы рухнула на пол от такого предложения.

Глава 9,

в которой ведьма собирается в спешке

– Как бежать? – откровенно растерялась я и впервые за долгое время почувствовала себя маленькой и остро нуждающейся в защите.

Руки как-то сами собой вцепились в сильные предплечья Дарена, поддерживающего меня за талию. Голову, точно стая голодных чаек порт, наводнила куча риторических вопросов.

Куда бежать? На что мы будем жить? Как прятаться? Что едят драконы? А что едят светлые колдуны? Что скажет темный ковен, когда до них дойдет новость о моем побеге со светлым колдуном?

Но из всех глупых и не очень я выбрала самый странный.

– Прям так?

Дарен озадаченно моргнул. Видимо, тоже ожидал чего-то другого от растерявшейся алой ведьмы. Как минимум адекватности. Но виду не подал.

Мгновенно взял себя в руки, чуть отстранился и обвел меня долгим взглядом мужчины, изголодавшегося по женщине. Судя по всему, восстанавливал в памяти шедевр под названием «Купание красного коня... – тьфу ты! – алой ведьмы».

– Да... – протянул он, и в голосе появились хриплые нотки. – Как бы мне ни нравилась мысль, что на тебе минимум одежды, но убегать в одном халате действительно не слишком здравая идея.

Я удивленно моргнула, разрываясь между желанием поплотнее запахнуть халат и навязчивой потребностью сбросить одежду и еще разок увидеть, как меняется лицо Дарена. Пока я нерешительно мялась на месте, мужчина убрал руки с моей талии и развернулся.

Скомандовал:

– Одевайся. Через десять минут нас не должно быть в этом номере.

А сам подошел к коленопреклоненному принцу, снял стазис и мощным рывком поставил на ноги.

– Нет, Дарен! – На лице Каллиана было отчаяние, возведенное в степень абсурда. – Ты не можешь меня бросить. Пожалуйста!

– Спи, – приказал тот, подкрепляя слова светлой искрой, и подхватил обмякшее тело брата.

Спохватившись, что все еще стою посреди разгромленного номера в одном халате, а время стремительно бежит, я помчалась в ванную комнату.

Быстро нашла кошелек с вещами, мысленно возблагодарила Арчи за его предусмотрительность при сборах и начала натягивать на себя чистые вещи. Как это обычно и бывает при спешке, штанины путались, свитер отказывался сообщать, изнанка это или лицо, волосы назойливо лезли в рот и цеплялись за магический перстень.

Я пыхтела, нервничала и то и дело поглядывала через оставленную щелочку на Дарена.

Уложив принца в мою постель, колдун заботливо стащил с него обувь и даже прикрыл одеялом, а после прихватил с тумбочки блокнот и принялся что-то торопливо писать.

– Все. Я готова, – сообщила я, появляясь в комнате.

Дарен кивнул, бросил блокнот на подушку возле спящего Каллиана, взял на руки радостно пискнувшего при его приближении дракончика и пошел к открытому окну.

«Прости, брат, но у каждого из нас свой путь», – успела прочитать я, прежде чем Дарен вскочил на подоконник и протянул мне руку.

Прежде чем окончательно и бесповоротно пуститься в бега, мы залетели к Феликсу. Не знаю, о чем колдун шептался со стражем, ибо стояла на стреме в ближайшей подворотне и пыталась удержать порывающегося побежать за любимым Дареном дракончика, но в результате переговоров у нас появилось три дня форы.

Все это время принц Каллиан будет спать, аки принцесса из сказки, в моем номере, а Феликс делать вид, что все идет по плану. Хотя давайте честно. Плана не было. Была ужасная импровизация двух непрофессионалов!

Обнявшись на прощание, мужчины разошлись. Феликс вернулся к группе сопровождения принца, а Чейз к нам.

– Куда теперь? – спросила я, поправляя покрывало так, чтобы маленькому негоднику было видно своего драгоценного папочку.

Дарен наклонился, быстро чмокнул мелкого в милую морду и сел на метлу позади меня. Хозяйским жестом обнял, пододвинул ближе к себе и нагло перехватил черенок у опешившей от такого самоуправства ведьмы.

Резкий старт, встречный ветер в лицо и стремительно уменьшающиеся очертания Тотошвилля. И уже в небе колдун снизошел до ответа:

– Мы возвращаемся в столицу.

– Зачем?!

– Что-то подсказывает, что нельзя похищать алую ведьму и дракона, не прихватив с собой мешок золота.

«У него есть мешок золота?» – моментально сделала стойку проснувшаяся жадность.

– Ты нас не похищаешь, – вслух возмутилось чувство справедливости. – Мы бежим вместе, чтобы защитить мелкого от притязаний короны.

– Я так и сказал, – невозмутимо парировал светлый колдун, чуть напрягая руку, чтобы прижать нас с драконом еще ближе.

Очень хотелось возмутиться, но я так изнервничалась за день, что решила махнуть на глупого Дарена Чейза рукой. Потом. Еще успею с ним поспорить о разнице между словом «похищение» и «побег».

Убедившись, что светлый уверенно управляется с метлой, а новорожденный дракончик пригрелся и затих, я пристроила голову на груди сидящего мужчины, смежила веки, рассчитывая немного подремать, и сама не заметила, как провалилась в глубокий сон.

Глава 10,

в которой ведьма идет в темный ковен прощаться

– Почему так долго? – накинулась я на мужчину, едва только его макушка появилась в оконном проеме.

Дарен подтянулся на руках, с ловкостью большой кошки вскочил на подоконник, спрыгнул на пол моей спальни и по привычке оглядел пространство.

– Не хотели отпускать, – скупо прокомментировал он появление кровоточащей ссадины на скуле и парочки прорех на куртке.

Судя по всему, увольнение из рядов королевских стражников прошло весело и с применением грубой физической силы. Возможно даже, он его выбил из грозного начальства кулаками.

– Как вы тут без меня? – уточнил светлый, оглядывая перевернутую вверх дном комнату и останавливая взгляд на изгрызенной ножке стула.

Я показательно фыркнула, всем видом демонстрируя, что прекрасно, а вот дракончик не пожелал держать себя в лапах. С восторженным визгом кубарем скатился с кровати, на которой прыгал, и помчался к Дарену. Встал на задние лапы и протянул передние к любимому хозяину, требуя срочно взять себя на ручки.

– Соскучился? – с небывалой нежностью в голосе спросил колдун, прежде чем наклониться, подхватить хвостатого малыша и высоко подкинуть вверх.

Тот восторженно пискнул и энергично закрутил хвостом, давая понять, чтобы его подкинули еще разочек. Можно сразу три.

– Паршивец, – не смолчала я, вспоминая, как устала и откровенно задолбалась сперва размораживать, а после крутить из мяса фарш, чтобы накормить этого неблагодарного дракона. – Я, значит, для него... А он... Эх!

Махнув рукой, я вышла из спальни, оставив колдуна дурачиться с хвостатым, спустилась на первый этаж, прихватила с тумбочки конверт с просьбой немедленно явиться и поспешила в темный ковен.

Робко заглянув в приемную, я кивнула секретарше, затравленно глянула на массивные двери, ведущие в зал, где заседал темный ковен, вздохнула и пристроилась на диванчике рядом с другой ведьмой.

– Саманта Блэк, – представилась та. – Черная ведьма.

– Миранда Россе, – шепнула в ответ. – Алая ведьма.

На меня уважительно глянули и с любопытством уточнили:

– А тебя-то за что?

– Читала новость о похищении принца драконом?

– Конечно.

– Ну скажем так... – задумчиво протянула я. – Это я виновата.

– Да ладно! – воскликнула черная ведьма и категорично потребовала: – Расскажи.

Я пожала плечами и принялась охотно выбалтывать подробности, заодно репетируя то, что скажу ковену:

– Стою я, значит, у себя в лавке, дышу ночным воздухом и вижу, как на крышу соседнего дома садится горгулья...

Двойные двери в зал заседаний ковена сами собой распахнулись, и в приемную вышел высокий и статный мужчина в костюме.

– Госпожа Блэк, входите.

– Да-да, – отмахнулась моя соседка, продолжая с любопытством смотреть на меня в ожидании подробностей.

– Госпожа Блэк, – повторил мужчина, но теперь в его вежливых интонациях явственно слышалось «Ведьма, ты наглеешь».

Черная ведьма с разочарованным вздохом поднялась и пошла следом за сопровождающим на разбор полетов к самым могущественным ведьмакам и ведьмам темного ковена. А там...

Ох, как же на нее орали. Так орали, что я невольно покосилась на дверь, но секретарша перехватила этот взгляд, склонный к побегу, подняла руку и метнула в дверь, а заодно и окна искрами, запирая те на магические засовы. Сразу видно – опытная! Не раз и не два сталкивалась с наглыми ведьмаками и впечатлительными ведьмами.

Крики стали громче. Что-то воинственно громыхнуло и врезалось в запертые двери. Во все стороны полетели искры.

– Да уж... – Секретарша сочувственно глянула сперва на зал, в который увели черную ведьму, а после на меня и совершенно неожиданно предложила чашечку кофе.

В сложившейся ситуации я с куда большим удовольствием приняла бы из ее рук успокоительное зелье, а лучше зелье забвения, чтобы пережить и тут же забыть весь тот кошмар, который грозил со мной случиться.

Окончательно приуныв, я с трудом дождалась, пока публичная порка черной ведьмы подойдет к концу и несчастную ведьму на ковре позора сменю вся такая невинная я.

– Доброе утро, – поздоровалась я, но, судя по коллективно скривившимся лицам представителей темного ковена, собравшихся в просторном зале, с «добрым» это я, конечно, сильно просчиталась.

На меня глянули так мрачно, что, не будь я устойчива к пламени, осыпалась бы на коврик горсткой незадачливого пепла.

– Миранда Россе, до нас дошла информация, что вы причастны к похищению принца Каллиана, – официальным тоном сообщила властная ведьма. – Что вы можете на это сказать?

Я покосилась на зеленый камень на деревянной подставке, демонстративно выставленный в центр стола, чтобы ябедничать на меня всякий раз, когда решусь сказать неправду. Прочистила горло и принялась вдохновенно вещать.

Рассказала, как встретила гарпий, как свела их с принцем (исключительно ради запугивания, а не сговора для), как стала нечаянным свидетелем похищения принца и как отважно отправилась спасать его высочество в предгорье неподалеку от Доротивилля.

При упоминании последнего вся темная верхушка синхронно скривилась и сделалась злой. Пришлось уводить беседу в сторону и в красках живописать о возвращении в столицу, нападении банды и празднике по случаю дня города Тотошвилля.

И ни словечка о яйце, выигранном у гарпий. Ни о маленьком дракончике, вылупившемся из него. Ни о нашем с колдуном побеге. Я ж не самоубийца, чтобы проколоться на такой мелочи!

– Ладно, – протянула ведьма. Она чуяла, что не все в этой истории так, как я описываю, но не находила к чему бы придраться. – И где же принц Каллиан сейчас?

– Вероятно, спит и видит, как вернется в столицу, – с невинной улыбкой предположила я и попросила: – А можно я ненадолго уеду?

Представители ковена моментально сделали стойку и насторожились.

– Зачем?

– Ну... – грустно протянула я и вытащила Арчи из сумки. – Видите ли, мой гримуар решил, что я должна влюбиться, и заблокировал способности к приготовлению зелий.

– Да ну! – изумилась ведьма, склоняясь над раскрытым гримуаром и многозначительно хмыкая.

– Сами понимаете, как тяжело найти подходящего кандидата, а тут еще толпы покупателей дежурят под дверью. Я уж и объявление на двери писала, и лично пыталась объяснить, но им хоть бы хны!

Ведьма переглянулась с сидящим рядом мужчиной и в задумчивости забарабанила пальцами по столу. Судя по лицам присутствующих, новость о странном пунктике про влюбленность никого не удивила, но насторожила. Знать бы еще почему.

– Ну так как? Можно мне на недельку уехать?

Темные немного посовещались, с неохотой кивнули и – вот уж действительно чудо! – выделили мне пару золотых, присовокупив к великому по своей щедрости дару слова «отчитаешься за каждый медяк», а после велели выметаться и не отвлекать дюже занятых людей от сверхважных задач. Кофе, например, выпить.

Домой я возвращалась едва ли не вприпрыжку. По пути заскочила в банк, сняла часть средств, а другую разделила на три части и перевела на секретные счета, к которым не было допуска ни у кого, кроме меня и банкиров, а те, как известно, расстаются с золотыми еще неохотнее, чем ведьмы. Собственно, на этом и держится наша многолетняя дружба и взаимопонимание.

Как я и говорила ковену, перед лавкой уже образовалась толпа клиенток, невесть как прознавших о моем возвращении в столицу. Пришлось обходить дом и, как в прошлый раз, пробираться домой через окно.

Арчи тут же пропал в короткой алой вспышке: помчался проверять, как там без нас себя вел дракончик, а я еще раз проверила собранные сумки, документы и спустилась вниз на поиски светлого колдуна.

Тот обнаружился за кухонным столом. Сидел, весь из себя такой задумчивый над пачкой бумаги, меланхолично гладил задремавшего на коленях дракона и крутил в руках карандаш.

– Да-да, – усмехнулась я, входя в помещение, – сейчас самое время написать завещание.

– О завещании пока думать рано, – охотно откликнулся Чейз, размашисто перечеркивая написанное, скомкал лист и потянулся за следующим.

– А что тогда?

– Придумываю, как бы так потактичнее сказать, что я разрываю помолвку.

Я выронила ломоть хлеба, который планировала превратить в полноценный бутерброд, и вопросительно глянула на колдуна:

– Ты собираешься бросить Беати?

– Я собираюсь начать новую жизнь, Миранда.

– Со мной, книгой и драконом? – повторила я предложение, озвученное в номере, и не удержалась от подколки: – А как же тихая и кроткая невестушка? Она же полностью тебя устраивала.

Дарен посмотрел на меня так, словно устал намекать такой недогадливой мне на очевидное. Я сделала вид, что намеков не улавливаю и вообще состою в кружке любителей проговаривать все вслух, дабы не нарваться на отвратительное «дорогая, ты все не так поняла».

Пришлось колдуну подхватить сонного дракона на руки, встать и подойти.

– Миранда, как ты уже могла догадаться, мое происхождение не оставило шанса жить обычной жизнью светлого колдуна, – сказал он. – Три года назад я попросил свободы, и мне предложили несколько вариантов. Одним из них оказался выгодный для короны брак. Я не выбирал Беати. За меня это сделали отец с братом. У меня нет никаких чувств к этой девушке. И прости, что сорвался и накричал.

– Сделаю вид, что поверила, – сдержанно кивнула я, бросила хлеб вместе с мыслями о бутерброде на кухне, и сбежала в коридор.

И уже там, в отсутствие чьих бы то ни было взглядов, широко и очень радостно улыбнулась.

Глава 1,

в которой ведьма покидает столицу

Ведьма сдавала в багаж метлу, гримуар и беляш. Котел, набор трав, поросенка и маленького домовенка...

Смотритель на железнодорожной станции от шока присел на подножку вагона и схватился за голову, а немолодая проводница позеленела от отчаяния и попыталась представить, каким незабываемым будет этот маршрут на север королевства.

– Какие-то проблемы? – хмуро поинтересовалась ведьма, пряча лицо за кокетливой черной вуалькой, свисающей с полей остроконечной шляпы.

Поросенок визжал, домовенок бранился, пассажиры гомонили, настаивая – нет, требуя! – определить их в другой вагон. Хоть куда! Лишь бы подальше от ведьмы и ее балагана.

В это же время абсолютно другая ведьма в противоположной части города, но все в той же черной вуальке, наклонилась и нежной тонкой ручкой в черной перчатке схватила мужчину за грудки.

– Какие-то проблемы? – повторила она за своей подругой.

Знатно струхнувший водитель дилижанса отчаянно замотал головой, дождался, пока слабая женская ручка выпустит его из захвата, и кинул затравленный взгляд на багаж: метлу, самовар и котомку, ружье, батискаф и крохотного медвежонка.

