Дуань Лэй

Императорские коты-защитники. Охотники за тенями

This is an authorized translation from the SIMPLIFIED CHINESE language edition entitled published by Publishing House of Electronics Industry Co., Ltd., through Anna-Mo Literary Agency in association with NOVA LITTERA SIA.

© Издание на русском языке, перевод, оформление.

ООО «Издательство АЗБУКА», 2026

«Махаон»®

* * *

Пролог

Охотник с Фусанских островов принёс в Империю Яньбэй тревожные вести: Пэн, ужасный монстр из древних легенд и кошмаров, вернулся и наводит ужас на жителей Тяньфу. Отважный охотник принял неравный бой c Пэном и пропал без следа. Змеелов Шэ поспешил в Северную Инспекцию, чтобы предупредить о надвигающейся угрозе. Кошачий Патруль во главе с Е Тень Мынем отправился в опасную экспедицию, цель которой – поймать Пэна и расправиться с ним раз и навсегда. Но кто тут настоящий охотник, а кто – жертва, на которую объявлена безжалостная охота? Придётся ли Кошачьему Патрулю в одиночку сразиться с чудовищем из детских сказок? И при чём тут армия Алой Тени с Фусанских островов?

Профили персонажей

Е Тень Мынь

Должность: командующий Северной Инспекцией, глава Кошачьего Патруля.

Обязанности: охрана императора, расследования и аресты.

Особые факты: умён, отважен, расчётлив. Пользуется полным доверием императора. Безжалостен к врагам.

Златолист Ецзы

Должность: заместитель командующего Северной Инспекцией, правая рука Е Тень Мыня.

Обязанности: помощь в управлении Северной Инспекцией, выполнение особых поручений Е Тень Мыня.

Особые факты: прекрасный тактик и стратег, непревзойдённый стрелок.

Целительница Цзинь

Должность: врач Северной Инспекции.

Обязанности: изготовление лечебных пилюль и эликсиров, забота о здоровье жителей Тяньфу.

Особые факты: живёт в горах Цзыси, где предпочитает проводить бо́льшую часть времени, совершенствуя свои навыки в медицине и изучая свойства различных трав и отваров. В инспекции появляется только по делам службы.

Советник Цюэ

Должность: бывший главный советник Империи Яньбэй.

Обязанности: поддержание мира и баланса, помощь императору Мину.

Особые факты: павлин, помогавший императору Мину взойти на престол. Однако после того, как власть Императора Яркого Пламени над Поднебесной утвердилась, советник Цюэ отдалился от мирской суеты и бесследно исчез, и с тех пор никто не видел его и не слышал о нём никаких вестей.

Дозорный Юнь

Должность: глава разведки Северной Инспекции.

Обязанности: патрулирование Северных Ворот Тяньфу и окрестностей, своевременное оповещение о грозящих опасностях.

Особые факты: виртуоз скрытного наблюдения, известен своей молниеносной реакцией и умением оперативно действовать в любой ситуации.

Змеелов Шэ

Должность: воин-самурай из Фусана, первый стратег армии Алой Тени.

Обязанности: обеспечивать интеллектуальную мощь армии Алой Тени, изобретать выигрышные стратегии и хитроумные планы.

Особые факты: талантливый заклинатель высшего уровня.

Обезьян Гуй

Должность: воин-самурай из Фусана.

Обязанности: обеспечивать боевую мощь армии Алой Тени.

Особые факты: много лет назад был братом по учению с Е Тень Мынем. Должен был войти в ряды Северной Инспекции наравне с Е Тень Мынем, но не был допущен до службы из-за своего фусанского происхождения. Покинул Тяньфу, затаив в сердце лютую обиду на Империю Яньбэй и в особенности – на Северную Инспекцию...

Согласно древним преданиям, в стародавние времена в Поднебесной жила пятицветная божественная птица Юэчжо. Юэчжо была далека от мирских забот и парила высоко над миром, наблюдая с небес за бескрайними морями и высокими горами. Легенды гласили, что крылья божественной птицы испускали пятицветное сияние, и всюду, куда касался луч её пятицветного света, земля становилась плодородной, реки – полноводными, а народ – благоденствующим...

