Глава 1

За окном самозабвенно чирикали птицы, радуясь короткому сибирскому лету. Сегодня было не так жарко, как вчера, поэтому шторы не были задернуты, и дневное солнце заглядывало в кабинет. Аркадий Егорович, степенный пожилой мужчина, врач-офтальмолог, со вздохом посмотрел на сидящего напротив молодого плечистого, крепкого парня. Двадцати восьми лет и с характерным отсутствующим выражением глаз слепого человека.

– К сожалению, Артем, ничем не могу тебя порадовать, – произнес он, хмурясь и не глядя на парня. – Деградация зрения остановилась. Но улучшений так и нет.

Артем ответил не сразу, и в тишине стали слышны далекие гудки машин.

– Я понял вас, – кивнул, наконец, парень.

Аркадий Егорович снова вздохнул. И посмотрел все-таки на собеседника. А тот сидел с совершенно спокойным выражением лица.

– Но на процедуры ходить все равно надо, Артем, – произнес врач. – Чтобы зрительные нервы не деградировали... Полностью.

– Ну, мне особо ходить больше некуда, – выдал дежурную вежливую улыбку парень. – Так что буду ходить сюда.

Словно специально подчеркивая свой недуг, Артем вообще не использовал жестикуляцию. И создавалось впечатление, что он зачитывает заранее написанный текст. Просто читает, без выражения.

Аркадий Егорович слегка нахмурился. Побарабанил пальцами по столу.

– Артем, – негромко произнес мужчина. – А как ты... В общем?

Парень слегка улыбнулся.

– Живу, – ровно ответил он. – Пенсии хватает, мне же сейчас немного надо.

Врач нахмурился еще больше. Он явно что-то хотел сказать или сделать, что ему очень сильно не нравилось.

– Мне... очень неприятно, – произнес Аркадий Егорович, явно тщательно подбирая слова. – Я даже... Понимаю, что поступаю... Неправильно. Но кто-то должен...

Мужчина вздохнул так, как вздыхают люди с тяжким грузом на душе.

– Светлана просила подписать бумаги на развод, – буквально выдавил из себя Аркадий Егорович. – Заявление... Тебе же сейчас будет неудобно...

– Бумаги у вас с собой? – спокойно спросил Артем.

Аркадий Егорович некоторое время смотрел на него. А потом залез в ящик стола. Зашуршал бумагами, достал несколько, соединенных скрепкой. Положил на стол, пододвинул Артему.

– Вы только поставьте руку, где нужно, – попросил парень.

– Да, конечно, – мрачно ответил врач.

Он взял Артема за правую руку, в которой парень уже держал ручку, и поставил, куда нужно. Артем черканул роспись. Мужчина пододвинул бумаги к себе, перевернул лист, и действия снова повторились. И так еще несколько раз.

– Надеюсь, я сейчас не отписал свою квартиру? – усмехнулся парень.

– Артем! – мужчина возмутился.

Даже побагровел.

– Это была шутка, – хмыкнул Артем. – Немного... плоская. Простите.

Аркадий Егорович покачал головой и, убрав бумаги, снова посмотрел на Артема.

– Знаешь, – произнес он. – Хоть мы теперь уже не родственники... Почти. Нет, не так.

Врач, в который уже раз за этот разговор, тяжело вздохнул.

– Хоть я и не должен так говорить о своей дочери, – угрюмо произнес мужчина. – Но она... поступает подло.

– Аркадий Егорович, мы уже об этом говорили, – Артем был по-настоящему, а не только внешне спокоен. – Я даже в какой-то мере рад. Знать, что рядом мучится любимый человек. Что я ей могу дать? Указать в завещании?

– Видишь ли, Артем, – как-то устало произнес Аркадий Егорович, смахнув ладонью невидимые пылинки со столешницы. – Для начала это говорит о том, что я ее плохо воспитал. Она ведь даже не попыталась. И самое главное, она знает, что поступает очень неправильно. Иначе с чего бы эти бумаги подписывала через меня? Знает и все равно делает именно так. На что же тогда рассчитывать мне? Когда я выйду на пенсию? Мне куда съезжать? В дом престарелых или сразу на кладбище?

Голос мужчины дрогнул на последних фразах.

– Аркадий Егорович, Свете всего двадцать два... было, – произнес парень с легкой грустью в голосе. – Знаете, жизнь, она все объяснит. Хочешь ты этого или нет.

Артем улыбнулся. Легкой светлой улыбкой.

– Да, – выдавил врач, не глядя на парня. – Наверное... Нет, ты прав, Артем. Но это же моя дочь все-таки. Не хочется, чтобы ей... вот такие уроки достались.

– Пойду я, Аркадий Егорович, – сказал парень, неловко поднявшись, опираясь на трость. – До свидания.

– До свидания, Артем, – откликнулся врач.

* * *

Это был секрет. То, почему Артем торопился домой. Ну, как торопился. Очень трудно быстро идти в тумане. Очень густом тумане, в котором видны только очертания, да и то лишь вблизи и на сильном контрасте света и тени. Так что Артем поспешал не торопясь. Слушал звуки летнего города, разговоры людей... Удивленные возгласы детей, укоризненные фразы взрослых, которые высказывали чадам, что нельзя тыкать пальцем в людей, которые имеют какие-то физические недостатки. Парень уже почти привык, что мир сузился до звуков, запахов и ощущений. Привык ориентироваться на чувство приближения. Это когда ощущаешь препятствие, а не видишь его.

Так что же за секрет? Сейчас Артем придет домой, поужинает. И без промедления ляжет спать. Да-да, возможно даже еще и восьми не будет. Он, который раньше спал, дай бог, часов по пять-шесть в сутки, теперь спит по четырнадцать-пятнадцать. И именно это дало возможность смириться, принять недуг...

Возможно, это лишь игра контуженного напрочь мозга. Или просто Артем постепенно сходил с ума. Мозг, компенсируя недостаток поступающей информации, взял и создал себе... Сны. Которые походили на фильмы, настолько они были реалистичными. И там Артем отлично все видел!

Причем фильм этот был от первого лица. И рассказывалось в нем про жизнь молодого баронета Аринэля Тайфола, младшего сына барона марки Эйхол, Брана Тайфола. И это было фэнтези, господа! Мечи, копья, доспехи. Крестьяне. Правда, какие-то слишком самостоятельные, не похожие на забитых селян. Лошади. А к ним прилагались... Но об этом чуть позже.

У Аринэля было целых четыре мамы. Непосредственно родившая – Вайлири Тайфол. Самая младшая из жен Брана Тайфола. И да, товарищи, мама Вайли, черт возьми, самая настоящая эльфийка! Вот прямо классическая. То есть длинные уши, золотистые волосы, стройная фигура и красивое лицо.

Соответственно, Аринэль Тайфол являлся метисом. Внешне он очень походил именно на эльфа. Золотистые волосы, тонкие черты лица. Строен, красив, девушки засматриваются. К тому же есть еще и способности к магии.

Мама Вайли, к сожалению, не владела магией, а тут это важно. Но она была по статусу примерно равна отцу. Дед, то есть отец мамы, тоже типа барона. Был воином (это важно в отношении очень мирных эльфов), сейчас занимается тем, что выращивает эльфийских лошадей – аиденов. И это, насколько удалось понять, очень уважаемо среди лесной братии.

Кроме того, Вайлири Тайфол и сама дама далеко не нежная, имеет личные заслуги, причем именно на воинской стезе. До замужества мама Вайли являлась Первым Клинком Храма Памяти. Пока непонятно, что за храм такой, но судя по контексту и умениям Вайлири (она в деле фехтования папе Аринэля не уступала), место у эльфов важное и охраняют его лучшие.

Магии или, выражаясь более грамотно, владению энергией, Аринэля обучала другая мама. Саятана Эан Тайфол, следующая по старшинству среди жен Брана Тайфола. В свое время отец выкрал ее из родного поместья. Ну, как выкрал. Мама Саятана как-то не походила на пленницу, вот совсем. А ее отец, то есть дед Ари, судя по воспоминаниям паренька, пару раз спокойно приезжал к наглому вору, то есть к зятю. Наверное, проверял условия содержания похищенной дочери.

Так вот, мама Саятана давала Аринэлю базовые знания по магии, без которых, по ее словам, было не поступить в какую-то там Академию. И вот тут мы приходим к основной проблеме Аринэля. Он, как бы это сказать помягче... Слегка туп. Любое действие по запоминанию, пониманию и так далее давалось ему с просто колоссальным напряжением. То есть работать мозгами – это прям совсем мимо. Но... В природе всегда есть баланс. Насколько тяжело давалось любое обучение умственное, настолько же легко Аринэль схватывал воинские навыки и вообще любые физические навыки.

Ну, и понятно, упор родители стали делать именно на этом. Отец, Бран Тайфол и мама Вайлири, занимались Аринэлем лично. Ставили отпрыску «удар», учили правильно надевать и носить доспехи. И много чему еще, например, стрелять из всего, что может стрелять. Ари очень это нравилось, особенно стрельба и фехтование городским мечом (бреттером), так что обучение этому шло семимильными шагами.

А вот обучением конному делу ведал старший брат второй по старшинству жены, Каяры Тайфол. Высокая, статная, фигуристая (даже с перебором) женщина. Каяра была дочерью местного вождя... орочьего племени. Настало время рассказать и про это.

Орки – это кочевники и, как понятно, первоклассные лошадники. И нет, не зеленые, с клыками в локоть. Просто здоровые мужики и тетки, с оливковым цветом кожи.

Мужики у орков – это натуральные гориллы. Причем как по размерам, так и по внешности. Массивные подбородки, пуленепробиваемые лбы (здесь стрелонепробиваемые). Аринэль, стоя рядом с мужчиной-орком, каждый раз ощущал себя младенцем, настолько они монументально здоровые. И был еще нюанс с тем, что при всей этой брутальности и мужчины, и женщины племени орков были безволосые. Везде, кроме головы.

А девушки у этого народа очень даже ничего. Особенно если откинуть предрассудки насчет роста и комплекции. Зато передние размеры были такие, что голову можно было свернуть. Эти половые признаки у орчанок начинали активно расти чуть не в восемь лет, Аринэль лично наблюдал за этим на примере двух подруг. Таши и Дары. Которые, кстати, в основном и занимались тем, чтобы баронет Тайфол не вываливался из седла. Взяли, так сказать, шефство над недорослем.

Да, надо не забыть про старшую маму. Она же старшая жена Брана Тайфола. Мара Тайфол, в девичестве Дамарат. Женщина суровая, строгая и с повадками старшины ВДВ. Железной рукой Мара Тайфол руководила хозяйством замка, отец в это вообще никогда не лез. Ах да, мама Мара в прошлом... Центурион. Да-да, Мара Тайфол служила, причем на офицерской должности. И служила она... в легионе. Имперском легионе. И эту историю надо рассказывать отдельно. И потом. Так как для начала ее нужно узнать. Сам Аринэль мало интересовался... Вообще хоть чем-нибудь, кроме лошадей и оружия.

Дети. Сестры и брат Аринэля.

У Брана Тайфола два сына. Старший, Грег Тайфол, сын Мары, уже служил в армии королевства Та-Релия. В Гвардии, которая являлась тяжелой конницей.

Три дочери. Старшая, Виона, дочь опять же мамы Мары, уже готовилась к замужеству. Ей ведь уже шестнадцать исполнилось. По местным меркам, уже совсем взрослая девица, даже переросток, тут браком и в тринадцать (у орков) было не удивить, хотя, конечно, у людей обычно так не спешили. К сестренке уже приезжали сваты. Будущим мужем готовился стать друг Грега, вместе с ним как-то приезжавший на побывку.

Алетта Тайфол следующий по старшинству ребенок, дочь от Каяры Тайфол. Пацан в юбке. Хотя юбку она если и носила, то в глубоком детстве. Вот эта совершенно не парилась с тем, что она уже, как бы в возрасте, когда кидают томные взгляды на кавалеров. Нет, взгляды-то она кидала, но после них кавалеры почему-то вспоминали, что у них есть срочные дела, которые вот прямо не терпели отлагательств. И это притом, что на мать она не походила совершенно, вся в отца, то есть никаких признаков, что она дочь орчанки. Ну, кроме поведения.

Саманта Тайфол, вот кто вобрал аристократизм за двоих. Ее родная мать – Саятана Тайфол тоже отличалась немалым изяществом, все-таки неслабая одаренная, имперская аристократка... Что, впрочем, совершенно ей не мешало пойти и помочь крестьянам разобраться, почему дохнет рыба. А вот это уже вкус Брана Тайфола, вряд ли бы он выбрал в жены неумную женщину.

Саманта Тайфол одаренная. Как и Ари. Но, в отличие от братца, Саманта была очень умной. Даже можно сказать, поразительно умной. Вот она не просто усваивала знания, она их глотала. Выпивала. Поглощала с поразительной быстротой. При этом, как уже упоминалось, красива, как статуэтка, изящные манеры... Эта девушка явно в жизни далеко продвинется.

Ну и последний ребятенок. Аринэль Тайфол. Которому недавно исполнилось тринадцать. Хм, получается дети барона Тайфола погодки... Отец, видать, решил сразу выполнить норму в свое время... Так вот. Младшенький. Лицом в мать, то есть смазливый, стройный, как кипарис... И такое же дерево. Именно поэтому на парня и не возлагали каких-то особых надежд, даже и при наличии одаренности. С другой стороны, парень настолько хорошо освоил фехтование, что выходил даже против отца, который был очень серьезным воином. Опять же дистанционное оружие, от арбалетов и луков до метательных ножей тоже давалось с такой легкостью, словно он не учился, а вспоминал. Видимо, эльфийская кровь давала о себе знать. А еще Аринэль буквально тащился от верховой езды. Ради этого он был готов даже пожертвовать комфортом, который тоже сильно уважал.

А еще Аринэль был абсолютно и полностью незлобив. Вот совсем. То есть да, инициативы от него тоже не дождешься. А еще стеснительный... И крутили им, кто хотел. Особенно сестренки...

Да, сестренки... Честно говоря, даже Артем иногда смущался от того, как они вели себя с младшим братиком. И даже хорошо, что Аринэль просто не понимал, что вот так девушки с братом вести себя не должны. Виона еще ничего, просто тискала, как плюшевую игрушку. Алетта, дочь орчанки Каяры, шпыняла насчет того, что он ведет себя как не мужик.

А интереснее всего вела себя Саманта. Пока они были в нежном возрасте, Аринэль постоянно играл роль ее рыцаря. В смысле исполнял все прихоти этой хитрой особы. Например, одно лето он каждый день таскал ей цветы. Где-то пару недель, пока девчонке не надоело. Она же натурально вколотила в голову парня (и Артему по пути) все эти благородные ужимки, которые «необходимо знать благородному человеку!», а то как же он сопровождал бы знатную даму. В общем, вила Саманта из братика веревки, когда хотела, сколько хотела и нужной толщины. Все стало интереснее, когда она зашла за двенадцатилетнюю отметку. А здесь это возраст, относительно Земли, примерно лет пятнадцать-шестнадцать, то есть дети становятся вполне развитыми подростками. Это когда еще не совсем взрослые, особенно по мозгам, но телом уже развитые достаточно. Вообще, Артему ясно виделось, что тут что-то не то с исчислением времени. Вот Аринэль Тайфол, хоть и стройный, но совершенно определенно не ребенок. Особенно когда со спины смотришь, там такие мышцы имелись, от занятий фехтованием и стрельбой. То есть да, молодой, но не дите, определенно нет. Вот мозгами да, лет десять. Но тут уж ничего не поделать...

Так вот, от любимой сестренки Анти пошли вопросики, типа: «Ари, а я красивая?». А она ведь реально красивая, так что парень честно отвечал, что да. Дальше – больше. «Ари, сделай массаж». «Братик, погуляй со мной за руку». И другие проявления девичьего взросления. Которые, видимо по причине отсутствия других «рыцарей» или хотя бы похожих на них персонажей, испытывались на не сильно умном, но хотя бы смазливом младшеньком...

...Артем ничего не мог делать, только наблюдать. И ощущать, хоть и не в полной мере. И ему нравилось то, что он видел. Замок, на краю обжитых земель. Суровые люди и не только люди. Разумные, тут так все обозначаются. Простая, но вполне насыщенная жизнь. И семья... Да, непривычная по конфигурации, но зато настоящая. Мамы любили детей. Любили и своего мужа, их отца. Это Артем постоянно подмечал. Жесты, взгляды. Слова. Тайфолы дорожили друг другом. Им нравилось жить вместе. Хотя Бран Тайфол постоянно пропадал в степи. Но когда возвращался, никто не закатывал истерик. Мужчина, воин. Он идет к своей цели. Как уже дошел однажды, основав замок на самом краю обжитых земель. Точнее, баронство появилось не на обжитых землях. Эти края были отвоеваны.

И больше всего Артем боялся, что однажды он заснет... И не увидит больше этого удивительного мира. Останется один на один с темнотой. В жизни, где он больше ничего не сможет добиться. Он так привык к бескрайней холмистой степи, под голубым небом. Сидеть у костра в стойбище орков. Чувствовать... любовь родных к Аринэлю. Нестись к горизонту на горячем жеребце. Артем растворялся в этом мире. Больше всего на свете он желал очутиться там, у Тайфолов. В каком угодно качестве.

Поэтому в тот день Артем остро, до крика жалел, что не может ничего сделать. Он-то ясно видел, что какие-то мутные личности трутся рядом с Браном Тайфолом и Ари. Точнее, следили определенно за Аринэлем, а от его отца благоразумно прятались.

А потом женский крик. Ари совершенно ожидаемо повернулся на него, чуть приотстал от отца... А потом он даже ничего не успел понять, похоже. Просто наступила темнота...

* * *

Марн Цевитос с задумчивым видом убрал формулу, которая просканировала тело пациента. Целитель нагнулся и раздвинул пальцами веко молодого баронета.

– Его спасло буквально чудо, – задумчиво произнес он. – И то, что волосы длинные. Правее на палец, и вы бы уже складывали пирамиду (в мире Эриминум не хоронят в землю, а сжигают. На пирамиде). Но и так последствия будут серьезные.

– Насколько? – Бран Тайфол поиграл желваками.

– У него обширная гематома, – развел руками Марн. – Причем в очень нехорошем месте. Как бы это не повлияло на зрение.

Барон на это лишь скрипнул зубами.

– Спасибо, мастер, – произнес он.

– Не стоит, это моя работа, – спокойно ответил целитель. – Теперь только ждать. Через неделю, когда спадет гематома, привозите сына ко мне.

– Понятно, – коротко ответил Бран Тайфол.

* * *

Привычная темнота. Артем вздохнул. И куда поперся Аринэль? Крики дамы, понимаешь. Ага. Из проулка, куда заходить надо с десятком солдат, да и то желательно перед этим пройтись боевой формулой. И Бран тоже хорош, знает же, что сынок полный наивняк...

«Не понял?» – Артем зашарил руками.

Какое-то слишком грубое постельное белье. Парень поднял руку, чтобы нажать на кнопку будильника, стоящего на тумбочке рядом... И его рука прошла сквозь мебель!

«Что за?..»

Рука прошла сквозь тумбочку... И опустилась обратно на кровать! Чего не могло быть в принципе! Артем развернулся, чтобы коснуться стены... И рука опять дошла до кровати. То есть он лежал на большой кровати! Откуда? КАК?!

– Да что, на, за шутки?! – прошипел парень.

Сегодня он видел еще хуже, чем обычно. Даже свет не воспринимал, полная темнота. Или ночь на дворе? Добравшись до края кровати, Артем спустил ноги. И замер. Его ступни коснулись ковра! Хотя должны были встать на голый пол!

– Да где я, драть всех богинь? – зло буквально выплюнул парень.

Тут его слегка опахнуло сквозняком. Как будто совершенно бесшумно открыли дверь. Хотя дверь и в самом деле открыли, Артем все же услышал, как трется железо петель друг о друга. А потом были опять же очень тихие шаги...

– Ты кто? – громко и уверенно спросил парень, повернув голову на приближающиеся шаги.

Человек остановился.

– Молодой господин? – раздался неуверенный девичий голосок.

«Чего?!!»

Руки парня метнулись к себе. На нем было нижнее белье, то есть что-то типа пижамы... А волосы длинные, как принято... У воинов эльфов.

«Я в теле Аринэля?» – похолодело у Артема в груди.

Хотя теперь уже не у Артема...

– Эй, кто там... – произнес он.

И поймал себя на том, что говорит-то не по-русски.

– Да, молодой господин! – с чего-то радостно произнесли рядом.

«Я ее понимаю. Хм».

– Сейчас день или ночь? – спросил Артем первое, что пришло в голову.

– День... господин, – в голосе девушки послышалось искреннее сожаление.

– Вот как, – парень вздохнул.

Это что же? И здесь он не видит? Какая насмешка...

– Послушай... Как тебя... – начал Артем.

– Цеси, господин, – с готовностью ответила девушка.

Парень вспомнил молодую служанку с длинными русыми волосами, довольно смазливым личиком и веснушками на нем. Она, кстати, почему-то считалась из-за них некрасивой.

– Что со мной случилось? – спросил парень.

– Вас ударили по голове, господин! – тут же ответила девушка.

– Вот оно что, – задумчиво сказал Артем, припоминая. – Слушай, Цеси. Мне надо... В общем, слить ненужное. Не проводишь меня? А то мне будет трудновато самому найти.

– Конечно, господин! – почему-то с жаром ответила служанка.

* * *

Бран Тайфол, сев на большой супружеской кровати, со вздохом поморщился. Уже шестой день он спал один. Жены вот таким образом выражали свое крайнее недовольство случившимся. Собственно, барон и сам себя неплохо терзал. И ведь всего на пару минут отвернулся, а Аринэль пропал...

Одевшись, мужчина вышел из спальни и спустился в трапезную. И да, завтракать предстояло только с детьми. Стулья жен пустовали.

– Доброе утро, – буркнул барон, садясь на свое место.

Да, правду говорят, надо больше сыновей. Девчонки, явно копируя матерей, лишь склонили головы в приветствии.

– Здравствуй, вождь! – Алетте как всегда были чужды эти женские игрища.

(У орков дети называли глав семейств вождями.)

Бран слабо улыбнулся дочери. Сев, он подтянул к себе глиняную бутыль с вином. И в этот момент дверь в трапезную снова открылась. И у мужчины взметнулись от удивления брови.

– Доброе утро, – каким-то слегка странным тоном произнес вошедший вслед за служанкой Аринэль.

При этом он держал девушку за руку. Виола уже готовилась пройтись по этому поводу, но буквально подавилась своими словами, вспомнив про состояние брата.

– Аринэль, – прогудел барон. – Как ты себя чувствуешь?

– Идиотом, – ответил парень и, криво усмехнувшись, добавил: – Голодным идиотом. Цеси, будь добра, усади меня за стол.

Лица присутствующих вытянулись от подобного пассажа со стороны не очень разговорчивого (да вообще не разговорчивого!) обычно родственника. А парень, подведенный к стулу, нащупал его спинку и осторожно сел.

– Аринэль, – опять заговорил барон. – Скажи, а ты...

– Вообще ничего, – предугадал его вопрос парень. – Полная темнота.

Виона и Саманта синхронно вздрогнули от равнодушного тона брата, с которым он сообщал такую ужасную новость. А Алетта еле слышно выругалась...

...Да, пусть он снова слепой. Пусть мир также наполнен лишь звуками, запахами и ощущениями. Но зато он шел по замку Тайфол! Когда проходили мимо окон, то со двора донеслись звон железа, ржание лошадей. Блин, да даже крики детей были не такие! Другие! А воздух-то какой! Артем втягивал этот вкуснейший, без малейшего запаха химии воздух и никак не мог надышаться. А попробовали бы вы эту еду! Ему, за последние несколько лет привыкшему ко вкусу жратвы быстрого приготовления, разбавляемой иногда пельменями и пиццей, завтрак в замке Тайфол показался торжественным пиром. Да еще и вина налили, тут было так принято, вместо чая.

После завтрака Аринэль попросил Цеси проводить его на крепостную стену. Да, блажь, но вот хотелось и все тут! Он же никому не мешал, а для Цеси это было работой. Вот только их перехватили буквально сразу же.

– Аринэль! – взволнованный голос матери... хм, Аринэля, Артем узнал сразу же.

Мелодичный, высокий голос. Его стиснули в объятиях и прижали к груди.

– Сынок, ты так напугал меня! – с тревогой в голосе вещала матушка. – Я пришла в твою комнату, а тебя нет!

– Мам, – парень мягко отстранился (надо же, как легко выскользнуло это слово), – я просто сильно проголодался.

– Не пугай меня так больше, – голос эльфийки дрогнул. – Уондо дэяла...

Ответ сам собой всплыл в памяти. Мать в свое время пыталась научить Аринэля языку своего народа. Но парень был, ну честно говоря, невеликого ума. С другой стороны, не всем же дано поражать величием полета мысли...

– Элрэ дара, амил,^[1]– произнес парень.

На некоторое время в коридоре повисла тишина.

– Аринэль? – голос женщины был удивленным, а потом в нем зазвучала тоска. – Сынок... А ты меня видишь?

– Прости, мам, – слегка дернул щекой парень.

– Аннира даоса каниларэ, – пробормотала женщина, опять прижимая сына к себе. – Кэласар лимбэ наулорос, катуя дарасан!

Вот только на щеки Аринэля невольно вполз румянец. Дело в том, что он понял, что сказала матушка. Если буквально, то она пожелала некоторым бородатым членоносцам лучше бы трахнуть дерево, чем она бы в него влюбилась. В общем, какое-то устойчивое эльфячье выражение, судя по всему.

– Мам, ну не надо так папу-то, – произнес Аринэль. – Ему, наверное, еще хуже сейчас.

– Ашшиа гаэлла ма бардарасан! – буквально выплюнула слова женщина. – Ничего, пусть помучается, раз не может за сыном приглядеть!

Откуда-то донеслось еле слышное сопение на эти слова.

– А в общем как? – уже деловито так спросила мать.

– Да ничего вроде, – пожал плечами парень.

– Тогда сегодня мы едем к мастеру Цевитосу! – не терпящим возражения голосом постановила эльфийка. – Прямо сейчас!

* * *

Бран Тайфол, как не оправдавший высокого доверия, от сопровождения был отстранен. Впрочем, как и дочери, хотя Саманта чуть ли мятеж не устроила. Но была осажена собственной матерью, что, мол, дело серьезное.

Поехали не на лошадях, а в открытой коляске. Аринэль видел ее ранее, так что и Артем представление имел. Этакий фаэтон, о четырех местах и с местом для кучера. Слуг с собой мамы тоже не взяли, правила экипажем мама Каяра. В общем, налицо был женский бунт, к тому же имеющий под собой самые железобетонные основания. Затронули потомство!

Копыта лошади процокали по внутреннему двору замка, потом колеса прогрохотали по настилу опускаемых ворот-моста, стукнулись о «порожек» противоположного берега рва и зашуршали по дороге. В груди Артема на секунду полыхнуло сожаление, что он ничего не видит. Хоть в памяти и были картинки, но фэнтезийный мир очень хотелось увидеть собственными глазами.

«Но не судьба», – привычно подавил он малодушный порыв.

Тем временем в нос ударили запахи леса. Прелой листвы, какой-то едва уловимый запах деревьев. Шуршание крон на ветру. Слегка поскрипывала коляска.

– Аринэль. – Ага, это старшая мама.

Голос строгий, глубокий, объемный, что ли. В памяти появилась картинка сорокалетней (на вид) крепкой женщины, с каштановыми волосами, серыми глазами, тяжеловатым подбородком. Нос картошкой, тонкие губы. Возле глаз и в уголках рта морщинки. А еще она была прям валькирия, то есть статная и рослая. Глядя на нее, верилось, что она была офицером.

– Ты какой-то слишком спокойный, – продолжила женщина.

– А ведь и вправду, – голос мамы Каяры был, как бы это... командный, в общем.

Резкий такой, отрывистый. Она была под стать старшей женщине рода Тайфол. Тоже плечистая, крепкая. Еще более плечистая и крепкая. Глаза черные, как у большинства орков. Губы пусть и не ярко-алые, но сочные, нос с характерной горбинкой (но все же не такой рубильник, как у деда, то есть отца ее, нормальный такой носик). В общем, если откинуть цвет кожи и волос, больше походила на скандинавку. Густые волосы цвета воронова крыла обычно убраны в косу, которая была переплетена зеленой, черной и красной лентами.

«Зеленая – это полевой выход. Черная – опоясанный воин. Красная – замужняя дама. В мужском варианте – женатый».

Да, Аринэль тоже, как уже говорилось, бывал в орочьем стойбище. Что неудивительно, раз одна из мам дочь прежнего вождя и сестра вождя нынешнего. И надо сказать, что парню, несмотря на его любовь к комфорту, там нравилось. Ведь он мог гонять на лошади сколько влезет.

– А какой я должен быть? – поинтересовался Аринэль. – Я могу что-то сделать?

– Ну, папаня, – с угрозой произнесла Каяра и послышался шлепок вожжей.

Аринэля опять прижали к мягкому женскому телу. Ага, мама эльфа волнуется.

– Ох, уондо, – тихо прошептала она сыну в макушку.

Все-таки голосок у нее, как переборы гитары. Мелодичный, с глубокими обертонами.

– Я думаю, все будет хорошо, – это заговорила мама Саятана. – Я, конечно, не целитель. Но не думаю, что мастер Цевитос не справится с этим.

Высокий девичий голос. Но одновременно уверенный, твердый. Саятана Тайфол не очень высокого роста (по меркам орков вообще низкая), но весьма красивая женщина. Всегда элегантно одетая, почти белые волосы, всегда убранные в прическу и голубые глаза. У нее тоже в предках явно были эльфы, черты лица были тонкие, глаза большие, слегка вытянутые к вискам, скулы высокие. В общем, Артем понимал Брана Тайфола, хе-хе. В свои тридцать с хвостиком (на вид, да, опять лишь на вид, Ари как-то не задумывался над тем, чтобы выяснить реальный возраст родителей) выглядела леди Саятана, как девушка. А занималась в роду Тайфол она ни много ни мало сельским хозяйством. Кажется.

Кстати, не надо думать, что женщины барона Тайфола вот так взяли и отправились куда-то одни. Позади коляски раздавался стук копыт, позвякивало железо и иногда доносились мужские голоса. То есть охрана присутствовала.

«А значит, есть и те, кто вызывал необходимость такой охраны, – подумал Артем. – Что, собственно, подтверждает происшествие с Аринэлем».

Парень нахмурился. Мысли о том, как он оказался здесь, да еще и в теле Ари, он просто задавил, даже не пытаясь придумать ответ. Этот прием, просто выключить бесполезные мысли, не раз помогал Артему по жизни. Это все не помогает, бытие не улучшает, а, значит, не просто бесполезно, а еще и вредно, так как время, убитое на рефлексии, можно потратить на нужные размышления.

«Итак, что мы имеем в остатке. Баронет...»

...Баронеты и баронетессы – это дети баронов. Бароном можно стать, только став владетелем баронства, если взять Тайфолов, то им будет Грег после ухода в мир иной Брана Тайфола. Еще сестрички сменят титулы, когда выйдут замуж. То есть да, Аринэлю светит всю жизнь быть баронетом.

Бароны – становый хребет королевства Та-Релия, где, собственно, и находится марка Эйхол. Владетели небольших доменов, обычно это пара-тройка деревень и баронская усадьба. В случае баронства Тайфол – замок.

Так, тут надо упомянуть о некоторых особенностях взаимоотношений аристократов и остальных в баронстве Тайфол.

Баронство Тайфол не просто пограничное. Оно, если так можно выразиться, ультрапограничное. Было отвоевано Браном Тайфолом лично.

Две деревни, что имелись во владениях барона Тайфол, это были де факто соседи, а не данники. И налоги (назовем это так, для простоты) они платили непосредственно барону и никому более. В общем, помесь Запорожской Сечи с Землей Обетованной. В эту картину отлично вписывалось наличие дружественных (прям тесно дружественных) степняков-орков. А если перевести, это была одновременно легкая и тяжелая конница баронства.

Кстати, замок Тайфол находился не где-то, а на границе со степью, оседлав холм, который огибала неширокая река. Выше по течению, до замка, река разливалась и превращала низменность в болото, и справа от замка, относительно реки, была непроходимая топь. Слева от реки и замка местность была изрезана оврагами. Естественно, замок запирал удобный путь из степи в королевство (иначе на кой его ставить?). Обойти-то можно, но, например, за оврагами, километрах в пяти от замка, была одна из деревень, Рогатка. А деревни здесь, в баронстве Тайфол, напоминали небольшой замок. То есть и стена имелась, и люди решительные внутри...

Чуть выше баронов стоят виконты. По сути, разожравшиеся бароны. Были правителями отдельных больших феодов, которые уже не баронство, но далеко не графство. И таковых относительно немного.

Обычно бароны и виконты ходят под графом. Маркой Эйхол управлял маркграф Ремулус Аванти (судя по некоторым оговоркам, то ли друган, то ли чуть не родственник Брана Тайфола). Столицей марки был город Арантон. И да, это все, что Аринэль знал об этом.

По аналогии с виконтом герцоги были правителями важных провинций. Выше них только королевская семья. Принцы, принцессы, наследный принц и, собственно, король с королевами...

...«Кстати, – усмехнулся про себя Артем. – Тут же норма иметь несколько жен! Забавно!»

Лица коснулся порыв ветра. И стук копыт стал совсем тихим, то есть не отражался от деревьев. А, значит, они выехали из леса. Ноздрей парня коснулся запах дыма. Они подъезжали к Брайбо, которая так-то была третьей деревней баронства. Но Брайбо уже перерос статус деревни. А все потому, что он был сознательно отдан бароном на откуп всяким искателям приключений... и заработка. Аринэль этим, как обычно, не сильно интересовался, но даже он слышал о том, что в степи есть развалины древних городов.

Коляска остановилась. Стук копыт лошадей охраны приблизился и стих.

– Аринэль, пойдем, – раздался голосок мамы Вайлири уже откуда-то сбоку.

Парень ухватился за руку, которая лежала на его плече, и не спеша вылез.

* * *

Марн Цевитос был стар. Действительно стар, раз даже он, целитель, выглядел стариком. Невысокого роста, в поношенной зеленой рабочей мантии и практически лысый. Кожа на руках была словно пергаментая, лицо разрезали глубокие морщины.

Увидев представительную делегацию, мужчина приподнял брови. А четверка женщина барона Тайфола уверенно зашла в небольшой кабинет, который разом стал каким-то совсем маленьким. Последним, держась за руку матери, зашел Аринэль.

– Мастер! – буквально пропела Саятана Тайфол, одарив целителя улыбкой. – Добрый день!

– Аэлле^[2] Тайфол, – встав, коротко поклонился мужчина. – Господин Тайфол.

В среде магов знать эльфийский язык – элварин, было признаком хорошего тона.

– Я так понимаю, – продолжил целитель, – что молодому человеку требуется моя консультация?

– Вы совершенно правильно поняли, мастер, – снова улыбнулась Саятана. – Требуется и как можно более полная.

– Конечно, – кивнул Цевитос.

Он вышел из-за стола, взял стул, стоящий у стены, и поставил его на середину комнаты.

– Прошу, – жестом указал он.

Вайлири Тайфол подвела сына, взяла его руку и, положив ее на спинку стула, произнесла:

– Сынок, сядь тут, – в голосе женщины звенела нежность, смешанная с болью.

Тем временем остальные... хм, мамы, присели на стулья, стоящие вдоль стены, слева от входа, а Саятана расположилась на кушетке, что стояла вдоль стены справа. Вообще, кабинет мастера Цевитоса, был квадратным, примерно четыре на четыре. Два больших окна, в обрамлении белых штор. Рабочий стол целителя стоял между оконных проемов, а сам мастер сидел лицом к двери.

– Господин Тайфол, вы не могли бы снять верхнюю одежду? – произнес мастер.

– Конечно, – тут же ответил Аринэль.

Он встал, расстегнул рубашку. К нему подскочила мать, забирая одежду. Парень брякнул пряжкой ремня и, сев, стянул штаны.

– Ну-с, приступим, – пробормотал мастер, вставая перед парнем и встряхнув руками, как пианист.

* * *

В этот раз целитель работал гораздо дольше, не меньше получаса. Наконец он, устало выдохнул. Обойдя стол, мужчина присел на свое кресло.

– Можете одеваться, господин Тайфол, – произнес он. – Что же...

Мастер посмотрел на женщин.

– Первое – это состояние не из-за травмы, – сказал он. – Нет, не так. Травма, безусловно, вызвала это состояние. Но теперь все происходит по другой причине.

Он потер переносицу, собираясь с мыслями.

– Если коротко, то это побочные эффекты спонтанной инициации, – заговорил он. – И тут ничего нельзя сделать. Одно могу сказать, слепота точно временное явление. Примерно через три-четыре десятины Аринэль снова будет видеть.

«Какие отличные новости!» – невольно улыбнулся парень.

– То есть Аринэль проходит сейчас этап привыкания к Дару? – уточнила леди Саятана.

– Именно так, – кивнул целитель. – Травма вызвала возмущение в тонком теле. А раз она была серьезной, то и компенсация была тоже существенной. Что вызвало досрочную активацию ядра. Обычно этот процесс растянут минимум на год...

– Хм, да я помню, в это время возникают проблемы со здоровьем, – задумчиво сказала леди Саятана.

– Вот именно, – подхватил Цевитос. – Поэтому год как минимум. Но у Аринэля все идет гораздо быстрее, поэтому возникают вот такие проблемы.

– То есть вы не можете помочь Аринэлю? – произнесла леди Мара.

– Увы, – развел руками целитель. – Я гарантирую, что зрение к мальчику вернется. Но не раньше, чем через три десятины. А полностью, скорее всего, через пять. В крайнем случае десять.

– Возможно, все-таки есть какие способы? – сощурилась леди Мара. – Хотя бы облегчить?

Мастер Цевитос в задумчивости постучал пальцами по столу.

– Облегчить... – медленно произнес он. – Кое-что можно сделать. Леди Саятана, вы не обучали мальчика Зрению?

– Нет, – коротко ответила та и с некоторой досадой продолжила: – У него не получалось... Хм, избавиться от мыслей.

– Зрение могло бы несколько облегчить его положение, – размеренно сказал целитель.

* * *

Артем чувствовал, что атмосфера на обратном пути стала менее напряженной. Старшая мама и Саятана даже обсудили какое-то дело, касающееся деревенских. А потом разговор пошел на другую тему.

– Если Аринэль все-таки инициировался, – заговорила Сайтана, – мое мнение, что ему тоже лучше поехать в Империю.

– Даже если и так, – ответила Мара. – Аринэлю тринадцать. То есть этот вопрос встанет через пару лет.

– Нет-нет, даллэ^[3], – произнесла Сайтана. – Идут в пятнадцать не потому, что им, собственно, пятнадцать. А потому что примерно в этом возрасте, плюс-минус год, пробуждается Дар. У Саманты тоже началось. Марн сказал, что это... возможно из-за волнения. Так что, думаю...

– Обговорим это позже, – прервала ее Мара. – Аринэль. Ты что-то ни слова не сказал.

В голосе старшей женщины рода Тайфол промелькнули нотки беспокойства.

– Я очень рад, что зрение ко мне вернется, – ответил парень.

«Да я просто вне себя от этой новости! Тридцать дней? Боги, да я три года молился!»

И Аринэль не видел, как мамы озабоченно переглянулись.

* * *

Самое странное в том, что мамы никак не реагировали на поведение дочерей. Хотя... Виона раньше вела себя с Аринэлем тоже... Откровеннее. Но тогда Аринэлю было одиннадцать, да и выглядел он даже младше своих лет. Это за последний год парень вытянулся, занятия фехтованием и конные дела оформили мужской силуэт. Но вряд ли бы это остановило этих дам. Скорее всего, либо сама Виона поняла, либо ей на это указали, но тискать совсем уж откровенно хоть и брата, но другого мужчину, при наличии жениха, не комильфо. Вот только сейчас ей об этом кто-нибудь напомнит или нет?

И ведь натурально чуть ли не на руках утащили из коляски. И старшие дамы даже слова не сказали. И теперь слева Виона, справа Саманта (судя по еле уловимому цветочному запаху духов). А Алетта как-то уж сильно громко топала впереди.

Они зашли в какую-то комнату, Аринэля усадили на... хм, кровать. И тут парень выхватил подзатыльник!

– Смотри, куда бьешь! – зашипела сзади Саманта.

– Сказано же, здоровый он! – ответила ей Виона.

К Аринэлю сзади прижалось девичье тело.

– Иди своего жениха бей! – раздалось над самым ухом.

Несколько секунд молчания и сопения с обеих сторон. Наверняка сейчас сестрички взглядами сражаются. В этот момент Аринэль ощутил какое-то движение перед лицом.

– Зато теперь ты можешь мыться вместе с женщинами, – раздался голос Алетты.

Да, юмор у этой пацанки немного странный. После этих слов сопение как над ухом, так и впереди, как обрезало.

– Эй, вы о чем сейчас подумали, озабоченные? – с некоторой опаской произнесла юмористка.

– А это интересно, – задумчиво произнесла Виона.

Она была довольно высокой для женщины. Собственно, вся в мать. Сейчас она предпочитала носить платья, но еще буквально год назад соревновалась с Алеттой за звание оторвы. Короче, дама резкая, может и двинуть. Благо жених нашелся, а то бы точно в стойбище уехала. Аринэль заранее жалел ее будущего мужа. Нет, Виона вполне умела себя вести, не хуже Саманты могла отыграть аристократку. Но если тот парень, друг Грега, сразу не поставит себя, под каблук попадет моментально. Тем более что сестренка взяла от родителей лучшее. От отца пронзительно-синие глаза, прямой нос выходца из северных провинций Империи (хм, Артем поймал себя на том, что как-то свободно оперирует памятью Аринэля, как своей собственной). Высокие скулы, чистая кожа и да, передние габариты от матери.

А еще Артем мог добавить, что сестренка выглядела как европейка, с легкой примесью восточных черт. Например, губы. Маленькие, аккуратные. Кстати, они такие у всех, даже у Аринэля и Грега. И глаза тоже у всех синие. Фамильная черта Тайфолов. А еще у Вионы был хоть и вполне себе женский, даже девичий голос, высокий, но грудной.

А вот у Алетты, которая очень не любила свое имя и предпочитала, чтобы ее называли Рэйса (это перевод ее имени на элварин и орочье произношение), голос был звонкий и, по ее мнению, слишком высокий. Зато, если она кричала, то слышали, наверное, в Брайбо. В замке ее иначе как «звонок» и не называли. Рэйса завидовала Вионе. И знаете в чем? Что та высокая. Да-да. Ну, вот не удалась Рэйса ростом. Крепкая, опять же с передними обводами все в порядке. Но невысокая. Средняя. И если вы думаете, что она такая вот поборница морали, то ни фига. Вот скрытная – это да. И чего вы думаете, она так реагирует на слова о совместной помывке? Эта оторва пару месяцев назад с братиком в речке мылась. Ну, когда они оба в стойбище были. У орков-то нравы простые, даже чересчур.

У Саманты голосок был красивым, нежным. Ох, еще наплачутся ее ухажеры. Уже сейчас сестренка активно пользовалась тем, что она красивая и все такое. И голосом играть научилась, и язык тела осваивает просто семимильными шагами. Да, у нее, по сравнению с сестрами, тело еще больше девочки, нежели женщины. Но кто сказал, что нужны обязательно выпирающие холмы? А вот личико у Анти прям ангельское. Большие глаза, благородная бледность. Тонкие брови изящным полукругом. Чуть припухлые щечки, алые лепестки губ. Все это в обрамлении слегка вьющихся светло-, очень светло-русых волос.

– Такое не разрешат, – произнесла Саманта.

– Да, – согласилась с ней Виона. – Такое вряд ли. Даже сейчас. Так может и не спрашивать?

– Да вы чего, совсем что ли спятили? – резко сказала Рэйса-Алетта.

– А что такого? – как бы удивилась Саманта. – Братик, ты же не против?

Аринэль, а точнее Артем усмехнулся.

– Вообще-то против, – произнес он. – Вы очень красивые девушки. Не уверен, что факт родства сможет удержать меня от активных действий.

Буквально упавшая тишина стала ответом на его пассаж. Да, Аринэль такого никак не мог сказать. Он вообще был не любителем длинных фраз.

– Чего? – выдавила, наконец, Саманта.

Глава 2

Как вы определяете, проснулись вы или нет? Открываете глаза?

«Я все еще здесь, – подумал Артем, не найдя рядом стены. – Интересно, сколько раз я еще проснусь на этой кровати? Просыпаться во сне. Забавно».

Чертовы волосы! Как вообще, женщины с ними ходят? Вон у мамы Вайлири вообще ниже... В общем, очень длинные. А тут до лопаток, а уже мешаются, просто ужас.

Артем сел на кровати. И коснулся кончиками пальцев лица.

«Другое лицо. Ну, так-то логично, после длинных волос».

Даже постельное белье здесь пахло не так. Артему казалось, что он ощущает легкий запах дыма. Одежда грубее, иногда под пальцами нащупывались крупные узелки. И швы какие-то уж больно здоровые. Что-то слишком уж все реально.

«А если?.. Если это и есть реальность?»

Артем дернул щекой. И по привычке просто отбросил тревожащие мысли. В смысле оставил на потом то, из чего нельзя сделать какие-то выводы в данных условиях. Защитная реакция у него была отработана, иначе бы эти три года он не выдержал.

Так, вместо тапок тут по комнате гоняют в чем-то типа носков из плотной ткани. Они должны лежать где-то рядом, по идее. Ага, вот они. Артем надел найденные носки и встал.

Он помнил, точнее Аринэль помнил свою комнату, поэтому парень более-менее ориентировался. Он сделал шаг в сторону, вдоль кровати и коснулся стены, привязывая картинку в голове и реальное местонахождение. Теперь нужно было идти прямо.

Двери в комнате две. Одна ведет в коридор, а вторая в туалет. Да-да, все как у людей, туалет в комнате, а не во дворе. Парень не спеша прошел по ковру, ощущая под подошвой вытертости на нем. Вот он коснулся вытянутой рукой шершавой и холодной каменной стены. Первой должна быть дверь наружу, вторая туда, куда нужно.

Небольшой предбанничек (если так можно сказать про туалет), и вот оно, помещение с дыркой в полу. До унитазов тут еще не додумались, видимо. А знаете, для чего деревянная крышка? Да-да, чтобы не нюхать собственную продукцию.

Артем нащупал рукоять на крышке и поставил ее, крышку, к стенке. И смешно, но остро не хватает трости. Определять края дырки пришлось ногами. Не попасть было бы стыдно.

«Давно я так не сидел», – усмехнулся про себя парень, сняв штаны и усевшись на корточки.

Вместо бумаги тут использовали тряпичные лоскутки. Где-то на стене должен быть ящик с ними... Ага, вот он. Так, вроде все улетело туда, куда надо, судя по звукам.

Гигиене местные были не чужды. Тоже руки после справления нужды мыли. Для этого где-то тут, в предбанничке, имелся умывальник. Это такой деревянный бочонок с краником. Как винный. А под ним... что-то типа большой, деревянной же воронки. Под воронкой стояло ведро. А вместо мыла серо-белесый порошок в ящичке рядом.

Вымыв руки, Артем, касаясь рукой стены, добрался до двери и вышел обратно в спальню. И в этот момент в дверь постучали.

– Открыто! – крикнул парень.

– Ох, господин Аринэль, вы уже встали! – раздался обеспокоенный голос Цеси. – Простите мою нерасторопность!

Вместе с девушкой в комнату вплыл еле уловимый аромат свежеиспеченного хлеба.

– Да нормально все, – ответил парень. – Слушай, Цеси. Скоро там завтрак? А то прямо лошадь бы съел.

– Через час, господин! – голос девушки прямо-таки звенел от едва сдерживаемого энтузиазма.

– Понятно, – слегка скривился Артем. – А это, нельзя перехватить что-нибудь до него?

– Перехватить? – в голосе Цеси звучала озадаченность.

– Ну, поесть немного, – пояснил Артем.

– Ну, я могу принести пирог и молока... – начала было Цеси. – Ой, простите, господин Аринэль!

– Все хорошо, – парень потер ладонями. – Неси. А что-то еще есть?

– Каша, – ответила девушка. – Но я не знаю, понравится ли она вам.

– Вот и разберемся! – улыбнулся Артем. – Давай все неси!

– Я быстро, господин! – обрадованно воскликнула Цеси и тут же стукнула дверь.

* * *

«Цеси, не упусти свой шанс, – все звенел в голове у девушки голос мамы. – Пока младший Тайфол тебя не видит, сделай так, чтобы он к тебе привык».

Цеси и сама знала, что она... дурнушка. И статями похвастаться не могла, да и на лицо будто кровью сбрызнули. Вся в отца, как говорила матушка. Сама девушка его никогда не видела.

Цеси, конечно, понимала, с чего вдруг распорядитель приказал именно ей прислуживать молодому господину. И почему она несколько ночей подряд спала не в их с мамой комнате. Но также она видела, что мама стала чаще улыбаться. Пусть господин Детарин и не блещет красотой... Но это в сравнении с молодым господином! А так господин Детарин никогда не ругался и вообще голоса не повышал...

– Ты чего, заполошная? – спросила мама, когда Цеси забежала на кухню.

Тут уже вовсю готовился господский завтрак. Мама и еще трое поварих активно и с огоньком трудились.

– Господин Аринэль сказал, что хочет пирога! – выпалила девушка.

– Старается, – усмехнулась одна из женщин, которая стояла рядом с Неллин Нер, собственно, матерью Цеси.

– Что, прямо так и сказал? – слегка нахмурилась Неллин.

Цеси активно закивала.

– Вон, под полотенцем, – махнула рукой мать. – Только бери с середины, где сочнее.

– Хорошо! – Цеси подскочила к пирогу.

Схватив деревянное блюдо, она в темпе накидала на него куски пирога...

«А нормально будет?» – засомневалась она, налив молоко из крынки в грубую глиняную кружку.

Но долго думать было некогда, и Цеси, бухнув кружку на то же блюдо, подхватила его...

– Ой, а каша еще осталась? – опомнилась она.

– Да ты чего, ошалела? – подняла бровь одна из поварих.

– Господин пожелал! – упрямо ответила девушка.

– Вон в котле, – пожала плечами женщина. – Тогда хоть масла кинь.

– Спасибо! – Цеси схватила еще одно блюдо.

Когда девушка убежала, стоящая рядом с Неллин повариха произнесла:

– Ты ее предупредила? Насчет сестер?

– Предупредила, – вздохнула Неллин. – Но тут уж как выйдет.

* * *

Типа средневековье, да? А вот в окнах стекла. Хотя, может, это богатые могут себе такое позволить? Хотя, помнится, в том же Брайбо тоже имелись. И совсем не в богатых домах.

Артем провел пальцами по стеклу, опустил руку. И слегка повернул голову, прислушиваясь, потому что шаги в коридоре были уверенные. И одновременно легкие. Скрипнула дверь.

– О, Ари, ты уже встал! – раздался голосок Саманты. – Рано ты сегодня!

Да, Аринэль весьма любил поспать. Хм, что-то цветочное. В смысле сестренка пользовалась духами с цветочным ароматом.

– Доброе утро, – спокойно ответил Артем.

Еще шаги. Кто-то едва не бежал.

– А это еще что? – озадаченно произнесла Саманта.

– Госпожа! – Цеси слегка запыхалась.

– Каша? – в голосе Саманты было удивление.

– Это я захотел, – пояснил Артем. – Цеси, заноси.

– Ты захотел каши? – голос Саманты раздался ближе.

– А что такого? – произнес парень.

– Тебя, похоже, слишком сильно стукнули, – ответила девушка. – Так, ставь на стол, я сама его покормлю!

Саманта подошла ближе и, взяв брата за руку, отвела к столу. Вообще, комната, а точнее спальня Аринэля была небольшой. Относительно, конечно. Четверть пространства занимала реально здоровая кровать. Можно поперек лечь, и ни ноги, ни руки не свесятся с краев. Кровать стояла посередине глухой стены, то есть в длину комната была где-то метров шесть. И в ширину немного меньше. Два окна напротив входной двери. Как уже упоминалось, рядом имелся туалет. Между оконных проемов стоял круглый стол и три стула рядом. Туда-то Аринэля сейчас и тащили. И, в общем-то, это была практически вся меблировка. Имелись еще пара стульев и небольшой диван. На полу слегка потертые ковры.

– Спасибо, – произнес парень, когда его подвели к стулу.

Он не торопясь осторожно сел.

– Скажи «А»! – голос Саманты излучал веселье.

– Я и сам ложкой мимо рта не промажу, – слегка насмешливо произнес Артем.

Секундное молчание.

– Какой-то ты странный стал, братец, – негромко сказала Саманта.

Глухо стукнула ложка в тарелке. Артем нашел ее. Так, не той стороной. Кто-то немножко отомстил. Ага. Парень зачерпнул каши. Ну, вроде ничего, каша как каша. Напоминает пшенную.

– Мама хочет с тобой позаниматься после завтрака, – произнесла Саманта.

«Порадуем девчонку».

– Ты же меня проводишь, Анти? – спросил он.

– Конечно! – явно обрадовалась сестра.

Забавно, но имя «Саманта» тут сокращалось именно так. То есть до «Анти». Кстати, реально же вкусная каша, что так Аринэль ее не любил?..

...Тем временем Цеси стояла соляным столбом под тяжелым взглядом Саманты, которая увидела, во что налито молоко брата.

– Братик, – произнесла Анти, не сводя глаз со служанки. – Мне не нравится, как за тобой ухаживают.

– Что такое? – поинтересовался парень.

– Я распоряжусь, чтобы это исправили, – сказала Саманта.

Аринэль осторожно нащупал кружку, поднял ее, отпил молока. У Цеси внутри все сжалось. Парень поставил кружку на стол.

«Вот и все...» – опустила голову девушка.

– Анти, я люблю тебя, – произнес Аринэль.

Саманта кинула на него взгляд округлившихся глаз. А на щеках девушки проступил легкий румянец.

– Наверное, даже чуть сильнее, чем это позволено брату, – продолжил парень. – Но давай я сам решу, кто и как будет ухаживать за мной?

Саманта некоторое время сидела со слегка ошалевшим видом. А потом едва слышно выдохнула.

– Но, братик, – в ее голосе послышались умоляющие нотки. – Я хочу сама за тобой ухаживать!

– Ну, согласись, – слегка улыбнулся парень. – Это будет странно выглядеть, если ты мне еду будешь носить.

– Почему странно? – девушка, похоже, слегка закусила удила.

– Лучше помоги мне с волосами разобраться, – запустил пятерню в волосы Аринэль.

– Конечно! – Саманта явно воодушевилась. – А потом сходим погулять, Ари? Ну, по саду?

– Ладно, – хмыкнул парень.

У сестренки был новый бзик. Она училась ходить под ручку с мужчиной. Вот только кто сейчас кого вести будет...

* * *

В ворота замка въехал высокий мощный мужчина, в легких кожаных офицерских доспехах (такие носили в качестве повседневной одежды имперские пехотные офицеры. Артем бы отметил их сходство с римскими). Коричневая кожа доспеха была, как положено, пропитана маслом и блестела на солнце. Гость замка Тайфол выглядел лет на сорок, чисто выбритый (опять же так было положено в имперской армии). Мощный подбородок, тонкие губы, нос с горбинкой и холодный взгляд прищуренных глаз. Лицо мужчины пересекал шрам. Начинающийся со лба, он рассекал левую бровь, потом переходил на щеку, где и заканчивался.

Спрыгнув с лошади, мужчина, передав поводья подошедшему воину, уверенно двинул в сторону центрального здания замка. При этом местные бойцы совершенно не обращали на него внимания. Просто этот гость был мало того, что довольно частым, так еще и другом их господина.

Центральное здание замка было окружено небольшим садом. И кроме эстетического удовольствия, этот сад нес в себе и защитную функцию. Дело в том, что под этой полоской земли пролегали тонкие трубки оросительной системы. А одна из жен барона Тайфола была магом и как раз любила воду задействовать в своих формулах.

– Доброе утро, Саманта, – легкий поклон, почти кивок дочери барона Тайфола.

Девушка прогуливалась вместе с братом по аллее, которая шла между фруктовых деревьев вокруг центрального здания. Саманта держала брата под руку.

Конечно, Крон Кайрус, глава отделения Конторы наемников в Брайбо, слышал, что произошло с младшим сыном Тайфола. И не просто слышал. Головы тех, кто посмел это сделать, доставили барону через два дня после происшествия. И хоть Крон был и не виноват, но жен Брана лучше было пока избегать...

– Здравствуйте, – ответил парень.

Саманта Тайфол слегка улыбнулась, чуть наклонив голову. И ведь еще ребенок по сути, а реакция совсем как у взрослой. Собственно, что еще ожидать от дочери имперской аристократки. Крон до сих пор удивлялся, что Саятана Брагис предпочла жизни во втором по значению городе Империи – Артезиусе, пребыванию здесь, в Пограничье.

Кабинет барона Тайфола был удивительно нетипичен для этих мест. Начать с того, что у баронов Пограничья вообще редко были кабинеты. Тем более такой, который более пристал имперскому аристократу, причем не военному.

Располагался кабинет на самом верхнем четвертом этаже донжона. Рядом с ним были хозяйская спальня, малый арсенал и сокровищница. Кабинет был длинным, метров семь вдоль, но довольно узким, метра три в ширину. В длинной стене имелись три окна, на которых висели полупрозрачные белые занавески (или это были шторы?). Сразу чувствуется, что это кабинет женатого мужчины, вряд ли сам Бран Тайфол озаботился бы украшением окон. Еще одно окно имелось в торцевой стене. Возле него стоял большой письменный стол, за ним стул с высокой спинкой. На столе массивный бронзовый письменный прибор, из которого торчали три самописки в деревянной оболочке.

Перед столом стояли два кресла для гостей. А еще была специальная гостевая зона, возле камина, который сейчас, летом, разумеется, не действовал. Возле камина имелись два удобных больших кресла. Над камином был закреплен щит с гербом. Черная башня, над ней серебряная семивершинная герцогская корона. Под башней трехлепестковая зеленая ветвь... И это был не герб Тайфолов. Гобелен с родовым гербом: красный щит, за ним меч, сверху трехвершинная белая баронская корона, снизу ветвь с одним листком; попадался на глаза, когда заходишь в кабинет, и висел он между окон. А на щите был герб имперского рода Аассен. Конечно, Крон знал, почему этот герб тут находится. Он не раз сопровождал своего друга, когда тот ездил в гости в город Аассен...

...Мужчины сидели в креслах возле камина. Говорил Кайрус. А Бран Тайфол, слушая его, все больше мрачнел.

– Нанимали этих деятелей, разумеется, не напрямую, – говорил Крон. – Но общая... Скажем так, небрежность и цель говорят о том, что это привет из Кантоса.

– Что, решили бить по слабым, да? – скривился Тайфол. – Антовы Сейрусы...

– Как Аринэль-то? – спросил Крон.

– Пока все так же, – ответил Бран. – Хвала богам, что непоправимого не случилось...

Мужчины помолчали.

– «Монолит» уже готовится, – заговорил Крон. – Еще из Эло «наемники» прибудут. Но платить придется по-настоящему.

– Лучше потратить деньги, чем людей, – мрачно заметил Бран. – Все те, кто сейчас тут, мне важны. Я не желаю платить их жизнями. Сколько уже приехало?

– Около сотни, – ответил Кайрус. – Еще с полста на подходе. И за них тоже пришлось платить.

– Еще Деннар обещал подкинуть алых, – хмуро заметил Тайфол. – Жаль, одаренных так не провести. Сейрусы сразу же вонь поднимут.

– Хаймар все еще в Империи? – спросил Крон.

– К счастью, уже скоро должен вернуться, – ответил барон. – Может, кого-нибудь с собой захватит. Как Цевитоса.

Мужчины помолчали, вспоминая те времена, когда они все только пришли сюда. Орды антов, прущие из-за горизонта...

– Надеюсь, мы подготовились достаточно, – произнес, наконец, Крон.

– А это уже неважно, – ответил Бран. – Достаточно или нет, нам анты скажут...

* * *

Насколько Артем понимал, наличие дара управлять энергией, то есть способность к магии, это не такая уж часто попадающаяся вещь в этом мире. Более того, судя по воспоминаниям Аринэля, отцу не раз говорили, что он везучий товарищ, раз аж двое его детей имеют такую особенность. Это помимо того, что одна из его жен обладала Даром. Вообще, судя по всему, отец Аринэля считался весьма удачливым су... разумным...

– Аринэль, – голос мамы Саятаны был удивительно похож на голос ее дочери.

Хотя, скорее, наоборот. Кстати, они: Аринэль, Саманта и Саятана, сейчас находились в специальном здании, без окон, со стенами такой толщины, что могли посоревноваться с крепостными. А еще оно было круглое. А узкая дверь была сделана из железа.

– Помнишь, как ты учился чувствовать магию? – спросила мама Саятана.

Да, Артем это «помнил». Аринэль убил неделю на это. А дело было в том, что он до конца не верил, что он одаренный.

– Да, – коротко ответил Аринэль.

Кстати, мама Саятана была дополнительным учителем. Начальным. Так-то Ари и особенно сестренкой Самантой сейчас больше занимался Хаймар Детарин. Это был высокий и худой, как жердь, мужчина, лет сорока на вид. Напоминал он ворону, из-за его привычки ходить в черном балахоне с капюшоном и сутулиться. Сходство усиливал большой нос. И при этом Хаймар имел очень спокойный и просто непрошибаемо позитивный нрав. Но улыбался он чрезвычайно редко. А еще в замке потешались, но так, по-доброму, над тем, что Хаймар предпочитал женщин в теле. Поэтому его часто можно было встретить на кухне.

– Мам, – произнес парень. – Как бы это... В общем, что я должен получить в итоге?

«Забавно, но обращение «мама» вылетает раньше, чем я задумываюсь».

– Хм, – прошуршали одежды, видимо, женщина прошлась перед парнем. – Все в мире имеет свой магофон. Магическое Зрение – это способность воспринимать этот фон.

«Как по учебнику шпарит».

– Как это выглядит? – поинтересовался Аринэль. – Ну, на что похоже?

Саятана ответила не сразу.

– Помнишь, как-то в Брайбо приезжали комедианты? – произнесла она. – Там старик рисовал на песке?

Да, было такое. Старик, который мог буквально несколькими линиями палки на песке нарисовать профиль. Поэтому Аринэль кивнул.

– Вот примерно так это и выглядит, – продолжила Саятана. – Словно в темноте нарисованы контуры.

– Понятно, – откликнулся парень. – И что мне делать?

– Есть два способа активировать Зрение, – сказала женщина. – Первый – это одноименная формула. Но она слишком затратна... для тебя сейчас, поэтому ты не сможешь ее применить.

– Почему? – заинтересовался Артем.

– Потому что твой Источник еще слишком слаб и неустойчив, Аринэль, – судя по тону, мама Саятана слегка улыбалась. – Второй же способ заключается в том, что нужно очистить голову от мыслей.

– И все? – спросил парень.

– Почти, – вот теперь Саятана точно улыбалась. – Далее следует посмотреть на мир не глазами.

– Как это? – спросила Саманта. – А чем нужно смотреть?

– Нужно почувствовать магию, – нараспев произнесла Саятана. – Вот этим.

Артем почувствовал ладонь на своей груди.

– Значит, первый этап – это очистить голову от мыслей? – сказал он.

– Аринэль, – заговорила женщина. – Это не так просто, как кажется. Нужно не просто ни о чем не думать. А делать это довольно длительное время. Лучше всего это делать сидя, чтоб ты не отвлекался на поддержание баланса.

Парня взяли за руку и повели в сторону.

– Садись, дорогой, – натурально промурлыкала женщина.

Аринэль нащупал спинку стул, сел на него.

– Ты такой красивый, когда серьезен, – произнесла Саятана.

– Мама! – вырвалось у Аринэля.

«Интересно. Это же не моя реакция».

– Ой, ой, не сердись, Ари, – ласково сказала женщина.

Аринэля погладили по щеке.

– Мама, – голос Саманты был строг.

– Доченька, не ревнуй, – ответила Саятана. – Так, Аринэль. Представь, что ты сидишь перед бадьей, в которую налита абсолютно черная непрозрачная вода.

«Какие знакомые приемы», – подумал Артем...

...Да, он уже умел выключать мысли. Можно сказать, это и спасало его от отчаяния, когда окружающий мир все больше погружался в туман. Но научился он этому там... на войне.

– Пойми, парень, – говорил Глеб. – Снайпер – это в первую очередь умение ждать. При этом нельзя терять бдительность. Ты должен видеть сразу все. Нужно раствориться в мире...

...Дыхание. Вдох-выдох. Мысли затихают в голове, как толпа перед оратором. И вот наступает тишина, в которой есть лишь дыхание...

...Легкий шорох и сопение. Видимо, Саманте надоело уже просто сидеть и ждать. Несмотря на то, что она выглядит прямо ледяной принцессой, сестренка та еще егоза. На губах Артема... Аринэля... на губах появилась легкая улыбка.

Присутствие мамы Саятаны выдает лишь дыхание. В ушах начало слегка шуметь...

* * *

Мир вокруг плывет, словно смотришь на него через мокрое стекло. Вокруг пятна лиц.

– Артем! – голос женский... и такой родной.

– Папа! – а этот звонкий, девичий... и бьет прямо в сердце бесконечной теплотой...

...Зрение стало почти таким же, как и было. Артем поднял руку и коснулся очков.

– Ну, как? – появился перед взором Аркадий Егорович.

– Отлично, – свой голос звучит, как чужой.

Бывший тесть довольно улыбается...

...Алена курила, стоя у открытого окна в одной ночнушке.

– Ты чего не спишь? – спросила она, посмотрев на него.

– Ну, мне стало одиноко, – ответил Артем, и его губы растянула улыбка.

Он подошел и обнял свою (свою?) женщину сзади. Алена прижалась к его груди.

– Скажи, – заговорила она. – А я... Я тебе нравлюсь?

– Странный вопрос после четырех лет брака, женщина, – насмешливо ответил Артем.

Алена подняла лицо. Ее левую щеку пересекал рваный шрам.

– Скажи честно, когда ты меня увидел... – начала было она.

– Ты думаешь, когда я трогал твое лицо, я не ощутил шрама? – ответил парень, проводя большим пальцем по рубцу. – Девушка, если ты еще не поняла, я люблю тебя. Такой, какая ты есть...

Он словно смотрел в зеркало. Перед ним стоял он сам. В смысле Он-Артем. Губы кривила привычная усмешка.

– Я не хочу возвращаться, – произнес Он-Артем.

– Понятно.

– Ты не в обиде? – спросил гость.

– Я в молодом, почти здоровом теле, – губы тронула улыбка. – Там, где хотел быть.

– Тогда, – другой Артем протянул руку. – Давай прощаться?

– Да, – он в ответ подал свою. – Удачи.

– И тебе, брат, – улыбнулся другой Артем...

* * *

Как определить, что уже проснулся? Все просто. Во сне руки не затекают. А почему рука затекла? Да потому, что на ней лежит чья-то голова. Хм, определенно дама... От сердца прям отлегло! Почему дама? Так у парней как-то не встречаются такие мягкие приятные округлости спереди. А вот длина волос не показатель, как-то к маме Вайлири приезжали родственники, так эльфийские мужики носят волосы чуть не до задницы. Это у них часть статуса, насколько понял Аринэль. Кстати, наверное, поэтому и у него тоже шевелюра под стать, до лопаток длиной.

– Б-б-братик! – голос был одновременно удивленный и жалостливый.

Да, руку с груди, наверное, лучше будет убрать.

– Доброе утро, Анти, – произнес Аринэль.

«Интересный сон. Сон... Во сне. Или уже не во сне?»

– Как ты понял, что это я? – удивилась тем временем девушка.

– Ну, это было несложно, – ответил Аринэль. – У Вионы... э-э...

«Говорить девушке, да еще очень юной, что у кого-то больше грудь...»

– Больше рост, – нашел слова парень. – Рэйса вряд ли бы здесь оказалась. А служанки бы никогда не назвали меня братом.

Саманта ничего не сказала в ответ.

– Анти? – произнес Аринэль. – Ты что, обиделась?

Тут парень ощутил движение. Но почему-то девичье тело не отодвинулось, а наоборот... Саманта на него сверху уселась!

– И что ты делаешь? – поинтересовался парень.

– Ты такой умный стал, братик! – весело произнесла девушка. – Надо было раньше тебя по голове двинуть!

– Анти, ты это, слезай давай, – с опаской произнес Аринэль.

– Почему? – включила дурочку Саманта.

– Ну, потому что брат и сестра не могут этого делать, – ответил парень.

– Чего не могут делать? – продолжала играть роль девушка.

При этом поерзала попкой прямо... по нему!

– Анти! – строго сказал Аринэль.

– Да, братик? – с придыханием произнесла девушка.

– А ты вообще что тут делаешь? – спросил парень. – И, кстати, как я тут оказался?

– Ты вчера уснул прямо в заклинательной комнате, – пояснила Саманта. – И просыпаться не хотел. Вот тебя на кровать и перенесли.

– Понятно, – произнес Аринэль. – А ты тут как оказалась?

– Пришла, – ответила девушка таким тоном, словно поясняла очевидные вещи.

«Интересно, а почему никому нет дела до того, что у сестер очевидный комплекс брата?»

– Сестренка, нас могут неправильно понять, – произнес парень. – Парень и девушка, в одной комнате...

– Пф, плевать! – заявила Саманта. – Мы раньше купались вместе!

– Нам было меньше лет, – заметил Аринэль. – И вообще, слезай, мне в уборную надо.

Девчонка хмыкнула. Но слезла. Парень тут же сел на кровати.

– Анти, я же слышу, – сказал он, когда подошел к двери туалета.

– Братик, тебе жалко, что ли? – проворчала Саманта, которая пыталась пройти вслед за братом.

«Малолетняя извращенка», – вздохнул Аринэль.

Пока он был в туалете, а потом умывался, то слышал, что сестра кому-то дверь открыла. Вот же блин... Похоже, она реально никого не смущается. И ее совершенно не заботит, какие слухи могут поползти. Да что там могут... Им уже сто процентов кости только так моют.

– Я отправила твою служанку за кашей, – сказала Саманта, когда Аринэль вернулся в спальню. – Видишь, я хорошая и заботливая!

– Ага, – Аринэль слегка нахмурился, чуя какой-то подвох.

«Стоп. Она же голая была! В смысле в ночнушке. Твою мать! Зуб даю, она так Цеси и встретила!»

– Сестренка, – обманчиво ласковым голосом поинтересовался парень. – А ты сейчас одета?

– Конечно, – пауза и торопливость ответа принесли еще большие подозрения.

– А ну-ка, иди сюда, – сказал Аринэль.

– Ой, братик! – весело произнесла Саманта. – Что это ты хочешь сделать?

– Понятно, – выдохнул парень. – Сестренка, будь добра, оденься.

Глава 3

А вкусная тут еда, ничего не скажешь. Особенно после того, как посидишь пару лет на продуктах быстрого приготовления. Забавно, кстати, что нож и вилка были привычны, руки не путались, когда применяли их. Более того, это казалось настолько удобным, что по ходу процесса Аринэль даже и не заметил, как их задействовал.

«Получается, с навыками мечного боя и верховой езды будет то же самое? Надо будет проверить, когда зрение вернется. Надеюсь, оно вернется».

Это только кажется, что есть, не видя еды, сложно. Точнее, да, довольно неудобно, но только не после длительной практики. Интересно было другое. Тело-то по идее не должно иметь таких навыков... Хотя, если говорить откровенно, вот этот поиск еды на тарелке, когда слегка поводишь столовыми приборами, что узнать положение, например, стейка (ну или как тут называется кусок жареного мяса) не сильно уж и сложное мероприятие, особых навыков тут не нужно иметь. А местные, похоже, о диетах не в курсе, мясо на завтрак едят.

Кстати, глаза Аринэль держал закрытыми. Тоже привычка из прошлого тела. Глаза у слепых смотрят не прямо, а закатываются наверх, что окружающим, понятно, не сильно приятно.

Жуя, Аринэль продолжал размышлять. Еще один навык, приобретенный для того, чтобы банально не спятить. Когда ты лишился такого мощного источника информации, как зрение, нужно забить постоянно срывающийся в панику мозг потоком другой инфы. Ну, или выключить его. Оба варианта приемлемы, но сейчас нужно обдумать ситуацию. Вот, например.

Мы тут вроде как на фронтире. Воспоминания, доставшиеся с телом, об этом говорили ясно и без допущений. И тут же умения Аринэля орудовать ножом за столом, а еще, кстати, рука сама взяла необходимый столовый прибор. То есть, сев за стол, руки привычно подхватили нож и вилку. Вроде бы что такого? Но... Первое. Обучать этикету в приграничном замке, дел других нет, что ли? Во-вторых, прислуга раскладывает столовые приборы, согласно этому этикету. То есть тут так едят все члены семьи Тайфол. К этому прибавим плохую обучаемость Аринэля всему, что не касается фехтования, и получим весьма серьезные затраты времени...

– Аринэль, – раздался голос матушки, то есть эльфийки. – Ты сегодня что-то ни слова не сказал.

В голосе женщины звучала неподдельная тревога.

– Что произошло? – а это очень тихо произнесла мама Саятана.

– Ничего, – так же еле слышно ответила ее дочь, то есть сестричка Саманта.

– Анти, – с угрозой прошептала Саятана.

– Честное слово! – возмутилась девушка, слегка повысив тон.

«М-да, а репутация у сестрицы так себе!»

– Все нормально, мам, – ответил Аринэль. – Я просто немного задумался.

– О чем, если не секрет? – а это уже голос отца.

В нем сквозит уверенность, даже здесь, за семейным столом.

«Ну, а почему бы и нет?» – подумал Аринэль.

Он положил столовые приборы.

– Я подумал, зачем обучать этикету, когда мы живем на границе, – сказал парень.

Несколько мгновений тишины.

– Интересный ход мысли, сын, – заговорил, наконец, Бран Тайфол. – Ты считаешь, что этого тебе не нужно знать?

– Нет, мне просто интересно, зачем? – ответил Аринэль.

– Потому что ты аристократ, Аринэль, – а тут отец ответил сразу и уверенно. – Нас отличает от простолюдинов не только умение ловко махать железом.

Рядом раздался чей-то тоскливый вздох. Ага, видать, Бран Тайфол на любимого коня сел. Но послушать интересно, в памяти только какие-то обрывки на этот счет. Судя по всему, Аринэль предпочитал избегать этих бесед.

– Жизнь благородного человека, Аринэль, – размеренным тоном продолжал мужчина, – вопреки мнению селян, не заключается в том, чтобы напялить шмотки подороже и повесить меч на пояс. Удел аристократа – это постоянное самоограничение. Нужно всегда быть примером, сын. Если ты спустишься на уровень простолюдина, то перестанешь быть этим примером. И тебя перестанут уважать. То есть не будут признавать твой статус.

– И оспорят право руководить? – спросил Аринэль.

– В самую точку, сын, – в голосе Брана прозвучало искреннее удовольствие.

Аринэль задумался.

– Получается, этикет нужен для того, чтобы ты сам помнил о своем статусе? – спросил он.

Парень не видел, как переглянулись старшие. На лице Вайлири Тайфол появилось гордо-смущенное выражение. Мара приподняла бровь. Саятана (которая и мучила детей этикетом) довольно улыбнулась. А Бран Тайфол посмотрел на сына оценивающим взглядом, каким смотрят генералы на толкового молодого офицера.

– Верный вывод, баронет Тайфол, – сказал мужчина, сощурившись.

По его губам пробежала легкая улыбка. А вот сидящие в конце стола сестры глядели на брата с нескрываемым удивлением.

– И это касается не только трапезы, – продолжил барон. – Люди вокруг всегда будут оценивать тебя. Что ты говоришь, как себя ведешь. Если хоть немного дашь слабину, то тебя тут же подомнут.

– А аристократы? – спросил Аринэль. – Есть же выше нас по статусу.

– Аринэль, запомни, статус делает не бумага с гербовой печатью, – ответил мужчина, – а ты сам. И будь ты даже принцем, если ведешь себя, как простолюдин, то и воспринимать тебя всерьез не будут. Пойми, быть аристократом непросто. И насколько ты сможешь держать себя в руках, как ты ведешь себя за столом, как разговариваешь и насколько умел на поле брани, все будет оценено. И относиться к тебе будут соответственно.

Аринэль кивнул.

– Тем более, Аринэль, – барон перевел взгляд с сына на Саманту, – Анти. Вы одаренные. А, значит, будете учиться в Академии. То есть среди других аристократов. И все это вам еще более необходимо.

«Значит, вот это слово „Эйнасен“ – переводится как „Академия“? Похоже... Судя по рассказам мамы Саятаны, более всего это учебное заведение для магов напоминает именно „Академию“. То есть некий собирательный образ высшего учебного заведения».

– Что ж, – произнес Аринэль, улыбнувшись. – Тогда, полагаю, нам повезло родиться у вас?

* * *

Саманта вела брата за руку, время от времени недовольно косясь назад. Та служанка, не поднимая глаз, послушно шла за ними. И чем она глянулась братику? Хотя... Девушка отвернулась и позволила себе немного злорадную усмешку. Брат выздоровеет, увидит эту... прелестницу и сам прогонит.

Ободренная этими мыслями Саманта вывела брата на улицу. И тут же взяла его под руку. А эта служанка немного приотстала, так как подслушивать разговоры нехорошо.

– Вот скажи, Ари, – заговорила девушка. – Что ты нашел... В этой?

– Анти, что за «эта»? – иронично произнес парень. – У нее имя есть.

– Делать мне больше нечего, – пробурчала Саманта. – Имена всяких неумех запоминать.

– Ну, и чем она заслужила подобный эпитет? – поинтересовался Аринэль.

Несколько мгновений молчания.

– Ари, – заговорила Саманта. – Мне в последнее время иногда кажется, что ты... Не ты.

«В самую точку, сестренка. Какая ты умница у меня!»

Подумав это, Аринэль задумался. Точнее, это Артем... Да, вот этот момент. Кто он сейчас больше? Определенно Артем, Аринэль банально сильно младше...

Да, ему-то там, в техногенном мире, да еще и без зрения, наверняка было еще труднее. Да что там, вообще труба! Да, у него были знания Артема, как у Артема знания Аринэля, но... В общем, у парня, судя по всему, стержень имелся и основательный. Немудрено, что его чувства, его окраска мира, влияет уже на Артема. Вот и по отношению к семье чувства крайне теплые. А уж к сестренкам и особенно к Саманте...

– Ари? – потормошила его Саманта. – Ты обиделся, что ли?

Аринэль улыбнулся.

– Ну, конечно, нет, – ответил он. – Как я могу обижаться на любимую сестренку?

– Ты стал странный, – несмотря на слова, в голосе Анти проскальзывали нотки удовлетворения. – Но интересный! А скажи еще что-нибудь?

– Что сказать? – не понял парень.

– Ну, Ари! – чуть возмутилась девушка.

– Я за тебя любому голову отверну, – совершенно искренне передал пришедшие мысли Аринэль.

Саманта прижалась плотнее. Вот прям плотно-плотно!

– Братик! – девушка сейчас явно улыбалась.

– Анти, на нас смотрят, – опасливо сказал парень, ощущая плечом приятные округлости девичьей груди.

«И, похоже, всем глубоко плевать на это! Тут что, инцест – нормальное явление?»

– Мы же одаренные, братик, – буквально промурлыкала Саманта. – Так что для нас это... Нормально.

– В смысле? – не понял Аринэль.

– Ари, ты вообще не слушал, что ли, учителя Детарина? – с легким укором произнесла девушка. – Часто магу очень сложно найти себе пару. Должно совпасть столько условий, помимо симпатии. А среди неодаренных женщине вообще спутника не найти. А успешный союз одаренных всегда дает способных детей.

В памяти Аринэля и вправду об этом ничего не было. То есть да, парень это просто пропустил мимо ушей. И не просто пропустил, а вообще не слушал, получается.

– И что это за условия? – поинтересовался он.

– Ари, – в голосе девушки прозвучало возмущение. – Мне что теперь, тут лекцию тебе прочитать? Я не хочу!

– Ну, хотя бы вкратце, Анти! – подпустил Аринэль в голос просительных ноток. – Ты же умница, все поняла и сможешь передать суть.

– Что с тобой делать, – во вроде бы ворчливом тоне Саманты были довольные нотки.

Девушка чуть отодвинулась и заговорила лекторским голосом:

– Для начала, нужно чтобы маги были хотя бы одного направления...

А вот это Аринэль знал. Направлений четыре. Вода, Воздух, Земля и Огонь. Кстати, это не обозначает, что маг оперирует какой-то стихией. Маг – это маг. То есть существо, могущее изменять какие-то параметры окружающей среды при помощи энергии. А эти направления – это скорее то, к чему маг склонен и что у него получается лучше всего.

Вода – это маги, специализирующиеся воздействовать на внутреннее строение. То есть сторонников этого направления интересует внутреннее строение живых организмов и вообще внутреннее строение. Например, мастер Цевитос как раз из этой когорты магов.

Но маги Воды – это не только целители. Вот мама Саятана специалист по растениям. В общем, похоже, маги этого направления – это такие прикладные спецы.

Воздух – это тоже специалисты, но в противоположность водяным, предпочитают действовать на макроуровне. Да-да, именно они могут вызвать дождь, создать ветер... или передать сообщение на расстояние. По словам учителя Детарина (адепта как раз Воздуха), в древности эти товарищи обладали знаниями, как делать порталы.

Земля – это одаренные, которые стоят между водными магами и воздушными. Они знают внутреннее строение веществ, но не вдаются в подробности. Но и на уровень воздушников не замахиваются. Это исходит из того, чем эти маги в основном занимаются. Это строители, ювелиры, кузнецы. Еще всякие эликсиры делают.

Огонь – это обычно слабо одаренные маги, но которые знают все понемногу. Они знают анатомию, разбираются в оперировании на макроуровне. Но все это заточено на то, чтобы применить в бою. То есть да, огневики – это боевые маги. Военные. Поэтому им нужно усилить собственное тело (или ослабить противника), отпихнуть врага, пробить его водяной струей, скрученной в жгут. Или сделать что-нибудь с собственным оружием.

– Подожди и как выбор направления влияет на совместимость? – перебил сестренку Аринэль.

– Ари, будешь перебивать, я ничего не буду рассказывать! – возмущенно отчитала Саманта.

– Все-все, молчу! – повинился парень.

– Выбор направления – это состояние внутренней энергетики одаренного, – произнесла девушка явно не свои слова. – Чем больше она совпадает, тем больше...

Анти запнулась, подыскивая слова.

– В общем, тем больше маги друг другу нравятся, – сказала Саманта. – Поэтому воздушник, скорее всего, просто не обратит внимания на водного.

– Они друг друга ненавидеть что ли будут? – уточнил Аринэль.

– Им просто будет все равно, – ответила девушка. – А вот к подходящим прямо тянет!

– Хм, – Аринэль задумался.

Получается, сестренка не просто так вешается, что ли? И тут ее фраза про одаренных...

– А если маги родственники и их тянет друг к другу? – спросил парень.

– Против природы не пойдешь! – буквально промурлыкала Саманта, опять прижавшись грудью к руке. – Совпадения у одаренных не такая уж частая вещь, чтобы обращать внимание на уровень родства!

«Ну ни хрена себе тут база подведена под инцест! Это потому, что ли, все так спокойны?»

– Слушай, Анти, – произнес Аринэль. – А ты какого направления?

– Ари, ты чего? – удивилась девушка. – Это мы только в Академии узнаем!

– Хм, вот как, – парень вздохнул-выдохнул.

– Но мама адепт Воды! – голос у Саманты был веселый.

«Чего?»

* * *

Снова заклинательная комната. Хотя вернее это назвать зданием. Немного пахнет сыростью. За спиной лязгнула железная дверь.

– Вчера хоть что-нибудь получилось, Ари? – спросила мама Саятана.

Парень пожал плечами.

– Наверное, ничего, – ответил он. – Просто вырубило.

– Так всегда бывает поначалу, – успокоила его женщина.

Послышалось какое-то шуршание, как будто... Снимали одежду?

– Что делать, ты знаешь, – заговорила Саятана. – Сейчас я попробую насытить твой резерв, чтобы ты ухватил нужное ощущение.

– А почему моего не хватает? – поинтересовался Аринэль.

– Потому что ты его толком еще и не развивал, – ответила женщина. – И я думаю, ты еще постоянно тратишь энергию на выздоровление. Кстати, это неплохая тренировка для каналов. Прости.

– Да ничего, – произнес парень. – А как происходит это... насыщение?

– Самый действенный способ нам не доступен, – произнесла Саятана. – Точнее, вам недоступен.

«Кажется, я догадываюсь, что это за способ!»

Но тысяча чертей! Вообще-то она, хоть и не напрямую, но мать! Похоже, одаренные тут вообще стоят выше морали! Или, скорее, у них своя мораль.

Тут Аринэлю стали расстегивать рубашку.

– Э-э, – парень даже опешил.

– Ари, ну будь мужчиной, – насмешливо произнесла Саманта. – Не бойся, ничего плохого не произойдет.

– Дамы, какого... – находясь в недоумении, произнес Аринэль.

– Жаль я не могу с тобой поделиться, – произнесла Саманта прямо в ухо, зайдя за спину и наклонившись к парню. – Бра-атик.

А тут еще организм. Молодой и резкий! В общем, он сразу же отреагировал на эту двусмысленную обстановку!

– Мама! – в голосе Саманты послышалось... восхищение?

– Это нормально, – ответила женщина откуда-то сбоку. – Он же такой молоденький!

– Так, – Аринэль решительно отстранился. – Что происходит? Вы чего творите?

– Аринэль, – голос Саятаны стал строгим. – Ты мне веришь?

Парень на секунду задумался.

– То, что происходит, направлено только на твое благо, – продолжила женщина. – Тебя нужно выбить из привычного состояния, понимаешь?

Саманта взяла Аринэля за руку и подвела к матери.

– Садись, – уже сама Саятана взяла его за руку.

А в следующее мгновение парень зарумянился. Просто его усадили на коленки. И это было полбеды. Дальше его охватили за голый торс и прижали... К голой женской груди! Почти голой! Аринэль чертыхнулся.

– Сиди спокойно, Ари, – строго произнесла Саятана. – И делай то, чему я тебя учила.

«Да как тут, бога в душу, сосредоточишься?!»

Член стоял просто колом! Как бы штаны того...

* * *

Когда они вышли из заклинательного покоя, Саятана нашла взглядом служанку сына, которая, как и положено, ждала возле здания.

– Анти, проводи брата, – сухо сказала женщина и жестом подозвала служанку.

Та, бросив взгляд на Аринэля, подошла и поклонилась.

– Госпожа? – девушке было явно не по себе.

– Скажи-ка, дорогуша, – ледяным тоном произнесла Саятана Тайфол. – Ты понимаешь, зачем тебя приставили к моему сыну?

– Госпожа? – девушка подняла на женщину испуганный взгляд.

Та смерила служанку пристальным взглядом.

– Ты еще не познала мужчину? – спросила Саятана.

– Н-нет, – снова поклонилась служанка.

Баронесса Тайфол только вздохнула и что-то едва слышно произнесла сквозь стиснутые зубы.

– В общем, так, – хмуро сказала она. – Сейчас ты идешь к Неррину и говоришь ему, что Аринэлю нужна другая служанка. Опытная...

– Госпожа! – девушка упала на колени. – Госпожа, я все сделаю, что нужно!!!

Саятана со скепсисом посмотрела на девушку.

– А ты знаешь, что нужно? – спросила она.

Цеси залилась румянцем. Но кивнула решительно. А Саятана задумалась. Конечно, ей нужен был результат, но... Аринэль еще очень молод. И в голове у него еще пока одни правила поведения аристократа, которые вбивал отец. Как бы он не взбрыканул, если поймет, что ему женщину подложили.

– Хорошо, – произнесла Саятана. – Пойдем со мной. Я скажу тебе, что надо будет делать.

И женщина, не глядя на служанку, пошла в сторону главного здания. Цеси вскочила и поспешила за ней.

Вечер того же дня. Цеси Нер

Цеси дошла до комнаты господина Аринэля и остановилась у самой двери. Ее щеки буквально полыхали. Госпожа Саятана... Она не только рассказала. Девушку бросало натурально в жар, когда она вспоминала, что происходило в комнате госпожи. Для начала ей приказали раздеться, потом госпожа, с хмурым лицом, ощупала ее всю и пробормотала, что сойдет. А затем...

...Конечно, Цеси слышала от личных служанок господ, что те иногда оказывают очень интимные услуги. Кстати, служанки даже спорили, кто пойдет к госпоже Саятане. Причем иногда они ходили вдвоем, а то и втроем! И сегодня Цеси сама увидела зачем...

– Запомни, – говорила госпожа, когда Цеси поработала язычком... там. – Мужчинам бывает тоже нравится так делать женщине. Но это не значит, что ты должна лежать поленом. В постели не надо сдерживаться, хотя я вижу, у тебя с этим проблем нет. Так вот, Цеси, ты должна дать понять Аринэлю, что ты его сильно желаешь, поняла? Если не справишься...

– Но как же... – растерянно говорила Цеси. – Господин Аринэль... Он же... Господин... А я...

– Девочка, – Саятана подняла голову девушки за подбородок. – Это твой шанс. Не сможешь им воспользоваться, я тебя накажу. В Рыбнице всегда не хватает людей рыбу чистить.

– Я все сделаю, госпожа! – испуганно пролепетала Цеси.

– Это в твоих интересах, – хищно улыбнулась госпожа. – А теперь я научу тебя целоваться...

Цеси выдохнула и открутила крышку с маленькой стеклянной бутылочки, которую держала в руках. Она наклонила ее над запястьем. Из бутылочки нехотя вылезла густая жидкость, похожая на кисель. Цеси слизнула каплю, что попала ей на руку, а потом коснулась пальчиком содержимого бутылочки и намазала себе этим губы. Закрыв и спрятав бутылку, она подняла руку...

«Я смогу», – стиснула зубы девушка и постучала.

– Открыто! – раздался из комнаты голос господина.

Цеси зашла внутрь. Аринэль сидел на кровати, спиной к двери, в одной рубашке.

– Господин, – произнесла девушка, поклонившись.

Пусть он не видит, но так положено!

– Цеси, – несколько устало произнес парень. – Ты вовремя. Никак не могу найти этот антов камзол. Анти куда-то его бросила.

Цеси пошарила взглядом и увидела искомую вещь, почему-то на подоконнике. Она сделала уже шаг в ту сторону, как вспомнила, зачем она здесь. Девушка повернулась к парню.

Как же он красив! Эти слегка вьющиеся, длинные светлые волосы! А черты лица! Он даже красивее многих девушек! Сердце, казалось, сейчас из груди выпрыгнет!

– Цеси? – вопросительно произнес Аринель, поднимая лицо.

Она и сама не поняла, как оказалась рядом и вот уже целуется с ним! Брови парня взлетели вверх.

«Ты должна обязательно извиниться. Признайся, что ты без ума от него», – пролетели в голове у девушки слова госпожи.

– Извините, господин! – пролепетала Цеси. – Я... извините. Я не знаю, что нашло на меня!

– Да ладно, – ухмыльнулся Аринэль. – Мне было приятно.

Признаться? Да ведь она и в самом деле... И Цеси с замиранием сердца снова поцеловала парня. А в следующее мгновение мужские руки подгребли склонившуюся девушку, и Цеси очутилась на коленях у Аринэля. Девушка доверчиво прижалась к нему, не разрывая поцелуя.

– Какие у тебя сладкие губки, – произнес парень, когда они, наконец, оторвались друг от друга.

Он провел пальцами по ее лицу, слегка касаясь кожи кончиками.

– Ты этого сама хочешь или матушка тебе приказала? – строго спросил Аринэль.

– Господин! – испуганно прошептала Цеси. – Я...

– Ничего страшного, я все понимаю, – произнес парень. – Так что?

– Госпожа хотела вам прислать другую служанку, – выдохнула Цеси. – Но... Господин, я... Вы мне... Очень...

Слова никак не желали слетать с губ. Язык будто одеревенел!

– Хм, ты не захотела, чтобы я спал с другой девушкой? – в голосе парня проскальзывала добрая ирония.

– Д... да, – выдавила Цеси, кляня себя за косноязычие.

– То есть я тебе нравлюсь? – продолжал парень.

Его рука коснулась спины девушки. Цеси ощутила, как откуда-то из живота стала подниматься теплая волна.

– Очень! – пролепетала она.

Тут Аринэль наклонился. И их губы снова встретились. Мир вокруг сузился до этих пьянящих головокружительных ощущений.

Опомнилась Цеси уже лежащей на кровати. Аринэль оторвался от ее губ и ласково улыбнулся.

– Тебе придется раздеться самой, Цеси, – произнес парень. – Но уверяю тебя, в процессе ты не заскучаешь...

...Цеси распустила шнуровку. Платье соскользнуло с плеч, оставляя девушку обнаженной. Она смущенно посмотрела на парня и опомнилась. Он же ее не видит.

– Иди-ка сюда, – притянул ее к себе Аринэль.

Она снова очутилась у него на коленях. Было утихнувший жар снова стал охватывать ее тело. Быть с мужчиной это совсем иначе, нежели с женщиной. А может это из-за того, что молодой господин ей сильно нравится?

Его губы спустились на шею, и Цеси невольно выдохнула. Со стыдом она услышала собственный еле слышный стон. А господин спустился еще ниже... Цеси, не отдавая себе отчета в том, что делает, выгнулась, подаваясь грудью к его губам. Стон, уже довольно громкий, слетел с ее губ.

– Вот зажигалка, – негромко произнес парень.

Цеси закусила губу, но стон все равно вырвался. Аринэль на это улыбнулся. Его рука прошлась по животу... Цеси рефлекторно сдвинула ноги, когда живота около ее сокровенного места коснулись пальцы парня.

– Цеси, – спокойно произнес Аринэль. – Скажи, это у тебя впервые?

Девушка сначала кивнула, а потом опомнившись, с трудом ответила:

– Да, господин...

– Не бойся, – Аринэль погладил ее по бедру. – Я буду нежен...

* * *

Саманта, кусая губы, стояла у двери комнаты Аринэля. И ей даже не приходилось прислушиваться, эта служанка вопила так, будто ее резали. В конце концов, пробормотав ругательства, девушка резко развернулась и ушла стремительным шагом.

Стукнув, для приличия, она буквально ворвалась в комнату матери. Та была одна и что-то читала, сидя в кресле.

– Вижу, Цеси справилась? – произнесла Саятана, бросив взгляд на дочь.

Саманта нахмурилась. Ее мать отложила книгу на стол, стоящий рядом, и улыбнулась.

– Анти, – произнесла она. – Ревность тебя не красит.

– Почему она? – буркнула девушка.

– Потому что тебе нельзя, – ответила Саятана. – И ты это знаешь. Во-первых, до определения твоего направления ты должна быть девственницей, а во-вторых, твоим первым мужчиной лучше бы был не Аринэль. Иначе ты не сможешь быть с другим.

– Я не хочу другого, – буркнула девушка. – Я хочу его.

– Тогда хотя бы подожди до Академии, – произнесла Саятана, улыбнувшись. – Вы же будете жить вместе.

Саманта тяжело вздохнула.

– Это так долго, мам! – с тоской произнесла она. – А если Аринэль найдет себе кого-нибудь там?

– А это неважно, Анти, – Саятана встала и дошла до дочери. – Дар не обмануть и не проигнорировать. Но для того, чтобы быть уверенным в том, что именно Аринэль будет отцом твоего ребенка, нужно пройти инициацию.

– Он будет моим! – со злостью произнесла Саманта. – Я никому его не отдам!

Мать вздохнула и обняла дочь.

– Не всегда все происходит так, как мы хотим, Анти, – произнесла она. – Если бы Аринэль в молодости попался мне, я бы тоже так реагировала. У него хороший потенциал, и это давит на наши инстинкты. Но мы же не животные, чтобы тут же поддаваться им.

– Но ты его сегодня лапала, – пробурчала девушка.

– Не лапала, – ласково произнесла женщина. – Вообще-то, дочь, у меня есть любимый мужчина. Но я же на твоего отца не набрасываюсь, едва вижу. И ты тоже должна потерпеть.

– Опять терпеть, – проворчала Саманта. – Я только и делаю, что терплю!

– А это будет тебе хорошим уроком! – Саятана легонько щелкнула девушку по носу. – Помнишь, как вы убежали купаться весной и Аринэль спасал тебя потом? Учись быть сдержанной, думай, что делаешь. Там, в Империи, среди других аристократов, придется часто сохранять выдержку. Парням легче, у них все построено на силе. А среди женщин нужно уметь лавировать.

– Я не собираюсь лавировать, – ответила Саманта. – Я буду с Аринэлем и все.

– Анти, ты слишком прямолинейна, – мягко укорила Саятана. – Так ты станешь изгоем...

– Ну и что? – нахмурилась девушка.

– А за оскорбления женщины отвечает мужчина, – продолжила мать. – То есть в твоем случае Аринэль. Ты хочешь, чтобы твой мужчина постоянно с кем-то дрался? А ведь он и погибнуть может, Анти. И я такое видела в Артезиусе.

Саманта нахмурилась.

– И что мне делать? – спросила она.

– Рада, что ты задумалась, – Саятана развернулась и, дойдя до кресла, села. – Присядь.

Женщина кивнула на стул, стоящий у стола. Саманта дошла до него, развернула его и села.

– Для начала ты должна понять одну вещь, – заговорила Саятана. – Среди женщин силой ничего не добиться. Личная сила хорошее подспорье, но не более того. Главная сила в том, чтобы рядом с тобой были те, которые признали твое главенство.

– А как это сделать? – спросила Саманта.

– Тебе будет в этом плане немного полегче, – улыбнулась Саятана. – Потому что у тебя будет мужчина...

* * *

Цеси тихонько встала. Вот и все. Теперь ее не сошлют никуда, и она может быть с господином. Девушка нагнулась за платьем.

– А ты куда это? – раздался голос Аринэля.

Цеси замерла.

– Я тебя не отпускал, – насмешливо произнес парень. – Я мерзну ночью, знаешь ли. Так что приказываю согреть меня.

– Господин? – неуверенно произнесла девушка.

– Давай, давай, – парень откинул одеяло. – Забирайся.

Цеси заколебалась. С одной стороны, ей очень хотелось остаться. С другой...

– Так я не понял, – произнес Аринэль. – Это бунт?

– Нет, господин! – выдохнула девушка.

И слегка зарделась при виде голого мужчины. Но... Он же не видит, что она пялится на него? Цеси пробежала глазами по красивому телу господина... Несмотря на худощавость, Аринэль был крепок физически. Одежда скрадывала то, что у него весьма неплохо все развито. Это уже мужчина, сильный... И очень привлекательный.

Она опустила платье и шагнула к кровати, все еще не решаясь. Аринэль вздохнул. Цеси только охнула, когда парень затащил ее в кровать.

– Все, давай спать, – сказал он, заключив девушку в объятия. – Мы хорошо устали!

Цеси некоторое время лежала, боясь пошевелиться. В голове табунами пробегали обрывки мыслей, опаска, что их обнаружат и все такое. А потом как-то незаметно для себя заснула.

Глава 4

Цеси, скороговоркой выпалив приветствие и что ей надо, вихрем пролетела по кухне, набросала на тарелку еды и, подхватив кувшин с молоком, унеслась. Натурально, бегом. Неллин Нер, проводив дочь с улыбкой, вернулась к готовке.

– Ты смотри-ка, как старается для своего! – хохотнула одна из поварих. – Видать, парень-то, даром, что не видит, в этом весь в отца!

Трудно сохранить секреты в месте компактного проживания людей.

– А что там видеть-то? – подхватила другая. – Там зрение без надобности!

– И то верно! – подхватила третья. – А говорят, барон по молодости вообще всю деревню огулял!

– А ты старшенького-то вспомни! – усмехнулась первая, нарезая овощи. – Пока в стольную-то не уехал, девки чуть поножовщину не устроили. Водой ить разливали!

– А то бы ты отказалась! – попрекнули ее.

– А с чего бы мне отказываться-то? – слегка возмутилась женщина. – Да и вообще, не тебе ли барон во хмелю чуть не присунул?

– Ох, не напоминай, как вспомню взгляд госпожи Мары! – поежилась повариха.

Женщины ударились в воспоминания, приправленные толикой пошлости, а оттого особенно волнительные. А Неллин с легкой грустью посмотрела на дверь. Доченька... Хоть и была в сердце радость за нее, но она уже такая большая...

* * *

Светло. В комнате светло. Оттенок был почти незаметный, но тысяча чертей, он был! Аринэль все поворачивал голову к окну и от окна, а в душе играла радость. Дьявол! Тот старик – целитель все-таки оказался прав!

Стукнула дверь, и в комнате раздался голосок Цеси:

– Господин! – девушка немного запыхалась. – Я принесла вам перехватить!

– Цеси! – улыбнулся Аринэль. – Ставь на стол.

Ох же ж бабушка лохматая! Неужели он все-таки будет видеть!?

– Знаешь, Цеси! – радость прямо-таки требовала выхода. – А я стал различать темноту и свет. Глядишь, и вправду восстановится зрение!

Секундная пауза.

– Я очень рада за вас, господин!

Одна из особенностей жизни в темноте. Обостряются другие органы чувств. И Аринэль уловил в голосе Цеси едва заметные нотки грусти.

– А ну-ка, – произнес он, чуть нахмурившись. – Давай выкладывай, что там у тебя случилось? Тебя Саманта опять доставала?

– Что вы, конечно, нет, господин! – всполошилась девушка.

– Тогда что? – спросил Аринэль. – И не отпираться!

Кстати! На светлом фоне парень увидел темное пятно. Поэтому он встал, сделал несколько шагов. Ага. Аринэль взял девушку за плечи.

– Давай рассказывай, чего ты там себе надумала? – спросил парень.

– Я... – Цеси запнулась. – Вы такой! А я...

«О чем это она вообще? А... Точно. Она же тут типа дурнушка. Среди простолюдинов худые женщины, это признак болезни или крайней бедности. В общем, такой, исключительно практический подход. А среди аристократов, я так понимаю... Да, есть культ бледности. То есть, чтобы признали красивой, нужно непременно выглядеть, как будто всю жизнь в пещере прожил, солнца не видя. Получается, Цеси и там, и там не соответствует. М-да, мода не может быть логичной».

– Цеси, – вздохнул Аринэль. – Ты боишься, что я тебя увижу?

Какое-то движение. Наверняка она сейчас покивала.

– Ну, ты даешь, – хмыкнул парень. – Я ж не всегда слепым был. Тебя я прекрасно помню.

Опять пауза. Аринэль улыбнулся. Он поднял руку и осторожно коснулся лица девушки. Провел большим пальцем по ее губам... И поцеловал, прижав Цеси к себе. Черт возьми, как же приятно держать в руках мягкое женское тело!

– Цеси, ты думаешь, я бы стал с тобой спать, – парень погладил девушку по спине, – если бы ты мне не нравилась?

По телу Цеси пробежала дрожь.

– Глупышка, – Аринэль коснулся кончиками пальцев лица и улыбнулся. – Ты теперь моя. Ты не против?

Девушка судорожно вздохнула.

– Давай определимся, Цеси, – заговорил Аринэль. – Ты моя... слуга. Уточню, только моя. То есть ты выполняешь только мои приказы.

Сердце девушки забилось чаще.

– Но, господин! – растерянно заговорила Цеси. – А если ваши сестры, матушки или отец...

– Цеси, даже если меня матушки, отец или сестры попросят вина налить или там, я не знаю, принести что-нибудь, я это сделаю, – ответил Аринэль. – Это нормально, и ты тоже должна уважать членов моей семьи. Просьбы выполнить можно. Но приказы тебе отдаю я.

Парень провел рукой по волосам девушки.

– Если тебе что-то приказывают, кто угодно, кроме меня, кланяешься и идешь ко мне, – в голосе парня прозвучала твердость. – Ты поняла меня?

– Да, господин! – голос Цеси дрогнул.

* * *

В коридоре Цеси и Аринэля ждало сердитое сопение.

– Ну-ка, – довольно грубо Саманта отобрала руку брата.

– И тебе доброе утро, Анти, – с улыбкой произнес парень.

– Кому-то доброе, а кому-то... – девушка оборвала себя на полуслове и решительно потянула за собой.

Аринэль последовал за ней. Деликатный стук каблучков Цеси раздался, когда они немного отошли.

– Сестра моя, – с иронией заговорил парень, – а ты не могла бы немного полегче? А то или руку вырвешь, или я что-нибудь лбом на прочность проверю.

Опять сопение... Но скорость немного снизилась. Вот и лестница. Теперь с полста шагов, под нарастающий запах еды. Ага, доска чуть скрипнула под ногой, они на месте.

– Доброе утро, – буркнула Саманта, входя в малую трапезную.

– Всем доброго утра! – а Аринэль поздоровался громко и весело.

Сестренка довела до стула, и парень аккуратно сел. Хватать сразу столовые приборы было не принято. Кстати, здороваться в ответ, в смысле вслух, тоже было не по этикету. Дамы сейчас склонили голову, а отцу вообще ничего делать было не надо.

– Я прошу прощения, – произнес Аринэль. – Но не могу сдержаться! Я сегодня стал различать свет и темноту!

Небольшая пауза.

– Ну, хоть какие-то хорошие новости! – в голосе отца была действительно радость.

– А сейчас? – а это мама Вайлири. – Ари, что ты видишь сейчас?

В голосе женщины неподдельная тревога и участие. Кстати, вчера Аринэль слышал, как мама Саятана строго так выговаривала эльфийке, что она только будет мешаться со своими порывами.

– Пока только чуть более темные пятна на сером фоне, – ответил парень.

Послышались вздохи.

– Я же говорил, – негромко произнес барон. – Он Тайфол!

– Молчи уж, – тихо, но веско сказала мама Мара.

Кстати, вчера вспомнилось. Мара Тайфол тоже была непроста. Аринэль с удивлением осознал (просто это он воспринимал как само собой разумеющееся), что наличие двух детей от одной женщины было довольно большой редкостью. Надо, правда, прояснить, от одного мужчины или от других можно еще раз? Хотя, если бы можно было, семьи в этом мире вообще бы напоминали свингерскую вечеринку...

Руки парня коснулись. Наверняка это мама. Поэтому Аринэль как можно более ласково улыбнулся.

* * *

И снова это давящее ощущение стен и легкий запах сырости. Сегодня мама Саятана притащила Аринэля в заклинательную комнату сразу после завтрака. И хвала богам, в этот раз вроде обойдется без пикантных моментов. Все-таки это... Ну неловко как-то!

«Надо же, как проникся. Странно, мозг понимает, что эта женщина лишь опосредованно родственница, а по сути, вообще не родственница, в смысле по крови. Но... Воспринимается реально, как очень близкий человек. Ощущения точно такие же. Желание защитить, тепло на сердце... Все-таки не мозгом единым, так сказать. Есть в этом и что-то... Мистическое. Тем более что эта самая мистика доказала свое существование очень убедительно».

– Хоть вчера у тебя не получилось, – заговорила мама Саятана. – Но того, что я тебе передала, должно хватить.

Его снова усадили на стул.

– Начни с дыхания, Ари, – советовала Саятана. – Сосредоточься на нем.

Что же, начнем. Вдох-выдох. Вдох. Выдох.

«Интересно вот что. Отец, когда учил фехтованию, призывал сосредоточить свое внимание на скрипе эфеса в руке противника. И не смотреть прямо на оппонента, не следить за его руками, а стараться ощутить, что тот будет делать. Так, опять мысли».

Парень сосредоточился на звуке своего дыхания. Мысли упорно толкались в сознание, сначала образами замкового ристалища, где и проходило обучение фехтованию. Почему-то вспомнилась большая бочка с водой у кузницы. Аринэль упорно гнал все прочь, но мозг пошел другим путем и подкинул ощущения вчерашнего вечера.

«Хорошо хоть видеоряда нет. Черт».

Парень изгнал мысль из головы. Наконец удалось. Голова стала удивительно пустой... И стала одолевать сонливость. Усилием воли Аринэль преодолел желание поддаться сладкой истоме...

...Звук, будто разорвали ткань. А в затылок, словно раскаленную иглу воткнули! Аринэль стиснул зубы и скривился...

...– Анти, – вдруг заговорил Аринэль. – Ты же стоишь справа от меня?

Мать и дочь переглянулись.

– Ари, что ты видишь? – спросила женщина.

– Это и вправду как набросок, – ответил парень. – А вы будто в белом огне.

– Это аура, Ари, – ответила Саятана. – Мы одаренные, поэтому у нас такая аура.

– А у простых разумных? – поинтересовался Аринэль.

– Как будто яйцо вокруг тела нарисовано, – ответила женщина.

А парень встал и явно огляделся.

– Интересно, – произнес он. – А можно я на улицу выйду?

– Конечно! – ответила Саятана, улыбнувшись.

Парень уверенно дошагал до двери. Но запор открыть смог не сразу...

...Цеси ждала на скамейке возле заклинательного дома. Девушка раз за разом вспоминала вчерашний вечер и ее щечки зарумянивались. И госпожа похвалила ее.

Когда раздался лязг двери, девушка бросила в ту сторону слегка испуганный взгляд. А вдруг что-то опять не так? Первым из дверей вышел Аринэль. И Цеси распахнула от удивления глаза. Просто господин так повел головой, будто... Осматривался!

– Хм, а это Цеси, да? – произнес он. – Мам, а почему у нее аура на ваши похожа?

– Потому что она была с тобой, Ари, – ласково улыбаясь, ответила госпожа Саятана, вышедшая следом.

При этих словах молодая госпожа бросила на Цеси хмурый взгляд и фыркнула.

– То есть при этом мы передаем часть своей энергии? – спросил Аринэль.

– Так и есть, – ответила женщина. – Через пару дней все вернется к норме.

– А если, ну... обновлять? – поинтересовался парень.

– Через какое-то время неодаренный привыкнет к постоянной подпитке, – ответила госпожа Саятана. – И потом, если резко прекратить, ему будет довольно не комфортно. Может даже заболеть.

– А у одаренных как? – задал следующий вопрос парень.

– Давай мы обсудим это позднее, – ответила госпожа Саятана. – Не на улице.

– Хорошо, – кивнул Аринэль.

И вдруг покачнулся. Женщина, стоящая позади него, тут же подхватила парня.

– Что-то мне нехорошо, – пробормотал парень.

– А это результат истощения, Ари, – сказала госпожа Саятана. – Тебе нужно прилечь.

* * *

«Вырубило все-таки. Что?»

Аринэль некоторое время лежал неподвижно... Смотря в потолок. СМОТРЯ!!! У парня аж дыхание перехватило.

– Мать моя эльфа, чтоб меня разорвало! – выдавил он.

Парень зачем-то закрыл глаза ладонью, а потом убрал ее.

«Их-ха-ха!!!» – Радость прям взорвалась в груди!

– Да, сука! Да!!! Ежа мне в зад!

– Господин? – раздался голос сбоку.

Аринэль, с улыбкой-оскалом на лице, повернул голову. Стройная девушка в черном платье с белым передником, с подносом в руках, стояла на пороге комнаты. Ее глаза были распахнуты в удивлении, ротик чуть приоткрылся.

– Цеси! – Аринэля прям распирало, он подскочил и подошел к девушке.

А та с каким-то ошеломлением смотрела на него. Ее нижняя губа чуть подрагивала.

«И чего она переживала? Веснушки? Да умоляю вас, они ей реально идут. А так, ну прямо няшка!»

Аринэль с удовольствием разглядывал свою, да именно свою женщину. Не, ну че, нам повезло, да! Тонкий носик, алые спелые губки. Бровки дугой, будто нарисованные. Парень, которого реально распирало от желания чего-нибудь вычудить, склонился и поцеловал Цеси.

– Оп-па! – парень придержал поднос.

– Господин... – пролепетала девушка.

– Он самый, Цеси! – ухмыльнулся Аринэль. – Ясно видящий, замечу!

– Цеси, что тут... – в комнату заглянула мама Вайлири.

И несколько мгновений тоже изображала живую статую. А потом из ее глаз по щекам покатились слезы...

– ...Так, значит, мы в Брайбо? – произнес Аринэль.

Вайлири сидела на кровати, рядом с сыном. Цеси стояла сбоку.

– В тот день у тебя температура вдруг подскочила, – продолжила рассказ эльфийка. – Цеси подняла тревогу. Ты никак не просыпался, поэтому тебя перевезли сюда. Мастер Цевитос два дня возле тебя провел. Спонтанная инициация. Хорошо, что вы с Саятаной занимались, так он сказал. Иначе бы все было хуже.

– Спасибо, Цеси, – произнес Аринэль. – И сколько я тут?

– Шестой день, – ответила мать, положив ладонь сыну на плечо. – Ари, а ты...

– Мам, говорю же, вижу, как раньше, – ответил парень и улыбнулся. – Отлично вижу!

– Ох, уондо, – женщина обняла сына. – Кэма даа оа отуква мэ!^[4]

– Доо^[5], – ответил Аринэль. – Касэ ириа таура аэквана^[6].

– Ты даже стал лучше говорить на элварин, – продолжила на родном языке Вайлири. – Действительно хорошо.

– Удар по голове отлично проясняет мысли, – слегка пошутил Аринэль.

Честно говоря, парень сейчас и сам был в легком недоумении. Слова эльфийской речи слетали с языка так непринужденно, словно он ему был родной. В натуре, что ли, перетряс башки помогает с языками?

– Мам, говори со мной почаще на этом языке, – продолжил парень. – Мне нужна практика.

– На этом? – Вайлири сдвинула брови. – Аринэль, не этот, а элварин. Ты тоже часть Леса, запомни это.

– Но я же человек? – удивился Аринэль.

– Аринэль, быть элорином не значит иметь длинные уши, – на губах матери появилась легкая улыбка. – Элорин – это тот, кто чувствует лес. Сатаош был страшной наукой. Теперь мы смотрим внутрь, а не снаружи.

– Сатаош? – наморщил лоб Аринэль. – Ош – это беда... Большая беда?

– Я тебе потом расскажу, – ответила Вайлири и, улыбнувшись, погладила парня по щеке. – Я позову мастера Цевитоса. Хоть ты и чувствуешь себя хорошо, надо, чтобы он посмотрел. Ты пока не ешь, вдруг мастеру это помешает.

– Ага, – кивнул Аринэль.

Женщина встала и плавным, кошачьим шагом вышла из палаты.

«О сколько же нам открытий чудных... М-да. Ну, так-то логично. Аринэлю было не тридцать. Да и вообще, толку ему было рассказывать о каких-то серьезных вещах. Но интересно, что же это за Сатаош такой?»

* * *

Другой мир, да? Аринэль, стоя на крыльце дома мастера Цевитоса, поднял голову. Пронзительно-голубое небо, по которому ветер гонит перистые облака. Зеленеет трава. Как-то и не верится, что он не на Земле.

Мимо прошел мужчина с мечом на поясе. Парень сразу зацепился за него взглядом. Широкоплечий, в светло-серой рубахе с длинными рукавами. «Поддоспешная», подсказывает память. Простые серые штаны. Широкие штанины заправлены в сапоги. А тут мода на обувь простая. Аринэль и сам стоял в коротких сапогах. Штаны тут, кстати, имели очень широкий пояс, поэтому они были аж выше пупка и подпоясывались не ремнем, а широкой матерчатой лентой. У мужика поверх ленты был надет кожаный и тоже широкий оружейный пояс. И на нем, помимо длинного, но узкого клинка на левом боку (городской меч), были закреплены сзади короткие ножны с чем-то типа кривого и довольного длинного ножа. Ножа, потому как гарды не было. Справа еще один клинок, немного странный, узкий, точно шило, и при этом с широкой гардой. «Подбойный», пришла на помощь память.

Аринэль спустился с крыльца. Рядом с домом шумело листвой дерево. Парень дошел до него, коснулся ладонью ствола. Дерево как дерево. Листья, ветки. Он и там не особо разбирался в этом, так что все это ему казалось нормальным, обычным.

– Аринэль? – на крыльцо вышла мама Вайлири.

Нет, сейчас это была леди Тайфол. Маска аристократки в действии. Холодное выражение лица, подбородок чуть приподнят вверх. Спина прямая. Взгляд зеленых глаз строгий.

– Да, матушка, – откликнулся парень.

Женщина позволила себе легкую улыбку. Однако какая эта серьезная штука – осознание себя аристократом. Ведь это была улыбка матери. Но даже так это вышло, как улыбка именно леди. Мама одета в дорожное платье, немаркого серого цвета и с воротом под горло. Вышедшая вслед за ней Цеси выглядела примерно так же, только ее платье было черного цвета. У обеих подол чуть не до пола, только обувь и видно. При этом наряды ловко приталенные и, хоть и не открытые в области декольте, но грудь обрисовывают... аппетитно. Под взглядом Аринэля Цеси явно смутилась.

– Все в порядке, Ари? – спросила мама, подойдя к парню.

– Да, в полном, – ответил Аринэль. – Просто... Как-то странно, что ли. Я много раз все это видел, но теперь воспринимается иначе...

Аринэль запнулся. Просто он ощутил какое-то странное чувство. Как будто человек рядом стоял. В этот момент к ним подъехала коляска.

– Добрый день, Хаймар, – произнесла Вайлири Тайфол.

– Добрый, леди Вайлири, – с теплом ответил высокий худой мужчина в черном балахоне.

Он выглядел так, как запомнил его Аринэль. Худое костистое лицо, на котором шнобель выглядел реально как клюв. Серые глаза смотрят доброжелательно, но цепко. Сидел он на месте возничего, держа вожжи в широких, как лопаты, руках.

– Здравствуй, Хаймар! – из дома вышел мастер Цевитос. – Книги хорошие ты мне привез! Не жалко тех золотых.

Тем временем Цеси поставила на горбок коляски (место для багажа) что-то типа пузатого чемодана и привязала его веревкой.

– Аринэль, пойдем, – произнесла Вайлири, кивая на коляску.

– Да, конечно, – опомнился парень.

Он подошел к коляске и подал маме руку. Женщина залезла.

– Цеси, – Аринэль вопросительно посмотрел на девушку, стоящую рядом.

– А? – удивилась та. – Но...

Парень улыбнулся и сам взял девушку за руку. Та, не поднимая глаз, забралась в коляску и села с краю. Аринэль залез следом, сел рядом с девушкой.

– Ладно, я загляну на днях, – тем временем сказал Хаймар мастеру Цевитосу.

Тот согласно кивнул и поднял руку в знак прощания. Вожжи хлестнули по крупам лошадей, и коляска тронулась с места.

* * *

Дома тут строили несколько забавно. Крыши были пирамидальные, то есть скосы были и с торца. А окна маленькие, получается, тут зимой прохладно? Хотя вон у мастера Цевитоса вполне себе нормальные окна. Возле домов небольшие огородики. Реально небольшие, на несколько грядок. По пути им попалась детская ватага, с шумом и криками пробежавшая куда-то. Все были босые, но не было похоже, что это от бедноты. Детишки были крепкие, явно нормально питающиеся.

А вокруг городка имелась стена. Причем не частокол, а именно стена. Пусть и деревянная, из тех же бревен сложенная, но довольно высокая. Возле ворот стояла пятерка бойцов. На них была кожаная броня, усиленная нашитыми спереди железными пластинами. Не брезговали местные стражи наручами и щитками на ногах. Мечи на поясах короткие, но широкие. Шлемы напоминали римские, с нащечниками.

Дома в Брайбо стояли довольно плотно, а вот возле стены шел широкий проход. Это и состояние стены, в которой Аринэль заметил несколько свежих бревен, давало понять, что все эти укрепления, они не для виду. Да и лица бойцов были какие-то уж больно бывалые. А еще Аринэль заметил висящие на стене, по всей видимости, караульного помещения, круглые щиты, с умбонами в центре и окованные железом по краю.

Выехав из городка, коляска покатила по дороге. Ах да, вслед за ней двинулся десяток конных товарищей, крайне серьезного вида, которые ожидали коляску недалеко от ворот Брайбо. На всех кирасы, на головах шлемы с откинутыми забралами. А еще коняшки прямо внушали. Здоровые такие, как тяжеловозы. Но вряд ли бы воины взяли мощного, но медленного коня.

Память тут же вытащила из своих недр впечатления от поездки на таком средстве передвижения. Это было орочьи скакуны. Несмотря на свои габариты, скорость у них была просто обалденная! Кстати, сейчас коняшки были, так сказать, в легкой броне, то есть вообще без брони. А вот для боя на них вешались грудные пластины, и такая лошадка превращалась в натуральный каток. А всадник вносил хаос в ряды противника копьем с широким наконечником и длинным полуторным мечом. У этого клинка даже название такое было: «конный».

А живописные тут места. Сейчас они ехали по зеленой холмистой равнине, слегка поросшей лесом. Впереди дорога заходила в лес. Когда коляска въехала на гребень холма, справа блеснула река. А вдалеке позади синели горы.

Когда въехали в лес, Аринэль ощутил, будто... Хм, странное ощущение.

– Ари? – заговорила сидящая напротив мать.

Парень посмотрел на нее и увидел на ее губах легкую улыбку.

– Ты ощутил? – спросила женщина.

– Да, что-то... – Аринэль не мог подобрать сравнения.

Непонятное чувство, но оно вызывало ощущение комфорта. Да, именно так. Какое-то... родное, что ли.

– Я же говорила, Ари, – зеленые глаза эльфийки с теплом смотрели на сына. – Это не Эло, но тоже лес. И сейчас ты чувствуешь его.

– А ты тоже чувствуешь? – спросил Аринэль.

– Конечно, – улыбка женщины стала шире. – Я же элориннэ.

Аринэль улыбнулся в ответ. Коляска катилась по дороге, поскрипывали постромки, мерный стук копыт...

Голова как-то сама очистилась от мыслей. И при очередном вздохе в груди парня стало тесно, что ли. Реальность вокруг подернулась, и глаза Аринэля широко распахнулись. Вокруг мамы... Это было как пламя! Зеленые, прозрачные языки огня! Они окружали тело женщины, а над головой словно сплетались...

– Что случилось?! – раздался мужской голос над ухом.

Встревоженное лицо мамы, наклонившейся над ним. Воздух стал каким-то густым, и Аринэль с трудом и хрипом проталкивал его в легкие... И вдруг все резко закончилось, словно выключили.

– Ари? – в глазах мамы была тревога.

– Все в порядке, – хрипло произнес Аринэль и провел слегка подрагивающей рукой по лбу. – Что это было?

– Нельзя же так резко наполнять источник, Аринэль, – произнес Хаймар сбоку.

Парень покосился на него. В груди было больно, словно ему под дых пробили. Кстати... Он лежит на коленях у Цеси!

Парень сел прямо и потер грудь, поморщившись. Цеси смущенно отвернулась.

– М-м, ощущение, будто меня побили, – произнес Аринэль.

– Это ты еще не ощутил на себе применение чужой магии, – заметил Хаймар и хлопнул вожжами. – Сегодня отдыхай. А завтра мы с тобой займемся контролем над даром.

Примерно в трех днях пути от баронства Тайфол. Равнина Айрат

По слегка холмистой равнине, покрытой невысокой, зелено-коричневой жесткой травой, двигались четверо всадников. От палящего солнца их скрывали некогда белые, а теперь серые от пыли накидки с капюшонами. Под ними у всадников имелась легкая кожаная броня, выглядывали рукояти мечей, справа у седла у каждого был приторочен самострел с железными дугами. Воины не мчались во весь опор, но и не шагом ехали, а двигались экономной рысью, которую орочьи лошади могут поддерживать пару суток.

Когда алый диск светила коснулся земли, трое людей и орк позволили себе остановиться. Для отдыха они выбрали немного странное место, а именно гребень очередного холма. Они расседлали коней, чтобы дать им отдых, напоили их из кожаных ведер, тщательно обтерли, а потом трое людей упали, чуть ли не там же, где стояли. Орк же остался бдить.

Опытный степняк не стал маячить на гребне, а чуть спустился по склону, так, чтобы была видна лишь его голова. И смотрел не только в ту сторону, откуда они прибыли, но и по сторонам поглядывал. Кроме антов, в степи хватало и отморозков на двух ногах. Конечно, вряд ли они сюда бы зашли, слишком далеко от обычных маршрутов до руин древних городов, но...

Постепенно на равнину опустилась ночь. Глухая, непроглядная темнота, которую не могли разогнать даже звезды. Орк снял с пояса одну из фляжек, вынул пробку и немного отпил из нее. В этой фляжке был травяной настой, придающий бодрости.

Убрав фляжку, Дерон Урхах прислушался к своим чувствам. Ночью в степи бесполезно полагаться на зрение. Но из звуков был лишь легкий шелест травы под слабым ветерком, чувство опасности тоже молчало...

...Через три дня Дерон подъехал к стенам замка Тайфол. Его спутники отдыхали в стойбище, все-таки они люди.

В замок нельзя было въехать со стороны степи. Мало того что ров был если и поуже реки, то ненамного, так еще банально с этой стороны не было ворот. Воины-орки, которые сопровождали Дерона, подъехали сначала к замку и один из них стрельнул в большой щит, установленный на стене. К специальному длинному болту была привязана красная тряпка. Вскоре со стороны крепости на реку вышла широкая, плоскодонная лодка, на которой можно было перевезти лошадей, а орки подъехали к причалу.

– Хэй, Архуг! – крикнул лодочник, стоящий на носу. – Ты же вроде только вчера был?!

– Вон Дерону к барону надо! – ответил Архуг.

Лодка подошла к причалу и с сухим стуком притерлась к нему. Весельные перекинули широкую доску сходен.

– Дерон, – не слезая с лошади, подставил кулак Архуг.

– Как только с бароном закончу, сразу приеду, – Дерон ткнул своим кулаком в руку Архуга.

Сопровождавшая его троица развернула коней и умчалась в сторону стойбища. А Дерон спешился и завел своего коня на лодку. Как только он оказался на борту, весельные оттолкнулись от причала.

– Эй, образина! – подошел к Дерону лодочник. – Никак опять из степи?

Командующему лодкой было под полтинник. Лицо его было чистым, в смысле без бороды, что говорило о том, что лодочник немало времени провел в легионе. То есть волосы на лице просто не растут. Ну, и фигура мужчины была крепкой.

– А ты, я смотрю, растешь, Фос, – иронично ответил орк. – Скоро и лошадей доверят пасти?

Кормчий усмехнулся.

– Как там сестра? – спросил Дерон. – В шатер, домой, еще не хочет?

– Так она дома, – ухмыльнулся Фос.

Тем временем лодка уже подошла к стене замка. Здесь имелся причал, к нему-то лодка и подошла.

– Иди, там барон уже ждет тебя, – произнес Фос. – Так и быть, пригляжу за конем-то.

Дерон улыбнулся. Весельные перекинули сходни.

– К нам потом зайди, а то меня Сатара сожрет! – крикнул ему вслед Фос.

Дойдя до ворот, Дерон увидел, как из леса выехала коляска, в сопровождении десятка всадников. Привыкшие глядеть вдаль глаза орка разглядели в коляске младшую жену барона, эльфийку. Ворота, которые выполняли и роль моста, слегка заскрипели и стали опускаться.

«Странные они, люди. Вот что они находят в этой худобе?» – подумал Дерон, покачав головой.

Глава 5

Ну что же, приятно со всеми еще раз познакомиться. Так сказать, глядя с высоты прожитых лет. Отец. Барон Бран Тайфол. Как бы это помягче... В общем, это для прежнего Аринэля Бран Тайфол был отец, то есть автоматом чуть не старик. А для сегодняшнего Ари – Бран был мужчина, как говорится, в расцвете сил. Широкоплечий, довольно высокого роста, синеглазый... Красавчик. Именно так, без всяких скидок. Темные, слегка вьющиеся волосы до плеч, тонкие, аристократические черты лица, и одновременно это было лицо человека, привыкшего и умеющего приказывать. Синие глаза отца как-то дерзко и с вызовом, но при этом уверенно смотрели на мир. Положа руку на сердце, такого вот мужика крайне опасно иметь в друзьях. В том смысле, что может банально увести женщину! Дикая смесь из харизмы, опасности, собственного достоинства, а также права повелевать, из Брана Тайфола так и перла.

И четыре женщины рядом. Суровая строгая красота Мары Тайфол. Глядя на нее немного непонятно, как появились рядом другие женщины. Глядишь на эту даму и легко представляешь ее в доспехах. Если бы во Франции была вот такая Жанна, то она стала бы таки королевой!

Вторая жена Брана Тайфола была явно не менее сильна. Если Мара Тайфол все же предпочитала платья в быту, то Каяра постоянно ходила в штанах и безрукавке. М-да, которая обтягивала совершенно потрясающую грудь. Кажется, Аринэль догадывался, почему отец обратил на внимание на эту женщину. Каяра совершенно не стеснялась своей дикой, необузданной красоты, но при этом носила на поясе уменьшенную копию орочьего ятагана. То есть грабки протянешь к этой даме, и остаток своей никчемной жизни будешь есть ногами.

Уточненная, аристократичная, по моде аристократов бледная Саятана Тайфол, тем не менее, отлично вписывалась в эту компанию воительниц. Потому что ее красота была хищной, паучьей какой-то. Эта женщина глядела на всех, кроме родственников, с легкой надменностью. Интересно, что при взгляде на отца в глазах этой аристократки иногда отчетливо проступало вожделение. Украли, говорите? Не знаю, не знаю. Вполне возможно, что история, рассказанная детям, малость отредактирована.

Ну и мама Аринэля. Гибкая и стройная светловолосая эльфийка. Даже интересно, как они встретились? И пусть мама эльфа и была моложе всех, но и она глядела на мир с гордой уверенностью. И Аринэль не увидел признаков, что она отодвинута во второй ряд. А вот то, что остальные жены относятся к ней... Хм, как бы это сказать-то... В общем, как зрелый мужчина оберегает свою более молодую жену, так наверное. Причем жену далеко не глупую, просто менее опытную.

Так что ячейка общества, возглавляемая Браном Тайфолом, была весьма крепкой и сплоченной. И здесь выросли дети, любимые дети. Старший брат, явно пошедший по стопам отца, да и похожий на него изрядно. Ах да, Грег Тайфол был в замке. Видать, приехал, пока Аринэль валялся в Брайбо. Высокий, широкоплечий парень со взглядом горящим. Волевое лицо, синие глаза, прямой тонкий нос, упрямо поджатые губы и безупречный овал породистого лица. Аринэль уже успел заметить масляные взгляды молодых (и не очень молодых!) служанок, обращенные на брата. В общем-то, логично, красив собой, силен, уже мужчина, не юноша, да еще и наследник.

– Брат, – вместо приветствия произнес Грег. – Рад, что ты выздоровел.

– А уж я-то как рад, – усмехнулся Аринэль.

– Вижу, ничего особо не изменилось? – слегка улыбнулся парень, глядя на Саманту, которая завладела рукой младшего братика.

– Давай не будем про больное, – вздохнул Аринэль.

Грег сверкнул открытой, добродушной улыбкой, такой, что Аринэлю захотелось оглянуться, чтобы посмотреть на штабеля девиц, только что сраженных братцем.

– Это вы о чем? – с подозрением спросила Виона.

Да-да, она оккупировала вторую руку.

– Да про вас, озабоченные, – проворчала Алетта Тайфол, в миру Рэйса.

– А кто только что Аринэля тискал? – приподняла бровь Саманта.

Вся в мать. Такая же стервочка, острая на язык. Рэйса при этих словах слегка зарумянилась и сделала независимый вид.

– Говорят, ты уже пробудил свой дар, Ари? – спросил Грег.

– Есть такое, – кивнул Аринэль. – Так что, брат, не только ты будешь прославлять наш род.

Грег сверкнул глазами и улыбнулся волчьей какой-то улыбкой...

...За ужином отец с явным удовольствием осматривал свою семью и особенно детей. Да что там с удовольствием, с гордостью! Собственно, а чего ему не гордиться? Сидящий по правую руку от него сын уже стал воином и, между прочим, десятником королевских рыцарей. То есть тяжелой конницы. Кстати, он привел две сотни этих самых рыцарей. И тут у Аринэля возник вполне резонный вопрос. А с какого король вот так просто взял и направил две сотни очень серьезных мужчин на помощь какому-то пограничному барону? И думается, причина сидит напротив.

Вместе с Грегом в замок Тайфол приехала молодая девушка, лет тридцати на вид и двадцати пяти по паспорту. Хм, молодая, да. Которая старше Аринэля больше чем на десяток лет. Между прочим, адепт Огня. То есть вот эта слегка смущенная дама была боевым магом. А зовут ее Криста Релия Вестфолен. И второе слово в ее имени было не совпадением с названием нашего королевства. Знакомьтесь, младшая дочь Деннара Релия Вестфолена, короля Та-Релии. То есть за одним столом с семьей барона сидела принцесса.

«А папенька-то, похоже, славно погулял в свое время. Может, я ошибаюсь, но уж больно характерным влюбленно-уставным взглядом эта принцесса на него поглядывает».

Кстати, дама прибыла в чем-то типа формы. Синие штаны и камзол, белоснежная рубашка. На плечах алый плащ, с гербом королевской семьи, что естественно. К гербам тут очень трепетно относятся. Сейчас, конечно, она сидела без плаща. А вкус у бати отменный, ага. Девушка весьма и весьма красивая, русые волосы, сейчас заплетенные в косу, толщиной с руку, голубые глаза, тонкие, но ярко-алые губы, аккуратный носик, высокие скулы. Плюс в чертах что-то эльфийское проскальзывает. А еще Аринэль был готов поклясться, что эта дама только сейчас такая смущенная. Ее городской клинок вон стоит, в стойке для оружия (трапезничать с мечом на поясе неприлично). Тут парня пихнули в бок. Аринэль вопросительно посмотрел на Саманту.

– Не пялься так, – едва слышно прошептала девушка. – Юбочник.

– Это ты с чего так меня приласкала? – так же шепотом поинтересовался Аринэль.

– Сам подумай! – слегка фыркнула Анти.

– Как вам у нас, ваше высочество? – спросил тем временем отец.

А мамы-то смотрят весьма пристально на гостью. Холодно. Ну, еще бы.

– Здесь очень... красиво, – как-то через силу ответила Криста.

Вот еще один штришок. По идее, командир прибывших королевских рыцарей тоже должен быть приглашен на ужин. Братец рассекал в белом плаще. А все рыцари в красных, как и гостья. Совпадение?

– Рад, что вам у нас понравилось, – слегка улыбнулся Бран Тайфол. – Здесь, конечно, не Церантон, но...

– Бран, ну, сколько можно меня попрекать, что я принцесса?! – неожиданно эмоционально отреагировала Криста.

– Ничего не могу с собой поделать, – ухмыльнулся барон, разведя руками.

Грег явно удивился такому фамильярному общению принцессы и отца. А вот мама Мара закатила глаза, то есть она уже такое явно видела. Саятана слегка прищурилась. Каяра Тайфол сначала нахмурилась, а потом характерно так выдохнула. Словно говоря... Да-да, «бабник», можно зуб поставить, что именно это она и имела в виду. Только мама Вайлири слегка удивилась (точнее, удивилась наверняка изрядно, раз это проявилось на лице).

– Дети, – заговорила Мара. – Нам надо поговорить. Идите к себе.

– Конечно, матушка, – за всех ответила Виона.

Ну, прям сама кротость! Аринэль встал вместе со всеми, склонил голову, как и Грег. Сестры поклонились.

– Что, понравилась? – Саманта заговорила, едва за ними закрылись двери.

Сестренка подхватила брата под локоток, явно намереваясь устроить допрос с пристрастием.

– Да с чего ты это решила? – отбил подачу Аринэль.

– Я же видела, как ты пялился на эту принцессу! – припечатала Анти.

– Я тоже это заметила! – присоединилась к ней Виона, сверкая глазами и прихватив другую руку.

Рэйса фыркнула, видя, как сестры вцепились в брата.

– Он же парень, – сказала она тоном прожженного циника. – В его возрасте это нормально, глазеть на красивых женщин.

– Ну, спасибо... Алетта, – «поблагодарил» Аринэль.

– Пожалуйста, братец, – язвительно ответила девушка.

– Как приятно приехать домой, – заметил Грег. – Ари, а ты вырос. Раньше ты не огрызался.

– О, спасибо, большой брат, – иронично произнес Аринэль. – Кстати, а ты почему без невесты?

– Что-то ты стал слишком говорливым, – нахмурился Грег.

Он резко развернулся и ушел по коридору.

– Чего это он? – спросил Аринэль, смотря брату в спину.

– Неразделенная любовь, полагаю, – по губам Саманты скользнула... материнская улыбка.

То есть такая, которая обычно исполнялась Саятаной Тайфол, после чего видящему ее, такую вот улыбочку, мужику, сразу приходили на ум мысли о преимуществах холостяцкой жизни.

– У него? – удивился Аринэль. – Дела...

– Так, а ну-ка не отходи от темы! – сжала руку Саманта. – Так тебе что, понравилась эта Криста?

– Сестра моя, ты красивее, – перешел на откровенную лесть Аринэль и, реагируя на стискивание руки с другой стороны, добавил: – Вы, сестренки, вообще самые красивые!

– Наглый льстец, – буркнула Рэйса.

* * *

А ведь мама Саятана говорила, что она не учитель. А Аринэль не поверил. А вот Хаймар Детарин действительно был именно учителем. Саманту он моментально занял двумя металлическими шариками. Девушка взяла их в ладони, с довольно кислым видом, и устроилась на стуле.

– Ну-с, теперь займемся вами, молодой человек, – учитель Хаймар обратил свой взор на Аринэля.

«Что-то мне это не нравится».

– Вчера я тебя невольно посмотрел, – продолжил мужчина. – Каналы сформированы, с этим все порядке, к счастью...

– А если бы было не в порядке? – не удержался от вопроса Аринэль.

– Процедура корректировки, а тем более формирования, весьма болезненна, – вздохнул Хаймар. – При этом она должна проводиться при ясном сознании пациента, так как именно на болевые ощущения маг-целитель ориентируется при работе с каналами. Обычно проблемы бывают с каналами в руках. Но иногда и другие вторичные каналы приходится корректировать.

Главные каналы – это основа энергетического скелета мага. Один проходит вдоль тела, примерно в районе позвоночного столба. Называется простенько – линия жизни или канал жизни. Второй заходит в тело в районе солнечного сплетения (кстати, это место так называется, потому что сюда, как лучи солнца, входит множество каналов, кроме главного), слегка изгибается вверх и сливается с линией жизни.

Вторичные или тонкие каналы – напоминают одновременно скелет и кровеносную систему. Более широкие каналы, отходя от главных, формируют энергетическую сетку. То есть они проходят через руки и ноги, окружают тело, как ребра. А тонкие каналы реально пронзают все тело, словно каппиляры.

– А главные? – спросил Аринэль. – Их корректируют?