И вот уж совсем никто не думал и не предполагал, что одновременно с ними из дверей темного ковена вырвется очень злая черная ведьма, запрыгнет на метлу и красивой свечкой метнется в небо, а часом позже уже белая ведьма подумает о том, как ее задолбала эта ваша государственная служба, и совершит побег^[1].

Вот так и вышло, что в тот день все пять ведьм, что проживали в столице, решили пуститься в дорогу.

Бастинду и Моргену сорваться в отпуск подговорила я, а все остальное провернул гениальный в своей коварности колдун. Как у него это вышло, светлый так и не сознался, предпочитая хранить многозначительное молчание и улыбаться, однако чуйка шептала, что безумно рада, что Дарен Чейз играет на нашей стороне.

Так или иначе нам удалось выиграть время, и к тому моменту, как Каллиан донес папочке о новорожденном драконе, мы со светлым уже успели сменить несколько городов, знатно поплутать по дорогам королевства, заметая следы, и осели в глухой провинции среди суровых лесорубов и их нелюбопытных жен.

Но и это была не конечная точка нашего маршрута...

– Р-р-р! – воинственно рявкнул дракончик где-то в коридоре, судя по звукам, взял разбег и протаранил головой стену, вырвав меня из объятий сна.

С трудом продрав глаза, я зло уставилась на окно, точнее на пробивающиеся через занавески лучики солнца, и решила, что такое утро мне не по душе. И шалящие драконы мне тоже не по душе. И вообще... где Дарен? Сейчас его черед следить за хвостатым паршивцем!

Решительно перевернувшись на живот, я спрятала лицо в подушку и приготовилась переспать это утро, в надежде, что со второй попытки оно станет более добрым и снисходительным к алой ведьме, которая всю ночь укачивала капризничающего дракона. Но не тут-то было!

БАМ! – удар в коридоре повторился, а следом с громким паническим шелестом мне на спину рухнул Арчи, и острый уголок обложки угодил аккурат между ребер. То ли хитрый фолиант специально метил по больному, то ли промахнулся в спешке, но эффект превзошел все ожидания.

Я дернулась, подняла голову и взвыла:

– А-ы-ы-ы!

– Р-р-р, – радостно подхватил малыш из коридора, и уже другой, смутно знакомый голос заорал:

– ПОМОГИТЕ!!!

Меня буквально смело с постели.

В мгновение ока я пролетела через спальню и, не заботясь о том, как выгляжу в топике и ультракоротких пижамных шортах, выскочила в коридор.

– Где? Что? Кого проклинать?

– Не надо проклинать, – взвыл черный кот с проседью на лапе. – Миранда, спаса-ай!

– Луи-Антуан? – опешила я, вот никак не рассчитывала обнаружить королевского библиотекаря в нашем временном логове.

Тот отчаянно цеплялся за доски на стене и поджимал хвост, который пытался оторвать засевший в засаде дракончик. Вероятно, хвостатый любитель фолиантов проник в дом и столкнулся с дракончиком, после чего у обоих взыграли древние инстинкты. И эти самые инстинкты загнали одного на стену, а другого заставили восторженно захлебываться слюной и не терять надежды пожевать такую интересную махалку.

– Мя-а-у! – истерично выдал кот, в минуту опасности забывая все прочие языки, кроме родного, и начал медленно съезжать вниз, оставляя в досках глубокие царапины.

– Р-р-р, – предвкушающе рявкнул источник моего недосыпа.

– Нельзя! – прикрикнула я на щелкнувшего зубами дракончика, отодрала Луи-Антуана от досок и пошла на разборки.

Дом, что нам уступили лесорубы, был одноэтажным. Сразу от входа начиналось большое помещение, служившее кухней, гостиной, раздевалкой и моментами кладовой. Дальше был небольшой коридор. Направо свернешь – в спальню попадешь, налево – туалет найдешь.

Про элементарный душ (молчу про ванну) местные не знали, каким-то образом обходясь баней в конце недели. С баней лично у меня сразу не заладилось. Все же я была городской девочкой, избалованной столицей и алым гримуаром, а потому едва не скончалась от высоких температур и самой мысли, что кто-то должен отхлестать тебя веником.

– Дарен, – позвала я колдуна и, прижимая кота к груди, поспешила на кухню.

Луи-Антуан судорожно схватился за собственный хвост лапами и в полуобморочном состоянии лежал на руках, хотя прежде никогда не давался и вообще воспринимал подобные действия дискриминацией по признаку наличия верхних конечностей. Мелкий зубастый шкодник трусил рядом, видимо полагая, что вредная, но мы с папой пока ее терпим, ведьма несет ему завтрак, и дико расстроился, когда я пронесла котика мимо пустой тарелки.

Хотя кого я обманываю.

Из тарелки дракончик ел в первые две недели после вылупления, а с прошлого вторника перешел на средних размеров таз. Дарен радовался хорошему аппетиту малыша, я же мрачно предрекала, что такими темпами взросления даже мешка золота не хватит, чтобы прокормить эдакого проглота.

– Дарен! – воззвала я к совести светлого, но она спала.

Сидя за кухонным столом и подперев голову кулаком, безмятежно спал и сам колдун, а перед ним стояла кружка с нетронутым и давно остывшим кофе, который, видимо, банально не успел побороть накатывающую на мужчину сонливость.

Я мрачно уставилась на товарища по воспитаннику и дернула спинку стула, устраиваясь напротив. Но ни взгляд, ни грохот передвигаемой мебели не потревожили могучий сон праведника. И тогда в ход пошло тяжелое оружие – дракон.

До глубины души и почек возмущенный моим коварством, мелкий паршивец вскарабкался по штанине Дарена. На манер меховой горжетки влез на могучие плечи и принялся энергично вылизывать шею и ухо своего любимого человека.

Колдун вздрогнул и открыл глаза. Мутный от многодневного недосыпа взгляд сконцентрировался на мне, рука перехватила шалуна, стащила упитанного малыша на колени и прижала к себе.

Со стороны мы наверняка смотрелись весело. Лохматая и злая я с котом на коленях и заспанный колдун с дракончиком.

– Дарен, у нас гости, – удивительно спокойным для сложившейся ситуации голосом сообщила я, взглядом указывая на трясущегося от пережитого библиотекаря.

«И какого демона ты беззаботно дрыхнешь, пока мелкий шалит?» – так и не прозвучало, но упрек колдун понял.

– Прости, – хрипло покаялся Дарен и обратился к коту: – Как ты нас нашел и проник внутрь?

– Ну я же кот... – в своей любимой манере ответил тот, беря себя в лапы, и решительно перепрыгнул на стол.

– Р-р-р, – тут же оживился дракончик и попытался сбежать, но объятия папочки оказались сильнее.

– Держите вашу зверюгу! – воскликнул Луи-Антуан, поднимая шерсть на загривке. – А то я сам за себя не отвечаю!

Я хмыкнула, но не стала напоминать королевскому библиотекарю о попытке взбежать по стене. Вместо этого задала главный вопрос:

– Зачем ты нас нашел?

Луи-Антуан величественно сел, обвил лапы с проседью шикарным хвостом и с максимальной величественностью заявил:

– Чтобы самую капельку шантажировать.

Демоны. Да что ж такое-то?

Глава 2,

в которой ведьму грязно шантажируют

В комнате повисла ошарашенная тишина. Дарен с непрошибаемым лицом хранил спокойствие. Я тоже молчала, но не потому, что за годы жизни и работы алой ведьмой в самом центре столицы научилась контролировать свои эмоции. Увы! Я была не столь проработанной ведьмой в данном вопросе. Хотя давайте честно, кто вообще был?

Мне просто банально не хватало цензурных слов, чтобы начать говорить.

– Чего ты хочешь, Луи-Антуан? – первым пошел на контакт Дарен.

– Да! – выпалила я, не скрывая эмоций. – Чем ты, морда библиотечная, собрался нас шантажировать?

– Попрошу без оскорблений, – заявил котяра крашеный.

Он важно прошелся по столу грязными лапами и сел так, чтобы видеть нас, но оставаться на расстоянии чуть дальше вытянутой руки. Понимал, что ходит по грани.

– Мои условия крайне просты и очевидны, – начал он тоном важного дипломата, вознамерившегося оттяпать у соседей приличный кусок землицы на политической карте. – Я хочу, чтобы вы двое предоставляли мне ежедневный отчет о состоянии дракона и вели дневники, которые в будущем передадите в мое личное и безраздельное пользование. Это раз. Два, вы подпишете соответствующие документы о запрете общаться хоть с кем-то из представителей научного или магического сообщества об этом чуде магического мира и будете давать карточку с моим именем всякому, кто пожелает получить хоть какую-то информацию о последнем выжившем драконе.

– То есть ты хочешь присвоить себе все знания о драконе? – вкрадчивым тоном уточнил Дарен, поглаживая предмет спора по холке.

– Именно! – возрадовался кот.

– А что взамен? – подалась я вперед.

– Как это что? – не понял хвостатый. – Взамен я буду держать язык за зубами и не проболтаюсь королю или принцу Каллиану о том, где и как вас искать.

Я посмотрела на колдуна. Дарен встретился со мной взглядом. Мы улыбнулись друг другу и... Еще никогда представители светлого и темного ковенов не действовали столь слаженно!

Светлая и алая искры сорвались с наших перстней и полетели в сторону обнаглевшего шантажиста. Тот проворно увернулся, подпрыгнул, но все же оказался не столь ловок и быстр, чтобы уйти от второго заклинания, пущенного нами.

Алая искра куснула наглеца за попу, белая – ударила в грудь. Не устояв на лапах, Луи-Антуан с громким мявом сорвался со стола и рухнул на пол.

– Ты такая красивая, когда проклинаешь, – сказал колдун, вставая со своего места.

– Спасибо, – улыбнулась я, тоже поднимаясь от стола переговоров. – Но не думай, что я забуду, как ты проспал его появление.

– И не мечтал о такой поблажке, – по-доброму усмехнулся Дарен, играючи сдерживая порывавшегося вырваться из его объятий дракончика.

Вместе мы обошли стол и двумя укоризненными статуями возвысились над поверженным шантажистом.

Луи-Антуан сидел на попе и даже не порывался дать деру. Наоборот, он в ужасе таращился на свои стремительно белеющие лапы и, кажется, готовился впасть в истерику.

– Что ты со мной сделала, ведьма! – заорал он, демонстративно протягивая лапы.

– А это и не я, а Дарен, – призналась я, глядя на стремительно белеющего кота.

Я-то как раз по-простому, без изысков прокляла Луи-Антуана. Теперь всякий раз, когда он захочет кому-то рассказать о том, где мы, у него отнимется язык и лапы.

Мне и в голову не пришло, что можно отбелить кота!

Но надо признать, это подействовало не хуже, чем взрыв котла с зельем страсти на главной площади.

Полыхнула алая вспышка, из которой на стол вывалился Арчи. Гримуар обеспокоенно шуршал страничками, попыхивал дымком и грозил атласной закладочкой в сторону королевского библиотекаря.

– Согласна, – кивнула я, единственная улавливая мысль гримуара за всеми этими телодвижениями. – Если нас так легко нашел он, то отыщут и остальные.

– Надо уходить, – решительно подытожил Чейз. – Арчи, собирай припасы. В отдельную сумку перекус, который мы сможем достать в пути. Остальное...

– Так, минуточку! – перебила я и нахмурилась. – А почему командуешь сборами ты?

Несколько долгих секунд Дарен смотрел на меня ничего не выражающим взглядом, а после неожиданно улыбнулся и капитулировал:

– Хорошо. Будь главной.

Я изобразила подозрительный прищур, всем своим видом давая понять, что ни на секунду не поверила в мужскую покладистость и чую подвох. Просто сейчас лень проклинать и разбираться. Так что живи, светлый.

– Арчи, – позвала я гримуар, – на тебе кухня и припасы. Сам все знаешь. Действуй. Мелкий, – глянула я на шкодливую моську, – собирай игрушки и учти – забудешь под диваном пищалку, я за ней второй раз не полечу.

Дракончик фыркнул и прижался мордочкой к шее Дарена, намекая, что никуда мы не денемся. И побежим. И полетим. И с боем будем прорываться, если его хвостатому величеству захочется вернуть дорогую сердцу пищалку. И что самое обидное – был прав.

Надо бы обсудить этот вопрос с Дареном, а то такими темпами дракошка сядет нам на шею и будет помыкать, как извозчик скакуном. А мне ой как не нравится быть на побегушках. Тем более у несовершеннолетнего дракона.

Но это потом. Когда появится лишняя свободная минутка. Когда нас не будут преследовать. Когда я наконец-то бессовестно высплюсь!

А пока...

– Колдун.

– Да, моя госпожа, – отдал честь бывший стражник.

Издевался, гад такой. А еще светлым себя называл!

– Не паясничай, – демонстративно поморщилась я. – Собирай вещи и неси в комнату. Думаю, придется повторить тот твой трюк, что ты проделал в прошлый раз. Кот...

Луи-Антуан поднял белую морду и горестно выдал:

– Мяу?

– Страдай дальше, – смилостивилась я над говорящей животинкой и задумалась.

Так, все сказала? Всех к делу пристроила?

Да. Вроде да.

– Чего стоим? Кого ждем? – грозно глянула на команду. – Живо за дело! У нас десять минут до поспешного старта.

И, подавая пример, первой направилась в спальню.

– Миранда.

– Что?

Я порывисто развернулась и едва не врезалась в широкую грудь Дарена Чейза.

Как он умудрился неслышно подкрасться? Где этому научился? И почему с ведьмами не делились ничем похожим?

Все это так и осталось вопросами без ответа, ибо в следующий миг колдун поднял руку. Подушечками пальцев коснулся кожи, едва ощутимо провел от локтя вверх к плечу и зацепил указательным пальцем бретельку топа.

– Какая чудесная... пижамка, – низким, крайне провокационным, я бы даже сказала, сексуальным голосом сообщил Дарен, возвращая соскользнувшую часть одежды на положенное место, а я запоздало вспомнила, что выскочила из постели в шортиках и топе.

Какой позор!

Бегаю по дому практически в том, в чем мать родила, и совращаю светлого колдуна. Да весь мой прославленный род перевернется в могилах и восстанет в пламени костра, если прознает про это!

Но я была бы не я, если бы просто смутилась и сбежала.

Вместо этого я подчеркнуто коснулась собственной груди, провела пальцами по краю чашечки на лифе, наклонилась и томным голосом сказала:

– Не захлебнись от желания, колдун.

– Постараюсь, ведьмочка, – в тон мне откликнулся Дарен.

Взглядами, брошенными друг на друга, можно было спалить небольшой лес в пять гектаров.

Глава 3,

в которой ведьма ждет колдуна, а тот не торопится

Десять минут на сборы – это ничто для женщины в обычной ситуации. Но я была ведьмой в бегах, да к тому же с хозяйственным гримуаром в качестве пособника, поэтому уложилась в отведенный срок.

Дарен вежливо постучал в дверь спальни, когда я уже успела натянуть на себя штаны, алую блузку и длинный теплый свитер, а Арчи энергично встряхивал наш кошелек с дополнительным пространством, чтобы утрамбовать хаотично напиханные внутрь вещи. Следом за единственным мужчиной через приоткрытую дверь в комнату важно процокал коготками дракончик.

На днях колдун соорудил для него небольшой рюкзачок, в который помещались вложенные друг в друга миски (для воды и еды), мячик, скатанная в рулон подстилка. В зубах мелкий нес любимую пищалку, изредка сжимая зубы, чтобы насладиться певучим «и-ууу!».

Оценив мой внешний вид, Чейз явно не пришел в восторг от свитера, который, на минуточку, идеально грел во время полета и закрывал все самые важные стратегические места. Колдун громко, я бы даже сказала – показательно, вздохнул, вспоминая меня в ином наряде, и я мысленно поклялась выкинуть злосчастную пижаму при первом же удобном случае.

Положив к моим ногам свою сумку с вещами, Дарен скомандовал:

– Дай руку.

И началось светлое колдунство.

До этого мне как-то не свезло увидеть представителя противоположного ковена за работой. Да и сомневаюсь, что та же госпожа Светик, что по закону делила со мной один дом на двоих, умела хоть что-то отстраненно похожее на то, что вытворял Дарен Чейз.

