Name: Магический секрет
Author: Мег Сюэмэй Икс
ISBN: 978-5-04-252152-2

Мег Сюэмэй Икс
Академия полукровок. Магический секрет

Я ненавижу себя за то, что меня тянет к этим полубогам.

Моя пробуждающаяся сила нестабильна и разрушительна. И только они могут предотвратить мое превращение в опасное оружие.

Когда наследник Люцифера прорывает защитные заклинания Академии, вместо похищения морской полубог, заклятый враг, раскрывает мое происхождение. Вместо того чтобы разоблачить меня или, хуже того, возглавить армию Доминиона в поисках, он оставляет за собой след из трупов, чтобы защитить мой опасный секрет...

Meg Xuemei X

HALF-BLOOD ACADEMY 2: MAGIC SECRET

* * *

Персонажи и места

Эпоха Великого слияния – время, когда мир пал и был поделен на две равные части между демонами и четырьмя полубогами

Аксель – полубог войны, сын бога войны Ареса

Зак – полубог неба, сын владыки богов Зевса

Пакстон – полубог морей, сын бога морей Посейдона

Гектор – полубог смерти, сын бога подземного мира Гадеса

Люцифер – владыка Преисподней, повелитель всех демонов

Лилит – сестра и жена Люцифера, мать принцессы Селесты

Принцесса Селеста, она же Потерянная принцесса – легендарная личность, которую неустанно разыскивают демоны

Локи – принц демонов, сын и наследник Люцифера

Живое пламя – таинственное оружие, способное, как гласит пророчество, переломить ход войны между Адом и Раем

Мэриголд – главная героиня, девушка-охотница, до поры до времени считавшая себя обычным человеком и не подозревавшая о своем истинном наследии

Крэк – город, в котором Мэриголд вела тихую, неприметную жизнь до встречи с полубогом войны

Джаспер – юноша-перевертыш, друг Мэриголд, учится в Академии Иных

Цирцея – юная ведьма, подруга Мэриголд, учится в Академии Иных

Ви – опекун Мэриголд, которая подобрала ее ребенком на улицах Крэка и воспитала, научила охотиться

Академия Полукровок – расположенное в Нью-Йорке учебное заведение, готовящее элитных воинов для Доминиона богов

Директриса Эсме фон Руш – глава Академии Полукровок и ближайшая соратница Ареса

Академия Иных – школа, в которой учатся сверхъестественные существа вроде ведьм, фей и перевертышей

Ритуал Рун Крови – ритуал, проводимый полубогами для отбора в свою армию самых достойных солдат, в чьих жилах течет кровь богов

Олимпийский зал – богато украшенное помещение в Академии Полукровок, где проводится ритуал Рун Крови

Зал Бриджуотер – место, где с периодичностью раз в несколько месяцев собираются на совместный обед ученики Академии Полукровок и Академии Иных

Святой Теодор – священник, который проводит ритуал Рун Крови с помощью магического кинжала

Кэмерон – потомок Зевса, лейтенант из Доминиона богов

Мари – солдат Доминиона

Елена – потомок Посейдона, новая подруга Мэриголд в Академии Полукровок

Нэт – дальний потомок бога металла Гефеста, новый друг Мэриголд в Академии Полукровок

Деметра – потомок богини плодородия Деметры, неофит Академии Полукровок, самопровозглашенный лидер элитной группы

Бритни – ближайшая подруга и соратница Деметры, очень похожа на нее внешне

Джек – неофит Академии Полукровок, дальний потомок Зевса, второй лидер элитной группы. По наущению Пакстона до полусмерти избил Мэриголд в нечестном поединке и пал жертвой ее пробудившейся силы

Глава 1

– Ты можешь прикасаться ко мне, ягненок, – обрадованно прошептал Гектор и одарил обжигающим, точно темная горящая звезда, поцелуем.

Земля ушла у меня из-под ног, но не потому, что я была ошеломлена его безудержной страстью – хотя это тоже соответствовало действительности. Найдется ли на свете девушка, которую не ослепили бы ласки самого полубога смерти? Но ощущение полета было реальным, потому что Гектор в самом деле взмыл со мной в небеса, обняв одной рукой. Его другая рука скользнула в мои растрепавшиеся волосы, придерживая голову так, чтобы углубить поцелуй.

В ответ я обхватила его ногами за талию и, почувствовав упирающийся в меня твердый стержень, возликовала от предвкушения. Наконец-то мне выпадет шанс передохнуть, и я получу желаемое – воплотившийся в жизнь любовный сон!

Воздушные потоки резонировали у меня в ушах, шум ветра усиливался, земля все больше отдалялась. В глубине души шевельнулось беспокойство. Не то чтобы я не доверяла Гектору, но разве не следует ему сосредоточить внимание на полете? Например, смотреть, в каком направлении мы движемся?

Его всепоглощающая страсть, разумеется, очень мне льстила, но рассудка-то я пока не лишилась. Хоть Гектор и отличается от своих кузенов, он такой же полубог, как они. Судя по нашим взаимодействиям, могу сказать, что все они безжалостны и не принимают всерьез ничего и никого, кроме самих себя.

Также они известны тем, что действуют по собственной прихоти.

Усилием воли я оторвалась от губ Гектора и тут же пожалела об этом. Удовольствие по-прежнему растекалось по коже, поэтому тело отчаянно противилось отлучению от источника ощущений и требовало, чтобы я продолжила целовать этого горячего, как само пламя, мужчину.

Моему организму понадобилось совсем немного времени, чтобы выработать зависимость от полубога смерти.

Гектор взглянул на меня сверху вниз, и его сапфировые глаза вспыхнули темным светом. Ему явно не по нраву бездушный холодный воздух, заполнивший пространство между нашими губами.

– Ягненок, что случилось? – мягко спросил он, однако в каждом его слове отчетливо слышалась врожденная властность.

– Ты летишь вслепую с пассажиром, – выпалила я. – Поэтому я сама буду приглядывать за нами обоими. Мне вовсе не хочется взваливать на себя дополнительные обязанности, но, похоже, такова моя доля.

Его неодобрение сменилось веселостью, уголки чувственного рта приподнялись.

Я глядела на его губы как загипнотизированная. Мне захотелось снова отведать их вкус – и плевать на последствия, даже несмотря на то, что мы находимся в воздухе. Я подалась было вперед, но отстранилась, не приведя своего намерения в исполнение.

– Понимаю. Мой ягненок мне не доверяет, – сказал Гектор низким шелковистым голосом, от тембра которого мое лоно тут же мучительно сжалось, охваченное желанием. – Сначала я должен заслужить расположение. Сам виноват, что не объяснил раньше: я никогда не относился к твоей безопасности легкомысленно. Однако я столько раз пролетал над Нью-Йорком, что мог бы сделать это даже с завязанными глазами.

– А что, если бы ты при этом отвлекся?

– Без разницы, – заверил он. – Тебе никогда не придется беспокоиться об обязанностях или домашних хлопотах. Я обо всем позабочусь.

– Правда? – уточнила я. – Каким образом?

– Скоро узнаешь, – улыбнулся он.

Я уставилась на огромные, парящие в потоках ветра крылья Гектора. Лучи послеполуденного солнца играли в его черных, как у ворона, перьях.

– Тебе нравятся мои крылья, – сказал он, заметив восхищение в моих глазах.

– Да, они ничего так, – пожала я плечами, не желая показывать, насколько я очарована его великолепной красотой.

Продолжи я наблюдать за грациозными взмахами обсидиановых крыльев Гектора, возможно, испытала бы наслаждение прямо в воздухе.

Что сильно бы меня разочаровало.

Посмотрев на землю, я увидела клубы дыма и сверкающие между зданиями Верхнего Манхэттена искры. Значит, на улицах Гарлема разгорелась стычка между демонами и солдатами Доминиона.

Гектор проследил за моим взглядом и, судя по виду, нисколько не встревожился из-за происходящего, что означало только одно: такого рода сражения были обычным делом в зоне боевых действий.

Хотя установление всеобщего мира оставалось для человечества несбыточной и недосягаемой мечтой, в центре Манхэттена насилия можно не опасаться. Здесь весьма оживленно. По улицам прогуливаются пешеходы разных национальностей, по дорогам проносятся машины. На ступенях длинной лестницы, ведущей в здание напротив общественной библиотеки, расположилась группка людей. Они кормили голубей и слушали музыку в наушниках.

Великое слияние затронуло не все сферы жизни, отчасти благодаря тому, что полубоги ревностно защищали свое царство. Многие люди до сих пор обитают в некоем пузыре, грозящем в любой момент лопнуть, и даже не догадываются об этом.

Я вновь сосредоточила внимание на своем спутнике, самом прекрасном создании из всех, когда-либо мной виденных. Мое сердце сжалось, кровь в жилах вскипела от страстного желания.

Мой рыцарь с обожанием следил за каждым моим движением.

– Чтобы тебе было спокойнее, давай воспользуемся другим видом перемещения, – предложил он.

– Что ты имеешь в виду? – запинаясь, уточнила я. – Терпеть не могу сюрпризов.

Неопределенность я также не жаловала, особенно учитывая события недавнего прошлого.

Над нами пронесся вихрь, у меня перед глазами замелькали тени. Защитным жестом Гектор закутал меня в кокон своих крыльев, будто я действительно была его ягненком. На смену кружащемуся водовороту света и тьмы пришло стекло, затем все замерло. Оказалось, что Гектор стоит на твердом полу, а я карабкаюсь по нему, как по дереву.

– Мы дома.

Усмехнувшись при виде выражения моего лица, он сложил крылья.

– Дома? – как идиотка переспросила я.

Собственно, таковой я и являюсь с тех пор, как полубог смерти поцеловал меня и взмыл со мной в небо. Я не в состоянии рассуждать логически, мне трудно собраться с мыслями.

Нужно взять себя в руки.

Оглядевшись по сторонам, я с изумлением отметила, что сон, в котором я видела Гектора, воплотился в реальность. Мы находимся в роскошной квартире в небоскребе, и вид отсюда такой же потрясающий, как был в том сновидении. С одной стороны – пышный парк, утопающий в зелени и розовых цветах; с другой – фешенебельные, кипящие жизнью улицы Манхэттена, где все буквально кричит о богатстве.

– Со мной ты в безопасности, ягненок, – заверил Гектор, прижимая меня к своей твердой груди.

Хоть мы и приземлились, он не спешил выпускать меня из объятий.

– Это здание защищено магическими заслонами. Окна, по сути, представляют собой односторонние зеркала, чтобы мы могли наблюдать за происходящим снаружи, оставаясь невидимыми для остального мира. Кроме того, стекла пуленепробиваемые.

– О какой безопасности речь? Разве Манхэттен – не худшая зона боевых действий?

– Нейтральная зона, – поправил Гектор.

– Насколько мне известно, в нейтральных зонах происходят куда более яростные схватки с демонами, чем на поле битвы.

– Эта часть Манхэттена недосягаема для всех, – заверил Гектор. – У Люцифера тоже есть здесь квартира. Когда приезжает, он останавливается в восточном крыле.

– Что? – взвизгнула я. – Я не готова к знакомству с ним!

Все демоны, включая встреченного мной в темном лесу вокруг Крэка, проявляли ко мне нездоровый интерес. Мне вовсе не хотелось, чтобы меня по ошибке приняли за Потерянную и уволокли прямиком в Ад – особенно если обознается сам Люцифер, великий владыка Преисподней.

На мою беду, меня затащили в Академию Полусмертников, где чуть не сожгли заживо, а потом зверски избили.

– Никому не дозволено тебя трогать, включая Люцифера, – сказал Гектор. – Ты под моей защитой. Люцифер проводит здесь всего пару дней в году. Даже если нам не посчастливится встретиться с ним в общей зоне, не сомневаюсь, что мы сумеем вести себя цивилизованно. Наши армии сражаются друг с другом, но сами мы не варвары.

Поджав губы, я хотела было отстраниться от него.

– Значит, вы с ним приятели?

Мне не довелось жить под каблуком у дьявола, но каждый гражданин знал, чего он стоит нашему миру и цивилизации.

Гектор притянул меня к себе и заключил в объятия.

– Ни в коем случае, ягненок, – процедил он сквозь зубы. – Он мой заклятый враг. Мы все ждем решающей битвы.

При упоминании об этом мое сердце отчаянно заколотилось в груди, а кровь застыла в жилах. Что, если Гектор погибнет на поле боя? Я ведь только что нашла его!

– Не волнуйся, – успокоил он, проводя большим пальцем по моей сжатой челюсти. – Давай приготовим тебе ванну. Ты отчаянно в ней нуждаешься.

И то верно. Я же до сих пор заляпана кровью демонов – и своей собственной. Удивительно, что Гектор вообще меня поцеловал.

– Да, ванна бы мне не помешала, – согласилась я, чувствуя, как учащается пульс – ни дать ни взять выстреливающая из жерла вулкана лава!

Неужели Гектор намерен мыться вместе со мной? Он вроде как на это намекает. Я нерешительно покосилась на него, а он подхватил меня на руки. Когда я положила голову на его широкое плечо, на меня вдруг нахлынула смертельная усталость, и я всецело вверила себя его заботам.

Пока Гектор нес меня наверх, я внимательно изучала открытую планировку квартиры. Первый этаж его жилища размерами превосходил футбольный стадион. Изящная современная кухня вела в шикарную столовую и элегантную гостиную с металлизированными стенами. Здесь имелось несколько белых изящных диванов и семейный развлекательный комплекс.

Поднявшись по лестнице, мы миновали его спальню, рядом с которой находилась купальня. Войдя, Гектор неохотно усадил меня на золотистую мраморную столешницу у раковины и, освободив себе руки, включил воду в ванне, настолько просторной, что в ней с легкостью поместились бы его огромные крылья.

– Джакузи! – радостно воскликнула я, принимаясь болтать ногами. – Подобной штукой мне пользоваться не доводилось.

Вода быстро набиралась.

Повернувшись ко мне, Гектор окинул меня ласкающим жарким взглядом.

– Чего ты ждешь? Хочешь, чтобы я тебя раздел? – подмигнул он.

От подобного предложения у меня закружилась голова и стеснило в груди.

– Ты останешься? – уточнила я, сверкая глазами от предвкушения.

– Где же еще мне находиться, раз ты здесь? – тихо спросил он, смежив веки от переполняющего его желания. – Я не против помочь тебе избавиться от одежды, если позволишь, потому что намерен лично искупать тебя и осмотреть раны.

– Я в состоянии сама это сделать, – пробормотала я, чувствуя, как пылает лицо под тяжестью его испепеляющего взгляда. Если он будет и дальше так на меня смотреть, я вспыхну как спичка.

Стряхнув с плеч свою изорванную куртку, я бросила ее на пол и лукаво улыбнулась Гектору, давая понять, что со мной все в порядке.

– Ты потрясающе красива, – выдохнул он.

Отрадно, что он считает меня привлекательной, даже когда я с ног до головы заляпана кровью и грязью. Стоило мне поднять на него благодарный взгляд, как желудок предательски заурчал. Черт, не ожидала, что это так испортит настроение.

– Ты голодна, – ахнул Гектор.

– С утра ничего не ела, – призналась я.

Он обеспокоенно нахмурился.

– Почему? Неужели все это время ты сражалась с демонами? – В его глазах вспыхнула убийственная ярость. – Я не видел других солдат Доминиона. Кто допустил, чтобы ты в одиночку отбивалась от этих исчадий Ада? Тебя же чуть не убили.

Если бы полубог смерти не подоспел вовремя, меня и правда либо прикончили бы, либо изувечили и утащили в Преисподнюю.

– Долгая история, – отмахнулась я. – Причиной всех моих несчастий является не кто иной, как твой кузен Свинстон.

– Свинстон? – недоуменно протянул Гектор.

– Ну да, это второе имя Пакстона, – прошипела я. – Он лишил меня возможности позавтракать. Из-за него я даже запаха кофе не понюхала, не говоря о том, чтобы перехватить пончик. Налетел, точно коршун, и потащил на занятие по славе олимпийских богов. Со мной он обошелся совершенно бесславно.

Гектор прищурился. Его красивое лицо точно затянуло тучей.

– Пакстон заставил тебя силой? – протянул он.

От его угрожающего тона мои глаза опасно заблестели.

Сейчас самое время посеять семена раздора между кузенами, поскольку я только что нашла того, кто влюблен в меня и к тому же нуждается во мне.

Все потому что я – не просто одна из немногих, но единственная женщина, способная дотронуться до полубога смерти, продолжая при этом жить и дышать. Для других его прикосновение летально, а для меня – восхитительно захватывающий опыт.

Из-за огромного удовольствия, которое Гектор мог получить, лаская меня, меня одну, в его интересах вести себя со мной по-доброму и оберегать.

Насколько это круто?

Я подавила ухмылку.

– Твой кузен обращался со мной как с преступницей и волок за собой больше мили. Все это время у меня кружилась голова, я едва не упала в голодный обморок, – сообщила я.

Сапфировые глаза Гектора засверкали от ярости.

– Больше того, обедать он мне тоже запретил, – подлила я масла в огонь, стиснув челюсти при воспоминании о жестокости полубога морей по отношению ко мне.

– Как он посмел! – прорычал Гектор. – Уж я с ним поговорю!

Когда полубог обещает с кем-то поговорить, он имеет в виду жестко разобраться.

– Взял и посмел, даже рискуя навлечь на себя твое недовольство, – продолжила я, еще сильнее распаляя его гнев. – Помнишь тот сон, в котором мы встретились?

– Да, ягненок, – подтвердил Гектор. Суровое выражение его лица смягчилось при упоминании об эротическом опыте, а во взоре разгорелась плохо сдерживаемая мужская похоть. Он прищурился. – Я помню каждую мельчайшую деталь, поскольку снова и снова прокручиваю все в голове и лелею в памяти.

– Это очень заботливо и романтично с твоей стороны. – Мое сердце затрепетало, но я напомнила себе, что миссия еще не выполнена. Про Пакстона я готова наговорить немало гадостей! – Свинстон без приглашения вломился в мою комнату, пока я спала, – продолжила я ябедничать, под пристальным взором Гектора стягивая с себя штаны. – Он затопил мою кровать и вырвал из нашего с тобой прекрасного совместного сна, в то время как я... сидела на тебе верхом.

Я немного приврала. На самом деле разбудил меня вовсе не Пакстон, а моя подруга Елена, но об этом я намеренно умолчала.

Губы Гектора скривились в диком оскале.

– Так вот почему мы не довели наш любовный акт до логического завершения! С тех пор я пытаюсь до тебя добраться.

– Мне тоже очень жаль! А все из-за того, что нас прервал Свинстон, – вздохнула я, бросая свой спортивный бюстгальтер на грязную окровавленную школьную форму, сваленную бесформенной кучей на полу.

Я вдруг засмущалась, но быстро поборола робость. Гектор уже видел меня голой, и наяву я выгляжу точь-в-точь как во сне.

– Пакстон всегда был бессердечным мудаком, – объявил Гектор, не сводя жаркого взгляда с моей обнаженной груди. – Я терпел его только потому, что и сам ничем от него не отличался.

– Ты нисколько на него не похож! – в смятении воскликнула я. – Ты другой, правда же, Гектор?

Если окажется, что полубог смерти слеплен из того же теста, что и его водоплавающий кузен, каковы мои шансы изменить свою судьбу, превратив насилие и отчаяние в нечто лучшее?

В его суровых глазах появился мягкий блеск.

– Теперь да, потому что у меня есть ты. – Он ненадолго замолчал, и в нем с новой силой вспыхнула ярость. – А что Пакстону понадобилось в твоем общежитии? Полубогам подобные пустяки не свойственны.

– Тебе ли не знать, – подхватила я, и мое лицо посуровело. – В отличие от тебя он не вышел на улицы сражаться с демонами, зато заявился ко мне в комнату, чтобы поиздеваться. А потом и вовсе приказал Джеку, своему верному прихвостню, избить меня до полусмерти. Он заставил меня заплатить за то, что я не поклонилась ему по примеру остальных. Свинстон запомнил меня и пообещал сломить. Я регенерировала и сбежала из Академии, не дожидаясь, пока меня там прикончат.

Я тихонько всхлипнула, нисколько не стыдясь плакать в присутствии грозного полубога смерти.

– А потом ты нашел меня всю в крови, бродящей по опасным улицам Манхэттена. Если бы ты не появился, Гектор, меня бы уже и на свете не было, и все из-за Свинстона.

Его тело окутала черная тень, а глаза заволокла тьма, поглотив их прекрасный сапфировый цвет. Он сжал кулаки и воинственно расправил крылья, в мгновение ока превратившись в полубога смерти – во всех смыслах.

– Гектор? – встревоженно позвала я.

Когда он посмотрел на меня, объявшая его темная пелена стала медленно отступать.

– Тебе нечего бояться, – заверил он. – Я зол не на тебя. А с Пакстоном непременно поговорю. Если он в самом деле сотворил с тобой подобное, то больше не будет называться моим братом.

– Хочешь сказать, что я солгала? – в ярости воскликнула я.

– Конечно, нет, – мягко ответил Гектор. Его радужки вернули привычный оттенок, а крылья сложились за спиной и исчезли. – Пакстон больше тебя и пальцем не тронет. Если он это сделает, я убью его.

Я так и вытаращилась на него.

– Неужели ради меня ты готов порешить своего кузена?

Пакстон уверял, что полубог смерти – его верный союзник, с которым они заодно с незапамятных времен.

– Ради тебя я прикончу кого угодно, – заверил Гектор.

Я выдохнула. Итак, я нашла в его лице абсолютного могущественного защитника.

– Спасибо, – сказала я. – Только невинных пощади. Я сама укажу пальцем на плохих парней, чтобы ты с ними разобрался.

Хотя мы говорили об убийствах и насилии, я пребывала в романтичном настроении и чувствовала себя в безопасности. Нынешняя моя ипостась не похожа на ту Мэриголд, которую я знала всю жизнь. Каждая клеточка моего тела пульсировала благодарностью к Гектору, готовому ради меня вселять ужас в сердца врагов.

Гектор обхватил мои руки своими крупными ладонями, и от этого прикосновения по моему телу разлилось удовольствие. Я успела снять с себя все, кроме трусиков.

Гектор уставился на мое черное исподнее и, похоже, растерялся, словно не мог решить, что сделать в первую очередь: обхватить грудь или взять в рот упругий розовый сосок?

Судя по виду, он хотел всего и сразу. Чтобы его руки оказались повсюду одновременно.

– Наверное, мне пора в джакузи? – спросила я, приняв решение за него. – Воды достаточно.

– Хорошая мысль, – согласился Гектор, разворачивая меня, чтобы осмотреть. – Раны прекрасно зажили. А теперь давай-ка проверим твою попку.

С этими словами он спустил трусики вниз по моим ногам и, сдернув их и бросив на пол, вперился взглядом в золотистые лобковые волосы и ложбинку между бедер. Я резко втянула в себя воздух при виде бушующей в его глазах необузданной похоти.

Мое ноющее лоно пульсировало от желания.

– Гектор? – простонала я и содрогнулась.

– Сначала искупайся, – хрипло велел он, поднимая меня со столешницы и поднося к джакузи.

Внутри бурлили пузырьки. Льющийся с потолка приглушенный голубоватый свет освещал мраморные стенки ванны. Гектор опустил меня внутрь, не отрывая глаз, и я отвечала ему тем же.

– Скоро вернусь, – со вздохом объявил он.

Я собралась было запротестовать, потому что не хотела, чтобы он уходил, но боялась отпугнуть своей навязчивостью и внезапно пробудившейся жаждой близости.

Подняв с пола мои трусики и грязную форму, Гектор вышел из комнаты. Мне все равно, даже если он их сожжет. Хватит с меня Академии!

Глава 2

Комнату освещали потолочные лампы, создающие бледно-голубое сияние, мраморная ванна имела собственную подсветку.

Нежась в омывающей тело теплой водичке, я довольно вздохнула и погрузилась на самое дно. Это первая передышка с того злополучного дня, когда Аксель привез меня в Академию. В отсутствие Гектора у меня внезапно появилось время подумать об Акселе и Заке.

Несмотря на свои многочисленные недостатки, полубог войны никогда не хотел причинить мне боль. Даже будучи бессмертным, он мог погибнуть и осознавал это, однако рисковал жизнью, чтобы защитить меня от огня, вспыхнувшего во время ритуала Рун Крови. Аксель успел обжечься, прежде чем к нему присоединился Зак, принявший на себя часть пламени.

Пакстон тоже внес свой вклад, чтобы уменьшить жжение внутри меня, но о нем я вспоминать не хотела. Для меня он все равно что мертв.

Полубоги, конечно, эгоистичные и эгоцентричные придурки, но Аксель с Заком не проявляли этих качеств по отношению ко мне. Так что я повела себя не совсем честно, включив их в личный список тех, кого ненавижу. Я вспомнила написанные на их лицах ярость и опустошение, когда они вошли в тренировочный зал и увидели, в каком плачевном состоянии я пребываю.

Из-за меня они едва не лишились рассудка.

Как бы я на них ни злилась, не могла отрицать, что некую часть меня тянет к ним, как булавку к магниту. А имеющаяся у нас с Акселем особая связь не разрушалась, даже когда я находилась в обществе Гектора.

Мне это не нравилось. Не по душе мне любые запутанные, не поддающиеся объяснению чувства, эмоции или отношения. Которые сейчас как раз меня и настигли.

Когда Гектор вернулся в одних трусах-боксерах, у меня внутри все воспламенилось и начало плавиться. Я заскользила глазами по его широким плечам, упругому торсу и накачанному прессу, отметив дорожку золотистых волос, исчезающую под резинкой дорогостоящего нижнего белья. Она сообщала моему телу эротические ощущения, а воображению – дикие необузданные образы. Наконец я с тупым восхищением перевела взгляд на мощные ноги Гектора, состоящие, казалось, сплошь из крепких мышц.

Он подобен совершенной, высеченной из гранита и стали статуе, которая дышит, излучает жар и пылает вожделением ко мне.

Не моргая, я бесстыдно уставилась на огромную выпуклость, растягивающую ткань его трусов. Может, стоит напомнить, что его естеству не терпится вырваться на свободу?

Уголки губ полубога смерти поползли вверх. Похоже, его забавляла и радовала моя неприкрытая горячая реакция на него. А что мне скрывать? Я действую сообразно своему искреннему интересу.

– Ничего такого, что было бы незнакомо твоему взору, – сказал он, лаская своим обжигающим взглядом.

Меня захлестнула новая волна желания.

– Не совсем так, – возразила я. – Я видела тебя только во сне, но он оказался слишком коротким.

– Тогда гляди – сколько душе угодно, женщина. Но теперь моя очередь ознакомиться с каждым дюймом твоего тела и запечатлеть в памяти воспоминание о твоей красоте.

Иногда высказывания Гектора бывали вычурными, разительно отличающимися от тех, что использовала я, но, в конце концов, он ведь древний полубог, живущий с начала времен.

– А после этого? – промурлыкала я.