– А с неправильно сформированными главными каналами жить не получится, – спокойно заметил Хаймар. – Это главная причина смертности одаренных детей. Пока плод питается энергией матери, он сохраняет жизнь. Но как только связь напрямую, то есть через пуповину, обрывается, плод тут же погибает. Хорошо, что такое бывает относительно редко.

Мужчина обвел Аринэля довольным взглядом.

– Меня радует, что ты стал сам спрашивать, ученик, – произнес Хаймар. – Это хорошо. Именно желание узнать больше отличает плохого ученика от хорошего.

– А если учитель не захочет рассказывать? – спросил парень.

В ответ мужчина вопросительно поднял бровь.

– Это я про Академию, – уточнил Аринэль.

– Сомнительно, что такие учителя там есть, – ответил Хаймар. – Но если учитель не хочет отвечать на вопрос ученика, то это плохой учитель. Точнее, вообще не учитель. Можно сказать, что ответишь позже, если ученику рано о чем-то знать. Но нужно это объяснить. Любопытство – вот что отличает магов. Мы всю жизнь должны учиться, Аринэль. Как только ты прекращаешь учиться чему-то новому, ты начинаешь деградировать. Если учитель не поддерживает желание узнавать новое, то тогда он недостоин учить. Но мы вернемся к твоему обучению. Как я понял, ты смог активировать формулу Зрения?

– Я не активировал никакой формулы, учитель, – ответил парень. – Я просто увидел и все.

– Любой порядок достижения необходимого результата и есть формула, Аринэль, – произнес Хаймар. – Например, чтобы создать эффект отталкивания, необходимо сделать Жест Кулак и пропустить энергию через руку так, чтобы ощутилось легкое жжение на фалангах пальцев. А затем сделать жест Открытая Ладонь. При правильном исполнении в центре ладони и на подушечках пальцев ощутится легкое покалывание.

– То есть нужно сделать так, чтобы в этих местах покалывало? – уточнил парень.

– Да, именно так, – ответил мужчина. – Нужно ощутить покалывание в этих местах.

– А на самом деле что происходит, учитель? – спросил Аринэль.

Хаймар посмотрел на него прищуренным взглядом.

– На самом деле, – заговорил он после паузы, – перед магом сначала формируется область в виде шара, изолированная от остального мира энергией мага. Потом шар сжимается, создавая внутри избыточное давление воздуха.

– Ага, а потом энергия убирается и происходит резкий хлопок, – произнес Аринэль. – Ловко.

– Убирается с одной стороны, обращенной к цели, – уточнил Хаймар, и в его голосе прозвучало подозрение. – Вы что, тут уже пробовали такое? Одни?

– Конечно, нет, кто бы нам позволил, – ответил Аринэль. – Это просто догадка.

– Догадка? – Хаймар потер подбородок. – А ну-ка. Формула Водяного Бича. Жест Кулак в сторону источника воды.

Он ткнул в направлении ведра с водой, стоящего у входа. Из ведра поднялся шар, внутри которого была вода. Точнее это и смотрелось, как водяной шар.

– Другой рукой Жест Кольцо.

Мужчина сделал так, будто обхватил ладонью цилиндр, примерно сантиметров пять в диаметре.

Шар воды сделался... Хм, действительно, похоже на веревку... Которая сделалась очень тонкой, едва с палец толщиной.

– Первой рукой направить сырой силой конец водяного бича в сторону цели, – продолжил учитель. – И сделать Жест Указание.

Хаймар ткнул указательным пальцем в сторону ведра. Ведро подпрыгнуло, словно его прострелили. И ведь и вправду прострелили. В дереве ведра появилась небольшая дырка. Примерно с полсантиметра.

«А надо умничать?» – подумала Аринэль, подойдя к ведру, якобы посмотреть и убедиться.

А на самом деле подумать над тем, стоит ли светить понимание процесса.

– Я могу ошибаться, учитель, – произнес Аринэль, заглянув в ведро. – Но теперь вы уплотнили воду?

– Совершенно верно, Аринэль, – кивнул мужчина. – От уплотнения также создается избыточное давление. И вода через небольшое отверстие приобретает силу пробить тонкой струйкой... что-нибудь.

– А на какое расстояние можно так стрельнуть? – поинтересовался парень.

– Это зависит от того, сколько воды ты захватил изначально и насколько сильно ты ее сжал, – ответил Хаймар. – Хм, Аринэль. Учителя в Академии будут довольны таким аколитом, как ты. Продолжай и дальше вот так интересоваться сутью вещей. Но теперь давай все-таки вернемся к тому, чтобы ты научился контролировать забор и истечение своей силы...

Два дня спустя после возвращение Аринэля в замок Тайфол

Поверхность неспешно текущей воды дрогнула. А потом она прогнулась, будто в реку опустили громадный невидимый шар. Стоящие на том берегу орки, естественно верхом, двинулись к реке.

Степняки вели за собой немаленький такой табун. Воины, подростки, женщины, все были верхом и направляли лошадей в организованный Хаймаром Детарином брод. Лошади пересекали реку и, пофыркивая, шли дальше, направляемые орками.

Аринэль смотрел на этот исход, и в его голову приходило понимание кое-чего. Вот смотрите. Все воины барона Тайфола рассекают на орочьих коняшках. Аринэль же видел и других копытных четвероногих, которые были гораздо жиже статью. Они использовались королевскими рыцарями в качестве средства передвижения, то есть воины берегли орочьих скакунов для боя. А баронские военнослужащие гоняли исключительно на степных лошадках. Вывод – орочьи лошади лучше. И не просто лучше, а дорогие. Это что же, отец крышует конезаводчиков? Причем получается, чисто по-родственному? Чуется тут гешефт! Ох, чуется!

За табуном Аринэль увидел крытые повозки, довольно большие. Они были похожи на фургоны американских переселенцев. Тащили их, конечно, тоже орочьи лошади. А большое племя-то... Этих фургонов было десятка три.

– Ари! – сдвоенный девичий крик отвлек парня от наблюдения.

К стоящему рядом с учителем Хаймаром Аринэлю подлетели две девушки-орчанки. И чуть ли не прямо с седел натурально кинулись на парня. Тот только и успел, что удивиться, как полетел на траву сбитой кеглей.

– А чтоб меня! – выругался парень. – Вы чего творите?

– Мы просто рады! – радостно известила одна из девушек, лежащих на нем.

– Очень рады! – добавила вторая, и в ее голосе зазвучал укор. – Ты так давно не приезжал, Ари!

Таша и Дара Хейгар. Подруги детства Аринэля. Они были чуть постарше, и когда Аринэль гостил у орков, они с чего-то взяли на себя заботу о нем. Ну как, с чего-то... Это молодой Тайфол так думал. А вот теперешний Аринэль выудил из памяти характерную сценку, где Таша и Дара расквашивали носы другим детям. То есть да, подруги были крайне боевые и натурально выбили себе право находиться с молодым баронетом. А еще... Мать моя, эльфийка, ни хрена ж себе они буфера-то отрастили!

– Это, – забеспокоился за свой моральный облик Аринэль. – Вы... Слезайте с меня!

– А ты что, не рад? – заглянула ему в глаза Таша.

– А я чувствую, что рад, – в черных глазах Дары прыгали бесенята.

Аринэль вздрогнул, когда его младшего коснулись. Однако! Ни фига себе тут порядки! Но, черт возьми, какие красивые девчонки! Черногривые, смуглые... Больше походят на южноамериканских красавиц, чем на классических степных женщин. Ну, это которые плосколицые. Тут вообще все не так. Крепко сбитые, крутобедрые (так, а ну-ка руку убрать!), а уж спереди... Аринэль с треском оторвал взгляд от... «глаз» девушек. Да, орки предпочитали безрукавки в качестве повседневной одежды, так вот сейчас волнительные холмики были отлично видны! Прибавить сюда черные глазищи, чувственные губки и от этих знойных воительниц решительно невозможно по доброй воле оторвать глаз. Тем более, когда к тебе выказывают столь прямую симпатию!

– Таша, Дара, – Аринэль постарался придать голосу ту уверенную силу, которую слышал у Брана Тайфола. – На нас смотрят.

– И что? – фыркнула Дара. – Пускай завидуют!

Кстати, впервые в жизни Аринэль пощупал именно ее грудь. И если бы не малолетство, то щупанием бы дело не окончилось. Ага, а второй была Таша. Такой вот у них был тандем. Таша тоже не отличалась скромностью, но Дара вообще оторва, каких поискать.

– Дара, Таша, – раздался низкий и строгий мужской голос. – Не время отдыхать.

– Ну, вождь! – чуть возмутилась Дара.

– Давайте быстро в седла, – басом приказал Тар Хейгар и кивнул: – Аринэль.

Девушки, выражая на лицах крайнюю степень обиды, забрались в седла. Ари, встав, кивнул их отцу.

– Доброго дня, вождь, – произнес парень. – Не ругайте их. Они просто радовались нашей встрече.

– Хм, гляжу, жеребенок становиться жеребцом, – слегка улыбнулся орк. – Доброго дня, баронет.

Он тронул ногами бока лошади и поехал дальше. Девушки, бросив на Аринэля многообещающие жгучие взгляды, двинулись следом за отцом. А мимо уже ехали фургоны. Стойбище перебиралось за реку, чтобы не попасть под удар угрозы из степи.

«Но насколько же у них мужики страшные», – подумал парень, смотря на орков.

Мощные челюсти, резкие, грубые черты лиц. И вместе с тем женщины, в большинстве своем, красивые. Словно разные народы. Конечно, эта красота дикая, кому-то они покажутся даже уродливыми. Но Аринэлю нравились. Они настоящие, их красота естественна, а не сделанная и подогнанная в угоду сиюминутного представления об эталоне женской привлекательности.

«Тут мы с отцом крайне похожи. Бран Тайфол тоже, походу, предпочитает сильных и опасных женщин».

– Аринэль, сейчас я буду деактивировать формулу, – произнес Хаймар.

– Да, я внимательно смотрю, учитель, – откликнулся парень и выкинул из головы все мысли.

* * *

Вернувшись с плановой ротации орочьего стойбища, Хаймар и Аринэль застали странную картину на тренировочной площадке. То есть сначала они увидели толпу в той части замка, а подойдя ближе, заметили Мару Тайфол в сером брючном, явно предназначенном для активного времяпрепровождения костюме. На боку у старшей жены барона был орочий ятаган. Не такой огромный, конечно, как у мужчин орков, но вполне себе внушительная ковырялка, с длинной рукоятью для двуручного хвата. Она стояла сбоку, а на утоптанной земле площадки друг напротив друга стояли мама Вайлири и Криста... как там ее. В общем, принцесса. Эльфийка тоже была одета в дорожную одежду, только зеленую, а точнее пятнисто-зеленую.

– Учитель, – спросил Аринэль, – а что тут происходит?

Еще две мамы стояли тоже рядом. Саятана Тайфол была в своем обычном платье, на этот раз синего цвета, с вкраплениями белых рюшек и такого же цвета оторочек по подолу и широким рукавам (кстати, тут была мода, что рукава должны доходить до основания пальцев), ну, а Каяра Тайфол тоже, как обычно, была одета по-орочьему, то есть штаны из грубой ткани (в обтяжку. И не надо тут говорить, что так принято в стойбище, явно спецом!), белая мужская рубашка и кожаная (приталенная!) безрукавка. Естественно, на ее боку имелся меч, но Каяра предпочитала почему-то городской клинок, который был почти как шпага. Зрители стояли немного в отдалении, из уважения и, похоже, опаски.

– Хм, – Хаймар покосился на парня. – Думаю, они решили познакомиться поближе.

– Интересный способ, – произнес Аринэль. – А просто поговорить никак?

– Так быстрее, – усмехнулся мужчина. – В бою суть разумного обнажается гораздо выпуклей. Так, Аринэль, иди к сестрам, а я пригляжу за боем, чтобы дамы не увлеклись.

Аринэль подошел к сестрам и брату, которые наблюдали за происходящим по праву родства, из первых рядов.

– Это что тут за турнир? – спросил парень.

– Как вы ушли, они орали в трапезной, – ответил Грег. – Потом оттуда вылетел отец. Я его еще таким красным не видел, и тоже уехал.

– А они орали, орали и вышли сюда, – подхватила Виона.

– Да все же очевидно, – скучающим тоном произнесла Саманта. – Похоже, у папы скоро появится еще одна жена. А сейчас ее проверяют, достойна ли.

– Хех, оригинальный способ проверки, – хмыкнул Аринэль. – А почему тогда Криста меч отдает?

Гостья и вправду передала свой клинок одному из красноплащевых рыцарей, троица которых стояла на противоположной от детей Брана Тайфола стороне площадки.

– Ну, ты-то, Ари, должен знать, – это укоризненно произнесла Рэйса. – Эльфы на клинках не дерутся просто так. Да и два лепестка против шпаги... Тут без ран никак не обойдется.

– Спасибо, о великая воительница! – иронично ответил Аринэль. – Ты пролила свет истины в царство тьмы в моей голове!

– Стукну, – погрозила кулаком Рэйса.

– Так, может, тоже выйдем, разомнемся? – поднял бровь парень.

– Хорош языки чесать, смотрите, – вмешался в перепалку Грег.

– Да, мой генерал, – не удержался Аринэль.

На это старшой покосился на младшего и слегка двинул бровями. А тем временем дамы на площадке сошлись, мама Вайлири что-то сказала Кристе. Та ответила, вскинув подбородок. И махач начался.

Мама Вайли без изысков провела несколько ударов руками и один достиг цели. Криста, как оказалось, тоже была не из нежных, только голова слегка мотнулась, женщина оскалилась и стала наседать в ответ. Удары, блоки. Женщины, красивые женщины, стройные, гибкие, сильные, без дураков пытались друг друга отметелить. Ага, в ход пошли и ноги. Только это были не красивые взмахи, а хлесткие короткие удары по ногам.

Может, опыт, а может, и более хорошая выучка, но мама Вайлири все-таки сумела подловить соперницу и влепила ей удар прямо в подбородок. Криста слегка поплыла и тут же пропустила удар в ухо. А потом по бедру ногой. Девушка ушла в глухую защиту, отбиваясь от сыплющихся на нее ударов. Но видно с духом у нее все в порядке, попыталась контратаковать.

– Ой! – поморщился Аринэль, когда Криста получила удар коленом и прямо по лицу.

Вайлири, тяжело дыша, остановилась, глядя на соперницу, которая мотала головой.

– Мама, я тебя люблю! – крикнул Аринэль.

Вайлири несколько удивленно посмотрела в сторону сына. И как-то смущенно улыбнулась при виде радостного Аринэля, поднявшего руки вверх. А Криста проморгалась и распрямилась. На ее лице было суровое выражение и готовность продолжать. А также ссадина на скуле, уже наливающиеся фингалы под глазами и несколько неловкая стойка, ногу ей мама эльфа, видать, нехило подрубила. По подбородку девушки стекала кровь из носа.

– Подучить бы надо, – произнесла Вайлири, глядя на соперницу.

На поле вышли учитель Хаймар и Саятана Тайфол. Они подошли к Кристе, Саятана положила ей ладонь на лоб, Хаймар задрал рукав камзола и взялся за запястье. Когда они отошли, девушка стояла на ногах уверенно, вот только лицо так и осталось таким же. Но было видно, что последствия боя с эльфийкой устранены.

– Ваше высочество, – прогудел один из мужиков в красном плаще и сейчас без доспеха. – Хотел бы заметить, что я не вижу смысла в том, что вы отказываетесь от магии. Ваш стиль боя заточен на ее использование, поэтому вы не можете биться на равных.

– Вейрас, – спокойно ответила Криста. – Согласись – это полезный опыт. Не всегда резерв полон.

Мужчина немного подумал.

– Вы как всегда предусмотрительны, ваше высочество, – пробасил рыцарь.

«А я смотрю, Криста пользуется уважением среди этих товарищей».

Рыцари в алых плащах не производили впечатления нубов. Наоборот, это были явно опытные, немногословные и крайне серьезные ребята. Интересно. Но может, они типа так принцессу поддерживают?

Тем временем Кристе отдали клинок. А против нее вышла Каяра Тайфол. Мечи из ножен вынули, но потом на клинки надели что-то типа... гы-гы, гондонов!.. тьфу, то есть кожаных чехлов. Логично так-то.

Мечи столкнулись с глухим стуком. Да, вот это скорость! Обе предпочли резкий и быстрый выпад, чтобы прощупать соперницу. А затем агрессивный стиль Каяры Тайфол натолкнулся на работу от обороны Кристы. Хм, не слишком удачный выбор. Измотать такого противника, как мама Каяра, это ж надо прям изловчиться. Орки вообще крайне выносливые разумные. Клинки продолжали сталкиваться, конечно, соперницы не брали удары на жесткий блок, городские мечи – это не двуручники. Опа, ловко, ловко. Каяра в последний момент отвела клинок противницы в сторону. Интересный финт, надо будет потом попробовать повторить.

«Надо так-то вообще тело протестить на предмет сохраненности навыков!»

Вот Криста едва успела отдернуть голову от удара эфесом. Да, пограничье это не дворцовые сады. Тут никакого соблюдения эстетики, грубость и сила. Впрочем, не видно, чтобы девушка была сильно удивлена. А, вот и сама... попыталась... Ох, опять в нос получила! Но отмахнуться от колющего в грудь Криста смогла. А вот от удара сапогом в голень нет. Ну, и сразу ее схема стала сыпаться. Она уже не плела свой рисунок, а пыталась банально защититься. А идти на поводу у соперника... Это получить скользящий по животу, укол в плечо. Каяра отвела клинок соперницы в сторону, дернула ее к себе и прислонила лезвие клинка к шее. На лице принцессы отразилось разочарование.

– Для столицы неплохо, – произнесла Каяра. – Даже хорошо. Думаю, с магией ты бы выдержала дольше.

– Благодарю, – коротко ответила Криста.

Стоящие рядом с полем мамы Мара и Саятана о чем-то негромко переговаривались. А народ, наблюдающий за происходящим на поле, натурально балдел. Как же, такое развлечение, благородные друг дружке лица чистят! Да еще и красивые женщины! Правда, сейчас красивой Кристу Вестфолен назвать язык не повернется. Синяки под глазами, как у панды, нос явно сломан, губы разбиты. Суровые тут брачные игры.

На поле вышла Саятана. На ее губах была характерная злая улыбочка. Народ слегка загомонил.

– Защищайся, – коротко бросила Саятана.

Криста молча кивнула. Клинок, кстати, она не убрала, а так и стояла с ним наизготовку. Саятана же резко выдала несколько жестов и ткнула двумя пальцами, будто изображала наличие в руке пистолета, в сторону оппонентки. Раздался глухой звук, будто что-то бумкнуло вдалеке... Криста, с выражением дикого напряжения, качнулась, перед ней на краткий миг проявилась вогнутая линза, по которой растекались струи чего-то белого. А Саятана сделала Жест Открытая Ладонь. Резкий свист, Криста натурально зарычала, противостоя невидимой силе. Саятана несколько мгновений наблюдала за ней, чуть склонив голову набок. А потом сделала движение рукой, будто схватила что-то, и Криста едва не навернулась вперед.

Девушка опустилась на одно колено, а жены Брана Тайфола немного отошли в сторону и о чем-то переговаривались. Красные плащи подошли к принцессе, один их них помог ей подняться. Девушка явно выдохлась, стояла с трудом... Но с поля не уходила.

Вот от четверки отделилась Мара Тайфол. Она подошла к девушке и подняла ее голову за подбородок.

– Это был последний раз, Криста Релия Вестфолен, – слова падали в наступившую тишину тяжестью булыжников, – когда ты была против нас. Отныне и навсегда ты или с нами, или мертва.

– Это честь для меня, Мара Гитеус Тайфол, – девушка с трудом поклонилась.

Ее губы тронула слабая улыбка.

– А теперь скажите, сестры мои, – заговорил Аринэль. – Ну, и брат. Мы теперь что, будем в родстве с королевским родом?

На это Саманта, Виона и Грег посмотрели на парня с таким выражением на лицах, с каким смотрят на несущего глупость недоросля. Собственно, Аринэль им и был, поэтому состроил непонимающий вид.

– Братик, – со вздохом сказала Саманта, – наш отец из имперского рода Кайрас. Герцогского, если ты не в курсе.

– А, что-то такое мне говорили, – кивнул Аринэль. – Так мы будем родственниками короля или нет?

В этот момент к полю подъехала коляска. В ней сидели мрачный, как туча, Бран Тайфол и мастер Цевитос. Барон выбрался из коляски, оглядел результаты. И покачал головой. А целитель с легкой улыбкой на лице подошел к Кристе, похоже уже скоро не Вестфолен.

А потом алые плащи были внезапно оттеснены воинственными женщинами Тайфол. К хозяйкам замка на полусогнутых подлетели слуги, уже с носилками. Вяло сопротивляющуюся девушку уложили на них и слуги резво порысили в сторону главного здания. Мара Тайфол, улыбаясь, прихватила руку мастера Цевитоса, что-то негромко ему вещая. Мужчина степенно кивал в ответ. А на лице барона Тайфола проявилось характерное выражение командира, которому срочно требовалось кому-нибудь устроить учения, приближенные к боевым, сиречь докопаться. Слуги, видя все это, спешно рассосались, красноплащники (сразу видно опытных служак) не менее резво удалились в закат. Аринэль это все наблюдал, стоя у кузницы, что-то вот захотелось вдохнуть запаха каленого железа. Грег, хитрая рожа, назначил себя ответственным за переноску утомившейся леди, поэтому свалил еще раньше, вот же у него чуйка-то прокачалась за время службы!

Старший Тайфол оскалился и, повернувшись, обратил свой ясный взор на караулку.

«Тяжелый день будет у воинов», – глядя в спину широкого шагающего барона, подумал Аринэль.

Глава 6

Разумеется, в замке Тайфол имелась библиотека. Так вот, Аринэль реально не знал, где она находится. Вот совсем. Предполагал, что на третьем этаже, в дальней комнате, но сам там ни разу не был. Парень вообще сильно и последовательно не любил все, что связано с обучением. Нет, он был грамотным, тут, как говорится, не хочешь, заставят, но чтения избегал категорично.

Библиотека была небольшая. Книг на сто. Ну как небольшая. По сравнению с таковыми на Земле. Только там были общественные, а тут личная. Четыре шкафа вдоль стен, у окна стол, за ним кресло. Чтоб, стало быть, свет из окна падал на читаемый текст. Тут же на столе имелся магический светильник. Неожиданно, да? Аринэль тоже, когда наткнулся на такой осветительный прибор у себя в спальне, слегка прибалдел. Представлял он собой продолговатую стеклянную колбу, закрепленную на деревянном цилиндре-подставке. Внутри колбы был какой-то кристалл. Сверху на колбу была надета металлическая медная шляпа, изнутри начищенная чуть не до зеркала. Вместе с тем тут стоял и подсвечник со свечами, так сказать, альтернативное освещение.

Вот уже не раз Аринэль натыкался на то, что Бран Тайфол явно непрост. Очень сомнительно, что подобные светильники были обыденным предметом. Именно потому, что рядом стояли свечи. Если бы магические средства освещения были обычным делом, зачем нужны свечи?

– Господин, вам принести что-нибудь? – Цеси как-то сильно буквально восприняла свою должность и натурально ходила по пятам.

– Слушай, да, – произнес Аринэль. – Принеси, пожалуйста, травяного отвара.

Тут, вместо чаев, заваривали набор трав. Кстати, неплохой вкус имел этот напиток. Не чай совсем, но приятно. Цеси поклонилась и вышла за дверь. Дробный перестук ее каблучков сказал о том, что далее девушка перешла на бег. Аринэль улыбнулся такому рвению.

Честно говоря, он отправил девушку из-за того, что опасался показать свою неграмотность. А вдруг он ничего не сможет прочитать? Хотя, конечно, Цеси-то должно быть это все равно. Просто... Ну, не хотелось и все тут.

Парень подошел к полкам. Буквы тут походили, собственно, на буквы. Никакой клинописи или иероглифов. Вполне конкретное обозначение звуков, составленных в слова. К счастью, Аринэль стал буквально сразу понимать, какой звук обозначают буквы.

«Кареонус Даэрон-Мерия. От барона до короля», – прочел он на корешке одной из книг.

«Хм. А столица вроде называется вот так же, по фамилии этого человека. Видать, выдающийся товарищ был».

Аринэль вытащил книгу. Довольно толстая, увесистая такая. Ей, при случае, и приложить можно нехило. Парень прошел к столу, положил на нее книгу и уселся в кресло. На улице уже наступал вечер, поэтому он задвинул штырь, торчащий в основании светильника, зажигая его. Кристалл в колбе засветился, сначала неярко, но чем дальше, тем все сильнее. И, наконец, на стол упал круг ярко-белого света.

Так, обложка книги деревянная, обтянутая кожей. Страницы были не сшиты, а склеены, чем-то типа смолы. Титульный лист был красивый, буквы витиеватые, еще имелся портрет, видимо этого самого Кареонуса. Но самое интересное, что буквы и портрет, они были явно не вручную сделаны.

Аринэль перелистнул страницу. И перед ним предстал довольно крупного размера текст, буквы были с половину ногтя величиной. Весь фокус был в том, что текст был явно отпечатан, а не написан. Вот тебе и средневековье. Все-таки пора прекратить проводить аналогии. Это не Земля.

* * *

На обратном пути с кухни Цеси встретилась с Самантой Тайфол.

– Ага, – произнесла молодая госпожа, видя поднос, на котором были большая кружка (господин любит пить) и несколько кусков пирога. – Братику несешь? А ну да, кому же еще.

Цеси уважительно, насколько это было возможно с подносом в руках, поклонилась.

– Ну, что замерла, пошли, – сказала Саманта. – Я тоже хочу поговорить с Ари.

Они поднялись на третий этаж, молодая госпожа шла впереди.

– Простите, – сказала Цеси, когда Саманта взялась за ручку двери в комнату Аринэля. – Но господин не у себя.

– А где? – удивилась Саманта, посмотрев на служанку.

– Он в библиотеке, – ответила та.

– Где? – у Саманты взметнулись брови. – Ари? В библиотеке?

– Да, госпожа, – слегка поклонилась Цеси.

– Я хочу это видеть! – Саманта резко развернулась, взметнув юбкой, и стремительным шагом пошла дальше по коридору.

Без всякого стука она отворила дверь. И замерла на пороге.

– Брат мой, – заговорила девушка после длинной паузы. – Может, тебе все-таки показаться еще раз мастеру Цевитосу?

Саманта вошла в библиотеку. Цеси последовала за ней, обогнула молодую госпожу и поставила поднос на стол. Поклонившись, она отошла в сторону.

– Мне приятно, что ты заботишься обо мне, Анти, – произнес Аринэль, беря кружку. – И неприятно, что столь невысокого мнения о моих умственных способностях.

– Ты в книжке, что ли, такие слова вычитал? – кивнула на книгу Саманта, подходя ближе. – Что это ты читаешь?

Она подняла книгу, чтобы увидеть название. И на ее лице снова отпечаталось удивление.

– Ари, – каким-то не своим голосом произнесла Саманта.

– Да? – спросил парень, осторожно отпив горячего травяного напитка.

– Это что? – подняла на него глаза девушка.

– Книга, – иронично ответил Аринэль. – Цеси, спасибо, очень вкусно!

– Рада служить вам, господин, – откликнулась та.

– Аринэль, ты что, читаешь эту скукоту? – произнесла Саманта.

– Как видишь, сестра моя, – улыбнулся парень. – И замечу, весьма неплохо изложено.

Девушка потянулась и пощупала лоб брата.

– Ты кто? – спросила она. – Ты демон, что вселился в моего брата, да?

– Ага, – ответил Аринэль серьезным тоном. – И теперь я планирую захватить этот мир.

Саманта распрямилась и несколько секунд молча смотрела на брата.

– Тогда можно я с тобой? – улыбнулась девушка.

– О, конечно, – ухмыльнулся Аринэль. – Мне нужны верные подручные.

Саманта сверкнула глазами.

– Тогда, братик, – ее голос окрасился игривостью, – почему бы нам не скрепить наш союз?

Девушка оперлась руками о стол и наклонилась к парню.

– Мы скреплены родственными узами, сестра моя, – ответил Аринэль. – Думаю, этого достаточно.

Он посмотрел прямо в глаза девушке, лицо которой сейчас было очень и очень близко. Саманта улыбнулась дьявольской такой улыбочкой.

– Ты можешь считать как угодно, брат мой, – негромко произнесла она.

В дверь постучали, и Саманта распрямилась, но продолжала смотреть в глаза брата. Тем временем Цеси дошла до двери. И отошла в сторону. В библиотеку зашла Ирая Таннаер, личная слуга Мары Тайфол. Под стать своей госпоже, дама была рослая, явно сильная, а Аринэль точно знал, что Ирая платье носила только здесь, в замке. Она не была красавицей, скорее наоборот, ее черты были довольно грубые. Один нос чего стоил. Но при этом все-таки в ней было что-то такое, притягательное. Женщина легко склонилась и распрямившись, произнесла:

– Госпожа, господин, – голос Ираи был глубокий, звучный (интересно, а как она стонет? Тьфу! Что за мысли?!). – Господин барон желает, чтобы вы пришли в трапезную.

– Ну, вот, – поморщился Аринэль. – Не дали почитать спокойно. Отец не говорил, зачем?

– Нет, господин, – ответила Ирая.

– Ладно, идем, Анти, – произнес Аринэль. – Цеси, эту книгу принеси в мою комнату. И поднос тоже.

– Да, господин, – склонилась девушка.

* * *

Аринэль зашел в трапезную и приподнял бровь. Отец сидел румяный, этакий добрый молодец... под сороковник, да. Мама Мара сидела с ним рядом, причем вплотную и мужчина обнял супругу за плечи.

«Э, да их благородия нарезаться изволили!»

– Доброго вечера, отец, – склонил голову Аринэль.

Вошедшая следом Саманта молча поклонилась. Бран Тайфол оглядел детей с явным удовольствием.

– Вот, младшие мои! – в голосе барона звучала гордость. – Одаренные!

Вайлири Тайфол, кстати, сидящая с другой стороны от своего мужа (так, а где вторая рука у отца?), гордо улыбнулась... И бросила на отца влюбленный взгляд. Аринэлю аж неловко стало, словно к ним в спальню ввалился.

– У нас самые лучшие дети в мире! – Каяра Тайфол опустошила кубок и жахнула им по столу.

– Кая, давай без этих твоих кабацких замашек, – поморщилась Саятана Тайфол.

Кстати, она сидела рядом с Кристой и... обнимала ее. А девушка была явно изрядно пьяна. Она перевела мутноватый взор на Аринэля и Саманту.

– Двое одаренных? – в голосе Кристы сквозило удивление. – Недаром мой отец благоволит вам.

– И Саманта, и Аринэль уже скоро поедут в Академию, – продолжал Бран Тайфол.

– Но им же еще явно мало лет? – удивилась Криста.

– У них уже пробудился Дар, – ответила на это Саятана Тайфол. – Поэтому я уже отправила письма в Академию. Осенью они поедут в Империю.

– Ари, Анти, – произнес отец. – Завтра покажете Кристе замок и окрестности.

– Да, отец, – опять склонил голову Аринэль.

– Такой же красавчик! – внезапно произнесла Криста Вестфолен. – И сразу видно, весь в отца будет! Так же безжалостно бить сердца!

Криста внезапно всхлипнула.

– Вот, выпей, – заботливо сунула бокал в ее руку Саятана. – Муж мой, вот зачем было доводить благородную даму до такого состояния?

– Так это, – барон смутился (!). – Я же не знал...

– Ты пообещал ей, что возьмешь ее замуж, муж мой! – произнесла Мара. – Мы такое не забываем!

– Да ей же было четырнадцать, – буркнул Бран. – И я не обещал такого.

– Ты сказал, что, когда мне будет двадцать пять, ты женишься на мне! – поднялась Криста, ткнув в мужчину пальцем.

При подъеме дамы загремели на столе тарелки, а Саятана, словно так и было задумано, невозмутимо подхватила падающий бокал с вином.

– Если не будет других кандидатов! – уточнил барон. – Кто же знал, что у принцессы таковых не будет!

– Ты жесток! – Криста упала обратно на стул.

– Раз обещал, придется делать, – деловито произнесла Саятана. – Кристе двадцать пять и других кандидатов нет. Крис, не переживай, все будет хорошо.

Женщина погладила девушку по голове.

– Мы это, пойдем, ладно? – опасливо произнес Аринэль.

Мама Мара кивнула. Аринэль и Саманта тут же вышли в коридор.

– А завтра это было нельзя сказать? – негромко произнесла девушка.

– Да ладно тебе, – ответил парень. – Мне кажется, отец просто хотел погордиться.

– Мужчины, – вздохнула Саманта.

Аринэль иронично посмотрел на сестру.

«Если я что-то понимаю, то женщины устроили заговор. И отцу тут никуда не деться!»

Парень усмехнулся.

«Но четыре женщины, да еще одна... Это ж прям марафон. А отец – мужик!»

– А наш отец-то, оказывается, в молодости во дворцах бывал, – произнес Аринэль.

– Ну да, – теперь уже Саманта посмотрела на брата с иронией.

– Да-да, я не знал, – сказал парень. – Ладно, пойду, почитаю.

– Вместе со своей служанкой? – девушка сощурилась.

– Анти, с Цеси вместе я сплю, – ответил Аринэль. – А книги я читаю самостоятельно.

– Спишь? – Глаза Саманты вообще превратились в щелочки.

– Да, ты знаешь, мне понравилось спать вместе с женщиной, – ответил парень.

– Служанка спит с тобой в одной кровати? – не успокаивалась девушка.

– А что такого? – усмехнулся Аринэль. – Тепло и приятно. Мне нравиться.

Саманта нахмурилась. Ее верхняя губа было вздернулась в оскале. А потом она, ни слова не говоря, вскинула голову и ушла.

* * *

Фактически история Кареонуса Даэрон-Мерии была историей королевства Та-Релия. Почти четыреста лет назад молодой, но крайне амбизиозный барон, одаренный, кстати, боевой маг, адепт Огня, вернулся в родное баронство, принимать наследство. А принимать-то было почти нечего. Пограничное баронство. Небольшой замок, на краю Империи, в предгорьях Синих Гор. В государстве, которому он служил, была крайне напряженная обстановка. Собственно, Кареонус, несмотря на молодость, был уже ветераном и только что закончились сначала мятеж (автор книги иначе, как предатели всех разумных мятежников не называл) внутри Империи, а потом разрушительная война на истощение против дерра...

...Дерра – это что-то типа существ каких-то. В памяти Аринэля отложилось только одно понятие. Дерра – это синоним врага. Надо будет об этом узнать подробнее...

...Империя выживала, поэтому Кареонусу неоткуда было взять помощи. Ему бы бросить все, да вернуться на службу, но тут молодого мага сразила любовь. Причем объектом выражения высоких чувств стала дочь эльфийского князя. При чем тут баронство? Так Роща князя располагалась неподалеку.

(И, похоже, по статусу была не выше самого баронства.)

Далее история Кареонуса Даэрона, а теперь еще и Мерии (Роща так называлась эльфийская – Мерия) была наполнена чередой стычек с местными дерра – антами.

(Ант – это дерра. Понятно. Местные дерра? Значит, есть и другие виды?)

Видимо, ему сопутствовал успех. Или имперские власти отметили факт того, что со стороны именно этого баронства не приходят дерра. А может, тут и эльфы подсуетились. В книге не сказано, но в какой-то момент Кареонус уже командовал небольшим войском. Так вот, барон смог найти матку антов. Так и написано, без подробностей. Нашел и уничтожил.

(Так, интересно, как-то после этого он круто в гору пошел. Вот же, прямо сказано, нанял воинов. Заложил замок. Оставим зарубочку.)

...Аринэль оторвался от чтения. Ого, уже было довольно поздно. На улице стояла ночь. И напиток кончился, вместе с пирогами. Парень потянулся. И наткнулся взглядом на Цеси.

– Цеси, а ты что, все время вот так и стояла? – спросил Аринэль.

– Господин? – слегка удивилась девушка.

– М-м, – нахмурился парень. – Так, на будущее. Не надо изображать статую, ладно? Видишь, что я занят, присядь.

– Но... – заговорила было Цеси.

– Солнечная моя, – перебил ее парень. – Я хочу, чтобы ты не была уставшей к ночи. Понимаешь, о чем я?

– Д-да, господин, – девушка слегка зарумянилась.

– Вот и славно, – Аринэль зевнул, прикрыв рот (хм, вот же мама Саятана этикет-то вбила, на уровень рефлекса). – Как ты думаешь, теплая вода еще есть? Помыться хочется.

– Я сейчас узнаю, господин.

* * *

Терма в замке Тайфол представляла собой пристрой к главному зданию и состояла из трех помещений. В первом, размером три на четыре, предполагалось раздеваться и предаваться чревоугодию, если было такое желание. Вдоль стен тут стояли лавки, причем обтянутые тканью, имелся стол. Из раздевалки дверь вела, собственно, в помывочную. Тут тоже были лавки возле стен, но, понятно, не обтянутые тканью. Посередине комнаты имелись четыре емкости для воды. Одна здоровая, ведер на двадцать, там была холодная вода. Еще три были поменьше, две ведер на пять, одна совсем небольшая, на три, наверное, и под каждой имелась печка, трубы от которых тянулись в потолок. Вот в печке под маленькой емкостью сейчас весело потрескивали дрова. Помывочная была чуть меньше раздевалки, а следующая комната была совсем небольшой. Там стояла печь, обложенная камнями, и небольшой бак для воды. Парная, надо полагать. Тут и лавки были ступенчатые, то есть первая на уровне... чуть ниже пояса, с нее можно было залезть на ту, что была на уровне груди, и следующая уже чуть не под потолком, примерно на уровне головы.

«Интересно, а веники тут существуют?» – подумал Аринэль, заглянув в парную.

Кстати, оригинально тут проблема освещения была решена. Свечи, только почему-то черные, ставились в деревянную пирамидальную подставку, а та в свою очередь, в большой стеклянный фонарь. Точнее, это был ящик под потолком возле стены с полукруглой прозрачной стенкой. Позади подсвечника имелась медная пластина, которая отражала свет. Читать, конечно, проблематично было бы при таком освещении, но мыться вполне.

Дверь в помывочную открылась. Смущенная Цеси, обнаженная, с деревянным ящичком в руках, зашла, аккуратно прикрыла за собой дверь.

Девушка поставила ящик, взяла один из деревянных тазов, висящих на стене, и определила его на лавку. Зачерпнула ведром воды, налила в тазик.

– Господин? – немного испуганно выдохнула Цеси, когда Аринэль обнял ее сзади.

– Ты такая красивая, – произнес парень, улыбнувшись. – Так и хочется тебя потискать.

Девушка зарделась. Но на ее личике появилась довольная, хоть и слабая улыбка. Аринэль отпустил Цеси и сел на лавку, рядом с тазом. Девушка, все еще полыхая щеками, взяла ковшик и зачерпнула горячей воды.

Сделав воду, Цеси бросила на Аринэля какой-то вопросительный взгляд.

– Да-да, ты будешь меня мыть, – произнес парень. – Господин я или нет? Хочу, чтобы меня помыла красивая девушка!

– Да, господин, – тихо произнесла Цеси с еле заметной улыбкой.

Девушка зачерпнула воды из тазика и подошла к парню. Осторожно, словно Аринэль был из сахара, она полила на парня.

«Эх, какая же милаха, а!» – сгреб Аринэль Цеси.

Та пискнула от неожиданности, оказавшись в объятиях парня. А потом на ее попу легли его ладони.

– Э-э, я немного увлекся, – произнес Аринэль, отпуская девушку. – Так мы не помоемся...

...Знал бы кто, как Цеси волновалась, входя в помывочную. А, как увидела Аринэля, стоящего у входа в парилку и почему-то рассматривающего свечи, так едва удержала в руках ящик с пенным порошком. Господин так на нее глянул... Его лицо, в обрамлении распущенных волос. Цеси, кроме шуток, едва не взвизгнула от восторга. Она даже про то, что сама обнажена, забыла!

И вот теперь она водит по спине парня мочалом... И раз за разом останавливает себя от того, чтобы просто не начать мыть руками. Чтобы пальцы скользили по его спине, спине воина, несмотря на молодость. Господин еще юн, но плечи уже широкие, под этой нежной кожей прощупываются тугие пучки мышц. Мужчина, пусть и только еще вступивший на путь взрослого.

– Эй, Цеси, – насмешливый голос Аринэля вернул девушку из созерцательного состояния. – Ты что, испытываешь на прочность мою способность сдерживаться?

Девушка увидела, что она и вправду уже просто водит по спине парня рукой!

– Простите! – пролепетала Цеси.

Она сделала шаг в сторону, загребла порошка из ящика, сыпанула его на квадрат мочала, сбрызнула водой из таза. И подошла обратно к парню.

– Господин! – вот теперь девушка реально взвизгнула, потому что Аринэль вдруг обернулся и, подхватив, поднял.

– Попалась! – сверкнул улыбкой парень. – Все, к дьяволу это мытье! Уже сил никаких нет!

Он опустил девушку и впился в ее губы. Шлепнулось на пол мочало. Цеси прижалась к крепкому телу парня, чувствуя, как слабеет в ногах. Аринэль оторвался от губ девушки и шагнул назад, увлекая Цеси за собой. Та даже и не думала сопротивляться и оказалась сидящей на парне сверху. И с готовностью приподнялась, когда господин опустил руку вниз. Тихий стон сорвался с ее губ...

Его губы... Ох, как же ей нравится целоваться с ним! Так восхитительно шумит в голове! Веки не просто закрываются, их словно стягивает что-то! А еще Цеси было стыдно из-за того, что она практически лежит на господине. Ай, зачем! Ай! Не надо, только не...

От губ и языка на соске Цеси почувствовала, как тягучее, медленно нарастающее удовольствие стало стремительно нарастать. И в помывочной раздался громкий, страстный стон женщины, достигшей пика наслаждения. Парень и девушка затихли.

– Нет, в кровати все же удобнее, – произнес Аринэль. – Давай домоемся и пойдем туда.

– Мой господин! – негромко протянула Цеси.

Да, она нахально обняла его. Но оторваться от него было пока выше ее сил. И они оба не заметили, как тихонько прикрылась дверь.

* * *

Аринэль этот день решил посвятить исследованию себя. А то тут, похоже, намечается что-то, надо знать, что он может. И с утра он решил прозондировать умение фехтовать. Аринэль прежний вроде в этом был неплох, даже отец его хвалил. Но сегодня барона лучше, наверное, не трогать.

В памяти всплыл квадратный мужчина, с таким лицом, будто начали делать статую, слегка обтесали и забили. Оргус Крайхар. Этот товарищ был кем-то вроде инструктора. И он тоже обучал Аринэля, когда отцу было некогда. К нему парень и пришел утром.

Навыки остались. Но была одна проблема. Как только Аринэль начинал задумываться, что он делает, руки и ноги моментально заплетались и он получал довольно болезненный тычок или удар. После одного такого, который пришелся прямо в солнышко, Аринэль, хрипя, осел на землю.

– Пока достаточно, – прогудел Оргус Крайхар, вставая рядом. – Тем более уже время обеда.

Аринэль, протолкнув, наконец, воздух в грудь, кивнул. Его подняли, и Оргус внимательно оглядел парня.

– У меня сложилось впечатление, Аринэль, – произнес старый вояка, – словно ты пытаешься свести воедино два разных умения.

Наблюдательный. Действительно, проблема была в этом. Абстрагироваться от мыслей-то он уже мог. Вот только в этом случае проявлялись не только навыки тела, но и знания, принесенные из другого мира.

– Мне показалось, или это умение боя без оружия? – продолжал Оргус.

Аринэль молча кивнул. Мужчина поморщился.

– Не мое, конечно, дело, – проговорил он. – Но эти эльфийские штучки... И когда вы успели-то. Ладно, приходи после обеда, посмотрим, что можно сделать.

– Благодарю, – хрипло произнес Аринэль.

Мужчина смерил его пристальным взглядом и, кивнув, развернулся и ушел. А Аринэль добрался до лавки и рухнул на нее. Надо же... Время пролетело, как один миг. А кажется, будто максимум полчаса назад он попросил Оргуса потренировать его.

– Господин, – раздался голосок Цеси.

Аринэль кинул на нее взгляд. И невольно улыбнулся. На лице девушки была неподдельная забота.

– Не волнуйся, Цеси, – произнес парень. – Со мной все в порядке.

– А я гляжу, – а вот этот уверенный голос принадлежал Саманте, – кто-то забыл, что ему еще с учителем Хаймаром заниматься надо.

– Ай, точно! – Аринэль потер лоб. – Ладно, скажу Оргусу, что приду завтра.

– Ари, зачем ты вообще с этим железом возишься? – подошла Анти вплотную. – Это же глупо, ты одаренный!

Аринэль посмотрел на сестру. Личико нахмуренное, губы сжаты. Налицо недовольство всем миром!

– А я вижу, что у кого-то плохое настроение? – насмешливо произнес парень, подняв бровь. – Кто обидел мою любимую сестренку?

– Все в порядке, – буркнула Анти.

– Ага, – иронично произнес Аринэль. – Именно поэтому от тебя с утра слуги прячутся?

Парень поднялся, дошел до сестры и обнял ее.

– Ну, давай, рассказывай, – ласково произнес парень. – Ткни пальцем, что тебе не нравится, и я уничтожу это. Слово Темного Властелина.

– Какого властелина? – не поняла девушка, подняв голову и посмотрев парню в глаза.

– Темного, – ответил Аринэль, улыбаясь глядя в ответ. – Это такой злобный, вечно алчущий крови король, который хочет захватить весь мир или вовсе уничтожить его.

– Никогда не слышала, – губы девушки дрогнули в подобии улыбки. – Это ты сам придумал?

– Почти, – ответил Аринэль. – А ты вспомни, вчера подписалась быть моим подручным. Так что тоже будешь причинять добро и справедливость, всем и каждому, кто не согласен с нами. Будешь... Темной Королевой! Прекрасной и беспощадной!

Последние слова Аринэль произнес, вскинув вверх кулак. Двое воинов, идущих мимо, недоуменно на них покосились.

– А эта, твоя... – Саманта мотнула головой в сторону Цеси. – Она кем будет?

– А Цеси будет верной и милой слугой Темного Властелина, – ответил парень. – И будет носить мне девственниц.

– Чего? – удивилась Саманта.

У Цеси, все это слышавшей, тоже личико вытянулось.

– Ну как же, – пояснил Аринэль. – Так положено. Темный Властелин должен перед завтраком принести в жертву девственницу. Хотя...

Парень улыбнулся и погладил сестренку по голове.

– Тут я думаю отступить от правил и использовать дев непорочных по-другому.

– Это как же? – сощурилась Саманта.

Аринэль наклонился к ее уху, якобы тайну сообщить.

– А это маленьким девочкам знать рановато, – шепнул он.

Секундная пауза, за которую парень успел распрямиться.

– Что?! – взвилась Саманта. – Это я-то маленькая?! Да я же тебя старше почти на год!!!

– Прости, прости! – Аринэль со смехом прижал брыкающуюся сестру к себе.

– Отпусти! – рыкнула Саманта. – А то ударю!

– Моя королева! Вы так прекрасны в гневе! – улыбнулся парень, чуть отстранив девушку для любования.

Саманта замерла. На ее щечки вылез румянец. Глаза слегка округлились. А потом девушка резко развернулась, скидывая с пояса руки Ари, и стремительным шагом, едва не бегом, ушла в сторону главного здания.

– Цеси, а ты как, не против быть слугой Темного Властелина? – произнес Аринэль.

– Как прикажете, господин, – поклонилась девушка.

* * *

Как приятно глядеть на помятые лица людей, накануне злоупотреблявших алкоголем, когда ты сам этого не делал! Мама Мара вяло ковыряла в своей тарелке, мама Вайлири ела какие-то овощи, причем цвет ее лица был почти как зелень на ее тарелке. Саятана налегала на компот, а перед ней был тоже лишь салатик. А вот Каяра Тайфол и отец сидели с румяными лицами и ели мясо. Сразу видно, кто с утра опохмелился! Круче всех, судя по всему, было Кристе. Она сидела с таким лицом, словно хотела сказать «добейте меня». Перед ней стояла тарелка с бульоном и стакан воды.

Виона и Саманта, как всегда, соревновались, кто изящнее ест (по чесноку, у Саманты получалось лучше, как говорится, ну так, при такой-то маме). А вот братец Грег был мрачнее тучи.

– Сын, – заговорил Бран Тайфол, смотря на старшего, – что-то случилось?

Грег поднял на отца тяжелый взгляд. И вздохнул, да так, словно похоронил кого-то с утра.

– Вы так и не спросили меня, – заговорил он глухо, – почему я приехал один. В смысле без Файлина.

– Ну, мало ли какие дела у него могли появиться, – благодушно произнес барон и стал серьезным. – Но, судя по твоему виду, ты хочешь сказать что-то неприятное.

Рядом с отцом посуровела Мара. Вообще, как-то прохладно стало в помещении.

– Когда мы уже с Файлином собирались, – заговорил Грег, – приехал его отец. Я не знаю, что произошло, но наутро Файлин пришел ко мне и официально разорвал помолвку с Вионой.

В трапезной повисла гнетущая тишина. На лице Вионы было выражение крайнего удивления. Неприятного удивления. А лица остальных словно закаменели.

– Я прошу простить меня! – пролепетала Виона и вылетела из-за стола.

Аринэль успел заметить, как ее личико прочертили дорожки слез. Грохнула дверь. А со стороны главного Тайфола раздался треск.

– Род Айтонол разорвал договоренность? – с ледяным спокойствием произнес отец... нет, барон Тайфол.

По руке мужчины на стол закапало вино из смятого медного кубка.

– Да, отец, – склонил голову Грег. – Я не смог вызвать Файлина на дуэль, они буквально сразу покинули столицу. Я прошу прощения за то, что промедлил.

«Саманта оказалась не права. Проблемы у Грега оказались совсем другие».

– А мне еще тогда не понравился этот парень, – морща в презрительно-яростном выражении нос, произнесла Каяра Тайфол. – Слишком он был приторный!

– Скажи, Грег, – тоном отца можно было пугать воинов, – а этот Файнель... Он знал, почему ты едешь домой?

– Да, я не думал, что это секрет, – четко, словно на допросе ответил Грег.

– Вот как, – зловеще улыбнулся Бран Тайфол. – Ну, это даже хорошо. Такой зять, он нам не нужен. Хм.

С барона сейчас можно было писать портрет «Я задумал месть».

– Для начала, Саятана, – произнес отец. – С Айтонолами мы дел больше не имеем.

– Конечно, муж мой, – мама Саятана внушала сейчас как бы не большее опасение, чем отец. – Я немедленно отошлю сообщение.

Улыбочка у нее сейчас была, ну чисто добравшейся до жертвы вампирши. Веселья в ней не было ни грамма. Одно предвкушение крови.

– С другой стороны, – уже задумчиво произнес Бран Тайфол, – почему Айтонолы так себя повели? Они ясно понимали, что произойдет далее. Их поспешный отъезд тому подтверждение.

Тут взор предводителя остановился на Кристе.

– Нет наемников, – негромко произнес Бран Тайфол. – Разрыв. Анты. Мне это очень не нравится.

* * *

Кузница работала просто без остановок. Но без истеричного надрыва, а деловито так, словно шиномонтажники осенью. Подмастерья выносили готовые металлические копья и складировали под навесом. Это были снаряды для метательных машин, которые стояли на башнях. А вот обычных стрел не делали, видать, те были бесполезны. Делали какие-то гипертрофированно длинные. Интересно, для каких луков?

Кстати, Аринэль раскопал в памяти, что это за анты такие. Если коротко, насекомые, похожие на жуков. Хотя нет, больше они походили на черепах, корпус от которых поставили на шасси насекомых. Черные вытянутые, приплюснутые твари, размером метра полтора в длину и высотой примерно по плечо. Их челюсти (или как там они называются у насекомых) легко перекусывали конечность. Нет, сам Аринэль живых антов не видел, только дохлых, но рассказывали ему о них немало.

Еще в ассортименте кузницы были болты, их выносили вязанками и тоже складывали под навесом. Кроме копий для машин, делали конные копья, щиты и топоры. Да-да, кузница в замке была немаленькая. Но ладно размеры... Где железо брали в таком количестве? Ответ Аринэль увидел в тот момент, когда шел вечером после занятий с учителем Хаймаром. Несколько телег, явно тяжело нагруженных, въехали в замок и направились к кузнице. А далее любопытствующий Аринэль увидел, как содержимое телег забрасывают в печь. Огромную такую, высокую и круглую печь.

«Я все больше офигеваю от отца», – подумал парень.

Получается, на территории баронства имеется источник железа. Аринэль вспомнил карту... Болота. Возле Рыбницы простираются болота.

А теперь сюда приплюсуем Брайбо. Городок, на секундочку. А города возникают не на пустом месте. Но тут пограничное баронство, а не пересечение торговых путей. На чем вырос Брайбо? Память Аринэля этого ответа не содержала. Да и пока парню это было знать не критично. Положим пока это дело на дальнюю полку, но если что, имеем в виду...

– Братец, – насмешливый голос Рэйсы-Алетты вывел Аринэля из размышлений. – И о чем ты так задумался?

«Кстати, я ж на стрельбище шел».

– Да знаешь, накатило что-то, – ответил парень. – Я этого Файнеля вспомнил. И вот захотелось мне ему голову отвернуть. И в зад вставить.

На лице Рэйсы появилось удивленное выражение. А Аринэль и сам почувствовал, что больно уж кровожадно это произнес.

– Хэх, братец, – сверкнула глазами девушка. – Раньше тебе это было не сильно интересно.

– А раньше мою сестру не обманывали, – мрачно ответил парень. – А вот теперь хочется увидеть ужас и отчаяние этого мужеложца.

Аринэль стиснул кулаки. А Рэйса подошла ближе. Некоторое время что-то внимательно рассматривала на лице парня.

– Ты чего? – спросил он.

– Да вот интересно, Ари, – сказала девушка. – Обычно Анти тебя как жеребенка на веревке водит, а тут ты внезапно где-то яйца достал.

– Грубовато, Рэйси, – усмехнулся парень. – А ты не думала, что Саманте просто ПОЗВОЛЕНО меня водить?

– И зачем тебе это? – спросила Рэйса.

– Не зачем, а почему, – ответил Аринэль. – Люблю я ее. И всех вас. Тебя, Виону. Грега.

«О, как накатило-то!» – удивился парень сам себе.

– А ты и правда как-то резко изменился, – озадаченно сказала девушка.

– Побываешь одной ногой за Гранью, посмотрю я на тебя, – спокойно ответил Аринэль.

Рэйса склонила голову набок, словно рассматривала диво-дивное.

– А эта служанка где? – она решила, видимо, перевести тему. – Она ж все время за тобой бегает?

– Пошла готовить комнату к приходу меня, – ухмыльнулся Аринэль.

– И чего там готовить-то? – не поняла девушка.

– Мне в подробностях рассказать? – поднял бровь парень.

– В каких еще... – тут до девушки дошло. – Фу.

– Не фу, а забота о господине, – пояснил Аринэль.

– Не думала, что ты такой... – нахмурилась Рэйса.

– Это еще какой? – поднял бровь Аринэль.

– Ладно, проехали, – поморщилась Рэйса. – Кстати, а ты куда это идешь?

– На стрельбище, – ответил парень. – У меня после всего этого, знаешь... Некоторые вещи я будто так давно делал, что несколько подзабыл. Так что приходится вспоминать или типа того.

– И ты так просто об этом говоришь? – возмутилась девушка. – Почему ты не сказал об этом мастеру Цевитосу?!

– Да сказал, не волнуйся, – успокоил ее парень. – Он ответил, что это последствия травмы.

– Ну, ладно, – вроде бы успокоилась Рэйса, но взгляд у нее еще оставался подозрительным. – Пошли. Составлю тебе компанию. Бра... тик.

* * *

Можно обвинять прежнего Аринэля в инфантилизме, но слабаком физически он не был. Даже наоборот, как говорится, развивал то, в чем был успешен. Хоть и не выглядел качком, но парень был довольно мускулистый. И лук, пусть и не типа английского чудовища в полный рост, а такой, не сильно мощный, он растягивал уверенно.

Свистнула стрела, пролетела под мишенями и зарылась в землю. Стрельбище было сделано за зданием казармы, вдоль стены, в углу замка. Метров на пятьдесят длиной. Но можно и подальше отойди, если захочется. Деревянные круглые щиты, диаметром с метр, стояли возле стены.

«Ага, это не пуля, уже на таком расстоянии есть настильность».

И да, при стрельбе из винтовки не надо надевать на руку кожаный наруч, чтобы тетива кожу не рассекла. И прицеливаться приходится по древку стрелы. Хотя было бы из чего стрелять...

Хлопнула рядом тетива и в щите затрепетала стрела. Почти у центра.

– Вот так, братец! – сверкнула улыбкой Рэйса.

Аринэль улыбнулся. Кстати, не надо думать, что кто угодно может взять тут и пострелять. Это хозяевам такое можно исполнить, то есть зайти, взять стрелы и луки из оружейной в казарме и пойти переводить боеприпасы. Ну, как говорится, Тайфолы мы или погулять вышли?

Колчан тут вешался на пояс, продуманно, кстати. Даже если присесть, мешаться не будет. В походном положении стрелы удерживались от выпадания тканевым клапаном, который откидывался при боевом применении. Тоже видно проверенность конструкции. Так просто не выпадут, но если надо, стрелу можно вытащить, просто сдвинув клапан вбок, не отстегивая ремешок.

А лук был только на первый взгляд простой. Аринэль, естественно, внимательно рассмотрел оружие и увидел, что тот состоит минимум из двух частей. А внутри, наверное (вспоминая школьный курс истории) есть что-то типа жил.

Аринэль вытащил еще одну стрелу, наложил на тетиву и растянул лук. Хлопнула тетива, стрела улетела вперед и вонзилась в мишень. Где-то на три ладони от центра. Но это ничего. Нужно просто привыкнуть, почувствовать оружие. Пусть это вот такой примитив, но это оружие...

...Рэйсе надоело стрелять после третьей стрелы. И она стала наблюдать за Аринэлем. Брат в последнее время удивляет, причем всех. Неужели его так удар по башке изменил? Раньше ходил, словно ему все еще лет десять. Все интересы железом позвенеть, да вот пострелять. И уж тем более никакой реакции на женщин. А тут... Уже все служанки хихикают, да глазами стреляют. А эта его... девка словно на крыльях летает, лицо счастливое, и так на брата смотрит, словно замуж за него вышла... Что он делает?

Девушка с недоумением глядела на то, как Аринэль поглаживает лук. А потом несколько раз вхолостую растянул его. Постоял, натянув тетиву, плавно отпустил. Нагнувшись, взял щепотку земли, а точнее, пыли и подкинул в воздух. Достал стрелу, наложил. Некоторое время стоял так, причем наконечник стрелы плавно ходил из стороны в сторону. Хлопнула тетива. Рэйса поглядела на мишень. Стрела торчала прям в середине. Аринэль опустил лук. При этом на его лице было выражение... Словно он божественное откровение только что получил.

– Интересно, – произнес Аринэль и достал следующую стрелу.

И в этот раз он не стал ничего делать. Растянул и тут же выстрелил. Рэйса посмотрела на мишень... И удивленно подняла брови. Новая стрела срезала предыдущую!

А потом пошло и вовсе лихо. Аринэль выпустил шесть стрел, одну за другой. Не целясь, просто растягивая лук и сразу стреляя. Дробный стук по дереву.

– Однако, – произнесла Рэйса, лицезрея пять стрел в мишенях.

В центрах мишеней. А шестая стрела... ВИСЕЛА в воздухе возле щита. Рэйса ошеломленно посмотрела на брата.

– Забавный фокус, – негромко сказал тот, и стрела с легким стуком упала на землю.

– Ты как это сделал? – сдавленно сказала девушка. – Ты же еще не маг!

В этот момент Аринэль посмотрел на нее, широко улыбнулся и ответил:

– Не знаю! Но я знаю, у кого спросить!

В этот момент до брата и сестры донесся рокочущий звук. И они легко узнали его. Именно с таким звуком опускались ворота. Что было весьма необычно, потому как на дворе уже был вечер.

– Кто это там прибыл, такой красивый, что ворота опускают? – произнес Аринэль.

– Пойдем, посмотрим? – предложила Рэйса.

Глава 7

Тремя днями ранее. Даэрон-Мерия, столица Та-Релии, гостиница «Такмарин»

Сидящий перед Даиэлем Леваннаром человек уже изрядно ему надоел. Как только тот подошел, эльф понял, что лучше довериться дерра, чем этому пухлому улыбчивому коротышке. Улыбка его была насквозь фальшивая, он поминутно косился на молодых подавальщиц, снующих по залу, при этом заказал себе стакан какого-то дешевого даже не вина, а вареного пойла. А еще он был явно жаден. Собственно, даже если бы Даиэль действительно был обычным наемником, он вряд ли бы согласился работать на того, кто посылает нанимать воинов вот такого пройдоху.

Фирс Ковсин, так звали человека, начал с того, что описал работу. «Практически прогулка для таких отличных воинов, как вы!» Коротышка хотел нанять отряд эльфов, по его словам, для того чтобы всего лишь поднять престиж нанимателя. И, исходя из этих соображений, он предложил пять золотых в день. И это «прекрасные деньги за то, чтобы просто постоять рядом!».

Ответ «Мы наняты» он, по всей видимости, воспринял как предложение к торговле. И поднял цену до неслыханных... шести золотых, попутно еще раз, только еще более сладко описав условия работы. Сидящий рядом Кайли, до этого вообще игнорировавший человека, поднял голову, по всей видимости запоминая такой замечательный образчик пороков и глупости. А Даиэль молчал, так как он уже все сказал, и нужды сотрясать воздух не видел. Фирс, видя отсутствие интереса, незаметно, как он, видимо, думал скорчил мерзкую рожу и с приторно елейной улыбкой выставил, судя по придыханию, вообще дикую цену в целых десять золотых!

Оба эльфа никак не отреагировали на его слова. Они вообще будто не замечали Фирса, сидящего напротив. По лицу коротышки промелькнуло выражение злобы.

– Пятнадцать золотых, – выдавил он. – Больше вам никто не даст.

Встал Кайли, доев свой салат. Он подошел к стойке и что-то произнес девушке, стоящей за ней. Дама искренне улыбнулась. А вот и Даиэль доел и тоже, ни слова не говоря, поднялся.

– Двадцать! – выложил свой «козырь» Фирс.

Его скривило так, будто он отдавал свою невинную дочь. Всем своим видом мужчина показывал, что он возмущен подобной наглостью эльфов. Диаэль даже ощутил легкое удивление.

Когда эльф вышел из гостиницы, на крыльце стоял Кайли и, как только командир поравнялся с ним, тоже двинулся.

– Онта далирьян мератана букубоогота^[7], – негромко произнес Кайли.

– Чиэналь, ого нари тайра но ни хорс такува налиял^[8], – ответил Даиэль.

Эльфы подошли к конюшне. Остальные члены отряда уже вывели белоснежных эльфийских коней и занимались укладкой вещей, кто-то седло накидывал, подтягивал подпругу.

– Эрсо, Монолит нита эк иллари^[9], – произнес Кайли, посматривая на ворота.

– Нита хоола, – откликнулся Даиэль. – Деми оло дамэ нита войлор^[10].

– Он нэ эс нита аллинэи хол!^[11] – пробурчал Кайли.

В ворота зашел парень в поддоспешной рубашке, широкоплечий и с абсолютно гладким лицом, какое бывает только у бывших имперских солдат. Он сразу двинул к эльфам.

– Командир просил передать, что мы скоро выдвигаемся, – произнес парень.

– Да, благодарю, – ответил Даиэль.

– Двадцать пять! – упрямый коротышка выкатился откуда-то из-за парня... и прилег отдохнуть рядом с поилкой, стоявшей метрах в трех.

Эльф чуть приподнял брови на такую реакцию.

– Командир сказал, если кто увидит этого урода, сразу затыкать его поганый рот, – пояснил человек, массируя кулак.

– Хороший способ, – хмыкнул Кайли. – Очень.

Два дня назад. Замок Тайфол. Поздний вечер. Комната Кристы Вестфолен

Принцессы Дома Вестфолен (у Вестфоленов было принято называть свой род именно «Дом», на эльфийский манер) помолвлены едва ли не с утробы матери. Так было и с Кристой. Она лет с пяти знала, что выйдет замуж за наследника графа Хойзорен. Несколько раз она видела своего будущего мужа, это был худой, болезненного вида мальчик, не очень красивый, но одаренный.

А потом Орику Хойзорену стукнуло пятнадцать. Он отправился в Академию... И больше оттуда не вернулся. Это было не такой уж большой редкостью, когда одаренный не мог пережить инициации, но обычно это случалось вне стен Академии. А тут организм парня не смог пережить этого даже под наблюдением...

Сейчас Криста уже не могла вспомнить лица Орика. В памяти остались легкое удивление оттого, что он крайне худой, девочка тогда поразилась, что рука парня, который был старше ее почти на два года, была меньше ее руки. Еще он как-то смешно ходил, слегка подпрыгивая и прижимая к животу левую руку. И постоянно смущался, разговаривая с ней, будто ее присутствие рядом вызывало у него сильный дискомфорт...

У Деннара Релии Вестфолен было семь жен. Соответственно семь детей... И все женского пола. То есть все перспективные женихи были уже разобраны. Принцесса Дома Вестфолен не может быть второй и далее женой. Только первой, поэтому все эти помолвки и делались в крайне юном возрасте. А тут вот такой казус случился.

Сестры не говорили этого прямо, но случая намекнуть, что она неудачница, не упускали. Тем более что Криста была одаренной. Вторая, а точнее первая (старшая) одаренная дочь Деннара Вестфолена уже была замужем, поэтому Криста была единственным объектом выражения зависти по этому поводу. Кстати, этот момент, одаренность, еще больше усложнял поиск супруга. Хоть это и было необязательно, но крайне желательно, чтобы муж тоже был одаренным. То есть круг кандидатов сужался еще больше и доходил вплоть до младенцев...

Так бы и тянулось унылое существование во дворце, если бы не ее одаренность. И теперь настала ее очередь ехать в Академию. Криста поехала без особого энтузиазма, ее мечтой было учиться рядом с мужем. Простая такая, прямая мечта...

...От столицы Империи до Академии ехать около суток. Естественно, принцессу не стали напрягать, и она поехала на колеснике. Само собой, она поехала не одна. Ее сопровождающим стал барон Тайфол.

Про этого человека Криста уже кое-что слышала во дворце. Например, тот факт, что когда-то этот барон, с тогда еще наследником Деннаром Вестфоленом вместе учились в Гвардейском Корпусе (учебное подразделение для неодаренных аристократов в Академии). И, кажется, именно Деннар Вестфолен сманил барона в королевство. А еще придворные дамы, особенно постарше, весело и немного стыдливо похихикивали, упоминая как барона, так и уже теперь короля.

Сама Криста этого человека, может, и видела, но не запомнила. И вот она выходит из портальной... И перед ней предстает высокий, широкоплечий мужчина, с пронзительно-синими глазами. Он был одет в простой черный с серебром костюм, чем отличался от пестрой толпы вокруг. Тогда была мода на пышные кружевные воротники и такие же манжеты, а также на лиловый и зеленый цвета. Барон же в своем строгом костюме был одет одновременно просто, но как-то неуловимо изящно. А еще он был при оружии, причем на поясе у него был не кинжал, а хоть и городской, но меч. Даже в Даэрон-Мерии носить меч считалось за старомодность, если не сказать отсталость. Благородные люди нанимали специальных людей, обязательно простолюдинов, которые и таскали их клинок, завернутый в красивую ткань.

Следующей странностью барона оказалось его отношение к простолюдинам. Нет, он не разговаривал с ними как с равными. Но и одновременно не кичился своей родовитостью. Общение у него выходило ровное, с улыбкой, простолюдины отвечали ему без напряжения. Особенно это касалось женщин. Криста сразу заметила, что на Брана Тайфола явно обращают внимание дамы. Они еще не вышли из портального храма к карете, как барон перекинулся несколькими фразами с двумя женщинами, явно тоже аристократками, один раз Криста услышала, как Тайфола весьма недвусмысленно приглашают на ужин, переходящий в завтрак. Один из мужчин шутливо пригрозил Брану, что вызовет его на дуэль...

...Не собиралась Криста разговаривать. И тем более что-то рассказывать о себе. Но этот барон как-то сумел вовлечь ее в беседу. А ведь начал с того, что извинился. Извинился за то, что именно ему выпало рассказать о неписаных правилах поведения в Академии. Игнорировать эту информацию было глупо, и Криста прислушалась. А потом задала один вопрос, другой. Бран Тайфол стал отвечать. Причем на такие вещи, которые он не должен как бы знать! Он же не учился в Магическом Корпусе!..

...Стук в дверь прервал нить воспоминаний на том моменте, когда барон принимал извинения у своего оппонента. Криста потом поняла, почему отец послал именно этого человека сопровождать ее. Дело было в том, что в Академии на дуэль могли вызвать и девушку. И если нет мужчины, который выйдет за тебя на ристалище, пойдешь сама. Барон выходил три раза. Все три поединка, а один, надо заметить, против одаренного, он провел в стиле «Не успел». Неторопливое сближение, молниеносная атака, и вот его оппонент зажимает руку или ногу. А одаренный, этот наполненный собственной важностью расфуфыренный модник, который посмел заявить, что она должна принадлежать ему, изумленно хлопал глазами, смотря на расплывающееся по светло-розовой рубашке кровавое пятно в районе живота...

...Криста открыла дверь. И с некоторым удивлением посмотрела на гостью.

– Добрый вечер, – сказала Саятана Тайфол.

– Да, – немного невпопад ответила Криста.

– Разрешишь войти? – чуть приподняла бровь женщина. – А то в коридоре несколько неудобно разговаривать.

– Конечно, – спохватилась Криста, отступая в сторону.

Саятана прошла в комнату и устроилась в одном из кресел, стоящих возле камина. Гостевые комнаты были устроены по одному образцу. Кровать, пара стульев, стол, на котором был небольшой секретер с письменными принадлежностями. И камин, возле которого стояли два кресла. Разве что окон было одно или два, да ковры на полу были разные. Здесь лежал серый.

Криста села в кресло напротив, но не стала откидываться на спинку, как хозяйка.

– Нервничаешь? – с легкой улыбкой спросила Саятана.

Криста ничего не ответила, отведя взгляд.

– Ты же понимаешь, что теперь даже если ты не захочешь, – продолжила леди Тайфол, – ты уже не сможешь сдать назад?

– Почему? – спросила первое, что пришло в голову, Криста.

– Например, я не позволю, – ответила Саятана. – Не в моих правилах упускать возможности. Тебя никто сюда не гнал, ты приехала сама, прекрасно понимая, что будет дальше, девочка.

– Я уже не девочка, – буркнула Криста.

– Да? – приподняла бровь Саятана. – И кем же ты попробовала заменить Брана?

– Я не в этом смысле! – выпалила девушка. – Просто мне уже не пятнадцать!

– Я правильно понимаю? – произнесла леди Тайфол. – Что ты до сих пор не познала мужчину?

Криста вместо ответа покраснела.

– Воистину, иногда поведение влюбленных похоже на поведение дураков, – сказала Саятана. – Зря, девочка. Ты бы могла в полной мере сравнить ощущения. И не думать о том...

– То есть у вас были мужчины до Брана? – резковато спросила Криста.

– Я встретила его, когда мне было лишь чуть больше, чем тебе тогда, – ответила леди Тайфол. – Кроме магии меня не интересовало ничего. А все мужчины казались грубыми животными. Впрочем, он тоже.

– А как... – начала было спрашивать Криста.

– Гордыня, – ответила Саятана, слегка улыбнувшись. – Моя. Мне тогда казалось, что одаренные – это венец творения. Это произошло в конце первого курса, самая лучшая ученица из своего года. В общем, это было крайне обидно и стыдно.

– Стыдно? – не поняла Криста.

– Я пообещала, что пойду с ним на свидание, если он хотя бы раз коснется меня, – пояснила леди Тайфол. – И поцелую, если это произойдет дважды.

– И сколько... Ну...

– Было пять раундов, – вздохнула Саятана. – Я не победила ни в одном.

Повисла пауза. Леди Тайфол слегка улыбалась, видимо, поддавшись воспоминаниям. А Криста просто слегка растерялась.

– Зачем вы это мне рассказываете? – выдавила, наконец, девушка.

– Ты спросила, я ответила, – слегка удивленно пояснила Саятана.

Криста слегка нахмурилась, глядя на женщину.

– Ладно, не буду тебя больше мучить, – произнесла леди Тайфол. – Завтра тебе предстоит кое-что. Если бы дело касалось только меня, я бы, конечно, не стала устраивать это все. Но Мара и Каяра, они просто не воспримут тебя, если ты не покажешь, из чего сделана.

– В смысле? – не поняла Криста.

– Они первые, – пояснила леди Тайфол. – Мара вышла замуж за Брана только после того, как тот победил ее в бою. Понимаешь теперь? Она сама, конечно, вряд ли встанет и Каяра тоже, но Вайлири наверняка привлекут. Как и меня, раз ты одаренная.

– То есть мне нужно будет сразиться с леди Вайлири? – слегка недоверчиво спросила Криста.

– Ты не смотри, что она выглядит, как нежный цветок, – усмехнулась Саятана. – В свое время с ней Каяра не справилась. Наша эльфа тот еще подарок.

– А почему вы меня предупреждаете? – мрачно спросила Криста.

– Как я и говорила, – женщина слегка улыбнулась, – я не люблю упускать возможности.

Леди Тайфол извлекла из рукава небольшой флакончик.

– Это зелье концентрации, – сказала она. – «Живой труп», если тебе что-то говорит это название.

– Говорит, – сухо ответила Криста.

– Я не могу тебе помочь сильнее, потому что все-таки интересно посмотреть на тебя, – сказала Саятана. – Да и это сомнительная помощь, потому что тебя будут просто дольше бить.

Леди Тайфол поставила флакончик на столик между кресел. И поднялась.

– Завтра посмотрим, из какого ты сделана теста, Багровая Принцесса, – слегка угрожающе улыбнулась Саятана.

Днем ранее. Каяра Тайфол, Саятана Тайфол, Вайлири Тайфол. Гостиная

Гостиная замка Тайфол была исполнена, точнее в свое время переделана леди Саятаной под стиль, принятый в особняках имперских аристократов. То есть никакой массивности и брутальности. Бран Тайфол даже предпочитал, когда бывал тут, сидеть на диване, уж больно ажурными выглядели стулья. Да и кресла тоже. Располагалась гостиная на первом этаже, рядом с малой трапезной, большой залой и гостевыми комнатами и была угловой, то есть две стены имели окна. Была она довольно большой, почти не уступала малой трапезной, то есть метров семь в длину и три в ширину. Вход был в углу, слева от него были два довольно узких, длинных окна, в длинной стене еще пять. Кремовые занавески, прибранные посередине к стене, спускались до пола. Справа от входа, в длинной глухой стене имелся камин – дань имперской моде. Не то чтобы зимой в этих краях было холодно, скорее было зябко и влажно, из-за сезона дождей. И иногда все же неплохо было немного просушить помещение.

Возле камина, торцом к стене, стояли два дивана друг напротив друга, между ними небольшой «бокальный» столик. Рядом с диванами стояли два кресла, тоже обращенные друг к другу, и стулья, «лицом» к камину, которые завершали полукруг из мебели возле очага. Вся мебель была выдержана в бежевом цвете, лишь стулья были чуть темнее (маме Саятане не стоит об этом напоминать!). С потолка над столиком нависала довольно большая комбинированная свечная и на кристаллах люстра, украшенная висюльками из стеклянных шариков.

– А хорошо тебе эта чертовка врезала, – с усмешкой говорила Каяра, смотря на слегка морщившуюся Вайлири.

Эльфийка только что пришла в гостиную, пройдя процедуры у мастера Цевитоса.

– Ну, это было бы удивительно, – заметила Саятана, – если бы боевой маг не умела врукопашную.

– Сая, а ты все интриги крутишь, – по-доброму сказала Каяра. – Что, скучно тут?

– Отрицать не буду, – спокойно ответила Саятана. – Но разве это нам во вред?

– Да ты же сама глаз на Кристу положила, – хмыкнула Каяра. – Ты мне-то не рассказывай, а то я не помню!

Только хорошо знающий Саятану Тайфол разумный уловил бы мелькнувшее на миг смущение на ее лице. Даже не смущение, а только намек на него. Но сидящие тут женщины как раз свою сестрицу прекрасно изучили.

– Ну, делать то, что тебе нравится, – ответила Саятана с улыбкой. – Кроме того, что очень эффективно, так еще и крайне приятно!

Дверь открылась и в гостиную вошла Мара Тайфол. Вайлири и Саятана повернули головы в ее сторону, а Каяра откинулась на спинку дивана и запрокинула голову назад.

– Завтра будет почти такая же, – произнесла Мара, с доброй улыбкой. – Молодая совсем.

– А ты чего тогда задумчивая? – спросила Каяра.

– Я спросила по Аринэлю, – ответила Мара.

Она прошла к сестрицам и присела рядом с Каярой на диван.

– Мара? – практически сразу спросила Вайлири.

– Вот всегда ты трясешься с ним! – улыбка скользнула по губам Мары. – Вайли, он у тебя уже взрослый, вон, служанок вовсю валяет!

Эльфийка лишь виновато улыбнулась.

– Если коротко, – чуть нахмурилась старшая из женщин. – Саятана права. Аринэль изменился именно из-за инициации.

– Я же говорила, что не надо волноваться, – проворчала Саятана. – У нас на курсе одна после инициации настолько изменилась, что даже внешне заметно стало. По Анти это еще не видно, потому что у нее это только начинается.

– И он теперь будет всегда таким? – в голосе Вайлири скользнула грусть.

– Вайли, а что плохого с ним случилось? – произнесла Каяра. – Разве ты не видишь, это же просто вылитый Бран в молодости. Да, Мара?

– Да, я тоже заметила, – ответила та. – И я надеюсь, Вайли, Ари все же не во всем будет походить на отца.

– Эт точно! – ухмыльнулась Каяра. – Иначе эта ваша Академия вздрогнет!

Текущее время. Двор замка Тайфол

Четко печатая шаг, в замок входили воины. В матовых серых доспехах, не рыцарских турнирных, конечно (это Аринэль имеет в виду земной аналог), но весьма и весьма серьезных. Кирасы, какие-то преувеличенно, как показалось парню, массивные. Толстые наручи и защита плечей такая же. Ноги были полностью запакованы в железо. Каждый воин нес на плече большой топор, почти секиру, или, скорее, бердыш, на длинной рукояти. Шлемы были полукруглые и открытые, без забрал. И было этих красавцев железнобоких что-то около двух сотен. Впереди строя шел суровый мужчина за сорок на вид, без шлема, а доспех у него был не менее брутален, только целиком черный.

– Брат, – негромко произнес Аринэль, обращаясь к Грегу. – У них же, я как понимаю, должны быть щиты?

– Они в обозе, – ответил Грег. – Насколько я помню, Монолит использует большие, во весь рост.

– А, ну да, с такими долго не походишь, – покивал Аринэль.

А вслед за пехотой в ворота прошли с полтора десятка самых натуральных эльфов. Они были тоже в броне, только, естественно, легкой. Правда, видно было лишь наручи и поножи, так как сверху у эльфов было накинуто что-то типа плащей с капюшонами. Шлемы у них были интересные. Аринэль такие видел (там, конечно) у крестоносцев. Не те, с плоским верхом, а округлые, и такая же крестообразная прорезь спереди. Но сверху еще имелось три гребня. И все, конечно, было выдержано в лесной гамме, от почти коричневого до темно-зеленого цвета. В правой руке у каждого лесного бойца был дважды выгнутый лук, причем рога были широкие и плоские.

Дойдя до вышедших на площадь перед главным зданием барона с семьей, пехотинцы особенно громко грохнули сапогами по вымощенной камнем площади и замерли. Рядом со строем людей остановились эльфы. «Лесники» шли практически беззвучно, но их движения были тоже подчинены строгому строевому стилю. Командиры, тот, в черных доспехах и золотоволосый эльф без шлема, подошли к барону.

– Представляюсь по прибытию, – с достоинством заговорил командир пехоты. – Энгар Торсай, командир отряда «Монолит», двести два бойца.

– Представляюсь по прибытию, – мелодичным голосом произнес эльф. – Даиэль Леваннар. Пятнадцать стрелков.

– Добро пожаловать в замок Тайфол, – сказал барон. – Сегодня отдыхайте. Осваиваться начнете завтра.

Эльф и человек коротко кивнули. По статусу они были условно равны барону и даже виконту или графу. Барон сделал знак стоящему рядом Оргусу Крайхару. Сотник тут же выступил вперед. И они вместе с главным пехотинцем направились в сторону казармы.

– А теперь, Даиэль, – заговорил барон с улыбкой. – Не расскажешь, что тебя привело на стезю наемника?

Кстати, Вайлири Тайфол просто прожигала в эльфе дырку взглядом.

– Конечно, – ответил Даиэль.

Взрослые двинулись в сторону главного здания. Вместе с ними пошел и главный эльф.

– Слушай, Грег, – произнес Аринэль. – А зачем вот все это вообще?

Парень сделал жест в сторону уходящих с площади наемников.

– Так положено, – ответил Грег. – Наемники должны представиться, когда прибывают к нанимателю.

– А, традиции, понимаю, – хмыкнул Аринэль.

Грег с интересом посмотрел на младшего брата. Аринэль очень сильно изменился. Такого вот разговора с младшим Грег даже не мог представить раньше. До этого любой разговор с ним больше напоминал монолог. Неужели инициация действительно так меняет одаренных?

– Я видел, ты сегодня тренировался с Оргусом, – заговорил Грег.

– Ага, – кивнул Аринэль. – Мне надо набрать прежнюю форму.

– Форму? – не понял Грег.

– Ну, навыки обновить, – ответил младший. – Эта чертова травма словно стерла их. Но не все, а как-то выборочно. Поэтому приходится проверять, что я могу.

Грег задумчиво посмотрел на брата.

– Ты не слишком легко к этому относишься? – спросил он.

– У мастера Цевитоса я уже был, – несколько устало ответил Аринэль. – Это последствия того удара. Это не страшно, но нужно, чтобы тело просто вспомнило.

Грег посмотрел вслед уходящим наемникам.

– Оргус в ближайшие дни будет занят, – произнес он. – Хочешь, я тебя потренирую?

– Ты серьезно? – слегка удивился Аринэль.

– Да, мне все равно особо нечем заняться, – вздохнул Грег. – Даже непривычно как-то после службы. Ну и кто тебе поможет, если не семья?

– Тогда буду только рад, – ответил Ари. – А ты как с мечом? На уровне?

– Что? – удивился старший такой наглости.

– Ну, ты же понимаешь, – ответил Аринэль, – что моей целью будет победить тебя?

– Ха, победить меня? – Грег искренне развеселился. – То, что ты одаренный, не делает тебя хорошим бойцом!

– Я тоже хочу, братик! – Рэйса сверкнула глазами. – А то я со скуки скоро сдохну!

– Кстати, – вдруг нахмурился Аринэль. – Как там Виона?

– Вот взял бы и навестил, – произнес Грег. – Вы же всегда вместе бегали.

– Да, ты прав, – кивнул Аринэль. – Ант, надо было днем это сделать! Увлекся...

– Сходи, – произнес Грег и внимательно посмотрел на брата. – Только с утешениями ты бы поаккуратнее.

– Это ты о чем? – не понял Аринэль.

– Я с ним пойду, – заявила стоящая рядом Рэйса. – А то знаю я их!

– Это кого их? – на лице Аринэля пропечатался вопрос.

– Вас троих! – отрезала девушка. – Тем более... Сейчас.

Брат недоуменно посмотрел на сестру.

– Ладно, пошли. – Рэйса без долгих слов потащила младшего брата в сторону главного здания.

– Подожди, давай луки-то сдадим, – Аринэль показал оружие, которое так и держал в руке.

– А зачем ты его с собой-то поволок? – удивилась девушка.

– Да само собой как-то получилось, – ответил парень.

– Это хорошая привычка, – заметил Грег. – И вообще, Ари. Ты почему все еще как простолюдин, без меча ходишь?

Левая рука парня легла на рукоять его меча, висящего на поясе.

– Потом поговорите, – Рэйса подтолкнула Аринэля в сторону казармы.

* * *

Самое интересное, что Виона практически сразу это поняла. Ей обидно было не потому, что ее отвергли. Они с этим гадом Файнелем только и успели, что за руки подержаться, да поцеловать друг друга в щеку при расставании. Больше всего девушке было обидно за то, что она, как дура, таскала это антово платье и изображала пай-девочку. Вот это натурально жгло грудь! Пришлось столько запоминать, привыкать к мысли, что теперь уже будет нельзя просто вскочить на коня и помчаться во весь дух! Что леди не прыгают с мечом по тренировочной площадке и не соревнуются в стрельбе из лука. Втискивать себя, ограничивать натуру, влазить в рамки невесты и жены! И все зря! Ну и да, все-таки быть отвергнутой тоже крайне неприятно.

Видеть никого не хотелось, да еще и стыдно было, что она разревелась при всех, как ребенок! Вот этот дикий коктейль и бушевал в душе, не давая спокойно посидеть на одном месте и пяти минут. Виона вскакивала и начинала чуть не бегать по комнате, чтобы хоть немного выплеснуть в ходьбе раздражение, злость и обиду. А потом присела на кровать, потом прилегла...

...Проснулась Виона рывком, словно ее арканом из сна выдернули. Несколько мгновений она непонимающе смотрела на потолок. А потом отвратительные воспоминания снова вернулись.

«И что теперь мне делать?» – девушка повернула голову и посмотрела на уже начинающее темнеть небо.

В голову ничего не приходило. На душе было пусто, делать ничего не хотелось... Да уже ничего особо и не надо. И ждать больше нечего. Она словно оказалась одна в степи. Куда ни посмотри, лишь бескрайняя равнина до неба.

«Осталось просто шагать куда-нибудь и верить, что идешь правильно».

В дверь постучались.

– Сестренка, можно войти?! – голос Аринэля отозвался в груди легкой светлой грустью.

«Младший брат пришел утешать свою старшую сестру. Никогда бы не подумала, что такое может случиться».

Когда открылась дверь, Аринэль некоторое время внимательно смотрел на нее. А потом зачем-то пошарил глазами по комнате.

– Кажется, мы ошиблись комнатой, Рэйси, – произнес парень. – Тут должна быть убитая горем зареванная страшила. А я вижу какую-то красотку. Пошли, найдем нашу бедную сестру.

Виона слегка улыбнулась. Улыбка вышла немного грустной, но все равно стало чуть полегче. Аринэль вошел в комнату, за ним следом прошла Рэйса. Парень же, подойдя к дивану, плюхнулся на него.

– У тебя комната больше, – сказал он. – Это несправедливо.

На самом деле комната была лишь чуть просторнее. Конечно, тут было больше мягкого и теплых тонов, все-таки это была комната девушки. А кровати тут, видимо, было принято делать большими, такие, чтобы человека три средней комплекции не чувствовали себя ущемленными. Кровать стояла у дальней от двери стены, то есть у окна. Рядом с ней стоял стул, в торце кровати большой сундук. Справа от входа был этакий мягкий уголок. Стол и диван буквой «Г» в углу комнаты. А ковра на полу не было, сестренка отчего-то терпеть их не могла. Как и комнатные растения, кстати, их тоже не было, ни одного горшка. Вон у той же Саманты подоконники напоминали оранжерею. Напротив кровати, у глухой стены стояли два больших шкафа, между ними большое зеркало (в свое время Саманта жутко завидовала этому, у нее вполовину меньше). А еще было кресло, стоявшее у окна.

– Ну и зачем тебе большая комната? – поинтересовалась Рэйса, усевшись на сундук.

– А чтобы было, – ответил Аринэль.

Виона присела на кровать.

– А вы знаете, что удивительно похожи друг на друга? – произнес парень, смотря на девушек.

– Мы же сестры, – недоуменно произнесла Рэйса. – Конечно, мы похожи.

«Да, вот интересно, в свете того, кто будет женой бати, какие женихи будут свататься к сестренкам?»

– Знаете, мне вот что интересно, – Аринэль откинулся на спинку дивана. – Какими мы будем лет через десять? Особенно мне хочется увидеть, какими вы станете мамами.

Обе сестры с некоторой подозрительностью посмотрели на него, не понимая, к чему это Аринэль ведет.

– Что-то я не собираюсь пока рожать, – произнесла Рэйса.

– Это только пока, – усмехнулся парень. – Пока... Думаю, первой будет Виона.

– Ты так думаешь? – девушка явно через силу улыбнулась.

– Ага. Твой ребенок будет сильным, умным и красивым, – улыбнулся Аринэль. – Как его отец. Интересно, какая у тебя будет корона на гербе, графская или сразу герцогская?

Виона снова улыбнулась.

– Вот только хочу тебе сказать одну вещь, – произнес парень. – Ты мне больше нравилась, когда носила штаны. Честное слово.

– Братец! – прошипела Рэйса, выразительно смотря на брата.

А вот Виона задумчиво подняла глаза в потолок. И выпятила челюсть.

– А, знаешь, ты прав, Ари. – Вот теперь Аринэль увидел снова ту Виону, из памяти, которая могла и лицо кулаками помассировать.

Девушка оттянула ворот платья, с выражением брезгливости на лице.

– Вот была я правильной и чего? – произнесла она. – Больше никогда такого делать не буду. Не нравлюсь? Ну, и идите в жопу!

– Эй, ты чего ругаешься? – осуждающе произнес Аринэль. – Тут же дети.

– Это кто это? – недоуменно спросила Виона, приподняв брови.

– Рэйса, конечно, – хмыкнул парень.

Небольшая пауза.

– Что?! – Рэйса аж взвизгнула.

– А что, большая, что ли? – усмехнулся Аринэль. – Ладно-ладно, не злись, пошутил я!

– Я тебе сейчас уши отрежу, шутник! – мрачно посулила Рэйса.

– Я тебя тоже люблю, сестренка! – улыбнулся Аринэль.

Раздался негромкий, деликатный стук в дверь. И тут же, без разрешения, она открылась. На пороге обнаружилась Саманта. Она вошла, внимательно оглядела присутствующих.

– Что-то ты не выглядишь жертвой, – произнесла Анти, смотря на старшую сестру. – Признавайся, ты тайком напугала этого Файнеля, да? Ты знала, что приедет Криста?

– Вот согласитесь, иногда она пугает, – произнес Аринэль. – А мне ведь с ней в Академии учиться.

– Напрягает, что вы вдвоем будете без присмотра, – заметила Рэйса.

– И что же тебя напрягает? – поинтересовалась Саманта... подсаживаясь к брату.

Рэйса только головой покачала, смотря на Анти, которая как бы невзначай прижалась к Аринэлю.

– Не волнуйся, – слегка улыбнулась Саманта. – Я не дам братика никому... обижать.

– А его прям обидишь, – хмыкнула Рэйса. – Аринэль, ну хоть ты-то скажи!

– Чего сказать? – не понял тот.

– Ясно!

Малая трапезная. Бран Тайфол, Мара Тайфол, Каяра Тайфол, Саятана Тайфол, Вайлири Тайфол (Леваннар), Криста Вестфолен, Даиэль Леваннар

Едва все расселись возле стола, эльф обратился к Брану.

– Не представишь нас, брат? – произнес Даиэль, смотря на Кристу.

– Криста Релия Вестфолен, – ответил барон. – Моя... невеста.

У эльфа слегка дрогнула бровь, когда он услышал имя девушки.

– Криста, это Даиэль Леваннар, – тем временем говорил Бран. – Двоюродный брат моей жены. Какой, наверное, понятно?

– С ва... тобой ни в чем нельзя быть уверенной, – девушка ответила с совершенно спокойным лицом.

– Приятно познакомиться, будущая сестра, – произнес эльф. – Если тебе понадобится помощь, я всегда к твоим услугам.

– Благодарю, – слегка поклонилась Криста.

– Ну, с представлениями закончили, – усмехнулся барон. – Теперь расскажи-ка, Даиэль. Как ты попал в наемники?

– Все просто, – ответил эльф. – Эти подростки... В общем, они собирались сбежать из Леса.

– Что у них, естественно, не получилось, – Бран при этом с ироничной улыбкой смотрел на Вайлири.

Эльфийка отвела взгляд и слегка порозовела.

– Естественно, – спокойно ответил эльф. – Но они смогли добраться до внешнего круга.

– И раз они так стремились в мир людей, – улыбнулся барон. – Их туда и послали. А тебя поставили старшим, чтобы детишки чего не натворили.

– Честно говоря, мне немного наскучила спокойная жизнь, – произнес Даиэль. – И я вызвался сам.

– О да, я помню, – усмехнулся Бран. – Двадцать две дуэли за три декады. Ты даже меня переплюнул.

– Не будем вспоминать, брат, – эльф позволил себе улыбку. – Мы были молоды и горячи. Тем более двадцать дуэлей за эти же три декады – это тоже показатель.

– Не будем вспоминать, – несколько поспешно произнес барон.

Мара Тайфол при этом, сощурившись, смотрела на мужа...

...Даиэль сидел в комнате сестры. Вайлири утащила его с ужина и буквально запытала, выспрашивая, что нового произошло в Эло.

– Теперь моя очередь, сестра, – сказал Даиэль, когда закончил краткий обзор состояния дел в Лесу в целом и у дяди в частности. – Твой сын...

– Недавно он почувствовал Лес! – тут же радостно ответила Вайлири. – Знаешь, я так переживала. А все произошло внезапно!

– Это интересно, – чуть нахмурился в задумчивости Даиэль. – Значит, он больше элорин, чем человек. Ты же понимаешь, что он должен будет побывать в Эло?

– Понимаю, – чуть грустно улыбнулась Вайлири. – Но до этого он должен выучиться в Академии.

– Два года или двадцать, – ответил Даиэль. – Все пути приходят в Эло.

Вайлири медленно покивала.

– А ты сама как? – произнес эльф. – Ты уже так давно живешь среди людей.

– Конечно, я приеду вместе с Аринэлем, – ответила эльфийка.

– Отец Сваэль будет рад, – негромко заметил Даиэль. – Он жаловался, что ты нечасто отправляешь сообщения.

– Ну, – смутилась Вайлири. – Просто...

– И он чуть не рванул сюда, когда узнал о травме внука, – в голосе эльфа зазвучал укор. – Лиирэ^[12], ты же знаешь, сколько ты значишь для него. Ты и Аринэль.

– Да, – кивнула Вайлири. – Я... Я постараюсь, почаще писать.

– Хотелось бы верить, – чуть улыбнулся Даиэль. – Ладно, сегодня уже поздно. Но завтра я бы хотел поговорить с Аринэлем. Мне же тоже надо будет отчитываться!

– Конечно, конниэ, – осветилась улыбкой эльфийка.

Глава 8

До сих пор остался этот страх. Тот самый, что откроешь глаза, а темнота останется. И каждый раз сердце сжимается...

Темнота сменяется полумраком спальни. Облегченный выдох. Начался новый день. Именно день, а не бодрствование в темноте.

Аринэль повернул голову и посмотрел на Цеси. Даже во сне она скромная. Уткнулась лбом в плечо и свернулась калачиком, а ее ноги прижимаются к его боку. Забавная поза.

Аринэль осторожно вытащил свою руку и сел. Цеси состроила бровки домиком. Парень не удержался и поцеловал девушку в приоткрытые губки. Слабая улыбка на них после поцелуя стала его наградой.

Аринэль встал и подошел к окну. Из его окон был вид на остальной замок. И на степь. Судя по тому, что по замку еще никто не суетился, время было раннее. Лишь только поднимался дым из кузницы. Да и то тонкой струйкой и неторопливо.

«А я, похоже, стал жаворонком, – подумал Аринэль. – Или это просто молодость? Ах да».

Организм настойчиво стал требовать слить излишки жидкости. Парень прошел через комнату. Все-таки это несколько странное чувство, когда свободно ходишь там, где ходил в темноте. Слух, ощущения тела, чувство стен. Организм все еще ловит эти нюансы, нужные для ориентирования слепому человеку. И рука все время сама собой вытягивается вперед, когда рядом оказывается стена. Он даже до сих пор четко помнит, что когда дверь чуть скрипнет в петлях, значит, можно заходить.

«Все-таки – это не очень удобно, – слегка скривился парень, придя в комнату с дыркой в полу. – Можно же, я не знаю... Да блин, тупо что-то типа стула с дыркой замутить? Ладно я, а женщины как? Хотя... Это я имею образец удобства. Возможно, вот эта дырка в полу уже по здешним меркам роскошь».

Да, нижнее белье описывалось? Если коротко, то мужское представляло собой белые штаны с завязкой. Типа спортивных. На причинном месте имелась прорезь, через которую, собственно, можно вытащить устройство слива. Такое вот исподнее сильно напоминало армейские кальсоны, поэтому сильно Аринэля не удивило. Да вообще не удивило, если честно. Даже поначалу не сильно и отразил, во что он одет. Сначала не видел, а потом было как-то не до разглядывания.

Женское белье как-то не впечатляло. Вместо бюстгальтеров использовались либо полоса материи, которой оборачивали тело на уровне груди через плечи, чтобы все это держалось, либо опять же отрез ткани, с пуговками спереди и лямками на плечи. То есть да, что-то отдаленно напоминающее лифчик. Последний тип конструкции Аринэль видел только у аристократок... Да-да, у сестер, у кого же еще. Цеси как раз либо забинтовывала грудь, либо вообще никак ее не прикрывала под платьем. Ну, собственно, у нее не сильно и выросло.

«Что не делает ее менее привлекательной!» – ухмыльнулся Аринэль, умываясь.

Честно говоря, он никогда особо не понимал этих загонов насчет размера. Какая разница? Да хоть нулевой. Все равно же прикольно. И большая грудь отлично. И маленькая. Все отлично. Это же идиотия рассматривать отдельно женщину, отдельно ее грудь или другие части тела.

«Опа».

Младший на размышления о женских холмиках отреагировал штатно. А, между прочим, в соседней комнате лежит голая девушка... Красивая девушка!

«Моя девушка!»

Аринэль торопливо вытер руки. Открыв дверь, он улыбнулся. Цеси перекатилась на его место и раскинулась звездочкой.

«А вот сейчас мы эту звездочку-то и зажжем!»

...Цеси снился восхитительный сон. Любимый... господин говорил ей, что она красива. А потом он начал целовать, его губы блуждали по ее телу...

Страх кольнул в сердце. Девушка испуганно распахнула глаза... И по сердцу растеклось облегчение. Это на самом деле был он. Он смотрел на нее и улыбался. А потом наклонился и его язык коснулся ее груди. Ласка отозвалась в еще не проснувшемся теле особенно приятным ощущением. И Цеси не в силах противиться этому сладкому ощущению, прикрыла глаза...

Она даже не пыталась что-то делать сама. Наоборот, ей было так хорошо, что ее тело, еще наполненное сонливой ленью, гладят, целуют. И ночная нега плавно сменяется нарастающим возбуждением... Дрогнула кровать, Аринэль коснулся ее бедер с внутренней стороны...

...– А-а-ах! – громкий стон слетел со сведенных в судороге губ.

Даже не стон, а скорее визг. Щеки девушки заалели, но она ничего не могла поделать. Ее буквально кинуло на подушки и свернуло в клубок.

– Знаешь, ты просто чудо, – голос парня был наполнен нежностью.

Цеси сделала усилие, открыла глаза и покосилась на господина. Аринэль улыбался. Девушка слабо улыбнулась в ответ и прикрыла глаза. Смаковать ощущения...

...Цеси осталась лежать так, как он ее оставил. В процессе она сгребла в охапку одеяло и даже покусала его. Одеяло в смысле. И черт возьми, как же это дико приятно, когда женщина испытывает такие ощущения от тебя! По ходу действия Аринэль даже запереживал, Цеси стала так мычать в одеяло, будто ее пытают.

«Не, мне с ней определенно фартануло! После такого чувствуешь себя прям мега-самцом!»

– Господин, – пробормотала Цеси с виноватой интонацией.

– Да все хорошо, – ответил Аринэль. – Я тоже поваляться хочу.

Парень прилег рядом с девушкой. Через некоторое время Цеси повернулась и привалилась к нему. Ее щека прижалась к его груди. Аринэль приобнял девушку, довольно щурясь, словно кот. Неплохо начался день!

Да, насчет нижнего белья. Пока он в этом не сильный эксперт, так как видел всего три примера. А, нет, четыре. Так вот, подробно был изучен только вот этот, который сейчас сопит, лежа на нем. У Цеси были немного смешные, для человека из другой эпохи, такие шортики. Или как это... Панталоны, кажется. И они, по-честному, не наводили на греховные мысли, одежда и одежда, даже не обтягивающая. А вот Саманта носила как раз обтягивающее или, скорее, прилегающее к телу, причем синего цвета и из гладкой ткани, типа шелка. У Вионы было что-то похожее, только длиннее и классического белого колера. А Рэйса, Алетта то есть, как настоящая орчанка, вообще обходилась полоской ткани между ног, которая крепилась к широкому поясу. Это Аринэль видел, когда они купались. Кстати, сестры Хейгар вообще не заморачивались с каким-то бельем и купались голышом. Правда, Аринэлю было тогда десять, а сестричкам лишь чуть побольше. И они все тогда были в таком прикиде. В смысле он, сестры-орчанки и... Рэйса. Но у последней смотреть-то тогда было нечего еще, так что смущения никакого. Хотя при случае подколоть можно, хе-хе!

Цеси пробормотала слова прощения, и ее буквально сдуло с кровати. Аринэль даже приподнял брови от той скорости, с которой оделась девушка.

«Собственно, а какого хрена мне таскают сюда? Логичнее же будет самому прийти к еде?»

Но тут Аринэль увидел сосредоточенное лицо Цеси и отказался от этой затеи. Девушка словно увидела заклятого врага, глаза прищурены, бровки нахмурены, желваки играют. Миг и за ней закрывается дверь. Аринэль не торопясь тоже встал. Потянулся.

«А все-таки неплохо быть феодалом!»

* * *

Из спальни открывался вид на замок. И Мара стояла у окна, смотря на тренировочную площадку.

Двое парней. Гордые, сильные. Грег уже совсем мужчина, высокий и широкоплечий, выше и больше отца. Он что-то говорит младшему брату, стоящему напротив. Аринэль, с хвостом светлых волос, уже тоже совсем взрослый, хоть и худощавый. Но плечи широкие. И жесты, осанка... Они выдавали человека благородного...

– Ты, никак, слезу пустить задумала, мамочка? – рядом с Марой встала Каяра. – Хороши! А я и думаю, чего это служанки с утра от окон не отлипают?

Парни в это время договорили и продолжили тренировку. А рядом стояла их сестра, Алетта (да-да, Рэйса, мы помним). И, зачем-то подняв руку вверх, буквально подпрыгивала от энтузиазма.

– И совсем же недавно они были маленькими, – вздохнула Каяра.

Мара немного грустно улыбнулась. В этот момент со стороны главного здания к занятиям присоединились еще две девушки. И если Саманта была в платье, то старшая дочь Тайфолов вышла в штанах, любимой орочьей безрукавке и с кривым легким мечом дроу на боку.

– А ведь ее теперь будет не заставить снова надеть платье, – заметила Каяра.

– Я же надела, – спокойно ответила Мара. – Всему свое время. И Алетта наденет.

– Я, честно говоря, не представляю себе мужчин, – произнесла орчанка, – которые смогут САМИ впечатлить их.

– Мы не в Империи, – ответила Мара, и на ее губах появилась слабая улыбка. – Найдутся. А кто-то все-таки не выдержал.

– Я удивлена, что он сразу не вышел, – заметила Каяра.

К тренировочной площадке подходил Бран Тайфол собственной персоной. Женщины переглянулись и улыбнулись.

* * *

Войдя в трапезную, Аринэль обратил внимание на почему-то красное лицо Кристы. Прямо-таки пунцовое. И отец как-то сосредоточенно жевал. Мама Саятана улыбалась втихаря, мама Мара сидела с суровым лицом. Мама Каяра в открытую скалилась. А где, кстати...

– Ой, чуть не опоздала, простите! – легкий цветочный запах и неслышные шаги.

Ну, и еще в макушку поцеловали.

– Ари, я тобой горжусь! – Все-таки какой у нее голос, словно флейта.

Интересно, как все же Бран Тайфол ее завоевал, а? Что-то нет в памяти об этом ничего. Точнее есть, что, мол, отец приехал в Эло по каким-то делам. Мама при этом как-то немного грустно улыбалась. Надо потом расспросить как-нибудь.

– И что тут было? – тихонько спросил Аринэль, сев на свой стул и наклонившись к Саманте.

Сестра пересела сюда с тех пор, как приехала Криста. И было подозрение, что это только повод.

– Они уже были такие, когда я пришла, – так же шепотом ответила Анти.

Тут Аринэль увидел, как мама Мара толкнула мужа в бок. Тот бросил на нее хмурый взгляд. Вздохнул. Распрямился и вошел в образ главы рода. Грег при виде этого тоже вытянулся. Видимо, рефлексы армейские сработали.

– Дети, – строго заговорил Бран Тайфол. – В скором времени наша семья станет больше. Криста Релия Вестфолен...

Барон перевел взгляд на все еще явно неуютно себя чувствующую девушку.

– ...согласилась стать моей женой, – продолжил мужчина с суровым видом, словно зачитывал списки на расстрел.

«Слухайте... – Аринэль едва сдержал улыбку. – А ведь батя-то волнуется. Надо же».

Мамы как-то выжидающе посмотрели на детей.

– Поздравляю, отец, – первым заговорил, в таком же официальном ключе, Грег.

Ну, это же нормально, он старший. Так-с. Разбавим-ка немного.

– Очень жаль, – заговорил Аринэль.

На парне скрестились удивленные взгляды. Даже отец поднял бровь.

– Я думал, успею перехватить такую красивую девушку, – с притворным сожалением пояснил Аринэль.

Несколько мгновений висела тишина. А потом хихикнула Саманта, смущенно улыбнулась теперь уже невеста. Заулыбались и мамы. Широко ухмыльнулся Бран Тайфол.

– Мал ты еще, сынок, у отца женщин уводить! – прогрохотал барон.

Утро следующего дня

Эту суету Аринэль заметил сразу. Слуги в доме носились как заводные. Даже Цеси отпросилась помочь маме. Ну, как отпросилась. Она краснела, бледнела, потом выдавила, что на кухне рук не хватает, а она раньше, до того, как... ну вы понимаете, в общем, трудилась там. Боги! Ну, или кто тут заведует судьбой, искренняя благодарность. Это что же, кроме того, что девушка милая, она еще и готовить умеет? Не может так везти одному человеку!

Вот в процессе восхваления провидения Ари как-то забыл выяснить, а с чего вдруг на кухне стало надо больше людей? И задумался над этим тогда, когда, выходя из дома, он увидел, как из хозяйственного здания в сторону кухни несут продукты. Много продуктов.

Грег пришел почти сразу. Аринэль еще разминался.

– Брат, – заговорил с ним Ари, – а что за движняк сегодня такой активный?

– Движняк? – не понял Грег.

– Ну, что за суета? – пояснил Аринэль.

– Движняк? Движение, забавно, – хмыкнул старший. – А ты что же, не в курсе? Отец решил, что нужно отметить помолвку.

– Сейчас? – удивился Ари.

– Знаешь, Ари, – Грег тоже принялся за растяжку. – Кто знает, что будет после антов? Но точно, что жизней оборвется немало.

– С такой стороны я не подумал, – кивнул Аринэль. – Да и защищать то место, где тебе было хорошо, намного приятнее.

Грег приподнял брови от последней сентенции младшего. И довольно хмыкнул.

– Ладно, давай погоняем тебя, – произнес старший.

– Или тебя! – широко улыбнулся Аринэль.

– Мал ты еще, гонять королевского гвардейца! – вернул оскал Грег.

– Я сильный! – возразил Аринэль. – Но легкий.

Грег мгновение соображал, а потом рассмеялся.

– Ладно, легкий силач! Бери меч!

Ари дошел до лежащих на траве тренировочных клинков. Грег поймал кинутый ему меч с какой-то немного показной легкостью. Аринэль вышел на площадку, держа меч левой рукой у бока, как будто клинок был в ножнах.

– Брат, – произнес парень, – а ты участвовал в дуэлях?

– Конечно, – спокойно ответил Грег.

– Мне нужно знать правила, – серьезно сказал Аринэль. – Ты мне потом расскажешь?

– Они несложные, – Грег махнул несколько раз мечом, привыкая к балансу. – В перерывах поговорим.

– Тогда, – Аринэль оскалился, – ничего не мешает мне надрать тебе задницу, брат!

– Попробуй! – улыбка Грега вышла злой...

...– Первое, – рассказывал Грег, сидя рядом. – Вызвать на дуэль может только аристократ и те, кто приравнен к ним.

– А кто приравнен? – поинтересовался Аринэль.

– Чиновники, военные, – Грег сделал жест назад, где стояла Саманта. – Одаренные. А также любой эльф.

– О, а что, у эльфов все благородные? – удивился Аринэль.

– Странно это слышать от сына эльфийки, – иронично произнес Грег. – Все эльфы в той или иной мере – одаренные. Те, кто выходят из Леса – поголовно носят оружие. В Империи вообще с этим проще. Там подданным, не состоящим на службе, запрещено носить клинковое оружие длиннее трех ладоней.

– И таким можно зарезать, – заметил Ари.

– Зарезать да, – хмыкнул Грег. – Но не вызвать на дуэль. Понимаешь разницу?

– Смекаю, – кивнул Аринэль.

– Вызов должен подтвердить аристократ выше по статусу, – продолжил Грег. – Он же будет судьей. Такого человека выбирает вызванная сторона. Судья назначает место, время и оружие. И заместителя, если вызванный явно уступает вызвавшему по силе. Женщина имеет право назначить вместо себя любого мужчину.

– В смысле? – не понял Аринэль. – То есть ко мне может подойти любая женщина и объявить, что я должен биться за нее?

– Ари, ну, конечно, не любая, – по-доброму усмехнулся Грег. – Это крайне неприлично, назначать вместо себя постороннего мужчину. По сути, такая просьба – это что-то вроде признания близких отношений.

– А, вот оно как, – хмыкнул Аринэль. – А сам мужчина может выступить на защиту женщины?

– Если она примет это, – серьезно пояснил старший. – И лучше предварительно обговорить. Ну, ты понимаешь...

– Да-да, отношения, помню, – чуть улыбнулся Ари. – А я могу вызвать аристократа выше по статусу?

– Можешь, – ответил Грег. – Но ты должен понимать, что он или она вряд ли выйдут на поединок сами. У более знатных есть для этого специальные разумные.

По лицу старшого при этих словах промелькнула тень. Видимо, он сейчас говорит исходя из личного опыта.

– На дуэль крайне нежелательно опаздывать, – заговорил дальше Грег. – Судья может посчитать, что ты признаешь себя проигравшим. Дуэлянты встают друг от друга на расстоянии двадцати шагов. Ах да, запрещено любое метательное и стрелковое оружие. А с другой стороны и защита, типа щита, доспеха. Дистанционные формулы разрешены только при дуэли двух магов, но судья этот момент обязательно обговорит.

– А как вообще судью-то выбрать? – спросил Аринэль. – Что, просто подойти и попросить?

– Ну, если вызов произошел в чьем-то доме, то обычно судьей выступает хозяин, хозяйка или тот, кого они попросят, – ответил Грег. – Если будешь военным, то у них обязательно судьей становится непосредственный командир. В Академии им будет, насколько я знаю, либо твой учитель, либо сама глава.

– Сама? – слегка удивился Ари. – А что, глава Академии – женщина?

– Ари, стыдно такого-то не знать! – вставила Саманта. – Я иногда удивляюсь, как ты бываешь не любопытен!

– Ну, вот не знал, – ответил Аринэль с виноватым видом. – А дальше?

– А что дальше? – Грег встал, показывая, что время отдыха закончилось. – Дальше смотря какая была договоренность об условиях победы. Иногда достаточно лишь пореза, к примеру. А в другой раз бьются до смерти. Но такое бывает очень редко. И наш король и императрица очень не любят, когда дуэли заканчиваются смертью.

– Так, а глава Империи тоже женщина, что ли? – удивился Аринэль.

Грег удивленно посмотрел на брата. А Саманта закатила глаза...

...– Брат, а скажи... – сказал Аринэль, садясь и слегка морщась.

Немного обидно было получить по заднице, конечно. Но никто и не говорил, что будет легко.

– Я вот смотрю на наш замок, – продолжил парень, – и не пойму, почему нельзя было сделать еще стены?

И опять парень заработал удивленные взгляды. Но вот так, да. Не интересовался предыдущий водитель ничем почти. И это, кстати, крайне удачно, что он имел такую репутацию. Удобно.

– Ари, – а отвечать взялась Саманта. – Анты, чтоб ты знал, очень хорошо лазают по стенам.

– И что? – не понял Аринэль. – Сверху лупи, да и все.

– Они бегают по стенам, как по ровной поверхности, – это пояснил уже Грег. – Наша-то стена им не сильно большое препятствие.

– Наша стена имеет специальные маговоды, – сразу объяснила Анти, увидев вопросительное выражение на лице Аринэля. – Поэтому анты не смогут на нее сразу забраться.

– Не, а что мешало сделать еще таких же стен? – все-таки спросил Ари.

– Ари, ты представляешь, сколько это стоит? – помрачнел Грег. – У нас всего две стены таких. На те деньги, что были отданы за них, можно построить три таких замка, как Тайфол. С обычными стенами. А на остаток нанять пару отрядов тяжелой конницы года на два.

– Ладно, насчет этого я понял, – не сдавался Аринэль. – Но тогда что мешало возвести обычные стены за усиленной?

Грег вздохнул и посмотрел на младшего, как на маленького ребенка.

– Наш отец, конечно, человек не бедный, – произнес он. – Но даже ему пока такого не потянуть. Мне мама рассказывала, что они пару лет жили только с этими вот двумя стенами, которые дварфы построили.

При слове «дварфы» в голове Аринэля появился образ невысоких (ну как невысоких, вот с Аринэля ростом) бородачей с очень бледной кожей. Не сильно внушительного вида, они были, что называется, жилистыми. Бороды свои они заплетали в косички, при этом такие украшения лица явно несли еще и какой-то смысл, так как и количество, и ленты, вплетаемые в них, были разными.

Кстати, упомянув дварфов, Грег что-то сильно нахмурился. Даже будто разозлился. Ну, точно, вон как стиснул рукоять клинка, который в руках держал. Аж пальцы побелели. И отвернулся.

* * *

После обеда Саманта и Рэйса изъявили желание тоже посмотреть, как братик будет с эльфом соревноваться. Виона тоже хотела, но мама Мара прихватила ее уже на выходе. Зато пошел отец и, похоже, он был этому очень рад. Пару раз он опасливо посматривал в сторону дома, пока шли по замку. Ну и мама Вайлири, на лице которой то и дело проявлялось волнение, словно она сына на войну провожала.

Но вот они вышли из замка. Недалеко от моста паслись лошади красноплащников, за ними приглядывали несколько подростков, верхом, но без седел... А еще с ними увязались несколько эльфиек. И да, Аринэль на них украдкой пялился.

Высокие, золотоволосые. И, как мама, тоже стройные и, честно говоря, как понял парень, это особенность эльфов. Это сейчас про округлости. Что верхний размер, что нижний были, как бы это поласковей... В общем, они были близко к японскому идеалу женщин, то есть к цилиндру. Но красивые, это да, глаз не оторвать. Кстати, внимание парня заметили и Аринэлю были подарены легкие улыбки. Что отозвалось в груди приятным чувством крутости!

– Братик! – ткнула острым локотком в бок Саманта. – Хватит уже пялиться на этих.

– Мне просто нравится все красивое, – усмехнулся Аринэль.

– Тогда смотри на меня! – смешно насупилась девушка.

– Он же парень, Анти, – произнесла Рэйса. – Они всегда смотрят на всех девок, которые есть в поле зрения.

– А вы на парней, значит, не смотрите? – улыбнулся Аринэль.

– Но не пялимся так, словно раздеваем взглядом! – фыркнула Саманта. – Плут!

– А с чего это я плут? – удивился Аринэль.

– Юбочник, – а это комментарий от Рэйсы.

– И вовсе я не такой!

Около замка росла небольшая рощица. Это место словно специально было создано для отдыха. Небольшую полянку окружали деревья. Практически посередине бил ключик. Естественно, обитатели замка заметили столь красивое место. Здесь была сделана беседка, ключик выложили камнем. Но сейчас они прошли мимо рощицы в поле.

Вдалеке темнел лес, около которого виднелись шатры орочьего стана. Справа темнел на фоне горизонта табун лошадей. Пронзительно-голубой купол небес завершал эту идиллическую картинку.

– Аринэль, ты справишься с нашим луком? – поинтересовался Даиэль.

– Должен, – ответил парень с серьезным видом.

Одна из эльфиек подошла ближе и с улыбкой подала Аринэлю лук. И слегка придержала оружие, когда парень взялся за него.

– Это мой лук, – произнесла девушка. – Ты уж будь с ним поаккуратнее, ладно?

Аринэль, честно говоря, слегка прибалдел от ее милого голоска. И как эльфийки умудряются вот так вот говорить?

– Я... постараюсь, – слегка хриплым голосом ответил парень.

Девушка улыбнулась и словно невзначай коснулась его руки. Рядом сердито засопела Саманта.

Даиэль, пряча улыбку, отошел немного, смотря вдаль. Аринэль несколько секунд спустя присоединился к нему.

– Я видел вчера, что ты можешь, – произнес эльф. – Поэтому предлагаю начать со ста шагов.

– Я предлагаю начать с того, – произнес парень, – что мы обсудим приз победителю.

– Приз? – слегка удивился Даиэль.

– Конечно, – кивнул Ари. – Иначе какой интерес? Просто так пострелять?

– Какие знакомые повадки, – еле слышно пробормотал эльф и уже громко спросил: – И что же ты предлагаешь?

– Ну, вам есть что поставить, – Аринэль кивнул на лук эльфа. – Вопрос, что мне предложить, чтобы было равноценно.

– Равноценно? – Даиэль сощурился. – Аи даммалэ, о даммалинни ре элвар тео элваниннэ?^[13]

– Доо^[14], – ответил Аринэль. – Эс нита дэлваринон номалл. Эс коота м-м... нита элос текочи элваниннэ. Ло ничинон^[15].

– Вот как, – продолжил на элварине Даиэль. – Что же, думаю, для внука Сваэля Леваннара это не будет большой проблемой. Так что такое не может быть ставкой. Но у меня есть одна идея.

Аринэль вопросительно посмотрел на эльфа.

– Если выиграю я, баронет Тайфол, – произнес эльф, – то я буду твоим учителем.

– Хм, и в чем тут вам выгода? – озадаченно спросил парень.

– Как же ты мало знаешь о своем народе, – произнес эльф. – Но тебе простительно, молодой побег^[16]. Учитель – это тот, кто по статусу равен родителю.

– К сожалению... – начал было Аринэль.

Пусть он еще и недавно аристократ, но что такое статус, и сам понимал, и из памяти почерпнул достаточно.

– Не волнуйся, мы и так родственники, – чуть улыбнулся Даиэль. – Так что это вполне нормально, что старший обучает младшего. И я даю слово, что это не приведет к ущемлению чести.

– Ладно, – тряхнул головой парень. – Тогда, что будет, если победу одержу я?

По губам эльфа пробежала еле заметная снисходительная улыбка.

– В этом случае ты поедешь в Академию на аидэне^[17]

По сути, сейчас Даиэль предложил студенту приехать на обучение на «Феррари». Или типа того.

– Какое интересное предложение! – азартно улыбнулся Аринэль. – Может, уже начнем тогда?

«Это точно сын Брана», – подумал эльф.

* * *

Конечно, Вайлири не могла пропустить этого. Ее сынок, ее Аринэль проходит через ритуал посвящения в воина! Точнее, он проходит ту часть, когда эльф показывает свое воинское умение. Сам ритуал можно провести только в Эло. Но Даиэль безусловно выступит свидетелем на нем... если Аринэль справится. Или, как он обещал, научит Ари всему.

– Не волнуйся ты так, – успокаивающе произнес Бран, обняв жену за талию. – Ари справится, вот увидишь.

– Да, – кивнула эльфийка. – Но я все равно волнуюсь.

Между тем две эльфийки установили мишени и, вскочив на коней, отъехали. Стрелки вскинули луки... И Аринэль опустил оружие. Хлопнула тетива, Даиэль выстрелил. А вот Ари убрал стрелу. Несколько раз натянул вхолостую тетиву. Потом зачем-то посмотрел на землю вокруг себя. Затем перевел взгляд на деревья рощи. Даиэль с явным интересом смотрел на своего оппонента, но молчал. Вот Аринэль, наконец, наложил стрелу.

– Ну вот, а ты боялась, – произнес Бран, когда подъехавшие эльфийки подняли руки, сигнализируя о том, что оба стрелка попали.

Вайлири слегка виновато улыбнулась.

– Ты слишком уж переживаешь за него, – проворчал барон. – Аринэль уже мужчина. Более того, он Тайфол.

– Да, он... уже такой взрослый, – тихо ответила эльфийка.

Тем временем мишени отодвинули на пятьдесят шагов. И тут Аринэль всех немного удивил. Едва дали отмашку, он вскинул лук и выстрелил, практически не целясь. Раздался еле слышный стук. Через несколько мгновений второй.

– Дэйко хоттен^[18], – произнес Даиэль, с улыбкой смотря на своего оппонента.

– Со аи мори нитаан!^[19]– усмехнулся Аринэль. – Оссо, вэ аидэн аи теони миннори?^[20]

– Аи доко нита дариннэ^[21], – по-доброму ответил эльф.

Наконец мишени переставили. Стрелки встали к черте (условной, конечно). Вскинули луки с наложенными стрелами. Почти синхронные хлопки... И тут Аринэль выдернул следом еще одну стрелу, и тетива хлопнула по его наручу второй раз. Бран заинтересованно подошел к стрелкам.

– Кажется, вы не попали, уважаемый Даиэль? – с легкой иронией произнес Аринэль на элварин.

Эльф с прищуром посмотрел на парня... который только что сбил его стрелу своей.

– Четыреста шагов, – ответил он. – Если хотя бы попадешь в мишень, аидэн твой. Будущий, конечно. Аидэны не просто лошади. Это друзья.

– Ого, как у вас все серьезно, – хмыкнул барон.

Аринэль сверкнул глазами и кивнул. Эльф махнул рукой ожидающим всадницам, чтобы те подъехали.

– Скажи, Бран, – произнес Даиэль, пока они ждали. – Ты специально подбил меня на это?

– Мы давние друзья, Даиэль, – произнес барон с легкой улыбкой. – Как ты мог такое обо мне подумать?

Эльф очень скептически посмотрел на Брана.

– А что тут у вас происходит-то? – к разговору мужчин, не вытерпев, присоединилась Саманта.

– Твой брат, Анти, – усмехнулся барон, – решил, что ему нужен аидэн.

– Правда? – округлила глаза Саманта.

– Ну, это еще под вопросом, – заметил Даиэль.

– А может, нам повысить ставки? – заговорил Аринэль. – Например, два аидэна. Две мишени. Пятьсот шагов. Попасть в центр. Как вам?

Даиэль смерил парня взглядом, в котором уже не было ни капли веселья. А потом перевел взгляд на барона.

– Он мужчина, воин, – ответил Бран. – И может решать сам.

– Что же, тогда... – эльф как-то неуловимо изменился.

Он будто стал выше. Лицо сделалось словно маска. Его длинные светлые волосы (помните, мужики-эльфы имеют длинные волосы), убранные назад, развевал легкий ветерок.

– Баронет Тайфол, – строгим и даже, наверное, торжественным голосом заговорил Даиэль. – Я согласен на эти условия. Если ты исполнишь сказанное тобой, то я, Даиэль Леваннар, буду свидетелем того, что ты, Аринэль Тайфол из Дома Тайфол, являешься тем, кто достоин нести Звезду. Но если твои слова окажутся пусты, то, как и положено почке^[22], проведешь следующий год за третьим кругом.

Даиэль приложил ладонь левой руки к груди. На кисти у него имелась татуировка в виде зеленой четырехконечной звезды.

(Что имел в виду эльф. Четырехконечную звезду на одежде, гербе и в виде татуировки на левой кисти, носят те воины эльфов, которые считаются элитой. Спецназом. Несовершеннолетними (почки на элварине) считаются эльфы, которые не могут выходить из Эло дальше третьего круга патрулей. При этом такими могут считаться и вполне взрослые эльфы и эльфийки.)

Аринэль после этой фразы посмотрел эльфу в глаза.

– Согласен, – ответил парень.

Кстати, у эльфиек, что стояли рядом, лица тоже сделались серьезными, если не сказать каменными. Даиэль сказал подъехавшим всадницам, что нужно делать. Те смерили Аринэля удивленными взглядами. И прижали, как и Даиэль, руки к груди.

* * *

Аринэль, а точнее Артем, очень не любил рисковать попусту. Нет, разумный риск он принимал, но при этом делал все, чтобы минимизировать возможные потери. Например, он никогда не играл на деньги. В смысле, когда нужно было положиться лишь на удачу. Все эти лотереи, карты и прочее он обходил стороной. Ну, не нравилось ему ощущать себя безвольной игрушкой в руках судьбы. При этом, не отрицая того, что провидение может в любой момент поломать, казалось бы, совершенный план. Не отрицая, а значит, просчитывая возможные последствия.

Редко когда бывает, что снайпер может работать сразу. Для начала, обычно это происходит на вражеской территории. То есть мало просто выстрелить и попасть. Нужно еще и продумать то, чтобы тебя не заметили, по крайней мере сразу. Заранее предусмотреть пути отхода, способы отсечения возможной погони. И это все нужно просчитывать самому. В том числе и реакцию людей. Когда убираешь колпачки с прицела, все должно быть готово. Любая мелочь может стоить тебе жизни. Например, пожалел денег на прицел, взял то, что дали, и по блику тебя засекли и отработали, к примеру, ЗУшкой. Артем раз поспешил, не полил землю перед выстрелом, и после сухая трава занялась, как будто ее бензином полили. Чисто повезло, что ветер дул в другую сторону.

На самом деле, стрельба на большое расстояние – это практически искусство. Артем справедливо гордился тем, что является одним из немногих людей, кто умеет это делать. Никакой баллистический вычислитель не может предугадать, что пулю на подлете может сбить с траектории внезапный порыв ветра. А люди каким-то образом это учитывали.

Аринэль вскинул лук. Мир вокруг сделался фоном. Наконечник стрелы поблескивал на солнце. Ветер чуть шевелил перья на стреле.

«Пуля должна знать, что ей делать».

Парень представил стук, как наконечник вонзается в черный кружок в центре мишени. Острие, описав в пространстве кривую, замерло. Аринэль ждал, когда придет ощущение того, что он попадет. Он мерно дышал, волосы слегка касались щеки.

Чувство правильности кольнуло в груди, и пальцы немедленно отпустили стрелу. Словно в замедленной съемке, она взмыла ввысь, и Артем будто ощутил, что она, стрела, довольна. Сейчас она выполнит свое предназначение и поразит цель. Она была для этого рождена, она ждала этого и радовалась, что попала в руки того, кто исполнит ее мечту...

Артем перебрал оставшиеся стрелы в колчане. Их называли психами, когда они откладывали одни патроны и брали другие, на первый взгляд, абсолютно такие же. Артем однажды столкнулся с одним американцем, который вообще использовал только те патроны, которые сделал сам. В тот раз они были на одной стороне. А в следующий – по разные...

Аринэль достал стрелу, подержал в руке. Потом другую. За его спиной удивленно переговаривались люди. Рядом застыл напряженной статуей эльф. Он тоже стрелок, Артем чувствовал это. Ощущал, что тот понимает, что происходит. Потому что эльф не мешал своим присутствием.

«Эта».

Аринэль не торопясь наложил стрелу. Лук будто замурлыкал в ответ. Каждое оружие имеет свою суть. Тот лук, из которого он стрелял вчера, был словно удивленный ребенок. А этот словно ластящаяся кошка. А вот лук Даиэля напоминал настороженного волка. Парень, слегка улыбнувшись, погладил оружие и вскинул его, оттягивая тетиву.

Стрела улетела в небо. Аринэль опустил лук. Как всегда, после такого наступило какое-то опустошение. Было все равно, что происходит вокруг. Черта подведена, дело сделано.

Вот реальность стала опять насыщаться красками. Сзади загомонили. Радостно, удивленно. Аринэль слегка улыбнулся. От мишеней к ним ехали всадницы на белых лошадях. Да. Это будет интересно, когда они с Анти заявятся на таких в Академию.

Аринэль обернулся и посмотрел на отца. Барон глядел на сына с выражением гордости. У мамы Вайлири подозрительно поблескивали глаза. Даиэль Леваннар же приложил руку к груди и склонил голову.

– Что же, – произнес Бран Тайфол. – Сегодня у нас сразу два повода для празднования!

Эти слова барона словно дали отмашку к активным действиям. Вайлири метнулась вперед и обняла сына. Грег (а этот вроде оставался в замке, нет?) похлопал младшего брата по плечу. А только мама оторвалась от сына, как руками Аринэля завладели сестры.

– Ну, братец! – произнесла Рэйса, сверкая глазами. – Ну, ты и дал!

Саманта же чмокнула в щеку и с видом светской львицы произнесла:

– Рыцарь, вы подарили мне незабываемые ощущения!

– Все ради вас, прелестная госпожа! – улыбнулся Аринэль.

Глава 9

* * *

Эльфы оказались напрочь отбитыми веганами. То есть вообще и никак не ели мясо. Даже рыбу. Возле них стояли лишь блюда с травой. Но ели лесные товарищи без стеснения, можно даже сказать – молотили. При этом весьма изящно, этого у них не отнять.

Орки возвышались над остальными, словно башни. Но вот что было интересно, вообще было незаметно хоть капли опасения в их сторону. Да что там опасения... Некоторых суровых степняков, помоложе на вид, буквально сразу утянули в сторону бойкие девицы из местных. Вот точно, мужику надо быть лишь чуть красивее обезьяны.

Столов на всех не хватило, что, однако, никого не смутило. Да и вообще, стоя больше влезет! Народу было реально много. За столом, по сути, оказались степенные мужчины с женами, орки постарше, эльфы, несколько наемников с командиром во главе, десятка полтора рыцарей принцессы и так далее. Все, кто помоложе и рангом пониже, праздновали на ногах и гуляли, похоже, по всему замку.

Наконец, двери главного здания распахнулись, и Грег пихнул Аринэля вбок. Братья подошли ближе к столу.

Первыми вышли, хе-хе, молодожены.

– Ух ты! – не выдержал Аринэль.

Грег снисходительно улыбнулся на такую реакцию младшего. Но и на его лице было прописано восхищение. А как тут не восхищаться? Девушка была просто ослепительна! Алое длинное приталенное платье облегало весьма аппетитную фигурку, водопад русых волос, в которых что-то поблескивает. Слегка смущенное лицо, доведенное до совершенства богини. Тут сразу чувствуется рука мама Саятаны.

Голубые глаза девушки смотрели на уже начавшиеся гуляния с легким удивлением. Старший Тайфол тоже не подкачал, очень органично смотрелся рядом с такой красоткой в черном с серебром костюме. Этакий загадочный принц.

Появление остальных женщин рода Тайфол тоже не осталось незамеченным. Зрелая, уверенная красота Мары Тайфол, которая не постеснялась подчеркнуть передний размер довольно смелым декольте. Каяра Тайфол. Аринэль первый раз видел ее в платье. И знаете, будь он на месте отца, тоже бы потерял голову. Удар знойной хищной красоты смягчался кремовым длинным платьем. И это было ловко сделано. В смысле, что платье было под горло, но одновременно облегало грудь (а там было что облегать!) и подчеркивало крутизну бедер. И вот, после напора дикой красоты Каяры, появилось утонченное обаяние имперской аристократки. Саятана Тайфол в светло-голубом, почти белом платье внушала что-то такое... Захотелось схватить гитару и бежать петь серенады!

Мужики за столом начали приподыматься, а женщины слегка помрачнели. И тут по сердцам мужчин ударила какая-то иная, не людская красота лесной феи. Мама Вайлири в зеленом платье будто плыла над землей. В ее струящихся длинных золотых локонах блестела диадема из белого золота. Хех, что-то разговоры затихли. Рыцари принцессы уже вообще стояли. И контрольный выстрел. Три выстрела. Три ангела, снизошедшие с небес во всем очаровании юной красоты. Виона в белом платье. Саманта в бежевом... И Алетта. Да, именно Алетта, дочь барона Тайфола, в светло-зеленом платье. Аринэль пригвоздил взглядом было дернувшихся красноплащников и вышел вперед. На мам нацелился Грег. Даже не пришлось договариваться!..

...Интересно, что это были за вина? Вряд ли тут есть виноград. Ладно, когда-нибудь попробуем (учитель Хаймар предупредил, чтобы они, то есть Саманта и Аринэль, не пили спиртное). Кстати, вот и фрукты. Круглые, похожие на яблоко внешне и на хурму по сути и вкусу. Этакие большие медовые яблоки. «Виэнь Пачала». «Сладкая мякоть» в переводе с эльфийского. Тарлены – продолговатые зеленые и мягкие плоды, по вкусу напоминающие киви. Кисло-сладкие. Какие-то крупные красные ягоды, на крыжовник похожие.

– Ари, – укоризненно произнесла Саманта. – Поухаживай уже за дамой!

– Ох, простите, госпожа! – улыбнулся парень. – Просто я был поражен вашей красотой и пребываю в легком ошеломлении.

Девушка довольно улыбнулась. Аринэль взял кувшин с соком и наполнил бокал сестры. Виона и Алетта, конечно, указали на кувшины с вином. Они же взрослые!

– Как по ушам-то ездит! – Алетта, сидящая рядом, чуть сощурилась.

– Сестренка, ты впечатлила меня не менее сильно! – чуть склонил голову парень, наливая вино, и с торжественностью в голосе выдал: – Дамы! Вы просто богини! Если бы не родственные узы, клянусь, вас бы увидели другие мужчины только в качестве моих жен и максимум после рождения ребенка!

– А как поет-то сладко! – улыбнулась Алетта, принимая бокал. – Ох, и юбочник!

– Сестренка, ну, почему сразу юбочник? – якобы обиженно произнес Аринэль.

– А кто с той эльфийкой переглядывался? – подняла бровь девушка.

– И ничего я не переглядывался! – открестился парень. – Она мне просто лук дала и все!

– Да-да, просто дала... лук, – иронии в голосе Алетты прибавилось еще больше.

– Аринэль, – Саманта показала взглядом в сторону отца.

Парень поднял взгляд. Бран Тайфол как раз в этот момент вставал. Воздвигнувшись во главе стола, он окинул присутствующих долгим взглядом, будто запоминал лица. Так, настало время для мотивирующей пафосной речи.

– Когда мы пришли сюда, – заговорил барон, – здесь были лишь развалины и пепелища. В нас никто не верил, и предрекали нам скорую погибель! Нам никто ничего не дарил, мы сами вырвали себе все!

Народ за столами одобрительно зашумел. На лицах проступала гордость, расправлялись плечи, взоры были наполнены внутренней силой. Орки дружно рявкнули какой-то клич, вскинув кулаки над головами и перекрыв на мгновение голоса остальных.

– И вот уже наши дети становятся отцами и матерями. Мы выстояли, мы стали сильными! И сегодня я хочу сообщить вам радостную весть! – продолжил барон. – Нас стало больше! Криста Релия Вестфолен. Кроме того, что она красивая девушка, она еще и боевой маг! Поэтому я и решил забрать ее себе.

Послышались смешки, сверкнули улыбки. А Брана Тайфола тут явно искренне уважали, раз он может позволить себе шутить в такой момент.

– А может, тут есть мужчины и покрасивше! – раздался чей-то комментарий.

Аринэль нашел взглядом говорившего. К его удивлению, столь бойкий комментарий выдал мужчина в черной безрукавке, поверх темно-синей рубахи, расшитой по вороту красными узорами. При этом его правую щеку пересекал бугристый шрам, который слегка оттягивал угол губ. Характерная такая фактура, явно это мужик имеет право так разговаривать с бароном.

– Марэл, ты что ли претендуешь? – иронично спросил барон.

– А что, я ненамного старше! – расправил плечи мужчина.

– Мы ж только весной на твоей седьмой свадьбе гуляли! – удивился Тайфол.

– Да уж больно дивчина хороша! – ухмыльнулся Марэл.

– Да куда тебе, старый, такую красоту-то? – раздался чей-то звонкий женский голос.

– Так рядом с такой и я моложе буду смотреться! – отбрил мужик.

– Опоздал! Я уже сделал предложение! – ухмыльнулся барон.

– Обошел, – притворно нахмурился Марэл.

Аринэль во время этого обмена нехитрыми шутками смотрел на лица других людей... разумных. На них были улыбки, вежливые и во всю ширь. Кто-то чуть морщился. Но вот чего парень не заметил, так это злости или зависти. Хотя нет, последнее имелось. У женщин. И направлено это было на невесту.

Барон Тайфол поднял бокал.

– Ну что, выпьем за прекрасную Кристу, которая скоро станет Тайфол! – громко произнес мужчина...

...Ари несколько тяжело поднялся. Вот же жадность-то, а! Но все так вкусно! Наверное, это еще и свежий воздух. Да и молодость.

А народ уже вовсю разошелся. Отовсюду слышались смех, какие-то выкрики. А самое интересное, от тренировочной площадки доносилась музыка! Что-то определенно духовое, типа дудки. В веселый перелив вплетались еще звуки чего-то похожего на скрипку. И народ там хлопал в ладоши.

А Криста как-то совсем по-свойски разговаривала с какой-то женщиной. Отец что-то обсуждал со здоровенным орком, косица которого была до самой талии, а черная безрукавка была расшита синими и красными узорами. А еще лоб вождя орков и брата мамы Каяры рассекал шрам, так что не узнать его было бы сложно.

Двое королевских рыцарей подсели к эльфийкам и демонстрировали ширину плеч. Интересно, а где лесные дамы добыли платья? Что, с собой что ли захватили?

Сестренки умотали куда-то в дом, по несомненно важным женским делам. И, честно говоря, хорошо, что ушли. А то он был точно лопнул, если бы они не прекратили ему еду подкладывать. Что вообще это такое? То обслужи нас, то ешь, братик...

...Духовым инструментом оказался... как бы это описать. Набор разной длины небольших деревянных трубочек. Молодой парень, который играл на этом, ловко извлекал из инструмента мелодию, дуя в разные трубки. А то, что по звуку походило на скрипку, было похоже на банджо, только с коротким грифом. Струн штук восемь, и молодая девушка извлекала из них звук, положив инструмент на согнутую руку и упирая его в сгиб локтя. А по струнам она водила чем-то вроде небольшого лука.