Поглощая сущность лунного света, птица Юэчжо дала жизнь двум божественным созданиям. Время мчалось, дети божественной птицы Юэчжо выросли и обрели облик Павлина Куна и Птицы Пэн, приняв от Юэчжо миссию охранять этот мир. Кун стал владыкой дня и солнца, а Пэн – повелителем ночи и луны. Но Пэн слишком долго пробыл в ночи. Он становился сильнее, и тьма росла в его сердце.

И однажды Пэн стал настолько велик, что, когда он расправлял крылья, то затмевал тучами небо и луну. Куда ни падала тень великого и ужасного Пэна, цветы и деревья вяли, а реки высыхали, земля пустела и всё живое на ней погибало.

Чтобы спасти этот мир, Павлин Кун спустился с гор Куньлунь, обратил своё пятицветное сияние в очищающее пламя и заключил брата в огненную темницу, построенную из собственной плоти и крови.

Объятый бушующим пламенем, Пэн был низвергнут в глубочайшее ущелье среди гор Куньлунь. Сдерживая горечь утраты, Кун запечатал в темницу останки Пэна. Павлин Кун вручил власть над землёй тварям крылатым и ходячим, а сам удалился в глухие чащи меж гор и вод, отрешившись от мирских дел навеки.

Однако Пэн не исчез с лица земли насовсем. Придёт день, и где-то в укромном уголке, в гигантском яйце, снова забьётся новая чёрная жизнь...

На окраине деревни под стенами Тяньфу змеелов Шэ в окружении местной детворы продолжал свой рассказ о солнечном Павлине Куне и его брате-близнеце Пэне.

– Возрождённый Пэн укрылся в подземных глубинах. И спустя тысячу лет, когда крылья его вновь окрепнут, он вернётся, чтобы растоптать горы, осушить моря и отомстить за отца. Говорят, эта история произошла почти тысячу лет назад. А это значит... что очень скоро Возрождённый Пэн вернётся, – сказал змеелов Шэ, нарочито понизив голос.

– А он правда вернётся?

– Он нас съест?

– А он очень-очень большой?

– А он очень-очень страшный?

Дети засыпали рассказчика вопросами, разрываясь между страхом и любопытством.

– Кто знает? Возможно, он уже у вас за спиной! – выкрикнул змеелов Шэ.

Из-за его плеча медленно выплыла чёрная фигура в плаще. Дети взвизгнули.

Сбросив капюшон, незнакомец открыл лицо. Это был Шань Тан, огромный, как скала, Обезьян, один взгляд на которого заставил детей сжаться от страха. Они в ужасе отшатнулись. Шань Тан, так же как и змеелов Шэ, был родом с Фусанских островов, которые располагались на востоке от Империи Яньбэй. Внешний вид Шань Тана сильно отличался от облика местных жителей: его взлохмаченные рыжевато-жёлтые волосы торчали во все стороны, а на худом, вытянутом лице проступали синевато-белые полосы.

– Хватит пугать малышню, у нас есть дела поважнее, – сказал Шань Тан.

– Ладно, расходитесь по домам. Знаете, какое самое любимое лакомство у Возрождённого Пэна? Маленькие дети, как раз такие, как вы! – Змеелов Шэ поднялся, опираясь на посох, и вместе с Шань Таном скрылся в лесной чаще. А позади остались дети, всё ещё очень напуганные.

Чем глубже старые друзья уходили в лес, тем гуще становился туман вокруг них.

– Ты уверен, что Кошачий Патруль придёт? – не оборачиваясь, спросил змеелов Шэ.

– Вести об исчезновении детей в окрестных деревнях уже дошли до Северной Инспекции. Гигантскую птицу в небесах тоже видели. Я знаю Е Тень Мыня – он обязательно приедет расследовать такое дело лично, – холодно ответил Шань Тан.

– На этот раз я дам понять тому павлину, бывшему советнику императора Мина, кто тут настоящий заклинатель, – с удовлетворением кивнул змеелов Шэ.

Шань Тан оказался прав: услышав доклад о монстре на окраине Империи, Е Тень Мынь немедленно велел снарядить отряд и отправился в лес за городскими воротами, где, по слухам, последний раз видели гигантского врага.