– После этого, – протянул он с текучим вожделением в голосе, – я буду пробовать тебя на вкус и смаковать снова и снова.

Кровь застыла в моих жидах.

Как он собирается меня смаковать? Воспользуется ли для этого пальцами, языком, зубами – или всем сразу?

Одним быстрым нетерпеливым движением Гектор сорвал с себя трусы, обнажаясь. Я уставилась на него, завороженная. Я не могла дождаться, чтобы обхватить его обеими руками и в полной мере насладиться.

Я облизнула губы. Гектор шагнул в джакузи и сел напротив меня.

– Повернись, – велел он.

– Зачем? – нервно спросила я, но повиновалась и устроилась ягодицами у него на коленях.

Его мужское достоинство прижалось к внутренней стороне моего бедра. Я восторженно напряглась и, расправив плечи, замерла в ожидании, когда он приподнимет меня, раздвинет мне ноги и войдет в жаркое лоно.

Я предвкушала наслаждение, которое подарит мне полубог смерти, – оно будет подобно взрыву, ни больше и ни меньше.

Но все пошло не так, как я представляла.

Гектор плеснул мне на макушку немного шампуня и, равномерно его распределив, начал массировать кожу головы. Что ж, тоже неплохо. Я застонала, когда его пальцы подобрались к корням волос.

Благодаря своим крупным ладоням он быстро закончил мыть мои волосы и перешел к телу. На моей груди и в ложбинке между бедер его пальцы задержались несколько дольше, чем на остальных участках.

Я извивалась от его ласк, одновременно нежных и жестких. Вода в джакузи кружилась, струя стала чистой и прозрачной. Опустив голову, я посмотрела на свое тело и увидела покрывающую кожу сеточку крошечных перекрещивающихся линий.

– Надеюсь, что шрамы когда-нибудь исчезнут, – с сожалением молвила я, оглядываясь на Гектора через плечо, – и я покажусь тебе куда более красивой, чем теперь.

В глазах Гектора вспыхнули ярость и желание.

– Ты и сейчас прекрасна и в улучшениях не нуждаешься, – тихо заверил он и добавил убийственным тоном: – Но Пакстон с Джеком все равно заплатят за твои шрамы.

– Возможно, я прикончила Джека, – протянула я.

Наверняка мне это неизвестно. Я была тяжело ранена и потому не обращала внимания на хаос, воцарившийся в тренировочном зале после того, как моя магия вырвалась на свободу. Если я правильно помню, прихвостень Пакстона рухнул как подкошенный и перестал подавать признаки жизни после одного-единственного моего энергетического удара.

Джек был исполненной ненависти пешкой в игре полубога морей, поэтому с энтузиазмом кинулся выполнять приказ убить меня.

– Хорошо, – мрачно изрек Гектор. – Я проверю, что с ним, и если он до сих пор жив, то скоро пожалеет, что не умер.

Я не хотела снова злить Гектора, только не сейчас, когда мы переживали такой чувственный момент, поскольку видела, как тьма – сигнатура самой смерти – поглотила свет в его глазах, когда он пребывал в гневе из-за приказа Пакстона своему приспешнику избить меня. Стоило Гектору проявить свою ужасающую темную сторону, как во мне поднялся и разлился по венам первобытный страх.

– Ты хорошо меня помыл, Гектор, – сменила я тему, разворачиваясь на коленях у своего восхитительного возлюбленного из сна, чтобы заглянуть ему в лицо. – Хочешь, теперь я потру тебе спинку? У меня это отлично получается.

– Не трать силы, – отказался он, проведя костяшками пальцев по моей щеке. – У тебя выдался тяжелый день. Прости, что меня не было рядом, дабы защитить тебя. Но теперь я здесь и никому не позволю тебя и пальцем тронуть. Я позабочусь о тебе.

Я улыбнулась в ответ на столь пламенную тираду.

– А я в таком случае позволю тебе обо мне позаботиться.

Гектор посмотрел на меня со всей нежностью и благоговением, какие только есть в мире. С другой стороны, я единственная женщина, способная пережить его прикосновения.

– Ты действительно здесь, в моих объятиях?

– Где еще мне быть? – усмехнулась я. – Найдя тебя, я перестала считать вселенную дерьмовым местом.

Как бы ни старалась я не показывать своего непристойного интереса, в конце концов сдалась и опустила взгляд на его пах. Гектор сам виноват, поскольку его желание обжигало внутреннюю сторону моего бедра. Под тяжестью моего пристального взгляда он испытывал возбуждение.

Я мгновенно потянулась к нему и обхватила пальцами. Никогда раньше не держала его в руках. Тут мне в голову пришла идея. Когда мы вышли из воды, я, повинуясь желанию, взяла его стержень в рот и принялась ласкать его ртом. Огромный размер мог стать проблемой, но я справилась.

Довольно ахнув, Гектор прикрыл глаза от вожделения.

– Ягненок, – позвал он, сжав своей большой рукой мою грудь.

По всему моему телу распространилось покалывание. Желание вскипело в крови с такой силой, что хотелось лишь одного – почувствовать его.

– Возьми меня, Гектор, – простонала я.

– Больше всего на свете я мечтаю любить тебя, – подхватил он, – как делал это в нашем совместном сне. Но прежде хочу поухаживать за тобой, чтобы ты сполна насладилась всеми прелестями этого столь важного для каждой девушки периода. А уж потом полностью и окончательно заявлю на тебя свои права.

Мое трепещущее сердце потеплело.

– Но... – начала было я.

Он напрягся, его глаза вспыхнули угрожающим блеском, а губы исторгли поток ругательств.

Я замерла и, прищурившись, посмотрела на него.

– Что такое? Если тебе нужна женщина, которая соглашается с каждым твоим капризом, то это не про меня. Я не буду плясать под твою дудку, сколь бы велико ни было мое желание к тебе. Так что решай, кого ты хочешь, чувак. У меня, Мэриголд, есть собственное мнение, и так будет всегда.

– К нам пожаловали гости, моя зажигалочка, – сообщил он. – Подожди здесь, пока я от них избавлюсь.

Один за другим разжав мои пальцы, Гектор высвободил свое мужское достоинство и встал, демонстрируя великолепное тело во всей красе.

Когда он выбрался из ванны, с его твердой груди и мускулистых ног закапала на пол вода, а я была не в силах оторвать глаз от него.

Я моргнула от удивления при виде окутавшей тело полубога смерти брони, подобной второй коже, которая возникла буквально по щелчку его пальцев. Выходит, он способен одеваться и раздеваться по воле мысли и, скорее всего, мог бы сделать то же самое для меня, однако предпочел без спешки снять с меня трусики и стянуть собственное нижнее белье.

Значит, полубог смерти не всегда бывает практичным, временами любит и поиграть.

Он бросил на меня вожделеющий взгляд.

– Подожди здесь. Я вернусь, чтобы вытереть тебя.

С этими словами он удалился.

Но я не из тех, кто готов ждать – никогда не понимала таких девушек! Особенно теперь, когда уловила проникающий в ванную комнату аромат свежеиспеченного хлеба, жареной курицы с розмарином и вина.

Гектор сказал, что пожаловали гости. Любопытно, кто бы это мог быть? Нет ли у него знакомых женского пола, существование которых он хочет от меня скрыть? Я тут же почувствовала укол ревности, к желудку подкатила тошнота. Но в следующий миг вспомнилось некое обстоятельство, заставившее меня возликовать. Даже если у полубога смерти и были другие девушки, они не могли прикоснуться к нему, не пострадав от ужасных последствий.

Мгновенно накатившее отвращение к себе самой заставило устыдиться подобных мыслей.

Я изменилась с тех пор, как переступила порог Академии, однако не это учебное заведение надлежало винить в том, что оно погубило меня и превратило в нынешнюю версию Мэриголд. Если бы тьма не жила во мне изначально, никто и ничто не смогло бы вытащить ее на поверхность.

Я выскочила из джакузи, не потрудившись вытереться, и, кое-как обмотав грудь полотенцем, бросилась вслед за полубогом смерти.

Глава 3

Мой взгляд устремился в противоположный конец просторного зала, где стоял дубовый обеденный стол, уставленный разнообразными блюдами. Вот он, источник восхитительных запахов!

Ни кухарки, ни команды поваров, которая могла бы приготовить еду, нигде видно не было. Выходит, я недооценила Гектора. Он пригласил кого-то, чтобы позаботиться обо мне.

Как и обещал.

Покормить меня и искупать – он предпочитает действовать старомодными способами.

Последние три года я в основном играла роль курицы-наседки: заботилась о членах своей команды, взвалив на плечи груз наших совместных тягот. Смена ролей была приятной, но все же ненадолго выбила меня из колеи.

Я с благодарностью посмотрела на Гектора, который в настоящий момент направлялся к двери. Хоть я и была босиком, он, похоже, услышал, как я спустилась, поскольку резко повернул голову в мою сторону, пронзив взором.

Спохватившись, что с меня на персидский ковер капает вода, я поспешно переместилась на мраморную плитку.

– Э-э, извини, – промямлила я. – Не хотела испортить твой дорогой ковер.

– Плевать мне на ковер, – грубо отозвался Гектор. – Однако я попросил тебя подождать в ванной не просто так.

– Плевать мне на твою причину, – подражая его тону, парировала я со своим обычным вызывающим видом, который чертовски раздражал остальных полубогов. – Не собираюсь прятаться ни за кого, даже за тебя.

В его потемневших глазах мелькнуло удивление.

Очевидно, он не ожидал возражений, возможно, из-за произошедшего между нами в джакузи, но куда вероятнее, потому что никто никогда не осмеливался перечить полубогу.

Может быть, Гектор такой же, как его кузены, – рожден, чтобы властвовать и принимать привилегии как должное. Вся их четверка считает любых обитателей своего королевства подданными и требует абсолютного послушания.

Мне с трудом удалось сдержать ехидную усмешку. Со мной Гектор просчитался. Я не подчиняюсь никому!

Все же до меня начала доходить суровая реальность. Мне почти ничего не известно о полубоге смерти, и сладкий красавчик из моего сна в реальной жизни вполне может оказаться очередным засранцем.

Устремив на него дерзкий взгляд, я вздернула подбородок.

– Прости, что сорвался на тебе, – тихо сказал Гектор.

– Мэриголд! – раздался снаружи возмущенный голос.

Черт, да это же Зак! Зачем он здесь? И где Аксель?

– Печенька! – вторил ему голос полубога войны.

– Отвалите! – рыкнул Гектор, не отпирая замка.

Ударившая в дверь молния заставила ее с грохотом распахнуться, а налетевший мощный порыв ветра разметал мои волосы, бросив пряди мне в лицо. Одна попала в рот, и я выплюнула ее.

Гектор попытался захлопнуть дверь, чтобы отгородиться от незваных гостей, но не преуспел: Зак с Акселем, облаченные в доспехи, все же ворвались внутрь.

– Что за хрень? – прорычал Гектор, сверля кузенов взглядом.

Игнорируя его, вновь прибывшие устремили ошеломленные взгляды на меня. А я смотрела на них в ответ, придерживая край полотенца, чтобы оно не упало.

Зак шагнул было ко мне, но Гектор преградил ему путь.

– Не подходи к моему ягненку, – предупредил он.

Воспользовавшись их конфронтацией, Аксель, который всегда был хитрее своих двоюродных братьев, поспешил ко мне.

– Печенька, ты в порядке? – спросил он.

Окинув беглым взглядом с ног до головы, он заключил меня в объятия. Я попыталась вырваться, но он не отпускал, поэтому я ударила его кулаком в грудь, однако его твердые мышцы не дрогнули. Меня окутал знакомый мужской запах с нотками дикого ветра и пылающих звезд, лаская и зовя за собой. Уронив голову на его широкое плечо, я всхлипнула.

Я страшно злилась на него, что верно, то верно, но и скучала тоже, хоть и не осознавала этого до настоящего момента.

Честно говоря, я разочаровалась в самой себе. Проявлять мягкость по отношению к полубогу войны не входило в мои планы. Наоборот, я намеревалась как следует врезать коленом по яйцам и ему, и Заку, если увижу их снова.

Охваченный ревнивой яростью, Гектор поспешил к нам:

– Оставь мою Мэриголд в покое!

Он обрушил на Акселя вихрь темного света и ветра, но тот создал ответный шторм и прикрылся им, одновременно защищая и меня.

Я метнулась в сторону, подальше от них обоих.

Когда их силы столкнулись, во все стороны полетели предметы мебели, круша оконные стекла, оставляя вмятины на стенах и потолке. Вещи – дорогие вещи – разбивались вдребезги, усеивая пол обломками.

– Как вы двое смеете заявляться сюда после того, как не защитили ее от побоев Пакстона!

Лица Зака и Акселя потемнели, исказившись от стыда, вины, сожаления и гнева. Мне хотелось причинить им боль, но немного, не нанося настоящего вреда.

– Прекратите драку, – крикнула я. – Зака и Акселя не было в Академии, когда это случилось. Будь они там, никогда бы не позволили Свинстону сотворить со мной подобное. Да и я, в конце концов, оказалась не в проигрыше. Я сопротивлялась, боролась изо всех сил.

Зак бросил на меня изумленный взгляд, словно не ожидал, что я буду защищать их с кузеном. Однако я просто констатировала факты.

– Мы и правда виноваты, – горестно возразил Зак. – Мы с Акселем вернулись слишком поздно, и ты пострадала. Мы заставили Пакстона заплатить за его преступление – переломали ему не один десяток костей. Раздробили бы их все, если бы не нужно было идти искать тебя.

– После твоего исчезновения Пакстон не оказал нам сопротивления, – злобно добавил Аксель, швыряя в Гектора новые энергетически снаряды. – И не отрицал своей вины. Когда вернемся в Академию, снова зададим ему знатную порку.

От ударов, которыми осыпали друг друга борющиеся полубоги, дребезжали окна и сотрясалось все здание.

Внутрь ворвался отряд вооруженных до зубов солдат Доминиона, но при виде мутузящих друг друга Гектора и Акселя остановился у стеклянных стен. Никому не хотелось попадать под перекрестный огонь.

Я решила, что пришло время положить драке конец. Эти двое могут сражаться хоть весь день, что никому не пойдет на пользу, а я умираю с голоду!

Я шагнула к ним, не заботясь о том, что попадусь под горячую руку. Аксель и Гектор сместились в дальний конец помещения. И сменили тактику. Позабыв об энергетических шарах, теперь они лупили друг друга кулаками и награждали пинками.

Зак рванулся ко мне, привлек к себе и оттащил назад.

– Прекратите! – прогремел он. – Если продолжите в том же духе, наша Мэриголд пострадает. Вы этого хотите?

Его слова возымели чудодейственный эффект: Гектор и Аксель мгновенно угомонились. Слабые электрические разряды еще немного потрещали в воздухе и погасли.

– Сэр? – подал голос капитан Доминиона, ожидая приказов Гектора.

Остальные солдаты переводили взгляды с полубогов на меня и обратно на Гектора.

Я не винила их за то, что таращатся на меня, поскольку в самом деле выглядела среди полубогов нелепо и неуместно: я продолжала придерживать полотенце на груди, чтобы оно не упало, и с меня до сих пор капала вода, собираясь лужицами на полу.

Переживая, что кузены покалечат друг друга, я так и не привела себя в сколь-нибудь пристойный вид.

Взмахом руки Гектор отослал отряд прочь.

– Больше никаких сражений здесь не будет.

Воины Доминиона вытянулись по стойке смирно и, быстрые, как тени, покинули комнату.

– Придурок Аксель тебя напугал? – обеспокоенно спросил Гектор, подходя ко мне.

Упомянутый «придурок» бросился вперед, встав между мной и кузеном.

– Неужели забыл, что тебе нельзя к ней приближаться? – прорычал полубог войны. – Ты же знаешь, что твое прикосновение смертельно для всех, кроме нас.

– Я могу дотрагиваться до Гектора, – возразила я. – Мы уже это проверили.

Аксель повернулся ко мне и, недовольно прищурившись, перевел взгляд с моей едва прикрытой груди на голые ноги.

– Что ты проверила, Печенька? – спросил он. – Стоит сто раз подумать, прежде чем затевать игры с полубогом смерти.

– Не твое дело, кого я трогаю! – запальчиво воскликнула я, уперев свободную руку в бедро, чтобы продемонстрировать свое отношение.

В это же время Аксель с проклятиями повернулся к Гектору.

– Как ты посмел подвергнуть мою Печеньку опасности?

Двигаясь быстрее молнии, Гектор подскочил ко мне. Не успела я и глазом моргнуть, как он заключил меня в объятия, оттащив от Акселя, и чмокнул в макушку. Мои волосы еще не высохли после купания, но он, похоже, не возражал.

Янтарные глаза Акселя округлились при виде доказательства того, что я способна пережить прикосновения Гектора.

– Мэриголд – моя пара! – широко и самодовольно улыбаясь, объявил полубог смерти.

Во взгляде Акселя промелькнула ярость, словно он намеревался оттолкнуть Гектора и занять его место.

– Пожалуйста, больше не ссорьтесь, – сказала я и гневно посмотрела на Акселя. – Я по-прежнему зла на тебя. Так что не беси меня еще больше.

Вперед выступил Зак.

– У тебя есть все основания ненавидеть нас, Розочка, – обратился он ко мне. – Мы не уберегли тебя, подвели, но больше этого не повторится. Теперь мы здесь, чтобы все тебе компенсировать.

Я бросила на кузенов настороженный взгляд. В действительности не век же мне на них сердиться! К тому же подталкивать их к объединению с полубогом морей было не лучшим стратегическим ходом. Мы с Гектором имели все шансы проиграть, если бы оказались вдвоем против троих. Я не хотела, чтобы моего возлюбленного со всех сторон окружали враги.

Чтобы разгромить Пакстона, мне требовалось заручиться поддержкой всех троих кузенов. К тому же Зак и Аксель еще не перешли точку невозврата. Несмотря на свои недостатки и властные манеры, они беспокоились обо мне.

– Выходит, и тебе тоже не терпится дать мне прозвище? – протянула я, пристально глядя на Зака. – Я совсем не похожа на бутон розы. Да и роста отнюдь не крошечного. Пять футов семь дюймов – вполне себе среднее значение.

– И все же ты моя Розочка, – сказал он, глядя на нас с Гектором, не размыкающих объятий. – Способность полубога смерти прикасаться к Мэриголд лишний раз подтверждает, что она та самая – и принадлежит нам.

– Я первый ее увидел, – встрял Аксель, стиснув челюсти и мрачно сверкая глазами. – Я нашел ее и доставил в Академию... – Оборвав себя на полуслове, он бросил на меня смущенный взгляд, вспомнив, что именно поэтому я и затаила на него обиду.

Выражение покорности в мгновение ока исчезло с его красивого лица, и он прильнул ко мне, зажав между собой и Гектором. Как будто и без того недостаточно тесно, еще и Зак умудрился просунуть руку в узкое пространство и погладить меня по шее, вероятно, чтобы показать, что он тоже часть группы.

Мне было неловко и неприятно оттого, что меня стиснули со всех сторон, в то время как я упрямо придерживала грозящее вот-вот упасть полотенце. Прилагая неимоверные усилия, я развернулась и кое-как распихала их локтями.

– Ягненок, они тебя расстроили? Могу от них избавиться, – предложил Гектор.

– Печенька, Гектор тебя подавляет? Он излишне требователен, – одновременно с ним произнес Аксель.

– Розочка, хочешь поговорить? Не стоит замалчивать свои тревоги. Позволь нам разделить твое бремя, – вторил кузенам Зак.

– Парни, мне нужна передышка, – проскрипела я. – Я не косточка и не новая игрушка, из-за которой вы трое готовы перегрызться.

Мои пинки не причинили им никакого вреда, ведь у полубогов мускулы тверже стали, однако мне удалось заставить их отступить на пару дюймов, что, кажется, было самым большим расстоянием, которое они готовы мне предоставить.

Я вздохнула, потому что в глубине души мне тоже не нравилось пустое пространство между нами.

– Ты не кость, – вновь заговорил Гектор. – Ты – сокровище, которое я искал целую вечность.

– Общее сокровище! – прошипел Аксель. – Не забывай о нашем договоре. Даже ты должен его соблюдать.

Гектор вздернул бровь.

– Договор был заключен еще до твоего рождения, и я не уверен, что хочу его придерживаться. Мой ягненок согласится безраздельно принадлежать мне.

– Меньше всего Мэриголд хочет, чтобы из-за нее разразилась братоубийственная война, – возразил Зак.

– Спасибо, ребята, что высказываетесь за меня, пока я стою рядом с вами, – язвительно вмешалась я.

– Розочка права, – подхватил Зак. – Нам нужно работать вместе, а не нападать друг на друга. Поодиночке мы войну не выиграем. Разве не этого жаждет Люцифер? А ты, Гектор, никогда не верил в осуществимость нашего договора, поскольку не считал, что сумеешь найти единственную женщину, которая сможет стать парой для всех нас.

Парой для всех них? Нелепица какая! Разве он не слышал сарказма, которым сочились мои слова?

Тут я вспомнила, как Зак, Аксель и Пакстон препирались в Олимпийском зале, и у меня в голове что-то щелкнуло. Они уже тогда решили поделить меня между всеми.

За двадцать лет жизни я ни разу не встречалась ни с одним мужчиной, а тут вдруг оказалось, что меня возжелали все кузены разом. Даже полубог морей, мой заклятый враг, вознамерился отхватить себе кусочек.

Если быть честной с самой собой, должна признать, меня влечет ко всем четверым, но это не означает, что я позволю им пустить меня по рукам. Я живу отнюдь не в мире фантазий. В чем-то я, возможно, и опережаю свое время, но все же не настолько продвинутая.

За кого они меня принимают?

Нужно выбираться из этой передряги!

Я стрельнула взглядом в сторону раскуроченного дверного проема. Зак и Аксель взорвали его, чтобы проникнуть внутрь и добраться до меня. Внезапно при мысли о том, чтобы оставить их, у меня резко свело живот, поэтому к выходу я не пошла – вообще не сдвинулась с места.

– Небезопасно оставлять дверь нараспашку, – предупредила я. – Гектор, ты уверял, что здание защищено магическими заслонами. Как же в таком случае Акселю удалось сюда проникнуть?

Полубог войны посмотрел на меня.

– Я сделал это не один. Зак тоже сыграл большую роль.

– Оно защищено от демонов, – пояснил Гектор, – а не от моих грубиянов-кузенов. Но, спешу заверить, я добавлю древние заклинания, чтобы отпугнуть и незваных полубогов тоже.

С этими словами он с рычанием повернулся к Заку и Акселю.

– Сломали – почините! Мой ягненок не чувствует себя в безопасности, когда дверь едва держится на петлях.

Кивнув, Зак направился ко входу.

– Безопасность Розочки превыше всего.

Выстрелившая из его тела молния подняла опрокинутую дверь и затолкала ее на прежнее место. Вот и весь ремонт!

У меня отвисла челюсть. Я-то думала, у молний Зака только одна цель: поражать врагов и всех остальных, кто его раздражает. Мне еще столь многое предстоит узнать о полубогах и их силах.

В этот момент желудок заурчал, напоминая о том, как сильно я хочу есть.

– Печенька голодна, – сказал Аксель, протягивая мне руку. – Давай раздобудем тебе что-нибудь поесть.

Не дожидаясь от меня ответного жеста, он сам поспешно сжал мою ладонь и повел к обеденному столу, словно самолично приготовил еду.

Гектор стиснул зубы, явно недовольный тем, что кузен приписывает себе его заслугу. Подойдя ко мне с другой стороны, он взял меня под локоток, так как я все еще прижимала к груди полотенце.

– Но прежде тебя нужно одеть, – объявил он.

– Хорошо, – кивнула я и, обведя взглядом троих полубогов, добавила: – Была бы признательна, если бы вы перестали называть меня ягненком, Печенькой и Розочкой. Мир, в котором мы живем, чрезвычайно опасен, а мне нужно поддерживать имидж. Хочу производить на людей более сильное впечатление. Неуместное ласковое прозвище совершенно бесполезно и, кроме того, способно навредить моей репутации. Я бы предпочла, чтобы вы обращались ко мне по имени – Мэриголд. Если уж очень приспичит выразить приязнь, можете выбрать что-то вроде Ледяной Стали, Безмолвного Клинка или Железного Кинжала.

– Тебе не подходит ни одно из этих холодных жестких имен, – неодобрительно фыркнул Зак. – Ты моя Розочка, мой розовый бутон.

Зачем я вообще пытаюсь что-то им втолковать? С первого дня я усвоила, что ни с одним из полубогов невозможно спорить. Не важно, мудаки они или нет.

– Руки прочь, Аксель, – предупреждающе протянул Гектор. – Мне нужно одеть своего ягненка.

Поправляя их насчет ласковых имен, я попусту сотрясала воздух. Полубоги не привыкли прислушиваться ни к чьим словам.

Меня посетило плохое предчувствие, что их характеры сформировались задолго до моего рождения – ну, кроме Акселя, конечно. Но и он столь же безнадежен, как все остальные.

Аксель неохотно отпустил мою руку. В прошлый раз он не был таким прилипчивым. Должно быть, в нем что-то надломилось после того, как меня избили до полусмерти, после чего я исчезла у него на глазах. Похоже, его приводила в ужас мысль о том, чтобы меня потерять.

Зак не такой законченный засранец.

– Что ты намерен делать, Гектор? – поинтересовалась я. – Щелкнуть пальцами, чтобы на мне появилась одежда?

– Нет, мы поступим привычным образом, – отозвался он и, подхватив меня на руки, понес в свою спальню наверху. – Я мужчина, который привык следовать традициям.

– А я представления не имею, какие нынче традиции, – пробормотала я. – Мы живем в эпоху Великого слияния, не так ли?

Он бросил на меня укоризненный взгляд.

– Это не значит, что отныне разрешается потерять самих себя.

– Каких традиций ты придерживаешься? – с любопытством спросила я.

– Что касается тебя, то это уважение и забота, которая проявляется, например, в открывании дверей и выдвигании стула.

Я усмехнулась.

– Я не против этих конкретных традиций.

– Уважительное отношение к женщинам и забота о них – и моя сильная сторона, – раздался голос поднимающегося вслед за нами Акселя.

Зак потянул его назад.

– Пусть Гектор проведет с ней немного времени, – сказал он. – Он это заслужил.

– Я не позволю ему единолично ею распоряжаться, – жестким беспощадным голосом объявил полубог войны. – Этот засранец – чертов интриган.

– Если бы не Гектор, демоны схватили бы Мэриголд до того, как мы ее нашли, – втолковывал Зак. – И мы потеряли бы ее навсегда.

Я вопросительно посмотрела на Гектора. Откуда Зак узнал о моей встрече с демонами?