Танцы тут интересные. На площадке друг напротив друга вставали два, хм, строя? В общем, в одном стояли чисто мужчины, во втором – женщины. Мужики клали руки друг другу на плечи и подходили к женщинам, исполняя что-то вроде ирландского танца. Блин! Здорово смотрелось! Красиво! После мужчины уходили назад и уже женщины отвечали тем же. Только они обнимали соседок за талии. Это было еще круче, по понятным причинам. Знаете, когда женщины, не обделенные природой, активно прыгают, у них тоже все прыгает... А платья по случаю праздника были более открытые, чем обычно. В общем, тут не случайно ошивалось столько мужиков. Оркам, кстати, было проще, они же всех на голову выше. А еще улыбка на их лицах смотрелась несколько жутковато. Но, похоже, только Аринэлю.

И вот, когда танец перешел к тому, что мужчина и женщина, стоящие напротив, подхватывали друг друг под локти и делали несколько кругов, Ари тоже неожиданно подхватили под руки, причем с обеих сторон. Крепко так. И локти уперлись в кое-что мягкое. Опа, сестры Хейгар.

– Айри! – заговорила Дара с улыбочкой волчицы. – Вот ты где!

Аринэль улыбнулся, когда услышал прозвище, которым они его звали, когда он гостил у орков. Подруги тоже приоделись, хоть и не в платья. Ну не было у орков такой моды в принципе. Но безрукавки, синяя у Дары и зеленая у Таши, были провокационно расстегнуты сверху... А еще от девушек вкусно пахло. Чем-то ягодным... с легкими нотками алкоголя. И глазки блестят уж больно весело!

– О, привет! – с теплом произнес Аринэль. – А я и не заметил вас. Очень рад видеть!

– Как-то не чувствуется, что рад, – прищурилась Дара.

Таша с другой стороны плотнее прижалась.

– А как должно быть? – недоуменно наморщил лоб парень.

– Сейчас покажем! – Дара потянула его куда-то в сторону.

– Э-э... – Аринэль приподнял брови.

Сверкнула улыбкой Дара. Губы Таши тоже тронула несмелая какая-то улыбка...

* * *

За кузницей, куда его натурально отконвоировали, они вспугнули какую-то парочку. Дамы даже бровью не повели, словно так и должно быть. Да, такт это явно не про Дару с Ташей.

– Ну, давай, рассказывай, что с тобой приключилось, Айри? – в голосе Дары звучало неподдельное беспокойство.

Они сейчас присели на лавочку, которая стояла за кузницей у стены, где обычно кузнецы отдыхали. Сестры, усевшиеся с обоих сторон, натурально стиснули Аринэли своими гибкими, сильными телами... В некоторых местах очень мягкими!

– Так чего тут рассказывать? – слегка напряженно, по понятным причинам, ответил парень. – Дали по башке. Теперь уже все нормально.

– А говорили, что ты не видел, это правда? – продолжала Дара.

– Да, недолго, – произнес Аринэль.

Было несколько непривычно видеть ее такой. Точнее, было бы непривычно.

– Айри, – голос Таши вышел грудным и каким-то вибрирующим.

Парень посмотрел на девушек. Черные глаза смотрели на него с теплотой и тревогой.

– Сейчас уже все нормально, – успокоил подруг Аринэль. – Вот только уже этой осенью я поеду в Академию.

– Но тебе же еще не пятнадцать? – удивилась Дара.

– Дар из-за этого всего пробудился раньше, – Аринэль не удержался от выпендрежа и сдвинул сырой магией на земле щепку.

На лицах подруг пропечаталось удивление. А потом они опять почти синхронно нахмурились. А Аринэль задумался о том, что он же, получается, всего второй раз видит сестер. Но так же, как и с родственниками, общение с ними было эмоционально окрашено. То есть Дара и Таша воспринимаются как близкие люди. Всплывали обрывки каких-то воспоминаний, образы, мысли, слова.

Тут голову парня слегка повернули, и Дара буквально впилась в его губы. Аринэль от такого действия, точнее от его внезапности, слегка опешил. А поцелуй получился «детским». То есть просто касание губ.

Женские пальчики снова коснулись его щеки, разворачивая голову уже в другую сторону. Таша тоже не пожелала оставаться в стороне.

– Помнишь, что ты обещал, Айри? – спросила Дара, пристально смотря в глаза.

– Эм, – Аринэль еще слегка не отошел от такого поворота и, честно говоря, был немного...

В состоянии обалдения.

– Обещал, – Таша тоже заглянула в глаза.

«Айри, ты же будешь нашим первым, когда вырастешь?» – всплыл в памяти вопрос.

Они лежали в шатре и смотрели на звездное небо, через откинутый полог. Шелестела трава, слегка похлопывала ткань шатра. Вот только Аринэль тогда уже почти спал, да и не думал он никогда в такую-то сторону. Ну, и промычал что-то типа «конечно», не особо понимая, о чем его спросили. Молодец, блин! Делать-то теперь что? Не, что делать, тут понятно. Красивые девчонки и не против. Вот только... Непонятно, к чему это может привести. Тут еще и батя с орками дела имеет. Конечно, вряд ли все нарушится из-за этого, но осадочек может остаться. Да и просто не хочется хоть как-то обижать девчонок! Вот совсем и напрочь не хочется! Он только начал тут жить! А голова-то прям кружится... Гормоны серьезная штука, даже без всякого вина в голову бьет! Дара... Фактически она и учила его ездить верхом, тащила, даже когда он так нападался за предыдущий день с лошади, что категорически не желал снова подходить к этому страшному животному. Ее задорный, свободный смех всегда дарил радость и поневоле заставлял забыть неприятные моменты...

Таша. Не очень разговорчивая, но заботливая. По-своему, конечно. Она смазывала его царапины и ушибы, притормаживала сестру, когда та уж сильно разгонялась. А еще, если она что-то вбила в голову, то решимостью даже Дару могла удивить...

Эти воспоминания отзывались в груди теплом. Бесконечное звездное небо, под треск костра. Безумный хмель бешеной скачки, его собственный счастливый смех, смех девчонок. Бескрайняя степь и две девушки, мчащиеся вдаль, словно воплощение легенды об амазонках... А это уже не Аринэль. Это уже свое у Артема пошло.

– Какие же вы... красивые, а, – хрипло выдал парень, не особо соображая, что говорит.

Его тон был настолько характерно окрашен, что даже Дара смутилась.

«Я... Да я же, бога в душу, тут нехилый перец! И тысяча чертей, а почему они должны быть... Да к дьяволу! Мое! Хватит тащить оттуда всякое! Смотри вокруг! Да это же никого и ни разу не колышет!»

– Айри? – как-то обеспокоенно спросила Дара.

Парень поднял взгляд.

– У тебя лицо какое-то злое стало, – пояснила девушка. – Все в порядке?

– О, все как никогда в порядке! – губы парня тронула чрезвычайно довольная и несколько злобная усмешка.

– А он на самом деле изменился, – тихо произнесла Таша. – Как Рэйса и говорила.

– Я вам таким не нравлюсь? – поинтересовался Аринэль.

Девушки смерили его долгим, изучающим взглядом.

– А кто та служанка, с которой ты спишь? – сощурилась Дара. – Она красивее нас?

«Вот спасибо, сестренка! Все выдала! А если бы эти дамы пошли искать Цеси?»

Девушки молча ждали его ответа. И увильнуть было никак! Но... «Красивее нас». Не меня, а нас. Даже в этот момент сестры мыслят... На двоих.

Аринэль представил рядом с ними Цеси. Худенькая, невысокая. Словно ребенок рядом со взрослыми женщинами. Красивее? Вот любят девушки вопрос ребром поставить.

– Даже сравнивать не буду, – ответил парень. – Вы разные. Она никогда не рванет в степь. Вы не будете ждать меня дома.

– Хм, то есть она хочет оставаться в шатре? – уточнила Дара.

Типично орочий вопрос. И да, не все женщины орков непременно наравне с мужиками воюют. Собственно, вот, мать сестер. Скорее всего, она даже сюда не поехала.

– Вот только давайте без шатров, – усмехнулся Аринэль. – Я предпочитаю жить в домах.

– Я хочу ее увидеть, – решительно встала Дара.

Следом поднялась и Таша. С не менее суровым личиком.

– Что, прямо сейчас? – поднял бровь Аринэль.

– А ты чем-то занят? – спросила Дара.

– Праздник так-то, – ответил парень. – Давайте я вас попозже познакомлю, хорошо? В моей... хм, комнате?

– А он и вправду изменился, сестра, – тихо произнесла Таша. – Как и говорила Рэйса.

* * *

Похоже, Аринэль все-таки хапнул винца. Наверное, в тот раз, когда он утянул стакан Вионы. Как он понял, что пьян? Потому что это было неразумно болтать с эльфийками, пока сестры куда-то ушли. А потом приглашать на танец ту самую девушку, которая лук дала. Звали ее Эльси Эваннар и, к удивлению парня, ей было двадцать шесть. А смотрелась максимум ровесницей Вионы. Ее род был небольшим и занимался, если перевести с эльфийского, сельским хозяйством. Выращивал те самые мучные деревья. А девушке было это скучно до чрезвычайности, идти пятой или больше женой тоже категорически не хотелось, и она решила попытать счастья среди людей. Для этого ей пришлось пару лет активно заниматься военным делом. Вот тут Аринэль и ощутил, что, похоже, пьян. Иначе с чего бы он начал набивать себе цену тем, что занимается воинскими делами с десяти? А дама тоже, походу, была под градусом, ибо восприняла это растопыривание перьев как-то больно тепло. А танцевали они неспешный танец, напоминающий очень медленный вальс. И эльфийка, под слова Аринэля и льющуюся неторопливую мелодию, прижималась все плотнее...

Хорошо, что мелодия закончилась раньше, чем у парня сработал рефлекс на близкое нахождение рядом женского лица. А еще он натурально задницей ощутил, что позади зарождается песец. Эльфийка сверкнула улыбкой, причем не ему, и упорхнула. А парень с опаской оглянулся.

Сестренки Хейгар буквально сверлили его взглядом. А позади них сушили зубы уже родные сестры. Всем, блин, весело! А предупредить нельзя было?

На площадке тем временем заиграли что-то активное и веселое. Присутствующие стали собираться в круг. Потом вокруг этого круга образовался еще один, побольше.

– Я же говорила! – торжествующе произнесла Рэйса, когда Аринэль подошел ближе.

Сестры Хейгар молча взяли парня под руки, всем своим видом показывая, что больше такой оплошности, как оставить его одного, они не допустят. Собственно, а кто сказал, что он куда-то собирается? Да и сестрам хочется носики утереть.

– Слушайте, – шепотом, но таким, что те, кто надо услышат, сказал Аринэль подругам. – А я показывал вам свою комнату?

Парень бросил взгляд на сестер. Прищуренные взгляды стали бальзамом! Дара и Таша сверкнули глазами.

– У меня там такая кровать, – продолжил Аринэль. – Вы непременно должны оценить.

Да и темнело уже. Конечно, праздник и не думал заканчиваться, вон костры разжигали. Но, честно говоря, эти обжимки с эльфийкой настроили парня на совсем другое продолжение банкета! А подруги, несмотря на демонстрируемую решимость, слегка зарумянились. Аринэль чуть оскалился и по-хозяйски положил руки на их талии.

Криста пока еще Вестфолен

Криста, конечно, не раз бывала на больших праздниках. Но по большей части это были приемы во дворце. Праздничные мероприятия в Академии тоже не сильно от них отличались, за исключением того, что приходилось самой отваживать назойливых дам и кавалеров. Особенно последних, которые не привыкли к отказам. Эти заносчивые отпрыски знатных семей никак не могли взять в толк, почему она не хочет танцевать с мужчинами. Зато сегодня она натанцевалась, похоже, за все эти годы. Бран... Любимый... Она уже сбилась со счета, сколько раз он приглашал ее.

Но особенно было удивительно то, как к этому относятся окружающие. Как же хорошо, что вокруг не аристократы, а обычные люди! Кристе было поначалу даже неудобно, что на нее обращено столько внимания! В смысле взгляды, которые она ловила, были наполнены одобрением! Помнится, когда она танцевала с Браном в Академии, на нее смотрели как угодно, но только не с теплом.

А еще Криста видела, что ее сестрицы... Мара Тайфол танцевала с мужем уверенно, спокойно, но даже у нее проскальзывала в жестах, на лице эта... Особая какая-то ниточка, по которой ясно видно, что люди близки не только физически, но и по душе друг другу. Каяра предпочитала более активные танцы, но и у нее Криста видела то же самое. Бран Тайфол... Он снова удивлял. И подтверждал слова, сказанные тогда. Его жены были с ним именно потому, что их связывали сильные чувства. А Саятана Тайфол? Светская дама, словно прямиком из столичного салона, она танцевала подчеркнуто изящно, но смотрела на мужа не отрываясь и с улыбкой. А еще она явно не особая любительница сельской жизни, все-таки жила здесь, в пограничном баронстве, где на праздник к аристократу приходили земледельцы и орки. А ведь могла вполне свободно, как это делали многие дамы, числиться женой, но жить в Империи, а то и вообще в Даннеране или в Академии.

Вайлири, вот кто была загадкой для Кристы. Точнее, не загадкой, а удивлением. Она словно только что влюбилась в Брана. Иной раз бросала на мужа такие взгляды, словно раздумывала, как бы его украсть. Криста даже не удержалась и спросила об этом у Мары. Тихонько, конечно.

Собственно, а вот и причина такого поведения Вайлири Тайфол. Их с Браном сын. Эльфийка попеременно смотрела то на своего сына, то на мужа. Мара и пояснила, что эльфийки очень бурно реагируют на то, если дети, скажем так, сильно радуют. Старшая сестрица с улыбкой пояснила, что Вайлири в последнее время даже в постели... постоянно перехватывает инициативу.

В постели... Криста почувствовала, как на ее щеки выползает румянец. Как же это отличается... Ну, с мужчиной. Совсем другие ощущения. Она даже не отдавала себе отчет в том, что делает, когда расцарапала спину Брану. Она даже не помнит этого. Только утром увидела последствия... А сегодня ей предстоит разделить уже брачное ложе. То есть со всеми. Полностью ощутить себя в семье...

Как же давно это было. После всех этих фальшивых улыбок, алчных глаз и приторной вежливости она увидела человека, которому было все равно, кто она такая. Более того, ему было все равно, кто такие и остальные. В Академии вокруг Брана постоянно крутились девушки и женщины, а потом несколько, именно из тех, к кому он относился нормально, стали ее подругами. Учитель Инвирен Клайдхол позже помогла выпутаться из весьма неприятной истории с сынком графа Праккус. Тогда она и представить не могла, что будет сидеть тут, во главе праздничного стола, в качестве жены Брана...

Криста немного грустно улыбнулась.

Дети. Вот какой момент, наверное, больше всего тревожил девушку. В смысле дети Брана. С Грегом Криста встречалась в Церантоне. И потом в столице. Конечно, она навела справки. Рассудительный, спокойный, Грег больше походил на мать, чем на Брана. Но также о Греге говорили как о весьма и весьма сильном мечнике. Что неудивительно, если вспомнить, кто его отец.

Самый фокус, что тех, кого она опасалась больше всего, а именно дочерей, как раз больше всего ей и помогли. Девочки активно насели на Кристу, выведывая особенности взаимоотношений столичной молодежи, Саманту больше всего интересовала мода. Виона поначалу была несколько необщительна, но потом, когда сменила платье на штаны, ее словно подменили. За этими разговорами Криста и не заметила, как влилась в общую атмосферу.

А смотря на Аринэля Тайфола, Криста не раз себя ловила на том, что этот парень ей нравится. В смысле, как человек... Ну, и как мужчина, потому что он пугающе походил на своего отца. Но при этом в нем было, казалось, еще больше этого обаяния дерзости. И ему всего тринадцать! Страшно представить, что выйдет из этого парня позже, лет через пять-десять, если уже сегодня его очень живо обсуждали эльфийки (Криста сама слышала). Старшие сестрицы тоже не раз, посмеиваясь, упоминали своего младшенького. Бран, при упоминании сына, хитро ухмылялся. А еще он подкалывал эльфа Даиэля, насчет того, что ему, наверное, будет несколько неудобно обьяснять, как же так его перестрелял столь юный воин. Оказывается, Аринэль сегодня днем выиграл у эльфа двух аидэнов. В соревновании по стрельбе! У эльфа!

А еще Аринэль перенял у своего отца то, что не очень и стоило брать. А именно, он в открытую флиртовал с женщинами. Мало того что возле него крутились как привязанные две молодые орчанки, так он еще и эльфийку успел потискать, танцуя с той. Тринадцать... В его годы Криста не только о постели не думала, она о поцелуях мечтала с красными щеками. Хотя, может, так ведут себя все мальчики в это время? Но в Академии были парни, которые и в двадцать вели себя так, будто девушки – это просто парни в юбках. Все это явно не про Аринэля. Он определенно не красоты показывать вел тех двух орчанок в сторону дома...

Цеси Нер

Она ведь только на минутку прикрыла глаза. А когда открыла, то обнаружила себя лежащей на застеленной кровати, а над ней наклонился господин, с улыбкой на губах. Какой же он все-таки...

– Простите! – пискнула Цеси и резко села.

– Устала? – ласково спросил парень.

– Нет! – замотала головой девушка. – Я просто... Это вышло случайно, простите!

И тут Цеси обнаружила, что они в комнате не одни. За спиной господина внимательно смотрели на нее две молодые рослые орчанки.

«Я помешала!» – с отчаянием подумала девушка, обмирая.

Она неловко подскочила, сгорая от стыда.

– Да, ей на самом деле лучше оставаться в шатре, – произнесла девушка в синей безрукавке.

Тут Аринэль, стоящий рядом, с улыбкой притянул Цеси к себе. Посмотрев в слегка испуганное лицо девушки, он провел пальцем по ее щеке.

– Знакомься, Цеси, – сказал он. – Это Дара.

Он кивнул в сторону только что говорившей орчанки. Та в ответ слегка прищурилась.

– И Таша, – девушка в зеленой безрукавке молча кивнула.

– А это Цеси, мой хранитель, – продолжил представления Аринэль, развернув девушку спиной к себе и обняв за плечи. – Пока я слепой был, она обо мне заботилась.

Цеси смущенно опустила взгляд. А в следующий момент Дара вдруг шагнула вперед, и Цеси даже не успела испугаться, когда к ее губам прижались губы орчанки.

– Какие мягонькие, – тепло улыбнулась Дара.

К Цеси подошла Таша. Положила ей руки на плечи, заглянула в глаза.

– Эй, я ревновать начинаю, – произнес Аринэль, после еще одного поцелуя. – Это моя девушка!

– Нам она нравится, – по губам Таши проскользнула улыбка.

– Заберем ее с собой, – кивнула Дара.

– Но-но! – погрозил пальцем Аринэль. – Это же не конь! Что значит заберем?! Цеси, ты же со мной хочешь остаться, да?

Парень прижал девушку к себе, и Цеси даже сквозь удивление ощутила, как по сердцу разливается теплота.

– Подруга, – Дара положила руку ей на плечо. – Мужики непостоянны. Мы же всегда будем рядом.

– Дара, что значит мужики непостоянны?! – возмутился Аринэль.

– Мы будем заботиться о тебе, – это Таша подключилась, вещая проникновенным голосом и заглядывая в глаза.

Цеси совсем растерялась, смотря на улыбающихся девушек.

– Так, – решительно заговорил Аринэль, прижимая к себе Цеси за талию. – А ну-ка отошли! Это моя девушка! И я никому ее не отдам!

– Тогда придется и довесок брать, – вздохнула Дара. – Таша, потянем?

– Потянем, сестра, – покивала Таша.

– Довесок? – поднял бровь парень. – А вы тут не перегибаете?

– Сестра, ты злая, – Таша неожиданно переключилась с Цеси на Аринэля.

А тот, честно говоря, не успел переключиться, и поэтому его натурально завалили на кровать. И вот, лежа на кровати, он увидел, как к нему подошли две девушки. Очень, очень красивые девушки. Они не спеша расстегнули безрукавки, стянули их с плеч. Высокие (к стыду парня, выше него), довольно плечистые. Ну и да, весьма одаренные спереди девушки... Стоящие по обе стороны от Цеси, которая смотрела на происходящее совершенно круглыми глазами. Тут орчанки с улыбками поцеловали ее в щеки.

– Сестрица, – проворковала Дара, проведя рукой по груди Цеси. – Какая у тебя нежная кожа.

– Словно у младенца, – подтвердила Таша.

Аринэль в легком изумлении смотрел на это совращение. Член уже давно стоял, как каменный. Да вы сами посудите! Две полуобнаженные девушки... черт возьми, какие формы, а! В открытую заигрывают со стесняшей! Да тут святой бы штаны снял!

– Господин! – пролепетала Цеси, явно проигрывая напору двух знойных красавиц.

Аринэль хищно улыбнулся. Одним махом он сел на кровати, притянул девушку к себе и поцеловал.

– Айри! – потребовала внимание и к себе Дара.

Ну, все, хватит этих скромных поцелуев. Аринэль раздвинул языком губы девушки... И Дара вздрогнула, когда их языки соприкоснулись.

– Ну же, открой ротик, – улыбнулся парень, слегка отстранившись.

– А зачем? – заинтересовалась Таша.

Аринэль оторвался от Дары.

– Сейчас узнаешь! – ответил он, наклоняясь уже в сторону второй сестры...

...Это поистине дьявольское сочетание, женское любопытство, возбуждение и отсутствие особого стеснения. Прибавить к этому очень простое отношение орков к обнаженке, отсутствие рамок в плане грязных и не грязных мест тела. Особенно доставали комментарии типа «так вот для чего это!» или «вот что они делали!». Вспоминая свой, точнее, предыдущего Аринэля опыт проживания в шатре, парень понимал, что подруги обсуждали виденную, но непонятую ими личную жизнь взрослых. В общем, степная романтика открывалась с другой стороны... Аринэль представил, что его дети будут вот так же присутствовать, и поблагодарил... ну кого-то там, абстрактного, что попал именно в сына барона, а не вождя.

Первой, как ни странно, подруги пустили Цеси. Точнее, как пустили. Таша, похоже, опять врубила режим изучения и довела девушку до того, что та сама полезла. А сестрички все-таки, несмотря на свою оторванность, немного... ну, боялись! А Аринэлю пришла в голову мысль, а почему и в этом мире, у другой расы, есть такая штука, как девственность? А еще... Прикосновение женской груди к телу очень и очень приятная штука. А если учесть, что подруги, словно две змейки, натурально обвили его... Поэтому, естественно, до финиша он дошел очень быстро. Но Цеси успела первой.

– Ого, какой голосок! – демонстративно помассировала ухо Дара.

А Цеси, слегка вздрагивая, затихла на груди парня. Аринэль тоже позволил себе насладиться оргазмом...

– Айри, – над ним наклонилась Дара.

Ее глаза были вообще и совсем черные, словно два провала в бездну. Тем временем Таша стащила Цеси с парня, прижав девушку к себе. И та доверчиво прильнула к ней, словно к матери.

Как же хорошо иметь молодой организм! Красивая голая девушка рядом? Где? Дай-ка посмотреть...

...На оконных стеклах плясали блики от костров. Праздник еще шел. А все-таки умеют тут веселиться. Как и работать, похоже. Ему здесь нравилось. Живущие тут были какие-то... свободные, что ли. Не скрывали своих чувств. Если уважали, то за дело, а не за фамилию, к примеру. По крайней мере, Аринэль пока видел именно это.

Что-то сон не шел. Точнее, Ари все никак не мог перейти эту призрачную границу между засыпанием и сном. К нему прижимались три красивые обнаженные девушки. Забавно, что Цеси, прислонившись к нему спиной, спала чуть не в грудях Таши, которая положила голову на плечо парня.

«Ох, ждут меня завтра отдавленные плечи!» – пришла мысль парню перед самым провалом в сон.

Глава 10

Через день в замок прибыла команда разведчиков. Один человек и двое орков. Их лица были осунувшиеся, голос человека, который и докладывал, был тихий и хриплый. Их одежду покрывала пыль, сапоги были в грязи. Человек сильно прихрамывал, один из орков баюкал левую руку, согнутую в локте. Второй орк был бледным, то есть серым, и стоял так, будто проглотил лом. Мастер Цевитос, который после праздника остался в замке, тут же, сразу после доклада барону, взял их в оборот. Четвертому разведчику, который прибыл лежащим поперек седла, целитель, к сожалению, уже помочь не мог.

Откровенно говоря, до этого момента Аринэль воспринимал угрозу как-то отстраненно, умозрительно. Только слушая надтреснутый и безэмоциональный голос старшего из разведчиков, он ощутил, как... Уходит беззаботность. Что прошлое, с праздником и двумя ночами с девчонками, осталось за чертой. Видимо, он подсознательно не желал возвращаться в это состояние, когда душа словно леденеет, и ты перестаешь воспринимать большинство эмоций. Мозгоправы по-разному называют это состояние солдат, которые находятся на войне. Вот только редко кто из них сам испытывал его. А не испытав, ты никогда не поймешь, что это такое. Можно сколько угодно представлять, но постоянно ощущаемую ледяную хватку страха смерти можно только прочувствовать лично. Когда солнце становится мертвым, когда краски, линии и звуки настолько контрастные, что сомневаешься в их реальности. Когда время останавливается и есть только здесь и сейчас...

...Хотел ли Бран Тайфол отправить своих женщин в Брайбо? Наверное, да. Но он не мог, что очевидно. Еще один минус того, что тебя считают главным. Ты не можешь показывать неуверенность в будущем.

Телеги с женщинами и детьми выкатились из ворот в полдень следующего дня. Самые маленькие даже радовались этой поездке и их звонкие голоса звучали странно в гнетущей тишине прощания. Многие женщины прятали лица, сжимая корзины и сумки. Аринэль уже видел такие лица. Точно так же выглядели беженцы. И кому легче, тем, кто уезжает или тем, кто остается? Парень мог со всей определенностью ответить, что для него было бы в десять раз тяжелее ждать исхода. Сидеть и надеяться, что все обойдется, и не иметь возможности ничего изменить. Он тоже сейчас провожал. Цеси глядела на него с телеги, и выражение ее лица... Так рвало душу. Оказывается, он довольно сильно привязался к этой девчонке.

Замок готовился к тяжелому бою. Что будет именно тяжелый, Аринэль сделал вывод по тому, что на окнах зданий имелись ставни, которые сейчас закрывали. То есть местные предполагали, что враг может оказаться внутри. А это вряд ли произойдет, если достаточно защитников на стенах. Без криков детей, без белья на веревках и компаний тетушек у колодца, замок стал тем, кем и являлся. Суровым воином, который ждет врага. Ужин в семье барона был однообразным, мясо и каша...

Следующим утром Аринэль, проснувшись, увидел Цеси. Которая вроде как должна быть в Брайбо. Она была в дорожной одежде, ее лицо было немного грязным, поэтому были видны дорожки от слез. Спала девушка оригинально, а именно сидя на коленях на полу, а голову положив на кровать. Парень несколько мгновений молча смотрел на нее, а потом погладил по голове. Конечно, Аринэль понимал, что Цеси, похоже, испытывает к нему нежные чувства. То есть пытаться прогнать ее занятие бесполезное, пусть даже и для ее блага. Блага ли? Может, это прозвучит цинично, но если он погибнет... А это значит, что и большинство Тайфолов тоже (если не все), то Цеси вряд ли ждет хорошее будущее. А так, если все сложится по самому плохому варианту, она тоже останется здесь...

На завтраке Цеси встретили удивленными взглядами. Но вопросов ей никаких задавать не стали. Более того... Этот завтрак. Отец сидел в поддоспешной одежде. Даже мама Саятана и Саманта сегодня сменили платья на удобные дорожные брючные костюмы. Это была не трапеза аристократов, а скорее прием пищи в полевом лагере. И логично, что Рэйса выдвинула стул и кивнула Цеси, чтобы та садилась...

В замке остались лишь те, кто будет его защищать, и те, кто будет помогать защитникам. В гостиной главного здания убрали всю мебель, перетащили кровати из казармы, в общем, превратили это место в госпиталь. Почему, собственно, не ту же казарму? Так-то логично, главное здание было самым защищенным и самым удаленным от степи. Также это был еще один штришок в портрет барона Тайфола. И вообще, в специфику отношений людей здесь. Отец был, безусловно, главным, но также он был своим. Никто не удивился такому вот решению, все восприняли это как должное.

Грег, вместе с Кристой и десятком рыцарей, сразу после завтрака покинул замок. Странно, но Аринэль был готов поклясться, что на лице брата в этот момент было умиротворение. Словно он нашел решение какой-то застарелой проблемы. Вообще, Грег как-то странно реагировал на вопросы о своей службе. Сначала Аринэль думал, это из-за того его друга, что разорвал помолвку. Но брат не переставал быть мрачным и лишь в те моменты, когда они тренировались, он становился... живым, что ли. Может, все-таки права Саманта насчет неразделенной любви?

Эти мысли играли в голове, пока Аринэль одевался в доспехи и потом шел к стене. Его, как стрелка, определили к эльфам.

Кстати, сразу было видно, кто из воинов раньше уже ходил по краю, а для кого этот бой первый. Бывалые бойцы все делали не торопясь, тщательно, без суеты. Они даже шутили. Для них мирное время со всеми проблемами, делами, оно уже осталось позади. Они точно знали, что увидят, что суетись не суетись, а если не дано выжить, значит, ничего не поделать. Нервничала в основном молодежь. Они обращали внимание на любой шум, без причины начинали поправлять амуницию, слишком громко разговаривали или, наоборот, еле давили слова. Кто-то сидел молча, уставившись в землю и стискивая рукоять топора. Они вздрагивали, когда к ним подходили, на их лицах отображался страх. И это нормально. Не боится только мертвый.

Поднявшись по скрипучим ступеням наверх, Аринэль подошел к брустверу стены. Он, бруствер, не имел зубцов, то есть здесь не воевали против врага, который стрелял в ответ. Это радовало.

Бесконечная зелено-коричневая, чуть холмистая равнина, под затянутым тучами серым небом. Слева извивалось змеей вдаль русло реки. Еще левее к реке подъезжали орки. Это была легкая конница, стрелки. Подростки, женщины. Где-то там были Дара и Таша. И Рэйса. Аринэль втихаря попросил подруг приглядеть за сестренкой. Алетта не дура, но у нее может закинуть голову. Все-таки она себя ощущает именно дочерью Брана Тайфола, еще полезет геройствовать. Впрочем, за ней наверняка присматривают не только сестры Хейгар. И опять вот этот момент. В том смысле, что, выходит, вся семья барона, целиком, сейчас намеревается воевать. Мама Вайлири вот, рядом стоит, хмурит брови, сжимая лук.

– Ари, ты только не лезь вперед, – произнесла негромко эльфийка, посмотрев на сына.

– Конечно, мам, – спокойно ответил Аринэль, слегка улыбнувшись.

Эльфийка. По годам она была ровесница или около того Артему. Но тепло в душе было именно... семейным. Забавно, что Цеси воспринималась тоже где-то рядом, только, естественно, в другом качестве. Она осталась в главном здании. Раз уж вернулась, ее задействовали в качестве медработника. А еще мастер Цевитос прихватил Саманту, отчего та дулась. Благородная леди стремилась на стену.

– Если анты залезут на стену, сразу отступай назад, – тем временем продолжала инструктаж мама Вайлири.

Аринэль не прерывал ее, несмотря на то, что его уже просветили в этом вопросе, причем не раз. И Даиэль, и Грег. Про отца и вовсе говорить не стоит, тот, как видел, так выдавал советы.

Доспехами парень не отличался от других эльфов. Дублет из плотного материала, с нашитыми на груди и спине металлическими пластинами. Нашиты пластины были не снаружи, а изнутри, то есть внешне были видны лишь заклепки. Поверх дублета длиннополая кожаная куртка (полы прикрывают бедра). На руках, поверх рукавов куртки, наручи. Поножи, усиленные полосками железа. Волосы Аринэля были заплетены в косу и уложены на макушке головы. И это было сделано не просто так. Потому что и другие эльфы сделали точно так же. Получилась этакая амортизация, для смягчения удара по шлему. То есть да, на парне был еще и шлем. Легкий, понятно. Немного вытянутая вверх сфера, к которой была подвешена кольчужная сетка, прикрывающая шею. На левом боку висел короткий прямой клинок, как объяснил Грег вчера, городской меч совершенно не пригоден для боя с дерра. Этими дерра. Эльфы имели схожую одежку, то есть Аринэль был экипирован, как говорится, по образцу. И, как у эльфов, его доспех был украшен зелеными узорами. Кстати, парень последние два дня практически не снимал всю эту сбрую. Поэтому она уже пообмялась и в ней было более-менее удобно.

Тишина. Странная, ватная. Только перед боем бывает так тихо. Избирательно тихо. Когда слышишь шелест листвы, но совершенно не обращаешь внимания на разговоры. В первом же бою ты не слышишь вообще ничего, все внимание, словно в тоннеле, направлено вперед, туда, откуда придет враг. Ладони, сжимающие оружие, потеют, сердце грохочет в груди. И вот бой заканчивается. А ты живой. В душе, которой коснулся саван последней подруги, лишь холодная пустота и мир вокруг черно-белый...

– ...Вот и они, – произнес стоящий рядом Даиэль Леваннар с каменным лицом.

По тому месту, где затянутое тучами небо соприкасалось с землей, словно провели жирной черной линией. Она становилась все толще, а потом поплыла темной волной к замку.

Фактически все, кто мог стрелять, сейчас стояли на стене и сжимали луки, арбалеты или их более слабые варианты, самострелы. Возле стрелков стояли высокие корзины со стрелами или ящики с болтами. Послышался натужный скрип. Это натягивали тетивы стрелометов на башнях.

Эльфы стояли не плотно, а на расстоянии шага три друг от друга. Причем здесь, на стыке стены, обращенной к степи, и той, что шла вдоль реки, были не все лесные стрелки, а половина. Вторая часть отряда занимала другой угол стен. Позади стрелков стояли мужчины, с топорами на длинных рукоятях. Причем на топорище имелся еще и шип, торчащий вперед. Таким оружием можно и рубить, и колоть.

Анты имеют несколько видов боевых юнитов. Основная масса – это тупые, прямолинейные контактные бойцы. С виду – огромные муравьи. Ими занимается большая часть стрелков.

Также имелись большие, громоздкие жуки. Они-то и пробивали стены с разгона. Это были цели для стрелометов.

Лучшие же стрелки (не только эльфы) должны были выискивать так называемых пастухов. Это тоже насекомые, такие же, как и бойцы, но несколько крупнее и черные цветом. И, как исходило из названия, видимо исполняли роль командиров.

Аринэль перевел взгляд в другую сторону. На дороге из замка в Брайбо виднелось красное пятно. Это были королевские рыцари, как и орки в доспехах, они были тяжелой конницей, а ей требовалось место для разгона. Там находились Грег и Криста. Отец был здесь, вон стоит, на самой большой башне. И словно какой-нибудь мажор, окружен прекрасными девами, то есть мамами.

– Ари, ты как? – поинтересовалась Вайлири Тайфол.

«Ну да. Для Аринэля это первый бой. Наверное, стоило изобразить новичка... Но как-то... Нафиг».

– Не по себе слегка, – ответил Аринэль.

– Так всегда бывает перед боем, – произнес Даиэль.

По стене прокатилась команда. Заскрипели вороты арбалетов, стрелки с самострелами натягивали тетиву рычагом. Лучники пока ничего не делали, только взяли в руки стрелы. Аринэль тоже вытянул стрелу из корзины. Лук у него был, к сожалению, не эльфийский, но тоже вполне себе добротный. И, конечно, уже пристрелянный. Наконечники стрел, кстати, были узкие, граненые. Исходя из рассказа Даиэля, такие предназначались для пробивания доспехов.

Враги приближались. В коричневой массе уже стали различимы отдельные детали. Действительно, сильно похожи на больших муравьев. И тут несущиеся на людей инсекты стали проваливаться.

– Сейчас собой ловушки забьют, – прокомментировал Даиэль...

...– А почему анты пойдут именно на замок? – спросил Аринэль в момент отдыха в тренировках.

Грег, сидящий рядом на траве, покосился на него, отхлебнул из кувшина.

– У антов, да и вообще у дерра, есть особенность, – заговорил парень. – Они всегда направляются к источнику энергии. Чем больше источник, тем вернее, что они пойдут именно на него.

– И у нас есть такой источник? – задал следующий вопрос Аринэль.

– Есть, – Грег сорвал травинку и сунул в рот...

...Вода в реке и во рву вздрогнула. Аринэль посмотрел на башню и увидел маму Саятану. А сделал он это потому, что ощутил... Как будто рядом с ним находился провод под высоким напряжением. Тем временем вода стала явственно прибывать. Но только почему-то со стороны противоположного берега. Вскоре вода потекла на поле.

За короткое время весь луг стал напоминать болото. А анты уже вылетели на то место, где не было ловушек, и, вздымая грязь, понеслись к стенам. Они действительно напоминали больших, размером с теленка, муравьев. И непрерывно издавали стрекот...

На башне, где стоял отец, Хаймар Детарин воздел руки к небу.

«И что сейчас будет?»

Гром ухнул так внезапно, что многие вздрогнули. А с неба в напитавшийся водой луг вонзился ярко-белый разряд молнии. Оглушительный треск и гул, словно рядом пошел вразнос трансформатор.

Анты на полном ходу врезались в землю, пропахивая во влажной почве борозды. От их тел шел пар.

– Вот это да! – восхищенно произнес Аринэль, смотря на результат.

А он бы воистину эпический. Все муравьи, что ступили на залитый водой луг, подергиваясь, лежали на земле.

«Интересно, а как он сделал молнию? – подумал Аринэль, смотря в сторону башни. – Так-так! Как там... Разница потенциалов... Что-то про капли, трущиеся друг о друга... Не, вроде не то. Учиться надо было, батенька!»

Вторая волна антов, ничуть не задерживаясь, хлынула на поле. Но с неба не ударила еще одна молния. Вместо этого из почвы вдруг выстрелило множество водяных... м-м... отростков? В общем, что-то типа того, что показывал учитель Хайгар.

«А вот почему, похоже, нет больших метательных машин. Действительно, маг – это сам по себе нехилая артустановка. Если не ОМП».

На башне в этот момент подняли черный флаг. Этот сигнал продублировали на башне, возле которой стояли они. И конные лучники сорвались с места, правя куда-то вдоль реки.

Все пространство до горизонта шевелилось. Над ордой дерра стояло пылевое облако. И новая волна нападающих, втаптывая в землю своих неудачливых собратьев, стремились добраться до стен. Грохнул гром, и новая молния осветила пасмурный день. Но в этот раз результат был не такой впечатляющий. Наверное, из-за того, что анты сейчас натурально кишели на поле.

– Цельсь!!! – прокатилась команда.

Стрелки вскидывали оружие, лучники наложили стрелы. В этот момент вода во рву вспухла и уже из нее в антов устремились щупальца водяных бичей, пробивая хитины дерра. Но бичи смогли очистить лишь небольшое пространство рядом со рвом и рекой. И это стрекотание... Оно стало каким-то вездесущим, а еще от него передергивало от чувства омерзения. Даже тошнота подступила к горлу.

«А вот кстати. Как там? Кулак в сторону воды...»

Аринэль ткнул кулаком, ощутил покалывание. Как раз в этот момент исчезли бичи мама Саятаны, поэтому свой он отлично увидел. Потом сделал Жест Окей (не, ну так было удобнее запоминать!). Водяной столбик послушно сделался тонким и более насыщенного цвета. Ну и ткнул Пистолетом (название такое по той же причине) в сторону противника.

– Молодец, Ари! – прокомментировала мама Вайлири успех сына.

Эльфийка натурально светилась от удовольствия.

– Су-у-у! – пронеслась тем временем команда.

В переводе это звучало несколько пошло. «Спускай». Имеется в виду тетива, конечно. То есть это аналог команды «огонь».

Если бы против защитников замка были смертные, сейчас бы их боевой настрой сильно бы снизился. Взлетевшие в небо стрелы и болты на мгновение заслонили солнце. Смертоносный дождь буквально выкосил первые ряды нападающих.

– По готовности! – прокатилась команда.

Это пока не относилось к ним. Пастухов еще не было видно.

– Все, слева, по одной! – а вот это уже скомандовал Даиэль.

Аринэль натянул лук и выпустил стрелу. Точные выстрелы лесных стрелков выкосили небольшой язык нападающих, который было вытянулся ко рву, уровень воды в котором упал раза в два.

От шатров орочьего стойбища в ту сторону, куда унеслись стрелки, стали набирать скорость тяжелые конники. Аринэль поморщился от снова нарастающего стрекотания. Вот реально, насколько же противный звук! Прям все внутри переворачивает от него!

«Черный панцирь!»

Руки сработали одновременно с мыслью. Уха коснулось оперение стрелы.

– Черный у реки! – рявкнул Аринэль, увидев еще одного пастуха.

Тут же рядом раздался хлопок тетивы, почти одновременно второй. Раскат грома, и в землю с шипением вонзилась молния, буквально выкашивая антов вокруг себя. Тем временем муравьи стали падать в реку, немного дальше по течению. На башне, где стоял отец, подняли красное знамя.

Вокруг беспрестанно раздавались хлопки луков и сухие щелчки арбалетов. Если бы перед стенами были люди, то на месте вражеского командира уже надо было бы командовать отступление, потому как стрелки защитников, очевидно, имели и хорошую выучку, и приличный запас боеприпасов. Вот только анты перли и перли. Иногда их ряды серьезно прорежали молнии или из воды вылетали тонкие смертоносные струи.

«А это что такое?» – недоуменно подумал Аринэль, увидев, как буквально из-под ног антов выкатились... Больше всего – это напоминало студень. Черный такой... Аринэль, еще не поняв ничего, ощутил укол опасности, будто в него целились. И на рефлексах присел.

Раздались хлопки, как будто из пневмовинтовок стреляли. И тут же вокруг раздались крики боли. Рядом с парнем рухнул один из бойцов с топором. Упал плохо, живые так не падают... Аринэль перевернул мужика. Так и есть! Вместо глаза – рана.

Удивительно, но его примеру последовали большинство эльфов. Да что там большинство, все! Вот, что значит, стрелковая подготовка!

Басовито ухнул самострел на башне. А парень в этот момент подумал, что как-то не похоже, что анты такие тупые. Момент для ответного огня был выбран неплохо. Защитники уже вошли в азарт, Аринэль сам видел, что многие лучники высовывались за стену. Стены тут без зубцов, а это значит, что раньше такого сюрприза не было. Раздались еще хлопки. Аринэль распрямился, выстрелил в ответ и снова присел. Стрела попала. Еще бы, тут расстояние метров тридцать. Вот только... Что-то было не похоже, что этим слизням это как-то мешало. Грохнул гром, сверкнуло, на миг, осветив ярким светом двор замка. Аринэль осторожно высунулся. Ага, а электричество было самое оно. Тот слизень, в которого он стрелял, сейчас представлял собой черное пятно. И в этот момент внезапно из-за бруствера стены появился ант! Аринэль отшатнулся.

С хеканием один из бойцов с топором всадил свое оружие в противника. Аринэль успел увидеть, как из проломленного хитина выплеснулась черная жидкость, а в следующее мгновение он рванул тетиву и всадил стрелу в показавшегося рядом еще одного анта!

Дрогнула стена под ногами. Послышались многочисленные шлепки с той стороны стены.

– Цельсь!!! – прокатилась команда.

Краем глаза парень успел заметить, что со стены начинают стаскивать вниз тела. Кто-то шел сам. А еще как-то неприятно суетились на башне, где стояли родители.

«Хреново. Только бы отца не зацепило».

Аринэль окинул взглядом поле. И увидел там, впереди, просвет! Неужели эта орда все-таки конечна?!

Опять захлопали тетивы, защелкали арбалеты. Но было слышно, что той плотности стрельбы уже нет. А анты по той же схеме, то есть заваливая реку телами, перебрались все-таки на другой берег и начали растекаться по лугу. Уже отворачиваясь, Аринэль увидел несущуюся от леса конницу. Впереди всадников словно мерцал кровавый туман. Парень же, заприметив черного анта, выкинул из головы мысли. Не его это дело, смотреть, кто где. Его дело стрелять.

Многоголосый яростный рев и грохот возвестили о том, что рыцари вступили в битву. Краем глаза Аринэль увидел, что впереди конного клина что-то сверкает. Анты разлетались, буквально. Их реально подбрасывало в воздух!

– Слизни!!! – раздался предупреждающий крик, который прокатился эхом повторов по стене.

Аринэль присел за бруствером. Послышался свист, стук по камню.

«А где молния?» – стиснул зубы парень.

Еще один залп. Слизни стреляли чем-то типа небольших черных шипов. Один из них упал рядом с Аринэлем. Парень поднял его.

«Что это? Не кость. На дерево тоже непохоже...»

Аринэль наконечником стрелы поскреб иглу.

«Металл?!» – с удивлением парень увидел характерный блеск.

Дальше по стене кто-то вскрикнул и выругался. Вздрогнула стена. Судя по тому, что Аринэль опять испытал чувство, что рядом находится высоковольтный провод, применили защиту стен.

– Таран!!! – раздался истошный крик...

* * *

Аринэль сидел возле стены на каком-то ящике. Парень опустил голову, руки были словно плети. Лук, превратившийся в бесполезную деревяшку, стоял у стены. Аринэль поменял три тетивы, и в конце концов, оружие не выдержало. Древко повело винтом.

В доспехе застряло две иглы. Одна оцарапала щеку и сейчас порез саднил. На замок уже опустилась ночь, а луны тут не было, поэтому темноту разгонял свет от костров и факелов. В главном здании светились окна гостиной.

Аринэль сидел тут не один. Рядом сидели эльфы, люди. Кто-то привалился спиной к стене, кто-то не рисковал садиться и опирался плечом обо что-нибудь. Разговоров было не слышно.

Перед глазами у парня стояло поле, заваленное трупами антов, если так можно сказать про насекомых. Горелые, раздавленные, нашпигованные стрелами. Возле реки – нарубленные на куски. Кровь (опять же, если так можно выразиться) у антов была черной, поэтому казалось, что земля залита мазутом. Изо рва по реке тянулась черная полоса, сливаясь с теми, которые стекали с берегов, а после того места, где анты завалили реку собой, вода была полностью черной.

Тело не ломало, ноги и руки не болели. Их словно не было. Надо же было так устать. Вон многие шевелятся, эльфы потихоньку начинали ходить. А Аринэля будто пришпилило к ящику.

– Мой господин! – голос Цеси раздался внезапно.

Он даже не заметил, как та подошла. Девушка была в сером и поношенном платье... забрызганном чем-то красным. И вряд ли это сок...

Цеси присела рядом, закинула руку парня себе на плечо и подняла его.

«Черт, стыдно. Как щегол желторотый, свалило прям наглухо».

– Цес, – прохрипел парень. – Ты не знаешь, что там с моими?

Девушка дернула щекой.

– Госпожа Каяра... – голос девушки дрогнул. – Ей попало в лицо.

– Дерьмо! – выдохнул Аринэль.

– Братик! – откуда-то сбоку вывернулась Анти и почему-то обратилась к Цеси: – Что с ним?!

– Устал я, – сам ответил Аринэль. – Просто устал.

Другую его руку тоже закинули, и девушки потащили парня к дому.

– Мама Каяра как там? – спросил Аринэль у Саманты.

Девушка помрачнела.

– Глаз, – глухо ответила она. – Еще бы чуть-чуть...

Саманта шмыгнула носом.

– С остальными как? – с тяжелым сердцем спросил Аринэль.

– Рэйса с коня упала, но только ушиблась, – ответила Саманта. – Остальные в порядке.

Даже ворочать языком было трудно, поэтому парень замолчал.

«Другой мир, – думал он, когда они пересекали двор. – А почему чувства, словно я снова на блокпосту? Даже запахи такие же. Дым, кровь...»

...Путь до комнаты отпечатался в памяти, как набор статичных картинок. Вход в дом, лежащие в коридоре люди. Лестница, которая была словно Эверест. Встревоженное бледное лицо отца. Мама Вайлири, которая испуганной птицей налетела на него. И, наконец, кровать. Оказавшись в горизонтальном состоянии, парень наконец-то позволил себе отъехать...

* * *

В сумерках все кажется зыбким и нереальным. Утром, после сна, это ощущение еще больше усиливается, грань между сном и реальностью такая тонкая. И кажется, будто ты один в этом мире.

«Особенно если накануне играл в рулетку со смертью».

Аринэль вздохнул... И его глаза расширились. Дары и Таши не должно быть здесь! Но с правого бока к нему прижимается мягкое женское тело! Слева-то понятно, Цеси...

«Японский бог, а эти тут откуда?!»

Аринэль смерил недоуменным взглядом личико Анти, которую обнимала Виона. Опустил взгляд вниз. И облегченно выдохнул. Они все были в одежде. Вот только...

Младший брат стоял как корабельная сосна. Ему было пофиг, что за тела прижимаются, главное, что женские. А еще Цеси... В общем, она, видимо, по привычке или еще из-за чего-то, руку под рубашку запустила. А молодой и горячий организм, проснувшись, с удовольствием на это отреагировал.

«Надо выбираться, пока конфуза не случилось!»

Аринэль тихонько убрал руку Цеси. Девушка, не просыпаясь, недовольно свела бровки. Эх, если бы они сейчас были одни! Парень улыбнулся. И тут его обняли поперек груди.

– Ари, ты чего, еще так рано, – пробормотала Саманта, поудобнее устраивая голову на плече брата.

Ее губы тронула слабая улыбка.

– Господин! – полусонным, но отчетливо радостным тоном произнесла Цеси, устраиваясь на другом плече.

Недовольно проворчала что-то нечленораздельное Виона и попыталась придвинуть к себе Саманту, а когда это не получилось, пододвинулась сама и снова обняла сестру.

«Хоп!» – Аринэль едва сдержал возглас, когда рука Вионы едва не коснулась бугра на штанах.

– Ох, господин! – довольным голоском выдала Цеси, когда ее рука натолкнулась на стоящий член.

И она, все еще, видимо, пребывая в полусне, без стеснения залезла рукой под пояс штанов, уверенно взялась за ствол...

Аринэль криво усмехнулся, смотря в распахнувшиеся глаза девушки. А у той во взгляде промелькнул страх, ротик распахнулся от неожиданности.

– Это вы чем собрались тут заниматься? – раздался строгий голос Вионы.

– Чаю попить, – выдал парень.

(На самом деле, он сказал: «Взвара попить», такого растения, как чай, тут не было, но смысл был именно такой.)

– А-у, что такое? – зевнула Саманта, просыпаясь.

Она открыла глаза. Несколько мгновений изучала открывшуюся пикантную картинку, нахождения руки девушки в штанах парня. А потом на ее щеки бодро вылез румянец.

– Аринэль! – резковато произнесла Виона. – Я жду ответа!

– Это я жду! – парировал Аринэль. – Вы чего тут делаете?

Боевое выражение сползло с лица девушки. Сестры синхронно потупились.

– Ну-у, мы это... – Саманта ткнулась лбом в плечо. – Не спрашивай!

– То есть? – слегка прифигел парень. – Как это? Почему не спрашивай?

В этот момент Цеси опомнилась. Она убрала руку и, похоже, попыталась сделаться меньше. Или залезть под Аринэля, потому что буквально ввинтилась под бок парня. А тому сделалось не по себе. А знаете, из-за чего? Потому что две наглые оккупантки уставились на младшего! Точнее, на бугор, который тот воздвиг.

– Слушай, братик, – прошептала Саманта. – А можно мне посмотреть?

– Чего посмотреть? – со сна, да еще от происходящего, голова у Аринэля работала не очень.

А Саманта облизнула губы.

– Как вы делаете... Ну, это, – девушка сверкнула глазами, словно маньяк. – Ну, ЭТО!

Парень несколько мгновений соображал.

– Чего? – сдавленно выдал он.

* * *

Аринэль, стоя во дворе, проверял новый лук. Точнее, он привыкал к нему. Лук бы хорош, вот только, к сожалению, он был не эльфийским. Конечно, не оружие делает стрелка, но хорошее существенно облегчает работу.

Хлопнула тетива по наручу, и стрела затрепетала в мишени.

– Даиэль сказал отцу, что ты хорошо справился, – произнес подошедший Грег. – Завалить Таран с лука. Это достижение, брат.

– Вот только после этого я себя ощутил так, будто лошадь на плечах протащил, – ответил Аринэль.

Грег слегка усмехнулся.

– Маму Саятану и Хаймара с башни уносили, – заметил он. – Вы все... Выложились.

«Это что, он сожалеет, что его не унесли, что ли?»

– Как я понял, – заговорил Аринэль, доставая еще одну стрелу. – Это еще не все. И даже не половина. Мы все еще успеем внести свою лепту. К сожалению.

– Да, – односложно ответил Грег, кивнув.

Аринэль растянул лук и выстрелил. Слегка улыбнувшись, он отметил, что и эта стрела попала туда, куда он целился. То есть появилась привычка к такому оружию.

– Брат, – заговорил парень. – Правда, что среди знати приняты довольно вольные правила?

Грег вопросительно поднял бровь. Аринэль посмотрел на него.

– Я имею в виду, насчет постели, – уточнил он.

– Это с чего ты такие вопросы задаешь? – поинтересовался Грег, смотря на брата.

– Если бы я остался здесь, то мне было бы все равно, – ответил Аринэль, проведя рукой по голове. – Но я поеду в Академию.

Грег хмыкнул.

– Тут не ответишь однозначно, – произнес он. – Да и обстоятельства бывают разные. Главное, брат... В общем, то, что происходит в постели, должно там и оставаться. Не дело мужчине трепаться о том, с кем он спит.

– Вот как, – теперь уже Аринэль хмыкнул.

– Там такое дело, – Грег слегка улыбнулся. – Не всегда женщины выходят замуж за тех, кого, скажем так, хватит на них. У некоторых аристократов по десять жен. А бывает мужчине уже... Лет много.

– А я смотрю, ты говоришь со знанием дела, брат, – с ухмылкой произнес Аринэль.

– Ари, жизнь она не черно-белая, – Грег вздохнул. – Многие дамы из знатных выходят замуж по расчету. Даже я бы сказал, как правило, так делают. Наш отец, он... Слывет очень большим оригиналом. Ты думаешь, ему не предлагали такого?

Грег зачем-то посмотрел в небо.

– Родив ребенка, многие из женщин остаются предоставлены сами себе, – продолжил он. – Они мужа видят хорошо, если раз в год. Среди них, конечно, есть те, которые не стесняются своих загулов. В общем, брат, я не буду тебе ничего советовать. Но запомни, если так получится, ты аристократ. Ты Тайфол. И репутация женщины будет на твоей совести.

– За это можешь не сомневаться! – усмехнулся Аринэль, подняв руку и сжав кулак.

Грег слегка улыбнулся, смотря на младшего. А Аринэль, раз уж выдался такой разговор, решился на еще один вопрос.

– Грег, – заговорил парень. – Извини, если лезу не в свое дело. Но что случилось?

– Ты сейчас о чем? – чуть нахмурился Грег.

«Я о том, братец, что из твоей комнаты вынесли уже с пару десятков бутылок».

– Брат, давай не будем играть в вопросы, – сказал Аринэль. – Мы живем под одной крышей. То, что тебя не взяли в оборот мамы лишь потому, что тут анты явились.

Грег смерил младшего весьма удивленным взглядом.

– А еще я не хочу быть наследником, – добавил Аринэль. – Вообще никакого желания. Я хочу погулять и все такое.

Старший брат посуровел лицом.

– И давай без фраз «это не твое дело», – Аринэль сузил глаза. – Мое. Мы семья.

Грег замолчал, смотря в землю.

– Да все банально, – ответил он глухо.

– Женщина? – уточнил Аринэль.

– Женщина, – ответил Грег и вздохнул. – Запала. Никак не забыть.

– Вообще без шансов? – спросил Ари.

– Там такая семья, – Грег стиснул зубы. – Антовы дварфы.

– Дварфы? – теперь уже Аринэль удивился.

В этот момент по замку прокатился низкий и протяжный сигнал трубы. Грег на глазах преобразился. Еще мгновение назад перед Аринэлем стоял просто парень. А теперь это был рыцарь. Черты лица обострились, плечи расправились, словно на них прямо сейчас наденут броню.

– Удачи, брат, – Аринэль подал руку.

Грег ухватил ее снизу за запястье.

– Всем нам, – ответил он.

Глава 11

Тяжело? Да это была легкая прогулка! Хаймар и мама Саятана в первый день взяли на себя большую часть врагов! А сейчас домашние заготовки, видать, закончились. Нет, маги помогали, водяные бичи снова собирали жатву на берегу. Ветер каждый раз сносил иголки, которыми стреляли слизни, или просто твердел невидимым щитом воздух перед стенами. Сегодня на башне была даже сестренка Саманта. И мама Каяра, с повязкой на одном глазу, тоже не стала отлеживаться в кровати, а вон стреляла из своего монструозного арбалета. Отец с группой немолодых воинов постоянно бегал по стене, помогая там, где ситуация становилась критичной.

– Да чтоб вас! – Аринэль каким-то чудом увернулся от удара суставчатой лапой.

Парень рванул меч из ножен и привычно (да, уже привычно) сделал выпад, вкладывая в удар вес тела. Клинок с хрустом вошел в голову анта. И этот членистоногий завалился назад... утаскивая с собой меч, мразь! Точнее ант повалился, а парню пришлось выпустить рукоять крепко засевшего меча, чтобы не последовать за ним. Оскалившись, Аринэль выдернул стрелу и, одним движением растянув лук, успел остановить муравья, который уже навис над сбитой с ног эльфийкой. И тут же пришлось отпрыгивать от бруствера. Один из бойцов с топором подбежал и с хеканием вломил анту, показавшемуся из-за края.

Воины уже практически не отходили от края и махали топорами с такой частотой, словно гвозди заколачивали. Анты полезли густо. Лучники ссадили трех вражин, которые пытались залезть на башню со стрелометом. И контролировали, чтобы бойцов не захлестнуло врагами. Аринэль тоже помогал «своему» защитнику, следя, чтобы парня с боков не ударили.

Рев, причем сильно похожий на завывание трубы, известил защитников о том, что еще один Таран собирается, точнее, он уже начал разгоняться! Этот здоровенный жук, натуральная гора коричневого цвета, при этом на маленьких, но многочисленных лапках, напоминал горбатую черепаху и был ростом в половину стены. Первый, который сумел-таки добраться до замка, пробить стену не смог. Зато повредил что-то, и больше те штуки против антов, которые сбрасывали их вниз, не работали! Аринэль подскочил к брустверу и выглянул из-за спины воина. С громким, звонким ударом с башни разрядился стреломет. Еще один шмальнул с большой башни, где стояли маги. И тот и другой расчеты попали... Вот только они завалили одного, а к замку летело два огромных жука!

– Не дай меня подрезать! – проорал он в ухо бойцу и натянул лук.

Вчера он уже один раз это сделал. Надо сделать еще! Аринэль успокоил дыхание. Под мерные вдохи он избавился от мыслей, вызывая в груди то самое тепло. Робким котенком магия откликнулась на усилия своего носителя, свернулась в груди горячим шариком. А потом стала растекаться по телу, кольнуло болью в уставших мышцах, закололо на кончиках пальцев сотней маленьких иголочек.

Маги, судя по всему, заметили эти действия парня, потому что перенесли место воздействия на участок стены перед Аринэлем. А еще через голову перелетело несколько булыжников немаленького размера и устремилось вниз.

«Сестренка отрывается», – пришла отстраненная мысль Аринэлю.

Пришло ощущение, что он попадет.

– Ха! – выдохнул парень, выпуская стрелу.

За ней, словно за ракетой, в воздухе оставался еле заметный след, будто от дыма. Стрела взмыла вверх. Медленно, будто раздумывая, перевалила самую верхнюю точку траектории и устремилась к цели.

Туша жука, которого приласкали из стрелометов, остановилась. Таран покачался, что-то утробно проверещал, как будто по стеклу гвоздем провели. А потом эта туша медленно и даже как-то величественно стала заваливаться. В воздух взметнулась настоящая стена грязи, рядом пробегающих антов сбивало с ног.

Аринэль, тяжело дыша, смотрел, как во второго жука попала его стрела. Несколько мгновений ничего не происходило, и парень даже цыкнул с досады. А потом жука вдруг повело вбок прямо на антов, бегущих рядом с ним к стене.

– Молодец! – хлопнул по плечу парня Даиэль.

– Ага, – безэмоционально ответил Аринэль, ощущая себя так, будто он сейчас стену лично держал, вот прямо на плечах.

С другой стороны стены раздались крики, мат и звон. Эльф вскинул голову. А в следующее мгновение, словно в замедленной съемке, над парнем, который стоял с топором у края, словно материализовался черный ант. Даиэль тут же среагировал, всаживая в него стрелу, но ант уже рванул вперед и наконечник лишь бессильно отрикошетил от черного панциря на спине. Инсект сбил с ног бойца, как-то ловко крутанулся, сбивая еще одного, который спешил на помощь... и его словно бумажную фигурку вмяло в бруствер. Аринэль уронив дрожащую руку, не чуя ног, осел там, где стоял. Его начало колотить, как в лихорадке.

– Тащи вниз! – успел услышать он команду Даиэля, перед тем как отрубиться...

...Аринэль как-то разом вернулся. Распахнув глаза, он несколько мгновений недоуменно пялился на серо-белые облака. А потом обзор заслонило лицо.

– Господин, вы очнулись? – улыбка Цеси была какой-то...

Усталой, что ли. И грустной.

– Цес, – парень зачем-то поднял руку перед собой.

Ну, и не опускать же просто так. Погладил девушку по щеке.

«Какая же он все-таки симпатяга!»

Кстати, он лежал головой на ее коленях. Это было почему-то особенно приятно.

«Эй! Хорош валяться!»

Аринэль, опомнившись, сел. Сарай для карет. Вокруг люди. Лежат на носилках и просто на земле. Кто-то прислонился спиной к стене сарая. И запах. Этот тяжелый запах с привкусом железа не спутать ни с чем. Кровь. Между ранеными суетились женщины. Аринэль заметил, что легкораненых, особенно тех, кто мог ходить сам, сразу направляют в дом барона или утаскивают. А тяжелых стараются перевязать здесь. Какая знакомая логика.

Аринэль остановил взгляд на носилках, где лежал мужчина без ног, причем его конечности были пристроены рядышком. Вздохнул. И нагнулся к парню, который сидел с белым лицом, неловко держа левой рукой свою же отрубленную чуть выше локтя правую руку.

– Я возьму? – спросил Аринэль, кивая на меч.

Парень ничего не ответил. И никак не отреагировал, что у него забрали оружие. Аринэль отцепил пустые ножны от пояса, повесил новый меч. И встал.

– Господин, – едва слышно, дрожащим голосом произнесла Цеси. – Обещайте... Что вы останетесь живым! Молю вас!!!

Парень посмотрел на нее. А потом нагнулся и поцеловал девушку в губы.

– Цес, – Аринэль улыбнулся. – Я всегда возвращаюсь.

В душе парня на эти слова что-то словно шевельнулось. Сердце на миг защемило, словно он прощался. Он провел кончиками пальцев по щеке девушки и, резко развернувшись, пошагал в сторону стены...

...Аринэль распрямился, и у Цеси на секунду перехватило дыхание. Ветер отбросил его волосы назад, и в этот миг он был словно герой из сказаний, молодой, гордый, сильный, с холодным взором воина, обозревающего поле битвы. Здесь, среди женщин, уже вовсю судачили о том, что сделал молодой Тайфол. В словах людей сквозило уважительное удивление и парню, и всему Роду. Цеси ловила завистливые взгляды девушек, а у нее не было радости. Ее душу просто выжигал страх, что она больше не увидит эти добрые, насмешливые синие глаза. Что она больше не ощутит его тепло, не услышит его голоса. Девушка не отдыхала, не пошла есть, потому что боялась остаться с этими мыслями наедине. Она больше не мыслила свою жизнь без него. Если бы кто-нибудь лет пять назад сказал ей, что она без памяти, отрицая себя, влюбится в того нескладного, тощего, неразговорчивого парня, пусть и симпатичного, то Цеси бы ни за что не поверила. А теперь казалось, что она всегда, с начала времен, любила его...

...Непонятно, что произошло, то ли еще один жук-таран все-таки пробился, то ли стена сама обвалилась, но наемники стояли около пролома, закрываясь своими ростовыми щитами и мерно перемалывая напирающих антов. Сверху, со стен и сзади, с крыш, им активно помогали стрелки, не давая волне инсектов перехлестнуть через щиты наемников. Нигде не было видно отца и на сердце неприятно скребануло. В проем вдруг рухнул здоровый булыжник, образовывая небольшую преграду и придавливая нескольких антов. Наемники, добив тех, кто были перед ними, воспользовались выдавшейся паузой и сменили тех, кто держал щиты и несколько самих щитов. Из строя вынесли пару бойцов, еще несколько шли, прихрамывая, и один держался за голову. Все они двинули в сторону главного здания.

– Иглы! – раздался истошный крик.

«Мать!!!»

Аринэль не добежав до стены, практически рыбкой запрыгнул в дверь казармы. Эти слизни свободно перестреливали через стену, вчера с десяток человек убило именно тут, за стеной.

«А что, уже магией их не долбят?» – подумал Аринэль, слушая, как по крыше и стене будто град отстучал.

Он не торопился вылезать, помня, что слизни плюются несколько раз. За окном кто-то вскрикнул, потом раздался стон.

«Стонет, значит, живой» – вспомнились слова.

Это говорил прапорщик в учебке, еще когда он срочную проходил. Имя и лицо этого человека уже стерлись в памяти, но запомнились свое удивление и хриплый голос мужчины. Прапорщик имел несколько боевых наград и контузию. А еще командир части, полковник Кочуров, тоже прошедший несколько горячих точек, обращался к нему по имени.

«Стонет, значит, живой. Сиди и не высовывайся, иначе тоже будешь стонать. Ни себе, ни ему не поможешь, оба и сдохнете».

– Цельсь! – раздался далекий крик.

Ага, значит, слизни отстрелялись. Аринэль без промедления, но и без суеты, вышел наружу. Невдалеке на земле лежал, скрючившись, молодой парень, почти мальчик, рядом валялась корзина со стрелами. Из-под ладоней, прижатых к животу, проступала кровь.

«Ты знаешь, что делать с этим? Тогда на хрен лезешь? Чехи не будут ждать, пока ты в доктора наиграешься. Все забираешь с него и вперед. Ему уже по хрен, а вот для того, чтобы вы все не сдохли, тебе нужно стрелять!»

Аринэль видел, что сюда уже бегут от главного здания. Поэтому подхватил корзину и поспешил на стену. На подходе он встретил двух эльфиек. У одной плетью висела рука и она тащила вторую девушку, у которой было в крови лицо, и она еле передвигала ноги. Без лишних слов ему отдали лук.

– Ессуни теоно^[23], – прохрипела эльфийка, передавая оружие.

Аринэль, чувствуя себя все лучше, быстро взбежал по лестнице. И в бой пришлось вступать немедленно. Ант, уже почти залезший на башню, сорвался вниз, получив свое. По пути он сбил еще нескольких товарищей. А эльфов как-то совсем немного...

...Аринэль уже потерял счет времени. Все сузилось до кончика стрелы, до скрипа тетивы, до края бруствера. Руки перестали болеть десятка три стрел назад, тело словно одеревенело, будто ему вкололи в мышцы местное обезболивающее.

И внезапно враги закончились. Аринэль, уже наложив стрелу, не стал натягивать тетиву. И огляделся.

Десятка три защитников осталось на этом участке стены. Камень здесь был буквально залит черной кровью антов, валялись обрубленные лапы, куски хитина, тела павших защитников, чья-то кисть так и осталась на древке топора. Костяные лезвия антов обладали бритвенной остротой. Аринэль подошел к стене. Неужели все?

– Матка! – севшим голосом, но торжествующим тоном просипел Даиэль, смотря горящим взором на поле. – Похоже, мы все-таки вытащили ее!

С поля за рекой донесся звук трубы. Аринэль посмотрел в ту сторону. А трубач все надрывался. Кстати, река из полноводной артерии превратилась в небольшой ручеек, обнажив дно. Ров у замка тоже выглядел не очень. Пахло тиной...

Рыцари построились клином. Впереди них, рядом с принцессой был... отец? От них донесся еще один трубный клич. И рыцари двинули вперед. Они неторопливо пересекли русло реки, выехали на луг.

В этот момент километрах в трех от замка появилось... облако? Сначала это выглядело полосами серого дыма. Потом его, дыма стало больше. А затем скачком появилось настоящее серо-свинцовое облако. Оглушительный хлопок, и туман стал завихряться, закрутился в воронку.

– Ух ты, драть меня в зад! – выдохнул Аринэль.

Гора! Без всяких скидок, в тумане сначала появились неясные очертания, а потом проступили контуры чего-то исполинского. И вот, последние языки дыма рассеялись, являя разумным... это. Исполинский черный конус блестел на солнце, словно он был покрыт стеклом. При этом он парил в воздухе!

– Добился все-таки, – Даиэль криво улыбался, глядя на разгоняющихся рыцарей.

«Художника бы сюда», – пришла мысль Аринэлю.

Клин рыцарей летел по полю. За спинами развевались красные плащи, а впереди сверкали алые всполохи, раскидывая антов. Сверкали вспышки мечей, клин уверенно продвигался вперед, прокладывая себе дорогу через остатки орды насекомых.

– Таран!!! – закричали с башни.

И вправду, со стороны появившегося объекта в сторону рыцарей, кроме новых антов, выдвигалась туша жука-тарана. На башнях засуетились.

«Они же явно не дострелят», – подумал Аринэль, смотря то на рыцарей, то на башни.

С протяжным звоном разрядились самострелы, но они явно не в жука стреляли. Их стрелы взлетели в небо... А на большой башне появился учитель Хаймар. Маг был почему-то по пояс голый. При этом на его плечи с обеих сторон положили руки Саманта и мама Саятана.

Воздух явственно содрогнулся. Точки выпущенных стрел, уже начинающие опускаться, вдруг сломали траекторию и снова устремились вверх. И вот, когда они уже стали неразличимы, в небе сверкнули три вспышки.

Рванул порыв ветра. Его напор все нарастал, он пронесся по двору замка, собирая мусор, и яростно вцепился в кроны деревьев. Аринэль с ошеломлением увидел, что облака начинают стягиваться в то место, где произошли вспышки. А ветер все крепчал. Стоящие на стенах стали приседать, чтобы их случаем не сдуло вниз...

...Грег радостно скалился. Он в числе еще пяти рыцарей, сейчас вырвался вместе принцессой вперед. В руке у него было тяжелое металлическое копье...

...Туша тарана была поистине огромной. Анты убирались с пути исполина, чтобы не мешать его разгону, и это послужило на руку людям. Но из пяти рыцарей осталось уже трое. Принцесса, летевшая впереди них, явно выжимала из себя последние крупицы магии. В конце концов, она упала на шею своего коня, и умное животное стало забирать в сторону, сбивая бронированной грудью антов.

Рыцари вырвались вперед. Вот таран оказался на расстоянии броска. Три копья вспороли воздух, скорость коня, плюс усилие воина и то, что туша уже сама начала разгоняться, все это сложилось, и копья смогли пробить хитин. Один из рыцарей после броска не успел отвернуть до конца и попал под одну из ног жука. Коня сбило, мужчина вылетел из седла...

Облака в небе уже налились синевой. Грег оскалился и выхватил меч из ножен. Последний из рыцарей, которые кидали копья, кивнул ему, уже тоже сжимая меч. Теперь, раз они выжили, перед ними стояла другая задача. Мужчины пришпорили коней, догоняя принцессу...

...В небе раскатисто прогрохотал гром, и прямо в жука ударила ярко-белая молния. Ноги у него сразу подогнулись, и здоровенная туша врезалась в землю, вздымая облако пыли. Словно призраки из этого облака вынырнули всадники с развевающимися алыми плащами за спинами...

...Луч солнца пробился сквозь тучи в тот самый момент, когда орки и рыцари прорубились к матке. Бран Тайфол скрипнул зубами, когда из конуса вырвался слепящий алый луч в сторону его замка. В следующее мгновение всадники заехали под парящую гору.

Вот и центр матки. Все как в записках Кареонуса, здесь имелось отверстие, которое пронзало конус до самого верха. Бран достал из-за пазухи увесистую и довольно толстую пластину, размером с книгу. Вытащив из ворота цепочку, на которой висел белый цилиндрический кристалл, мужчина сорвал ее с шеи. Кристалл занял свое место в круглом отверстии в центре пластины и засветился...

...Аринэль даже не понял, что случилось. Перед глазами что-то ослепительно сверкнуло, а в следующее мгновение поверхность боевой галереи стала наклоняться. Парень взмахнул руками, стараясь поймать равновесие, но твердь под ним стала натурально расползаться.

Крик застыл где-то в сухом горле. Он вместе с лавиной обломков ухнул вниз. Мимо пролетел еще кто-то, отчаянно матерясь. Приземление вышло жестким, он грудью ударился о камень, по шлему вдарило так, что в глазах потемнело. Его протащило еще немного, и пылевое облако накрыло тяжелой удушливой волной.

Аринэль, находясь в прострации, вяло пошевелился и закашлялся.

«И что это за дерьмо было?!»

Сбоку раздался стон. Кто-то выругался сиплым голосом. Надсадный кашель и опять мат. Один глаз немилосердно защипало, Аринэль зажмурил его и с трудом сел. Так, колчану каюк, стрелам, естественно, тоже. В груди при движениях что-то защемило, да так, что дыхание пересекло.

«Похоже, ребрам тоже песец».

Пыль потихоньку оседала. И открывала совершенно неприглядную картину. Стены не было. Только угловая башня каким-то чудом все еще маячила на фоне неба. О, Даиэль.

Эльф лежал, присыпанный кучей мелких камней, ноги ему придавила глыба побольше, с коня размером. Явно уже не боец, вон нога зажата между камнями под углом, которые природой никак не предусмотрен. Сбоку, явно в шоке, стояла эльфийка. Почему в шоке? У нее из голени торчал белоснежный осколок кости.

«А это что за черт?!

Толстый желтый луч как-то неспешно и величаво упал с небес. Через некоторое время донесся глухой гул, перекатами, словно сотня негромких раскатов грома. А в следующую секунду еще что-то грохнуло и тоже, словно через подушку, то есть явно громко, но далеко.

Реальность как будто застыла, замерзла в хрустальном льду. Даже пыль, казалось, перестала медленно клубиться...

Парня передернуло, когда раздался слитный и как будто вездесущий стрекот антов. Раздались многочисленные удары по дереву, а на гребне завала, в которую превратилась стена, появились на фоне серого неба силуэты антов. Рука Аринэля на рефлексе дернулась к сломанному колчану...

Стрелы. Они летели в антов почему-то извне. Инсекты тут же развернулись в сторону новой угрозы, вот чего у них не отнять, так это логики. Пусть и примитивной, в виде реакции на угрозу. Улюлюкание, донесшееся до Аринэля, прозвучало как музыка. Орки пришли на помощь...

...Он все-таки отъехал. Аринэль несколько секунд моргал, собирая мысли в кучу. А потом огляделся. Так, утащили его недалеко, вон она, стена. Точнее то, что от нее осталось. Центральная башня тоже была полуразрушенной. В сердце кольнуло нехорошим предчувствием.

– Слизень откуда-то выполз, тварь, – раздался глубокий мужской голос рядом. – Пока прибили, с десяток положил. Двоих наповал. Мне вот глаз, дерьмо конское, выбило.

– Целитель тут, говорят, аж из самой Империи, – сочувственно ответили первому говорившему. – Вроде как и с этим может что-то сделать.

– Дай магия, чтобы так.

Аринэля уже кто-то частью раздел. Он лежал по пояс голый и его грудь стягивала тугая повязка.

– О, смотри, опять эта заполошная, – произнес бас.

– Так это же сын барона, – ответили ему. – Я лично видел, как он тарана завалил. С лука!

– Что, реально? – недоверчиво произнес первый. – С лука?!

– Так он же одаренный, – хмыкнул собеседник.

– А, ну, тогда ясно, – в басе послышались уважительные нотки. – А барон-то прям сундук с сюрпризами!

– И это хорошо.

– А то ж. Так бы сдохли тут все.

Над Аринэлем появилось лицо. Женское, милое личико, по лбу, носу и щечкам которого были рассыпаны веснушки.

– Господин! – на грудь капнуло несколько капель.

– Цеси, – неуверенно улыбнулся Аринэль.

Мир вокруг еще качало, будто он на палубе корабля лежал. Нехило его по башке-то приложило!

– Господин! – девушка упала на колени и прижалась к груди парня.

– Цес, осторожнее, – поморщился Аринэль от укола боли.

– Простите! – девушка отпрянула, сделав жалостливое лицо.

– Как там дела? – парень кивнул в ту сторону, откуда приходили враги.

– Рыцари и орки добивают последних, – ответила Цеси.

– Понятно, – на душе Аринэля стало хорошо.

А потом внутри будто что-то разжалось. Накатила полнейшая апатия.

– Господин! – всполошилась Цеси.

– Девонька, пусть он просто полежит, – произнес бас. – Все с ним нормально, просто от боя отходит...

...Аринэль сидел на пустом ящике для болтов и периодически морщился. Любое движение отзывалось уколами боли. Но идти к мастеру Цевитосу было пока по меньшей мере хамством. Наверняка целитель сейчас борется за жизни тяжелораненых.

Люди, и не только люди, сейчас отходили от безумия боя. Те, кто не получил серьезных ранений, но еще не принял головой, что все кончилось, бродили неприкаянными тенями вдоль завала и по двору. Другие сидели с остановившимся взглядом, смотря в землю или в небо, продолжая сжимать в руках оружие. Бывалые воины, естественно, уже пришли в себя и активно помогали с разбором завалов, таскали раненых. А Аринэль смотрел на конус, что торчал над разрушенной стеной. И размышлял над тем, чем это матку завалили? Точнее, он пришел к выводу, что не понимает этого. Магия? Вот только и оставалось, что на нее думать. Но пока он видел, что маги, пусть и используют некую энергию, все же остаются в рамках физических законов, просто могут создавать условия для срабатывания каких-то явлений. Та же молния. Хаймар не из руки же ее метнул, а использовал что-то, позволяющее проявиться этому природному явлению. А тут прям чистая энергия с неба прилетела.

Суета в воротах привлекла его внимание. Там прямо-таки заклубился народ. И замелькали алые плащи. Вскоре от толпы стали отделяться люди с носилками, резво устремившиеся в сторону главного здания. Точнее к тому, что от него осталось. Двух верхних этажей практически не существовало. Видимо, то, чем матка стены подрубила, попало и по дому.

«Так», – Аринэль, матерясь про себя, неловко поднялся.

Это он увидел, что пронесли отца. Грега и Кристу он уже видел. Пусть брат был ранен, а принцесса выглядела, словно вампир после столетней диеты, но они были точно живы. Мамы, стоявшие на большой башне, пусть и были ранены, но их жизни тоже не внушали уже опасений. И за это спасибо сестренке Анти, которая минут двадцать держала каменную массу, не давая обломкам похоронить под собой мам и тех, кто был рядом. Она сейчас цветом лица была такая же, как Криста. Этакие родственники-кровососы, да. Хе, причем родственники практически в прямом смысле этого слова. Этакий ковен бледных дам.

«Что-то меня куда-то не туда понесло. Похоже, не до конца еще отошел».

Пользуясь правом хозяина, Аринэль зашел, а точнее прохромал в дом (правая нога была хоть и не сломана, но синяк был на всю икру и рана имелась, ножны вдавило так, что они содрали кожу и немного мяса). Подъем на крыльцо был квестом, сродни восхождению на пик Коммунизма. В коридоре в нос ударил тяжелый запах из смеси крови, железа и... да, дерьма. В общем, обычный запах полевого госпиталя.

Грег тоже был здесь. Опираясь на корявое подобие костылей (ему едва ногу не перерубило), он, играя желваками, смотрел в гостиную.

– Как он? – коротко спросил Аринэль, подойдя к нему.

– Левой руки... – Грег запнулся. – Ее нет. В живот. И в грудь, почти в сердце.

Аринэль лишь скрипнул зубами. И тут, резко, словно привидение, в коридор выглянул целитель. Выглядел мужчина неважно. Всклокоченные волосы, стоящие колтуном, какие-то дикие глаза и выражение на лице, будто он только что приносил людей в жертву.

– Пошли, помощь нужна, – без предисловий бросил он Аринэлю.

Парень вошел в гостиную. Здесь он увидел маму Саятану, причем к ее левой ноге был примотан грязноватым бинтом обломок копья. Женщина лежала на полу и была то ли без сознания, то ли спала. Но, по крайней мере, грудь ее вздымалась медленно и размеренно. Здесь же был и Хаймар, который кривой жердью, на которую натянули балахон, сидел у стены, под окном, свесив голову и безвольно уронив руки на пол.

– Сейчас я буду его вытаскивать, – прохрипел мастер Цевитос. – Умеешь энергию передавать?

– В теории, – сухо ответил Аринэль.

– Это просто, – целитель подошел к отцу, лежащему на столе.

На том самом изящном бокальном столике, когда-то белого цвета. Лицо барона было белым... в том месте, где не залито кровью. Рядом со столом валялись побитые доспехи и срезанная одежда. Рана на животе уже заимела неровный багровый рубец, который пересекал плоский живот Тайфола неровной косой линией.

– Сосредоточь магию в ладонях, – продолжал Цевитос. – Дальше я сам заберу.

– Понял, – кивнул Аринэль.

– Тогда вперед, время не ждет, – целитель положил руки возле раны на груди.

* * *

Когда Аринэль вновь, в который уже раз за этот проклятый день, вынырнул из бездны беспамятства, то обнаружил себя лежащим в объятиях. Его щека касалась груди, женской, что замечательно. И, естественно, заботой его окружила Цеси. При этом девушка сама уснула, и ее личико даже во сне оставалось напряженным. Аринэль, чуть откинув голову, несколько мгновений смотрел на девушку.

Воины, они сражались с врагом. Они стояли на его пути... Запакованные в железо, держа в руках оружие. А вот они, женщины и подростки. Аринэль вспомнил того паренька, которого подстрелило возле казармы. Они все рисковали своими жизнями не меньше...

Кстати, спали они на полу в трапезной. И не одни. Народ лежал тут не то чтобы густо, но много. В основном воины, многие из которых были все еще в доспехах, причем у всех одежда была в крови. Видать, это были излеченные.

Дверь резко распахнулась, как от пинка.

– Он здесь! – громко сказала вошедшая, а скорее даже влетевшая в комнату орчанка.

Аринэль слабо улыбнулся Даре. Следом за сестрой в трапезную ввалилась Таша.

– Мы, значит, его обыскались! – сверкнула глазами Дара. – Сердце рвем, а он тут с бабами обнимается!

– Не с бабами, а с Цеси, – ответил парень.

Дара чуть нахмурилась и вздохнула. А потом обе орчанки подошли ближе и присели. Аринэль, мягко убрав руку Цеси, сел, посмотрел на сестер.

– У вас как? – глухо спросил он.

У Таши дернулась щека. Дара помрачнела.

– Много, – еле слышно произнесла она. – Проклятые слизни...

Таша отвернулась. Аринэль, увидев повязку на ее плече, выглянувшую из-под безрукавки, нахмурился.

– Рокот, – голос Таши дрогнул. – И Хатт...

Это были клички их лошадей. И судя по тону... М-да. Орки часто ценили жизни своих скакунов как бы не больше, чем свои. Парень качнулся вперед и обнял обеих девушек. Их щеки соприкоснулись.

– Вождь? – спросил он.

– Жив, – ответила Дара. – Но ему ногу отрезало.

Похоже, потеря конечностей – очень распространенное ранение при столкновении с антами.

– Целитель сказал, что месяц он не сможет в седло сесть, – тихо добавила Таша.

А еще Аринэль, честно говоря, сильно удивлялся, что такое увечье было вполне излечимым. Магия. Что же еще ты можешь? И так все похоже на чудеса.

– Поехали с нами, – Дара уткнулась парню в шею и засопела. – Хотя бы на сегодня, а?

Таша просто посмотрела так, будто сейчас решался вопрос жизни и смерти.

– Хорошо, – ответил Аринэль.

Ему тоже не очень-то хотелось сегодня в замке оставаться. Отца, судя по тому, что он помнил, мастер Цевитос вытянул. Все остальные тоже в относительном порядке. Да и девчонкам... Хоть они и храбрятся, но взгляды у них... нет, не испуганные. А какие-то... шальные.

– Только Цеси с нами, – добавил парень.

– Конечно, – просто ответила Дара, слабо улыбнувшись грустной улыбкой.

* * *

Что бы вы выбрали? Удобную большую, но одинокую кровать в замке или шатер, где вы просыпаетесь в окружение красивых полуголых девушек?

Аринэль улыбнулся. Дара спала, прижавшись спиной к его боку, при этом обнимая Цеси, которая уютно устроилась в ее объятиях. Вчера девушка добралась до стойбища, похоже, толком и не проснувшись. На ней были лишь грудная повязка и эти панталоны, совсем не эротичные. Свое платье, забрызганное кровью, Цеси стянула с таким видом, словно это было что-то отвратительное, мерзкое и выбросила из шатра. Дара, которая обнимала ее, скинула лишь безрукавку... Ну, а грудь степные дамы никогда ничем не закрывают. Так что Аринэлю открылось пикантное зрелище, как грудь одной девушки упирается в спину другой.

Голова Таши лежала на плече, рука поперек живота (на груди повязка, ребрышки побаливают, да). И да, на ней тоже были лишь штаны. Тут парень скрипнул зубами, снова увидев перебинтованную ключицу девушки. Остро захотелось снова пострелять по антам. Однако это было какое-то новое чувство. В смысле раньше он за собой как-то не замечал таких настойчивых собственнических устремлений. А тут прямо накрыло, аж зубы от злости сводит.

Дрова в очаге (фактически это костер, обложенный камнями) почти прогорели за ночь. Собственно, только ночью он и нужен по прямому назначению, то есть как средство обогрева. Едва вставало солнце, как воздух моментально нагревался, собственно, именно поэтому одеяло, которым они были укрыты, сейчас валялось где-то в ногах. За тканью стенки шатра пофыркивала лошадь, раздавалось характерное хрупание – это животное траву щиплет.

Орочий шатер представлял собой решетчатую основу, на которую натягивалась плотная ткань, напоминающая брезент. Делалась она, насколько помнил Аринэль, из конского волоса. Кстати, весьма трудоемкий процесс, волос этот довольно жесткий. Кстати, а из чего одежду делают? Животных-то типа овец тут нет...

Аринэль, при мыслях о ранении Таши, видимо рефлекторно прижал девушку к себе. Мерное дыхание орчанки стало чаще, веки дрогнули. Ее рука, лежащая на животе, слегка дернулась, пальцы самыми кончиками погладили парня.

– Ты здесь, – тихо произнесла девушка. – Ты мой.

Ее дыхание слегка щекотало кожу. Кто сказал, щекотало? Это была далеко не щекотка. Аринэль улыбнулся. Все-таки молодость – это очень интересное состояние. Особенно в части возбуждения.

Таша приподнялась, смотря в его глаза. В этих черных омутах промелькнуло вполне конкретное, легко понимаемое желание. Левой рукой она пользовалась осторожно, стараясь не делать резких движений и не напрягать. Аринэль, сдвигаясь на ложе, чтобы не потревожить сон Дары и Цеси, тоже делал все как можно более плавно. Они так и не сказали друг другу ни единого слова, собственно, это было и не нужно...

...Сон, наполненный обрывками кровавых картин, отзвуками горечи и ярости, наконец-то отступил. Дара, проснувшись, некоторое время лежала с закрытыми глазами, ощущая прижатое к ней мягкое женское тело. Все-таки Аринэль как-то интересно выбрал себе женщину. Маленькая, худая. И странная. Такой надо сидеть в шатре и носа наружу не казать. А она сбежала из Брайбо, чтобы быть рядом с Айри...

Дара резко обернулась, услышав за спиной характерный звук. Это был...

– Эй! – возмутилась девушка, увидев, что сестра оседала Айри, и они вовсю развлекаются!

Таша чуть приоткрыла глаза и по ее губам скользнула слабая, но довольная улыбка. В следующую секунду она наклонилась вперед, убыстряя темп, и ее лицо скрыли волосы. Дара несколько мгновений раздувала ноздри, а потом решительно встала. Цеси, когда оказалась вне ее объятий, что-то пробормотала и повернулась на живот.

Дара торопливо разделась, чуть ли не выпрыгнула из штанов и, опустившись на коленки рядом с парнем, впилась в его губы. Мужские ладони легли на ее плечи. И девушка натурально застонала от радости, прямо во время поцелуя.

Оторвавшись, Дара оглядела парня. Наконец-то этот синеглазый красавчик оказался в их руках! Как же завидовали... В сердце кольнуло горечью, когда орчанка вспомнила, сколько ее ровесниц остались в степи, на берегу реки, возле замка... Тут Аринэль, по лицу которого пробежала болезненная гримаса, сам притянул ее к себе, выбивая поцелуем все эти воспоминания. И Дара со всей душой устремилась навстречу волне кружащих голову ощущений...

* * *

Солнце вставало, прогоняя ночную прохладу. Дымки из центра шатров превращались в уверенные струи. Женщины, что хранили очаг, начинали готовить еду. Дети, зевая, потянулись к ручью с ведрами. Девочки, которым еще рано было садиться в седла, были одеты в длинные, но свободные светло-серые платья, парни в обычную орочью одежду, то есть безрукавку и штаны. Все были босые, потому что на этих сорванцов сапог же не напасешься. Вслед за ними вскоре пошли и взрослые, только умываться. Проходя мимо второй, малой палатки Хейгаров, они понимающе улыбались. А кто помоложе пытались заглянуть в щелку. Из палатки доносились очень характерные и довольно громкие стоны. Один из мужчин, со шрамом на лице, отвесил подзатыльник очень уж заинтересовавшемуся юноше.

Проснулся и замок. Из трубы на крыше хозяйственного здания тоже повалил дым. Во дворе появились женщины, идущие к колодцу. Они старались не смотреть на разрушенную стену...

...Практически с восходом солнца из ворот Брайбо стали выезжать телеги. Возле леса часть из них поворачивала вдоль опушки, на дорогу, ведущую в Рогатку.

Разумные выстояли. Победили врага, который хотел лишь одного, уничтожить их всех. Женщины и дети постарше страшились того, что сейчас увидят. Особенно они боялись не встретить больше того, чьи крепкие руки защищали их и дом от нашествия антов. Маленькие же дети были полны радости от того, что возвращаются домой.

Солнце вставало над баронством Тайфол. Пока еще баронством.

Глава 12. Часть 1

Аринэль вошел в речку, точнее – это был большой ручей, который впадал в Ирвиш (так река называлась), и едва сдержал мат. Просто лед! Видимо, где-то недалеко бил ключик. И, скорее всего, не один. Выдержал парень недолго, вода прямо-таки обжигала, и он выскочил на берег. Приятная прохлада охватила тело, смягчая палящий зной. Поздновато Аринэль решил искупаться, солнце уже в зените. И да, он был здесь практически один. Собственно, специально для этого и пошел подальше. Только за кустами слышались женские голоса. Вдалеке виднелись несколько всадников, на фоне табуна. Сельская идиллия. Как-то так всегда получалось, что он после крови и грязи словно для контраста попадал вот в такие, исключительно умиротворяющие, наполненные одухотворенностью места. Как будто судьба давала возможность не скатиться окончательно в кровавый угар.

Совсем рядом шумел лес. Пусть деревья тут были не такие великаны, как в глубине чащи, но для того, чтобы прислониться к ним спиной, толщины ствола хватало. Что Аринэль и сделал, накинув на бедра отрез чистой белой ткани, которую ему выдали вместо полотенца. Да-да, купался он голышом, не в кальсонах же в воду лезть. Трусы тут, даже банальные семейники, были не в ходу.

Небо. Бесконечная прозрачная высь. Сознание человека, который знает о том, что там за небом, молчало, давая насладиться тянущей за собой далью. Легкий ветерок шевелил длинные мокрые золотистые пряди, лежащие на груди и касающиеся лица.

«Теперь можно».

Аринэль отпустил, открыл воспоминания о вчерашнем бое. Нельзя запирать их в себе, нужно прожить все снова. Прожить и вычеркнуть из памяти, точнее сделать так, чтобы эти картины не были наполнены эмоциями. Как хорошо новобранцу, первый, да и второй, и третий бои, они остаются в голове набором моментов-вспышек. Напился, и все поблекло, стало черно-белым, призрачным, как кошмарный сон. А вот потом происходит привыкание. Мозг уже не воспринимает бой как что-то запретное, из ряда вон. Кровь, кишки, оторванные конечности. Это все фиксируется, и потом стоит перед глазами, приходит во снах. И если ты еще не поехал крышей окончательно, не превратился в маньяка, жаждущего еще больше крови, такие воспоминания не способствуют душевному здоровью...

...Парень дернулся и открыл глаза.

«Тьфу ты, задрых».

Рука сама хлопнула по бедру, ища оружие в кобуре.

«Как же въелось-то, а! Даже здесь догоняет».

Аринэль скрипнул зубами и несколько раз глубоко вдохнул-выдохнул. От ручья донеслись крики и веселый детский смех. Пока он тут дрых, пришла ребятня, видимо сбежали освежиться. Большая часть орков уехала разбираться с убитыми лошадьми. Цитата: «Лошади же не сдохли, их убило». Так что теперь шло активное запасание мяса. Все-таки местные ребята – это прям образец приспособляемости. Хорошо хоть анты несъедобные, а то бы и они пошли в дело. Вот это был бы прикол, если бы орки ездили в степь охотиться на антов, как на источник мяса...

Совсем юных оставили в стойбище, на хозяйстве, так сказать, помогать женщинам, которые... как это... В общем, у орков есть такие женщины, которые оставались в шатре. Самый фокус, что это были чуть не самые уважаемые члены племени в общем и каждой семьи в частности. По сути, в моменты отсутствия главы семьи, вождя то есть, именно они являлись главными. Нет, это не были этакие наседки, вполне боевые дамы. Вот у Дары и Таши такая мать. Ее ятаган Аринэль, будучи в одиннадцатилетнем возрасте, смог только поднять. Рубить уже речи быть не могло. Но она остается в шатре. Кроме тех моментов, когда все племя выходит «на тропу войны». Вот как с антами.

Ребятня выскочила на берег, вопя во все горло, и вскоре они убежали в сторону шатров. Поднялся и Аринэль.

«Все-таки другие», – подумал он, смотря на деревья.

Ветер шевелил острые, длинные листья. Кора была темно-коричневой, местами даже черной. Странно, но, несмотря на все это, Аринэль ощущал какую-то... Непонятно что. Словно он стоял в насквозь знакомом лесу возле учебки, где каждая тропка полита потом, а иной раз и кровью.

«Сколько еще интересного мне предстоит узнать. О себе в том числе».

Парень усмехнулся.

* * *

Левый рукав черного камзола барона Тайфола был заправлен за пояс. Мужчина стоял на крыльце главного здания, осматривая свой замок. Солнце уже коснулось краем горизонта, отбрасывая длинные тени. Казарма непривычно отсвечивала крышей. Обычно в это время она была в тени стены. А на светлом пятне тренировочной площадки должен был быть силуэт большой башни. Легкий ветер приносил из степи запашок, как будто из алхимической лаборатории. Или из злачного места. Запах алкоголя и чего-то мерзко пахнущего. Так воняли поверженные анты, и этот запах был для мужчины ароматом победы.

Мара Тайфол почти неслышно вышла из дома. Под глазами женщины залегли тени, прошлая ночь для всех была тяжелой. Первая ночь после битвы. Наполненная стонами раненых, криками спящих и собственными тяжелыми воспоминаниями. На лице у женщины отразилась мука при виде увечья любимого человека.

– Все время поражаюсь, как тихо после, – произнес Бран, смотря в небо. – Словно кто-то выключает все громкие звуки.

Мара подошла к мужу и обняла его сзади, прижавшись лбом к широкой мужской спине.

– Как выросли наши дети, Мар, – снова заговорил мужчина, и в его голосе зазвучали одновременно грусть и гордость. – Они будто разом стали взрослее, сильнее.

– Чему ты удивляешься, муж мой? – тихо откликнулась женщина. – Разве ты не вкладывал в них себя? Они такие же, как и ты.

Невольно ее взгляд опять упал на пустой рукав. И Мара глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. Нельзя показывать слабость. Даже в такой ситуации. Потом, в спальне, она отпустит себя. Стиснет в объятиях этого дурака, который и сейчас все такой же, как и в то время, когда они только приехали сюда, в степь. Прошедшие годы научили его тому, что нужно думать не только о себе и воинах, но и о семье. Именно из-за этого он все же оглядывается... иногда. Вспоминает, что он нужен. Им.

А мужчина все смотрел на высившийся вдали острый конус мертвой матки. И ощущал, как в его душе подвелась черта под целым периодом жизни. За эти почти десять лет Грег из пухловатого мальчишки стал статным, рослым и сильным рыцарем. Осуществилась мечта Саятаны о ребенке. Был у нее такой пунктик. Это сейчас она такая вся изящно опасная. А Бран помнил ее растерянной девчонкой, которая только что закончила Академию. И приехала (в качестве «пленницы») из имения имперского аристократа в недостроенный замок в диком краю. А ведь именно глядя на нее, он окончательно утвердился со своей мечтой...

Мужчина сощурил глаза, его верхняя губа дрогнула в намеке на оскал. Он вытянул вперед руку и сжал кулак, будто схватив что-то.

Мечта. Дикая, невозможная, несбыточная. Далекая, на пути к которой было столько потерь. А сейчас осталось только взять ее. Сделать последний шаг. В груди толкнулась волна гордости, и по губам мужчины скользнула злая, радостная улыбка.

Марка Эйхол, Южная дорога. Две десятины спустя

Отполыхал погребальный костер, оставив на поляне, возле ворот громадное черное пятно. Вместе с погибшими в Рогатке число павших защитников баронства достигло почти двух сотен. Цифра огромная для баронства. И если бы не умения мастера Цевитоса, эта цифра была бы как минимум раз в пять больше. А если прибавить сюда и тех, кто остался бы калеками, то есть фактически стали бы едоками, а не добытчиками, то и вовсе печально бы все вышло. Но целитель, несмотря на то, что даже когда они вчера уезжали, выглядел, как раб после галер, прямо-таки излучал довольство. И дело было не в том, что он какие-то деньги за это получил. Нет. Мастер был доволен именно тем, что вылечил столько народу. Фанатик, что тут сказать.

И да, Аринэль сбежал. Ему вовсе необязательно было ехать в Арантон (столица марки Эйхол). Но за эти дни учитель Хаймар его натурально достал. Мага очень интересовал способ, которым парень завалил жуков-таранов. Если бы Аринэль мог объяснить, как это получилось. Он рассказал про тепло в груди, но это оказалась стандартная метода по активации магических действий. Учитель Хаймар только удивлялся, что Аринэль смог ее вообще использовать, этому, оказывается, специально учат.

Так вот, не мог Ари это повторить. Не получалось и все тут. Стрелы лишь втыкались в мертвые туши жуков. Да, довольно глубоко, иногда по самое оперение, но и только. Хаймар даже лук выпросил у эльфов. Ну, как выпросил. Даиэля способность Аринэля интересовала не меньше. А парень лишь повторял рассказ о том, что он почувствовал, что сможет попасть и убить. В этом была железобетонная уверенность, точно такая, которая появлялась, когда стреляешь на расстояния, на которых просто невозможно просчитать выстрел. Хаймар, слушая парня, начинал что-то бубнить про предрасположенность. Помимо практических занятий, маг сцедил чуть не литр крови, заставил несколько часов лежать голым на столе, причем на животе, а сам чем-то активно занимался, бегая вокруг. Когда он немного удовлетворился пытками Аринэля, то переключился на Саманту. Сестренка выдержала два дня, потом засадила Хаймару пощечину (которую тот, похоже, не сильно и заметил) и в ультимативной форме потребовала взять ее с собой в Арантон.

Интересным было то, что Аринэлю не хотелось ночевать в замке. Почему-то в орочьем шатре ему было удобнее. И это не из-за того, что вместе с ним в нем спали три девушки, их можно было и в своей комнате устроить. Правда не в той, которая была до нападения антов. Главное здание потеряло существенную часть (Аринэль больше всего жалел о библиотеке), и поэтому всем пришлось немного ужаться... Поэтому он и не стал оставаться. В шатре он был сам себе хозяин. Причем... Аринэль хмыкнул. В буквальном смысле.

Оказывается, у орков не было какой-то особой церемонии заключения брака. Что немудрено, с церквями и вообще религией у местных было туго. Но об этом позже. А так, если орк и орчанка решали жить вместе, то, собственно, они начинали это делать. Две семьи ставили им малый шатер и вперед. В смысле ячейка общества готова. С другой стороны, блуд у степняков прямо-таки жестко осуждался. То есть кувыркание с чужой женщиной было деянием весьма аморальным. А вот со свободной наоборот... Вот только она после этого приходила жить в твой шатер. И теперь, получается, в глазах орков Аринэль был женатым. Вождь, в смысле отец Дары и Таши, только слегка ворчал, что больно они торопятся, еще молоды... Не заметив, как перекосило зятя от таких новостей. А потом парень поразмыслил, кушая вместе с новоявленным тестем мясо... И знаете, подумал, а что, собственно, страшного-то? Он вспомнил, как на празднике говорили про семь жен старосты деревни, кто-то рассказывал про одиннадцать у кого-то. Ну и да, пример отца, Брана Тайфола. От орочьей браги, предложенной Таром Хейгаром, Аринэль мягко отказался, сославшись на проблемы с даром, но наелся от пуза, отдавая должное мастерству старшей жены тестя, Зарины. Кстати, Дара и Таша были именно ее дочери.

Так вот, религия. До этого Аринэль как-то не обращал внимания на этот аспект. Наверное, из-за того, что он жил в обществе, где эта тема тоже не особо педалируется.

На роль чего-то божественного у местных была определена магия. Именно ее упоминали, когда на что-то надеялись. Ее же ставили вместо судьбы, когда что-то не удается. Этот практичный подход уже реально поражает. И опять наталкивает на весьма интересные выводы.

Один ребенок. Как такое вообще получается? Это же вообще и никак не может быть естественным явлением. Как природа или эволюция разумных могли прийти к такому положению вещей? Если бы это было нормой для этого мира, то тогда точно такое же наблюдалось бы и у животных. Но (Аринэль специально спрашивал) у лошадей, к примеру, такого ограничения по количеству приплода не наблюдалось. Оставалось только одно более-менее правдоподобное объяснение. Точнее, фактор, который был парнем почти не изучен. Именно, опять магия.

Аринэль видел, что делал мастер Цевитос. Когда он сращивал отрубленные конечности и лечил такие ранения, которые даже на Земле считались смертельными. Например, когда у бойца уже кишки вывалились. И размышляя о том, что маги могли вмешаться и в то же ДНК (тут Аринэль понимал лишь приблизительно, на уровне школьного образования), парень задал этот вопрос целителю. Честно говоря, он опять ожидал ответа в духе: «так было всегда». А нарвался на вполне обстоятельное объяснение, точнее подтверждение того, что это есть результат деятельности магов древности. Что они, предки, достигли небывалых высот в области медицины... и все эти знания сейчас большей частью утрачены. Мастер Цевитос с горечью посетовал на то, что его умения, по сравнению с искусством древних, выглядят грубым горшком по сравнению с изящной вазой. Именно благодаря искусству древних ученых разумные сейчас живут в среднем лет по двести. А долгожители эльфов нередко дотягивают до трехсот.

Тут Аринэль стал складывать свои наблюдения. Один, максимум два ребенка. А еще момент, что имелось ограничение не только на количество детей, но и на время зачатия. В смысле, что женщина может забеременеть лишь тогда, когда достигнет возраста двадцати – двадцати пяти лет!

Отец, выступая на поминках, сказал, что они вернули часть земель, которые принадлежали предкам. Вернули, а не завоевали.

Матка. Хаймар, осматривая эту громаду, с печалью в голосе произнес, что разумные еще очень долго не смогут повторить того, что умели предки. То есть местные ЗНАЛИ, что анты не какие-то монстры, а Творения.

Мастер Цевитос не скрывал, что очень хотел бы приобщиться к утраченным знаниям.

Магия, рыцари, стрелы с луками, мечи. Опять земной опыт сыграл с Аринэлем злую шутку. А этот мир совсем не средневековье. Мозг просто снова отбросил то, что не встраивалось в его стройную теорию.

Средневековье, да? В котором планету не считали плоской (для начала, вообще имелось знание о планете), имелись глубокие знания по анатомии разумных и природе вообще. Пример, учитель Хаймар и его молнии (местное название «Белый Огонь»), а точнее, как он их вызывал. Или вот колеса кареты, в которой ехали мама Саятана и сестренка Саманта. По идее тратить железо на такие нужды – было крайним расточительством. Вот только это Аринэль сам придумал, что с железом напряженка. Когда он спросил об этом Грега, брат с некоторым удивлением отметил, что кузница в замке является лишь одним ИЗ потребителей железа в баронстве. И добывают руду вовсе не в болоте, а в предгорьях. Аринэлю после этого было несколько... Стыдно, что ли, за свою невнимательность. Что стоило заметить, что, например, на кухне пользуются железными ножами и такими же котлами? Да банальные стремена и те были железными. Кстати, забавно, что по развитию конской сбруи в обоих мирах шли настолько похожими путями, что оставалось только удивляться. Сходная задача будет иметь и сходное решение? В том смысле, что без стремян и длинным копьем поработать не удастся, и полуторным мечом не помашешь...

И вот когда Аринэль узнал, что разумные в этом мире вполне себе живут по две сотни лет, у него в голове пазл-то и сложился. Он и так догадывался, что местная цивилизация пережила какую-то глобальную катастрофу. Его удивляло то, что об этом помнят.

«А ведь ограничение рождаемости вполне может быть следствием того, что так долго живут. То есть это была борьба с перенаселением».

– О чем задумался так? – Грег подъехал к Аринэлю.

Они, естественно, ехали верхом. Женщины в карете. А еще с ними двигались два десятка красных плащей. Да, это было чистой воды понты, можно было взять и своих воинов. Но понты здесь – это признак серьезности. Аринэль и Грег тоже переоденутся на последней ночевке перед Арантоном. Воин должен выглядеть красиво, даже если у него пустые карманы. А красиво, значит, дорого. В этом плане рыцари Ордена Зари, у которых принцесса Криста была этаким символом и знаменем (а также элементом тактики), выглядели куда солиднее. Единообразная экипировка, алые плащи. В общем, все круто и представительно.

– Да вот думаю, что будет дальше, – ответил Аринэль.

– С чего вдруг ты задумался об этом? – поинтересовался Грег.

– Ну, я же читал про Кареонуса, – ответил Ари. – Он тоже начинал с того, что прибили матку.

Грег с каким-то непонятным выражением посмотрел на брата. А потом улыбнулся со злодейским выражением.

– И что ты надумал? – спросил он.

– Что отец не просто так уехал в столицу, – ответил Аринэль. – И наемники с рыцарями тоже остались в баронстве не зря. И мы вот едем.

Спустя пять дней после битвы отец отбыл в Даэрон-Мерию, столицу Та-Релии. Вместе с невестой, то есть принцессой. Надо полагать, он поехал уточнить вопрос насчет Кристы. Хоть принцесса совершеннолетняя, да и вряд ли ей бы вот так просто разрешили разбрасываться рукой и сердцем, но уточнить, видимо, требовалось. Второй момент, ее рыцари. Это были все же воины королевства, хотя и состоящие в Ордене Зари. Пускай в ордене сплошь добровольцы и больше половины вообще не знатные, все же точечки, видимо, лучше расставить.

Наемники из «Монолита» остались в баронстве. Не в замке, конечно, перебрались в Брайбо. Насколько Аринэль знал, они это сделали по просьбе отца... За это они бесплатно пользовались услугами мастера Цевитоса, а его умение было очень недешевым. А еще у Аринэля все больше было сомнений, что эти рослые ребята – наемники. Он в том мире ребят, живущих с войны, насмотрелся. И монолитовцы ведут себя не так. А... Словно они подразделение регулярных войск.

Эльфы тоже не торопились покидать баронство, чем-то их лес рядом с замком Тайфол заинтересовал. Причем эти из замка уезжать не торопились. Во-первых, шесть лучниц проходили процесс выздоровления (ушастым повезло, у них потерь не было. Хотя как повезло... Везение, часто есть результат подготовки), во-вторых, что-то уж больно часто эльфийки и рыцари вместе оказывались...

– И вправду, инициация – штука интересная, – протянул Грег. – Раньше тебя это не интересовало.

– Если честно, я и сейчас думаю об этом так, лишь бы время убить, – ответил Аринэль. – Осенью мы с Анти в Академию уедем, так что активного участия ни в чем, думаю, не примем.

– Но это лишь на три года, – заметил Грег.

– Не факт, брат, – ответил Аринэль. – Отец тоже уехал лишь учиться. А где оказался? К тому же мне хочется свободы.

– В смысле? – не понял Грег.

– В смысле главным быть хочу, – ответил Аринэль. – Хотя бы в своей судьбе.

Грег окинул брата задумчивым взглядом.

– Так что в делах баронства на меня лучше не рассчитывать особо, – продолжал Ари. – Я хочу мир повидать. Вот, кстати. Все равно пока делать нечего. Ты в Империи бывал?

– Два раза, – ответил Грег. – Короля сопровождали.

Он посмотрел на брата, который изобразил на лице полное и жадное внимание, и усмехнулся. Сегодня он уже выступал в качестве рассказчика...

* * *

Баронство Тайфол и, в самом деле, было довольно самостоятельным образованием. Марка Эйхол, собственно, как и все королевство Та-Релия имело южную и западную границы по горной цепи, которая называлась Синие Горы. А баронство было этаким форпостом разумных в степи за этими горами, и этим отличалось от остальных пограничных баронств.

Здесь, на южной границе, горная цепь была относительно невысокой. Только пара пиков могли похвастаться снежными шапками. А вот дальше на запад горы постепенно заворачивали на север, доходя до самого северного побережья, и становились гораздо выше, служа разумным естественным щитом от дерра. Так вот, обычно замки пограничных баронств ставили на перевалах. Грег рассказывал, что во время службы он несколько раз, в составе королевских рыцарей, бывал в таких замках, помогая отражать нападения дерра. Один раз это были те же анты. А вот самый западный замок королевства атаковали совсем другие дерра. Они были не столь многочисленны, как анты, зато каждый противник был величиной с оркского скакуна, имел черную шерсть, когти, как кинжалы, были очень ловкими, и завалить одного такого было под силу только десятку опытных бойцов, при поддержке стрелков...

Арантон, столица марки Эйхол, стоял на берегу большого озера Айли-Тэта. Из него и проистекала Ирвиш. А впадала в озеро река Айли, которая была судоходной и являлась водным путем из Даэрон-Мерии в Арантон.

Главным в марке был маркграф Ремулус Аванти. Грег не сильно хорошо его помнил, рассказал лишь то, что он в фаворе у короля, был очень высоким и одновременно крайне худым мужчиной. Про маркграфа Аванти в столице ходили слухи, что он, как бы это помягче, не совсем состоятелен как мужчина, так как у него было только две жены...

...Дорога из баронства Тайфол шла рядом с рекой, то приближаясь, на прямых участках русла, то отдаляясь, когда река начинала петлять. Климат здесь был существенно влажнее, видимо из-за гор, поэтому и местность была другая. Много леса. В сравнении со степью, конечно. И, чем дальше, тем больше деревьев, тех самых, с узкими длинными листьями. Память наконец-то выдала их название – гренисы. А вон те деревья, которые, казалось, начинали расти сначала вширь, а только потом вверх, называли копорами. Листья у них были почти круглые и большие, с ладонь, а светло-коричневые стволы были, как кожа у древнего старика, морщинистые и с трещинами в коре.

Когда лес стал еще гуще, стали попадаться совсем уж великаны. Мелвары, натуральные исполины лесного царства. Они вздымали свои кроны, казалось, к самым небесам. Под ними ничего кроме травы не росло, так как внизу царил полумрак. По идее тут должно быть не особо уютно и, судя по лицам спутников Аринэля, именно такие ощущения у них и были. А парню, наоборот, сделалось уютно, словно в шатре. Более того, усталость после почти дня пути как рукой сняло. Жаль, что мамы Вайлири рядом нет, не у кого спросить, как это и что такое. Она, вместе с Даиэлем и несколькими эльфами, отправилась на родину. Тоже, надо полагать, не просто так.

И да, может и стоило вникнуть, что за планы отец строит... Но, честно говоря, Аринэль не видел в этом своего интереса. Быть может, если бы оригинальный Аринэль остался... Хотя тому было еще больше плевать.

Он не врал Грегу. Реально он в другом мире, который настолько отличается, что дух захватывает. И сидеть на попе ровно под крылом мам и отца? Не-не-не. Он и на Земле-то не особо любил оседлый образ жизни, а уж тут-то... Может быть, когда он станет постарше, а сейчас нет...

...Какой-то забавный зверек, с руку длиной и напоминающий большую крысу, встав на задние лапы, внимательно следил за двуногими, которые ехали по дороге. Когда отряд приблизился, зверек исчез в траве. Вот только Аринэль продолжал его чувствовать. В смысле внимание, направленное на него. Вот бы в прошлом... хм... теле, были такие навыки! Тогда бы джунгли в Венесуэле были домом родным, а не тем адом... М-да. Кстати, а тут разбойники или типа того есть? Лесок-то прям полигон для тренировок неожиданных засад. Узкая и изрядно петляющая дорога, в иных местах карета чуть ли не протискивается между стволов. Ветки деревьев, словно балконы, сади стрелков туда и шмаляй, как в тире. Про это Аринэль у брата и поинтересовался.

– Тут нет, – ответил Грег. – В этих лесах ни орки, ни люди долго не протянут.

– Это почему? – поднял брови Аринэль.

– А, ну да, – чуть усмехнулся Грег, посмотрев на брата с иронией. – В тебе же кровь элоринов. Ты не чувствуешь.

– Что не чувствую? – нахмурился Аринэль.

– В этом лесу быстро устаешь, – ответил Грег. – Пара ночей и останешься здесь. Вот эльфам да, тут просто раздолье. Да и кто в здравом уме будет разбойничать в их владениях?

– Это владения эльфов? – снова удивился Аринэль.

– Ну, не то чтобы прямо владения, – хмыкнул Грег и почесал нос. – Скорее, никому, кроме них, этот лес и не нужен. Как и у нас возле замка. Но попробуй поруби тут деревья без спроса. Рано или поздно заимеешь украшение, в виде стрелы.

– Мы как-то не успели добраться до двора, – заговорил один из рыцарей, едущих рядом. – Лошадь одна захромала. Заночевали в таком вот лесу. А наутро словно всю ночь по камням таскали. Хуже похмелья.

Мужчину, точнее совсем еще молодого парня, аж передернуло от воспоминаний. Аринэль прислушался к себе. Вообще никаких негативных изменений. Наоборот, словно только что из кровати вылез, после хорошего... после активного времяпрепровождения с женщиной. Хорошо быть эльфом!

– А мы ночевать будем в лесу? – спросил он у Грега.

– Что-то у меня нет такого желания, – тут же ответил тот. – Нет, скоро будет деревня. Кстати, надеюсь, повар, на постоялом дворе тот же. Мы когда с отцом ездили в последний раз, там такое мясо подавали!

Грег мечтательно закатил глаза.

– Слушай, брат, – задал следующий вопрос Аринэль. – А ведь дорога-то накатанная к нам. Чем мы таким торгуем, что к нам ездят?

– Да много чем, – ответил Грег. – Рудой, например. У орков лошадей берут. Секоч у нас растет хороший, тут такого нет. Аж до самой столицы доезжает. Тампок в Рогатке закупают.

– А тут что, сельским хозяйством вообще не занимаются? – удивился Аринэль.

– Занимаются, – ответил Грег. – Только с хорошей землей тут очень плохо. Не факт, что урожай снимешь. Тут лесом в основном заняты. Лесопилки чуть не на каждом ручье стоят. Ближе к Арантону получше с землей, но к нам-то ближе. Дня за три обернуться можно. А туда чуть не неделю ехать, да и то, если как мы, налегке.

– Понятно, – произнес Аринэль. – А по чьей земле мы сейчас едем?

– А тут все сами себе хозяева, – ответил Грег. – Попробуй кого поймай, в лесу-то.

– Вот оно что, – хмыкнул Ари. – И часто тут шалят на дорогах?

– Ну, если голова не варит и поехал один, то кошель тебе облегчат, – ответил Грег. – Но местные сами следят, чтобы безголовых тут не было. Лес шума и крови не любит.

«Интересные тут места».

– А еще тут работные лагеря есть, – продолжал Грег, махнув рукой куда-то на восток. – Туда должников да всякую шваль мелкую отправляют. Ну, а дальше, на восток, по Нариде, есть всякие лагеря построже. И Черная Долина. В замки, которые границу с ней охраняют, ссылают тех, кто смертные приговоры получил. Там душегубцы и другие уроды обретаются, с антами воюют и кристаллы добывают.

«Вот тебе и средневековье! Ошейники! Смертные!»

– А как эти ошейники выглядят? – спросил Аринэль.

– Я только раз видел, – ответил Грег. – Мы как-то одну поехавшую головой одаренную ловили. Она сначала своего жениха сожгла, а потом еще и нескольких стражей городских пыталась. Вот на нее такую штуку и повесили. Выглядит как железное кольцо. Та магичка, когда очухалась, сбежать пыталась. Пяти шагов не сделала, как ее чуть не задушило.

– Это ты про Феару Коффус рассказываешь? – поинтересовался один из рыцарей.

Грег молча кивнул.

– Говорят, ее в Кеонарас отправили, – произнес мужчина. – У меня там знакомый служил. С женой одного чинуши влетел. Так рассказывал, что эта магичка одна чуть ли не сотню антов сожгла одной формулой. Но головой совсем двинулась. Даже на своих кидалась. Жаль ее. Она же героем Димараура была. Столько народу спасла.

Рыцарь тяжело вздохнул.

– А что за Димараур? – поинтересовался Аринэль.

– Один пограничный замок, – ответил Грег. – Точнее, это система замков – Стена и стоят там легионеры.

Аринэль поудобнее устроился в седле.

– Это интересно! – слегка улыбнулся он.

Деревня Каморай. Постоялый двор

Саятана Тайфол выбралась из кареты не спеша, как и положено знатной даме, хотя хотелось побыстрее размять ноги. Вслед за ней, недовольно сопя, вылезла и Саманта, которая кидала хмурые взгляды на еще одну пассажирку.

«И что братец нашел в этой замухрышке?» – в который уже раз раздраженно подумала девушка, смотря на Цеси.

На крыльцо постоялого двора, при виде таких гостей, буквально выбежал хозяин и несколько женщин. А к рыцарям, в этот момент въезжающим во двор, ринулась ребятня.

Саятана Тайфол с гордостью смотрела на сыновей. Грег был просто образцом благородного человека и воина. Спрыгнул с лошади легко, видно, что он привык к таким поездкам, а также это говорило о том, что он обычно весит больше, то есть имеется привычка к броне.

Аринэль еще не производил такого мощного впечатления, да и не будет он выглядеть так брутально. Но и он выглядел аристократом. Даже скорее имперским, чем местным. На боку городской меч, пусть и дорожная, но явно дорогая одежда. Плюс улыбка белозубая и смазливое лицо. Девицы в деревне даже останавливались, чтобы рассмотреть его. Вон Анти как сопит.

– Доброго вечера, госпожа Тайфол, – степенно произнес хозяин, отвешивая уважительный поклон.

– И тебе, Наргил, – ответила женщина, слегка улыбнувшись. – Найдутся ли у тебя комнаты для двух благородных леди?

– Для вас, госпожа, я бы освободил и свою, – ответил Наргил. – Все готово, посыльный был еще утром.

В этот момент раздался взрыв хохота сзади. Саятана обернулась и увидела, что Аринэль что-то рассказывает рыцарям. Он сделал удивленное лицо, и по двору прокатились новые раскаты смеха. Следом улыбнулся и парень. Саманта при виде этой картины нахмурилась еще больше.

– Дочь, пойдем, – произнесла Саятана. – Отдохнем с дороги и переоденемся к ужину.

– Зачем переодеваться-то? – не поняла девушка.

– Затем, что так надо, дочь, – притворно ласковым голосом постановила Саятана, улыбнувшись той самой улыбочкой, от которой начинали бледнеть слуги. – Мы же не в поле, чтобы садиться есть в пыльной одежде.

– И вовсе она не пыльная, – еле слышно, опустив голову, проворчала Саманта и бросила взгляд на Аринэля.

К тому в этот момент подошла Цеси, и парень с улыбкой смотрел на свою служанку. Саманта фыркнула и, демонстративно отвернувшись, задрала подбородок и двинула вслед за матерью. Две леди неторопливо прошли в дом. Вслед за ними шли Мира Рови, невысокая симпатичная женщина, одетая не хуже своей госпожи, личная служанка Саятаны Тайфол еще со времен Академии, и две крепкие рослые простолюдинки, несущие небольшой сундук.

* * *

Спустившись к ужину, Аринэль увидел, что мама Саятана, сидя за столом в углу, беседует с тремя мужиками. Мужчины были в возрасте и, судя по тому, что держались с достоинством, явно были уважаемыми людьми. За спиной мамы стояла ее служанка, видимо, для статуса. Аринэль вообще замечал, что тут придают большое значение этим вещам. Например, его бы не поняли, выйди он в гостиную в одной рубахе. Размышляя об этом, парень сел за стол рядом с хмурой сестренкой.

– Анти, не хмурься, а то морщины появятся, – подколол он слегка сестру.

Та ничего не ответила. Даже не повернулась в его сторону.

– А что там мама делает? – спросил Аринэль.

– Сам как думаешь? – все-таки соизволила ответить Саманта. – Мы для чего поперлись в Арантон?

– Я смотрю, кто-то играет в обиженную принцессу? – хмыкнул парень.

Саманта смерила брата раздраженным взглядом. Наткнулась на стоящую рядом с ним Цеси и поджала губы. А Аринэль тем временем похлопал по лавке рядом с собой, приглашая служанку садиться.

– А что, она не может отдельно от тебя поесть? – сварливо поинтересовалась Саманта.

Аринэль вздохнул.

– Анти, – спокойно произнес он. – Спасибо, Цес.

Это девушка поставила перед ним тарелку с супом.

– Так вот, Анти, – продолжил Аринэль. – Ты можешь вымещать свое хреновое настроение на мне. Но если ты еще раз что-то такое скажешь про Цеси, мы с тобой серьезно поссоримся.

Саманта удивленно посмотрела на брата. А потом стиснула зубы. Цеси с другой стороны буквально застыла статуей от таких слов Аринэля.

– Она для тебя важнее меня? – в голосе Анти сквозила злость.

Парень покачал головой.

– Сестра моя, – произнес он. – Не ожидал от тебя такой глупости в отношении той, кто была с нами в бою.

Саманта несколько мгновений переваривала эту фразу. А потом ее глаза сощурились, ноздри раздулись... И девушка отвернулась. В этот момент к столу подошел Грег и сел напротив.

– Хорошего аппетита всем, – произнес он. – Анти, ты чего такая сердитая?

– Ничего, – буркнула та.

Грег вопросительно посмотрел на Аринэля. Тот закатил глаза и сделал жест, говорящий, что не нужно воспринимать это всерьез. Грег понимающе усмехнулся. Потом он опустил взгляд и пошарил глазами по столу.

– Хозяин! – громко сказал парень. – А ваше знаменитое тушеное мясо еще подают?

– Не извольте беспокоиться, господин, – с достоинством и легкой улыбкой ответил Наргил. – Просто его нужно кушать горячим. Как только вы закончите с первым, мясо вынесут.

– Ты успокоил меня, – усмехнулся Грег. – Я уже думал, что больше не поем его.

– Оно настолько вкусное? – спросил Аринэль.

– Вот попробуешь, сам поймешь, – ответил ему старший брат. – Лучше я ел только...

Тут парень осекся и помрачнел.

– А знаете, какая еда самая вкусная? – решил внести немного позитива в обстановку за столом Аринэль. – Та, которая съедена на день позже.

– Это почему? – не поняла Саманта.

– Когда день не поешь, даже кожа с сапога покажется вкусной, – мрачно ухмыльнулся Грег.

– Мужланы, – фыркнула девушка.

Глава 12. Часть 2

Не то чтобы Аринэлю не нравился этот доспех-плащ. Выглядел плащец круто, длиной чуть ниже колен, узоры правильные, не девчачьи, пусть и по лесным мотивам. Цвет черный, узоры эти серебром выполнены. Нормальный такой прикид, еще волосы распустить, встать эффектно на ветерке и чисто герой. Просто... Ну, дико было ему надевать считай боевое, вместо парадного. Но такие в этом монастыре статьи устава. Аринэлю еще повезло, у него-то по большей части кожаное. Вот Грег железом брякал, а оно у него по всему телу равномерно распределено. При этом шлем надевать или как-то еще лицо прятать было моветон.

– Как тебе, Цес? – спросил Аринэль, застегнув крючки плаща.

Девушка с чего-то сидела на кровати красная и почему-то не облачалась. Нет, Аринэль был, конечно, не против, видок зачетный, но выезжать, ант, скоро! А еще хотелось бы чего-нибудь в рот закинуть.

– Цес! – позвал снова парень.

– Господин? – как-то отстраненно произнесла девушка, словно ее только что контузило.

– Одевайся, – улыбнулся Аринэль, кивая на платье в руках Цеси.

– Ой, конечно! – засуетилась девушка.

Парень усмехнулся и покрутил головой. Бесспорно, стоячий воротник горло защищает. Но неудобный. Аринэль расстегнул крючки и снял плащ. Не в нем же завтракать.

«Ну, вот как-то так».

Экипироваться по полной пришлось раньше, чем он думал. Точнее, он немного не понял маму Саятану и Грега. Предстояло весь дальнейший путь проделать в таком виде. Аринэль потрогал герб Тайфолов, вышитый на жилете (том самом, который был усилен пластинами изнутри). И когда успели-то? Видимо, еще в замке. Это еще что, спереди герб маленький, с ладонь размером. На плаще сзади чуть не во всю спину алый щит, с мечом. Короны над гербом, естественно, нет, он же не барон. И не женат, поэтому только щит и меч. По геральдике ему еще полагалась на щите серебряная четырехлучевая звезда, как одаренному, но это только после подтверждения его статуса в Академии.

Цеси, как обычно, оделась удивительно быстро, словно тренированный боец группы быстрого реагирования. Платье у нее было обычное, скромное, серенькое... И это почему-то Аринэлю не нравилось. Вот не нравилось и все тут. Ничего, некоторую сумму на карманные расходы ему выделили, а в большом городе просто обязан быть магазин женской одежды.

Завтрак прошел спокойно, Анти уже не дулась... И опять притерлась вплотную, с превосходством посматривая на Цеси. А та пребывала в каком-то постоянном смущении, поэтому ни взглядов, ни даже слов просто не заметила. Наверное, не стоило ей сообщать о своих планах насчет магазина.

Грег явился подозрительно поздно и еще более подозрительно, что с довольной рожей. Похоже, его начало отпускать это наваждение насчет той особы. Кстати... А, нет, о дварфах лучше спросить потом, не стоит топтаться по свежим мозолям брата.

Парадная экипировка рыцаря включала в себя такой же жилет, как и у Аринэля (как его называют, он не помнил, а если быть точнее, и не знал. Но броник эта одежка напоминала здорово), железо на наручах и поножах было тоже спрятано тканью (кстати, красивой и недешевой, надо полагать). То есть и красиво, и функционально. Корона над щитом и мечом у брата была, наследник все-таки. Имелось и еще одно отличие. Под короной имелась стилизованная алая лента. Хм, помнится, у отца на гербе их две...

– Грег, – спросил Аринэль. – А ты что, женат?

За столом воцарилось молчание. Потом мама Саятана усмехнулась, Саманта закатила глаза, а Грег нахмурился.

– Да, – коротко ответил он, всем своим видом показывая, что ему эту тему продолжать не хочется.

– Вот как можно было пропустить такое, Ари! – фыркнула Саманта.

– Я про свою собственную женитьбу не сразу понял, – ответил парень. – А ты хочешь, чтобы я за другими смотрел?

Саманта на эти слова крайне удивилась, а потом по ее лицу пронеслось понимание.

– А, так ты про этих лошадниц своих! – облегченно произнесла девушка.

– А что, они не разумные? – поднял брови Аринэль.

– Ари, за ними нет рода, – пояснила мама Саятана. – И ты их не сможешь признать, пока у тебя не будет ленты... ну или ветви на гербе. Тем более что они еще не могут иметь детей.

– Ладно, я с этим разберусь, – произнес парень и споткнулся со следующим вопросом, натолкнувшись на мрачный взгляд Грега.

«Похоже, с этим у братца все очень сложно», – подумал Аринэль.

– Мам, а ты-то с папой как познакомилась? – переориентировался парень.

– Братец! – опять закатила глаза Саманта.

– В Академии, Ари, – ответила мама Саятана, улыбнувшись. – Но давай я не буду рассказывать про это здесь? Если хочешь, поехали с нами в карете, и я расскажу тебе эту историю.

– В карете? – Аринэль задумался. – Может, попозже.

В этот момент к их столу подошла одна из молодых дочерей хозяина с подносом в руках. Она со сноровкой расставила тарелки с творогом (ну, или как тут это называется).

«Ага, кажется, я догадываюсь, в чьих объятиях братан топил скорбь», – еле заметно улыбнулся Аринэль, заметив, КАК девушка улыбнулась Грегу.

Вкус творог имел специфический, что немудрено, это же не из коровьего молока. Специфический, но не отталкивающий. Вкусно, немного сладко. Больше похоже на сладкий сырок. Самое то для завтрака. Интересно, а сметану тут делают? Хм, а вроде из конского (или лошадиного?) молока нельзя сделать творог?

– Что-то не так, Ари? – спросила мама Саятана.

– Не, все в порядке, я просто немного задумался, – ответил Аринэль.

А ведь молоко и вправду было довольно жирным. Если бы не вкус (точнее, если бы он не помнил, не пил другого молока), то и разницы бы не заметил. А, кстати, почему степняки кумыс из молока не делают? Это же логичный ход.

«Да какой кумыс, мля? Вспомни, как мать Дары и Таши ЧИТАЛА список. А потом подруги дружно пофыркали над мемуарами Кареонуса (их Аринэль, к счастью, забрал к себе в комнату перед махачем, поэтому эта книга сохранилась). Пофыркали, но перед этим-то почитали!».

То есть опять разрыв шаблона. Аринэль поинтересовался, когда это Дара с Ташей читать учились. Оказывается, в племени есть несколько женщин, которые выступают в роли учителей. Правда, образование, если сравнивать с Землей, дальше начальной школы не уходит, но знаете, степняки, умеющие читать и писать (с трудом и не быстро, но сам факт!), а также вычитать и складывать (знание умножения и деления проверять не стал, чтобы совсем не расстроиться), это уровень! И это еще одна черта здешнего весьма своеобразного общества.

* * *

Ужин был обильный и сытный. Если не сказать жирный. Длинный стол буквально ломился от разнообразного мяса, а вот зелень тут, похоже, не уважали.

«Эльфов на вас нет», – про себя улыбнулся Аринэль.

Зала, где они сидели, совсем не походила на стереотипный вид трапезной в замке. Ну и они так-то в доме находились. Довольно большом двухэтажном особняке. И трапезная тут была, как в особняке. То есть большие окна с зелеными занавесками, высокий потолок. Камин в глухой стене имелся, а над ним висел герб. Колесо и на его фоне меч. Над ними алая баронская корона.

Стол стоял посредине комнаты, рядом с ним стулья с высокой спинкой. Хозяин и старшая жена сидели во главе, гости слева, домочадцы справа от них.

Нардан Оруис оказался добродушным и круглым мужчиной, на вид лет пятидесяти, а судя по оговорке, перед третьим десятком на второй сотне. Забавно, что все его жены, словно для контраста, были худыми. Кроме старшей, Райси Оруис.

Из детей за ужином присутствовали двое. Дочь Алисэль Оруис, примерно лет шестнадцати-восемнадцати на вид (на взгляд земного жителя) с роскошной рыжей шевелюрой (Как у меня в молодости! © Нардан Оруис) и почему-то с таким лицом, словно с ней за столом коллекторы сидели. И женщина, лет за тридцать, которая была уже замужем, а сейчас приехала в гости. Вместе с сыном, а соответственно, внуком барона. Сергис Докус, барон, сын виконта Дормаят, тринадцать лет от роду. Когда шло представление, этот парень так задрал подбородок, словно собрался шею почесать. И если на Грега и Саманту он посмотрел оценивающе, то на Аринэля глянул с явным превосходством. Тот на это усмехнулся про себя.

Когда представили хозяев, настала очередь мамы Саятаны хвастаться. И если с ней уже было все понятно, то слова о том, что Аринэль и Саманта одаренные, заставили жен барона взглянуть на них явно оценивающе. От парня не укрылся взгляд одной их женщин, видимо матери, на Алисэль. Впрочем, та даже взгляда от тарелки не подняла.

– Наша Алисэль тоже одаренная! – произнесла Райси Оруис. – Этой осенью она поедет в Империю.

– Первый одаренный в роду! – поднял бокал хозяин, широко улыбаясь.

Дальше пошла отвлеченная светская беседа, в которую Аринэль не вникал, уделив внимание еде. А вот Грегу пришлось участвовать. Тяжела ты доля наследника!

«Интересно, а как он все-таки жениться-то умудрился?»

Днем Ари пытался поднять эту тему, но брат зыркнул так, что парень предпочел не развивать ее. Но было любопытно. Ведь на ленточке, что украшал его герб, имелась еще и звездочка. То есть избранница брата одаренная к тому же.

– Вот как? – донесся до Аринэля удивленный голос барона. – Значит, ваши дети тоже в этом году поедут в Академию?

– Их дар уже пробудился, – пояснила Саятана Тайфол. – Можно сказать, прохождение инициации для Саманты и Аринэля формальность. Они уже использовали свои способности в бою.

– Простите мою забывчивость, леди Тайфол! – Нардан поднял бокал. – За вашу победу! Я никогда не сомневался, что ваш муж добьется своего! Признаться, слушая то, что люди говорят про это нападение антов, мне поначалу не верилось.

– Мертвая матка, думаю, достаточное доказательство? – заметила со своей злой ироничной улыбочкой Саятана Тайфол.

– Конечно, леди Тайфол, – уже серьезно произнес барон, посмотрев на женщину.

* * *

После ужина мама Саятана, Оруис и его старшая жена уединились в рабочем кабинете барона. Грег ушел в выделенные ему покои, причем с таким лицом, словно собрался кого-то убить. Саманта, изящно прикрыв рот ладошкой, изобразила уставшую львицу и ловко подхватила под руку брата.

– И как тебе Оруисы? – спросила девушка, когда они шли по коридору, стены которого были отделаны светлыми деревянными панелями.

А освещение тут было организовано магическими светильниками. С одной стороны, вроде богато. С другой, между этими светильниками было уж больно большое расстояние.

– А зачем мне их как-то оценивать? – не понял парень.

– Они соседи, – наставительным тоном произнесла Саманта.

– Ну, они очень далекие соседи, – усмехнулся Аринэль. – И это должно интересовать Грега. А меня это касается очень слегка.

Сестра окинула парня изучающим взглядом. Даже одну бровь приподняла.

– Хм, ладно, – сказала Саманта. – Ну а все-таки?

– У нас в замке мне нравится гораздо больше, – ответил Аринэль.

– Еще бы, – хмыкнула девушка. – Там же есть эти твои... девки.

– Вовсе не из-за этого. – Саманта на эти слова смерила брата ироничным взглядом. – А еще дома я бы этому парню уже выписал пару затрещин за его хмыки.

– Тебе тоже не понравился тот барончик? – улыбнулась Саманта.

– Скажем так, пить я бы с ним не стал, – ответил Аринэль.

– А со мной? – девушка прижалась грудью к руке брата.

– И с тобой тоже, – покосился на нее Ари.

– Почему? – неприятно удивилась Саманта.

– Потому что ты красивая и умная девушка, – ответил Аринэль. – Боюсь, в подпитии я могу забыть про нашу родственную связь.

Недоумение на лице Анти сменило выражение удовлетворения.

– Братик! – буквально пропела Саманта. – А еще?

– Что еще? – не понял Аринэль.

– Ну, скажи что-нибудь еще такое же... приятное и лестное, – улыбка не сходила с губ девушки.

– Вообще-то я сейчас чистую правду сказал, – заметил парень. – Голые факты.

Саманта довольно сощурилась. В этот момент они дошли до комнаты, которую отдали девушке. Анти отпустила руку брата, взялась за ручку двери.

– Анти, – заговорил Аринэль. – Ты как? Со сном в смысле?

Та нахмурилась.

– Сейчас уже почти нормально, – тихо ответила девушка. – Ты был прав, после дня пути просто вырубает без сновидений.

– Вот и хорошо, – улыбнулся парень.

– Да, – слегка улыбнулась в ответ Саманта.

* * *

Чем ближе к Арантону, тем больше попадается небольших селений, буквально на несколько строений, которые стояли так, что образовывали внутренний двор. Этакие хутора. Обычно они стояли посреди полей тампока. Так-то логично, тампок, как Аринэль узнавал, растение многолетнее. Его не выкапывают подчистую, а проходятся параллельными полосами по полю, что, собственно, отлично видно на примерах, мимо которых они проезжают. В смысле часть тампока высотой выше человеческого роста, а часть едва по колено. Вообще, крайне удобное растение, не то что картошка. Так вот, получается, что это были наделы одной семьи, которая обрабатывала эти поля.

А еще это говорило о том, что отношения тут совсем не феодальные. Почему? Аринэль, конечно, в истории был далеко не дока, но кое-что помнил. А именно, что дружина феодалам нужна была для сбора дани, в смысле налогов. А попробуй их собери, если данники так разбросаны. К тому же «налоговиков»-то видно за километр. Вон в поле убегай, хрен, кто найдет в этих зарослях. А то и пострелять можно оттуда... Куда проще феодалу, если крестьяне собраны в деревни. Приехал, забрал собранную с селения дань и уехал. А тут воины только и будут заниматься тем, что ездить по хуторам...

Для того чтобы подъехать к городу с этой стороны, нужно было обогнуть довольно немаленькое озеро Айли-Тэта. Реально большое, другого берега не видно. Поэтому тут они пересели на паром. Так как дальше они ехать не собирались, лошадей оставили в конюшне на этом берегу.

Паром представлял собой здоровую плоскодонную лодку, увеличенную раз в десять. А с обоих боков имелось два лопастных колеса.

– Видишь, возле каждого колеса по круглой фигне? – ответил Грег на вопрос Аринэля о том, как эти самые колеса крутятся.