Одна его рука крепко удерживала мою ладонь, а с другой одна за другой срывались светлые искры, из которых медленно, но верно возникала точная копия меня. Двойник подчинялся приказам создателя, держался в среднем минут пять-шесть и не мог говорить, но и этого хватало, чтобы отвлечь наблюдателей и пустить погоню по ложному следу.

И было только одно существенное но...

– Присматривай там за ней, – ворчливо напомнила я, рефлекторно потирая ногу, – а то после вашего прошлого побега по оврагам я еще пару дней хромала.

– Да, я помню, – отозвался колдун тоном «и хотел бы забыть, но ты не дашь», после чего наклонился, подхватил на руки дракончика и передал мне.

– Береги нашу Миранду, – велел он хвостатому и посмотрел на меня: – Ждите в роще возле скал. Я уведу погоню по ложному следу и вернусь к вам.

– Двадцать минут, – строго сказала я. – Если не вернешься к этому времени, я улечу без тебя.

Арчи согласно полыхнул. Дракончик возмущенно сжал пищалку. Колдун улыбнулся и молча вышел, уводя за собой моего двойника.

Шустро подхватив метлу и вещи, я толкнула оконные створки и вылетела из дома. Стремительно набрав высоту, для надежности сделала небольшой крюк и еще немного полетала, прежде чем спуститься к роще, где мы с колдуном условились встретиться.

Дракончик тут же заметил какую-то неосторожную белочку в ветвях кроны, соскочил на землю и, выронив пищалку, помчался к дереву. С громким недовольным вздохом я подняла пищалку и принялась ждать.

Погода портилась. Радостно набегали на небо темные от дождя тучи, холодными порывами налетал ветер, зверье попряталось по норам, желая переждать непогоду. И только я, да мелкий дракончик, да несчастная белочка мрачно ждали.

Я ждала опаздывающего мужчину, дракон – второй завтрак, ну или хотя бы оторванный хвост в коллекцию, белочка – чуда. Но время шло, а колдуна все не было.

Завтрак и чудо тоже что-то запаздывали.

Я подождала двадцать отпущенных колдуну минут. Жутко заболели губы – видимо, я сама не заметила, как начала кусать их.

– Да где его демоны носят! – тихо ругнулась испереживавшаяся я.

– Рр! – поддакнул дракон, зорко следя за прижавшейся к ветке белочкой.

Нервно пройдясь по крохотному пятачку между двумя высоченными соснами, я не выдержала и схватила сумки. Потянулась к метле, но потом решила дать светлому шанс и выждать еще пять минут.

Дарена не было.

– Все. Сам виноват, – сказала я и решительно двинулась в сторону дракончика, желая взять его на руки и убраться отсюда, как и грозилась. Но мелкий при моем приближении скакнул в сторону, крутанулся на месте и вопросительно пискнул. – Иди сюда.

Ага. Так он меня и послушался.

– Я не собираюсь за тобой гоняться, – предупредила дракончика.

И это стало роковой ошибкой.

При звуках знакомого по играм с колдуном слова «гоняться» мелкий сделал кувырок, шустро проскочил мимо меня в сторону и спрятался за стволом соседнего дерева.

– Мелкий, а ну вернись! – рявкнула я, теряя остатки итак не слишком большого запаса терпения.

Но кто бы меня послушал.

С радостным писком и рычанием будущая гроза небес принялась носиться между деревьев, играя в излюбленное «не догонишь, не догонишь». Трещали веточки, летели во все стороны сухие иголки и комья земли. Злобно пыхтя и ругаясь, ведьма проигрывала в этом забеге с огромным счетом, пока наконец не сообразила накрыть юркого малыша плащом и не наступило «ой, поймала».

– Р-р-р! – громко возмутился мелкий паршивец, дрыгая всеми четырьмя лапами, и резко замер. Прислушался. Поднял мордочку к небу. Призывно пискнул и стал послушным ангелочком.

«Прилетел...» – мысленно выдохнула я, а вслух сказала:

– Где ты был?!

Колдун сложил крылья за спиной, болезненно поморщился и глянул на подозрительно кровоточащее плечо.

– Целовался с твоим фантомом, – рассеянно ответил он, счел рану не такой уж и серьезной и наконец посмотрел на нас с драконом.

– Очень смешно, – не оценила я шутку юмора.

– А он, кстати, не врет, – мурлыкнул вышедший из-за дерева Луи-Антуан и с грацией хищника, только очень-очень маленького и позорно белого, запустил когти в ствол ближайшего дерева.

Я коснулась пальцами искусанных и, такое чувство, обожженных губ и пронзила колдуна испепеляющим взглядом.

Мы тут его ждем, значит. Места себе не находим. А он там развлекается и целуется с фантомами! Нет, колдун, ну ты вконец обнаглел.

Колдун сделал вид, что ничего предосудительного в паре поцелуйчиков с красивым фантомом нет. И вообще он прикрывал нас от преследователей. А там, как известно, все средства хороши. В том числе и поцелуи.

«Прокляну», – подумала я.

Видимо, крайне громко подумала, ибо светлый кашлянул, поспешно отошел в сторону и присел возле кота на корточки.

– А ты как здесь оказался?

– Ну я же кот, – демонстративно закатил глаза Луи-Антуан и бросил попытку почесать коготки о кору. – Вы двое уже придумали, где заляжете на дно?

– Да.

– Нет, – ответили мы дружным хором и покосились друг на друга.

– Я так и думал, – важно заключил кот. – И вот что я предлагаю. Миранда, ты же помнишь, что я начал осваивать наречие горного клана троллей?

– Ты про то благозвучное и исключительно нецензурное?

– В точку, – кивнул кот. – Так вот... Вы возьмете меня с собой, а взамен я проведу вас по своему пропуску в долину Елах, где обитает клан.

– Что мы там забыли? – напряглась я, чуя подвох.

Колдун тоже напрягся. Выпрямился и, глядя в сторону, задумчиво произнес:

– Долина Елах расположена в Крутонравье, которое и по сей день является спорной территорией трех королевств. Больше тридцати лет назад было принято решение оставить эти земли и заключить пакт о непересечении.

– Если даже шпионы и обнаружат нас там, то король не станет вмешиваться и отправлять в долину своих людей, – подхватил кот его мысль.

– Иначе другие королевства воспримут это как приглашение к началу масштабной войны и кровопролития, – закончил Дарен, после чего они с Луи-Антуаном переглянулись.

Демоны!

Да эти психи сговорились.

Глава 4,

в которой ведьма спорит с котом и колдуном, а гримуар подстрекает

– Не-не-не! – быстро-быстро произнесла я, прижав мелкого и на всякий случай отступая. – Только безумные будут пытаться скрыть от мира подрастающего дракона в долине, полной кровожадных троллей.

Арчи согласно вспыхнул и трепыхнул страничками, полностью разделяя мою позицию.

Да что там!

Уверена, что любой адекватный человек... подчеркиваю – АДЕКВАТНЫЙ, счел бы эту мысль ужасно глупой и начал бы усиленно напрягать извилины для поиска иной возможности, но я разговаривала с двумя самоуверенными безумцами, один из которых, на минуточку, был котом, а другой – светлым колдуном. И еще неизвестно, какой из вариантов хуже!

– Миранда, не дрейфь, – фыркнул пушистый библиотекарь. – Тролли нас не тронут.

– Да? – усомнилась я. – А тролли об этом знают?

– Миранда, – вступил в беседу Дарен, – Луи-Антуан прав. На текущий момент для нас нет места более безопасного, чем долина с ее спорным статусом. По сути, мы будем под защитой трех королевств и негостеприимства троллей, которые терпеть не могут чужаков на своих землях.

– Ключевое в этой фразе «негостеприимство троллей», – издала я нервный смешок, а разозленный гримуар сопроводил его крайне неприличным жестом закладкой.

Вот что значит ведьма и ее гримуар. Мы можем спорить и ворчать друг на друга (а кое-кто и блокировать способности дурацким «для активации заклинания необходимо, чтобы ведьма была влюблена», но чуть припечет – и мы друг за друга горой.

Печально, что даже этого совокупного веса здравомыслия не хватает, чтобы переубедить одного невыносимого кота и не менее жуткого светлого колдуна.

– Ой, Миранда, я тя умоляю, – подбежал непривычно белый библиотекарь. – Не делайте из них монстров. Тролли нормальные парни.

– Нормальные?! – нервно переспросила я. – Да мне не нужен дар прорицания, чтобы точно знать: нам эти суровые ребятки не обрадуются.

– Верно, – в кои-то веки согласился со мной Дарен Чейз.

Он приблизился, положил свои огромные руки на мои плечи и легонько сжал.

– Но они обрадуются Луи-Антуану. Они не откажутся от светлой магии. Их явно заинтересует подрастающий дракон. И готов спорить, что при виде того, как феерично ты можешь дать огоньку, тролли просто взревут от восторга.

– Дарен... – попыталась поспорить я, но куда там.

Колдун склонился к моему уху и вкрадчиво попросил:

– Доверься мне.

И часть меня, не та, что была алой ведьмой, воспитанной гримуаром, а другая. Та, что хотела на ручки и чтобы кто-то взял на себя решение всех проблем и ответственность за будущее. Вот эта часть меня дрогнула и дала слабину.

– Ладно, – выдохнула я, а Арчи рухнул в траву, имитируя обморок. Но я сознательно проигнорировала эту демонстрацию. Вместо этого посмотрела на довольного кота, на улыбающегося Дарена, наклонилась, подняла гримуар и не удержалась: – Но когда ваш план пойдет по известному адресу, не говорите, что я не предупреждала!

Кто ж знал, что мои слова окажутся пророческими.

Хотя... Не первый день на свете живу. Могла бы и догадаться, что ничем хорошим эта вздорная идея не закончится. Могла бы и дальше быть сильной, самоуверенной алой ведьмой и не вестись на брутальное «доверься мне», но...

Но справедливости ради надо отметить, что поначалу все шло очень даже неплохо.

Не считая кота.

Луи-Антуан прилип к нашей компании, как ворсинка к бархату. И ладно бы просто прилип! Он решил, что я единственная достойная его нытья персона.

Все то время, что я летела на метле, а Дарен работал своими чудо-крыльями, проводник в долину дрожал от страха у меня на руках. Он цеплялся когтями за ткань одежды, прятал морду у меня на груди и истерично завывал, что еще слишком молод для подобного рода экстрима, еще не свел этот отвратительный белый цвет с шерсти, чтобы уйти из жизни с таким позором на шкуре. И вообще он редкий представитель исключительного вида, поэтому не должен подвергаться таким волнениям.

На предложение прогуляться до троллей на своих четырех этот «редкий представитель исключительного вида» разразился пространной речью на тему негуманного отношения к братьям нашим меньшим, которая окончилась внезапным и нелогичным:

– И вообще... ты видела мои лапки? – продемонстрировал конечности кот и впал в истерику: – Они же белые!!!

И если вам показалось, что во время полетов Луи-Антуан вел себя ужасно, то на привалах все становилось только хуже. Он кривил морду при виде похлебки, что я варила на ужин. Негодовал, что в лесу нет стульев и мягкой лежанки – в самом деле, не считать же за оных поваленное дерево и покрытый мхом пенек. Громко орал, стоило дракончику просто повернуть в его сторону голову. А стоило мне встать и попытаться уйти в кустики, как библиотекарь вцепился лапами за пятку ботинка и повис.

Так и волочился следом, гнусаво приговаривая:

– Мирандочка, я очень полезный... Я мурлыкать могу, свернуться калачиком на больном месте. Я антистресс на лапках! Миранда, ну пожалуйста, не бросай меня наедине с этим белым горем.

– Да не могу я тебе помочь, – психанула я в итоге, отдирая кота от ботинка и разворачивая в сторону сидящего у костра Дарена. – Кто проклял, вот тот пусть и снимает. Так что иди к колдуну за светлой искрой.

Но кот не шел.

Кот предпочитал крайне нелогично таскаться за мной и ныть на тему своей непроглядной белоснежности. А когда я не выдержала и предложила изваляться в ближайшей грязевой луже, обвинил в глупости, граничащей с недалекостью, и принялся с омерзением на морде вылизывать лапы.

Арчи в такие моменты демонстративно открывался на разделе с ядами и предвкушающе бил закладкой. Но я помнила о важности Луи-Антуана в будущих переговорах с троллями и стоически терпела компанию спятившего кота. Дарен, которого наш библиотекарь показательно игнорировал, старательно отводил глаза и прикрывал рот рукой, чтобы я не видела его улыбку и – уберегите, демоны! – не слышала, прорывающийся наружу смех.

У-у, гад какой! Сам наколдовал, а теперь еще и потешается.

Ненавижу светлых!

Мелкий паршивец улыбался открыто, да к тому же чуть более широко и плотоядно, периодически скуля и роняя скупую драконью слюну при виде шикарного хвоста королевского библиотекаря, но в присутствии строгого папочки вел себя как идеальный ребенок.

Гадство в квадрате!

К обеду следующего дня, когда я уже была не так уверена в том, что травить кого-то плохо, а кот открыл у себя второе дыхание, которое тратил на очередное завывание не по теме, мы прибыли в долину Елах.

С высоты полета наше будущее место жизни выглядело как картинка рая из учебника подрастающего богослова. Крутонравье, где располагалась долина, оказалось окруженным пиками гор ровным овалом удивительных размеров и было условно поделено незримой линией на несколько частей. Одна отдана во власть лесу, другая – череде озер, создаваемых стекающими с гор водопадами, отчего воздух наполнился грохотом воды и влажностью.

На границе между лесом и водой находилось поселение троллей. Каменные одноэтажные домики с окнами в крыше имели шапочки из зеленого мха. Чуть поодаль в специальных загонах жались друг к другу овцы бандитской наружности. Еще более устрашающе выглядели местные собаки – огромные звери с непростым характером и желанием кусаться, написанным большими буквами на оскаленных мордах.

Сделав круг над поселением, чтобы привлечь внимание дозорных и поднять главу троллей, мы осторожно спустились вниз. И вот тут настал мой черед сказать:

– А я говорила!

Глава 5,

в которой ведьма не вмешивается в мужские разборки

– Да, ты говорила, – как-то буднично, даже без тени намека на раздражение согласился Дарен.

Вот и как такого бесить после этого?!

– Что-то мне это не нравится, – пробормотал Луи-Антуан, и я с возмущением уставилась на кота, сидящего на земле.

– Да? – не удержалась я от сарказма. – А кто нам зуб давал, что тролли нормальные ребята?

– Не говори глупостей, Миранда, – дернул белым ухом пушистый подстрекатель. – Я не обещал свой зуб. Тебе показалось.

– Ага... – мрачно поддакнула я и указала в сторону. – Еще скажи, что они мне тоже мерещатся.

Увы, но стремительно стекающиеся к нам тролли, подавляющая часть из которых была вооружена и крайне опасна, не были плодом массовой галлюцинации, а определенно точно имели физическую оболочку, которая недвусмысленно намекала пришлым, что им, то есть нам, с минуты на минуту наваляют по первое число.

– Может, свалим, пока не поздно, – малодушно предложила я, прячась за широкую спину Дарена.

Кто испугался?

Я не испугалась!

Я просто взвесила все «за» и «против» и пришла к выводу, что не хочу общаться с троллями с глазу на глаз. Лучше с высоты десяти метров. Еще лучше письменно. И совсем уж хорошо – через посредника, которого не жалко.

Уловив в моем голосе нотки зарождающейся паники, колдун повернулся, одарил все той же пугающе-широкой бесшабашной улыбкой и протянул дракона.

– Подержи.

Охнув, я инстинктивно вытянула руки, забирая юркого паршивца, а тот жалостливо запищал и потянулся обратно к Дарену. Бессовестно пользуясь тем, что у меня были заняты руки, колдун наклонился, чтобы чмокнуть мелкого в морду, но промахнулся сантиметров так на двадцать и коснулся моих губ.

Так стремительно и легко, что я даже не сразу поняла, а едва поняла...

Возмутительно!

Просто ужас какой-то.

Да как он вообще посмел?

Нет, вы только подумайте!