– Вы это тоже слышите? – Е Тень Мынь нахмурился.

– Что?

– Что именно?

– Мы ничего не слышим!

Все в отряде начали озираться и прислушиваться внимательнее.

– Вот именно. Ничего не слышно. Очень странно. – Златолист Ецзы насторожился первым. – Ни птичьего щебета, ни шороха насекомых, ни шагов животных. Такой тишины не бывает в лесу. Только если...

– ...всё живое покинуло эти места, спасаясь от какой-то страшной опасности.

– Что-то точно не так. Будьте все начеку. – Е Тень Мынь дал знак братьям по оружию замедлить шаг и выстроиться в цепь, чтобы улучшить видимость.

– Спасите! Есть тут кто-нибудь? – поблизости раздался молящий о помощи голос.

Бросившись на звук, коты обнаружили змеелова Шэ, лежащего без сознания у мшистого валуна. Всё его тело было в крови.

– Скорее помогите его поднять! Нужно немедленно доставить его в Северную Инспекцию! – отдал приказ Е Тень Мынь.

Змеелов Шэ был доставлен в медицинское крыло Северной Инспекции. Целительница Цзинь, главный врачеватель Северной Инспекции, вместе с двумя помощниками обработала и перевязала раны пострадавшего.

Целительница Цзинь принесла очередную чашку с целебным отваром.

– Больной ещё не очнулся? – спросила она у двух дежурных лекарей.

– Никак нет. Мы не сводили с него глаз всё это время, но он ни разу не пошевелился.

– Благодарю за службу. Можете идти отдохнуть, я сама тут управлюсь.

– Благодарим! – Дежурные почтительно откланялись и удалились.

Целительница Цзинь немного остудила отвар и поднесла ложку ко рту больного. Вдруг змеелов Шэ вскочил, выбил чашку из рук Целительницы Цзинь и заорал:

– Это Пэн! Пэн идёт! Он вернулся! – Змеелов Шэ, тяжело дыша, выкрикивал это снова и снова, тело его сотрясала дрожь, а глаза были полны ужаса.

– Успокойся. Ты в Северной Инспекции, здесь ты в полной безопасности, – твёрдо произнесла Целительница Цзинь.

Змеелов Шэ огляделся по сторонам и, убедившись, что ему правда ничего не угрожает, начал понемногу приходить в себя. Когда он окончательно успокоился, Целительница Цзинь осторожно спросила:

– Ты правда видел Пэна в лесной чаще? Того самого Пэна из древних легенд? Но как это возможно? Его никто не видел почти тысячу лет!

– Видел... Огромное, страшное чудовище с самой мерзкой мордой, что я когда-либо видел. Когда он раскрыл свои крылья, то они полностью затмили небо и солнце, и днём стало темно, словно ночью... – Змеелов Шэ, запинаясь и с трудом подбирая слова, поведал о том, что же случилось в лесу.

Он рассказал Целительнице Цзинь, как с Шань Таном они выманили Пэна особым дымом волчьего корня. Вдвоём они надеялись справиться с монстром. Но друзья не ожидали, что птица окажется настолько огромной. Пэн был словно лавина, что сметает всё на своём пути. Клинки в руках змеелова Шэ и Шань Тана оказались бесполезны против такого чудовища.

– В тот миг мы с Шань Таном, укрываясь за деревьями, вступили в схватку с Пэном. Мы заманили его на горный пик, надеясь отсечь ему лапы. Но Пэн взмахнул крыльями и создал штормовой ветер, сбивший нас. Я упал в ущелье, а Шань Тан остался один на один с этим чудовищем.

– А что потом? Что случилось с Шань Таном? – нетерпеливо спросила Целительница Цзинь.

– Не знаю. Я потерял сознание, когда сорвался в пропасть. А очнулся я уже здесь. – Змеелов Шэ потёр виски. – Дальше я совсем ничего не помню.

– А рецепт того волчьего дыма? – с надеждой спросила Целительница Цзинь.

– Это я, разумеется, не забыл.

Целительница Цзинь искусно изготовила дым волчьего корня с помощью змеелова Шэ. Е Тень Мынь приказал ей оставаться в Северной Инспекции и присматривать за змееловом Шэ, а сам, вооружив своих солдат до зубов, твёрдо решил выманить Пэна и схватить его, чтобы не дать врагу проникнуть в Тяньфу.