Действительно, возле колес имелось по круглой... комнате, каюте? В общем, помещению.

– Там стоит редуктор, – продолжал Грег, не замечая удивленного взгляда брата. – Он соединен с колесом. А его раскручивают по четыре человека. Паром-то маленький. На большом колеса крутят лошади. А тут и лиходеев хватает.

– Лиходеев? – заинтересовался Аринэль.

– Да, сюда на работы за долги, воровство и прочую мелочь ссылают, – пояснил Грег.

И опять этот практичный подход. Интересная система исправления. Немного накосячил, будешь работать. Много нагрешил – кровью своей расплатишься.

Паром был разделен на две неравные части. На носу размещалось пассажирское отделение. Там стояли лавки со спинками, над этим местом был сделан навес и туда вел отдельный трап. И, надо полагать, цена была побольше. Во вторую большую часть парома вел широкий трап, который был вровень с полом, то есть палубой. Туда прямо сейчас заезжало несколько телег, заводили лошадей. Там тоже имелись лавки, правда без спинок, и даже навес имелся, но публика там была явно крайне простая.

Кстати, на их компанию посматривали. Еще бы, идут две пары под ручку (Грег с мамой Саятаной и Аринэль с Самантой), хорошо одетые, на одежде гербы, причем одинаковые почти. А сопровождают их два десятка крайне серьезных бойцов в одинаковой, а самое главное, явно рыцарской экипировке. На пароме рыцари сели так, что сопровождаемые лица оказались отделены от остального пространства. Какой-то немолодой мужчина, судя по гербу на груди возле сердца и городскому мечу на поясе, тоже из аристократов, слегка приподнял брови при виде этой картинки.

Кстати, действительно, оружие тут носили очень немногие. Даже люди, у которых было на лице написано, что они явно не пашут, не имели вооружения на виду. Практически у каждого на поясе имелся небольшой нож, реально небольшой, дай бог с ладонь. А вот длинноклинкового или хотя бы чего-нибудь типа топора за поясом было немного.

– Потому что, если носишь оружие, – произнес Грег на вопрос брата, – будь готов, что тебя призовут к ответу. За слова или действия.

– В смысле? На дуэль, что ли, вызовут? – уточнил Аринэль.

– На дуэль, – кивнул Грег. – Или могут, например, стражи попросить о помощи.

– То есть? – чуть нахмурился Ари. – А если я не хочу?

– Тогда не носи на виду меч, – ответил Грег, усмехнувшись. – Но когда будут морду бить, не вопи, что аристократ.

– А если простолюдин будет с мечом? – поинтересовался Аринэль. – Я могу его на дуэль вызвать?

– Надел перевязь или ленту мага, – Грег остро посмотрел прямо в глаза брату, – ты воин. Ну, и никто тебя никуда не вызовет, если ведешь себя прилично.

– В этом и есть отличие аристократа от простолюдина, Ари, – подала голос мама Саятана. – Воспитание. Тебе вот придет в голову, например, пострелять вон по тем кутам?

Женщина махнула в сторону берега, где стояла телега с клетками, в которых были вышеназванные птички.

– Хм, а если все-таки придет? – спросил Аринэль.

– Заплатишь штраф и гуляй себе, – ответил Грег. – Нет денег...

Он указал на помещения для работников колеса.

– А если начнешь в этот момент железом махать, – продолжил он, – то болтами нашпигуют. А если нет оружия, то просто бока намнут. Улавливаешь разницу?

– Четко и ясно, – хмыкнул Аринэль.

Поселок возле пристани напоминал поселения Дикого Запада. Тут, видимо, из-за теплого климата, Аринэль вообще не видел домов из бревен. То есть не было монументальных толстых стен, дома делали из досок. Различие было в том, что на более богатые строения шли ровные доски, а на более бедные шли иной раз откровенные обрезки и выглядели эти домики ну чисто как куча кое-как слепленного мусора.

Парень втянул носом воздух. Пахло рекой. То есть тиной. В том числе.

– А сколько до Арантона? – спросил Аринэль.

– Если не будет волнения, около часа, – ответил Грег. – Это же паром, а не колесник.

Погрузка уже почти закончилась. Последние пассажиры проходили на большую палубу. К ним тоже зашли несколько пассажиров. Тучный рослый бородатый мужчина, две женщины и трое молодых девушек. Мужчина бросил на стоящего у борта Аринэля оценивающий взгляд, потом окинул взглядом остальную компанию.

– Леди Тайфол, – прогудел мужик, слегка склонив голову.

– Мастер Стриган, – ответила та, улыбнувшись дежурной улыбкой.

Причем очень холодной. Ледяной, прямо скажем. Мужчина после приветствия предпочел расположиться максимально дальше, в другом углу палубы.

– Мам, – отвлек внимание женщины Аринэль. – А мы осенью также в Империю поедем?

– Да, Ари, – улыбнулась та, уже тепло.

Вскоре матросы (ну, или работники) отвязали веревки и оттолкнулись от причала длинными шестами. В этот момент колеса дрогнули и стали не торопясь раскручиваться, оттаскивая паром. Причал стал медленно удаляться. Когда паром отошел на некоторое расстояние от причала, колеса замерли, а потом пошли крутиться в другую сторону. И паром стал разворачиваться носом в сторону открытого пространства. Аринэлю невольно вспомнилась Куба. Почему-то с морем было у него связано именно это место. Славное было время. Знойные мулатки, жара и просто хоть залейся хорошего рома. А самое главное, какое-то такое же ощущение личной свободы... и правильности, что ли.

«Viva la Cuba!» – улыбнулся парень, смотря на водную гладь.

Глава 14

Пристань парома была у самой городской стены. Замок, причем с солидными стенами, не то что Оруис, высился слева. Судя по всему, это когда-то был вполне себе боевой опорный пункт, способный выдержать длительную осаду. Замок находился возле самого озера, от пристани парома к замковым стенам шел дощатый настил причала, который тянулся вдоль уже городской стены. К самой стене города пристроились явно складские помещения. Попахивало рыбой, тиной и еще чем-то «ароматным». Возле пирсов стояли пять больших кораблей. По бокам у них тоже имелись колеса, как на пароме, только большего размера. Видимо, вот такие и приводятся в действие лошадьми.

Паром причалил к довольно широкому молу. Из-за колеса он не мог притереться вплотную, поэтому на пирсе имелись сходни, подвешенные на чем-то типа кранов, по аналогии с опускающимися замковыми воротами. Вот судно причалило, и стоящие на пирсе мужчины принялись вращать вороты, опуская сходни.

– Большой город, – произнес Аринэль, смотря на крыши домов.

То есть крыши были выше стены. И их было видно с воды. Правда, не целиком, а лишь самый верх. А стена навскидку метров пятнадцать. То есть домики где-то этажа четыре, если не выше.

– Даэрон-Мерия еще больше, – произнес стоящий рядом Грег. – И красивее.

В голосе парня послышалась ностальгия.

– Да, Даэрон-Мерия красивее даже Даннерана, – с легкой улыбкой сказала мама Саятана. – Но имперская столица – это скорее суровый легат, чем красотка.

– А Академия? – поинтересовался Аринэль.

– Академия – она, как первая любовь, – ответила женщина. – Навсегда остается в сердце, и ты будешь все время сравнивать с ней.

Сходни с глухим стуком ударились в окованный металлом борт. Пассажиры потянулись к выходу. Тайфолы не торопились и вышли последними. Они обогнули по краю пирса толпу простолюдинов, впрочем, те и сами старались уйти с пути вооруженных людей. Но Аринэль не заметил какого-то страха на их лицах. Опасение было, но так, чтобы прямо убегали, этого он не заметил. Парень чуть улыбнулся и слегка кивнул какой-то молодой девушке, которая смотрела на него, когда они проходили мимо. И девчуня смущенно улыбнулась в ответ. То есть аристократы тут не «меньшее зло».

Стража на воротах пропустила их без проблем, более того, вояки явно выделили рыцарей среди остальных гостей с гербами и без. Интересно. Похоже, тут имеется что-то типа воинской взаимопомощи. А потом Грег остановился рядом с местным командиром, и они радостно поприветствовали друг друга. Кстати, командир этот был возраста если и старше брата, но ненамного.

– Служили вместе? – спросил Аринэль.

– Трелон был командиром второго десятка, – ответил Грег. – А я третьего.

– Слушай, а много аристократов служат в королевской гвардии? – спросил Аринэль.

– Много, – усмехнулся Грег. – Только в гвардию ты попадаешь не сразу. Сначала год в учебном лагере. Потом помесишь дерра, на тебя посмотрят.

– Хм, не хочу в армию, – произнес Аринэль.

– Почему? – даже удивился Грег.

– Потому что гонять в тяжеленных доспехах, – ответил Ари, – и ходить строем – этого мне не хочется.

– Там и рекуриары есть, – как-то многозначительно улыбнулся Грег. – Среди них стрелков полно, и даже маги иногда попадаются.

– Они-то в латах не ходят? – поинтересовался Аринэль.

– Я бы лучше в латах, чем как они, – скривился Грег. – У нас был один, попросился туда. Через две недели тренировочные доспехи надевал с радостью.

Во время этой беседы они шли по прямой, как стрела, улице, в конце которой белела стена. Хм, эта улица насквозь город пронзает, что ли? А где кривые и узкие средневековые улицы? И не пахнет совсем. В смысле неприятно. Наоборот, откуда-то доносился вкусный запах жареного мяса.

Дома вокруг и вправду четырехэтажные. Напоминают чем-то немецкие. Тоже оштукатуренные стены и последний этаж под самой крышей. Остроконечной. Кстати, улица мощеная.

– Здесь все улицы такие? – спросил Аринэль.

– Ты о чем, Ари? – спросила мама Саятана.

– Я про то, что чисто и вот это, – парень топнул по мостовой.

– Ремулус – большой любитель чистоты и порядка, – ответила женщина с хитрой улыбкой. – И проблема с преступностью у него решена просто.

Ага, видимо, тут опять применен метод трудотерапии. Видать, местный хозяин действительно сильно угорает за организацию.

– А все стоки попадают в специальный пруд за городом, – продолжала рассказ леди Тайфол. – А оттуда на фермы. Арантон поставляет яйца и мясо болотников даже в Империю.

В голосе женщины явственно слышались уважительные нотки.

– А у нас по аналогии сделано? – вдруг пришла мысль, точнее воспоминание Аринэлю.

– Ну, почему бы и не перенять положительный опыт? – усмехнулась мама Саятана. – Дело было в специальных водорослях. Не знаю, как и где Ремулус нашел того парня, но дело тот знает очень хорошо. И берет недорого. Точнее, брал.

Женщины так улыбнулась, что стало очевидно, что этому неизвестному парню, который придумал водоросль, после объяснили, какую цену нужно назначать.

В этот момент сестричка прихватила правую руку братика и выразила свое недовольство его недогадливостью и забывчивостью надутыми губками.

– Прости, вокруг столько интересного, – произнес Аринэль извиняющимся тоном. – Я совсем забыл.

– В следующий раз я всерьез обижусь, – потыкала пальчиком в плечо парня девушка.

– Да, Аринэль, мы не дома, запоминай, – еще и мама Саятана присоединилась. – Всегда, когда идешь с девушкой, нужно предлагать руку. Да, Грег?

И гордый рыцарь со смущенным лицом выставил локоть.

– А если девушек две, – через плечо бросила леди Тайфол, – то обе руки будут заняты.

Красная лицом Цеси едва коснулась пальчиками левой руки Аринэля.

– А если три? – спросил парень.

– У девушек тоже есть руки, Ари, – насмешливо ответила мама Саятана.

– Интересно, а как вы с папой тогда ходите? – поинтересовался Аринэль.

– Поэтому мы и живем в степи, – ответила леди Тайфол, озорно блеснув глазами и слегка улыбнувшись.

Пока они шли, дома становились все ниже. И расстояние между ними, в смысле между соседними домами, увеличивалось. В конце концов, пошли натуральные особняки, да еще и с парками. Тут явно живут весьма уважаемые люди Арантона. Все, как всегда, чем ближе к жилищу босса, тем козырнее место. И поэтому было весьма странным увидеть почти возле самого замка кузницу. Ну, а чем еще могло быть сооружение, над которым стоит четыре трубы и из них валит дым? Удивительно, что маркграф терпит такое соседство. Видать, это очень нужные люди, раз им такое позволено. И участок здоровый. Дом, правда, ни разу на особняк не похож, а скорее на замок в миниатюре.

– Дварфы, – односложно ответил Грег, почти не разжимая губ.

А глазами активно шарил поверх каменного забора. Забор был невысоким, где-то по шею, как, собственно, у всех особняков, что были видены ранее. Видимо, это какое-то условие строительства.

«Что-то братец прямо-таки глаз не отводит. А не тут ли живет та особа, что украла сердце нашего доблестного рыцаря? Судя по реакции, именно так и есть».

Грег отвернулся, когда кончился этот участок, и на его лице явственно пропечаталось разочарование.

«Даже стало интересно увидеть эту даму».

За забором был скорее двор, а не парк. Упомянутый особняк-замок, кузница и еще несколько приземистых длинных строений стояли вокруг утоптанной площадки. На площадке находилось с десяток фургонов, но не орочьих, чуть поменьше, зато у всех металлические колеса. И не просто металлические, а со спицами такой толщины, что еще чуть-чуть и можно их принять за паровозные колеса. Да и сами фургоны выглядели очень крепкими, никакой ткани, а реально вагон. Целиком из досок, с крышей. Сколько же коняшек запрягают в такую повозочку, особенно когда она груженая?

Кстати, вместе со всеми шли те две дюжие служанки мамы Саятаны и тащили небольшой сундучок. При этом дамы эти были опоясаны и вместо мечей на их поясах висели орочьи ятаганы. То есть такое оружие, которым ранить практически невозможно. В смысле легко. А вот отрубить все выступающее – запросто. Интересно, что в пути служанки не держали оружие напоказ. Не из-за сундучка ли столько рыцарей взяли? Вряд ли там вещи лежат. Судя по тому, что пальцы у дам побелели, ноша увесистая. Ну, так-то логично, никто и не скрывал, что мама Саятана сюда поехала работников нанимать. А это, как известно, происходит за деньги. Аванс там... Взятки.

Они свернули на перекрестке налево, к замку, поднялись немного в гору и подошли к открытым воротам, которые охраняла пятерка воинов. Бойцы были явно не для виду, взгляды хмурые, пузо за ремень не вываливалось, доспехи имели отметины выколоченных вмятин. При виде столь представительной и вооруженной процессии двое мужей вышли вперед, а остальные оттянулись назад... и в их руках появились арбалеты. К тому же открылись бойницы на стенах и потолке прохода, да и сверху на стене кто-то замаячил. Рва тут не было, но решетка, да-да, та, которая резко падает, в конце прохода имелась.

– Доброго дня, леди, – мужчина где-то лет сорока (на вид, а тут с возрастом можно сильно ошибиться), напоминающий старшину ВДВ с двадцатилетним стажем, с резкими, рублеными чертами лица, подошел к маме Саятане.

А все-таки гербы – удобная штука. Вот и сейчас командир привратников безошибочно определил старшего.

– Доброго, десятник, – ответила леди Тайфол с легкой улыбкой. – Вручаю нас вашей заботе.

– Не извольте беспокоиться, – пробасил мужчина.

* * *

Маркграф Ремулус Аванти был действительно очень худой и при этом высокий. Да еще и лицо, словно у только что освобожденного узника концлагеря. Щеки впалые, подбородок узкий, но длинный. Довольно внушительный нос, а вот взгляд черных глаз тяжелый, сразу верится, что такой человек способен навести орднунг. А еще Аринэлю сильно не верилось слухам насчет его мужской состоятельности, потому как по обе стороны от него сидели самые настоящие красавицы. Голубоглазые, светловолосые и с такими... глазами. Эти дамы импотента сделают быком-производителем. А почему слухам не верилось? Взгляды, которые жены графа бросали на мужа, были характерные, и какая-то неуловимая... м-м... теплота, что ли, была между ними. Так неудовлетворенные жены не смотрят. А еще леди Аванти были очень похожи друг на друга. Очень. Если одинаковые платья надеть и прически похожими сделать, вообще, как близнецы будут. Наверняка сестры.

– За вашу победу, Саятана, – подняв бокал, произнес граф, когда гости расселись за столом.

– Спасибо, Ремулус, – ответила леди Тайфол, и улыбка ее была нормальной, то есть как для своих. – Но то, что я выиграла, я все равно заберу.

– Ни сектаты не сомневался, – ухмыльнулся маркграф. – Чтобы ты упустила то, что принадлежит тебе...

За столом, кроме гостей и графа с женами, сидели две юные девушки, хорошо одетые, тот самый парень, с которым Грег на воротах ручкался. Рядом с ним или его девушка, или жена, очень уж близко сидит (и переглядываются характерно). И еще один парень, лет пятнадцати на вид. Он был очень смугл, реально, как цыган, при этом черты лица тонкие, а длинные волосы, убранные в хвост, были ослепительно-белые...

Такие признаки Аринэль видел каждый день, в зеркале. Интересно. А еще вряд ли граф посадил бы с собой за стол посторонних подростков. А если учитывать, что жен у Аванти две... Надо будет маму Саятану об этом потом пораспросить.

– С Грегом ты знаком, – говорила тем временем леди Тайфол. – А это наши младшие.

– Я видел их еще чуть ли не младенцами, – добродушно произнес Аванти. – Как быстро растут чужие дети.

– Саманта Тайфол, – представилась, слегка приподнявшись и склонив голову, Анти.

– Аринэль Тайфол, – Ари лишь кивнул.

Пусть и маркграф, но не сюзерен. Так что – гордость и еще раз гордость! И спасибо сестричке за то, что вбила эту науку так, что Аринэль даже не задумался, что сделал.

– Бран опять вытащил счастливую соломинку, – слегка обозначил улыбку на тонких бескровных губах граф. – Такое ощущение, что Магия за ним лично приглядывает.

– Мы, женщины, любим удачливых, – ответила леди Тайфол. – Впрочем, твои жены, Ремулус, уверена, вполне об этом осведомлены.

Мама Саятана кивнула на жен маркграфа. На лицах тех промелькнуло лукавое веселье.

– Вижу, ты не утратила своей хватки, Сая, – ответил Аванти, слегка сощурившись.

– Судя по Арантону, Реми, ты тоже, – вернула комплимент леди Тайфол.

«О как, видать, мама и этот граф давно друг друга знают. И, судя по всему, отношения крайне дружеские. Хм, а улыбки жен графа какие-то натянутые. Или мне это кажется? И что этот смугляш на меня так уставился? Это что, такая традиция у молодежи, показывать свою самцовость?»

Кстати, стол был довольно большой, присутствующие занимали едва четвертую часть стульев. И почему-то столешница была овальной. Прямо посередине стола был нарисован герб рода Аванти. На переднем плане летящая во весь опор лошадь (боком и, естественно, стилизованная), за ней веером – меч, посередине копье и справа... скипетр? Или это булава? Все это было на красном фоне, над лошадью серебряная корона с четырьмя зубцами, под ней две алые ленты, с серебряной каймой. Такой же герб имелся на посуде и на знаменах, что были развешаны на стенах.

А трапезная была хоть и большой, но явно... как это... повседневной. Потому что вряд ли часть стульев тогда бы имела легкие потертости на спинках, если бы тут давали торжественные обеды. Да и размер комнаты был рассчитан, несмотря на большой стол, вряд ли на большое количество человек. Ну, и хозяева были одеты, пусть и в хорошего качества, но явно не праздничную одежду. А еще еда. На этом ужине явно не старались произвести впечатление на гостей. Все было довольно просто... Но весьма вкусно. Рыбный суп, с легкой остринкой. На второе жареные ломтики тампока и... как это, все время из памяти вылетает... Ну, в общем, когда мясо лупят. Отбивная, во! При этом мясо с одной стороны было довольно крепким, чтобы резать его на ломтики, с другой не было резиновым. То есть прям как надо. Плюс соус, напоминающий майонез, только острее.

Пока Аринэль осматривался, взрослые о чем-то не торопясь беседовали. По окончании ужина мама Саятана и жены графа куда-то ушли, прихватив с собой жену Трелона. Потом дочери графа (а эти юные девушки были именно ими) завладели вниманием Саманты, причем сестренка зачем-то и Цеси с собой прихватила. Для статуса, что ли? Брала бы тогда себе служанку из замка! Потом удалились Грег и старший сын графа.

– Отец, – произнес Дариан, – мы тогда тоже пойдем.

«Мы?»

Граф кивнул. А парень бросил на Аринэля строгий какой-то взгляд.

«Ну, что же, пойдем», – подумал Ари, подымаясь.

* * *

Кстати, по дому все ходили без оружия. Мечи в ножнах было принято ставить в специальные стойки у входа, как зонтики. Кинжалы и ножи складывать на полку над стойкой. А вот хозяевам, то есть этому Дариану, его оружие, такой же как у Аринэля городской меч, вынесла одна из служанок. Кстати, довольно дорогое оружие, правда, пока Ари мог оценить только то, как оно украшено. В противовес на рукояти был вставлен прозрачный камень и вряд ли это стекло. Гарда была выполнена в виде переплетающихся стеблей, что было не только красиво, но и практично, так как облегчало оружие. А быстрота для, считай, почти шпаги – вещь крайне необходимая. Ну, и гарда была посеребрена, плюс на ножнах из черной кожи имелся узор по лесным мотивам, выполненный в той же цветовой гамме. Интересно, а это он меч под цвет одежды подбирал или одежду под меч? Просто одет был Дариан, словно молодой темный властелин, во все черное.

Парень, повесив клинок на пояс, молча вышел из дома. Аринэль поморщился, вздохнул, подумал. И нехотя последовал за ним, прихватив нож с полки и свой меч из стойки. Похоже, предстоял процесс измерения, сравнения и проверки процентного содержания железа в тестикулах.

«Вот кто мог подумать, что я буду с пацанами замерять густоту волос на лобке? Докатился! Хотя, с другой стороны, я теперешний... Хм, как-то слишком много вызываю эмоций у других парней. Считай, из равных по статусу второй уже, а поведение одинаковое. Может, я все-таки слишком... Ант, ну, не брутален? Может, накачаться? Тьфу! Да пошли все на хрен! Не нравится – не смотрите!»

– Идем, – бросил Дариан, когда Аринэль вышел наружу.

И смугляш повернулся спиной, намереваясь куда-то проследовать.

– Мы далеко? – поинтересовался Ари. – А то я сегодня уже достаточно попутешествовал.

Дариан тормознул, оглянулся.

– Отец просил показать тебе замок, – ответил парень. – Я показываю.

– Ну, тогда давай отложим показ на завтра, – произнес Аринэль. – Если возможно, я бы помылся и проверил мягкость кровати.

Дариан смерил его пристальным изучающим взглядом, нахмурился, дернул щекой и сквозь зубы процедил:

– Я скажу слугам.

– Ага, рассчитываю на тебя, – Аринэль сумел сохранить спокойное лицо, но в голос немного иронии все-таки прорвалось.

И его собеседник ее явно уловил, раз так сощурился, будто решил японца изобразить...

* * *

А местная помывочная пришлась Аринэлю гораздо больше по душе. Сразу было видно, здесь люди не только банально моются, но и хорошо проводят время. Парилка тут тоже была, но в зале, где непосредственно трут тело, имелся небольшой квадратный бассейн, метра четыре по стороне и довольно глубокий, по грудь. Лавки были большие, в смысле широкие. И вообще места было вдоволь.

– Чтоб я так жил, – прокомментировал Аринэль, входя в помывочную.

Сюда он прошел через комнату, которую явно применяли для употребления веселящих напитков, загрузки закуски и прочих развлекательных мероприятий. Там имелся стол и мягкие диваны.

– Тут и потеряться можно, – произнес Ари, оценивая размеры. – Хм.

Он как-то упустил момент, что нужно еще и чем-то мыться. Точнее подумал, что все это есть внутри. А ничего не было.

Голоса, женские в комнате за дверью слегка его удивили. Чтобы избежать неожиданностей, Аринэль приоткрыл дверь и выглянул.

– Эм, добрый вечер, – произнес парень с легким недоумением, увидев двух совершенно незнакомых молодых девушек в одежде служанок (то есть серых длинных платьях). – Не подскажете, а где тут достать порошок и мочало?

Реакция дам Аринэля несколько озадачила. Одна девушка, хихикнув, что-то прошептала другой, не сводя глаз с парня. Вторая прыснула в кулачок, при этом слегка порозовев.

«Что за фигня тут творится?»

В этот момент наружная дверь открылась, и в раздевалку вошел Грег вместе с... как его... Трелон. Ничуть не стесняясь девушек, парни принялись раздеваться.

– Значит, теперь, Грег, ты будешь дома? – спросил Трелон, расстегивая камзол.

– Да, дел много, – ответил Грег, тоже расстегиваясь. – Прошение об отставке я уже отправил.

– Я уже проходил через это, – усмехнулся Трелон. – Но знаешь... Иногда так хочется вместе с десятком по степи прокатиться!

– Ну, у меня степь прямо возле стен, – вернул улыбку Грег, кидая камзол на один из диванов. – Если станет совсем скучно, приезжай.

– Да куда там, – вздохнул Трелон, тоже положив камзол и принимаясь за рубашку. – Меня Улиса не отпустит.

– Не узнаю главного бабника нашей сотни! – усмехнулся Грег. – Это когда женское мнение вдруг стало для тебя таким важным?

– Знаешь, у нас как-то разбойники развелись, – заговорил Трелон, расстегивая штаны.

Тут Аринэль поймал себя на том, что он находится в каком-то странном положении, выглядывая из-за двери.

«Хм, а где тут вода? – подумала он, закрыв дверь и повернувшись. – Кран? Да ну на... неужели?»

Парень подошел к трубе, которая торчала из стены и на которой имелось что-то похожее на вентиль. Аринэль повернул флажок – и о чудо! Из загнутого вниз конца трубы потекла вода. Причем – горячая!

– Цивилизация, – пробормотал парень, недоверчиво улыбаясь.

Дверь открылась и в помывочную зашли двое бывших сослуживцев. Полностью голые. А за ними шли те девушки, в чем-то типа длинных белых ночнушек. Реально длинных, ниже колен. А еще у них волосы были убраны. И вид деловой такой... Только иногда глазками постреливали.

– И знаешь, у нее такие глаза были, – говорил Трелон. – Прям душа свернулась. После этого как-то не хочется мне больше видеть этот взгляд.

– Да ты же влюбился! – усмехнулся Грег. – По уши!

Трелон в ответ улыбнулся, слегка виновато.

«Ага, а тут холодная», – Аринэль проверил второй кран.

Трелон покосился на него, но ничего не сказал. Парни сели на низкую лавку, которая стояла посередине банной комнаты.

«Так вот для чего она нужна, – потер пальцами подбородок Аринэль, видя, как девушки насыпали порошка на мочала и принялись тереть спины парней. – Блин, но я бы не хотел, чтобы Цеси меня при них терла. Вот наедине, это да!»

– Ари, не стесняйся, – насмешливо произнес Грег, хлопая ладонью по лавке рядом с собой. – Только держи себя в руках, а то я знаю тебя.

– Ого! – посмотрел на Аринэля Трелон. – А мне показалось... Ну...

– Он уже личную служанку себе завел, – усмехнулся Грег и добавил с совершенно серьезным лицом: – И по ту сторону уже заглянул.

Трелон в этот момент тоже утратил веселость и иначе, изучающим взглядом воина, смерил Аринэля.

– Знаешь, а я бы своего младшего отправил к вам, – произнес он. – А то у него что-то слишком много самомнения.

– Отправляй, – хмыкнул Тайфол. – Орки живо отучат нос задирать. Ну, или он убежит от них к вечеру.

– Не убежит, – произнес Трелон. – Упертый. Лицом в мать, а характером весь в отца.

Аринэль присел на лавку и перебросил убранные в хвост волосы вперед.

– И как, Грег, – спросил Трелон, – матка?

– Здоровая хрень, величиной с гору, – ответил Грег. – И плюется какими-то красными лучами, от которых камень испаряется, словно лед под солнцем.

– Что, прямо тает? – удивился Трелон.

– Не, как будто и не было, – ответил Грег. – Она нам одну башню так подрезала и два верхних этажа дома. Тварь.

Последнее слово парень словно выплюнул.

– Да, дела, – покивал Трелон. – Ладно, пойдем, смягчим память. Эльси, корзинку-то принесли? Что-то я не заметил.

– Конечно, господин, – ответила одна из девушек.

Они уже закончили со старшими и отошли к лавке, которая шла вдоль стены и на которой стоял ящик с порошком.

– Когда мы с тобой в последний раз сидели? – произнес Грег, вставая вслед за Трелоном.

– Когда меня провожали, забыл, что ли? – усмехнулся тот. – Думаю, госпожа Нантея тот вечер и ночь до сих пор помнит!

– Да уж, – усмехнулся Грег. – Это ж сколько надо было выпить, чтобы к ней самой полезть?

– Да просто темно было! – слегка смущенно ответил Трелон.

Парни вышли из помывочной. Аринэль проводил их взглядом и еле заметно улыбнулся. Миры разные, а солдатские, в этом случае рыцарские, истории не отличаются.

– Господин! – он как-то упустил из виду дам и поэтому, когда на него сзади навалились, Аринэль чуть не рванулся вперед.

– Э-э, – парень покосился назад.

– Какие у вас красивые волосы! – спереди зашла вторая банщица.

Аринэль с трудом отвел взгляд от промокшей ткани... Да, от ткани. Вовсе не от зрелища просвечивающего сквозь ткань девичьего тела. Черт, а сзади что-то прям совсем прижались!..

...– Он как, не сбежит? – спросил Трелон, сидя на диване и кивая в сторону помывочной.

– Да он с тремя сразу спал, – усмехнулся Грег. – Так что его этим уже не удивить.

– С тремя? – У Трелона вытянулось лицо. – Надо же, какие сейчас пошли... Ранние.

– Да ты же видел, как на него девки пялятся? – хмыкнул Тайфол. – А тут еще инициация.

– А что с ней? – не понял Трелон, ставя на стол бутыль.

– Ари раньше был, как бы это... – Грег пощелкал пальцами. – В общем, не сильно сообразительный. Но зато по воинской части был хорош. А после его словно подменили. Теперь он еще и все на лету схватывает. Вот трех Таранов завалил.

Трелон в этот раз реально сильно удивился. Даже замер на полпути, со второй бутылкой в руках.

– В смысле трех... – сипло произнес парень. – Ты сейчас серьезно? И как это – сам?!

– А вот так, Трен, – усмехнулся Грег. – Из лука.

Трелон некоторое время неверяще смотрел на товарища.

– Да ты разводишь меня! – со скепсисом произнес он.

– Вспомни, что исполняла Кариэн, – Грег взял бутылку со стола. – Эльфийское? Богато вы жить начали, господин десятник!

– Так то Кариэн! – возбужденно произнес Трелон. – Эта дроу хоть и та еще стерва, но боевик! Обученный!

– Ари тоже, знаешь, не вышивкой занимался, – ответил Грег. – Поверь, твой брат ему не ровня. Даже не рядом.

– Это прозвучало самоуверенно, десятник! – сощурился Трелон. – Ты же понимаешь, что такое проверяется на раз?

– Ты меня знаешь, Трен, – Грег поставил бутылку на стол. – Когда я говорил что-нибудь, в чем был не уверен?

Трелон хмыкнул...

* * *

Кабинет графа Аванти представлял собой смесь богатой обстановки и практичности. Он был достаточно просторным, чтобы внушать уважение посетителям, массивный письменный стол говорил об основательности хозяина, а то, что на нем лежало лишь несколько бумаг, показывало, что маркграф умеет распределять обязанности и не взваливать все на себя.

А еще в кабинете чувствовалась женская рука. Вряд ли бы мужчина стал вешать на окна полупрозрачные занавески, скорее, тут были бы тяжелые портьеры. Если бы вообще что-то было. Гостевая мебель тоже была слишком изящной для мужского вкуса. Но самый яркий штрих – это бокальный столик. Вряд ли мужчина вообще задумается о том, что нужно поставить мебель, на которую и дышать-то страшно.

Отворилась дверь, впуская в помещение довольно высокую и на редкость красивую женщину. Красота ее была не невинным очарованием юного бутона, а хищной, уверенной. При этом черты лица женщины не были утонченными. Это была здоровая, цветущая красота зрелой женщины, уверенной в себе и своем будущем, которую не испугать лишениями и трудностями, скорее, трудности боятся ее. Талию дамы нельзя обхватить пальцами, но фигура была пропорциональна и мужские взоры с удовольствием цеплялись за приятные округлости. Собственно, другого было трудно ждать от дочери барона из северных провинций Империи, где лето длится три месяца, а женская красота стремится к бесконечности размеров (ибо спать в тепле и на мягком – гораздо приятнее, чем биться о скалы – фольклор Сенгвара).

Вслед за первой шла очень похожая на первую дама. Как и Карина, Эйлис Аванти имела рыжеватый цвет волос. Обе представительницы рода Гэйр, учились в Юлисанском Корпусе Академии, где с ними и познакомилась Саятана Тайфол. Тогда Империя срочно нуждалась в образованных (но не слишком родовитых) аристократах и плата за обучение имела множество послаблений, одним их которых была значительная уступка для выходцев из северных провинций. При этом обе сестры имели крайне прагматичный взгляд на жизнь...

...– Каждый раз смотрю, – произнесла Саятана Тайфол, садясь на диванчик, – и удивляюсь, как вы уговорили Реми допустить вас до святого? Бран в этом уперся и не сдает ни пяди.

– Может потому, – слегка улыбнулась Карина, садясь в кресло возле столика, который стоял у диванчика, – что Бран кое-кого ткнул носом в песок арены?

– А ты все так же остра на язык, Кара, – усмехнулась Саятана.

– Не думай, что я забуду, как ты пыталась увести Реми, – слегка сощурилась Карина Аванти.

Леди Тайфол вздохнула и покачала головой.

– А я никогда бы не подумала, – произнесла Эйлис Аванти, присевшая в кресло напротив сестры, – что Саятана Эан Брагис станет чьей-то аж третьей женой.

Улиса Аванти, четвертая участница этого разговора, скромно присела на диване рядом с гостьей. Она совершенно не походила на своих свекровей, девушка как раз была типичной представительницей центральных провинций Империи. А именно: небольшого роста, тонкий нос, губы сердечком, овальное лицо и русый цвет волос. Пальцы рук тонкие, длинные, явно не ведавшие тяжелого труда. И честно говоря, фигурой дама не потрясала, все было, так сказать, по среднему, причем по нижней планке. На вид скромница, вот только иногда Улиса окидывала присутствующих совершенно не кротким, а изучающим взглядом карих глаз.

– Да, подруги, а вы неизменно добросердечны, – прокомментировала с улыбкой леди Тайфол. – Бедный Реми.

– Ну, он далеко не бедный, – заметила Карина.

Женщины обменялись понимающими улыбками. А потом на лице Карины появилось выражение сочувствия.

– Я переживала за вас, Сая, – произнесла она. – Реми все рвался поехать к вам.

– Если бы не рыцари, – ответила Саятана, – то Бран бы сам попросил помощи.

– Реми хотел один ехать, – с грустной улыбкой сказала Эйлис. – А потом еще и Трелон едва не рванул. Если бы не Улиса...

– Мужчины, – со значением произнесла Саятана Тайфол.

Четыре женщины опять обменялись понимающими взглядами.

– Ты будешь, как всегда, Сая? – спросила леди Карина.

– Мой вкус с Академии не изменился, – ответила та и обозначила на губах улыбку.

– То есть, как всегда, все самое лучшее? – прокомментировала Эйлис.

– То, что я считаю лучшим, – поправила Саятана, причем явно имея в виду несколько смыслов.

– Позвольте мне, матушка, – милым голоском заговорила Улиса и встала.

Девушка вышла за дверь. А Саятана вопросительно посмотрела на Карину.

– Главное, что она не глупа, – ответила старшая из сестер.

– И сдерживает Трелона, – добавила Эйлис. – Дай Магия, чтобы остальные были хотя бы такие же, и можно быть спокойными.

Саятана грустно улыбнулась в ответ.

– Иногда они упираются и хоть что делай, – произнесла со вздохом леди Тайфол. – Но, наверное, так и правильно.

– Может быть, – тоже поддавшись каким-то невеселым мыслям, тяжело вздохнула Карина Аванти. – Но иной раз так хочется чем-нибудь потяжелее двинуть.

Эйлис согласно кивнула.

* * *

Караван был тяжело нагружен и двигался очень медленно. Стража на восточных воротах повременила с закрытием, видя его приближение. Фургоны были дварфов, а они были в городе не на последнем месте. Да и вообще ссориться с кузнецами и ювелирами командиру стражей как-то не особо хотелось. Но свое недовольство, когда караван наконец проехал по посаду и подъехал к воротам, он выразил.

– Уже час, как закрываться пора, – произнес десятник, хмуря брови. – Что у вас случилось?

– Несколько лошадей захромали, – буркнул в ответ сидящий на козлах переднего фургона дварф.

По обычаю своего народа даже возница был экипирован в доспех. И тоже, как обычно, дварф ответил не очень дружелюбно.

– Ладно, проезжайте, – махнул рукой десятник, которому давно уже пора было смениться.

Уже и смена прибыла. Но передача караула происходит только при закрытых воротах. Минут через пятнадцать последний фургон каравана въехал в город. А десятник смотрел им вслед. Старого служаку не отпускало чувство какой-то неправильности.

– Фор, – позвал воина десятник бойцов, прибывших на смену, – ты чего там стоишь?

– Да паранойя что-то разыгралась, – нехотя ответил Форсин.

Тем временем ворота закрыли, новая смена помогла предыдущей вложить вратный брус в пазы.

«Меч», – вспомнил Форсин того дварфа, который ехал первым, и с облегчением выдохнул.

Вот что зацепило. Обычно дварфы предпочитали секиры или топоры. А тут рядом с возницей лежал армейский меч в ножнах. Но ничего такого в этом не было, просто непривычно.

– Я уже все посмотрел, – произнес сменщик. – Скажи своим, чтобы сапоги-то забрали. Мы и своих нанюхаемся.

– Там одно копье сломали, – добавил Форсин. – Завтра скажи Лескасу, чтобы взяли другое в арсенале.

– Ладно, – кивнул десятник. – И как же вы так умудрились?

– Да какой-то придурок гербовый решил, что он должен проехать первым, – ответил Форсин. – Чуть кашу в воротах не устроил. Пришлось Кмату ему в колесо копье сунуть.

– А, понятно, – кивнул его собеседник. – Есть же такие идиоты. Золотой ставлю, какой-нибудь хлыщ из Империи с тремя зубцами^[24]?

– Да нет, наш, – хмыкнул Фор. – Но гонору, как у этих. Кошелями кидался, а потом стал требовать старшего караула.

– А чего не сразу графа? – усмехнулся собеседник. – И куда его сотник направил?

– Ну, сегодня же Аванти дежурил, – усмехнулся Форсин. – Ему-то вовсе по хрену. Кстати, хоть и молодой, а такие маршруты знает, я аж заслушался! Причем ни слова мата! Умелец!

– И что этот, барон? – заинтересованно произнес сменщик.

– Как обычно, – пожал плечами Форсин. – Похлопал зенками, побледнел и в очередь встал.

– И большая очередь-то была?

– Огромная, – с иронией ответил Фор. – Целых три кареты.

– И откуда берутся такие? – покачал головой собеседник.

– Да просто еще молодой, – усмехнулся Форсин. – В башке ветер, на груди герб. А в карете наверняка девица молодая. А то и не одна.

– Слушай, неужели и мы такими же были? Я что-то не помню такого.

– У тебя просто не было герба, – заметил Фор. – И нет, заметь. Ладно, пойду. А то меня опять будут пилить, что я в кабаке долго сижу.

– А ты что, сегодня не пойдешь? – с хитринкой усмехнулся сменщик.

– Да уже спать хочется что-то, – в подтверждение своих слов Форсин зевнул.

– Ага, я так же в прошлый раз, – собеседник десятника ухмыльнулся. – А потом кружечка, вторая... Завтра же все равно выспишься!

Караульные, которые сменились, уже выстроились в колонну по два, чтобы двигаться в сторону казарм. Им еще предстояло «сдаться» дежурному сотнику.

– Ладно, двинули мы, – произнес Форсин.

Глава 15

«Как... приятно», – пришла мысль сквозь дрему.

Аринэль приоткрыл глаза. Ощущение прикосновения обнаженного женского тела ни с чем не перепутать, да.

– Цес, – улыбнулся он.

Девушка, которая, обняв его, терлась зачем-то щекой о грудь, подняла голову и, посмотрев на парня, улыбнулась. Кстати, за окном спальни темно, то есть еще ночь. Лишь свет уличных светильников (тут, ант, совсем буржуи!) слегка разгонял тьму. Парень провел рукой по спине Цеси, девушка порывисто выдохнула. И тут Аринэль почуял легкий алкогольный запах. Да и глаза Цеси как-то слишком масляно поблескивали в полумраке. Девушка подалась вперед и нежно поцеловала парня. Организм же юного аристократа, натурально измученный банщицами (трогать их было можно, но вот от более активных действий девчуни со смехом уворачивались), отреагировал на происходящее однозначно.

Цеси окончательно отбросила одеяло, сдвинутое ею же сверху, и непривычно решительно уселась на Аринэля, одной рукой сдвигая кальсоны с бедер парня. Девушка дразняще потерлась об один уже готовый к подвигу орган, улыбнулась...

Аринэль вдруг ощутил, что ему на грудь упали капли. Он приподнял бровь и посмотрел на девушку.

– Цес? – обеспокоенно произнес он, не видя четко в полумраке выражения ее лица. – Ты чего?

– Я... – голос Цеси дрожал. – Как я...

Аринэль вздохнул и притянул ее к себе.

– Простите меня! – прошептала девушка. – Я не должна была...

– Давай сначала, – ласково, но твердо сказал Аринэль. – Кто и что сказал тебе?

– Никто, – ответила Цеси. – Никто, но... Просто... Ваша сестра и леди Аванти обсуждали предстоящую учебу в Академии...

Девушка порывисто вздохнула.

– Ты расстроилась, что я уеду? – догадался парень.

Цеси ничего не ответила, но прижалась сильнее к груди Аринэля.

– Простите, – еле слышно произнесла она.

– И зря, – ответил парень. – Потому что я намерен взять тебя с собой.

Девушка замерла. А потом приподнялась, смотря на Аринэля. На ее лице было выражение пугливой надежды.

– Кому я еще могу доверить... заботу о себе? – улыбнулся Аринэль, проведя ладонью по щеке Цеси. – Если ты, конечно, не против.

Девушка замотала головой так, что ее волосы разметались в стороны. Кстати, ее движения отзывались приятными ощущениями, так как организм строго одобрял наличие молодого женского тела столь близко. Вот что значит молодость! Аринэль двинул бедрами, намекая, что неплохо бы продолжить начатое мероприятие...

* * *

Саманта была немного раздражена, потому что единственный свободный парень тут совершенно не обращал на нее внимания. Не то чтобы она в нем, этом внимании, сильно нуждалась, но приятно же чувствовать себя красивой? А этот Дариан только на братца и пялился. И вчера на ужине, и сегодня на завтраке. А еще эта Цеси нахально перехватила работу местных слуг и сама обслуживала Аринэля. При этом на ее лице было настолько явно прописано удовольствие, что остро хотелось сказать ей какую-нибудь грубость. Саманта вздохнула. Но нельзя. Братик высказался прямо. Да и вообще некрасиво это – на слугах срываться. Это уже мамины наставления.

Граф, извинившись и сославшись на неотложные дела, покинул завтрак довольно быстро. Мама и жены графа вскоре тоже удалились, и за столом осталось только молодое поколение.

– Брат рассказал, – заговорила старшая дочь графа, Талия, обращаясь к Аринэлю, – что вы стали героем в битве с антами?

– Я бы так не сказал, – ответил парень. – Мы защищали свой дом и своих близких. Мой брат, например, пробивал дорогу к матке через всю эту орду. А Анти...

Аринэль посмотрел на сестру, да с такой нежностью, что у девушки сердце екнуло.

– Она спасла всех мам, когда упала башня, – продолжил парень. – Цеси вытаскивала раненых под обстрелом. И я могу долго перечислять. Проще сказать, что мы все совершили подвиг. Все, кто там были, герои.

Аринэль улыбнулся какой-то усталой улыбкой. А Талия с выражением удивления смотрела на него. И удивление это было из разряда: «Как можно так скучно говорить?».

– Давайте не будем об этом, – снова заговорил братик. – Лучше расскажите, как там в Империи?

– Ха! – в голосе второй дочери, Мариан, прозвучали нотки превосходства. – Мы часто туда ездили! Каждую осень, на праздник плодородия!^[25]

– У нас свой особняк в Артезиусе^[26], – заметила Талия. – Небольшой, но очень красивый!

– А в этом году вы тоже поедете? – поинтересовался Аринэль. – Мы бы зашли к вам в гости.

– Мы учимся в Академии вообще-то! – иронично заметила Талия. – Я на третьем курсе, Мариан на втором, а Дариан в этом году пойдет.

– Ах да, простите мою забывчивость, – изобразил на лице легкое удивление Аринэль. – Тогда мы там встретимся, получается?

Талия смерила парня взглядом прожженной светской львицы.

– Может быть, – слегка усмехнулась она.

Аринэль в ответ обозначил улыбку.

– Ладно, благодарю за угощение, – произнес он. – Я бы хотел пройтись, кое-что купить.

Парень поднялся, кивнул. А Саманта успела заметить на лице Улисы мелькнувшее выражение опытной женщины, глядящей на, собственно, неопытную. Ну и так-то да, эта Талия ответила в конце резковато.

Цеси, не поднимая головы и идя вслед за Аринэлем, покинула трапезную.

«И даже меня не пригласил! – опомнилась Саманта и стиснула зубы. – Вот же... Мужлан! Ничего, я ему это еще припомню!»

* * *

Прекрасный солнечный день, красивая и слегка смущенная девушка рядом, которая испытывает к тебе нежные чувства. И которая утром выражала эти свои чувства сладкими стонами. В кармане звенят монеты, и ожидается куча приятных моментов, связанных с тем, что Цеси будет показывать красивые наряды на себе. В общем, с лица Аринэля не сходила довольная ухмылка.

Они не спеша двигались по улице от замка к площади прогулочным шагом. По словам Трелона, все приличные магазины (хм, а есть и неприличные?) находились именно там, на центральной площади Арантона.

Цеси, с алеющими щечками, не поднимала головы и отвечала невпопад. Милота! Это же надо, как все удачно складывается. На груди герб, на боку шпага и впереди столько лет, что аж дух захватывает! Реально, Аринэль не мог пока себе представить, что здесь живут лет по двести. Хотя... Это в теории. Жизнь тут полна моментов, которые могут ее значительно сократить. Одни анты, точнее, дерра, чего стоят. Это что за фрукт?

Мимо прошел парень с гербом не только на груди, но и во весь плащ. И не жарко ему, таскать столько ткани сзади? Но, хе-хе, понты, как говорится, дороже комфорта. А короны-то над красным щитом нет. То есть перед нами баронет, причем не наследник. Аристократик смерил Аринэля высокомерным взглядом, перевел взгляд на скромно одетую Цеси (да и сам Аринэль предпочел черный костюм, на котором были лишь герб да скромные узоры серебром на плечах), задрал подбородок и негромко фыркнул.

«Что за... Ладно. Спокойно», – пришла мысль, кольнувшая в груди раздражением.

Две спутницы у этого товарища были дорого и на удивление со вкусом одеты. Светлые платья, розовое, почти белое и бледно-синее, облегали приятные взгляду округлости фигурок. В руках у дам небольшие белые зонтики. Длинные светлые волосы, тонкие черты. Движения скупые, сдержанные, осанки прямые, чувствуют себя уверенно. Аринэль слегка улыбнулся, когда сначала одна, а потом вторая смерили его изучающими и оценивающими взглядами. Что ж. Этого пацанчика ждет весьма неприятный сюрприз, если у него деньги кончатся. Это соображение снова подняло Аринэлю было подпорченное настроение.

Площадь имела овальную форму. Естественно, она была замощена. По периметру высажены деревья, которые визуально отделяли от площади тротуары. Окружали довольно просторное открытое пространство двухэтажные дома, на первых этажах которых были различные заведения, о чем говорили яркие вывески.

«Ага», – Аринэль почти сразу увидел то, что было нужно.

Магазин был явно для богатых людей. На большой витрине висели платья, не предназначенные не то что для обывателя, а вообще для повседневной носки (по мнению грубого мужского вкуса, разумеется). Когда Аринэль толкнул дверь, в магазине раздался приятный перезвон колокольчика.

– Добрый день! – радушно улыбаясь, откуда-то из-за прилавка выплыла миловидная среднего роста женщина в возрасте. – Добро пожаловать в магазин Мельсины Раданы!

Она скользнула взглядом по гербу, ее улыбка стала шире, а еще она точно не случайно как-то так сделала, что ее объемная грудь в довольно смелом декольте синего платья заколыхалась, словно студень. Одаренная дама, наверняка нет отбоя от желающих подержать в руках такое богатство. Даже Аринэль почувствовал, как пришло одобрительное чувство при виде аппетитных форм.

«Странно, раньше вроде меня так не заводили пухленькие. Или этот организм сейчас заводит все, что женского пола?»

– Добрый, госпожа Радана, – ответил Аринэль, слегка натянуто улыбаясь в ответ. – Мне бы хотелось приодеть вот эту девушку. Вы можете мне с этим помочь?

– Безусловно, господин... – женщина сделала паузу, предлагая парню сказать, как ей называть его.

– Аринэль Тайфол, – вежливо представился тот.

– Господин Тайфол, не сочтите за дерзость, – продолжила женщина. – Но могу я спросить, какой вы бы хотели увидеть вашу спутницу?

– В смысле? – не понял Аринэль, наморщив лоб и потерев большим пальцем левой руки навершие рукояти меча. – Вы простите, я в моде не разбираюсь...

– Как и большинство мужчин, господин Тайфол! – женщина улыбнулась, на этот раз искренне, а не дежурно. – Но будьте уверены, мы подберем для вашей спутницы именно то, что вы хотели увидеть!..

...Аринэль, сидя в кресле, смотрел через окно на улицу. И отмечал, что народ тут явно не бедствует. В смысле в этой части города. Мимо магазина проходили степенные мужчины в костюмах спокойных, неброских расцветок, с женщинами под ручку, которые тоже были одеты соотвественно. Тот молодой сноб продефилировал с такой рожей, словно по конюшне шел.

Хозяйка увела Цеси после очередного показа наряда, который парень опять одобрил. Оказывается, пять золотых, которые ему выделила мама Саятана, это таки довольно внушительная сумма. Мельсина Радана еще в самом начале аккуратно (чувствуется, что женщина часто имеет дело с аристо) и как бы невзначай озвучила ценник. Наряд стоил в среднем два-три серебряных. Судя по довольным ноткам, которые проскальзывали в голосе женщины, она гордится качеством своего товара. То есть одежда у нее недешевая, но именно потому, что хорошая.

Так-то да, по пути они платили за нормальный и даже обильный стол по медному за едока. В одном серебряном тут десять медяков. А золотой, соответственно, десять серебряных. То есть на ту сумму, которую парень собрался отдать за платья (а набежало уже почти два золотых, а парень собрался еще один наряд взять) можно прокормить... Что-то около ста, может чуть меньше, человек. Причем это будет завтрак, обед и ужин.

«Но мы мажоры, нам пофиг! – ухмыльнулся Аринэль. – Покататься, может, по городу на коняшке?»

Наконец, вышла Цеси. На ней было красивое приталенное легкое бежевое платье, по местной моде для молодых девушек – под горло (да-да, тут юные девы не стремились раздеться), с рукавами чуть ниже локтя и подолом немного ниже коленок. На ногах у девушки были сандалии, за которыми бегала куда-то одна из помощниц хозяйки. Они представляли собой этакое переплетение ремешков, каким-то чудом держащееся на ногах. На плечах у Цеси накинута... как ее... Называла же Радана... Накидка, короче, белая, из чего-то полупрозрачного и воздушного. Цеси выглядела сейчас, как молоденькая учительница из города. То есть интеллигенция на фоне сельской местности, недоступная и прекрасная, как богиня.

«Мое!» – Аринэль ощутил, что на его лицо сейчас выползает выражение мужика в острой фазе собственнического припадка.

Хозяйка магазина, смотря на парня, довольно улыбалась. Тот же, не сводя глаз с Цеси, выложил на прилавок три золотых монеты.

– Госпожа Радана, – произнес он. – Просто нет слов. Вы прямо-таки осуществили мои фантазии.

Аринэль жестом остановил женщину, которая обошла стойку и выдвинула ящик. Это движение сопровождалось характерным позвякиванием монет.

– Позвольте мне выразить свое восхищение хотя бы низменным металлом, – улыбнулся парень.

«Братан, сегодня мы что-то прямо жжем!»

Женщина при этих словах чуть приподняла бровь.

– Если вам понадобится... что-то еще... господин... Аринэль, – голос женщины сделался почему-то томным и ласковым, – в любое время.

«Чегой?»

– Да... Спасибо, – парень выдавил улыбку. – Цеси, пойдем чего-нибудь поедим. Проголодался я что-то.

– Ваши покупки доставят прямо в замок! – произнесла хозяйка. – Не беспокойтесь!

Место проживания дама выведала тоже так ловко, что парень понял, что рассказал, только тогда, когда, собственно, это сделал. Теперь понятно, почему Мельсина Радана имеет магазин на центральной площади Арантона.

– Благодарю, – Аринэль оттопырил руку.

Цеси положила на сгиб локтя свою ручку.

– Рекомендую заведение господина Арро, – выдала совет госпожа Радана. – Как выйдете, направо шагов сто и увидите вывеску «Тассита». Там подают блюда, которые достойны даже Церантона!

– Еще раз спасибо, госпожа Радана, – кивнул Ари.

– Ох, называйте меня просто Мельсина, господин Аринэль!

Дом семьи Гростайр. Кабинет главы Дорина Гростайра

Идя по дому дварфов, довольно высокий Ремулус Аванти постоянно подавлял желание пригнуться, потому что едва не касался макушкой дверных косяков. Дварфы никогда не делали высоких потолков, даже в этом они были чрезвычайно практичны. Также в доме было минимум украшений, фактически лишь серые стены. Но в то же время дварфы прямо-таки фанатели от ковров, видимо сказывалось подземное прошлое их народа. А еще они очень любили магические светильники. Поэтому этот коридор, который сделан в традиционном стиле дварфов, то есть без окон, был ярко освещен. И звуков шагов тоже не было слышно.

– Прошу вас, – пробасил слуга, с аккуратной седой борой, заплетенной в косички, открывая дверь в кабинет.

Кабинет Дорина Гростайра был оформлен более человечно, если так можно выразиться. И это тоже было частью практичности. Главе семьи часто приходится иметь дело с людьми. Довольно большое помещение, с камином, где даже сейчас, в летнее время, тлели угли. В торце прямоугольной комнаты имелись два больших (для дварфов) окна, возле которых стоял массивный, даже монументальный деревянный письменный стол, поверхность столешницы которого была каменной. Именно так, поверх дерева имелся полированный чуть не до зеркала серый камень. Перед столом стояли пара кресел для гостей, словно для контраста довольно изящной конструкции. На полу, естественно, ковры, хозяин кабинета предпочитал темно-рыжий цвет. Дверь была в торце кабинета, напротив окон, так что гость сразу представал перед взором хозяина. Кроме вышеупомянутой мебели для сидения больше не было. Практичность дварфов проскальзывала и в этом, в кабинете человека здесь, в углу имелся бы этакий приватный уголок, с диванами, где ведут доверительные беседы, ну и еще как-нибудь используют. Но в этом кабинете угол занимали массивные, как и вся мебель, книжные шкафы, которые использовали для размещения бумаг.

Когда Ремулус Аванти вошел в кабинет, Дорин Гростайр, рыже-седобородый дварф, сидящий на своем месте за столом, поднял на графа тяжелый взор. Аванти подошел к столу.

– Прости, Ремулус, – произнес глава, и в его голосе проскользнули нотки боли.

Аванти приподнял в удивлении бровь. И тут из двери в соседнюю комнату вышел молодой дварф, одетый по последней имперской моде, то есть в белые камзол и штаны, а поверх светло-синий, с темным подкладом длинный плащ. На голове миниатюрная красная треуголка, угол которой смотрел назад. В руках у нового участника сцены была короткая трость из дорогого белого дерева (на такую не предполагалось опираться, а только носить в руках), навершием которой была искусно исполненная змеиная голова. А еще лицо представителя этого народа была вызывающе (для дварфов) чистое. В смысле парень был гладко выбрит.

– Маркграф, – насмешливо произнес молодой дварф, не исполнив правила этикета, по которым ему надо было поклониться.

Граф несколько мгновений смотрел на юношу.

– И что это значит, Дорин? – проигнорировал сына, среднего сына своего давнего партнера Ремулус.

– А это значит, маркграф! – в голосе Батрина Гростайра звучало прямо-таки веселье. – Что вы пришли не в то место и не в то время! Впрочем, в этом вы не виноваты. Это же я вас сюда вызвал!

Двери, в которые вошел маркграф, рывком распахнулись. Из-за спины Батрина в кабинет тоже вбежали несколько... человек? Все появившиеся сжимали в руках обнаженное оружие. Аванти отреагировал моментально, он шагнул к столу главы семьи, его рука метнулась к груди и сжала висящий на груди небольшой прозрачный шарик.

– Знаменитое Стеклянное Яйцо, – Батрин подошел к слегка мерцающей сфере, примерно двух метров в диаметре и постучал по ней навершием трости. – Как все предсказуемо! Вы, старые подпорки, всегда действуете одинаково!

– Объясни, Дорин, – коротко бросил Аванти.

– Позвольте я расскажу, отец, – на последнем слове Батрин сделал издевательски уважительный акцент. – Сейчас в городе начинают действовать несколько групп, которые не дадут закрыть городские ворота. Ваши стражи, граф, естественно, ринутся на помощь... и попадут в засады. Далее ваш тупоголовый сынок кинет уже им на подмогу воинов из замка. А далее мы войдем в замок. И к вечеру, самое большое к утру, мы добьем разрозненные и поредевшие группы ваших.... Хотя какое к тебе уважение, старик. Твоих воинов перебьют, как болотников на мостовой!

Граф выслушал Батрина, при этом на его лице не отразилось ни одной эмоции. Затем он подошел к уцелевшему креслу (второе было располовинено Яйцом) и сел в него.

– Пустую жилу наполнили породой? – произнес он, обращаясь к Дорину, который так и сидел, словно статуя, не шевелясь.

– Это мое наказание, – ответил глава, почти не шевеля губами. – За мягкотелость.

– Я тебе говорил, что нужно было его отправить не в Академию, а в Рорен, – сказал Ремулус Аванти. – И чей это шлак у него в голове?

Батрин, при виде такой реакции Аванти, явственно разозлился. Он побагровел, его верхняя губа дернулась в намеке на оскал.

– Вижу, вы не воспринимаете все это всерьез? – зло улыбнулся парень. – Что же, думаю, когда принесут головы ваших жен, Аванти... А-а! Вы надеетесь на помощь ваших гостей? Тогда вынужден вас огорчить! Уже сейчас Саятана Тайфол не сильнее обычной бабы!

Губы Батрина все кривила злобная усмешка. Аванти не стал ничего отвечать, только характерно вздохнул.

– Думаю, вас порадует, когда ваших гостей будут убивать у вас на глазах! – дварф снова постучал по Сфере. – А через два дня ты присоединишься к ним. Но не сразу!

Батрин развернулся, его плащ эффектно взметнулся. Воины покинули кабинет вслед за ним. Щелкнули замки в дверях, а следом в комнате стало темно, так как на окнах закрыли ставни.

Из Дорина Гростайра словно вынули штырь. Старый дварф сгорбился так, что его борода легла на стол, и будто стал в два раза меньше. Теперь было ясно видно, что глава Семьи Гростайр очень стар.

– Они приехали вчера, – глухо заговорил он. – Батрин знал, что здесь всего десяток воинов.

– Меня больше волнует, – произнес граф, катая желваки. – Кто стоит за всем этим. Слишком много знают.

В этот момент по тонким губам маркграфа скользнула недобрая усмешка.

– Но не все.

Траттория «Тассита»

Это заведение больше напоминало именно тратторию. Никакой официальщины или пафоса. Все было сделано так, чтобы приходящим было в первую очередь уютно. Нет стульев, только диваны и кресла. Имелись маленькие столы, едва на четверых, и большие, где можно было приземлить с десяток посетителей. Официантки, точнее одна официантка, одета в обычную домашнюю одежду, то есть белое платье до коленок, которое сверху облегало уже оформившуюся фигурку. Приятно глазу, но без давления на либидо. При этом улыбается искренне, не дежурно.

Выбор блюд был небольшой, поэтому молоденькая официантка оттараторила его наизусть. Похоже, недавно работает, вон как старается. А красивая девушка, белозубая улыбка, коса толстая и длинная. Ага, до поясницы. И будто на пружинках, в смысле так и прет из нее энергия. Щечки румяные, серые глаза сверкают. Положительно невозможно не улыбнуться в ответ!

«Так, хорош девушек рассматривать. Мы тут с не менее красивой дамой!»

Заказав обед, Аринэль предпочел расположиться на веранде.

Этот город напоминал какой-нибудь небольшой европейский городок. Небольшой, но старый. Где сохранились дома, которым лет по двести. Артем бывал в таких пару раз, причем не как турист. Точнее, он не следовал традиционным туристическим маршрутам и просто ехал, куда душа укажет. Это была его последняя попытка стать нормальным человеком. Но не срослось. После этого он уехал в Африку, где, собственно, и получил ту злополучную контузию, когда их джип подорвался на мине. Ирония судьбы. До этого они с напарником неделю по джунглям бегали, а подорвались тогда, когда ехали в аэропорт...

– Держи, красавица! – Аринэль положил на поднос, с которого официантка только что сгрузила их обед, золотой. – И сдачи не надо!

– Но... – глаза девушки округлились.

– У меня очень хорошее настроение, – усмехнулся Аринэль. – И я хочу им поделиться!

– Спасибо... господин, – официантка несмело улыбнулась.

Аринэль проводил ее взглядом. Та подошла к стойке, сказала что-то. Мужчина, стоящий там, выслушал, посмотрел на Аринэля. А потом потыкал себе в грудь.

– Слушай, Цес, – заговорил парень. – А тебе нравится здесь?

Цеси, сидевшая напротив и, такое впечатление, старающаяся сделаться меньше, вздрогнула, словно ее застукали за чем-нибудь неприличным. Она начала поднимать взгляд... Но потом вильнула им в сторону.

– Я не знаю, господин, – произнесла она тихо. – Но мне сейчас... хорошо.

Аринэль в ответ улыбнулся. Захотелось сказать что-нибудь... откровенное, чтобы снова увидеть, как розовеют ее щечки и вместе с тем на губах появляется несмелая, но радостная улыбка. Парень потянулся и накрыл своей ладонью руки девушки, сложенные на краю стола. Цеси застыла, подняла взгляд.

– И мне хорошо с тобой, Цеси, – ласково произнес Аринэль, смотря ей прямо в глаза. – И совсем не хочется возвращаться.

* * *

Когда отец отправил Ками (полное имя было Каминан, но так девушку называли крайне редко) к своему брату, то есть к дяде, в город, девушка была не особо счастлива. Но отец постоянно ворчал, что ей уже шестнадцать, а она витает в облаках. Старшие сестры уже вышли замуж, а Нэни уже даже родила, а Ками словно вообразила себя принцессой. Нет, парни на девушку внимание обращали, в первую очередь потому, что характер у нее был легкий. Но образ Тэрона Защитника влез в ее сердце и не оставил места для кого-то другого. Практически детская сказка о принцессе, которая, спасая свой народ, запечатала свое сердце льдом. И о рыцаре, который смог его растопить...

Немудрено, что Ками не видела в деревенских парнях собственно мужчин. Никто из них не носил длинные волосы, да даже толком поговорить не умели, не говоря уже о том, что принести цветы. Дочь владельца трактира была среди местных довольно неплохой партией, поэтому чудаковатую девушку без внимания не оставляли. Но после того, как Самтей, один их тех, кто был хотя бы не противен, на прошлый праздник плодородия полез целоваться и лапать, Ками предпочитала со всеми держать дистанцию.

Работа у дяди отличалась от работы в трактире только тем, что здесь не надо было убираться в комнатах постояльцев. И следить за тем, чтобы не ходить в досягаемости рук захмелевших гостей. А так все привычно. Ками не составляло труда искренне улыбаться посетителям и следить за залом...

...Близилось время обеда. С утра в траттории обычно было мало народа, но с обеда начиналась основная работа. К вечеру зал наполнялся до отказа. Правда, выручка была не такая большая, потому что посетители были в основном одни и те же. Но зато доход был стабильным. И не было всяких уродов, которые, напившись, начинали считать себя воплощением Магии. Почти не было. На днях двоих наемников, недавно приехавших в город, пришлось выпроваживать, вызвав стражников.

Когда зазвенел колокольчик, Ками, которая была одна, так как дочери дяди сейчас помогали на кухне, выпорхнула к посетителям... И будто налетела на стену. В тратторию зашел совершенно незнакомый парень с длинными золотистыми волосами... И гербом на груди. А еще он был просто неприлично для парня красив! Вместе с ним была девушка. Одета она была явно дорого, но как-то... Вот в ней не чувствовалась принадлежность к аристократам, несмотря на одежду. Она прятала взгляд, ее движения были какие-то скованные. Ну и да, нигде на одежде не было даже самого маленького герба. Зато парень глядел прямо, спокойно. Его левая рука покоилась на рукояти меча, а на локте правой лежала рука девушки...

– И вам добрый! – ответил он на приветствие. – Мы совершали покупки и проголодались. Госпожа Радана посоветовала заглянуть к вам!

Ками спохватилась, когда парень чуть приподнял бровь.

– Конечно, проходите! – заговорила она. – Мы вам очень рады!

Когда этот парень с девушкой ушли на веранду, Ками подошла к стойке, сказала заказ. Дядя передал его жене.

– Ками, – произнес мужчина с легкой улыбкой. – Он аристократ.

– Что? – выпала из странного отстраненного состояния Ками.

– Этот парень, – дядя кивнул в сторону веранды, – он с гербом. Так что вернись на землю.

– А я и не думала ничего такого! – горячо заверила девушка.

– Вот и хорошо, – снова улыбнулся дядя. – Поверь, это ни к чему хорошему не приведет.

Ками прикусила губу и бросила взгляд в сторону этой парочки...

...– Золотой? – дядя приподнял брови. – Хм.

Он с каким-то неодобрением кинул взгляд за спину Ками.

– Он ничего тебе не предлагал? – спросил мужчина.

– Нет, – растерянно ответила девушка. – Просто отдал золотой и сказал, что у него хорошее настроение.

– Ну, тогда тебе просто повезло, – улыбнулся дядя. – И такое бывает. Может быть, он из богатого рода.

– А вы его раньше здесь видели? – спросила Ками.

– Ками, – дядя укоризненно посмотрел на девушку и потыкал пальцем себе в грудь.

Та вздохнула. И украдкой посмотрела на веранду. И как раз в этот момент золотоволосый что-то говорил своей девушке, причем явно нежное, раз так улыбался, что даже у Ками сердечко удар пропустило.

«Ну, почему?!» – пришла, а точнее рванула грудь тоскливая мысль.

Ками отвернулась и, чтобы спрятать появившееся на лице выражение, опустила голову, рассматривая стойку. И словно в насмешку в этот момент звякнул колокольчик. Девушка стиснула кулаки, выдохнула.

Когда она повернулась к новым посетителям, улыбка сползла с ее губ. В тратторию вошли те двое наемников, которые предлагали ей деньги, понятно за что. И выражения их лиц были очень неприятными.

– Вот эта деваха, – со злобной усмешкой произнес один из них.

– Времени мало, давай быстрее, – сказал второй.

– Знаю, – коротко бросил первый. – Эй, ты, иди сюда!

Ками же будто окаменела.

– Уважаемые, – негромко, но твердо произнес дядя. – Я попрошу вас уйти. Иначе будете иметь дело не только со стражами, но и с Конторой^[27].

Мужчины на это ухмыльнулись. Очень многообещающе и неприятно...

...Острие короткого пехотного меча уперлось в грудь дяди. Тот стоял с бледным лицом.

– Давай выгребай, – сказал наемник скучающим тоном, кивая на стол. – И побыстрее, если не хочешь кишки собирать.

Второй, предвкушающе скалясь, навис над Ками...

Никто и не понял, что произошло. Но мужчина, который угрожал дяде, вдруг выгнулся, закидывая назад руку, словно хотел достать что-то... И рухнул прямо на стойку, а потом на пол. Его товарищ обернулся с удивленным видом, увидел лежащего товарища... Изменился в лице, схватился за рукоять меча. Ками только успела увидеть, как приближается тот парень с золотыми волосами и мечом в руках. А в следующий момент наемник уже хрипит возле ее ног, зажимая рукой горло. Сквозь пальцы мужчины текла кровь...

– Вы в порядке? – обратился парень к дяде.

– Д-да! – выдохнул мужчина, дрожащей рукой вытирая со лба пот. – Если бы не вы!..

Парень молча кивнул и обратил взгляд на Ками.

Та же, прижимая к груди поднос, который когда-то успела схватить, остановившимся взором широко распахнутых глаз смотрела на своего несостоявшегося насильника.

– Эй, – потрясли ее за плечи.

Ками подняла голову. И увидела синие глаза, которые изучающе смотрели на нее. В этом взгляде был холод...

– Он мертв, – произнес парень. – И не сможет тебе ничего сделать.

А Ками все смотрела на него. Ее руки разжались, поднос брякнул об пол. Из глаз девушки потекли поздние слезы.

– Господин, – раздался негромкий голос.

Девушка, которая пришла с парнем, показывала куда-то в сторону. В сторону окон. Парень посмотрел туда, куда указывала его спутница...

Над крышами домов поднимался столб дыма. А чуть в стороне еще один. Лицо парня отвердело.

– Закрывайте двери, хозяин, – негромко произнес он. – Тут что-то очень нехорошее происходит.

Глава 16

Арантон, 18-й день лета (Тэй 18 Одуман)

– Господин, не могли бы вы подтвердить, что они хотели меня ограбить? – обратился к Аринэлю хозяин траттории.

– Уважаемый, думаю, в скором времени всем будет сильно не до этого, – откликнулся парень, смотря на столбы дыма.

В этот момент все присутствующие обратили внимание, на что смотрел Аринэль.

– Цес, возвращаемся в замок, – произнес парень.

В этот момент с улицы донеслись какие-то крики. Мимо окон траттории пробежали несколько человек. Трое бойцов, видимо местных стражей, наоборот, спешили в другую сторону.

– А может, и не стоит сейчас, – задумчиво сказал Аринэль.

Он не спеша прошел к выходу и выглянул наружу. Мимо траттории пробежали люди. На их лицах были беспокойство, страх. Женщина подталкивала ребенка, который явно не понимал, что происходит. Легкий ветерок шевельнул волосы...

Запах крови ни с чем не спутать. Первобытные инстинкты тут же пробуждают рефлексы, человек начинает видеть мир по-другому. Реальность становится резкой, контрастной, цвета какими-то неестественно яркими. Голова сама поворачивается в сторону запаха и ноздри ловят свидетельства чьей-то смерти... И чьей-то победы в бесконечной борьбе. У охотников, воинов, тех, кто и сам постоянно забирает чью-то жизнь, мысли сразу же ориентируются на поиск опасности, адреналин наполняет тело. У остальных возникает чувство безотчетного страха, даже и без видимой причины они стараются оказаться как можно подальше. А дети... Они не знают. Им просто интересно.

Аринэль видел, как с этого респектабельного, сытого города слазит весь лоск, как кожура. Он не раз такое уже наблюдал. Как там, где еще вчера звучали детские голоса и смех, сходятся в остервенении смертельной схватки взрослые. Как рядом с забытой детской игрушкой валяются гильзы, а песок пропитывает кровь. Сначала он отворачивался, потом забывался в алкогольном угаре. А затем научился не замечать. В этом случае ведь всего два варианта. Либо отключить ассоциации, либо сойти с ума и пустить себе пулю в лоб.

Покосившись на звук шагов сзади, Аринэль отметил подходящего хозяина траттории. Шагах в ста от заведения стояла дварфовская повозка... Вот только запряженная в нее лошадь лежала грудой на земле. Рядом с ней было несколько тел, судя по одежде, точнее по наличию брони, это были стражи. Аринэль лишь отметил этот факт, а вот вставший рядом хозяин траттории побледнел.

– Там же пост стражи, – придушенно произнес хозяин траттории, смотря в ту же сторону, что и парень. – Магия, что же там произошло?!

Аринэль же снова пробежался взглядом по крышам. Привычка, которая не раз может спасти жизнь и приобретается очень тяжело. Точнее даже горестно. Примеры обычно показывают те, кто про это забыл или не знает. На себе показывают.

Недалеко от траттории лежал один из трех недавно прошедших стражей. Рядом с ним на мостовой валялся стреломет. Аринэль еще раз кинул взгляд на крыши домов напротив и, сняв с пояса меч в ножнах, окованным кончиком ножен прикрыл открытое окно веранды, которая слегка выдавалась вперед из фасада здания.

В отражении на стеклах он увидел, как из того здания, напротив которого стоял фургон, буквально выпали двое мужчин. Один, вылетев, мотнулся в сторону, второй подхватил его, закинув руку товарища на плечо. В правой руке у него был обнаженный клинок.

– Жить надоело? – схватил за плечо хозяина траттории Аринэль, затаскивая выглянувшего на улицу мужчину обратно в здание.

Парень бросил взгляд на отражение... И понял, что эти двое не добегут. Вслед за ними выскочили трое в черных балахонистых костюмах. И один из них уже целится в стражей из арбалета. А мужики тупо бежали вдоль зданий. Такое тоже бывает. Потом вспоминаешь (если выживешь) и удивляешься, как можно было так затупить.

Что отличает человека подготовленного от новичка? Опытный точно знает, что нужно делать, и не сомневается. А также он знает одну простую истину. Все когда-нибудь умрут.

Аринэль, пригнувшись так, что едва не касался пальцами земли, вылетел на улицу и, как в американском футболе, буквально нырнул на землю, прямо за лежащим стрелком, прикрываясь от возможного обстрела. Схватив стреломет, он подтянул его к себе. Болт уже был наложен. Щелчок, негромкий хлопок и один из троицы преследователей упал на землю. Аринэль же не вставая потянул с пояса стрелка тул с болтами. Но взвести тетиву он даже не пытался.

Двое оставшихся... бандитов (?) тут же отступили, уходя с улицы. Мужчина, которым Аринэль прикрывался, негромко застонал. А потом раздался глухой удар, тело вздрогнуло, и стон оборвался.

– Не повезло, – констатировал парень.

«Не на крыше», – оценил Аринэль примерную позицию стреляющего и положение тех двоих стражей.

Где-то в окне, иначе бы этих уже подстрелили. Парень подтянул под себя ногу.

– Да, вот это прикол, – оскалился он. – Целый баронет мостовую собой вытирает.

С низкого старта Аринэль рванул в сторону траттории. Самое время, арбалет быстро не зарядишь.

«Если только там у него один», – пришла мысль, когда он почувствовал знакомое ощущение чужого враждебного взгляда и буквально рухнул на землю. Где-то дальше по улице звякнуло, и Аринэль сделал последний рывок, буквально влетая в дверь.

«Хана костюмчику», – оскалился он, пытаясь отдышаться.

Адреналин буквально клокотал в жилах. Его встретили встревоженные лица. У Цеси глаза были на пол-лица... И подозрительно поблескивали. А дверной проем заслонили фигуры.

Эти двое стражей, видя, куда убежал их спаситель, тоже двинули в тратторию. Когда они вошли, хозяин подхватил раненого стража с другой стороны.

Мужчину осторожно уложили на пол. Из груди у него торчали два болта. Второй страж вытер лицо рукой в перчатке, окинул взглядом присутствующих, задержался на груди Аринэля, где был герб, и остановился на телах тех двух наемников...

...Бригантина задержала болты, поэтому стража не убило на месте. Когда раненого усадили, чтобы снять доспех, Аринэлю сначала пришлось выдернуть болты, и получилось это легко. Мужчина при этом застонал, что было хорошим знаком. Бригантину стащили, Цеси ловко и сноровисто приложила к ранам свернутые куски ткани. И принялась бинтовать мужчину разорванными на полоски скатертями.

– Умелица, – сипло прокомментировал сидящий рядом, прямо на полу страж.

– Пришлось... научиться, – негромко ответила Цеси, бросив взгляд на Аринэля.

Мужчина тоже посмотрел на парня и слегка склонил голову.

– Благодарю, господин, – страж выдохнул. – Уже с родными прощался.

– Пустое, – спокойно ответил парень. – Мог, сделал.

Мужчина поднял голову, внимательно посмотрел на Аринэля.

– Тогда хорошо, что так получилось, – произнес он.

Тяжело поднявшись, стражник вложил в ножны меч, который все это время продолжал сжимать в руке. К Цеси тем временем присоединилась официантка. Вдвоем девушки быстро справились. Одна из женщин принесла что-то типа пледа, и стража уложили на него. Мужчина был бледен, но дышал вроде размеренно.

Замок Аванти. Главное здание

Грег, чуть ли не выбив дверь, влетел в комнату.

– Что с ней? – рыкнул он, обращаясь к суетившимся рядом с Саятаной Тайфол женам графа.

– Она разговаривала! – ответила Эйлис Аванти. – А потом вскочила и упала в обморок!

– Что она пила, ела?! – надвинулся на женщин Тайфол.

– То же, что и мы, – ответила спокойнее Карина Аванти. – Грег, Саятана адепт воды. Яд она почует за стрелище.

– Господин Тайфол! – в дверях комнаты появилась встревоженная служанка. – Простите, там госпоже Саманте плохо!

– А с ней-то что? – скрипнул зубами парень, разворачиваясь.

– Она внезапно упала! – пролепетала служанка.

Снаружи дома раздался протяжный звук трубы. Он прямо-таки надрывался, прекращаясь на короткие промежутки. Грег сдвинул брови. В этот момент Саятана Тайфол закашлялась.

– Сая! – воскликнула Эйлис, наклоняясь над ней.

– Что происходит? – слабым голосом спросила леди Тайфол.

– Мы думали, ты расскажешь, – сказала Карина Аванти.

– Голова раскалывается, – выдохнула Саятана. – Да. Кое-что.

Жены графа помогли леди Тайфол сесть. Приняв вертикальное положение, Саятана поморщилась и прижала ладонь ко рту.

– Грег, – слабым голосом произнесла она, увидев сына. – Пусть из моей комнаты саквояж принесут.

– Я сам, – мрачно ответил парень и, развернувшись на каблуках, вышел из комнаты.

А снаружи снова завыла успокоившаяся было труба.

– Где отец?! – в комнату вбежал Трелон Аванти.

Увидев, что тут происходит, он помрачнел лицом.

– Я так понимаю, – тихо произнесла Саятана Тайфол, сидя с чуть ли не зеленым лицом, – у вас проблемы?

– Нападения на посты стражей, – на автомате выдал Трелон.

– И на замок, – Саятана принялась глубоко дышать. – Кто-то очень не хотел, чтобы я вмешалась. Очень. Простите.

Удивительно резво для своего состояния леди Тайфол вскочила и, пока все хлопали глазами, подбежала к двери в умывальник.

Арантон, траттория «Тассита»

Интересно, но тот факт, что в траттории как-то очень быстро собрались еще семь стражей, не сильно обеспокоил Клода (так звали хозяина траттории, Клод Найшин). Он и его женщины деловито так готовились минимизировать ущерб. Хозяин командовал затушить печи и вернуть мясо в ледник, тем временем убирая вместе с Ками бутылки с алкоголем куда-то вниз.

Стражи тем временем явно готовились что-то делать. Они негромко разговаривали, точнее, говорил по большей части один, причем он показывал в сторону улицы, а ему в ответ кивали.

Периодически со стороны замка доносилось завывание трубы. И если сначала оно было на одной ноте, то последние два раза явно подавался какой-то сигнал. Стражи в этот момент замолкали и прислушивались. То есть эти товарищи явно не зря собрались именно тут, они знали, куда им нужно идти, а это значит, что они действовали по какому-то заранее составленному плану. И замок сейчас производит координацию сил для каких-то действий.

Аринэль в это время осматривал доставшееся ему оружие... И ощущал глухое раздражение. Парадокс, но он, человек из мира машин, полжизни там проведший в обнимку с огнестрелом, хотел сейчас держать в руках лук. Стреломет – это механизм. В нем нельзя было дозировать усилие, ощутить, как напрягаются твои мышцы, а значит, не возникало этого чувства полного единения с оружием. Это было средство для метания стрел и не более того. А парень в последнее время полюбил это ощущение, когда чувствуешь, что ничего не может помешать поразить цель. Да, особенно в последнее время...

...– Жизнь на гражданке, она не для нас, – Николай, коренастый мужчина с уже седеющими волосами махнул стакан и поморщился. – Бормотуха.

– Ты слишком привык к кубинскому, – с усмешкой заметил Артем.

– И вот здесь, – Николай обвел рукой кухню, – это тоже подделка. Смотришь вокруг и все ждешь, когда же появится смысл. А его нету.

Артем тем временем разлил еще по порции в стаканы.

– И не люди виноваты, – продолжал мужчина. – Дело-то в тебе. Но и ты понимаешь, что этот монастырь слишком дерьмовый.

– Так ведь всегда было, – заметил Артем.

– Да, – Николай поднял стакан. – Поэтому и не для нас.

Он выпил этот якобы ром и скривился. Потянувшись, мужчина добрался до тарелки с нарезанной колбасой и закинул кружок в рот.

– Понимаешь, даже выпить не с кем, – жуя, произнес он. – Пока ты не приехал, бухал со шлюхами.

– Это как? – удивился Артем.

– Вызываешь на ночь, да и все, – усмехнулся Николай. – Знаешь, это даже весело, сделать так, чтобы баба, которая спит за деньги, сама себя предложила.

– Ты опять за свое, – усмехнулся Артем.

– А что еще делать? – Николай пододвинул стакан. – Приличные такие цены ломят, что даже я, наверное, не потяну. А потом выяснить, что она сделает одолжение и полежит голая...

Мужчина сделал жест, будто кого-то отгоняет.

– Странные у тебя вкусы, конечно, – Артем поднял бутылку.

– Кто бы говорил, – усмехнулся Николай. – Я-то хоть по одной вызываю.

– Я никого не вызываю, – улыбнулся в ответ Артем.

Внезапно на кухне воцарилась тишина.

– Ты прав, – заговорил негромко Артем. – Здесь все какое-то не натуральное.

Он налил алкоголь. Поставил пустую бутылку под стол.

– Я не буду в тебя стрелять, если что, – сказал Артем.

– Это я не буду в тебя стрелять, салага, – усмехнулся Николай...

...Аринэль отложил две стрелки, остальные сложил обратно в тул. А эти две... Парень без сожаления и, чтобы точно не было надежды на них, сломал. Видимость наличия боеприпасов хуже, чем их отсутствие.

«Ну что, ты же рад, – про себя произнес он. – Ты же рад, сволочь!»

– Господин, – голос Цеси был наполнен тревогой и болью. – Я...

Аринэль посмотрел на девушку.

«Но нам надо вернуться. Определенно. Нельзя расстраивать такую милашку!»

– Цес, – заговорил парень. – Не волнуйся. Я никуда особо не полезу. Так, постреляю издалека, помогу и все.

А та слушала его, смотря в пол и теребя в руках один из оставшихся кусков скатерти. Потом подняла взгляд. Аринэль вздохнул и притянул девушку к себе.

– Мне так хотелось порадовать тебя, – заговорил он. – Я хотел, чтобы мы погуляли. Купить тебе красивую одежду. А теперь... Я просто в бешенстве, Цес.

Та в ответ обняла Аринэля за талию. Крепко.

– А особенно меня бесит, что ты это все видишь, – продолжил тот. – Как будто было мало!

Парень выдохнул.

– Ладно, Цеси, – Аринэль погладил девушку по волосам. – Надеюсь, на Академию не нападают. Обещаю, мы еще с тобой погуляем. Нормально.

Он поцеловал Цеси в макушку. Та тут же подняла лицо. Ее глаза... Этот взгляд растекался по сердцу ласковым теплом. Аринэль улыбнулся и наклонился за поцелуем.

Особняк семьи Гростайр

Эта комната была олицетворением вкусов дварфов. Стены были из полированного камня (на самом деле это были панели, каменные, да, но не сильно толстые), магические светильники дают уверенный холодный свет. Мебель в комнате стабильно неподъемная, массивная.

Посередине комнаты стоит большой стол, вокруг удобные кресла с высокой спинкой. Все из темного полированного дерева, столешница по обычаю дварфов имела каменную полированную накладку из черного камня. Кожа кресел была тоже черной. Завершали мрачную композицию знамена с гербом Семьи Гростайр, развешанные по стенам. Они тоже были черные, на них белым был нарисован щит, с рисунком молота на нем.

В креслах сидели несколько человек. Высокий худой мужчина в синей мантии мага. Рядом с ним тоже высокий, но мощный человек в темно-зеленой бригантине-жилете, но одновременно богато одетый. Ткань камзола, тоном светлее, чем жилет, отливала на свету. Воротник белоснежной рубашки был по последней столичной моде большим и с волнистым краем. На ногах у мужчины были не общепринятые сапоги, а изящные туфли, с острым носком, отделанным серебром, и штаны довольно сильно, скажем так, близко к телу.

На пальцах рук, лежащих на подлокотниках кресла, массивные перстни с драгоценными камнями. В рукоять массивной трости, стоящей рядом с креслом, тоже был вделан крупный сапфир. Но гербов на его одежде не было. Лицо этого товарища было, что называется, породистым. Благородная бледность, тонкие черты лица, нос с легкой горбинкой, тонкие почти белые губы, необычного желтого цвета глаза, высокий лоб и длинные волосы до плеч. Просто образец имперского аристократа.

Третий мужчина был небольшого роста и напоминал своим блеклым видом и темно-коричневой одеждой клерка средней руки. Стоячий воротник рубашки подпирал второй подбородок, пухлые щеки делали глаза похожими на щелочки. Ухоженные маленькие руки лежали на круглом брюшке.

– Да, все, что я хотел испытать, я сделал, – говорил маг. – Защита спала так, как и было рассчитано. А то, что под этой формулой оказалась Саятана Брагис, вообще просто подарок.

– Она теперь не Брагис, магистр, – слегка скривил губы в усмешке аристократ.

Маг шевельнул рукой, показывая, что это обстоятельство несущественно.

В комнату без стука вошел мужчина в сером костюме слуги.

– Господин, – поклонился он. – В замке вновь установлена защита.

– Господин магистр? – поинтересовался аристократ, посмотрев на мага.

– Саятана недаром была одной из лучших в своем поколении, – ответил тот. – Я не удивлен.

– Понятно, – кивнул аристо. – Мы тоже увидели все, что хотели. Думаю, пора заканчивать.

В этот момент в комнату буквально ворвался франтовато (а лучше тут подойдет термин «крикливо») одетый дварф.

– Вы мне обещали! – с порога заорал он.

Пухлый мужчина чуть поморщился. Маг вообще не обратил никакого внимания. А аристократ поднял бровь.

– Уважаемый, – спокойно произнес он. – Вам нужны были деньги. Нам определенные услуги. По-моему, условия были полностью выполнены.

– Я хотел отомстить! – брызгая слюной, продолжал орать дварф.

– Да, вы это озвучивали, – аристократ слегка сощурился. – Вам для этого нужны были люди, и они были предоставлены.

– Они отказались слушаться меня! – опять выкрикнул дварф, еще и выпучив глаза.

– Господин Гростайр, – елейным голосом произнес пухлый мужчина. – Вам нужны были люди. Но вы не уточняли, что собираетесь штурмовать графский замок.

В комнату вошел еще один слуга.

– Сюда подошли люди графа, – сообщил он, после поклона.

– Логично, я бы сделал так же, – произнес аристократ. – Приступайте к последнему этапу. Господа, нам пора.

Траттория «Тассита». Десять минут спустя

Сознание возвращалось к Аринэлю неохотно. В голове негромко, на одной ноте звенело. И эти симптомы были парню слишком знакомы.

«Цеси!!!» – кольнуло воспоминание, как девушка отлетает в сторону.

Аринэль дернулся, и пришедшая боль, кажется, его снова вырубила. Когда он открыл глаза над ним, прямо перед взором было чье-то лицо. Парень заскрипел зубами.

– Где?! – прохрипел он.

И тут перед ним появилось еще одно лицо. На скуле припухлость, щечка оцарапана. Бешеная злость поднялась в душе.

– Господин!!! – дрожащий голос Цеси, словно цунами, смыл ярость, оставив только усталое облегчение.

Девушка уткнулась ему в грудь, ее плечи содрогались от рыданий. Аринэль поднял руку и поморщился от боли, стрельнувшей в спину.

– Все хорошо, девочка моя, – произнес все еще хриплым голосом. – Все хорошо.

Невдалеке лежала туша. Серая шерсть отливала металлом. Из глазницы торчал меч Аринэля. Вокруг изломанными куклами лежали стражи. Над ними уже суетились люди, кого-то перевязывали. А кто-то лежал без внимания. К горлу внезапно подступил кашель...

...«Не лучшая была идея», – подумал Аринэль, вновь приходя в себя.

Похоже, ребра сломаны. Что немудрено. Зверюшка отбросила его, словно тряпку. В ушах все еще стоял хруст, когда он со стеной встретился. Однако. В бою он как-то этого не заметил.

– Господин! – встревоженное личико Цеси.

Как сейчас захотелось снова прибить ту тварь, которая сделала это! Личико девушки явственно опухло. А еще на ее боку и обнажившемся плече (платье порвал ей, зверь ублюдочный!) была засохшая кровь.

– Я здесь, – скривил губы в усмешке Аринэль. – Я же говорил, меня хрен прибьешь!

А вокруг уже толкалось довольно много народа.

– Сюда! – какой-то боец махал рукой, показывая на Аринэля. – Тут еще один!

Вскоре подбежали четверо мужчин, с носилками...

...Ками снова и снова вспоминала это. Низкий вибрирующий рев, бледные лица стражей. Разлетающиеся под ударами этого монстра тела. А потом зверь, расправившись с защитниками, повернулся в их сторону...

Она даже не поняла ничего толком. Рядом буквально завыла спутница этого парня, протяжно, надрывно. Ками даже не успела остановить ее, вышедшую на улицу. А потом случилось это. Непонятно откуда Он появился вновь. На лице оскал, волосы развевались, словно плащ. В невероятном прыжке он взмыл в воздух... Словно сказочный герой, на фоне круга светила... И двумя руками воткнул в глаз монстра клинок. Реальность сотряс жуткий рев, зверь закрутился на месте, круша все вокруг себя. И Ками даже не успела испугаться, как почувствовала, что летит куда-то...

...Когда она увидела его, сидящего у стены, безвольно раскинувшего руки, то в душе будто что-то оборвалось. Не слишком соображая, она дошла до него. Золотистые волосы, свисающие с уроненной на грудь головы, стали какими-то серыми. Ками впервые в жизни ощутила, что вот сейчас случилось по-настоящему непоправимое...

А потом он внезапно открыл глаза и посмотрел на нее. В синеве взора все еще клокотала ярость. Ками даже показалось, что он сейчас вскочит и снова кинется на этого монстра... Но глаза парня закатились, и он снова обмяк. Тут девушка ощутила, что когда оперлась рукой рядом с ним, то попала во что-то. Подняв руку, Ками увидела, что ладонь и пальцы в крови...

А дальше было как в тумане. Она и сама не поняла, зачем пошла следом за носилками. Потом эта девушка, которая пришла с парнем в тратторию, внезапно начала падать, и Ками подхватила ее. Следя за тем, чтобы не уронить эту девушку, которая то шла более-менее, то начинала заваливаться прямо на ходу, Ками не заметила даже, что они пришли в замок! Прямо внутрь! А там на них буквально налетела какая-то очень молодая, явно богатая и сильно шумная аристократка. Она, как увидела носилки с парнем, так кричала, что воины бледнеть начали. Затем к беснующейся девчонке присоединилась взрослая леди. Она не кричала, но от ее тона в душе просыпался самый настоящий ужас...

...– А ты еще кто? – к растерянной Ками, которая как-то внезапно осознала себя стоящей посреди коридора, подошла та крикливая особа, которая встретила их в воротах.

Какая она юная... А аристократка смотрела на нее с прищуром.

– Я... – Ками не знала, что ответить. – Я просто помогала...

– А, это ты же тащила Цеси, – девушка как-то бесцеремонно оглядела ее.

– Госпожа, – спохватилась Ками и поклонилась.

– Ты видела, что произошло? – спросила аристократка.

– Д-да, госпожа, – ответила Ками.

Дама снова оглядела ее.

– Пойдем, расскажешь мне все, – произнесла она и повернулась.

Ками только глазами захлопала.

– Ну, в чем дело? – нетерпеливо спросила аристократка.

– А да, конечно, госпожа! – опомнилась Ками.

Глава 17

Аринэль Тайфол. Замок Аванти. Три дня спустя

Это было то еще утречко. Было полное ощущение, что он накануне как минимум баловался «ершом». А потом ему хорошенько наваляли. В общем, хотелось сдохнуть.

Предыдущий день остался в памяти несколькими мутными картинками. Какие-то люди склоняются над ним. Незнакомая женщина и еще мужик бородатый. Резкая боль в спине. Личико Цеси, которая зажимает руками рот. А ее глаза... Кто обидел?! Закопаю, суки!

Вспышка гнева. А потом темнота. И вот он уже открыл глаза. Все тело какое-то липкое. Голова трещит. А к спине словно угли приложили.

– Мать моя эльфа, что ж так хреново-то?! – прохрипел Аринэль.

С большим трудом он смог сесть, спустил ноги с кровати. Спине стало чуть полегче, но реальность вокруг поплыла от этого действия. И ко всему прочему замутило. А потом затрясло, словно он на улице зимой очутился. Прямо заколотило. Он натурально съежился, а потом с каким-то отстраненным удивлением наблюдал, как заваливается с кровати, приближается пол...

– Господин!

– Брат!

Крики доносились странно, словно через подушку. До пола он все-таки не долетел, но остановился близко.

– Кладите на кровать! – Ага, сестренка командует.

Очутившись снова в горизонтальном положении, парень с каким-то даже облегчением отрубился...

...Незнакомый потолок. Хм. Аринэль несколько мгновений хлопал глазами, соображая, что это с ним приключилось. Потом, словно прорвав плотину, воспоминания потекли бурным потоком.

«Так, скотинку вальнули. При этом выжили. Это гуд. М-м... А это кто?»

Возле кровати сидела незнакомая девушка... Точнее, она дремала. Лица ее не было видно, так как она спала, положив голову на руки, лежащие на кровати. Каштановые волосы, убранные в косу. Длинную косу... Аринэль даже слегка приподнялся, чтобы увидеть, насколько. Очень длинную, в общем. И толстую, с его руку, не меньше!

«Местная, что ли? Так, а Цес где?!»

В этот момент девушка заворочалась. А потом как-то резко поднялась с испуганным лицом.

«Это же та официантка из траттории. Она что тут делает?»

Девушка встретилась взглядом с Аринэлем, и ее глаза расширились. На щечки вылез румянец... Да она вообще как-то вся покраснела.

– Простите! – пролепетала девушка, вскакивая с табурета и кланяясь.

– Хм, да, – только и ответил парень.

Тут послышались голоса. Аринэль повернул голову. Как раз туда, где была дверь. Которая начала открываться.

«Ну, хвала сущему!» – пришло ему облегчение, когда он увидел Цеси с подносом в руках.

Карие глаза девушки остановились на нем, Цеси вдруг остановилась, словно налетела на невидимую стену. Аринэль тепло улыбнулся ей.

– Господин? – голос девушки был тихим и в нем ощущалась... Боль?

Или показалось?

– Доброе утро, – ответил Аринэль.

– Ну, и чего ты тут... – раздался требовательный женский голос, и за Цеси появилась сестричка.

Пару мгновений Саманта тоже просто стояла и смотрела. А потом вдруг сорвалась с места, стремительно пересекла расстояние до кровати и буквально кинулась в объятия брата. Аринэль слегка усмехнулся, обнимая Анти одной рукой. А та молча стискивала его, ее дыхание щекотало шею...

...Есть в постели Аринэль не стал. Что за барские замашки, можно же нормально пожрать за столом. Правда, он несколько не подумал, откидывая одеяло. Хорошо хоть не успел, так сказать, полностью раскрыться. И все правильно, больного, а тем более раненого, не лечат в нижнем белье.

– Опа, – запахнул обратно одеяло Аринэль. – Простите. Цес, будь добра, дай мне какие-нибудь штаны.

Цес слегка зарделась. Зато сестренка как-то нездорово засверкала глазами.

– Ой, да что я там не видела, братик! – и в голосе ее какие-то маньячные нотки проскальзывали.

«Извращенка! Э-э...»

Это Аринэль увидел все еще стоящую с другой стороны кровати... как ее. Что-то с болезнью связанное. Кома, что ли... А не! Ками!

Честно говоря, парень даже опешил. Это сестренка была привычная картина. Да и Аринэль считал, что у нее это пройдет, после того как она поплотнее пообщается с другими парнями. А вот совершенно посторонняя девушка с замашками отбитой фанатки, это было слегка непривычно. Сейчас эта Ками стояла, прижав сложенные ладони рук к груди, и являла собой картину верующего, узревшего проявления божественного вмешательства. Рот полуоткрыт, глаза расширены, взгляд стеклянный, ноздри раздуваются, и дышит, словно загнанная лошадь.

– Эй, ты чего? – пробормотал Аринэль, узрев это все и отодвигаясь поближе к противоположному от поклонницы краю кровати.

Сестренка как-то характерно вздохнула рядом. Словно видя эту картину не впервые. Аринэль с подозрением посмотрел на нее.

– Господин, – произнесла Цеси, протягивая штаны. – Вам помочь?

– Что? – Аринэль, на автомате взявший вещь, повернул голову и с удивлением посмотрел на девушку.

– Вам помочь облачиться, господин? – повторила Цеси, причем ее тон был совершенно спокойный.

А вот на лице что-то такое проскользнуло. Напрягающее слегка. Как-то легко поверилось, что Цеси сейчас и вправду может взять и надеть на него штаны. То есть откинуть одеяло и при всех...

«Да что тут вообще происходит-то? – с оторопью подумал Аринэль, увидев и в глазах Цеси, знакомой, милой Цес, выражение, более присущее одержимому чем-нибудь. – Я что, рок-звездой стал?»

– Это, – произнес Аринэль, кроме шуток чувствуя стеснение. – А может, вы пока выйдете, а?

– Господин, я же ваша личная служанка, – заметила Цеси каким-то не характерным для нее уверенным тоном. – Я должна помогать вам. Во всем.

– Ты же не прогонишь свою любимую сестренку, братик? – буквально пропела Саманта.

– Господин, я тоже должна помочь вам! – с придыханием произнесла третья особа.

Аринэль почувствовал, как у него начал дергаться глаз. Он втихаря ущипнул себя, чтобы удостовериться, что это не сон. Боль была. А вот картинка не поменялась. Три девушки, которые смотрят на него, как на владыку небесного. Или как на кусок вкуснейшего торта.

«Да и по хрену!»

Аринэль откинул одеяло, сел и, не обращая внимания на раздавшийся сзади писк, надел штаны.

– А теперь я хочу есть, – произнес он, вставая, застегивая пуговицу и, опережая реакцию присутствующих, добавил: – Сам буду есть!

* * *

Аринэль проводил взглядом Ками, которая ушла, унося поднос с пустой посудой и посмотрел на Саманту.

– Ну и? – спросил он. – Что тут происходит вообще?

– Стражи и воины графа уже навели порядок, – ответила Анти. – Мама сказала, что напавшие, взятые живыми, рассказывают, что их наняли.

– С этим потом, – сощурился Аринэль. – И вообще, это дела графа. Мне они, честно говоря, до фонаря. Почему эта Ками здесь?

– А, Ками, – сестренка одновременно улыбнулась и поморщилась. – Не знаю как, но она уговорила маму нанять ее служанкой. Твоей.

– Чего? На хрена? – не удержался от грубости Аринэль.

Саманта поморщилась.

– Что за выражения, братик? – тоном светской львицы произнесла девушка. – И вообще, в следующий раз решишь изобразить героя, делай это не на публике. Тогда и девицы потом не будут осаждать.

Голос Саманты был полон иронии. И вместе с тем сестрица была явно недовольна.

– Да какого... – Аринэль с трудом удержал рвущиеся наружу слова из ненормативной лексики. – У меня есть Цеси! На... мне еще одна служанка?!

– Спроси об этом у мамы, – ответила Анти. – Она же ее наняла.

Парень выдохнул. Потер лоб. Посмотрел на Цеси, которая стояла напротив, с совершенно невозмутимым видом.

– Расскажешь? – последовал странный вопрос от Саманты.

Аринэль перевел взгляд на нее. Естественно, он понял, о чем его спрашивает сестренка.

– Так особо не о чем, – ответил парень. – Я просто разозлился. А дальше все как-то само вышло.

Саманта несколько мгновений пристально смотрела на него.

– Чем ты вообще думал, а?! – голос девушки зазвучал зло. – Вот скажи, это было так обязательно – сыграть героя?!

– Выбора не было, Анти, – спокойно ответил Аринэль. – Этот зверь вряд ли бы успокоился на стражах.

– А может, успокоился бы? – не сдавалась Саманта. – Что ты скалишься?

Аринэль и вправду слегка улыбался.

– Вы прекрасны в гневе, сестра моя, – усмехнулся парень. – Впрочем, вы всегда прекрасны.

Было видно, что от такого неожиданного поворота в беседе Саманта несколько растерялась. Но тут же сощурилась, смотря на брата.

– Ты бы вот так же ловко от сайхога уворачивался, – заметила девушка.

– Сайхога? – не понял Аринэль.

– Тот зверюга, – с превосходством в голосе пояснила Саманта. – А если быть точнее, дерра. Так он называется.

«Сай – это коготь. А хог, точнее, хога – это вроде лезвие. Ну, так-то логичное название. Когти у этого дерра и вправду сабли напоминают».

– Ладно, братик! – пропела Саманта, улыбнувшись и поднимаясь. – Пойду, скажу, чтобы тебе готовили терму. Ты же наверняка хочешь помыться после всего?

– А что, теперь уже с утра моются? – спросил Аринэль. – И, кстати, чего это ты вдруг сама бегаешь?

– Братик, уже скоро ужин! – заметила Анти, натурально оскалившись. – И для тебя...

Саманта как-то внезапно оказалась рядом и наклонилась к нему... Очень близко!

– Если хочешь, бра-атик, – провела указательным пальцем по носу Ари девушка, – я тебя могу лично помыть. Героя, который в одиночку убил сайхога...

Прозвучало как-то чересчур пафосно, словно это был стеб... Вот только тон Саманты был совершенно серьезен. Явно не шутила. А еще в ее голосе пролетало что-то такое... Словно она всерьез решила его завалить. И не в смысле убить.

– Анти? – опасливо произнес Аринэль.

– Да, братик? – Саманта провела пальцами по щеке парня.

«Вы что тут, все под афродизиаком, что ли?»

– Анти, ты моя сестра вообще-то! – напомнил Аринэль.

– Глупые условности, – отмела девушка...

И распрямилась. Парень облегченно выдохнул. Реально, ведь пот прошиб даже!

– Чтобы никаких посторонних девок! – это Саманта скомандовала Цеси.

– Да, госпожа! – а та с каким-то прям воодушевлением отреагировала.

«Это когда они успели так спеться?»

Саманта хищно улыбнулась и подмигнула Аринэлю.

– Мы еще посмотрим, кто тут и где крутиться будет! – произнесла она странную фразу.

Аринэль проводил сестру недоуменным взглядом. И в этот момент защипало левый глаз. И тут же в затылок словно стал не торопясь вкручиваться здоровый раскаленный болт. Парень поморщился от резкой боли, потирая глаз кулаком.

– Вам плохо, господин?! – в голосе Цеси послышалась натурально паника.

Шуршание одежды, и вот перед взором встревоженное лицо девушки.

– Вот! – она протянула какой-то небольшой стеклянный флакончик. – Госпожа Дафайтос сказала, чтобы вы это приняли, если заболит голова!

– Накапай мне, – морщась, произнес парень. – Что-то реально побаливает.

Замок Аванти. Двумя днями ранее

Саманта Тайфол стремительно шагала по коридору. Девушка даже не замечала, что передвигается слишком быстро для идущего человека, а шторы на окнах за ее спиной трепещут, как от сильного ветра. А люди с удивленными и испуганными лицами прямо-таки разбегаются с ее дороги.

– Мама! – рассерженно воскликнула девушка, буквально вбегая в комнату Саятаны Тайфол. – Что это значит?!

Леди Тайфол слегка приподняла бровь и отложила самописку.

– Тебя что-то тревожит, дочь моя? – спросила женщина.

– Мама! – Саманта подошла к столу и уперлась в него ладонями. – Что ты затеяла?

– Я так понимаю, речь о Ками, – слегка усмехнулась Саятана. – И что так тебя обеспокоило?

– Что меня беспокоит?! – Саманта, раздувая ноздри, наклонилась вперед. – Да она же смотрит на Аринэля, словно кобыла весной!

Леди Тайфол вздохнула и выразительно посмотрела на дочь. Поставив на стол локоть левой руки, она положила подборок на ладонь.

– Это неудивительно, – произнесла женщина. – Твой брат просто-таки сверкнул перед ней. Знаешь, если бы меня так защитили, я бы тоже прониклась.

– И что, теперь она может к нему в кровать лезть? – зло спросила Саманта.

– Ну, никто насильно ее туда не запихивает, – ответила леди Тайфол. – Но, судя по ее реакции, настроена она весьма решительно.

– Да ни за что! – натурально рыкнула Саманта.

На лице Саятаны Тайфол возникло строгое выражение.

– Дочь, – сухо заговорила она. – Вот поэтому я и наняла эту девушку. Если ты не заметила, Аринэль пользуется успехом у женщин. Особенно теперь. И ты с этим ничего не сможешь поделать. Твои же собственнические замашки могут сильно повредить, прежде всего тебе самой. Вы уже не дети, Анти. Скоро вы поедете далеко и одни. Я хочу, чтобы ты трезво оценила ситуацию. Время, когда вы играли в даму и ее верного рыцаря, прошло. К тому же Аринэль тоже как-то сильно увлекся своей служанкой.

– Так вот в чем дело! – по губам Саманты зазмеилась злобная улыбка. – Ты хочешь, чтобы Аринэль... Но, мама! Ты же сама говорила, что нужно выбирать лучшего!

– Анти, – заговорила Саятана Тайфол. – Ключевое слово тут «выбирать». Ты же несешься, словно взбесившаяся лошадь, ничего не видя вокруг.

– И ты мне это говоришь после того, как Аринэль убил этого дерра?! – улыбка Саманты стала походить на оскал. – Мама! Много еще ты знаешь людей, способных на это?

– Достаточно, дочь, – сузила глаза леди Тайфол. – Ты сейчас просто под впечатлением. Тебе нужно остыть. Уверяю тебя, в Академии найдется немало мужчин...

– Каких мужчин?! – опять натурально зарычала Саманта. – Они все животные! Тупые, как болотники! Все, все тупо стояли, а Аринэль в одиночку убивал сайхога!!!

Саятана вздохнула и посмотрела на дочь пристальным взглядом.

– Вижу, ты меня не слышишь, – произнесла она. – Тогда хотя бы пойми то, что вокруг Аринэля будет крутиться множество женщин. Причем хочет он этого или нет. И я прошу тебя... Не порти себе будущее. Не пытайся залезть в кровать Аринэля.

– Я не дура! – Саманта распрямилась и вскинула подбородок. – Но и помешать мне потом никто не сможет! Мы одаренные! Ты сама говорила, что у нас нет ограничений с наследственностью!

– И я уже не один раз пожалела об этом, – негромко произнесла леди Тайфол. – Ты, похоже, слышишь только то, что хочешь слышать. Да, браки между родственниками у одаренных не редкость. Но и не настолько распространены. Вы будете объектом для пересудов, а это очень неприятно, Анти.

– Да мне плевать на всех! – сверкнула глазами девушка. – Плевать, сколько будет... крутиться! Я знаю, что Ари будет... Он уже лучше многих!

Саманта гордо вскинула подбородок и, резко развернувшись, натурально грохоча каблуками, вышла из комнаты. Саятана Тайфол выдохнула и обмякла в кресле.

– А Саманта ваша дочь, – пришел комментарий из угла.

Там сидела Мира Рови, личная служанка, а по факту близкая подруга. Женщина слегка улыбалась, смотря на дверь, которая только что с громким хлопком влипла в косяк.

– По-моему, она еще упрямее, – ответила Саятана. – Вбила в голову про Аринэля и все, ураганом не сдуть.

– А мне кажется, будто я вновь услышала некую Саятану Брагис, – с иронией сказала Мира. – О том, что все мужчины похотливые твари, нужные лишь для зачатия ребенка. Может быть даже и хорошо, что у Саманты есть перед глазами целых два примера, которых она не считает таковыми?

– Может быть, – откликнулась Саятана. – Но если это у нее насчет Ари лишь упрямство?

– Вот в Академии она и разберется, думаю, – сказала Мира. – Когда вокруг нее самой появятся другие парни ее возраста. И вокруг Аринэля другие девушки из аристократок.

– Да, тоже так думаю, – опять вздохнула леди Тайфол. – Главное, не дать Анти сосредоточиться на том, чтобы окрутить брата.

– Учеба в этом лучший помощник, – улыбнулась Мира.

– Вот для этого и придется ехать вместе с ними, – произнесла Саятана. – То есть не вместе, Анти мне этого не простит. Но с ними.

– Думаю, ваш отец будет только рад, если вы навестите его, – заметила Мира. – А потом уже доедете до Академии, просто проведать, как устроились дети.

– Так и хотела, Мир, – улыбнулась Саятана. – Так и хотела...

Замок Аванти. Текущее время

Цеси шагала следом за господином. Он как-то необычно использовал камзол, не став его надевать полностью, а лишь накинув на плечи. И буквально шествовал, вразвалочку, немного смешно. Его волосы были не расчесаны, лишь небрежно убраны в хвост, но после термы Цеси их расчешет... Да, именно она и никто другой! Девушка позволила себе легкую улыбку. Которая тут же погасла, когда перед ней вновь встала та картина...

Когда с господина срезали уже подсохшую и превратившуюся в кровавую корку одежду, даже целитель удивленно присвистнул. А Цеси буквально приморозило к полу. На его спине не было живого места. Сквозь кровавые ошметки белели кости. Целители засуетились, помещение осветили своим фиолетовым светом магические шары-накопители.

– Быстрее! – бросил бородатый мужчина (как потом Цеси узнала, это был Джерис Дафайтос). – Он потерял слишком много крови! Как он вообще еще живой?!

Про Цеси забыли. А девушку словно вымораживало прямо изнутри! Этого же не могло быть. Ее господин, он самый сильный, он не может просто умереть! Не может!!!

– Рука! Канал! Проклятье! – натурально рычал Джерис. – Бросай, помоги мне! Канал потом!

Здесь были и госпожа Саятана, и госпожа Саманта. Их лица белели неестественной белизной.

– Вливай в источник! Нам нужна кровь! – продолжал командовать двумя женщинами бородач. – Бирия, контролируй сердце. Мери, канал сейчас не важен, что ты делаешь?!

– Он и так уже нитевидный! – огрызнулась женщина.

– Без него он выживет! – отрезал Джерис. – Без крови нет!..

...Цеси прижала руку к груди. Сердце билось часто, взбудораженное воспоминаниями. Она еще никогда не видела, как на лице госпожи Саятаны появляется самый натуральный ужас. В ее глазах плескалось отчаяние. А еще... Цеси ощущала просто разрывающую на части вину! Ведь это из-за нее господин оказался в городе! Если бы не она...

...Девушка это выпалила потом дочери и матери, упав перед ними на колени. Слезы все текли и текли, она никак не могла остановиться. Ее натурально вздернули на ноги. А потом ее щеку обожгла пощечина.

– Пришла в себя? – хмуро поинтересовалась Саятана Тайфол.

Под глазами женщины залегли тени. Ее губы были плотно сжаты, глаза смотрели зло. Черты лица обострились.

– Чушь не пори, – сухо произнесла Саятана. – Если так рассуждать, то Аринэля нужно привязать в его комнате, чтобы он не поранился вдруг. А теперь собралась и пошла обратно. У тебя есть обязанности.

– Да, госпожа, – неловко поклонилась Цеси, потому что ноги были какие-то ватные.

В глазах еще расплывалось. Горела щека. Но немного отпустило это обжигающее сердце ощущение вины.

– И не забудь сама подойти к целителям, – это Саятана Тайфол сказала через плечо, так как уже повернулась. – Иначе свалишься и не сможешь ухаживать за моим сыном.

– Да, госпожа, – с той же интонацией повторила девушка.

Женщина взяла за руку дочь, которая тоже явно пребывала в прострации. И они ушли...

– Цес, – заговорил господин, прерывая воспоминания. – Расскажи-ка, что ты знаешь об этой Ками и как... ну, вообще она тут появилась-то?

– Она дочь владельца трактира, – тут же заговорила девушка. – Отец отправил ее в город, так как в деревне она... Не нашла себе мужа.

– Вот как, – усмехнулся Аринэль. – Практично.

Они дошли до термы. В раздевалке обнаружились две девушки, которые посмотрели на парня с совершенно прозрачным интересом.

– Господин Тайфол! – синхронно произнесли они, поклонившись.

– А, водяные! – улыбнулся Аринэль.

– Господин будет мыться один, – парень даже обернулся, когда зазвучал голос Цеси.

Он был сух. Даже не так. Цеси заговорила, ну чисто как леди! Уверенно, с чувством собственной правоты... И превосходства. У давешних помывщиц даже лица вытянулись. А вот Цес глядела на них пристально, как на врагов народа.

«Все чудесатее и чудесатее. Я случаем, еще раз не переместился?»

Дверь за теми двумя девушками закрылась. А вот Цеси явно не собиралась никуда уходить. Эм, а как же? Ну, что один и все такое...

...А ведь совсем недавно Цеси стала настолько близким человеком. А уже не стесняется обнажаться перед ним и не смущается, когда Аринэль ее разглядывает. Но, кстати, насчет всего мира еще непонятно, но в тех местах, где он был, нет этого культа тела. Люди (и не только люди) не делают табу из обнажения. Да, голыми не бегают и прилюдно сексом не занимаются, но и особого секрета из отношений не разводят. Не было этой преграды. Точнее, она не была стеной до небес, перепрыгнуть которую уже есть достижение. Если уж девушка (понятно, что Аринэль судил со стороны парня) выказала тебе серьезную симпатию, то и не будет делать вид, что дети появляются в капусте. Ну, или в местном варианте, в зарослях тампока.

Вот и Цес деловито так сыпанула порошка на мочало, расхаживая при этом совершенно голенькой. Аринэль с легкой улыбкой наблюдал за ней. Вот девушка подошла к нему. Она убрала волосы в пучок... М-м, так и хотелось припасть губами к этой шейке. Ага, все-таки слегка смутилась! Глазки-то хоть и опустила, но Аринэль успел заметить, что выражение в них далеко не целомудренное.

Парень перекинул свои волосы вперед и слегка наклонился, сидя на лавке и подставляя спину. Цеси, шлепая по полу босыми ногами, подошла сзади.

И его же мыли уже здесь. Но Цеси делала это как-то по-другому. Гораздо приятнее. Аринэль, блаженно щурясь, чуть не замурлыкал...

...Раздался шлепок, и парень посмотрел в сторону звука. Мочало валялось на полу, возле его ноги. И тут его голову подняли и прямо-таки завладели губами! Цеси оторвалась, тяжело дыша и смотря прямо в глаза. Ее карие глаза сейчас были чуть не черные. И в них было далеко не кроткое выражение.

«Интересно! – сощурился Аринэль. – Необычно! Прям хоть каждый день по той твари мочи!»

Цеси встала перед ним. И, посмотрев вниз, опустилась на колени парня. И не только на колени, там еще кое-что торчало, между ног. Собственно, именно этого Цес, похоже, и добивалась, в смысле вот такой реакции организма, как бы невзначай касаясь его до этого то бедром, то грудью.

Опустившись до конца, Цес опять припала к губам парня. И в отличие от прошлых раз, ее язычок вел себя как захватчик. Девушка всерьез, видать, решила доминировать.

«Ну, это мы еще поглядим!» – Аринэль, обняв Цеси, чуть наклонился назад.

– Ох, госпо... – голос Цес прервался, потому что парень сам пошел в атаку на эти милые губки.

– Какая же ты у меня красивая! – с улыбкой произнес Аринэль. – Повезло мне!

Девушка повернула голову чуть в сторону, при этом кинув из-под ресниц слегка смущенный взгляд. Парень улыбнулся еще шире.

Замок Аванти. Тренировочная площадка. Семь дней спустя

Что еще делать двум молодым обол... аристократам, которые пребывают на реабилитации? Все верно, нужно попытаться добавить еще работы целителям. Эта гениальная мысль пришла в голову Аринэля, когда он увидел мрачного Дариана. Он тоже пострадал в этой заварушке, так как на момент ее начала находился в городе. Между прочим, не сидел сложа руки, а помогал стражам отбить один из постов. Там-то его и подстрелили. Не шутейно, он два болта схватил. Один в грудь, а второй, как бы это помягче... В общем, в спину. А еще бы на ладонь ниже и попало бы в мягкое. Этим его троллила Саманта. Сестренка имела небольшой зубик на отпрысков графа. Да-да, именно за то, что те посчитали ее, ну и заодно Аринэля, деревенщинами. А так как Дариан был в пределах досягаемости, ему и доставалось.

Дариан явно обрадовался предложению скрестить тренировочные клинки. Он, конечно, процедил, что поучит и все такое. Но было видно, что ему тоже нечем заняться. От дел-то его, по причине ранения, отстранили...

...Дариан замер, когда тренировочный деревянный клинок уперся ему в живот. Парень с досадой выдохнул и кивнул. Аринэль слегка улыбнулся и убрал меч.

– Значит, будем учиться вместе? – сказал он, отходя от Дариана.

Тот поднял клинок и встал в стойку. Аринэль тоже занял исходную позицию. Дариан же покосился на двух девушек, стоящих у ограды. Одна была совершенно спокойной и невозмутимой. А вот от второй постоянно доносились восторженные возгласы, и она с горящими глазами наблюдала за тренировкой.

– Не вместе, – заметил Дариан. – Я буду учиться в Гвардейском Корпусе.

– Это мелочи, – усмехнулся Аринэль. – Тем более, ты же не хочешь жить в вашем особняке. Кстати, почему? Ты так и не сказал.

– Не хочу и все, – чуть нахмурился Дариан. – Тебе-то что за дело?

– Да мне так-то поровну, – заметил Аринэль. – Ладно. Энсай!^[28]

С этими словами Ари атаковал стоящего напротив Дариана. Тот отразил первый выпад, наученный опытом, он тут же отскочил назад и смог отбить следующий удар...

...– Меня так учил отец, – говорил Аринэль.

Парни стояли возле ограды. Ари принял бутыль с водой, которую подала Ками, и слегка улыбнулся. Просто у той на лице при этом столько восторга было.

– Ты пытаешься действовать от обороны, – продолжил Аринэль. – Но при этом следуешь за стилем противника. Если уж обороняешься, то не парируй, а ломай. Сбивай связки, не давай их прокручивать.

Аринэль припал к горлышку бутылки.

– Как будто я не пытаюсь, – пробурчал Дариан, тяжело вздохнув. – Ты что, с люльки мечом машешь?

– Ну, почти, – усмехнулся Аринэль. – Мне не особо давалась магия и обучение. Поэтому я с железом больше общался.

Дариан покосился на девушку, которая стояла рядом с ним, только по ту сторону ограды. И не отрываясь смотрела восторженным взором на младшего Тайфола.

– А еще мне отец говорил, – продолжил Аринэль, – что нельзя освоить прямо все приемы и финты. Зато можно отточить парочку-другую так, что никто не сможет их отразить.

Дариан задумался.

– Ну, и что мне лучше освоить? – спросил он.

– А я-то откуда знаю? – пожал плечами Аринэль. – Сам выбери. Главное, чтобы тебе нравилось.

– Нравилось? – не понял младший Аванти. – Как это?

– Именно так, – кивнул Тайфол. – Я сам понял это только после того, как ощутил, что мне нравится больше давить.

– Давить? – опять не понял Дариан.

– Ну, атаковать, – пояснил Аринэль. – Взвинчивать темп так, чтобы противник просто не успел.

Дариан задумался, потирая пальцами в перчатке подбородок.

– Интересно, – медленно произнес он. – Думаю, я тоже начинаю понимать.

– Тогда пойдем, поедим, – улыбнулся Аринэль. – А то я слюной сейчас захлебнусь!

И действительно, от стоявшей невдалеке немаленькой корзинки долетал прямо-таки одурящий запах свежей выпечки. Почему они не пошли обедать в дом? Потому что это каприз гостя, поддержанный хозяином. К тому же тут, рядом с главным зданием замка, имелся небольшой садик, а в нем удобная беседка.

Парни вышли с площадки и направились в сторону садика. Кстати, у Аринэля левый глаз был прикрыт повязкой. Точнее, сейчас уже просто кожаный кружок закрывал глазницу. Все это было сделано потому, что глаз на ярком свету начинало немилосердно щипать, потом начинало просто адски ломить в затылке, в общем, те еще удовольствия. Дафайтос на это сказал, что вообще-то господин Тайфол пережил очень серьезные ранения, в том числе и головенку сотряс. Когда организм, подстегнутый магией, придет в норму, то все наладится. А пока приходилось изображать пирата.

Почему Тайфолы были еще здесь, после того как Аринэль уже мог передвигаться верхом? Ответ был вокруг. Слуги, воины, да практически все носились, готовя замок к приезду венценосной особы. То есть Арантон собирался посетить сам монарх. С ним же должен был приехать и отец. Так что Тайфолы ждали. Из замка молодежь не выпускали, в смысле Дариану запретил отец, а младшим Тайфолам – мама Саятана.

– Братик! – от дома к процессии шла Саманта.

Дариан, увидев ее, закатил глаза и тяжело вздохнул.

– Анти, ты же вроде с утра была в другом платье? – поинтересовался Аринэль, когда сестренка подошла ближе.

– Ари, такое нельзя говорить девушкам! – сдвинув брови, наставительно произнесла Саманта, стукнув брата в плечо.

– Это еще почему? – удивился парень.

– Потому что это неприлично, братец! – девушка уже кроме шуток рассердилась.

– Странные условности, – заметил Аринэль, выставив локоть.

Саманта характерно вздохнула, покачала головой и положила руку на сгиб локтя брата.

– Да не бойся, сегодня я добрая! – усмехнулась девушка, когда Дариан чуть приотстал, что не быть на виду у этой особы.

– Меня это как-то не успокоило, – пробурчал парень.

Каминан Толен

Ками словно пребывала в каком-то сне. Когда она приехала в город, то ее мечтой максимум была возможность побывать в замке Аванти. Но шли дни, наступило лето, а она достаточно близко смогла увидеть только старого маркграфа (ах, молодость, все кто старше тридцати, уже старики!), когда он вместе с командиром стражей обходил магазины. Да и то шагов с десяти, потому как дядя шуганул всех из зала на кухню.

Но все же здесь было гораздо интереснее, чем на постоялом дворе отца. Там бывали лишь такие же, как и они, простолюдины, перевозчики (купцы, занимающиеся различными поставками), лесорубы, пережоги, от которых за сотню шагов несло дымом, да редкие наемники, которых неизвестно каким ветром заносило в их глушь. А траттория дяди стояла прямо в самом городе, недалеко от замка0 и посетители сплошь носили гладкую одежду^[29] ярких расцветок, а не унылую плетенку^[30]. В первый день Ками не сразу даже уснула, настолько ее впечатлило обилие красок.

Она не раз прогуливалась вдоль замковой стены. Смотрела на флажки, трепещущие на шпилях главного здания. Или сидела на лавочке, возле кондитерской, напротив ворот, рассматривая воинов. Правда, делала она это довольно редко, работы и у дяди оказалось навалом, племяннице он особо скучать не давал...

...Она и сама до сих пор не понимала, что двигало ею тогда. Зачем она попросилась в услужение к этой пугающей женщине, матери господина. Ками очнулась только после того, как выложила ей всю подноготную. Но госпожа Тайфол почему-то улыбнулась и согласилась...

...Это было словно какое-то наваждение. Когда она его не видела, то начинала терзаться тем, что ведет себя слишком откровенно. Но вот Аринэль оказывался на виду, и Ками тянуло к нему со страшной силой. При этом язык словно отнимался, и она начинала мямлить. Она, которая могла встрять в разговор подвыпивших лесорубов, чтобы они не начали драться (а то и после начала). Он смотрел на нее, и Ками иной раз приходила в себя только тогда, когда перед глазами начинало плыть от недостатка воздуха. Она пыталась разобраться, понять, что же с ней происходит. Пусть он был красив и эти его золотые волосы... Но он же тоже человек... И тут же перед глазами вставала картинка. Парень, на фоне солнца, на его губах злая улыбка, блеск клинка и пронизывающий страх. И сердце снова начинало так бухать в груди, словно собиралось пробиться наружу. Читанная и перечитанная много раз история про Белую Принцессу и ее верного рыцаря, несравненного героя Тэрона, сохраненная в заветном уголке девичьей души... Образ Аринэля Тайфола внезапно оказался не просто рядом. Он совместился с тем идеалом мужчины, который был в ее сердце.

Он был нежен. Ками видела, как он относится к Цеси, к своей сестре. В его голосе звучали искренние теплые нотки, когда он беседовал с госпожой Саятаной. С ним, как с равным, разговаривали его старший брат, Грег Тайфол и наследник маркграфа. И сам граф Аванти тоже выказывал уважение. Сам граф! Ками не раз ловила себя на том, что она... Что господин Аринэль... Он словно птица в небе. Высоко. До него никогда не достать. Он может спуститься, а тебе не подняться никогда.

В то же время господин был... Этот уверенный, прищуренный взгляд, легкая улыбка на губах. Он двигался в бою стремительно, легко, его клинок, казалось, порхает сам! И это все она видела! Лично! Стоя настолько близко, насколько это было возможно!..

...– И с чего вдруг тебя так озарило? – с усмешкой спросил господин у младшего сына графа.

И ведь Дариан Аванти тоже симпатичный. Они даже чем-то неуловимо похожи с господином. Но в отношении сына графа Ками ощущала лишь вежливый интерес. А при взгляде на Аринэля Тайфола... В груди начинал растекаться приятным теплом тихий (а иногда и не тихий!) восторг.

– Поехать из города, да в нашу глушь? – с сарказмом добавила госпожа Саманта.

Сестра господина была настоящей леди. Ками рядом с ней постоянно ощущала свою неуклюжесть. Пальцы у Саманты Тайфол такие тонкие, длинные... Каминан испытывала желание спрятать свои «лопаты» за спину. Леди Саманта даже простые действия, вроде встать, сесть, пройти – делала с изяществом и неуловимо тягуче, плавно так. А еще она сильно походила на господина. Очень сильно, несмотря на то что была девушкой. Нет, господин был лучшим! Но госпожа Саманта пусть и в меньшей степени, но тоже ощущалась как-то по-особенному. Иначе. Хм. И госпожа Саятана... Та тоже вызывала такое же чувство. Как будто смотришь на надвигающуюся грозовую тучу. Восторг, смешанный со... страхом, так, наверное.

На лице Дариана тем временем возникло совершенно не характерное для него мечтательное выражение.

– Да просто достало все, – ответил он, посмотрев куда-то в небо. – Надоело. А только вы приехали, так стало весело.

Парень улыбнулся, причем так, словно раб, увидевший незапертую дверь.

– Впервые вижу человека, который радуется тому, что его подстрелили, – заметил Аринэль.

– Нет, этому я не радуюсь, – ответил Дариан.

– Возможно, ему нравится боль? – заметила Саманта.

– Эй, ничего мне она не нравится! – воскликнул парень.

– Кто знает, люди разные, сестра, – ответил Аринэль.

– Ты прав, брат, – кивнула девушка.

– Но он все-таки двинутый слегка, – сказал Ари.

– Эй, я вообще-то здесь! – возмущенно вставил Дариан.

– Да, нормальный бы не полез в драку, – Анти стала прямо-таки сверлить брата взглядом. – Да, брат мой?

Тон девушки был наполнен сарказмом.

– Ага, – Аринэль смерил сестру насмешливым взглядом. – И нормальные... девочки на стену тоже не лезут.

– Там была другая ситуация! – отмела Саманта.

– И у меня тоже, сестра моя, – парировал Аринэль.

– Да пусть едет, мне-то что, – девушка сделала ручкой. – Но я за него поручаться не буду. Вот еще.

– Ну, я думаю, он и сам с этим справится, – усмехнулся Ари.

Дариан, нахмурившись, смотрел на брата и сестру. Потом покачал головой и вздохнул.

Арантон. Утро восьмого дня после нападения

Туман все еще стоял над водой. День выдался пасмурным и тусклые лучи светила не могли быстро прогнать молочно-белую пелену.

Одними из первых сегодня к парому явились, к удивлению работников, пассажиры «первого» класса (так называемой верхней палубы, то есть аристо). Несколько женщин, высокий и стройный эльф в традиционном длиннополом плаще-доспехе и с десяток одинаково экипированных воинов, явно из какого-то рыцарского ордена, судя по одинаковым красным плащам.

– Что-то с этой стороны благородные зачастили, – произнес один из работников парома, смотря на ранних пассажиров.

А посмотреть было на что. Четыре из шести женщин были молодыми девушками. Опять же четверо, взрослые женщины и похожие на них девушки, несли на одежде гербы. Но и это было еще не все. Одна из взрослых женщин была эльфийкой, а две молодые девушки смуглыми орчанками, соответствующе одетыми. Мужские взгляды цеплялись за всех этих дам, потому как они были реально весьма красивые... И натыкались на мрачные взгляды рыцарей.

Богатые пассажиры прошли на свою палубу. Молодые девушки тут же скучковались и принялись обсуждать что-то. Эльфийка подошла к борту, устремив взгляд туда, куда они должны были плыть. Туман все еще скрывал не только противоположный берег, уже шагах в тридцати не было ничего видно. Женщина вздохнула и побарабанила пальцами по борту. Эльф, чуть согнувшись, облокотился на борт рядом с ней.

Вода плескалась в борт, с легким шуршанием накатывалась на берег. Слышались разговоры и возгласы других пассажиров, загружающихся на паром.

– Хочу съездить с Ари в Эло, – вдруг сказала Вайлири Тайфол.

Даиэль покосился на нее. Но промолчал. Он уже все сказал еще в замке. Что Аринэль так-то воин. А у воина судьба умереть раньше, чем это предназначено природой. Что парень сильно похож нравом на своего отца, который тоже постоянно встревал в любую заваруху. Эльф даже напоминал историю их знакомства, как Бран явился в Эло... Вайлири вроде бы немного успокоилась, но всю дорогу, стоило хоть кому-нибудь начать задерживать остальных, он видел рядом эльфийку... от взгляда которой начинало потряхивать. Вот и сейчас Вайлири не просто так стояла именно у этого борта. Она внимательно наблюдала за погрузкой.

– А он согласится? – спросил Даиэль.

Вайлири бросила на него удивленный взгляд, тут же ставший задумчивым.

– Даже по людским меркам, – продолжил эльф, – он считается вполне взрослым. Тем более теперь.

– Да согласится он, – заговорила Мара Тайфол. – Весь в отца, на месте не сидится.

Эльфийка несмело улыбнулась.

– Это точно, – кивнул Даиэль. – Я бы на твоем месте, сестра, хорошенько подумал. Вспомни, что случилось, когда в Эло побывал его отец. А Аринэль даже не женат...

...Аринэль открыл глаза и чихнул. Собственно, он проснулся оттого, что в носу засвербило.

– Да какого?! – воскликнул он, увидев вокруг себя трех (!) молодых девушек.

– Братик, – недовольно произнесла Саманта. – Обязательно с утра так орать?

– Господин... – это протянула с лицом истинной извращенки Ками, улыбаясь чему-то во сне.

Цеси просто покрепче обняла. Аринэль покачал головой и вздохнул. А потом аккуратно вытащил волосы из-под сестренки, которая прижалась к правому боку.

«Хорошо хоть Таша с Дарой не здесь, – подумал он. – А то бы вообще задавили!»

Глава 18

Арантон, особняк семьи Гростайр, день нападения

Страх гнал Батрина искать выход. Всю жизнь его вели, точнее сказать, преследовали, по сути, лишь два сильных чувства. Страх и спесь. Так вот, спесь привела его в отчий дом в качестве предателя. Она же заставила испортить отношения с хозяе... нет, нанимателями, да! Они не хозяева! И они... Они предали его! И предоставили Батрину самому выбираться из особняка и разворошенного города. И теперь страх гнал дварфа по коридору отчего дома загнанной крысой, сжимал сердце в груди картинами ужасной и прилюдной казни (даже тут Батрин ставил себя очень высоко) и буквально перекроил лицо в маску трусливого отчаяния.

Мелика подняла на брата испуганный взгляд, когда тот ворвался в ее комнату. Остановить Батрина было некому. Прежние слуги были частью убиты, частью заперты. А те, кто захватил особняк, ушли. Вот только Батрин, вытряхивая отцовский сейф, задержался. А когда собрался, особняк уже оцепили люди графа...

– Ты идешь со мной! – буквально проревел парень, хватая сестру за руку и дергая на себя...

...– Дайте мне пройти! – проорал Батрин, выпучив глаза и прислоняя к шее сестры лезвие кинжала.

Это требование он адресовал воинам графа, которые ворвались в особняк. Возглавлял их Трелон Аванти. Он и показал воинам, чтобы никто не делал резких движений и чтобы все отошли в сторону.

– Батрин, – заговорил Трелон. – Не глупи. Тебе нужно будет пройти через весь город.

– А это не твоя забота, Трелончик! – осклабился Батрин Гростайр. – Точнее... Ты прав, Трен! Всегда был умником! Иди-ка приготовь мне фургон, наследничек! Пусть запря...

Батрин и удерживаемая им сестра вышли в холл из коридора. Воины графа, повинуясь приказу Трелона, стояли без движений. Сам наследник графа держал руки перед собой, открытыми ладонями к бывшему Гростайру. А прервал свою речь Батрин из-за того, что его рука с кинжалом попала в прямо-таки железную хватку. Треск рвущейся кожи, запах крови ударил в нос, а вспышка боли в затылке была какой-то отстраненной...

Батрин округлил глаза. Из его рта торчал кончик лезвия.

– Как был мелкой гнусью, – с омерзением произнес Грег Тайфол, который ждал за углом, – так ею и остался.

И отпустил бывшего Гростайра. Тело с глухим стуком повалилось на пол. А Мелика медленно повернулась, подняла глаза. И молча ткнулась лицом в грудь Грега, стиснув его за талию.

– Все закончилось, – Грег погладил девушку по голове.

Мелика порывисто вздохнула, не отпуская парня.

– Грег, мы дальше! – сказала Трелон.

Тайфол молча кивнул...

...Едва воины ушли, Мелика подняла голову. Она долго смотрела в глаза Грега. А потом снова прижалась щекой к его груди, прикрыв глаза.

– Пришел, – еле слышно произнесла она.

– Я же обещал, – с такой же громкостью ответил Тайфол. – Правда, я не думал, что будет так.

На несколько мгновений в коридоре повисла тишина.

– Я не хочу больше быть вдалеке, – Мелика снова посмотрела на парня.

Ее глаза поблескивали.

– Я не хочу больше, Грег! – также негромко, но с чувством произнесла девушка.

– И не будешь, – уверенно ответил парень. – Обещаю.

Утро восьмого дня после нападения. Около десяти часов утра. Пристань

Паром медленно выплыл из тумана, который стоял над водой. Не торопясь, величаво, словно огромный океанский корабль, а не плоскодонный паром, он приблизился к пристани.

– И они здесь, – удивился Аринэль, разглядев в числе прибывающих рослые фигуры двух знакомых орчанок.

Острый взгляд лучника уже позволял ему разглядеть детали.

– Что, брат мой, – усмехнулась Саманта. – Неожиданность? И как, приятная или наоборот?

– А почему мне должно быть неприятно? – слегка удивился Аринэль, посмотрев на сестру и подняв бровь.

– Ну как, братик! – притворно огорчилась Анти. – Теперь мы не сможем делить ложе!

– Вот и хорошо, – буркнул парень. – А то ты уже совсем стыд потеряла.

– Грубиян, – фыркнула Саманта. – Девушка к тебе со всей душой, а ты...

Анти вытерла несуществующие слезы.

– Ты моя сестра, а не девушка, – заметил Аринэль.

– А вот за это, братик, я ведь и отомстить могу! – сузила глаза Саманта.

– Ты можешь, – согласился парень. – За это я тебя и люблю.

Девушка чертыхнулась.

– Вот как ты можешь говорить такие вещи с таким спокойным лицом?! – воскликнула Саманта.

– Ну, а что в этом волнительного? – приподнял бровь Аринэль. – Это же правда.

– Почему-то меня это бесит, – надулась Анти. – Радует и бесит. Одновременно.

Паром подошел уже совсем близко, и стало видно пассажиров. Мама Мара, в практически мужской дорожной одежде (очередной средневековый шаблон в топку). Борта парома, а точнее фальшборта, были не цельные, а больше походили на перила. Поэтому всех было прекрасно видно. Мара Тайфол стояла в довольно высоких сапогах, крепких грубых штанах (мама, сто процентов, предпочла путешествовать верхом). Камзол, вот что радикально отличалось в женском варианте дорожного брючного костюма. А если быть точнее, его полы. Они были довольно длинными и доходили до середины бедра. Получается, хотели прикрыть, как бы это помягче... Ну, понятно, короче, что. А получилось, на взгляд Аринэля, еще более провокационно. Еще рубашка имела отличия. Мужские были... прямые, что ли. В смысле женские рубашки, они были одновременно где надо приталенные, где надо пышные, а где и, хе-хе, вырезы имелись. Например, спереди (это Ари не на маме видел! А на Анти и других девушках!). Воротники и у мужиков, и у женщин были кружевные, пышные, обшлага рукавов тоже были такие. Ну, кто такие хотел, конечно. У Аринэля при взгляде на такие вещички начинал дергаться глаз. А Анти все пыталась его в такое нарядить. Фетишистка.