Я приличная алая ведьма, а не какая-то там легкомысленная светлая колдунья, которая готова влюбиться в первого встречного симпатичного мужчину. И вообще... Ну вот кто так целуется? Я же ведь ничего и почувствовать не успела.

Честное слово! Букашка на пальце и та весомее, чем губы колдуна.

– На удачу, – провокационно улыбнулся этот ужасный, ну просто отвратительный колдун, возомнивший себя бессмертным.

Полностью игнорируя мое сердитое сопение, развернулся и пошел навстречу приближающимся троллям.

Огромные воины, чей средний рост колебался на планке в два метра, а размаху рук позавидовала бы даже рулетка, которой ежегодно измеряли ствол реликтового дуба, что и поныне произрастал в королевском саду (молчу про огромные кулачища), подняли дубины и недвусмысленно пошли на колдуна.

Тот не стал расшаркиваться перед народом и тратить время на банальное «Приветствуем вас, мы пришли с миром!».

О нет!

Дарен Чейз предпочел перейти к мордобою без всяких вступительных речей и сразу зашел с козырей. То есть со светлой искры и разящего наповал удара правой.

– А-ай-йя-а-а! – взревел один тролль, с грохотом падая на землю.

– О-о-о... – уважительно выдохнул другой, сгибаясь пополам.

– Зови наших! – сориентировался третий.

И понеслось...

Крики, стоны, глухой звук ударов и вспышки разящих светлых искр, вылетающих с перстня. Дарен сражался так же, как бегал по крышам: непредсказуемо, стремительно, с широкой улыбкой на губах, которые минуту назад обнаглели настолько, что поцеловали меня.

И вообще... Кто так целуется?

Это не поцелуй на удачу! Это недоразумение какое-то.

Кстати, надо бы не забыть отомстить. А то я себя знаю. Если не запишу, то забегаюсь, повязну в бытовухе, забуду и случайно прокляну совсем не так, как планировала.

– Ы-ы-ы... – издал нечто невнятное очередной тролль, двухметровой ласточкой улетая куда-то в кусты.

– Дарен, ты там давай не увлекайся! – крикнула я, поднеся ладони ко рту.

– Хорошо, – покладисто выдохнул Чейз, но было очевидно даже младенцу: сворачивать этот веселый мордобой ни тролли, ни сам колдун пока не собирались.

Поняв, что знакомство немного затягивается, я вздохнула и тряхнула рукой с магическим перстнем. Кольцо выплюнуло алую искру, которая метнулась к моему транспортному средству. Метла послушно зависла в воздухе на удобной для меня высоте и гостеприимно расправила прутики, делая сиденье более мягким.

Присев на помело, я придержала рвущуюся на помощь нашу общую с колдуном головную боль с милой мордочкой, а после укоризненно глянула на Луи-Антуана, беспечно восседающего на травке.

– И где твой хваленый пропуск?

– Еще минуточку, – отмахнулся лапой библиотекарь, с неприкрытым восхищением глядя на то, как колдун «здоровается» с воинственно настроенными местными. – Нет, Миранда, ты только глянь. Троих одной искрой уложил!

– Подумаешь, – фыркнула в ответ. – Я тоже так могу.

И это была чистой воды... неправда.

Одной искрой я бы троих уложила только в том случае, если бы эти неудачники стояли близко-близко друг к другу, лучше даже связанные, а я впала в крайнюю стадию бешенства, осложненную женскими днями. И то сомневаюсь, что в таком состоянии смогла бы придумать адекватное проклятье. Скорее всего, ударила бы чистым огнем, а после долго оправдывалась перед тремя кучками пепла, что не хотела... что гормоны... и вообще демон попутал!

– Урр! – довольно рычал дракончик на моих руках, поддерживая любимого папочку.

– А-а-а!!! – бросались в атаку местные.

– Ха, – смеялся в лицо опасности Дарен Чейз, ставший живым воплощением слова «ярость».

– Пурум-пурум-пурум... – скучала я, сидя на верной метелке.

А тролли все бежали и бежали.

Падали. Поднимались.

Снова бросались в атаку.

Нас же с котом игнорировали.

До поры до времени.

– Попалась, краля, – прорычал подкравшийся сзади тролль, хватая меня за шею и вздергивая высоко вверх. – Эй, демон! У нас твоя подружка.

Кольцо из атакующих громил разломилось пополам и разошлось в стороны, открывая вид на Дарена. Разгоряченный, немного запыхавшийся и взбешенный Чейз сейчас больше всего походил на берсеркера из художественной книги, чем на доброго светлого. А уж глаза...

Взглядом, брошенным на схватившего меня тролля, можно было вызвать сердечный приступ у особо впечатлительного. Да что там! Даже меня проняло. Вон какие мурашки по спине побежали.

Но то ли тролль попался с устойчивой психикой, то ли оказался чересчур самонадеянным, однако отпускать жертву событий, то есть меня, если кто не понял, не пожелал.

– Сними перстень и дай себя связать, – приказал тролль, окончательно наглея и для пущего эффекта легонько встряхивая меня.

Вот сразу видно, что мама не учила его уму-разуму. Например, тому, что категорически противопоказано бесить светлого колдуна, если только ты не алая ведьма. И уж точно не следует хватать и кантовать эту самую ведьму, если только ты не конченый самоубийца с завещанием в заднем кармане штанов и в поисках захватывающего способа расстаться с жизнью.

– Ой, все, – психанула я и запустила в невоспитанного громилу проклятьем.

Алая искра со смачным шлепком впечаталась в лоб тролля, и того обуял порыв страсти. Страсти к лицезрению росы на травинках.

Тролль разжал лапищу, выпуская меня, а после рухнул как подкошенный и начал медленно, по-пластунски продвигаться по траве, умиленно охая и радостно смеясь.

– Так, мальчики! – громко сказала я, глядя на офигевшую толпу и демонстративно подбоченилась. – Вы уже наигрались в поддавки? А то вечер не за горами, а я так устала и уже давно хочу в ванную, а после прилечь.

Тролли тупо уставились на ползающего в травке собрата. Перевели взгляд на меня, а после с уважением и благоговением глянули на застывшего в круге Дарена.

– Да, Миранда. Мы уже закончили.

– Чудненько, – улыбнулась я и направилась в самую гущу толпы. – Тогда давайте уже познакомимся со старшим. Луи-Антуан, где ты там, пропуск наш пушистый... Нет, ну что за кот! Стоило только отвернуться, как он...

– Луи-Антуан? – ахнул один из троллей, опускаясь на одно колено перед гордо восседающим на пятой точке библиотекарем.

– Доброго денечка, господин староста, – мурлыкнул кот. – А мы к вам в гости.

«Незваные гости хуже котов», – прочитала я во взгляде старосты и мысленно согласилась.

Глава 6,

в которой ведьма читает книги и находит причину

– Стоп-стоп-стоп! – донесся с кухни голос Луи-Антуана.

Я подняла голову, переставила ступку с растертыми гранулами розовой соли на край стола и навострила ушки.

– Что опять не так? – с несокрушимым спокойствием уточнил Дарен.

– Ты неверно интонируешь, – прошипел кот. – Не «гууэээ», а «гууэээ». Давай же, колдун. Почувствуй наконец разницу.

Дарен на пару мгновений умолк, пытаясь не то действительно почувствовать эту самую неуловимую ухом разницу, не то просто взять себя в руки и не придушить хвостатого. Сделал глубокий вдох и вновь решительно взялся за постижение языковых нюансов тролльего наречия.

– Бур кайрам уэ... – начал заново читать свою речь Дарен.

Для чего он ломал язык на тролльем? Так испытание надо проходить.

Какое испытание? Да то самое, которое тролли придумали.

Вчера, аккурат сразу после того, как Луи-Антуан немного побеседовал в сторонке со старостой, тот немного пошушукался с советниками и заявил, что не может оставить нас с драконом в долине в качестве гостей и даже беженцев. А вот в качестве новых жителей – это всегда пожалуйста.

– И что надо сделать, чтобы ими стать? – хмуро уточнил Дарен, предчувствуя подвох.

И оказался прав.

Подвох заключался в том, что по местным традициям каждый пришлый чужак был обязан пройти неделю испытаний, в которых доказал бы поселению, что полезен, смел и вообще достоин такого завидного соседства, как кучка троллей с дубинами.

Дарен, как единственный мужчина и лидер, ответственный за наш отряд беженцев в глазах патриархально настроенного общества, был обязан пройти шесть испытаний, подтверждающих его благодетель. На седьмой день планировалась веселая пирушка или не менее шумные поминки.

Мордобой был в числе испытаний последним, но его, так уж и быть, великодушные тролли нам засчитают. Мне же отводилась роль волнующейся у очага женщины с необычными домашними питомцами, один из которых давно вымер, а другой внезапно побелел после проклятия.

Надо упоминать, что переживающая женщина из меня вышла паршивая?

Вот и я не думаю.

Пока Дарен охотился на диких козлов, участвовал в местных забавах, веселил народ своими светлыми фокусами и брал уроки красноречия, точнее сквернословия, у нашего хвостатого полиглота, я оборудовала для себя в одной из комнат небольшую лабораторию. Пригляделась к местным травкам. Выменяла у соседки новенький котел, в котором планировала варить зелья.

Арчи активно препятствовал открытию лавки и при каждом удобном случае тыкал пометкой «для активации заклинания необходимо, чтобы ведьма была влюблена». Но я была настроена решительно и не привыкла сидеть без дела.

Ничего! Если мои базовые способности заблокированы, то знания-то никуда не делись. А для успокоительного сбора или мятной коробочки не нужно тратить искры, только травы и время.

– Нет, колдун, стой! – вновь зашипел Луи-Антуан с кухни. – Гууэээ... Эээ! Будто тебя самую капельку тошнит клубочком шерсти.

– Фу, – вслух прокомментировала я услышанное, решительно отложила в сторону пузатые флакончики и пошла на кухню.

Колдун с котом отреагировали на появление алой ведьмы в кухне с искренним восторгом. Луи-Антуан надеялся, что я дам ему кусочек куриной печени (кстати, зря), а Дарен был просто рад прерваться.

– Как продвигается ваша вдохновляющая речь на тролльем? – дежурно уточнила я, хотя и сама прекрасно слышала, что дела плохи.

И ученик, и его учитель демонстративно скривились.

– Понятно, – улыбнулась я, мельком глядя на разбросанные по столу листы и натыкаясь взглядом на стопку тишком позаимствованных из королевской библиотеки пыльных и потрепанных фолиантов, громоздившуюся на кухонном столе. – А это что за макулатура?

Взяла первый в стопке томик, который оказался толстой тетрадью, открыла на середине. Застыла. И...

– Арчи!

Алый фолиант грохнулся на стол, шустро подскочил к стопке и с благоговейным шуршанием обнял обложкой всю стопку сразу. Ибо это были не книги. Это были... личные дневники алых ведьм далекого прошлого!

– Как? – дрожащим от волнения голосом спросила я, прижимая тетрадь к груди. – Как тебе это удалось?!

– У каждого свои секретики, Миранда, – загадочно мурлыкнул довольный кот.

А я вспомнила, что ничего в своей жизни наш котик не делает просто так, тем более не приносит столь редкие труды, и посмотрела на светлого колдуна.

– Дарен, ты как-то к этому причастен?

– У нас с Луи-Антуаном сделка, – улыбнулся колдун. – Он находит для тебя книги о том, как правильно растить драконов, а взамен я рассказываю, кем был тот белый и пушистый котик, что не дал вам победить в Тотошвилле.

– Я думала, что это какой-то цирковой кот, которого ты взял напрокат.

– Если бы, – сердито топнул белой лапкой пушистый репетитор. – Представляешь, это был Нейтон.

Я едва блокнот не выронила.

– Что? Как?!

– Нейтон многоликий, – буднично выдал секретную информацию колдун и так же просто добавил: – И когда-то очень давно имел неосторожность проиграть мне в карты три желания.

Я вспомнила красивого рыжего мужчину с разными глазами. Потом белого кота, который жонглировал и ходил на лапках перед жюри. И покачала головой.

Не то чтобы я не слышала про людей, способных менять свою внешность, просто всегда думала, что многоликие не могут превращаться в животных. А тут такое...

– Мне срочно нужно переварить эту новость, – сказала я, подхватила охваченного пламенем Арчи, стопку с книгами и умчалась обратно к себе.

Книги! Никогда бы не подумала, что буду с таким удовольствием читать.

Мне потребовалась ночь и много литров живительного кофе, чтобы от корки до корки изучить блокнот, найденный Луи-Антуаном. Дневник принадлежал алой ведьме по имени Карамелла. При виде ее имени Арчи грохнулся со стола и долго шуршал страничками, жалуясь на невозможную ведьму, из чего я сделала вывод, что ранее они были знакомы. Даже попросила посмотреть последнюю страничку, где ведьмы, которым принадлежал гримуар, вписывали свои имена, но Карамеллы там не нашла.

Вернулась к записям и очень скоро поняла, почему так вышло.

Загадочная Карамелла отказалась от предложенных ковеном гримуаров по личным причинам. И свой заводить тоже не стала.

Она вообще была категорически против варки зелий и возни с рецептами, предпочитая посвящать все свое свободное время драконам и изобретению новых, крайне замысловатых проклятий.

На страницах своего личного дневника Карамелла подробно описывала драконят, подросших особей и взрослых опасных хищников. Годами наблюдая за крылатыми, она выяснила, что идеальный момент для контакта драконов с алыми ведьмами – это подростковый возраст, который наступал у них после сорока лет.

– Сорокалетние подростки, – хмыкала я. – Ну надо же...

Хотя чего это я наезжаю на уважаемую ведьму? Если вспомнить, то большая часть моих клиентов те еще безголовые дети.

Карамелла не единожды подбирала яйца и отбившийся от матерей молодняк, растила, поила, воспитывала... Короче, намучилась знатно!

«Никогда! Слышите? Никогда не принимайте от колдунов в подарок драконье яйцо», – наставляла она читателей в своих записях и далее подробно описывала, как страдала все последующие сорок лет, пока от нее наконец-то не съехал здоровенный крылатый лоб. На записи «птенчик вылетел из гнезда» строчки весело подпрыгивали и танцевали, выдавая настроение ведьмы, напившейся на радостях.

Увы, но мое настроение было не столь позитивным. Я исписала кучу собственных листов, натыкала в блокноте тысячу закладок и только под утро догадалась: вылупившийся дракончик не проявлял ко мне интереса, потому что не знал, что мы суть одной стихии.

– Так вот в чем дело! – воскликнула я, вскочила и понеслась в комнату к Дарену.

Ворвалась в спальню и подскочила к постели. Колдуна в ней не было – видимо уже давно встал, а вот дракон был.

Спрятав маленькую моську под подушку, драконенок сладко посапывал и даже хвостом не дернул при моем появлении. Присев на край кровати, я уколола указательный палец специальной иглой, подождала, пока выступит яркая капля крови, после чего приподняла подушку и мазнула кончик мордочки.

– Х-х-хр-р! – громко всхрапнул в ответ паршивец, чмокнул губами и перевернулся на другой бок.

Просто ноль внимания к моей крови!

А в дневнике алой ведьмы было сказано, что для малышей наша кровь – это та самая витаминка, от которой пламя становится жарче, и самая лучшая конфетка на свете. Да что там! Она даже пару раз упомянула, как лечила собственной кровью взрослых особей. И значит...

С тихим хлопком из портала на постель вывалился Арчи. Размахивая закладкой и шелестя страничками, он принялся скакать и показывать пантомиму, то вспыхивая пламенем, то снова становясь обычным гримуаром. И одновременно с этим в ванной, примыкающей к спальне, раздался невнятный звук, как если бы кто-то вышел из душа и осторожно хлопнул дверцей.

– Да, конечно, – возрадовалась я снизошедшему на меня озарению и вскочила на ноги.

Оставив Арчи со спящим дракончиком, дернула дверь в ванную и с воплем:

– Колдун, ты должен мне помочь! – рванула к разгоряченному и мокрому Дарену, слегка обалдевшему от такого внезапного вторжения.

– Ты должен помочь мне, – повторила я еще разок, останавливаясь в шаге от светлого.