– Мы четверо не ладим, – пояснил Гектор. – Все полубоги, как известно, ревностно оберегают границы своей территории. Это у нас в крови. Зак – наш арбитр. Он открывает нам часть своего разума, а взамен может проникнуть в наше сознание, чтобы получить информацию, которая не является личной. Благодаря этому каналу связи он не дает нам развязать гражданскую войну, пока мы сражаемся с Люцифером и его армией демонов. Арес – главный лидер, но у каждого из нас четверых тоже есть свои армии.

– Спасибо, что объяснил, – сказала я, лучезарно улыбаясь в благодарность за то, что он не скрывает эти сведения.

Посмотрев на меня сверху вниз, Гектор сглотнул, отчего его кадык дернулся, и крепче прижал меня к себе, согревая теплом своего тела.

Я и не подозревала, что моя улыбка оказывает на него подобное воздействие! Сделала мысленную заметку, что могу использовать ее как смертельное оружие, вместо того чтобы хмуриться и выказывать жесткость – все равно на это никто не обращает внимания.

Войдя в спальню, Гектор неохотно поставил меня на пол.

Я бросила взгляд на огромную кровать, на которой с легкостью поместились бы по меньшей мере семь здоровяков. Мои щеки залились румянцем при мысли о том, чтобы покувыркаться здесь с Гектором и, возможно, Акселем и Заком. Наблюдая за моей реакцией, Гектор прикрыл глаза. Похоже, он тоже думает о любви.

– Почему они так долго? – разрушил мои буйные фантазии донесшийся с первого этажа возмущенный голос Акселя.

– Мэриголд нужно время, чтобы выбрать наряд, – резко рявкнул в ответ Гектор. – Она же девушка! – И чуть слышно пробормотал себе под нос: – Когда-нибудь я выбью ему все зубы, и он перестанет считать себя неотразимым красавчиком.

– Можешь попробовать, – запальчиво огрызнулся Аксель.

– Не обращай на него внимания, – обратился Гектор ко мне, снова становясь ангелом. – Сюда, ягненок, – сказал он тихим нежным голосом, за руку подводя к гардеробной.

Опередив его, я потянула на себя дверцу. Еще когда жила в Крэке, обожала заглядывать в чужие шкафы.

Внутреннее пространство заполняли повседневные и парадные платья, а также модная обувь, все моего размера.

– Это мне? – взвизгнула я, чувствуя головокружение.

За свою двадцатилетнюю жизнь я носила всего три наряда, сменяя один другим.

– Да, ягненок, – подтвердил Гектор. – Я никогда не покупал одежду ни для какой другой женщины.

– Как они сюда попали? Не ножками же притопали.

– В моем распоряжении имеется круглосуточно функционирующая слаженная команда для разного рода поручений, а также элитная охрана, – пояснил он, с удовлетворением наблюдая за моей веселостью. – Они незаметны и умело выполняют свою работу.

– Мне нравится твой стиль ведения дел, – одобрительно сказала я.

Пока я наслаждалась джакузи, Гектор ненадолго отлучался, чтобы заняться моими нуждами. За короткое время он, должно быть, все организовал, включая еду и одежду.

Никто никогда так обо мне не заботился.

– Со мной ты в безопасности, ягненок. Любому, кто захочет причинить тебе боль, придется иметь дело со мной. Они пожалеют, что подобное вообще пришло им в голову, поскольку я хуже самых страшных ночных кошмаров.

– Как мило, – подхватила я. – Я не про кошмары, конечно. Меня ты нисколько не пугаешь. Совсем наоборот. – Мне захотелось прижать руку к его груди, чтобы показать этим жестом, что он для меня значит. – Однако, Гектор, должна тебя предупредить. Я не какая-то девица из прочитанного тобой старомодного любовного романа.

– Я не читаю любовные романы, ягненок. Честно говоря, вообще книгами не интересуюсь.

Я небрежно махнула рукой.

– Дело в том, что я участвую в собственных сражениях, поэтому не обрадуюсь, если ты спугнешь мою жертву, тем самым испортив мне удовольствие.

Полубог смерти, явно не ожидавший подобных речей от той, кого считал своим милым ягненком, так и уставился на меня.

Не знаю, зачем мне понадобилось строить из себя мисс Независимость в разгар нежного чувственного момента. Меньше всего мне хотелось разрушить зародившееся между нами тепло.

Может быть, я запаниковала от перспективы быть отодвинутой в сторону. Или просто не умею заводить и поддерживать отношения. А возможно, не мне одной предстояло очнуться ото сна, который когда-то разделила со своим рыцарем в сверкающих доспехах.

– Гектор, послушай, – с сожалением протянула я. – Дело не в том, что я не ценю твои ухаживания. Просто я прирожденная охотница. В конце концов, ты увидишь мою твердую сторону, так что лучше приготовься заранее, если не хочешь испытать культурный шок и ввязаться в конфликт интересов.

Аксель внизу покатился со смеху.

– Невежливо подслушивать чужие личные разговоры, приятель, – процедил полубог смерти. – Если сам не перестанешь вести себя как придурок, я тебя заставлю.

– Добро пожаловать в новую эру, старина, – отозвался Аксель. – Моя Печенька нисколько не похожа на благопристойных дам, к которым ты привык в стародавние времена. Из всех нас я единственный, кто действительно ее понимает. Долгая жизнь, как видишь, не всегда является благословением.

Гектор зашипел.

– Таким образом ты благосклонность Мэриголд не завоюешь, Аксель, – предупредил Зак. – Кроме того, тебе не захочется ссориться со мной, да и в самом себе многое нужно улучшить.

Гектор покачал головой, словно от отвращения к кузену, и снова сосредоточился на мне. Его безраздельное внимание было для меня чем-то новым и немного нервирующим.

Покопавшись в шкафу, я выудила бледно-зеленую шелковую рубашку, которая отлично гармонировала с цветом моих глаз, и пару дизайнерских, как будто застиранных джинсов.

Когда я сунула ноги в сандалии на плоской подошве, Гектор сдернул с меня полотенце и тут же поспешно добавил: «Можно?», как будто только что вспомнил о моей самопровозглашенной независимости.

Не дожидаясь разрешения, он потащил меня к кровати. Я не возражала, поскольку была слишком занята попытками унять бешеное сердцебиение.

Гектор опустился на край кровати и усадил меня к себе на колени, решив, что мне там самое место. Он начал вытирать мне волосы полотенцем.

Мое лицо вспыхнуло, кровь забурлила и вскипела.

– Теперь я сухая, – сказала я.

– Значит, он увидел ее голой? – проворчал Аксель на первом этаже. – Она и моя тоже.

– Наша, – поправил Зак. – Не начинай опять, приятель. Нынешняя ситуация для всех нас в новинку. Она требует деликатности, долгих переговоров и всеобщего сотрудничества.

У меня в животе в очередной раз заурчало, но я больше не смущалась. Спрыгнув с колен Гектора, я с его помощью быстро натянула рубашку и джинсы, мило ему улыбнулась и за руку повела к двери.

Аксель встретил нас на середине лестницы. Кузена он наградил хмурым взглядом, а меня взял за другую руку, не обратив внимания на адресованный ему ответный раздраженный взгляд.

Стоящий у подножия ступеней Зак оценивающе осмотрел меня, и в его голубых глазах сверкнула едва заметная молния.

Ради всего святого, неужели их внимание всегда будет столь пристальным?

В одном сомневаться не приходилось: ни один из полубогов не отпустит меня, пока не получит желаемое.

Глава 4

Я вошла в столовую, одетая в новую форму, пошитую из смесового хлопка (треть серых и две трети серебристых нитей). Слева на груди пиджака красовался герб полубогов – орел с молнией.

Мышиного цвета костюмная юбка едва доходила мне до середины бедра. Меня это вполне устраивало, главное, что задница прикрыта. Ноги обтягивали черные колготки. На всякий случай я напомнила себе, что не стоит наклоняться – не ради себя, а ради Гектора, который не воспримет благосклонно, если какой-нибудь парень заглядится на мою пятую точку.

В столовой присутствовали сотни студентов. Некоторые уже расположились группками за столами, другие еще ходили с подносами между стойками с едой, выбирая себе завтрак по вкусу.

Несколько девчонок, чьи лица были мне незнакомы, заметили меня и зашептались. Их слова разлетелись, словно на крыльях, и все вдруг разом замолчали и устремили на меня ошеломленные взгляды.

Держу пари, все слышали, как меня забили до полусмерти в тренировочном зале. И вот она я, живая и здоровая, стою здесь, как новенькая. На самом деле я выгляжу лучше благодаря отвару исцеления и восполнения энергии, который меня заставил выпить Зак. Ох, и премерзостный же у этого варева вкус!

– Данный эликсир изготовил бог медицины Асклепий, – сообщил полубог неба, протягивая мне флакон.

Я закатила глаза, чтобы показать, что его пояснение не имеет для меня никакого смысла.

– Не делай так, Печенька, – пожурил Аксель, – а то кислая мина пристанет к тебе навечно.

Услышав такое предсказание, Гектор сердито посмотрел на кузена.

– Если это случится, оставишь меня в покое? – с надеждой спросила я.

– Никогда, – одновременно ответили Аксель и Зак.

– Мне придется смириться с твоим новым обликом, – продолжил Аксель.

– Эликсир очень ценный, – бархатистым голосом уговаривал Гектор. – Его принимают только полубоги, и то исключительно после тяжелых ранений в бою, поскольку у нас в запасе осталось не так много бутылок.

Мое сердце сжалось от осознания суровой истины: полубоги тоже могут погибнуть, если забудут об осторожности.

– Ну а смертному это лекарство даровало бы долгую жизнь, – подхватил Аксель.

– Одной причиной больше, почему мне не стоит этого делать. – Трудно не заметить, что пойло еще и жутко воняет! – Я же вам наглядно продемонстрировала, что способна регенерировать самостоятельно. А на долгую жизнь мне и вовсе плевать.

Бессмертие может оказаться не благословением, но проклятием.

Ни один из кузенов не внял моим доводам. Они не отстали бы до тех пор, пока я не осушила бы всю бутылку до дна. Такова их суть – привыкли всегда получать то, что хотят.

После случая с эликсиром восстановления сил я придумала свой собственный кодекс поведения. Главный его постулат таков:

Я, Мэриголд, не позволю полубогам распоряжаться мной, если их намерения идут вразрез с моими собственными.

Далее следуют заповеди самой себе:

1. Закончить семестр в Академии, согласно достигнутой прошлой ночью договоренности с полубогами.

В этой связи стоит заметить, что в случае моего ухода мне просто некуда было бы податься. Моя прежняя охотничья жизнь осталась в прошлом, поскольку бывшие товарищи по команде обосновались в Академии Иных.

2. Стараться не спать с полубогами, как бы сильно мне этого ни хотелось.

3. Сохранять оптимизм. И задать жару Свинстону и прочим задирам.

Напомнив себе об этих девизах, я вернула былую уверенность и оглядела собравшихся в столовой акул.

Стук моих ботинок по полу, похоже, был единственным производимым в этих стенах звуком.

«Глядите сколько душе угодно».

Я не смущалась и не боялась оказаться в центре внимания, хотя мне это и не нравилось. Плевать мне на мнение окружающих! Значение имеют только несколько друзей, которых я в настоящий момент искала взглядом.

Ко мне метнулась девушка с короткой стрижкой и россыпью веснушек на лице, за ней по пятам следовал симпатичный парень с собранными в пучок темно-русыми волосами.

При виде них я заулыбалась, мы обнялись.

Справившись с рыданиями, Елена подняла на меня затуманенные серые глаза.

– Скучала по мне, птичка? – спросила я, чувствуя, как в душе вспыхивает былая искра, которая просто необходима, если хочешь выжить в Академии. Иначе это место сожрет живьем и выплюнет косточки.

– С возвращением, Мэриголд, – сказал Нэт, улыбнувшись в ответ, когда мы разомкнули объятия. – И пойдемте наконец есть.

Мужчины всегда становятся очень практичными, когда дело касается наполнения желудков.

Я одобрительно кивнула:

– Не имею ни малейшего желания пропустить еще один завтрак.

– Девочки, идите выбирайте столик, – продолжил Нэт, – а я принесу еду. Что ты будешь, Мэриголд?

За день моего отсутствия они, должно быть, нашли себе других соседей по столу и завели новые знакомства.

– Уверен? – уточнила я. – Я в состоянии сама взять еду и присоединиться к вам позже.

– Нет, Мэриголд, – возразил Нэт, и в его глазах мелькнуло тяжелое чувство вины. – Это меньшее, что я могу сделать. Позволь за тобой поухаживать.

Я согласно кивнула.

– Два тоста, два блинчика с маслом и сиропом, яичницу-болтунью, картофельные оладьи, сыр и много бекона, – прилежно перечислила я и на секунду призадумалась. – В общем, доверху наполни мою тарелку, и я съем все до крошки.

– Кофе со сливками без сахара для Мэриголд, – добавила Елена. – И черный для меня.

Я так и уставилась на нее.

– Как ты догадалась, какой мой любимый напиток?

– В первую ночь в общежитии ты говорила во сне, – с улыбкой пояснила она.

– Принято, – сказал Нэт и поспешно ретировался.

– Разве он не прелесть? – воскликнула я и мысленно отдала Нэту почетное второе место, поместив его сразу за моим новым парнем Гектором, который накормил меня ужином прошлым вечером.

Я нисколько не преувеличивала, считая себя его девушкой. Правда, сам полубог смерти предпочитал назвать меня парой и спутницей жизни, хотя для подобного рода отношений, как по мне, мы пока слишком мало знакомы.

В эпоху Великого слияния романтике нет места. Я и сама не хотела бы без памяти втрескаться в парня, пусть даже Гектора, потому что мой возлюбленный из сна и реальный полубог могут не иметь ничего общего.

Мы с Еленой проследовали к незанятому столику в углу, который стоял на значительном расстоянии от остальных, что нас вполне устраивало.

– Расскажи мне все без утайки, – попросила Елена, беря меня под руку.

– Ну, всего я тебе поведать точно не смогу, – невозмутимо ответила я.

– Ой, прости, – воскликнула она, и на глаза ей внезапно навернулись слезы.

– Эй, ну-ка прекрати, – возмутилась я, сжимая ее ладонь. – Я просто тебя поддразнила. Однако ты должна понимать, что, выложив все как на духу, я тем самым могу подвергнуть тебя опасности. Разве я не говорила о своем нежелании, чтобы вы с Нэтом пошли ко дну вместе с моим кораблем?!

– Получи мы второй шанс, предпочли бы утонуть вместе с тобой, – заверила она. – И я, и Нэт очень сожалеем, что не были тебе хорошими друзьями и не прикрыли, как обещали. Ты чуть не погибла, Мэриголд. Нам следовало остановить Джека. Или броситься на него всем вместе. Втроем мы бы его одолели. Но мы слишком боялись полубогов и были потрясены... – она понизила голос до шепота, – попыткой Свинстона сломить тебя. Мы повели себя как трусы и потому не заслуживаем твоей дружбы.

– Елена, прекрати, – мягко сказала я. – Когда все держались от меня на расстоянии, как от прокаженной, вы с Нэтом меня поддержали. Я рада, что у вас, ребята, в отличие от меня, сохранилось здоровое чувство самосохранения. Если бы в тот день вы за меня заступились, Свинстон бы вас обоих прикончил.

– Если бы травили кого-то из нас, ты бы непременно вмешалась, – возразила Елена чуть слышно. – Не струсила бы.

Я одарила ее улыбкой.

– Может, и струсила бы. Я отнюдь не такая сумасшедшая, как ты думаешь, – заверила я и... солгала. Я бы встала между ними и Пакстоном. Никому бы не позволила обижать моих друзей.

– Ты и правда самая сумасшедшая девчонка, которую я встречала, наверное, даже еще более безбашенная, чем Одна Восьмая, – сказала Елена.

– Эй! – притворно возмутилась я. – Запомни правило номер один: никаких оскорблений до завтрака. Это самая страшная клевета, которую я слышала за неделю.

Хихикая, Елена быстро вытерла слезы сложенной салфеткой. Я улыбнулась ей. Мне нравилось слышать смех друзей.

Вдруг она разом посерьезнела.

– Мы места себе не находили от беспокойства, – призналась она. – А потом пришла весть о твоем исчезновении. Половину Доминионов отправили на поиски. Мы с Нэтом тоже присоединились. Обыскали оба кампуса, чуть умом не тронулись от тревоги. В какой-то момент Доминионы велели нам прекратить и отправили обратно в общежитие.

Мы уселись за прямоугольным столом. Я отодвинула на угол поднос с пустой кружкой и тарелкой с недоеденным бубликом.

– Почему люди не в состоянии сами убрать за собой мусор? – вздохнула я.

– И вот ты здесь, – подытожила Елена, глядя на меня с облегчением во взоре. – Выглядишь лучше, чем когда-либо. Прямо... сияешь.

– Правда? – спросила я, не сдержав глупую ухмылку. Просто ничего не могла с собой поделать. Мысли вернулись к трем полубогам, которые вчера вечером изо всех сил старались меня баловать.

– Святые небеса! – Елена чуть не швырнула в меня скомканной салфеткой, которую до сих пор держала в кулаке, и вскочила на ноги. – Ты занималась любовью, Мэриголд. Пока мы переживали за тебя, всю ночь глаз не могли сомкнуть, ты отлично проводила время!

Мое лицо залилось краской, и подруга сразу это заметила. Она всегда была чертовски наблюдательной.

– Значит, это правда? – Она моргнула.

– Что правда?

– Кто этот счастливчик?

– Тс-с-с!

Остальные студенты, оправившись от первоначального шока, вызванного моим появлением, вернулись к еде и возобновили разговоры, но многие не сводили с меня глаз и внимательно прислушивались в попытке уловить нить нашего с Еленой разговора. А ведь мы выбрали уединенный столик в углу именно затем, чтобы этого избежать!

– Любовь? Кто этот счастливчик? – слово в слово повторил Нэт, вернувшийся с двумя большими подносами снеди и тремя кружками дымящегося кофе.

Мы с Еленой встали, чтобы помочь ему с посудой.

– Сам справлюсь, – запротестовал он, отталкивая нас и отмахиваясь от наших рук, пока расставлял перед нами тарелки и напитки.

– Ты случайно в прошлом не был официантом, Нэт? – поинтересовалась я. – Или помешан на порядке?

– И то, и другое, – ответил он. – Я работал барменом в престижном заведении в центре Чикаго. Отличное место, чтобы подцепить симпатичных парней.

– Ты в то время был несовершеннолетним? – уточнила я.

Он изогнул ухоженную бровь.

– Разве в эпоху Великого слияния кто-то соблюдает правила?

– Ну, я же не осуждаю, – ухмыльнулась я.

Мира и порядка не было уже несколько веков, а правила устанавливали Люцифер или полубоги. Трое из которых отчаянно стремились стать моими парнями.

– Итак, что там про удовольствие? – вернулся к прерванной теме Нэт, сверкая карими глазами. – Рассказывай все без утайки.

Ох, эта тема точно всем интересна!

Я покачала головой:

– Никогда не встречала никого, кто любил бы посплетничать больше тебя.

Вместо того чтобы обидеться, он ухмыльнулся:

– В этой Академии я – источник информации.

– Нет, ночи любви у меня не было, – призналась я, разочарованно закусив губу. – Вообще ничего не случилось.

Прошлым вечером я осталась в апартаментах Гектора в центре Манхэттена, нейтральной зоне, где у Люцифера также имелась квартира. После ужина Зак и Аксель отказались уходить и тоже провели ночь у Гектора. Уверяли, что не намерены позволять кузену мной воспользоваться, но было совершенно очевидно, что им претила мысль о том, чтобы я переспала с ним без их ведома.

Гектор тогда стиснул зубы, и мне пришлось вмешаться, чтобы пресечь очередную ссору.

Итак, мы разговаривали, перемежая слова угрозами и обещаниями насилия, торговались и шли на компромиссы, обсуждая, какое будущее они хотят для меня и какое будущее я хочу для себя сама.

Угомонились только после десерта.

В конце концов я легла спать одна, а парни дружно устроились на полу в той же спальне. Но когда проснулась, все трое обнаружились лежащими со мной на огромной кровати. Похоже, забрались в постель посреди ночи и развалились вокруг меня. Брюки у всех сползли вниз по идеальным бедрам.

Все три полубога были красавцами, способными в любое время суток свести с ума любую девушку и заставить ее поспешно сдернуть трусики, но со мной этот фокус не сработал – я проверяла.

Однако никто не запрещал мне любоваться ими, скользя взглядом по рельефным торсам и упругим мышцам.

Зак и Аксель не знали, что мы с Гектором предавались неистовой страсти во сне. Еще за обеденным столом кузены условились, что не станут форсировать события и сначала поухаживают за мной, чтобы показать, какие они на самом деле джентльмены.

Как будто мне необходимо увидеть эту их сторону вместо другой, пламенеющей и дикой.

Я также решила не вступать с ними в любовные отношения, насколько это в моих силах. Однако я сочувствовала Гектору. Он тысячелетиями никого не трогал, разве что одним прикосновением отправлял врагов на мучительную смерть. Теперь, когда выяснилось, что я единственная женщина, способная выжить после контакта с ним, он вынужден идти на попятный, чтобы показать, что достоин меня. При этом каждый брошенный на меня взгляд красноречиво свидетельствовал о его желании заняться тщательным исследованием моего тела.

Если хоть одна девушка на моем месте поверила бы, что у полубогов действительно имеется рыцарский кодекс, то она дура – пусть даже они сами убеждены в собственных благородных намерениях и довольны таким положением дел. Готова биться об заклад, что эта неспешность и ухаживания на самом деле напрямую связаны с их соперничеством и древним договором.

Ни один из кузенов не хотел, чтобы другой заполучил меня первым, потому-то и назвали меня запретным плодом и вознесли на высокий пьедестал.

С раздражением отогнав мысли о полубогах, я сосредоточилась на сидящих передо мной друзьях. Я рассказала им, как сражалась с демонами и как Гектор спас меня, а затем отнес в свою квартиру на Манхэттене.

Я не хотела и не могла поведать им всего, особенно ту ужасную и бесконечно тревожащую меня часть, где капитан демонов настаивал, будто я Потерянная, тем самым повесив на меня ярлык.

Нэт и Елена дружно заморгали.

– Полубог смерти касался тебя и летал, сжимая тебя в объятиях, и после этого ты сидишь здесь с нами, жива-живехонька? – недоверчиво протянул Нэт.

Я усмехнулась.

– Он не так уж и плох.

– Он такой горячий, что способен одним взглядом растопить девичьи трусики. Это я поняла, – прошипела Елена. – Как бы то ни было, никто не может выжить, потрогав его.

Нэт кивнул в знак согласия.

– Он самый эротичный парень в Академии – возможно, даже на всей Земле, – но я бы не стала искушать смерть.

Тут я решила выдать им еще одну подробность, призванную произвести эффект разорвавшейся бомбы.

– До того, как притащились Зак с Акселем, он искупал меня в джакузи.

Нэт и Елена выпучили глаза, а затем одновременно прищурились.

– Но между нами ничего не было, – поспешно продолжила я. – Приняли вместе ванну, и все. Он вел себя как истинный джентльмен и просто помог мне вымыться.

– Хватит мечтать, подруга, – сказала Елена, поморщившись, словно ей было больно это говорить. – Тебе нужно серьезно настроиться на первое занятие, учитывая, что предыдущие прошли далеко не блестяще.

Нэт окинул меня внимательным взглядом.

– Мэриголд ничего не придумывает. С ней происходят не обычные, а необычные события. Полубоги тянутся к ней с тех пор, как впервые увидели. Не стоит забывать и о том, что случилось с ней во время ритуала Рун Крови.

Елена вздохнула.

– Выходит, ты в самом деле прикоснулась к полубогу смерти и выжила. Кто же ты в таком случае, Мэриголд?

– Я та самая старушка, которой ты помогла подняться по лестнице, потому что у меня болели ноги, – сказала я.

Или нет?

– Если замутишь с одним из кузенов, – произнес Нэт, – новости мгновенно разлетятся по всему подвластному полубогам полушарию.

– Не с одним, – поправила я со вздохом. – Их же трое.

Елена потерла виски, не зная, как помочь мне справиться с этой дилеммой.

– Вообще-то, – она бросила на меня опасливый взгляд, – их четверо.

Отложив недоеденный тост, я оскалилась:

– Пусть этот ублюдок только посмеет ко мне сунуться! Тогда-то я возьму реванш! В прошлый раз у меня не получилось сжечь свинтуса заживо, но теперь я отдохнула и полна сил. В общем, готова...

Я замолчала, заметив, что Деметра ведет свою шайку прямиком ко мне.

– На подходе, – предупредил Нэт.

Я удивленно выгнула бровь.

– Разве им мало досталось?

– Одна Восьмая хуже Джека, – с опаской сказала Елена. – Она ядовитая, как гадюка, коварная и бесстрашная.

Я фыркнула.

– Я куда хуже.

Ах, как руки чешутся попинать боксерскую грушу!

С тех пор как накануне вечером полубоги установили свои дурацкие правила, я испытывала неудовлетворение. Чем больше думала об этом теперь, тем прочнее утверждалась в мысли, что Зак и Аксель хотели помешать Гектору трахнуть меня. Если их соперничество продолжится, ничего хорошего можно не ждать.

– Ты ранила моего друга, сумасшедшая сучка! – взревела Деметра, подходя к нашему столику.

Из ее слов следовало, что Джек остался жив.

– Имеешь в виду Джеки? – уточнила я с ехидной улыбкой. – И как он? Как раз хотела справиться о нем у вас, никчемной кучки злых девчонок. Вы, может, и не поверите, но я скучала по нему и с удовольствием снова вышла бы с ним на ринг. А если он не в состоянии явиться лично, ты станешь желанной, хоть и менее приятной заменой.

Теперь, имея при себе припрятанный кинжал, я вела себя куда смелее. Отныне я без оружия и шагу не сделаю. Нельзя полностью полагаться на мою нестабильную магию, хотя она впечатляюще сильна, когда срабатывает.

– Он не может продолжать учебу в Академии, и все из-за тебя! – крикнула она. – Это тебя должны были прикончить в том поединке!

– Подобное заявление бессердечно и неуместно даже с твоей стороны! – вмешался Нэт.

– Попридержи язык! – вторила ему Елена, смерив Деметру разгневанным взглядом.

Тут вся их компашка начала скандировать бранное слово на букву «с» и бросаться угрозами.

– Отвали, гадюка, – лениво протянула я. – Сейчас же. Или я покажу тебе, что на самом деле означает «сумасшедшая». Еще раз попытаешься напасть на меня или моих друзей во время еды – и несколько дней не сможешь ни есть, ни сидеть на унитазе.

В глазах Деметры мелькнул страх, она попятилась.

– Семья Джека этого так не оставит. Тебя заставят за все ответить.

– В любое время, девочка. И сучки твои у меня попляшут, – добавила я. – Разве я не велела тебе убираться с глаз моих? Ждешь, пока запущу обратный отсчет, что ли?