За старшей мамой стояли сестренки. Виона сейчас очень сильно походила на мать. С поправкой на возраст. Черно-синий брючный костюм, талию, как и у мамы Мары, обхватывает оружейный пояс. У той, кстати, на боку висит почему-то короткий пехотный имперский меч. У Вионы ее излюбленный кривой клинок дроу. Рэйса, стоящая с другой стороны от Мары, естественно, тоже была вооружена. К одетому поверх коричневого камзола поясу были прицеплены ножны с обычным городским мечом.

За ними стояли Дара и Таша. Орчанки не изменили себе. Просторные штаны, заправленные во что-то типа коротких сапог с обмотками. Кстати, эти обмотки было не так просто нацепить, прежний Ари, несмотря на то что руками повторять у него получалось лучше многих, тренировался пару дней. Так вот, грубые серые штаны, синяя и зеленая безрукавки. А не, все-таки чуть-чуть приоделись, это же были те самые безрукавки, которые они тогда на праздник надевали. Орочий оружейный пояс, то есть широкий, сантиметров двадцать. На нем, естественно, ятаган, которые носят без ножен, просто в петле.

Вцепившись руками в перила, на встречающих натурально уставилась Вайлири Тайфол, в своем «фирменном» эльфийском дорожном наряде. То есть довольно обтягивающие штаны и куртка, той забавной пятнистой расцветки (Аринэль не считал ее забавной, а наоборот, такую же хотел), а поверх опять же эльфийский темно-зеленый длиннополый плащ-доспех. Оружейный пояс оттягивают два недлинных клинка. Знаменитые «Листы», клинки узкие у рукояти и расширяющиеся ближе к острию, из-за чего и получили свое название. Очень интересное оружие, весьма специфическое, очень смертоносное, причем в зависимости от того, умеет ли пользоваться владелец «Листами», смертоносное либо для врага, либо для хозяина. В любом случае поединки на таких клинках всегда длятся совсем недолго... Наличие сразу двух таких мечей говорило о том, что перед вами либо очень крутой обоерукий мечник, либо тот еще выпендрежник. Из-за плеча эльфийки выглядывал чехол лука...

...На пути взволнованной эльфийки не рискнул встать никто. Даже старшая сестрица Мара не пошла первой. Вайлири же натурально спорхнула с парома на мол, подбежала к Аринэлю и стиснула его в объятиях.

– Мам, все в порядке, – произнес парень, слегка улыбаясь. – Потише.

Его еще сильнее прижали, сопя в ухо. Ничего не оставалось, как осторожно обнять женщину в ответ.

* * *

Если бы дело происходило в баронстве, то есть на территории, которую Вайлири считает своей, то немедленному осмотру подверглись бы не только открытые части тела, вот как пить дать. Раздела бы мамка до трусов. А то и полностью. Воистину, мать узнавшая, что ее ребенку грозила смертельная опасность, да еще и такая, которая и так на это дело двинутая, натурально стихийное бедствие. Вайлири даже не дала Даре и Таше подойти. Она прихватила сына, рыкнула Саманте на тему: «Где целители?!» Сестренка даже растерялась от такого наезда. Ей бросили: «Покажешь!», тут же последовал приказ десятнику рыцарей сопроводить их, и мама поволокла сыночка к целителям...

Джерис Дафайтос и одна из его жен Мериан кое-как смогли успокоить взволнованную эльфийку. Они объяснили (раз эдак с десяток), что повязка на глазу (похоже, она, повязка эта, и стала катализатором, активировавшим режим «Всех гнать, я мать!»), это явление временное, дней через пять ее можно будет снять, зрение почти в порядке. Докторам пришлось признаться, что имело место быть сотрясение чего-то в голове (они как-то мудрено этот процесс называли, Аринэль не разобрал), но теперь все стремительно и неотвратимо идет к идеальному состоянию. Целителям поддакивала Анти, в общем все вроде стало налаживаться. И тут мама сказала, чтобы сын раздевался.

Шутки не прокатили. Не скромные, не пошлые. Мама их просто не восприняла. Аринэль сам как-то не задумывался в эту сторону, но, судя по лицу Анти, зрелище для мамы-эльфы должно было быть то еще... Сестренка стала даже потихоньку смещаться в сторону двери.

Аринэль снял камзол. Рубашка на нем была не целиком распахивающаяся, а только до пупа, поэтому пришлось снимать через голову. Поэтому он и не заметил, что мама оказалась сбоку...

– К сожалению, – поспешно произнес мастер Джерис Дафайтос, пытаясь вытянуть положение, видя, как буквально закаменело лицо Вайлири Тайфол, – не все, но некоторые шрамы останутся. Позже, когда лечение будет полностью закончено, их можно будет убрать.

– О коно токотэ?^[31]– прошептала эльфийка, скользя пораженным взглядом по многочисленным белым отметинам.

Ее лицо сделалось просто смертельно-бледным. Вайлири как во сне подошла к сыну. Коснулась подрагивающими пальцами его спины.

– Уондэ...^[32] – тихий голос эльфийки был наполнен болью.

– Элрэ уто икинин, амила^[33], – успокаивающе произнес Аринэль, посмотрев через плечо...

...Вы когда-нибудь пробовали успокоить спятившую эльфийку? При этом силу и тем более оружие применять нельзя, кричать бесполезно. А вот она как раз может. В смысле чуть не утащила нафиг из особняка. Кроме шуток! Сгребла, молча забросила на плечо и поволокла! Хорошо хоть на пути попалась мама Мара... Та каким-то образом сумела достучаться до буквально невменяемой сестрицы по мужу. Напоенную снадобьями и зельями маму Вайлири уложили поспать в одной из комнат для пациентов.... А потом Аринэлю пришлось сопротивляться уже захвату со стороны старшей мамы! Это Мара Тайфол уже в свою очередь увидела спину парня. Досталось всем. Самому парню, графу Аванти, «этим стервам», Грегу, маме Саятане (еще одной стерве!), Саманту тоже не обошли вниманием. Даже Бран, наверное, в этот момент учихался, потому как и он не остался обделенным вниманием. Тут сумел вмешаться Дафайтос и вместе с женами смог объяснить рассерженной баронессе (и жене пограничного барона), что опасности уже нет и ее сын уже настолько здоров, что может даже, только не сильно долго, тренироваться с оружием. Аринэль в этот момент активно кивал, как китайский болванчик, всячески демонстрировал бодрость тела, духа и вообще прямо-таки лучась энергией. Кстати, Анти, хитрая бестия, все-таки технично слиняла...

...Саманта вышла из особняка, опасливо косясь на дверь.

– Лучше на стене еще постоять, – пробормотала она, вспомнив бешеный, безумный взгляд мамы эльфы.

Кроме этого, у нее же реально на финише глаза зеленым светиться начали! А еще Анти стала ее не понимать, слишком много незнакомых эльфийских слов. Но, судя по смутно понимаемому смыслу, лучше и дальше не понимать, что сейчас говорила Вайлири Тайфол.

– Хм, – это Анти увидела чуть дальше по дорожке, которая шла к калитке, странную компанию.

Две знакомые орчанки. Дара, в синей безрукавке, стояла почему-то за спиной Цеси и обнимала ее словно родную сестру, причем сильно младшую. В смысле эта поза, когда руки стоящего сзади лежат на животе, воспринимается как покровительство. И судя по расслабленной фигуре, а также спокойному лицу Цес, не похоже было, что ей это не нравится. Таша была в зеленой безрукавке и, зацепив большие пальцы (рук, естественно) за оружейный ремень, пристально изучала стоящую перед ними Ками, перекатываясь с пяток на носки. А та выглядела так, словно ее прилюдно уличили в воровстве, вся красная, глаз не подымает.

– И как она? – произнесла Таша, причем таким тоном, словно про лошадь спрашивала.

Цеси что-то негромко ответила.

– А кроме беготни за Айри что-то умеет? – с ленцой спросила Дара, наклонившись к левому уху Цеси и поигрывая правой рукой прядкой ее волос.

Саманта чуть приподняла брови на такую явно выказываемую фамильярность. Цеси же снова ответила негромко. Но, видимо, что-то хорошее, раз Ками явно приободрилась.

– Да? – с сомнением произнесла Дара. – Ну, поглядим.

Цеси повернула голову назад, и Саманта увидела ее лицо. А та улыбнулась! И сказала что-то, причем с таким видом, что сразу стало понятно о чем... Про что и с кем.

«Вот почему они приехали именно сейчас?!» – Саманта едва сдержалась, чтобы не сплюнуть от злости.

Замок Аванти. Главное здание. Комната Саятаны Тайфол

Мара Тайфол молча смотрела на склонившуюся в глубоком поклоне Саятану. Вздохнув, она обошла сестрицу и подошла к окну. За стеклом был сад, и это раздражало. Ухоженно, миленько. За стенами замка не дикая степь, а такой же ухоженный город... В котором, как оказалось, еще опаснее, чем в поле.

– Мар, – дрогнувшим голосом произнесла Саятана, и в ее голосе звучал не вопрос, а тоска...

Старшая Тайфол тяжело вздохнула. Ее черты обострились, губы вытянулись в нитку, глаза сощурились. Она через плечо посмотрела на Саятану.

Та стояла с совершенно прямой спиной. Бледная, даже белая. Кулаки сжаты, руки вытянуты по швам. В ее синих глазах, так похожих на глаза Брана, застыла боль...

...Это была не пощечина. Мара Тайфол била кулаком по лицу не щадя. Но била она не виновницу. Не было тут виновных, кто мог предугадать такое. Она била по тоске, по бессилию. Мара Тайфол была отлично знакома с этим чувством, которое, если оставить все как есть, начнет буквально съедать тебя, выедать душу, сжигать ненавистным пробуждением после ночного забытья. Старшая жена Брана Тайфола отлично знала свою сестрицу. Ее упертость и мнительность. Поэтому сила удара была такова, что Саятану буквально снесло с ног, и она оказалась сидящей у стены.

– А ты... – произнесла Саятана хриплым булькающим голосом. – Все такая же... Беспощадная.

Она повернула голову вбок и сплюнула кровь. Ее нос прямо на глазах стремительно опухал, под глазами уже появились синяки. Кровь из носа заливала подбородок и пачкала безукоризненно белый воротник платья.

– Ты видела? – звякнул металлом голос Мары.

– А ты как думаешь? – Саятана, естественно, сразу поняла о чем, точнее о ком речь.

Женщина скривила губы и с горечью продолжила:

– В груди словно сердце режут, а ты... – Саятана задохнулась от накатившей ярости. – Взрослая! Одаренная! И бесполезная!

В тишине комнаты заскрипели зубы.

– И ничего... ничего не можешь сделать... – тусклым голосом закончила женщина.

Женщина закашлялась, прижимая ко рту ладонь. Вытерев кровь с подбородка, она уронила руку и опустила голову, смотря перед собой невидящим взглядом.

– На башне было легче, – тихо выдала она. – Гораздо. Даже когда Брана... Все равно...

Саятана вдруг всхлипнула. Мара, смотря на нее, тоже подозрительно сверкнула глазами. А потом, опустившись на колено, молча сгребла эту великую волшебницу в охапку и прижала к себе.

Арантон, замок Аванти. Утро следующего дня. Комната Аринэля

Странно. Это было странно. Сегодня он проснулся в таком положении, что должен чувствовать себя замурованным заживо. Но вместо этого было приятно. Да, черт возьми! В его кровати три женщины! Как и вчера вроде как. Но нет, это по-другому. Дара и Таша устроились, как хозяйки. Даже не так, как жены. То есть Аринэля обнимали со всех сторон и прижимались к нему всем мягким. Голышом, понятно. Может, в этом дело? Но почему-то же было ощущение... прям вот словно в груди разливалось что-то теплое и ласковое, одновременно с ощущением «своего»... Ну и да, пардон, запасы семяхранилища были дивно пусты, сестры Хейгар забрали все, что им причиталось, оптом.

«Мне кажется, или Дара неравнодушна к Цес? Причем сильно неравнодушна», – вспомнился Аринэлю вчерашний вечер.

Со стороны Таши Аринэль не заметил такой тяги потискать его служанку. А вот Дара использовала любую возможность...

Собственно, а почему нет? Сколько можно говорить, это другой мир. Да, тут женщины не служат массово в армии, но все же служат. Да, их на первый взгляд не радикально больше, чем мужчин... Но только на первый. Вот взять тех же орков. Если вспомнить, прикинуть и мысленно построить в один ряд всех членов племени... То выяснится, что женщин определенно больше. Причем даже не в два раза.

«Ну, как говорится, и?..» – усмехнулся Аринэль.

Вот честно. Какая, нахрен, разница, кого больше или меньше? У него вокруг прекрасные девушки. Вот не хватило бы, это была бы проблема! А так... Все путем. Ну нравится девушкам друг дружку целовать и трогать, так и чего? Кто-то против, хе-хе? Тем более, тут это было прям вот совсем обычным делом. Вот совсем и полностью. То есть не просто «смотрели сквозь пальцы» или «видим, но не видим», а на одном уровне с отношениями между мужчиной и женщиной. То есть ничего странного... Но и демонстрировать все же всем не надо, целуйтесь дома.

Да, Аринэлю это было в слегка так в диковинку... Так еще же лучше! Это так поднимает... настроение, что он даже вчера Дару с Ташей удивил своей настойчивостью. Дара потом даже тихонько выясняла у Цеси, как тут было с постелью. Как им объяснить, что вид целующихся девушек, когда твой... хм, в одной из них, это очень... Очень!..

...– Без нас ты больше никуда не поедешь! – заявила Дара, причем ее тон не допускал возражений.

При этом она надела лишь штаны. И ее грудь дерзко уставилась сосками прямо в лицо парня. Тот слегка улыбнулся.

– Хм, я так-то в академию собираюсь осенью, – заметил он.

– И?.. – выгнула бровь Дара.

– Честно, я даже пока не интересовался, где я там жить буду, – ответил Аринэль, почесав в затылке. – Хотя... Вряд ли в общаге...

– В общаге? – не поняла Таша.

– Ну, это такое место, где живут несколько человек в одной комнате, – пояснил парень. – Общее житие. Общежитие. Общага.

– Цес же ты берешь с собой, – заметила Дара.

– Ладно, убедили! – усмехнулся Аринэль. – Только вот честное слово, девчонки. Я еще не узнавал, как и что. Если пошлют меня одного вначале, не обижаться, хорошо?

– А в Империи постоялые дворы, что ли, отменили? – усмехнулась Дара. – Найдем, где переночевать.

– Мне отец рассказывал... – негромко заговорила Ками.

(И нет, она не спала с ними! Только что пришла!)

– Ну? – побудила ее к дальнейшему рассказу Дара.

– В Артезиусе очень дорогое жилье, – продолжила Ками. – Там же...

Она покосилась на Аринэля.

– Да говори прямо, – усмехнулся парень. – Место для богатеньких. Это логично. Разберемся. Вон, у Аванти там особняк имеется. Можно у них сначала поселиться, не откажут... Особенно теперь. Э-э, Таша?

Орчанка в процессе беседы каким-то образом оказалась за спиной Аринэля. А сейчас обняла его сзади, и ее дыхание чувствовалось на плече. К тому же она была выше ростом и габаритами побольше... О да, особенно передними, которые сейчас парню в спину, а точнее почти в шею упирались. Кстати, а она вообще еще не оделась...

– Наш муж, – произнесла Таша, слегка укусив за плечо, – уже вождь.

– Само собой! – Дара произнесла эту фразу с превосходством.

«О чем это они?»

Тем временем руки Таши залезли под пояс штанов Аринэля...

Аринэлю в прошлой жизни не удалось побывать на встрече монарха. Наверное, потому, что наемнику несколько сложно это сделать, круг общения не очень подходящий. Зато когда был в армии, и приезжала какая-нибудь шишка из округа или вовсе из Москвы, это он помнил хорошо. Потому как лучших стрелков постоянно привлекали для показухи. Почему ему это пришло на ум? Так очень уж процедура была знакомой.

Сначала в замок прибыла охрана. Точнее ее авангард. Десятка два суровых мужчин в доспехах, которые сильно походили на кирасирские (честно говоря, Аринэль вспомнил при этом летучих польских гусар. Ну не историк он, чтобы помнить особенности и названия). То есть это были не те неподъемные полные латы, а такая более универсальная и соответственно легкая защита. Опять же кираса, с наплечниками и набедренниками. Наручи и поножи. Открытые шлемы с козырьком и гребнем. В руках пики. Притороченные к седлам полуторники. А вот стрелки, к удивлению Аринэля, были сплошь женщины. Часть с арбалетами, часть с луками. Понятно, что доспехи у них были гораздо легче, никаких кирас, бригантины. Шлемы такие же.

А еще с ними приехали двое. Мужчина и женщина. Совсем без защиты. Но в мантиях. Вот они какие, маги... Мужчина лет сорока, с недлинной бородой. Но он-то ладно. А вот женщина была, пардон, чуть не черной! А еще у нее были вытянутые к вискам миндалевидные глаза, длинные острые уши и ослепительно-белые волосы. Так Аринэль в первый раз увидел вживую дроу...

Его величество прибыл в карете, явно непростой, судя по толщине колес, солидности рессор и общим размерам. В карету была запряжена четверка орочьих скакунов, что было очень солидно по тяге, так как в карету, в которой ехали женщины Тайфолов, запрягалась всего одна такая лошадка и ей, судя по виду, было не тяжело. А тут четыре.

Карету тоже охраняли, что естественно. И те же кирасиры, и стрелки. Причем четыре бойцы, точнее... м-м, как это сказать, боец женского рода? В общем, четверка воительниц со странными арбалетами без дуг, ехали рядом с двумя возницами спереди и еще две сзади. А взгляды-то у них какие... М-м... Вот с этими девушками можно поговорить насчет стрельбы. Хотя поговорить вряд ли получится. А вот посостязаться...

«Так, стоп. Они уже и так смотрят больно пристально. Да-да, на тебя. И не льстите себе, вовсе не потому, что понравился».

Это Аринэль мог лично подтвердить. Каким-то неведомым образом, но Стрелок другого Стрелка всегда увидит. Точнее ощутит. Идешь вот так, бывало, по совершенно, казалось бы, безопасной местности. А потом раз и с чего-то начинаешь понимать, что нужно прятаться. Собственно, поэтому Стрелок, а не стрелок. Потому что закрепляешь и пестуешь это чувство, а значит выживаешь.

Парень встретился взглядом с теми дамами. Слегка улыбнулся. И отвел глаза. Точнее перевел их на дверь кареты.

Почему-то Аринэль ожидал увидеть брутального двухметрового мужика, в доспехах, напоминающих обвес робота, и с цельнометаллической короной на голове. И чтобы меч был как в японских мультиках. То есть чуть ли не больше владельца. Фиг его знает, почему у него сложился такой вот образ короля.

На деле оказалось, что король Та-Релии среднего роста, обычной комплекции и не носит при себе оружия. Никакого. Одет он был в блестящую, то есть явно дорогую одежду, но спокойной однотонно синей расцветки. Вот взгляд да, внушал. Командирский. Хотелось вытянуться по стойке «смирно» и есть начальство глазами. Вместо короны у него на голове что-то типа золотого обруча с синем камнем в районе лба, надо полагать, полевой вариант королевского знака различия.

Отец шел чуть позади короля. То есть вот сразу следом. Барон. Ну, учитывая то, что рассказывали про батю и тогда еще принца Деннара, это немудрено. Честно говоря, Аринэль слегка балдел от такого расклада. Посудите сами, пограничная крепость, типа все сурово и брутально, заведует всем этим тру-барон, который совершенно точно знает, с какой стороны надо за меч браться. А потом приезжает принцесса. Ха, как говорится. Ладно, может, принцесса, это самое, не сильно и принцесса, в смысле только звание. А тут отец заявляется чуть не в обнимку с королем. А тот не производил впечатление опереточного. Военные, которые его сопровождали, были ничуть не показухой. А это рядом, пусть и в красивых одеждах, а не в форме, были именно они. Еще бы Аринэль не понял. Поджарые, морды, вон, словно слегка топором обтесанные.

А еще Аринэль, стоя в шеренге встречающих, встретился глазами с невысоким, худым и сутулящимся мужчиной, совершенно непримечательной внешности, кроме носа. Нос был шикарный, старина Сирано бы поаплодировал. Большой рубильник, еще и с горбинкой. Светло-зеленые глаза, словно выцветшие на солнце, глядели равнодушно и как-то сквозь, что ли. Одет мужчина был во все черное, несмотря на жару. Только рубашка выглядывала из-под черного камзола ослепительно-белыми манжетами рукавов и таким же воротником. Оружия у этого человека не было, только трость в руках. Вот он определенно военным не был. Зато флер особиста ощущался прямо-таки задницей.

– Герцог Левиан Аккерман, – ответил Грег. – Не удивлен, что он приехал.

Аринэль задал вопрос, естественно, после того, как процессия прошла.

– Почему? – поинтересовался он.

– Потому что он начальник Дознания, – пояснил Грег. – Аккермана и его людей интересует все, что вредит Та-Релии.

«Ха, не ошибся. Безопасник...»

...Они вошли в зал, который назывался тронным. Это название проистекало само собой из того факта, что здесь имелся трон. А раньше Аринэль его не замечал... А, это из-за того, что обычно он скрыт в нише, как это называется... Шторой? Портьерой? В общем, занавесом таким, от потолка до пола.

Король дошел до этого самого трона, который представлял собой большой и широкий, а также весьма массивный стул, богато украшенный само собой. Материал обивки отливал золотом, по темному дереву вились серебряные и золотые нити узоров.

За троном висело золотое знамя. На нем был черный круг. В круге белый силуэт горы с одиноким пиком. На этом самом пике, на самой вершине стояло дерево, с очень широкой кроной (опять же стилизованное). Романтично. А еще силуэт дерева явно имел какой-то смысл и должен быть легко узнаваем. Над кругом нарисована корона. Белая, обведенная красным. И с одиннадцатью зубцами.

Его величество, эффектно взмахнув длинным золотым плащом, с таким же гербом, как на знамени (естественно), сел на трон и обвел отеческим взором стоящих в зале. Кстати, род Тайфолов скучковался в одном месте... Рядом с хозяевами, то есть Аванти. Впереди у обоих семейств стояли мужчины, то есть Бран Тайфол, Грег, Аринэль и Ремулус Аванти с Трелоном. О, кстати, а они одни стояли прямо перед троном, остальные присутствующие по бокам.

Этот жест трудно было истолковать по-другому. Король приказывал подойти. Они и подошли. Аванти стояли справа от Тайфолов и чуть впереди. Остановившись, мужчины обоих родов чуть ли не синхронно опустились на одно колено, конкретно на правое, упираясь при этом кулаком правой же руки в пол. Мара Тайфол, а также сестры Виона и Алетта (да-да, Рэйса, потом ты мне, сестричка, конечно же припомнишь) проделали то же самое. А вот мама Саятана и Саманта, как и жены маркграфа, с женой Трелона сначала прижали руки к груди (именно к груди, а не к грудям, то есть чуть выше) выставили вперед правую ногу и низко поклонились, оказавшись на одном уровне с коленопреклонившими.

– Вам известно, маркграф, для чего я прибыл сюда? – голос его величества был вот ровно такой, какой и должен быть у короля.

То есть уверенный баритон, с глубокими нотками. Королю бы фильмы озвучивать.

– Рискну предположить, ваше величество, – ответил Ремулус Аванти, подняв голову. – Для того, чтобы лично оценить, насколько было оправдано мое назначение.

– Это мне и так известно, маркграф, – холодно ответил монарх. – Что же, раз вы не знаете, я скажу сам. Я прибыл сюда для того, чтобы назначить на присоединенные к моему королевству новые земли управителя. Но произошедшее здесь, в Арантоне, мы тоже обсудим. И я сделаю выводы.

Деннар сделал жест, чтобы все поднимались.

«Интересно, а он всегда зовет только по титулу, – подумал Аринэль, вставая. – То есть это регламент такой или показатель недовольства?»

А на них прямо-таки пялились. Только сейчас он стал понимать, точнее прочувствовал торжественность момента. Два рода стояли в коридоре из других подданных королевства. Судя по одеждам, не самых бедных подданных. И исходя из количества гербов, еще и знатных. И это еще же не столица. Если уж тут пробирает, то что было бы в королевском дворце?

«Не дай магия там побывать», – поежился Аринэль.

На нем скрестились оценивающие взгляды. И в них читались недоумение, удивление, интерес, зависть. В общем, это давило, и сильно. Непросто, оказывается, быть выделенным, да.

– Барон Тайфол, – негромко, но весомо произнес король.

– Грег, Ари, – в свою очередь сказал Бран.

Мужчины рода Тайфол сделали несколько шагов вперед. Прибывшие вместе с королем люди стояли возле трона и их взгляды были сплошь тяжелыми, холодными. Кроме герцога Аккермана. Тот глядел с явным интересом.

Сбоку вышел слуга в строгом черном костюме. В руках у него была алая подушка, на которой покоилось что-то типа диадемы. Отец опять опустился на одно колено, и сыновья последовали его примеру.

– Трудно оценить ваши заслуги перед королевством, бывший барон Тайфол, – глубокому, звучному голосу короля явно не хватало объема помещения. – Уничтожение матки дерра стало в ряду ваших дел венцом, за которым следует... воздаяние, от которого вы... Ты, Бран, упорно отказывался.

Переход на такое свойское общение не прошел незамеченным. По залу прокатилась волна удивленных шепотков. А Аринэль, все так же стоя на колене, ощутил, как внимание окружающих начало прямо-таки придавливать.

«Кстати, а где Криста?» – подумал парень, вспоминая, что девушку он не видел.

Тут постоянный звуковой фон из негромких фраз стих, словно люди вокруг исчезли. Аринэль поднял голову, чтобы оглядеться... И увидел короля, стоящего (!) рядом с отцом.

– Поднимись же, маркграф Тайфол, – произнес Вестфолен, с улыбкой смотря на Брана Тайфола. – Отныне, как герою Та-Релии и родственнику нашему, тебе позволено не преклонять колено перед троном. Тебе и всем Тайфолам, пока служат они королевству нашему.

Бран Тайфол встал. Поднялись и Грег с Аринэлем. А король тем временем наклонился к отцу.

– Вот видишь, Бранни, – очень тихо произнес его величество. – Все решаемо.

Бран досадливо скривился.

– И все равно я не согласен, – ответил он также тихо. – У тебя зятьев мешок.

– И кто из них Тайфол? – многозначительно ухмыльнулся Деннар.

«Интересно, о чем это они?»

Тем временем король вернулся на трон. А вперед вышел довольно пожилой мужчина. Он был не просто в форме, то есть в темно-синем камзоле и таких же штанах, по швам которых была пущена красная нить. Он был в начищенной чуть не до зеркала кирасе, на фибуле в форме щита имелся малый королевский герб, то есть та самая гора с деревом. Получается – это был кто-то из высшего командного состава. Мужчина вышел и уставился прямо на Аринэля немигающим взглядом серых глаз.

– Именуемый Аринэлем Тайфолом, бароном Тайфолом, – заговорил мужчина.

– Это мое имя и имя Рода моего, – на автомате ответил парень.

«Да, сестренка. Как благодарить, прям даже не знаю».

Ну, нравилось Саманте устраивать награждения за «подвиги» своего рыцаря. Другое дело, что этот мужчина должен был вначале обратиться к отцу. Но, видимо, тут какие-то дела проворачивают, так что эту игру ломать не стоит.

К мужчине сзади подошел совсем юный парень, как бы не одного возраста с Аринэлем. Несмотря на это, он был экипирован, как воин, и слева на боку была видна рукоять меча. Подав старшему что-то типа папки или книжки, парень, бросив почему-то завистливый взгляд на Аринэля, наклонил голову и отошел назад. Мужчина же, раскрыв книжку, размером примерно с альбомный лист, принял гордую позу, и в зале зазвучал его зычный командирский голос.

– Я, комендант замка Рорен, – торжественно продекламировал мужчина. – Во исполнение воли его величества, короля Та-Релии, герцога Церантон, маркграфа Меридис Деннара Релия Вестфолен, по представлению маркграфа Аванти объявляю!

Мужчина сделал паузу, набирая в грудь воздуха.

– С дня восемнадцатого, лета четыреста семнадцатого года новой династии считать барона Аринэля Тайфола действительным рыцарем, с подтверждением сего звания в замке Рорен. Присоединить к титулу барона Тайфола именование «рыцарь Тэйдэяхан», по подтверждению этого статуса! Дано двадцать седьмого дня лета, четыреста семнадцатого года новой династии!

Замок Аванти. Вечер. Кабинет маркграфа Аванти

После стука дверь практически сразу распахнулась. Открывший ее слуга отошел в сторону, и в кабинет стремительно прошел король. Сидевшие тут Бран Тайфол, Ремулус Аванти и Левиан Аккерман прервали беседу и посмотрели на его величество. А потом, словно спохватившись, они встали и поклонились.

– Вот только давайте без этого, – поморщился Деннар. – Я вашего юмора еще в Академии наелся.

– Мы выказываем уважение вашему титулу, ваше величество, – со смиренным видом ответил Ремулус.

– Да пошел ты, – беззлобно ответил король и махнул слуге.

Тот вышел за дверь и прикрыл ее. Деннар же дошел до дивана и плюхнулся на него. Остальные тоже заняли свои места.

– Ну, наливайте, – кивнул он на бутылку вина, которая стояла на рабочем столе графа Аванти.

– А что сам, руки отсохли? – поднял бровь Бран Тайфол.

– Вот значит как, – сощурился король. – То титул и ваше величество, то сам наливай?!

– Позвольте мне, – произнес Левиан. – Мне по должности положено втираться в доверие.

– Подхалим, – заметил Ремулус.

– Видящий перспективу, – возразил Левиан, беря бутылку.

Аванти пододвинул пустой бокал. Четвертый. То есть короля тут ждали, на самом деле.

– А теперь давайте... – заговорил Деннар и отпил из бокала. – Рем, почему у тебя вино лучше моего?

– Ну, мне тоже нужно подольститься, – ответил тот. – Поэтому достал запас.

– Сплошные лицемеры, – вздохнул Деннар. – Ладно. Давайте по сути.

– Первая зацепка – это Айтонолы, – заговорил Тайфол. – Слишком вовремя они засуетились. Может быть, старик Сайор просто не верил в то, что с антами удастся справиться, но для этого можно было и не рвать помолвку. А просто подождать результата.

– И для этого вовсе не обязательно убегать в империю, – вставил Левиан. – Хотя дела у них здесь шли так себе. С ними мы уже работаем, но я думаю, на серьезный результат там рассчитывать не стоит. Скорее всего, Сайор просто сделал выводы из слухов.

– Слишком правильные выводы, – заметил Деннар. – Поэтому я тоже хочу узнать их.

Он задумчиво покрутил в руке бокал.

– Думаю, мы вправе применить методы, – сухо произнес король, – которые позволили в нашу сторону.

– Ваше величество? – вот теперь было четкое понимание, что беседует монарх и его подданный.

– Мне это сильно не нравится, Левиан, – сказал король. – Слишком нарочито, слишком открыто. Ниточки в Кантос – они же, как канаты. Нас подталкивают к очевидному решению.

– Хорошо, что я не ввязался во все это, – заметил Тайфол. – Слушаю вас и прям зубы сводит.

– Ты думаешь, тебе удастся отсидеться в степи? – невесело усмехнулся Деннар.

– А то ты дашь, – вздохнул Бран. – Даже дочь не пожалел, тиран.

– Ну, тут ты сам виноват, – заметил король. – Не я вскружил юной деве голову так, что она десять лет стремилась стать «достойной».

– Я ничего особо не делал, – пробурчал Бран.

После этой фразы на него иронично поглядели все присутствующие.

– Вот только давайте без ваших комментариев, – поморщился Тайфол. – Ничего нового я не услышу.

Мужчины дружно и понимающе улыбнулись.

– А знаете, – произнес Деннар. – Давайте забудем на сегодня все. Пойдемте в терму. Ремулус тут прям имперскую соорудил. Сибарит. Вот поймаю за растрату!

– Лови, – равнодушно ответил Аванти. – Хочешь, сам признаюсь?

– Ага, чтобы ты уехал в Империю? – Деннар погрозил пальцем. – А я тут буду один тянуть все, да?

– Ну, Брана-то ты теперь привязал, – ответил Ремулус. – Он никуда не денется.

– А это идея! – король откинулся на спинку дивана. – Сколько ты уже женат?

– Твое величество, иди в лес, – ответил Аванти. – Мне двух по горло. Я ж не вы с Браном.

– Эй, ты сейчас на что намекаешь? – возмутился Тайфол.

– Я не намекаю, я прямо говорю, – ответил Ремулус. – Вы бабники.

– Да что ты говоришь... – протянул Деннар. – Может, мне поделиться с твоими женами подробностями поездки в Эшмаэн?^[34]

– Да теперь-то уж что, – махнул рукой Аванти.

– О, уверен они оценят некоторые моменты, – усмехнулся король.

Арантон. Раннее утро. Особняк семьи Гростайр, 29-й день лета (2 дня спустя)

Дварф и упрямство – это практически синонимы. А уж сказанного публично, да еще если это сделал глава Семьи, будут придерживаться неукоснительно, даже если с неба начнут камни валиться. Но жизнь есть жизнь. Именно поэтому Дорин Гростайр сам, лично, ибо приказал слугам не выходить из комнат, открыл одно из окон на первом этаже, недалеко от комнаты дочери, а потом не спеша ушел в сторону своего кабинета...

...Четыре тени в предрассветных сумерках перескочили забор и подобрались к окнам на первом этаже. Один из ранних утренних гостей достал кинжал и поддел створку окна.

– Все путем, – сказал он, когда одна половинка распашного окна приоткрылась.

Вскоре тот, кто открыл окно, и второй, который был выше всех, бесшумно забрались внутрь. Спустя несколько минут до тех двух, которые остались ждать снаружи, долетел еле слышный шум. И вскоре их подельники появились у окна.

– Принимай! – сказал один из них.

И подал в окно что-то, обернутое в белую ткань. Это что-то сильно напоминало тело... Следом за первым свертком последовал второй...

... Когда эта четверка перелезала через забор особняка Гростайров на улицу, мимо прошел патруль. И воины демонстративно не заметили матерящиеся фигуры, перетаскивающие через забор особняка прекрасно видимые в утренних сумерках белые свертки из ткани.

– А чтоб тебя, Грег! – зло прошептал один из закутанных в плащ людей. – Смотри, куда прыгаешь!

– А не суй ноги! – огрызнулся тот. – Давай, понесли!

– А что, без служанки никак было? – так же шепотом спросил третий, берясь за ноги похищенной. – Потом бы приехала!

– Куда? – ответил ему напарник, тоже забрасывая сверток на плечо. – Мы ж тут вроде как похищаем!

– Вы психи!

– Мы Тайфолы, – в голосе отвечавшего послышалась усмешка. – У нас традиция такая.

Похитители тайно проникли в замок Аванти... через открытую привратную дверь. Охраняющие ее воины куда-то запропастились. Вообще службу не тащат, дрыхнут, наверное!

Впрочем, как только эти четверо прошли, караул как по волшебству вновь появился, и здоровый мужчина, с изображением меча на зеленом плаще, ухмыляясь, запер дверь.

Четверка, со свертками на руках, пересекли плац и совершенно без палева, прямо под фонарями, зашли в главное здание. А дальше они, дисциплинированно отдав оружие встречавшим их служанкам (точнее, подставили бока, чтобы мечи сняли, руки-то заняты были!), прошли к лестнице и поднялись на второй этаж.

Вскоре Аринэль размотал девушку, которую они тащили с Дарианом.

– Я чуть не задохнулась! – накинулась на них молодая дварфка. – И у меня синяк будет на попе! Кто из вас меня лапал?!

Дариан, снявший в этот момент капюшон и маску, стал еще более смуглый. Наверное, это была игра света. А Грег Тайфол, уже тоже распаковавший свою ношу, так и остался стоять на колене возле второй девушки, которую они несли вместе с Трелоном. Дама, несмотря на то что ее похитили прямо из кровати, была одета в дорожную одежду. Как и ее служанка, кстати. Такое вот совпадение. Девушка слегка смущенно смотрела на Грега... Не отрываясь.

– Прости, это я, похоже, – криво усмехнулся Аринэль, отвечая служанке. – Я не специально, честное слово.

– Да-а? – недоверчиво смерила его взглядом дварфка. – Хм, ладно, поверю на первый раз.

– Вот спасибо! – с легкой иронией ответил Ари и, обращаясь к брату, произнес: – Грег! Я все понимаю. Но нам тут как бы пора убегать. Мы ж наглые воры и все такое. Да и отец сказал, чтобы мы сильно не задерживались, он хотел пораньше выехать.

– Я распоряжусь насчет лодки, – усмехнулся Трелон и вышел.

– Да, – отстраненно ответил Грег, не отрывая глаз от суженой, точнее, пленницы. – Пора.

А нахально уворованная особа не менее внимательно глядела на него. Видать, запоминала, чтобы потом опознать похитителя.

Мелика Гростайр, собственно, как и все женщины дварфов, была невысокого роста, где-то, хи-хи, метра полтора! А если серьезно, не сильно выше, около метра шестьдесяти. Ее служанка, с подозрением посматривающая на парней, которые ее несли, тоже не сильно отличалась в высоту. Зато обе были удивительно одарены для таких малышек. Ну, вы понимаете, хех! Не пятые размеры, хвала Магии, но весьма выпукло! Кстати, задние габариты тоже были ничего, есть за что ухватить, да.

– Что, нравлюсь, эр рыцарь? – усмехнулась служанка Мелики.

– Само собой, – спокойно ответил Аринэль. – А что, не должна?

– Какой вы решительный, господин, – в голосе девушки проскочили одновременно с веселыми и нотки... те самые.

– Нам, героям, по-другому никак, – усмехнулся парень.

Глава 1

59-й день лета (три десятины после событий в Арантоне). Маркграфство Тайфол. Замок Тайфол. Комната Аринэля

В памяти осталась боль. Не так. БОЛЬ! Старик Цевитос нисколько не преуменьшал, оказывается. Наоборот! Даже смягчал реальность! Вчерашний день все еще отзывался в памяти самым натуральным отвращением. А эта операция сильно походила на пытки!

Аринэль открыл глаза. Над ним были новенькие доски, что логично, дом целиком и его комната в частности подверглись ремонту. Парень выдохнул.

«Везет мне, как утопленнику. То ослепну, то... без рук остался».

Сегодня он спал один. Честно говоря, это было даже уже непривычно. К хорошему быстро привыкаешь! Аринэль поморщился. Руки заныли. И чем дальше, тем сильнее будут ныть. И это было немудрено. Вчера... Их без всяких скидок разрезали, раскрыли, как книжку. И если сам процесс разреза проходил с отключением болевых ощущений, то, когда укладывали эту нитку (Аринэлю описали, из чего она, в общем, там, в составе чуть не волосы императрицы), он в полной мере ощутил все прелести процедуры. Казалось, еще немного и он пережует ту штуку, типа кляпа, которую ему в рот вставили. После того, как привязали к столу. И каждое движение этих... целителей отзывалось такой вспышкой боли, будто они там солью посыпали, не торопясь, тщательно, а по пути еще и сбрызгивая кислотой.

Аринэль выдохнул, отходя от «приятных» воспоминаний. Боль ввинчивалась в плечи, даже движение грудной клетки при дыхании отзывалось пульсациями в руках. И обезболивать было нельзя, так сказал Цевитос. Это необходимый этап. И да, поработали с обеими руками, обосновав необходимость этого кучей малопонятных терминов.

– Господин? – раздался голосок Цеси.

Над ним появилось лицо девушки, на котором было прописано сострадание. Бровки домиком... О, магия, какая же милашка... Ага, реакция есть, значит, еще не все потеряно!

– Цес, – через силу улыбнулся парень.

А глаза девушки подозрительно заблестели. Аринэль попытался приподняться, утренние... мероприятия требовали посещения места уединения. Вот только реальность немедленно поплыла куда-то вбок, и какая-то опустошающая слабость пригвоздила к кровати.

– Господин, вам нельзя двигаться! – всполошилась девушка.

– Это я уже понял, – слабым голосом ответил Аринэль. – Но... Мне надо!

На лице Цеси сначала появилось недоумение, а потом она, по всей видимости, поняла, раз слегка зарумянилась.

* * *

Наверное, это хорошо, что Ари веса небольшого. Иначе девушкам пришлось бы тяжелее. Но дьявол, как же это стыдно!

– Цес, держи, – в голосе Дары не было ни усмешки, ни иронии.

Они с Ташей это все делали с такими серьезными лицами, словно не парня в туалет притащили, а в тронном зале стояли.

Цеси как-то пугливо коснулась органа, отвественного за слив лишней жидкости.

– Возьми нормально! – натурально рыкнула Дара. – Что ты как целка?! В первый раз его видишь, что ли?!

Цес покраснела. Но указанный орган взяла уже не кончиками пальцев. Между прочим, орчанки сейчас держали парня, пардон, под ягодицы, придерживая за спину, потому как руки не то что поднимать, просто трогать было невыносимой пыткой. Они словно горели при этом. Изнутри...

– Взяли, – скомандовала Дара, когда жидкость кончилась, и Цеси, все такая же бордовая, вытерла... младшего.

Таша кивнула, и сестренки натурально подхватили Аринэля на руки. Даже эти, практически не зависящие от него движения отзывались такими приходами, что в глазах темнело. Пока его несли в комнату, парень пребывал в полубреду.

И вот, наконец, под ним кровать. Аринэль выдохнул с облегчением сквозь стиснутые зубы. Боль в руках немного уменьшилась, до вполне терпимых величин. Подумаешь, зубы в руках ноют. Вот когда их начинает натурально раздирать, вот это было интересно...

Лоб и щеки были мокрые. Тут же их коснулся платок. Цеси на страже, Аринэль даже слегка улыбнулся. Правда, зрение что-то подводило, резкость никак не желала настраиваться, вместо лиц были светлые пятна. Чуть скрипнула дверь. Из коридора донеслись негромкие голоса.

– Ну-с! – раздался в комнате бодрый, слегка дребезжащий голос, от которого Аринэля натурально передернуло.

Это вошел один из его мучителей. Мастер Конрад Шенфарус. Целитель. Среднего роста, довольно плотный мужчина, с мясистым бульдожьим лицом. Кстати, это совсем не мешало ему иметь успех у противоположного пола, студентки, которые приехали с ним, буквально не отрывали взора от своего руководителя практики. Ах да, приехал этот товарищ в маркграфство вовсе не для операции Аринэля. А на полевую практику. К матке то есть. И к антам. А мастер Цевитос привлек его к процедуре. И, судя по довольному лицу Шенфаруса, они там какой-то эксперимент проводили. Отбитые маги... Маньяки-расчленители!

– Как вы чувствуете себя, молодой человек? – встал рядом с кроватью этот живодер.

– Просто отлично! – прохрипел Аринэль. – Только в горле слегка сушит... Можно вина попросить?

– Наличие чувства юмора – это показатель того, что пациент желает выздороветь! – заметил Шенфарус. – Ну, или смирился с судьбой.

– Не дождетесь! – просипел Аринэль.

– Какое похвальное стремление к выздоровлению! – ухмыльнулся целитель. – Так, попрошу всех выйти. Нам нужно осмотреть его.

– Все вышли? – спросил через некоторое время Аринэль.

– Да, – с некоторым любопытством ответил Шенфарус.

Аринэль буквально обмяк в койке. Его словно придавило к кровати многотонным прессом, и он растекся по простыне, словно студень.

– Лучше бы меня еще раз сайхог подрал! – выдохнул парень. – Знал бы, хрен бы согласился на это дерьмо! Драть меня в зад всем табуном! Мать моя эльфа!

– Вы определенно настроены на успех, – прокомментировал мастер Шенфарус...

...– Несмотря на сложности в процессе, – произнес мастер Шенфарус, – приживление нитей произошло на удивление нормально. Видимо, тут помогает наследственность.

– Я думаю, дело еще и в том, – заметил мастер Цевитос, – что Аринэль уже прошел первичный этап инициации.

– Да, несомненно, это тоже повлияло, – откликнулся Шенфарус. – Вы, господин Тайфол, выступили просто превосходным образцом для испытания нитей.

– Я... бесконечно счастлив... мастер, – хоть голос парня после проведения этой замаскированной под осмотр пытки был слабый, но яд в нем прямо-таки сочился.

– Молодой человек, уверяю вас, – целителя совершенно не смутил тон парня, – эти нити прошли все необходимые этапы испытаний. Я никогда не применяю средства, которые имеют меньше двух третей круга на успех.

– Вы прямо... успокоили... меня, – прохрипел Аринэль, у которого все еще звездочки в глазах сверкали. – Десятина... Этого удовольствия... Я... рад до визга.

– Да, обычно это происходит за несколько дней, – кивнул Шенфарус. – Но и приживляют нити еще не инициированным одаренным, которые либо не использовали, либо мало использовали магию. В вашем случае вполне мог произойти рецидив. Мог, мог.

Это целитель отреагировал на недоверчивое выражение лица парня.

– Судя по вашему поведению, молодой человек, – усмехнулся Шенфарус, – вы сторонник активного образа жизни. А в этом случае ситуации, когда необходимо напряжение всех сил, не заставят себя ждать. Поэтому я и санкционировал применение именно этих нитей. Тем более, у вас определенно склонность к боевой магии, и поэтому разветвленный, а не единичный канал – вам будет весьма кстати.

* * *

Дверь в комнату Саятаны Тайфол, жалобно звякнув задвижкой, распахнулась от мощного удара. Впрочем, хозяйку комнаты сей факт мало взволновал. Она лишь повернула голову, в сторону входящих Мары и Каяры, хватаясь при этом за стол, чтобы сохранить равновесие. За женами маячил мрачный Бран.

– Я так и знала, – вздохнула Мара, увидев обычно изящную Саятану в весьма непрезентабельном виде.

На Саятане были какие-то обноски, чуть не дерюга. А если быть точнее, это когда-то была красивая ночная рубашка. А на столе перед женщиной стояла целая батарея бутылок. Пустых. За одну Саятана сейчас держалась. И ее вид говорил о том, что она едва понимает, где находится. Каяра приподняла брови, увидев сестрицу в таком виде.

– И сколько ты намерена себя обвинять? – произнесла Мара, подойдя к Саятане.

Та ничего не ответила, только опустила голову.

– Бран, хоть ты скажи ей, – сказала старшая жена. – Меня она, похоже, вообще не слышит.

– Аринэль – не ребенок, – произнес Бран. – И никто не обязан был опекать его. Он мужчина и воин. И сам определяет свою судьбу.

– Спасибо, отец! – язвительно произнесла Мара. – Прямо-таки подбодрил!

Саятана и вправду всхлипнула. На стол упали слезы.

– Никогда бы не подумала, – произнесла Каяра, – что наша леди такая чувствительная.

Саятана бросила взгляд на орчанку, левый глаз которой был прикрыт повязкой. И опять всхлипнула.

– Так, забираем ее и на кровать, – распорядилась Мара. – А то она, похоже, с вечера тут пьянствует, так и не ложилась.

– Ну, п-п-почему? – вдруг пробормотала Саятана. – Почему его, а не... меня?!

Она попыталась взять полупустой бокал, но лишь толкнула его. Тот упал и покатился по столу, разбрызгивая вино.

– Опять старая песня, – вздохнула Мара. – Давайте, тащите. А я пойду, найду нашу эльфу. Она тоже... Где-то забилась. Как бы чего не выкинула.

* * *

Аринэль не уснул. Уснешь тут, как же. Похоже, его просто вырубило. Когда он очнулся, первые секунды бодрствования была натуральная нега. Ничего не болело. Но боль быстро вернулась. Тягучая, тянущая, выворачивающая. Парень закряхтел и мысленно прошелся малым флотским загибом по всей этой ситуации.

В комнате был полумрак. Видимо, на дворе была ночь. Рядом кто-то мерно сопел. Аринэль осторожно повернул голову, чтобы не усилить «кайф». На кровати никого не было. Сопение раздавалось откуда-то снизу. С пола, что ли?

Парень вздохнул и поморщился. Боль чуть усилилась. Но... Уже воспринималась не так остро. Привыкание? Только бы мазохистом не стать с такими приколами. А еще... Как потом грабки-то действовать будут? Только вроде бы освоился. Может, вовсе не надо было... Да не, это глупо отказываться от такого преимущества.

Аринэль прикрыл глаза. Облизал пересохшие губы. Забавно. Эта ситуация почему-то вызывала ностальгические воспоминания. Словно он снова лежит в той хижине, в джунглях. Только за стеной не перекрикиваются птицы и не шумят кроны. Да и не было той выматывающей жары. В общем, еще довольно шикарные условия. Там его обхаживал старый индеец, а тут три красивых девушки! Правда, внучка у старого Виха была огонь, просто пожар, да...

Интересно, судьба столько раз предлагала ему выбор. Остаться или уехать. И каждый раз он выбирал уехать. Находились какие-то очень важные дела или люди ждали. А ведь в той деревне он мог быть вполне... Может, не счастлив, но доволен жизнью. Красавица жена, а там и до детей недалеко.

Старик, когда он уезжал, сказал, что больше Артем не вернется.

«Ты дух блуждающий, – испанский парень понимал через слово, но слово «Эспириту» было им понято четко. – На этой стороне не найти тебе покоя. Так и будешь скитаться. Это не твое тело, не твой путь. Ты перепутал».

И все в таком же духе. Тогда это показалось лютым бредом. А вот сейчас... Сейчас многое становилось понятным.

Аринэль скривился. Со стороны левой руки стрельнуло прямо в шею. И казалось, эта вспышка добежала до самого глаза. И даже не потереть. Нечем. Руки-то не просто забинтованы. Бинты перед перевязкой в чем-то вымачивали, и теперь они будто каменными стали. То есть да, что-то типа гипса. Есть только свобода движения в плечах... Но лучше пока ничем не двигать. Во избежание.

«Кстати, про детей. Цеси, Дара, Таша. Да, пока они еще не вошли в возраст. Но ведь когда-то войдут. Да, отец не выгонит на улицу, но все же имеет смысл подумать о собственном жилище. Тем более что мы тут вроде и сами уже бароны».

Наградой за сайхога от Аванти стала весьма неплохая сумма в золоте и звание почетного жителя Арантона. Деньги были еще даже почти не тронуты, только сестрам Хейгар парень купил по новой безрукавке и несколько отрезов ткани для Цес... и этой Ками. Да-да, девушка все-таки поехала сюда. Аринэль невольно вздохнул. Честно говоря, конечно, это прикалывало, что на тебя так запали. Эта Ками натурально взглядом ела. И вместе с этим это слегка напрягало. Вот не по себе становилось и все тут. Но в части заправить кровать, сделать малую приборку и вообще найти или организовать удобства, причем на ровном месте, Ками была прям... На высоте, что тут говорить. Даже Цеси хмурилась. А потом Аринэль и не заметил, как они, по всей видимости, до чего-то договорились и разделили обязанности. К концу дороги до дому сестры начали подкалывать брата, что он, похоже, специально ищет таких женщин, чтобы самому ничего не делать...

Из коридора в спальню упал серый квадрат слабого света. В проеме мелькнула чья-то фигура, судя по очертаниям – женская. Дверь почти бесшумно закрылась. Глаза Аринэля уже привыкли к полумраку, поэтому осторожно подбирающуюся к его кровати Саманту он увидел.

– Гарантию даю, тебе сказали меня пока не тревожить, – шепотом сказал Аринэль, когда Саманта подошла вплотную.

Сестра замерла. А потом кровать дрогнула. Ага, Анти забралась все-таки. А красивая она девушка. Очень красивая... Прям даже обидно, что такая красота достанется... какому-нибудь мужику. Лицо девушки было наполовину освещено. И знаете что... Саманта в самом деле... Даже на мгновение боль отпустила. Аринэль неуверенно улыбнулся. А Анти смотрела на него, внимательно так, словно запоминала. Ее пальчики коснулись груди парня.

– Это очень больно, Ари? – так же шепотом спросила девушка.

В ее голосе были теплота и тревога. Переживает.

– Ты пришла, – произнес Аринэль прежде, чем подумал, что и кому говорит, – и мне стало гораздо легче.

На лице Саманты отразилось легкое удивление. А потом оно, лицо, стало... Очень довольным.

«Так! Что-то, кажется, мы не то брякнули!»

А Анти склонилась над Аринэлем. Ее глаза... И губы. Они были так близко! Ее пальчики коснулись его щеки.

– Только скажи, – она говорила еле слышно, а ее глаза без всяких допущений, кроме шуток, сейчас слегка светились, – чем я могу облегчить твою боль? Я все сделаю для тебя, братик!

– Ты уже сделала, – ответил Аринэль (Ну, а что еще делать? Придется выруливать! Постепенно...), улыбнувшись. – Спасибо, сестренка!

Саманта в ответ натурально оскалилась. Веселым таким и злым оскалом.

– Не надейся! – произнесла она.

– На что? – не понял Аринэль.

Саманта ничего не ответила, пристально смотря прямо в глаза.

– Никто! – а теперь в ее голосе проскользнули откровенно маньячные нотки!

Ее губки изогнулись в безумной усмешке. А рука девушки прошлась по груди брата... И двинулась ниже!

– Братик! – было полное ощущение, что Анти сейчас зайдется в злодейском смехе!

Аринэль на полном серьезе заопасался.

– Анти! – зашептал он. – Ты чего творишь!?

– Мой! – а сестренку словно переклинило. – Мой!!!

И тут из-за спины Саманты появились руки и обхватили ее за талию. А к лицу девушки прижали платок. Девушка дернулась, забилась в хвате... И обмякла.

– Недооценили, – произнесла задумчиво Мира Рови, убирая платок.

Саманта же повисла на руках Ираи Таннаэр, служанки мамы Мары.

– Какая настойчивая, – с улыбкой сказала Ирая. – Не постеснялась даже магию применить!

Саманту стащили с кровати. Рослая Ирая подхватила ее на руки.

– Спокойной ночи, господин, – слегка поклонилась Мира, слегка улыбнувшись.

– И вам, Мира, – ответил Аринэль с облегчением.

Вскоре дверь за служанками закрылась. Парень перевел дух. Однако. Что это так впечатлило сестренку? Да, кстати, а кто тут спал-то? В этот момент из-под кровати раздался шорох. И вскоре в неверном свете уличного фонаря (да, цивилизация и сюда, в степь, пришла, но пока в небольших объемах) появилось личико Ками.

– Господин! – восторженно произнесла девушка. – Я... Это было так благородно, господин!

«Да, ант пушистый! В каком месте-то?!»

– Ками, – произнес почему-то вполголоса Аринэль. – А ты что тут делаешь?

– Оберегаю ваш сон, господин, – сразу же и уверенным тоном ответила девушка и, в ответ на вопросительно поднятые Аринэлем брови, добавила: – Я не думаю, что госпожа Саманта хотела навредить вам!

– Да уж! – выдохнул Аринэль.

Сестренка определенно не вредить приходила! Похоже, она собиралась изнасиловать братика, пока он иммобилизован! Тут Аринэль с опаской покосился на Ками.

– Господин! – с придыханием произнесла девушка.

– Чего? – с подозрением спросил парень.

– А можно? Чуть-чуть?! – девушка протянула дрожащую руку...

Куда-то в сторону... В общем туда, где ноги сходятся. Аринэль покосился вниз...

«Ох, ты ж бабушка лохматая!»

Анти, оказывается, таки успела стащить одеяло! То-то Мира улыбалась так загадочно!

– Эй! – А Ками время не теряла!

И вообще, где все?! Тут, понимаешь, практически насилие происходит!

Между тем пальцы Ками уже коснулись лобка парня. Девушка часто дышала, будто только что марафон пробежала. Глаза круглые и какие-то стеклянные, рот приоткрыт.

– Ками! – голос у Аринэля получился какой-то сиплый, задушенный. – Эй!

– Я только чуть-чуть, – шептала девушка в каком-то исступлении. – Немножко! Чуть-чуть... Чуть-чуть...

Аринэль попытался отодвинуться. И тут было забытая боль вернулась яркой вспышкой. Да такой, будто в глазах фейерверки бабахнули!

«Вот точно эти... дамы меня в могилу сведут!» – промелькнула мысль на пути в темноту.

Утро следующего дня. Комната Аринэля

Аринэль был готов поклясться, что им это нравилось. Да какой там нравилось! Они же натурально кайфовали! На лице у Цеси было такое умильное выражение, словно она своего ребенка кормила. А Дара и Таша, ухмыляясь, сидели у стола и внимательно наблюдали за процессом подачи пищи.

– Айри, – голос Дары был наполнен...

Да она же еле сдерживалась, чтобы снова не заржать!

– Я все больше поражаюсь от твоих умений, вождь! – продолжала орчанка. – Довести девушку до того, чтобы она вырубилась и лежала, пуская пузыри, при этом даже не коснувшись ее...

– Да я-то тут при чем?! – возмутился Аринэль.

Он сидел, прислоненный к спинке кровати, словно полено. Сначала его пробовали кормить лежа, но результат был таков, что он чуть не захлебнулся. Пришлось терпеть, пока его усаживали. В общем, теперь любое действие, строго по канонам садомазо, сопровождалось болью.

– Господин, когда кушаете, не надо говорить! – буквально пропела Цеси, загребая ложкой кашу в тарелке.

Парень, подняв бровь, в некотором недоумении посмотрел на свою служанку. А та лучезарно улыбнулась в ответ невинной улыбкой младенца.

– А-а! – протянула Цес, поднося ложку ко рту Аринэля.

Тот нахмурился и открыл рот. Таша в этот момент наклонилась к сестре и что-то ей негромко сказала. Дара, выслушав ее, широко улыбнулась. Аринэль, жуя кашу, с подозрением посмотрел на них.

– И мне интересно! – на нормальной громкости сказала Дара. – Потом посмотрим!

Аринэль решил не уточнять, на что это они там решили посмотреть. Потому что и так было понятно, какая цель, судя по их масляным взглядам. И тут вопрос. Это он такой уникум, что женщины натурально домогаются, или тут это норма? Как говорится, в чужую спальню не заглянешь, свою теорию не проверишь. На людях даже Ками вела себя скромно. Ну, более-менее. Разве что постоянно ее щеки алели... И она шептала что-то... В общем, не образец она. А так тут, несмотря на более простые брачные ритуалы, даже среди орков было не принято выпячивать отношения. Не то чтобы прям порицались те же обнимашки, но Аринэль лично видел, как какой-то мужик выхватил люлей от собственной жены, за то, что полапал за филейную часть... Правда, удар был такой, картинный. И мужик вообще не уворачивался... Да и несколько странно, что женщина решила поколотить суженого по нагрудной пластине доспеха. Короче, люди (а точнее, разумные) везде люди. Каждый сам определяет границы дозволенного. Самое кардинальное отличие от Земли, это то, что у одного мужчины может быть не одна жена. Да и то... В официальном плане...

...Мастер Шенфарус опять вломился в комнату без стука. Вот так да. Распахнул двери и сразу пошел к кровати. Аринэля после кормежки уже положили обратно, и парень занимался тем, что дожидался, пока утихомирятся веселые ощущения. Сегодня уже было не так... интересно. То ли привыкать начал, то ли на самом деле боль уменьшилась.

– Как мы себя чувствуем, молодой человек? – из целителя буквально бил омерзительный энтузиазм.

– Да такое ощущение, будто руки вдоль разрезали, – откликнулся Аринэль с совершенно серьезным лицом.

Шенфарус даже слегка улыбнулся.

– Вижу, чувство юмора вам по-прежнему не изменяет! – целитель потер руки. – Итак! Дамы, позвольте осмотреть вашего кавалера!

Цеси, уже вставшая с кровати, поставила пустую чашку на поднос.

– Мы потом еще придем, Айри! – пообещала Дара.

Девушки вышли из комнаты. Аринэль же глядел на воодушевленного... коновала мрачным взглядом. Дверь снова открылась, и в комнату вошел штатный мучи... целитель Тайфолов – мастер Цевитос.

– Ваши помощницы, Конрад, слишком любопытные, – проворчал мужчина. – В мою бытность главой кафедры ученики с почтением внимали, а не забрасывали вопросами.

– Марн, у каждого свои подходы к обучению, – парировал Шенфарус. – Тем более, я сюда взял именно таких, которые нацелены на получение знаний.

– Я же четко сказал, – ответил Цевитос, – через два дня. Ни днем ранее. Еще не хватало потом исправлять последствия случайного воздействия.

– Вы слишком строги, мой друг, – произнес Шенфарус. – Уверяю вас, ни одна из моих учениц не допустит таких случайностей.

– Мой друг! – в голосе Цевитоса проскальзывала язвительность. – Если бы в качестве пациента выступала женщина почтенных лет, я бы уже допустил ваших учениц! Но здесь молодой и не дурной собой парень! Одаренный к тому же. Надо ли мне рассказывать вам, как это иной раз действует на таких же молодых и тоже одаренных дам?

– Я ни в коем случае не оспариваю вашего решения... глава, – усмехнулся Шенфарус.

Целители встали в изножье кровати и окинули Аринэля характерными взглядами вивисекторов.

«Ну, яйца в горсть», – Аринэль глубоко вздохнул в ожидании того, что его сейчас опять начнут шевелить...

...Обливаясь потом, Аринэль откинулся на подушки. Было полное ощущение, что руки погрузили в раскаленные угли. Целители были беспощадны, поворачивая их так, как им было нужно. А потом под их руками появлялся зеленый свет, и бедные конечности парня начинало еще и покалывать. Иногда не сильно, словно маленькими иголочками, а в другой раз так, будто гвозди на двести вгоняли. Или скорее, железнодорожные костыли!

– Удивительно, – задумчиво произнес Шенфарус, – какая сильная регенерация. Знаете, Марн, я даже рискну предположить, что каналы могли и сами восстановиться. Конечно, гораздо позже. Но шанс имелся бы весьма серьезный.

– А потом, из-за возраста, Источник бы толком не развился, – заметил Цевитос. – Я наблюдаю этого юношу с самых малых лет, Конрад. Если бы имелся другой выход, я бы не стал подвергать его такой болезненной процедуре.

– Кстати, хочу отметить, что работа ваших бывших учеников достойна похвалы, – произнес Шенфарус. – Если бы я не видел описания изначального состояния, то подумал бы, что имела место быть совершенно незначительная травма.

– К счастью, – буркнул Цевитос, – мне удалось вложить в их головы надежную основу. Но им еще есть над чем работать.

– Вы все же бываете излишне требовательны, друг мой, – усмехнулся Шенфарус.

– Простите, что прерываю вашу научную беседу, – хриплым голосом произнес Аринэль. – Но мне хотелось бы узнать результат.

– Если кратко, – заговорил Конрад. – То все идет так, как должно идти. Более того, благодаря возможностям вашего организма вживление нитей и, соответственно, восстановление каналов произойдет раньше, чем планировалось. Думаю, дня через три-четыре повязки уже можно будет снять.

– А эти чрезвычайно приятные... моменты когда пройдут? – поинтересовался Аринэль.

– Примерно в это же время, – ответил уже Цевитос. – Впрочем, вы уже сами могли ощутить, что интенсивность болевых ощущений несколько спала.

Парень в ответ криво улыбнулся.

– Могу добавить, – снова заговорил Шенфарус, – что формирование новых каналов идет хорошо, даже очень хорошо. Основные каналы уже практически сформированы. Собственно, ваши ощущения связаны с тем, что сейчас образуются веера вторичных и третичных каналов. Замечу, что ранее они у вас имелись в несколько недостаточном количестве. Хотя, конечно, наличие такого в половом органе я вижу не часто.

– А? – не понял Аринэль. – То есть... В... нем тоже есть канал?

– На самом деле каналы имеются по всему телу любого одаренного, – ответил Шенфарус. – Весь вопрос в том, насколько они при этом развиты. Я не знаю подробностей, но, видимо, вы имели насыщенную постельную жизнь, раз получил достаточное развитие канала в пенисе.

– И... что это дает? – осторожно спросил парень.

– В случае с неодаренным разумным лишь более выраженные и сильные ощущения у обоих партнеров, – ответил уже Цевитос. – В случае с одаренным... Надо разбираться в каждом отдельном случае.

В дверь вежливо постучали. А затем в комнату заглянула мама Мара.

– Что же, – произнес Шенфарус, подводя итог, – на этом сегодня все. Думаю, завтра и послезавтра осмотр не потребуется. Динамика хорошая. Так что, молодой человек, встретимся через два дня.

Аринэль не посчитал нужным сдержавать выражение крайнего облегчения.

Крепость Кеонарас. Черная долина. Провинция Кеннус

Привычный вид со стены крепости был бы картиной апокалипсиса для обычного обывателя где-нибудь в спокойных провинциях империи. Заваленное дымящимися останками антов поле. В водах реки, возле которой стояла крепость, извивались черные струи. Здесь не проходило и недели, чтобы очередная орда антов не пробовала на зуб стены... И защитников. Кеонарас всегда был на острие атаки дерра. Собственно, именно поэтому крепость и стояла в этом месте. И поэтому же местные защитники «набирались» из лиц, которые были до своих «подвигов» военными. И не просто военными, а профессиональными. То есть бойцы специальных подразделений, именных легионов, командиры... И одаренные.

Феара равнодушно смотрела на поле, стоя на боевом посту, то есть на одной из башен. И это был не только вид. В ее душе на самом деле не было никаких чувств и эмоций. Выходила этакая коллизия. Боевой маг Феара Коффус, имеющая предрасположенность к формулам, которые, если говорить по-простому, были огненными, внутри была... Точнее сказать наоборот. Не была. После тех нескольких дней метаний и исступленной жажды то ли убивать, то ли наоборот сдохнуть, женщина словно частично заснула. В душе было не просто спокойствие, там была пустота. Холодная бесконечная бездна. Не волновало практически ничего. Даже картины прошлого были смутными и черно-белыми...

Отсюда, с башни, были видны стены соседних крепостей. Ниже по течению Агреи (так называлась река) развалился на пологом берегу Гремграс. Там отбывали свои сроки рядовые воины из линейных подразделений. А выше по течению серел стенами Лестас. Там обитали преступники, которые не единожды нарушали законы Империи и непригодные для обычного труда, даже в трудовых лагерях. Если же подняться еще выше в горы, к истокам Агреи, то там можно было увидеть еще один замок, только он предназначался для охраны рудника. Именно рудники, возле Лестаса и еще один, за Наридой (река, в которую впадала Агрея) возле еще одной крепости – «Фотион», были той причиной, по которой имперцы не уходили с этих рубежей. Здесь добывали редкой чистоты кристаллы каммонита, которые служили основой для создания магических накопителей. А магические накопители, в свою очередь, были основой текущей цивилизации...

Раздавшийся громкий сигнал легионных труб известил о том, что опасность миновала. Сейчас бойцы, кроме наблюдателей, спустятся со стен, скинут в казармах железо и отправятся на поздний обед. А после можно будет урвать время на сон и личные дела. Хотя, конечно, дел тут было немного. Все дела остались за стеной, а здесь время отмерялось очередным нападением антов.

Феара не торопилась вниз. В отличие от остальных обитателей этого места, ее положение можно было назвать привилегированным. Еду ей принесут прямо в закуток, который она занимала. А все личное осталось в небольшом доме в Даэрон-Мерии... Черным пеплом на стенах. Все чувства, эмоции, желания. Все оборвалось в тот погожий летний день, когда она буквально летела на крыльях счастья. И со всего маху ухнула в пучину отчаяния.

Позади женщины послышались шаги. Поднявшийся на башню боец окинул взглядом ладную невысокую фигурку, закутанную в черный балахон мага. Ветерок с равнины прижал ткань к телу женщины, обрисовывая волнительные изгибы. Воин, было буквально впившийся взглядом в эту соблазнительную картинку, опомнился и постарался принять как можно более суровый вид, когда взгляд неестественно ярко-зеленых глаз женщины упал на него.

Высокие скулы, прямой нос, угольно-черные чуть вьющиеся длинные волосы. Феара Коффус не зря считалась одной из самых красивых учениц своего курса. Слегка загорелый оттенок кожи (южное солнце может сделать смуглыми даже, наверное, эльфиек), тонкие дуги бровей и губы, которые просились, чтобы их поцеловать. И которые были сейчас поджаты.

– Эрса^[35], – воин даже слегка поклонился. – Комендант при... просил, чтобы вы зашли к нему.

Феара ничего не ответила. Впрочем, как всегда. За все время, что она провела здесь, немногие могли похвастаться хотя бы парой слов, которые она ему или ей сказала. Поэтому воин, выдержав небольшую паузу, удалился. Женщина же повернула голову и снова посмотрела на поле. На самом деле, она даже была... не благодарна, нет, конечно. Скажем так, здесь ей было все равно. Ничего не напоминало о том дне. Хотя даже здесь первое время перед глазами постоянно вставало лицо того, кому она доверила свою честь и жизнь. Точнее, хотела доверить...

...– Госпожа Коффус, – комендант слегка привстал, приветствуя Феару. – Прошу.

Он указал на стул. Это было несколько необычно, осужденным не полагалось сидеть в кабинете коменданта. А тут даже стул был специально поставлен возле стола. Кстати, обращение по тем именам тоже... Это было не запрещено, но у местных охранников это было традицией.

Женщина после едва заметной паузы прошла к столу и опустилась на сиденье. Именно опустилась, а не присела. Просто сделала движение.

А комендант был, похоже, несколько не в своей тарелке. Когда они разговаривали в прошлый раз, мужчина сразу же начал несколько надменно зачитывать правила поведения, постоянно напоминая о том, что ошейник не даст покинуть крепость. Он даже не даст покинуть пост, который будет определен бывшей аристократке Феаре Коффус. И в его тоне проскальзывало явственное осуждение распоряжения начальства, на предоставление особых условий проживания этой конкретной преступнице. Теперь же его лоб поблескивал. А на столе перед ним лежала гербовая бумага. И герб внизу под текстом был в виде летящей птицы. Герб Рода Алестис.

– Госпожа Коффус, – наконец выдавил из себя комендант. – Я бы хотел выразить вам благодарность за ваши действия по обеспечению безопасности границ Империи.

Феара едва заметно приподняла бровь.

– Еще я хотел бы выразить свое сожаление по поводу того, – комендант не поднимал глаз, – что распоряжение в отношении вас прибыло на три дня позже.

Мужчина осмелился поднять взгляд. Но натолкнувшись на холодный взор Коффус, тут же его снова опустил.

– Позвольте? – тихий голос женщины заставил коменданта чуть дернуться.

Он несколько суетливо пододвинул к ней бумагу. Женщина спокойно взяла ее.

В шапке был указан орган, выпустивший этот документ. Высший Императорский Консилиум. Далее шло перечисление проступков, которые Феара прочитала по диагонали, так как прекрасно знала, что совершила. Под этим имелись скупые строчки протокола о том, что члены комиссии также внимательно изучили предоставленную биографию и послужной список осужденной.

«...и беря во внимание прошлые заслуги перед Империей, считать совершенное ею искупленным в полной мере.

С сего момента считать Феару Даянар Коффус восстановленной в ее достоинстве полностью. Предписать Феаре Даянар Коффус явиться в Артезиус, для определения статуса одаренного.

Дано 56-го дня лета. Замок Тэйдэяхан.

Ее императорское величество Пятая Императрица».

Феара, дочитав, некоторое время сидела неподвижно, смотря на строчки, на герб. Комендант едва не вздрогнул, когда женщина подняла на него взгляд. И мужчина в этот момент понял, что риск слишком велик.

– Вот, – произнес он, доставая и ставя на стол небольшую шкатулку. – Это выплачено вам за те дни, что вы пробыли здесь сверх срока. Эй! – крикнул он в сторону двери.

В кабинет сразу же зашел дюжий боец. Не из осужденных, а из «добровольцев», которые выполняли функции чего-то типа заградотряда и охраны.

– Проводи госпожу Коффус в мастерскую, – приказал комендант.

Легионеры, которые проходили здесь службу, в общем-то, занимались тем, что охраняли здание мастерской. Потому только там можно было снять ошейник. Конечно, осужденные не могли далеко отойти от казарм, которые стояли прямо под стенами, и тем более добраться до мастерской, стоящей у самых ворот, но...

Воин, молодой парень, вытянулся, показывая, что понял приказ. А Феара Коффус, наоборот, словно заснула. Она сидела, смотря в пол и не шевелясь.

– Госпожа Коффус? – осмелился потревожить ее комендант.

Женщина отрегировала не сразу. Но вот она подняла взор...

– Магия забери, – пробормотал комендант, когда бывшая преступница покинула его кабинет.

Он вытер со лба пот. И с облегчением подумал, что вовремя сдал назад, не став трогать деньги этой магички. Кто его знает, этих... аристократов, да еще одаренных. Эта прибыла сюда по обвинению в убийстве, между прочим. Другого аристократа. И в покушении на стражей. А также после практически полноценного боя со стражами. И вот, проходит полтора года, и эту явно не слегка поехавшую головой... леди, берут и отпускают.

– Одаренные, – буквально выплюнул слова комендант.

Глава 2. Часть 1

Двадцатью пятью днями ранее.

Тэй тридцать четвертый, одуман. (34-й день лета). По пути из Арантона

Караван двигался неторопливо, но достаточно быстро, потому что в его составе были почти одни конные. А единственная карета была сделана строго по заветам орков, то есть, может, и не сильно красиво, но мощно и надежно.

До конца пути в теперь уже марку Тайфол оставался один переход, и даже рыцари ордена Рассвета были веселы. И судя по тому, что они накануне обсуждали с Браном Тайфолом возможность обустройства тренировочного лагеря, пацаны с красными спинами собирались обосноваться в маркграфстве всерьез и надолго.

Сестры Хейгар, ехавшие рядом с Аринэлем, усвистали куда-то в сторону, ответив на вопрос Аринэля о цели этой отлучки, что, конечно, они спят вместе, что кое-что лучше все же делать отдельно. А вот настоящая причина, по которой Дара и Таша покинули общество парня, выяснилась буквально сразу же. Через некоторое время к Аринэлю подъехали отец и брат. Сами. А в прошлые дни Аринэль сам до них докапывался (надо же было выяснить, что за свинью ему подложили с этим рыцарством).

...И вот что выяснилось. Тэйдэяхан – это и в самом деле замок. В Империи! И не просто какой-то, а главная резиденция монархов Империи Алестис и родовой замок Рода Грестос, главной ветви Рода Алестис! Ничего так, да? На вопрос Аринэля, а какого... Как глава одного государства взял и зачислил своего (!) подданного в состав военного подразделения другого государства? Выяснились такие подробности, что Аринэль только пот утирал, слушая объяснения.

Не было тут у разумных деления на отдельные государства. Его величество, король Деннар Вестфолен, был одновременно и герцогом империи. То есть королевство – это такая часть Империи Алестис, где, как понял Аринэль, жизнь отличалась от общеимперской. И поэтому требовались другие, банально, законы. И все остальное. По сути королевства – это такие особые провинции Империи. Подводя итог, Аринэль подданный и Империи Алестис тоже. Даже не так, он подданный Империи, проживающий в королевстве Та-Релия. Короче говоря – это были опять сложности восприятия. Да и само слово «королевство» звучало больше как «княжество» или «домен». А «король» – это скорее «лорд». Лорд, наделенный определенными расширенными полномочиями. Тут отец добавил, что это также и отдельная военная сила...

Что такое «рыцарь замка Тэйдэяхан»... «Закатная скала», кстати, с элорина^[36]. Так вот, это был такой, как понял Аринэль, скорее представительский орден, состоять в нем – это награда за заслуги и способ выделить перспективные кадры. Как рассказал отец, никто не будет ставить в строй и заставлять маршировать на площади по праздникам. Но определенных правил, например, касательно одежды придерживаться будет необходимо. То есть выданный фиолетовый плащ с птичкой носить придется...

Аринэль покосился на родственников, которые ехали с обеих сторон от него, словно конвоиры.

– Я уверяю вас, мне графская корона совсем не нравится, – сказал Ари.

Старший Тайфол и Грег на секунду зависли от такого пассажа. Бран Тайфол отреагировал первым. Он практически беззвучно засмеялся.

– Я серьезно! – добавил дровишек Аринэль, сделав вид, что обижен такой реакцией.

Отмер и Грег, покачав головой и изобразив на лице «мда».

– Но, кстати, именно об этом я и хотел поговорить, – заметил Бран, все еще улыбаясь.

– Вот уж нет! – сразу же пошел на попятную Аринэль. – Вот, братец наследует и флаг ему в руки! А я птица вольная! Где хочу, там и гажу!

Бран снова натурально захихикал. Грег ухмылялся, отвернувшись в сторону.

– А если придется, Ари? – спросил отец, вроде бы улыбаясь, но взгляд при этом сделался холодный. – Мы не в Даннеране живем.

– Вот придется, тогда и поговорим, – ответил Аринэль. – А пока мне погу... в смысле отучиться надо.

– Боюсь, после этого ему придется отдельный дом строить, – заметил Грег.

– Да-да, это же я себе невест ворую! – отбил подачу Аринэль.

Бран Тайфол с некоторым удивлением смотрел на своего младшего. Мужчина все не мог привыкнуть к тому, что еще совсем недавно тихий, немногословный паренек теперь может так ядовито отбрыкиваться в стиле Саманты.

– Кстати, про невест, – произнес мужчина.

– Я уже понял, что первой должна быть какая-нибудь аристократка, – ответил Аринэль. – Но пока как-то мне не хочется.

– А вот я бы рекомендовал подумать на этот счет, Ари, – заметил Бран.

Аринэль бросил на него испытующий взгляд.

– Так подумать о... невесте, – произнес он, – или об этом?

Старший Тайфол посмотрел на сына с явным удовольствием.

– Пока об этом, – произнес он.

66-й день лета. Замок Тайфол. Терма. Вечер

Аринэль, щурясь от удовольствия, сидел в бочке. С водой. Холодной. Он, правда, вообще не чувствовал, что она холодная. Зато этот проклятый жар, который донимал уже пару дней, сейчас совершенно не ощущался. Собственно, он не сам по себе залез в эту бочку, а следуя указаниям целителей.

Подняв руку, парень пощупал проступающие под кожей... Это было сильно похоже на вздувшиеся вены. Появилось это спустя пять дней после операции. Как будто под кожей веревки. И не только на руках, но и по всему телу. При прикосновении ощущалась легкая боль, даже не боль, а скорее дискомфорт. После того, что было после вживления нитей, это был именно дискомфорт. Впрочем, эти штуки уже проходили, сейчас их было и не видно почти.

– Господин, – подала голос Цеси, которая сидела и следила за часами.

Часы тут были не механические. Точнее, не полностью механические. Вообще магия здесь была повсюду. Или скорее не магия, а... энергия, субстанция?.. В Академии объяснят, короче. Так вот, иной раз магия встречалась в совершенно неожиданных местах. Вот взять часы. Точнее, это Аринэль называл их так, а на самом деле эта штука для указания времени именовалась «Контэй». Буквально это означало что-то вроде «Убыватель». И такое название исходило, по всей видимости, из того, как указывал контэй (далее часы) время.

Местные часы представляли собой небольшой прозрачный шар, закрепленный в обойме. Или правильно сказать, в оправе. На шаре были нанесены риски. Также он был поделен на две части. Внутри вращались две полусферы. В правой показывались часы (контаты), в левой минуты (нунсы). Причем они не прибывали, а убывали. То есть в начале часа слева полусфера была полностью синяя (ну или любого другого цвета), а когда слева полусфера, вращаясь, полностью показывала черную часть, то справа убывали контаты, часы то есть.

Дизайна и размера часики были разнообразными. У мамы Саятаны полусферы внутри были покрашены в нежно-розовый цвет, и оправа была из белого золота. В Арантоне, на главной площади, стоял здоровый такой шарик и в нем полусферы были зеленые, причем светящиеся в темноте. А вот у мастера Цевитоса, который и презентовал на время свой хронометр, цвет был синий. И оправа простая, железная. Носились часы тоже по-разному. Имелись карманные и наручные образцы. У Шенфаруса часы имели рядом с основным шаром еще один, поменьше, где отмерялись сектаты (секунды).

Где тут магия? Аринэль, конечно, не разбирался досконально, но уяснил, что внутри оправы имелся небольшой накопитель магии (кристаллик такой, на алмаз похож). В зависимости от его величины и какой-то еще «чистоты» часы были дороже или дешевле. То есть этакая батарейка. Кристаллик этот требовалось, так сказать, заряжать примерно раз в месяц или два (если часами владел неодаренный), а в последующем заменять. Так вот энергия, которая истекала из этого кристалла, и служила движителем. Как именно, надо уже копать глубже, а это не то знание, которое было прям остро необходимо. Вон на Земле масса людей не знает, как работает двигатель внутреннего сгорания, что не мешает им ездить на машинах. Как и часы устроены, кстати, тоже многие не догадываются...

Аринэль поднялся. Сидеть тут было, конечно, хорошо. Но можно и банально заболеть. Конечно, для одаренного это не проблема, да и целителей тут целая куча. Но лучше не надо. Поэтому не больше десяти минут. Парень ступил босыми ногами на пол, Цеси подала полотенчико. Здоровое, блин, как простыня!

«Ну вот, может, удастся сегодня поспать нормально», – подумал Ари, вытираясь.

Тело приятно холодило. Только, по опыту, это ненадолго.

«Экспериментаторы, мать их за ногу, об угол, с присвистом, в центр мирового равновесия!»

Приживление нитей пошло не штатно. А эти маньяки этому радовались! Мол, это был весьма интересный опыт, что нити вызвали изменение каналов по всему телу! Чтоб им икалось до конца жизни! Они сулили общее увеличение уровня, это да. Вот только они это не контролировали, похоже! Сделали тут Франкенштейна, понимаешь...

– Спасибо, Цес, – сказал Аринэль, принимая поданные девушкой штаны.

А еще ему запретили пока любые контакты с противоположным полом! Конечно, честно говоря, и не хотелось. Трудно возбудиться, когда тебя сначала от боли скрючивает, а потом тело будто на медленном огне прожаривает. И, пардон за подробности, тупо касание к члену болезненно. Вон, Ками уже пыталась. И не раз...

Аринэль взял рубаху, поданную Цеси. Оделся. Прикосновение ткани к коже было неприятным, но терпимым. А позавчера пришлось идти в терму чуть не голышом, потому что даже «гладкая» одежда вызывала ощущение, что его обернули в наждачную бумагу.

В раздевалке их ждали Дара и Таша. Вы бы видели их взгляды. Наверное, именно это ощущают женщины, когда на них так мужики смотрят. Это было... Говоря начистоту, это вызывало чувство какого-то удовлетворения, смешанного с гордостью. Ну, вот по-честному, какой мужик был бы недоволен, когда увидел бы своих женщин, на лицах которых было написано, что они тебя хотят? И взглядами натурально раздевают? Это было чертовски приятно! Они, кстати, именно поэтому тут, в смысле в раздевалке, и остались. Прямо так и сказали, что, видя Аринэля голым, могут не сдержаться.

Под охраной трех девушек Аринэль прошел в дом, поднялся по лестнице. Здесь, на третьем этаже, все еще чувствовался запах свежего дерева. Это еще что, от третьего этажа хоть что-то осталось, а вот четвертый, а, соответственно, отцовский кабинет, родительскую спальню и комнаты старших пришлось заново отстраивать.

Сейчас в замке вообще строителей было больше, чем, наверное, всех обитателей вместе взятых. Рядом со стенами, по ту сторону реки, у моста, целый палаточный городок вырос. И даже несколько капитальных домов появилось. И, помня, какой титул был вручен Брану Тайфолу, и что произошло в бывшем баронстве, сейчас, как понимал Ари, наблюдалось зарождение нового города.

На дневных прогулках Аринэль видел, что замок не столько восстанавливают, сколько перестраивают. Например, убрали остатки кузницы. Снесли казармы, которые не сильно пострадали. На месте кузницы заложили фундамент, причем такого размера, что домик, который там планируется, как бы не больше главного здания должен получиться.

Сносят вообще все деревянные строения, кроме хозяйского дома. На тренировочной площадке теперь склад каменных глыб, которые используют для бутования фундамента (в раствор, который заливают в опалубки, эти каменюки скидывают). Кстати, прибыла целая бригада дварфов. И по тому, что успел заметить Аринэль, они ведут себя... Не как наемные строители. Невесте Грега уважительно кланяются. А ведь Мелика как бы украдена! Осматриваются бородачи как-то уж очень по-хозяйски. Ходят по замку, все время что-то мерят, на земле чертят, колышки вбивают и нитки натягивают.

А еще ведь эльфы имелись! У них тут вообще блат на самом верху! Они, правда, в замке особо не терлись, но лес рядом с замком Тайфол Аринэль даже отсюда ощущал. В смысле раньше не было никаких ощущений, лес и лес. А теперь было что-то такое, смутное, слабое, но определенно было. Похоже, и эльфы что-то мутят.

– Дар, а как там Дариан? – спросил Аринэль, повернув голову к девушке.

Этот недобитый дроу, оказывается, имел мечту стать рыцарем. Да-да. Ездить на коне, в доспехах, поражать врагов копьем и рубить здоровым мечом. Ага. Начнем с доспехов. Они весят, как половина, ант, Дариана! Или мечик, который один-два кило. Но это, конечно, не остановило закусившего удила юного воина. Он просто заявил, что нужно больше есть и тренироваться. Поэтому было решено зайти с другой стороны...

– В шатре лежит, – чуть улыбнулась Дара. – Натер.

Так вот, для рыцаря крайне важно хорошо управляться с лошадью. Вот его и отправили практиковаться. А кто тут больше всего в коняшках смыслит? Правильно, орки. Вот там графский сын и обитает. Как раз перед тем, как операцию по восстановлению каналов Аринэлю сделали, Дариан переехал в становище. С тех пор Аринэль его видел один раз, в окно, так даже на расстоянии было видно, что вид Дариан имеет бледный и ходит слегка враскорячку. Но из становища не возвращается, упертый видать.

– Ваши... дамы там его не это самое? – усмехнулся Аринэль.

– А что, нельзя? – приподняла брови орчанка.

– Нам его Аванти надо вернуть, – заметил парень. – Не думаю, что граф оценит, если вместе с ним кто-нибудь приедет... Особенно с пузом.

– И что, мне его штаны держать? – недоуменно спросила Дара.

– Да не, думаю, отец с вождем это обговорили, – улыбнулся Аринэль. – Я так, на всякий спрашиваю.

– Так мы же тут, я не знаю, что в становище происходит, – пожала плечами Дара. – И у меня свой муж есть, чтобы я какими-то другими мужиками интересовалась.

И да! Эти слова Аринэлю были чертовски приятны! И он совершенно не собирался стыдиться или что-то еще делать в том же духе, отрицая этот момент. Ну, а что, девушки красивые, фигуристые и пофиг, что немного выше!

Возле комнаты обнаружилась мама эльфа. И это тоже стало неким ритуалом. И знаете... Это тоже было очень приятно, хоть и совершенно в другом плане.

– Мам, – улыбнулся Аринэль.

Вайлири Тайфол окинула его внимательным взглядом. Очень внимательным, такое ощущение, что она его рентгеном просвечивала в этот момент.

– Не вздумайте остаться, – предупредила она девушек после осмотра.

И это тоже было уже практически традиционным указанием. Вон, даже сестры Хейгар уже спокойно реагировали, а поначалу дергались. Но целители строго-настрого запретили любые нагрузки и особо акцентировали внимание на постельных утехах.

Провинция Кеннус. Крепость Шанто

После стольких дней перерыва ехать на лошади было Феаре немного... Не так. А может, это из-за седла, которое делали, похоже, ногами. Оно было все какое-то бугристое, топорщилось. Похоже, интендант Кеонараса так отомстил за то, что ему приказали быстро найти седло.

Скорость передвижения была не намного выше, чем идти пешком, потому что кляча, которую выделили женщине, знала всего два варианта передвижения. Шагом и медленным шагом, чтобы по пути пожрать. И да, несмотря на скромные размеры, коняга, едва удавалось, что-то ела. Причем ее меню было непритязательным. Трава, листья... Даже ветки и те жевать пыталась. С другой стороны, Феара не останавливалась днем на привал, а лошадка совершенно не выказывала недовольство по этому поводу и все так же мерно шлепала по дороге.

Женщина рефлекторно потерла шею. На коже остался след от ошейника. Он был малозаметный, а южное солнце должно было скоро убрать разницу в цвете кожи. Но Феара-то о нем знала. Поэтому поплотнее запахнулась, чтобы скрыть его.

По дороге за эти дни ей попалось несколько караванов. Каждый раз охранники настороженно смотрели на закутанную в черный балахон женщину. Заговорить и вовсе никто не пытался, впрочем, Феара и сама не стремилась к общению.

Крепость Шанто осталась в ее памяти лишь сыроватыми стенами камеры. Тогда, когда ее этапировали в Кеонарас, она была не в том состоянии, чтобы рассматривать архитектуру. Впрочем, особо смотреть тут было и нечего. Серые камни не очень высоких стен, унылые рожи стражников на воротах. При въезде ее почти вежливо попросили показать шею. Феара даже с некоторым любопытством посмотрела в ответ. Стражник смутился и махнул рукой, чтобы проезжала.

Постоялый двор тут имелся. И даже комната нашлась. Правда Феара успела поужинать, потом сидела еще с полчаса, пока ее убрали. Хозяин даже пытался изобразить что-то вроде извинений. Но получалось плохо. Когда извиняешься, все-таки не стоит цедить слова сквозь зубы и смотреть, как на... переработанную пищу.

Комната была небольшой и узкой. Этакий пенал. На маленьком окне болтались застиранные занавески. Кровать стояла в дальнем конце комнаты, перед ней имелся стол, откидной, прикрученный к стене. И один стул. Но было чисто и постельное белье, пусть и видавшее виды, было свежим. Задвинув массивный запор на двери, который мог бы сделать честь крепостным воротам, Феара стянула балахон и бросила его на спинку стула.

«Значит, все-таки... – подумала женщина, присев на кровать. – Все-таки это на самом деле».

Она реально уехала из Кеонараса. Она сейчас может лечь спать и проснуться тогда, когда посчитает нужным, а не от гнусавого завывания трубы. Феара зачем-то посмотрела на свои руки, лежащие на коленях. На запястье правой руки имелся след... От брачного браслета. Когда все случилось, золото расплавилось и оставило ожог. Женщина невесело усмехнулась.

Она потерла лоб. А потом рука снова опустилась на шею. У нее уже выработалась привычка теребить ошейник, когда задумывалась. Но пальцы лишь коснулись шеи. Феара замерла, нахмурилась.

«Уже не хватает, что ли?»

Зацепившись носком за каблук, она стянула один сапог, а потом другой. И с наслаждением растянулась на кровати, сложив руки на животе. И пришедшая в этот момент мысль была несколько неожиданной. Точнее не мысль, а ощущение. Ей вдруг стала внушать отвращение одежда, которая была на ней надета.

«Что, хочется праздника? – скривилась женщина. – Может, еще и мужика надо, а?»

В Кеонарасе к ней не единожды подкатывали. С женщинами в крепости было крайне туго, а сбросить стресс требовалось остро. Другие женщины, в конце концов, сдавались, они тоже постоянно ходили по краю, поэтому и им это требовалось. Феара же... Будто ей отключили. Вырезали что-то. Никакого не то что желания, даже малейшего хотя бы намека...

Женщина прикрыла глаза. Привычно прогнала мысли. И неожиданно ей вспомнился выпускной. Бальный зал Академии. Сверкающие люстры, нарядные выпускники. На губах Феары появилась горькая усмешка. Кто бы мог тогда предположить, что она, одна из лучших боевых магов своего года, окажется в захудалом постоялом дворе, с отметиной на шее...

Всплывшее лицо почти мужа она отбросила, буквально выбила из головы. Надо же... А казалось, что уже отгорело. Поросло травой.

«Надо поставить точку», – пришла ей мысль, перед тем как Феара заснула.

Замок Тайфол. Утро. Трапезная

И снова вся семья Тайфолов наконец-то собралась за одним столом. В последний раз Аринэль видел всех здесь... Дайте подумать... Еще до битвы, да. И Аринэль с некоторым удивлением ощутил, что испытывает ностальгию.

– Всем доброе утро! – с улыбкой произнес он.

Так получилось, что он пришел последним. Парень сел... И буквально окунулся в царившую за столом светлую, благодушную атмосферу.

А сколько же они все пережили. Многих из присутствующих... Могло тут вообще не быть.

«Да, например, меня».

– Ари, как ты себя чувствуешь? – мама эльфа, как всегда, волнуется.

– Почти идеально, мам, – ответил с улыбкой Аринэль. – Было до того, как сюда пришел. А теперь...

Парень оглядел присутствующих. На нем скрестились вопросительные взгляды. А один взор, от сидящей рядом с Грегом Мелики Гростайр, был настороженный.

– Теперь и вовсе все отлично! – усмехнулся Аринэль. – Я очень рад вас всех видеть!

Анти, которая так и не пересела напротив, на прежнее свое место, а находилась рядом, накрыла его руку своей ладошкой. На лицах окружающих появились улыбки. Мама Вайлири и вовсе цвела, ее зеленые глаза прямо-таки лучились. Грег, только обозначив улыбку, кивнул в ответ. Мелика глядела с некоторым удивлением и... интересом? Отец, слегка склонив голову, рассматривал младшего сына каким-то таким изучающим взглядом, словно впервые видел...

* * *

Аринэль и Грег прошли вслед за отцом в его кабинет. Точнее, в его новый кабинет. И это было очень заметно, что новый. Само собой он, а точнее, оригинальный Аринэль бывал в старом кабинете. Так вот в этом было бедновато с обстановкой. Да ее практически не было. Стол да несколько стульев. Было такое впечатление, что отец рассматривает это помещение как временное.

Грег присел на стул, стоящий возле окна. Отец прошел к столу, сел и положил руку на столешницу. И испытующе, с прищуром, посмотрел на Ари, севшего напротив. Таким же взглядом, что в и трапезной.

– Ты подумал? – спросил Бран.

– Да, – Аринэль иронично усмехнулся. – У меня было время поразмыслить.

Парень сделал паузу. Грег и старший Тайфол терпеливо смотрели на младшего. С улицы, через приоткрытое окно доносились голоса, металлический стук. Ветер слегка шевелил занавески.

– Я не думаю, что это мне так остро необходимо, – произнес Аринэль.

Бран на ответ сына чуть нахмурился.

– Знаешь, не надо в этом брать пример с меня, – произнес он. – Поверь, этим ты сможешь значительно облегчить себе жизнь. В академии... Там будет очень много тех, у кого много возможностей и мало совести.

– Ари, я тоже предполагал, что справлюсь, – негромко произнес Грег.

Отец сделал жест в сторону старшего сына, предлагая прислушаться к словам Грега.

– Академия – это место, где учатся дети очень знатных родителей, – продолжил Бран.

– И какое им дело до барона с пограничья? – приподнял бровь Аринэль.

– Был бы ты просто бароном, Ари... – Бран снова вздохнул. – Но ты же одаренный. И тут твое происхождение играет, наоборот, против тебя. Ты будешь выглядеть, как легкий приз, ресурс, который можно привлечь, причем без особых усилий. Но дело твое.

Парень посмотрел на отца.

– Если это так важно, – медленно произнес он, – то... почему мое мнение спрашивается?

Старший Тайфол в ответ посмотрел остро, прищурившись. Пауза затягивалась, а мужчина все смотрел на сына. А потом откинулся на спинку стула.

– И этим получить имеющего на тебя зуб мага? – произнес он сухим голосом.

Его губы дрогнули то ли в усмешке, то ли в оскале.

– Привыкай, Ари, – сказал Бран. – Теперь твое мнение будут спрашивать постоянно. И отвечать за свои слова придется тоже тебе.

Честно говоря, Аринэль поначалу было... ну, он как бы и так не стремился переложить на кого-то свои проблемы. А потом он вспомнил, что ему вообще-то тринадцать. Только-только он вступил во взрослую жизнь.

– А что там, в академии? – спросил он. – Как мне себя следует вести?

Замок Тайфол, после полудня. Одна из гостевых комнат, а пока место жительство мастера Цевитоса

Ожидая мастера, Аринэль рассматривал плавающие в большой стеклянной банке те самые нити, которые использовались для восстановления его каналов. Белесые пушистые штуки, в форме, собственно, нитей. Самый фокус был в том (исходя из объяснений целителей), что эти штуки были, как бы это сказать... что-то вроде искусственно сделанных паразитов. Если кому-то интересно узнать подробнее, то можно спросить у мастера Шенфаруса, тот закатит длинную лекцию о возникновении одаренных, что в теле разумного, на самом деле, полно паразитов, что наличие каналов, по сути, есть результат симбиоза какого-то энергетического существа и разумных. В общем, если хочется себя контузить кучей терминов, исторических фактов и тому подобное, то прямым ходом к мастеру, он всегда рад свободным ушам.

Нити слегка подергивались в жидкости. Если приблизить к ним руку, то они постепенно приближались к стенке, собираясь в клубок. Аринэль представил, что эти штуки теперь в его теле, и его слегка передернуло.

Комната уже походила на кабинет Цевитоса в Брайбо. По стенам были прикручены полки, на которых стояли разнообразные флаконы. Тот самый стол (прозекторский!), на котором, собственно, Аринэля и привязывали во время операции. Парень рефлекторно потер грудь, вспоминая, как ремни впивались в тело. У окна стоял большой, а точнее длинный стол, заваленный книгами и бумагами. Стул у мастера был забавный, на колесах. Реально, небольшие такие, с ладонь диаметром, железные колеса со спицами. На этом стуле можно было кататься вдоль стола.

– А, ты уже пришел, – произнес мастер, входя в комнату.

Как обычно. Интересно, это такая профдеформация у целителей, не здороваться? Или какой-то обычай?

– Добрый день, мастер, – сказал Аринэль.

Цевитос в ответ покрутил кистью. Ну, и то хлеб.

– Раздевайся пока, – сказал мастер. – Я сейчас.

Он дошел до стола, сел на стул и придвинул к себе какие-то бумаги. Аринэль встал и принялся расстегивать рубашку.

– А мастера Шенфаруса сегодня не будет? – спросил парень.

– Он отбыл в империю, – ответил Цевитос. – Впрочем, тебе не придется скучать в обществе старика.

Аринэль поднял бровь. А целитель дописал что-то, положил лист в один из ящиков стоящей на столе... как это... Этажерка? Секретер? И повернулся к Аринэлю. Тот уже снял рубашку, кинул ее на стул и взялся за штаны. Тут в дверь постучали.

– Молодежь, – вздохнул Цевитос, сокрушенно покачав головой.

Дверь открылась. И Аринэль слегка удивился. Одна за другой в комнату стали входить молодые девушки. Первой шла несколько... крупная даа. В смысле излишне крепкая. Тьфу! В общем, не тростинка, крепкая такая девушка! На ней были серые брюки, из плотной ткани (джинсы чем-то напоминали), явно мужская, линялая или скорее выгоревшая на солнце синяя рубашка, с закатанными до локтей рукавами и заправленная в брюки. Темно, очень темно-русые волосы до плеч, причем явно не в прическе, а просто подрезанные (поверьте человеку, которого заставляли ровно подрезать челку старшие сестры!). Несколько тяжелый для женщины подбородок, губы сжаты в линию, нос хоть и довольно крупный, но не рубильник. И при этом высокие скулы и большие глаза. У этой дамы был какой-то свой шарм, своеобразный, не простая «няшность», а что-то вроде холодной уверенной усмешки. Взгляд серых глаз был внимателен и серьезен.

Вслед за первой дамой вошла вторая. Полная ее противоположность. Во-первых, она была в платье, причем подол по местным меркам был довольно короткий, до колен. Светло-бежевая ткань обтягивала весьма аппетитную фигурку... Правда, никаких декольте (которое прям напрашивалось), все под горло. Сверху платья имелось что-то среднее между накидкой и пиджаком. А еще эта дама была блондинкой! Длинные вьющиеся (!) волосы были убраны в хвост, но пара прядок были оставлены обрамлять милое личико. Да, девушка была весьма красива и, судя по манере держаться, отлично об этом знала. Взгляд больших голубых глаз был несколько насмешливым, небольшие, но сочные губки были сложены в едва уловимую улыбку. Тонкий нос, длинные ресницы... На лбу небольшая царапинка, интересно, где это она ее получила? Щеки еще имеют некоторую детскую припухлость, а может так и было, как говорится, задумано. Даже рост был как надо, чуть-чуть ниже Аринэля с его примерно ста семидесятью.

Последней вошла худенькая, невысокая девушка в длинном темно-сером невзрачном платье. Этакая мышка. Образ «библиотекарь в сельской школе». Не хватало только очков, хе-хе. А так все на месте. Взгляд в пол, вид несколько смущенный, внешность... О! Хм... А между прочим, мышка-то вполне симпатичная! Русые волосы, убранные или скорее зализанные в клубок на затылке, обнажали шейку. Фигурой, конечно, девушка поспорить с орчанками не сможет, но размер спереди явно не нулевой. И не надо прятать личико, эти губки просят поцелуев!

Девушка, видимо почувствовав внимание Аринэля, подняла взгляд. Ух! Глазищи-то какие! Жгуче-зеленые! И... Похоже, за этой маской посредственности скрывается что-то... Этакое! Прям вот тянет проверить!

А девушки тем временем выстроились в ряд.

– Вам, господин Тайфол, представилась редкая возможность, – произнес мастер Цевитос, смотря на девушек, – понаблюдать за работой старших товарищей. А возможно, и будущих коллег.

Кстати, у девушки, вошедшей первой, Аринэль на руках увидел очень знакомые продольные шрамы. Только они были уже тонкие и белые.

– Всю жизнь мечтал побыть подопытным, – усмехнулся Аринэль.

– За все нужно платить, – заметил целитель. – Поверьте, операция подобная вашей имеет цену не в деньгах.

– А сколько стоит согласие на эксперимент? – слегка улыбнулся парень.

Целитель перевел взгляд на Аринэля. Его лицо осталось совершенно спокойным, но парень был готов поклясться, что во взгляде старого целителя что-то промелькнуло.

– Добавьте сюда то, что эти девушки будут изучать вас примерно две десятины, – произнес Цевитос. – То есть смотреть на реакции вашего организма в различных состояниях... и в разное время суток.

«Вот старый змей! Вывернул-то как!»

Аринэль посмотрел на стоящих напротив девушек. На лицах тех было прописано в разной степени открытости недоумение.

– Да, момент с разным временем суток это не сильно... удобно, – задумчиво произнес парень.

Девушки начали хмуриться. Похоже, до них начала доходить соль ситуации, которую создал Цевитос. Аринэль, конечно, не знал, зачем это все. Но то, что мастер хочет сделать тему с каким-то преодолением и превозмоганием, понял.

Цевитос тем временем смотрел отеческим таким, орлиным, предвкушающим преподавательским взором на учениц. И те явно стали чувствовать себя неуютно.

– Скажите, господин Тайфол, – заговорил мастер, – как военный, каким образом прививается дисциплина новобранцам, которые чего-то не понимают?

«О, я уже военным стал?» – про себя усмехнулся Аринэль.

– Длительными тренировками, мастер, – ответил парень. – Если не доходит через голову, то через ноги и руки все отлично понимается.

– Отличное выражение, – Цевитос позволил себе легкую улыбку. – Прямо в точку.

Под его ласковым взором дамы будто в размерах уменьшились.

– Кто скажет, в чем сейчас была ошибка? – поинтересовался мастер.

Худенькая девушка несмело подняла руку. И сделала движение, будто стучит по чему-то.

– Что ж, вам хотя бы хватает знаний понять свои недочеты, – сухо произнес Цевитос. – Верно. Что должен делать целитель, входя в помещение, где находится пациент?

– Целитель обязан создать все условия для того, чтобы исключить все возможные причины принятия неправильного решения, – мрачно отчеканила крепкая девушка. – Для этого необходимо поставить себя вне правил общения и поведения, удалить всех, кроме коллег из помещения...

– А если это невозможно сделать? – вкинул целитель.

– Немедленно покинуть данное помещение, без объяснения причин, – отвела блондинка.

– Что значит поставить себя вне правил? – продолжил импровизированный экзамен Цевитос.

– Не стучаться в двери, не здороваться, использовать нейтральное обращение, без титулов и званий, – все с таким же мрачным выражением на лице, ответила крепкая дама.

«Ничего себе тут база подведена! – удивлялся Аринэль, слушая все это. – Все по-взрослому!»

Глава 2. Часть 2

Днем ранее. Одна из гостевых комнат главного здания замка Тайфол

Аксента, голая по пояс, только на груди была повязка, сидела на кровати, сложив ноги крест-накрест (по-турецки или в позе лотоса), и, наклонившись вперед, читала лежащую на кровати историю этого парня, которую выдал Конрад Шенфарус перед отъездом.

От этой привычки вот так сидеть девушку пытались отучить все соседки, с которыми она жила в академии, воспитатели, учителя и даже сама госпожа Велакрус, глава академии, как-то, проверяя общежития, пожурила ее. Но Аксента ничего не могла с собой поделать. Именно в таком положении ей удавалось максимально сосредоточиться. Она иной раз даже не замечала, как садилась вот так.

– Я же говорила, – говорила Амарата, расчесывая мокрые волосы, – Шенфарус ничего не делает просто так.

Они только что пришли с Эррис из термы. Удивительно, но терма тут была весьма хороша, как будто они сейчас в каком-нибудь имперском особняке.

Несколько дней назад они, в смысле все ученики, приехавшие сюда на практику, присутствовали при осмотре одного парня после операции по восстановлению каналов. А вчера глава кафедры ремедиат Конрад Шенфарус, как обычно, в своем ключе, то есть внезапно и молниеносно, оповестил, что темой курсовой работы их троих будет реабилитация одаренного после восстановления каналов с применением Фило Субтегминус Агафуса. А поводом для высказывания Амараты послужило то, что именно их троих в прошлый раз привлекли для непосредственного осмотра.

Несмотря на свою эффектную внешность, Амарата Фрадус Кеннорус обладала пусть и своеобразным, но острым умом. Правда, она все время везде видела интриги, но часто ее привычка охватывать все, в целом и общем, помогала справляться с хитрыми заданиями учителей и главы кафедры в частности.

Эррис, точнее Эррис Сентус Акроус, отличалась просто феноменальной памятью. Тихая и застенчивая (с незнакомыми) девушка была просто ходячим справочником. Но вот магической силой не впечатляла. Впрочем, именно это помогало ей уловить малейшие нюансы при обследовании.

И сама Аксента Тарк. Дочь ремесленника-бронника. Ни Амарата, ни Эррис не любили принимать решения. Они выдавали промежуточные результаты, признаки, причины, Ама любила строить теории, Эррис дополнять и расширять их. Но всегда именно Аксента в их трио производила непосредственные действия или давала окончательный ответ. Почему так сложилось, наверное, не смог бы ответить никто из них. Просто после выпускного с общего курса они на некоторое время остались втроем. И у всех не было альтернативного жилья, поэтому их поселили в одну комнату. Поначалу они, мягко говоря, не сильно ладили, но потом как-то у них сложилось...

– А бурная у этого парня биография, – заметила Аксента. – Два раза на грани смерти. Преждевременная травматическая инициация. Корковая слепота из-за гематомы. Ого...

– Что там? – сказала Амарата, откладывая расческу.

Их всех заселили в одну комнату, что логично. Кстати, Ама по этому поводу демонстративно фыркала... А на самом деле ей было все равно. Просто образ, так сказать, обязывал вести себя так.

– Каналы были разрушены не из-за травмы, точнее, травма их добила... – Аксента вернулась на страницу. – Представляете, он дерра убил. Сайхога. А тот его в ответ чуть не надвое разодрал.

– Круто, но не суть, – отмела Ама. – Что там написано про саму травму?

– Много, – произнесла Аксента. – Проще сказать, что живого осталось. Держи.

Девушка закрыла историю и протянула ее в сторону Эррис. Та молча поднялась с кровати, дошла до Аксенты. Взяв историю, она дошла до окна и пристроилась на подоконнике. Да-да, они тут все... оригиналы. Вон Амарата, чтобы запомнить, будет писать, а по пути рисовать странные схемы, которые кроме нее никто не понимает.

– А этот Тайфол симпатичный, – заметила Ама. – Жаль, что только барон.

– Его отец граф, – с иронией заметила Аксента. – Как раз в твоем диапазоне.

– Пограничье, – со вздохом заметила Амарата. – Перспектив никаких.

Сама дочь барона, девушка имела идею фикс удачно прилепиться замуж. Но она не хотела просто заиметь браслет и жить в доме мужа. Для нее это был такой способ, если говорить прямо, не думать о быте. Парадокс, но девушка с внешностью куклы и замашками принцессы всерьез хотела быть целителем.

– Так может наоборот, – хмыкнула Акси, – выскочишь замуж. Он получает молодую жену. Ты статус. И кстати, граф-то явно не бедный, посмотри, как тут строительство развернулось. Может, про него подумать?

– Да тут уже... все прибрано, – с досадой произнесла Ама. – Багровая Принцесса, знаешь такую? Боевик^[37] ордена Рассвета?

– Кто ж ее не знает, – ответила Аксента. – Особенно после того, как она отказала младшему Сейрусу.

– А помнишь, она пропала, уехала куда-то? – сказала Амарата. – Так вот, здесь она.

– Да ну?! – удивилась Акси. – Серьезно?

– Сама видела, – усмехнулась Ама. – И она тут не просто так, а с браслетом на руке ходит.

– И что? – усомнилась Аксента. – Мало ли?

– Слуги ее молодой хозяйкой называют, – слегка насмешливо заметила Амарата. – Да и кто тут еще по статусу бы подошел?

– Ладно, допустим, – Аксента покачала головой. – А наследник графа? Высокий такой парень...

– Я знаю, как он выглядит! – остановила ее Амарата. – Тоже глухо. Рядом с ним постоянно какая-то дварфка. И там даже спрашивать не надо, по ним все видно, что они либо помолвлены, либо недавно женаты. Скукота.

– И когда ты это все узнать-то успела? – покачала головой Аксента. – Вместе же ходили!

– Всего лишь выразить восхищение, – Ама слегка улыбнулась. – Дальше сами все расскажут.

– Интересно, – вдруг тихо изрекла Эррис.

Аксента и Амарата посмотрели в ее сторону. А та забралась на широкий подоконник с ногами и, скрючившись в оконном проеме, принялась читать дальше.

– Опять со светом спать, – нахмурилась Ама.

Замок Тайфол, следующий день. Комната мастера Цевитоса

Этот Цевитос отчитал их, как детей. А ведь постучались не они! Это сделала служанка, которая привела их. Но оправдания девушки благоразумно оставили при себе, уже наученные опытом. «Целитель должен всегда владеть ситуацией» – это правило в них вбили очень хорошо, качественно. На кафедре Ремедиат в академии начинающим целителям постоянно устраивали проверки, то сами учителя, то привлекая кого-то из учеников других кафедр или из самой группы. Поэтому девушки без лишних слов и эмоций приступили, собственно, к осмотру, когда парень разделся.

В академии учителя постоянно напоминали о том, что смущение – это вредное чувство для целителя. И его надо постоянно и нещадно искоренять. Как в голове (пациент не имеет пола! Он имеет разные половые признаки!), так и опытным путем. То есть осматривая лиц противоположного пола. И не только сверстников. И не только раздевая их.

Несколько учеников, а точнее учениц, отсеялись в первый месяц. Не смогли побороть чувство стыда, смущения. Кто-то отказался осматривать парней, кто-то учителей. А когда преподаватели заставили раздеться самих учеников, а не только объекты осмотра, враз отказались учиться сразу пятеро учениц. Остальные втянулись. Кстати, преследовалось не только чувство стыда, но и похоти. Немногих парней, которые решили стать целителями, при факте эрекции просто заставляли много и долго уставать. Как это было принято в академии, с пользой для дела. Например, уход за животными. А после этого, чтобы еще лучше закрепилось, на следующий день нужно было представить реферат по мочеполовой системе...

– Эрри, – произнесла Ама, держа руки в районе поясницы осматриваемого. – Вот тут посмотри.

Эррис, записывающая результаты, тут же отвлеклась.

– Хм, – кивнула она, приложив руку. – У вас есть проблемы со стулом, мочеиспусканием, эрекцией?

Последнее предложение адресовалось пациенту. Тот, покосившись на девушек, отрицательно помотал головой. Эррис молча черкнула что-то в записях.

«Так не пойдет», – подумала Аксента, видя, что этот парень уж слишком спокойно реагирует на осмотр.

Пациент должен разговаривать. Выкладывать о себе все, потому что важна любая мелочь.

«Чертов Цевитос», – стиснула зубы Акси, вспомнив слова старика.

Он же натурально взял и сдал их! Естественно, теперь этот парень спокоен! Аксента зашла за спину парня. Ама, которая в этот момент тоже была вне поля зрения Тайфола, водя руками в районе лопаток парня, подняла на Аксенту взгляд. И кивнула в ответ на сложенные колечком пальцы подруги.

– До операции вы вели половую жизнь? – спросила Амарата, обойдя парня.

– Да, – ответил тот.

И опять слишком спокойно! Он что, постоянно бывает голым перед женщинами?!

– С какой регулярностью? – Ама слегка улыбнулась.

Она еще и томности слегка подпустила в голос! И встала нарочито близко. Как будто ее это даже порадовало! Акси привычно позавидовала такой реакции. У нее самой пока получалось лишь сохранять спокойный вид. А Эрри вон голову опустила, чтобы не было видно ее смущения.

– Ну, в последние дни не было, – ответил Тайфол, слегка подняв руки, видимо имея в виду операцию.

– А до этого? – Амарата уже пустила в ход обворожительную улыбку и тот самый взгляд.

Она таким образом даже молодых учителей (не целителей) сбивала с мысли. Сверстники же вообще начинали плыть и глупо улыбаться. Вот и сейчас явно подействовало! Тайфол посмотрел на Амарату с интересом... Но с каким-то не таким! А как будто увидел говорящую лошадь! Тут Аксента натолкнулась на насмешливый взгляд мастера Цевитоса.

«Ну да, чтобы учителя и выдали простой случай!» – Акси с трудом сдержала тяжелый вздох.

* * *

Интересный фокус, но после того, как пришло понимание, что перед ним, по сути, кто-то типа медсестер (или, точнее, интернов, получается), то стало... Как бы это описать... Словно он снова попал на очередной медосмотр, в очередной части. Реально, так стало все равно. Параллельно и пополам. Да, молодые девушки, но они уже, скорее всего, столько «слоников» видели, что удивить их вряд ли удастся. Да и взгляды у дам были равнодушные и характерно смотрящие сквозь. Была у Артема подруга, как раз из медработников. Так она, когда они оставались вдвоем, начинала реально стесняться! Артем удивлялся и, в конце концов, спросил, как такое получается? На что был дан ответ, что на работе... Там не мужики. Там больные. Никаких эмоций нет, когда они заголяются. Как на манекен смотришь. Или на статую. Не будешь хотеть статую, верно? В общем, дело в голове. Вон и Цевитос, да и сами девушки это только что подтвердили.

«А вот интересно, – думал Аринэль, пока его осматривали, – может, я во врачи пойду? М-м... Как-то...»

Парень слегка поморщился. Что-то этот путь... не прельщал. Вообще никакого отклика. Ладно, там станет ясно, что к чему.

– До операции вы вели половую жизнь? – поинтересовалась блондинка, вынырнув откуда-то чуть не из подмышки.

– Да, – спокойно ответил Аринэль.

Девушка как-то недоверчиво улыбнулась.

– С какой регулярностью? – слегка сощурилась она, с едва уловимой иронией.

«Проверяет, что ли? Интересно, зачем?»

– Ну, в последние дни не было, – Аринэль не удержал тоскливого вздоха и показал руки.

– А до этого? – улыбнулась дама еще шире.

«Вот гадом буду, ей это просто интересно. Или по пути развлекается? Так. А действительно... Как-то не приходило в голову замерять это».

– Ну-у... раз в день, так вроде, – ответил парень.

Блондинка посмотрела на него опять недоверчиво. И промолчала.

– Нам необходимо будет просмотреть ваши каналы после полового акта, – заговорила та крепкая девушка из-за спины.

Аринэль сейчас еле сдержался от того, чтобы не поюморить в пошлую сторону. С врачами лучше не шутить, когда ты в их руках! У них очень, очень своеобразное чувство юмора! Например, офигеть как смешно, когда у тебя нога в гипсе, а ты из туалета вылезти не можешь, потому что... Лезет и лезет!

– Сразу после? – поинтересовался парень максимально нейтральным тоном.

Вот потом, когда они снимут халаты, ну или что тут вместо них, тогда они становятся вменяемыми людьми. А пока включен режим эскулапа, лучше говорить только по делу (точнее, телу!), максимально лаконично, но при этом информативно тоже по максимуму, иначе обеспечен новый заход на анализы.

– Да... – та девушка отчего-то запнулась. – Сразу.

Аринэль кивнул.

– Мне самому к вам прийти? – уточнил парень.

Блондинка в этот момент сверкнула глазами, и Аринэлю показалось, что она что-то сказала... Неслышно, только артикулировав. И, вскинув подбородок, отошла от парня.

– Нет, пришлите кого-нибудь за нами, – ответила та же собеседница и вышла из-за спины. – Нам нужно будет посмотреть и вашу партнершу.

– А, вот как, – Аринэль чуть поднял брови. – Хорошо, я понял.

Тут Аринэль подметил, что третья девушка смотрит на него... Во-первых, искоса. Точнее, исподлобья. А во-вторых, так, будто он... экспонат. Или, скорее, подопытный. То есть с явным интересом, но как на... овощ какой-то!

«Дьявол! Эти целители меня начинают пугать больше, чем анты!»

...Мастер Цевитос с удовлетворением читал лист осмотра. Несмотря на скептическое отношение к методам своего бывшего сайона^[38], бывший глава кафедры целителей отдавал должное его чутью на таланты. Эта троица определенно имела хороший потенциал. Дело в опыте. А это уже задача старших товарищей, обеспечить его получение.

«Уровень – адепт, с возможностью роста».

Да, это они определили совершенно верно. Измерили не только пропускную способность каналов и их развитие, но и сопоставили это с комплекцией, упомянули посттравматические моменты... Неплохая база. Что же, работа с младшим Тайфолом будет им чрезвычайно полезна. Как в плане чисто практического опыта, так и в части общения с пациентом. Аринэль даже его самого слегка (очень слегка) удивил своим отношением к осмотру. И не списать на то, что он живет, так сказать, полной жизнью. Цевитос, конечно, уже такое видел, но у опытных вояк, которые не один десяток раз бывали у целителей. А тут совсем юный парень. Хотя выпало ему немало... Но все равно, поведение интересное!

«Надо будет дать задание, чтобы раздел по общению с пациентом был побольше и поподробнее», – покивал сам себе Цевитос.

Комната трио целительниц

Амарата была зла. Настолько, что даже ее движения изменились. Обычно она двигается плавно, подчеркивая пластикой и так отличные внешние данные. А тут дверь открыла пинком, широкими шагами прошла к кровати и просто плюхнулась на нее.

– В последний раз на балу было, – заметила Эррис.

Аксента хмыкнула. Она тоже дошла до кровати, села и силой потерла ладонями лицо.

– Я на бал вообще не пошла, – заметила Акси.

– Да что он о себе возомнил?! – произнесла сквозь зубы Ама, смотря в пол и сжимая край кровати так, что пальцы побелели. – Животное!

Эррис и Аксента переглянулись.

– Живет он! – зло усмехнулась Амарата. – Половой жизнью! Брехло! Мозоли, наверное, натер уже!

– А я вот думаю, что он не врет, – спокойно заметила Эрри. – Он же, как ни крути, сын графа.

Ама скривилась.

– Да, наверное, – нехотя признала она. – Тут же дикость несусветная! Крестьянок, наверное, по полям гоняет! Кстати, Акси, зачем ты сказала про обследование после... этого?

– Больше ничего в голову не пришло, – поморщилась уже Аксента. – Надо же было как-то его из равновесия выбить?

– Что-то я не заметила, что это на него подействовало, – процедила Амарата. – Взгляд у него... Мерзкий такой! А может, он того? Не по девочкам?

Эррис после этого задумалась. Аксента тоже нахмурила брови.

– В истории об этом не сказано, – произнесла Эрри. – Там, наоборот, отмечено, что он нормальных вкусов.

– Да и тут такое просто не поняли бы, – добавила Акси. – Нет, не надо придумывать. Я вообще думаю, что дело в том, что он часто попадал к целителям. Вспомните, наши парни тоже потом вели себя совершенно равнодушно.

– Еще бы, они ж год на спецов отучились! – в голосе Амы прозвучали ядовитые нотки. – А этого едва с горшка сняли!

Она вдруг замолчала. И на ее лице отразилась задумчивость.

– Видели ту служанку, которая стояла возле кабинета Цевитоса? – произнесла она. – Она же явно ждала наш объект!

– Это ты к чему? – поинтересовалась Аксента.

– Кто больше всех знает о хозяевах? – Амарата скривила губы в недоброй усмешке. – Важна информация. Способ ее добычи не важен.

Последней фразой Ама сейчас процитировала мастера Шенфаруса.

* * *

Дара с Ташей уехали в становище еще с утра. Как Аринэль их ни убеждал, что особая приборка в шатре не требуется, девушки настояли на своем. Интересное все-таки это сочетание. Точнее, интересные женщины у орков. И голову могут срубить, и прибраться. Причем приборка шатра считалась именно привилегией. Сестры забрали с собой Ками, оставив «на хозяйстве» Цеси.

Почему Аринэль решил перебраться в становище? Да потому что в замке уже положительно невозможно находиться. Такая тут стройка развернулась. Зацените, дварфы одну из стен собрались сносить. Точнее, не стали восстанавливать полуразрушенную. Кстати, перебраться решило все семейство Тайфолов, мало кому в радость, когда тебя поднимают с рассветом (а летом это очень рано!) зычные голоса строителей, удары по железу и прочие прелести большого строительства.

Аринэль, стоя на крыльце, обозревал происходящее, и к нему приходило понимание, что идея с прогулкой была не самой лучшей. Даже небольшой сад возле хозяйского дома был «демонтирован». На месте деревьев были ямы, а прямо сейчас последнее из них, с запакованными в мешок корнями, собирались куда-то утаскивать.

– Надеюсь, в академии ты со мной будешь гулять? – раздался голос позади парня.

Аринэль улыбнулся и обернулся. Сестренка была хмурой, губки поджаты.

– Как пожелает госпожа, – пробило парня на куртуазность.

Он даже слегка поклонился. Саманта улыбнулась.

– Пойдем, посидим возле заклинательной, – произнесла Анти, беря парня под руку.

Точнее, кладя ручку на подставленную руку брата. Они спустились с крыльца... И им пришлось тут же отказаться от образа гуляющей парочки аристократов. Ямы, понимаете ли. А потом трое дварфов, которые тащили куда-то бревно. И только за домом было еще спокойно, только идти-то осталось шагов двадцать. Но Анти все равно опять воссоздала атмосферу променада.

– Зачем тебя Цевитос сегодня снова звал? – спросила Саманта.

– Очередное... обследование, – с некоторой досадой ответил Аринэль и усмехнулся. – Теперь я курсовая работа.

Анти непонимающе посмотрела на брата.

– Шенфарус и Цевитос на мне своих учеников решили потренировать, – пояснил парень. – Вот и сегодня меня, чтоб их, смотрели, щупали и все такое.

– Может, отцу сказать? – предложила Саманта, прижимаясь ближе.

– Не, сестренка, – Аринэль слегка усмехнулся. – Ученики – это да. Но они же наши будущие даэхоны.^[39] А пусть и такое, но совместное дело, оно все равно сближает. А нам не помешают знакомые даэхоны, правда?

– Совместное дело? – опять не поняла Анти.

– А, я же не сказал. Они меня будут исследовать две десятины.

– Что они будут делать? – подняла бровь Саманта.

– Ну, смотреть, как мое тело реагирует на... – Аринэль споткнулся, вспомнив осмотр. – На все, в общем.

«Интересно, а они что, вот прямо так, припрутся после этого?»

– Зачем? – удивилась сестра.

– Я же говорю, объектом поработаю, Анти, – насмешливо ответил парень. – Что-то ты сегодня отстаешь!

– Ты хочешь сказать, что я дура?! – с ровного места с чего-то вспылила Саманта.

– Заметьте, я вообще ничего такого не говорил! – не удержался от сарказма Аринэль.

Анти сузила глаза, смотря на брата, который сейчас явно сдерживался, чтобы не заржать.

– Знаешь, ты, даже когда злишься, красивая, – Аринэль решил сгладить «плоскость» шутки.

У сестры на лице отразилась мысль «подхалим». Но одновременно все же промелькнуло удовольствие.

– Что случилось, Анти? – уже серьезно спросил парень. – И давай без отговорок. Я тебя слишком хорошо знаю, чтобы поверить, что все в порядке.

Саманта тяжело вздохнула. В этот момент они дошли до лавочки, которая стояла возле входа в помещение для магических действий. Девушка отпустила руку брата, подогнула подол (естественно, Анти была в платье! Светло-голубом таком, нарочито простом, но одновременно очень ей идущем) и аккуратно присела на лавку, расправив платье на коленях. Все-таки изящность – это должно быть в крови, наверное. Вон Даре и Таше даже в голову не придет, что нужно несколько раз в день, банально, расчесываться. Но сестры Хейгар... Они берут другим, да. И нравятся за другое...

«Так! Это что за сравнения пошли?! Анти, вообще-то, родственница Аринэля!»

Молчание затягивалось. Саманта, хмурясь, смотрела в землю, вцепившись в край лавки. Аринэль слегка улыбнулся.

– Анти, – парень присел на корточки перед ней и заглянул сестренке в глаза. – Я же твой рыцарь, помнишь? Ты что, боишься, что я тебя начну за что-то осуждать?

Девушка дернула щекой, смотря на брата. И отвела взгляд.

– А если... – начала она, причем явно через силу. – Если...

Саманта порывисто вздохнула. Стиснула зубы и посмотрела на Аринэля прямо и пристально.

– Мама сказала, – заговорила она тихо, но уверенно, – что такое иногда случается с одаренными. Из-за сильных эмоций... Они перестают контролировать дар. Сурам Мико. Неконтролируемые выбросы. Я...

Девушка бросила взгляд на здание рядом.

– Три дня тут жила, – добавила она. – Меня поили успокоительным в лошадиных дозах. Да и как тут не занервничать!!!

Последние слова Саманта практически выкрикнула, со злостью. Аринэль взял ладошки сестры в руки.

– Прости, – произнес он. – Я не хотел сделать тебе больно.

Анти чуть склонила голову, смотря на брата. А потом как-то невесело улыбнулась.

– Да, я знаю, – произнесла девушка с теплотой, а вот дальше в ее голосе зазвучала ирония. – Именно поэтому ты завел себе столько... да?

Тут она будто что-то вспомнила. И на ее лице проявилось подозрение.

– Постой-ка, – произнесла Саманта. – А кто там тебя будет... обследовать?

– Так говорю же, ученики мастера Шенфаруса, – тут же ответил Аринэль.

– Это которые... – тут Анти практически зашипела и, вырвав руки из ладоней брата, уставила на него указательный палец. – Там же одни девки!

– Ну, выбираю тут не я, – пожал плечами парень.

– И как они тебя собираются обследовать? – ядовито спросила Саманта. – В постели?

– Слушай, ты какого-то обо мне превратного мнения, – заметил Аринэль. – Я вообще про них в этом плане не думал. Для меня они... целители и только.

На лице сестры отчетливо пропечаталось недоверие.

– А до этого были только служанки, – произнесла она с иронией. – Плут!

– Эй, я никогда и не утверждал, что Цеси для меня только служанка! – возмутился Аринэль.

– Братец, не лохмать мне волосы, я их только что расчесала! – Анти хмыкнула. – Юбочник! Да я ни за что не поверю в эту сказку насчет просто целителей!

Тут Аринэль почувствовал, что на него смотрят. Прямо-таки уставились и чуть не прожигают взглядом. Он повернул голову... И увидел Цеси.

– Господин, – поклонилась девушка. – Госпожа. Вас просили позвать на ужин.

– Во, уже, – Аринэль встал. – Спасибо, Цес! Что бы я без тебя делал!

Девушка опять поклонилась.

– Госпожа Тайфол, – предложил руку сестре парень. – Позвольте проводить вас.

Саманта вложила свою ручку в руку брата.

– Что бы я без тебя делал! – тихо передразнила она Аринэля.

– А сейчас-то что не так? – возмутился парень.

– Бабник! – припечатала Саманта.

– Да с чего вдруг?!

Замок Тайфол. Вечер

Тенденция навешивать на Аринэля ярлык сластолюбца продолжилась за ужином. На этот раз веселился отец! Для начала на ужин были приглашены, кроме мастера Цевитоса, и те самые ученицы. «Потому что людям благородным нужно принимать пищу вместе». И отец весь ужин отпускал двусмысленные комментарии, интересуясь сутью того, чем девушки-целительницы заниматься будут. А потом неожиданно и мама Мара к этому подключилась. А следом не отстала мама Саятана. Мастер Цевитос тоже пару раз вставлял комментарии в этом же ключе. Похоже, учениц это слегка разозлило, в конце вежливые улыбки у них были как нарисованные. Девушки довольно быстро покушали (хотя, скорее, закинули) и, сказавшись уставшими, удалились. Потом разговор за столом, хвала магии, перетек на текущие дела. В этот момент, когда обсуждали строительство, в беседе стала активно участвовать невеста Грега. Оказалось, что Мелика весьма серьезно разбирается в этом, даже ценами владеет. Забавно было смотреть, как удивляется Грег таким знаниям своей девушки. Кстати, мама Мара довольно улыбалась, слушая разговор мужа и будущей невестки, которые, вооружившись блюдами, кружками и кусками пирога вместо макетов, составляли прямо на скатерти план будущего замка и посада...

Зевая, Аринэль шел по коридору в сторону своей комнаты. С улицы все еще доносился шум... А еще парня интересовало, куда это Цес запропастилась. Обычно она, если не присутствовала в самой трапезной, то ждала его в коридоре...

«У-у, барин, зажралис-с-с! Уже НАДО, чтобы провожали!»

Но, честно говоря, дело было не в том, чтобы его сопровождали. Точнее в том, хотелось, чтобы Цеси прям в комнату проводила. Так сказать, дымилось же уже. А разрешение-то было получено!

«Не понял?» – Аринэль нахмурился, увидев, что дверь в его... покои (хе-хе!) полуоткрыта.

Дверь легко скрипнула, открываясь. Шторы были задернуты, поэтому внутри стоял густой полумрак. Аринэль вошел внутрь... И обернулся на звук. Обнаружив Цеси, стоящую у двери и задвинувшую в этот момент дверной засов, парень поднял бровь.

– Цес? – улыбнулся он. – А что тут происходит?

Девушка улыбнулась в ответ, причем одновременно ласково и застенчиво. У-у, милота!!! Аринэль ощутил, как в груди разливается тепло.

– Господин... мой, – Цеси подошла ближе.

Естественно, Аринэль, едва она оказалась в пределах досягаемости, тут же подгреб девичье тело к себе. И слегка удивился, увидев, что глаза девушки наполнены слезами.

– Что случилось, Цес? – встревожился парень.

Его пальцы коснулись ее щеки, и Цеси вдруг наклонила голову, чтобы ладонь Аринэля прижалась к ее щеке, и со всхлипом вздохнула, зажмуриваясь.

– Эй, да что такое? – на скулах Аринэля заиграли желваки.

А внутри нарастал гнев. Цеси же шагнула к нему вплотную, прижимаясь к груди парня и поднимая лицо.

– Я... – девушка открыла глаза. – Люблю... тебя.

И Аринэль в этот момент понял выражение «утонуть в глазах». Зверь гнева, ворча, укладывался обратно, оставляя своего носителя в некоторой растерянности. Губы девушки чуть распахнулись, приближаясь. В голову парня ударила мягкая, но сильная волна желания, когда их губы соприкоснулись.

«Ух! Вот это приход!»

На раздавшийся сзади тихий то ли вой, то ли приглушенный визг Аринэль отреагировал моментально. Он тут же развернулся, задвигая Цеси за спину и хватаясь за рукоять меча. В неверном свете он увидел темные фигуры. Его действия сопровождал уже натурально стон. Парень озадаченно повернулся на этот звук. И тут он увидел лица.

– Дара! – облегченно выдохнул парень. – Какого... гм... вы решили напугать меня?

– Не сильно-то ты испугался, вождь! – насмешливо сказала Дара, подходя вместе с сестрой ближе.

А еще с ними была Ками! Причем Аринэль едва сдержал порыв превентивно долбануть ей! Глаза девушки были распахнуты так, что еще чуть-чуть и выпадут. Ее всю потряхивало, как будто алкаша после месячного запоя, улыбка походила на оскал.

– Это тебе сегодня не понадобится, – мягко произнесла Дара, улыбаясь и кладя руку на рукоять меча, которую все еще сжимал парень.

Таша молча, но тоже с легкой улыбкой, взялась за пряжку оружейного ремня. Брякнули об пол ножны. Глаза Дары реально мерцали, когда девушка потянулась за поцелуем. Аринэль едва успел вдохнуть, когда Дара оторвалась, а его голову повернула к себе Таша.

– Не обижай девочку, – прошептала она, отрываясь.

Перед парнем оказалась Ками. И с ней произошли разительные перемены. Сейчас она была явно сильно напугана, попятилась и только стоящая позади нее Таша не дала девушке отойти. Орчанка положила ей на плечи руки.

– Не бойся, – прошептала она, наклонившись, в ухо Ками. – Закрой глаза.

Ками тут же зажмурилась. Вот только Аринэль и сам пребывал в легком ох... ошеломлении! Тут в его губы натурально впилась Дара.

– Ну же, Айри! – сказала девушка и радостно оскалилась. – Все равно она уже в твоем табуне!

Аринэль несколько мгновений смотрел на нее. Парадокс, но... Словно жене изменяешь, прямо при ней. Что-то не давало сделать шаг...

Таша взяла и подтолкнула Ками вперед. Та буквально столкнулась с Аринэлем и распахнула глаза. Этот испуганный взгляд... Парень, на автомате прижавший девушку к себе, смотрел на нее. Губы девушки подрагивали.

– Г-г-госпо... – Аринэль не дал девушке договорить, наклонившись, он легонько коснулся ее губ своими губами...

...Это был словно хмель, словно крепкое вино, которое однажды Ками утащила из погреба еще в отцовском трактире. Как и тогда, действия не отставали от мыслей и оставалось только удивляться. Она с упоением целовалась с Аринэлем, а ведь еще буквально несколько мгновений... или часов?.. Ожидание своей очереди к этим восхитительным губам обжигало сердце ревнивым жаром, а потом она снова будто улетала...

– Ты смотри, как разошлась! – чей-то насмешливый комментарий, после того как они упали на кровать, она услышала, но ей было абсолютно и полностью все равно!

Ведь прижиматься к нему, ощущать его, чувствовать своим телом его... было так здорово! По телу пробегали приятные волны, отзывающиеся внизу странным томлением. При этом Ками где-то внутри удивлялась тому, что она сейчас буквально трется о парня. Она видела его удивленное лицо, и это еще больше подстегивало ее. А потом она с восторгом отдалась его сильным рукам, его воле, ему...

Боль кольнула где-то в животе, выбрасывая из пелены чувств и эмоций. Но его губы снова потянули туда, где реальность смешивалась с мечтой...

Девушку буквально выгнуло, и Аринэль поневоле остановился. А Ками раз за разом будто током било, девушка вздрагивала всем телом, при этом с ее губ слетал далеко не эротичный стон, а словно ее пытали. Честно говоря, парень даже несколько опешил.

– Все, все, – Таша прижала к себе обмякшую Ками, словно ребенка, и Аринэль ощутил себя чуть не насильником.

Но на губах девушки блуждала улыбка... наркомана, так что это внушало чувство, что все прошло как надо.

– Муж! – парня, сидящего на коленях, сзади обняла Дара. – Ты не забыл о нас?

Ее дыхание буквально обжигало шею. А еще спины касались упругие мячики. Да и, честно говоря, предыдущие действия... Как бы это помягче. Он больше старался доставить удовольствие Ками, следя за ее реакциями (был у Артема опыт, когда девушка боялась близости, после неудачного первого раза). Ну а сейчас... Кто-то будет отодран!!! Аринэль оскалился.

Дара удивленно охнула, когда парень как-то так ловко и быстро вывернулся, что она провалилась вперед, а Аринэль еще и добавил ускорения, чтобы она точно упала. Орчанка и понять ничего не успела, как ее, прилегшую на живот, слегка приподняли сзади. Дара улыбнулась, когда, несмотря на предыдущие действия, дальше пошло плавно.

«Он мой!» – эта мысль принесла практически телесное удовольствие.

Перед ее глазами сейчас почему-то встала картинка, на которой они буквально летят по дороге. Рыцарский плащ с летящей птицей развевается за его плечами. Он оборачивается и широко улыбается...

– О да! – выдохнула Дара и прогнулась в спине.

Деревня Каморай. Постоялый двор

Наргил Номар, стоя за стойкой, поглядывал на молодую женщину, завтракающую в зале. На ее одежде имелся герб, причем очень знакомый герб. Красный щит, за ним меч. Хозяин трактира просто не мог не узнать герб Тайфолов. Вот только эту женщину он не знал. Впрочем, свои вопросы Наргил оставил при себе. Дама была явно сильно не в духе, вон как буквально кромсала ножом мясо. До кучи, на щите была нарисована звезда, что говорило о том, что перед ним одаренная. А злой маг – это очень опасный собеседник.

Хлопнула дверь, и в залу зашел молодой дварф. Не смотря по сторонам, паренек дошел до женщины, поклонился.

– Госпожа, господин Гростайр сказал передать, что через полчаса... – парень запнулся, когда женщина махнула рукой.

– Скажи, что я буду готова, – бросила она.

Парень поклонился и поспешно удалился.

– Хозяин! – буквально рявкнула женщина. – Мне собрали с собой?

– Конечно, госпожа, – склонил голову Наргил.

Женщина кивнула и вернулась к своему завтраку. Доела она быстро, словно новобранец...

...– Интересно, откуда у нее герб Тайфолов? – произнесла молодая жена Наргила, когда женщина вышла из зала постоялого двора, хлопнув дверью.

С улицы доносились звуки отъезжающего каравана. В последнее время доход значительно увеличился. Вот только и мест стало не хватать, поэтому сейчас строился еще один постоялый двор, где будет руководить зять Наргила. А сам мужчина, неожиданно для него, стал объектом внимания юных девиц на выданье!

– Ты еще можешь догнать ее и спросить, – иронично ответил мужчина.

– Что-то не хочется, – поежилась женщина.

Наргил усмехнулся. И задумчиво посмотрел на дверь. Потом окинул взглядом зал.

– Позови Лесу, – произнес он. – А сама давай комнаты прибери.

– Так я же через час собиралась, – возразила жена Наргила.

– А если еще кто-нибудь из благородных заявится? – произнес хозяин. – Зачастили они что-то. Давай, сходи сейчас.