Тот поправил полотенце на бедрах, пытливо заглянул мне в глаза и хрипло уточнил:

– Как?

Едва не приплясывая от нетерпения, я сложила перед собой руки в умоляющем жесте и попросила:

– Зажги меня.

– Каким образом? – впал в ступор Чейз.

– А как нормальные мужчины зажигают обычных женщин? – слегка вышла я из себя.

Дарен надолго задумался. Он хмурил высокий лоб, всматривался в мое лицо и всячески изображал мыслительные потуги.

– Ты хочешь, чтобы я... тебя поцеловал?

Нет, определенно. Некоторым мужчинам не стоит тратить свой интеллектуальный ресурс в поиске ответов на банальные вопросы.

Глава 7,

в которой ведьма горит и не сгорает

– Дарен, демоны тебя дери, – выругалась я и демонстративно закатила глаза. – Какие, к гарпиям, поцелуи? Ты о чем! Просто хорошенько выбеси меня. И срочно! Надо пробовать, пока дракон не проснулся.

Дарен моргнул. Облизнул губы. Качнулся вперед.

– А... Понял, – охрипшим голосом заявил он и...

И ничего-то он не понял!

Иначе зачем бы придвинулся и прижал меня к тумбе с зеркалом.

Всем телом вздрогнув от жара, идущего от разгоряченного мужского тела, я проморгала тот момент, когда загребущие руки светлого поймали мои собственные, завели за спину и сжали.

Охнула. Дернулась. Глянула злобно.

– Ты что творишь? – зашипела от возмущения.

– То, о чем ты и просила, – заявил этот гад, даже не пряча широкой улыбки. – Бешу.

Колдун посмотрел на мои губы. Начал медленно склоняться к ним. И когда до заветной цели и нормального поцелуя оставались считаные сантиметры, он вдруг подался назад и совершенно буднично уточнил:

– Ты что-то нашла в тех книгах, которые приволок Луи-Антуан?

Я открыла глаза, которые, оказывается, уже успела предвкушающе прикрыть. Закрыла приоткрытый рот. И попыталась справиться с чувством великого облома, обрушившимся на меня благодаря светлому. Удивленно моргнула.

Это вообще как?! Это вот вообще на каких курсах по женскому обольщению преподают? Это вообще законно так с девушками поступать? Я, на минуточку, уважаемая в столице алая ведьма, к которой подкатывал сам принц... Опустим сейчас личные качества Каллиана и сосредоточимся просто на факте.

Так вот! Я привлекательная, молодая ведьма, давно соскучившаяся по ласке, а он? А он играет со мной в горячо-холодно и провоцирует на глупости.

– Не скажу, – надулась я.

– Не поцелую, – опустится до угроз колдун.

– Ты же светлый, – возмутилась я. – Ты не должен дразнить впечатлительную девушку недопоцелуями и опускаться до неловкого шантажа.

– В любви все средства хороши, – улыбнулся Дарен.

Победно так улыбнулся. С ноткой самодовольства и уверенности, что я от него никуда не денусь. Аж обидно стало.

– Так, да?

– Да. Так, – припечатал колдун, а я дернулась, вынуждая Дарена ослабить хватку и выпустить мои руки.

– Ну и ладно. Ну и оставайся. А я пошла, – изобразила я оскорбленную невинность и действительно пошла.

Можно подумать, что одной мне это надо!

Да я вообще даже не за этим пришла.

Подумаешь, не поцеловал!

Я даже и не хотела этого вовсе. Вот ни чуточки. Да-да.

– Демоны! – прорычали за спиной.

А в следующий миг налетели. Схватили. Развернули. Сжали.

Вот если бы еще и сразу поцеловали, то вообще замечательно стало бы. Но мне попался какой-то неправильный мужчина. На редкость говорливый. Прям печаль.

– Миранда, какого хрена мы ведем себя как уставшая друг от друга семейная пара? – выпалил колдун, с каким-то нездоровым отчаянием ловя мой взгляд.

– Мы? – опешила я.

– Хорошо. Ты!

– Я?

– Ну не я же. Я каждый гребаный день соблазняю тебя.

– Серьезно? Это так ты соблазняешь?

– Как умею, – прорычало задетое в колдуне самолюбие.

А в следующий момент он крайне витиевато ругнулся на тролльем, демонстрируя, что не просто так много часов занимался с хвостатым репетитором, и, не дав мне даже пискнуть от неожиданного натиска, закрыл рот долгожданным поцелуем.

«Ох ты ж...» – подумала я, стремительно заводясь от жадного движения его губ и закидывая на бедро мужчины ногу.

– Ммм... – неразборчиво простонал что-то прямо в губы Дарен и подхватил под бедра, полностью отрывая меня от земли.

Узел на полотенце не выдержал возникшего между нами напряжения, и махровое полотно соскользнуло на пол. Туда же улетело платье, сорванное и, судя по трагическому треску, порванное в порыве страсти.

Спотыкаясь о вещи и не отрываясь от меня ни на секунду, Дарен кое-как добрел до кровати, опрокинул меня на одеяло и непреклонно лег сверху.

– Урр? – удивленно поднял мордочку проснувшийся дракончик.

– Дарен, – вцепилась я в сильные плечи мужчины, увлеченно покрывающего мое тело будоражащими кровь поцелуйчиками, – мелкий смотрит!

Колдун перестал целовать мой животик и нетерпеливо сжимать бедра сильными пальцами. Поднял голову.

Один красноречивый взгляд, и мелкий шустро подскочил и практически испарился из комнаты.

«Ого», – уважительно подумала я, в очередной раз поражаясь авторитету Дарена, а в следующий миг этот самый авторитет стащил с меня последний бастион целомудрия и неприступности, в народе называемый трусиками, и...

– О да... – невольно простонала я и выгнулась от чувственного удовольствия.

Темные боги! Да если бы я знала, что Дарен Чейз умеет вытворять ТАКОЕ, то затащила бы светлого в свою кровать, едва он только пересек порог моей лавки.

Зарывшись пальцами в волосы мужчины, я восторженно прислушивалась к удивительно бурным ощущениям в теле и с тихими стонами подходила к закономерной разрядке, когда внезапно...

– МИРАНДА! – проорали из коридора.

Мы замерли. Дарен оторвался от ласк и посмотрел на меня глазами, темными от затуманившей разум страсти. Я с отчаянным рвением взмолилась всем темным и даже светлым богам, чтобы нам это только послышалось.

Мало ли? Может, это под окнами звали какую-то совершенно другую Миранду?

И что с того, что это имя не самое распространенное среди воинственно настроенных троллей. Должна же у хрупкой женщины на грани оргазма теплиться хоть какая-то надежда на долгожданное продолжение?

– Миранда, ты где?! – проорал из коридора Луи-Антуан и, судя по звуку, боднул головой соседнюю дверь. – Эй, Арчи. Ты не видел Миранду? Да где же она...

«Уходи. Нас нет дома», – мысленно внушала я хвостатому.

Безуспешно, надо признать.

Луи-Антуан пронесся по коридору в одну сторону. Затем в другую. И замер у нашей двери.

– Эй, Дарен!

«О нет!» – дружным хором подумали мы с колдуном.

Королевский библиотекарь с бестактностью породистого кота боднул головой дверь, влетел в комнату и заявил:

– Миранда, смотри, я снова черный.

И кот не соврал.

– Хм, – удивленно приподнял брови колдун, давая понять, что проклятье отбеливания не снимал, а это значит... это значит...

А что это значит?

– Твоя краска снова заработала. Я попробовал ради интереса, и вот! – проорал Луи-Антуан, с разбегу запрыгивая на кровать и радостно кружась на месте. – Смотри! Смотри же! На мне ни одной белой волосинки. Хоть с лупой проверяй! Ни едино...

Кот запнулся. Округлил глаза. И возмущенно выдал:

– Эй, вы двое! Вы что тут...

Кот скривил морду и повторил то самое заковыристое «Гууэээ», будто его самую капельку тошнит клубочком шерсти. Дарен быстро и коротко взмахнул рукой. С его перстня сорвалась светлая искра и с небывалым воодушевлением понеслась к источнику шума и беспорядка. Заклинание смело кота обратно в коридор.

Хлопнула дверь. Щелкнул замок. Сами собой запахнулись шторы. Последним в комнате возник едва уловимый контур тишины, окончательно отрезая нас от суетливого мира с его бесконечными воплями и подставами.

– Вау! – оценила я и глянула на колдуна с ноткой обожания. – А меня так научишь?

Дарен переместился, навис надо мной сверху, и на его губах вновь появилась та безумная и – чего уж там! – ошеломительно красивая улыбка, от которой у меня перехватило дыхание.

– Посмотрим на твое поведение...

Чейз медленно опустился и накрыл меня собой, целуя по-взрослому, жадно и настойчиво. Его рука медленно скользнула по шее, погладила грудь, поиграла с соском, спустилась на живот и ниже. Пальцы коснулись заветного местечка и продолжили прерванное дело.

Я застонала и вцепилась в широкие накачанные плечи.

– Боги, Миранда. Как же я тебя хочу, – хрипло прошептал Дарен и потерял тормоза от желания.

Глава 8,

в которой ведьма узнает много нового

Остаток дня мы провели в постели колдуна.

Дарен, что называется, дорвался и не выпускал меня даже на кухню. Мы ласкали друг друга, говорили глупости, смеялись, целовались и снова делали то, что делают глубоко влюбленные друг в друга парочки.

В Дарене проснулись древние инстинкты самца, защитника и добытчика. Осмелюсь даже предположить, что я была первой женщиной за всю историю ухаживаний, которой притащили в постель не только завтрак, но и обед с ужином. А еще цветы, свежие булочки, дракона под бок и книги по воспитанию этих самых драконов.

Жаль только, что моя теория про пламя потерпела сокрушительное поражение и была безжалостно растоптана незримыми ногами ехидной реальности. Опираясь на советы алых сестер, я пробовала давать дракончику свою кровь, зажигала на ладонях пламя, пыталась влить свою магию... Но все бесполезно!

Мелкий остался равнодушен к магии, чихнул при виде пламени, слизнул капельку крови, после чего долго изображал отвращение на хитрой мордочке.

Короче, его все так же тянуло к Чейзу и колбасило при виде меня.

– Неправильный из тебя вышел дракон, – с тихим вздохом решила я, после чего широко зевнула, отвернулась и задремала в объятиях светлого.

Вечером пришли тролли и напомнили про испытания, но выскочивший в одном халате Дарен так далеко и изощренно послал массовиков-затейников с их конкурсами, что те еще долго топтались у входа, шептались и просили Луи-Антуана повторить им особо заковыристые моменты.

– Это ужасно! – заявил Луи-Антуан на следующее утро.

Я сидела за столом, поджав под себя ногу, и с блаженной улыбкой потягивала кофе. Дарен носился по дому, собираясь на очередное испытание троллей – сегодня планировали уйти на охоту за горным бараном. Дракончик громко чавкал, уплетая свой завтрак.

– Ты о чем?

– О том, что ты ведешь себя так, словно на дворе март, – скривил интеллигентную черную морду Луи-Антуан, после чего развернулся, высоко задрал хвост и потопал на выход.

К счастью, Арчи ничего не сказал, не скривился и даже не зашуршал страничками. Он подозрительно тихо лежал на столе и с умилением наблюдал за тем, как мелкий с драконьим аппетитом поедает фарш из миски.

Так, стоп! Он наблюдал не за мелким.

Он наблюдал... за мной?

– Арчи, а почему у тебя такое хитрое выражение обложки?

Гримуар загадочно промолчал.

– Арчи-и... – протянула я, указательным пальцем тыкая друга и наставника в бок. – Не томи. Ты же знаешь, что я терпеть не могу двусмысленные паузы.

Гримуар знал. А еще знал, что в такие моменты я становлюсь совершенно несносной, поэтому торжественно полыхнул огнем и изогнул алую закладку в виде сердечка. Быстро расправил и ткнул кончиком в сторону удаляющегося по коридору кота.

Идеально черного кота без даже намека на проседь.

Кота, который воспользовался моим зельем.

Зельем, которое сработало!

– Ик! – ужаснулась я, вспомнив приписку «для активации заклинания необходимо, чтобы ведьма была влюблена», и закрыла руками рот.

«Это фиаско, сестра», – сообщил внутренний голос, капитулируя перед фактами.

А те говори... Нет, те громко и настойчиво кричали, что я, единственная алая ведьма темного ковена, безнадежно и по уши влюблена в светлого колдуна.

– Мамочки! – вырвалось у меня испуганное.

– Все в порядке? – насторожился Дарен Чейз, заглядывая в кухню.

Нет!

– Да, – слабым голосом прошептала я.

– Точно? – насторожился колдун.

Да НЕТ же! Ни о каком «в порядке» и речи не идет!!!

– Уверена, – несвойственно высоким голосом пропищала я, кашлянула и растянула губы в неестественно широкой и крайне жизнерадостной улыбке, свойственной всем беззаботным девушкам, не отягощенным внезапным открытием относительно своих чувств к идейному врагу.

Подозреваю, что улыбка получилась кривым оскалом. Иначе почему еще Дарен удивленно хмыкнул и предпочел ретироваться.

– Ы-ы-ы! – тихонько провыла, хватаясь руками за голову.

Подумать только! Я и светлый колдун.

Да если о таком прознает ковен, то мне хана. То есть мне хана в любом случае, но если за дракона меня просто не погладят по головке, то за постельный роман с колдуном прибьют однозначно.

Гримуар сочувственно похлопал меня по предплечью, но вид имел такой довольный, что в душе вспыхнул огонь праведного негодования.

– Ах ты сводник, – прошипела я, хватая предателя и легко встряхивая. – А ну признавайся. Ты спланировал это с самого начала?

– Что спланировал? – уточнил неслышно возникший в кухне Дарен.

Демоны! Кто учит светлых вот так бесшумно подкрадываться? Узнаю – прокляну!

– Да так, мы о своем, – ушла в несознанку я и быстро переключила внимание колдуна. – А это что? – показала на зажатую в его руке бумагу.

Дарен внимательно глянул на меня, на гримуар. Сделал какие-то свои удивительные выводы и пожал плечами. Уловка сработала. Вместо того чтобы выяснять подробности, Чейз молча отдал мне бумагу и пошел наливать себе кофе.

Заинтригованная, я расправила официальный документ, пробежала глазами и дернулась от восторга. Передо мной лежало то самое королевское помилование на любую ведьминскую шалость, которую Дарен обещал мне за спасение Каллиана.

Как я вообще могла о нем забыть?!

– Арчи, спрячь, пожалуйста, – попросила я, передавая алому гримуару архиважный документ на хранение.

Тот радостно полыхнул, кончиком закладки схватил помилование и зашуршал страничками, выискивая среди массы рецептов местечко понадежнее. Тем временем Дарен закончил приготовление завтрака. Поставил на стол тарелку с бутербродами для нас двоих и свою чашку. Сел напротив, хитро мне улыбнулся и поиграл бровями.

Ощущая себя глубоко влюбленной ведьмой, я с умилением смотрела, как колдун уплетает один бутерброд за другим.

Да-да. Пусть побольше ест и набирается калорий. Силы ему этой ночью понадобятся. Впрочем, как и следующей. Ведьма я или кто?

– Кстати, давно хотел спросить... – начал Дарен тем самым небрежным тоном, каким в разговорах прикрывают наиболее важные для собеседника вещи. – Что случилось между тобой и Каллианом и зачем ты разгромила его покои?

– Колдун, да ты ревнуешь ведьму? – игриво уточнила я и получила в ответ теплый, наполненный любовью взгляд.

– Еще не решил, – сказал Дарен, облизнул нижнюю губу, а меня аж в жар бросило. И сердце ускорилось. И все внутри заныло от ожидания близости...

У-у! Провокатор светлый.

Знает же, как я на него реагирую, после всего случившегося ночью. Знает и нагло пользуется.

Прокляну. Ей-ей, прокляну.

Прокляну, и меня оправдает каждая женщина, ибо ну нельзя же так.

– Так все же? – с хитрой улыбкой сказал Дарен, явно заметив мою реакцию на него. – Что случилось между тобой и Каллианом?