– Тебе здесь не место, – пробубнила Деметра и поспешила прочь. Ее приспешники последовали за ней, стреляя в меня острыми, как кинжалы, взглядами, как будто тем самым действительно могли убить. – Я влиятельнее, чем ты можешь себе представить, и позабочусь о том, чтобы тебя вышвырнули вон.

– Кто-то должен ее заткнуть, иначе это сделаю я, – сказала я, качая головой и ковыряя свои картофельные оладьи. – Черт, они больше не хрустят.

– Мэриголд! – Ко мне подошла Мари, солдат Доминиона, которая обыскала меня перед посадкой в фургон и забрала все мое оружие.

– Мари, – с ухмылкой поприветствовала ее я. – Неужели девушка вроде меня не может хоть немного отдохнуть за завтраком?

Когда я была на ринге, она старалась мне помочь. Пыталась остановить Пакстона, чтобы он не зашел слишком далеко и не убил меня.

– Потому-то меня и прислали, – пояснила она, скользя внимательным взглядом по едва заметным шрамам у меня на костяшках пальцев. После того как я выпила предложенный Заком эликсир, большинство шрамов исчезло. – Они поспорили, что ты, скорее всего, не будешь бросать в меня тарелки.

Казалось, Мари искренне радовалась тому обстоятельству, что я жива, но в ее карих глазах впервые мелькнула неуверенность, словно она не знала, как со мной себя вести.

Я растопырила ладони, сжала кулаки и снова разжала.

– Нравятся мои шрамы? – хмыкнула я. – Мне – да, но боюсь, что они скоро поблекнут. Если тебе интересно, как это возможно, поясню, что вчера вечером я была на бесплатной спа-процедуре.

На самом деле все благодаря отвару, который полубоги заставили меня принять.

– Директриса хочет увидеть тебя перед уроком, – сообщила Мари, никак не прокомментировав мои слова.

– Зачем? – Я повысила голос. – Почему кто-то всегда стремится втянуть меня в неприятности, даже когда я не натворила ничего серьезного?

Может, дело в том, что я пыталась сжечь водоплавающего парня – Пакстона то есть – и в процессе разрушила потолок, также относящийся к школьному имуществу? Но ведь меня спровоцировали и угрожали.

Счет за ремонт школа должна направить прямиком Свинстону.

Нэт и Елена сглотнули, в их глазах мелькнуло беспокойство, а Деметра сверкнула змеиной улыбкой. Она задержалась со своей компанией, когда Мари пришла сообщить новость, и я не успела ее прогнать.

Деметра, должно быть, решила, что меня собираются вышвырнуть из Академии, но исключение заботило меня в наименьшей степени. Знай она, что трое полубогов пообещали оставить меня в этих стенах, то самолично пустила бы пулю себе в голову.

В телефонном разговоре и Гектор, и Аксель потребовали, чтобы Пакстон вернулся на свою территорию в России, но придурок отказался подчиняться.

– Я подожду, пока ты допьешь кофе, а потом пойдем? – предложила готовая торговаться Мари. Выдвинув стул из-за соседнего столика, она уселась на самый краешек рядом со мной. Заметив Елену и Нэта, рявкнула: – А вы двое, марш на урок!

Моим друзьям дважды повторять не требовалось, они тут же вскочили на ноги, готовые ретироваться.

– Эй, не кричи на ребят, – предупреждающе протянула я, отставляя кружку с кофе. – Что с тобой такое, Мари?

– Им пора в класс, – пожала плечами та. – Не хочу, чтобы они из-за тебя опоздали.

– Мы придержим для тебя место, Мэриголд, – сказала Елена.

Нэт согласно кивнул, и они вдвоем ушли.

Мари устремила суровый взгляд на Деметру и ее приспешников. Ни улыбка, ни доброта не смягчили ее сурового лица.

– Убирайтесь. Сейчас же.

Деметра побагровела. Она бросила на солдата Доминиона обиженный взгляд, но возразить не посмела, поэтому в ярости удалилась, поскольку больше в данный момент ничего поделать не могла.

– Мы позаботимся о том, чтобы эта стерва еще до конца семестра уяснила, что ей здесь не место, – пробубнила Бритни, ближайшая подружка Деметры.

Я слышала, что она неравнодушна к полубогу морей. Что ж, он заслужил всех этих змей.

– Ну-ну, попробуйте, насекомые, – фыркнула я и, поставив кофейную кружку на стол, повернулась к Мари. – Давай покончим с этим, солдат, и проверим, сколько голов у госпожи директрисы, две или одна.

Мари фыркнула.

– Не вздумай брякнуть подобную чушь в присутствии досточтимой Эсме фон Руш. И не говори, что я тебя не предупреждала. Она этого не потерпит. Она – доверенный консультант самого бога войны даже в большей степени, чем полубоги.

Я ухмыльнулась ей:

– Не беспокойся обо мне, милая Мари. По крайней мере, я не произнесла волшебных слов о трех сиськах. Если она меня выгонит, я перееду жить к Гектору в его большой манхэттенский люкс и буду подрабатывать барменом, чтобы вносить свою часть квартплаты.

Мари вытаращила на меня глаза.

– Ты успела познакомиться с полубогом смерти?

– Да, и отныне Гектор – мой новый любимчик, – подхватила я. – Все благодаря его кроткому нраву.

Мари обескураженно заморгала.

– Неужели полубог смерти добрый?

– Посмотрим, останется ли он таким и впредь. – Я улыбнулась. – Верю, что так и будет.

Глава 5

Мари постучала в дверь так, словно опасалась, что та вот-вот ее укусит.

– Войдите, – ответил твердый голос, принадлежавший женщине в летах.

Шагнув в едином порыве, мы столкнулись бедрами, и Мари со вздохом посторонилась, пропуская меня.

– Спасибо, – сказала я и хотела было стукнуться с ней кулаками, но она не стала мне подыгрывать, поэтому я просто прошла вперед.

Мари последовала за мной, как бравый солдат, закрыла дверь и встала у нее, точно часовой на посту.

К своему глубочайшему удивлению, в кабинете директрисы я увидела всех четверых полубогов, вольготно расположившихся в больших белых кожаных креслах. Одеты они были в джинсы и повседневные футболки или рубашки-поло, выгодно подчеркивающие восхитительные мужественные тела. Я резко остановилась, моя улыбка померкла. Меня застали врасплох!

Обстановка, к слову сказать, была очень уютной; самым значимым украшением по праву считалась висящая на стене гигантская картина с заснеженным пейзажем. Мне захотелось уточнить, подлинное это полотно или репродукция, но я сочла за лучшее попридержать язык.

За большим лакированным столом из красного дерева чопорно восседала великолепная женщина в белом пиджаке и юбке. Ее каштановые волосы были собраны в стильный пучок на макушке. Зеленые глаза, на несколько оттенков светлее моих, смотрели на меня с нескрываемым любопытством.

Этим она еще больше мне понравилась, хотя, вздумай она устроить мне головомойку, немедленно получила бы отпор, невзирая на всю ее властность.

– Включен ли кондиционер, директриса фон Руш? – спросила я, проверяя ее и одновременно одаривая полубогов насмешливо-дружелюбной улыбкой.

С моим появлением все четверо сели прямее и уставились на меня, словно ястребы, наблюдающие за одним-единственным драконьим яйцом.

– Извините, вам не кажется, что здесь слишком жарко? – продолжила я гнуть свою линию, глядя на директрису.

Аксель усмехнулся, а Мари фыркнула, но тут же замолчала, словно вспомнила, кто она и где находится. Я действительно плохо на нее влияю, как она и утверждала.

Мудак Свинстон ни разу не шелохнулся, также не сводя с меня своих фиолетовых глаз.

Одного взгляда на него хватило, чтобы меня обуяла ярость, сдержать которую было практически невозможно. Прежде чем окончательно потеряла самообладание, я напомнила себе, что не позволю ему победить. Не позволю задеть меня. Лучшее, что я могла сделать в сложившейся ситуации, – полностью проигнорировать его присутствие, словно его и вовсе не существует в природе.

Какого хрена он вообще тут забыл? Разве кузены не обещали держать его подальше от меня? С другой стороны, заверениям полубогов поверит разве что круглый дурак.

При виде меня уголки губ Зака поползли вверх. У него потрясающая улыбка, хотя и не ослепительная. Вчера вечером я поняла, что он не привык открыто бороться за любовь женщины, однако никогда не упускал случая продемонстрировать мне свои мужские достоинства.

– Как прошел завтрак, Розочка? – поинтересовался он.

Мари выглядела ошеломленной. Что ж, впереди ее ждут новые потрясения. Оставалось надеяться, что она сумеет с честью их выдержать.

Полубоги устанавливают правила для этого мира – во всяком случае, для той его части, которой правят вместе с Аресом, – но сами преспокойно ими пренебрегают. Это, по-видимому, означает, что им плевать на социальные нормы людей и сверхъестественных существ, например, на запрет называть меня ласкательными прозвищами когда и где вздумается.

Директриса сохраняла невозмутимость. Будучи главой Академии Полукровок, она, должно быть, много общалась с полубогами.

– А сам ты как думаешь, полубог неба? – парировала я. – Меня вызвали сюда, поэтому пришлось оставить недоеденным вкуснейший бекон.

Гектор бросил на Мари суровый взгляд, под которым бедняжка вся сжалась.

– Эй, Мари совершенно ни в чем не виновата, – поспешно объявила я. – Она всего лишь выполняла ваш приказ.

Аксель лукаво ухмыльнулся, не желая упускать ни секунды разворачивающейся перед ним драмы.

– Мари, ты что, сдернула Мэриголд со стула, не дав ей дожевать? – спросил он.

– Нет, сэр, – ответила та. – Я ждала. Мэриголд поругалась с однокурсницей, они обменялись серьезными угрозами в адрес друг друга. В конце концов Мэриголд велела той девушке отвалить, а потом, попивая кофе, принялась шутить с друзьями за столом. По моему скромному мнению, ее шутки были несмешными, и друзей ее они тоже не развеселили. Это подтверждает мою мысль о том, что у Мэриголд, возможно, и много талантов, но чувством юмора она обделена. Также смею заметить, что она слопала как минимум дюжину ломтиков бекона, прежде чем я к ней подошла.

У меня отвисла челюсть от того, какой она меня видит.

– Выходит, ты любительница бекона, Печенька? – с интересом уточнил Аксель.

Озорной насмешливый огонек в его золотистых глазах служил предупреждением о том, что он готовится изменить мое прозвище на куда менее лестное. Я злобно зыркнула на него, безмолвно говоря: «Не смей».

– Кондиционер работает, Эсме? – уточнил Гектор, не глядя на директрису. Его пылающий взгляд блуждал по мне, грозя испепелить. Я, конечно, ценю, что он ставит мой комфорт превыше всего остального, но, пожалуй, стоит попросить его не смотреть на меня так на людях. – Если нет, пожалуйста, распорядитесь, чтобы его немедленно включили.

Директриса закатила глаза:

– С кондиционером все в порядке, полубог Гектор.

После чего с неожиданной теплотой уставилась на меня.

– Мэриголд, – обратилась она ко мне, наклоняясь вперед. – Нам с тобой нужно обсудить несколько вопросов. Присаживайся, пожалуйста.

Я прищурилась.

– Вы же позвали меня сюда не для того, чтобы наказать или выгнать?

Она растерянно моргнула.

– Зачем бы мне это делать? Ты что, совершила что-то такое, о чем я не знаю? Что-то ужасное? Я была в отъезде и вернулась только вчера вечером.

Вот почему она не присутствовала на ритуале Рун Крови!

Эсме обвела полубогов взглядом, и на их красивых лицах тут же появилось одинаковое отсутствующее выражение.

– Нет! – сказала я. – Конечно, нет. Я в принципе ни на что ужасное не способна, разве что шутки у меня несмешные.

Чтобы подчеркнуть значимость своих слов, я с укоризной посмотрела на Мари. Она сделала вид, что ничего не заметила, а Аксель тихонько хохотнул и тут же схлопотал суровый взгляд от директрисы.

– Я тихо-мирно завтракала с друзьями, когда Одна Восьмая накинулась на меня с угрозами и приставаниями, – продолжила я, воспользовавшись случаем наябедничать на мерзкую овцу. – Чтобы защитить свою честь, я вежливо попросила ее удалиться.

Мари подавила смешок, а директриса вопросительно приподняла бровь.

– Извините, Одну Восьмую мало кто знает, – пробормотала я со вздохом.

Мари открыла было рот, готовясь пуститься в объяснения, но Гектор ее опередил.

– Исключите эту Одну Восьмую или бросьте в темницу, – холодно приказал он. – Это научит ее не расточать угрозы в адрес моего ягненка.

Я чуть не вздрогнула от ласкового имени, которым он назвал меня при всех. Выходит, Гектор воспринял всерьез каждое мое слово. С этого момента мне лучше следить за языком, если не хочу навлечь на кого-то беду. Мой возлюбленный является чрезмерно заботливым альфа-полубогом, к тому же древним. Не стоит испытывать судьбу, пытаясь изменить его за одну ночь.

Вообще-то у меня и в мыслях не было его менять. Он принял меня такой, какая я есть, так что и я отплачу ему ответной любезностью.

– Полубог Гектор, пожалуйста, расслабься, – сухо молвила Эсме, потирая виски длинными изящными пальцами. – Я поседею от вашего присутствия в моей Академии. Произошедшее с Мэриголд – это безобидная девчачья склока, нормальная рядовая ситуация. В каждой школе есть злые девчонки, но в данном конкретном случае я не вполне уверена, кому отдать пальму первенства: Мэриголд или этой Одной Восьмой.

– Если мой ягненок иногда и кусается, то исключительно по веской причине, – возразил Гектор.

Его вера в меня поистине безгранична, но остальные присутствующие, похоже, не разделяли его мнения обо мне.

– Никто из вас, полубогов, не занимался административными обязанностями ни в одной Академии, – сказала Эсме. – У всех у нас разные роли. Вы прежде всего воины, чья задача заключается в том, чтобы вести солдат на борьбу с демонами Люцифера, поэтому, возможно, не понимаете, что женская свара в кампусе сильно отличается от схватки с исчадиями Ада.

– Какое снисходительное отношение, Эсме, – подал голос Зак. – Мы могли бы с легкостью поменяться ролями и отправить на передовую вас, чтобы вы подали хороший пример.

Аксель усмехнулся.

– Вам не победить в этом споре, даже если вмешается сам Арес, Эсме, как бы близки вы ни были с моим отцом. Арес – всего лишь один бог, поэтому мы четверо возьмем над ним верх, если понадобится.

– Я не собираюсь с вами ссориться, – вздохнула она. – Также я не имею ничего против Мэриголд, но мой долг – защищать каждого ученика в этих стенах.

– Раз уж вы об этом упомянули, директриса, – сказал Гектор, – отныне я буду заниматься административными делами в Академии Полукровок, а прежние свои обязанности возложу на Пакстона. Полубог морей возглавит армию и станет держаться подальше от моего ягненка. Я веками сражался на войне, теперь пришел мой черед расслабиться и отдохнуть. – Он с любовью посмотрел на меня, давая понять, что расслабляться и наслаждаться жизнью в самый разгар войны он намерен со мной.

Мое лицо залилось краской при воспоминании о том, как он мыл и ласкал меня в джакузи в своем роскошном люксе на Манхэттене. Мне очень хотелось повторения. Могли бы устроить свидание на выходных.

На каменном лице Пакстона отразилось раздраженное и ревнивое выражение. Угрожающе поглядев на нас с Гектором, он презрительно фыркнул.

Эсме застонала и бросила на Пакстона, самого холодного и невозмутимого из полубогов, умоляющий взор, словно говоря: «Кто-нибудь, спасите меня, пожалуйста».

Аксель вздохнул:

– Вечно так. Ничего не ладится, когда мы вчетвером оказываемся в одном месте. Вот почему мы почти никогда не собираемся вместе. Если бы не Мэриголд...

– Рано ставить на нас крест, – перебил Зак. – Теперь, когда в нашей жизни появилась Розочка...

Черт, лучше бы ему не распространяться о своей идее делить партнершу и о том, что этой партнершей буду я. Полубогам, как существам суверенным, может, и плевать на приличия, но у маленьких людей вроде меня нет возможности вытворять все, что заблагорассудится.

Хоть я и старалась не обращать внимания на то, что обо мне болтают, не хотела бы приобрести дурную славу.

– Ребята, – поспешно вмешалась я. – Вам вообще незачем здесь находиться. Идите займитесь своими повседневными обязанностями, а мы с директрисой фон Руш тем временем переговорим с глазу на глаз. Я серьезно.

Я едва сдержалась, чтобы не прогнать их, как выводок суетливых утят.

– Печенька хочет от нас избавиться, – задумчиво изрек Аксель, потирая подбородок большим пальцем. – Интересно, почему?

– Со временем, Розочка, ты привыкнешь к тому, что все связанное с тобой бесконечно нас волнует, – пояснил Зак.

– Она не хочет, чтобы вы тут толпились, – сказал Гектор. – Вижу, что своим присутствием вы стесняете моего ягненка. Ей требуется личное пространство, а из-за вас ей не по себе. Поэтому, ребята, пора вам убираться. Уверен, у всех найдутся важные дела. За происходящим здесь и сейчас я прослежу сам.

– Мэриголд права, – объявила Эсме. – Она под моей ответственностью и защитой. Пока мы с ученицей обсуждаем ее образовательный план, вы четверо можете уйти, чтобы уделить внимание более важным задачам: обороне, военной стратегии, оттеснению армии Люцифера и защите Земли.

– Нет ничего важнее Мэриголд. – Зак говорил негромко, но смертельный подтекст в его голосе был острее лезвия.

У присутствующих в комнате женщин – Эсме, Мари и меня – одновременно отвисли челюсти, что было бы комично, не являйся ситуация настолько нелепой.

Я подняла руки в знак капитуляции.

– Не смотрите на меня, – искренне обратилась я к директрисе. – Я их не околдовала. Они отклонили мою просьбу о поступлении в Академию Иных и сами отвечают за свои слова и поступки.

– О наших делах не беспокойтесь, Эсме. – Аксель в несколько угрожающей манере сверкнул зубами. – В наше отсутствие всем заправляет множество генералов и других доверенных лиц, которые, уж поверьте, серьезно относятся к возложенной на них миссии. Мир на Земле за один день не наступит, а мы воюем уже много веков. Теперь, когда Мэриголд поступила в Академию, мы останемся с ней. Если вас по какой-то причине не устраивает ее нахождение в Североамериканской Академии Полукровок, можем отвезти ее во Францию.

От предвкушения у меня засияли глаза.

– В Париж, да? Дают ли в той Академии на обед крем-брюле? Можно и на завтрак тоже... – Я щелкнула пальцами, напрочь позабыв, что по-прежнему нахожусь в кабинете директрисы. – Я поеду в Париж! Нэт с Еленой с удовольствием отправятся со мной.

– Желаешь отведать крем-брюле, ягненок? – спросил Гектор.

– Еще как! – подтвердила я. – Никогда его не пробовала, но...

– Прошло целых полчаса, а мы поговорили только о кондиционере, девичьих склоках и десерте, – с отвращением молвил Пакстон. – Будем и дальше тратить время? Вы что же, все подкаблучниками заделались и отныне позволяете девчонке верховодить?

– Мы специально проголосовали против тебя и попросили не участвовать ни в чем, что связано с Мэриголд, – отозвался Аксель ледяным голосом.

– Тебе не удастся исключить меня, волчонок, – усмехнулся Пакстон. – Я – часть договора и связан магическими обязательствами. Раз ты остаешься, то и я тоже. Я не позволю тебе – ни силой, ни кулаками, ни клинками – лишить меня моей доли.

Мои три полубога изрядно поколотили водоплавающего парня, так что синяки под глазами и на подбородке еще не сошли, но он быстро восстанавливался.

О чем он, дьявол его разбери, толкует?

Тут я вспомнила, как Пакстон, Аксель и Зак спорили в Олимпийском зале. Смысла я тогда особо не уловила, поскольку была не в лучшей форме, но в моем сознании отпечаталось, что Пакстон настаивал на том, что заключил договор с другими полубогами, чтобы и он мог получить часть меня, или что-то в этом роде.

От этой мысли я совсем потеряла голову.

– Какую еще долю, придурок? – Я грозно уставилась на него, сжимая кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони.

Будучи не в состоянии совладать с захлестнувшей меня новой волной ярости, я воззвала к своей силе с намерением атаковать его. Никаких честных предупреждений. На этот раз, если напасть исподтишка, мой огонь сможет его достать. Даже если не убьет, то хоть испепелит волосы и сделает лысым.

И плевать на последствия!

– Неужто правда вздумал отхватить себе кусочек меня, ты, чертов бредовый придурок? – взвыла я.

Мышца на его челюсти яростно дернулась. Полубог морей с трудом сдерживал гнев. Держу пари, за все его долгое существование я оказалась единственной, кто продолжал осыпать его проклятиями и выходить сухой из воды. Вот, наверное, жалеет, что его верному псу Джеку не удалось меня уничтожить. Так ему и надо! Пусть я буду проклятием его существования и занозой, которую он никогда не сможет извлечь из своей угрюмой задницы.

Эсме вытаращила свои светло-зеленые глаза. Возможно, до нее доходили слухи о моей репутации, но она никогда не видела, как я бодаюсь с полубогами.

Пакстон зарычал, и я оскалилась в ответ, готовая вступить с ним в схватку.

Нервно переминаясь с ноги на ногу, Мари стала незаметно подбираться к двери, словно намереваясь бежать. Никто не хотел стать случайной жертвой в войне между мной и полубогом морей. Этот урок все давно усвоили.

Быстрый, точно молния, Гектор вклинился между мной и Пакстоном. Исторгая ругательства, Зак и Аксель тоже вскочили на ноги, готовые в любую секунду наброситься на кузена.

– Даже. Не. Думай. Об. Этом, – выделяя голосом каждое слово, объявил Гектор, глядя на полубога морей. В его глазах, сверлящих моего врага, пылал смертельный огонь. – Я – щит Мэриголд. Я – ее вечная броня. Мне все равно, брат ты мне или нет. Плевать на то, что когда-то ты был моим союзником. Еще раз тронешь моего ягненка, и я разорву тебя на куски.

От осознания того, что мне больше не нужно сражаться в одиночку, у меня в груди разлилось тепло. Сделав шаг вперед, я встала рядом с Гектором и обняла его за талию, показывая, что ценю его безоговорочную поддержку и преданность.

Моя другая рука дрогнула, на кончиках пальцев вспыхнули огненные искры.

– Мэриголд, – предупреждающе произнесла Мари из-за моей спины. – Нельзя прикасаться к коже полубога смерти.

Я знала, сколько мужества ей потребовалось, чтобы предупредить меня об этом.

– Ничего страшного, он не возражает, – заверила я. – Да и сама я тоже.

– Ты не понимаешь, Мэриголд... – предприняла Мари еще одну попытку.

Довольный моим жестом, Гектор привлек меня к себе и погладил костяшками пальцев щеку. Ощущая покалывание на коже, я поджала пальцы ног и приоткрыла губы, желая большего. Гектор легонько коснулся моей нижней губы.

– Позже, ягненок, – с улыбкой пообещал он. – У нас еще будет время.

К сожалению, он прав: жаркий страстный поцелуй в нынешних обстоятельствах совершенно неуместен.

У Мари чуть глаза не вылезли из орбит, да и Эсме наградила нас пристальным взглядом.

– Гектор, – негромко позвала я.

– Да, ягненок?

Он опустил голову, чтобы мне было удобно ему шептать. Когда я поднялась на цыпочки и приблизила губы к его уху, он содрогнулся от удовольствия.

– Больше не называй меня ягненком на людях, – попросила я. – Если другие услышат это ласковое прозвище, сочтут меня беспомощной девчонкой и даже попытаются сделать из меня жертву.

– Никто не посмеет! – воскликнул он, выпрямляясь и бросая на Пакстона предостерегающий взгляд.

Тот окатил его ответным, исполненным ледяного презрения взором.

В мгновение ока Аксель подскочил ко мне, заключил в объятия и усадил на большой белый диван между собой и Заком. А Зак сжал мою ладонь.

– Никто тебя не тронет, Розочка.

Я моргнула.

– Ты дотрагиваешься до меня, Зак.

– Безобидно, – заверил он, поднося мою руку к губам и целуя костяшки пальцев, чтобы показать, что у него нет злых намерений – по крайней мере, по отношению ко мне.

Как я уже говорила, полубоги не считаются ни с какими правилами.

– Эта встреча, судя по всему, затянется дольше ожидаемого, – сказал Аксель, игнорируя хмурый взгляд Гектора. – Поэтому незачем Печеньке утомлять ноги.

Гектор стрельнул глазами в сторону дивана, на который меня усадили, но для него там места не осталось. Готова поспорить, что Аксель нарочно это подстроил. Гектор поспешил к ближайшему креслу и плюхнулся в него.

Я не высвободила руку из хватки Зака, и он медленно массировал ее большим пальцем, выписывая круги по тыльной стороне ладони. Прикосновение было приятным, успокаивающим. Между нами промелькнула слабая молния, волнующая и придающая сил.

Аксель взял вторую мою ладонь и сунул ее в карман вместе со своей. Я возражать не стала. По моей коже медленно растеклось наслаждение.

– Сами можете находиться, где вам заблагорассудится, полубоги, – вздохнула Эсме. – Но едва ли вам захочется отправить Мэриголд в Парижскую Академию, ведь в этом городе живет Арес.

В ее тоне звучало темное предостережение. Я не знала, что связывает ее с богом войны, но у меня по коже пробежали мурашки, а волосы встали дыбом. Из ее слов следовало, что Арес представляет для меня большую угрозу, чем Люцифер и его демоны.

– Согласен, – кивнул Зак.

Остальные полубоги возражений не высказали.

Выходит, Арес и правда может оказаться моей головной болью, самым опасным моим противником.

– Арес вроде бы ведет на Манхэттене переговоры с Люцифером? – выпалила я. Пакстон слил эту информацию до того, как потащил меня на занятия. – Разве он не собирается заглянуть сюда, поскольку все равно находится поблизости?

– Собирался, – подтвердила Эсме, – особенно после рассказа Акселя, что в твоем случае ритуал Рун Крови прошел не так, как обычно. Раньше такого никогда не случалось. – Она устремила на меня пристальный взгляд. – Я присутствовала на переговорах вместе с Аресом.

Поистине Эсме – это нечто! Даже полубогов не приглашали за стол переговоров с дьяволом. Интересно, есть ли у Люцифера рога? Ходят слухи, что он невероятно красив – некогда ярчайшая звезда, упавшая на Землю.

– Встреча выдалась не особенно продуктивной, – продолжила директриса, – и потому окончательной точно не станет. А Аресу пришлось срочно вернуться в Париж из-за возникшего там кризиса. Каким-то образом было совершено проникновение в Парижскую Академию Полукровок. Люцифер, вероятно, играет в собственную игру.