Когда луна взошла над городскими воротами, Е Тень Мынь вместе со своим отрядом прибыл в монастырь Дунъюньси. Здесь была высокая пагода, с которой открывался отличный обзор во все стороны.

Е Тень Мынь расставил своих котов по разным ярусам пагоды, а стрелков с огненным оружием расположил по четырём сторонам света, чтобы не оставить ни единого шанса Пэну напасть незаметно.

Когда всё было готово, стража разожгла дым волчьего корня. Ярко-жёлтой волной он быстро расползался в прохладном ночном воздухе. Все напряжённо вглядывались в темноту, ожидая появления Пэна.

Но Пэн так и не появлялся. У котов заканчивалось терпение:

– А не водит ли этот змеелов Шэ нас за нос?

– Да, уже полночи тут торчим, а всё без толку!

Они перебрасывались подобными репликами, постепенно теряя бдительность. Лишь Е Тень Мынь молча, не отрываясь, вглядывался в тёмно-синюю бездну неба.

– Пэн летит! Все по местам! Стрелки, цельтесь! – вдруг громко скомандовал Е Тень Мынь.

Нервы солдат мгновенно натянулись как струны. В ночной тьме исполинская тень стремительно пикировала на пагоду. Отряд в полной боевой готовности поднял оружие и замер. Тень прорезала слой облаков и... исчезла.

Воцарилась гробовая тишина. Только колокольчики на карнизах пагоды тихо позвякивали на ночном ветру.

– Кажется, это всё на сегодня.

– Да, можно его больше не ждать.

– Давайте возвращаться домой.

– Нечего тут торчать.

И вдруг, когда никто уже не ждал подвоха, прямо перед оцепеневшими бойцами выскочило нечто огромное. Чудовище разинуло кровавую пасть, не сводя с оцепеневших солдат глаз без зрачков. Но почему у него не было зрачков?..

Впрочем, это было уже не важно. Монстр подобрался слишком близко. С такого расстояния поздно было стрелять. Оставалось лишь беспомощно наблюдать, как враг летит прямо на них.

В Северной Инспекции тоже всё пошло не по плану.

Казалось бы, змеелов Шэ едва живой. Но он внезапно взобрался на крышу и, взяв в руки хуцинь, смычковый музыкальный инструмент, заиграл мелодию, полную чужеземных мотивов.

Целительница Цзинь, разбуженная этими звуками, вскочила с постели. Её сердце сжалось от дурного предчувствия. Все бойцы Кошачьего Патруля в полном составе ушли на поимку Пэна, и в опустевшей Северной Инспекции оставались лишь она и несколько дежурных лекарей.

Змеелов Шэ стоял на краю крыши над главными воротами Инспекции и продолжал играть на хуцине, не обращая внимания на хаос, творившийся вокруг.

– Змеелов Шэ! Что ты там делаешь? Немедленно спустись! – крикнула Целительница Цзинь.

Но тот проигнорировал её, продолжая водить смычком по хуциню. Мелодия становилась всё более стремительной и тревожной. Закончив играть, он громко провозгласил:

– Время пришло! Под свидетельством Лунного Божества Северная Инспекция вскоре обретёт нового владыку!

– Что за бред ты несёшь? Думаешь, что если Кошачий Патруль не в городе, то я сама не смогу с тобой справиться?! – грозно спросила Целительница Цзинь.

– Госпожа Цзинь, что за дерзость? Вам следует встретить воинов Алой Тени с должным почтением и смирением, – усмехнулся змеелов Шэ.

Снизу раздался оглушительный треск. Ряды пехотинцев в алых латах ворвались во двор Северной Инспекции. Это была армия Алой Тени, обезьяны с Фусанских островов!

«Это всё змеелов Шэ. Он прикинулся больным и, когда я утратила бдительность, пробрался к воротам и открыл их», – быстро догадалась Целительница Цзинь.

– Кто такой смелый, явно обладая сердцем медведя и пузырём леопарда, вломился в Северную Инспекцию? Немедленно отступите! – воскликнула Целительница Цзинь.