– А что между нами случилось? – вслух задумалась я, сделала глоток и начала вспоминать. – Мы случайно столкнулись на улице. Я вся такая веселенькая возвращалась с шабаша, он шел с друзьями после очередной вечеринки. Столкнулись. Схлестнулись. Принц пришел в восторг от моей колкой язвительности, позвал на парочку свиданий, потом пригласил во дворец. Выгнал всех из личных покоев и предложил стать его официальной фавориткой. Подсунул даже какой-то контракт, где прописал, сколько раз я должна приходить в его кровать. Ну я и психанула. Вот и вся история.

Если бы и колдун думал так же.

В его позе появилась скованность, на лицо вернулась глубокая сосредоточенность, а из взгляда ушла вся теплота.

– Поправь, если я ошибаюсь... Он тебе нравился?

– Нравился – это слишком громкое слово, – рассмеялась я, стараясь поскорее разрядить обстановку. – Дарен, ну серьезно. Выдохни. Каллиан засранец и трус, но я не сразу это поняла. У нас были невероятные свидания, особенно ужин на крыше... и это слегка вскружило мне голову.

– Ужин на крыше? – повторил колдун и задумчиво нахмурился. – А как же гонки на собачьей упряжке?

– О-о... – Я невольно расплылась в улыбке, вспомнив то потрясающее утро. – Это было вообще крышесносно.

Сказала. Подумала. И только потом до меня дошло.

– Погоди-ка! Дарен, а ты откуда знаешь?

Светлый колдун поспешно сунул в рот остатки бутерброда. Дескать, не тронь меня ведьма! Я глух и нем, когда ем.

– Дарен... – мрачно протянула я. – Ты что... Был там?

Колдун взял секунду на подумать и неуверенно, как-то криво кивнул, словно сам до последнего не мог решить, это да или нет. Поспешно схватил со стола чашку. Одним глотком выпил все ее содержимое и вскочил на ноги.

– Мне пора. Тролли ждут.

После чего совершил тактическое отступление из кухни в коридор, но я не собиралась оставлять все так, поэтому тоже вскочила и двинулась следом. Встала, загородив собой дверь, уперла руки в бока и вкрадчиво уточнила:

– Дарен... А какова вероятность того, что это не Каллиан ходил со мной на свидания?

Глава 9,

в которой ведьма сталкивается с аллергией

Дарен сел на пуфик в прихожей, где мы обычно переобувались, и попытался уйти от ответа, но я была начеку и опередила:

– Колдун, не заставляй проклинать тебя на правду. Лучше сам скажи.

Светлый посмотрел на меня. На дверь, которую я загораживала. Понял, что без чистосердечного его из дома не выпустят.

Вздохнул и выдал:

– Если я расскажу, обещаешь не психовать?

– Еще чего! – поразилась я наивности некоторых. – Чтобы ты понимал, светлый, психовать – это мое святое право и как ведьмы, и как обманутой женщины. Но! – выставила я указательный палец и чуть смягчилась: – Обещаю, что не буду реагировать бурно.

И ведь не соврала. Почти.

Бурно в моем случае – это разнести личные покои принца, а разносить дом, предоставленный троллями, я бы не стала, даже будучи в крайней стадии бешенства. Первое, жить я потом где буду? Второе, зачем так утруждаться и трепать себе нервы? Всегда ведь можно тихо-мирно швырнуть в колдуна парой искр или незаметно приправить ужин забористым порошком из личной коллекции запрещенного.

Как там в той поговорке? И ведьмы отомщены, и стены целы?

Дарен не то знал меня как облупленную, не то просто не был любителем доверять кому-то на слово. Особенно если это слово дает ведьма. Вдвойне подозрительно, если это вся такая внезапная огненная ведьма, как я.

Меня одарили взглядом, полным великих сомнений, и я не выдержала:

– Светлый, не томи.

– В ту ночь, когда ты натолкнулась на Каллиана, мы с Феликсом там тоже были, – на одном дыхании выпалил Дарен, хитро улыбнулся и добавил: – И ты прокляла нас.

– Правда? – удивилась я, испытав легкий приступ гордости.

С другой стороны, да, я такая. Я могла. Странно только, что этого не помню.

Хотя... Если вспомнить, как весело было на шабаше и как плохо следующим утром, то все встает на свои места.

– Правда, – кивнул светлый, быстро засовывая ноги в ботинки. – Я смог избавиться от проклятья через пару минут после того, как ты ушла, а вот бедняга Феликс еще час гулял по тому переулку и считал брусчатку на мостовой.

Упс!

– Каллиана это задело, и он решил отомстить чересчур независимой ведьме, – продолжил колдун, вставая и снимая с крючка свою куртку. – Ему показалось забавным позвать тебя на свидание, но отправить вместо себя нас с Феликсом, а после признаться и растоптать твои чувства.

И почему я не удивлена очередному нездоровому бзику принца?

Неужели привыкаю?

– Мы договорились на три свидания под его личиной. Я был первым, кто пошел с тобой. Мне неожиданно понравилось ужинать с очаровательной ведьмочкой на крыше, и я подговорил Феликса пойти вместо него. – Дарен поправил ремень на поясе, подошел и ласково провел ладонью по моей щеке и шее. – Каллиан собрался идти с тобой на третье свидание, где бы открыл всю правду, но совершенно случайно слег с пищевым отравлением.

– Так уж и случайно? – улыбнулась я, поднимая руки и обнимая колдуна за шею.

– Вот и он подумал, что дело нечисто, – не стал оправдываться Дарен. – Узнал, что я единственный, кто ходил на свидания с тобой, и сделал выводы. Думаю, Каллиан хотел, чтобы я остался при дворе и продолжил выполнять часть обязанностей по его замене на мероприятиях, подготовил договор, связывающий тебя обязательствами, но не учел твоего взрывоопасного характера... Вот и вся история. Можешь психовать.

Могу.

Вот и как на такого ругаться?

Темные боги свидетели, меня даже проклинать не тянет.

Стою. Обнимаю этого гада. Улыбаюсь.

– Дарен, а ты точно светлый? – на миг усомнилась я.

Колдун махнул рукой. Перстень на его пальце полыхнул и плюнул белоснежной искрой, которая одинокой снежинкой закружила в воздухе.

– Это еще ничего не доказывает, – уперлась я, провожая ее взглядом.

И не я одна.

С довольным «р-р-р!» из-под обувницы выскочил прятавшийся там дракончик, проскакал мимо и с восторженными глазенками принялся носиться и высоко подпрыгивать, в надежде сцапать магический огонек зубами.

– Погоди... – неожиданно вспомнила я и посмотрела на Дарена. – Значит, когда вы с Феликсом пришли в мой дом, ты уже знал, кто я такая. И достаточно хорошо знал.

– Уху... – Колдун игриво потерся кончиком своего носа о мой. – А еще был в шаге от того, чтобы схватить тебя в охапку и содрать тот провокационный халатик. Ума не приложу, как только хватило выдержки...

И, не иначе как в качестве доказательства его слов, мужские руки сползли с моей талии ниже, решительно задрали подол платья и собственническим жестом огладили то самое место, на которое обычно ищут приключения.

Взгляд колдуна сделался темным и полным желания.

– Ты же торопился на испытание к троллям, – напомнила я, шутливо толкнув его в грудь ладонями.

Дарен с недовольным ворчанием отстранился и вздохнул.

– Я постараюсь поймать этого демонова барана как можно быстрее, – клятвенно пообещал он и взял с тумбочки ножны для ножа, которые цеплял к бедру.

– Иди уже, герой-любовник. Бараны ждут! – закатила глаза я и открыла дверь, недвусмысленно выпроваживая светлого на подвиги во имя ПМЖ.

Игнорируя дверь и свободу, Дарен вновь поймал меня за талию, наклонился и с жадной лаской поцеловал, после чего заправил за ухо прядь моих волос и предупредил:

– У меня большие планы на этот вечер.

Я показательно громко фыркнула, проводила своего колдуна взглядом, заперла дверь и наткнулась на обвинительный взгляд Луи-Антуана.

– Боюсь представить, как вас накроет весной, – неодобрительно проворчал кот.

Не став объяснять, что гормональная весна случилась с колдунами и ведьмами без привязки к календарю, я величественно проигнорировала одного хвостатого, обошла второго и вернулась на кухню. Допив кофе и уничтожив единственный оставшийся на тарелке бутерброд, я быстро убрала со стола и пошла к себе. Планировала почитать, ну или хотя бы полистать оставшиеся книги, что приволок наш ученый котейка, но обнаружила, что вот уже какое-то время с глупой улыбкой таращусь в никуда.

– Нет, Миранда, так не пойдет, – строго высказала я себе, убрала книги и решила переключиться на зелья, но тут из вспышки портала вывалился Арчи.

Алый гримуар тряс закладкой, морщил корешок и шуршал страничками... Короче, всем видом давал понять, что в доме неладно.

– Так, понятно, – со вздохом отодвинула я от себя котелок и, уже вставая, услышала, как в коридоре что-то грозно рухнуло.

Ругаясь и бормоча проклятия, я выскочила в коридор и замерла на месте, не в силах пошевелиться.

– Вот блин! – вырвалось у меня.

Вешалка для верхней одежды оказалась перевернута. Немногочисленные куртки, раскинув рукава, лежали на полу, как павшие солдаты. А чуть поодаль валялся разбитый горшок с геранью.

И в центре всего этого безобразия сидел маленький, несчастный дракончик... нежно-розового цвета с яркими салатовыми пятнышками.

– Ик... – грустно икнул экстремально яркий паршивец.

– Луи-Антуан! – крикнула я.

– И незачем так орать, – откликнулся кот с люстры.

Задрав голову, я строго глянула на королевского библиотекаря. Котик пытался скрыть собственное смущение, в ужасе косил одним глазом вниз и, кажется, сам до конца не понимал, как здесь очутился, но делал вид, что опасно покачивающиеся пыльные люстры – это его любимые места для отдыха и послеобеденной неги.

– Какого демона здесь случилось?

– А почему ты кричишь на меня, а не на этого невоспитанного хищника? – обиделся кот.

– Ик! – возмутился дракончик.

– Не переживай, – успокоила я обоих. – Вот пойму, что здесь случилось, и всем достанется.

– А я чего? Я ничего, – забеспокоился котик с люстры. – Я вообще мимо проходил, а этот зверь на меня напал. Я на окно. Он за мной. Я на вешалку. Он за мной. Я на люстру. Смотрю, а он уже вот такой.

Поняв, что ничего путного от Луи-Антуана я не узнаю, я присела на корточки и быстро осмотрела порозовевшего дракона в крапинку.

– Ик! – страдальчески выдал он.

Поймав кошачьего преследователя за морду, я разжала пасть и вытащила застрявшую между клыками веточку с характерным запахом герани. Видимо, в азарте погони мелкий случайно укусил не кошачий хвост, а растение, но вместо того, чтобы выплюнуть горький цветочек, заглотил.

Появившийся Арчи приволок дневник алой ведьмы и ткнул атласной закладкой в раскрытую страницу.

– Да, я тоже думаю, что это аллергия, – согласно кивнула я, краем глаза глянув на рукописные строчки, и встала. – Арчи, дай ему воды и присмотри за мелким. Я сбегаю на холм за нужными травами, чтобы сварить лекарство от аллергии.

– А как же я? – подали голос с люстры.

– А ты спускайся.

– Я не могу, – затрясся черный котик. – Мне нужна бригада пожарных... На худой конец лестница.

Переобувшись и схватив с пола куртку я, не оборачиваясь, послала в Луи-Антуана алую искру.

– Миау! – трагически взвыл тот, от шока хватаясь когтями за возмущенно закачавшуюся люстру, но магия оказалась сильнее.

Фактически отодрав объект от плафона, искра заставила голосящего дурниной котика испытать секунду свободного падения и мягко опустила на пол. Розовый в крапинку дракончик попытался воспользоваться моментом и таки сцапать противника зубами, но получил педагогическую затрещину закладочкой по морде от грозного гримуара и передумал.

Я уже вышла на улицу, вооруженная секатором и решимостью, когда редкий представитель семейства кошачьих трагически взвыл:

– Миранда, меня! Подожди меня! – и бросился следом.

Глава 10,

в которой ведьма попадает в ловушку

Взбудораженная внезапной сменой цвета своего подопечного дракона, я разогналась так, что и сама не заметила, как оставила пределы деревни троллей, обошла одно из многочисленных озер по берегу и начала подниматься вверх, на один из пиков, окружающих долину.

– Миранда, притормози, – пыхтел задыхающийся от физической нагрузки кот, чьи лапки уже давно отвыкли бегать по пересеченной местности, да еще и такой. – Не думаю, что нам стоит удаляться от дома так далеко.

– Не паникуй, – отмахнулась я, высматривая между камней невзрачные с виду листья и мелкие цветочки нужного растения. – Долина защищена и неприкосновенна. Никто в здравом уме не отважится прийти сюда за нами.

– Да? – В голосе библиотекаря появилась язвительность. – А что в таком случае ты скажешь про него?

И котик ткнул лапой куда-то вверх и в сторону.

Запоздало почуяв неладное, я подняла голову и обнаружила принца Каллиана собственной незабываемой персоной. Персоной, которая дико меня раздражала.

– Здравствуй, Миранда, – приветливо улыбнулся тот, кого я совсем не ожидала увидеть в этом месте.

И пусть я считала Каллиана не самым умным человеком в королевстве, но он таки нашел способ оказаться на спорной земле.

Заложив руки за спину и надменно вскинув подбородок, принц парил в десяти шагах от того места, где мы с котом притормозили. Присмотревшись повнимательнее, я заметила четыре миниатюрные метлы, приделанные к его ботинкам, и выразительно приподняла левую бровь.

Вот это прикол.

Вот это он, конечно, придумал.

Я теперь тоже так хочу.

И ведь не подкопаешься. Принц Каллиан не касался земли, а значит, не нарушал границ спорной территории долины. А про воздушное пространство в мирном договоре ни слова не было. Хитрый лис, что тут еще скажешь.

– Давно не виделись, спящая красавица, – усмехнулась я, не чувствуя, впрочем, угрозы. – Не скажу, что рада.

– Не сомневаюсь, – краешком губ улыбнулся Каллиан и скомандовал: – Взять ее.

Дернувшись в сторону, чтобы уйти с линии атаки, я подняла голову и сощурилась, пытаясь разглядеть тех, кому был адресован этот приказ, но потерпела сокрушительное и обидное поражение.

Они напали с воздуха, зайдя со стороны солнца, чтобы его лучи слепили так, чтобы я не видела ничего, кроме четырех крылатых силуэтов. Логичнее всего было ударить по принцу или вообще добежать и сделать его своим щитом, но разум не сообразил, а дерзость рвалась в драку.

Вскинув руку, я наугад выпустила несколько искр с ядреными проклятиями. Судя по воплям, одного таки задела. Пустячок, а приятно.

– Луи, прячься! – крикнула я коту и побежала в сторону высокого валуна, рассчитывая сперва укрыться за ним, а уже после отстреливаться от мерзавцев.

Кто ж знал, что Каллиан так хорошо подготовится к поимке ведьмы и захватит в команду инквизитора. Маленький нюанс. Черного, демоны его дери, инквизитора!

– Миранда Россе! – властно крикнул он. – От имени темного ковена я приказываю вам сдаться и отдать мне магический перстень.

Ага. Бегу и падаю.

Правда, в направлении валуна, но это уже мелочи.

– В случае неподчинения я буду вынужден применить к вам силу, – занудно продолжил черный инквизитор и, судя по всему, печально вздохнул.

И в этом осуждающем вздохе было зашито извечное «и ведь никогда не сдаются сами».

– Фьюи-и-и... – пропел воздух.

Шестым чувством уловив летящее в спину заклинание, я пригнулась, пропуская искру над собой. Снова вскочила, споткнулась, позорно рухнула, снова вскочила и... больше не смогла сдвинуться с места.

Тело обратилось в парализованную статую, скрюченную в позе старушки с приступом радикулита и не способную поднять руку, чтобы расколдовать себя. Старательно подавив панику, я призвала огонь, что бушевал в моих венах, и обнаружила, что дар заблокирован так же крепко, как и тело.