Удивительно, что директриса поделилась этой секретной информацией со мной, обучающейся без году неделю первокурсницей, практически никем, словно по важности я не уступаю полубогам. По моим ощущениям, дело не в том, что Эсме видела, как трое из них благоволят мне, а один ненавидит.

Вдруг я ощутила некую тревогу, по спине пробежал холодок. Мои чувства всегда обострялись, когда мне грозила опасность. Прежде я думала, это потому, что я быстрее и умнее большинства людей, но теперь поняла, что я не человек и что магия в моей крови присутствовала всегда.

Похоже, директрисе известно обо мне что-то такое, чего не знаю даже я сама. Она перевела твердый взгляд на полубогов.

– Это все еще моя Академия, поэтому последнее слово в образовании и обучении Мэриголд за мной. Она останется здесь и будет проходить специальные курсы, подобранные под ее нужды, как мы условились еще до ее прибытия.

– О чем условились? – спросила я.

Ох, не нравится мне все это!

– Потерпи, Розочка, – сказал Зак с ласковой улыбкой. – Дойдем и до этого.

– Просить мою Печеньку быть терпеливой – все равно что запретить скорпиону жалить, – фыркнул Аксель.

Бросив на него сердитый взгляд, я попыталась высвободить руку, но он не отпускал.

– Я не скорпион! – запротестовала я. – И кусаюсь только тогда, когда на меня нападают первым. Это называется самооборона. Что плохого в самозащите? Я отказываюсь терпеть чужое дерьмо.

– Аксель, извинись перед моим ягненком, – велел Гектор.

– Не хотел тебя обидеть, Печенька, – с обезоруживающей улыбкой объявил Аксель. – Мне очень нравятся скорпионы. У них есть характер.

– Ты нашел отличный способ польстить женщине, – саркастически заметил Пакстон.

– Ты-то что об этом знаешь? – разом посерьезнев, рявкнул в ответ полубог войны. – Насколько мне известно, сам ты умеешь только колотить женщин.

Пакстон зашипел, но Зак направил на него указательный палец, предостерегая, чтобы не раздражал нас с Акселем еще больше.

Аксель и Гектор не таясь выказывали враждебность по отношению к Пакстону, а Зак изо всех сил старался держать нейтралитет. Будучи также и полубогом правосудия, он не хотел, чтобы их группа распалась, несмотря на свои личные симпатии и антипатии.

– Пожалуйста, давайте больше не будем отвлекаться, леди и джентльмены, – попыталась призвать всех к порядку Эсме.

– Так всегда бывает, когда дело касается Мэриголд, – подала голос Мари. – Хаос вырывается из каждого угла... – При виде устремленного на нее сурового взгляда директрисы она поспешно прикрыла рот рукой. – Простите великодушно, я не это хотела сказать. Сама не знаю, что на меня нашло.

Я усмехнулась. У находящихся рядом со мной обычно развязываются языки. Но я не согласна с Мари. Вовсе я не источник хаоса, просто в прошлом мне не везло, но это непременно изменится.

Я же познакомилась с Гектором.

– Ты будешь обучаться в Североамериканской Академии Полукровок, Мэриголд, – постановила Эсме, – и станешь полезным членом общества. А мы проложим тебе путь к этой цели.

Я отнюдь не была уверена, что смогу стать полезным членом общества, но решила подыграть. Слова ведь всего лишь слова и не имеют силы.

– Мы здесь, чтобы помочь тебе раскрыть свой потенциал, – продолжила она.

– Это очень мило с вашей стороны, – сказала я, закусив нижнюю губу. Что еще тут ответить?

В глазах Эсме мелькнула легкая улыбка.

– Ты не похожа ни на кого другого, Мэриголд, – негромко добавила она. – Не в моих правилах впустую растрачивать такой талант, как у тебя. Честно говоря, мы до сих пор не знаем, кто ты и к какому дому принадлежишь. Мы пытались проследить твою историю до поступления в Академию, но у тебя нет даже свидетельства о рождении. Похоже, никто ничего о тебе не знает, кроме общего мнения, что ты сумасшедшая, внушающая страх и готовая на все.

От такого описания собственной репутации я стиснула зубы, а Аксель весело фыркнул.

– Мы поговорили с твоей бывшей командой, – продолжила Эсме, – но и они не смогли добавить ничего существенного. Держат рот на замке. Разумеется, они тебе преданы. Но у меня есть подозрение, что они тоже мало что о тебе знают. Ты продолжаешь оставаться для нас загадкой.

При упоминании Цирцеи и Джаспера у меня в горле встал ком.

– Мои ребята хорошо устроились? – спросила я. – Когда я смогу их навестить?

– Через три недели, – ответила Эсме. – Им нужно время, чтобы адаптироваться к новой обстановке, влиться в коллектив и найти свое место среди себе подобных.

Я хотела было объявить, что они – мои, но поняла, что спорить бесполезно. Такова теперь новая реальность. Наша судьба изменилась.

– Вместе мы во всем разберемся, – заверила директриса. – У тебя огромный потенциал, и нам не терпится помочь тебе его реализовать...

Вспомнились демоны, называвшие меня пропавшей принцессой. Если бы Эсме и полубоги узнали о том, что я – та самая Потерянная, на которую охотятся демоны, то...

По моей спине пробежал холодок.

Глава 6

– Тебе холодно, Розочка? – спросил Зак. – У тебя ладонь ледяная.

– Все в порядке, – ответила я, высвобождаясь из хватки Акселя и Зака. – Мне нужно восстановить кровообращение.

Я не хотела, чтобы через касание они почувствовали мою тревогу и страх. Гектор одобрительно кивнул, радуясь наличию у меня желания и достаточно сильной воли, чтобы воспротивиться тесному соседству двух полубогов.

– Вот планшет с твоим расписанием, – поспешно сказала Эсме, вероятно, боясь, что мы с полубогами продолжим разыгрывать представление в ее кабинете. В ее руке появилась тонкая пластинка из стекла и металла, очень похожая на обычный сотовый телефон. – Всегда носи его с собой. Он будет напоминать тебе о времени и месте каждого урока. А когда ты нам понадобишься, мы пошлем тебе сообщение на этот планшет.

Я поморщилась. Выходит, держа эту штуку при себе, я практически лишаюсь свободы. Я ни за что не собиралась проверять их послания и выполнять приказы.

– Эти новомодные штуки совсем мне ни к чему, – запротестовала я. – Просто распечатайте листок бумаги с моим расписанием, и дело с концом. В этом смысле я более старомодна.

– Сначала посмотри, какие у тебя занятия, – велела Эсме, и планшет поплыл ко мне по воздуху.

Ого! Директриса обладает даром телекинеза и способна передвигать предметы силой мысли. Интересно, из какого она дома?

– Из дома Афины, – с легкой улыбкой пояснила она, словно прочтя мои мысли.

Вот уж не думала, что она обладает и телепатией тоже! Я пристально и внимательно посмотрела на нее. Афина – богиня войны и мудрости.

Опустив взгляд на список, я пробежала его глазами:

Силы двенадцати домов олимпийских богов

Боевые приемы

Изначальные боги – сокрытые истины, возвращенные к жизни

Теория и практика магии

Боевая магия двенадцати домов

Светлая и темная магия

Демоническая мифология и силы

Заклинания и зелья

Введение в демонический язык

Фехтование и боевые искусства

Магическая подготовка с четырьмя полубогами

Колдовство

Работа с иными: оборотнями, вампирами, феями и ведьмами

И еще около двенадцати строчек в том же духе.

Я поежилась.

– Неужели я должна все это посещать? Здесь слишком много всего!

– Тебе нужно вникнуть в курс дела, – пояснила Эсме. – Помимо этих занятий, будешь ходить и на обычные с другими первокурсниками.

– Вы не понимаете, директриса фон Руш! – воскликнула я. – Я совсем не создана для учебы! У меня только характер и ничего больше.

Аксель запрокинул голову и громко рассмеялся. Я сердито посмотрела на него. Эсме последовала моему примеру.

– В таком случае используй свой характер для того, чтобы стать первой в классе, – сказала Эсме и напустилась на полубога войны: – Тебе-то уж точно не над чем смеяться, Аксель. Ты усиленно прогуливал почти четыре года. Нам вообще не следовало переводить тебя на четвертый курс. Сильно сомневаюсь, что ты когда-нибудь закончишь школу.

– Больно нужно мне ее заканчивать, – пожал плечами полубог войны, который был еще более высокомерным, чем я. – Готов подождать, пока Мэриголд меня догонит, и тогда мы будем каждый день ходить на одни и те же занятия.

– Четвертого курса больше не будет, – резко вставил Пакстон, затаившийся в углу после нашей ссоры.

Ну почему он не может просто заткнуться и молчать?

– Мы сократили программу до трех лет обучения, – продолжил он, – поскольку нам срочно нужны солдаты для отправки в зону военных действий. У всех учеников будет дополнительная учебная и практическая нагрузка. – С этими словами он повернулся ко мне. Его прекрасное лицо было холодным. – Тебе тоже никакие льготы не предоставляются, принцесса.

– Кто дал тебе право со мной разговаривать? – протянула я скучающим тоном и нетерпеливо окинула взглядом трех других полубогов. – Разве вы не обещали, что станете держать его подальше от меня? И что я смогу добиться судебного запрета, если ему вздумается подойти ко мне слишком близко? – Я прищурилась. – Как мне доверять вашим словам, раз вы даже этого придурка не можете заставить хорошо себя вести?

Из глаз Пакстона повалил ледяной пар. Не будь остальные полубоги моими союзниками, он прикончил бы меня на месте. Держу пари, он предпримет новую попытку, когда их не окажется рядом.

– Он ничего тебе не сделает, Розочка, – заверил Зак убийственным тоном. – Если тронет тебя хоть пальцем, он труп.

– Ему незачем лично марать руки, – возразила я. – Для выполнения грязной работы в его распоряжении имеются шестерки.

Пакстон фыркнул:

– Я так низко не опущусь.

– Вспомни, что случилось вчера, лживый ублюдок, – презрительно бросила я.

Ледяной пар в его глазах закипел, раздался звон разбитого стекла – это разлетелось вдребезги окно.

– Успокойся, Пакстон, – сказал Зак. – Или ты вне игры! Надоело раз за разом напоминать тебе об этом. Это ужасно утомительно.

Реагируя на агрессию полубога морей, я вскочила с места и, выбросив перед собой руки, призвала два потока пламени и сосредоточила их в ладонях. Меня так и подмывало атаковать, но я не отваживалась нападать первой на глазах у всех. Это стало бы настоящим оскорблением, особенно когда противником выступает сам полубог.

Я училась играть в лучшую, более коварную игру.

В следующее мгновение Зак, Аксель и Гектор уже были на ногах и дружно заняли оборонительную позицию вокруг меня. Аксель обнял меня за талию и укрыл за своим невидимым защитным щитом. Другая его рука взметнулась, готовясь нанести полубогу морей мощный энергетический удар. Гектор также повернулся к Пакстону, его смертельная тень зашипела у ног, а сапфировые глаза вспыхнули убийственным светом.

Пакстон откинулся на спинку кресла. Буря в его фиолетовых глазах постепенно утихала.

– Вы готовы всем скопом наброситься на меня – брата, которого знаете много веков, – из-за встреченной пару дней назад женщины? – с горечью спросил он. – Неужели так и будет продолжаться?

– Она не просто женщина, – прохрипел Гектор. – Поэтому, разговаривая с ней, изволь проявлять уважение.

– Она не оказала мне ответной любезности, – возразил Пакстон. – За все мое бессмертное существование даже дьявол не оскорблял меня так, как она.

– Ты сам ее спровоцировал, – напомнил Зак.

– Будь на ее месте любая другая, вы бы и пальцем не пошевелили, чтобы ее защитить, – продолжал гнуть свое Пакстон. – Эта штучка опаснее, чем вы думаете. Мне ни разу не доводилось становиться свидетелем того, чтобы кто-то из вас терял голову из-за девчонки, но в присутствии Мэриголд вы все думаете не тем местом. Особенно ты, Гектор. Раньше ты был закаленным воином, которым я бесконечно восхищался, на которого равнялся. Теперь ты словно детеныш, юный, пускающий слюни по объекту своего обожания. Какая извращенная ирония судьбы сделала ее единственной женщиной, к которой ты можешь прикоснуться?

– Не вини меня за то, что я предпочел тебе свою суженую, – сказал Гектор. – Ты сделал бы то же самое, будь она твоей.

Вены на висках Пакстона вздулись, а в глазах так отчетливо вспыхнули ярость и ревность, что я чуть не отшатнулась.

В следующее мгновение овладевшая им буря утихла.

– Мэриголд и моя тоже, – встрял Аксель. – Не забывай об этом, старина.

– И моя, конечно, – подтвердил Зак. – Тебе нужно научиться сдерживать собственнические порывы, кузен.

Гектор стиснул челюсти и заскрипел зубами.

Мари с Эсме обменялись взглядами, и Эсме сдержанно вздохнула.

– Если эта семейная ссора закончилась, – сухо объявила она, – то пора вернуться к насущным вопросам. Мы собрались здесь для того, чтобы обсудить не личную жизнь Мэриголд, но ее академическое будущее. Весьма признательна за то, что вы четверо – теперь уже пятеро – не разгромили мой кабинет. Вам, полубоги, ни в коем случае нельзя находиться вместе в одной комнате, особенно когда рядом Мэриголд, поскольку она подобна искре, способной запалить большой пожар. Интересно, как долго продержится моя Академия, учитывая, что вы четверо никуда не уйдете, пока здесь эта девушка?

– Не так уж я и плоха, – запротестовала я. – Я была законопослушным гражданином и великим грозным охотником, пока Аксель не притащил меня сюда против моей воли.

Аксель раздраженно вздохнул:

– Ты все еще на меня за это обижаешься, Печенька? Я думал, что после прошлой ночи ты наконец сменила гнев на милость.

– А что произошло между вами прошлой ночью? – поспешно спросил Пакстон.

– Не твое дело, – рявкнул в ответ Аксель.

Покачав головой, Эсме снова сосредоточилась на мне.

– Я несколько раз пересмотрела видеозаписи твоего ритуала и вчерашней боевой подготовки. Можно, конечно, предположить, что ты принадлежишь ко всем домам одновременно, но едва ли это возможно. Ты – исключение из всего, что написано в наших учебниках. Ты можешь стать нашим лучшим оружием против Люцифера или нашим худшим кошмаром. Пока что я решила смотреть на вещи позитивно.

Я сглотнула. Что, если однажды она решит взглянуть на них негативно? Я знала, что ритуал пробудил во мне что-то темное.

– Итак, твоя задача заключается в следующем, – продолжила она. – Ты станешь учиться и тренироваться усерднее всех, а также будешь оттачивать навыки боя со всеми четырьмя полубогами.

– Я не хочу... – запротестовала было я.

– Полубог морей тебе тоже пригодится, поверь мне, – припечатала Эсме. – Понимаю, это нелегко принять, но ты солдат. Так что смирись. Несмотря на твои пока не впечатляющие достижения, Мэриголд, я знаю, что у тебя золотое сердце. Ты предана своим друзьям, так разве не хочешь защитить их, пока война разрывает наш мир на части? Но для этого тебе нужно набраться сил и сделать так, чтобы твои магические способности стали твоей второй кожей.

Прежде чем я успела высказать свое мнение, она предупреждающе подняла палец.

– Ты забудешь личную обиду, будешь усердно тренироваться и станешь лучшей, а не худшей ученицей за всю историю этой Академии. Твой следующий урок, магия домов, начнется через сорок семь минут. Советую воспользоваться благословенным перерывом, чтобы поразмышлять и помедитировать. Это пойдет тебе на пользу. Ступай.

Я подняла руку, удивленная тем, что вообще вела себя хорошо.

– С таким количеством уроков... как насчет выходных? Суббота и воскресенье целиком в моем распоряжении?

Я бросила быстрый взгляд на Гектора. В конце недели я бы с удовольствием проводила некоторое время в его джакузи, любуясь великолепными видами Манхэттена из окон его апартаментов. Гектор улыбнулся мне, и в его тлеющих глазах вспыхнуло обещание. Аксель зарычал, и я поспешно посмотрела на него и Зака. Если они хотят присоединиться, это вполне можно устроить. Ванна достаточно просторная, места всем хватит.

Холодный взор полубога морей я подчеркнуто проигнорировала.

– Никаких выходных, – прошипел Пакстон. – Пока продолжается война, нам требуется все больше солдат. Времени на развлечения нет.

Конечно, потому что развлечения не предполагают его участия, но на сей раз я не стала с ним спорить.

– У тебя будет свободно полдня по воскресеньям после обеда, – любезно сказала Эсме, но я не почувствовала благодарности.

Я прикусила нижнюю губу.

– Кто будет учить меня языку демонов? – спросила я, чувствуя, как учащается пульс. – В Академии ведь нет демонов, верно?

«Пожалуйста, только не говорите, что в штате числится профессор демон!» – мысленно взмолилась я.

– Этим я займусь лично, – припечатала директриса.

Мое сердце екнуло. Эсме выжидающе посмотрела на меня, словно знала что-то, никому другому не известное. Это из-за вызванного мной огня? Мое пламя больше похоже на адское, чем на божественное. Я надеялась, что директрисе не придет в голову связать меня с какой-нибудь пропавшей принцессой из ада.

– При всем уважении, директриса фон Руш, не могли бы вы сократить количество уроков истории хотя бы вполовину? – предприняла я последнюю попытку.

– Нет, – отрезала она.

– Тогда на треть, – вздохнула я и получила тот же отрицательный ответ. – В таком случае я не буду делать домашнее задание, – объявила я, решив на этот раз не отступать.

– Домашние задания не предполагаются, – подсказал Аксель, ухмыляясь мне, и с нежностью провел большим пальцем по моей скуле, отчего по коже разлилось удовольствие. – Их никогда не было.

Черт, в таком случае надо было поторговаться о сокращении количества занятий по демонологии. Я не хотела иметь ничего общего ни с этими существами, ни с их лингвистикой. Кроме того, у меня было дурное предчувствие, что эти уроки новые и созданы специально для меня.

– На этом все, – подытожила Эсме. – Через пять минут у меня видеоконференция с Аресом.

Я вскочила и направилась к двери.

– И вот еще что, Мэриголд, – бросила Эсме в мою удаляющуюся спину. – Добро пожаловать в Академию Полукровок. – Она улыбнулась мне, точно кошка, заметившая мышь. – Мы все очень рады начать вместе с тобой это новое путешествие.

Глава 7

Сама я нисколько не радовалась началу этого нового путешествия, как выразилась Эсме.

Я прошла по тропинке к пруду, наполовину скрытому древними деревьями. До следующего урока оставалось сорок три минуты, и, по словам директрисы, присутствовать на нем будут все четыре полубога. Не то чтобы я не хотела снова увидеть их так скоро, просто до сих пор была немного подавлена.

Прежде чем как в омут с головой нырять в неведомую жизнь, мне требуется перевести дух.

Поскольку студенты находились на занятиях, тихая красота кампуса оказалась в полном моем распоряжении. В пруду, однако, было нечто странное. Несмотря на чистую голубую воду, усеянную белоснежными лилиями, единственными его обитателями была семья черных лебедей.

И все же это место манило, успокаивало нервы.

Свернув с тропинки, я направилась к воде. В голове кружились противоречивые мысли и эмоции. Вдруг меня куда-то потянуло. Какое мучительно знакомое ощущение! Не раздумывая, я повиновалась зову.

Ветер и мягкие листья росших вдоль узкой тропы ив ласкали лицо. Наконец я остановилась перед гигантским деревом, древним и прекрасным. Прямо на глазах его ствол раскрылся изнутри, словно приглашая меня в другой мир. Из древесных глубин исходил магический манящий призыв, от которого в душе начало пульсировать необъяснимое томление.

Я не почувствовала ни опасности, ни угрозы, лишь странное сродство, диаметрально противоположное тому, что я испытала в присутствии демонов. Логичнее было бы не делать ничего безрассудного и глупого, но я все же шагнула прямиком в образованный разверстой корой вход.

Тем не менее, не будучи совсем уж наивной, я призвала на кончики пальцев искры пламени, готовая встретить любого поджидающего внутри монстра. А если магия подведет, можно воспользоваться спрятанным в голенище кинжалом.

Пока у меня при себе оружие, бояться нечего.

Передо мной предстал сказочный мир, звездная ночь, точь-в-точь как на полотне Ван Гога. Только эта духовная плоскость прекраснее и сюрреалистичнее. Пространство простиралось до бесконечности, но я почти не сомневалась, что при желании смогу дотянуться до небес.

Среди серебряных деревьев порхали, хихикая, маленькие феи с прозрачными крылышками, рассыпая волшебную пыльцу. Выходит, в Академии существует скрытая вселенная, попасть в которую можно через дерево-портал. Или это сон? Стоит ли мне ударить себя по лицу, чтобы убедиться?..

– Это не сон, Мэриголд, – зазвучал над ухом мелодичный голос.

Пламя зашипело у меня на ладонях, и я обернулась, но не увидела никого, кроме летающих вокруг безобидных крошечных существ.

Они ведь безобидны, верно?

– Покажись! – велела я.

– У меня нет ни формы, ни облика, и они мне не нужны, – произнес тот же музыкальный голос. – Твое сознание сформировано человеческими идеями. Чтобы достичь величия, придется научиться освобождать свой разум.

– Нет во мне никакого величия, – возразила я. – И достигать его мне нисколько не хочется, поскольку это не принесет никакой пользы.

Я не желала становиться той самой военной машиной, которую Академия пыталась из меня выковать. Речь Эсме, как бы благородно она ни звучала, была направлена на то, чтобы сделать из меня убийцу, оружие.

Во мне жил страх, рассудок пребывал в смятении: с одной стороны, я стремилась стать первой в классе, а с другой – боялась привлечь к себе лишнее внимание.

Голос рассмеялся, словно я его забавляла.

Его? Или все же ее?

– Ни то, ни другое, – пришел ответ на мою мысль.

Я принюхалась. В последнее время моя способность обнаруживать магию и силу обострилась, и сейчас я напрягла все чувства, чтобы сосредоточиться на существе.

Первозданная мощь, которую я ощутила, припечатала меня точно гранитной плитой.

– Ты старше Академии, старше этих мест, – объявила я, вдыхая чистейшую магию. – Ты существуешь с самого начала Земли, но теперь не так могущественен, как прежде, потому что твоя сила родом не с этой планеты. Ты голодаешь, поскольку магия Земли больше не способна тебя питать, ведь она тоже слабеет и угасает. Ты заперт здесь и не можешь вернуться домой. Портал сместился и был запечатан давным-давно.

– Дитя моего рода, – сказал элементаль. – Я призвал тебя сюда не для того, чтобы выслушивать твои жалостливые слова, но чтобы предупредить. Ни при каких обстоятельствах не раскрывай никому тайну своего рождения и не позволяй узнать, кто твоя мать. Если эти сведения станут известны, ты подвергнешься смертельной опасности. Ты – невозможное создание, по крайней мере, так считают боги. И все же, несмотря ни на что, ты была зачата и выжила. И судьбы привели тебя сюда.

– О чем ты толкуешь? – возмутилась я. – Только еще больше меня запутал. Если тебе в самом деле известно, кто моя мать, почему бы просто не сказать мне?

– И у стен есть уши, – объявил элементаль, – даже в моем царстве. Если какая-либо из сторон узнает, кто ты на самом деле, то будет охотиться за тобой до самого края вселенной в буквальном смысле, пока ты не превратишься в пепел, который никто не сможет собрать воедино.

Я потерла руку.

– У меня от тебя мурашки по коже.

– Они твердо постановили, что такая аномалия и угроза, как ты, не должна существовать в мире – даже мысли об этом нельзя допускать. Но печать была сломана, и твоя магия больше не сокрыта. Она просачивается во все стороны и скоро станет маяком, привлекающим идущих по твоему следу охотников.

– Превосходно. Есть ли у тебя еще какие-нибудь хорошие новости?

– Никаких хороших новостей, дитя. Запомни мое предупреждение: защитить тебя некому. Не полагайся ни на кого и никому не доверяй.

– Обычно мне рекомендуют поработать над проблемами с доверием, – фыркнула я.

– Это людские понятия, а я не человек.

– Да, разумеется. Но вернемся к моему вопросу. Кто мои родители? Если ты собираешься сообщить мне, что их убили, то раскрой имена убийц. К подобному я не отношусь ни легкомысленно, ни снисходительно.

– Я поведал достаточно, принцесса Селеста, – подытожил элементаль.

– Я не Селеста и не принцесса.

– Я многим рискую, открыв тебе правду о твоем происхождении.

– Ты лишь добавил новых загадок к уже существующим.

– Больше мне нечего сказать, дитя, – вздохнул элементаль. – Мой последний совет тебе – никому не показывай свое живое пламя.

Гектор кратко упоминал о поисках живого пламени на Манхэттене, но едва ли они с элементалем имеют в виду одно и то же.

– Они не осознали истинную природу твоего огня, но поймут, когда ты укротишь две противоположные силы внутри себя и сольешь их воедино.

– Ты велел никому не доверять, так почему я должна слушать тебя?

Элементаль усмехнулся.

– Ты мне нравишься, дитя. Не появись ты в конце моего существования, я бы взял тебя в ученики и держал при себе в качестве компаньонки.

Похолодев от этих слов, я вздрогнула. Я чувствовала, что это неведомое существо в самом деле обладает достаточной силой, чтобы привести свои слова в исполнение. Сколь бы прекрасно ни было его царство, мне не хотелось оказаться здесь в ловушке.

Я принадлежу дикой местности вместе со своими полубогами, и мне нужно поскорее убраться подальше отсюда, пока элементаль не решил, что я ему слишком нравлюсь, чтобы отпустить.

Однако я не сделала ни шагу, чтобы привести свое намерение в исполнение.

– Ты угасаешь. Чем я могу тебе помочь? – обеспокоенно спросила я.

Он тысячелетиями страдал от магического голода.

– Ничем ты не поможешь, – ответил элементаль с ноткой усталости в прекрасном голосе. – А теперь ступай, дитя. Запомни: тебе нельзя сюда возвращаться.

Сильный ветер подтолкнул меня к дереву с порталом.

– Подожди секунду, – крикнула я, брыкаясь и борясь с его стихийной силой. – Ты так и не ответил на мои вопросы о...

Я приземлилась на траву у пруда перед огромным круглым деревом, чьи серебристые листья дрожали на звенящем ветру. Будь я слабовольной и легко поддающейся манипуляциям, то поверила бы, что элементаль – плод моего воображения. Но я не сомневалась, что побывала внутри дерева и разговаривала с этим существом, несмотря на то что на протяжении всего нашего взаимодействия как будто находилась в трансе.

Я сделала глубокий вдох. В воздухе еще витал дух древнего волшебства, словно выдержанное изысканное вино из тех времен, когда Земля была молодой и полной жизни, как и все силы, энергии и магия.