Глава 3

Маркграфство Тайфол. Становище орков. Время, когда сестры Хейгар и Ками уехали в становище

Кони орков и вправду впечатляли. Ками одновременно сжимало сердце страхом и захватывало дух от скорости. Они, как выехали из замка, так и, такое ощущение, что едва касались земли, летя по полю. Девушка, отчаянно цепляясь за Ташу, глупо улыбалась. А потом сердце кольнуло грустью, когда она вспомнила Аринэля, который с присвистом и смехом уносился вперед вместе с сестрами Хейгар.

«Может...» – Ками смотрела в чистое голубое небо.

Ее волосы трепал ветер. И, конечно, это из-за него, ветра, на глазах выступили слезы. Девушка вспоминала, как господин стоит среди других воинов, улыбается. Несмотря на то, что он был ниже многих и субтильнее, он... Не смотрелся ребенком, надевшим доспехи. Он как-то неуловимо был СРЕДИ них, а не стоял рядом. И этот плащ с летящей птицей. Перед глазами Ками постоянно всплывала картинка... Из той потертой книжки, где на блеклой выцветшей обложке герой стоит в точно таком же плаще, защищая возлюбленную...

Девушка опустила голову. В груди поселилась холодом тоска. Она и не заметила, как кони перешли на шаг.

– Хэй, кобылы! – чей-то громкий голос, причем женский и задорный, вырвал Ками из тяжких дум. – А чего это вы одни? Где своего эльфенка потеряли?!

– А тебе, Рена, зубы, смотрю, совсем жмут? – ответила Дара.

Ками вскинула голову. Старшая Хейгар скалясь смотрела на такую же молодую орчанку. Ками огляделась. Вокруг стояли высокие серовато-белые шатры. А между ними ходили, сидели, разговаривали... Великаны! Смуглые, мускулистые...

– Ой, я так испугалась! – оскалилась и собеседница Дары. – Слазь и посмотрим, что кому жмет!

Дара и вправду перекинула ногу через седло, причем не как обычно, а спереди, и спрыгнула, а точнее эффектно съехала с коня. Подойдя вплотную к говорившей, она наклонилась к ней. Их лица с этой девушкой оказались очень близко... Обе орчанки зло скалились, и Ками реально заволновалась, что сейчас начнется драка! Почему Таша так спокойна?!

– А ты все такая же наглая, а? – процедила Дара.

– Кто бы говорил... Тайфол! – ответила Рена.

И девушки обменялись ухмылками. Причем уже не злобными. Ками, хлопая глазами, смотрела на то, как орчанки хлопнули друг друг по плечу. Таша, сидящая впереди Ками, характерно вздохнула, покачав головой.

– Ну и че, как тут? – спросила Дара.

– А что тут может поменяться? – пожала плечами Рена. – Вы чего приперлись?

– Айри хочет пока тут пожить, – хмыкнула Дара.

Кстати, они были похожи. Дара и эта девушка. Или Ками просто так казалось. Обе крутобедрые, высокие... ну и да, спереди все было тоже представительно. Разве что Рена была более... массивной, что ли. И челюсть у нее тяжеловата. А губы прям налитые ягоды, вот такие, наверное, очень нравятся парням...

– А, едете гнездышко готовить! – хохотнула ее собеседница и тут она заметила Ками. – О, а это что за птенчик? Вроде в тот раз другая была?

– Да, Айри из города забрал, – небрежно так ответила Дара. – Ее чуть дерра не сожрал.

Рена удивленно вскинула брови. И Ками с удивлением отметила, что на лице этой девушки отразилось уважительное выражение...

...Мужчины орки напоминали гору. Гору мускулов. Ками несколько мгновений с открытым ртом смотрела на вышедшего из шатра мужчину.

– Вернулись, вертихвостки! – прогудел тот. – Что, Аринэль выгнал, что ли? Надоели ему?

Дара подбоченилась. Следом за мужчиной вышла женщина. Все-таки... Какие же они все грудастые. Ками, сама вроде не отличающаяся излишней плоскостью, почувствовала некоторую ущербность перед такой монументальностью. Кстати, взгляд женщины был очень строгий, сестры Хейгар явно, как говорится, поджали хвосты.

– Мы тут поживем некоторое время, – доложила Дара смиренным голосом и даже очи опустила.

– Наконец-то за ум взялись, – произнесла женщина, чуть прищурившись. – А то я уж думала, совсем привыкли к кроватям, разнежились.

Тут ее взор остановился на Ками. И девушка без шуток ощутила, как ее словно к земле придавливает.

– А это кто? – строго поинтересовалась орчанка.

– Айри ее от дерра спас! – отчеканила Дара. – Она теперь ему служит!

Взгляд женщины явственно потеплел.

– Хоть зять с мозгами. Зовут-то как? – спросила она и жестом остановила дочь, открывшую было рот. – А что это она сама не говорит? Немая, что ли?

Таша слегка вытолкнула Каминан вперед.

– К-ками! – выдавила девушка, кланяясь.

– Спину-то не гни, – проворчала женщина, – не в городе. Ну, хоть не такая тощая, как предыдущая. А та где, кстати?

– Так в замке оставили, – ответила Дара. – Потом тоже приедет.

– Ну-ну, – женщина развернулась к шатру и бросила через плечо: – Где одеяла, знаете. Проветрить их не забудьте.

Мужчина проводил жену взглядом. И посмотрел на дочерей.

– А зять-то мой когда сам приедет? – спросил он. – А то ведь и не посидели толком мы с ним!

– Завтра приедет, вождь! – Дара явно повеселела...

...Они вытащили из шатра все шкуры, которые использовались в качестве подстилки. После чего выкинули все сено, которое лежало под ними. Пока Ками с Дарой делали это, Таша таскала новое сено, свежее, душистое, словно только что скошенное. Потом сестры выбивали пыль из шкур, а Ками таскала их в шатер.

Во время этого сестры обсуждали кого-то. Потом их разговор перешел на Цеси. В голосе Дары прозвучало уважение. Ками это опять дернуло за сердце. Они... Они все имеют общее с Аринэлем. Такое общее, которое просто так не убрать... Даже Цеси...

Ками все больше мрачнела. Орчанки говорили о парне. О каких-то случаях в детстве. То есть они знают друг друга очень давно. Прошлись по сестрам Аринэля, особенно досталось Саманте Тайфол.

«Ой, да вспомни Рэйсу, – говорила Дара, усмехаясь. – Пялилась, как молодая кобылка на жеребца!»

Разговор этот был каким-то отрывочным, что естественно. Сестры просто мусолили то, что давно известно. Им просто нравилось это обсуждать. А еще они иногда характерно улыбались... Когда вспоминали Аринэля.

К ним подошла та девушка, с которой Дара шутливо ругалась по приезду. Ее, кажется, звали Рена. Они поговорили о каком-то парне, который что-то там стер. Потом Дара поднесла к лицу Рены кулак. Та скривилась, ухмыльнувшись.

– А что так боитесь-то? – спросила она. – От него что, убудет?

– Самим мало, – вставила комментарий Таша.

Тут Рена смерила взглядом Ками.

– А не много у очага-то будет? – задала она странный вопрос.

– Договорятся, – отмахнулась Дара...

...Ками укладывала очередную шкуру. Уже почти все. Остались только одеяла. Девушка замерла...

Пропасть. Так близко, но как будто стена... А они... Они. Ками покосилась в сторону выхода. Они жили рядом. Росли вместе! Когда ему было плохо, Цес находилась рядом.... Ну почему?!! Он такой... Такой... Настоящий! Перед взором Ками всплыла ласковая улыбка парня, когда он подхватил Цес в седло и умчался вдаль... Почему ей так не везет? Почему она тоже не оказалась рядом? Разве... Разве она не могла сделать того же?

Взор девушки помутился, по щекам скатились слезы. Ками стиснула шкуру под руками.

– Эй, – голос рядом раздался внезапно.

Ками вздрогнула и заполошно посмотрела на Ташу, которая стояла рядом. Орчанка, с одеялами в руках, увидев ее лицо, нахмурилась.

– Ты чего? – спросила Таша.

Ками опустила голову. Орчанка положила одеяла и присела перед ней. На Ками же накатило какое-то опустошение. Ее плечи опустились. Устала. Уже просто... Сил больше не было. Она не могла вымолвить и слова.

– Ну, и чего вы тут расселись?! – в шатер зашла Дара тоже с одеялами в руках. – Уже вечер скоро!

Она бросила принесенное рядом с первой кучей, которую притащила сестра. И тут заметила инсталляцию в углу шатра.

– Вы чего там? – спросила она.

Она подошла ближе.

– Да вот, – кивнула в сторону Ками Таша. – Что-то случилось.

Дара слегка нахмурилась и подошла ближе. Нагнувшись, она подняла голову Ками за подбородок.

– Ты чего, а? – спросила орчанка. – Обидел кто, что ли?

Ками снова помотала головой. Но, видимо, у нее был такой вид, что Дара не поверила. Она присела перед девушкой.

– Да ты не бойся, – уверенно и с угрозой произнесла Дара. – Просто скажи. Здесь кто-то?

Ками снова помотала головой.

– В замке? – продолжала допрос орчанка. – Если Саманта что-то брякнула, так она это она не по злобе.

– Нет, – выдохнула Ками. – Просто... Он... А я...

От избытка чувств горло девушки опять прихватило. И снова слезы прочертили по щекам дорожки.

– Из-за Айри, – тихо, но веско сказала сбоку Таша.

Дара вопросительно посмотрела на сестру. А потом задумалась.

– Он тебя обидел, что ли? – спросила она.

Каминан испуганно распахнула глаза.

– Нет! – поспешно ответила она. – Просто... Он... Совсем... Будто нет меня... Не... нужна...

Дара некоторое время внимательно смотрела на сидящую перед ней девушку. А потом вздохнула и покачала головой.

– Люди.

Маркграфство Тайфол. Становище орков

Дариан никогда не чувствовал себя настолько... Не униженным, конечно, скорее раздасованным. Крайне! Он-то полагал, что уж верхом-то ездить умеет! Оказалось, что казалось. А он еще удивлялся, как Тайфол (естественно, Дариан себя сравнивал с Аринэлем) умудряется выделывать то, что он исполнял. Было ощущение, что он не в седле сидит, а на диване. Он даже ногу на ногу закидывал на ходу! И он же при этом не пытался что-то изобразить из себя. Тайфол просто ехал так, как ему казалось удобным. А на второй день пути он ту свою служанку, поменьше, взял и подхватил в седло, когда та в карету садилась. Прямо с земли! И вместе с этими орчанками унесся куда-то вперед...

Сзади раздалось шуршание, и в шатер вошла женщина. Если так, конечно, можно сказать про орчанку! Дариан, до десяти лет росший в королевстве Эшмаэн и привыкший к гибким, стройным девушкам и женщинам дроу (Аринэль бы тут вставил про спортивное телосложение), приехав к отцу, первое время ходил слегка пришибленный, видя просто монументальные, в его понимании, округлости женщин людей. А тут... Мощные, сильные дамы и с такими габаритами, что Дариан не знал, куда прятать взгляд, разговаривая с ними! Взор все время на что-нибудь натыкался.

– Ну что, как там у тебя? – женщина, кстати, старшая жена вождя, Хагара Тирра подошла ближе и без тени смущения подняла отрез ткани, прикрывающий ягодицы лежащего на животе парня.

Дариан только вздохнул. Это еще что, они сейчас хотя бы одни в шатре. Вчера вечером ему мазали зад и ноги (в том числе и бедра с внутренней стороны!) прямо при всех!

– Хорошая мазь, свежая, – удовлетворенно произнесла Хагара. – Уже почти зажило.

В угаре упрямства парень стер себе... там чуть не до мяса. И на следующий день не то что на коня сесть, встать смог с трудом. И на радость детишкам изображал из себя анта, передвигаясь чуть не на шпагате. Парень даже улыбнулся. Его потом просили повторить...

И вот он третий день валяется в шатре. Пришлось, иначе Хагара пригрозила его связать, если он хотя бы нос из шатра высунет. Конечно, это была преувеличенная угроза, выходить Дариан все-таки выходил. Вот только, что там делать? Ни посидеть, ни погулять. Лучше уж валяться, чтобы зажило побыстрее. А еще... Лучше, пока он не мог передвигаться быстро, и в самом деле не выходить...

– Мама! – в шатер буквально ворвалась молодая орчанка. – Хейгар приехали! Сказали, что тут будут жить!

– Одни, что ли? – женщина прикрыла срамоту Дариана.

– Не, вместе с Айри! – Рена улыбнулась во все зубы. – Но он позже приедет. А если приедет он, значит наверняка и Рэйса тоже!

Хагара улыбнулась энтузиазму дочери. Шумная компания, которая кочевала от шатра Хейгар до шатра Тирра (смотря, где их застанет вечер), снова будет в сборе.

– Представляешь, Айри себе еще одну из города привез! – продолжала доклад Рена. – Правда, эта не такая мелкая.

– Ну, хоть кто-то из вас за ум взялся, – произнесла Хагара, вставая. – Кстати, а где секоч?

– Ой, – опомнилась Рена. – Я сейчас!

И вылетела из шатра. Женщина только покачала головой.

– Уже пора свой шатер заводить, – проворчала она, дойдя до очага, на котором стоял котел. – А в голове один ветер!

* * *

Есть места на планете, где уже, кажется, просто не может быть мира. Вот и эти горы... Уже несколько столетий они поливаются кровью...

– Идем, – коротко бросил проводник.

Не надо смотреть на то, что одет он в откровенное рванье. Можно сказать, что это местная форма. Да и полазай по горам... И не недельку, а постоянно.

Артем молча поднялся. Он не питал иллюзий и все время был настороже. Тут предают так же легко, как дышат. А тут одна его винтовка все равно, что кусок золота с собой таскаешь. Да даже дороже. Золото нельзя есть, нельзя им защититься...

«Они же все... мертвы?» – проскользнула удивленная мысль при виде Жака.

Сухощавый невысокий француз кинул взгляд на Артема и показал, что держит руку возле кобуры...

...Тропа шла вверх. Все время вверх. В эти моменты лучше ни о чем не думать. Только пустишь мысль, любую, как тело моментально вспоминает, что очень устало. Впереди маячит спина проводника...

«Какого?» – Артем нахмурился, увидев каких-то людей... в странных одеждах... и верхом!

Он бросил взгляд на Жака. Француз ответил настороженным вопросительным взглядом. Артем посмотрел обратно.

«Что происходит?»

Пусто! Никого!..

– Айри, ты чего встал? – Артем дернулся.

– Дара? – позади вместо Жака оказалась орчанка.

Она вопросительно смотрела на него. Из-за нее выглядывала Таша. Цеси чуть подальше сидела на камне, с выражением крайней усталости на личике...

– Господин! – восторженный голос Ками сложно было не узнать.

Девушка буквально накинулась сзади, обнимая.

– Надо идти, – раздался сухой, дребезжащий голос проводника.

«Да что за хрень!!!»

Тропа вверх. На ней стоял этот моджахед.

– Можно быстрее, – произнес проводник. – Но тропа круче. Или обойти, но это плюс час.

Артем только собрался открыть рот, чтобы ответить, как рядом раздалось звякание. Он резко повернулся и увидел... Девушку. В доспехах! Они сидела на здоровом черном жеребце и, прищурив глаза, пристально смотрела на Артема.

– Залезай, – приказала девушка.

Артем никак не мог рассмотреть ее лица. То тень падала, то почему-то реальность нечеткой становилась. А еще ему... Не нравилось. Не хотелось подчиняться этой особе.

Дара, Таша... Цеси улыбается грустно. Ками... просто идет, не оборачиваясь. Они уходят, вслед за проводником, который ведет их тропой в обход.

– Ну? – хлестнул голос девушки. – Понятно. Тогда...

Артем внезапно оказался на земле. А на нем стоял сайхог. Дышать стало очень тяжело, он буквально задыхался!..

...Артем судорожно вздохнул. Над ним было лицо Ками, которая широко улыбалась.

– Ты что, меня убить хотела?! – яростно зашептал парень.

А Ками, которая решила прикончить его таким экзотическим методом, как поцелуй, сверкнула в полумраке улыбкой.

В теле парня все еще была тягучая усталость. Словно...

«Твою мать! Всего лишь сон!» – с облегчением подумал Аринэль.

А усталость... Это от другого! Просто очень хотелось, чтобы все его девушки получили столько внимания, сколько хотели! Ну и, если говорить честно, увлеклись, да. Но и дамы все время провоцировали! Вон, Дара. Непонятно, кто кого это самое! Поддастся вроде, а потом уже как-то раз и сверху! И еще она Цес по пути... Хотя та вроде не сильно и возражала. Точнее, вообще не возражала, когда Дара ее лапала и целовала.

Таша действовала по-другому. Ей определенно не хотелось главенствовать, она все время так делала, чтобы... Ну-у, чтобы ею, так сказать, владели! Змейка, блин! Затискала же! Она и сейчас вон спит, прижав к себе руку парня. Да-да, между своих холмов.

Цеси снова в объятиях Дары. Они вообще... Как-то очень сильно сблизились. Вчера это было особенно заметно. В общем, разврат. И это... Загоняли, что там говорить!

«Все! Больше дам не берем! А то заездят они нас, Аринэль Бранич!»

Так, а кто-то точно подсматривал вчера. Иначе откуда такое знание... Чертовка! Ками со вздохом опустилась на бедра парня, при этом выгнувшись чуть назад. В полумраке белели полушария грудей с торчащими сосками. А еще... Эта ее улыбка. Она немного пугала. Вот реально. Натруженный вчера... Хотя уже сегодня младший Ари отзывался приятными ощущениями, но проскакивало чувство какого-то дискомфорта.

«Натереть пипиську. Достижение, однако...»

...Аринэль не стал требовать продолжения, когда Ками, зажав себе рот рукой, замычала, дергаясь, будто марионетка в неумелых руках. Вот она вытянулась в струнку и буквально опала, даже не потрудившись слезть с Ари. А парень тут же стал ощущать, что сон опять начинает одолевать его. Поэтому он, поглаживая припавшую к груди девушку по волосам, позволил сонной пелене захватить сознание, несмотря на неудобную позу.

Провинция Кеннус. Крепость Шанто

Охрана на воротах косилась на Феару, но той было глубоко плевать. Сегодня утром... Да, этим утром, которое пришло к ней именно тогда, когда ей захотелось проснуться, она окончательно поняла, что уехала из Кеонараса. Насовсем.

Правда, выражение ее лица заставило побледнеть хозяина постоялого двора... Что же, она и раньше не отличалась очаровательной улыбкой, а уж теперь и вовсе. Бывшей осужденной быстренько принесли заказанные ею припасы в дорогу, хозяин процедил пожелание доброго пути, которое больше смахивало на проклятье, и Феара покинула сие заведение.

До Орсуса, где имелся портал, добираться было пару дней, а на выделенном ей транспорте, может, и три. Доведя лошадку до ворот, женщина, провожаемая подозрительным взглядами стражи, вышла из крепости. Перед ней расстилалась дорога... Феара даже глаза зажмурила от удовольствия осознания того, что она теперь сама вольна выбирать цели путешествий! Женщина втянула носом воздух.

Мимо нее проехала телега, вырывая из созерцательного состояния. Причем так близко, что большие колеса едва не по ноге проехали! Правил телегой звероватого вида мужик. Сидящая в телеге дородная женщина окинула Феару неприязненным взглядом и едва заметно фыркнула. А мужик даже не обернулся. Фронтир... Тут редко можно встретить не то что манеры, а хотя бы вежливое обращение. Сдержав при себе ругательство (Кеонарас быстро учит сдержанности), Феара отвела свою лошадку в сторону, залезла в седло и пнула каблуками в бока животины. Совершенно по-человечески вздохнув, лошадь пошлепала вперед...

...Дорога часто петляла, обходя топкие места и круглые озерца. Места тут были, мягко говоря, не сильно обжитые. К полудню, когда дорога пошла вдоль реки, на другом берегу Феара увидела табун под приглядом орков. Степняков было с десяток, пара взрослых маячили башнями сбоку, а молодежь, весело перекрикиваясь, гоняли своих лошадей вокруг табуна.

«Словно и нет никаких антов. Не чернеет река. И никто не умирает».

Вскоре дорога стала снова забирать влево, уходя от русла. Лошадка размеренно, хоть и медленно, двигалась вперед. Феара не торопила ее. Теперь-то... Впереди, может, и не очень долгая, но свободная жизнь. В смысле не на башне Кеонараса.

«А на какой-нибудь другой», – пришла ироничная мысль.

В альтруизм императрицы она верила слабо. Пять лет мотаний по пограничным крепостям и два года в Кеонарасе не способствовали развитию иллюзий. Империя нуждалась в сильных магах. Нуждалась настолько, что готова была простить тяжелые преступления. Тот факт, что ее попросту не конвоировали в столицу, говорил о том, что возле престола и на нем были не дураки. Дали видимость свободы, а потом наверняка предложат вариант, от которого невозможно отказаться. Когда она была еще сопливой выпускницей – давили на ее ощущение превосходства. Потом на чувство важности. А потом она просто не могла бросить тех, кто сражался рядом с ней. Пять лет... Четыре крепости. Из Димараура они возвращались героями... Они не должны были вернуться, их считали погибшими, но они вернулись.

Лицо Феары перекосила боль. В ее ушах снова зазвучали слова Соманы. «Наконец-то рядом не будет этой бешеной». Какой-то оглушительный скрип дверей, их испуганные лица. Визг этой сучки, которую она считала подругой... и сестрицей. Сминающийся под формулами защитный купол. Но где же отсидевшейся в тылу магичке, пусть и дефенсору, противостоять магу, которая пять лет выживала на Стене...

Женщина тряхнула головой, прогоняя воспоминания. Сожалений не было. Любые чувства умерли возле той двери. Не было ненависти... Уже не было. За два года все перегорело, и пепел присыпал их лица...

Из-за небольшой рощи навстречу Феаре выехал отряд. Конные воины сопровождали несколько черных фургонов. Очередные смертники едут защищать границу империи, законы которой они нарушили. Женщина съехала с дороги, все равно ей скажут так сделать. Отряд поравнялся с ней, и едущий первым мужчина кивнул Феаре. Телеги, поскрипывая, проехали мимо. Из зарешеченного окна одной из них на женщину смотрел мужик со злобным выражением лица. При виде Феары он плотоядно ухмыльнулся. Но голос не подавал, охранники быстро учили вести себя тихо.

Женщина, посмотрев вслед фургонам, тронула каблуками бока лошади, которая уже вовсю хрупала траву, прорва ненасытная! Недовольно фыркнув, коняшка тем не менее вышла на дорогу.

Горы Тайдахар возвышались слева, сверкая единственным заснеженным пиком. Солнце уже было прямо над ним, значит уже полдень. Впереди еще долгий путь...

Замок Тайфол. Комната мастера Цевитоса

Непонятно почему, но Аринэль ощущал какую-то неприязнь со стороны блондинки. Она ничего не говорила, но иной раз так зыркала, словно хотела поставить клизму на пару ведер. Ну да, младший отреагировал соответственно на то, что по телу гуляют ладошки девушек! Ну, так гормоны и все такое! Целители же, должны понимать. Цевитос иногда бросал какие-то ехидные взгляды. Стоящая перед ним девушка, которая положила ему руку на солнечное сплетение, иногда косила взгляд вниз. Странно, не насмотрелись что ли еще? Только та зеленоглазая скромница вела себя спокойно, но и в ее взгляде иной раз что-то этакое промелькивало. Ну да! Засосы! А что вы хотели? Он тут вроде не подписывался за монашеский образ жизни! В чем проблема-то?

– Одевайтесь, господин Тайфол, – произнесла стоящая перед ним ученица, убирая руку.

Аринэль шагнул к стулу, где лежали его вещички.

– Ну что, жить буду? – не удержался он все-таки от иронии.

– Пока да, – спокойно ответила та девушка.

Блондинка еле слышно фыркнула. Скромница скрипела самопиской, что-то записывая.

– Но в ближайшее время я бы все-таки рекомендовала отказаться от повышенных физических нагрузок, – продолжала ученица.

– Ближайшее – это сколько? – уточнил Аринэль, завязывая шнурок кальсон.

– Примерно десятину, – ответила девушка. – И я имею в виду резкие нагрузки. А вот занятия, связанные с повышением выносливости, наоборот, рекомендую. Например, бег. Только не спринт.

– Фехтование? – задал следующий вопрос парень, накидывая на плечи рубашку.

– Еще не хватало ранений, – буркнула блондинка.

– Да верно, господин Аринэль, – кивнула ее напарница. – К тому же фехтование связано именно с резкими движениями. Лучше верховая езда.

– Стрельба из лука? – Аринэль застегнул рубашку. – Там вроде нет резкого.

– Да, это можно, – кивнула девушка.

– Ну а собственно занятия магией? – парень натянул штаны.

– А вот про это, господин Аринэль, – произнесла девушка, – вам лучше забыть десятины на четыре.

– То есть до конца лета, – парень чуть нахмурился.

– Если вы не хотите повторить операцию, конечно, – в голосе девушки проскользнула легкая ирония.

– Да задери меня дерра! – Аринэля аж передернуло. – Я понял вас. Будем развиваться физически.

– Под нашим контролем, господин Аринэль, – тон девушки стал наставительным. – Нам необходимо проводить ваш осмотр утром и вечером.

– Хм, это будет... несколько неудобно, – произнес Аринэль. – Видите ли, я сегодня переезжаю в становище. В замке, как вы могли заметить, слегка шумно.

Он застегнул оружейный пояс и вопросительно посмотрел на будущую целительницу. Девушка задумалась.

– Становище, в принципе, в часе от замка, – сказал парень. – Я могу и сюда ездить...

...Аксента сейчас думала вовсе не об удобстве этого малолетнего ловеласа. Ей самой уже, честно говоря, поднадоел постоянный шум за окном. Конечно, если нет альтернативы, то можно перетерпеть, кампус академии – тоже далеко не тихое место. Но если есть выбор...

– Хотелось бы и, так сказать, в процессе изучать ваше состояние, – произнесла Аксента. – Возможно, нам потребуются дополнительные наблюдения. Поэтому нам... вам лучше находиться рядом.

– Без проблем, – пожал плечами Тайфол. – Только жить придется в шатре.

Напугал! А то они возле матки, можно подумать, в особняках жили! Ама на это еле заметно сморщилась, Эррис не отреагировала никак. Ну, с первой-то понятно, ей просто не нравятся походные условия, в принципе.

– Если вы решили жить в становище, – заговорил мастер Цевитос, – тогда я передам вам нескольких своих пациентов. Ничего сложного, просто профилактика. Ну, и одна девочка там ногу повредила вчера. Думаю, вы справитесь.

Конечно, они справятся! Но этот... Цевитос. Сразу же нагрузил дополнительной работой!

– Что же, тогда я пришлю за вами вечером, – произнес Тайфол.

Замок Тайфол. Чуть позже

Сюрпризом для Аринэля оказался момент, что в становище собралась не только Рэйса. Насчет нее-то парень даже не сомневался. Но то, что туда же решила переехать Виона, слегка удивило.

– Анти? – Аринэль поднял брови, когда увидел Саманту... в брюках.

А та, явно довольная произведенным эффектом, подошла к брату с улыбкой на губах. А Аринэль и в самом деле внимательно оглядел ее. Просто сколько он себя помнил (точнее, сколько помнил он, и содержала память) Саманта вообще никогда не носила брюк. Можно сказать, она их презирала. А тут... Светло-коричневые брючки и такого же цвета длинный камзол. Под ним рубашка, но не белая, как ожидалось, а серая. И не рубашка, а эта... как ее... Короче, рубашка, но без пуговиц. Имелся воротник, но распахивалась она лишь до живота и не застегивалась, а шнуровалась. А еще талию сестренки стягивал ремешок, на котором висели ножны с кинжалом.

– Весьма, – задумчиво произнес Аринэль, смотря на девушку.

Рэйса закатила глаза при виде этих двух. Виона, уже забравшаяся в седло, улыбнулась.

– Ты же не допустишь, братик, – с видом скромняшки произнесла Саманта, – чтобы твоя любимая сестренка ехала одна?

– Да как можно! – хмыкнул Аринэль.

А он, кстати, все думал, с чего это с ними телегу отправляют. А тут вон оно как получается. Вещей оказалось больше, чем предполагалось. Кстати, в телеге поехали Цеси с Ками. Последняя чего-то хмурилась, поглядывая на парня.

Аринэль забрался в седло и подал руку сестре. Та взялась за нее, поставила ножку поверх стоящей в стремени ноги брата и толкнула себя вверх.

– Хоп! – Аринэль подхватил Саманту и посадил впереди себя.

Благо тут седла не имели лук. Они вообще не сильно походили на земные седла, которые помнил парень. По сути это просто кусок кожи, лежащий поверх попоны. Так что сидеть Анти было удобно. Ну, насколько это возможно.

Кстати, сам Аринэль городской меч положил в телегу, повесив на пояс длинный и слегка изогнутый клинок дроу. Он был легким, но все же длинным, с односторонней заточкой. Больше всего он напоминал японскую катану. Только рукоять была не оплетена, как это было принято у азиатов. И гарда была перекладиной. Но вроде и у самураев катана использовалась, как оружие конных. Схожая проблема вызывает схожее решение.

Хотели выехать еще утром, а уже полдень почти. Но, главное, что выехали! Аринэль махнул рукой вышедшим на крыльцо мамам Вайлири и Саятане. Рядом с ними стоял и Грег. Совсем уже наследник, вон косится на строителей. Забавно, что его невеста вообще со стройки не вылазит и сменила платье на робу. Кроме шуток, так и ходила, в грубой одежде, какую носили строители. О, и остальные мамы вышли. Как все-таки получается, что они все вызывают в душе такие теплые чувства? Мамы... Сестры. Вот Саманта. Аринэль улыбнулся, когда сестренка прижалась к его груди...

...Когда они выехали за ворота и переехали мост, Рэйса обернулась на брата. На ее губах играла задорная улыбка. И Аринэль знал, что сейчас хочет предложить сестра.

– Ну, что, Анти? – парень прижал девушку к себе за талию. – Прокатимся?

– Эй, вы чего это задумали? – забеспокоилась Саманта, глядя на Рэйсу, Виону, которая тоже ухмылялась, на сестер Хейгар.

– Небольшое соревнование, – усмехнулся Аринэль. – Тебе понравится.

– Какое еще соревнование? – Анти уже всерьез заволновалась.

Они все выехали вперед, выравниваясь в одну линию. Перед ними простиралось поле. Слева темнел лес (который Аринэль уже совершенно определенно ощущал), справа сверкала под полуденным солнцем река, уже почти вернувшаяся в прежние берега. Лошади, чувствуя настроение всадников, пофыркивали. Аринэль посмотрел в обе стороны. Слева сестры, справа... хм, жены. Парень улыбнулся.

– Можно я слезу?! – Саманта поняла, что сейчас будет происходить.

– Все в порядке, Анти, – успокаивающе произнес Аринэль и рявкнул: – Энсай!

Деревня Звонкий Ручей. День пути до замка Тайфол

Постоялый двор был совсем новым. И совершенно не соответствовал населению – в пределах частокола, который окружал деревню, было с пару десятков домов. А двор был с большой конюшней, гостиницей. Впрочем, зачем его надо было строить, сразу становилось понятно, когда караван дварфов въехал в деревню. В деревне сразу стало как-то тесно, а холл гостиницы наполнился шумными бородатыми гостями.

За большим столом расположились, естественно, те, кто был в авторитете. А именно старший сын Дорина Гростайра, Антор Гростайр. Девушки-служанки быстро заставили стол перед уважаемыми дварфами яствами, в основном мясными, отдельно прибыли большие глиняные кружки с пивом. Слишком часто за последнее время тут ездили дварфы, поэтому их вкусы уже достаточно изучили.

Ксентария сразу сняла комнату и заказала ужин туда. Беседовать хоть с кем-нибудь у нее не было никакого желания.

Оказавшись в комнате, молодая женщина сбросила прямо на пол сумку, которая висела у нее на плече, скинула полусапожки и буквально рухнула на кровать. Тяжело вздохнув, она невидящим взором уставилась в потолок. А потом вытянула вверх правую руку. На запястье звякнул простой металлический брачный браслет. На пластине был выгравирован герб, такой же, какой был у нее на груди. Щит, а за ним меч. Ксентария вновь тяжело вздохнула.

В сумке, которая валялась у двери, лежали бумаги. И женщине сильно не хотелось, чтобы они обрели силу. Но... Так больше не могло продолжаться. Грег оказался достаточно упрям и сдержал обещание. Он так и не приехал в Артезиус. А потом до Ксентарии дошли новости о том, что произошло во владениях его отца. И женщина поняла, что больше тянуть нельзя. Было очевидно, что Грег не собирается что-то менять. А быть... числиться женой, а если говорить прямо, то этакой содержанкой в глазах окружающих, Ксентария не хотела.

Те три месяца в Даэрон-Мерии были словно сказка. Всегда холодно-расчетливая, даже не думавшая не то что о замужестве, а вообще об отношениях, Ксента погрузилась в эту всю романтику с головой, забыв и о своих планах, и об академии. Она вообще обо всем забыла, глядя в эти синие глаза. И на ее руке оказался браслет.

А потом сказка кончилась. Грег категорически отказался ехать в Артезиус. Также он не желал, чтобы его жена ехала туда одна. Ксентария убеждала его, говорила, что она не может вот так взять и бросить то, что составляло ее жизнь. Возможно, она говорила слишком категорично. Да что там... Она кричала. Видели бы ее в тот момент сокурсники и преподаватели.

Год. Всего год, последний курс. Грег отмалчивался. И тогда не выдержала она. Приближалась осень. Возможно, если бы он был дома... Но Грег в тот момент находился в одной из приграничных крепостей. И она, оставив записку, уехала. Когда она обернулась на пороге, то увидела их комнату, с белеющей на столе запиской. И представила, как он входит, вернувшись из похода, усталый. Проходит, читает записку. Эта картина преследовала ее всю дорогу и не давала спокойно уснуть в академии.

Ксентария повернулась на бок и, словно в детстве, свернулась в клубок. Она писала письма. Ответа на них не было. Она хотела приехать на Ахаен Тайон^[40], но так и не решилась. Потом наступила зима. Она с головой погрузилась в учебу. Занималась исступленно, силясь забыть эти синие глаза. Преподаватели отмечали ее рвение, сам магистр Эллиус, завкафедрой Дуктус, прочил ей успешную карьеру исследователя магии. Но вот позади выпускные экзамены, и Ксентария поняла, что необходимо подвести какой-то итог под этим периодом ее жизни.

Завтра. Уже завтра она снова встретится с ним. Вряд ли он обрадуется. У него за это время изменилась жизнь. Ксентария узнала, что он оставил службу. А вряд ли он сделал это просто так. Долг у него всегда стоял на первом месте.

«Долг», – снова вздохнула женщина.

Он очень щепетильно относился к вопросам верности, чести... И, судя по всему, ее действия воспринял если не как предательство, то около этого. Возможно, он и вовсе выкинул из памяти все, что происходило тем летом. Тут в сердце Ксентарии кольнула острая боль. И она постаралась не думать о том, что с ним рядом уже, скорее всего, есть другие женщины. И эти синие глаза ласково смотрят на других. Эти губы улыбаются не ей...

«Завтра, – подумала Ксентария, глядя в окно на темнеющее небо. – Или... Или».

Глава 4

Маркграфство Тайфол. Становище орков. Следующее утро после переезда Аринэля

Вот за что можно похвалить такой вид жилья, как шатры, так это за вместительность. Влезли все, пусть даже и шатер считался малым. Конечно, спали натурально вповалку. И ведь можно было организовать отдельную жилплощадь, но эти ведьмочки, зовущиеся сестрами, надавили на то, что они же родственники и вполне могут заночевать, естественно, у любимого братика. А орки, они же повернуты на гостеприимстве. Вот и получилось, что Аринэль спал со своими женщинами, но просто спал. Даже Ками, которая кроме шуток, похоже, слегка двинулась в плане постельных дел, все же не стала терроризировать, а спокойно уснула... Но пощупать успела, маньячка. Вот честное слово, как у нее получается быть на людях этакой смирной кобылкой (во, блин, уже деформация пошла, как орк заговорил!), а наедине пугать плотоядной улыбкой?

А еще здесь было тихо, особенно после жизни на стройке. Засыпал Аринэль под шум ветра и фырканье лошадей (настоящих лошадей. То есть... В смысле животных-лошадей! В общем, мысли в этот момент как-то слегка путались). Так что удалось замечательно выспаться. Вот реально, так сладко не спалось, наверное, еще с Арантона. И пробуждение вышло мягким, даже можно сказать нежным. Сонный дурман бережно выпустил из своих объятий, а реальность так же неторопливо сменила его.

По шатру плыл одуряюще вкусный запах. Настолько, что слюна моментально наполнила рот. И этот запах окончательно вытянул из сна.

Ну и да, он обратил внимание именно на это. Две... Хм, отличные попки... То есть две девушки, конечно! Одна в ночной рубашке, тонкой, полупрозрачной. Вот как это выходит, а? Это же как бы считается приличным (перед своим парнем, конечно!), а получается наоборот. Руки сами тянутся потискать Цеси! Рядом еще одна... девушка. В мужской, то есть его, Аринэля, рубашке (парень посмотрел на то место, где вчера положил одежду, и убедился, точно его рубашка) и этих смешных панталончиках, которые у местных вместо нижнего белья. А напротив них Таша. В штанах да... а сверху что-то типа рубашки-распашонки! На этом гибриде футболки и рубашки не было никаких устройств для закрепления... Полы ее ничем не скреплялись. Как говорится, представьте видок, когда в такое экипирована девушка, у которой спереди есть, что показать!

Рядом с кулинарами, на куске кожи, расстеленном прямо на полу (это типа стола у степных), стояло большое блюдо. А на нем лежали лепешки! Большие, как блины! Собственно, они и по вкусу на них сильно походили. Горка на тарелке уже была впечатляющей. Это когда же они встали, раз столько сделать успели?

– О, какой запах! – раздался комментарий.

Виона, сев, шумно втянула ноздрями воздух. В этот момент в шатер вошла Дара. В ее руках был кувшин. Судя по тому, как девушка его несла, ну и по опыту, он был с молоком.

– Э-э... – протянул Аринэль, увидев, кто спит (точнее делает вид, что спит) рядом с ним.

А Саманта с легкой улыбкой пристроилась сбоку, всем своим видом выражая довольство. Аринэль настороженно посмотрел на своих девушек.

«Не понял? – подумал он, увидев насмешливые взгляды, бросаемые на них. – Что за приколы?»

– Братик, – тихий голос Саманты оторвал от наблюдения.

Аринэль посмотрел на сестренку. А та буквально сверкала взглядом.

«Чего это она так оживилась?» – чуть нахмурился Ари, смотря на нее.

А Анти погладила его по груди. И такой у нее довольный вид был, словно в лотерею выиграла. Прямо цвела. А еще она вниз косилась...

«Ух ты!» – чертыхнулся парень, увидев бугор на кальсонах.

Хорошо хоть разрез на них был в другую сторону и не видно, так сказать, естества!

«Так! А что это она подумала?!»

А Саманта прямо-таки льнула, то есть... Дьявол, она приняла это состояние за реакцию в отношении нее. И не сказать, что она так уж не права!

– Анти, – слегка хриплым голосом проговорил Аринэль, – а ты как тут оказалась вообще?

– Мне стало холодно, – не моргнув глазом ответила девушка, улыбаясь. – И я просто пришла погреться.

– Из другого конца шатра?! – недоуменно спросил парень.

– Я сильно ворочаюсь, – Анти все улыбалась. – Вот и получилось, что привалилась к тебе!

Аринэль даже не нашелся, что и сказать, глядя на девушку, врубившую милоту на полную мощность.

– Кхм, – поднял брови парень. – М-да...

Вечер того же дня. Замок Тайфол

Караван не стал весь заезжать в крепость. Только несколько тяжелогруженых фургонов осторожно проехали по мосту.

– Антор! – радостный возглас заставил старшего сына Дорина Гростайра, только что слезшего с фургона, обернуться.

Дварф улыбнулся. Мелика же, добежав до брата, повисла у него на шее.

– Вы привезли бур? – спросила девушка.

– А спросить, как мы доехали? – усмехнулся Антор.

– Как вы доехали? Вы привезли бур? – выпалила Мелика.

Антор улыбнулся. Сестренка все такая же. Если коротко, шило в мягком месте. Тут дварф нахмурился, вспоминая, кто ехал в его караване. Он отстранил сестру.

– Мелика, – произнес он, морщась, как от зубной боли. – Тут...

– Что? – недоуменно спросила девушка.

– Где Грег? – произнес Антор.

– Где-то тут был, – ответила девушка. – Тебе он нужен? Что-то случилось?

Дварф посмотрел на сестру хмурым взглядом. И вздохнул. Он не знал точно, что там за история приключилась теперь уже у почти родственника, знал только, что есть у Грега жена. Собственно, он уже ее видел. А еще он знал, что Грег сильно не любит о ней говорить.

На лице у сестры появилось вопросительное выражение. Она смотрела куда-то мимо брата, и Антор обернулся.

– Кто это? – тихо спросила Мелика, увидев входящую в ворота довольно высокую и очень бледную (особенно для юга) девушку.

На груди у нее был герб. Тайфолов. Лицо Мелики закаменело, когда она поняла. Ни слова не говоря, девушка развернулась на месте и стремительным шагом ушла вглубь замка, а точнее строительной площадки.

– М-да, – произнес с досадой Антор и снова посмотрел на ту даму, которая приехала вместе с ним.

А та стояла с прямой спиной, выражение на ее лице было каменной маской, и она шарила пристальным взглядом вокруг...

Ксентария Холл Тайфол. Адепт Воздуха. Маг-дуктус

Она не ожидала увидеть такое. Ксентария думала, что увидит обычный пограничный замок, в коих бывала несколько раз. А перед ней разворачивалась картина серьезного строительства. А еще она понимала, что ее начинает кроме шуток потряхивать. Она уже несколько раз останавливала пальцы, которые начинали терзать и пытаться что-то сделать с ручками сумки, которую она держала в руках.

– Зачем ты приехала? – спокойный голос позади буквально обрушил сердце куда-то вниз.

Тело будто одеревенело. Она неловко повернулась. Грег. Смотрит спокойно, уверенно. Он еще больше возмужал, черты лица немного потяжелели. На нем была немного грязная грубая серая безрукавка. Он сложил руки на груди. А он, похоже, еще раздался в плечах... Ксента сморгнула. Вздохнула. И вдруг поняла, что не знает, что говорить. Сотню раз она прокручивала этот разговор в голове. А вот стоит перед ним... И не может вымолвить ни слова. А Грег поднял бровь и опустил взгляд на сумку, которую Ксентария стискивала в руках.

– Я так понимаю, – произнес он и посмотрел прямо в глаза девушке. – Там бумаги?

Они стояли у главного здания. Позади Грега работали строители. Тут до Ксенты дошел смысл его слов.

«Соберись же!» – мысленно подстегнула она себя.

Она только открыла рот, как к Грегу подошла молодая дварфка в синем платье. Ее волосы были почему-то влажные, а еще она была босиком. В смысле в ботинках, на голую ногу. Она смерила Ксентарию презрительным взглядом и прихватила Грега под руку.

– Так что, ты приехала получить ультат? – снова спросил парень.

Дварфка молчала, но ее взгляд буквально прожигал Ксенту. И она разозлилась.

– А почему я не могу приехать к своему мужу? – довольно резко произнесла она немного невпопад.

Точнее, отвечая еще на первый вопрос Грега. На скулах парня вздулись желваки. Теперь его взгляд стал давить. И Ксентария в этот момент поняла, точнее, вспомнила, что Грег является наследником. И сейчас они в его родовом замке. На краю земли...

– Мужу? – сухо спросил Грег.

И в этом его вопросе проскочили отблески давно пережитого бешенства, злости. Перед глазами парня пролетела картина пустой комнаты, с запиской на столе. Мелика, стоящая рядом, обеспокоенно посмотрела на него.

– После того, как ты... – Грег оборвал себя, глубоко вздохнул, беря себя в руки. – Это формальность. Ты сама выбрала, что тебе нужно.

– Я должна была доучиться! – Вот опять Ксента, прозванная своими сокурсниками ходячим учебником, за абсолютное отсутствие эмоций, начала закипать! – Почему же ты тогда не оставил свою службу?!

Грег слегка покраснел. Скрипнул зубами. И тут сценарий их тогдашних споров оказался нарушен. Парень выдохнул, опустил взгляд. А когда вновь посмотрел на Ксенту, то ни на его лице, ни в его взоре не было эмоций.

– Доучилась? – спросил он бесцветным голосом. – Хорошо. От меня тебе что нужно?

Ксентария дернула щекой. В его глазах... В его синих глазах... Там был лед. А еще эта... Кто она ему? Вряд ли просто знакомая...

«Да ты что, совсем дура?! Ну, какая же это знакомая?!» – волна злости опять начала подниматься в душе Ксенты.

Краем взора она заметила, что на крыльцо здания, возле которого они стояли, вышли какие-то женщины. Где-то в глубине Ксентария удивилась, что одна из них одета, как богатая имперская аристократка. И тут девушка ощутила, как на нее буквально обрушилась усталость. Перед глазами пролетел весь этот проклятый год, капли слез, которые она испуганно смахивала с древних фолиантов. Ночи, когда она не могла уснуть и ворочалась в узкой кровати. Дикую радость, когда она однажды обозналась, и черную тоску, когда это поняла.

– Я... – сквозь силу выдавила Ксентария. – Мне...

Губы никак не хотели произносить это слово. «Ультат». Росчерк под текстом – и на ее грудь вернется герб Амадорусов. И она будет... Свободна?

Реальность вдруг странно дернулась. Краски поблекли, словно разом выцвели. Ксентария почувствовала странную слабость... Все перед глазами стало уплывать куда-то в сторону. А потом его глаза... Они оказались почему-то так близко... Губы девушки тронула слабая улыбка... А потом свет померк.

Два дня спустя. Аринэль Тайфол

Если тебя убили – винить в этом нужно, в первую очередь, себя. Противник оказался сильнее, ловчее, лучше подготовлен. Можно, конечно, как какой-нибудь борец за свободу, тупо ходить с оружием наперевес и изображать из себя крутого вояку. Для сельской местности сойдет.

Так вот. Снайпер – это не станок для винтовки. Снайпер – это многочасовые переходы по всяким лесам, джунглям. И за тобой не прилетит вертолет, если ты попал в переплет, не приедет Красный Крест вызволять тебя из плена. Ты сам по себе, и только ты сам можешь себе помочь. И тренировать свое тело, чтобы оно не подвело в самый неподходящий момент, тоже исключительно твоя задача. Не придет добрый дядя сержант, чтобы погонять тебя. Просто потому, что этот дядя вместе с тобой вчера вискарь глушил, после пробежки по очередной чертовой сельве...

Аринэль, добежав до леса, а точнее изобразив, что добегает, уперся ладонями в колени. Сердце, казалось, бухало прямо в висках. Мокрая рубашка прилипла к спине. Но он все-таки одолел это поле! А тут, навскидку, километров пятнадцать. Да по жаре! Парень вытер пот со лба. Из леса подул прохладный ветерок. Божественно!

– Ты там как? – это сказала Саманта, которая ехала все это время рядом.

Ну, а почему нет? Так сказать, дополнительный стимул. Как ни крути, а облажаться перед девушкой, пусть даже и сестрой, совсем не хочется.

Аринэль вытянул вбок руку. Анти, хмыкнув, достала из седельной сумки металлическую фляжку (примерно на пару литров) и кинула брату. Тот поймал ее, в одно движение сорвал пробку (тут она была деревянной и прижималась металлической скобой) и припал к горлышку.

Парень проглотил немного, больше рот полоскал. А то если напьешься, то потом на пот изойдешь весь. Освежившись, Аринэль уже спокойно закрыл обратно пробку и улыбнулся сестре.

«А еще ничего», – это подумал он о том, насколько тело развито физически.

Он вспомнил, что происходило в учебке на срочной. Там и пятерку до конца пробежали единицы. А тут все не так уж и плохо. Точнее даже хорошо! Все-таки Аринэль не картины писал, тоже физухой занимался. Просто не так плотно. Плюс последние события, которые не способствовали увеличению выносливости и силы. Но это ничего. Это подтянем. Вчера до леса он дотянул просто на волевых. А сегодня уже слегка получше. Только вначале мышцы были как деревянные, поэтому красивого бега не получилось. Со стороны, наверное, смотрелось забавно, как он бежит, словно на протезах.

– Как там Дариан? – спросил парень у сестры.

Графский отпрыск, увидев, чем занимается Аринэль, сегодня присоединился к нему. Ни слова не говоря. Ари вышел из шатра и увидел его. Дариан кивнул, Аринэль кивнул в ответ. Так и побежали.

– Да твои там где-то его тащат, – ответила Саманта, распрямляясь в седле и смотря назад. – Да, вон волокут.

Аринэль уже и сам видел двух всадниц. Вскоре Дара с Ташей подъехали ближе, и старшая сгрузила за землю Дариана. Парень выглядел, как это ни удивительно, сильно уставшим. Не удержавшись на ногах, он сел на задницу.

– Ну, и как вам здешние красоты, барон? – светским тоном поинтересовался Аринэль.

Тот сипло пробурчал что-то и это явно были не дифирамбы.

– Вижу, вы впечатлены, – усмехнулся Ари. – Как насчет прогулки до реки?

Дариан тяжело вздохнул и посмотрел на Аринэля просто убийственным взглядом.

– С... – просипел Дар. – С удовольствием.

Ари, ухмыльнувшись, протянул ему фляжку.

Бароном быть хорошо. Кто бы дал ему просто так бегать, если бы он не был сыном графа? А тут, можно сказать, он делает именно то, чего от него ждут. Как ни крути, а он, получается, сын военного. Да и сам уже, считай, на службе. А подготовка собственного тела к бою – это первоочередная задача воина.

– Ари! – крикнула Саманта. – Ками еду привезла!

Аринэль помахал рукой. Он, конечно, и сам заметил телегу на другом берегу. Так, ладно. Вроде отдохнули, пора возвращаться. Парень встал и пошел обратно в воду. Когда ему стало по пояс, он лег на воду и поплыл. Руки очень скоро налились тяжестью, все-таки он уже в пятый раз реку переплывает. Поэтому Аринэль плыл не торопясь, чтобы конечности судорогой не свело. Это ж река, не бассейн. Хоть и не сильно тут глубоко и широко, но утонуть при удаче можно и в луже.

«Это кто там еще приехал?» – Аринэль увидел, что рядом с телегой стоит еще одна лошадь.

Собственно, вариантов было не очень много. Либо кто-то из сестер... А не, они же с утра уехали в дома, которые для них строили... Только Саманта осталась, сказав, что ей нужно привыкать к походным условиям. Еще могла прибыть Рена...

Аринэль кивнул своим мыслям, когда увидел именно ее. Девушка привстала, высматривая его в воде. Зачем-то...

Последние пару метров парень ускорился, забивая мышцы. Вскоре ноги коснулись дна.

«Надо еще рассказать про академию», – пришла снова мысль.

Аринэль нахмурился, выходя на берег. Вот вроде бы это от него никак не зависит, но почему-то так неприятно, словно он обманул их. Парень вздохнул.

На лице Рены почему-то было разочарование. Вот прям будто ее сладкого лишили, при этом помахав этим сладким перед носом. Кстати, все сидели уже вокруг расстеленного на земле куска кожи, то есть, получается, возле стола. И на этом самом столе стояло блюдо с горкой лепешек, лежали на отрезах ткани жареные куски мяса, стебли секоча украшали этот натюрморт. Картине «Полевой пир» не хватало только чего-нибудь спиртного. Вместо него стоял кувшин с молоком.

– Господин! – Ками радостно помахала ему рукой, вызвав хмык от Рены.

Да, орки непривычны к таким именованиям. Они, хех, этакие неформалы, среди них нет господ. Даже вождь племени – это не главный бугор, а скорее тот, кто добровольно взвалил на себя общественные дела. И вот за это его и уважают. То есть вождь – это что-то типа старосты класса. Профит небольшой, зато дел по горло.

Аринэль, не став надевать штаны, как был, в кальсонах, приземлился на колени, изображая японца. Рядом с сестренкой, которая играла уже турецкого пашу и, лежа на боку, прикрывала лицо от солнца полотенцем (точнее, это был отрез белой ткани). С другой стороны от Аринэля оказались сестры Хейгар. Они сняли седла и сидели на них.

Напротив Аринэля оказался Дариан, в позе лотоса. Рена сидела, а точнее небрежно так полулежала рядом с ним.

«Просто летний лагерь какой-то», – вспомнилось Аринэлю в этот момент детство.

В смысле детство Артема. Тут желудок прямо-таки взъярился, требуя топлива для восполнения потраченных калорий. Дариан вон уже ожил, откусывает от лепешки, а в другой руке у него кусок мяса. И не скажешь, что это хищник полчаса назад изображал падаль.

– Барон, где же ваши манеры? – усмехнулся Аринэль.

На лице того отразилась досада.

– Да, вы это верно заметили, брат мой, – добавила Саманта, с томным видом светской львицы, сидящей в салоне. – Молодежь нынче такая невоспитанная.

– Да хватит уже! – буквально взмолился Дариан. – Я-то тут при чем?! Я же молчал!

– Молчание – знак поддержки, – в голосе Анти проскользнули язвительные нотки.

– Ну, и ты так забавно реагируешь, – оскалился Аринэль. – Ничего не могу с собой поделать.

Дариан подозрительно сощурился.

– Слышь, Айри, – заговорила Рена. – А вы чего делаете-то вообще?

Девушка обвела взмахом полсвета. Но, видимо, она спрашивала про эти забеги.

– Едим, – ответил Аринэль с непонимающим видом.

Сощурилась еще и Рена.

– Ты че, самый умный, что ли? – поинтересовалась орчанка.

– Надеюсь, что не дурак, – ответил Ари. – Сестра, скажи.

– Мы, Тайфолы, всегда отличались острым умом, – Саманта мгновенно влилась в эту игру. – Тут нечему завидовать, это просто факт.

– А по морде? – Рена, как всегда, перешла к угрозам.

– Братик, – тут же передала эстафету Анти.

– Рен, а отдача не замучает? – подхватил Аринэль.

– Чего? – не поняла орчанка.

– Я говорю, нельзя мою сестренку бить, – пояснил Ари. – Можно зубами подавиться.

– Пф, ты что ли хочешь мои зубы посчитать? – помахала рукой Рена.

– Как можно, – Аринэль откусил от лепешки, которую ему подала Ками. – Спасибо, Ками.

Девушка буквально расцвела. Рена посмотрела на нее внимательным, но непонимающим взглядом.

– А что, магики могут и в голову залазить? – поинтересовалась она.

– Ты это о чем? – выгнул бровь Аринэль.

– Да просто она еще целка, – заметила Дара, с ехидным лицом смотря на Рену. – Вот и не понимает.

Саманта на эту фразу чуть поморщилась, Таша улыбнулась. Дариан нахмурился и, опустив голову, принялся сосредоточенно жевать. А Рена побагровела и бросила яростный взгляд на Дару. Та в ответ радостно оскалилась.

– А вы прям все поняли! – язвительно произнесла Рена. – Выпасли одного, и сразу такие умные стали?!

– Повторяется, – как бы ни к кому не обращаясь, заметила Саманта.

Аринэль согласно кивнул. Саманта вздохнула, потом пододвинулась, повернулась на спину, одновременно пристраивая свою голову на колени брата. И прикрыла опять лицо тканью.

– Что тебе подать, сестренка? – спросил Аринэль.

– Ничего, – ответила Анти. – По такой жаре не лезет.

– Господин, – Ками подала Аринэлю грубую кружку с молоком.

– А кто тебе мешает... выпасти? – произнесла тем временем Дара.

Рена зачем-то бросила взгляд на Дариана. Парень сделал вид, что он ничего не слышит и не видит.

– Да, коней-то много, – произнесла Рена со вздохом, – а жеребцов не хватает.

– Так ведь вы вроде с Хонгом возле речки гуляли? – произнесла Дара.

– Да пошел он, – беззлобно отозвалась Рена и понизила голос, видимо, передразнивая: – А че? А зачем? Вождь сказал. Вождь не сказал. Пойдем. Пошли.

Девушка тяжело вздохнула.

– Вот и вся беседа, – она вытянула ноги вбок и легла на спину вдоль «стола», закинув руки за голову. – Айри, возьми третьей!

Аринэль, как раз в этот момент пьющий молоко, поперхнулся.

– Эй, я же сказала! – с угрозой произнесла Дара.

– Попробовать-то я должна была! – беззаботно отмахнулась Рена. – Вы вот в империю поедете. А я тут... хвосты крутить останусь. Скукота!

– Ну, не сразу, – заметила тут Саманта из-под ткани и уточнила: – Поедут не сразу.

Дара и Таша повернули головы в ее сторону. Заинтересовалась и Ками. Ну, как заинтересовалась... Воткнула взгляд.

– Айри... – тихо сказала Дара.

Парень же вздохнул.

– Да я хотел вскоре рассказать, – произнес он. – В общем, там такое дело. Учеников всю осень держат взаперти.

– Адаптация после инициации, – добавила Саманта, и в ее голосе прозвучало... удовольствие?

– И потом еще восемь десятин все будут жить на территории академии, без выхода, – заговорил дальше Аринэль и развел руками. – Клянусь, сам не знал.

Лица его девушек помрачнели.

– В общем, приеду за вами на Нивея Тайон^[41], – вздохнул Аринэль. – Зато потом будем жить в особняке.

– У вас есть особняк в Артезиусе? – удивился Дариан.

– Как оказалось, есть, – хмыкнул Аринэль, спеша сменить тему.

– У дедушки! – пояснила Саманта.

Вечер. Становище

Самый верный способ стать аутсайдером – это убедить себя в том, что ты самый лучший. И как только ты возомнил себя самым великим стрелком, прилетает пуля. И вот ты уже лежишь на земле, гудит голова, а к тебе через кусты радостно ломится свора партизан.

Аринэль тот урок усвоил на все двести. Удача тогда улыбнулась ему, и он не прошел его до конца. Но те двое суток, когда его загоняли, как зверя, сразу вставали в памяти, едва он опять начинал звездить. Поэтому парень сейчас и изводил стрелы. Да, лук был, скажем так, далеко не эльфийский. Очень далеко. Но не оружие делает стрелка. Стрелять можно и из рогатки. Артем даже мог привести примеры, когда такое оружие вполне конкурировало с огнестрелом. Опять же пробежки до мишени, дополнительная тренировка. И вот, стреляя сейчас, Аринэль выяснил одну не очень приятную штуку. Тот метод стрельбы, когда он спорил с... дядей Даиэлем, работал сейчас откровенно плохо. В смысле не так хорошо. Точнее, не так быстро. Надо было дольше сосредотачиваться.

– Все! – выдохнул Дариан после четвертого десятка стрел. – Что ты за монстр такой?!

Кстати, а стрелял он весьма прилично. Даже можно сказать, превосходно. Если и уступал на этом расстоянии Аринэлю (здесь было шагов семьдесят), то ненамного. Вопрос, на хрена он тогда рвется в бойцы?

Аринэль выпустил последнюю стрелу и опустил лук. Как и ожидалось, стрела просто не долетела. А натягивать лук сильнее он опасался, и так уже бедное оружие трещало.

Плечи, грудь, руки... спина. Они уже нещадно ныли, но это была приятная боль. Сегодня он «прозвонил» все тело. Завтра, скорее всего, сначала придется, как говорится, преодолевать, но зато это говорило о том, что имеется рост! А это самое главное.

Аринэль покосился на мрачных Дару и Ташу, сидящих невдалеке. Вот же Анти, не могла помолчать-то? Хотя... Все равно пришлось бы рассказывать. Может, это и к лучшему? Ладно, пора завязывать, солнце уже садится, а еще надо к целительницам заглянуть.

Дариан стоял, встряхивая руками и морщась.

– На сегодня, я думаю, хватит, как считаешь? – спросил Аринэль... с легкой улыбкой.

Дар покосился на него. Вздохнул. Тяжело так, словно долг прощал. И пошел собирать стрелы. Аринэль, усмехнувшись, двинул следом.

– Я завтра... – произнес Дариан, когда они дошли до мишеней, в виде двух мешков с сеном, которым придали приблизительный антропоморфный вид. – Не встану же.

– В этом и смысл, – ответил Аринэль. – Если бы ничего не почувствовал...

Он усмехнулся, выдергивая стрелу.

– Значит, недостаточно старался! – добавил он. – Но так будет только вначале.

– Да? – с недоверием произнес Дариан.

– Ага, – улыбнулся Аринэль. – Потом будет еще тяжелее!

...Шатер целительниц поставили прямо посередине становища. И орки общались с ученицами очень уважительно. Только Аринэль заикнулся о необходимости их заселения, вождь тут же развел бурную деятельность. А еще рядом с шатром начали нарезать круги орки мужского пола помоложе. Вот и сейчас на него нехорошо так косятся, даром что он Тайфол.

– Счастье, в смысле вечер в дом! – произнес Аринэль, заглядывая в шатер.

Он был разделен пополам тканью, натянутой на веревке. Эррис, сидящая у стола (да-да, нормального стола, и стулья тут тоже имелись) и что-то пишущая, махнула ему рукой, приглашая.

Аринэль прошел внутрь. В этот момент из-за занавески вышли Аксента и эта злобная блондинка Амарата, вместе с молодой беременной орчанкой.

– Сочной травы! – поблагодарила на оркский манер орчанка.

Она вышла из шатра, и взоры учениц обратились на парня.

– Явился! – вытянулся во фрунт Аринэль.

Амарата фыркнула, но промолчала.

– Идите, раздевайтесь, господин Тайфол, – мотнула головой в сторону пространства за ширмой Аксента...

...Проводив взглядом уходящего после осмотра Тайфола, Аксента нахмурилась. В смысле задумалась. А работа и впрямь получалась интересной. Система каналов продолжала формироваться в несколько непривычный вид. Слишком много третичных каналов. Точнее, вопросы вызывала их насыщенность и разветвленность. Нет, такой тип строения каналов не был девушке незнакомым. Похожее встречалось у игниферов. Разветвленной системой также обладали многие дуктусы, но у них третичные каналы больше всего были сосредоточены в голове. Но Аксента не помнила, чтобы это были искусственно сделанные каналы. Такое встречалось как особенность, прецедент или даже аномалия от рождения.

– Эрри, а в дооперационный период что было написано про каналы? – спросила Аксента.

– Третичные каналы составляли до четверти объема, – тут же ответила та.

– Немало, – произнесла Ама. – То есть он и до Нитей имел предрасположенность к подобной структуре? Ты чего?

Последние слова Амарата адресовала Аксенте, которая щелкала пальцами.

– Слушайте, – Акси поймала мысль, пришедшую в голову. – Получается, эти нити усилили то, что было от рождения?

В шатре повисла мертвая тишина.

– Какая... прекрасная мысль, – медленно произнесла Амарата после длинной паузы. – Ну, Шенфарус...

– Я-то гадала, с чего это он нас поставил на это, – усмехнулась Аксента. – Тупо наблюдать смог бы любой.

– Цевитос знает, как думаете? – сказала Ама.

– Они вместе делали, – прошелестела Эррис.

Девушки опять задумались.

– Похоже, подруги, – Амарата хищно улыбнулась, – дальше будет очень интересно! Да я этого Тайфола наизнанку выверну, но шанс не упущу!

* * *

Аринэля, идущего к шатру, передернуло и по спине с чего-то пробежал холодок.

«Что за фигня?» – поежился он, оглядываясь.

Хмыкнув, он продолжил свой путь. На землю уже опустились глубокие сумерки. Ветер дул с юга, принося с собой какой-то странный запах. На фоне темнеющего неба парень увидел силуэты лошадей. Табун на ночь пригоняли к становищу. Сейчас дневные пастухи, обычно это были подростки, уже сидят в шатрах и матери кормят работников. Ночные же охранники табуна, а ими были только взрослые, сейчас объезжают подопечных, загоняя отошедших коней ближе к остальным. Это были воспоминания Аринэля. В детстве он часто помогал сестрам Хейгар.

«В детстве, ага», – улыбнулся парень, вспомнив про свой текущий возраст.

Но в самом деле. Те воспоминания... Они были... Нет, не смутными, а скорее поблекшими. Как будто прошло лет сорок. А возможно – это все оттого, что недавние события были слишком яркими.

«Я бы даже сказал, чересчур, подкрутить бы фитилек-то», – вздохнул Аринэль.

Становище уже готовилось ко сну. Вон орчанка загоняет детей в шатер. Несколько мужчин сидят кружком и о чем-то негромко разговаривают. А те двое, девушка и парень, явно двинули к реке. Тут это было этаким бульваром, местом для романтических прогулок. Аринэль поднял голову. На темной части небосвода уже высыпали звезды. Яркие и такие близкие. Тут их свет не затмевается огнями мегаполиса...

– О, кого я вижу, – раздался сбоку низкий голос. – Никак зять решил все же посидеть со мной?

Аринэль повернул голову. Он сейчас стоял у шатра Хейгаров. А у входа сидел, собственно, Тар Хейгар. Парень улыбнулся и подошел ближе.

Вдоль каждого шатра имелась такая перекладина из жерди, на которую вешали седла. А рядом была вкопана еще одна жердь, даже скорее уже небольшое бревно. От одной из стоек шатра до этого столбика была натянута веревка, на которой висели, если говорить по-простому, потники. Такие отрезы ткани, которые укладывали на спину лошади под седло. Так вот Тар Хейгар сидел на одном из седел. Аринэль, дойдя до него, сел рядом и с кряхтением вытянул гудящие ноги.

– Что-то дочери сегодня смурные прибегали, – заговорил Тар. – Вы поссорились, что ли?

– Не, – вздохнул Аринэль. – Тут другое.

Мужчина покосился на парня.

– Уехать мне надо будет, – пояснил парень. – Без них.

– Тогда понятно, – кивнул орк.

Они помолчали, глядя на становище, которое готовилось к ночи.

– Если... – Тар вздохнул. – В общем, Айри. Если ты не думаешь возвращаться...

Он кинул на Аринэля пристальный взгляд. А тот в ответ посмотрел на него. И орк, увидев выражение лица парня, удовлетворенно кивнул.

– Что же, – голос Хейгара был довольно-спокойный. – Если что, шатер всегда будет ждать вас.

Аринэль не стал ничего говорить. Тут не нужны были слова. А то, что сейчас сказал орк... Ну, отец же должен волноваться о своих детях...

Откинув полог, Аринэль зашел в шатер. В нем было довольно темно, темноту разгоняли только небольшие язычки пламени на дровах в очаге. Возле очага, специально для этого сделанных... подушках? Таких круглых штуках из грубой прочной ткани, набитых сеном, сидела Цеси. В темноте, на спальном месте, угадывались еще... тела.

Цеси, услышав его шаги, повернула голову. И Аринэль понял, что девушка сейчас изо всех сил старалась не выдать своего состояния. Она даже попыталась улыбнуться. Значит, ей уже все рассказали. Парень прошел к очагу и сел рядом.

– Цес, – заговорил он.

Девушка вздрогнула.

– Я... понимаю, – а голос ее все равно дрогнул. – Но...

Аринэль обнял Цеси за плечи и притянул к себе. Та ткнулась лбом в его плечо и тоскливо вздохнула.

– Поцелуй... меня, – тихо произнесла она, поднимая голову.

Аринэль улыбнулся, смотря в ее доверчивые глаза. И, нагнувшись, легко коснулся ее губ. Но далеко отстраняться не стал. Их дыхания смешивались. Цеси закрыла глаза и сама потянулась к парню...

...Какая-то возня в углу и приглушенное ругательство. Аринэль, уже уложивший Цеси рядом с очагом, недоуменно посмотрел в ту сторону.

– Еще лягается! – донесся комментарий.

А в следующий момент в неверном дрожащем свете появилась Ками... Полуголая. Цеси, увидев ее, хихикнула. Аринэль поднял бровь. В волосах Каминан был целый пучок сена, словно она специально его головой собирала. Парень вздохнул и покачал головой. Ками же, видя такую реакцию, недоуменно нахмурилась.

– Айри, больше таких буйных не приводи, – из темноты проявилась Дара.

– Связать надо было, – это уже Таша комментарий вставила.

Аринэль улыбнулся и, подвинувшись к Ками, принялся убирать из ее волос стебли. Девушка закатила глаза вверх, будто пыталась рассмотреть, что там на ее голове творится.

– Анти-то проводили? – спросил парень.

Сестренка отчего-то не захотела, чтобы он ее провожал в замок. Точнее, она вообще хотела остаться... Но... простите. Вторую ночь «просто лежать рядом» уже не хотелось Аринэлю. Предложение сестренки, «что она отвернется», парень «не услышал».

– Проводили, – хрипло произнесла Дара, обняв Аринэля сзади.

У того слегка дрогнули руки. Еще бы... Тут, оказывается, уже были готовы, так сказать, к встрече. И к его спине прижалась голая женская грудь. Аринэль покосился на Дару. А та сверкнула в полутьме улыбкой. В этот момент голову парня повернули, и в его губы буквально впилась Ками.

«Поехали!» – пронеслась мысль, когда в голове парня зашумел хмель желания.

С него стащили рубашку. А потом он даже охнуть не успел, как его стали укладывать. Черт, да его просто потащили куда-то! Приземлился он на одеяла.

– Вот жадина, – Ками буквально оторвали, и ее сменила Таша.

Тем временем кто-то уже стаскивал с парня штаны. Аринэль приподнялся, чтобы облегчить эту задачу.

– Дай! – буквально прорычала кому-то Ками.

И в следующее мгновение Аринэль ощутил, как его младшего лизнули. И все это буквально в потемках!

«Это я удачно Анти отослал!» – подумал парень.

Даэрон-Мерия. Феара Данаяр Коффус

Как всегда, проход через портал у Феары сопровождался тошнотой. Но хоть теперь, хвала магии, не так сильно. Впрочем, она была далеко не единственной, кто испытывал такое. Вон, какая-то девчонка позывов сдержать не смогла и выворачивает желудок в специально для этой цели поставленные у стены продолговатые деревянные тазы. И тут не над чем смеяться. Вполне возможно, судя по возрасту, что она перешла в первый раз. А бывает, что и в десятый может прихватить... Рядом с ней стоят женщина и еще одна девушка, но постарше, отвернувшись, чтобы не смущать, видимо.

Глубоко подышав, избавляясь от последствий перемещения, Феара вышла из портального зала. За два года тут ничего не изменилось. Лицо женщины сделалось каменным. Именно отсюда она чуть не вприпрыжку бежала, как она думала, к светлому и счастливому будущему...

Из зала портального храма можно было выйти через три одинаковых двери. Насколько помнила Феара, дверь в правой стене вела на так называемую «Деловую» улицу. Там располагались Контора, еще какие-то учреждения, приличные гостиницы. По уму, ей надо было идти туда... Но неожиданно захотелось погулять. А в последнее время она потворствовала своим хотелкам.

Выйдя через центральный проход, Феара попала на набережную Отэ-Лии. На столицу Та-Релии уже опускался вечер, переход занял несколько часов. А здесь ничего не изменилось, по-прежнему под сенью аккуратно подстриженных умэй гуляли влюбленные, сидели на лавочках, откуда-то доносилась музыка... Это место Даэрон-Мерии уже чуть не официально называли Белым Берегом (игра смыслов. Умэйя считается символом любви, а ее лепестки белые). Конечно, сейчас Умэйя уже отцвела. Феара еще ни разу не была здесь весной, несмотря на то что прожила в Даэрон-Мерии два года...

«Одежда!» – оформилось, наконец, в конкретное предложение смутное желание что-то сделать.

Вдоль набережной стояли трехэтажные дома. Феару всегда почему-то забавляли эти остроконечные крыши. Первые этажи зданий были заняты разными лавками. И тут Феара аж остановилась. Ее обуревали несколько желаний сразу! В поле зрения попала сначала вывеска цирюльника, буквально через три дома приглашала произвести омовения терма. А дальше, насколько помнила женщина, шли лавки с одеждой...

Феара даже растерялась от хаоса, который царил сейчас в ее голове. Она не привыкла к такому. Видимо, произошедшее подействовало на нее гораздо сильнее, чем ей казалось. На помощь пришла картинка, где она натягивает грязную, пропахшую потом и пыльную одежду на чистое тело. И женщина решительно зашагала дальше.

Завтра... Все завтра. Ее ждал одноэтажный особняк, под сенью мелваров... выжженный изнутри. А сегодня она будет набираться сил. Она это заслужила...

Глава 5. Часть 1

88-й день лета. Восемнадцать дней спустя «Коттеджный» поселок временного пребывания семьи Тайфол

Дом, в котором сейчас жили Тайфолы, был совсем небольшим. Всего две комнаты и одна из них спальня. А второй комнатой была небольшая гостиная. После отдельных комнат для каждого должна была чувствоваться стесненность. Но... Вайлири Тайфол ловила себя на том, что наоборот, стало как-то слишком много пространства.

Стоя на крыльце, Вайлири бездумно смотрела на небо. По нему плыли редкие облака. Было очень тихо, как бывает только утром, ветерок был еще прохладным, ночным.

Вайлири понимала, что Ари становится... Уже стал взрослым. Столько пережить не каждому взрослому за всю жизнь выпадает. Сердце женщины опять кольнула боль. Его взгляд... Он стал таким серьезным, совсем не детским. Бран относится к нему, как к Грегу. На лице мужа проскальзывала гордость, гордость отца. А ей... Иногда такая грусть накатывала. Хочется увидеть Ари, обнять и никуда не отпускать.

Вайлири поспешно опустила голову, когда ее взор затуманился.

– Они растут, – раздался голос позади.

Вайлири покосилась на Мару, вышедшую из дома. Та же подошла к эльфийке и обняла ее. Вайли со вздохом прижала голову к плечу старшей сестрицы.

– Становятся сильными, независимыми, – продолжала Мара. – И вот уже мы им не нужны. А они нам нужными быть не перестают.

Тут она усмехнулась.

– Ну, Бран постарался, чтобы мы не остались без малышей, – произнесла она.

Вайлири вопросительно посмотрела на нее.

– Да-да, – кивнула Мара Тайфол. – Вчера наша доблестная воительница почувствовала именно то, о чем мы подумали. Я отвела ее к Цевитосу. И тот совершенно определенно сказал, что скоро одним Тайфолом на этом свете станет больше.

Эльфийка улыбнулась. Улыбка ее вышла немного грустной, но светлой.

– А что это вы с утра тут обнимаетесь? – Каяра, как всегда, была энергичной. – Мар, а ты чего молчишь? Что сказал Цевитос? А то вчера приехали за полночь.

Мара вместо ответа показала мизинец. Что обозначало цифру шесть.

– Ага! – потерла ладони Каяра. – А вы тогда чего тут грусть развели?

От соседнего дома, в котором жили, а скорее ночевали Виона, Алетта и Саманта, донеслись какие-то вопли.

– Вот уедут в степь, потом ищи их там! – из дома вылетела Виона, одевающаяся на ходу.

– А кто вчера спать не давал? – следом вышла зевающая Алетта. – Да и братцу есть чем заняться утром. Целых четыре дела.

Виона слегка покраснела.

– А ты-то откуда знаешь? – выпалила она.

– Пару ночей в становище проведи – и ты узнаешь, – усмехнулась Алетта.

Следом за сестрами вышла мрачная Саманта. Опять в брюках и камзоле.

– Чего вы тут расчирикались? – осведомилась она. – Поговорить больше не о чем, что ли?

Алетта-Рэйса ухмыльнулась и, наклонившись к Саманте, что-то ей сказала. У той на лице появилось злобное выражение.

– Зато я с ним в Академию поеду, – фыркнула она. – Вот и посмотрим, кто еще хихикать будет!

– Ари мо-о-ой! – насмешливо произнесла Рэйса тонким голоском, явно пародируя кого-то.

Анти покраснела. А потом вскинула голову и с гордым видом, походкой императрицы сошла с крыльца.

– Доброе утро, матушки, – кивнула она, так и не выходя из образа.

Женщины проводили дочь взглядами. Вайлири слегка недоуменным, Мара и Каяра насмешливыми. А проследовала Анти в соседний дом, отданный под помещение для приема пищи.

– Да что ж такое-то, – в комнату позади женщин вошла, точнее, практически ввалилась Криста (уже Тайфол).

Она была буквально зеленой. Точнее бледной. Вся троица синхронно улыбнулась при виде этой картины. По-доброму так, сочувственно.

– Тебе еще повезло, – произнесла Мара. – Вот Вайли чуть не с первого дня все это ощутила.

Эльфийку в этот момент передернуло от воспоминаний.

– Я, хвала ветру, только несколько десятин маялась, – заметила Каяра.

– Но как! – усмехнулась Мара.

– Это да, – улыбнулась в ответ орчанка. – Чуть кишки не выплюнула.

– Зато накаталась на руках Брана, – заметила Мара.

Криста же стояла, прислушиваясь к себе. А потом вдруг рванула в сторону санузла. Оттуда послышался вскрик.

– Никак Саю с горшка сорвала, – прокомментировала Каяра, заглядывая в дом.

Вскоре упомянутая особа вышла в комнату из туалета.

– Сестрицы... – как-то растерянно произнесла настоящая аристократка, которая сейчас имела такой вид, будто ей объявили о ее казни.

Она была в ночнушке, то есть в таком виде, каком показывалась только своим. И практически только в спальне. И до кучи растрепанная, помятая, бледная. Женщина подняла какой-то испуганный взгляд на сестриц.

– Я... – Саятана споткнулась. – О магия!

И рванула в ту же сторону, что и Криста.

– Не поняла? – подняла бровь Каяра.

Потом посмотрела на остальных. А Мара отпустила Вайлири и прошла в дом. Послушала характерные звуки высвобождения содержимого желудков в два голоса. И хмыкнула.

– Ну, ее мне вести не придется, – произнесла она.

– Ты думаешь? – слегка удивилась Каяра.

– Чтобы Сая не справилась с банальным расстройством или даже отравлением? – еще раз хмыкнула Мара. – Да и сейчас, видать, растерялась просто.

Из спальни вышел Бран. Он недоуменно покосился на приоткрытую дверь в место уединения. Потом вопросительно посмотрел на остальных.

– Что за эпидемия? – поинтересовался мужчина.

– Дорогой муж! – насмешливо ответила Мара. – Это очень интересная эпидемия! И я даже догадываюсь, какой у нее источник!

– Да? – нахмурился мужчина. – И?..

– Еще не проснулся, – прокомментировала Каяра.

Тот же день. Вечер. Становище

Это стало этаким небольшим вечерним развлечением для племени. Собираться и смотреть, как два молодых парня пытаются друг другу накостылять. Не то чтобы оркам такое зрелище было сильно в новинку, их молодежь частенько мерилась силушкой. Но тут-то чуть не на постоянной основе.

Айри и Дариан то брали в руки палки (потом им Виона привезла из замка тренировочные мечи), то по-простому, на кулаках, развлекали зрителей. Поначалу это были только дети. А потом и многие взрослые стали приходить! А посмотреть было на что. Да, Дариан и Айри не впечатляли ростом и статью, но оба были гибкие, ловкие. Это не походило на то, как сходились мужчины племени. Никаких замахов от плеча, воздух не гудел под пудовыми кулаками. Удары парней походили больше на этакие уколы, причем очень быстрые. Они еще и ногами били! Постоянно двигаясь, они словно исполняли какой-то парный танец.

Причем – это вот сейчас они просто дрались. А до этого Аринэль что-то показывал Дариану, потом последний несколько раз медленно это повторял вхолостую, затем тренировал это на Аринэле, тоже медленно. Ари потом что-то опять показывал, хлопая себя по ногам...

Смешки от взрослых прекратились, когда этих двоих прижали вечерком возле реки местные... силачи. Юные. После этого сюда стали приходить уже не только парни... и девушки, но и мужчины. Что там конкретно возле реки произошло, естественно, никто толком не знал, кроме участников, но Дариан и Айри вернулись первыми...

Дара покосилась на зрителей. Она отлично видела, что схватка полуголых парней привлекала внимание девушек! Рена уже ноздри раздувает. После того, что случилось у реки, она будто задалась целью контролировать каждый шаг Дариана. Впрочем, в этом она была не одинока. В смысле контроля над объектом своего внимания. Сестра Айри, младшая которая... М-да.

...Дариан, оказавшийся на земле, эффектно вскочил на ноги одним движением. Их бои вообще уже напоминали смесь кулачного боя и фехтования. Оба парня не задерживались с тем, чтобы при нужде и в глаз засветить, и подножку крутануть (ловко так они это делали, приседали и хоп по ногам противника). А иной раз настолько быстро двигались, что в глазах мельтешило.

– Надо было забор поставить, – недовольно произнесла Саманта, косясь на целый табун молодых орчанок, которые не стеснялись комментировать происходящее.

И делали это со вскриками, визгами, смехом и подбадриванием одного из участников.

– Лучше стену, – добавила мрачная Рена, смотрящая туда же.

Это еще что. Сегодня хоть эльфов не было. Они иногда тоже приезжали и не просто приезжали, а участвовали. И эти лесные су... дамы, не упускали момента показаться в лучшем свете. А ведь мужчины-орки совершенно определенно оставляли их равнодушными, это всем известно!

– Да че они пялятся-то? – не унималась Саманта.

Стоящая рядом с ней Таша положила ей руку на плечо. С другой стороны младшую страховала Виона. И нет, они ее не успокаивали. А напоминали, что ей никуда не дернуться. Просто пару раз эта... одаренная уже устраивала форменные истерики. А Айри... Дара поморщилась. Он слишком ее балует. Даже то, что она полшатра разнесла и это ей с рук сошло. Хотя как сказать. Айри ведь свою сестру знает получше. После этого он запретил ей появляться здесь пять дней. И это подействовало, пусть и не полностью. Сейчас Саманта хотя бы реагирует. Пусть ворчит, ругается (иногда в голос), но не рвется вырвать глаза всем женщинам. Правда, Ками с ней рядом нельзя находиться. Эти двое настолько быстро друг друга заводят, будто одной головой думают. Одной дурной, злобной и стервозной головой. Хорошо хоть Ками не ударяется в то, чтобы Аринэля никто кроме нее не видел. Она сосредоточилась на самом парне. И пока он ей... улыбается, ей, похоже, были остальные разумные, да и весь мир, побоку. И позади. Впрочем, это не значило, что можно было ее оставить без присмотра. Эта любительница сказок вполне могла вырулить к Айри прямо сейчас и опять что-нибудь этакое брякнуть. Во весь голос.

Схватка наконец-то закончилась. Аринэль подал руку сидящему на земле и мотающему головой Дариану. Тот поднял голову, скривился. И ухватился за руку. Аринэль же, подняв товарища, шутливо раскланялся зрителям.

Рена тут же сорвалась с места. От девушек донеслись язвительные комментарии насчет жеребеночка и зрелой кобылы. Кто-то позлее на язык еще вставил про течку. Но Рене это было, как дуновение ветра. Она вон на Айри косится злобно. Еще и сказала что-то. Тот только головой покачал, усмехаясь.

– Братик! – Саманта тоже посчитала, что она уже может не сдерживаться.

Сидящая боком на лошади Рэйса (так лучше видно было) только руку к лицу прижала, смотря на сестру, которая (и это всем было очевидно, как дневной свет) вела себя совсем не по-сестрински. Это первое время Саманта еще сдерживалась, а сейчас вообще распоясалась. Аринэль, подойдя ближе, взял у сестры безрукавку. Между прочим, право держать ее Саманта и Ками разыграли в «меч, бумагу и камень».

– Пойдем на речку! – донесся голос Анти.

– С тобой? – иронично ответил Аринэль. – А потом опять спать под небом?

– Ну, Ари! Было-то один раз! – надулась Саманта. – Хватит уже вспоминать!

– Одного вполне достаточно, – хмыкнул парень. – Да и вам уже пора.

– А мы сегодня тут остаемся! – радостно уведомила Анти.

Аринэль чуть скривился. Потом вздохнул.

– А что так? – поинтересовался он.

– Старшие что-то мутят, – задумчиво изрекла Виона. – То их упрашивать надо, а тут чуть ли не сами спровадили.

* * *

На реку выдвинулись уже сложившейся компанией. Саманта тоже поехала, но после строгих напутствий, как ей надо себя вести. И лошадь ей не дали, ехала на телеге. Сначала она дулась, а потом они с Ками что-то принялись плотно обсуждать. Рэйса, которая некоторое время ехала рядом, послушала было, потом явно выругалась и отстала, поехав рядом с Вионой, которая замыкала «колонну». Дара отвернулась от этой картинки и догнала Аринэля.

– Айри, – заговорила она, – а если она не найдет никого?

Этот вопрос был продолжением одного ночного разговора, после происшествия с шатром. Аринэль вздохнул. Покосился на сестру. С другой стороны к нему, кстати, подъехала Таша.

– Вопрос в том, захочет ли искать, – ответил парень. – Она же упрямая. Если в голову что-то вбила, то...

Аринэль покачал головой.

– А ты, Айри, – Дара слегка усмехнулась, – сможешь отпустить ее?

Парень чертыхнулся.

– Я... постараюсь, – пробормотал он.

Сестры Хейгар обменялись понимающими улыбками. За эти дни они совершенно четко увидели, что Айри со своей сестрой, несмотря на его грозные слова и даже ругань, носится ничуть не меньше, чем она с ним. Они это и раньше знали, естественно, но это не было настолько очевидно.

– Знаете, я вон в Арантон съездил, – продолжал Аринэль. – Ничего вроде такого... А вон что вышло.

Тут девушки чуть не синхронно бросили взгляд на руки парня, где имелись белесые уже шрамы на загоревшей коже, и помрачнели.

– Так что, посмотрим, чего загадывать, – завершил парень и улыбнулся.

Вопрос про них, то есть про то, как сложится с ними, уже задавался. Аринэль тогда вот так же улыбнулся. Странной какой-то... Задумчивой и... злой, что ли, улыбкой. Погладил по щеке Ташу (это она спросила) и произнес, что Тайфолы своего не упускают...

...– Братик, это очень вкусно, – прокомментировала Саманта, улыбнувшись.

– Рад, что доставил удовольствие вашим вкусовым рецепторам, сестра моя, – ответил Аринэль.

Саманта нахмурилась.

– Знаешь, общение с этими... недоцелительницами на тебя странно влияет, – прокомментировала Саманта с явственными ревнивыми нотками в голосе. – А рецептик этот ты не у них узнал случайно?

– Нет, не у них, – усмехнулся Аринэль, нанизывая очередной кусок мяса на что-то типа маленького меча.

Совсем маленького. С палец толщиной и длиной в локоть. Мясо, вроде обычное мясо, имело после приготовления легкую приятную кислинку. Но вообще вкус был совсем не такой, как бывает у мяса, пожаренного на огне. И оно было очень мягким, а не жестким. Аринэль вчера его делал, ему Виона для этого привезла бутылку вина. А потом Цеси ему секоч резала, пока Ари мясо на куски разделывал. Затем все это и что-то там еще, специи какие-то, сложили в большую кастрюлю, залили вином, и это стояло ночь и день.

– А у кого? – в голосе Саманты опять прорезались собственнические нотки.

– В книге какой-то вычитал, – ответил Аринэль.

Анти недоверчиво посмотрела на брата. Потом покосилась на Рену, которая, оттащив Дариана в сторонку, то ли кормила его, то ли домогалась. У них там сложные какие-то отношения. То орут друг на друга, потом чуть не дерутся, а затем едва не при всех... М-да.

– Я сам поем, – предупредил Аринэль, поняв ход мыслей Саманты.

– Злюка, – надулась девушка.

Виона, которая ходила к телеге, вернулась, причем с каким-то загадочным видом.

– О, – подняв брови Аринэль, увидев в руках сестры бутылку.

А девушка хитро улыбнулась. И показала еще одну, которую прятала за спиной.

– Под это мясо самое то, – одобрительно сказал парень. – Только буйным магам не наливаем.

– Ну, братик! – возмутилась Саманта.

– Отправлю в становище, – пригрозил Аринэль. – Чтобы даже пробку не нюхала.

Ками, которая была уже, видимо, в курсе задуманного Вионой (она тоже в этот момент у телеги стояла), принесла грубые глиняные кружки.

– Дари! Рен! – громко позвал Аринэль... спорщиков, которые уже перешли в горизонтальный способ урегулирования разногласий.

Целовались они там, если попросту. Никакого стыда, в общем. Вскоре те подошли. Дариан имел смущенный и одновременно довольный вид. Рена же, которая подхватила его под руку, вообще не собиралась скрывать, что ей очень нравится происходящее.

– О, – удивилась она, увидев, для чего их позвали.

Вино было темно-красного цвета. Или это от того, что его наливали не в бокалы, да и уже смеркаться начало. Естественно, разливал вино Аринэль, как же, этикет. И парень сдержал обещание, Саманте налили воды. Да, она дулась, но это лучше, чем потом бить пошедшую вразнос магичку. Цевитос говорил, что это не просто так, а последствие перенесенных переживаний. То есть, говоря проще, нервы у сестренки были расшатаны. И тут не над чем глумиться, Аринэль, то есть Артем, видел, как в ситуации, в которой Анти испугалась, сильно испугалась, но не убежала и не застыла столбом (это про бой с антами), многие здоровые лбы начинали забиваться по углам, как маленькие дети. Вот и думай. С одной стороны, аристократы – это люди при власти, все, как обычно. А с другой стороны, вот едва вошедшие во взрослую жизнь девушки в шоковые моменты ведут себя, как опытные бойцы. Это можно было бы списать на специфику пограничья, но вот имеется Дариан. В Арантоне он тоже не стал прятаться, не стал трястись за свою шкуру, а получил в эту самую шкуру два болта. Зачем ему это было надо? Сыну графа?

И да, черт возьми! Аринэлю это нравилось. Конечно, скорее всего, не все тут такие. Да, вот именно там, в академии, куда, насколько он понял, собирают ту самую высшую знать, наверняка в изобилии будет тех самых ублюдков, живущих только для себя. Но именно момент с тем, что для того же Дариана – это ни разу не образец поведения, говорило о многом. Опять же возьмем маму Саятану. Кристу бывшую Вестфолен. Что их понесло сюда, где анты могут без изысков башку отпилить?

– Айри, – напомнила Дара о происходящем задумавшемуся Аринэлю, который смотрел в кружку.

А тот поднял взор. Обвел взглядом всю честную компанию.

– Давайте выпьем за то, – медленно произнес он, подбирая слова к тому ощущению, которое его сейчас охватило, – чтобы мы и дальше могли смотреть друг другу в глаза.

Сразу поняли Дариан и Саманта. Они подобрались, будто увидели короля. Виона криво улыбнулась, смотря на брата. Ками выпала из задумчивости и засверкала глазами. С чего-то на личике Цеси появилось грустное выражение. И улыбка ее была наполнена болью. Видимо, она поняла второй смысл этого выражения. Чтобы смотреть друг другу в глаза, нужно быть живыми...

Вино было терпким, но вкусным. Не виноградным, конечно, каким-то плодовым. И Аринэль ощутил, что градус имелся вполне серьезный. Парень слегка улыбнулся, когда увидел, что у Ками с Цеси, сидящих почти напротив, глаза чуть не сразу заблестели. Хорошее вино, никакой закуски к нему не требовалось. Послевкусие такое, будто этих самых плодов поел, с легкой спиртовой ноткой. Саманта со злобным видом выдула воду и теперь сидела с видом «Вот!».

– Вы смотрите, как рассердилась наша боевая машина, – усмехнулся Аринэль.

– Я тебе это еще припомню, бра-атик, – посулила Анти.

– Как я уже говорил, – ответил парень с улыбкой. – В этом я нисколько не сомневаюсь, сестренка.

– И лесть тут не прокатит! – ткнула пальцем в сторону Аринэля Саманта.

– Ну, какая же это лесть? – усмехнулся Ари. – Это просто освещение фактов. Ты красива, умна. Почему мне нельзя про это говорить?

Рэйса, слушая этот диалог, закатила глаза.

– А что, только Анти? – с хитрецой спросила Виона.

– Нет, пусть говорит только про меня! – возмутилась Саманта.

– А вот совести и скромности я бы добавила, – заметила Рэйса. – Их явная нехватка.

Аринэль в этот момент повернулся назад, снять очередную порцию импровизированного шашлыка (из конины, но получилось весьма неплохо!) с такого же импровизированного мангала в виде обложенного камнями кострища, где сейчас тлели угли.

– Так что, братец?! – насмешливо напомнила Виона. – Давай, не соскочишь!

– Даже не планировал, – вернул усмешку Аринэль. – Просто это очевидно.

– Что-то мне не очевидно, – встряла в разговор Рена.

– Ну, это же ясно, как день, – произнес Ари, беря бутылку.

Он намеренно сделал паузу, разливая вино. Потом не спеша поставил бутылку, поднял кружку. Поднял вопросительно бровь, когда увидел, что остальные еще не последовали его примеру. Покачала укоризненно головой, когда Саманта якобы случайно перепутала свою кружку с кружкой Цеси.

– Таких отличных парней, как мы, – с улыбкой сказал Ари, – просто не могут не окружать красавицы! Дариан, ты как считаешь?

Дариан в ответ согласно ухмыльнулся и приосанился. Рена подняла бровь, когда парень по-хозяйски обнял ее за талию. Аринэль в ответ хмыкнул, одним махом выдул вино, поставил кружку, положил руки на талии Дары и Таши, которые сидели рядом с ним. И с вызовом посмотрел на товарища. Тот не отстал с вином, потом нагнулся, поставил свою кружку рядом с тарой Ари.

– А это обязательно, что парни все время... – Виона вздохнула, – чем-нибудь меряются?

– Что ты понимаешь в мужской романтике, женщина! – усмехнулся Аринэль.

– Да как-то и не горю узнавать, мужчина! – насмешливо ответила девушка.

– А я как-то иначе романтику себе представляла, – вставила Рэйса, пригубив вина.

– Вот смотрю я на вас, сестрички, – вздохнул Аринэль. – И понимаю...

Парень сделал драматическую паузу.

– Ну, что ты тянешь за хвост! – не выдержала Виона. – Говори уже!

Аринэль в ответ улыбнулся. Тепло, искренне.

– Понимаю, что вашим мужьям будет ой как непросто! – выдал парень.

Виона и Рэйса одновременно прищурились. А вот Саманта покровительственно так усмехнулась, смотря на них...

...– Да ну? – Виона привалилась к брату и пощупала его руку. – Что-то я не вижу бугров!

– Это правда! – Дариан как-то слишком близко к сердцу воспринял недоверие. – Был всего один удар!

– Все равно не верю, – Виона, похоже, просто откровенно троллила. – Не, я понимаю, если по шарикам. Тогда да.

– Я могу доказать! – Дариан подскочил.

Ренка даже удивилась, как он смог выскользнуть из ее объятий.

– Эй, Дари, – успокаивающе произнес Аринэль. – На ком ты будешь показывать? На моей сестре, что ли?

Парень подвис, а потом смутился.

– Братик, а ты у нас прямо-таки рыцарь! – хихикнула Виона, прижимаясь к руке Аринэля грудью.

– Вообще-то, я он и есть, – иронично заметил Аринэль.

– Мой маленький братик рыцарь! – Виона даже не споткнулась на повороте. – Милашка!

Он потянулась и впечатала поцелуй в щеку. В этот момент Рена встала и утянула Дариана куда-то в темноту. Судя по звукам, там тоже пошел процесс награждения.

Кстати, Аринэль сидел прямо как падишах. То есть облепленный женщинами. Виона уже упоминалась. Она справа. Слева прижималась к боку Ками, которая уже, похоже, наклюкалась до состояния дзен. Сидела и улыбалась чему-то своему. В затылок дышала Таша. У нее тоже как-то странно опьянение проявилось. Казалось бы, она сдержаннее сестры. Но Дара сейчас сидела просто рядом... Тиская Цеси. А Таша, похоже, решила ему массаж спины грудью сделать. Не-не, никто не против! Просто забавно... Анти сидела в объятиях Аринэля. То есть спереди. И это место она заняла в ультимативной форме. Пришлось идти навстречу, что поделать...

– Что-то ноги затекли, – произнес Аринэль. – Вообще, пойдемте, искупаемся? А то у меня что-то сильно в голове шумит.

– Сейчас? – удивилась Виона. – Так темно же.

– Пойдемте! – вдруг горячо поддержала Саманта...

...Вода была, кроме шуток, как парное молоко. Аринэль вынырнул, откинул волосы (может, состричь их, а?). И улыбнулся, смотря на кучу малу, устроенную девушками на мелководье. Азартные взвизги, смех... Ну и да, смотреть было приятно. Пусть и не купальники, а всего лишь нижнее белье... Хотя именно нижнее белье. Аринэль заметил Цеси, которая стояла чуть в сторонке и, видимо, не решалась войти в воду поглубже. И хищно улыбнулся...

...Уже почти возле ничего не подозревающей цели его чуть не утопили. Буквально накинулись! А потом чьи-то губы прижались к его губам под водой... Судя по груди, кто-то из сестер Хейгар. Аринэль нащупал дно ногами, оттолкнулся и встал. Таша... И да, она была уже голышом. Глаза девушки мерцали в темноте, при этом она довольно улыбалась А Ари тут понял, что можно немного отойти в сторону...

– Куда это вы, а? – как-то внезапно рядом очутилась Рэйса.

Тут Аринэль обнаружил, что он уже и Цеси загреб. А да, точно... То-то приходилось чуть голову наклонять. Влево... А справа не надо было.

– Мне в подроб... тьфу, – Аринэль тут понял, что как-то не слушается язык. – Рэйси, че те надо?

– Братец, – Рэйси прижалась сзади, шепча прямо в ухо, – а правда?

– Что? – покосился на нее Ари.

– Ну, – Рэйси заговорила в другое ухо. – Что ты целуешь так, что можно кончить?

Аринэль слегка обалдел от такого вопроса. В тумане, который сейчас плавал в голове, не было ни одной мысли, как ответить. Что это за бред вообще?! Рэйса же захихикала и оттолкнулась, взбурлив воду. И только парень перевел дух, как она снова вернулась...

– Да-а-а, это действительно... – голос девушки был чуть хриплым, когда она разорвала поцелуй. – То-то они к тебе липнут... Братик!

Рэйса хихикнула, провела рукой по груди брата и, опять хихикнув, уплыла, оставив Аринэля с недоумевающим выражением на лице.

«М-м-мать! Что это было?»

* * *

Винцо было с сюрпризом. Чем дальше, тем оно сильнее било в голову. Момент сборов, для возвращения, остался чередой слайдов. Вот они тянут Дариана с Реной, который решили поспать прямо в кустах, возле реки... Любовнички. В этот момент уже никого не смущала нагота, так что Аринэлю пришлось напоминать, что надо бы одеться!

Костер уже к тому времени прогорел, так что одевались почти в потемках. Девчонки хихикали, Дариан матерился вполголоса, время от времени отбиваясь от Рены, которая забила на одежду, завернувшись в кусок кожи, который служил столом.

Когда Аринэль, чертыхаясь, пытался надеть штаны, на Дару внезапно напало желание его пообнимать. А там и поцеловать. И вот, вдев одну ногу в штанину, Аринэль пытался между поцелуями сказать этой нудистке, что сейчас, блин, не самое подходящее время! К тому же... И его уже начало нехило накрывать!

Потом пришлось грузить уснувшую возле телеги Ками. Затем уговаривать Рэйсу, что не надо ехать верхом. Стаскивать Виону с лошади, которая была запряжена в телегу, как забралась-то в таком состоянии? Саманта, сидящая в этот момент на козлах, буквально рыдала от смеха. Аринэль, с Вионой на руках, едва не влетел в кострище, вызвав еще один приступ смеха у Анти. И вот вроде все тела погружены в телегу...

– Да трахни меня ант! Где? – натурально взревел Аринэль, не обнаружив Ками.

Рена, сидящая у борта и прижимающая к себе уснувшего Дариана, ткнула куда-то в сторону. Аринэль тут же метнулся в указанном направлении... И обнаружил Ками, которая пугала подземных жителей. Тошнило ее, если говорить прямо...

...Потом была эпопея с разгрузкой. Рену и Дариана сгрузили в руки женщин Тирра. Те откровенно ухмылялись, но Аринэлю уже было совершенно по хрен. Доехали до их шатра. Всех без разбора выгрузили там. Аринэль еще помнил, как подъехали Дара с Ташей, которые привели остальных лошадей, вот что значит степняки... Правда и они, в смысле сестры, были явно... Короче, Таша подъехала к шатру и уснула прямо в седле. Дара попыталась слезть, и Аринэль едва успел ее поймать... Вот только он и сам уже стоял едва. Помнится, тогда, лежа под счастливо улыбающейся Дарой, он подумал, что можно и тут, в принципе, вздремнуть...

Как они все-таки попали внутрь, в памяти не было. Просто раз, и он уже стоит над телами, сваленными как попало.

Затем темнота, чье-то тело, прижимающееся к нему. Была четкая установка, что Дариана он выгрузил раньше, поэтому это могла быть только девушка. Ну и грудь, опять же... Короче, в голове был легкий сумбур, а губки мягкие... И рукам приятно. Упругая попка... А потом что-то дама затихла.

Снова губы. Аринэль уже с трудом понимал, что происходит. Он лежал на спине, на нем кто-то сидел. А поцелуи были какие-то жадные, что ли...

Глава 5. Часть 2

89-й день лета. Артезиус. Академия. Приемная главы. Феара Данаяр Коффус

За семь лет тут ничего не изменилось. Большая комната, слева от входа вдоль длинной глухой стены три дивана, между которыми стоят горшки с эльфийскими декоративными деревьями. Стены отделаны дварфовскими каменными серыми полированными панелями, пол тоже каменный, гладкий, но немного темнее тоном. Возле самого входа в кабинет главы Академии Сабрины Эйтос Велакрус, напротив диванов, массивный письменный стол из светлого дерева, за которым спиной к большим окнам сидит бессменный секретарь Хаяна Конна. Про нее ходили легенды, что она живет прямо тут, в приемной. И никогда не спит.

Как обычно, светлые волосы Хаяны были уложены в тугой узел на затылке. Феара не знала никого, кто бы видел ее с другой прической. При этом на шее секретаря имелись три параллельные отметины шрамов. Теперь Феара знала, что такой шрам остается после когтей сайхога.

Хаяна Конна всегда ходила в брючных костюмах, причем предпочитала мужские камзолы, короткие. На новую моду, ходить без оружия, не обращала никакого внимания, ее городской меч, в черных ножнах и потертой рукоятью, всегда был при ней. Сейчас он стоит в стойке, возле двери. Феара тоже оставила там свой меч. За все эти годы (имеются в виду годы обучения Феары) Хаяна ни разу не была замечена с мужчиной. При этом, несмотря на довольно длинный нос и тонкие губы, она была симпатичной. Безупречный овал лица, необычные фиолетовые глаза, хищные черты. Этакий клинок, вышедший из рук прославленного оружейника, одновременно красивый, смертоносный, но предпочитающий стильные ножны. Хаяна Конна входила в комиссию экзамена по фехтованию. И слова главы, что ей в качестве охраны хватает ее секретаря, обретали вполне четкие обоснования.

Когда Феара вошла в приемную, Хаяна, ни слова не говоря, поднялась и вышла в соседнюю комнату. А вернулась с чашкой ориса^[42]. Так же молча она поставила чашку на широкий подлокотник дивана, рядом с Феарой и снова заняла свое место.

В тишине раздавалось только шуршание бумаг, с которыми работала Хаяна, и легкое позвякивание колец занавесок, которые шевелились под ветерком из открытых по летнему времени окон. Феара не спеша потягивала орис. Ей было некуда торопиться. А ожидание... Нетерпеливые редко выживают в Пограничье. Вся жизнь боевого мага, да и не только мага, а вообще воина – это ожидание. Нужно просто с этим смириться. Точнее понять, что ожидание – это время отдыха, лишние минуты и часы жизни, после которых вполне можно не дожить до следующего отдыха...

Глава вошла в приемную тогда, когда Феара поставила пустую чашку на подлокотник, то есть примерно через полчаса. Глава академии слегка улыбнулась, увидев посетительницу.

– Рада тебя видеть, Феара, – голос Сабрины Велакрус был такой, какой запомнился со времен обучения.

Глубокий, мелодичный. Он очень подходил к зрелой красоте этой женщины, которая вот уже пару десятков лет возглавляла один из столпов империи. Длинные черные слегка вьющиеся волосы обрамляли аристократично-бледное лицо. Слегка полноватые чувственные губы, аккуратный нос, голубые глаза. Единственный изъян, который имелся в ее образе, это небольшой шрам, пересекающий дугу правой брови. Действительно небольшой, любому даже не мастеру, адепту-целителю работы на час.

Зеленое (любимый цвет главы) платье облегало стройную фигуру, обрисовывало небольшую грудь и, по новым веяниям столичной моды, имелось небольшое декольте. А сзади воротник платья был высоким, на Феаре сейчас было что-то такое же. Рукава были до самых кистей и их нижний край крепился на кольце, которое надевали на безымянный палец.

Поднявшись, Феара слегка поклонилась.

– Я тоже рада снова побывать здесь, – негромко ответила она.

Сабрина Велакрус слегка склонила голову в ответ. Жест, приглашающий пройти в ее кабинет, был, естественно, изящным.

– Хаяна, есть что-то срочное? – спросила глава у секретаря.

– Нет, – коротко ответила та.

– Тогда принеси нам две чашки ориса, – распорядилась глава...

...Кабинет главы академии тоже нисколько не поменялся с момента выпуска Феары. Он был ожидаемо большим, точнее длинным. Вход в него располагался ровно посередине длинной стены. Если от двери повернуть направо, то попадаешь в насквозь официальную половину кабинета. Тут стоял длинный стол из темного дерева с полированной столешницей, примыкающий торцом к столу главы (буквой «Т» они стояли). Вдоль длинного стола имелись стулья с высокой спинкой, на которых был выведен герб академии: глаз в ромбе. Этот же герб имелся на зеленом знамени, которое висело между двух окон, позади кресла главы. Вообще, тут было много окон. Они были большие, шторы раздернуты, и те створки, которые открывались, были открыты. Сабрина Велакрус, магистр Воздуха и маг-вентус, обожала открытые пространства и свежий воздух.

Они же, войдя в кабинет, повернули налево. В гостевую зону. Туда, где полукругом у камина (в Артезиусе зимой бывает весьма прохладно) стояли удобные кожаные черные кресла и такой же диван, вокруг низкого бокального стеклянного изящного столика. На окнах в этой части кабинета висели тяжелые бордовые портьеры, вместо воздушных занавесок в официальной. На полу черно-красный ковер, в простенках стояли книжные шкафы. А в углу имелся небольшой бар.

– Навевает воспоминания? – с полуулыбкой спросила глава.

У Феары дрогнул уголок губ. Навевает. Правда, они тут были всей группой. Тогда им вручали жезлы (символ получения магической специальности. Выполняется в виде небольшого, с две ладони длиной и полтора пальца толщиной жезла, с драгоценным камнем в навершии. На жезле размещается символ направления и кафедры). Коффус слегка нахмурилась. Тогда ей казалось, что перед ней открыты все двери...

Феара села в кресло. Глава разместилась в другом, напротив. Между ними оказался столик. На его столешнице, как и на спинках кресел был все тот же герб – глаз в ромбе.

– И как ты себя чувствуешь, Феара? – спросила с ласковой улыбкой глава.

Но при этом взгляд у нее был очень внимательный.

– У меня нет претензий ни к Корпусу, ни к Атриумии^[43], – заранее приготовленным ответом высказалась Феара.

– Я не про это, – улыбка Сабрины Велакрус сделалась грустной. – Как ты сама?

– Не скажу, что все легко и безмятежно, – спокойно ответила Коффус.

– Да уж, – вздохнула глава. – Гадаешь, почему Консилиум направил тебя ко мне?

В этот момент в кабинет зашла Хаяна, с подносом в руках, на котором стояли две чашки с чаем и небольшая плетеная корзинка с маленькими песочными печеньями. Комнату наполнил еле уловимый аромат трав, с привкусом выпечки. Печенья были свежими. Секретарь быстро, но без суеты расставила чашки, поставила посередине корзинку и совершенно бесшумно удалилась.

– Не гадаю, – равнодушно ответила Феара. – Жду ответа.

Сабрина Велакрус чуть наклонила голову вбок. Ее губы тронула ироничная усмешка. Глава очень органично смотрелась на фоне темных, почти черных портьер. Впрочем, такая женщина будет хорошо смотреться на любом фоне. Феара даже, к своему удивлению, обнаружила, что слегка завидует.

– А ты повзрослела, девочка из Озерного Замка, – произнесла глава.

Феара промолчала. Ответа от нее и не ждали. Велакрус откинулась на спинку кресла, положив руки на подлокотники.

– Начну с формальностей, – заговорила глава. – Ты переведена в штат академии. В качестве инструктора по боевой подготовке. Сразу отвечаю на твой вопрос, ты не одна такая.

Коффус нагнулась и взяла чашку. Эта посуда сама по себе была произведением искусства. Нет, на ней не было рисунков, но тонкие стенки чашки, цвета топленого молока, а также неестественная легкость, говорили про то, что перед ней знаменитый «костяной» фарфор Аваратана. Эту чашку можно было использовать в качестве метательного снаряда, с полной уверенностью, что с ней ничего не произойдет. Феара осторожно пригубила напиток. Орис был очень хорош. Сначала шла сладковатая нотка морэля, следом шел чуть вяжущий вкус сашими. Это сменяется легкой горечью нителиста и кислинкой конгарэ. И уже после остается ни с чем несравнимый аромат белого ахароса.

– Прекрасный орис, – искренне похвалила Коффус. – И умелое заваривание.

– Хаяна достигла в этом таких высот, что эльфы не могут отличить, что заваривает человек, – заметила с легкой улыбкой Велакрус.

Феара склонила голову в знак признания такого мастерства.

– Каковы будут мои обязанности? – спросила она, ставя чашку. – Я не преподаватель. Опыт в этом у меня нулевой.

– Ну, все когда-то его не имели, – ответила глава, беря чашку. – Не всю же жизнь тебе бегать по Стенам.

– Не вижу логики, – произнесла Феара. – Я гораздо больше могу принести пользы именно на Стене.

– Вот все вы такие, – со вздохом заметила Велакрус. – А как передать ваш опыт? Во время практики? Мне отправлять своих учеников в пекло?

Глава тоже пригубила из чашки.

– Императрицей была поставлена задача, – заговорила Велакрус. – Нынешнее, рекордное по количеству поколение одаренных должно по максимуму впитать тот опыт, который приобрела ты, Кариэн Вераннар, Кэнсиан Каррос...

– И этот извращенец тут будет, – с неудовольствием произнесла Феара.

– А также Аната Дэйрис, Гариан Цевитос и еще несколько, – добавила глава. – И вашей задачей будет... Передача боевого опыта ученикам.

Коффус вздохнула. И нахмурилась.

– В качестве тренировочной группы, – снова заговорила Веларус, – вы поработаете с выпуском помощников целителей, которые получили распределение в легионы. А осенью примете первокурсников.

– Я... – Феара сейчас сдержалась от крепкого словца. – Совершенно не представляю, что я с ними буду делать.

– С помощниками вас подстрахуют преподаватели, – ответила глава, ставя на стол чашку. – А что делать...

Женщина вздохнула. И посмотрела пронзительным взглядом на Феару. Та на автомате подобралась, словно перед командиром легиона.

– Ваша задача будет в том, Феара, – произнесла она, – чтобы эти мальчики и девочки, попав на поле боя, не умерли в первый же день. В этом году на первый курс поступает очень много огневиков. А через три года они попадут в легионы. И к тому времени империя должна иметь магов, которые должны знать, что делать на поле боя. Мы слишком долго сидели за горами...

...Феара вышла в приемную. Постояла у двери. Потом зачем-то посмотрела назад и хмыкнула.

– Ваши документы, эрса, – своим знаменитым бесцветным голосом произнесла Хаяна Конна.

На краю ее стола лежала папка. Феара шагнула к столу, взяла документы.

– Добро пожаловать в академию, инструктор Коффус, – сказала секретарь главы.

Феара сморгнула. Сейчас ей показалось, что в голосе Хаяны проскользнули теплые нотки...

Маркграфство Тайфол. Становище орков. Утро

Рэйса откровенно потешалась над мрачными сестрами. С утра Аринэль без всяких шуток, с каменным лицом приказал им, именно приказал, представить к осмотру... низ живота. А до этого внимательно обследовал шкуры, на которых они спали. Вместе с братиком! Голые! В глубине души Рэйса радовалась, что проснулась первой и успела одеться... А то бы Ари и ее... Осмотрел.

После осмотра Аринэль со злым лицом и весьма крутыми оборотами пояснил, что он надеялся на то, что они все-таки сестры и в их присутствии ему не надо страховаться насчет... В этот момент он указал на ложе, где они выспались.

За спиной брата откровенно веселилась четверка его женщин. Пока он, заложив руки за спину, отчитывал сестер за непристойное поведение, едва не окончившееся... тем самым, Цеси и Ками, беззвучно хихикая, готовили завтрак. А сестры Хейгар внимательно слушали изречения Аринэля, иногда вскидывая брови, при замысловатых оборотах.

– А если бы это произошло в замке? – не успокаивался Ари. – При гостях? Вы что, вообще себя не контролируете? Вы как замуж-то собираетесь идти? Мужу что, придется вас пьяными привязывать, чтобы вы какого-нибудь мужика не оприходовали?

– Ты же не кто-то, – буркнула Виона.

Сестры сидели на коленях в рядок.

– Мы же больше ни на кого не вешались, – добавила Саманта.

Аринэль глубоко вдохнул, приложил ладонь ко лбу.

– Больше я вами пить не буду, – произнес он. – Чтобы потом не краснеть.

– Но ты-то оказался на высоте, братик, – вставила Рэйса. – Ничего же не было.

Аринэль глянул на нее убийственным взглядом, а потом, резко развернувшись, стремительным шагом буквально вылетел из шатра.

– Ничего же не было? – спросила Рэйса у сестер.

Те дружно замотали головами. Причем у Саманты на лице появилась досада. Да и Виона имела вовсе не виноватый, как секунду назад, вид...

...За завтраком Дара то и дело отпускала двусмысленные комментарии. И Таша иногда тоже вставляла. Сводились они к тому, что шатер маленький. Или то, что если вдруг, то родовое имя даже менять не надо. Виона на это только кривилась, зато Саманта реагировала даже с удовольствием. Ну, про нее-то давно все понятно.

Затем разговор зашел про то время, когда Аринэль должен уехать. Тут помрачнела уже четверка хозяек шатра. Предстоящее длительное расставание их, естественно, не радовало.

– А правда, что после... ну, познания, – провела руками по животу Виона, – это прям необходимо?

– Не то чтобы мучает, – ответила Дара. – Но не хватает. К счастью, нас четверо.

Цеси, сидящая рядом с ней, слегка зарделась.

– А если Айри себе еще кого-то там найдет? – спросила Рэйса. – Сами же видите, как с ним это происходит.

– С какой-нибудь городской будет тяжело, – задумчиво ответила Дара. – Но, вон, Ками тоже городская...

– Да она же в голову стукнутая насчет братца, – отмахнулась Рэйса. – Она не в счет.

– А если еще кого-нибудь... стукнет? – заметила Виона.

– Будем... учить... – тихо сказала Таша.

– А если одаренная будет? – поинтересовалась Рэйса, склонив набок голову.

– И что?! – неожиданно зло и громко сказала Саманта. – Пусть еще сначала попробуют!

– Ах да, Ари же под охраной поедет, – усмехнулась Рэйса.

Дара при этих словах многозначительно улыбнулась.

Шатер учениц. Чуть позже

– Ну, и чем ты думал? – поинтересовалась Амарата, уперев руки в бока. – Что в слове «не напрягаться» тебе было не понятно?

– А где я напрягался? – поднял бровь Аринэль. – Наоборот, немножко расслабились...

– Ты совсем дурак? – сузила глаза девушка. – Хочешь сказать, что ты вчера контролировал источник?

– Ну-у... – Аринэль отвел глаза. – Ничего же не случилось?

– Случайно! – прозвенел голос Амараты. – Это случайность! Ты вчера не то, что источник! Ты себя не контролировал!

Аринэль вспомнил, как проснулся в обнимку с полуголой Анти, при этом под боком была тоже живописно раздетая Виона, и нахмурился.

– Да ладно, – ответил он. – Иногда же надо расслабляться.

– Когда инициацию пройдешь, – заметила Аксентия, – тогда и будешь... Расслабляться.

– А пока твой источник находится в состоянии неустойчивого равновесия, – заметила Эррис, как обычно, тихим голосом. – И любой внешний фактор может спровоцировать спонтанный исход энергии, причем неизвестно какой величины.

Эх, ей бы еще очки! Чтобы поправлять во время этой речи... Милота!

– Ты только об этом думать можешь? – так же тихо, без эмоций спросила Эррис, посмотрев парню прямо в глаза.

Аринэль опомнился, чуть покраснел и отвел взгляд.

– Похотливое животное! – припечатала Амарата, наклонившись к парню.

– А что такого-то? – возмутился тот. – Да, ант меня сожри! Я мужик! А вы красивые девушки! Вы мне нравитесь, стрелу мне в зад! Я что, должен отвращение испытывать?!

– Бабник, – заметила Эррис и отвернулась.

Отвернулась, чтобы никто не увидел легкой довольной улыбки на ее губах.

– Руки! – скомандовала Ама.

Аринэль, который сидел по пояс голый, послушно вытянул руки вперед. Амарата положила свои руки ему на плечи. Под ладонями девушки появилось голубое свечение. Она медленно провела руками вдоль рук парня.

– Даже странно, что все в порядке, – язвительно заметила она, дойдя до ладоней.

Тем временем Аксентия зашла за спину Аринэля, перебросила его волосы, убранные в хвост, через плечо парня и приложила ладони к его спине. Из-под ее рук появилось зеленоватое сияние.

– Давай на единицу сначала, – сказала Амарата. – Вдруг этот... алкаш что-нибудь себе все-таки свернул. Посмотрим.

Аксентия кивнула. Аринэль же почувствовал, как по телу будто побежали прохладные очень тонкие ручейки...

...– Как идет работа? – спросил Аринэль, одеваясь.

– Идет, – отрезала Амарата. – Тебе-то что?

– Ну, мне бы было обидно, если бы столько усилий пропало даром, – ответил парень. – Ну и еще. Иметь знакомых хороших целителей – это здорово. Не хотелось бы, чтобы в отношении меня вы испытывали сожаление.

– Я уже его испытываю! – фыркнула Амарата. – С тобой общаясь!

– Главное, что вы что-то испытываете, – не смутился Аринэль. – Хуже, если бы было лишь равнодушие. Сегодня снова поедете к матке?

– Поедем, – ответила Ама, сведя брови. – Тебе-то чего?

– Да вот, хочу устроить день отдыха, – ответил Аринэль. – Вы же не будете против юного и симпатичного мужчины в сопровождении?

– Юного и глупого! – опять фыркнула Амарата. – Учти! Поедешь, будешь помогать!

– Я так и думал, эрса, – включил аристо-мод Ари, склонив голову. – Значит, через час?

– Возьми с собой припасов, – спокойно сказала Аксентия. – Мы туда на весь день.

– Разумеется, – поклонился Аринэль.

Когда парень вышел из шатра, Амарата, которая проводила его взглядом до выхода, хмыкнула.

– Основа есть, – произнесла она. – Но еще работать и работать над воспитанием!

Эррис слегка улыбнулась, бросив взгляд на подругу.

– Сейчас наверняка второго приведут, – сказала Аксентия. – Этому-то хорошо, все последствия магия съела.

– О да! – усмехнулась Амарата. – Того вчера натурально заносили! Сейчас, наверное, клянется больше не пить никогда!

– Ага, как ты тогда, – заметила с улыбкой Аксентия.

– Пф, я-то три круга пробежала! – ответила Амарата.

– Тебя тогда еле оторвали от герцога Айтариса, – тихо заметила Эррис.

– Ну а что, я бы и подлечивала его, – не смутилась Ама. – Только жены у него жадные. Стервы.

Аксентия и Эррис одновременно усмехнулись.

Маркграфство Тайфол. Лагерь возле матки антов

А поверхность матки, кроме шуток, была похожа на железо. Ну, или что-то не менее крепкое. Но точно не кость. Скорее похоже на углепластик. Аринэль распрямился.

Отсюда, с верхушки матки, открывался замечательный вид. Даже становище было видно. В замке идет масштабное строительство, уже убрали разрушенную стену. И башни разобрали. Похоже, замок увеличивался в размерах. Рядом с замком уже имелся серьезный посад. Немного дальше по реке виднелось что-то типа верфей, там строили небольшие речные плоскодонные корабли. А если учесть, что вверх по Ирвиш было не подняться даже на лодке, то целью будущего путешествия могло быть только путешествие вниз.

Кстати, отец и Грег уже отправились в степь. Сегодня утром выдвинулись. Поехало под сотню народа, штук пять орочьих фургонов, пара этих вагенов дварфовских. Похоже, Бран Тайфол решил разворачиваться по-серьезному. С ним и эти наемники из «Монолита» поехали, и вождь выделил два десятка легких конников (у орков это в основном женщины). И эльфийские скакуны белели в колонне. Интересно, куда это они в таких силах? Причем поехали они не вниз по реке, а вдоль гор.

Матка. Аринэль ожидал, исходя из намеков того же мастера Цевитоса, увидеть что-то типа огромного механизма. А увидел огромный организм. В дыре, проплавленной в туше матки, было видно мясо, какие-то внутренние органы (только гиганстких размеров). Также ему показали что-то типа инкубатора, где еще оставалось нечто вроде коконов или кожаных мешков, в которых были еще не сформировавшиеся анты. И даже таран нашли, в стадии, так сказать, личинки. Здоровый мешок размером с дом. Ученики, с которыми разговаривали его мучитель... то есть целительницы, со смехом рассказали, как кто-то разрезал этот мешок и едва не утонул в вонючей жидкости, которая хлынула оттуда.

Кстати, Аринэль увидел наконец жену брата. Она тоже тут паслась. И не просто наблюдала, а прямо-таки активно участвовала. Вместе с еще какими-то магами и группой дварфов, они пробирались зачем-то вглубь матки, натурально вырезая себе проход. Интересно. Если матка – это живой организм (был), то почему не воняет? Должно же разложение идти, нет? И почему маги прямо-таки активно стараются пробраться внутрь?

«А вот вопрос. Можно ли это есть?» – задумался Аринэль.

Ну а чего, такая гора мяса.

– Слушай, Эррис, – спросил он. – А можно есть мясо матки?

Девушка, которая следила за прибором – такой ящик, примерно полметра на четверть метра, которые сверлил поверхность матки, подняла голову. И посмотрела так... характерно. Кстати, две другие ученицы в этот момент делали то же самое, только чуть подальше.

– Это не мясо, – тихо ответила девушка. – В смысле оно не живое.

– Это как? – удивился Аринэль.

– Это некий материал, – объяснила Эррис. – Он не питается кровью, то есть не живой организм.

– Хм, искусственные волокна? – задумчиво произнес Аринэль, решив поумничать.

– Та нить, что тебе вживили, – произнесла девушка, – это результат изучения дерра. У них тоже есть что-то типа таких нитей.

– Почему тогда анты тупо магией не швыряются, раз похожи? – спросил Аринэль.

– Вот поэтому мы их и изучаем, – ответила Эррис. – В каждом дерра имеется источник магической энергии. Чем больше дерра, тем больше источник. Но обычно дерра умирает, когда тот разрушен. Точнее, чтобы его убить, нужно сломать источник.

– И в этом, – Аринэль топнул ногой по матке, – есть?

– Был, – ответила девушка. – Иначе был мы тут не стояли. Но в матке кроме источника энергии имеется еще кое-что. Что позволяет ей использовать что-то типа портала. Его и ищут сейчас.

Эррис ткнула куда-то вниз.

«Так вот с чего такая движуха!» – понял Аринэль.

– А мы чего делаем? – спросил он.

– Мы ставим источники энергии, – объяснила Эррис. – Потом будем пускать сигналы. Как найдем маговод, ту самую нить, то по ней нужно пустить сигнал. Это поможет найти «пробойник».

– Пробойник? – не понял Аринэль.

– Это основная часть любого портала, – пояснила Эррис.

И тут Аринэль задумался. Это что же получается... Маги портал, по сути, ищут? А значит... Ох, батя!

– Эй, помощничек! – позвала Амарата, махая рукой. – Сюда иди! Перетащить надо!

Аринэль направился к девушке. Дойдя, он увидел дыру, примерно с ладонь и глубиной чуть не по колено. И стоящий рядом сверлильный аппарат. Весит эта штука килограмм тридцать!

– Давай вон туда! – махнула рукой Амарата.

– Да несу, несу, – пробурчал парень.

Пройдя метров десять, Амарата ткнула пальцем, куда надо поставить. Аринэль опустил аппарат, и девушка наклонилась над ним.

А тут, на вершине матки, было довольно свежо, несмотря на жару. Ветерок бодрил.

– А до этого вы как таскали? – спросил Аринэль.

– Давали кого-нибудь, – ответила Амарата, держа руки на кристалле, который имелся вверху, под специальной крышкой. – Но сегодня у нас собственный носильщик!

Девушка покосилась на Аринэля и ухмыльнулась.

«Стерва!» – беззлобно подумал тот.

От аппарата послышалось гудение, и Ама, убрав руки с кристалла, закрыла крышку.

– А как понять, что маговод найден? – спросил Аринэль.

Амарата снисходительно посмотрела на него.

– Тебе-то это зачем? – спросила она с ироничной улыбкой.

– Для общего развития, – спокойно ответил Ари.

Девушка некоторое время изучающе на него смотрела.

– А для этого тут мы, – ответила она, наконец. – Дырок-то любой дебил, даже ты, насверлить может. Только кристалл заряжай. А вот найти маговод может только одаренный.

– И как одаренный этот самый маговод находит? – уточнил парень.

– И что мне рассказать? – хмыкнула Амарата. – Сможешь объяснить слепому, что такое красный цвет?

– Более теплые ощущения, – тут же ответил Аринэль.

– В смысле? – не поняла девушка.

– От красного более теплые ощущения, когда касаешься, – пояснил парень. – Белый самый холодный. Черный – не чувствуется ничего.

– Что за бред? – нахмурилась Амарата. – Откуда ты это вообще взял?

– Я несколько ле... месяцев не видел, – пояснил парень. – Спонтанная инициация.

Амарата как-то странно посмотрела на него. Потом помотала головой.

– Короче, когда нащупываешь маговод, то ощущается, как он покалывает, – объяснила она. – Потом пускаешь сигнал, и если это он, то энергия сразу уходит.

– Попробовать можно? – кивнул на аппарат Аринэль.

– Я тебе попробую! – рыкнула Ама. – У тебя что, память, как у болотника?!

Аринэль ухмыльнулся. Почему-то нравилось ему подначивать ее.

– Я понял, – произнес он. – А тебе идет.

– Что идет? – не поняла Амарата.

– Ну, строгий вид, – улыбнулся Ари. – Прям глаз не оторвать.

Девушка хмыкнула, глядя с иронией на него.

– Что, обычно срабатывает? – спросила она.

– Оно и сейчас сработало, – парировал Аринэль. – Признайся, тебе понравилось?

– Мальчик! – язвительно ответила Амарата. – Когда я уже гуляла с мужчинами, ты еще кашку кушал!

– И в чем проблема? – поднял бровь парень. – Как этот факт помешает нашему общению?

– Ты не в моем вкусе, – фыркнула Ама.

– Зато ты в моем, – ухмыльнулся Аринэль.

– Я не сплю с детьми, – сощурилась Амарата.

– Какое счастье, что тут их нет! – еще шире улыбнулся парень. – О, Аксентия машет. Пойду. Поговорим попозже.

– На результат это не повлияет, – уже ему в спину бросила Амарата.

Аринэль обернулся и учтиво поклонился.

– Никогда не говори никогда, красавица! – сказал он, с улыбкой и подарил воздушный поцелуй...

...– А зачем вообще сверлить? – спросил Аринэль у Аксенты. – Не проще изнутри, ну, пощупать? Там этой брони нет.

– Для того, чтобы точно что-то локализовать... – начала было девушка.

– А, понял, – кивнул Аринэль. – Вы делаете... как это...

Аринэль помнил слово триангуляция. Но как тут такой термин звучит, он, естественно, не знал.

– Создание плоскостей ориентирования, – подсказала Аксента. – Чем больше источников сигнала будет, тем точнее мы определим местоположение пробойника.

– Понятно, – кивнул парень. – Но не проще нанять бригаду... сверлильщиков и использовать всего одного одаренного?

– Здесь? – иронично посмотрела Аксента. – Мастер Шенфарус, насколько я знаю, уже нанял всех, кого смог.

– И даже вам не дал прохлаждаться, – усмехнулся Аринэль.

Аксента вздохнула.

– Ну, мы хотя бы не весь день тут, – ответила она.

Они помолчали, смотря на аппарат.

– Слушай, а у Амы есть кто? – спросил Аринэль.

Аксента смерила его удивленным взглядом.

– А что тебя это вдруг заинтересовало? – спросила она.

– Да так, разговор поддерживаю, – ответил парень. – Так что? Есть?

– Вот у нее самой и спроси, – хмыкнула Аксента.

– Ладно, – легко согласился парень.

Они еще постояли.

– А у тебя? – спросил Аринэль.

– Что у меня? – не поняла девушка.

– У тебя есть, хм, парень, возлюбленный? – уточнил Ари.

– Тоже разговор поддерживаешь? – ответила Акси.

– Да любопытно просто, – ответил Аринэль.

– Странное у тебя любопытство, – произнесла Аксента. – Нет.

– А что так? – спросил парень. – Девушка ты красивая. Принца ждешь?

– Нормального жду, – пояснила Аксента. – Ответственного. А то вокруг одни придурки.

– Я нормальный, – уверенно и важно произнес Аринэль.

– Ты-то? – иронично произнесла Акси. – У тебя сколько?

– В смысле? – не понял парень. – Сколько длиной, что ли?

– Вот, а говоришь нормальный, – вздохнула Аксента. – А на деле такой же озабоченный.

– Это как раз и есть норма, – заметил Аринэль. – Нормальный мужчина должен быть немного озабоченным.

– Вот именно, что немного, – ответила Акси и, посмотрев на парня, чуть улыбнулась. – А что будешь делать, если возьму и соглашусь?

– Так мы же просто разговариваем, – ответил Ари.

– Вот именно это я и имела в виду под ответственностью, – сказала девушка. – Полапать вы все горазды.

– А если я возьму и соглашусь? – хмыкнул Аринэль.

– Ага, – иронично ответила Аксента, отмахнувшись.

– Меня огорчает твоя легкомысленность, – печальным тоном произнес парень. – Нужно быть более ответственной!

Маркграфство Тайфол. По пути к становищу

Светило уже касалось краем горизонта, отбрасывая длинные тени. Наработавшись за день, девушки срадостью приняли предложение Аринэля о том, что водителем их телеги будет он.

– У меня в возницах – целый барон, – усмехнулась Аксента. – Расту.

– Не вижу несоответствий, эрса, – улыбнулся Аринэль, посмотрев на девушку через плечо. – Это элементарная вежливость сайона по отношению к даэхону.

– Тогда и коня распрягаешь, – тут же вставила Амарата, лежащая на дне телеги и закинувшая ноги на борт, и иронично добавила: – Сайон!

– Кстати, об этом, – произнес Аринэль, несильно хлестнув вожжами. – Как с этим в Академии?

– С чем? – поинтересовалась Аксента, сидящая прямо за Аринэлем, спиной к борту.

– С... хм, отношениями старших и младших, – пояснил парень. – Есть какие-то правила?

– Есть устав Академии! – сказала Амарата. – Очень рекомендую его соблюдать! Особенно на первом году. Поверь, у преподавателей там богатая фантазия!

– Это понятно, – хмыкнул Аринэль. – Я про... неписаные правила. Не поверю, что их нет.

– Это откуда ты такое знаешь? – с подозрением спросила Аксента.

– О, я просто умный! – ответил Ари. – Так что?

– Умный он, – проворчала Амарата. – Вот и разбирайся сам.

– Пока будешь в карантине, – подала голос Эррис, сидящая в самом конце телеги, там, где с торца не было борта, и, свесив ноги, читающая книгу, – все будет по правилам. За вами будут смотреть круглые сутки.

– Да, это точно, – хмыкнула Аксента. – Там даже за повышенный тон отправляют в свою комнату.

– Что-то не слишком суровое наказание, – иронично произнес Аринэль.

– Салага, – вздохнула Ама. – Комнаты в карантине – это помещение два на три, в подвале. Дверь на ночь закрывается. На ключ. А если накосячишь, запрут там на пару дней.

– Все равно на наказание как-то не сильно тянет, – недоверчиво сказал парень.

– Так это только за ругань, – заметила Аксента. – Если выявят хотя бы легкое рукоприкладство, а его выявят и быстро, поверь, то отправят посидеть в другое помещение. Где днем убирают кровати и кормят раз в сутки. И там... неуютно.

– Со знанием дела говоришь, подруга, – покосился на девушку Аринэль. – Что, бывала там?

– Бывала, – спокойно ответила Акси. – И не раз. Некоторым...

Она посмотрела на парня.

– ...аристократикам кажется, что если девушка из простых, то она должна сама ноги раздвигать, – закончила она.

– А вот за это, – Аринэль снова щелкнул вожжами. – За склонение, что бывает?

– За слова, увы, не наказывают, – это уже Амарата сказала, мрачно так. – А на дуэль они не придут. Сами.

– А когда день за днем слышишь их грязные намеки... – тихо добавила Эррис.

– Эй, вы хоть меня-то за такого не приняли? – забеспокоился Аринэль.

– Да ты-то просто... дурак, – усмехнулась Амарата.

– Ты меня сейчас похвалила или оскорбила? – покосился на нее Ари.

Они доехали до реки, и Аринэль остановил телегу. Ему показалось, что правая постромка, как есть, опустилась ниже, чем было положено. А впереди брод. Он спрыгнул с телеги, подошел к лошади. Сзади переступил копытами его конь, привязанный к телеге. Аринэль приподнял постромку, затянул ремень потуже.

– Так что там, с правилами? – спросил он, усевшись обратно и хлестнув вожжами.

– Да все, как обычно, – ответила Аксента. – Очень не рекомендуется грубить старшим.

– Запомни это, – со значением произнесла Амарата.

– Да, милостивая эрса, я запомнил! – улыбнулся Аринэль. – А ходить на свидания с даэхонами можно?

– Ну, если ты их чем-то заинтересуешь, – с иронией ответила Ама. – Там учатся, в твоем случае, дамы из многих высокородных семей. Они на свидания с провинциалами не ходят.

– Да кто говорит о них? – хмыкнул Ари. – Ты вот пойдешь?

– А ты не в моем вкусе, я уже говорила, – ответила Амарата. – И младше. Без шансов.

– Ну, у меня есть еще два варианта! – усмехнулся Аринэль. – Эррис, сейчас поедем через реку.

Девушка послушно повернулась спиной к продольному борту, чтобы поднять ноги. Аринэль, придерживая лошадь, спустился к воде. Этот брод был сделан специально, чтобы не гонять лишний раз паром. Ну, или Детарина. Правда, приходилось лишний крюк делать, но это уже мелочи.

– Что-то ты слишком самоуверен, – произнесла Аксента. – Знаешь, а поймаю-ка я тебя за язык! Сводишь меня на свидание!

– Вечером? – поинтересовался Ари, не оборачиваясь.

Переезд через брод, пусть и подготовленный, требовал внимания.

– Не здесь! – усмехнулась Акси. – А в Артезиусе!

– О, ну, заодно покажешь, куда там девушку можно сводить! – ответил Аринэль. – Эррис, а ты не против?

Они выехали на другой берег, и парень хлестнул вожжами, потому что подъем был крутоват. Правда, можно было поехать влево и подняться спокойно... Но это же простая телега, а не дварфовский ваген.

Они вылетели наверх, и Аринэль слегка притормозил лошадку. Телега – это вам не карета. Рессор или пружин тут нет, по кочкам быстро прокатишься, можно и с едой попрощаться. Парень обернулся, чтобы проверить своего коня, привязанного к телеге. И натолкнулся на внимательный взгляд зеленых глаз. А потом Эррис слегка улыбнулась.

– Бабник, – буркнула Амарата.

– Ама, если захочешь, даже можешь не говорить «да»! – усмехнулся Аринэль. – Просто скажи, что я должен тебя сводить... куда-нибудь.

В этот момент Амарата вдруг улыбнулась. Зловеще так.

– Ну, тебя никто не тянул за язык, барон Тайфол, – сказала она. – Сводишь. Я скажу куда.

Аринэль обернулся, с вопросительным лицом.

– Позже, позже, – усмехнулась Ама. – Сначала поживи там. Узнай, что и где. И сколько.

– А вы, я смотрю, весьма мерка... находчивая девушка, эрса Кеннорус, – улыбнулся парень.

Глава 5. Часть 3

91-й день лета. Около становища орков

Дариан уже и сам ощущал, что его уровень не просто подрос, а скакнул. Самое главное, ему действительно начало нравиться, он реально радовался схватке, радовался этой легкости и плавности своих движений, и он уже понимал, что смысла сравнивать не было никакого. И также четко понимал, Аринэль на порядок лучше. Никакой зависти, это лишь вопрос тренировок. Времени только уже почти не оставалось. Через несколько дней им предстоит покинуть это место. Дариан на пару дней заедет в Арантон. А Аринэлю предстоит ритуал подтверждения своего рыцарского титула в замке Рорен. А потом их ждут Артезиус и Академия.

«Нет смысла заучивать названия. И учить сотни приемов. Нужно ставить основу», – а это уже слова не Аринэля, а Брана Тайфола.

И прислушаться к человеку, который учил того, кто тебя превосходит, по меньшей мере разумно...

...Дариан получил довольно обидный шлепок плоскостью меча по заднице и поспешно выкинул из головы все мысли. И снова этот невероятно красивый и радующий душу поток увлек его. Сознание лишь успевало постфактум с восторгом отмечать, как проносится прямо возле лица клинок соперника, пусть он и деревянный, но нанесенный с такой силой удар, даже таким оружием, как минимум что-нибудь сломает. Их мечи не сталкиваются в жестком блоке, они лишь на мгновение касаются друг друга, чтобы поправить траекторию движения ровно на тот минимум, который нужно. Аринэль улыбается, Дариан чувствует, как его губы растягивает улыбка. Резкий удар ноги вспарывает воздух, хлопает одежда, Дариан делает шаг назад, но настолько точно выверена дистанция, что он успевает увидеть на подошве сапога противника прилипшие травинки...

...Как обычно он очухивается на траве. Это тоже стало своеобразной традицией. За это себя корит Аринэль, что он не может еще так владеть собой, чтобы остановить удар, чтобы и скорость не потерялась, и сила была дозирована. И самое главное, Дариан начал понимать, о чем это он. Что Ари не понтуется, а реально досадует.