А вот теперь мне страшно!

– Попалась! – воскликнул радостный принц и поторопил: – Скорее. Поднимайте ее в воздух.

Я и пикнуть не успела, как двое широкоплечих стражей подлетели, сцапали с двух сторон и за несколько взмахов огромных крыльев, какими пользовался и сам Дарен, я оказалась в небе.

Команда принца была разношерстной и впечатляющей. Двое воинов, что удерживали меня под белы рученьки, смущенный Феликс (куда ж без верного стража) и старичок-колдун. Кажется, это в него попало одно из моих проклятий, ибо дедулю с белой бородкой поддерживал его молодой и амбициозный ученик.

Инквизитор держался на небольшом отдалении от всей честной компании. Одетый во все черное, мрачный и нагоняющий страху, он сосредоточенно прятал духовое ружье, стреляющее отравленными иглами. Теперь ясно, чем это он меня таким обездвижил. Небось парализующим ядом один из дротиков пропитал. Или – что более вероятно – одним из убойных составов белой ведьмы.

Но не время для паники, Миранда. Будем оптимистами.

– Это произвол! Вы не имеете права! – вопил Луи-Антуан, пытаясь извернуться так, чтобы вцепиться когтями и оставить парочку глубоких царапин на руке Феликса, который крайне непочтительно держал его за шкирку. – Я требую адвоката и представителя партии по защите братьев наших меньших, а еще ученый совет и свою бабушку!

– Не голоси. Ты нам не нужен, – поморщился принц и кивнул стражу.

Феликс пожал плечами и разжал ладонь.

– Мя! – придушенно мявкнул Луи-Антуан, упав на землю.

– Возвращайся к Дарену, – велело высочество. – Скажи, что я жду его на перевале Вьюг до полуночи. Если он хочет увидеть свою ведьму еще хоть раз, то принесет мне дракона. Ну все, беги.

Королевский библиотекарь очумело мотнул башкой, быстро глянул вверх и, низко пригнувшись к земле, бросился туда, откуда мы пришли.

– Уходим, – скомандовал Феликс, а я посмотрела на Каллиана и сказала:

– Дарен не отдаст тебе дракона.

Логичное «он же не дурак» произносить не стала.

Зачем? И так ведь все понятно.

Но, видимо, только мне. Ибо принц громко, от души расхохотался, подлетел ближе и насмешливо сказал:

– Ты понятия не имеешь, на что готов пойти мой брат ради любимой женщины.

И ведь был прав. Я понятия не имела, что этот светлый дурак бросит охоту, дела и прочие важные мелочи, по пути потеряет рассудок и действительно припрется на обмен.

Нет чтобы потерпеть часик-другой, пока меня отпустит забористое зелье черного инквизитора. Подговорить троллей, соврать, наобещать, но сделать их своими союзниками в попытке отбить у Каллиана ведьму. Дождаться прикрытия темноты, чтобы ударить со спины.

Но эти коварные планы не про Дарена Чейза.

Светлый колдун привык действовать честно и открыто. Сказали «принеси дракона на перевал Вьюг» – и вот он уже топает на место встречи, презрев логику и здравый смысл.

«Ой, дурак...» – расплакался мой внутренний голос.

– Всем быть начеку. Он что-то задумал, – хорошо подумал про брата Каллиан.

Дарен поднялся на перевал. Бросил быстрый взгляд на меня – тихо выдохнул, на черного инквизитора – заломил правую бровь, на Феликса – едва заметно кивнул, проигнорировал оставшихся и в упор посмотрел на Каллиана. Принц в ответ громко, не пряча издевки и торжества, расхохотался:

– Я знал, что ты ее не бросишь, брат.

– Отпусти Миранду, – потребовал колдун.

– Покажи дракона.

Дарен поднял руку, дернул молнию на куртке вниз и медленно откинул полу в сторону. На этом моя вера в адекватность светлого колдуна скончалась в горьких муках. Ибо прятал колдун за пазухой не арбалет и даже не камень, а нашего малыша.

Маленький, потешно розовый в крапинку мелкий испуганно жался к груди любимого «папочки», даже не подозревая, что тот уже предал его.

– Нет! Дарен, ты что делаешь?! – вырвалось у меня помимо воли, а Каллиан усмехнулся и бросил на меня красноречивый взгляд в духе «а я что говорил».

– Так это правда, – вырвалось у инквизитора. – Дракон настоящий.

– Как я и говорил, – с какой-то особой интонацией в голосе сказал принц. Так, словно они уже спорили на эту тему и инквизитор считал дракона сказочкой, но был вынужден потакать прихоти будущего монарха.

А я смотрела и смотрела на Дарена, в надежде, что вот сейчас он подмигнет, скривится или подаст другой сигнал, означающий, что пора действовать. Колдун смотрел в ответ. Все такой же спокойный. Серьезный. И без всякого намека на то, что у него есть запасной план.

– Поступим так, – заговорил Каллиан. – Ты оставляешь дракона на земле и отходишь вон к тому камню. Как только мой человек заберет его и отлетит на достаточное расстояние, я отпущу...

– Постой, – перебил Дарен, отрывая от меня взгляд и переводя его на брата. – Прежде ты должен кое-что узнать.

И с этими словами светлый колдун присел. Отодрав крохотные коготки от рубашки, он опустил дракончика на землю и сделал несколько поспешных шагов в сторону. Мелкий задрожал от холода. Сжался в комочек и затравленно глянул в нашу сторону. Мое сердце сжалось, а во рту стало горько.

«Если дернуться, то есть шанс, что кто-то из стражей не удержит меня, и тогда...» – пронеслось в голове, но додумать эту лихорадочную мысль я не успела.

Дернуться, впрочем, тоже.

Мелкий неожиданно взвизгнул. С неприятным хрустом его туловище изогнулось. Раздалось в стороны и начало трансформироваться.

– Какого... демона?! – зло прошипел обескураженный принц.

И в кои-то веки я полностью разделяла его чувства.

Ибо на земле уже больше не было дракончика веселенькой расцветки.

Перед нами стоял невозмутимый Нейтон Рок.

Многоликий. Чтоб его!

Глава 11,

в которой ведьма жутко злится на колдуна

– Что все это значит? – прорычал Каллиан, становясь как никогда похожим на своего сиятельного отца. – Дарен! Нейтон! Я требую ответа!

– Прошу прощения, мой принц. Одну минуту, – взмолился многоликий, едва ли не срывая с себя куртку, жилет и выдергивая из штанов рубашку. Недолго думая, мужчина запустил руки под одежду и... начал остервенело скрести кожу на груди, животе и спине пальцами.

Каллиан совершенно не по-королевски открыл рот от шока. Феликс издал странный придушенный звук на грани зевка и икоты. Престарелый колдун изобразил приступ слабости и уткнулся в плечо своего ученика, чтобы не расхохотаться в голос. Инквизитор криво усмехнулся, а вот остальные мужчины сделали вид, что нет ничего странного в том, как себя ведет грозный многоликий.

– Дико извиняюсь... – блаженно постанывал Нейтон Рок. – У меня аллергия на герань, а в теле дракона я даже почесаться нормально не мог. Теперь понимаю, почему эти крылатые ящерицы вымерли... С такими короткими лапами невозможно нормально жить.

А я... А у меня... У меня было такое лютое разочарование. Злость на Дарена. На дракона, который и не дракон вовсе. На весь этот гребаный мир! Вот хоть сейчас срывайся и проклинай всех, кто рядышком стоит, а после уходи в подполье, творить и вытворять гадости.

– Так это был ты? – с трудом сдерживая гнев, выдавила я, не забыв поднять вернувшую подвижность руку и обвинительно ткнуть в многоликого пальцем. – Все это время... Это был всего лишь ты!

И, видимо, в моем лице и голосе было столько невысказанных эмоций, несовместимых с жизнью некоторых обманщиков, что этот самый обманщик проникся. Бросил попытки почесать себе спинку, поспешно поднял руки, демонстрируя, что сдается, и торопливо попятился.

– Воу-воу! Тише, ведьма, тише!

Тише? Да я само спокойствие. То самое спокойствие, которое наступает в море перед бурей!

И, кажется, не я одна.

– Нейтон Рок, я крайне недоволен случившимся и все еще жду объяснений, – напомнил о себе красный от злости Каллиан.

– Мой принц, – склонил голову многоликий, – поверьте, никто из нас не хотел вводить вас в заблуждение. Этот спектакль был рассчитан только на ведьму. Мы и понятия не имели, что вы окажетесь в том номере.

Я недобро сощурилась, готовая метать гром и молнии без всяких искр. Значит, спектакль для алой ведьмы. Так, да?

И пока моя сущность жаждала крови, душа Каллиана требовала подробностей.

– Говори, – приказал он, и многоликий покорно склонил голову.

– Пару месяцев назад я по дурости проиграл Дарену три желания. Первым он воспользовался, когда захотел остаться в моем доме в Доротивилле...

Ой, так это не бесплатно было? Я-то наивно полагала, что нас не выперли в ночь исключительно за красивые глазки, а тут вот оно что, оказывается.

– ...а после, уже по приезде в Тотошвилль, Чейз попросил притвориться котом на празднике по случаю дня города и выиграть конкурс домашних питомцев.

– Домашних питомцев? – усмехнулся инквизитор. – Нейтон, я не узнаю в вас того самоуверенного многоликого, каким запомнил по работе на тайный отдел.

– Карточный долг, – так веско уронил мужчина, словно это действительно все объясняло, и все, ну кроме меня, естественно, понимающе кивнули.

– Так вот, после победы...

– Это была ничья, – обиженно напомнила я.

– Не суть, – отмахнулся тот, кто еще недавно выдавал себя за дракона. – Так вот, после победы мы с Дареном сидели, вспоминали прошлое, тут примчалась Беати, наговорила всякого, Чейз психанул, сказал, что ведьма его достала, и я предложил ее разыграть. Мы пробрались в номер, Дарен спрятал настоящее яйцо под кровать, я поменял форму и... Мой принц, никто из нас не думал, что вы тоже окажетесь в том номере. Мы просто хотели инсценировать вылупление дракона и посмеяться над Мирандой. Ну а дальше... она напала, мы не сообразили, и все просто вышло из-под контроля.

– Но ведь прошли недели? – взорвалась я. – Недели, демоны тебя дери. Почему ты не сказал? Почему продолжал притворяться?!

Нейтон набрал в грудь воздуха, но почему-то смутился и вместо ответа покосился на стоящего рядом Дарена. Словно давал колдуну право воспользоваться моментом и самому сказать.

На поляне повисло томительное ожидание. Казалось, даже ветер притих и прислушался, ожидая ответа. Взгляды присутствующих скрестились на светлом колдуне. А тот секунду помедлил, поймал мой обиженный взгляд и мне же признался:

– Потому что я хотел, чтобы ты осталась. Осталась в этой долине. В этом доме. – Пауза, и сокрушительно тихое: – Со мной.

Я дернулась и сжала кулаки.

– Колдун, я тебя прибью, – от всего сердца пообещала ему скорейшую расправу.

Нет, ну вот и кто он после такого? Обманул, можно даже сказать, украл из столицы, увез в глушь на деревню к троллям, и все ради чего? Ради тихого домашнего счастья? Счастья с алой ведьмой?

Нет, ну он точно псих!

– Значит, – неожиданно подал голос светлый дед, в смысле колдун, – никакого дракона нет? Это был всего лишь розыгрыш? Мы с коллегой зря бросили дела и примчались сюда?

Дарен промолчал, зато Нейтон так смущенно улыбнулся и развел руками, мол, извините, мы не хотели, что помилование получили оба.

– В таком случае не вижу смысла и дальше задерживаться на этом месте, – прокряхтел старичок из светлого ковена и посмотрел на ученика: – Мальчик мой, открывай крылья, мне хочется поскорее улететь с этого пронизывающего до костей сквозняка. Коллега, вы с нами?

– Да, – кивнул черный инквизитор, глядя на меня. – У темного ковена нет претензий к алой ведьме. Отдыхайте, госпожа Россе. Всего вам недоброго.

– И вам не хворать, господин инквизитор, – сладко пропела я.

Дождалась, пока оба отвернутся, и незаметно встряхнула кистью.

Три крохотные алые искорки нырнули в траву и скользнули к своим жертвам. Мужчины взмахнули крыльями и поднялись в воздух, еще даже не догадываясь, что в ближайшие полгода инквизитору все блюда будут казаться пресными, колдун на старости лет проникнется страстью к женским любовным романам, а его немногословный ученик начнет пьянеть от чашечки чая.

А нечего устраивать охоту на ведьм!

Мы не злые. Мы не злопамятные. Мы просто мстим, пока помним.

– Это даже к лучшему. Нет дракона – нет проблем, – неожиданно резко выдохнул Каллиан, переводя взгляд на оставшихся. – Нейтон, ты можешь быть свободен. Феликс, дай моему брату крылья. Вы двое, свяжите ведьму. Мы возвращаемся в столицу.

– Нет, – в один голос сказали мы с колдуном и обменялись красноречивыми взглядами, после чего я напомнила:

– У меня отпуск.

– А я так вообще уволился, – добавил светлый.

– Да мне плевать! – сорвался принц.

Очевидно, он думал, что его визит в долину закончится иначе. За всю его жизнь Каллиан не часто сталкивался с тем, что ему возражают и перечат, и сейчас его неподготовленная к подобным нагрузкам венценосная нервная система попросту сдавала. Злобно зарычав, принц прошелся по пятачку, запустил пальцы в густую шевелюру и энергично поскреб затылок, не то пытаясь унять раздражение, не то запуская умственные процессы.

– Ладно, Дарен, хочешь остаться здесь – оставайся, – заявил Каллиан. – Я заберу твою ведьму и просто подожду некоторое время в своих покоях того дня, когда ты бросишь все и прибежишь за ней.

– А на каких основаниях ты меня заберешь? – возмутилась я.

– Просто приспичило.

– Этого недостаточно, – внезапно встал на мою защиту многоликий. – Мы не имеем права удерживать представительницу темного ковена без основательных на то причин.

– Госпожа Россе напала на принца в гостиничном номере, – внезапно отмер молчавший все это время Феликс.

Честное слово, лучше бы и дальше стоял и не отсвечивал.

– Да. Точно! – обрадовался Каллиан. – Миранда покушалась на мою жизнь. Вот он, предлог.

– Королевское помилование, – обломал его Дарен, вынимая из-за пазухи попыхивающего от недовольства искрами гримуара. – Арчи, продемонстрируй, пожалуйста.

И Арчи продемонстрировал.

Свернутую из алой ленточки фигу он продемонстрировал.

Причем сперва ткнул ее колдуну в лицо, потом всем оставшимся, после чего перенесся ко мне в руки и гневно зашуршал листочками, жалуясь на коварство светлого.

Но принцу и не нужна была официальная бумага. Он понял все и без нее.

– Смотрю, ты все предусмотрел. Да, братец?

Дарен решил почем зря не нарываться и мудро промолчал. Тогда Каллиан сделал еще несколько нервных шагов по поляне и резко опустился на ближайший валун.

– Пожалуйста, вы оба, не делайте из меня монстра, – попросил он, устало сгорбившись. – Да, я ужасный принц. Природа обделила меня харизмой, целеустремленностью и даже способностью читать книги без истерики. У меня нет железной воли отца. Нет великодушия матери. Но что, если я люблю наше королевство? Действительно люблю. И если мне дадут выбрать между безграмотным принцем-пьяницей и благородным человеком, я выбираю тебя, брат.

Он обвел хмурым взглядом присутствующих, задержался на мне и сделался почти нормальным. Я не шучу. Просто парнем, который устал и запутался. Просто парнем, который хотел сделать все как лучше, но почему-то не выходило. Просто парнем, который искренне верил в свою правоту и так же искренне заблуждался.

– Дарен, я прошу. Вернись во дворец и займи то место, которого достоин. Не ради меня. Ради будущего нашего королевства.

Колдун посмотрел на меня, на Феликса, на брата.

– Нет.

– Тогда, прости... – С тяжелым вздохом Каллиан поднялся. – У меня просто нет другого выбора.