Вновь зазвучал хуцинь. Первый Обезьян в алых латах не удостоил её ответом и решительно переступил порог. Остальные последовали за ним внутрь.

– Госпожа Цзинь, не стоит храбриться. Вы ведь специально тянете время, надеясь, что Е Тень Мынь подоспеет и придёт на помощь? Боюсь, он уже мёртв, пав от рук своих же собратьев! – произнёс алый воин, и из-под его демонической маски óни донёсся низкий, похожий на рычание смех. В его голосе звенели жестокость и беспощадность.

Где-то на окраине Империи Яньбэй, по другую сторону от ворот Тяньфу, Е Тень Мынь с товарищами очнулись в полной темно– те. Голова Е Тень Мыня раскалывалась от боли. Стоны воинов и завывания ветра сбивали его с толку. Сосредоточившись, Е Тень Мынь различил ещё один звук – размеренное, ритмичное поскрипывание. Постепенно его глаза привыкли к темноте, и он осознал, что находится в замкнутом пространстве, окружённом деревянными стенами. По бокам помещения вращалось несколько больших лопастей.

– Господин командующий, где мы находимся? – спросил Златолист Ецзы.

– Говорят, что в землях Фусана, что за пределами Срединных равнин, есть мастера, способные создавать механических зверей. Я видел такие чертежи в Академии Ханьлинь. Кажется, устройство этой машины похоже на те чертежи, – сказал Е Тень Мынь, продолжая осматриваться.

– Мы что, заперты внутри механического зверя?

– Да. Думаю, он проглотил нас всех по одному.

Воспоминания о том, как гигантская птица поглотила его, навели Е Тень Мыня на ужасную догадку. Дым волчьего корня был приманкой вовсе не для Пэна. Ведь именно после того, как Кошачий Патруль разжёг этот дым, все бойцы потеряли сознание и не смогли оказать никакого сопротивления.

– Я смутно помню те чертежи, но, если мне не изменяет память, где-то здесь должен быть деревянный рычаг, открывающий дверь, – пробормотал Е Тень Мынь, ощупывая стены. – Вот же он!

Е Тень Мынь крепко схватил рычаг и потянул его на себя. В конце помещения распахнулась большая деревянная дверь. Внутрь хлынули свет и ветер. Е Тень Мынь, борясь с порывами ветра, наконец смог осмотреть помещение, в котором они оказались: это было брюхо механического зверя, работающего на запутанной системе из рычагов и шестерёнок. По бокам от них колыхались гигантские деревянные крылья, а неподвижная деревянная голова чудовища «смотрела» прямо перед собой.

– Черт возьми, это же чистой воды ловушка. И она сделана специально для нас. Никакого Возрождённого Пэна нет и никогда не было! Это всего лишь механический зверь, – с горечью осознал Е Тень Мынь.

Однако одна тайна всё ещё оставалась неразгаданной. Куда же летит этот механический Пэн, полный котов на борту?..

Вскоре пейзажи внизу начали обретать знакомые очертания. Е Тень Мынь первый догадался о страшном умысле, от которого шерсть встала дыбом. План был поистине ужасен: механическая птица, не скрываясь, неслась к стенам Тяньфу, надёжно охраняемым стражниками Империи Яньбэй. Каждому воину Империи было известно, что ужасный Пэн поедает всех на своём пути. А значит, если он приблизится к городским воротам, по нему тут же откроют огонь на поражение. И весь состав Кошачьего Патруля погибнет от лап своих сотоварищей...

Вглядываясь вперёд, Е Тень Мынь увидел маячившую на городских воротах фигуру в золотых доспехах. Шерсть Е Тень Мыня встала дыбом. Надежда, до этого теплившаяся в его сердце, начала таять. Это был Хо Гэн, начальник Императорской Стражи, известный своей решительностью на поле битвы и безжалостностью к врагам. У Кошачьего Патруля ни единого шанса...

Приказ Хо Гэна прозвучал как приговор:

– Монстр не должен пересечь воздушную границу Тяньфу! Открыть огонь на поражение!

В мгновение ока небо вспыхнуло огненными стрелами, летящими к механическому зверю, словно метеоритный дождь. Деревянной птице суждено было сгореть дотла под этим шквальным огнём.