Уходить, лишившись связи, которую я чувствовала, было так больно, что я с трудом могла это вынести. Мне по-прежнему требовалось кое-что прояснить.

– Спасибо за любезность! По крайней мере, я не плюхнулась на задницу, – пробормотала я, шагая к стволу и прижимая к нему ладонь в надежде, что элементаль снова откроет проход. – Эй, послушай... – начала было я.

– Мэриголд, – донесся до меня человеческий голос.

Я резко повернула голову в ту сторону и увидела, что ко мне по тропинке бежит Мари.

– Решила побеседовать с деревом? – спросила она, и в ее карих глазах вспыхнул легкий огонек веселья.

– Зачем ты явилась? – набросилась я на нее и, прищурившись, добавила: – Я пока не опаздываю на занятия. Полубоги ведь не просили тебя следить за мной, правда? Если да, передай им, что не станешь выполнять это ужасное поручение.

Мари ухмыльнулась.

– Они назначили меня твоим личным телохранителем.

– Очень смешно.

– Ничего смешного. Я сама не в восторге от подобной миссии. К тому же, как ты верно заметила, мне придется непросто. Когда большие обожающие глаза полубогов будут устремлены в другую сторону, беречь тебя от неприятностей станет моей задачей.

– Я – что угодно, только не неприятности.

– Ну-ну, продолжай себя в этом уверять.

Я насмешливо оглядела Мари. Ее красно-синяя форма Доминиона безупречна, без единой складочки.

– Они всерьез считают, что тебе по силам быть моим телохранителем?

– Почему бы и нет? За тобой, конечно, нужно постоянно присматривать, но ничего такого, с чем я бы не справилась.

Я выгнула бровь.

– Постоянно присматривать? Ты не шутишь?

– Не скажу, что для меня честь тебя охранять, – призналась Мари. – Откровенно говоря, из-за тебя я, наверное, заработаю язву желудка. Но, по крайней мере, рядом с тобой всегда происходят интересные события.

У меня в голове что-то щелкнуло.

– Это ты позвонила Акселю и Заку, когда я собиралась поджарить водоплавающего парня, да?

– Я в самом деле позвонила полубогу войны, когда твоя драка с Джеком вышла из-под контроля, – пояснила она. – Но он был недоступен, и мое сообщение переадресовалось на голосовую почту. Вот почему они с Заком опоздали на твою схватку с Пакстоном.

– Ты знала, что своими действиями рискуешь навлечь на себя гнев Свинстона, – сказала я. – Куда делось стремление не рисковать своей шеей ради кого бы то ни было, а?

Она пожала плечами:

– Не хотела, чтобы ты умерла. Иногда ты меня смешишь.

Я фыркнула.

– А директрисе заявила, что мои шутки несмешные.

– Сама ты смешная, но это не значит, что умеешь правильно шутить.

– Не думаю, что ты достойна меня охранять, – сказала я. – Во-первых, тебе плевать на мою репутацию. Во-вторых, тебе плевать на мой комфорт. Помнишь, как ты отказалась одолжить мне свои сапоги, когда я особенно в них нуждалась?

– Мне, может, и плевать на твою репутацию или комфорт, но не плевать на твою безопасность. Что касается обуви, то если бы я уважила твою просьбу, у меня самой заболели бы ноги. Так что, между нами, уж лучше ты пострадала, чем я. А теперь, если закончила разглагольствовать, давай подготовим тебя к уроку магии домов. Я рада начать этот этап пути вместе с тобой.

Заметив великолепные крылья, я тут же перестала сетовать на жизнь. Мои глаза засияли от предвкушения, ведь ко мне направлялся Гектор. Каждая линия его тела источала мужскую красоту, под доспехами перекатывались рельефные мышцы.

В прошлый раз, когда мы были в джакузи, я собиралась слизнуть капельки влаги с его гладкой мускулистой груди, но прежде чем успела исполнить свою прихоть, Аксель и Зак нарушили наше уединение.

Я мечтала найти время, чтобы как следует изучить своего Гектора.

Стоящая рядом со мной Мари ахнула, также пораженная присутствием полубога смерти. Не мне ее в этом винить. Главное, чтобы она не поддалась искушению и не попыталась увести моего мужчину. Кто бы на ее месте не пускал слюни при виде прекрасного убийственного полубога смерти?

Но Гектор смотрел только на меня.

Он широко улыбнулся, ожидая, когда я подойду к нему, а сам тем временем скользил голодным собственническим взглядом по моему телу, не упуская ни единого дюйма.

– Гектор, как ты узнал, что я здесь? – спросила я.

Я поспешила к нему и прижалась к его твердому теплому торсу. Не теряя ни секунды, он поднял меня в воздух. Я обхватила его шею руками, а ноги обвила вокруг талии.

– Я всегда знаю, где ты находишься, ягненок, – пояснил он, – потому что ты моя. Пришел сказать, что не смогу сегодня учить тебя магии. Я получил наводку от своего источника. Я ищу определенное оружие на Манхэттене. Только заполучив его, буду уверен, что смогу сделать мир безопаснее для тебя. Демоны уже там, в том самом месте, где мы встретились. Они занимались мародерством, и моя команда вступила с ними в бой.

Нахлынуло воспоминание. Когда я телепортировалась на заброшенную улицу между Чайнатауном и Маленькой Италией на Манхэттене, осаждавшие меня демоны упомянули, что заняты поисками легендарного оружия, которое, согласно пророчеству, должно переломить ход войны.

– Позволь мне пойти с тобой, – попросила я. – У меня талант находить вещи. Я была великим грозным охотником.

Мне не хотелось, чтобы мой возлюбленный подвергался опасности. В эпоху Великого слияния все живут в долг. В любую секунду наши ряды могут пополниться, но точно так же наши жизни могут угаснуть, как слабый огонек свечи.

Если верить священнику Теодору, даже полубога смерти можно убить.

– Я никогда не подставлю тебя под удар, ягненок! – с укором воскликнул он, глядя на меня. – Тебе следует это знать. Академия – самое безопасное для тебя место. Кроме того, здесь у меня есть несколько элитных стражников, которые присмотрят за тобой.

Я огляделась по сторонам, и Гектор снисходительно рассмеялся.

– Все они прекрасно умеют сливаться с окружением, – пояснил он. – Я лично их отобрал. А Акселю и Заку лучше бы не терять бдительности на твоем занятии. – Его глаза на секунду потемнели. – Если хоть один волосок упадет с твоей головы, им придется отвечать передо мной.

– Я не хочу, чтобы за мной еще кто-то наблюдал. – Поежившись, я указала большим пальцем в сторону Мари, застывшую позади меня точно истукан. – У меня уже есть одна надзирательница, но и от нее я решила избавиться.

– Она работает на Зака с Акселем, – отмахнулся Гектор, – а я задействую свои ресурсы.

Проблема заключалась в другом.

– Я превращусь в посмешище всея Академии, если станет известно, что за мной повсюду следуют охранники, – настойчиво воскликнула я. – Мне такого не надо!

– Чепуха, – отмахнулся он. – Твоя безопасность для меня превыше всего. В прошлый раз, когда я увидел тебя всю в крови в окружении мерзких демонов... – Гектор сжал кулак. Его глаза полыхнули яростью и страхом. – Не позволю этому повториться.

Разговаривать с полубогом зачастую ужасно раздражает и утомляет. Еще хуже то, что опекать меня взялись все четверо разом.

– Нисколько не круто, Гектор! – вскричала я. – Всю свою жизнь я умела надирать задницы. Мне не требуется...

Опустив голову, он накрыл мои губы своими, отчего все мои мысли, протесты и пылкий нрав тут же угасли. Им на смену пришла волна удовольствия. Я хотела, чтобы это ощущение длилось вечно.

«Спариться с ним, – зазвенела в голове исполненная желания мысль. – Нужно трахнуть его. Прямо здесь. За кустами».

Гектор отцепил меня от себя, улыбаясь с чисто мужским удовлетворением. В его сапфировых глазах кружилась темная страсть, похожая на бесконечные галактики.

– Я скоро вернусь к тебе, ягненок, – пообещал он. – Период ухаживаний идет своим чередом.

С этими словами он исчез.

А я осталась стоять в оцепенении, и морозный ветер не мог охладить ни мои пылающие щеки, ни бушующую в крови тоску.

– Нет в мире справедливости! – воскликнула Мари, вырывая меня из ослепительных мечтаний. Зашагав в ногу со мной, она с горечью ущипнула себя за руку. – Ты проучилась в Академии всего несколько дней, но успела заполучить трех полубогов, иметь которых никому больше не дано.

Глава 8

– Почему у тебя губы припухли, Печенька? – спросил Аксель, стоило мне войти в просторный класс.

Мари шагала следом.

– Э-э, – протянула я, обводя взглядом других учеников, в попытке придумать оправдание.

– По вине полубога Гектора, – услужливо подсказала моя «телохранительница».

В смятении я повернулась к ней – меньше всего мне сейчас хотелось драмы, – но она сделала вид, что ничего не заметила. Однако в ее глазах плясали веселые искорки.

– Этот соблазнитель, – прошипел Аксель. От гнева его янтарные радужки потемнели. – Вот кто точно знает, как воспользоваться наивными девушками!

Секундой позже он взял себя в руки.

Держу пари, это из-за договора, согласно которому кузенам запрещалось слишком сильно злиться друг на друга, когда кто-то из них приближался ко мне, хотя остальным это не нравилось.

Говоря начистоту, Гектор был кем угодно, только не соблазнителем. За целую вечность он не прикоснулся к женщине и пальцем – разве что желал ей смерти. Ну а меня едва ли стоит считать наивной, невзирая на то, что я до сих пор девственница.

Я грезила о грязных порочных утехах с полубогами, иногда с одним, иногда со всеми тремя, и мои фантазии кого угодно вогнали бы в краску.

Оставалось порадоваться, что, несмотря на все свое могущество, кузены не способны проникнуть в мой разум, а если и способны, то, по крайней мере, проявляют любезность и не нарушают моего ментального уединения.

– Гектор приходил попрощаться, у него дела на Манхэттене, – сказала я, многозначительно посмотрев на Акселя.

– О да, не следует ему пренебрегать своими обязанностями, – раздраженно отозвался тот. – В его отсутствие легче дышится. Мне не нравится, когда становится слишком многолюдно. Особенно если он начинает щеголять крыльями, а они, между прочим, занимают лишнее место.

Взгляд стоящего в центре учебной аудитории Зака осветил меня, словно солнечный луч, но в его голубых глазах сверкнула серебряная молния. Все вокруг утверждают, что он почти не проявляет эмоций, однако в моем присутствии его чувства всякий раз отчетливо дают о себе знать.

– Подходим ближе, – громко объявил он, обращаясь в основном ко мне, поскольку остальные студенты уже выстроились вокруг него подковой, благоговея перед ним и ловя каждое слово. – Перестань дурачиться, Аксель, – резко бросил он, заметив, что тот обнял меня за талию. – Покажи солдатам хороший пример!

Десятки учеников, некоторые из которых были старшекурсниками, обернулись в нашу сторону. Елена помахала мне рукой, Нэт подмигнул. Оба, казалось, обрадовались тому обстоятельству, что я вернулась к учебе, хоть и пропустила пару утренних занятий. Я понимала, почему они так обеспокоены. Обычно ученика вызывали в кабинет к директрисе для наказания. Из-за того, что придурок Пакстон вчера протащил меня через весь кампус на урок, всем обитателям Академии стало известно, что я не утруждаю себя соблюдением школьных правил.

Я с улыбкой помахала друзьям в ответ.

Деметра и ее шайка метали в меня острые, как кинжалы, взгляды, вероятно, желая убить на месте, поскольку, очевидно, никакая высшая сила не вняла их мольбам о том, чтобы директриса меня выгнала.

Других учеников ошеломило мое близкое знакомство с полубогом войны. Если бы они увидели, как меня целует полубог смерти, их глаза, наверное, вылезли бы из орбит и упали на пол.

– Аксель, урок начался, – прошептала я в надежде, что он уберет руку с моей талии.

После того как Гектор поцеловал меня и ушел, я пребывала в растрепанных чувствах. Мне требовалось утешение, а полубоги, судя по всему, жаждали постоянного физического контакта со мной так же сильно, как и я с ними. Если я – мотылек для их пламени, то и обратное также справедливо.

– Ну и что? – Аксель выгнул бровь. – Я один из инструкторов. Поскольку я не тренирую других учеников, мне незачем устраивать шоу со сборами. Я в полном твоем распоряжении, Печенька, – обратился он ко мне, – так что мы останемся на своих местах. Тебе не нужно строиться вместе со всеми.

– Ты еще школу не закончил, – возразила я. – Разве директриса не говорила, что ты пропустил большую часть занятий? Кажется, она подумывает о понижении тебя в должности.

– Я полубог, – фыркнул он, – мне и без учебы все известно. Поэтому ходить ни на какие уроки не требуется. Я от рождения наделен всеми необходимыми практическими познаниями и могучей силой. Не сомневайся во мне, Печенька.

– Ты сама скромность, как я погляжу, – поддела я. – Теперь сомнений у меня стало еще больше.

– Своими словами ты ранишь мои нежные чувства.

Прищурившись, я посмотрела на него.

– Не уверена, что они вообще у тебя есть.

– Чувств у меня предостаточно, и все – для тебя, Печенька, для тебя одной, – тихо сказал он. – Но приходится сдерживаться, а то, боюсь, их тяжесть раздавит тебя прежде, чем ты будешь готова. Эмоции полубога нелегко пробудить, но, когда это случается, они сметают все на своем пути.

Мое сердце затрепетало. Мне довелось на себе испытать, насколько сильны могут быть полубоги, я тонула в их мощной энергии и втайне наслаждалась этим. Вопрос в том, выдержу ли я, когда все они разом обрушат на меня свои желания и силы?

– Давай подойдем к ним, – чуть слышно обратилась я к Акселю. – Не хочу, чтобы вы с Заком еще до начала занятия затеяли глупую ссору.

– Как пожелаешь, – пожал он плечами.

Убрав руку с моей талии, он тут же сжал мою ладонь в своей и повел к группе учеников, которые не сводили глаз с наших переплетенных пальцев. Вот так играючи полубог войны украл минуту славы у полубога неба.

Испытывая на себе тяжесть исполненных зависти и ненависти взглядов других учеников, я попыталась вздернуть подбородок, чтобы продемонстрировать свое отношение к происходящему, но впервые мне это не удалось.

Аксель без стеснения выказывал приязнь ко мне, а я без стеснения ввязывалась в драки. Однако когда дело касалось публичных проявлений чувств, я становилась необычайно сдержанной. В основном потому, что сама не до конца понимала, как складываются мои отношения с Акселем и Заком.

С Гектором все предельно ясно. Он – мой надежный щит, я позволяю ему за собой ухаживать. Если из затеи с Академией ничего не выйдет, я перееду в его апартаменты и устроюсь куда-нибудь барменом, чтобы вносить часть платы за жилье. Гектор, вероятно, не захочет брать с меня деньги, но я не позволю ему посягать на мою независимость и честность.

С Заком и Акселем с самого начала все пошло наперекосяк. Потребовалось время, чтобы наладить отношения. Сторонний наблюдатель сказал бы, что у нас все прекрасно, но в глубине души я до сих пор ощущала некий тугой узел, не позволяющий мне полностью раскрыться перед полубогами.

Несмотря на эмоциональную замкнутость, я не стала вырываться из хватки Акселя, тем самым прилюдно ранив его чувства. Он, наверное, года на три старше меня, то есть мы практически ровесники. У нас схожие мысли, и в целом у меня с ним больше общего, чем с другими полубогами.

– Ну же, Печенька, – рявкнул Аксель – как будто его не все еще услышали! – Ждут тебя одну. Ты же не хочешь оказаться в центре внимания?

Своим поведением он добился прямо противоположного – привлек ко мне всеобщий интерес.

Стоящий в дальнем конце комнаты Пакстон пронзил меня холодным яростным взором. Он держался особняком, считая ниже своего достоинства взаимодействовать с остальными, но при этом маячил поблизости, как большой злобный волк, не желающий уходить. Я не удостоила его ни единым взглядом, однако ощущала взаимное притяжение, такое же, какое испытывала к трем его кузенам. Мне было ненавистно осознание того, что оно вообще существует между мной и этим придурком.

Я постаралась отгородиться от его зова, а когда он сделался настойчивее, мысленно врезала Пакстону кулаком. Я не знала, почувствовал ли он тупую силу моего удара или нет, и мне было все равно. Больше я на него и смотреть не стану.

Мы с Акселем подошли к толпе студентов, и они расступились перед нами, словно волны Красного моря перед Моисеем.

Вдруг я поняла, что гляжу на Теодора, а он таращится на меня в ответ.

– Я буду вашим главным инструктором на уроке магии домов, – объявил он. – Некоторые уже слышали правила, но для новичков повторю. Позже вас разделят на группы в соответствии с принадлежностью к тому или иному дому, и вы станете практиковать особые силы, которые активировали в вас Руны Крови богов. Третьекурсники будут следить за вашими успехами. Я хочу, чтобы занятие прошло гладко, – добавил он и многозначительно посмотрел на меня. – Насилие в отношении других учеников недопустимо. Любой, кто затеет драку, будет наказан. Наш курс называется «Введение в магию домов». Не путайте с продвинутой боевой магией, сегодня мы не на поле брани.

Надеюсь, он не запамятовал, что в прошлый раз вовсе не я стала зачинщицей потасовки. Наоборот, я пала жертвой того насилия, о котором он говорил. Меня избили до полусмерти. Но в конце концов я поставила Джека и Пакстона на место.

– Все понятно? – спросил священник, снова глядя на меня.

Мне очень хотелось показать ему средний палец.

Деметра и ее шайка устремили на меня враждебные взгляды и, чтобы подчеркнуть правоту Теодора, гаркнули вместе со всеми:

– Да!

Я заметила, что, несмотря на источаемую ими ненависть, в их глазах плещется плохо скрытый страх. Они были свидетелями того, как я сразилась с полубогом и выжила.

Никому неохота связываться с безумицей.

Теодор наградил меня суровым взором, вероятно, потому что я молчала и не выкрикнула нелепое согласие, подтверждающее, что я тоже одна из овец его стада. Я могу найти куда лучшее применение своему рту, например, для поцелуев и сосания...

«Не здесь и не сейчас, Мэриголд», – мысленно одернула я себя.

Наплевав на реакцию хмурого Зака и разгневанного Пакстона, Аксель не ослабил хватку, но поднес мою руку к губам и принялся ласкать ладонь, медленно распаляя во мне желание.

Пальцы у меня на ногах поджались, но с горем пополам мне удалось изобразить на лице маску безразличия. Теодор сделал вид, что не замечает ничего предосудительного.

– Наши силы отличаются от тех, коими наделены другие носители магии, такие как ведьмы, маги, друиды, феи и прочие, – продолжил он. – Они черпают мощь из нашей планеты, собирают энергии и стихии Земли и управляют ими. Ваша сила, напротив, происходит от самих олимпийцев и заключена в вашей крови. Это наследие, которым одарили вас боги. Ритуал Рун Крови подтвердил ваше право по рождению и приумножил способности. Теперь только от вас зависит, насколько сильными вы сумеете стать и сделать вашу мощь второй кожей.

Он сцепил ладони в замок.

– Наставники, забирайте свои группы. Я буду осуществлять общее руководство. Сегодня своим присутствием нас почтили полубоги неба, войны и морей. Они будут наблюдать за вашими успехами.

Ученики гордо выпрямились, желая произвести впечатление.

Деметра и ее группа то и дело бросали кокетливые взгляды на Зака и Пакстона. В основном смотрели на Пакстона, прекрасно зная, что он мой враг.

Все ученики последовали за наставником из своего дома и быстро разбрелись в разные стороны. Елена пристроилась за высоким третьекурсником, который поигрывал двумя водяными столбами, закручивая их в воздухе, словно это и не жидкость вовсе, а некая пластичная субстанция. Я не знала, для кого предназначалось его выступление, но несколько студентов из дома Посейдона определенно выглядели впечатленными.

Нэт шел за брюнеткой, чьи ладони внезапно превратились в лезвия. Это действительно выглядело круто. Вот бы и мне обзавестись такими же!

Деметра шествовала в ногу с симпатичной блондинкой, шею которой обвивали лианы, а руки походили на шипящих змей. Глядя на нее, я тут же вспомнила легенду о Медузе Горгоне.

Похоже, все, кроме меня, принадлежат к дому какого-то бога! Очень скоро я осталась одна.

– Печенька, перестань дуться, как будто ты здесь лишняя, – сказал Аксель.

– Я и правда лишняя, Аксель, – тихо возразила я.

– Ты моя, – уверенно объявил он. – Мы с кузенами явились сюда не студентов тренировать. Мы здесь исключительно ради тебя. Ты – наша цель.

– Не хочу я быть твоей целью. – Я высвободила ладонь из его хватки и уперла руки в бока. – Ничего хорошего из этого не выйдет.

Ухмыльнувшись, Аксель отвел меня в сторонку, подальше от остальных.

– Мне тяжело. – Я красноречиво посмотрела на его мускулистую руку, обнимающую меня за плечи.

– Хорошо! Значит, твоя решимость вернулась, – подхватил он. – Она тебе понадобится, Печенька.

Зак направился прямиком к нам.

– Не уводи Мэриголд слишком далеко от других учеников. Ей нужно понаблюдать и понять, к какому дому она испытывает тягу.

«Только не к дому бога морей, – мысленно взмолилась я. – Готова искупить прошлые грехи, хотя и не знаю, в чем они заключаются, но разберусь».

Пакстон как будто услышал мой внутренний монолог, и я почувствовала его скользящий по своему телу взгляд. Вспомнив о пылающем во мне пламени, я расслабилась. Я никак не могу принадлежать к его дому. Он – вода и буря, а я – огонь. Это две противоположные, враждебные силы – совсем как мы с Пакстоном.

Должно быть, в этом и заключалась главная причина того, почему мы друг друга на дух не выносим.

Ни один олимпийский дом не специализировался на огне.

Аполлон повелевал силой солнца. Я слышала, что он использует солнечные лучи, чтобы уничтожать своих врагов, но хотя в их основе лежит сильный жар, как и у огня, все же они представляют собой разные стихии.

Предупреждение элементаля о том, что никому нельзя показывать мое живое пламя, звучало у меня в голове, как и его следующие слова: «Они не осознали истинную природу твоего огня, но поймут, когда ты укротишь две противоположные силы внутри себя и сольешь их воедино».

Я сглотнула. Отголоски слов элементаля эхом звучали у меня в голове, хотя я понятия не имела, что он имел в виду.

Вдруг все мое существо пронзил холод, не сравнимый ни с чем, что я испытывала прежде.

– Покажи мне, на что ты способна, Розочка, – сказал Зак, жестом приглашая начинать.

– Я понятия не имею, Вольт. Извини, что разочаровываю тебя, – парировала я, дав себе обещание больше не являть ему или кому-либо еще свой огонь.

Также я решила дать каждому из полубогов прозвище, раз уж они сами не перестают обзывать меня нелепыми именами.

Аксель расхохотался, а Зак моргнул, и в его синих, как океан, глазах сверкнула молния. Я пожала плечами. Другие, может, и боятся этих вспышек, но для меня они безвредны. Более того, они восстанавливают силы получше энергетического заряда, но об этом я ему говорить не собиралась.

– Как насчет того огня, которым ты забавлялась, Печенька? – ласково предложил Аксель. Ему очень нравилось, когда я давала отпор другим полубогам, особенно если пускала в ход колкости и рычание. – Мы никогда не видели такого пламени. Можем изучить его и проанализировать, а там, глядишь, и разберемся, к чьему дому ты принадлежишь.

Полубог войны стремился раскусить меня с того самого момента, как я впервые отмахнулась от его принуждения и отказалась, подобно прочим, преклонить перед ним колени. Он был готов подвергнуть меня испытанию, которое могло бы меня убить, чтобы проверить, из чего я сделана, – хотя, по его уверениям, ни секунды не сомневался, что я выживу.

– Я работаю над этим, Казанова, – сказала я.

Он прищурился, глядя на меня.

– Казанова? Да я же собственноручно его убил!

– И сам занял его место, с чем тебя и поздравляю, – подхватила я.

Зак усмехнулся.

– Пламя, приди! – театрально воззвала я, а про себя велела ему затаиться и не подниматься на поверхность до тех пор, пока мне не будет угрожать смертельная опасность. – Ну же, пламя, давай! – кротко повторила я.

Зак и Аксель выжидающе уставились на кончики моих пальцев. Я тоже притворилась, что жду.

С другого конца комнаты Пакстон смотрел на нас, как стервятник.

Мой огонь даже не пошевелился, как мне и хотелось; уподобившись спящему льву, он покоился на дне моего магического колодца.

В комнате разлилась волна холода, но не я являлась ее источником.

– Пламя, неужели ты, черт тебя дери, не покажешься, чтобы засвидетельствовать свое почтение полубогам? – вяло поинтересовалась я.

Зак и Аксель перевели взгляд с моих пальцев на лицо.

– У меня больше нет огня. – Я пожала плечами. – Держу пари, то была разовая акция. Вызванная сильнейшей злостью к одному известному вам придурку.

– Тебе снова нужна мотивация, принцесса? – усмехнулся Пакстон, шагая ко мне с другого конца комнаты.

Как по команде, ученики прекратили практиковаться и дружно уставились на меня. У всех у них в жизни произошло что-то приятное. Их силы проявились. По комнате кружились вода, пыль, молнии и воздушные потоки. Некоторые объекты вроде камней парили в воздухе и вращались, словно пояса астероидов. Выглядело это весьма впечатляюще.

Вокруг Елены плясали водные потоки.

В доме богини Деметры Одна Восьмая приказала растениям и лианам обвить лодыжки ученика, с которым она работала в паре. Плющ потянул ее партнера вперед. Парень попытался распутаться, но потерял равновесие и плюхнулся на задницу.

Деметра злобно захихикала.

Черт, какая же она сильная. Меня посетило дурное предчувствие, что скоро она вздумает испробовать этот трюк на мне. Ей только волю дай, и она бы с радостью оплела ядовитым плющом мою шею, а не ноги!

В этот момент Деметра со змеиной улыбкой повернулась и, отозвав плети от своего незадачливого партнера, направилась в мою сторону.

Неужели она собирается занять место Джека и предоставить мне мотивацию, раз ее кукловод Пакстон только что опять разрешил надо мной поиздеваться?

Вообразив унижение, которому она могла бы меня подвергнуть, я с трудом поборола желание съежиться. Как мне отразить ее атаку, не задействуя огонь? Если я спрячусь за спину Акселя, это выставит меня в плохом свете и к тому же может стоить потери уважения полубога войны, который всегда бесстрашно бросался на врагов и рубил направо и налево.

Ужасно не хотелось признаваться в том, что даже в бытность мою охотником во мне сидел глубоко укорененный страх. Однако я не позволяла ему себя парализовать.