Дари сел, помотал головой. Рядом с ним сидел мрачный Аринэль. Да, у них обоих опять не получилось, хотя и на разном уровне. А еще Дариан понимал, что рядом с ним сидит одаренный. То есть человек, который мало того, что в воинском искусстве весьма силен, так еще и будет владеть магией. А еще про него местные рассказывали, что он якобы в одиночку завалил Тарана. И не одного! Рассказывали, кстати, с гордостью, мол, знай наших!

Дариан поискал глазами меч и нашел обломки. Все-таки они его добили. Парень чуть усмехнулся. Получилось символично. Аринэль вначале сказал, что это последняя тренировка на мечах. А может, это он специально сломал. Дариан, честно говоря, иногда не понимал его... Сразу. А понимал потом. Это было странно, словно со взрослым разговариваешь, а между тем Ари младше его на пару лет. Странный парень. Точнее странный сын странного человека.

Аринэль протянул ему флягу. Дариан молча взял ее, отпил воды.

– О чем ты хотел спросить? – произнес Аринэль.

Дариан вздохнул. И опять этот фокус. Несмотря на то, что Ари был младше, он откуда-то уже много знал... о женщинах. Может быть, из-за того, что у него уже было аж четыре? И тут Дариан вспоминал уже своего отца. Граф Ремулус Аванти так уж плотно воспитанием сына не занимался. Но слова о том, что всегда нужно сначала выслушать, а потом делать выводы, Дариану запомнились. Особенно после того, как отец при нем со спокойным видом выслушал какого-то оборванца в городе. Выслушал, а на следующий день воины графа разгромили какой-то вертеп в посаде. Вот и к Аринэлю, вроде младшему, Дариан вначале прислушался, а потом неожиданно понял, что тот говорит дело!

– Меня почему-то считают... – Дариан споткнулся. – В общем, Рена мне сказала, что я ее муж.

– А, это, – лениво откликнулся Аринэль. – Такие у них традиции. Живете в своем отдельном шатре, спите вместе, значит, муж и жена.

– У тебя тоже так? – удивился Дариан.

– Конечно, – кивнул Ари.

– И... как на это смотрит твой отец? – осторожно поинтересовался Дари.

– Честно? – Аринэль посмотрел в небо. – Мне плевать.

– То есть? – опять удивился Дариан.

– А прямо, – ответил Ари. – Меня не волнует мнение окружающих по этому поводу.

– Но... – начал было Дари.

– Слушай, ну, это же все фигня, – вздохнул Аринэль и лег на спину. – Да, есть традиции, скажем так, нашего народа. Да, первой должна быть у нас аристократка. Официально. Смекаешь?

Дариан, начинающий прозревать, о чем идет речь, неуверенно кивнул.

– Ты сам-то хочешь, чтобы Рена досталась другому? – посмотрел прямо в глаза Аринэль.

Дариан нахмурился. Эта мысль... Она была... Очень неприятна. Более того, она была отвратительна!

– Нет, – глухо ответил он.

– И это все, что тебе нужно знать, – Аринэль откинулся, заложив руки за голову. – Отца расстраивать не надо. Пусть будет официально... Да кто угодно. Это мое мнение, конечно. Срастется с той девушкой или нет, еще неизвестно. А вот рядом будет та... те, кто выбрали тебя сами. А как их назвать, жены, наложницы или подруги, дело, как мне кажется, десятое. Главное – как ты сам к ним относишься. И кем считаешь.

– То есть, если я возьму Рену с собой... – начал опять Дариан.

– А вот это, я думаю, пока лишнее, – произнес Ари. – Мы с тобой в академию едем. Там мы будем сидеть безвылазно какое-то время. У вас тоже есть этот карантин?

Дариан молча кивнул.

– Ну вот, – Аринэль вздохнул. – Что они там делать будут? Мои пока здесь останутся. Такое тоже бывает. Что нужно расстаться, как бы ты этого ни хотел избежать. К тому же...

Аринэль помрачнел.

– Расстояние проверяет чувства, – сказал он глухим голосом, причем таким тоном, будто уже не раз такое испытывал.

Дариан отвернулся и тоже поднял голову. Небо сегодня было совершенно чистое. Впрочем, оно здесь почти всегда такое. Ярко-голубое, высокое и необъятное. Как степь. Ветер пошевелил волосы, одна из прядей коснулась лба.

«Вот и решена проблема, – думал Дариан. – И опять... Как будто я упирался в стену, а нужно было ее всего лишь обойти».

Перед его глазами, будто наяву, встала картинка с улыбающейся Ренкой. Дариан невольно слегка улыбнулся сам. На душе... Впервые за последние дни не было этого вечного налета грусти. Дариан вздохнул и закрыл глаза.

– Вот они где! – раздался вскрик.

– Нашли, – заметил Дариан, приоткрыв один глаз и косясь в ту сторону, откуда донесся возглас.

– А ты думал, что будет по-другому? – усмехнулся Аринэль. – Чтобы три орчанки не нашли в степи двух людей?

– Но как у них это получается? – заинтересовался Дариан. – Часа же не прошло! И нас издалека не видно!

– Считай, что это им сердца подсказали, – ответил Ари.

– А серьезно? – спросил Дари.

– А кто сказал, что я шучу? – хмыкнул Аринэль. – Женское сердце – это странная штука.

92-й день лета. Дариан Аванти

Когда он начал ждать это ощущение? Даже не ждать, а предвкушать. Ноги становятся будто чужими, деревянными, и ты удивляешься, как они еще двигаются. От перенапряжения мир сужается до узкой полоски прямо перед тобой. Но ты, словно праздника, ждешь этот предел. В груди нарастает боль, воздух рвет легкие. А потом... Ты чуть не физически ощущаешь этот барьер. Когда ты снова преодолеваешь свои возможности. Да, может, ты пробежишь всего лишь на пару десятков шагов дальше, но еще вчера ты сдох вон там, позади, и не мог даже толком вздохнуть...

Дариан улыбнулся. Впереди двигалась Ренка, и да, мир сузился. Сузился до весьма интересной картинки. А Тайфол изобретательная сволочь. Каждый раз находит то, что тащит вперед, когда уже сознание готово отключиться.

Рядом бежали еще орки. Подростки. А вот это, похоже, Тайфол себе мотивацию сделал... Нет, ему точно кроме нитей, еще и мускулы дерра вживили! Потому что... Да как он может бегать наравне с орками?!! Они ж словно их лошади!!! Дариан сам видел, как кто-то из взрослых мужчин, кроме шуток, бежал некоторое время рядом с несущимся скакуном. Тц...

...Дариан запнулся. А это финиш. Быть может, если бы не тот злополучный камень, он бы пробежал еще, но упав...

– Дари! – встревоженный голос Ренки заставил парня слабо улыбнуться.

Девушка перевернула его, лежащего лицом в землю.

– Воистину, ты красива, словно звездное небо, – прорвало Дариана цитатой из давно читанной книги, когда в поле зрения появилась Ренка, на фоне пронзительно-голубого неба.

Правда, романтичность момента смазало то, что он это просипел. Но как уж вышло.

Девушка слегка зарделась. Но улыбалась. И это было невероятно приятно. В груди разливалось сладкой волной осознание, что эта женщина – она твоя! И это чувство, оно приподнимало верхнюю губу в оскале, сжимало кулаки. Хотелось вскочить и на весь мир проорать: «Мое!!!»

...«Ноги подпирают все». Это незамысловатое утверждение Аринэль произнес еще вначале. И только недавно Дариан стал понимать, о чем это ему сказал Тайфол. По сравнению с тем Дарианом, который приехал сюда, теперешний был просто молния. Но сравнивать надо не с собой.

«Надо вставать!» – Дариан снова поднимался, когда в очередной раз он оказался на земле.

Стоящий напротив него бугай ухмыльнулся. Дари вытер тыльной стороной ладони кровь с губ. И оскалился.

– Хорошо, зятек, – прогудел вождь. – Крепкого парня Ренка выбрала.

Аринэль предупреждал, что это произойдет, так что новостью приглашение Ромгура Тирра не стало. Правда, от этого было не легче. Те молодые парни тогда у реки, они были резкими, но взрослый орк это и в самом деле... Дариан не знал, каково оно с дерра может быть, но полагал, что если и хуже, то ненамного.

Дариан поднырнул под прогудевшим в воздухе кулаком, извернулся, уворачиваясь от второго, и всю массу вложил в удар ногой! И попал! Прямо туда, куда нужно, чуть ниже груди! Вот только было полное ощущение, что он пнул коня. Ромгур только всхрапнул. А следующий его удар попал. Вскользь, Дариан успел немного повернуть голову, но даже так было полное ощущение, что ему досталось бревном. Краткое ощущение полета.

– Папа! – возмущенный голос Ренки, как будто издалека.

Дариан оттолкнулся от земли, помотал головй, вытряхивая звездочки.

– Да все нормально! – добродушно прогудел вождь. – Молод, конечно, еще со мной тягаться. Но в целом неплохо!

93-й день лета. Становище орков. Раннее утро

Рена проснулась первой. Некоторое время она лежала неподвижно, прижимаясь щекой к плечу Дариана. Последнее утро она просыпается вот так. Хотелось вобрать в себя это ощущение, насладиться, запомнить.

«И в отличие от Хейгар, младших я не завела. Вот я неудачница», – с грустью подумала девушка.

Грудь парня мерно вздымалась под рукой. В горле вдруг встал комок, и Рена с удивлением ощутила, увидела, как перед глазами все поплыло.

«Я еще и размякла. Словно какая-нибудь горожанка слезы тут лью!»

Она чуть приподнялась и посмотрела на его лицо. Смазлив, словно девчонка. Черты лица тонкие, тело не бугрится мускулами, хоть и жилистое. И волосы... Длинные. Рена не отказала себе в удовольствии и пропустила его белые волосы между пальцами. Какое-то странное это было желание, ей хотелось вот так постоянно делать. Иногда это было... Рена хихикнула. Ну, нападало на нее так сделать, причем иной раз в момент, когда этого делать было не надо.

Веки Дариана дрогнули, дыхание стало более частым. Парень открыл глаза. Рена же в одно движение забралась на него. И с удовлетворением отметила, что его тело на нее реагирует правильно. И быстро! А еще ему нравилось, да-да, нравилось, когда она прижимается к нему...

Мужские руки легли на ее бедра. Глаза Дариана опасно сверкнули. В шатре раздался тихий женский вздох-стон.

Рена никогда не видела, чтобы кто-нибудь из мам оказывался в такой позе. От любопытных подростков, начинающих понимать, что там делают родители за занавеской, трудно скрыть подробности. Да и разговоры среди сверстниц проливали свет на эту сторону жизни, особенно от тех, кто уже жили в отдельном шатре. Но только Хейгар упоминали о том, как они «скакали». Наверное, городские такое все практикуют. Но как же приятно, когда можно самой направлять процесс!..

...Рена бездумно водила пальцем по груди Дариана. Парень, лежа на спине, обнимал ее.

– Ты уверен? – снова задала девушка этот вопрос.

Она спрашивала это все то время, когда Дариан сказал, что приедет за ней.

– Рен, – вздохнул Дари, отвечая... как обычно. – Я уверен. Но у тебя будет время подумать. Может, ты сама...

Девушка зажала его рот рукой. И тоже, как всегда.

– С тобой мне хорошо, – ответила она. – Я не хочу... Зачем мне другое? Я хочу быть в твоем табуне.

Парень улыбнулся с легкой грустью. Рена улыбнулась ему в ответ. А потом вдруг хихикнула.

– Что такое? – поднял брови Дариан.

– Представляешь, – произнесла Рена, продолжая хихикать, – какое сейчас трудное утро у Айри?

Дари представил. И ухмыльнулся.

Около полудня. Маркграфство Тайфол, предгорья Тайдахар

Горы Тайдахар надвигались справа, все больше нависая над дорогой, пока горные склоны, в конце концов, не уперлись в нее. Конный отряд двигался довольно споро, так как в нем были лишь верховые. С десяток единообразно экипированных воинов, высокий мужчина, с полуседой головой и лицом, словно слегка отесанный булыжник. И два молодых парня.

В сердце остались лица, грустные лица любимых. У Аринэля еще и заплаканное лицо мамы Вайлири, и сердитое сестренки Анти. Но до академии ему нужно было посетить этот замок, Рорен. Непонятно, что там надо сделать, но требовалось подтвердить выданное звание рыцаря. А потом его ждала империя, город Артезиус и Академия. Дариан же возвращался домой, в Арантон. Лицо его было мрачным, говорил неохотно. Налицо признаки влюбленности.

«Сам то, – хмыкнул Аринэль. – Как будто сердце не дергает?»

Отряд двигался вперед. Позвякивали кольца уздечек и сбруи, фыркали лошади, негромко переговаривались воины. Ветер сегодня что-то поднялся и шумел кронами деревьев, растущих вдоль дороги. От сверкающей снегом вершины горы отделялся тонкий белый след, как шнур. Он завихрялся и это было... красиво.

Дорога все время поднималась вверх. Река приблизилась к ней и притиснула к горе. В этом месте дорогу словно вырезали в довольно крутом каменистом склоне. Наконец, отряд поднялся на самую верхнюю точку. Здесь имелась широкая площадка... и остатки каких-то укреплений.

– Мастер Крайхар, – обратился к сотнику Аринэль. – А что тут было, не знаете?

– Еще как знаю, Ари, – ответил тот, и черты его лица заострились. – Когда-то тут стояла пограничная крепостица. Скорее, правда, название, что крепость. Хорошо укрепленный лагерь, так будет вернее.

– И что тут произошло? – поддержал рассказ Аринэль.

– Что произошло... – эхом откликнулся Оргус. – Восемь с небольшим десятков сошедших с ума людей, эльфов и орков пришли сюда, подавшись за одним молодым бароном. Антов тогда тут было, что болотников в загоне. Простояв тут сто семнадцать дней, смельчаки вынуждены были уйти. Но прошло лето, зима и весна. И они вернулись. Чтобы остаться навсегда.

Крайхар криво усмехнулся. На его лице было то самое, ностальгическое выражение. Мужчина смотрел вперед, а видел, наверное, картины прошлого.

Снизу доносился шум реки. Собственно, именно из-за этого места, где река преодолевала множество порогов, по ней и нельзя было подняться вверх. Копыта лошадей сейчас звучали звонко, словно по мостовой едешь. Но метров через сто река снова отворачивала в сторону далеких Синих гор, а дорога начала медленно снижаться. Лошади пошли бодрее под горку.

– В нас никто не верил, – снова заговорил Крайхар. – Провожали, как в последний путь. Но твой отец... его было не удержать. Всегда.

Мужчина опять усмехнулся.

– Упрямый, гордый, – продолжил он и покосился на Аринэля. – Многие здесь дрогнули. Две трети не согласились возвращаться. Винить их в том трудно, когда тебе второй раз за день что-нибудь пришивают обратно, тяжело пойти на такое снова. Помню, лежу я в фургоне... Вот тут они стояли.

Крайхар ткнул пальцев в сторону этакого пятачка, окруженного невысокими деревьями.

– А мне мои ноги приносят, – мужчина скривился. – Сразу три штуки! Одну-то я сразу опознал, а со второй пришлось сапог снимать.

Крайхар невесело усмехнулся.

– А чья была третья, так и не нашли, – произнес он. – Сгинул, видать, хозяин.

Горы стали плавно отходить вправо. Дорога, спускаясь с перевала, упиралась в темнеющий лес.

– А что друг твой такой мрачный? – спросил Оргус. – Как будто не домой возвращается, а на казнь едет.

– Сердечные дела, – чуть усмехнулся Аринэль и сам скривился. – Надолго же уезжаем.

– Молодость, – произнес Крайхар. – Ничего, это нормально. Тем слаще возвращение.

– Это да, – вздохнул Ари. – Только до него еще дожить надо.

– Не в степь же едете, – сказал Оргус. – Доживете.

– Ага, я тут тоже недавно съездил, – хмыкнул Аринэль. – Как-то слишком развлекательная поездочка получилась.

– Да, дерра посередине королевства, – помрачнел Крайхар. – И какая же сволочь решила так сделать? Своими руками бы удавил.

Мужчина стиснул поводья.

– До Рорена-то сколько ехать? – перевел тему Ари.

– Ну, до Арантона мы доедем дня за три, – ответил Оргус. – А оттуда по реке день до Рорена. Он аккурат на половине пути до столицы.

– Мастер, – Аринэль нахмурился. – А что мне надо будет там делать?

Сколько он ни спрашивал, никто толком ответить не мог. Отец сказал, что тамошние инструкторы проверят то, что надо проверить. В этом же ключе и остальные отвечали. А Грег, который там был, так и не вернулся из степи до отъезда Аринэля.

– Что скажут, то и сделаешь, – ответил Крайхар. – Не переживай, там товарищи опытные. Круче Рорена, может, только специальный отряд Учебного Легиона. Да и то еще посмотреть надо.

Аринэль с недоверчивым и удивленным видом смотрел на старого сотника.

– Твоего отца, кстати, звали в Рорен, – заметил Крайхар. – Он даже там лето провел. Может, если бы не его эта мечта, так и был бы все еще там. Но тогда, возможно, тебя бы не было!

Мужчина хохотнул.

«Вот так вроде знаешь людей, – думал Аринэль. – А потом хопа, вылазит что-нибудь. Славная семейка!»

Аринэль немного приотстал от сотника и поравнялся с Дарианом.

– Слушай, спросить хочу, – сказал Ари. – А зачем тебя в империю-то заслали? Говорят, этот Рорен крут, как обрыв над горной рекой.

– Так отец решил, – все с той же мрачной миной ответил Дари. – Сказал, что мне нужно налаживать свои связи.

– Хм, что-то в этом есть, – потер подбородок Аринэль. – Ну, и это на руку. А то мне там одному-то было бы скучнее.

– Мы будем учиться в разных местах, – заметил Дариан.

– И что? – хмыкнул Ари. – Там что, забор с колючей проволокой между этими местами?

– С какой проволокой? – не понял Дари.

– С колючей, – пояснил Ари. – По верху забора делают, чтобы не лазили через него.

Дариан некоторое время непонимающе смотрел на товарища. А потом двинул бровями, мысленно махнув рукой на непонятки. Как говорится, не в первый раз.

– Не знаю насчет этой проволоки, – произнес он. – Но первое время нас точно не выпустят никуда. Сам же слышал.

– Главное – иметь намерение, – усмехнулся Аринэль. – А возможность придет сама.

Дари хмыкнул на этот энтузиазм. Дорогу же вокруг все больше стали окружать кусты. Лес приближался.

– Кстати, а ты как себя в этом лесу ощущал? – спросил Аринэль, кивая в сторону приближающихся деревьев.

– А как должен был? – не понял Дари.

– Ну, хотелось побыстрее из него выехать? – уточнил Ари.

– Лес как лес, – пожал плечами Дариан.

96-й день лета. Озеро Айли-Тэта. Около десяти часов утра

В прошлый раз было как-то по-другому. Может быть оттого, что тогда все было в новинку? Сейчас же серые дома поселка были словно... Много раз виденные трущобы. В том смысле, что и смотреть не на что, и не хочется.

Все так же лениво шуршит по песку вода. На причале громко говорят... матом, грузится в паром народ, желающий попасть в Арантон. Как-то слегка непривычно таскать герб на груди. Привык за лето чуть ли не в рванине гонять. В этой одежде как-то жарковато.

На Аринэле был опять тот эльфийский плащ-доспех. Кожаный вроде, а в нем не так жарко. На ногах, естественно, слегка пыльные сапоги. Дорожные серо-зеленые штаны, похожие плотностью на джинсу. Под плащом еще камзол. Хотелось расстегнуть его воротник, который был чуть не под горло, но нельзя. Во-первых, не дома, не поймут. Конечно, вряд ли что-то скажут вооруженному разумному с гербом на груди (да и еще с луком в чехле за спиной), но шептаться будут. Во-вторых, Аринэль по опыту знал, что легче не станет. Наоборот, под одеждой сейчас установился микроклимат, снимешь ее, жара буквально прижмет. И это конец лета. А прохладнее что-то не становится. Интересно, а какая тут широта? По ощущениям, тропики. Значит, тут вместо снега сезон дождей?

Дариан еще вчера вечером отправился в Арантон последним паромом. Сейчас, наверное, нежится в постели. Гад. Аринэль усмехнулся. Вот, нормальные аристократы отдыхают перед учебой, а Тайфолы... Парень вздохнул. Едут в этот Рорен.

Они сейчас тоже стояли на причале. В смысле он и Крайхар. Тот десяток бойцов сотник отпустил еще день назад. Интересно, зачем вообще их тогда брали? Статус? А старик на него в конце, видать, подзабил. Ворчал же, что в его время молодежь сама добиралась куда надо.

Над водой носились небольшие черные птички, с белыми кончиками крыльев. В какой-то момент они взмывали свечкой вверх и резко пикировали, ныряя в воду. А через мгновение снова взмывали в воздух, в ореоле брызг, и уносились в сторону берега, держа в лапах мелкую серебристую рыбешку. Возле самого берега Аринэль увидел в воде жука величиной с ладонь, но при этом плоского, как камбала. Он сидел, высунув из воды длинные усы. Или это рога? Натурализм никогда не был сильной стороной Аринэля. Что одного, что другого. Особенно первого. Того вообще только тренировки интересовали. Что, конечно, плюс. Вряд ли удалось достичь таких результатов, если бы прежний драйвер вел растительный образ жизни.

«Хм, а ведь, по сути, из Аринэля готовили этакого охранника. Сначала сестренку бы охранял, а потом и еще кого-нибудь. Разговоры отца с тогдашним Аринэлем к этому и подводили».

Парень вздохнул.

«Логично так-то. Тут, а особенно в Пограничье, все должны приносить пользу. А барон... то есть граф Тайфол, совсем не обыватель. Он опытный командир. Вполне ожидаемо, что навыки командира он и на семью распространил. Да и то, пусть прежний я не блистал умом, зато получился бы вполне нормальный боец. Да, вширь и вглубь не заглядывающий, зато при деле. Особенно если учесть одаренность. Правда...»

Аринэль свел брови.

«Вряд ли бы дальше графства уехал. Надолго».

К причалу, шлепая лопастями, медленно подплывало судно. Оно было больше парома и выглядело по-другому. Тут не было открытых пассажирских палуб. Вдоль всего судна шла двухэтажная надстройка, в которой было множество дверей, надо полагать, в каюты. На палубах Аринэль увидел пассажиров. Видимо, корабль сначала загружался в Арантоне, а потом подбирал пассажиров тут. Тоже логично, зачем ехать через озеро, если можно сразу сесть на корабль.

Судно подошло к молу. Колесо не давало ему прижаться непосредственно боком. Для посадки вот эти сходни, подвешенные на блоках, и применялись. Наконец корабль остановился, работники откинули фальшборта, грохнули о настил корабля сходни.

– Идем, – коротко бросил Крайхар.

Аринэль последовал за сотником. Несмотря на декларируемый аскетизм, старик подошел к сходням, а точнее к трапу, который вел на верхнюю палубу. Туда, где сейчас вдоль бортов стояли хорошо одетые люди. Дюжему мужику, стоящему у трапа, Крайхар показал две деревянные дощечки, купленные в небольшом домике у причала, который походил на туалет. (Или, по-морскому, гальюн. Кстати, а тут тоже ходят, а не плавают?)

– Каюты свободны с одиннадцатой, – сказал работник. – Если нужны одноместные, то тогда идите к носу, там скажут.

– Двухместная устроит, – бросил Крайхар.

Мужик вместо ответа махнул рукой, приглашая на борт. Когда Аринэль проходил мимо него, мужик скользнул последовательно взглядом по гербу, оружию и отвернулся.

«Дресс-код типа?»

Поднявшись по скрипящим сходням, они попали на корму корабля. На двери крайней каюты тут имелась цифра один. По узкой палубе, на которой едва можно было разойтись со встречным, они пошли вдоль надстройки в сторону носа. Остановившись возле одиннадцатой каюты, сотник постучал в дверь.

– Кто там? – раздался из-за двери женский голос.

– Вот придурок, – выругался едва слышно Крайхар. – Простите, ошиблись дверью!

На стук в следующую дверь из каюты никто не ответил. Оргус распахнул дверь, вошел внутрь. Аринэль последовал за ним.

Да, скромненько. Словно в купе поезда, размеры в смысле. Две довольно узкие деревянные... хм, шконки. Окно, обычное, квадратное, только маленькое. К стене под окном приделана небольшая столешница. Реально небольшая, словно подоконник. И поправка реальности. Возле входа, сразу за дверью имелась стойка для оружия. На две единицы.

– Поставь, – отстегнул от пояса и подал Аринэлю свой меч Крайхар.

Аринэль молча принял оружие, закрыл дверь и определил меч на место. Ну, и свой туда же поставил. Крайхар же сел на шконку.

– Ну вот, завтра к полудню прибудем, – произнес он.

– Я на палубе пока постою, – сказал Аринэль.

Оргус кивнул. Парень развернулся, открыл дверь. Кстати, из замочной скважины изнутри торчал массивный ключ. К его большому кольцу была привязана чуть не канатом дощечка с номером каюты.

– Ох, простите! – это Аринэль едва не столкнулся с женщиной, лет тридцати, которая проходила по палубе в этот момент.

Она была довольно симпатичная, маленькие, но сочные губки, чуть вздернутый нос, пухлые, как у ребенка щеки. Глаза... Хе, вроде вся такая наивно-милая, а во взгляде что-то такое, оценивающее, промелькнуло. С сюрпризом, видать, наивняшка.

– Ничего, это я слишком резко вышел, – ответил парень, склонив голову. – Простите.

Женщина улыбнулась, кивнула (снова в глазах промелькнуло что-то острое при этом) и прошла дальше. А вслед за ней, превентивно давя хмурым взглядом, прошел мужчина лет сорока, с двумя чемоданами в руках.

– Госпожа, – мужчина открыл дверь в соседнюю каюту.

– Спасибо, Атьян, – голосок-то мелодичный какой.

Аринэль краем зрения, проводил женщины, подойдя к борту.

«Интересная... дамочка», – подумал он, облокотившись.

У Аринэля, в связи понятными событиями, и в жизни Артема, был некоторый перекос на осязание, слух. То есть первое, на что сейчас парень обратил внимание, был голос женщины. Вначале, когда они реально случайно едва не столкнулись, это был обычный голос, довольно высокий, но обычный. А вот потом он стал другим. Она начала играть им. Гласные произносились из груди, на согласные акцент не ставится.

Аринэль вздохнул, глядя на причал. На нижнюю палубу до сих пор грузились. Пассажиры и грузы. Те, кто ехал внизу, кстати, платили прямо на входе, возле трапа стояли трое работников, два крепких мужика и не менее крепкая женщина, с большой сумкой на животе. По большим грузовым сходням заводили телегу. Именно телегу, без лошади, груженную большими бочками.

Аринэль опять вернулся мыслями к женщине. Ну, оно и понятно, думать о противоположном поле намного приятнее, чем о погрузке или о замках. А еще парня что-то... Зацепил что-то взгляд. Вот Аринэль и вспоминал...

«Впереди она шла. Забавно – этикет прямо-таки прикрутился уже. Ага, еще на герб посмотрела, но это нормально... обувь! Вот оно! Длинная юбка едва не до пола, зачем ей сапоги? Да еще и потертые весьма. Интересно. При этом у нее брачный браслет на руке. Золотой к тому же, типа богатый муж. Конечно, может, просто дама с особенностями и предпочитает сапоги... И не любит менять обувь, надела в поездку удобную, старую... Да ну нах! Судя по остальному виду, она явно не чурается хорошей одежды!»

Аринэль еще вспомнил, как выражение на лице женщины из раздраженно-усталого буквально за мгновение сменилось на доброжелательное. Гастролеры, что ли, какие-то?

«Другой мир. И условия жизни, прямо скажем, иные, – усмехнулся парень. – Но люди везде люди! Пусть даже они и эльфы».

Глава 6

Пассажирская и грузовая нижние палубы друг от друга отделялись круглым помещением. И учитывая то, что колеса, приводившие судно в движение, находились на одной с ним оси, ничем иным, как «двигателем» это помещение быть не могло. А если рассуждать далее, то если бы вокруг было махровое средневековье, по типу земного, то такого привода, по идее, не должно было существовать. Как и рессор у карет, железных колес у них же. Вокруг, скорее, был век пара. Только без самого пара. А если учитывать все, что Аринэль видел, то местные жили в эпоху упадка. Слишком много попадалось отрывочных технологий. Тот же привод колес. Грег же говорил, что это помещение называется «редукторная». А это механика, причем не самого низкого уровня. Ведь мало понять, надо же и рассчитать число передачи. А тут это применяется массово, значит распространено повсеместно.

К вечеру вдоль кают прошел работник и зажег магические светильники, висящие на стенах. Еще один штрих. Получается, технологическое развитие тут в немалой степени компенсировано так называемой магией. И Аринэлю пришла такая мысль, а магия – это естественное явление в Эриминуме? Или это какой-то вид энергии, просто незнакомый на Земле?

Выплыв (или все-таки выйдя?) из озера, корабль поплыл (пошел?) по широкой полноводной реке. Не Волга, но весьма солидное шириной русло. Навскидку, если говорить на местный манер, где-то полтора стрелища (метров двести пятьдесят – триста). Навстречу кораблю попадалось немало других судов, но они были меньше. Аринэль еще отметил, что существовал определенный порядок судоходства. Все встречные корабли он видел, то есть они прошли слева. Хм, правостороннее движение? Перейдя на правый борт, Ари убедился, что судно шло гораздо ближе к правому (то есть, если судить по течению реки, наоборот левому) берегу.

Потом парню захотелось сходить на нос. Ну, а что, там определенно должно было быть интереснее. Смотреть вперед всегда интереснее. Он прошел по узкой палубе, вдоль окон в каюты. Да, сверху настройка была у́же, и в ней был только один ряд кают. Снизу... Аринэль перегнулся через борт и глянул на нижнюю палубу. Да, снизу с этой стороны тоже были двери. То есть каютки там без окон...

На носу имелось что-то вроде места отдыха. Сразу видно, тут, на верхней палубе, люди едут богатые. Стояли не лавки, а пусть и деревянные, но кресла в три ряда. Часть из них была занята группкой молодых людей. Три парня распушали перья перед девушками. Последних было штук (штук? Как-то странно посчитались девушки!) семь. А нет, восемь, одна сидела чуть в отдалении и читала книгу. Аринэль же прошел к самому носу, не желая портить атмосферу парням. Ну и да, банально чтобы не нарваться, запах алкоголя он уловил. Непонятно от кого, но определенно от этой компании. А судя по тому, что один из парней излишне громко разговаривает, с этой компанией можно найти проблем...

На берегу постоянно попадались какие-то строения. Возле берегов плавали небольшие лодки, а, судя по одежде их пассажиров и характерным забрасывающим движениям, они явно не на прогулку выехали на реку. Также Аринэль уже различал загородки запруд для болотников. Где-то через пару часов после отбытия судно стало притормаживать (вот же мабута, сапог! Тормозят матросы! А судно сбавляет ход!) и вскоре подплыло (подошло!) к длинному причалу. Там корабль уже ждала группка пассажиров и куча груза.

Пассажиры в основной массе прошли на нижнюю палубу. А одна женщина, в брючном костюме и с городским мечом у пояса, поднялась позже на верхнюю. Аринэль отметил момент с тем, что работник, который открыл люк в полу (настиле!) палубы, чтобы впустить эту женщину, после ее прохода люк закрыл и запер. Хм, если это было сделано, значит, в этом есть нужда? Ну, так-то логично. Вряд ли аристо обрадовались бы соседству пьяных простолюдинов. Пьяных, пьяных, тут... сами аристократы вон приняли на грудь. Аринэль покосился на компашку, где уже явственно слышалась пьяная речь, и поморщился. Как всегда, факт принадлежности к элите не дает автоматически воспитания. Парни молодые, скорее всего, вырвались из-под опеки родительской, и как положено молодым... и глупым, сразу же принялись доказывать, что они уже взрослые. Даже мечи не сняли. Конечно, ведь оружие дает уверенность в себе. Мнимую, но кто в юности об этом думает?

«Надо уходить. На хрен эти приключения».

Аринэль развернулся и пошел в сторону своей каюты. А вот настроение слегка испортилось. Ладно, попозже еще можно прийти. Когда народу надоест сидеть в каютах, все равно выползут проветриться.

– Эй, подруга, а тебе что, не нравится наше общество?! – донесся до Аринэля уверенный «пацанский» голос, ломающийся басок.

А ведь почти ушел. Уже даже за угол завернул. Аринэль поморщился и развернулся, чтобы вернуться.

– Нет, – голос женский, спокойный, остановил его порыв.

Точнее, убийственно спокойный голос. Судя по нему, дама совершенно не волновалась, никакого напряжения, сказала в одной тональности, сообщила незначительный факт. Через некоторое время из-за угла появилась та девушка, которая читала книгу.

«Что, и все? – удивился Аринэль, когда убедился, что за девушкой никто не рванул. – Даже как-то... скучно».

Дама, бросив быстрый взгляд на Ари, прошла мимо. Кстати, интересно прошла, повернулась так, что разминулась буквально в сантиметре.

«Ух, черноглазка!» – про себя усмехнулся Аринэль.

Какой плавный шаг. Характерный, ни одного лишнего движения. И на лице ни единой эмоции. А ничего, кстати, личико. Подбородок острый, губы тонкие, но четко очерченные. Глаза, да... Черные, холодные. Тонкие дуги бровей. Волосы убраны в косу. Привычка?

Аринэль развернулся. Девушка в этот момент уже входила в каюту. Ага, все-таки посмотрела. Так, мельком, но посмотрела. Небольшой, но приятный бонус!

* * *

Съев купленные в поселке пирожки, Аринэль валялся на кровати. Крайхар похрапывал на соседней. Вот реально, почти как в поезде, только снаружи доносились не звуки перестука колес, а шлепки лопастей колес и легкий гул.

Пока Аринэль ходил по кораблю, принесли постельное белье. Парень опять отметил, что некоторые вещи постоянны в любом мире, если условия сходные. Подушка и матрас были весьма тощими (что тоже не выбивалось из картины), но набиты были явно не сеном.

«А вот вопрос. Где тут туалет, а?»

В купе... тьфу, то есть каюте, ничего такого не просматривалось. Но должно же тут такое быть? Должно.

«Ну, хоть какое-то занятие», – усмехнулся Аринэль.

Надев сапоги, парень накинул камзол, но не стал его застегивать. Усмехнулся про себя, за эффект пассажира.

– Ари, – вдруг заговорил Крайхар, – ты там поаккуратнее. Всякие тут... едут.

Парень посмотрел на старого сотника. И кивнул.

– Еду будешь покупать, – зевнул Оргус, – на тухляк не нарвись.

Мужчина тряхнул головой.

– И лучше сюда позови, – произнес он. – Не тряси деньгами на палубе.

– Ладно, – чуть улыбнулся Аринэль.

Время уже приближалось к вечеру. Корабль неторопливо шлепал колесами, снизу доносились голоса, детские крики. Аринэлю почему-то вспомнился какой-то старый фильм про Дикий Запад.

«Не хватает только револьверов».

Пахло сырым деревом и тиной. Еще ветерок приносил легкие нотки дыма. Было уже не так жарко.

«Интересное состояние – „в пути“. Вот именно в таком варианте, когда не сам идешь, едешь. А когда везут. То есть ни скорость, ни маршрут от тебя не зависят».

Аринэль прошел в корму. Выбор направления оказался верным, именно там нашлись две двери... Обозначался туалет здесь забавно, тремя волнистыми горизонтальными линиями. Внутри было... Прямо-таки ностальгически привычно. Дверь запиралась на крючок. Дырка в полу, на стене умывальник, типа бачок с краником.

«Это диагноз, что я ищу похожести в туалете?» – хихикнул парень.

Смеркалось... Шутка. Не настолько много времени он провел в месте уединения. Все так же за кормой расходились волны, шлепали лопасти. Аринэль опять прошел на правый борт, дабы поглазеть на прибрежные пейзажи.

На берегу он увидел какого-то ребенка, который махал проплывающему судну. С ним рядом сидели мужчина и несколько женщин возле растянутых на колышках сетях.

«И не подумаешь, что есть степь, Пограничье, анты. Совершенно обычная сельская местность».

Если бы не отсутствие столбов, то можно подумать, что он вернулся куда-нибудь в Поволжье. Со стороны носа донесся взрыв смеха. Аринэль поморщился. Похоже, кто-то, не будем тыкать пальцем, решил гулять по полной.

Недалеко от Ари открылся люк в настиле палубы. Оттуда поднялась дородная женщина... А, это она стояла у трапа при посадке в поселке на озере. Сейчас с ней был здоровый такой ящик. Дама что-то пробормотала, захлопывая обратно люк. До Аринэля донеслись аппетитные запахи. А вот и коробейники. Даже удивительно, как все похоже.

– Эй, сюда иди! – со стороны носа появился парень и эдак небрежно махнул женщине.

Та пробормотала что-то на тему: «Своей личинке в очке орать будешь». Но у нее имелась нужда продать товар. Поэтому, натянув на лицо вежливую маску, женщина, подхватив ящик, двинула к покупателю, тяжело ступая. В ящике при этом что-то стеклянное брякало.

«Как бы эти орлы до безобразия не накушались. Явно же тормозов ноль», – отметил Аринэль.

На берег что-то смотреть надоело, и парень по корме перешел на другой борт. О, а река вроде пошире стала. Или это кажется? Навстречу им шел почти такой же корабль. Тоже двухэтажная надстройка. Кстати, а где тут рубка? Ну, или как здесь место управления называется? Наверное, вон там, внизу, перед грузовой палубой. Вон, какие там окна большие.

От встречного корабля донесся протяжный и заунывный трубный вой. Спустя несколько мгновений такой же сигнал подал и тот, на котором плыл Аринэль.

«Романтика!» – улыбнулся парень, увидев целующуюся парочку на том корабле.

Нет, не на носу. На нижней палубе.

«Да, сейчас бы сюда девчонок. Посмущать Цеси, вот с ней бы сцену из „Титаника“ опробовать, ей должно зайти просто на ура. Да и Ками бы не отказалась, у нее какое-то забавное сочетание романтики и... этого самого. Только с ней бы на носу-то чего-нибудь более откровенного не сделать, хе-хе! Вот же, мозгами-то не юноша пылкий, а иногда тянет вычудить, гормоны, что ли, так играют? Дара с Ташей... Те дамы более практичные, но что-нибудь бы придумали. Ну и Анти выгулять, она бы тут прекрасно смотрелась, в белом платье и в той шляпе большой».

Аринэль вздохнул. А впереди-то, считай, полгода. Не увидеть смущенной улыбки Цеси, не заглянуть в горящие глаза Ками. Не обнимет сзади, как она это любит, Таша. Не притянет по-хозяйски Дара, чтобы поцеловать...

«Только всякие дятлы портят романтичность момента!» – Ари покосился в сторону носа.

Бутылка вылетела из-за надстройки и улетела в воду. Парень покачал головой. Вот всегда находится придурок, который считает, что его личное мнение, как проводить время – самое главное. И тут не спишешь на молодость, это уже образ жизни. Интересно, как к этим молодым баранам девушки затесались? А, вот уже и они покидают столь бурный праздник.

– Тамия! – вслед за девушками появился один из парней. – Ну, куда вы? Что случилось?

– Вести себя научись! – одна из девушек резко развернулась и ткнула парню пальцем в грудь. – Идиот!

– Следи за языком! – с высокомерным видом бросил парень. – Ты едешь за мой счет!

– Не за твой, а твоего отца! – отрезала девушка. – И смотри, после такого я сильно подумаю, выходить ли за тебя! Иди, тебя твои новые дружки ждут!

Тем временем остальные девушки зашли в каюты. Та, которая спорила, тоже развернулась, чуть ли не вырвала дверь и, зайдя, громко ей хлопнула. Парень же скривился и что-то пробормотал. И судя по артикуляции, это вряд ли были комплименты.

«Парень, иди за ней. Забей на тех придурков. Девушка красивая и явно не дура!»

Конечно, тот вернулся. Аринэль хмыкнул. Зря. А можно было полностью убрать негативный момент, показав, что она важнее какой-то пьянки.

– Все, она не выйдет за него, – раздался комментарий за спиной.

Ари повернул голову. Та женщина, с которой он едва не столкнулся ранее, тоже, видимо, наблюдала сейчас за происходящим. Она была в довольно длинном светло-сером платье, с небольшим декольте. Распущенные светло-русые волосы обрамляли ее лицо.

– Не факт, – ответил Аринэль. – Вряд ли она не знала, какой ее парень. А возможно, у нее нет выбора.

Женщина подошла и оперлась на борт рядом с Ари.

– Аринэль Тайфол, – представился тот, как требовал этикет. – Очень приятно.

– Аина Рэйсель, – отозвалась женщина. – Как жаль, не правда ли, что нельзя провести этот вечер там?

Она кивнула в сторону носа. При этом она опять играла голосом. Но не активно, а скорее по привычке. А платье на вид простое, но достоинства фигуры подчеркивающее. А не, это же та... как ее... «Гладкая» ткань. То есть простота-то кажущаяся!

– Соглашусь, – вежливо ответил Аринэль. – Но идти туда сейчас, это значит испортить себе вечер окончательно.

С носа судна донеслись какие-то вовсе... ненормальные крики. Женщина чуть нахмурилась и поморщилась.

– Зато есть, что обсудить, – усмехнулся Ари.

Аина с некоторым удивлением посмотрела на него. А потом слегка улыбнулась. Улыбка у нее вышла красивой, что уж тут говорить. Она буквально осветила ее лицо. Интересно, она специально так склонила голову, что волосы художественно его обрамляли, словно на портрете «женщина на фоне неба»?

– Вы правы, Аринэль, – голос женщины сейчас сделался грудным, взгляд теплым. – А вы во всем ищете положительную сторону?

– Конечно, госпожа Рэйсель, – ответил парень. – Например, их, безусловно, безобразное поведение стало поводом для разговора с вами.

– Называйте меня по имени, Аринэль, – мягко укорила Аина. – А то вы заставляете меня чувствовать себя гораздо старше.

Аринэль посмотрел на нее. И улыбнулся доброй улыбкой пожилого мужчины, при разговоре с юной, только что вошедшей во взрослую жизнь девушкой.

– Хорошо... Аина, – мягко произнес он.

Женщина чуть приподняла брови, в ее взгляде промелькнуло удивление.

– Я заметила, вы рассматриваете окрестности, Аринэль, – заговорила она. – Вы в первый раз путешествуете по этим местам?

– В первый, – кивнул парень. – До этого только до Арантона ездил.

– Не сочтите за наглость, – продолжила Аина. – Это просто женское любопытство. Граф Тайфол... – она сделала паузу.

– Это мой отец, – ответил Аринэль.

– Вот так, – в голосе женщины промелькнула явная заинтересованность. – Значит, я беседую с героем Арантона, эром Аринэлем Тайфолом?

– Герой – это слишком громкое звание, Аина, – ответил парень. – Мне просто повезло, не более того. Случайность.

– Я бы не стала называть везением столкновение с дерра, – заметила женщина. – И уж точно не назвала бы случайностью победу над сайхогом.

– Поверьте, если бы я смог, то не стал бы этого делать, – сказал Аринэль. – У меня просто не было выбора.

Аина посмотрела на него, слегка склонив голову и чуть прищурившись. Она стояла боком к солнцу, отчего его лучи, просвечивая через волосы, делали их этаким ореолом. Под этим углом Аина выглядела просто потрясающе. Аринэль против воли ощутил, как в груди стало тепло. Да, все-таки воистину умелая женщина может растопить даже айсберг.

– Получается, что в какой-то мере вы защитили и меня, эр Аринэль, – произнесла Аина, неторопливо и... ласково? – Я тоже в тот день была в Арантоне.

«Да, так и тянет ответить, что я с удовольствием защитил бы еще. Но поигрались и будет».

– Уверен, у такой красивой женщины, как вы, достаточно защитников, – ответил Аринэль с легкой улыбкой. – Даже не считая того счастливчика, который надел вам браслет. Вряд ли мои действия внесли в это серьезный вклад.

Аина слегка приподняла одну бровь, шевельнув правой кистью, на которой звякнул браслет. По ее губам скользнула еле заметная лукавая улыбка. А потом женщина снова встала к парню боком, смотря на реку.

– Куда же вы сейчас направляетесь, Аринэль? – произнесла она. – Есть еще места, где требуется ваша решительность... и прямота?

Аринэль ощутил, как его кольнуло разочарование. Он даже хмыкнул про себя. Надо же. Какое сильное обаяние у этой женщины.

– Нет, банальная поездка по делам, – ответил парень и покосился в сторону носа судна.

Там опять пролетела через борт бутылка. Что-то пацаны совсем разошлись.

– Полагаю, вы едете за сердцем вашей прекрасной невесты? – спросила Аина.

– Увы, – отрицательно покачал головой Аринэль. – Это именно дела. Скучные, обычные дела.

– Преодолевать обыденность – это тоже своего рода подвиг, – произнесла женщина задумчиво. – Подчас – это даже труднее, чем стоять на Стене^[44].

– Возможно, – согласился Аринэль. – Я еще не слишком хорошо с этим знаком.

– Поверьте, Аринэль! – вздохнула Аина. – Когда каждый день одно и то же... Те же лица, те же проблемы. Дни настолько похожи друг на друга, что возникает ощущение, что это один и тот же день. И даже поездки...

Женщина сделала жест, обрисовав им судно.

– ...становятся такой же обыденностью, – Аина посмотрела на парня. – Но иногда в них можно встретить интересных людей. Аринэль, вы позволите мне еще немного, чуть-чуть утолить мое любопытство?

– Я не обещаю, но постараюсь, – ответил Ари с легкой улыбкой.

Аина некоторое время молча смотрела на него.

– Я вам нравлюсь? – взгляд женщины сделался каким-то острым.

Аринэль взял паузу перед ответом. Интересно как-то разговор складывается! Полное ощущение, что его клеят!

– Конечно, очень, вы красивая девушка, Аина, – осторожно ответил парень.

– Простите мне мою прямолинейность! – улыбнулась Аина. – Просто захотелось узнать, привлекаю ли я еще юных рыцарей.

– А разве это было не очевидно? – хмыкнул Аринэль.

В разговоре повисла пауза. А потом Аина негромко рассмеялась.

– Ты в курсе, что ведешь себя странно? – Аина повернула голову к Аринэлю, продолжая улыбаться. – Да, твоя внешность постоянно сбивает с толку!

– Моя внешность? – не понял парень.

– Пока не поговоришь, видишь совсем па... юного разумного, – пояснила Аина. – И часто на это покупаются?

Аринэль, не совсем понимая, что происходит, предпочел отмолчаться.

– Если не секрет... – Что-то поведение Аины изменилось.

Оно стало каким-то... Парадокс, но теперь чувствовалась естественность. Но она и минуту назад чувствовалась. Но сейчас... Словно сняли пусть и тонкую, прозрачную, но пленку. Голос перестал загребать низы, поза... Аина сейчас просто стояла, расслабленно и естественно.

– Сколько тебе на самом деле лет? – спросила женщина.

– Ты не поверишь, – Аринэль хмыкнул, принимая новые правила общения, – столько, на сколько выгляжу.

Аина зависла, недоверчиво смотря на парня.

– Врешь, – совсем по-простецки выдала она.

– Клянусь Древом, – усмехнулся Аринэль, применив слышанное как-то эльфийское выражение. – Мне тринадцать.

На лице у женщины застыло удивленное выражение.

– Чтоб меня... – выдохнула она. – Я чуть ребенка не соблазнила...

– О, а меня соблазняли? – усмехнулся Ари. – Сразу говорю, денег нет, титул без земли, ловить нечего, младший я.

«Так-то деньги есть, – Аринэль вспомнил туго набитый кошель, лежащий сейчас в сумке под кроватью. – Но, думаю, ей об этом знать не стоит».

Аина несколько мгновений натурально пялилась на него.

– И зачем ты тогда тут дурака валял? – спросила она с легкой обидой.

– Скучно, – пожал плечами Аринэль.

Аина выдохнула сквозь зубы. А потом снова облокотилась о борт.

– И откуда ты такой умный на мою голову? – спросила она. – Ты на самом деле Тайфол? – она покосилась на парня и кивнула на герб.

– На самом, – ответил Аринэль. – Я именно тот, кем представился.

Женщина хмыкнула.

– И что, в самом деле дерра убил? – спросила она. – Это не слухи?

– Ну, скорее, я его добил, – ответил Ари. – Я там не один был. Просто нанес последний удар. Так что, как я и говорил, подвиг-то тот еще.

– Все равно круто, – Аина смерила его уважительным взглядом. – И ты на самом деле рыцарь?

– Тоже еще нет, – ответил Аринэль. – Представлен только.

– Ант мне в... – женщина покосилась на парня. – Вы там что у себя, только и делаете, что дерра убиваете?

– Убиваем, а потом съедаем их сердца и кровью запиваем, – совершенно серьезно ответил Ари.

– Фу! – Аину передернуло.

Аринэль усмехнулся. Женщина же посмотрела на него, сощурилась.

– Ну, ты сочинять-то горазд! – неуверенно произнесла она. – Все знают, дерра нельзя жрать!

Аринэль в ответ оскалился, словно маньяк-потрошитель.

– Да?! – выпучил он глаза. – А мы не знали!!!

Он еще некоторое время подержал этот вид вивисектора-каннибала. А потом прыснул. Аина, которая только что круглыми глазами смотрела на него, выдохнула с облегчением.

– Дурак, я ж почти поверила! – осуждающе воскликнула она.

Аина Фит. Представляется Рэйсель

Как это обычно и бывает, молодежь, которая устроила себе попойку на передней палубе, вскоре увели мордовороты корабельные. Аина, честно говоря, посмотрела на это косо, пару раз и ее так же уводили, правда, не по этой причине, но все же. Кстати, а этот Аринэль и вправду оказался не дурак подраться. Один из компашки тех пацанов, как-то так получилось, ушел раньше. Ну, и пришел к ним, тут больше идти-то некуда. Кстати, тот самый оказался, которого она использовала в качестве причины заговорить. Аина даже не поняла, что случилось. Вот парень стоит рядом, держась за борт, дыша перегаром и что-то вякая насчет черни, которая заполонила весь белый свет. И вот уже лежит на полу, сипит.

– Тебе... конец... урод! – выдавил он.

Аринэль приподнял брови, наклонился, приподнял болезного за шиворот, поморщился от запаха.

– Утром придешь с извинениями, – произнес он. – Не придешь ты, приду я. Это будет дороже.

– Да пошел ты!

– Ага, клиент не понял, – хмыкнул Аринэль.

В этот момент Аина почувствовала сначала страх, без всяких скидок, она струхнула! А потом облегчение! Что она не смогла обработать... вот это! Этот дикарь взял и впечатал парня лицом в пол!

– Т... т... рь! – пробулькал тот, когда Аринэль поднял его снова.

– Смотри сюда, дружок, – с ленцой произнес Ари. – Ты оскорбил меня.

Он показал большим пальцем левой руки на герб.

– Оскорбил даму, – кивнул в сторону Аины парень. – Никто тебя делать этого не заставлял. Тебе просто захотелось. А за удовольствие нужно платить.

– Эй, хватит с него, – поспешно сказала Аина, видя, что Аринэль вроде как примеряется еще что-нибудь сделать.

Она присела рядом.

– Парень, просто заплати, – сказала она, веря сама себе.

Собственно, она реально верила! Что-то уж какой-то больно резкий этот Тайфол!

– Ты оскорбил рыцаря, – продолжала она. – Поверь, этот парень дерра убивает. Я сама видела.

Аринэль при этих словах сделал такое лицо, словно собирался вот прямо сейчас живьем сожрать этого придурка.

– А это, чтобы не забыл, – сверкнул он глазами...

И забрал меч.

– Двенадцатая, запомни! – с иронией произнес Аринэль, вставая. – О, с гербом.

Он дошел до своей каюты, забросил туда реквизированный клинок.

– Ну что, госпожа Рэйсель, теперь ничего не мешает нам провести приятный вечер! – улыбнулся парень, подставляя локоть.

Аина смотрела на него и все искала на лице парня признаки того зверя, который проявился несколько минут назад. И с некоторой опаской вложила свою руку. А потом поймала себя на мысли, что воспринимает этого парня как минимум равным по возрасту. Если не старше.

«Тринадцать лет! – думала она, посматривая на Аринэля. – Страшно подумать, что из этого вырастет хотя бы в двадцать!»

– Слушай, а обязательно было его так? – спросила она негромко.

– Ты только что выдала себя, – ответил парень.

– В чем выдала? – не поняла Аина.

– Что ты не аристократка, – ответил Аринэль и посмотрел на женщину. – Я сейчас ему услугу оказал. Он может расплатиться всего лишь деньгами. Впрочем, если там совсем туго с мозгами, то может попереть буром.

Аина помолчала, раздумывая над словами парня.

– А ты не слишком в себе уверен? – спросила она, наконец.

В этот момент они вышли на носовую палубу. И им открылся во всей красе вид заходящего солнца. Они, не сговариваясь, подошли к переднему борту.

– Аина, я еду в замок Рорен, – произнес Аринэль, смотря на пламенеющее небо. – Для того, чтобы подтвердить звание рыцаря.

Женщина опять с удивлением посмотрела на своего спутника.

– Да что ты за монстр такой?! – выдала она, не совсем соображая, что говорит.

– О, да, хвали меня еще! – усмехнулся Аринэль...

...Аина ввалилась в каюту уже довольно глубокой ночью. Перед дверью она отдала камзол обратно кавалеру. Аринэль поклонился и, с одеждой в руках, прошел к своей каюте.

– Что-то долго, – проворчал Хога, когда женщина подошла к своей кровати. – И кто, тот пацан с гербом?

– Не тот, но с гербом, – ответила Аина.

Она без смущения сняла платье, оставшись в коротенькой ночной рубашке. Повесив платье в подобие шкафа, она села на кровать.

– Не будем, Хога, – произнесла она. – Не пойдет это.

Мужчина некоторое время молча смотрел на Аину.

– Нас, а точнее, тебя, могут просто убить, – продолжила женщина. – Попадется какой-нибудь... рыцарь. И все. И вообще...

Хога приподнял бровь.

– Ладно, проехали, – махнула рукой Аина.

«Приграничная крепость? И что там делать-то?» – снова начала она спор.

«Жить, – ответил ей Аринэль полчаса назад и обвел рукой палубу. – Как будто ты не понимаешь, куда это все приведет! Дело твое, мне вообще-то плевать. Да ты и делать-то, наверное, ничего не умеешь, кроме этого».

Парень, сидя в кресле, раздвинул ноги.

«Грубо», – заметила Аина.

«Правда – всегда штука колючая, – усмехнулся парень. – Вот смотри, я сливаю важные сведения. Скоро у нас появятся несколько баронов. Новых, заметь. Ты рожала?»

«Я что, спятила?» – хмыкнула женщина.

«Тем более, – улыбнулся парень. – Там мужики простые, непуганые. Ты с языком дружишь, красивая. Если подсуетишься, можешь и баронессой стать».

«Да, в сраной глуши!» – в сердцах сказала Аина.

«А сейчас ты где? – сощурился Аринэль. – Почему-то мы не в Церантоне с тобой беседуем!»...

...Аина с рычанием взлохматила волосы. Хога смерил ее недоуменным взглядом.

– Что, понравился, что ли, пацан? – спросил он.

– Смазливый, сволочь, – выдохнула Аина. – Правда, злой, как сто дерра.

– Не заплатил? – нахмурился мужчина.

– Утром, сказал, принесут, – ответила женщина.

– Чего? – наморщил лоб Хога. – Почему утром?

– Потому что у аристократов не принято деньги по ночам таскать! – вспылила Аина. – Ты что, в первый раз?

– Раньше всегда сразу платили, – пробурчал мужчина.

Он лег и отвернулся к стене. А Аина посмотрела через оконце на звездное небо...

...«Да там всем плевать, кто ты была. Важно, кто ты есть. Если вздумаешь тем же заниматься, прибьют и все. Будешь полезной, заметят. Только... – Аринэль сверкнул в темноте улыбкой. – К отцу моему не подкати хоть!»

«А что, нельзя?» – Аине захотелось хоть как-нибудь подколоть.

«Можно, если здоровья много!» – хохотнул парень.

* * *

Аринэль валялся на кровати, борясь с желанием, точнее с потребностью тела в нагрузке. Надо же, привык.

– Аринэль, тут вроде к тебе, – озадаченно произнес Крайхар, входя в каюту, после утренних процедур.

Из-за спины сотника, который был в одной рубашке, показался парень с характерными синими кругами под глазами. Причем в сопровождении девушки, которая его вчера отчитывала. Аринэль хмыкнул, снял с руки тесьму, которой волосы стягивал, убрал гриву в хвост, провел ладошкой по голове. И встав, подошел к двери.

– Доброе утро, – сказал Аринэль, слегка склонив голову. – Чем обязан?

– Меч верни, – буркнул парень и тут же получил локтем в бок от девушки.

Кстати, на камзоле у парня имелся герб. Тележное колесо на фоне крепостных ворот. В переводе с геральдического на обыкновенный – не «боевик». В смысле герб получен за заслуги... скажем так, не на поле брани. Но, судя по клинку, который был не приторно-понтовый, а весьма хороший, из нормальной стали (то есть – дорогой), без висюлек и блестяшек, похоже, этот юноша знал, с какой стороны за меч берутся.

– Прошу... меч верни... те, – произнес парень, скривившись.

Крайхар, сев на кровать, с явным интересом наблюдал за сценкой.

– Похоже, вы кое-что не понимаете, – вздохнул Аринэль и сощурился. – Мастер Крайхар, подскажите гостям, что положено за утерю личного оружия в поле?

– Первый пост^[45], – коротко ответил сотник.

– Но мы не в поле, – холодно улыбнулся Аринэль. – Да и я склонен считать, что вчера в вас говорил хмель, а не желание непременно оскорбить меня и мою спутницу.

Он внимательно посмотрел на лица гостей, выясняя, поняли они или нет. Девушка побледнела, ее рот приоткрылся, глаза округлились. Парень же набычился и покраснел. Аринэль не видел, что Оргус в этот момент характерно покачал головой и усмехнулся.

– Но хватит слов, – Аринэль принял серьезный вид. – Вам нужен ваш меч, любезный?

Да, девушка определенно умнее своего... жениха. Она буквально повисла на руке парня, который уже, по всему, готовился дать емкий и дерзкий ответ. Интересно, он останется ее женихом после этого? Впрочем, может, это и к лучшему.

– Посоветуетесь, стучите, – произнес Аринэль, закрывая дверь.

Он развернулся, хмыкнул, провел рукой по шее.

– М-да, – произнес он. – К нам бы его. На пару... Хотя...

В дверь постучали. Скромно, вежливо. Аринэль развернулся, открыл.

– Сколько? – не поднимая глаз, буркнул парень.

Ари глубоко вдохнул. Выдохнул.

– Вот скажи, – процедил он сквозь зубы. – Тебя учили вежливости, а? Или ты так торопишься сдохнуть? Ты зачем дальше оскорбляешь? Вчера при женщине и саму женщину. Сегодня при моем учителе и при своей... Хотя в последнем я уже сомневаюсь!

Сначала парень оторопел от такого напора. А потом снова побагровел.

– У тебя даже меча нет! – Аринэль и сам понимал, что разошелся, но вот так. – Я его забрал! У воина! Его оружие!

Ари взял себя в руки. А потом посмотрел на девушку, которая стояла рядом.

– Простите меня за эту грубость, – произнес он. – Просто вчера ваш... Вот этот человек посмел назвать меня и мою спутницу чернью. И не смог ответить за свои слова. К счастью. Иначе вы бы уже готовились к похоронам.

– Много на себя берешь! – О, у кого-то голос прорезался.

– Времени у вас до обеда, – уже спокойно и холодно произнес Аринэль. – То есть до замка Рорен, где я сойду. Если до этого времени вы не принесете мне ВСЕ свои деньги, то меч останется у меня. Думаю, ваш отец будет весьма удивлен, когда его ему привезут отдельно от вас.

– Я убью тебя и заберу меч! – натурально прорычал парень.

– Тогда вы это сможете сделать тоже в полдень, – ответил Аринэль. – На корабле, если вы не в курсе, дуэли запрещены.

«Ну, а по-другому и быть не могло. Вряд ли другие пассажиры обрадуются, если два дебила начнут железом тыкать во все стороны. Да и где?»

– И если выберете последний вариант, рекомендую написать всем, кто вам дорог, – добавил Ари. – И проститься с ними. Честь имею.

Он захлопнул дверь. Немного постоял возле нее, слушая, как девушка яростно шепчет своему парню. Тот что-то порыкивает в ответ.

– Тайфол, – хмыкнул старый сотник и лег.

Глава 7

Все-таки урок не пошел впрок. Деньги принесли, да. Может, этот парень все-таки включил голову, а может, и справки навели, с кем они общаются. По гербу-то нетрудно это сделать. Но пришла девушка, как ее, Тамия, кажется. Одна! И Аринэль испытал острое желание не брать ничего, а выкинуть меч в реку к дьяволу! Судя по тому, что девушка заволновалась, лицо при этом у Ари сделалось соответствующее.

– Скажите... Тамия, да? – спросил Аринэль, и в его голосе при этом слегка звякало.

Девушка поспешно кивнула. Аринэль глубоко вздохнул.

– Почему вы с ним? – мягко произнес он. – Вы же видите, он прячется от последствий своего же скотского поведения. Прячется за вас!

И знаете. Аринэль зауважал ее в этот момент. Пусть она побледнела, пусть ее пальцы стиснули кошели так, что побелели, но голову она вскинула гордо и посмотрела прямо в глаза.

– Его отец, – голос девушки был тих, но тверд. – Он спас мою семью. Это меньшее, чем я могу ему отплатить. Спасти его сына... Эр.

«Ага, все-таки разузнали».

– Вы, Тамия, достойны лучшего... – заговорил было Аринэль.

И тут ему на плечо положили руку.

– Аринэль, – степенно сказал Крайхар, – это уже не твое дело.

Парень посмотрел на сотника. Вздохнул.

– Вы правы, мастер, – сказал он и повернулся обратно к девушке. – Тамия, простите, я должен взять эти деньги.

– Я понимаю, – девушка поклонилась. – Простите и вы. Сондар просто еще...

– Не надо ничего говорить, – прервал ее Аринэль. – В будущем, если вам будет нужна моя помощь, вы можете рассчитывать на меня. Но только если дело будет касаться вас лично. Вашего... жениха, простите... Ладно, не будем.

Получив меч, Тамия снова поклонилась и ушла. Аринэль же закрыл дверь, посмотрел на кошели, что лежали на столе. И едва удержался, чтобы не сплюнуть. А потом подошел к столу, взял один из двух кошелей не глядя и вышел из каюты.

Вскоре он вернулся с мрачным лицом. Плюхнулся на кровать, потер щеку.

– Надеюсь, эти деньги пойдут впрок, – негромко сказал он.

Крайхар посмотрел на парня. И понимающе хмыкнул.

97-й день лета. Замок Рорен. Пристань

Почему-то Аринэль ожидал увидеть мрачную твердыню, подпирающую небеса. Непременно низкие и серые. А вокруг этого замка темного властелина должны простираться суровые каменистые земли. Фиг знает почему такая картинка сложилась в голове. Может оттого, что все как-то с пиететом относились к названию «Рорен»?

На деле вокруг замка был обычный город. Более того, он будто сошел с пейзажа. Вот корабль, следуя изгибу русла, вышел из-за леса, и взору предстала приятная картинка. Дома, опять с острыми крышами и белые, подходили кое-где к самой реке, улицы прямые, широкие. Река тут делала поворот, и замок стоял на самом конце этакого полуострова, кстати, как раз каменистого. Вообще-то грамотно. Рорен, получается, контролировал так все русло.

Пристань была в глубине бухты, образованной поворотом реки, прикрытая полуостровом. Причал был большой, на три мола, что говорило о значимости города. Кстати, интересно, как он называется? Отдельное название никто не говорил, значит, видимо, его так и называют «Замок Рорен». Если подумать (и вспомнить историю королевства), то сначала тут был именно замок, форпост. Опять же, твердыня расположена грамотно. А потом тут разросся посад (судя по виду города, это происходило не спонтанным самостроем, а под чутким руководством), когда опасность отступила. И теперь мы видим то, что видим. Вон там какие-то трубы дымятся, значит, тут и производство имеется.

Вместе с ними готовилось сойти еще немалое количество пассажиров. И на пристани тоже ждала толпа. Рядом с новыми пассажирами был сложен нехилой горой груз, рядом с которым стояли крепкие мужчины.

Аринэль стоял рядом с Крайхаром, у борта, рассматривая окрестности, когда по толпе пассажиров прошел шепоток. Какая-то женщина рассерженно сказала стоящему рядом мужчине, что ему нельзя пялиться. Ари заинтересованно огляделся. И увидел Аину.

Она не шла, а буквально плыла. Платье из молочно-белой «гладкой» ткани подчеркивало тонкую талию, струилось по аппетитным бедрам. Воротник был под горло, но в самом начале «сладкой» впадинки между грудей имелся небольшой вырез-ромбик. Волосы были ловко так убраны, что одновременно они были распущены, но стекали назад, только пара локонов слева и справа подчеркивали безупречный овал лица. Да, умеет она себя подать!

Аринэль, естественно, подошел к ней, так как она смотрела прямо на него. По пути испытал удовлетворение от завистливых взглядов мужиков. А Аина, судя по ее довольному взгляду, также получила удовлетворение от реакции женщин. В том смысле, что на нее натурально пялились большинство находившихся тут мужчин.

– Госпожа Рэйсель, – поклонился Аринэль, следуя этикету. – Рад вас снова видеть.

– Как жаль, эр, что нам уже нужно расставаться, – буквально пропела Аина одновременно со словами, сделав крайне смущенный вид и поправляя локон.

Теперь даже Аринэль поверил, что между ними что-то было.

– И мне жаль, госпожа Рэйсель, – ответил он с улыбкой.

– Ах, вы опять называете меня так холодно! – огорчилась Аина и, подшагнув, провела ладонью по щеке парня. – Неужели я чем-то вас обидела, Аринэль?

– Ну что вы... Аина, – улыбнулся парень, при этом сощурившись. – Вы ничем и нигде не могли меня обидеть.

Женщина улыбнулась, и в ее улыбке проскользнуло что-то хищное. Но потом она снова сделала вид добропорядочной смущенной женщины... Которая немного поддалась природе (но ведь юноша и вправду красив, благороден – это все видят).

– Я надеюсь, что когда-нибудь наши дороги снова пересекутся, Аринэль, – женщина настолько включила голос, что даже Аринэля начало пробирать. – Я буду этого очень ждать!

На фоне далеких гор и темнеющего леса на том берегу она изобразила на лице грусть, черт возьми, прекрасную грусть! Кто осудит ее сейчас? Сразу же видно, тут дело не в банальной похоти, тут речь о возвышенных и благородных чувствах! Аринэль даже ощутил со стороны пассажиров что-то вроде белой зависти. Он покосился на них. Да-а! Вот чего он не ожидал, так того, что станет героем женского романа!

А Аина, с кроткой грустной улыбкой, наклонилась к нему, почти коснувшись уха губами.

– Я все равно тебя трахну, зверюга бешеная! – прошептала она. – И почему та девка меня взглядом убить пытается? Что, с ней успел, что ли? Мне деньги, а себе сладенькое?

– Спятила, что ли? – также шепотом ответил Аринэль, положив руку на талию Аины, делая тем самым красивую картинку прощания двух несчастливо влюбленных для того самого романа. – Я женщин не насилую, знаешь ли. Удовольствия никакого.

– А я и не говорю, что заставил, – Аина, повернувшись к остальным спиной, натурально оскалилась. – Там... В твоем Пограничье, надеюсь, ты не будешь такой правильный?

– Там, Аиночка, ты очереди не дождешься, – Аринэль изобразил на лице грусть, так как его-то видели.

Женщина смерила его прищуренным взглядом.

– Сразу было видно, что ты с женщинами умеешь обращаться, – произнесла она. – Бабник! Просто ради интереса...

– Может, мне еще сказать, сколько у меня денег с собой? – перебил ее Аринэль, трогательно проводя по волосам все с тем же грустным выражением лица. – Но так и быть. Один раз я тебе обещаю. Не знаю когда, я надолго в империю...

– Я так и знала! – яростно прошептала Аина. – Ты одаренный, да? Ну, скажи мне!

– Допустим... моя любовь, – улыбка Аринэля была наполнена все той же светлой грустью.

– Скотина, – Аина уже без всяких «почти» прижалась к парню. – Поманил... И кинул.

Раздался заунывный вой трубы. Аринэль ощутил, что корабль стал разворачиваться, ветер с реки словно специально подул так, что у парня просто-таки картинно взметнулись красивыми прядями волосы. Значит, уже почти причалили. Парень поднял лицо Аины за подбородок.

– Аванс, – сказал он, оторвавшись, и провел большим пальцем по алой нежности губ. – Не сглупи только. И, Аина... Если я еще раз тебя встречу... вот в таком качестве, я тебя убью. Тоже обещаю. Мне это больно видеть, а боль я не люблю.

Женщина несколько мгновений не отрываясь смотрела в его глаза.

– А меня? – произнесла она. – Меня ты... смог бы полюбить? Вот... такую?

– Дерзкую, умную, с хорошим чувством юмора, бойкую на язык и красивую? – улыбнулся Аринэль. – Ну, а как ты думаешь?

– Льстец! – улыбка Аины была грустной по-настоящему. – А хочешь, я прямо сейчас... Прямо здесь все брошу?

– Знаешь, а только так это и можно сделать, – с легкой печалью произнес Аринэль, уже тоже не играя грусть. – Пилить руку медленно и по частям гораздо больнее.

– С собой возьмешь? – уже как-то деловито поинтересовалась Аина.

– А ты хочешь стать воином? – спросил Аринэль. – Я в замок Рорен иду.

– Да кем угодно, милый! – Аина уже окончательно переключилась. – Ладно, не хмурься! Понимаю я. Но учти. Я не забуду. За тобой должок!

– Договорились, прекрасная госпожа, – Аринэль отпустил женщину и сделал финальное фаталити изящным поклоном, с поцелуем ручки.

* * *

Когда они уже спускались по трапу, Аринэль заметил Тамию, которая смотрела на него. Девушка глядела внимательно, пристально, будто старалась поточнее запомнить. Когда Аринэль столкнулся с ней взглядом, она кивнула. Парень в ответ учтиво поклонился.

Сумка не слабо оттягивала плечо. Второй кошель, который он себе оставил, оказался заполнен мелкими монетами, чуть не медяками. То есть был довольно увесистым, и Аринэль постоянно поправлял лямку, потому как та съезжала. А иногда еще, сожри ее ант, волосы прихватывала! Но эта ноша все равно радовала. Как говорится, еще бы. Нет, Аринэль уже вполне справился с чувствами насчет денег этого придурка. Артему приходилось брать куда более дурно пахнущие банкноты. И он точно знал иногда, что некоторые бабки приехали за наркоту или отдают их откровенные отморозки, которым уже в аду пропуски ставят. Деньги тут ни при чем. Это средство оплаты, не надо приписывать к ним мистику и прочий бред. Почему-то те, кто про это вопит, на деле совершенно не гнушается заходить за оплатой к откровенным бандитам.

«А все-таки корябает, да? – сам над собой поиронизировал Аринэль. – Да уж. Что-то и вправду эта вся история с аристократией как-то странно на башку влияет. Как бы не начать мочить направо и налево за несоблюдение этикета!»

Замок был красив. В свете полуденного солнца он был словно уже не молодой, но крепкий и мощный воин. Он не был в напряженной готовности стоящего на Стене, но если понадобится... На высоких шпилях башен развевались узкие полоски вымпелов, а над, надо полагать, главным зданием гордо реял огромный темно-зеленый флаг. Зеленый, как помнил Аринэль (точнее, содержала его память), символ воинского, если так можно говорить, начала. А темно-зеленый цвет королевского флага (а это был именно флаг Та-Релии) символизировал боевое прошлое, да и настоящее королевства.

На пристани Аринэль заметил весьма интересных персонажей. На корабль грузилось человек двадцать молодых парней крепкого телосложения и в одинаковой одежде. Если быть точнее, в одинаковых матово-серых доспехах, с длинными мечами на поясах и темно-зеленых коттах поверх них. Герб на коттах был тоже одинаковый. Остроконечная гора, в которую бьет яркий желтый луч. Какой знакомый сюжет... Это герб королевства Та-Релия. А парни, стало быть, выпускники замка. Видно, что товарищи явно опытные, грузятся без спешки и суеты... И стоят чуть не строем. За плечами у них что-то типа ранцев из кожи, сверху него скрученный в рулон плащ (естественно, тоже темно-зеленый). Кстати, вот от такого ранца Аринэль бы не отказался, задолбала уже эта сумка.

За двадцаткой парней стояло еще около дюжины характерных личностей. То, что они вместе с теми двумя десятками, говорил опять-таки цвет плащей с капюшоном и герб. Но эти были без доспехов, стояли просто кучей, ранцы сложены в ногах. И тут не было плечистых и брутальных. Но по ощущениям, эти товарищи значительно опаснее. Взгляды из-под капюшонов цепкие, мечи дроу на поясах. А у некоторых и две рукояти по бокам. За спинами торчат чехлы для луков, почти такие же, как у Аринэля. Тулы со стрелами пристегнуты к ранцам. Тут были и парни, и девушки. Скорее, даже больше девушек. Его тоже оценили, взгляды уцепились сначала за чехол с луком, потом за рукоять меча, пробежали по фигуре и особенно остановились на ногах. Они явно распознали, кто он такой, потому что последовали легкие кивки. Аринэль тоже в ответ кивнул. А одной девушке, с явными признаками эльфийской крови в жилах, слегка улыбнулся.

– Пообедаем? – сказал Крайхар, когда они сошли с пристани и пошли по улице.

– Да, – ответил Аринэль и усмехнулся. – Мне теперь можно не стесняться.

Вокруг была обычная картина припортовой улицы. То есть глухие стены складов и высокие заборы. Но было удивительно чисто, может оттого, что просто давно не было дождей? Под ногами-то грунт, а не мостовая, как в Арантоне. Из одного из складов прямо сейчас выезжала телега, серьезная, с железными колесами, высокими бортами, тащил ее здоровый битюг. Лошадка была не особо высокой, но явно мощной, с ногами-тумбами. Со всех сторон раздавались крики, кто-то командовал или просто орал. Жизнь тут кипела.

– Знаешь, – произнес сотник, покосившись на Аринэля. – Ты когда в столицу поедешь, из каюты не выходи, ладно? А то оставишь королевство без денег.

– Кто же знал, что у благородных... хм, юношей, настолько с мозгами тяжело, – ответил Аринэль, опять поправляя лямку сумки.

– Просто тут живут по-другому, – сказал Оргус. – А когда ант над душой не стоит...

Мужчина вздохнул, тоже поправив сумку.

– А ведь я тоже привык, – усмехнулся он, кладя левую руку на рукоять меча, – со стены не слезать.

Он покосился на Аринэля.

– Не тяжело? – иронично произнес сотник.

– Свое не тянет, – улыбнулся Аринэль. – Но сумочку я бы сменил. А то эта, того и гляди, по швам треснет.

– Да, чувствую, твоему отцу еще не раз чихнется, – хмыкнул Оргус. – Сумку-то через плечо перекинь.

– Да чехол мешает, – отозвался парень. – Уже бы так сделал. Ладно, дотащим.

Они вышли из портовой зоны на жилую улицу. Вдоль дороги потянулись белые остроконечные дома. Интересно, что их будто клонировали – все, как один. Но лужаек, как в неметчине (картинка сильно походила именно на это), не было. И заборы нормальные, в смысле не по колено, а по грудь. В сторону улицы сделаны из штакетника, между участками глухие. Вдоль заборов по одной стороне улицы шел деревянный тротуар. Значит, когда идут дожди, тут все-таки грязновато. Людей на улицах было немного, оно и логично, рабочий день в разгаре. Аринэль проводил взглядом веселую стайку детей, которые, тем не менее, куда-то явно целенаправленно двигались, а не просто бежали. Лица чистые, одежда тоже. И с сумками. Похожи на школьников, тут что, имеется общее образование? Тем временем Аринэль и Крайхар вышли на что-то типа небольшой площади. Точнее, пересечение улиц, только такое, более расширенное. И тут появились лавки. В смысле магазинчики.

– О, я помню это место, – сказал сотник, ткнув рукой в сторону. – Тут пирожки вкусные с печенью. По крайней мере, были.

Он указал рукой в сторону харчевни, на вывеске которой было написано «У Моэши». Аринэль широко ухмыльнулся. Почти попали! Даже стало интересно, кто это заведение держит!

Замок Рорен. Кабинет коменданта

Кабинет коменданта замка Рорен был довольно аскетичным. И небольшим. Квадратная комната метров пяти по стороне. Узкие окна в стене напротив двери. Массивный стол из темного дерева, не менее массивное кожаное черное кресло за ним – стояли почти у этих самых окон. Справа от входа имелся диван, единственная роскошь. Он был большим, потому что иногда комендант на нем спал. Справа от входа стояли три шкафа. В одном, за остекленной дверцей, висели доспехи первого коменданта Рорена, Итиана Меридис Вестфолена. Доспехи были боевые, на них имелось множество следов от выправленных вмятин и заваренных рассечений. Второй шкаф был открытый, без дверок, книжный. И третий, ближний к столу, был с непрозрачными дверками. Остальной мебелью в комнате были несколько деревянных стульев, два стояли у стены в углу, слева от стола коменданта. Пара перед столом. И еще небольшой столик имелся, у стены, между стульями и диваном.

Агестус Сароус Меннаэр, буквально квадратный мужчина среднего роста и абсолютно лысый, с мясистым носом, квадратным подбородком, в общем, мужчина в самом соку, сидел в своем кабинете и предавался чудному послеобеденному ничегонеделанию. С курсантами утром последнее построение проведено, напутственная речь сказана. Они уже сейчас грузятся на корабль, суматоха последних дней их пребывания наконец-то закончилась. Конечно, скоро прибудут новые. И снова покатятся будни, с отсевом не справляющихся, драками, самоходами... Но до этого «чудного» момента есть еще несколько относительно спокойных дней. Разве что должен приехать один из интересных молодых людей, который по совместительству еще и родственник.

В дверь стукнулись, и Аэша, худая, даже скорее сухая, строгая женщина преклонных лет (скольких точно, похоже, знала только ключница, такая же достопримечательность Рорена), которую Агестус, признаться, несколько побаивался, вошла в кабинет. Несмотря на возраст, Аэша тем не менее оставалась красивой женщиной. Нет, не юным очарованием, а именно зрелой, уверенной красотой древней (прости, магия!) статуи. Неприступная, холодная... И длинное черное платье под горло это только подчеркивало.

– К вам посетители, господин Меннаэр, – сухо проинформировала женщина, опустив, как обычно, звание «комендант». – Ждут на воротах.

– Тайфол? – уточнил комендант.

– Точно так, – слегка склонила голову Аэша.

– Пусть выпишут пропуск, – произнес Агестус. – Сопровождающего не надо. Крайхар сам может тут экскурсию провести.

Комендант с удовольствием отметил, как выражение лица Аэши чуть-чуть изменилось. Посторонний и вовсе бы не заметил ничего, но он уже почти двадцать лет наблюдает. История темная, но, похоже, между Аэшей и Оргусом что-то было! Эту тему все старожилы мусолят уже не одно десятилетие.

Женщина, сделав подчеркнуто правильный поклон (еще бы, ведь она является преподавателем этикета), вышла.

– Да, интересно, кого же еще вырастил Бран, – негромко произнес комендант. – Старший-то удивил...

...Аэша открыла дверь, запуская гостей. И опять Агестус заметил, как она совсем чуть-чуть, но сузила глаза, мазнув взглядом по старине Крайхару. Следом за старым воякой в кабинет зашел совсем молодой парень. И комендант, внимательно смотрящий на него, слегка приподнял брови. В его кабинет зашел уже явно опытный боец. Ну, другого и не ожидалось от кандидата. Его зрачки сразу же метнулись по сторонам, ступал он плавно, перекатывая ступню.

– Здравия желаю, господин комендант! – молодцевато гаркнул Крайхар.

– Добрый день, – негромко сказал парень.

«Молодежь», – добродушно подумал Агестус на неуставное приветствие.

Вряд ли Бран Тайфол не научил сына обращению к командиру, принятому в легионах. Просто... парень, видимо, специально подчеркивает, что он не линейный боец.

– Ты еще строевым тут потопай! – произнес комендант, смотря на Оргуса.

Агестус поднялся, вышел из-за стола.

– Ну, здорово, что ли, Трехногий? – сощурился комендант.

Крайхар усмехнулся.

– Здорово, Секоч, – ответил он...

...Когда Крайхар рассказал все новости, Агестус обратил внимание на его подопечного, который устроился на диване... И уснул! Сразу видно, человек не новичок в военном деле!

Комендант снова оценил парня. Худой и мощным не будет. Волосы длинные, на эльфийский манер. Лицом и цветом волос явно в мать, от Брана только глаза. Ну еще, может, рот и подбородок. А так словно девка смазлив! Такого точно в казарму пускать нельзя! Причем потому, что, скорее всего, будут трупы тех, кого обманет его внешний вид.

– От девок, поди, отбоя нет? – негромко спросил Агестус.

Оргус усмехнулся.

– Думал, уже в каюте запереть, – ответил Крайхар. – Весь в отца. Во всех смыслах.

– Старший-то вроде не настолько? – заметил комендант.

– Этот прямо копия, – Оргус вздохнул. – Словно молодой Бран. Только держись.

– Тяжко ему будет в Академии, – произнес Агестус.

– Ничего, – в голосе Крайхара зазвучала гордость. – Тут не каждый взрослый бы сдюжил. А этот только сильнее упирается.

Старый сотник, разумеется, рассказал историю Аринэля.

– По делу, – заговорил комендант. – Сегодня соберу инструкторов. Завтра с утра и посмотрим парня. Ты-то сам надолго?

– Отправлю его в Академию, да обратно, – ответил Оргус. – Дела там серьезные разворачиваются! Не след мне тут прохлаждаться.

– Можно подумать, у Тайфола когда-то наоборот было, – хмыкнул Агестус. – Как он сам-то? С рукой?

– Когда Брана такая мелочь останавливала? – поднял брови Крайхар и, наклонившись к старому другу, вполголоса произнес: – Криста уже.

– Да ты что? – также негромко удивился комендант. – Дожала все-таки внучка! Молодец!

Оргус довольно усмехнулся, словно о его жене говорили. А комендант поднялся, дошел до шкафа. И вскоре на столе оказались два стакана и темно-зеленая бутылка.

– Такая же упрямая, – произнес Агестус, грустно улыбаясь. – Отец ругается, а она одно. Сошелся у нее на Бране свет.

– Да ты никак размяк, центурион? – осведомился Крайхар.

– Не мельтеши, вигинтил, – посмотрел с прищуром на товарища комендант. – Парня твоего сейчас отправим размяться, молод он еще с нами сидеть. А ты...

Агестус хитро улыбнулся.

– Не рановато? – хмыкнул Оргус. – День еще.

– Не волнуйся, тут я легат, – усмехнулся комендант.

Арантон. Замок Аванти. Трапезная

Талия и Мариан за обедом постоянно шушукались и хихикали. Они были очень рады, что скоро вернутся в империю. До Дариана постоянно долетали обрывки фраз, типа «деревня, захолустье». Парень же со времени возвращения в Арантон был, мягко говоря, задумчив. А если говорить прямо, то окружение его раздражало. Да, он спал на кровати, не на шкурах. И ел со стола, а не куска кожи. Вот только он постоянно натыкался взглядом на стены. А еда... Была просто едой. И да, рядом не раздавался грудной искренний смех Ренки. Поэтому Дариан тоже желал поскорее отправиться в путь.

«Лучше было поехать с Ари. И дерра бы с ним... Ладно, это по-детски».

– Дариан, ты как вернулся, все время какой-то... задумчивый, – произнесла мама Эйлис. – Что-то случилось?

– Ничего такого, матушка, – Дариан через силу натянул на лицо вежливое выражение. – Просто я волнуюсь перед поездкой.

Талия и Мариан дружно фыркнули.

– Нашел о чем волноваться, – произнесла старшая, Талия. – Доплывем до столицы, перейдем в Даннеран, еще сутки на колеснике или... Мам! А мы поедем на колеснике или на дилижансе?

– Вы поедете с Тайфолами, – ответила Карина Аванти. – И Дариан тоже едет в академию впервые. Так что на дилижансе.

– Ну, ма! – взмолилась Мариан. – Это же просто традиция! Какая разница, на чем добираться? А на колеснике интереснее!

– Пусть Тайфолы и Дариан едут на дилижансе, – вторила Талия. – А мы на колеснике! Наши же все так поедут, а мы что, как бедняки?

На эту сентенцию поднял бровь граф.

– Значит, на дилижансах только неудачники ездят? – приторно ласковым голосом поинтересовался он. – Интересно...

– Я не это имела в виду, просто... – Талия запнулась, подыскивая аргументы.

– Поедете на дилижансе, – поставила точку Карина. – Вы, как старшие, проследите, чтобы младшие спокойно добрались.

Сестры надулись. А Дариан почему-то испытал удовлетворение. Да, сестры у него... Те еще леди. Теперь он видел их глазами Аринэля с Самантой и понимал, что тех так напрягло. Его и самого прямо-таки подмывало что-нибудь этакое брякнуть, насчет высокородных замашек.

– Хотя я уже сомневаюсь, кто из вас старший, – негромко добавил граф.

На некоторое время в трапезной воцарилась тишина, в которой звякали столовые приборы.

– Дариан, после обеда ко мне в кабинет зайди, – произнес граф, видя, что сын уже заканчивает с едой.

– Хорошо, – спокойно ответил парень, вежливо кивнув.

Ремулус Аванти слегка приподнял бровь.

– Скажи, а вы там с Аринэлем этикет, что ли, изучали? – спросил мужчина.

На лице Дариана появилось вопросительное выражение.

– Просто ты, как приехал, прямо-таки словно год в Церантоне провел, – хмыкнул граф. – Это хорошо, что у тебя так ловко стало получаться, просто интересно.

«Просто движения стали четче, только и всего. Все то же самое, только получаться стало лучше», – подумал про себя Дариан.

– Это все Саманта, – ответил парень. – Она нас постоянно гоняла по этому поводу.

– Надо же, – хмыкнул граф. – Видимо, дочь от матери не сильно отличается.

Сидящие рядом с ним жены синхронно помрачнели.

– Но он там не только этикетом занимался, – заметил с усмешкой Трелон Аванти.

– О чем речь? – спросил граф.

– Сегодня Дариан просто-таки потряс наших инструкторов, – ответил Трелон. – Он очень сильно вырос. Если бы не Корпус, то ему бы прямая дорога в Рорен.

– Мне еще расти и расти, – произнес Дариан спокойным тоном. – По сравнению с Аринэлем – я еще просто ребенок.

Ремулус Аванти с удивленным лицом пробормотал что-то. Дариан услышал только слово «раньше».

– Это хорошо, сын, что ты понимаешь это, – произнес он вслух. – Аринэль... Его отец был, да и есть, один из лучших мечников не только королевства, но и империи. Естественно, что он свои знания передал сыну.

– Обоим, – заметил Трелон.

Талия и Мариан при этом разговоре откровенно скучали. Они вяло ковырялись в тарелках и с радостью бы ушли. Но спрашивать сейчас отца, после того, что наговорили, не решались.

– И я рад, что мои сыновья дружат с детьми Брана Тайфола, – продолжал старший Аванти. – Хоть и не все...

Талия при этих словах сдержалась. А вот Мариан поморщилась. Ну, ход мыслей в их красивых, но очевидно не слишком умных головках был очевиден Дариану. Он прямо-таки чуть не наяву услышал язвительный голос Саманты, с притворной печалью вещающий насчет природы, которая бывает, что и отдыхает в детях. Дари усмехнулся про себя. Брат и сестра друг друга определенно стоили. Особенно когда начинали словесную игру. Как будто даже думали в этот момент одинаково, настолько ловко они подхватывали мысль, которую изрекал один из них. Аринэль бы сейчас добавил, что они с сестрой счастливое исключение. А Рэйса бы тут же начала сверкать глазами и спрашивать, что это они имели в виду. А Ренка бы посмеивалась... Дариан помрачнел.

– Но что-то все-таки случилось, – произнесла мама Эйлис. – Дари, может, расскажешь?

– Да это же ясно, как день! – иронично сказала Талия. – Наверняка там какую-нибудь девку себе присмотрел!

Дариан поднял взгляд на сестру. Мрачно усмехнулся.

– Девки... на колесниках плавают, – произнес он, при этом его верхняя губа дернулась в оскале. – А женщины...

«Ездят верхом», – добавил парень про себя.

В этот момент граф и старшие женщины Аванти переглянулись. И Карина сделала лицо «Я же вам говорила!».

– Ну, что там с женщинами? – снисходительно поинтересовалась Талия.

Мариан тоже смотрела свысока. Ну да, они же светские... ант их сожри, дамы.

– А женщины... настоящие, – Дариан почтительно поклонился мамам. – Не размениваются на блеск.

Трелон удивленно смотрел на младшего брата. Талия и Мариан смерили его непонимающими взглядами. Они даже, походу, не поняли, что их сейчас продернули. Улиса Аванти с нежной улыбкой посмотрела на мужа. Старший же Аванти глядел на сына с плохо скрытым удовлетворением.

– Спасибо, Дариан, – с чувством произнесла Карина Аванти. – Это большая радость, услышать такое от сына.

А Эйлис вдруг встала с растерянным лицом и вышла из трапезной.

– В самую суть, сын, – произнес Ремулус Аванти. – В самую суть.

Замок Рорен

Аринэль сидел в приемной коменданта. Хотя это слишком пафосное название для этого места. Больше всего напоминало предбанник перед кабинетом школьного директора. Комната длинная и довольно узкая, словно часть отгороженного коридора. Дверь в углу длинной стены без окон. В противоположной стене окна есть, но словно сделаны для снайперской точки. Узкие с внешней стороны и резко расширяющийся «вглубь» до вполне нормальных размеров. Аринэль такой подход одобрял, так тебя будет почти не видно, а винтовкой (луком, арбалетом) можно ворочать по очень широкому сектору. Вопрос в том, почему все еще нормальный оконный проем не сделали?

Вдоль глухой стены ряд деревянных стульев. Тут Аринэль и сидел, ждал чего-то. Сидящая за столом женщина сурового вида и распорядилась ждать. И, кажется, она как-то слишком сильно нажимает на самописку, та аж скрипит бедная.

– Вызывали? – в приемную зашла...

Ух ты! Ну, наконец-то! Темная эльфийка! Стройная, беловолосая! В темно-зеленом брючном костюме. Причем штаны были довольно обтягивающие, а коротенький, до... хм, чуть ниже пояса камзольчик, был еще и расстегнут спереди!

– Вот, – ткнула подбородком в сторону Аринэля секретарь (или помощница? А может, адъютант?). – Занять, накормить, спать положить.

– Я что, нянька? – поморщилась дроу, кинув взгляд на скромно сидящего Аринэля.

– Давай без рассуждений, Аманнэ, – строго произнесла секретарь.

– Я же в город собиралась! – с тоской сказала дроу. – Завтра же комендант зачем-то собирает!

– А вот, причина перед тобой, – произнесла женщина. – Можешь заодно посмотреть. Заранее.

– Что? – дроу повернулась к Аринэлю, смерив его очень недоверчивым взглядом. – Вот этот...

А тот изобразил прямо-таки мальчика-паиньку. И глазки потупил, и даже смог слегка порозоветь. Руки на колешках. Не хватало только шортиков, белой рубашки и красного галстука. Эльфийка же характерно вздохнула.

– Ну, пошли, что ли, – сказала она неуверенно...

...Аринэль шел по замку и испытывал острое чувство дежавю. Его испытывает любой военнослужащий, прослуживший больше пяти лет, когда приезжает на вроде бы новое место службы.

А тут вообще-то, на секундочку, другой мир! А все настолько знакомо, что Аринэль невольно удивлялся, где же люди в форме? Бордюры дорожек были покрашены в белый цвет. Стволы деревьев снизу тоже. Когда обошли главное здание и открылся вид на казармы, Аринэль едва не выматерился. Восхищенно! Те четыре одноэтажных здания не могли быть ничем иным, чем казармы!

– Послушай, как тебя... – заговорила идущая впереди дроу, посмотрев на парня.

– Аринэль, – подсказал парень.

– Ага, так вот, Аринэль, – сказала женщина. – Давай я тебе покажу казарму, а потом пойдем на стрельбище?

– Давайте без казармы, ладно? – усмехнулся парень. – Вряд ли я там увижу что-то новое.

Дроу даже остановилась. Она смерила парня очередным недоверчивым взглядом. Аринэль спокойно смотрел в ответ. Женщина сузила глаза.

– Ою о коно са ноиталаэни?^[46] – поинтересовалась она.

– Ноха саэши^[47], – чуть улыбнулся Аринэль.

Дроу в ответ усмехнулась характерной улыбкой палача.

– Каманан са оончо, хиири элири^[48], – зловеще как-то изрекла женщина и резко развернулась кругом.

«И зачем так нервно реагировать?» – усмехался про себя Аринэль, с удовольствием оценивая фигурку дроу.

Они наискосок пересекли широкий плац. Эльфийка шагала стремительно, с задором. А подошли они к самой обычной полосе препятствий. Метров на сто длиной. Аринэль даже огляделся, чтобы убедиться, что он в замке. Нет, все нормально, вокруг стены, антураж средневековый. Парень перевел взгляд обратно. Вот, наваждение исчезло!

Путь состоял из чурок, которые лежали примерно на расстоянии шага, точнее прыжка. Далее имитация переправы по бревну, классика. Веревочная лестница, только натянутая горизонтально, то есть тот самый рукоход, метров тридцать, солидно. Далее несколько деревянных щитов, разной высоты, ага, пара бревен поперек, под одним надо поднырнуть, второе опять перелезть и в конце «змейка».

– Вы серьезно? – поинтересовался Аринэль, посмотрев на женщину.

– Пацан, раз ты тут, усвой несколько правил, – жестковато ответила эльфийка. – Первое, твое дело не думать, а делать. Вперед.

Аринэль безмятежно улыбнулся и принялся расстегивать камзол.

– Можно спросить? – поинтересовался он.

– Можно девку на сеновале лапать, – тут же ответила дроу, и Аринэль опять испытал чувство дежавю. – К командиру...

– Разрешите спросить? – произнес Ари.

Женщина снова смерила его подозрительным взглядом.

– Ну, давай, – с прищуром произнесла она.

– Вы сегодня вечером что делаете? – улыбнулся Аринэль.

Глава 8

Замок Рорен. Вечер

Аманнэ, хмурясь, наблюдала за этим парнем. Полосу для рекуриаров (разведчиков) он проходил не играючи, но проходил! Это уже была третья полоса, две другие он прошел именно играючи. Первую так и вовсе с показной ленцой. Вот он, словно ант, взобрался по веревкам на стену замка, которая была финишем полосы, и, распрямившись наверху, помахал рукой.

– Это кто такой? – раздался рядом мужской голос.

Аманнэ повернула голову и увидела Гордана Эйтена, который, видимо, проводив выпускников, вернулся в замок. Он был в своей излюбленной орочьей безрукавке, неопределенного из-за старости цвета. Да и сам напоминал орка. Огромный, бугрящийся мускулами. Разве что на лицо был поприятнее. Немного. Тяжелая челюсть, тонкие губы, массивные надбровные дуги. А вот нос был тонкий, словно его от другого лица приделали. Мужчина, щурясь, смотрел на Тайфола.

– Помнишь, про кандидата говорили, – ответила Аманнэ. – Вот это он. Уже несколько часов его гоняю.

– Хм, что и вправду годится? – произнес Гордан.

– Сейчас на стрельбище загоню, там и посмотрим, – ответила дроу. – Лазает и бегает... неплохо. Посмотрим, как с ножами и луком дело обстоит.

– Я тоже погляжу, не против? – пробасил Гордан.

Аманнэ жестом показала согласие. Тайфол тем временем спустился по веревке на землю и подошел к инструкторам.

– Добрый... о, уже вечер! – притворно удивился парень и с небрежным, но изящным поклоном представился: – Аринэль Тайфол.

– Тайфол? – Гордан подался вперед. – Твой отец Бран Тайфол?

– Все так, господин... – парень сделал паузу, вопросительно поглядел на мужчину.

– Гордан Эйтен, – ответил тот и улыбнулся. – Значит, Бран отправил сюда еще одного.

– Не именно сюда, – заметил Аринэль. – Я по пути в Академию заскочил. Его величество посчитал, что мне остро необходимо звание рыцаря.

В ответ на эту довольно дерзкую речь Гордан лишь усмехнулся. И окинул Аринэля оценивающим взглядом.

– Ну, парень, пойдем-ка со мной, – сказал он. – Выясним, каков ты рыцарь.

– Эй, Гордан, – напомнила о себе Аманнэ. – Давай-ка в очередь. А то после твоих выяснений может случиться, что уже мне будет некого проверять.

– Да проверишь ты свои ножички! – отмахнулся Гордан. – Я тебе и так скажу, годится или нет.

– Вот приедут новики, на них и оторвешься! – отрубила дроу. – Кулаками махать наука нехитрая. А после этого он и в замок не попадет! И вообще, иди к Меннаэру! Он мне приказал парня проверить, что я и сделаю. Первой!

– Ну, разошлась, разошлась! – добродушно произнес Гордан. – Ладно, пойдем, посмотрим, как стреляет этот парень.

– Чувствую себя девушкой, за которую парни дерутся, – хмыкнул Аринэль.

Гордан посмотрел на него и, хохотнув, хлопнул по плечу. Ари от этого хлопка перекосило, да так, что он чуть на задницу не сел.

– Весь в отца, за словом в карман не лезешь! – грохнул мужчина.

– Ага, – скривился Аринэль, потирая плечо. – Дяденька, вы больше так не делайте, ладно? А то мне еще в империю ехать, переломы будут лишними.

* * *

Стрельбище располагалось уже вне замка. Но к нему вела отдельная дверь, не надо было через ворота переться.

– Как там твой отец? – спросил Гордан, пока они ждали у двери куда-то ушедшую дроу. – Знаю, что руку потерял он.

– Да он и с одной шороху наведет, – ответил Аринэль. – Нормально он. Женился недавно.

– Да, это тоже знаю, – усмехнулся Гордан. – Меннаэр весь прямо светился.

– А это с чего? – удивился Ари, подняв одну бровь.

– Родственников знать надо, Аринэль! – наставительно ответил мужчина. – Вообще-то, Криста его внучка!

– Во как, – Аринэль хмыкнул. – Надо же. Как мало королевство. Стоп. Это получается, мать Кристы и дочь...

Он показал в сторону главного здания. Гордан только усмехнулся этим выводам парня.

– Дела, – произнес Ари, потирая подбородок.

Вскоре вернулась Аманнэ, неся с собой лук, тул со стрелами, а через плечо перекинута перевязь с метательными ножами. На левой руке у нее был наскоро надетый наруч. Все трое вышли из замка. Перед ними открылась прекрасная картина заката над рекой. Солнце уже почти касалось краем неровной линии Синих гор. На водной глади, в длинных тенях от леса двигался небольшой корабль, шелестел травой легкий ветерок.

Они вышли выше стрельбища, которое было у подножия холма, на котором стоял замок. Сейчас, при взгляде на пустые позиции, на отбрасывающие длинные тени мишени, было ощущение, что стрельбище заброшено. И что по тропинке, которая спускалась к нему с холма, уже давно никто не ходил...

В центре линии позиций стояла деревянная башня. Это, видимо, для тренировки стрельбы с башен замков. Слева от нее перед позицией установлены несколько десятков деревянных щитов, надо полагать имитация строя. Дальше влево еще более интересная конструкция. Два деревянных параллельных лотка вдоль линии стрельбы. В них стоит тележка, к которой привязана веревка. В тележке установлена мишень, а веревка прикреплена к вороту, который был за позицией стрелка.

– Солнце в лицо, – с неудовольствием произнесла дроу. – Но это даже интереснее.

– Скажите, а вот это для чего? – поинтересовался Аринэль, показывая на тележку.

– Вот ант на тебя попрет, поймешь, – проворчала Аманнэ.

– Вы не поверите, госпожа инструктор, – с холодком сказал парень. – На меня пер таран. Но смысл я понял, спасибо.

Женщина бросила на парня испытующий взгляд.

– Извини, – спокойно произнесла она. – Сам понимаешь, ты выглядишь слишком молодо.

– Ничего, этот недостаток быстро проходит, – Аринэль обозначил улыбку. – Ну что, постреляем?

И первым пошел по тропинке вниз. Аманнэ, посмотрев на Гордана, чуть скривилась. Мужчина покачал головой и двинул бровями. А потом кивнул вслед парню.

Они вышли на рубеж. Обычный, без приспособлений. Аринэль подошел к линии, посмотрел на мишени. Обычные щиты из досок, стоящие на разном расстоянии, с красным кругом в центре. На его губах промелькнула легкая улыбка.

– Ну, что, начнем? – спросил он, обернувшись. – С ножей или с лука?

Аманнэ молча сняла наруч с руки и подошла к парню. Тот взял наруч, продел в него левую руку, правой же не спеша подтянул шнурок, которым наруч затягивался на руке. А потом он протянул руку и вытащил нож из перевязи, которая была на Аманнэ. На миг обернувшись, он метнул нож в одну из ближних мишеней. Нож воткнулся точно в середину красного круга.

– Чтобы избежать лишних вопросов, – пояснил Аринэль, поворачивая наруч вниз завязками и немного подтянув его к локтю.

Аманнэ, поджав губы, посмотрела на мишень, а потом все также молча протянула ему лук и тул со стрелами. Последний имел лямку, чтобы можно было его надевать через плечо. Что Аринэль и сделал. Поправил тул, оказавшийся у бедра, так, чтобы было удобно доставать стрелы.

– Что он делает? – спросил Гордан у Аманнэ, когда парень вхолостую натянул лук. – Привыкает?

Дроу молча кивнула, внимательно смотря на Аринэля. А тот нагнулся, загреб щепоть земли и подкинул ее в воздух. Аманнэ закусила губу.

Парень достал стрелу, наложил ее на тетиву. Вскинул лук, растянул. Хлопнула тетива по наручу. Стрела воткнулась на ладонь ниже красного круга мишени, которая стояла шагах в пятидесяти (около тридцати метров). Аринэль достал вторую стрелу.

– Все, я готов, – произнес он, когда вторая стрела попала в ту же мишень, но точно в центр. – Куда стрелять?

– Сто шагов, – произнесла Аманнэ.

Ее лицо было совершенно серьезным. Она смотрела на парня взглядом профессионала. А тот вздохнул.

– Следующую мишень подальше назовите, – сказал он.

А потом выхватил стрелу, за мгновение растянул лук и практически сразу выстрелил.

– Неплохо, – сказал Гордан.

Аринэль обернулся и весело улыбнулся.

– Готтани Аманнэ, саона оончи токо ою нита анутаи!^[49] – произнес парень.

Аманнэ приподняла брови. И посмотрела на Аринэля ласково-хищным взглядом.

– Эс во иинчита нита намаяи^[50], – ответила она, и по губам женщины скользнула легкая улыбка.

– Вэ во мэллэни?^[51] – сверкнул улыбкой Ари.

Дроу посмотрела на парня с прищуром. А потом подошла к нему и протянула руку. Аринэль понятливо вложил в нее лук, стянул наруч со своей конечности. Аманнэ подставила левую руку.

– Еси, готтани!^[52]– улыбнулся парень, надев на руку женщины наруч, и повернулся, подставляя бок, где болтался тул.

Аманнэ перебрала длинными пальцами стрелы. Остановилась на двух, вытащила их, подержала каждую в ладони правой руки. Сунув одну стрелу обратно в тул, она, держа в правой руке стрелу, а в левой лук, подошла к линии огня. Постояла несколько мгновений, смотря вдаль. Выдохнула. Потом тряхнула головой, так что ее волосы подхватил ветер. Лизнула большой палец правой руки и наложила стрелу на тетиву. Рога лука скрипнули, сгибаясь. Оперенье стрелы коснулось уха женщины. Несколько мгновений Аманнэ стояла неподвижно, а потом разжала пальцы. Тетива хлестнула по наручу, стрела, вспоров воздух, взмыла вверх, в вечернее небо.

– Великолепный выстрел, госпожа Аманнэ, – прокомментировал Аринэль, смотря из-под ладони. – Я полагаю, это ответ?

– Верно полагаешь, юный... рыцарь, – ответила дроу безэмоциональным голосом, опуская лук.

Она сейчас выстрелила на максимальную дальность для этого лука. Триста шагов (около двухсот метров). Собственно, дальше уже кончалось стрельбище. Аманнэ, как всегда после выстрела, чувствовала одновременно усталость и удовлетворение. Она перехватила лук правой рукой и большим пальцем этой же руки стянула наруч.

– Скажите, а все выпускники замка стреляют так же? – спросил Аринэль.

– Немало, – коротко ответила дроу и чуть заметно усмехнулась. – Но вечер со мной еще никто не заработал.

– Думаю, если бы у вас был элвариннэ^[53], то результат был бы вообще неоспорим? – сказал Ари.

Аманнэ вместо ответа характерно посмотрела на парня.

– Двести шагов^[54], – произнесла она. – Пять стрел. Попадешь, можешь рассчитывать на мое согласие.

– На вечер? – оживился Аринэль.

– В протоколе! – со вздохом ответила дроу...

...Аманнэ с каменным лицом наблюдала за стрельбой этого парня. Ему оставалась последняя стрела. Все остальные торчали в мишени «букетом». Вот еще раз хлестнула тетива, донесся стук. От мишени что-то отпало. И это что-то было наверняка частью одной из стрел, что воткнулись ранее. Аринэль опустил лук, продолжая смотреть вперед. Ветер чуть развевал пряди его длинных золотистых волос. Вот так, сбоку, возникало полное ощущение, что сейчас перед линией стоит эльф. Когда он стрелял, то его лук практически оставался на месте, а так стреляют именно лесные. Так, будто перед ними всегда ствол дерева. И ноги стоят на одной линии, словно на ветке. Учитель этого парня точно был эльфом.

– Совсем уже вечер, – произнес Гордан. – Давайте возвращаться, думаю, уже все ясно.

– Сейчас, – сказала Аманнэ.

Она пошла к парню, а Гордан слегка улыбнулся. Интерес темной был виден невооруженным взглядом. Интерес Стрелка к другому Стрелку. Аманнэ, подойдя, жестом попросила лук. После внимательно осмотрела оружие. Аринэль что-то показал на тетиве. Дроу согласно кивнула. Парень что-то произнес, с вопросительным выражением, Аманнэ снисходительно улыбнулась и полезла в карман своего камзола. Потом помахала перед лицом парня сложенной белой тонкой веревкой.

– Понятно, – хмыкнул Гордан, когда Аринэль стянул с себя камзол, сложил этакой подушкой, потом положил на землю и поставил на импровизированную подложку лук.

Парень налег на оружие, сгибая его. Аманнэ сняла тетиву и тут же ловко нацепила другую. Аринэль поднял лук, отвернулся от женщины, натянул тетиву и отпустил. Потом обернулся и кивнул Аманнэ.

Гордан развернулся и пошел обратно. Поднимаясь по тропинке, он услышал хлопок тетивы и обернулся. Парень стоял с луком, а Аманнэ смотрела в сторону мишеней. Аринэль повернув голову к ней, что-то произнес. Женщина кивнула.

Замок Рорен. Трапезная. Поздний вечер

Трапезная замка Рорен представляла собой низкое сводчатое длинное помещение. Стены, словно в напоминание о боевом прошлом замка, были ничем не отделаны, голые камни. Но светильники были магические, а не факелы, копоть от которых осталась на стенах. Вход в зал был узкий, как и все двери в замке. Он располагался на первом этаже главного здания, и по старому плану обороны здесь был один из рубежей защиты, если враг, то есть дерра, все-таки прорвался за стены. Поэтому окон тут не было, а сам зал делился на две неравные части солидной перегородкой, толщиной чуть не как несущие стены. В меньшей части была кухня, в большей, собственно, стояли столы.

Возле кухни поперек зала стояли три стола инструкторов и преподавателей. Они были не такие длинные, как четыре стола для курсантов, которые стояли вдоль зала.

Трапезная в этот вечер была полупустой. Четыре стола, где обычно сидели курсанты, пустовали. Из-за этого кухонных работников был минимум. Заняты были только три стола инструкторов и преподавателей. И еще двое ужинающих сидели за столом курсантов.

В замке Рорен было одиннадцать инструкторов. Четверо бывших центурионов империи и двое сотников королевства. Они занимались подтягиванием общих физических данных и первоначальных навыков курсантов. Данных и навыков, которые положено иметь выпускнику замка. Все немолодые крепкие мужчины, с абсолютно гладкими лицами (вместо бритья легионеры и воины королевского войска используют специальную пасту. После пары лет применения таковой – щетина больше вообще не растет). Еще пятеро инструкторов были «специализированные». Уже упомянутые Гордан Эйтен – инструктор по бою без оружия и Аманнэ Игурэ – инструктор по метательному и стрелковому оружию были сегодня здесь. Еще трое, инструктор по тактике, инструктор по конному бою и инструктор по фехтованию отсутствовали. Также в трапезной зале сидели просто преподаватели. Учебный курс в Рорене предполагал не столько развитие тела, сколько развитие мозгов. Ведь отсюда выходили будущие командиры для королевского (и не только) войска, здесь учились дети аристократов, подчас весьма знатных.

И все эти уважаемые люди с некоторым удивлением сейчас наблюдали, как Аманнэ Игурэ, за глаза называемая не иначе как «Белокурой Стервой», «Ледышкой» и прочими эпитетами, характеризующими ее отношение к знакам внимания со стороны мужчин, довольно вольно беседует с каким-то очень молодым парнем. Если бы сейчас здесь были курсанты, которые покинули замок утром, то удивления было бы еще больше. Особенно со стороны тех, кто обучался на рекуриаров.

– Что за парень? – спросил у Гордана один из инструкторов «общефизовиков».

– Интересный, – усмехнулся мужчина. – Кандидат.

– Откуда? – тут же последовал новый вопрос.

– Сын одного из бывших инструкторов, – ответил Гордан. – Ты Тайфола застал?

– Не, я после приехал, – ответил имперец. – Он же по фехтованию был?

– По нему, – Гордан посмотрел на парочку, сидящую наособицу.

Аринэль что-то рассказывал, используя в качестве наглядного материала посуду. Аманнэ его внимательно слушала. Потом она потыкала в тарелку с недоеденным ужином и что-то спросила. Аринэль криво усмехнулся и изобразил пальцами бегущего человека.

– Тайфол, Тайфол... – произнес один из мужчин. – У нас кто-то же был из них?

– Да, был, – кивнул Гордан. – Но тот в гвардию. Этот по другому... профилю.

– Это видно, – хмыкнул его собеседник.

Аманнэ Игурэ сейчас положила на стол запасную тетиву. Аринэль Тайфол взял ее, поднес к глазам. Потом растер между пальцами и даже понюхал. И стал что-то рассказывать. Аманнэ слушала его, иногда вскидывая брови.

– Завтра будем смотреть, – сказал Гордан. – Но уже могу сказать, парень... С сюрпризом.

– Да уж! – хмыкнул один из бывших сотников. – Заинтересовать нашу... это надо постараться!

* * *

На небе высыпали звезды. Ветер приносил с реки характерный запах, не резкий, но отчетливый. Аринэль смотрел на небо, на стены. И думал о том, каково это было, когда Рорен был именно крепостью. В смысле, когда опасность была самой прямой. Когда соревноваться в стрельбе приходилось не на стрельбище, а со стены. Сейчас по боевой галерее прохаживался всего один боец, судя по небрежности жестов и походки, явно не новик. То есть это была больше традиция. Хм, наверняка курсанты тут ходят в караулы по всей строгости. А может даже им и проверки устраивают. Хотел бы Аринэль сказать, что это интересное место... Но нет. Для него это было обычно. Да, отличается от привычной жизни, но и только. Поэтому то, что он отсюда скоро уедет, было отлично. Немного жаль, что знакомство с Аманнэ не продолжить, но тут уж ничего не поделать. Да и, честно говоря, вряд ли бы он узнал что-то новое. Хотя дама интересная, этого не отнять. Со своими странностями, как это и бывает у специалистов. Аринэль и за собой замечал подобное. Точнее, его об этом спрашивали. Например, зачем он подкидывает пыль в воздух. Как тут объяснить? Точнее, вряд ли поймут эти самые объяснения. Да и не выразить четко то, что сам ощущаешь смутно. А делаешь потому, что чувствуешь, так правильно.

Аринэль напрягся. Кто-то смотрел на него и смотрел не отрываясь. Странное дело, но во время пребывания в становище и замке Тайфол эти навыки, наработанные Там, почти не проявлялись. А вот сегодня, разговаривая с Аманнэ, он словно вспомнил их.

– Да, вижу, ты его сын, – раздался женский голос.

Из темноты появилась женщина. Темноволосая, высокая. Волосы убраны в хвост. Темно-коричневые брюки и темно-зеленый камзол. Расстегнутый. Белая мужская рубашка. Когда женщина подошла ближе, то Аринэль уловил запах алкоголя. Карие глаза смотрели на него изучающе... и как-то странно. Красивая дама, тонкий прямой нос, острый подбородок. Полные губы были изогнуты в почему-то горькой усмешке. А еще поздняя собеседница была высокой, чуть не на голову выше Аринэля. Парень, стоящий сейчас на невысоком крыльце, был с ней вровень ростом. А женщина подошла вплотную и молча, но пристально его изучала.

– Его глаза! – в голосе собеседницы зазвенела самая настоящая, рвущая грудь боль. – И смотришь... Как он...

– Простите? – подал голос Аринэль.

– Старший... – дама переступила, ловя равновесие. – Не такой. Другой. Не больно.

– Эм, – Ари совершенно не понимал, в чем дело.

Но, похоже, его с отцом опять сравнивают. А исходя из направления беседы... Тут женщина наклонилась, протянула руку и провела пальцами по щеке парня.

– Нос... его, – судя по стеклянному взгляду, дама была уже сильно навеселе. – Губы...

Усмешка ее напоминала оскал.

– Почему? – тихо сказала женщина, и по ее щекам скатились слезы. – Зачем ты снова пришел, мучаешь меня?

– Госпожа?.. – обратился к ней Аринэль.

И тут женщину, видимо, покинули силы. Она явственно стала заваливаться. Аринэль дернулся, поймал ее за руки. Потом подхватил за талию, ибо дама совсем расслабилась.

«Какого дьявола тут происходит?!»

– Не трогай... – булькнула дама. – Не... отпускай... Бран...

Аринэль вздохнул, пытаясь сообразить, что же дальше делать. И спросить не у кого...

– Не... ненави... жу, – пришел еще один бессвязный комментарий.

– Отлично! – с чувством сказал Аринэль. – Эй! Комната ваша где? Эй!

– Что тут происходит? – раздался голос.

К крыльцу подошла Аманнэ.

– Это я бы хотел узнать! – сказал Аринэль. – Стою, никого не трогаю! А потом вот!

– Саэта?! – удивилась, сильно удивилась дроу, увидев, кто находится в руках парня. – Что случилось?

– Это мой вопрос! – Аринэль стал злиться.

Он поудобнее перехватился, поддерживая пьяное тело. Саэта на это что-то буркнула.

– Куда ее? – спросил парень.

Аманнэ на это ничего не ответила, как-то странно смотря на женщину, буквально висящую на руках парня. Аринэль вздохнул.

– Эй! – громко сказал он, привлекая внимание.

Дроу перевела на него взгляд.

– Куда ее? – повторил парень.

Аманнэ махнула рукой в сторону.

– Веди! – кивнул Аринэль, закидывая руку новой знакомой на плечо.

Точнее, он практически подлез ей под мышку. Дама реально была высокой. И тяжелой! И, похоже, почувствовав опору, совершенно расслабилась.

«Все попаданцы... Как люди... Женщин в кровать... Водят... А я, мать его... Таскаю!»

98-й день лета. Арантон. Утро

Саманта улыбалась. Она смотрела на гладь озера, на стремительно снующих над ней птичек и ощущала в душе прямо-таки безмятежность. Еще один день... И братик будет в ее руках! В ее нежных, цепких ручках! Кольнувшая в сердце мысль о том, что он целых пять дней был без присмотра, растворилась в предвкушении.

Мама, как и обещала, дальше не поехала. Аванти отправили вместе с ними до Даэрон-Мерии Трелона с женой. Им туда надо было по каким-то делам. Но это все было неважно! Это все мелочь! Скоро! Скоро! Саманта, стоя у борта, хищно улыбнулась. Она была в белом платье и той шляпе, которая понравилась братику. Понравилась, она это заметила!

– Тут пыльно! – донесся из полуоткрытой двери в каюту голос одной из сестер Аванти.

Саманта в который раз всего-то за полдня возблагодарила провидение, что она в каюте поедет с Оруис. Они ее по дороге прихватили. Алисэль оказалась пусть и довольно неразговорчивой, но зато совсем не заносчивой девушкой. Тихонько почитывала себе книжки. Саманта представила себе путешествие в одной каюте с кем-нибудь их сестер Аванти и ее передернуло.

Из каюты вышел Дариан и встал рядом. Покосился на каюту сестер и вздохнул. Он ехал один, Аванти специально выкупили каюту, чтобы Аринэль потом попал вместе с их сыном.

– Судя по вашему лицу, эрса, – произнес парень, – вы думаете о чем-то очень приятном. Или о ком-то?

Дариан улыбнулся. Саманта в ответ аристократично обозначила приятность момента.

– Ваше предположение не лишено основания, господин Аванти, – произнесла Анти. – Они так и будут?

– Увы, – опять вздохнул Дариан. – Мои сестры сейчас в таком возрасте...

– Я бы сказала, они в таком состоянии ума, – заметила Саманта.

– Вам, эрса, как женщине, виднее, – выкрутился парень из неудобной ситуации. – Кстати, вы просто обворожительны.

– Спасибо, господин Аванти, – с видом светской леди произнесла Анти. – Смотрю, свежий воздух и простор значительно расширили ваш словарный запас.

– Слушай, ну, какая же ты язва, – мягко укорил Дариан. – Напомни мне никогда с тобой не связываться, если я вдруг забуду.

Саманта насмешливо посмотрела на него.

– Дариан! – из каюты показалась Талия Аванти. – Тут грязно!

Парень уронил голову, горестно вздыхая.

– В каком месте? – поинтересовался он.

– Под кроватями! – натурально известила девушка. – И окно будто специально жиром мазали, мутное!

– Ты собираешься спать под кроватью, что ли? – поинтересовался Дариан. – Или окно лизать?

Талия сверкнула глазами.

– Нужно, чтобы убрали! – безаппеляционно сказала она. – Найди кого-нибудь.

– Однако, – хмыкнула Саманта.

Дариан же развернулся, смерил сестру заинтересованным взглядом.

– Я должен найти? – поинтересовался он. – То есть сбегать и найти, я правильно понял?

– Ты же мужчина, – заявила Талия.

– Вот именно, – сказал Дариан. – Заметь, я не твой слуга. И не муж. К счастью. Если тебе нужны слуги, надо было брать из замка.

– Да уж взяла бы! – язвительно ответила Талия. – Так и знала, что на тебя вообще нельзя положиться! Но...

Она махнула рукой и скрылась в каюте. Оттуда донесся ее громкий голос, видимо, высказывала свое мнение о бесполезном брате сестре.

– На лето бы их в становище! – мечтательно произнес Дариан.

– На лето? – фыркнула Саманта. – Пара дней и с визгом бы убежали!

– Надо было отцу подкинуть идею, – зловеще улыбнулся парень. – Но я с Трелоном поделюсь мыслями.

– А ты жесток, – хмыкнула Анти.

Замок Рорен. Аринэль Тайфол

Как-то совсем иначе Аринэль представлял себе романтические приключения. Даже в самых странных мечтах он не воображал такого, что будет с одной весьма симпатичной особой таскать другую не менее красивую женщину. А потом полночи караулить последнюю на пару с эльфийкой, чтобы мадам рвотными массами не захлебнулась. И опять таскать, только уже от кровати до ванной. И уже совсем в другом свете при этом представал момент, что решившая так лихо накидаться дама была при этом полураздетой. А потом и вовсе стащившая с себя рубашку, штаны и в одних панталонах решившая устроить заплыв в ледяной воде.

Аринэль сел на кровати, помотал головой и растер лицо ладонями. На постой его определили в одну из пустующих комнат, на этаже, где жили преподаватели. Окно выходило на восточную сторону, поэтому через узкий проем окна упирались в дверь лучи утреннего солнца.

Голова была тяжелая, собственно, еще бы. Парень поднялся и стащил с себя рубаху. Вчера полностью раздеваться не было уже никакого желания. И китель... тьфу, камзол, лежащий кучей у двери, проще выбросить. Спасаемая дама вчера еще по пути в комнату изволила... ну, понятно. Прямо на камзол.

Сняв брюки, Аринэль увидел сзади характерный след от руки. На заднице. Ант, когда успела-то так намазать?! Впрочем, он потом не шибко берег одежду. Ант раздери, вымотала, словно весь день по полосе бегал! Может, потребовать зачесть этот эпизод в качестве экзамена?

Аринэль определил брюки к камзолу. Снял исподнее и прошел в ванную. Хоть какие-то блага...

...Стук в дверь раздался в тот момент, когда он вытирал волосы. Та еще морока, кстати. Тут как-то вот нет фенов! Приходится по старинке, ручками. Аринэль уже не раз думал насчет радикального решения вопроса... Но почему-то дальше намерения дело не заходило. После стука он, плюнув на условности, как был, то есть в одних штанах, прошел к двери, распахнул ее. И нахмурился, увидев вчерашнюю «пациентку». Дама была явно не в духе, лицо помятое, мрачное, глаз не подымает. Но одета при этом с иголочки. Опять брючный костюм, на это раз полностью темно-зеленый. Камзол женский, то есть длинный, до бедер. Волосы убраны в тугой узел на затылке.

– Чем обязан? – мрачно поинтересовался Аринэль.

– Я прошу прощения за вчерашнее поведение, – произнесла женщина, так и смотря в пол. – Я очень сожалею, что вам пришлось на это... смотреть. Если возможно, я готова компенсировать ваши неудобства так, как вы пожелаете.

Аринэлю в этот момент с чего-то остро захотелось ляпнуть: «Тогда проходи, раздевайся!»

«Но мы же не озабоченные... Почти».

– Заманчивое предложение! – улыбнулся парень. – Простите, я вчера так и не узнал вашего имени...

Женщина почему-то вздрогнула.

– Ай... фолен, – негромко сказала она. – Саэта... Айфолен.

– Мое имя, как я вчера понял, вам известно, госпожа Айфолен, – произнес Аринэль. – Я предлагаю просто забыть то, что было.

Женщина подняла на него взгляд. А потом в ее глазах промелькнуло удивление. Будто Аринэль сейчас перед ней голый стоял. Она все стояла, молчала...

– Госпожа Айфолен? – напомнил о себе Аринэль.

Женщина вздрогнула. Поспешно отвела взгляд.

– Конечно, как вам будет угодно, господин... Тайфол, – произнесла она. – Простите еще раз за доставленные неудобства.

99-й день лета. Замок Рорен. Пристань. Раннее утро

Люди, ждущие колесник, позевывали. Стоящие возле грузов мужики вид имели мрачный, то есть нормальный для раннего утра. Только детские голоса звучали весело и задорно. Дети предвкушали поездку.

– Мам, – хмурая, явно не выспавшаяся девочка лет шести дергала мать за юбку. – А когда колесник приплывет?

Женщина в ответ только вздохнула. Этот вопрос ей задавался раз уже в десятый.

– Скоро, Мина, скоро, – терпеливо ответила женщина. – Может, ты кушать хочешь?

– Не хочу, – пробурчала девочка.

На Аринэля люди поначалу смотрели с некоторым удивлением, видимо, принимая за выпускника замка. Ранец Аринэль себе выкружил, поэтому походил на курсанта. Разве что плащ, поверх которого был надет ранец, был не темно-зеленый, а фиолетовый и со знаком Империи. Крайхар, тоже иногда зевая, стоял рядом.

– Ваш-то, мастер, днем, да? – спросил парень.

– Да, – ответил тот. – Ближе к обеду.

Он помассировал шею, поморщился, потрогав грудь. Интересно. Накануне, когда Аринэль подтверждал звание рыцаря, сотник выглядел весьма помятым... И каким-то смущенным. Рядом сидящий комендант при этом поминутно скалился. И, похоже, ему было больше интересно наблюдать именно за Крайхаром, чем за Аринэлем. Так, по крайней мере, показалось парню.

Процедура подтверждения рыцарского звания оказалась одновременно проста и сложна. Его опять погоняли по полосам препятствий, но быстро отстали. Потом тот бугай, Эйтен, повалял его по полу. Силен, ант его сожри. Вроде здоровый, как слон, а двигается словно пушинка. Затем за него взялся инструктор по фехтованию, мрачный худой тип, со здоровенным шнобелем и узкой бородкой. Этот вообще выжал досуха. Гонял часа два. Хорошо хоть Аманнэ, как и обещала, просто расписалась в протоколе. Как и эта не умеющая пить дамочка, Айфолен.

В общем, этот солидный документ, украшенный аж двумя переливающимися печатями, который был чем-то типа диплома, достался не так уж легко. Весь день ушел на это. Вечером Аринэль уже просто таскал ноги. Но все равно, поставили условие, что «диплом» дается ему авансом. В том смысле, что он едет в академию, где и получит недостающие знания. Практично. Аринэль покосился назад. Опять кто-то за ним секет. Что за дела? Вроде никого никуда не посылал, лицо никому не бил. Кому он понадобился?

Русло тут просматривалось далеко. Поэтому колесник увидели сильно заранее. Прошло еще полчаса, прежде чем судно, двигаясь в невысокой дымке утреннего тумана, подошло к пристани. Повернув на девяносто градусов, колесник плавно подплыл к одному из молов. Работники на пристани, вяло переругиваясь с корабелами, опустили сходни и трап.

– Ну, Аринэль, – произнес старый сотник. – Давай прощаться?

– Да, – кивнул парень.

Мужчина подал правую руку, Аринэль ухватился за ее предплечье. А Крайхар, ухватившись в ответ, притянул парня к себе, похлопал по спине.

– Ты давай все же аккуратнее, да? – произнес Оргус, отстранившись. – Но если что...

Он многозначительно улыбнулся. А потом, хлопнув Аринэля по плечу, кивнул.

Посмотрев вслед старому сотнику, Аринэль повернулся к колеснику. И улыбнулся. На верхней палубе стояла красивая девушка в белом платье и в широкополой шляпе. Парень помахал рукой. Саманта в ответ тоже улыбнулась.

– Здорово, Дари, – сказал Аринэль, подходя к трапу.

Дариан, спустившийся на пристань, чтобы встретить Аринэля, слегка улыбнулся и кивнул.

– В шестнадцатую второй, – сказал он работнику.

Мужик молча кивнул, окинув взглядом Аринэля. А тот посмотрел в последний раз на замок, который выглядел сейчас словно нарисованный в лучах утреннего солнца.

«Ну, что. Впереди Империя».

Глава 9

99-й день лета. Замок Рорен. Около полудня

Агестус Меннаэр, сидя в своем кабинете, держал в руках листок, на котором красивым витиеватым почерком были выведено уведомление (уведомили! Не прошение, а уведомление, понимаешь!) об оставлении должности. Комендант хмурился, ломая голову над тем, кого вообще можно посадить в приемную. И никто вообще никто не приходил на ум! Хоть к королю обращайся! А впереди, буквально на днях, ожидается новая партия новиков. Хоть сам их дела разбирай!

– Да, – произнес комендант, когда в дверь постучали.

Вот тоже. Теперь что, все и будут вот так барабанить? В дверь снова постучали.

– Да заходите уже, дерра вас задери! – рявкнул Меннаэр.

В кабинет вошла Саэта Айфолен. У коменданта появилось нехорошее предчувствие, когда он увидел решительное выражение на лице инструктора и лист бумаги, который она держала двумя руками.

– Ну, давай, что там у тебя, – произнес Меннаэр.

Саэта вскинула голову, буквально промаршировала к столу и положила лист перед комендантом. Мужчина буквально сразу выхватил взглядом слова «прошение» и «отставка».

– Да вы что, сговорились?! – рыкнул он, поднимая взгляд на Саэту. – У тебя-то что стряслось?!

– Это личное, господин Меннаэр, – ответила Саэта.

Комендант несколько мгновений изучал ее лицо. А потом чуть склонил голову и потер лоб.

– Личное, – глухо сказал он, а потом вскинулся и уставил взор в стоящую у стола женщину. – У всех какие-то дела враз появились! А мне что делать?

Тут на его лице промелькнуло выражение озарения.

– Ты что, из-за того? – спросил он. – Саэта! Да всем плевать на тот случай!

– Не из-за этого, – ответила женщина, при этом едва заметно поморщившись. – Я не могу рассказать. Я же сказала – это личное.

– Ты что, замуж собралась? – сощурился Меннаэр и, опустив взгляд, как бы говоря себе, добавил: – Так за кого... А!

Мужчина откинулся в кресле, его верхняя губа дернулась, намекая на оскал.

– Велакрус, да? – со злостью произнес он. – Она весной что-то вокруг тебя круги нарезала, выспрашивала! Змея!

Саэта на эту фразу дернула щекой.

– Да, господин Меннаэр, я еду в Академию, – твердо ответила она. – Но не только из-за госпожи Велакрус. Есть... дело.

Меннаэр некоторое время сверлил женщину взглядом. А потом резко наклонился, буквально вырвал самописку из держателя стоящего на столе письменного прибора и размашистым, нервным жестом поставил подпись, едва не продрав лист.

– Чтобы духу твоего к утру в замке не было! – Меннаэр буквально отшвырнул от себя бумагу.

– Ясно, – коротко ответила Айфолен и, наклонившись, взяла свое прошение.

Комендант посмотрел на нее тяжелым взглядом. А потом выдохнул и словно сдулся.

– Все нормально, Саэта? – вид у мужчины был все таким же мрачным, но это был вид отца, отправляющего дочь далеко от дома. – Помощь нужна?

– Нет... Спасибо! – женщина усмехнулась.

– А письмо рекомендательное в Академию пиши сама! – со злой радостью сказал Меннаэр. – Тут некоторые друзья... Тоже помогли! Поэтому писать некому!

– Хорошо, – Саэта улыбнулась неуверенной улыбкой.

– И напиши мне список, – произнес комендант, снова вздохнув. – Кого можно на твое место поставить. Местных первыми.

Саэта в ответ поклонилась и, развернувшись, пошла к выходу.

– Как думаешь, Раэна потянет? – заговорил мужчина, когда она уже взялась за ручку двери.

Саэта обернулась, задумалась.

– Лучше еще и Литару, – произнесла она. – Раэна может одна не справиться. Скоро же новики приедут.

– Да, скоро! Ладно, иди, – махнул рукой Меннаэр. – И будь добра, позови их ко мне.

– Хорошо... и спасибо... командир, – с теплом сказала Саэта.

– Да, – вздохнул комендант и сощурился. – Традиции знаешь. Надеюсь, хоть тебе не надо уезжать прямо сейчас?

– Нет, – усмехнулась Айфолен немного грустной улыбкой. – Не надо. Вечером в трапезной.

Когда Саэта вышла, Меннаэр поднялся и подошел к окну. В узкий проем он посмотрел на пристань, к которой уже подплывал колесник.

– Смотри, вигинтил, – с угрозой произнес комендант и погрозил сжатым кулаком. – Если что...

С реки, словно в ответ, донесся протяжный вой трубы.

Озеро Айли-Тэта. Поселок Дарания

Женщина в дорожном брючном костюме в сопровождении широкоплечего мужчины с широким и коротким пехотным мечом на поясе стояли у борта, ожидая, когда колесник причалит. Они разительно отличались от остальных пассажиров нижней палубы, в первую очередь как раз наличием оружия у мужчины. Да и на поясе женщины имелся кинжал. К тому же одеты они были, как пассажиры верхней палубы.

– Хога, ты понимаешь, что обратно нам не вернуться? – спросила Аина Фит.

– Не дурак, – отрывисто ответил мужчина.

– Слушай, если ты вообразил, что я за тебя замуж выйду... – начала женщина.

– Заткнись, а? – посоветовал Хога. – И так настроения нет.

Аина слегка удивленно покосилась на своего сопровождающего.

– Ну, тогда с чего вдруг, Хога? – спросила она.

– Давно надо было, – ответил мужчина, сжимая левой рукой рукоять меча, висящего на поясе. – Уже сам хотел. Надоело.

Аина хмыкнула. Колесник развернулся носом к берегу, целясь в сторону одного из молов. Пассажиры стали стягиваться к тому месту, куда опускались сходни, особо нетерпеливые пробирались вперед, иногда кто-то их ругал.

– Слушай, а если все-таки я найду там... – снова начала волнующую ее тему женщина.

– Я шлюху в жены не хочу, – припечатал Хога. – Все ясно?

– Да, – коротко ответила Аина. – Ясно.

До самого момента, когда сходни с мола ударили о настил палубы, они молчали. Пока ждали, когда схлынет толпа, ринувшаяся сходить, тоже. Потом так же молча мужчина двинул вперед. Аина, вздохнув, последовала за ним.

На соседнем моле разгружался паром. Тренированным взглядом женщина выявила группу аристократов, сходящих с парома. Собственно, трудно было не заметить компанию из десятка суровых мужчин в алых плащах. Хога шел вперед, довольно быстро и не оглядываясь. Аина, давя раздражение, за ним едва не бежала.

– Стой! – догнала она спутника и ухватила за локоть, когда заметила одну деталь.

– Чего? – мрачно бросил мужчина.

А Аина разглядела герб на одежде красивой и очень хорошо одетой, словно только что из столицы, женщины. Очень знакомый герб. О да! Она его хорошо запомнила, так в память врезался, что ничем не вышибить!

– Вот эти, – негромко сказала женщина. – Это Тайфолы. Понимаешь?

Хога посмотрел в сторону людей, на которых указывала Аина.

– И что? – сказал он. – Не по зубам тебе птичка.

– Я завязала! – вспыхнула Аина, сверкнув глазами. – Что тебе в слове «все» не ясно?

– Да понял я, понял, – неожиданно добродушно ответил Хога. – Пойдем, спросим на постоялом дворе. Или ты хочешь напрямую подвалить?

Аина задумалась. Да, она могла бы еще раз сыграть аристократку и проехать не в телеге или фургоне, а в карете. А то, что вот эта изящная дама поедет именно в карете, Аина даже не сомневалась. Но... Как она обозначит свой интерес, поехать в, прямо скажем, не самое популярное место в королевстве?

– Ты прав, – сказала она. – Напрямую не надо. Пойдем спрашивать.

Хога усмехнулся и пошел дальше. Аина же, бросив вслед уходящей даме и ее воинам грустный взгляд, поспешила за ним.

Река Айли. Колесник, каюта Аринэля и Дариана

(Для справки, куда делись целительницы. Они уехали из графства Тайфол раньше Дариана и Аринэля.)

Трелон Аванти обозначил свое присутствие, задал дежурные вопросы и откровенно уклонился от обязанностей старшего. Похоже, молодая жена интересовала его намного больше, чем младший брат и его компания.

Аринэлю в каюте сидеть не захотелось, желалось простора перед взором и ветра в ха... в лицо. Тем более что, по рассказам старших товарищей, вскоре им предстоит провести в четырех стенах и в строгом режиме довольно много времени. Поэтому, оставив вещи в каюте, парень изъявил желание быть выгулянным. Саманта тут же подхватила его под руку, улыбающийся (а точнее, ухмыляющийся) Дариан пристроился в хвосте, и они продефилировали в сторону носовой палубы.

Носовая палуба была больше, чем на предыдущем колеснике, и разделена невысокой продольной перегородкой на две части. Они не стали мешать Трелону и его жене, которые расположились тут же на носу, но в другой части палубы и устроились отдельно.

Они тут были не одни. Пассажиры активно использовали место отдыха, кто-то читал, шли негромкие беседы (а вон там явно шел процесс активного охму... в смысле близкого знакомства). А кто-то и спал даже на свежем воздухе, в тени надстройки. Вели себя все прилично, никаких молодых и горячих парней. Нет, молодые были (например, та парочка все более близких друзей) и немало. Даже можно сказать, подавляющее большинство. А если еще точнее, то было очень много таких же, как Ари, Саманта и Дариан, только-только вступивших во взрослую жизнь разумных. Они, естественно, заметили идущую с чрезвычайно довольным видом Саманту, парни вздохнули при виде ее сопровождения, девушки проводили оценивающими взглядами, отчего Анти еще больше носик задрала.

Судя по услышанным отрывкам фраз – это будущий контингент разнообразных учебных заведений. Студенты то есть ехали... Хм, или курсанты. Аринэль улыбнулся нахлынувшим воспоминаниям о своем не случившемся студенчестве. В смысле очном. Комиссариат как-то так ловко подгреб всех еще не поступивших никуда молодых людей в их поселке...

Расположились ближе к носу, почти у самого переднего фальшборта. Аринэль встал у него, смотря вперед. Да, широка Айли. И тут как-то оживленнее было. По обоим берегам всякие населенные пункты шли чуть не друг за другом. Постоянно попадались мостки, маленькие пристани. Плавало множество лодок. Шли явно грузовые корабли, представлявшие собой небольшой колесник, фактически редукторное помещение с рубкой и сцепленные с ним баржи, две, три, а иногда и четыре. Баржи были разные. Большие корыта для насыпных грузов. Аринэль увидел, как везли стволы похожего на бамбук текла – это из них муку добывают, какие-то темные камни, похожие на руду и уголь. Да-да, именно его, Ари это ясно рассмотрел. Еще было что-то вроде больших клеток, в которых перевозили лошадей, и даже пассажирскую баржу удалось увидеть, на которой ехали явно лица военных профессий, судя по их одинаковой одежде, гладким рожам и нездоровому энтузиазму при виде пассажирского корабля.

– Братик! – с неудовольствием произнесла Саманта, вставшая рядом, но спиной к носу. – А ты не слишком в изучение реки ударился?

Она прислонилась спиной к борту, поставив локти на него сверху. И укоризненно смотрела на брата.

– А что такое? – удивился Аринэль.

– Рядом с тобой, вообще-то, ДАМА! – выделила последнее слово Анти. – А ты на реку пялишься, будто не видел ни разу!

Аринэль усмехнулся. Дариан, уже присевший на одно из кресел, облегченно выдохнул. До этого роль кавалера приходилось исполнять ему. И это было, пусть и познавательное, но ему показалось, что довольно утомительное занятие.

– Простите великодушно! – произнес Ари, прижав ладонь к груди и слегка кланяясь. – Дозволено ли мне будет занять вас беседой, прекрасная эрса?

Саманта посмотрела на него с выражением недоверия. А потом величественно кивнула.