Стрелы одна за другой обрушились на дерево и пробили обшивку механической птицы. Воздушный корабль вспыхнул как спичка и, объятый пламенем, устремился вниз.

– Что же нам теперь делать? – в ужасе спросил один из самых юных бойцов.

– Эй, выше нос, ты ведь солдат Кошачьего Патруля, а не какая-то помойная крыса! Разве мы ведаем, что такое страх на поле боя? Уж лучше всем нам спрыгнуть и сгореть в бою, чем здесь! Умрём, как положено настоящим солдатам! Не станем неприкаянными душами, что не могут обрести покой ни на небе, ни на земле!

– Ваша милость, что прикажете? – Златолист Ецзы, как и всегда, оставался спокоен и невозмутим, но сейчас даже в его голосе сквозило глухое отчаяние.

– Все за мной – прыгаем! – крикнул Е Тень Мынь и первым бросился в темноту.

Увидев, что их предводитель первым шагнул в неизвестность, Кошачий Патруль последовал за ним без колебаний.

В падении их уши настиг знакомый звук. Что это? Неужели шелест перьев в ночной тишине?

Е Тень Мынь приготовился к смерти и зажмурил глаза.

Но столкновения с землёй так и не произошло. Кто-то подхватил его перед самой поверхностью и, крепко держа сильными крыльями, унёс куда-то прочь, в безопасность.

Ну, конечно, это был «Отряд Ночных Рек»! Тот, что помог Кошачьему Патрулю решить дело о пропаже Лунной Жемчужины принцессы Чаннин! С тех пор утекло немало времени, но Е Тень Мынь и глава «Отряда Ночных Рек», вожак Хэ, оставались друзьями и поддерживали друг друга во многих начинаниях. И вот сегодня, в минуту опасности, «Отряд Ночных Рек» снова пришёл на помощь Кошачьему Патрулю! Весь состав Кошачьего Патруля был спасён храбрыми филинами из «Отряда Ночных Рек»! Едва лапы Е Тень Мыня коснулись земли, он поспешил поблагодарить вожака Хэ:

– Если бы не «Отряд Ночных Рек», то я, Е Тень Мынь, и все мои братья нашли бы здесь свой конец. Но откуда вы узнали, что мы в смертельной опасности? – Е Тень Мынь всё ещё не мог поверить, что они смогли избежать верной смерти.

– Е Тень Мынь, ты был очень занят последние дни и не знаешь свежих новостей. Я объясню. С тех пор как мы узнали о появлении Пэна, я и товарищи дежурили в лесной чаще, но так и не нашли его следов. Когда нам стало известно, что вы выдвинулись к восточной границе Империи Яньбэй, мы захотели объединить наши усилия и поспешили вам навстречу. К счастью, мы прибыли не слишком поздно. Ещё немного, и всё могло бы закончиться трагедией...

– Без разрешения командующего Кошачьим Патрулём и Северной Инспекцией Е Тень Мыня никто не смеет вступать в Зал Заседаний Северной Инспекции! – Целительница Цзинь преградила путь воинам Алой Тени. Зачем они вообще проделали столь длинный путь с Фусанских островов? Что им от них нужно?

У Целительницы Цзинь было сердце воина, но она не была настоящим бойцом. Всю свою жизнь она только и делала, что исцеляла жителей Тяньфу, и её хрупкие руки никогда не держали ничего тяжелее чашки с целебным отваром.

Один из солдат в алых латах отшвырнул Целительницу Цзинь со своего пути. Военачальник в маске óни приблизился к распростёртой на земле врачевательнице:

– Госпожа Цзинь, неужели вы меня не помните?

Целительница Цзинь вгляделась в глаза за маской. В её голове начали всплывать смутные воспоминания.

Загремел гром, небо затянуло чёрными тучами, и с неба хлынул проливной дождь.

Военачальник в маске демона поднял длинный меч и собрался обрушить его на Целительницу Цзинь.

– Обезьян Гуй! Немедленно опусти оружие и сдавайся!

В глазах военачальника мелькнуло изумление. Он медленно обернулся и увидел Е Тень Мыня, стоящего под дождём с копьём в руках.