Аксель резко обернулся к ошеломленным первокурсникам:

– Вам что, больше делать нечего, кроме как пялиться на Мэриголд, точно идиоты?

Ученики и их наставники поспешно вернулись к прерванным занятиям, и в воздух вновь взмыли огонь, вода, камни и металл. Третьекурсники громко и четко выкрикивали команды, пытаясь искупить вину за то, что отвлеклись на драму, вот-вот готовую разыграться между полубогом морей и мной.

– Сосредоточьтесь! Призовите дарованную богами основную силу.

– Чем усерднее тренируетесь, тем мощнее будет ваша сила. Докажите, что сделаны из стали.

– Используйте свою силу. Сейчас же. Помните, что вы управляете магией, а не магия – вами.

Все инструкции звучали уместно. Ребята свое дело знают. Они умеют тренировать первогодок, в отличие от полубогов, которые хороши только на поле боя, но никак не в качестве учителей.

Метод полубогов заключался в том, чтобы бросить любого не умеющего плавать в бурные волны – и пусть бедолага сам разбирается, что к чему. Я застряла с ними, поскольку не принадлежу ни к одному дому.

Тем не менее я подслушала советы других инструкторов и переняла несколько приемов. Закрыв глаза, я призвала свою силу – все, что у меня было, кроме огня. Однако ответил он один, бушующий в темном бесплодном мире моего разума. Присмотревшись, я мысленно отшатнулась.

Как и предупреждал элементаль, мое пламя было порождением отнюдь не светлой мощи олимпийских богов. Выслеживая источник собственной магии, я нырнула в мрачное царство и оказалась на берегу моря горящих углей. Да ведь это самое сердце преисподней!

Откуда мне это известно? Я же не могу попасть в Ад, правда? Я ведь не его исчадие!

Мой огонь взмыл над морем пылающих углей, вдыхая и словно напитываясь.

Черт! И в самом деле адское пекло.

Я нашла источник своей магии и уразумела ее природу. Она бушевала от того, что слишком долго пребывала в забвении. Ей требуется охотиться и питаться жизненной энергией. Она хотела причинять боль и разрушать.

В преисподней мои жилы сковало льдом. Пытаясь вырваться из ментального мира, я почувствовала, как мое физическое тело чуть не шлепнулось на задницу.

Я не выпущу свой адский огонь, поскольку обречена хранить эту грязную тайну вечно.

Резко открыв глаза, я увидела Акселя, смотрящего на меня с темным голодом. Он не знает, кто я такая, – как, впрочем, и его кузены. Вожделение полубога войны стало последней каплей.

– Аксель, – простонала я.

Его взгляд уподобился расплавленному золоту, когда он почувствовал мою потребность в нем. Я шагнула к нему, желая прикоснуться, нуждаясь в его тепле и утешении, чтобы разогнать сковавший мои вены лед.

На этот раз, вместо того чтобы броситься ко мне и обнять, он выжидающе глядел мне в лицо, словно обещал весь мир, если я попрошу. Он, наверное, вручил бы мне его, даже если бы я не попросила, потому что я впервые показала ему свою уязвимость.

Магия и химия шелестели между нами, подобно невидимым волнам. Не сводя с него взгляда, я приближалась, напрочь позабыв о том, где мы находимся. Или, может быть, нам просто все равно.

– Полубог Аксель, сэр, – позвала Деметра. – У меня к вам вопрос.

Одна Восьмая подкралась, пока мы были заняты друг другом, и разрушила опутавшие нас с Акселем чары.

Она щеголяла обвитым лозами торсом. Ее страстный взгляд блуждал по полубогу войны. Судя по тому, как она выпячивала упругую грудь, она бросала ему вызов, приглашая его крупные сильные руки ласкать ее, а не растения.

Я зарычала, испытывая сильнейшее желание призвать свой адский огонь, чтобы сжечь и ее лозы, и волосы, – а с последствиями буду разбираться позже. Тогда-то она узнает, чем грозят попытки увести моего мужчину.

Моего мужчину?

Каким-то образом я включила Акселя в число своих.

Я бросила быстрый взгляд на Зака. Он выглядел отстраненным, как будто мысленно находился в каком-то другом месте. Тут меня осенило. Наверное, он ведет телепатический разговор с Гектором, который отправился на поиски оружия из пророчества. Полубог смерти стремился найти его, прежде чем это успеют сделать демоны.

– Разве ты не видишь, что я занят, первокурсница? – оскалившись, рявкнул Аксель. – Не вздумай отвлечь меня снова!

Лицо Деметры покраснело, как свекла, глаза расширились от удивления. Она явно не ожидала, что мужчина столь резко ее отвергнет. Она и в Академию-то поступила с определенной целью: запустить когти в полубога, выйти за него замуж и произвести на свет следующее поколение детей-олимпийцев.

– Отвали, Одна Восьмая, – прошипела я. – Сию секунду.

Она посмотрела на меня с чистой ненавистью во взоре, но не посмела затеять ссору в присутствии Акселя и, развернувшись на каблуках, отступила. Держу пари, она представляла, как сдавливает своим ядовитым плющом мою шею, пока я не испущу последний вздох.

Девчонка не перестает удивлять своими попытками все мне испортить!

– Ну ты и ревнивица, Печенька, – одобрительно сказал Аксель. – Ты нам отлично подойдешь.

– Деметра, я готов ответить на любые твои вопросы, – прогремел в нескольких метрах от нас низкий голос Пакстона. Взмахом руки он пригласил ее подойти ближе.

Деметра одарила меня высокомерной улыбкой и поспешила к полубогу морей, словно у нее вдруг выросли крылья, как у феи.

Что ж, очко в ее пользу. Мой бессмертный враг только что спас от публичного унижения другого моего врага. Мерзость притягивает мерзость.

Строго говоря, меня не должно волновать, что она нацелилась заполучить этого дурака – водоплавающего парня. Но почему в таком случае я так разгневана, словно кто-то отобрал что-то мое?

Я невольно бросила взгляд в сторону Пакстона и обнаружила, что он неотрывно пялится на меня. Стало быть, проверяет, как я отреагирую. На Деметру, которая едва не бросилась ему на шею, он даже не взглянул.

Полубога морей я презирала больше всех, даже больше демонов, и не должна была испытывать к нему чертовых собственнических чувств. Он никогда не был моим и никогда не будет, уж за этим я прослежу, как бы он ни настаивал на том, чтобы получить кусочек меня согласно заключенному с другими полубогами договору.

Раз Свинстон хочет добиться от меня реакции, я ему подыграю.

Злобно ухмыльнувшись, я показала ему мизинец, рассудив, что среднего пальца он не заслуживает. Вот насколько низко он пал в моих глазах.

Аксель усмехнулся, наслаждаясь тем, как я унижаю его морского кузена. В жестоких глазах Пакстона вспыхнула ярость.

– Эта гадкая парочка наплодит супергадких детей, – вернув внимание полубогу войны, объявила я, пожимая плечами.

– Надеюсь, – ответил тот. – Но этого не случится.

Из-за того, что наш волшебный, чувственно насыщенный момент был прерван нежеланным вмешательством третьего лица, Аксель вспомнил, что ему нужно меня обучать, и нахмурился.

– Для начала советую забыть о ругательствах, когда призываешь свою силу. Ты должна уважать то, что даровано тебе от рождения, Печенька, если хочешь, чтобы магия функционировала и подчинялась твоим приказам.

Вдруг Зак резко очнулся и направился к нам. Когда он посмотрел на меня, в его глазах сверкнули серебряные молнии, заставившие мое сердце затрепетать.

– Аксель, ты нужен Гектору в зоне военных действий, – сказал он, мельком взглянув сначала на кузена, затем снова на меня. – Два архидемона привели отряд из семидесяти демонов в надежде одолеть Гектора и его Доминионов.

Полубог войны резко помрачнел.

Внезапно рядом с нами оказался бледный как полотно Теодор.

– Архидемоны выходят только по прямому приказу Люцифера. Это доказывает, что они отчаянно хотят заполучить живое пламя раньше, чем его найдем мы.

На секунду все мысли разом вылетели у меня из головы, кровь прилила к вискам. Опять это чертово живое пламя!

Аксель поднял руку, чтобы что-то призвать, и в его ладони материализовалось копье, от наконечника которого валил ледяной пар. В следующую секунду на его теле появились серебристо-серые доспехи.

– Возьми с собой наших элитных стражей, – велел Зак.

Полубог войны кивнул.

– Разве не следует нам всем поспешить на помощь Гектору? – воскликнула я, чувствуя, как внутренности сжимаются от беспокойства за двух кузенов.

– Если на поле битвы выйдут все четверо полубогов, это привлечет Люцифера, – пояснил Теодор. – А нам бы хотелось избежать прямого столкновения с самим дьяволом.

Аксель обхватил мое лицо ладонями и потянулся к губам. Поцелуй получился жарким и жестким, он обжег кожу, вызвав дрожь во всем теле. Мне хотелось большего, но я не желала, чтобы эта ласка напоминала прощание перед битвой.

Наконец Аксель неохотно оторвался от моих губ, и я посмотрела на него, не в силах скрывать свои чувства.

Пакстон подбежал к нам, позабыв о Деметре.

– Аксель, будь осторожен, – выдохнула я.

Он кривовато усмехнулся. Вышло чертовски привлекательно, но я слишком волновалась, чтобы в полной мере ощутить воздействие его обаяния.

– Переживаешь обо мне, Печенька? – нежно спросил он. – Ты и оглянуться не успеешь, как я вернусь.

Там, где он только что стоял, вспыхнул свет, задул порывистый ветер, и Аксель исчез.

– Они будут держать меня в курсе, – заверил Зак. – Итак, чему Аксель тебя научил?

– Большую часть времени он беззастенчиво с ней флиртовал, – с отвращением ответил Пакстон.

Хотя я все еще чувствовала себя потерянной из-за ухода Акселя, стоило услышать голос его морского кузена, как во мне тут же вспыхнула ярость.

– Почему бы тебе не убраться к черту? – вспылила я.

– Осторожнее, малышка, – прошипел в ответ Пакстон.

Наставники и их ученики дружно прекратили тренировки и в очередной раз повернулись к нам, пользуясь отсутствием полубога войны, который недвусмысленно велел бы им заниматься своими делами. Все, кроме Елены и Нэта, с нетерпением ждали нашей с Пакстоном новой стычки.

– Демоны, которых мы с Гектором убили, называли меня малышкой, как и ты, – сообщила я, растягивая губы и обнажая зубы. – Они пытались устранить меня, довершить то, что тебе оказалось не по зубам, но и у них тоже ничего не вышло. Единственная разница между тобой и ними лишь в том, что твоя голова пока еще у тебя на плечах.

В тренировочной комнате воцарилась гробовая тишина.

Даже Зак моргнул.

Я вела себя возмутительно смело да к тому же пребывала в бешенстве. Я сорвалась на полубоге морей, поскольку не знала, как справиться со страхом и тревогой за Гектора и Акселя, сражаться с которыми дьявол послал двух архидемонов!

Вокруг Пакстона закружился вихрь, готовый меня уничтожить.

– Ты смеешь угрожать полубогу? – протянул он. – Даже Люцифер не делал ничего подобного.

Почувствовав исходящую от него леденящую, рассекающую воздух угрозу, ученики дружно пали ниц. Даже Теодор согнул колени под неуклюжим углом. Я единственная осталась стоять на месте, выпятив грудь и призвав свое адское пламя. Я велела ему проявиться совсем немного, едва заметно. Если случится беда, мой огонь, несмотря на свое презренное происхождение, может оказаться моим единственным спасением.

Зак заслонил меня собой. Его кожа потрескивала от электрических разрядов.

– Пакстон, успокойся или убирайся, – произнес он. – Мы не раз говорили об этом.

– Не ты являешься постоянным объектом ее нападок, – прошипел тот.

– Мне все равно, – возразил Зак. – Что бы Мэриголд ни заявляла и ни делала, как бы провокационно и агрессивно себя ни вела, трогать ее нельзя. Либо ты смиришься, либо соглашение с тобой будет расторгнуто. Тронешь ее любым способом без ее позволения, и ты труп. Возможно, я не сумею справиться с тобой в одиночку, но уверяю, мы трое не дадим тебе жизни, если причинишь боль тому, кто принадлежит нам.

– Кто сказал, что я хочу причинить ей боль? – прорычал Пакстон. – Перестань делать из меня злодея.

– Никто не сделает тебя тем, кем ты уже являешься, – встряла я. – Так почему бы тебе...

Зак повернулся ко мне.

– Попридержи язычок, Розочка.

Пакстон фыркнул.

– Эти ласковые имена – Розочка, Ягненок, Печенька и так далее – совершенно нелепы и неточны. Мэриголд они нисколько не подходят. Ты видел, как она скалит зубы? Называй ее каким-нибудь хищным плотоядным словом, если уж испытываешь в том потребность. Она определенно кусается.

– Ну-ну! Придуманное тобой прозвище... впечатляет, Свинстон, – закатила я глаза. – На самом деле я что угодно, кроме... принцессы.

– Уверена? – протянул он. – Раз не хочешь быть принцессой, могу называть тебя Акулой-дьяволицей или Бульдогом. И то и другое отлично отражает твою суть.

Его фиолетовые глаза озарились темным весельем.

Тут я смекнула, что, поощряя словесную перебранку, тем самым веду с придурком разговор. Именно этого он и добивался. Он жаждет моего внимания, пусть даже негативного, поскольку не выносит, когда я его игнорирую.

Разгадав его тактику, я решила не доставлять ему ни капли удовлетворения.

Обняв Зака за талию, я заставила его отвернуться от полубога морей. Зак недвусмысленно высказал свою позицию касательно меня, поэтому маловероятно, чтобы Пакстон атаковал меня со спины. Тем не менее полностью я не расслаблялась и даже призвала свой огонь на случай подлого нападения сзади.

– Давай поучимся магии, Зак? – ласково предложила я, улыбаясь ему.

Нужно отвлечь внимание от своего пламени и найти что-то столь же мощное. Я доказала, что владею не одним видом силы, хотя с момента моей последней встречи с Пакстоном ничего, кроме адского жара, больше не появилось.

Моя улыбка ошеломила Зака, но уже в следующую секунду он оправился.

– Да, Розочка, – сказал он, прижимая меня к себе. – Для этого я здесь и нахожусь. Только давай не будем забывать, что я преподаватель, а ты студентка.

Готова поспорить, у Зака напрочь отсутствует чувство юмора. И заигрывать он тоже не умеет. Наверное, никогда подобным не заморачивался. Хотя, если разобраться, обладателю такой привлекательной внешности и невероятно притягательного тела это и ни к чему.

Аксель, напротив, был истинным королем флирта.

Зак хмуро посмотрел на группу студентов, которые слонялись поблизости, глазея на нас. Деметра со своей компашкой стояла впереди, на их лицах отражалось горькое разочарование тем, что полубог неба положил конец нарастающей агрессии между мной и Пакстоном.

Зак устремил свои голубые глаза на Одну Восьмую, и она, ошеломленная его вниманием, приоткрыла алые губы. Радужки ее засияли, словно от одного его взгляда у нее расплавились трусики. Зак, возможно, и вел себя отстраненно, но был истинным сыном царя богов Зевса. Его крепкое тело совершенно, а лицо вдохновляет художников со всего королевства на создание прекрасных мужественных статуй.

Лозы снова заплясали вокруг Деметры, играя ее густыми светлыми волосами. С их помощью она распахнула ворот своей униформы, чтобы углубить декольте. Какой бы подлой и мерзкой ни была эта девчонка, в соблазнении она толк знает.

– Зачем вы здесь столпились, первокурсники? Почему не тренируетесь? – строго спросил Зак. – Вы что, забыли, что дисциплина – это база для любого солдата?

Пакстон запомнил имя Деметры, а Зак – нет. От осознания этого она слегка побледнела и принялась метать в меня острые, как кинжалы, взгляды. Тем самым она, казалось, хотела напомнить, что я не образцовый солдат, соблюдающий правила, но, увидев молнию в суровых глазах Зака, поспешно отпрянула.

Как комично! Все забияки, по сути, те еще трусы.

– Прошу прощения, полубог Зак, – молвила она, бросив страстный взгляд на Пакстона.

Сильно сомневаюсь, что она оставила попытки соблазнить Зака. Скорее всего, будет продолжать выискивать трещину в его стальной броне. Перед испытанием она уверенно объявила своим приспешникам, что у каждого мужчины есть слабость и что полубогам перед ней не устоять.

– Мы здесь, чтобы поддержать достопочтенного полубога Пакстона, – многозначительно изрекла она.

– Поддержать Пакстона? – растерянно переспросил Зак.

– Не вполне понимаю, что Одна Восьмая имеет в виду под словом «достопочтенный», – с насмешливой ухмылкой обратилась я к Заку. – Одно мне известно наверняка: она и ее банда – поклонницы Свинстона, или, возможно, его тайные подружки, мне все равно. Если эти дурные девчонки не проявят осторожность, станут в итоге игрушками и закуской для нашего водоплавающего парня, учитывая его репутацию.

Зак провел большим пальцем по моей щеке. Ему очень нравилась моя улыбка, какой бы она ни была, темной или светлой, с зубами и когтями.

– Они твои, Свинстон... Пакстон? – быстро поправился Зак и махнул подбородком в сторону компании.

Пакстон с рычанием пренебрежительно отмахнулся от Деметры и остальных.

– Возвращайтесь к своим группам. Еще раз замечу, что вы тут прохлаждаетесь, – будете наказаны.

Исходящая от него сила разметала всех учеников по сторонам, заставляя их сталкиваться друг с другом и падать на пол. Кое-как поднявшись на ноги, они тут же бросились прочь.

Выходит, злобный настрой полубога морей распространяется не на меня одну!

– Что ты знаешь о моей репутации, принцесса? – фыркнул он.

Он явно хотел продолжить разговор со мной, но у меня иные планы. Незачем тратить на него время! Не желая находиться рядом с полубогом морей, я оттащила Зака подальше.

Теодор пошел с нами.

– Ты не посвятила меня в подробности своей битвы с демонами, Мэриголд, – сказал он. – Никто из первокурсников, сражавшихся с исчадиями ада, не выжил, чтобы рассказать об этом. Очевидно, ты – непредсказуемая личность, и я хотел бы присутствовать на твоих тренировках с полубогами. Нам нужно разгадать твою тайну.

– Не уверена, что мне безопасно принимать тебя в команду, чтобы ты «разгадал мою тайну», – возразила я. – В прошлый раз ты позволил огню перекинуться на меня. Это было совсем некрасиво. И очень больно. Воспоминания об этом до сих пор мучат меня в ночных кошмарах. А перед ритуалом ты пытался уговорить полубогов покарать меня за дерзость.

– Отступись, Теодор, – донесся издалека голос Пакстона. Полубог морей уселся в кресло и наблюдал за нами, скрестив мускулистые руки на широкой груди. – Она никому не простит даже мелкого оскорбления.

Нравится же этой занозе в заднице меня донимать!

Однако Теодор не внял его совету и не перестал меня уговаривать. Он изучал меня, хотя и не так пристально, как прежде.

– Огонь Рун Крови действовал сам по себе. Я не насылал его на тебя и не смог бы этого сделать, даже если бы захотел.

Мы с Заком сурово посмотрели на него, и он слегка съежился и нервно усмехнулся.

– Я никому не желаю быть опаленным ритуальным пламенем, – добавил он. – До сих пор не понимаю, почему все так произошло. Я провел ряд исследований, покопался в древних текстах, но не нашел ответа, что сильно меня беспокоит.

– Наблюдай со стороны, Теодор, – отрезал Зак. – Если мне понадобится твое мнение, я дам знать. – Затем он повернулся ко мне и взялся читать нотации: – Мы должны на время позабыть о личных симпатиях и антипатиях, чтобы сосредоточиться на тренировках, Розочка.

В ответ я плечами пожала. Строго говоря, он прав. Мне нужно усердно тренироваться и стать могущественной, поскольку это единственный способ выжить в Академии.

– Покажи мне, на что ты способна, – велел Зак.

Я смежила веки, избегая очередного погружения в Ад, но не увидела никаких других сил, таящихся во мне и ждущих подходящего момента, чтобы проявиться. Открыв глаза, я уставилась на Зака.

– Я стараюсь, но ничего не чувствую.

– Старайся усерднее, – велел Зак. – И поменьше болтай.

Ну вот, теперь и он решил напомнить мне о том, кто он такой – и кто я.

Вздохнув, я снова зажмурилась.

– Сосредоточься, – пробормотала я, обращаясь к самой себе. – Глубоко. Да, глубоко. Думаю, достаточно, поскольку я только что достигла дна. А теперь тяни и используй силу, дарованную олимпийскими богами. Погоди! В энергетическом колодце нет ни единого всполоха, никакого волнения. Ладно, продолжим искать. Здесь пусто, но я не сдамся. Тук-тук. Кто там? Это Мэриголд, Безмолвный Клинок. Я пытаюсь установить контакт с богом, который даровал мне эту невероятную, потрясающую силу, хотя и не знаю, к какому именно дому принадлежу и что у меня за сила. И снова тук-тук! Похоже, никого нет. Интересно. Я сильно сомневаюсь, чтобы кто-то из богов пожаловал мне частичку своей мощи.

Приоткрыв один глаз, я увидела бледного священника, сверлящего меня взглядом. Тогда я распахнула оба глаза, на случай если он намерен сделать какую-нибудь глупость.

Я не лгала – правда не ощущала никакого шевеления силы. Все, что я почувствовала, когда отклонилась от своей магии огня, – гулкое эхо в бесконечном мрачном пейзаже и едва различимый насмешливый голос, называющий меня трусом.

Впервые я боялась столкнуться лицом к лицу со своей истинной сущностью.

Подавив разочарование, я развела руками.

– Мне нечего тебе показать, Вольт, – сказала я.

– Солдату Доминиона такой настрой не пристал, – огрызнулся Теодор, забыв, что Зак велел ему открывать рот только тогда, когда потребуется его мнение.

Зак наградил священника сердитым взглядом, после чего снова сосредоточил внимание на мне. Его голубые глаза смягчились.

– Ты обладаешь силой, Розочка. Ты же выдержала испытание. И создала огонь, которого никто прежде не видел. Также ты окутала себя щитом, который даже мне было нелегко пробить.

– Ты исцелила себя и телепортировалась – два невероятных подвига, – с надеждой добавил Теодор. – И проделала все это до того, как тебя начали обучать магии.

Зак кивнул, и Теодор выпятил грудь.

– Просто нужно настроиться на успех и усерднее стараться, как заметил полубог неба, – подчеркнул священник.

– Давайте-ка отмотаем немного назад. – Я выразительно покрутила указательным пальцем. – Ты сказал, что моя сила помогла мне до того, как меня взялись учить магии. Возможно, в этом все дело, и моей магии нельзя научиться. Она действует и реагирует. В последний раз она проявилась, чтобы защитить меня, потому что я находилась в смертельной опасности.

Я начала собирать кусочки воедино.

Моя магия была скрыта целых двадцать лет не без причины. Она не должна была обнаружить себя до тех пор, пока надо мной не нависнет угроза настолько огромная, что одними моими природными способностями ее не одолеть.

Инструкторы знали только свои устоявшиеся методы, поскольку раньше не сталкивались со случаем, подобным моему. Они следовали одному и тому же сценарию и формулировкам, которые срабатывали для всех, кроме меня. Ну а я оказалась неизвестной сущностью, аномалией.

Мне нужно найти другой способ общаться со своей силой. К тому же у меня возникло чувство, что она не хочет показываться кому-то, кроме меня.

– Я не могу практиковать свою магию, как все остальные, – объявила я. – Вам известно, что я не принадлежу к дому ни одного бога, и моя сила не такая, как у них. Так что давайте без давления. Возьмем паузу, позволим мне самой во всем разобраться...

Тут в меня ударила волна ледяного ветра, словно пущенные в лицо ножи.

Я резко повернулась к Пакстону:

– Ублюдок! Ты...

Инстинктивным жестом я вскинула руки, чтобы отразить его атаку, но опоздала и внезапно оказалась в центре бушующего шторма. Ощущение было такое, будто полубог морей обрушил на меня целый океан.

За краткую долю секунды волны вокруг меня превратились в твердый лед, новые слои которого продолжали стремительно формироваться, заточив меня в ловушку.

– Пакстон, что, черт тебя дери, ты творишь? – взревел Зак за стеной сосулек.

Сверкнула молния, комнату сотряс гром, но лед продолжал крепнуть, пока баррикада не стала непробиваемой.

– Это неправильный подход к тренировке Мэриголд, – встревоженно добавил Теодор. – Ей требуется более бережное обращение. Мы видели, чем дело закончилось, когда ее в прошлый раз загнали в угол.

Я услышала мерзкое хихиканье Деметры и ее компашки, пораженные охи и ахи других учеников, возмущенные возгласы Елены и Нэта.

– Отпустите ее! – крикнула Елена. – Вы не можете так с ней обращаться.

– Освободите Мэриголд! – вторил ей Нэт.

Они с силой били по ледяной стене, пытаясь ее расколоть. Металл ударял о лед. Готова поспорить, что Нэт превратил свои руки в лезвия, ведь он из дома кузнечных дел Гефеста.

Зля Пакстона, мои друзья рисковали жизнью.

Внезапно воцарилась тишина, нарушаемая лишь источаемыми Заком угрозами. Даже звуконепроницаемый барьер не в состоянии заглушить голос полубога неба.

– Убери свой холодильник, Пакстон! – ярился Зак. – Если Мэриголд пострадает, я тебе голову оторву!

В пленившие меня ледяные стены ударила молния, но отскочила от них. К моему ужасу, несокрушимая корка затянула и верхнюю часть колодца. Все голоса и шумы затихли, и я осталась одна внутри созданной полубогом морей гробницы.

Глава 9

От осознания того, что ублюдок Пакстон запер меня в ледяной клетке, кровь в моих жилах яростно вскипела. Я принялась молотить кулаками в стену, но добилась лишь того, что с каждым отколотым куском льда на пол капало все больше моей крови. Однако, как истинная упрямица, не оставляла попыток освободиться.

Затянутая инеем темница накренилась, дрожа от ударов молний, которые обрушивал на нее Зак, но добраться до меня ему не удавалось.

Воздух внутри с каждой секундой становился все более разреженным. Я ощущала исходящую ото льда магию. Должно быть, Пакстон зачаровал мою тюрьму, поэтому Зак не мог телепортироваться внутрь и вызволить меня. Теперь он сражался с Пакстоном.

Сверху плюхнулось что-то тяжелое. Готова поспорить, это рушится потолок, как частенько случалось во время схваток полубогов. Увы, пленившие меня стены уцелели, а я по-прежнему оставалась заживо погребенной внутри.

Полубог морей действительно сделал из меня прецедент. Если ничего не изменится, вскоре я превращусь в живую мумию. Моя бесполезная магия не оказывала никакого содействия и не сумела остановить врага.