– Как там мои? – спросил Аринэль, снова смотря вперед.

– Спрашивать женщину о других... – Анти закатила глаза. – Кавалер, конечно, у меня так себе. Впрочем, как и предыдущий.

Саманта бросила прицельный взгляд на Дариана, который изобразил на лице непонимание, и тоже повернулась лицом к носу, облокотившись о борт.

– Они в становище, – ответила девушка обычным тоном. – Не захотели в замок переезжать. Собственно и все. Что еще рассказать-то? Там все по-прежнему. Разве что решили еще одну крепость ниже по течению сделать. Отец рассылает отряды, чтобы нащупать границу с антами.

– Так пока и не видели новых? – уточнил Аринэль, покосившись на сестру.

– Один из отрядов видел, – ответила Саманта, слегка нахмурившись. – Когда я уезжала, в ту сторону и собирались. Потом мама приедет, расскажет.

– Мама Саятана? – уточнил Аринэль и, после утвердительного кивка сестры, продолжил: – А зачем она приедет?

– А то ты не понимаешь, – Саманта тоскливо вздохнула. – Нас проверить, зачем же еще!

– Понятно, – покивал Аринэль и посмотрел на небо. – Я бы тоже не утерпел. Все-таки мы не в Брайбо уехали.

Анти с легким недоумением покосилась на брата. А потом на ее лице появилось выражение подозрительности.

– Лучше ты расскажи, братик, – сказала девушка, не сводя с брата глаз, – что видел... С кем был?

– В смысле был? – не понял Аринэль, вскинув брови в удивлении.

– То есть ты хочешь сказать, – произнесла с иронией Саманта и смотря с прищуром, – что за все это время ты ни разу не разговаривал с женщинами?

– А с какой целью? – удивился Ари. – Ты вообще о чем?

– Я все о том же, – в голосе Саманты сквозило подозрение. – Ну?

– Анти, ты какого-то превратного мнения о своем брате, – ответил Аринэль, сделав непонимающий и абсолютно невинный вид. – Вот, Дариан не даст соврать. Мы просто ехали-ехали, приехали, сели на корабль и доплыли до Рорена. Все.

– Вот только Дариан остался в Арантоне! – отмела Саманта, приняв обличительную позу.

Дари усмехнулся, но в разговор разумно не встревал. Ему хватило допро... вдумчивых расспросов ранее.

– Сестренка, а ты роль ревнивой жены не переигрываешь? – хмыкнул Аринэль. – Даже если бы и было, думаешь, я вот так тебе взял бы и выложил?

– Значит, каяться не желаем? – зло улыбнулась Саманта. – Тогда пора переходить к пыткам!

– Анти, я тебя бояться начинаю, – Аринэль слегка отодвинулся. – Я тебе чистую правду говорю, не было у меня ничего.

– С кем не было? – тут же подхватила Анти.

– Ни с кем и нигде, – ответил парень. – У меня, вообще-то, уже есть. Четверо. Мне и этого выше головы.

Аринэль чиркнул пальцем выше макушки. Саманта некоторое время пристально на него смотрела недоверчивым взглядом. Раздался заунывный звук трубы. Мелкие лодки впереди корабля поспешили убраться с его пути. Отплывавшее справа от маленькой пристани небольшое грузовое судно перестало вращать колесами, пропуская большого брата. Там на палубу рядом с маленькой рубкой вышел мужчина и смотрел на колесник из-под ладони, приставленной козырьком ко лбу.

– В Рорене-то что было? – спросил Дариан, наконец-то дождавшийся паузы в беседе родственников.

– Так, погоняли немного, дали бумагу красивую, да сказали, чтобы ехал, учился, – ответил Аринэль. – Но товарищи там серьезные. Если бы они тогда были в Арантоне, то того сайхога в узелок бы завязали и ленточкой украсили. С бантиком.

– Трелон рассказывал, что им давали щит, а потом в строй кидали бревно, – сказал Дариан.

– Хвала магии, мне такое не предлагали, – ответил Аринэль, усмехнувшись. – Я так, подрался, пострелял.

«Пьяных женщин потаскал!»

Саманта подошла к креслу, села. Изящно, само собой, тут столько зрителей. Хоть сейчас с сестренки рисуй картину «Леди на отдыхе».

– Кстати, вот кто отличился, так это Крайхар, – улыбнулся Аринэль. – Вот он...

Парень характерным укоризненным взглядом посмотрел на сестру.

– Он да, с женщиной пообщался, – продолжил Ари, снова устремив взгляд вперед. – Ну, или с ним пообщались. Я так до конца и не понял. Но старик Оргус оказался еще вовсе не стариком!

– Крайхар? – недоверчиво переспросил Дариан. – Мне показалось, что он вообще... Ну, с женщинами... Того.

– Видимо, не те женщины были, – с глубокомысленным видом заметил Аринэль.

В этот момент на палубе появились еще две молодые особы. Задрав подбородки, сестры Аванти обвели взглядами присутствующих. На лице Саманты появилась легкая вежливая улыбка.

– О, и эти приперлись! – произнесла Саманта милым нежным голоском.

Аринэль бросил слегка удивленный взгляд на сестру, потом обернулся, посмотреть, кого это она так приласкала. А Талия с Мариан в этот момент слегка сморщили носики. На брата, Аринэля и Саманту они демонстративно не смотрели и прошли в другую часть палубы, где были Трелон с Улисой. Впрочем, они и им лишь кивнули и устроились отдельно. Аринэль на это представление смотрел, слегка подняв брови.

– Это что сейчас было? – поинтересовался он.

– А, это, – Саманта улыбнулась брату. – Это они со мной не разговаривают.

Аринэль усмехнулся.

– Подробности? – улыбаясь, спросил он.

– Да попытались изобразить принцесс, – Анти мило улыбнулась. – А ума хватило только на служанок. Трактирных. Хотя... Ками гораздо умнее, это я зря так.

– Узнаю свою любимую сестренку! – негромко рассмеялся Аринэль.

– Хвали меня еще, – милостиво дозволила Саманта. – И про любимую почаще!

Империя Алестис. Провинция Аассен. Столица провинции город Аассен. Замок Кэдьен. Главное здание. Кабинет герцога. Герцог Хагер Аваратан Аассен Кайрас

Хагер Ассен любил работать в тишине. И не просто в тишине, а в абсолютной. Поэтому окна в этом кабинете, когда он сменил отца на посту главы провинции, сделали двойными и они никогда не открывались. Комната тоже подверглась изменениям. Стены под светлыми деревянными панелями были покрыты войлоком, на полу лежал очень толстый ковер, специально изготовленный для этого кабинета. А чтобы зайти сюда, нужно было пройти тамбур. Это, кроме того, что секретарь герцога просто не пустит никого к своему господину без веской на то причины. Даже жены Хагера Аассена редко тревожили его тогда, когда он работал. И довольно большой, шагов двенадцать в ширину и двадцать в длину кабинет, обставленный старой (но не ветхой) мебелью, был этаким сосредоточием спокойствия.

Обстановка кабинета, кстати, тоже немало говорила о его хозяине. Все было стабильно массивным и неподъемным. Вот рабочий стол, стоящий напротив входа, у окон. Огромный и монументальный, из светлого дерева, со множеством ящиков. Документы, папки на столешнице лежали не навалом, а в строгом порядке. Металлический письменный прибор стоял точно по центру и напоминал небольшой памятник. Самописки в нем толстые, длинные, словно копья, и тоже металлические, а не новомодные – деревянные. Кресло хозяина кабинета было большим, даже для такого немаленького мужчины, как Хагер Аассен. Это был натурально трон, широкие подлокотники, словно маленькие столы, спинка высокая, возвышающаяся над головой герцога чуть не на метр. И на этом месте спинки был изображен герб Рода Кайрас.

В кабинете имелся камин, естественно, самый настоящий, не декоративный. Возле него стояли два кресла, не таких брутальных, как хозяйское, но тоже серьезные. Как и вся остальная мебель, они были классической конструкции. Светлое дерево и черная кожа. Место для приватной беседы уважаемых, солидных людей. Между ними бокальный столик, со столешницей опять же из светлого дерева и с гнутыми железными ножками. Над камином висел зелено-красный щит (верх красный – низ зеленый) с гербом Рода Кайрас – черная башня.

Вдоль противоположной камину длинной стены стояли шкафы. Прямо по всей длине кабинета от рабочего стола и до практически торцевой стены с дверью. В ближнем к столу шкафу, за остекленными дверцами висел доспех. Старый, явно побывавший во множестве битв, с многочисленными выправленными вмятинами. Остальные шкафы были открытыми, книжными. И книгами они были забиты под завязку. И все они в массе своей были справочниками, сводами законом и прочей специальной литературой...

Герцог Кайрас обладал просто феноменальной работоспособностью, за которую среди высшей знати империи был за глаза называем «Буквоедом». Не за строгое следование имперским законам, а за свою способность обрабатывать просто чудовищное количество документов. Канцелярию провинции Аассен ставили в пример, на нее равнялась даже канцелярия императрицы. При этом Хагер Аассен не производил впечатления книжного червя. Это был высокий, широкоплечий мужчина, конечно, уже не такой стройный, как в юности, впрочем, для правителя провинции – это скорее плюс. Хагер Аассен производил впечатление рачительного, умелого хозяина, крепко державшего управление, как провинцией, так и родом. Единственное, что несколько омрачало его имидж, так это отсутствие прямого наследника мужского пола. Но и это было лишь некоторым неудобством, связанным с более тщательным подбором мужей для его дочерей. К тому же в империи не было четкого императива на наследника именно мужского пола. Правящий род Алестис, например, вообще имел традицию ставить во главе родов именно женщин.

Хагер Аассен сейчас внимательно изучал сводную справку по готовности хозяйств административных единиц провинции к уборке урожая. Обладая отличной памятью на цифры (в отличие от памяти на лица и имена), он мог сравнивать данные, даже не заглядывая в другие документы.

– Ну, это уже совсем, – пробурчал он, ставя пометку напротив очередной строки таблицы.

Пометкой было слово «Ревизия». После герцога справка попадет в канцелярию. Там на ее основе, точнее опираясь на пометки в ней, будет создано еще несколько документов, на основании которых, например, в баронство Эйолен уже завтра выдвинется комиссия. Комиссия эта будет довольно многочисленная, так как «ревизия» подразумевает собой полную проверку дел в баронстве.

Положив документ в одну из папок, лежащих на столе, Хагер Аассен перешел к почте. Она приносилась в его кабинет в трех папках, то есть уже отсортированная по отправителям. В фиолетовой папке со знаком Империи Алестис лежали официальные послания. В красно-зеленой папке с гербом Рода Кайрас лежали письма, относящиеся к провинции и переписке с другими провинциями. И в последней папке, обычной, коричневой, на которой был изображен герб Аассен (зеленый щит, на котором была черная башня, а за щитом алый меч) находилась корреспонденция, которую герцог обычно просматривал последней. Потому что письма, которые попадали в нее, имели меньшую важность. Но сегодня Хагер Аассен изменил своему правилу, и первой была открыта именно эта папка.

Мужчина быстро перебрал коричневые квадратные конверты из плотной грубой бумаги и выбрал тот, на котором отправителем значился маркграф Тайфол. Конверт был довольно пухлым.

– Ну-с, племянник, – негромко произнес герцог, разрезая конверт небольшим, но остро отточенным ножиком. – Давай-ка поглядим, что ты там опять натворил.

Он извлек из конверта почти два десятка сложенных листов (текст был на них написан только с одной стороны – это было негласное выражение вежливости среди аристократии), развернул их и принялся внимательно читать. По мере прочтения Хагер Аассен то вскидывал левую бровь, то хмыкал. А на четвертом листе прервался.

– Да-а, Бран, – произнес он. – Умеешь ты взбаламутить, умеешь. Ладно.

Мужчина продолжил чтение. Теперь он читал без отражения эмоций на лице, лишь иногда его глаза сужались. Дочитав, Аассен некоторое время сидел неподвижно. А потом потянулся к папке для писем Кайрасам.

– Так, не то, – перебирал письма герцог. – Ага.

Этот конверт нес на себе герб рода Вестфолен. То есть это была не официальная переписка королевства Та-Релия и Империи Алестис, а письмо рода Вестфолен к роду Кайрас...

...– Ну, не знаю, племянник, не знаю, – с сомнением произнес Хагер Аассен, откидываясь на спинку кресла.

На столе перед ним лежали письма от Брана Тайфола и Деннара Вестфолена.

– Что-то вы с Деннаром какую-то авантюру затеваете опять, – задумчиво продолжил мужчина. – Но...

Герцог замолчал, впав в задумчивость. И думал он довольно долго. В конце начал постукивать пальцами по столу, и знающие герцога Аассен люди (например, сидящая в соседней комнате Маяна Нокт) подметили бы в этот момент, что Хагер Ассен Кайрас размышляет о чем-то очень важном.

– И Аванти ваш тут, – негромко произнес мужчина. – Хм.

Он снова стал постукивать по столу, тем самым нарушая столь любимую им тишину.

– Ну, ты же должен понимать, – произнес он. – Что так просто...

Аассен наклонился к столу и вытащил последний лист из письма Брана. Писал это явно не граф Тайфол, так как почерк был красивый, с завитушками и прямо-таки канонично правильный, в отличие от крупных и словно рубленых букв Брана. Хагер Аассен пробежался взглядом по тексту, ища нужное. А потом, найдя и перечитав, снова откинулся на спинку кресла.

– Ловко, – сказал он.

Губы мужчины тронула улыбка, но глаза оставались серьезными.

– Рыцарь, значит, – продолжил герцог. – А вот это, племянник, уже интересно. Поглядим.

Река Айли. Городок Трейлен

Аринэль, стоя возле своей каюты, с некоторым интересом смотрел на пристань. Там сейчас заводили пару лошадей на грузовую палубу. Лошади были явно не крестьянские, ухоженные, да и просто было видно, что предназначены они не для работы. Таких, видимо, и на пассажирском корабле отправить нормально. Рядом с лошадьми стоял высокий мужчина, судя по выправке, бывший военный. Да и голос у мужчины был соответствующий. Слышно, наверное, в Рорене. Собственно, именно из-за этого Аринэль и вышел посмотреть, что происходит. И да, он что-то заскучал.

Проконтролировав погрузку лошадей, мужчина подошел к девушке, стоящей у трапа сюда, на верхнюю палубу. Остальные пассажиры, как нижней палубы, так и более богатые, уже погрузились. Мимо Аринэля только что прошли: мужчина с двумя явно женами (одна совсем молоденькая, а мужик-то на вид под сорок, хотя тут не поймешь, ему и сто может быть); два молодых парня, которые по пути посмеивались, вспоминая какую-то девушку, которая... дылда. Хм, а не об этой ли даме шла речь, которая стоит рядом с военным? Действительно, рослая девушка. Если бы кожа была смуглой, можно принять за орчанку. Такая же плечистая, явно не слабенькая, и меч на поясе висит. Причем не городской, а нормальный, как это у англов... «longsword», кажется. Или это речь о полуторнике?

Попрощавшись с отцом, девушка поднялась по трапу, который сразу же вслед за ней стали убирать. Когда она проходила мимо, Аринэль учтиво поклонился, как и должен был сделать, так как у девушки на камзоле с правой стороны груди (или на правой груди, хе?) имелся герб. Красный меч, значит, род получил титул за боевые заслуги. Он был перекрещен с ключом. Кажется, такой символ получали защитники крепостей. На лице девушки промелькнуло удивление, она скользнула взглядом по гербу уже Аринэля и как-то неловко поклонилась в ответ.

«Даже, наверное, повыше Дары будет», – отметил Аринэль, когда дама проходила мимо него.

И спереди есть за что подержаться. Прям даже руки...

«Так, стоп. Мы же крайне приличные люди».

Дрогнули колеса судна, оттаскивая его от пристани назад. Тот мужчина все стоял, смотрел на корабль. Аринэль покосился в ту сторону, куда ушла девушка. Ну да. Она уже зашла в каюту. Молодость, все радикально. Уехала, значит всё.

«Хм, что-то рановато я о молодости рассуждать начал!»

Корабль медленно вышел на глубину, одновременно поворачиваясь. Закатные лучи красили капли, срывающиеся с колес так, что казалось, будто с лопастей капает кровь.

«Фу, ант. Ну и сравнения в башку лезут!»

– Ты чего тут? – выглянул из каюты Дариан.

– Так, натуралистические наблюдения, – отозвался Аринэль.

Дариан наморщил лоб.

– Тебя в Рорене не сильно по голове били? – поинтересовался он, подняв одну бровь.

Аринэль с некоторым удивлением посмотрел на товарища.

– Я смотрю, общение с Самантой дало свои плоды? – с усмешкой заметил он. – Учти, это опасная дорожка!

– Это чем же? – на лице Дариана появилось вопросительное выражение.

– И мне интересно! – раздался голос Анти.

Оказывается, она вышла из каюты и теперь внимательно смотрела на парней, уперев правую руку в бок. При этом она стояла спиной к заходящему солнцу, и тени, падающие на ее лицо, делали из нее зловещего персонажа из ужастика.

– Ну, как, – хмыкнул Аринэль. – Потянет читать умные книги, красиво одеваться...

Лицо Саманты разгладилось и на нем появилось выражение удовлетворения. Демонический флёр ушел.

– А потом начнешь засматриваться на мужиков, – закончил Аринэль.

Повисла пауза.

– Что? – удивленно спросил Дариан.

Его глаза были буквально круглыми.

– Это когда я на мужиков пялилась?! – прошипела Анти.

– Что-то вы, любезные мои, чувство юмора где-то потеряли! – с улыбкой произнес Аринэль.

Внизу раздались негромкие рекламные речи. Да, тут продавцы не позволяли себе орать во все горло. Люди тут проще, могут и по лицу выдать, в качестве награды за продвижение товара. Аринэль перегнулся через борт.

– Простите, а вы потом не подниметесь? – поинтересовался он.

Худая женщина, с ящиком в руках, в этот момент подающая покупателю что-то завернутое в коричневую бумагу, посмотрела вверх, на парня, и молча кивнула.

– Мы будем на носу, – сказал Аринэль и, распрямившись, окинул взглядом присутствующих. – Пойдемте. Я расскажу вам, где надо было смеяться!

И предложил локоть сестре. Та некоторое время смотрела на брата, играя роль контрразведчика, увидевшего подозрительную личность. А потом со снисходительным видом вложила свою ручку. Дариан хмыкнув, покачал головой.

– Ну, и где надо было смеяться? – с некоторым вызовом спросила Саманта.

– После слова «лопата», разумеется! – Аринэль, улыбнувшись, поиграл бровями.

Анти сначала покосилась на брата с недоумением, а потом на личике появилось выражение жалости.

– Братик, ты только не переживай! – нежно и успокаивающе произнесла она. – В Академии тебя, я уверена, полностью проверят!

Сзади всхрапнул Дариан.

– И вот опять, сестра моя, вы совершенно зря подозреваете меня в скорбности ума, – с укоризной сказал Аринэль. – А между прочим, это из одного... одной смешной короткой истории!

Он поднял указательный палец, обозначая важность сообщения.

– Я так понимаю, эта история из Рорена? – уточнила Саманта.

– Ну... получается так, – кивнул Аринэль. – Значит, сидят десятники...

...Дариан, пряча улыбку, отвернулся, стоя у борта. Саманта, давя улыбку, смотрела на Аринэля характерным взглядом.

– Я так и знала, – вздохнула девушка. – Тупой военный юмор.

Она присела на кресло, расправила юбку. Аринэль хмыкнул и сел на соседнее кресло.

– Анти, – с глубокомысленным видом произнес он. – Это и логично, что ты такой юмор не понимаешь. Ты же жен... Хм, не военный человек!

– Братик! – мило улыбаясь, сказала Саманта. – А ты не слишком погрузился, а? Смотри, скоро начнешь пить хмельное бочками и тискать по углам служанок!

– Ну, последнее я и так готов... – Аринэль спохватился. – В смысле, да ты что, как можно!

Дариан подозрительно закашлялся. Саманта с прищуром поглядела в его сторону. А потом перевела взгляд на брата.

– Знаешь, я иногда начинаю подозревать, – произнесла она, – что если бы вы ехали сейчас одни, то вы бы уже были пьяные, а в вашей каюте сидели бы девицы оттуда!

Она потыкала пальчиком вниз.

– Анти, мы же приличные люди, – произнес Аринэль. – Девицы бы были с этой палубы!

– Ага, например, Аванти, – вздохнула Саманта. – Извини, Дариан.

Тот махнул рукой, так и не поворачиваясь лицом.

– Мне становится страшно за Академию, – сказала Саманта, хмурясь. – Хорошо хоть вы будете учиться в разных местах. И будь уверен, бра-тик! Я за тобой присмотрю!

– Наблюдай за мной полностью! – выдал Аринэль.

Саманта вскинула брови, а потом ее губы раздвинула плотоядная улыбка.

– О-о, за это можешь не волноваться! – с чувством произнесла она. – Как и твои девки, за твой моральный облик!

Дариан издал звук сдавленного кашля, на этот раз с каким-то хрипением.

– Анти, ты вообще-то разговариваешь с действующим рыцарем! – с пафосом произнес Аринэль. – Мой моральный облик и так настолько высок, что хоть сейчас пиши наставления молодым воинам, приводя меня в пример.

– Долго учил? – заметила Саманта, демонстративно прикрыв ладошкой рот, будто хотела зевнуть.

– Вообще не учил, – ответил Аринэль. – Воинская доблесть у меня в крови!

– О, да! – покивала Саманта. – Я слышала пару... десятков историй про нашего папеньку!

Со стороны входа на палубу раздались голоса. Два молодых парня, естественно, с мечами на поясах, что-то говорили той высокой девушке, которая села на колесник последней. Та в процессе беседы полыхнула лицом. Один из парней противно улыбнулся и так покровительственно погладил девушку по щеке. Аринэль, смотря на это, сощурился. Просто когда парни повернулись, чтобы пройти на палубу, он увидел на их камзолах гербы.

– Неиссякаемо желание некоторых придурков проплатить мое пребывание в империи, – произнес он.

– Это ты сейчас о чем? – недоуменно спросила Саманта.

– Да так, было дело, – ответил Аринэль, проследив взглядом за парнями. – Когда в Рорен плыли, один кадр решил, что он выше гор. А вот доказать на деле кишка тонка оказалась. Пришлось ему компенсировать мои неудобства из кармана.

Дариан внимательно выслушал Аринэля. Посмотрел на парней, уже садящихся в кресла рядом с какими-то девушками.

– Надо было, конечно, высечь, – продолжил Ари. – Но его невеста оказалась гораздо умнее. И храбрее.

– Значит, все-таки девки были?! – Саманта ухватила то, что хотела услышать.

– Сестренка, ты чем слушала? – Аринэль посмотрел на Анти, а потом, подчиняясь внезапному желанию, протянул руку и погладил девушку по щеке. – Я ж говорю, невеста. Не моя, заметь! Кстати, что она ею осталась, я сильно сомневаюсь. Уж как-то многовато в ее женихе мразоты.

Саманта несколько мгновений смотрела на брата с подозрением. А потом искренне улыбнулась и сама потерлась щекой о ладонь.

– Бабник ты, братец! – ласково, но с некоторой укоризной произнесла она.

Глава 10

99-й день лета, вечер. Река Айли. Даяна Харпер Кэйфолен

Вот и скрылась за поворотом пристань, с одинокой фигурой, стоящей на ней. Сердце немного отпустила тоска при виде грустного отца. Впереди ждала новая, совершенно незнакомая жизнь в империи, более того, в Академии. И было бы лукавством сказать, что Даяна не хотела ехать. Она не говорила об этом отцу, потому что ему и так было тяжело. Она была его единственной и поздней дочерью, мать (Даяна не зря так грубо ее называет) вышла за него, когда ему было сто тридцать семь. Бывший центурион был посажен в деревню Дайкин, вместо уже совсем старого Гориса Тафолена (впрочем, дед Горис прожил в особняке до кончины), дети которого не пожелали принимать дела в таком захолустье. Кроме леса и тампока, новый барон занялся еще и разведением лошадей. Мать Даяны была молодой деревенской девушкой и вышла замуж, естественно, не по любви. Вскоре после рождения дочери у нее случился классический сюжет. Юноша со взглядом горящим. Отец, понятно, не сильно любил об этом рассказывать. Когда дочери исполнилось десять, он усадил ее перед собой, выдал все напрямую и сказал, что уже не стоит ее ждать. Хотела бы – вернулась...

Несмотря на титул, росла Даяна среди деревенских детей. Бывшего центуриона не воспринимали как аристократа. Главный – это да. Хозяин хороший, крепкий. Наш, в общем. Главный, но наш. И дочь его воспринимали так же. Правда ростом девочка пошла в отца, и крепкая была, на диво. Ее парни местные вообще за пацана держали. Отец смотрел, смотрел, что дочь уж больно крепкая получилась, и принялся ее обучать военному делу. Потому как простого пути из девушек в жены у Даяны явно не просматривалось. А потом и вовсе нацелился отдать ее в Гвардейский корпус, благо с лошадьми дело шло хорошо. Не сильно богато, но хорошо. Да и квота, как ветерану империи, имелась...

...Даяна и сама понимала, не получится у нее жить на родине, как обычной девушке. Парни постоянно потешались над ее ростом, неуклюжестью (правда, последнее благодаря воинским упражнениям удалось нивелировать). Дети других аристократов: Хвеллентов, Свейфоленов, виконта Орфолена, который сидел на Трейлене, и так далее; вообще откровенно издевались, пока она училась вместе с ними в городе.

Насмешка судьбы, но на лицо Даяна было весьма симпатичная. Тонкие черты лицы, аккуратный нос, губы ярко-алые и небольшие (ну, в пропорции). Голубые глаза и светло-русые волосы завершали образ... И была бы Даяна Кэйфолен завидной невестой, если бы не размеры. А так эти ее внешние данные только усугубили ситуацию.

Девочки постоянно сравнивали ее с лошадью. Пока были маленькими. А потом стали говорить, что мать ее нагуляла от орка. Это уже, конечно, не в глаза, все-таки Даяна уже неплохо к тому времени владела мечом, да и отец мог поинтересоваться у родителей, где их ребенок услышал такое, не от них ли? Но это предположение Даяне заботливо доносили другими способами, чтобы она вдруг не забыла.

Парни, когда все были небольшого возраста, сначала тоже просто издевались. А в последний год Горад Орфолен и его дружок Самир Свейфолен постоянно пытались поставить ее в двусмысленное положение. И с ними вопрос силой было не решить. Род Орфолен был достаточно силен и не только среди местных. В Трейлене и округе они вообще вели себя как короли. То есть Даяна просто не могла что-то сделать, чтобы не подставить отца. Она уже к тому времени четко понимала, что отец отличается от других местечковых аристократиков. И он наплюет на титулы, личное благосостояние и даже жизнь, но за дочку выдаст столько, сколько сможет. Хоть Орфоленам, хоть Вестфоленам. Собственно, скорее всего, именно это, то есть взгляд на жизнь бывшего легионера, наверное, и сдерживало Горада Орфолена. А скорее не его, а его отца...

...– Даяночка! – по толстым губам Орфолена змеилась довольная улыбка. – И ты решила покинуть родные края! Ты же в Академию едешь, да? Представляешь, мы снова будем жить рядом!

Горад Орфолен пошел в своего папашу. Толстый приплюснутый нос, губы, словно два толстых червяка. Он еще их постоянно облизывал, потому что кто-то ему сказал, что с блестящими губами он просто неотразим. В детстве у него к тому же были отвислые щеки, но теперь они несколько подтянулись. Карие глаза были на удивление большие, это от матери, женщины весьма красивой, но склочной, как бабки весной. Эти глаза постоянно на всех глядели оценивающе, и если перед Горадом был кто-то статусом ниже, то на его роже появлялось высокомерное выражение. Как сейчас.

– И что? – мрачно спросила Даяна. – Ты наконец-то дашь мне возможность начистить твою мерзкую рожу?

– Даяночка, ну зачем же так грубо! – еще шире улыбнулся Орфолен. – В отличие от нищих ветеранов, Орфолены достаточно обеспечены, чтобы взять с собой того, кого пожелают!

– Это про своего любовника? – не меняя выражения лица, уточнила Даяна, конечно прекрасно поняв, что Горад говорит о слугах и, конечно, о воинах.

Орфолен был труслив, но, к сожалению, не настолько глуп. Даже вовсе не глуп. В этом и была проблема.

– Следи за языком, деревенщина, – тут же ответил Свейфолен, и его верхняя губа дернулась в оскале. – А то поплывешь своим ходом!

Дружок Горада был довольно высок и плечист. В детстве ему как-то досталось от Даяны, чего он, естественно, не забыл. И те, кто тогда присутствовали, тоже. А Самир очень любил выпячивать то, что он уже «настоящий воин». Кстати, не беспочвенно.

Лицо у Свейфолена было каким-то плоским, словно блюдо, и невыразительным. Нос очень маленький, как детский, а глаза расставлены так, будто между ними шнобель Орфолена. Тонкие губы вечно вытянуты в линию и их почти не видно. Гордостью Свейфолена был квадратный, как он считал, подбородок. На самом деле у него вся башка была какой-то квадратной, угловатой. Волосы на ней росли пучками, но Самир упорно их отращивал, убирая патлы в куций тонкий хвост. Редко кто видел, что Самир улыбался, обычно он делал «мужественное лицо».

– Самир, друг мой, ну зачем же так грубо! – приторно ласковым голосом сказал Орфолен. – Просто наша дорогая Даяночка не в духе! Ведь папочка остался дома!

Тут выражение лица Горада резко сменилось на угрожающее.

– И он больше не сможет защитить свою дочурку-дылду, – Орфолен посмотрел с презрением. – Но мое предложение остается в силе. Самир даже погуляет часик, чтобы нам не мешать.

Даяна почувствовала, как стремительно краснеет. Вот всегда так! Ну, не может она спокойно реагировать на разговоры об этом!

– Но если ты будешь медлить, – произнес Горад, морща но, – то он будет следующим. Поняла? А так я буду давать тебе деньги, одену нормально. А не в это!

Самир смотрел на Даяну насмешливым взглядом.

– Думай, Кэйфолен, – уверенно произнес Орфолен, а потом поднял руку и провел толстыми сосисками пальцев по щеке девушки. – Пока ты мне интересна. И не мечтай, что в Академии спрячешься.

Даяна призвала всю силу воли, чтобы не двинуть сейчас этому хлыщу по этим кривящимся отвратительным червякам губ. Она специально со всей силы вцепилась в борт, чтобы не сорваться. Если она что-то такое сделает... То это может сильно сказаться на отце. Старший Орфолен мстителен, а уж за единственного сынка будет гадить по полной. И возможностей для этого у него достаточно.

Орфолен осклабился, явно с удовольствием наблюдая за терзаниями девушки.

– Идемте, господин Свейфолен, – насмешливо произнес он. – Не будем мешать нашей будущей прислуге привыкать к ее статусу.

Дружок Горада мерзко улыбнулся и окинул Даяну масляным взглядом. Когда они ушли, девушка выдохнула и с трудом разжала пальцы, под которыми еще бы чуть-чуть и затрещало дерево. В груди полыхала ярость, смешанная с отчаянием. Даяна повернулась, чтобы уйти, потому что слышать голоса этих уродов было выше ее сил. Она просто опасалась, что может наплевать и на последствия, и на собственную жизнь...

* * *

Аринэль проводил взглядом девушку, которая убрела обратно в свою каюту. И ее вид говорил за то, что она находится в сильном душевном расстройстве.

– Братец, ты чего задумал? – несколько обеспокоенно произнесла Саманта.

Аринэль перевел взгляд на нее, потом вздохнул и откинулся на кресле, смотря в небо.

– Ничего, – ответил он спокойным тоном.

– Что-то непохоже! – в голосе Анти промелькнуло сомнение, и она пристально смотрела на брата.

Дариан, который, прислонившись спиной к борту и тоже видевший всю ситуацию, стоял, сложив руки на груди и с задумчивым лицом.

– Анти, – Аринэль прикрыл глаза. – Вот смотри. У меня с собой даже меча нет. И кто знает, может это вообще ссора парочки. Хотя то, что они это сделали публично – некрасиво.

– Рада, что тебе голову в Рорене отбили не полностью, – все еще подозрительно смотря на Аринэля, произнесла Саманта.

Парень усмехнулся.

– Не похоже, что они парочка, – заговорил Дариан. – По-моему, ту девушку оскорбили.

– У вас что, смена ролей? – поморщилась Саманта. – И что ты сейчас сможешь сделать?

– Я просто высказал, что думаю, – спокойно ответил Дариан.

– Честно говоря, – Аринэль сидел все так же, с закрытыми глазами, – я бы этому губастому навалял. Не нравится он мне. Чую гниду.

– Вот давайте мы просто доплывем до столицы, хорошо? – твердо произнесла Саманта. – Без этих ваших замеров... мечей.

– Иногда от этого не увернуться, сестра моя, – заметил Аринэль.

– Просто пойдем в каюты и все, – иронично сказала девушка.

Со стороны надстройки вышла женщина-работник, с ящиком. Она увидела компанию, двинулась в их сторону.

– Эй! – голос был высокомерный, брезгливый. – Иди сюда!

– Губастый? – спросил Аринэль, не открывая глаз.

– Нет, второй, – ответил Дариан.

– А, ну логично, – хмыкнул Аринэль, открывая глаза и смотря на женщину.

Та поколебалась, кинула вопросительный взгляд на них. Аринэль жестом показал, что он не против. Женщина кивнула и пошла к тем двум. Точнее, к их компании.

– Ха, что-то не получилось, – произнес Дариан, смотрящий в ту сторону.

– Что такое? – поинтересовался Ари.

– Дамы покинули кавалеров, – произнес с улыбкой Дариан.

И в самом деле, вскоре три девушки прошли в сторону кают. На их лицах было характерное выражение «Кто эти...?». Нужное вставить.

Аринэль вздохнул и поморщился. Настроение сидеть тут что-то совершенно пропало. И надо же было этим дебилам испортить вечер!

– Слушайте, они все купили, – с удивлением произнес Дариан. – Буквально. Даже ящик, похоже.

– Ну, кто чем меряется, – заметил Аринэль. – Точнее, меряются тем, чем могут.

Дариан усмехнулся.

– Ничего, что я тут? – поморщилась Саманта. – Давайте вы без меня обсудите ваши... размеры.

– Ладно, думаю, пора и вправду расходиться, – произнес Аринэль. – Все равно настроение подгадили.

Он сел на кресле, потер лицо ладонями. Встав, парень протянул руку сестре.

– Позвольте проводить вас... в спальню! – улыбнулся Аринэль.

Саманта сверкнула глазами, но ладошку в руку брата вложила. Аринэль поднял сестру, предупредительно сделал руку «колечком». Та с царственным видом вложила туда свою руку. И они демонстративно аристократично, словно в тронном зале, продефилировали по палубе в сторону кают.

– Все, можно выдохнуть! – насмешливо произнес Дариан, когда они пошли уже вдоль дверей в каюты. – Они вас ненавидят!

– И заметьте, – поднял указательный палец Аринэль, поглядев через плечо на товарища. – Все чинно и пристойно! Никаких безобразных сцен!

Каюта Дариана и Аринэля. Поздний вечер

Все-таки, несмотря на то что Дариан вроде успокоился, он сидел, смотрел в окно и хмурился. Аринэль, посматривая на него, заговорить не пытался. Сам дойдет до кондиции. Ари же занимался обслуживанием лука. Он сегодня подержал его без тетивы, «на отдыхе». А теперь натирал специальным жиром, который походил на воск. На самом деле, особой нужды в этом не было, он же его даже не доставал ни разу. По дороге стрелять, к счастью, было не в кого, а в Рорене свое оружие имелось. Освещение только в каюте было скудное. Один слабенький магический светильник, висящий над дверью, явно не справлялся.

– Все равно как-то противно, – негромко сказал Дариан. – Дерра! Хочется в становище.

– Ну да, где попроще, – заметил Аринэль, проходясь тряпочкой с жиром по одному из рогов лука.

– Я бы сказал, честнее, – произнес Дариан.

Аринэль посмотрел на него. И слегка улыбнулся.

– Легче, – с иронией произнес он. – Не надо думать, не надо решать. Совесть спокойна.

Дариан перевел на Аринэля хмурый взгляд. В неверном слабом освещении он выглядел, как герой аниме. Распущенные белые волосы, лицо наполовину скрыто тенями. Не хватает только какой-нибудь причудливой одежды... Например с гигантским стоячим воротом.

– И что, просто закрывать глаза? – произнес Дариан, и его тоне прозвучало неприятие.

– По идее, это я должен спрашивать, – сказал Аринэль, ставя лук на пол и в упор смотря на товарища. – Ты, вообще-то, городской. Я же деревенщина с Пограничья.

Дариан некоторое время пристально смотрел на него в ответ. Логичный вопрос «А что бы ты сделал?» отпадал в связи с тем, что Аринэль тоже присутствовал. И, вообще-то, он первый и обратил внимание.

– И тебя... – Дариан вздохнул и поморщился. – Тебе не хотелось дать в рожу этому толстогубому?

– Разумеется, хотелось, – спокойно ответил Аринэль. – А потом? А если бы та девушка взяла и заявила, что мы все просто неправильно поняли?

– Да там же за стрелище видно, что было ей противно! – в голосе Дариана проскользнули нотки злости.

На его скулах заиграли желваки. Он, опираясь сейчас руками о кровать, стиснул ее край.

– И как это меняет то, что я сказал? – задрал одну бровь Аринэль. – Может, ее родственники денег должны его родственникам? А, возможно, она сама стерва и где-то накосячила, что с ней так обращаются. Может быть куча причин, но результат будет один.

Дариан еще больше помрачнел и, опустив взгляд в пол, задумался.

– То есть ничего не делать? – глухо сказал он.

– Слушай, что ты хочешь сделать? – резковато спросил Аринэль. – Представь, вы с Ренкой, как обычно, ругаетесь. И тут подваливает какой-то тип и указывает тебе, что ты не должен хамить девушке. Ну?

Дариан поморщился, глянул на Аринэля и снова опустил взгляд.

– Ладно, пойду, схожу в туалет, – произнес он и встал.

– Только давай без резких движений, хорошо? – предостерегающе сказал Ари.

Дариан молча кивнул. Он прошел до двери, взялся за ручку.

– И все равно, – сказал он, не поворачиваясь, – гадко как-то.

– Добро пожаловать во взрослую жизнь, – ответил Аринэль.

* * *

Аринэль упер лук в пол, накинул тетиву. Натянул ее слегка, проверяя, не выскочит ли. А потом посмотрел на дверь.

«Дьявол, надо было все же с ним идти».

Может быть, конечно, Дариан просто стоит сейчас на палубе и гоняется. Да, это вот так сразу не отбросить. Хочется шашкой, с присвистом. А тебе тыкают в логику и здравый смысл. В скукоту то есть. А ведь внутри гормоны плещутся и бурлят. Хочется чувствовать себя сильным и крутым. Особенно перед дамой.

Аринэль встал, положил лук на кровать. Дойдя до стойки с мечами, он взял свой. Поколебался. Хмыкнул, поймав себя, что думает о том, а не будет ли это выглядеть испугом.

«Сам тут умничаю, а на деле пацан пацаном».

Аринэль, держа в руках ножны с мечом, вышел из каюты. Мерно шлепали по воде лопасти, откуда-то снизу раздавались мерные перестуки, как от копыт, и легкий... не гул, а такой скрип и металлический стук.

«От копыт и есть. Грег же говорил, что тут лошади используются».

А вот Дариана было не видать. Палуба в обе стороны была абсолютно пуста. Аринэль вздохнул и шагнул было в сторону туалета, как услышал приглушенные звуки с другой стороны. Как от возни. Аринэль замер, прислушиваясь. И различил сдавленный стон.

Он заглянул обратно в свою каюту, взял из шкафа оружейный пояс, на котором имелся еще и нож в чехле, нацепил пояс и уже на ходу повесил на него меч.

Источник шума нашелся быстро. Собственно, дверь была полуоткрыта. Аринэль осторожно толкнул ее. Из каюты слегка пахнуло алкоголем.

– Буйный! – произнес один из здоровых мужиков, скалясь.

Он прижимал к полу Дариана, упираясь ему коленом в шею и помогая второму такому же звероватого вида мужчине вязать руки парня...

...Горад Орфолен, сидя на кровати, с улыбкой смотрел на то, как крутят этого белобрысого эльфенка. На лице одного из воинов, которые его и пеленали, наливался синяк. Этот эльфеныш оказался резким. Второй воин морщился, так как получил по ноге. Горад даже немного заволновался, когда этот парень поначалу лихо раздал пряники.

Орфолен перевел взгляд на соседнюю кровать, где Самир прижимал эту дылду. Уже связанную, конечно.

– Видишь, Даяночка, – насмешливо произнес Горад. – Вот и все! Кто этот защитничек? Что ты ему пообещала?

Даяна молчала, сверкая глазами. Но также Орфолен с большим удовольствием замечал на ее лице отчаяние! Ничего! Это просто она еще думает, что особенная.

– Я предупреждал, – ухмыльнулся Горад. – Ты меня не послушала. Теперь придется платить. Мои люди не должны работать бесплатно!

Вот теперь выражение на ее лице стало правильным! Страх! Она прекрасно поняла, как будет проходить оплата!

Внезапно один из воинов, который давил этому эльфенку на шею, захрипел и стал заваливаться. Второй тут же отреагировал, вскакивая (тем более руки у его жертвы уже были связаны), но не успел даже развернуться полностью. Он с удивлением смотрел на будто материализовавшийся в его груди меч.

– Я возьму, – произнес со зловещей улыбкой гость, который вдруг появился прямо перед ним.

Он нагнулся и вытащил из ножен на поясе уже мертвеца нож. А потом выдернул свой меч из груди. Воин осел на пол. Опомнился Самир, вскакивая и вытаскивая меч из ножен.

– Добрый вечер, – оскалился парень.

Орфолен узнал его! Именно с ним ходил этот белобрысый!

– Ты кто... – с гневом начал говорить Горад, тоже вставая.

– Заткнись, – тихо, но с такой угрозой заговорил полуэльф, что Орфолен опешил.

А парень потянул носом воздух.

– Вот в чем дело, – усмехнулся он. – Что, храбрости приняли?

Он смерил взглядом стоящих перед ним.

– Что вы делаете!!! – вдруг заорал он во все горло. – Остановитесь!!!

Орфолен вздрогнул от неожиданности, а Самир сделал шаг назад. А потом он вдруг стал оседать на пол. Горад расширившимися глазами смотрел, как Свейфолен хрипит и пачкает кровью пол, силясь выдернуть из горла нож. А потом Орфолен, внезапно сообразив, суетливо дернул свой меч из ножен.

– Спасибо! – золотоволосый уже стоял рядом.

А Горад с отстраненным удивлением ощущал в гортани инородное тело. Его придержали, сжали руку, не давая мечу выскользнуть из ослабевшей руки.

– Думал, придется самому вкладывать... – успел услышать Горад, а потом его сознание померкло...

...Дариан, очнувшись, дернулся. Он был связан! Но... Парень вывернул голову. И увидел Аринэля. Тот усадил на кровать... Орфолена? Когда Ари отошел, то Дариан увидел, что у толстогубого вся грудь была в крови.

– Что здесь произошло?! – раздался удивленный, да что там, потрясенный мужской голос от входа.

– Вызовите капитана, – бросил Аринэль, повернувшись к двери.

– Что там?

– Кровь!

– О, магия!

От двери раздались множество голосов. Аринэль посмотрел на Дариана. И в его взгляде была злость.

– Да вызовите кто-нибудь капитана!!! – рявкнул он, посмотрев на зрителей.

Последний день лета. Около Даэрон-Мерии. Раннее утро

Сенжи Сворис, капитан Пятого колесника, мрачно смотрел вперед. Рулевой, с которым они обычно беседовали, сейчас молчал, понимая, что капитан гоняет весьма невеселые думы.

Эти рейсы, в последние дни лета и в начале осени всегда пользовались особой «популярностью» у работников общества «Пассажирские перевозки Айли». Куча малолеток с гербами и без мозгов. Многие впервые выбравшиеся далеко. Не помогала даже двойная оплата рейса. Зачем деньги, если вполне можно нарваться на какого-нибудь юного аристократа, с переклиненными напрочь мозгами? Они плевали на правила, пили, устраивали драки, с оружием и без, по совершенно идиотским причинам. Но этот рейс выдался особо удачным. Четыре трупа. Два из них – аристократы. Не помогло даже то, что на корабле оказалась помощник целителя. Она просто развела руками. Этот Тайфол...

Сворис еле слышно простонал, когда представил себе размер задницы, в которую влетел. Мало того, что аристократы, так еще были замешаны Аванти и самое плохое, что Орфолены. Плохое, потому что именно у них образовался покойник. А все эти чертовы инструкции, по которым держать охрану на верхней палубе было нельзя! Хватило бы одного! Просто для того, чтобы оповестить!

Капитан сдержал зевок. Спать хотелось отчаянно. Он даже не ложился. Эти детишки порезвились точно перед ночью. А Сворис уже надеялся, что случилось чудо. Зато теперь к нему прислушаются хотя бы! И наконец-то откажутся от того, чтобы продавать спиртное! Хотя бы в это время.

– Капитан, – привлек внимание Свориса рулевой, показывая вперед.

Перед кораблем простирался водный простор. Здесь сливались две реки, Тира-Лиа и Отэ-Лиа. Столица королевства, Даэрон-Мерия, располагалась на острове Конн в русле последней. Оставалось меньше часа... Последние минуты относительного спокойствия. А рулевой сейчас показывал на колесник, на флагштоке которого болтался королевский флаг. Судно Милита.

– Правь за ним, – скомандовал Сворис.

Теперь их отведут на специальную пристань. После на корабль поднимутся стражи. Пассажиров нижней палубы отпустят быстро, они ничего не знают. А вот верхняя палуба... Там будут требовать, угрожать, пытаться купить. Потому что аристократы. А стражи, само собой, плевать хотели на потребности и мнения, что их, что работников. А уж в этом случае тем более. Предстоял долгий, очень долгий день...

Даэрон-Мерия. Командир Милита столицы – тысячник Аннор Аххорус Мерфолен

Аннор Мерфолен был немолодым человеком. Когда-то подтянутая фигура довольно высокого роста уже поплыла, на голове появились залысины, убирать которые было уже невместно. Это молодым стражам нужно иметь густую шевелюру, подтянутый вид и брызгать энергией. А глава стражей должен выглядеть солидно. Морщины на лице – это не недостатки, а свидетельство опыта. А небольшой живот говорил, что перед вами человек, который не бегает по улицам, а руководит теми, кто это делает.

Взгляд Аннора Мерфолена был все также цепким, природный ум усилился разнообразным жизненным опытом. Глава повидал на своем веку столько, что его не удивляло уже практически ничего. Вот и на сообщение, что на одном из колесников общества «Айли» (так называли коротко это предприятие) произошло убийство, причем аристократов, он отреагировал флегматично. Судно было возле столицы, то есть не нужно было высылать специально сыщиков, колесник сам приплывет. А что там случилось... Надо смотреть, так ничего не скажешь.

Вместе с ним на спецпристань, кроме его подчиненных, поехал представитель короля, герцог Левиан Аккерман. Это было слегка необычно, что начальник службы королевского Дознания (это слово следует понимать, как знание наперед, то есть ДО знание) лично решил это сделать, но с другой стороны, не каждый день происходит убийство аристократа. Так что участие лично герцога было в какой-то мере оправданным. Правда, это не отменяло, что Аккерман весьма сильно действовал на нервы своим присутствием. Не Мерфолену, конечно, старого стража было таким не пронять. Но вот его подчиненные, особенно молодые, вели себя под взглядом, считай второго лица в государстве, несколько нервно.

Приехав в Милит утром, герцог почему-то предпочел ехать на пристань в карете стражей. А зная, что этот человек ничего не делает просто так, Мерфолен приказал заложить еще одну карету, специально для Аккермана, и сам сел именно в нее.

Пока кавалькада Милита выезжала из двора казармы стражей и ехала по улицам Внутреннего города, герцог молчал, глядя в окно. Мерфолен даже подумал, что перемудрил и Аккерман просто не захотел гонять свой экипаж. Но когда кареты миновали ворота и поехали по широкой Воротной улице, герцог заговорил.

– Как думаешь, Аннор? – спросил он. – Что там произошло?

Мерфолен смерил собеседника изучающим взглядом. А тот смотрел в окно, на полупустые улицы столицы.

– Мне пока известно только то, что произошло убийство, – ответил главный страж столицы. – Один аристократ убил четырех человек, в том числе двоих аристократов же. Убил смертельно^[55].

Аккерман помолчал, все так же изучая улицы столицы, как будто видит их в первый раз.

– Имеются сведения, – наконец заговорил герцог. – Что имел место конфликт между неким бароном Аринэлем Тайфолом, рыцарем, и зарвавшимся сыном одного из виконтов.

Герцог повернул голову. Смотря на холодное выражение его лица, Мерфолен начал понимать, к чему идет этот разговор. Акценты были расставлены весьма прямо. Это было даже несколько... нехарактерно для Левиана Аккермана. То есть к его словам следовало прислушаться со всем вниманием. А еще это значит, что старый хитрец все-таки не просто так поехал в одной карете с главой столичных стражей.

– Как твоя внучка, Аннор, – поинтересовался Аккерман. – Кажется, она едет в Академию в этом году?

– Да, все верно, – осторожно ответил Мерфолен, пока не понимая, куда ведет этот новый поворот в разговоре. – Целители все-таки разрешили.

– Будут сокурсницами с моей Свеарис, – по губам герцога пробежала едва заметная улыбка.

Мерфолен, естественно, уже знал об этом. Вопрос в том, почему Аккерман об этом напомнил?

– Этот барон Тайфол, – продолжил герцог. – Он одаренный. И тоже поступает в этом году.

Аккерман, говоря это, внимательно смотрел на главу стражей.

– На удивление много в этом году поступает учеников в академию, – обтекаемо ответил Мерфолен.

«Похоже, мне сообщают, какое требуется решение вопроса», – подумал глава.

Герцог же снова отвернулся к окну.

– Это происшествие, – снова заговорил он, – показало, что с нашими аристократами есть некоторые проблемы. И его величество пожелал, чтобы этот случай был тщательно расследован.

Герцог повернул голову, и вот теперь даже толстокожий Мерфолен почувствовал, как его слегка пробирает этот взгляд Аккермана. А кого пожиже герцог бы сейчас просто раздавил своей властностью.

– Тщательно и беспристрастно, – упали тяжелыми булыжниками его слова. – Необходимо выяснить все детали произошедшего, в мельчайших подробностях. А также...

Аккерман слегка сузил глаза.

– ...Истоки поведения всех сторон, – продолжил герцог. – Его величество выразил недоумение по поводу того, что рыцарь Тэйдэяхан, получивший свое звание лично от него, не может просто проехать по королевству, не наткнувшись на вызывающее поведение его подданных.

Аккерман сделал паузу, смотря, понял ли глава стражей его посыл. Мерфолен понял! Еще как понял! Тут надо быть совсем наивным, чтобы не понять, что этот Тайфол мало того, что едет в академию (то есть точно едет, а значит вот прямо сейчас это решение и претворяют в жизнь!), является одаренным и имеет такие связи, что за него говорит чуть не сам король, так еще и, видимо, не просто так оказался на том колеснике! Похоже, этот барон еще и фигура какого-то интереса Дознания. Какая разносторонняя личность.

– В ходе этого расследования, – снова заговорил герцог, – вы можете столкнуться... Скажем так, с точкой зрения, которая будет несколько отличаться от реального положения дел. Поэтому необходимо, чтобы этим занимались люди, которые понимают, как нужно поступать в данной ситуации.

Вот точно! Похоже, Деннар Вестфолен решил хорошенько взбаламутить этот загон болотников! Мерфолен позволил себе легкую улыбку.

– Милит приложит все силы, – сказал он, – чтобы разобраться с этим делом максимально быстро и в полной мере.

Аккерман тоже обозначил улыбку.

– Предупреди свою внучку, – сказал он, – что этот Тайфол умеет покорять женские сердца. Очень деятельный молодой человек. Весь в отца...

...Для проведения дознания в части допроса участников и свидетелей Мерфоленом была занята одна из кают колесника. В ней поставили стол, за которым расположились Мерфолен и Аккерман. Для стенографиста выделили место на краю. Маг-целитель, которым был, естественно, старик Амарио Тентус, опытнее просто не было никого, по своему обыкновению расположился чуть в стороне, на одной из кроватей.

Тайфол оказался молодым, даже юным парнем. Когда он зашел в кабинет, то на его лице было совершенно спокойное выражение. Он был приглашен первым, что являлось... Не нарушением, но некоторым несоблюдением процедуры. Обычно сначала расспрашивались свидетели, потом участники, отсортированные по мере вовлечения. И уже в самом конце главные лица события. С натянутыми ожиданием нервами. И беседуют с ними после, как проводящим допрос уже известны многие детали случившегося и мнение на это всех причастных.

– Добрый день, – заговорил Тайфол, слегка поклонившись.

– Здравствуйте, эр Тайфол, – произнес Мерфолен и кивнул на стул перед столом.

Парень прошел, сел. Хе, именно вот это и сделал. Не поправил одежду или прическу. Сидит... Просто сидит, не развалился, но и не с прямой спиной, словно палку проглотил...

– Для протокола, представьтесь полным именем и титулами, – сказал главный страж.

– Аринэль Леваннар Тайфол, барон Тайфол, – на лице парня не отразилось ничего. – Рыцарь замка Тэйдэяхан.

– Где и когда вами был получен титул рыцаря? – продолжил следовать процедуре Мерфолен.

– В городе Арантон... – парень слегка задумался. – В двадцать седьмой день лета сего года.

– Эр Тайфол, вы будете допрошены по обстоятельствам происшествия, произошедшего на данном судне, – скучным протокольным голосом говорил привычную «портянку» глава стражей, – вчера, в семнадцатой каюте около одиннадцати нунсов девяносто девятого дня лета 417 года новой династии. Сведения, касающиеся этого дела, сообщенные вами комиссии, будут проверены на правдивость Амарио Тентусом, адептом воды, магом-ремедиатором. Состав комиссии глава Милита Даэрон-Мерии тысячник Аннор Мерфолен – председатель, член комиссии представитель престола герцог Левиан Аккерман, секретарь комиссии Афия Септи. У вас есть возражения по составу комиссии, месту допроса и времени допроса?

– Нет, – коротко ответил Тайфол.

– Что же, начнем, эр, – Аннор Мерфолен опустил глаза на лежащий перед ним лист с предварительными сведениями. – Вы сели на колесник в Рорене?

– Да, – опять односложно ответил парень.

– С вами в каюте ехал Дариан Аванти? – спросил Мерфолен.

– Все верно, – чуть кивнул Тайфол.

– Также на этом судне ехала ваша сестра, Саманта Тайфол?

– Все так, – парень оставался спокойным, действительно спокойным, что несколько удивило Мерфолена.

Обычно молодые аристократы начинали раздражаться от этих якобы «пустых и ненужных» вопросов. А вот спокойно вели себя те, кто понимал, зачем это спрашивают, с какой целью определяют всех лиц. Мерфолен покосился на сидящего рядом Аккермана. Герцог сидел, откинувшись на спинку стула и разглядывая парня. Причем можно было уловить, что с интересом рассматривает.

– Кто еще из ранее знакомых вам лиц ехал на этом колеснике? – задал следующий вопрос Мерфолен.

– Трелон Аванти, – ответил Тайфол. – И его жена, Улиса Аванти. Талия Аванти, Мариан Аванти.

– Где и при каких обстоятельствах вы познакомились с Даяной Кэйфолен? – глава поднял взгляд на парня.

– Мы встретились тогда, когда она садилась на колесник, – ответил Тайфол. – И близко мы не знакомы.

– Где и при каких обстоятельствах вы познакомились с Горадом Орфоленом? – продолжал Мерфолен.

– Там же и при тех же обстоятельствах, – произнес Тайфол. – Близко также не знаком...

...– Беспокоясь за своего друга, я вышел из каюты, – рассказывал парень. – Услышал шум борьбы. Пошел на источник. Увидел приоткрытую дверь. Заглянул внутрь. В этот момент двое воинов, которые, видимо, служили Гораду Орфолену, повалив Дариана Аванти на пол, связывали ему руки.

– Почему вы решили, что требуется вмешаться именно тем способом, который вы избрали? – спросил Мерфолен.

– Если бы в этот момент они просто разговаривали, я бы не стал заходить вообще, – ответил Тайфол.

– Вам была известна причина, по которым Горад Орфолен приказал своим воинам напасть на Дариана Аванти? – Мерфолен внимательно посмотрел на парня.

– Теперь да, – ответил тот. – На момент, когда я начал действовать, нет.

– Вернемся к мотиву, – произнес глава. – Вы могли поступить иначе?

– Я увидел, что в отношении моего друга, а также аристократа, производят действия насильственного характера, – заговорил Тайфол.

Мерфолен мысленно усмехнулся. Вот тут этот парень себя и выдал. «Производят действия насильственного характера». Словно по протоколу читает! Может, и несистемная, но соответствующая подготовка у него имеется! До этого он говорил более-менее живым языком. А тут видно, что продумал, что нужно будет говорить. И в эту каюту он вошел, совершенно точно понимая, что будет.

«И всех убил. Хм. Мертвые не говорят?»

– Противников было больше, – между тем рассказывал Тайфол. – Их намерения были мне неизвестны, но я видел, что к моему другу применяется сила. Я не был уверен, что смогу предотвратить какие-нибудь действия в отношении Дариана Аванти, если просто скажу прекратить.

– Хм, устранив угрозу непосредственно господину Аванти, вы могли завершить конфликт? – спросил Мерфолен скучающим тоном.

На самом деле главе было интересно. Тут даже не придется договариваться с совестью! Парень и в самом деле поступил правильно!

– Я пытался, – ответил Тайфол. – Я призвал их остановиться. Но, по всей видимости, действие алкоголя подтолкнуло их продолжить конфликт.

– Вы это так определили, что они были хмельны? – теперь уже интерес в голосе Мерфолена прозвучал явственно.

– В каюте был сильный запах спиртного, – пояснил парень. – Речь была односложной. Координация немного нарушена. К тому же я заметил, что ими удерживается Даяна Кэйфолен. Позже я понял, что, по всей видимости, мой друг пытался остановить действия этих людей именно в отношении нее.

– Позже это после инцидента? – уточнил глава.

– Да, – ответил Тайфол. – В тот момент мне было об этом некогда думать, так как Горад Орфолен и... простите... Ах да, Самир Свейфолен стали проявлять агрессию. И опасаясь за жизнь еще и девушки, я вынужден был им ответить. После устранения угрозы моей жизни я попросил других пассажиров позвать работников судна...

...Тайфол подписал протокол допроса. Перед этим он его прочитал. Еще один штришок. Не сильно важный, мелкий, но он был.

– Эр Тайфол, пока я вынужден попросить вас оставаться на судне, – произнес Мерфолен. – До выяснения всех обстоятельств.

– Разумеется, – кивнул парень, пододвигая протокол к главе.

Когда за ним закрылась дверь, глава хмыкнул. И посмотрел на мага. А еще он заметил, что Аккерман едва заметно кивнул Тентусу.

– Реакции эра Тайфола говорят о том, что он верит в то, что говорит, – скрипучим голосом произнес маг. – Явных свидетельств того, что он говорит неправду, мною не замечено. Методы сокрытия реакций мною также не наблюдались.

– Что же, – вздохнул Мерфолен. – Пока еще, конечно, рано говорить, еще не все участники опрошены. Но мой опыт подсказывает, что эр Тайфол просто был вынужден пресечь незаконные и противные чести действия Горада Орфолена и его окружения. А методы...

– Несмотря на то, что эр Тайфол подтвержденный рыцарь, – продолжил глава стражей, – я думаю, ему просто не хватило боевого опыта, чтобы не доводить дело до смерти противников.

– В том месте, где он будет учиться, – произнес Аккерман, – я думаю, он его наберет. А вот чтобы ему не пришлось больше применять их не на Стене...

Герцог многозначительно оборвал фразу.

– Что же, продолжим работу, – сказал глава стражей. – Афия, пригласите следующего.

Глава 11

Последний день лета, раннее утро. Пятый колесник общества «Пассажирские перевозки Айли». Около Даэрон-Мерии

Саманта ждала их возле каюты, стоя лицом к борту. Когда парни поднялись на верхнюю палубу с нижней, возвращаясь после беседы с капитаном, она никак не отреагировала, продолжая смотреть на реку.

Дариан даже среагировать не успел. Да что там, Аринэль тоже, честно говоря, только уловил, что происходит что-то магическое. Саманта развернулась, ткнула кулаком в сторону Аванти, и того натурально унесло. Аринэль же замер на месте столбом. Потом покосился на Дариана. Тот вяло шевелился, лежа в самом конце палубы.

– Эм, сестренка? – осторожно спросил Аринэль.

При полном молчании его взяли за грудки и потащили в каюту. Дверь будто исчезла, с треском ударившись о стену. Саманта затолкнула брата в каюту (и откуда силы-то?!), зашла сама и с силой жахнула дверью. Ту явственно перекосило.

– Дебил!!! – сверкая глазами, выдала Анти. – Придурок!!! Выкидыш анта!!! Вы чего творите, букубоогота?!! Если не можешь себя в руках держать, оставался бы дома, пас бы лошадей, вместе со своими девками!!! Что, поманила дыркой новая, ты и рванул?!! Семя на мозги давит?!! Что ты молчишь, кутоголовый?!! Если тебе плевать на все, то мне нет!!! Вали нафиг обратно, если такой буйный!!!

Саманта изрыгала все новые ругательства. Аринэль поймал себя на мысли, что некоторые бы неплохо записать. Настоящая леди, оказывается, знала такие обороты, что сделали бы честь иному сотнику. Сестренка прошлась по устройству мозгов брата, которые были совмещены с местом сброса твердых отходов жизнедеятельности, не забыла про методы воспитания путем воздействия на внешние кожные покровы в самых причудливых местах тела, причем разнообразными предметами, начиная от банального кнута и заканчивая применением магических практик. Также ей было предложено введение инородных предметов в анальное отверстие для снижения мобильности отдельно взятого представителя аристократии королевства, который по совершенно дурацкому стечению обстоятельств оказался ее братом. Предметы были разной толщины, подбор которых требовалось производить до требуемой величины снижения активности тупого болотника, сиречь любимого братика. Затем ею был предложен метод ограничения общения с противоположным полом, путем радикального хирургического воздействия, на все выступающие части тела, которыми братец и думает. Дариана она упомянула вскользь, предложив тому самостоятельно утопиться, дабы не смущать ее взор видением такого же дебила, как и братец. Но господину Аванти нужно взять для этого в руки что-нибудь тяжелое, потому что в ином случае содержимое головы не даст ему утонуть.

Аринэль молчал с виноватым лицом. Только иногда вскидывал брови, когда в речи Саманты из нормальных слов оставались одни предлоги...

...В дверь вежливо постучали, через некоторое время после того, как Саманта отбушевала и для того, чтобы успокоиться, отошла к окну. Но она и там продолжала что-то бурчать.

– Разрешите? – в каюту заглянул Трелон Аванти. – Госпожа Тайфол, позвольте присоединиться к вашим комментариям?

Девушка бросила на него злобный взгляд и снова отвернулась. Аванти открыл дверь... И поймал ее. Верхняя петля приказала долго жить. Трелон удивленно вскинул брови.

За ним с мрачным видом стоял Дариан, потирающий грудь. Он сейчас выглядел более потрепанным, чем после после выхода из той каюты.

– Я буду у Улисы, – бросила Саманта, резко развернувшись и стремительно пройдя в сторону выхода.

Дариана она буквально раздавила взглядом. Тот поспешно уступил дорогу разгневанной девушке. А то ведь она одаренная и приложить может...

Братья Аванти зашли внутрь, Трелон прислонил дверь обратно к косяку. Дариан прошел, плюхнулся на кровать и сгорбился.

– Думаю, эпитетов, высказанных госпожой Тайфол, вполне хватит для характеристики ваших действий, – заговорил старший Аванти.

Аринэль прошел к окну и прислонился спиной к стене рядом с ним и сложил руки на груди. Трелон подошел к кровати Аринэля и сел на нее. Посмотрел на парней. Вздохнул.

– Да понял я, – пробурчал Дариан. – Я сильно сглупил.

– И не просто сглупил, – произнес Трелон. – Ты подставил своего товарища. Сейчас вышло так, что ты оказался в стороне. Все камни полетят в Аринэля.

Дариан от этих слов еще больше съежился, склонив голову и не смея поднимать взгляда. Трелон потер лоб.

– Ари, – заговорил он и сделал паузу, подыскивая слова. – Я... Я понимаю. Видел. Скажи...

Аванти снова вздохнул.

– Точнее не так, – произнес Трелон. – Сделанного не вернешь. Но тебе обязательно зададут вопрос, мог ли ты их не убивать.

– Не мог, – тут же ответил Аринэль. – Нельзя было оставлять другую точку зрения.

Трелон поднял на Тайфол удивленный взгляд.

– То есть ты, в принципе, мог их не убивать? – спросил он.

– Я же сказал, – пожал плечами Аринэль. – Не мог. Если бы они остались в живых, то свидетельствовали бы против нас. Кроме того, живые обязательно попытались бы отомстить.

Трелон даже слегка приоткрыл рот от таких откровений. Дариан тоже очнулся от своего самоистязания и ошеломленно смотрел на Аринэля.

– На них уже висели тяжелые обвинения, – тем временем продолжил тот. – Попытка изнасилования аристократки, причем группой лиц. Избиение и лишение свободы еще одного аристократа, который пытался пресечь их преступные действия. Думаю, и еще несколько преступлений, я не юрист, могу ошибаться. Поэтому они бы, выворачиваясь, топили бы нас по полной.

В каюте повисла мертвая тишина, разбавляемая лишь мерным шлепаньем лопастей колес. Братья Аванти смотрели на Аринэля, стоящего у стены со спокойным видом, такими взглядами, словно впервые его видели.

– Кхм, м-да, – произнес Трелон. – И ты про это подумал там?

– В отличие от некоторых, – Аринэль посмотрел на Дариана, который снова опустил взгляд, – я пришел туда, зная, что меня ждет. Не на эмоциях.

Трелон нахмурился и покачал головой. А потом на его скулах заиграли желваки.

– Вас будут допрашивать стражи, – сказал он. – Давайте обсудим, что вы будете говорить. И учтите, врать будет нельзя. Ваши слова будет проверять целитель.

Аринэль слегка удивился.

– Давайте сначала разберемся, что случилось, – произнес Трелон...

Последний день лета. Ближе к вечеру. Даэрон-Мерия. Спецпристань Милита

Аринэль опять полировал свой лук. Просто заняться было больше нечем. Книг он, как-то так получилось, не взял, хоть и хотел. Просто постоянно отвлекался или отвлекали! В замке библиотека осталась только та, которая была на руках. Потом, по пути, он забыл. А затем негде было. Хотел взять книжку, хоть какую-нибудь, у соседки Саманты, так кое-что случилось. Трелон пытал до самого прибытия, а потом, по прибытию стражей на колесник, их всех разделили.

– Эр Тайфол, – в каюту заглянул страж. – Пройдемте со мной.

Стражник при этом как-то странно глянул на лук, лежащий у парня на коленях. Аринэль кивнул, поднялся, убрал лук обратно в чехол, одернул камзол. «Так, что-то стали интересные привычки вспоминаться», – подумал он, поймав себя на том, что сейчас поправил одежду так, словно на нем была форма.

Он вышел в коридор и пошел вслед за провожатым. Тот дошел до первой, с носа, каюты, где Аринэль уже сегодня бывал, открыл дверь.

«Ага», – увидел он всех участников события.

Ну, за исключением тех, кто не смог явиться по техническим причинам. Трелон тоже был тут и, увидев Аринэля, испытующе посмотрел на него (кстати, он же вроде просто свидетель?). Дариан взгляд прятал. Кэйфолен явно нервничала, неосознанно, видимо, теребя оружейный пояс и смотря куда-то в стену.

Комиссия уменьшилась. Перед ними сидели только трое. Мага не было. Еще у дверей стояли двое стражей.

– Стражной комиссией Милита Даэрон-Мерии, – заговорил характерным «судейским» тоном Аннор Мерфолен, – было расследовано происшествие, произошедшее...

...расследование завершено. На основании указания королевской канцелярии за номером... от сотого дня лета 417 года новой династии, установление дальнейшего статуса лиц, участвовавших в данном происшествии, будет произведено коронным судом королевства Та-Релия. Председатель судебного заседания, его величество, король Та-Релии, герцог Церантона, маркграф Меридис Деннар Релия Меридис Вестфолен. Члены комиссии: глава Милита Даэрон-Мерии тысячник Аннор Мерфолен, глава Дознания королевства Та-Релии герцог Левиан Аккерман. Секретарь суда – Афия Септи. У подсудимых и свидетелей есть возражения по составу суда?

«Опа, ничего себе, как быстро суд собрался. Прямо не отходя от кассы. Ну и да, попробуй тут возрази, – Аринэль хмыкнул про себя. – Если не согласен, то к кому идти? К императрице?»

Отрицательно мотнула головой только Кэйфолен. Остальные просто промолчали.

– Ознакомившись с результатами проведенных следственных предприятий и с выводами стражной комиссии, судом было установлено...

Мерфолен сделал паузу, оглядев присутствующих.

– Барон Горад Стофус Орфолен и баронет Самир Лейман Свейфолен признаны виновными в совершении действий по незаконному ограничению свободы и покушении на жизнь барона Дариана Сеанэ Аванти. Также барон Горад Стофус Орфолен признан виновным в организации группы, по совершению вышеупомянутых действий, в отношении аристократа королевства. Бароном Горадом Стофусом Орфоленом не были предварительно публично предъявлены имущественные, репутационные или иные претензии барону Дариану Сеанэ Аванти, его действия были совершенны под воздействием возникших личных неприязненных отношений. Также по результату обследования тел было установлено, что барон Горад Стофус Орфолен и баронет Самир Лейман Свейфолен в момент совершения преступных действий находились в состоянии опьянения. Данные действия не подпадают под действие законов, касающихся защиты чести и достоинства аристократа королевства и характеризованы коронным судом как действия подданного королевства Та-Релия Горада Орфолена, совершенные группой лиц по предварительному сговору в отношении аристократа королевства Та-Релия барона Дариана Сеанэ Аванти.

На основании вышеизложенного, действия барона Аринэля Леваннара Тайфола, рыцаря Тэйдэяхан, касающиеся пресечения упомянутых действий подданных королевства Та-Релия, признаны коронным судом как полностью обоснованные. Уровень силы, примененной бароном Аринэлем Вайлири Тайфолом, соответствовал уровню угрозы со стороны вышеуказанных подданных королевства, в отношении барона Дариана Сеанэ Аванти и в отношении самого барона Аринэля Леваннара Тайфола. Бароном Аринэлем Леваннаром Тайфолом до применения силы были предприняты все необходимые предварительные действия, для пресечения незаконных деяний насильственного характера подданных королевства в отношении аристократа королевства Та-Релия.

«Силен!» – про себя восхитился Аринэль, смотря на главного стража столицы, который говорил это без бумажки!

– Решение коронного суда вынесено в сотый день лета 417 года новой династии, – Мерфолен перевел дух и, подпустив в голос торжественности, завершил: – Председатель суда его величество, король Та-Релии, герцог Церантона, маркграф Меридис, Деннар Релия Меридис Вестфолен.

Даяна стояла и хлопала глазами. На ее лице было написано недоумение. Ну, еще бы, про нее ведь ни слова не было сказано.

– Простите, но... – пролепетала девушка.

– Госпожа Кэйфолен, – строго посмотрел на нее главный страж. – У вас есть сомнения в компетенции коронного суда?

– Нет, – Даяна смутилась.

– Тогда, господа, – Мерфолен окинул взглядом комнату. – И дамы. Милит Даэрон-Мерии больше вас не задерживает. И я надеюсь, что мы с вами более никогда не увидимся, по похожему поводу.

Главный страж характерно посмотрел на Аринэля. Все бывшие подсудимые и свидетель поклонились...

* * *

Аринэль усмехнулся, когда Саманта, сверкнув глазами и хмыкнув, пошла впереди. Шли они все налегке, багаж уже забрали люди Аванти. Только вот свое оружие Аринэль им не отдал. Может, это паранойя, но каждый раз, когда он оказывался без оружия, происходило что-нибудь, где это самое оружие требовалось. Даже чехол с луком и десятком стрел в небольшом туле, который имелся на чехле, были при нем.

Трелон сказал, что все поедут в их особняк. Все, это значит, все. В том числе и Даяна Кэйфолен. Почему?

Даяна, когда они вышли из «судейской» каюты, бухнулась на колено. Нет, не потому, что она устала. Так тут было принято среди аристократов приносить извинения. И да, это не просто так похоже на ритуал принесения вассальной присяги (кстати, ее тут приносят только королю, ну и, наверное, в империи тоже самому главному, точнее главной). Аристократ, таким образом, признает за собой долг. Не вассальный, но серьезный не менее. Насколько Аринэль помнил, точнее извлек из памяти, которая ему досталась, отплатить долг можно, только совершив поступок не менее важный... А Даяна еще (молодость, время радикальных действий) взяла и признала, публично (!), что она признает Долг Жизни. В переводе с официального канцелярита на нормальный язык, девушка обязалась служить всю жизнь. Отличие Долга Жизни от вассальной присяги только в том, что бенефициару такого долга служит только тот аристократ, который поклялся. Сначала Аринэль еще имел слабую надежду спихнуть эту должницу на Дариана, но Даяна, упрямая... женщина, четко и ясно произнесла имя того, кому эту клятву приносит. И не просто имя рода, а конкретно Аринэля. Ну да, она же его только что слышала...

Даяна, полыхая щеками (у нее что, повышенное давление?), поднялась. И тут Трелон Аванти и сказал, что они поедут к ним, Аванти, в гости. Потому что переходить уже поздно. На губах старшего Аванти при этом играла какая-то ироничная улыбка. Всем весело, значит... А бедный парень с Пограничья должен отдуваться. Аринэль посмотрел на Дариана ласковым взглядом инквизитора. Тот отвел взгляд в сторону, но Ари был готов поклясться, что этот антов защитник униженных и оскорбленных ухмыльнулся. Ну, ничего, барон Аванти, ничего... Сейчас по пути разберем особенности проникновения в помещение, при противодействии противника...

...Сойдя наконец-то с колесника, они пошли к выходу с территории порта. И тут Даяна снова отожгла. Оно поковырялась в своей сумке (ее багаж, понятно никто не забирал), вытащила из нее тощий кошель и протянула Аринэлю.

– Милорд, здесь немного... – начала было она и чуть не споткнулась, натолкнувшись на злой взгляд парня.

Впереди идущий Дариан что-то подозрительно часто задышал. Саманта, обернувшись, фыркнула. Трелон просто в открытую ухмыльнулся.

– Даяна... – Аринэль с большим трудом сдержал рвущийся наружу мат. – Какого ху... дожника, а?

– Все, что принадлежит мне, отныне ваше, – девушка это произнесла уверенно, похоже, что-то заученное.

– Да?! – сверкнул глазами Аринэль. – И тру... нижнее белье тоже?!

Девушка уже привычно зарделась, потупилась.

– Если такова ваша воля, милорд... – буквально прошептала она.

– А-а! – рыкнул, не выдержав Аринэль.

Он схватил кошель, потом шагнул к девушке, сдернул с ее плеча сумку, забросил туда кошель и повесил сумку уже себе на плечо.

– Вперед иди, – мрачно сказал он, мотнув головой. – Герой сказаний, на.

Даяна неуверенно шагнула в указанную сторону. Аринэль, оскалившись, посмотрел ей вслед, вздохнул.

«Благие деяния всегда наказуемы! – думал он, двинувшись следом. – А еще точнее, инициатива всегда имеет инициатора!»

Аринэль опять вздохнул. Выдохнул.

– Даяна, – позвал он девушку.

Ну, а чего уж тут играть в соблюдение правил общения? Уже достаточно познакомились.

– А ты куда ехала-то вообще? – поинтересовался Аринэль.

– Я поеду с вами, куда бы вы ни направлялись, – твердо ответила девушка.

Аринэль чуть не пробил фейспалм.

– Даяна, – произнес он притворно ласковым голосом. – Я спросил, что ты будешь делать дальше?

Девушка непонимающе нахмурилась.

– Нет, да? – язвительно сказал Аринэль. – Так куда ты ехала, можешь мне ответить?

Даяна смутилась.

– Я... – девушка опустила глаза. – Но я же...

– Даяна! – рыкнул парень.

– Я должна была поступить в Академию, в Гвардейский Корпус! – неожиданно четко и твердо ответила Даяна, вскинув голову, словно новобранец перед офицером.

– О как, – удивился Аринэль. – Занятно. Что же, тебе не придется даже менять своих планов.

– Братик! – рядом как-то неожиданно оказалась Саманта. – Я правильно услышала, эта твоя... поедет с нами?

Голос сестренки был точно такой, который она использовала, когда ее что-то сильно злило. Тонкий и милый, до приторности.

– Не эта, а Даяна, – Аринэль вперил в Анти весьма недобрый взгляд.

Честно говоря, просто устал. Вот что-то враз все надоело. Саманта, оценив вид брата, предпочла воздержаться от дальнейших комментариев. Она, словно ничего и не случилось, подхватила Аринэля под руку.

Процессия проследовала к выходу. Впереди, с гордо вскинутыми головами и таким видом, словно они идут отдельно, шли Талия и Мариан. За ними супружеская пара Аванти. Потом Дариан, погруженный в свои мысли. Даяна шла с таким лицом, словно была в авангарде отряда.

«Интересно, а на чем мы поедем? – думал Аринэль. – Или пешком пойдем?»

Сестры Аванти уже выходили из ворот. Сидящий в будке возле них хмурый мужик проводил их пристальным взором. Как и всех остальных, собственно.

А возле ворот их ждали два открытых экипажа. Транспорт представлял собой кузов, с железными колесами... который были, как это сказать... Обода колес были обернуты слоем очень грубой кожи. Непонятно, что было под ней, но выглядело это как шины. Плюс к этому кузов стоял на продольных листах рессор, которые уже крепились к колесным балкам. В кузове имелись два дивана, напротив друг друга. Позади сиденьев имелся сложенный тент. Для более удобной посадки внизу дверцы кузова имелась лесенка из двух ступенек.

Сестры Аванти и Трелон с женой направились к первому. Кстати, правили этими шайтан-машинами две женщины средних лет, в длинных черных платьях служанок, вороты и манжеты рукавов этих платьев были радикально белыми. Когда их «клиенты» вышли из ворот, женщины, стоящие возле дальнего экипажа, тут же повернулись, и одна подошла к своему транспорту.

– А ты куда это? – положил на плечо Дариана руку Аринэль.

Парень, нацелившийся уже идти вместе с братом, вздрогнул и опасливо посмотрел на товарища.

– У меня есть, что тебе сказать, дорогой друг! – зловеще ухмыльнулся Ари и кивнул в сторону ближнего экипажа.

* * *

Улица, по которой они ехали, была совершенно обычной. Даже дико обычной. Трехэтажные дома, на фасаде которых кое-где имелись выщербины. Если бы крыши этих домов не были, как тут принято, высокими и острыми, а дорога мощеной, а не асфальтированной, то можно было подумать, что они едут по какому-нибудь провинциальному городу средней полосы России. Во времена СССР. Тут не было этого налета обреченности, не чувствовался он. Дети возле домов играли возле домов и самозабвенно кричали во все горло. Тротуар от дороги отделяли явно специально высаженные умэйи. Люди, пусть и в простых одеждах, но прогуливались, а не торопились побыстрее юркнуть в свои жилища. Стражи, стоящие возле поста, разговаривали с группой молодых людей. А на их поясах не было мечей, только дубинки, заметил Аринэль. А еще он выхватил, что позы стражей не были напряженными. Пусть лица и строгие, но видно, что мужчины просто ведут воспитательную беседу.

А еще взгляды, которыми провожали экипажи. Они не были наполнены злобой. Зависть была, удивление. Интерес. Но не тяжелая ненависть простолюдинов к аристократам. Значит, тут живут, может, и не особо богато, но не в нищенских условиях. Возле домов были клумбы, кое-где беседки, где сидели люди явно почтенного возраста.

– Вот скажи мне, дружище, – заговорил Аринэль сидящему напротив Дариану, – ты чем думал, когда входил в каюту, без оружия, на четырех противников?

Сиденья в экипажах были расположены так, что пассажиры сидели лицами друг к другу. И Аринэль пресек намерение Дариана сесть рядом с ним и указал располагаться напротив. Рядом с Ари села Саманта (предварительно предупреждающе полоснув взглядом по Даяне). И теперь с явным удовольствием изображала леди, выехавшую на прогулку. Шляпу только ей пришлось снять и положить на сиденья рядом (мест было три на каждом диване). Этот момент она использовала, чтобы сесть к брату вплотную. Даяна на это смотрела несколько удивленно.

Дариан на вопрос Аринэля потупил взор. Ответ ясен. Надели сияющие доспехи и ломанулись в бой.

– Может, позже обсудим? – буркнул Дариан.

– Ну почему же?! – с нарочитым удивлением произнес Аринэль. – Тут уже все свои! Вот Даяна даже вместе с тобой учиться будет. Ей тоже, думаю, полезно узнать про особенности боя в небольшом помещении.

Упомянутая особа смотрела на Ари уже не с некоторым, а вполне серьезным удивлением. Потом перевела взгляд на Дариана.

– Да-да, Даяна, – сказал Аринэль. – Этот... резкий, как понос, молодой человек будет учиться с вами.

– Милорд, а... – начала было девушка.

– А мы с Самантой по соседству, – пояснил Аринэль. – В центральном корпусе.

На лице Даяны проступило удивление, даже некоторое ошеломление. Саманта, естественно, тут же задрала носик, и по ее губам проскользнула улыбка превосходства. Аринэль при виде этого только головой покачал. Тут с правой стороны кончились склады, улица выбежала на набережную и открылся красивый вид на реку. По водной глади скользили небольшие парусные лодки, с ослепительно-белыми парусами. Да и сами лодки были ярко раскрашены в самые разные цвета. Они сновали ближе к берегу. Чуть подальше неторопливо шлепал колесник, тоже нарядный, белый, между мачт натянут... как его... леер, кажется, на котором болтались разноцветные флажки. Колесник был меньше того, на котором они сюда приплыли, и вместо надстройки у него была открытая палуба. И на этой палубе явно веселились.

Дальше, на стрежени, ближе к другому берегу, не спеша двигались грузовые колесники, таща за собой баржи. Причем в обе стороны, образуя ясно видимый поток. Противоположный же берег реки был довольно-таки далеко. Но там тоже просматривались строения и даже пристань, кажется.

– Слушай, Даяна, – произнес Аринэль, когда все насмотрелись на картинку. – А ты что, так меня и будешь звать милордом?

Девушка перевела удивленный взгляд на парня.

– Понятно, – понял Аринэль. – Знаешь, это... Как бы сказать... Слишком... Серьезно, что ли. Давай ты меня по имени звать будешь, хорошо?

– Но... – начала было возражать Даяна.

– Подожди, – вскинул руку Аринэль. – Тут вот какие...

– Брат мой, – заговорила Саманта. – Невместно, когда аристократ ниже статусом фамильярно зовет старшего по имени.

– Анти! – вроде бы слегка улегшееся у Аринэля раздражение вновь поднялось в груди.

Саманта в ответ изобразила на лице удовлетворение.

– Значит так, Даяна, – снова обратился к новой... подчиненной Аринэль. – Когда будет официальное что-то, зовешь меня милордом, ант с тобой. А так Аринэлем. Ясно?

Что-то просьба прозвучала как приказ. Даяна даже лицом посуровела и кивнула.

– Ясно, ми... Аринэль, – серьезно сказала она.

Ари только вздохнул.

– Так, вернемся к предыдущей теме, – чуть оскалился Аринэль, посмотрев на Дариана.

Теперь вздохнул уже он. Но возражать не стал, понятно.

– Вот ты увидел, что четверо типов вваливаются в каюту, – заговорил Ари менторским тоном. – Как ты сделал, уже известно. Что надо было сделать?

– Оценить силы, – буркнул Дариан.

– Ну, давай, оценивай, – Аринэль сложил руки на животе и откинулся на спинку.

– Их четверо, я без оружия, – забубнил Дариан, а потом поморщился. – Да я увидел, как они деву... Даяну ударили, и словно переклинило!

– Вот чтобы, когда даже переклинивает, ты не ошалел в атаке, и нужно тренироваться, – наставительно произнес Аринэль. – Когда так происходит, ты делаешь то, чему тебя научили. Первое, оценить силы. У тебя под боком были ДВА бойца, замечу, получше тебя. Да хотя бы меня позвал! Два шага же! Я бы прямо из дверей этих товарищей стрелами утыкал.

– А почему ты так и не сделал? – как бы невзначай спросила Саманта.

– А потому что кое-кого уже положили на пол, – ответил Аринэль. – И ант его знает, что бы дальше делать стали. А лук я не взял потому, что даже не предполагал, что кое-кто попрет тараном в каюту.

Аринэль перевел дух. Дариан снова сгорбился. Даяна смотрела на Ари так, словно увидела мессию. Даже рот приоткрыла.

– Я тоже, конечно, затупил изрядно, – произнес Аринэль. – Расслабился, наверное. Надо было взять, конечно, лук. Просто... Да что уж теперь.

Парень махнул рукой. А экипаж все ехал вдоль берега. Дома слева постепенно стали меняться. Сначала они приобрели некий лоск, говоря о том, что в них живут люди побогаче, чем у порта. Потом их сменили двухэтажные особняки, стоящие уже не так плотно и имеющие вокруг себя небольшие лужайки и даже небольшие парки. Возле этих домов попадались экипажи, типа того, на котором ехали они, только погрубее видом. Правили ими мужчины и женщины в серых длинных плащах. И с довольно, скажем так, простыми лицами. А вот их пассажиры имели вид респектабельный и были прилично одеты.

Проехав еще, экипажи повернули влево, на довольно широкую улицу. Она вдали упиралась в стену, а точнее в ворота в этой стене. И тут первые этажи зданий были заняты разнообразными лавками. Аринэль подметил, что справа вывески были гораздо красивее, чем слева. Тротуары с обеих сторон были широкие, вольготные. Вдоль улицы стояли столбы, на которых были закреплены кристаллы уличных фонарей. Стояли лавочки, прохаживались гуляющие. Часто попадались парочки (а также троечки, четверочки). У Аринэля возникло ощущение, будто он попал в какой-то европейский город. Там тоже еще сохранились в старых городах вот такие места.

Экипаж доехал до конца улицы, повернул направо и поехал вдоль стены. Стена была не сильно высокой, метров пять. И не выглядела средством против внешней угрозы. Не имелось башен, зубцов по верху. По стене не ходили воины. Похоже, она была просто памятником прошлого. Интересно, зачем она вообще была построена?

Вдоль стены доехали до очередной набережной. По пути проехали еще одну улицу. В смысле улиц проехали много, просто эта была тоже широкой. И на ней Аринэль тоже увидел множество вывесок, большие окна-витрины, а народу здесь было еще больше.

После второй широкой улицы они явно попали в богатый район. Сначала, пока ехали вдоль стены, справа шли улицы с небольшими двухэтажными особняками, которые имели собственные дворы, обнесенные каменными заборами. Потом, когда стена уперлась в берег, и они выехали на очередную набережную, пошли и вовсе целые парки, где от ворот шли дорожки вглубь владений. Вот тут точно жили аристократы, причем весьма не бедные. Редкие прохожие были в основном одеты в одежду слуг. Вдоль набережной шла пристань, возле которой качались на воде небольшие, но нарядные колесники и парусные яхты.

Даяна увлеченно крутила головой. Саманта несколько насмешливо смотрела на нее, будто всегда жила в таких местах. Дариан сидел с мрачным видом, смотря в сторону невидящим взглядом.

– Запомни это ощущение, – произнес Аринэль уже спокойно.

Дариан перевел на него вопросительный взгляд.

– Для того, чтобы вспомнить в следующий раз, – пояснил Ари. – И, Дари...

Аринэль зло улыбнулся.

– Если бы ты прошел мимо, я бы тебе руки не подал.

* * *

Подъехав к воротам очередной усадьбы, экипажи остановились, ожидая, пока им откроют. Половинки ворот, сделанные из кованых железных прутьев, открывал пожилой мужчина в серой рабочей одежде. Когда экипаж с Трелоном Аванти проезжал мимо него, он уважительно поклонился.

Дорожка, отсыпанная мелким щебнем, практически песком, прошла через аккуратный, прямо-таки идеально ухоженный сад. Аринэль успел заметить небольшую беседку, рядом с декоративным прудиком. Просто идиллическая картинка, видно, что хозяева люди не бедные, а также то, что слуги тут работают, как положено. Собственно, вспоминая Арантон, трудно было ожидать, что люди, управляющиеся с немаленьким городом, не смогут разобраться с небольшим поместьем. Экипажи, обогнув круглую клумбу, подъехали к крыльцу двухэтажного особняка. На нем стояли в ряд четверо женщин, в одежде служанок, а первым в этом ряду был степенный мужчина в строгом черном костюме. Он и подошел к первому экипажу, чтобы открыть дверь. Ко второму подошла пухлая женщина, стоящая в «строю» рядом с дворецким (ну, а кто это еще мог быть).

– Доброго вечера, господин Аванти, – сказал мужчина, с поклоном.

– Здравствуй, Аремий, – ответил Трелон, вылезая из экипажа и подавая руку своей жене.

– Господин Дариан! – радостно улыбнулась женщина, подошедшая ко второму экипажу.

Дари невольно улыбнулся в ответ.

– Добрый вечер, аша^[56], – улыбка парня была доброй и искренней.

Глава 12

Ужин Аринэль позорно проспал. Сел на кровать в выделенной комнате, задумался... А когда очухался, то обнаружил себя лежащим на кровати, с мечом в руках. Словно позировал для плаката «Постоянная бдительность». Но это было еще не все. День выдался, видимо, слишком напряженным. Да и вообще, как-то много приходилось напрягаться в последнее время. В общем, на нем лежала Даяна, которая хрен знает как очутилась в его комнате! А лежала она потому, что Аринэль ей вывернул руку и, придерживая ее правой рукой, левой уже примерялся резануть по шее мечом, который был наполовину вытащен из ножен.

– Ми... м-милорд?! – с явственным испугом произнесла Даяна.

– Даяна? – выдал Аринэль первое, что пришло в голову.

Он задвинул меч в ножны и отпустил девушку. Последняя тут же чуть ли не телепортировалась в угол комнаты. М-да! И как теперь убедить ее, что он не отмороженный вояка, который спит... м-да... и видит, как кого-то режет?

– Да, братец, – раздался голос Саманты.

Сестренка вошла в комнату, подошла к кровати.

– Я знала, что ты у меня не подарок, – произнесла она. – Но чтобы настолько...

– Твоих рук дело? – поинтересовался Аринэль.

– Кто же знал, что на присутствие женщины ты вот так среагируешь? – ответила Анти. – Вроде раньше ты в таком не был замечен. По-другому... совсем по-другому реагировал!

Аринэль сел на кровати, провел ладонью по лицу. Посмотрел на Даяну, смотрящую на него, как на только что выпавшего из ада демона, по шею измазанного в крови девственниц. Вздохнул.

– Сестренка, – произнес он, – мне Дариана хватило по самое горло. Теперь ты чудить начала? Теперь мне что, чтобы нормально отдохнуть, тебя связывать придется?

Саманта слегка смутилась.

– Прости, – пробурчала она, теребя поясок платья.

Аринэль посмотрел на нее и покачал головой. Саманта явно специально использовала вид раскаивающейся девочки... лет семи.

– Какого... вы вообще делаете в моей комнате? – поинтересовался парень.

– Так на ужин позвали, – Саманта подпустила в голос грусти и забубнила, смотря в пол. – Вот я и хотела, чтобы братика разбудила девушка. Порадовать хотела.

– Анти, давай без этих игр, – ответил Аринэль. – Можно подумать, ты сейчас вину чувствуешь.

– Немного есть, – Саманта резко перешла на совершенно спокойный вид.

Даяна выпучила глаза уже на нее. Да-а! Вот теперь у нее мнение о семейке Тайфолов сложилось еще более интересное! Наверное, думает: «Куда я попала?!» Брат, отбитый упырь, которому человека прирезать просто за счастье. Сестра его – прожженная интриганка, клейма поставить негде.

«А она не права?» – язвительно заметил внутренний голос.

У Аринэля настроение как-то резко пошло вниз. Он поморщился, словно зуб заболел.

– Даяна, – сказал он. – На будущее. Если будишь человека, который, скажем так, бывал... на Стене, то никогда не подходи к нему сбоку или сзади. Надо было подойти спереди и потрясти за ногу. А перед этим убедиться, что у него ничего нет в руках.

У Даяны, кроме шуток, упала челюсть. Даже Саманта приподняла брови.

«Ну, вообще отлично. Пять, господин барон! Круче было только в открытую признаться, что ты на всю голову военизирован!»

Аринэль вздохнул. Да, надо отдохнуть. А то... Проболтаешься, что с дьяволом водку пил.

– Дамы, выйдите, пожалуйста, а то мне надо переодеться к ужину, – произнес Аринэль, сделав жест в сторону двери.

– Ой, да что... – Саманта запнулась, увидев узкие глаза брата и его взгляд, обещающий ей в случае продолжения что-нибудь нехорошее. – Конечно, братик!

* * *

Ужин проходил в довольно небольшом помещении, которое, тем не менее, четко давало понимать, что тут кушают «свои». Все было просто и одновременно... нет, не дорого. А выверенно. Стол был ровно такой, какой нужно для ужина хозяев и небольшого числа гостей, которые должны быть, очевидно, при этом друзьями. А последних обычно бывает немного. Даже, думается, просто полезных людей сюда не приглашают, потому что смысл этим полезным, но не друзьям, кушать с домочадцами в совсем домашней обстановке? Для этого можно использовать обычную трапезную.

Обычный деревянный стол без «логотипов». Оно и логично, все, кто тут обедают, либо носят на груди герб, который тут был бы, либо прекрасно знают, кто тут живет и как выглядят гербы хозяев. Так и во всем прочем. Не было тут репутационных маркеров. Стулья вроде обычные, деревянные, не слишком удобные... для длительной беседы. Ну, так уважаемые гости, которые тут обедают, будут беседовать с хозяевами в других местах. Сервизы тоже без гербов, но отчетливо приятно держать в руках чашку из какого-то молочного цвета материала, который сильно напоминал фарфор. А еще чашки были очень легкие, словно бумажные. Служанки ходили редко и спокойно, словно у себя на кухне, без особого напряжения и не меняли блюда, так как вся еда уже стояла на столе, как и посуда. И первое, то есть суп, уже стоял, налитый в тарелки. У Аринэля возникло такое чувство, будто они сидят в трапезной замка Тайфол. У отца тоже не было таких порядков, что слуги должны тенями скользить по помещению и ловко, дабы не нарушить покой хозяев, менять им блюда.

Деревянные панели не темные и не светлые. Нейтрально коричневые. Телесного цвета шторы уже были задернуты и светильники давали неяркий, мягкий свет, почти без теней. И опять эта самая выверенность. Светильников было ровно столько, сколько надо, чтобы создать спокойную атмосферу, но одновременно, чтобы все было прекрасно видно.

А все-таки в этих традициях аристократов что-то есть. То самое, не выпячиваемое напоказ, тончайшая грань, отделяющая просто богатую обстановку от изысканной. Это, наверное, и называется благородство. Когда воспитание, образованность, манеры – они есть по умолчанию. А ведь дети аристократов, они понимают это как базовый уровень. И когда рядом сидят те, кто не был в этом базовом уровне с детства, разница сразу ощущается. Вот Даяна, она явно чувствует себя не в своей тарелке, едва зашла в трапезную. А Аринэль почему-то напряжения не ощущал. Он даже не задумался, когда выдвинул стул сестре, а потом Даяне. Логично, слуг нет, а с дамами пришел он. И вот это понимание, что он сделал, пришло уже после того, как он сам сел.

Гостям оставили места вдоль одной стороны стола. Старшие Аванти сели, естественно, во главе. Аринэль сидел ближе к ним (вот опять – даже не подумал, когда так садился), дальше Саманта и Даяна (и тоже, как их посадить, пришло само собой). Напротив Аринэля с другой стороны стола сидел Дариан и сестры Аванти.

Вид Даяны, которая иногда бросала на Аринэля удивленно-задумчивый взгляд... и, чтоб ее, зависала в таком состоянии, естественно, был отмечен. Трелон и Улиса Аванти едва заметно понимающе улыбнулись. Вопрос был в том, чему они там улыбались и что поняли... Талия и Мариан поставили девушку в игнор, потому что им было очевидно, что она такая же военщина, как их брат и его отмороженный дружок. Саманта, как обычно, являла собой образец великосветской сте... леди и изящной улыбкой посылала на... все четыре стороны всех желающих. Дариан на лицо остался спокойным, лишь в первые минуты у него было удивление. А потом, улучив момент, он еле заметным кивком в сторону Даяны и вопросительным поднятием брови спросил, в чем дело. Аринэль ответил жестом, что все в порядке. Да, хотелось бы ему самому в это верить!

«Хм, а может наоборот, еще больше пожестить? Она сама и сбежит от такого „милорда“? Дьявол, да не смотри ты меня! Тут уже, похоже, все уже уверились в том, что я сделал с тобой что-то интересное!»

Первые минут пятнадцать посвятили еде. Даяна наконец-то перестала пялиться, у нее появилось, похоже, другое и весьма непростое дело. Поесть, как аристократка. Получалось, честно говоря, не очень. Она была вся зажата, ложку подносила так осторожно, будто касалась губами раскаленной поверхности.

Когда закончили с первым и Аринэль обслужил дам, наложив им в тарелки серебряными щипчиками что-то вроде голубцов (фарш, завернутый в лист. Лист на вкус совершенно непонятный, трава травой), к парню, держа в руках вилку (очень похожа на земную, только совершенно плоская и с пятью зубцами) и нож, обратился Трелон.

– Аринэль, – произнес старший Аванти, отрезая кусок голубца. – Я буду писать отцу. Уверен, ты тоже. Хотелось бы согласовать наши сообщения, чтобы родные не подняли панику.

Трелон не спеша положил в рот голубец и вопросительно посмотрел на Тайфола. Тот взял в свою очередь инструменты и произнес:

– Думаю, отцам надо писать так, как есть, – сказал не спеша парень. – А мамам они и сами сообразят, что сказать.

«А о чем умолчать», – мысленно добавил Аринэль и, судя по понимающему кивку Трелона, он подумал примерно то же самое. Склонившись над тарелкой, Аванти продолжил:

– Насчет завтра, – его нож аккуратно разрезал пищу. – Думаю, вам надо переходить с самого утра. Чтобы в Даннеране вы были в обед.

Аринэль слегка нахмурился и, наткнув на вилку кусочек голубца, не торопясь отправил его в рот.

«Неожиданные сведения, – подумал он, жуя. – Думалось, что порталы – вещь мгновенная. А оказывается, нет. Вот почему о таких вещах я узнаю случайно?»

– Да, так будет лучше, – произнес Ари.

– Я к чему это говорю, – произнес Трелон, занимаясь новой разделкой. – Вам тогда с утра лучше не завтракать. С непривычки...

Тут Трелон, придерживая свой кусок, покосился на остальных, видимо не желая портить аппетит.

– В общем, вам может стать дурно, – закончил он фразу.

«И еще новости! Черт, да сколько же можно?!» – Аринэль чуть нахмурился, готовя еще одну порцию для употребления.

– Благодарю за совет, – Аринэль «кивнул поклоном».

Это когда подбородок опускается медленнее, чем обычный кивок, и при этом спина слегка отрывается от спинки.

– Мы им обязательно воспользуемся, – продолжил парень. – Может быть, есть еще какие-то тонкости?

Трелон задумался, прожевывая еду.

– В империи лучше не бряцать оружием, – произнес Трелон и с иронией посмотрел на своего младшего. – Вигилы, особенно в столице, сначала предпочитают нейтрализовать все стороны конфликта, а потом разбираться. Особенно в отношении нас.

– Нас? – слегка удивился Аринэль, приподняв брови.

Трелон положил вилку и нож возле тарелки и взял бокал с вином.

– У имперцев несколько предвзятое отношение к выходцам из королевств, – ответил Трелон и пригубил из бокала. – Если говорить коротко, они считают нас дикарями.

– Если кто-то ведет себя, как дикарь, – вставила Талия, не поднимая головы.

Негромко, вроде ни к кому конкретно не обращаясь, но яду в голосе хватало. И все присутствующие прекрасно поняли, кого конкретно имела в виду девушка.

«Хвала богам, не мое это дело – их воспитание», – с облегчением подумал Аринэль.

Трелон посмотрел на сестру с плохо скрытым раздражением. Оно и понятно. Во-первых, она, как ни крути, хозяйка. Одна из, но все же. А сейчас, пусть и не явно, но сделала замечание ладно брату, гостям. Хорошо, гостю. Аринэля она имела в виду, если быть конкретнее. Замечание сделала, дальше что? Назвала гостей не умеющими себя вести людьми. По идее, чтобы сохранить свою репутацию, Тайфолам надо сейчас встать, выйти из трапезной, а затем и из дома. Если хозяева считают тебя невоспитанным, то, разумеется, находиться ты у них больше не можешь. Вот как так получается, что Трелон, Дариан, они с головой дружат, а вот эти дамы будто мозг выключают периодически? Или им факт пребывания в империи так голову вскружил, и они считают себя выше? Вот Улиса, она сейчас выше статусом, чем эти пигалицы. Она жена наследника и пока единственная. И вообще, будет всегда старшая. Но она почему не считает нужным непременно что-то вставить. При этом есть уверенность, что она если заговорит, то по делу и вежливо. Вон, помнится, Трелона куда-то там не пустила, значит не безвольная. Умная она, вот и все.

– Я прошу прощения за резкие слова моей сестры, – произнес Трелон. – Уверен...

Он буквально припечатал взглядом Талию. Та при этих словах вроде бы вскинулась, но натолкнувшись на взгляд брата, стушевалась. Значит, не все так плохо, просто нужно, чтобы девочки столкнулись с реальностью. А пока они, по всей видимости, пребывают в своих розовых замках.

– Уверен, – твердо продолжил Аванти. – Талия просто устала и несколько растерялась в выборе слов и поэтому ее фраза прозвучала двусмысленно.

Трелон продолжал прямо-таки сверлить сестру взглядом. Та сначала держалась, натянув каменную маску. А потом ее глаза гульнули, на лице появилось выражение досады и отвращения.

– Я... прошу... прощения, – буквально прессом выдавила она из себя, опустив взгляд. – Я, наверное, и вправду устала.

Аринэль держал на лице учтивую нейтральную маску. Саманта тоже, но она так смотрела на сидящих напротив дам, что те в ответ совершенно явственно окрысились. Все-таки женщины, это просто нечто. Ничего не сказать, ничего не сделать, а тебя либо любят, либо ненавидят. Либо бьют. Кстати, Анти правильно делает, что молчит. Гостям сейчас лучше сделать вид, что ничего не произошло. И это из той же оперы. Воспитанные люди не акцентируются на неправильном поведении другого человека. Если тот, конечно, не настаивает, чтобы на него обратили внимание. Кстати, можно же увести разговор в правильном направлении. Никому ведь не нужны за спиной недоброжелатели, да еще такие, которые могут очень точно подгадить?

– Талия, можно вас кое-что спросить? – произнес Аринэль.

Девушка посмотрела на него с подозрением. Трелон, кстати, тоже. Более того, он явно заволновался. Да и Дариан напрягся как-то. Черт, и Улиса внимательно слушает. Даже сестренка и та сделала серьезную мину на лице, будто готовясь к драке. Сидящая рядом с Талией Мариан пристально так взглянула, словно превентивно готовясь обороняться. Одна Даяна сидела погруженная в свои мысли. М-да, отличная репутация приобретена, ничего не скажешь.

– Вы уже учитесь в Академии, – продолжил Ари вежливо-нейтральным тоном. – Наверняка там есть неписаные правила, которые не менее важны, чем официальные.

Талия ответила не сразу, смотря на Аринэля все с тем же подозрением. Аринэль в ответ обозначил улыбку уголками губ.

– Мы с Мариан учимся в Юлисанском Корпусе, – нехотя произнесла она. – Мы не слишком много знаем о порядках в Центральном и Гвардейском.

Аринэль слегка улыбнулся.

– Вот видите, – спокойно заметил он. – Вы называете корпус для магов «Центральным». Уже особенность, которую, благодаря вам, мы узнали заранее.

Трелон выдохнул, и на его лице проскочило облегчение. Дариан двинул бровями и перевел взгляд на свою тарелку. По губам Саманты почему-то проскочила улыбка превосходства. Аринэль, демонстрируя заинтересованность в беседе, положил столовые приборы.

– Скажите, Талия, – произнес парень. – Вот вы говорите, есть корпуса. А между корпусами какие отношения? Я имею в виду можно ли, например, «гвардейцам» приходить на территорию вашего корпуса?

– Ученики любого корпуса могут передвигаться по всей территории академии, без ограничений, – тут же выдала чуть не чеканным голосом Талия, а потом с чего-то нахмурилась.

Однако. Видимо, это какое-то жесткое и вполне официальное правило, причем натурально вбиваемое в головы учеников, раз она так шпарит, как по написанному.

– Только на территории карантинов запрещено заходить, – добавила уже почему-то Мариан. – Но туда и не пустят.

– Можно несколько грубый вопрос? – произнес Аринэль. – Как вы понимаете, мы не столь высокого статуса. Как к этому там относятся? Ну, к титулам?

На лицах обеих сестер отразилось легкое снисхождение.

– Поначалу многие пытаются играть на этом, – произнесла Талия тоном старожила. – Только в академии титул не дает преимущества в учебе.

Аринэль покивал на ответ.

– А не вне учебного времени? – поинтересовался он.

Теперь уже обе сестры Аванти посмотрели на него, как на глупого ребенка.

– А в свободное время есть этикет, – Талия даже распрямила спину... и наткнулась на взгляд Саманты.

Анти смотрела на них с иронией. Аринэль, уловив это, слегка стукнул сестру по ноге. Саманта, ничем не показав того, что произошло, тут же сменила маску на доброжелательную.

– Скажите, а кроме учебы, там есть еще чем заняться? – спросил Ари. – Например, сходить... хм, на лицедеев? Ну, или хотя бы на корабле покататься. В общем, что-нибудь приличное.

– Артезиус – это место, где живут все самые умные люди империи, – заговорила Талия... и опять явно не своими словами. – Развлечений... грубых, там нет.

Трелон бросил на сестру предупредительный взгляд.

– Я про это и интересуюсь! – улыбнулся Аринэль. – Хочу прогуляться с девушкой. Чтобы все было романтично и красиво.

– Тогда Артезиус для этого самое лучшее место! – Мариан теперь улыбнулась вполне искренне и... мечтательно? – Можно гулять весь день, а на следующий найти то, что еще не видел! Самый красивый город в мире!

– Я вижу, вы очень любите это место, – усмехнулся Аринэль. – Вы говорите о нем с такой любовью. Надеюсь, мы разделим ваши чувства, когда побываем там.

– Это произойдет непременно, – неожиданно заговорила Улиса Аванти. – Особенно если с ним будут связаны сильные чувства.

Ее улыбка, обращенная на мужа, была полна тепла. Трелон в ответ положил руку поверх руки жены.

Даэрон-Мерия. Замок Меридис. Дворцовый комплекс Церантон. Рабочий кабинет короля. Поздний вечер

Кабинет короля Та-Релии в королевском дворце Церантон был словно солдат на карнавале. Относительно небольшой (для дворца), насквозь утилитарный. Это был именно рабочий кабинет, где его величество напряженно трудился. Для встречи гостей, для репутации и прочего у него был еще один кабинет, обставленный, как положено, всеми этими изящными креслицами, ажурными столиками, с небольшим письменным столом чуть не из эльфийского меллорна. В общем, там имелись все признаки статуса, гербы Вестфоленов и Та-Релии повсюду, даже на самописках, а также портреты славных предков.

Этот же кабинет был оформлен словно по остаточному принципу. Светлые деревянные панели на стенах, на окнах воздушные бледно-голубые занавески. Возле этих самых окон, высоких и довольно широких, стоял просто монстр, а не письменный стол. На этом столе, при желании, можно было, наверное, провести строевой смотр. На нем лежала немаленькая груда книг, из которых торчали разнообразные закладки, а то и просто были заложены бумажные листы. Книги были разные. И совершенно новые, еще толком не «развернутые», и явно старые, с потертыми обложками и желтоватыми страницами. Еще книгами были плотно забиты шкафы, стоящие вдоль всей стены справа от входа. Возле левой стены, совершенно пустой, у самого стола, имелись два гостевых кресла.

Еще в кабинете стоял второй стол. Он занимал добрую половину помещения, и входящим в кабинет, чтобы пройти дальше, приходилось его огибать. И на этом столе была расстелена карта королевства. Очень подробная, на ней были указаны даже населенные пункты, рядом с которыми имелись надписи «ок. 20 разум.». Надписи возле городов и деревень побольше содержали примерный годовой оборот, имена аристократов, которые руководили там или проживали, а также имена других подданных, которые, по всей видимости, имели авторитет в этих местах. Как и в большинстве обжитых областей, не только в королевстве, но и в империи, большинство населенных пунктов были расположены вдоль рек. Имелись обширные области, которые были не только не заселены, а вообще ничем не обозначались, даже рельефными линиями, то есть «белое пятно», не исследованные места. В последнее время одно из белых пятен, за горами, возле самого южного населенного пункта Тайфол, стало обретать рельефные черты...

– И что, если бы не сын Брана, то все бы так и продолжалось? – раздраженно произнес король, бросая на стол лист бумаги, который внимательно, с самопиской в руках, изучал.

Он откинулся на спинку массивного кожаного черного кресла, помассировал виски, кинул взгляд на контэй (часы) в виде корабля, стоящий на столе. От дня оставалось уже четыре часа, даже чуть меньше^[57]

Воистину, случай иногда правит миром. А началось все с проверки, как так получилось, что вооруженные люди с нижней палубы колесника попали на верхнюю палубу. Конечно, ответ был вроде бы ясен изначально. Как казалось. Но на деле... Работники судна просто не могли не пустить воинов Орфоленов. И поэтому же охранники колесника просто не обратили внимания на этот момент. Потому что, как оказалось, виконт Мерис Норфус Орфолен имеет долю в обществе «Пассажирские перевозки Айли». Каким образом этот пронырливый виконт туда пролез, точнее, заставил продать свою долю одного из пайщиков, еще предстояло выяснить Дознанию. А также, почему об изменении состава пайщиков не было доложено в королевскую канцелярию. Сейчас же выходило так, что убитые воины считались чуть ли не охранниками судна. То есть могли гулять по судну где вздумается.

Этот факт очень многое проясняет в поведении сына виконта. Этот теперь уже мертвый наглец прекрасно знал о делах отца, что очевидно. И поэтому чувствовал себя хозяином положения. Не повезло ему самую малость. С ним вместе плыл Тайфол.

Раздался стук в дверь и в кабинет вошел мужчина. Его правую бровь и щеку пересекал безобразный шрам, который стягивал веко так, что оно было словно постоянно поддернутая штора. Также шрам слегка оттягивал угол рта, и было впечатление, что телохранитель короля все время ухмыляется. Вслед за ним в кабинет вошел еще один мужчина, в форме стража. На входе он поклонился.

– Ваше величество, – произнес гость. – Герцог Аккерман приказал передать вам материалы дела.

Король сделал жест в сторону стола с картой. Страж, провожаемый взглядом телохранителя, сделал несколько шагов, положил папку и, еще раз поклонившись, вышел. Когда дверь скрыла его спину, на которой болтался синий треугольник плаща, телохранитель подошел к папке и открыл ее. Поворошив страницы, он закрыл папку и передал ее королю.

– Постоянная бдительность, Магнир? – с легкой иронией поинтересовался король, беря папку, кладя ее на стол и открывая.

– Просто забота о своем будущем, – спокойно ответил мужчина, кладя левую руку на рукоять меча.

– Как всегда, логичен до отвращения, – чуть усмехнулся Деннар, извлекая из папки лист, в шапке которого среди прочих имелось словосочетание «Коронный суд». – Придет Аккерман, запускай. Я его жду.

Телохранитель слегка поклонился и не торопясь прошел к выходу. Дверь отрезала звук его шагов в приемной, оставив короля за чтением.

Его величество пропустил шапку, где он вряд ли нашел бы что-то новое, по диагонали прочитал преамбулу и углубился в само решение. Прочитав немного, он начал хмыкать, а потом отложил лист.

– Так, а что же там нарасследовали? – пробормотал он, зарываясь в папке. – Так.

На свет появились две кипы сшитых листов. Одна была поменьше и имела титульный лист стражной комиссии. Вторая была толще чуть не в два раза. И там титульник был оформлен от «дознанцев». Король отложил тонкую стопку и открыл вторую...

...Герцог Аккерман буквально ввалился в кабинет. У него был такой вид, что приветственные слова буквально застыли у Деннара Вестфолена на губах. Герцог прошел к столу и чуть не рухнул в кресло.

– Я становлюсь стар для этого дерьма, – пробормотал он.

Король терпеливо ждал, нахмурившись. Вид главы Дознания говорил про то, что случилось что-то не сильно приятное.

– Все хуже, чем казалось, – произнес Аккерман и поморщился. – Сильно хуже.

Он уронил голову на грудь, словно мысли просто тянули вниз.

– Председатель общества пытался сбежать, – глухо заговорил герцог. – Его колесник перехватили у Артоса. При захвате они протаранили один из кораблей стражи. А потом выбросились на берег. Когда стражи поднялись, там были уже только трупы.

Аккерман стиснул зубы.

– Вся семья председателя и он сам, – продолжил герцог с какой-то ненавистью. – Вся команда. И...

Аккерман выпрямился, словно ему в спину что-то острое кололо. А потом потер грудь.

– И один из моих сыщиков, – сипло произнес он, расстегивая стоячий воротник своего черного камзола.

Лицо короля закаменело.

– Он... там был по своей воле? – спросил Деннар, слегка сощурившись.

– Да, – хриплым голосом ответил Аккерман. – Причем на его мече следы крови. Убит в спину. Заколот.

– Что выяснили в конторе общества? – сухо произнес Деннар.

– Много чего, – ответил герцог, не поднимая взгляда. – И опять этот антов Кантос!

Аккерман подышал, успокаиваясь.

– Про Орфолена уже докладывал, – продолжил он и теперь его голос звучал безжизненно. – Группа за ним выслана, но я уже сомневаюсь, что его удастся допросить. Либо сбежит, либо так же... Но тридцать четвертого дня весны была продана еще одна доля общества.

– Последняя, – уточнил король.

– Да, с председателем последняя, – кивнул герцог. – И купил ее... Сайор Айтонол.

– Интересно, – в голосе короля проступила холодная злость. – Председатель убит. Айтонолы исчезли с колесника, идущего в Миттонар.

Деннар глубоко вздохнул и медленно откинулся на спинку кресла. Та слегка скрипнула.

– Вот и способ доставки, – произнес король. – Так можно было и тарана притащить.

Аккерман кивнул, еще больше помрачнев.

– И вряд ли они это провернули сами, – продолжил Деннар. – Если бы сами, я бы уже тут не сидел.

Герцог еще раз кивнул, сморщившись, словно съел что-то гадостное.

– Что за игры? – король посопел, сощурившись. – Зачем нам сначала чуть ли не напрямую сказали, а потом...

Деннар замолчал, играя желваками. Потом он поднялся и, отодвинув кресло, подошел к окну. За окном открывался вид на прекрасный пейзаж. Церантон недаром считался одним из самых красивых дворцов империи. Фонтаны, беседки, статуи. Каждый король, а точнее их жены старались внести в красоту Церантона еще немного прекрасного, при этом не нарушив тонкую атмосферу хрупкой красоты. Сейчас, поздним вечером, магические светильники так подсвечивали струи воды фонтанов, что казалось, будто перед дворцом распустились громадные разноцветные цветки.

– А что, если нам так намекают, Леви? – произнес король. – Показывают, что будет, если мы будем сопротивляться?

Деннар обернулся и посмотрел на герцога. И в его взоре была злость.

– Я думаю, надо показать этим господам, что такое Пограничье, – жестко произнес его величество, король Та-Релии, герцог Церантона, маркграф Меридис, Деннар Релия Меридис Вестфолен. – А то у кого-то возникли иллюзии, что нас можно запугать.

Даэрон-Мерия. Особняк Аванти

Как говорится, с первой тактической победой. Пусть еще сестры Дариана и посматривали свысока, но удалось перевести разговор на то, что они обсуждали с удовольствием. А для Ари это была информация. О месте, где предстояло действовать.

Талии очень нравились прогулки по реке. Особенно на личных яхтах, а не общественных колесниках. Трелон, когда зашла об этом речь, как-то весьма подозрительно посмотрел на нее. Также девушки рассказали, куда можно сводить леди покушать. Надо полагать, цены в заведениях с названиями «Цветок Меллорна», «Ночной бриз», «Императорская Гавань» и так далее, были соответствующими, то есть конскими. И подают там эксклюзивные блюда, на здоровых тарелках, где намазана капля жратвы.

Но в разговорах о яхтах и ресторанах промелькивало еще кое-что. Например, Мариан вдохновенно рассказывала, как они возвращались с каким-то молодым человеком, естественно, чуть не императорских кровей, и он читал ей прекрасные стихи, под сенью звезд. То есть два аристократа, судя по вводным, ни один не боец, спокойно шатаются... да-да, «до начинающего алеть края неба», то есть всю ночь по улице и совершенно не опасаются огрести. Можно списать это на юношеский деби... неосмотрительность, но прогулка закончилась на краю города. В смысле «Мы не заметили, как прошли город насквозь!». Ага, то есть они проперлись по всему городу ночью, вышли на окраину... И ничего!

Далее эти показания подтвердила Талия, которая тоже участвовала в ночных гулянках. К этому времени старшие Аванти оставили молодежь в гостиной, куда все переместились после трапезной и удалились в опочивальню. И вот тут сестер прорвало. В смысле Аринэль заботливо подправил курс беседы (под фырканье сестренки) в нужное ему русло. А именно, криминальная обстановка в городе, где предстоит учиться и жить. Так вот.

Артезиус – это какой-то град на холме. У Аринэля сложилось впечатление, что обывателей там подменили на каких-то идеальных людей. Например, Талия рассказывала про какой-то «прекрасный вечер» и с сожалением заметила, что его пришлось заканчивать, так как до конца дня оставался час. Ага, то есть принявшая на грудь молодежь, с гербами на грудях, просто разошлась (пардон, разъехалась) по домам, потому что...

«Аринэль, это же не ваше Пограничье. В империи все заканчивается за час до полуночи».

Ладно бы их стражи, то есть вигилы разогнали. Так нет же. Сами. Под зевание Дариана Аринэль спросил о том, а есть ли заведения, которые работают по ночам. Оказывается есть. Прям от сердца отлегло. Но из этого заведения нельзя выйти до утра, потому что это, да-да, неприлично. Если устал, там есть соответствующие комнаты, где можно отдохнуть. Тут сначала Талия, а потом Мариан слегка зарделись. Понятно, что это за комнаты. Запишем.

В речи девушек постоянно проскальзывали восхищенные эпитеты. Видно было, что им действительно нравится этот город. Шли упоминания о парках, скверах, все с собственными названиями. Был упомянут какой-то жутко романтичный мост, построенный якобы влюбленным... ну, каким-то аристократом (Аринэль имя, естественно, даже не пытался запомнить), дабы на его середине встретиться со своей возлюбленной (то есть дама с другой стороны, что ли, строила?). Дариан к этому времени уже откровенно похрапывал в кресле, за что был удостоен уничижительными взглядами милых дам. А потом Аринэль посмотрел на контэй и вежливо закруглил беседу. Так как часики уже отмеряли время следующего дня.

Перемигнувшись с Самантой (Даяна как застыла статуей в уголке, так там и просидела весь вечер, похоже, даже не мигая), Аринэль изобразил крайне галантного мужчину и проводил «прекрасных и интересных рассказчиц» до их спален. Талия в дверях в свою комнату милостиво улыбнулась. Мариан улыбнулась загадочно и пожелала доброй ночи. Как только за ней закрылась дверь, Аринэль с наслаждением зевнул во весь рот. Дариан, зараза, весь вечер провоцировал...

...Увидев Даяну возле двери в свою комнату, Аринэль нахмурился. Похоже, одной одаренной и деятельной родственнице страсть как хочется дальше ехать стоя. Или это маленькая месть, за то, что проводили не ее? Вздохнув, парень подошел к Даяне вплотную и, посмотрев вверх, произнес:

– Даяна, а ты чего спать не идешь?

– Вы еще не спите, милорд, – ответила девушка с каким-то убеждением.

Аринэль слегка усмехнулся.

– Мы же договорились, наедине по имени, Даяна, – с мягким укором произнес парень. – Иди спать. Завтра будет тоже не самый легкий день.

Даяна с сомнением посмотрела на Аринэля.

«Выдал же бог должника! И откуда у нее такие убеждения? Самое главное, что это за убеждения... Что-то знакомым попахивает. Прям сильно знакомым! Книжечкой одной!»

– Даяна, клянусь, я в кровать и до утра из нее не встану, – сказал Ари. – Иди спать.

– Да, ми... Аринэль, – девушка неловко поклонилась.

Парень посмотрел ей вслед и покачал головой. Улыбнувшись, он зашел в комнату, задвинул штырь регулятора на светильнике, давая свет в это царство мертвых!

«Так, что-то меня не туда понесло. Опа, а Дариана-то оставили в кресле... Ну, тут его дом, думаю, ему помогут».

Аринэль расстегнул верхние пуговки и стащил камзол через верх. Расстегивать дальше стало почему-то жутко влом. Бросил его комком на стул, расстегнул ремень на штанах. И некоторое время стоял, соображая, что же делать дальше. Потом опомнился, стянул штаны с бедер, плюхнулся на кровать.

«Светильник... Да пофиг», – Аринэль определил штанцы к камзолу и уснул, похоже еще в полете до подушки.

Глава 14

Даэрон-Мерия. Особняк Аванти. Раннее утро. Аринэль Тайфол

Семнадцать часов до конца дня – это весьма рано. А утро, как известно, бывает добрым крайне редко, особенно если ты накануне изволил беседовать допоздна. А теперь надо сообразить, что же написать отцу, притом так, чтобы потом... как этот городок называется?

– Даяна, как называется твой город? – поинтересовался Аринэль.

Девушка, которая, похоже, спала с открытыми глазами, встрепенулась.

– Трейлен, милорд! – доложила Даяна.

– Ты неисправима, – усмехнулся Аринэль.

Сидели они в гостевом кабинете (оказывается, и такие бывают), куда отвела их одна из служанок. Как тут очутилась и Даяна? А она ждала около двери в комнату Аринэля. Вот так, да. Представляете, выходите из комнаты, почесывая... м-да... А тут стоит охранник. Которого ты вот никак не ожидал увидеть в такое время...

И вот они сидят в кабинете. То, что он именно общий, то есть гостевой, было понятно сразу. Все нейтральное, без каких-то индивидуальных черт. Сам кабинет шагов шесть в ширину и в длину шагов на десять. Тут имелся небольшой письменный стол, на нем контэй в виде стеклянного шара, закрепленного в металлической оправе. И письменный прибор, в котором воткнуты две самописки и имеется маленькая баночка с чернилами, из отверстия в крышке которой торчит пипетка. Самая натуральная, даже удивительно. То есть стеклянная «соска», на конце которой маленькая кожаная груша. А, про самописку еще вроде речи не было.

В корпус, металлический или деревянный, вставлена стеклянная колба. В этой колбе находится какая-то пористая масса. Собственно, устройство, как у фломастера. Эта пористая масса пропитывается чернилами, при помощи вот той самой пипетки. А с другой стороны в колбу вставлена круглая деревяшка, в которой пропилен канал. Очень маленький, почти капилляр. И еще зачем-то по деревяшке идут кольцевые каналы, делая деревянный цилиндр похожим на кожух оружия. Ну, не специалист Аринэль по этим перьевым агрегатам, поэтому смысл такого устройства от него ускользал. К цилиндру прижимается металлическое перо, на конце имеющее тонкий разрез, раздваивающий жало. Все. Такое вот нехитрое устройство, но тем не менее пишет. Не хуже шариковой авторучки. Ари даже понравилось писать пером. Не надо нажимать, просто проводишь по бумаге и все.

Кроме стола в кабинете имелось и на чем сидеть за ним, то есть кресло. Или скорее мягкий стул, с сидушкой и спинкой, которые были обтянуты серой плотной тканью. И такие же два стула стояли перед столом. Еще имелся диван, хотя скорее софа, тоже с серой тканевой обивкой.

В ящике стола нашлась стопка чистой бумаги, кстати, неплохая, не ослепительно-белая, но и не серая. Небольшая чистая тряпочка, чтобы вытирать перо, лежала рядом с письменным прибором, аккуратно свернутая квадратиком...

...Аринэль кивнул на ответ Даяны и вернулся к писанине. Пока, правда, лист был чист. Что-то муза прям даже не ночевала.

«Дорогой отец, пишу на спине убитого товарища...»

Не-не, этот юмор, скорее всего, воспримут буквально. Если в замке Тайфол прочитают такой доклад, то в Трейлене очень скоро высадится десант «погранцов». В первых рядах со злой эльфийкой, которая будет возглавлять отряд лесных братьев... и сестер, а помогать им будет взбешенная эрса. После этого даже Бран Тайфол покажется Дедом Морозом. А если учесть, что в женах у отца теперь принцесса, а некие ребята с красными лица... спинами, почитают ее за боевое знамя, то грустно станет многим. А потом еще Аванти заглянут на огонек, поинтересоваться, как организован воспитательный процесс у Орфоленов и Свейфоленов... Аринэль наморщил лоб. Посмотрел на клюющую носом Даяну.

Вот тоже задачка. Отослать, простить долг и прочие способы отпустить в свободное плавание... Их просто нет. Публичная клятва долга. Даже Саманта не поймет, это же такое оскорбление, что можно и до падения на меч грудью добежать. Тут вообще... что очень Аринэлю нравилось, многое было вот так, без всяких бумаг, на слове. Даяна вот внесла клятву, народ поухмылялся, но никто над ней почему-то ржать не стал. Улыбались проблемам Аринэля, с-с-собаки дикие, но не словам девушки. Да, она тот еще аристократ, но герб на груди имеется? Клятву сказала сама? Все, никаких вопросов. Пол, возраст значения не имеют. В смысле, что она же не ребенок, меч на поясе, значит, имеет полное право распоряжаться своей жизнью. Посчитала нужным, что должна служить вот этому аристократу, воля ее. Так, надо писать! Ладно, начнем по порядку...

...Аринэль еще раз пробежал по тексту взглядом. Вроде получилось нейтрально, без эмоций. То-то получилось, тех-то прибили, вот за это, со стражами так-то разрулили. Про Даяну тоже пришлось написать, а то потом явишься с какой-то девицей, у которой на груди вообще-то герб, и могут понять... Точнее, просто похлопают по плечу и поинтересуются, когда же пировать будем. Аринэль вздохнул и покосился на все-таки задремавшую девушку. Еще надо будет своим это все объяснить. А судя по реакции окружающих, почему-то о нем сложилось такое мнение, что он одним взглядом может ребенка заделать.

Аринэль убрал неиспользованные листы в ящик стола и нарочито громко его задвинул. Даяна вскинулась, огляделась каким-то ошарашенным взглядом... и да, опять покраснела. Все-таки надо ей провериться у целителей, на предмет повышенного давления. А то чуть что, сразу в краску.

Аринэль сложил лист, убрал его в конверт, стопка которых была в нижнем ящике.

«Ах да».

Тут же конверты запечатывают штукой, сильно похожей на сургуч. Называется «оригинально». Запечатка. Выглядит, как свечка, такой же формы, только цилиндр потверже и черный. Так. Нужен огонь... Аринэль стал выдвигать ящик стола... Ну или это. Хорошо быть обеспеченным!

Аринэль, проверяя ящики, наткнулся на штуку, которая называлась очень просто. Зажигалка. Черный цилиндр, толщиной с три пальца. Снимаешь колпачок, там линза. Вот этот штырик на другом торце внутрь запихиваешь... И вуаля, палочка сургуча начинает плавиться. Если штырек на зажигалке запихнуть полностью, то тонкий лучик света становится видимым и им можно даже дерево поджигать. Правда, надо прямо-таки вплотную при этом подносить...

Капнув, для спокойствия, в пяти местах, Аринэль вытащил штырек и подул на черные блямбы, получившиеся на конверте. Кстати...

– Даяна, а ты отцу писать разве не будешь? – поинтересовался парень.

Девушка слегка смутилась.

– Я... не знаю, что писать, – тихо ответила она, потупив взор. – Со мной же, получается, ничего не произошло.

Аринэль слегка поднял брови, убрал зажигалку и сургуч в стол.

– А как ты будешь объяснять, вот это? – он несколько раз сделал жест, показывая на себя и девушку.

– Потом... скажу, – еще тише сказала Даяна. – Лучше сама. Отец поймет.

– Ну, ты его лучше знаешь, – произнес парень. – Ладно. С корреспонденцией закончили. Пошли собираться.

Они вышли в коридор и двинулись в сторону своих комнат. И опять эта непринужденная, легкая, тонкая, но приятная нотка достатка. На стенах деревянные панели, светильники, на полу ковровая дорожка, скрадывающая звук шагов.

«Не, ну у меня в шатре тоже на полу, считай, ковры! Можно сказать, что там даже круче! Натуральная кожа!»

1-й день осени. Империя Алестис. Даннеран. Замок Тэйдэяхан. Наследная принцесса Юлиса Сейрус Грестос Алестис

Кабинет, где Юлиса Алестис обычно работала, некогда принадлежал одной очень известной личности. Именно в честь нее и была названа наследная принцесса рода Алестис. Знаменитая Вторая Императрица, еще до восшествия на престол вела настолько яркую жизнь, что про нее сложили несколько былин. Она была очень красивой женщиной, вместе с тем крайне целеустремленной. Не будучи изначально наследной принцессой, она так выделилась, что ее матери просто не осталось выбора. А еще Юлиса Амадан Эридис Алестис была той самой Белой или Ледяной Принцессой из знаменитой сказки про Защитника Терона...

В кабинете все было так, словно Вторая Императрица все еще возглавляла Империю. Возле письменного стола, стоявшего в кабинете по диагонали, и не как обычно, возле окон, а, наоборот, в глухом углу, находился стул, на который никто в здравом уме не посмел бы сесть. На стуле был небрежно брошен рыцарский плащ. Плащ принца-консорта Юлисы Эридис Алестис, Терона Дайлири Аассена. И с тех пор, как рука Терона Защитника положила его сюда, к нему больше никто не прикасался. Только проводили осторожную очистку магией.

Единственным изменением в кабинете был письменный стол самой Юлисы Грестос Алестис, который как раз стоял у окон. Принцесса никогда бы не посмела использовать стол своей тезки. На том столе лежала книга, положенная вверх корешком. Рядом стальное перо, тогда еще не использовали самописки. Была открыта баночка с чернилами, которые, естественно, давно засохли. Бежевые перчатки на краю стола словно ждали, когда хозяйка вернется за ними.

Этот своеобразный памятник трогал душу принцессы намного сильнее, чем все статуи, барельефы и бюсты, которые стояли во дворце или конная композиция на замковой площади. Тут она буквально дышала тем временем, когда разумные постоянно находились в страшном напряжении, когда чтобы встретить дерра, не нужно было ехать к Синим горам, а нужно было всего лишь подняться вверх по Оэнне или переправиться на другой берег Имайсима и проехаться по равнине Морран. И это еще больше подчеркивалось фактом, что книгой на столе Второй Императрицы была та самая сказка о ней и ее муже... Что думала она в тот момент? Улыбалась ли, когда читала про то, что ее ледяное сердце смог растопить лишь Терон? Или на ее лице была грусть? Почему они не вернулись в этот кабинет и плащ остался лежать на стуле? В сказке история заканчивается на том, что Белая Принцесса встретила героя... героев в воротах замка, после победы над маткой дерра там, где сейчас находится город Эридис. Сказки должны заканчиваться хорошо... Возможно, Вторая Императрица больше не заходила сюда потому, что, может быть, именно здесь Терон Аассен был в последний раз перед тем, как отправиться на озеро Исэ-Аисэна и погибнуть. Погибнуть, чтобы совершить свой последний подвиг...

Кабинет был большой. Квадратное помещение заливал свет из больших окон, которые имелись в двух стенах (кабинет находился на углу). На полу ковер с гербом рода Эридис – алый меч, воткнутый в гору. Вход находился посередине стены. Справа от него, ближе к окнам имелась этакая детская половина. Небольшие стульчики, низкий стол. Рядом диваны и стол нормальных размеров. Тут, видимо, собирались взрослые и обсуждали свои дела, наблюдая за детьми. Слева от входа два книжных шкафа и стол Второй Императрицы, пересекающий угол по диагонали. И дальше, у второй глухой стены почти пустой шкаф для доспехов. На стойке, где они должны были висеть, остался лишь посеченный шлем.

Там, где сидела Юлиса Грестос, раньше в кабинете не было ничего. Поэтому принцесса и разместилась тут. Она специально выбрала очень старый стол, чтобы не нарушать атмосферу. И стулья были такие же, почти как те, которые уже были. И в одежде наследная принцесса чуть ли не буквально следовала своей предшественнице. Юлиса Грестос предпочитала красный и черный цвета. Возможно, еще серебро. Сейчас на ней было платье чуть ниже колен и без пышного подола, как делают по последней моде (хотя моду в отношении длины подола она поддерживала). Приталенное платье облегало стройную фигуру, красные вставки на груди подчеркивали ее, груди, идеальную форму (в империи была мода на не слишком большие эти размеры). Красные же вставки имелись в глубине плиссировки подола, что при ходьбе создавало красивый эффект. Спереди на платье имелось небольшое декольте. Огромные воротники сзади, тоже по последнему писку, Юлиса терпеть не могла и ограничивалась пусть и стоячим воротником, но небольшим.

Черный цвет прекрасно подчеркивал благородную бледность кожи принцессы. Вставки красного говорили про качества лидера (эти цветовые кодировки – такие кодировки!). Изящную (естественно!) шею украшала тонкая золотая цепочка кулона. Сама прозрачная капля украшения была спрятана в «манящей» ложбинке. И мало кто знал, что этот выглядящий простеньким кулон являлся просто бесценным магическим артефактом, сравнимым по стоимости с порталом. То есть просто невозможная цена.

Идеальный овал породистого лица. Ярко-зеленые глаза, на мочках ушей поблескивают серьги с изумрудами, тонкие дуги бровей, прямой тонкий нос, алые лепестки губ. И отличительная черта Грестосов. Юлиса Алестис, как и ее мать, Пятая Императрица Нэйран Аваратан Грестос Алестис, как и все женщины Рода Грестос, была платиновой блондинкой со слегка вьющимися волосами. Наследная принцесса империи была очень красивой девушкой, прекрасно об этом знала и не стеснялась это подчеркивать. И пользоваться...

...По традиции, командиром рыцарей замка Тэйдэяхан была именно наследная принцесса Рода Грестос. И пошла эта традиция именно с Белой Принцессы. Поэтому Юлиса сейчас изучала представления кандидатов, направленные ей из провинций. Точнее, сейчас она хмурилась, читая бумаги на единственного уже подтвержденного рыцаря. Она читала... И ей не нравилось то, что она читала. Мало того, что она вообще и совсем не знала род Тайфол (пусть он и был из ветви рода Кайрас) только какие-то смутные картинки мелькали, про главу этого рода. И вот король Та-Релии, где эти Тайфолы и живут, внезапно выдает даже не рекомендацию, а поручительство за какого-то... пацана! Да, это было в его праве. И у него наверняка имеются для этого серьезные резоны. Но тринадцать лет! Только-только вступил во взрослую жизнь... Этот пацан что, матку прибил единолично?

Юлиса поморщилась. Она прекрасно отдавала себе отчет в том, что сейчас относится предвзято. Вряд ли Деннар Вестфолен внезапно ослабел головой и не видел, за кого поручается. И фамилия вот этого... парня и фамилия барона, а теперь уже графа, который сделал то, чего не делали вот уже сто с лишним лет, совпадают тоже не случайно... Но возможно и то, что парень получил это, скажем так, на фоне предыдущего события. Что мог такого сделать юнец, который еще только меч в руки взял?!

Юлиса отложила документ. Так не пойдет. В смысле такое ее отношение. Сейчас она смотрит на это однобоко, не имея собственного мнения, только с точки зрения того, что этому... Юлиса наклонилась, чтобы снова прочитать имя... Аринэлю Тайфолу вот столько лет. Точнее оттого, что ей восемнадцать и она помнит себя в тринадцать. Этот парень с Пограничья. Вполне возможно, например, что он кондициями превосходит многих взрослых воинов. Терон... Девушка бросила взгляд на плащ. Терону было пятнадцать, когда он во главе кучки безумцев пришел на помощь отряду, тогда еще младшей принцессы рода Эридис, в горах Бейар-Тайр. И выросший в постоянных стычках с антами молодой аристократ уже тогда являл собой образец воина.

«Надо просто посмотреть самой, – спокойно подумала Юлиса. – Вот...»

Оно черкнула ногтем под строкой в биографии парня. Одаренный. Хотя это, конечно, было наоборот, страннее, что будущего мага определили в рыцари, то есть бойцы. Но, возможно, именно это сочетание и придало действиям Тайфола такой уровень. А еще это значило, что барон Аринэль Тайфол будет учиться в Академии через пару...

Юлиса подняла бровь, когда опустилась ниже по документу. Как это выпало из внимания... Вот! Матушка права! Эмоции мешают видеть проблему в ясном свете! А между тем тут ясно написано, Аринэль Тайфол будет учиться в академии с этого года! То есть он либо уже в Артезиусе, либо вот-вот прибудет. Принцесса слегка улыбнулась. Вот и решена проблема с тем, чтобы ознакомиться с вопросом лично. Она просто посмотрит на него в Академии. И поймет сама, что это за фрукт Аринэль Тайфол и с чего его пропихнули в ее рыцари... А уж тогда!

Юлиса нахмурилась, когда снова поймала себя на раздражении. Похоже, последний тур сватовства бьет по настроению сильнее, чем она думала. Да, попались... не самые умные представители имперской аристократии. Точнее, не тот уровень они показали, для будущего консорта наследной принцессы. Но это не повод срываться. Но... С собой в попутчики в Академию она не возьмет никого из этих... надутых спесивцев. Вот и успокоится за день дороги. Да, там, в Академии, и других хватает, но день без этих брачных игр – это просто подарок магии!