– Е Тень Мынь, у тебя и правда девять жизней, – усмехнулся Обезьян Гуй.

– Тебе не следовало сюда возвращаться! – сказал Е Тень Мынь.

Видя, что Е Тень Мынь его узнал, Обезьян Гуй снял шлем с маской. Это был Шань Тан, который, по словам змеелова Шэ, пропал в лесу во время битвы с Пэном.

– Не думал, что прославленный командующий Северной Инспекцией всё ещё помнит моё имя, – холодно проговорил Обезьян Гуй.

– Во что ты превратился? Что с тобой случилось за эти годы? – Е Тень Мынь был потрясён до глубины души.

Обезьян Гуй был старым другом Е Тень Мыня и Мрачнокота У, бывшего командующего Северной Инспекцией. Когда-то они все вместе учились у одного наставника. Обезьян Гуй должен был стать бойцом Северной Инспекции наравне с Мрачнокотом У и Е Тень Мынем, но, когда выяснилось, что отец Обезьяна Гуя был предателем из Фусана, императорский двор объявил его предателем и отказался допускать до службы. После этого Обезьян Гуй был изгнан из Империи Яньбэй. Он провёл много лет в тени, лелея в душе ненависть к Северной Инспекции и всей Империи Яньбэй.

– Хватит тратить время! Пора начинать настоящее сражение!

Змеелов Шэ, стоя на крыше, расправил крылья. Его зрачки побелели, и он издал пронзительный, разрывающий небеса крик.

В тот же миг в ночном небе раздался гулкий, тревожный звук – несметная стая ворон, чёрная, как грозовая туча, хлынула со всех сторон во внутренний двор Северной Инспекции.

Вороны сбивались к центру, сплетаясь и срастаясь воедино, образовав наконец гигантскую птицу. Неужели это и есть настоящая Птица Пэн?! Или это всего лишь происки змеелова Шэ?..

Кошачий Патруль, держа наготове огненное оружие, выстроился полукругом. Первый ряд, сделав залп, мгновенно рассыпался по флангам, уступая место второму, а затем и третьему, которые обрушили на монстра непрерывный шквал огня.

Однако чудовище оставалось невредимым. Оно шаг за шагом наступало, с лёгкостью рассеивая ряды атакующих, наводя безумный ужас. Казалось, с ним невозможно справиться никаким оружием...

Напротив змеелова Шэ возникла одинокая фигура в холщовом плаще. Лицо было скрыто под соломенной шляпой, но изумрудный хвост, переливавшийся в лунном свете, сиял ярким загадочным блеском, который невозможно было не заметить.

– Обезьян Гуй, разве ты не знаешь, что Кошачий Патруль никогда не вступает в бой без запасного плана? – спросил Е Тень Мынь.

Обезьян Гуй, до сих пор сохранявший ледяное спокойствие, кинул взгляд на таинственного пришельца и нахмурился.

Перед лицом свирепого «Пэна» пришелец сбросил плащ. И лишь тогда все увидели, что это – советник Цюэ, бывший главный советник Империи Яньбэй, чья сила и мудрость не знали границ!

Павлин поднял посох и зашептал заклинание. Изумрудные перья его хвоста раскрылись сверкающим веером и создали мощное магическое поле.

– В этом мире нет всесильного Пэна, пронзающего небеса, и нет способного повелевать ветром и дождём божественного Павлина Куна. Мы все – лишь простые смертные, что коротают свой век на этой бренной земле. К чему рядиться в одежды божеств и духов? – произнёс павлин.

Свет, исходивший от его хвоста, заставил ворон встревожиться. Воздух наполнился оглушительным карканьем. Вороны, издавая пронзительные крики и корчась от боли, одна за другой начали отделяться от тела «Пэна».

Но, стоило птице полностью отделиться от тела, созданного заклинаниями змеелова Шэ, ворона вспыхивала, объятая ярким пламенем. Пепел понёсся на ночном ветру, и над Северной Инспекцией полил горячий огненный дождь. «Пэн» исчез без следа, словно его никогда и не существовало.

Но это был ещё не конец.