Но за миг до того, как с его губ слетел очередной приказ, я рванулась вперед. Стража пришла в движение, защищая своего принца от нападения. Дарен вскинул руки, закрывая меня от удара щитом. Нейтон просто изумленно ругнулся. Каллиан округлил глаза и попытался отскочить, но не преуспел в этом начинании.

Стремительная и непредсказуемая, как росчерк молнии в небе, я подбежала к мужчине и впечатала свои руки в его грудь. Каллиан вздрогнул, сраженный проклятьем, покачнулся и схватился за сердце. Его глаза расширились еще сильнее от понимания того, что только что случилось. Он недоверчиво моргнул, прислушался к собственным ощущениям, и на губах его появилась едва уловимая улыбка.

– Прекратите! – рявкнул принц, чужим, совершенно незнакомым голосом и приказал: – Оставить моего брата и его ведьму в покое. Уходим.

И, проигнорировав слова прощаний, первым взлетел на своих миниатюрных метлах в небо. Стража переглянулась, пожала плечами и, кинув на меня заинтригованные взгляды, полетела за стремительно удаляющимся от перевала Вьюг Каллианом.

– Чем это ты его таким забористым прокляла? – уточнил Дарен, вставая рядом со мной, плечом к плечу.

– Заклятьем страсти, – улыбнулась я. – Ближайшие полгода принц Каллиан будет одержим страстной идеей стать идеальным принцем для своего королевства.

Ни Дарен Чейз, ни Нейтон Рок ничего более не сказали.

Просто глянули с благоговейным «ну ты, конечно, и ведьма».

Эпилог 1

– Миранда, подожди.

– Уйди, колдун, не видишь – женщина в печали, – отмахнулась я, медленно шагая в сторону деревни троллей.

Нейтон делал вид, что ему нравятся виды и неспешные прогулки на почтительном расстоянии от печальной ведьмы. Вот сразу видно: умный мужик. Чего нельзя сказать про Дарена Чейза.

Такое чувство, что светлому колдуну боги забыли отсыпать пригоршню здравомыслия. Чем еще объяснить тот факт, что он с настойчивостью жужжащей мухи кружил вокруг и все пытался вызвать меня на разговор?

– Миранда, – настаивал мужчина, – дай я все тебе объясню.

– Дарен, отстань! – не выдержала я, прижала притихшего Арчи к груди и красноречиво вспыхнула.

Светлый нехотя вспомнил об инструкции по технике безопасности с горящими ведьмами. Отошел на десять шагов, где его и нагнал многоликий. Оставив мужчин за спиной, я шагала меж камней и кочек, полыхая, аки огромный живой факел, и самозабвенно страдала.

Страдала по маленькому дракончику, которого не было. Прощалась с иллюзиями о комфортной жизни со светлым колдуном под одной крышей. Ругала себя последними словами за непростительную доверчивость.

Короче, вела себя как обычная расстроенная женщина на грани ямы с надписью «Депрессия».

Только полыхающая огнем.

Но это мелочи.

А еще я понятия не имела, что делать дальше?

Мне нравился Дарен. Мне подходил его темперамент и вдумчивое спокойствие, которое уравновешивало мою взрывоопасную сторону. Меня зажигали его действия в постели. И, чего уж там, восхищала продуманность.

Дарен был светлым колдуном. Хуже всего то, что я любила его. Так сильно и отчаянно, как только умеет любить ведьма неподходящего мужчину. У меня даже желания злиться на него не возникало. Ведь не придумай колдун весь этот сюр про последнего драконенка, чудом вылупившегося из окаменелого яйца, мы никогда бы не сбежали. Никогда бы не стали жить вместе. Никогда не сблизились настолько. И никогда-никогда-никогда не признались друг другу в чувствах.

Сплошная стена из бесконечных «никогда».

Я так увлеклась страдашками, что не заметила, как вошла в деревню. Перепугала троллей (какие-то они чересчур впечатлительные для репутации грозных и беспощадных). Случайно подожгла чьи-то порты, сушившиеся на веревке (а чего они вид портят?).

Возле калитки я нехотя потушила пламя и решительным шагом двинулась к дому, где провела много насыщенных дней.

– Миранда, – вновь попытался заговорить со мной Дарен.

Проигнорировала. Отвернулась. Дернула входную дверь.

– Ну наконец-то! – с облегчением выдохнул Луи-Антуан, поворачивая ко мне морду. – Где вас так долго носило?

Проигнорировав громкое сопение оставленного без внимания колдуна, я сделала шаг, повернулась на голос и с удивлением обнаружила Луи-Антуана.

Потеснив шапку и сложенный шарф, королевский библиотекарь с важным видом сидел на полке, висевшей над вешалкой для верхней одежды. Рядом высилась стопка черновиков, из которых котейка складывал бумажные самолетики.

– Ты что делаешь? – возмутилась я, осматривая заваленный клочками бумаги пол.

Присмотрелась и обнаруживая под обувницей... розового дракона, с остервенением разрывающего пойманный бумажный самолетик!

– Мелкий? – Я глазам своим не поверила.

– Он самый, – кивнул кот с полки и пожаловался: – Ой, Миранда! Я так с ним задолбался. Это не дракон. Это какое-то глупое недоразумение.

Не в силах что-либо понять, я обернулась к застывшим в дверях мужчинам.

– Сюрприз? – криво улыбнулся многоликий.

– Я пытался сказать, – напомнил Дарен, – но ты с таким удовольствием страдала, что...

Игнорируя Нейтона, я сделал шаг, схватила колдуна за рубашку, дернула на себя и поцеловала. Дарен отреагировал так, словно не ждал от алой ведьмы никакой другой реакции. Обнял, прижал меня к стене, сладко и настойчиво целуя. Застонав, я не удержалась и закинула на его бедро свою ногу. Мужская рука мгновенно сориентировалась – погладила, вызвав толпу взбудораженных мурашек, и я сама не поняла, как оказалась сидящей на мужских бедрах.

– Кхм... – кашлянул забытый всеми многоликий, несколько смущенный разыгрывающейся перед ним сценой страсти. – Ну я, пожалуй, пойду погуляю. Расспрошу троллей о жизни в долине...

– Сто-о-ой! – заорал кот, соскакивая с вешалки. – Подожди меня-а-у!!!

Кажется, хлопнула входная дверь. Кажется, дракончик возмущенно зарычал и куснул Дарена за ногу, привлекая внимание. Кажется, наш заботливый Арчи подхватил поганца и поспешил скрыться с ним в одной из комнат.

Но мы этого уже не слышали, не видели, не знали.

С трудом оторвавшись от губ колдуна, я к демонам спалила на нем рубашку, провела ногтями по груди и зло прошептала:

– Еще раз так сделаешь – прокляну. Я ясно угрожаю?

– Более чем, – покладисто кивнул этот коварный светлый, подхватывая меня на руки и унося в глубь дома и собственной спальни.

Эпилог 2

– Какого ДЕМОНА! – заорала я на весь дом.

Материализовавшийся на столике неподалеку Арчи оценил масштаб подставы, сделанной светлым колдуном, дернул закладкой и недвусмысленно открыл раздел с ядами.

– Еще чего! – возмутилась я, невольно пробегая глазами знакомый список. – Ты видел, какие тут редкие ингредиенты?! Сама придушу!

Алый гримуар с громким воинственным «хлоп!» закрыл страницу и со зловещим шуршанием полез под стол за планом «Б». Им оказалась тяжеленная сковорода, подаренная соседкой на новоселье на прошлой неделе.

– Тяжеловата... – с печальным вздохом констатировала я, вооружаясь предложенным оружием возмездия и на пробу им взмахивая.

Чугунное дно задело связку лекарственных поганок, которая сушилась под потолком, и едва не сбило бутыль с мутным и безрадостным содержимым.

«Слезы девственницы», – заверяла этикетка.

«Чистый спирт», – констатировал понюхавший содержимое кот.

«Завяжем бантик и подарим многоликому», – решил внутренний голос, и мы все ждали, когда Нейтон Рок заглянет в гости. Однако многоликий не приходил вот уже больше полугода. Как свалил в тот день, так и не показывался больше в долине.

Луи-Антуан, работавший нашим шпионом, посыльным и просто сплетницей, говорил, что Нейтон так и не вернулся на службу. Не вернулся он и в свой уютный дом в Доротивилле. Ходили упорные слухи, что он выслеживает белую ведьму, которая сбежала и замаскировалась где-то в глуши, да так удачно, что ее не могли обнаружить ни светлый, ни темный ковены. Но так это или нет, ни я, ни кот не знали.

Возможно, Дарен о чем-то подозревал, но это же Дарен! Из него и слова не вытянешь.

Кстати, о светлом колдуне.

– Обойдусь подручными средствами, – решила я, отставила тяжелую сковороду на место, схватила источник претензий к колдуну и вышла из комнаты, то и дело оглядываясь по сторонам.

На днях дракончик обрел новый навык.

Подкрадули называется.

Затаившись где-то в углу, он выжидал беспечную жертву, которая первой пройдет по коридору. Дальше он начинал с азартом хищника красться за ней, прячась, если жертва оборачивалась на звук, и порой забывая, что он уже больше не крохотный драконенок, помещающийся в ладонях.

Так три дня назад этот слон уронил шкаф с посудой, лишив нас всех тарелок, а вчера, когда я обернулась на звук цокающих по полу когтей, попытался спрятаться под половичок, но не учел размеров и спрятал только голову, оставив хвост и пятую точку на виду.

– Думаю, все же не стоило называть его Мелким, – прокомментировал это Дарен.

– Думаю, что Искорка и Ураган были слишком банальными кличками.

– Да... А так у нас вышло действительно оригинальное имя для дракона.

Мелкий, видимо, тоже так думал. Он рос не по дням. И даже не по часам. Такое ощущение, что этот хитрый паршивец рос по секундам! С каждым днем требуя все больше и больше еды и внимания.

Как-то я села и подсчитала затраты на мясо, витамины и сахарные косточки. Схватилась за голову и едва не скончалась от жадности. Это же целое состояние!

Дарен глянул на подсчеты, прикинул что-то и дал странное объявление. Оно состояло из короткой строчки: «Светлый колдун усовершенствует ваше заклинание или прибор», было напечатано в газетах всех граничащих с долиной королевств и произвело настоящий фурор.

С этого момента в деньгах мы не нуждались. Мы нуждались в большой мастерской, где Дарен мог бы сутки напролет творить, вытворять, взрывать и неудачно экспериментировать. Тролли нуждались в более тихих соседях (говорю же, какие-то они чересчур впечатлительные), о чем не постеснялись высказать нам.

Вопрос поставили ребром, то есть вынесли на общее голосование, по итогам которого, нас выселили на берег озера, подальше от деревни. А в качестве извинений за причиненные неудобства построили для нас двухэтажный коттедж с обширной пристройкой на берегу, с потрясающим видом на закат и грохочущие вдалеке водопады.

Удобнее перехватив древко метлы, я вышла из дома, взглядом отыскала высокую фигуру любимого мужчины, к которому в данную секунду питала далеко не самые позитивные чувства, и направилась к нему.

– Дарен, ты издеваешься? – с ходу набросилась я, демонстрируя свою любимую метлу, к которой этот горе-изобретатель тишком приделал седло и руль от велосипеда.

– Нет, я совершенствую, – и не подумал смутиться Дарен, кидая огромный сук повизгивающему от радости дракончику.

– У меня была идеальная метла, слышишь? – продолжала я бушевать. – Самая лучшая на свете. Она не нуждалась ни в каком совершенствовании.

– Все нуждается в совершенствовании.

Я на миг оборвала саму себя, глянула сурово и предупредила:

– Еще слово, колдун, и я усовершенствую тебя.

– Понял, – обезоруживающе улыбнулся Дарен, притягивая к себе. – Метлу больше трогать не буду.

– Поклянись! – потребовала я.

– Угу... – выдал нечто невнятное Дарен, уже наклоняясь и завладевая моими губами, а с ними и вниманием.

Нет, ну вот и как с таким скандалить? У человека же нет никакого уважения к тонкой и искусной теме построения коммуникации и обмена претензиями. Просто ужас!

Звук поцелуя прервался внезапным, как гром, и сокрушительным, как утро, звуком:

– Клац!

Мы оторвались друг от друга и посмотрели в сторону поляны, где еще недавно носился с палочкой дракон.

Луи-Антуан, который невесть как обнаружился в траве, изумленно выпучил глаза и медленно повернул голову назад. Дракончик в ужасе зажмурился.

– Ты смотри-ка. Смог! – с гордостью за «ребенка» прокомментировал колдун.

– Дарен! – возмутилась я.

– Мой хвост! – в ужасе заорал кот.

Дракончик с победным «Р-р-р!» разжал челюсти и гордо выпятил грудь. Кот упал в траву и с трагическими охами и вздохами принялся ощупывать пострадавшую часть тела. Хвост оказался обмусолен, но цел. Однако это не помешало взбешенному котейке вскочить на лапы, распушиться и грозно прошипеть:

– Так, да? А ну иди сюда, Мелкий. Я покажу, кто в этом доме главный. Да я знаешь, что тебе сделаю? Да я твою наглую морду распишу когтями так, что Миранда не узнает. Я тебя в крендель сверну. В грядку зарою.

– Пф! – фыркнул дракон с видом «насмешил ежа тапком», открыл пасть и плюнул в кота сгустком пламени.

– Да! – обрадовалась я первому магическому всплеску силы, а вот Дарен присел, присмотрелся, дотронулся до того места, куда упал сгусток.

– Миранда, это лед.

Что?!

Пихнув Дарена в бок, я плюхнулась на колени. Поскребла пальцем корочку льда, убедилась, что это именно он, а не особый вид глюков. Да, определенно и точно, это не пламя, не лава и не имеет вот вообще ничего общего с моей стихией.

– Ну... в принципе... это многое объясняет, – пробормотала я и развернулась к библиотекарю: – Луи-Антуан, ты можешь наведаться в архивы темного ковена и достать для меня справочник по вымершим магическим тварям?

– Зачем?

Я посмотрела на Мелкого и была вынуждена признать:

– Кажется, я знаю не о всех видах драконов...

А этот ледяной паршивец довольно сощурился и поднырнул под руку любимого «папочки», требуя немедленно погладить его, такого уникального, по головке.

Увы, но вынести из ковена старинную документацию оказалось не так просто, как вынести дневники алой ведьмы из королевской библиотеки. Поднялась такая шумиха, словно мы позаимствовали не пару страничек, а сундук с арестованными гримуарами.

Благо никто из ищеек, пущенных по следу злоумышленников, не догадался даже подумать на приличного колдуна и алую ведьму, живущих в долине бок о бок с троллями.

Никто, кроме принца Каллиана.

Вечером того же дня в наш дом постучал крылатый Феликс и, не касаясь спорной территории ногами, передал два конверта. Для меня и для Дарена.

«Брат! Не думай, что я не в курсе о Мелком, – писал тот. – Я все еще думаю, что на моем месте должен быть ты, но принимаю твой выбор. Кстати, дай совет...»

И дальше шел длинный-длинный список из вопросов на два листа, на который Дарен отвечал еще неделю.

В моем же послании была всего одна строчка:

«Смотри, что я выиграл у гарпий».

Надо ли говорить, что к письму прилагался огромный ящик, открыв который мы увидели пять овальных камней, некогда бывших яйцами драконов.

– Мать моя кошка, – трагически прижал к груди свой хвост Луи-Антуан.

– Надо расширять пристройку, – вслух подумал прагматичный колдун.

Я охнула. Арчи упал от счастья в обморок при виде будущего пополнения. И только Мелкий ничего не понял, но старательно обнюхал своих братиков и сестричек.

И вроде бы все в нашей шебутной и крайне непредсказуемой жизни шло хорошо ровно до тех самых пор, пока однажды вечером у озера я не встретила незнакомку.

– Миранда Россе? – обратилась та.

– Да. А вы кто? – с подозрением уставилась я на девушку.

– Меня зовут Кэрри, – представилась она и огорошила прямо-таки удивительным: – Я в поисках ведьм, пострадавших в любовном заговоре гримуаров.