Увидев, что монстр был уничтожен, змеелов Шэ выхватил из своего хуциня длинный меч и бросился на советника Цюэ.

Но, когда клинок уже был готов опуститься на павлина, начальник разведки Северной Инспекции, дозорный Юнь, вонзил свои когти в крыло змеелова Шэ и выбил меч из его лап.

На земле, во дворе Северной Инспекции, коты и обезьяны сошлись в ожесточённой схватке. Силы двух сторон были равны.

– Противостояние бесконечно, а боль и обида передаётся по земле как чумная зараза. Лишь оставив взаимную ненависть, всё вернётся в изначальное состояние.

В ночном небе прозвучал торжественный голос советника Цюэ, подобный гулу великого колокола, полный глубины и сострадания. Сапфирово-изумрудные перья медленно опадали с его тела. Сменив радужное оперение на белоснежное, советник Цюэ устремился в самое сердце сражения.

Повсюду, где пролетал павлин, коты и воины Алой Тени опускали своё оружие. Советник Цюэ подлетел к Обезьяну Гую и легонько коснулся крылом его груди. Обезьян закричал в муке – и из его рта, носа и глаз изверглись снопы кроваво-красного духовного света.

Рычание Обезьяна Гуя становилось всё яростнее, его лицо искажалось, принимая всё более чудовищные черты. В этот миг советник Цюэ коснулся лапой его груди ещё раз. Обезьян Гуй отшатнулся, и из его спины вырвались мириады лучей духовного света. Воины в алых доспехах позади него, подобно воронам, обратились в клубы пепла и рассеялись без следа.

– Обезьян Гуй, оставь свою обиду и ненависть! Пусть демоны в твоём теле развеются с ночным ветром! – Голос советника Цюэ эхом пронёсся над Северной Инспекцией.

Несколько дней спустя в Империи Яньбэй воцарился прежний покой. Е Тень Мынь в сопровождении Златолиста Ецзы и дозорного Юня провожали советника Цюэ и змеелова Шэ к воротам Тяньфу. Змеелов Шэ держал огромный мешок с книгами. Очистившись от ненависти, сковывавшей его сердце, он преклонился перед советником Цюэ, желая следовать за ним в учении и постижении Пути Дао.

– Оправилась ли госпожа Цзинь? – осведомился советник Цюэ.

– Не беспокойтесь, ваша милость. Она отдохнёт ещё пару дней и будет в порядке, – заверил его Е Тень Мынь.

– Это хорошо. Пришло время прощаться. И если таков наш путь, то мы ещё обязательно встретимся вновь. – Советник Цюэ и змеелов Шэ поклонились Е Тень Мыню.

– Счастливого пути, – поклонился Е Тень Мынь.

В Зале Тигриного Клыка Северной Инспекции Е Тень Мынь восседал на месте командующего Северной Инспекцией. По обеим сторонам от него стоял его верный Кошачий Патруль в парадном обмундировании.

– Прежде чем начать утреннее совещание, я хочу представить вам вашего будущего собрата. С высочайшего соизволения Его Величества Императора Яркого Пламени начиная с сегодняшнего дня новый собрат вступает в ряды Северной Инспекции и становится одним из нас, – торжественно объявил Е Тень Мынь. – Помните: наше происхождение не должно определять нашу судьбу.

Едва он закончил свою речь, один из воинов быстрым шагом вышел вперёд, сложил руки в традиционном приветствии Империи Яньбэй и сказал:

– Боец Кошачьего Патруля Обезьян Гуй к вашим услугам!

Обезьян Гуй Юань, избавившись от демонов в своём сердце, обрёл облик белого Обезьяна, чистого душой и помыслами. Остальные воины Северной Инспекции, не тая прежних обид, один за другим выражали ему свои поздравления.

Глядя на Обезьяна Гуя, вставшего на путь добра, Е Тень Мынь наконец ощутил глубокое умиротворение. Он вспомнил слова, сказанные ему советником Цюэ на прощание: «Умение признавать вину и раскаиваться в своих ошибках – величайшая из добродетелей, доступная душе на этой бренной земле».

В этом мире добро и зло всегда будут существовать бок о бок. Но Кошачий Патруль продолжит охранять Тяньфу, неся его жителям счастье и покой.