В крови с новой силой забурлила ярость, и вдруг внутри у меня что-то щелкнуло, как в прошлый раз, когда я трепыхалась под Джеком, избитая до полусмерти.

Только на этот раз все по-другому.

Я стала сильнее. У меня появилось больше причин жить.

Теперь у меня есть Гектор.

Я хочу снова поцеловать Акселя.

И свести кое-какие счеты.

Эти придурки жаждали узнать, какой силой я обладаю, и я бы в конечном итоге им это позволила, но, боюсь, они не пришли бы от увиденного в восторг.

Мне не нужен адский огонь, чтобы их одолеть.

Кипя гневом, я занялась поисками внутри себя, обнажила свою истинную сущность, чтобы посмотреть, из чего я сделана.

«Избавься от страха».

Раз я аномалия, так тому и быть.

Если я окажусь недостаточно сильной, полубоги изменят меня, перекуют и придадут нужную им форму. Водоплавающий парень, этот садист, уже начал свое черное дело.

Я погрузилась в колодец своей души, заглядывая в самые дальние уголки и взывая к Мэриголд, обладающей истинной магией, к Мэриголд, которую оттолкнули и заточили в темницу.

«Довольно цепей. Довольно клеток», – пообещала я ей, и она поднялась мне навстречу, двуликая – с лицом ангела и лицом чудовища. Предвестница галактики хаоса, она стояла на земле огненных бурь, смерти, света и тьмы.

В моей голове зазвучало послание, разнеслось с кровотоком: «Он ослепил и сжег Кроноса. Он должен был стать потрясающе прекрасным правителем, светом космоса. Но его истинной целью была не власть, а наследие, которое нес в себе его отпрыск».

Хоть я и не понимала смысла этих слов, разум мой прояснился. Лавандовые волосы озарило пламя. Только на сей раз это был не адский огонь, а тот, который заключал в себе двенадцать цветов: багровый, черный, белый, желтый, синий, зеленый, фиолетовый, оранжевый, индиго...

– Разбить! – скомандовала я, протягивая руки к ледяным глыбам.

Двенадцатицветное пламя взметнулось к воздвигнутым Пакстоном стенам, прожигая вражеский заслон. Затем оно взмыло вверх и пробило ледяной потолок.

Поднявшись по столбу пламени, я приземлилась на вершине ледяной гробницы. Радужный огонь закружился в моих волосах, на коже засияли двенадцать рун домов всех богов.

Раскинув руки, пламя на которых переплеталось, словно живые вены, я стала искать своего врага.

Часть комнаты была разрушена поединком двух полубогов, их ледяными копьями и молниями. Зак и Пакстон перестали терзать друг друга и одновременно повернулись в мою сторону. Полубог неба шагнул ко мне, в его серебристо-голубых глазах, все еще сверкавших яростными молниями, явственно читалась тревога.

– Мэриголд? Розочка? – позвал он.

– О боги! – Теодор так и уставился на меня. – У нее пламя всех двенадцати цветов. Я думал, это не более чем миф.

– Я же говорил, что сработает, – самодовольно объявил Пакстон. – Заставит ее действовать.

Из-за сломанной двери выглянули ученики, включая Елену и Нэта, но Пакстон взмахнул рукой и запечатал вход своим льдом, загородив обзор.

Я вперила в него пылающий взор.

– Да, все идеально сработало. А теперь поглядим, как ты сам выплывешь в моем пламени.

С этими словами я выбросила вперед руки, вытолкнув в его сторону струи огня. На сей раз я не сомневалась, что чертов лед и магия не смогут его защитить. Мое пламя разрушило стены воздвигнутой им ледяной тюрьмы, поэтому справедливо, чтобы теперь он оказался в огненной могиле – но прежде я заставлю его проплыть несколько кругов в обжигающем потоке моего жара.

Меня опередила молния. Поразив Пакстона, она отбросила его подальше от моего неистового огня и отправила прямиком в разбитое окно. Мое пламя мгновенно изменило направление и устремилось вслед за врагом.

Оно охватило его и воспламенило его доспехи.

В следующее мгновение Свинстон телепортировался.

После исчезновения негодяя мой огонь разбушевался не на шутку, расплавив каждый осколок стекла и бетона на своем пути. Я устремила разъяренный взгляд на полубога неба, спасшего своего незадачливого кузена. Значит, мой гнев падет на его голову.

– Как ты посмел отнять мою добычу, Зак? – протянула я. – Хочешь занять его место?

Ловкий, как пантера, Зак подпрыгнул и приземлился на ледяную крышу рядом со мной.

– Возможно, я и не знаю источника твоей силы, Розочка, – сказал он, – но в одном не сомневаюсь: она меня не испепелит.

– Давай проверим, Вольт? – усмехнулась я.

– Точно так же, как моя молния питает тебя, а не вредит, – добавил он, протягивая ко мне руку. – Моя сила признает тебя своей парой.

– Держись подальше, дурень, – прошипела я.

На самом деле мне вовсе не хотелось его сжигать, хотя я все еще злилась из-за его неуместного вмешательства.

Зак привлек меня к себе, прежде чем я успела погасить свое пламя и оттолкнуть его. Мой огонь окутал нас и принялся ликующе облизывать полубога неба, словно изысканное лакомство. Но не обжег, как тот и утверждал.

– Этот дурень принадлежит тебе, – объявил он. – Прежде я пытался противиться, но больше не совершу подобной ошибки.

Зак потянулся к моему рту и запечатлел на губах грубый, требовательный поцелуй. Отказа он бы не принял, и мое пламя одобрило его, окружив нас, словно радуга. Мои ноздри щекотал витающий в воздухе аромат неба, сандала и чистого мужского тела. Он был подобен экзотической специи.

Поцелуй сделался собственническим. Наверное, у меня останутся синяки. Также я ощутила поднимающийся во мне голод.

Когда Зак усилил давление, я разомкнула губы, и его язык поспешно ворвался ко мне в рот и сплелся с моим. Чувствуя, как от наслаждения покалывает кожу, я стиснула Зака в объятиях и жадно припала к его крепкому торсу, с готовностью предлагая себя. Из его горла вырвался звериный стон.

Полубог неба больше не будет притворяться отчужденным и безразличным. Об этом мне сказал его жаркий поцелуй.

Другое пламя, горячее и жидкое, разлилось у меня между бедер, облизывая, извиваясь и снова облизывая. Как бы мне хотелось, чтобы это был язык Зака!

Температура стала неприятно жаркой, и я отозвала свое пламя, поскольку врага поблизости не наблюдалось, а имелся только потенциальный любовник, чьи губы сами по себе достаточно обжигали. Удивительно, но мой огонь не угас. Он отказывался уходить, возвращаться обратно в колодец силы глубоко внутри меня, где ему самое место. Наоборот, горел ярко и яростно, осушая меня.

Меня обуял ужас. Обхватив лицо Зака ладонями, я отстранилась от него.

– Розочка? – позвал он.

– Зак, что-то не так, – сказала я. – У меня не получается погасить свое пламя.

В его голубых глазах мелькнула паника, вожделение мгновенно пропало.

– Закрой глаза, Розочка. Сосредоточься и втяни пламя в себя.

Я последовала его указанию, но огонь взмыл еще выше, осветив мои волосы, словно лавандовую рождественскую елку.

– Пакстон! – крикнул Зак. – Нужно, чтобы ты потушил ее огонь!

Полубог морей тут же материализовался. На нем был новый костюм, так как мой жар уничтожил его кожаную броню. Ожоги на челюсти, шее и руках свидетельствовали о том, что полностью восстановиться он пока не успел.

Пакстон сотворил ледяные потоки и обрушил их на меня, чтобы погасить мое пламя. Я сердито зыркнула на него, но не могла ничего сделать, кроме как дрожать от слабости в объятиях Зака.

Пакстона, казалось, не волновало, что я могу попытаться снова его поджарить.

– Она использовала слишком много энергии, чтобы вырваться из ледяной темницы, – пояснил он. – И пока не научилась контролировать свою магию.

– Это ты заставил ее черпать силу, хотя она к подобному не готова, – взревел Зак. – Я тебя, на хрен, задушу!

Итак, холодный душ Пакстона ни черта не мог поделать с моим жаром.

На долю секунды я стала бестелесной, превратившись в тень, а в следующую вновь обрела плоть.

– Нет-нет-нет! – в панике крикнул Зак. – Розочка, ты не можешь померкнуть.

– Мои клетки разрушаются, – сказала я, чувствуя, как по лицу потекли слезы, но их тут же слизнул огонь.

Никогда не думала, что умру вот так – поглощенная собственным пламенем.

В голове зазвучали отголоски слов живущего в дереве древнего элементаля: «Ты – невозможное создание... аномалия».

Меня и на свете-то не должно существовать, но каким-то образом все же зачали и родили. Похоже, теперь природа собралась исправить ошибку и уничтожить меня.

– Нет, Мэриголд! Прошу тебя, держись! – в отчаянии молил Зак, шлепая ладонью по моему огню в попытке вызвать его на себя, но тот игнорировал его и продолжал пожирать меня.

– Я только что тебя нашел. Ты не можешь меня бросить! – взывал Зак, в то время как я мерцала в его объятиях, то исчезая, то появляясь. Повернув голову к Теодору, он угрожающе прорычал: – Ты же считаешься экспертом по силам олимпийцев. Придумай решение, иначе умрешь!

На мгновение обретя телесную форму, я рухнула на грудь полубога неба.

– Я хочу тебя, Зак, – всхлипнула я.

Магическое пламя истощало меня, но другое, то, что между ног, тоже не угасало, пробуждая плотское желание, хотя я и разрушалась на глазах. В последние мгновения жизни потребность в совокуплении с полубогом неба только возросла.

– Проблема в том, что сила Мэриголд, похоже, исходит не от олимпийских богов, – с благоговением изрек Теодор. – Каким бы непостижимым это ни казалось, по рангу она может оказаться выше олимпийцев.

Больше не имело значения, какого я роду-племени. Я не выживу. Меня разрывает на части, клетку за клеткой.

Мое призрачное тело выскользнуло из объятий Зака, и тот, едва не теряя рассудок, вселил в меня свои молнии. От полученной энергии я снова обрела плоть, но долго это не продлится. Мой огонь высосал из меня больше энергии, чем мог передать Зак. Пока я еще держусь, но осталось недолго.

– Передай слова прощания Гектору, Акселю, Елене, Нэту и моим товарищам Джасперу и Цирцее из Академии Иных. Скажи им, что я ушла быстро и не страдала. Пусть все они живут долго и процветают.

Я попыталась повторить жест Спока из «Звездного пути», но мои пальцы стали прозрачными в тот момент, когда я подняла руку.

– Я не дам тебе умереть, Розочка! – яростно воскликнул Зак, продолжая вливать в меня энергию молний.

Вдруг к нему присоединился другой источник – шторм, темный и восхитительный. Он исходил от полубога морей.

Не нужна мне его чертова сила. Уж лучше умереть... Однако мое тело стало с жадностью впитывать мощь их обоих, и я выгнула спину от приятного ощущения кормления.

– Ты лишь оттягиваешь неизбежное, Зак, – прошептала я. – Я и тебя тоже выпью. Отпусти меня. Незачем идти ко дну вместе с тонущим кораблем.

– Я никогда тебя не отпущу, – заверил он меня и поцеловал.

Сорвавшаяся с его языка молния прокатилась по моему горлу. Пакстон тоже направил в меня очередную волну своей жизненной силы.

– Я слышал теорию о том, что единственный способ по-настоящему насытить древнюю могущественную богиню – это совокупление, – пробормотал Теодор. – Во время полового акта она напитается, и ее голод утихнет...

– Перенеси ее к нам в квартиру, Зак, – настойчиво произнес Пакстон. – Нужно сделать это, если хотим сохранить ей жизнь.

Зак сгреб меня в охапку и телепортировался.

Глава 10

Мы плюхнулись в расположенный на крыше бассейн. Вполне логично, что с верхушки ледяной темницы Зак переместил нас в воду, ведь мое пламя сожгло бы все, кроме него, меня самой и нашей одежды.

Однако мой огонь продолжал гореть, несмотря на то что форму насквозь пропитала вода.

– Я позабочусь о тебе, Розочка, – пообещал Зак, раздевая меня.

У меня между бедер полыхал пожар, заставляя нежную плоть ныть от дикого желания. Схватившись за полы его рубашки, я разорвала ее.

– Позволь мне, Розочка, – сказал он. – Побереги силы.

Благодаря ловким пальцам полубога неба мы в мгновение ока оказались голыми. Он твердо стоял на дне, удерживая меня на весу, а я обхватила его талию ногами. Половина моей задницы находилась в бассейне, половина – над ним. Вокруг нас плескалась вода. Охваченный возбуждением, Зак прижимался к моему животу, а в его глазах пылала тревога и первобытная мужская похоть.

Я знала его не так хорошо, как Акселя и Гектора, но мое сердце сжималось и ныло от его суровой мужественной красоты. В крови бурлило вожделение.

При мысли об Акселе и Гекторе нахлынуло чувство вины. Они нужны мне, но находятся далеко и сейчас недоступны, а во мне бушует дичайший плотский голод, и мое выживание зависит от того, что Зак сможет мне дать.

Я превратилась в существо, движимое исключительно животной похотью и темной потребностью обладать.

– Я планировал сначала поухаживать за тобой, Розочка, – вздохнул Зак. – Но нынешние обстоятельства носят чрезвычайный характер. Тебя нужно накормить, и лучший способ сделать это...

– Да трахни ее уже, Зак! – взревел сидящий на краю бассейна Пакстон. – Она долго не протянет. К тому времени как ты закончишь свою исполненную благородства тираду, она, возможно, успеет угаснуть. Если тебе не хватает мужества, позволь мне о ней позаботиться. Я сам ее покормлю.

Мое сознание тут же вернулось к настоящему моменту.

– Зачем он здесь? – прошипела я. – Избавься от него.

Я бы и сама это сделала, если бы не цеплялась за Зака руками и ногами. Однако, возможно, я ослабела настолько, что даже атаковать полубога морей не получится.

– Не подходи, Пакстон. Предупреждаю тебя, – прорычал Зак.

Когда он повернулся ко мне, его ярость переплавилась в бурю похоти.

– Мне необходимо попробовать тебя на вкус, прежде чем я тобой овладею, – сказал он. – Любовная лихорадка охватила и меня, и если я совсем потеряю контроль, то причиню тебе боль.

Опустив голову, он припал ртом к моей груди и принялся яростно сосать, прежде чем позволил губам спуститься к моему лону.

Зак уложил меня на воду плашмя, поддерживая под спину, чтобы я не ушла на дно, и, преклонив колено, зарылся лицом между моих бедер и принялся ласкать меня. Закатив глаза, я вскрикнула от удовольствия. Никогда не смогу насытиться!

Губы Зака спустились ниже. Он целовал меня так страстно, что мои лежащие у него на плечах ноги задергались. Казалось, я вот-вот взорвусь, но пока не достигла желанной разрядки.

Напряжение нарастало, убивая меня и разрушая.

Я гортанно застонала.

– Ты нужен мне, Зак.

Он поднял голову. Серебряные молнии сверкали в его голубых глазах, кружились на моих бедрах.

– Что именно тебе нужно, моя Розочка? – Его голос был исполнен похоти.

– Хочу, чтобы ты сунул в меня кое-что и заполнил этим каждый дюйм моего лона, – выдохнула я и издала ряд невнятных требовательных стонов.

Зак снова поцеловал меня там. Он тоже не мог мной насытиться.

– Ты на вкус сладкая, как нектар в сердцевине бутона, моя Розочка, – удовлетворенно объявил он.

Когда он поднял меня из воды, я тут же обхватила ногами его бедра, а он припал к моему рту, давая мне ощутить на губах свой вкус. Помедлив, Зак толкнулся вперед.

Мое тело жадно и отчаянно принимало его.

Зак оторвался от моих губ и, размеренно двигая бедрами, сосредоточился на толчках. Его темп был плавным, но энергичным.

Все полубоги слыли превосходными любовниками – ну, кроме Гектора, к которому никто, помимо меня, не мог прикоснуться. Благодаря нашему совместному сновидению я узнала, что в постели он великолепен, и не сомневалась, что в реальности будет еще прекраснее, чем в мире грез.

– Я все тебе компенсирую, Розочка, – пообещал Зак. Несмотря на исказившую его лицо похоть, ему удавалось выражаться связно. – Мне следовало сначала подарить тебе чувственные ласки, но...

– Позволь ей насытиться как следует! – крикнул Пакстон с дальнего бортика бассейна. – Вместо того чтобы заболтать до смерти.

– Почему этот извращенец наблюдает за нами? – требовательно спросила я, приоткрыв исполненные жгучего желания глаза. – Зачем нам зрители?

– Он нас охраняет, поскольку мы сейчас уязвимы, – пояснил Зак, быстро входя в меня. – Не обращай внимания.

Мне хотелось возмутиться, осыпать Пакстона проклятиями, но отвлеклась на пронзающие каждый мой нерв волны удовольствия от мощных толчков Зака. Я выгнула спину, прижавшись грудью к его торсу.

Зак наращивал темп. Его молнии извивались и сверкали по моему телу, словно потрясающее световое шоу, прежде чем погрузиться в меня и придать мне сил.

Страсть и наслаждение затуманили мой разум, не оставляя мыслей ни о чем другом.

– Ты такая красивая, Розочка, – прошептал полубог неба, двигаясь с ослепительной скоростью. – Мне больно смотреть на тебя. Ты моя навечно.

Когда он перешел на быстрые короткие толчки, я застонала громче, упиваясь происходящим.

– Да, Зак, мой Вольт, продолжай делать это со мной! Вот так!

Хоть он не Гектор и не Аксель, близость с ним ощущалась как нечто правильное. Может, полубоги сказали правду, и я действительно принадлежу им всем? В таком случае не имеет значения, кто взял меня первым, не так ли? Неужели они стали бы бороться за право лишить меня девственности?

Формально моим первым был Гектор. Хотя мы совокуплялись во сне, это представлялось более реальным, чем сама реальность.

Зак тем временем продолжал самозабвенно вонзаться в меня. Он больше не мог сдерживаться. Он двигался вперед и назад, доминируя и порабощая. Судя по тому, как он смотрел на меня, создавалось впечатление, что он никогда не перестанет меня трахать.

Моя кровь кипела в жилах. Из его груди вырвался низкий стон, молнии смешались с моим двенадцатицветным пламенем, и в меня хлынула новая волна энергии, питая каждую иссохшую, поврежденную клеточку тела. Я и не догадывалась, что мое магическое «я» так долго голодало. Как я вообще выжила?

Зак входил в меня глубже, питая и даря удовольствие одновременно. В ответ на его действия из пепла восстала новая Мэриголд, мощная, ненасытная и порочная, чьи чувства обострились до предела.

Я отчетливо ощущала каждый дюйм Зака, растягивающего меня изнутри. Он любил меня, и тем самым заявлял свои права на меня.

– Не останавливайся, – простонала я.

– Моя плоть никогда не ощущалась такой твердой, – выдохнул он. – Я давно не был с женщиной. Отныне я буду брать тебя каждую ночь и каждый миг, когда смогу обладать тобой. Тобой и никем другим.

– Меня это вполне устраивает, – промурлыкала я.

Мой жидкий жар разлился вокруг него, лоно жестко выдаивало его, напитываясь и насыщаясь. Зак чувствовал это, его обезумевшие глаза были прекрасны в своем темном очаровании. Он не прекращал двигаться, проникая все дальше, достигая самых потаенных глубин, предлагая мне то, что у него было.

Предлагая себя.

Я забрала у него не все, но многое.

Чувствуя, как нарастает моя сила, я призвала свое радужное пламя. Хоть оно и упиралось, больше не могло противиться моей воле, поэтому я отправила его обратно в глубины энергетического колодца бродить в море углей. Мне нужно научиться быстро его усмирять. Если не смогу взять под контроль свою силу, то утону в ней или еще что похуже.

Когда мой разрушительный огонь был наконец порабощен, во мне воспылала похоть. Зак исторг череду довольных проклятий, чувствуя ответные толчки моего жгучего желания. Реагируя на них, он взнуздал меня с новой силой, но с каждым яростным движением его скорость уменьшалась.

Наклонившись, я крепко поцеловала его и, отстранившись, объявила:

– Теперь моя очередь оседлать тебя, Вольт.

– Скачи на мне сколько хочешь, моя дикая маленькая бестия, – удовлетворенно отозвался он.

Я схватила его за плечи и, упершись ногами в бока, чтобы удержаться, начала двигаться. Подавшись к нему бедрами, я оседлала его, немного отклонилась и снова приняла его в себя. Зак закатил глаза от неистового удовольствия.

Я контролировала ситуацию, раскачиваясь вперед и назад, двигала задницей, позволяя ему касаться той самой точки, средоточия моего наслаждения. Я играла Заком, точно он был музыкальным инструментом, а я с рождения знала правила этого чувственного единения.

Я все глубже принимала его в себя, безжалостно вонзаясь в него снова и снова. В тот момент я точно не являлась девицей в беде, нуждающейся в спасении.

Из груди Зака вырвался животный звук, похожий на брачный зов, мое тело пронзила его молния. Она причинила бы боль кому угодно, кроме меня. На моей коже она шипела, доставляя неистовое наслаждение и заодно насыщая питательной частью этого мира и иного.

– Тебе нравится, когда я дрючу тебя вот так, полубог неба? – страстно, словно заправская соблазнительница, промурлыкала я.

Я стала новой Мэриголд.

– Да, моя Розочка, – прошипел он. – Я твой и всегда к твоим услугам. То была лучшая ночь в моей жизни.

Я сменила позу и, упершись коленями ему в талию, продолжила жесткую скачку. Смертный мужчина со мной бы не справился, но ведь Зак полубог! Безмерно наслаждаясь происходящим, он выпалил ряд древних олимпийских проклятий.

Краем глаза я уловила движение. Оказалось, Пакстон придвинулся ближе и смотрит на нас во все глаза, отравляя воздух своей темной плотной похотью. Осмелься он подойти еще хоть на дюйм, я уложила бы его на обе лопатки.

Но пока я совокуплялась с Заком, не возражала против того, чтобы полубог морей наблюдал со стороны. Он был злодеем, мудаком, моим злейшим врагом... но также и чертовски горячим парнем.

Зак почти лишился контроля. Ему требуется доминировать, это у него в крови, как и у каждого полубога. Я не сопротивлялась. Я достаточно поверховодила и теперь с радостью передала пальму первенства партнеру.

Зак прошел к краю бассейна, рассекая воду со мной на руках. Мы разъединились, только когда он усадил меня на облицованный мраморной плиткой бортик. Зак согнул мне ноги и, не теряя ни секунды, собственнически и безжалостно вонзился в меня.

– А теперь трахают тебя, женщина, – объявил он.

Похоть исказила его прекрасное лицо, придав одновременно эротичный и дикий вид.

Я низко застонала.

Он возобновил подпитку, насыщая меня своей полубожественной сущностью. Я довольно вздохнула. Полубог неба обладает бесконечной энергией. Будь он смертным, я осушила бы его до дна.

– Зак, – прошептала я с благодарностью. – Ты слишком много мне даешь.

– Бери все, что тебе нужно, милая, – отозвался он.

Он вонзался в меня, изливая в меня небесное наслаждение, и я крепко обхватывала его.

– Ты такая горячая и тугая. И продолжаешь сосать меня, как будто никогда не отпустишь, – одобрительно выдохнул он.

– Будешь продолжать в том же духе до тех пор, пока я тебя не остановлю, не так ли? – выдохнула я между страстными стонами и сцепила ноги у него на пояснице.

– Какая же ты властная, – усмехнулся он.

Его темп был невероятно быстрым. Эротичные звуки разжигал во мне волны жара, пока его неустанные толчки подводили меня к краю.

– Ты моя, Розочка, – произнес Зак с неподдельным чувством, – навечно.

– Вечность – слишком длинный отрезок времени, Вольт, – возразила я и взорвалась в чистейшем экстазе.

Одновременно со мной взревел и Зак и, пройдя сквозь мою разрядку, обрел собственную. Мне больше не грозила гибель.

Зак поднял меня с края бассейна и, крепко прижав к себе, стал покрывать поцелуями, не выходя из меня. Сияющие руны двигались и кружились на моей коже, словно карта звездного неба.

– Хочешь еще, моя Розочка? – нежно прошептал Зак мне в губы.

– Да? – сонно пробормотала я, кладя голову на его широкое, крепкое плечо. Отличное место для отдыха, а после еды я бы немного подремала.

По крыше пронесся мощный наэлектризованный порыв ветра, взметая в воздух деревья и растения. Вода в бассейне забурлила.

По обе стороны от меня материализовались Гектор и Аксель. В их глазах пылала ярость.

Глава 11

Резко проснувшись, я вскрикнула. Чувства обострились, как у акулы, плывущей на разлитую в воде свежую кровь. Я повернула голову сначала к Акселю, затем к Гектору. Мои глаза расширились, губы приоткрылись.

– Когда... когда вы вернулись? – удивилась я. – А как же Манхэттен и демоны?

Внезапно я осознала, что наши с Заком тела до сих пор переплетены и он во мне тверд как камень.

Вот черт!

Зак медленно вышел из меня, продолжая, однако, крепко прижимать к груди. Мое лицо яростно горело, и, готова поспорить, уши тоже покраснели. Но, по крайней мере, мы перестали являть собой беспорядочный комок плоти, как раньше.

И пламя мое в безопасности, спрятано на дне магического колодца.

– Я же предоставил вам краткий отчет, прежде чем перенес сюда Розочку, – сказал полубог неба. – Сожалею, что вы опоздали. Мне пришлось действовать в соответствии с обстоятельствами.

На самом деле в его голосе не было ни капли сожаления.

Не говоря ни слова, Гектор оторвал меня от Зака и привлек к себе, словно кузен мог причинить мне вред. Он принялся вышагивать вдоль бортика бассейна с моим обнаженным телом на руках.

– Я тебе покажу «краткий отчет»! – рявкнул Аксель, ударив кулаком Зака в лицо.

Я вздрогнула и изогнулась в объятиях Гектора.

– Аксель, прекрати драку, прошу тебя. Зак ни в чем не виноват. Это я в нем нуждалась, а вас, ребята, рядом не было. Мне требовалось... поесть, и он меня покормил.

Судя по всему, объяснения Заку надоели, и он перешел к решительным действиям – дал Акселю сдачи. От соударения двух полубогов бассейн треснул, и вверх выстрелила струя воды.

– Прекратите, идиоты! – крикнул Пакстон со скамейки.

Впервые он оказался хоть сколько-нибудь полезен. Или был бы таковым, если бы не обозвал кузенов идиотами, чем еще больше распалил их гнев. Тогда полубог морей послал мощную волну, чтобы разнять дерущихся.

– Мэриголд угасала, – громко добавил Пакстон. – Зак покормил ее, чтобы вернуть к жизни. Мы выяснили, что спаривание с одним из нас – лучший способ наполнить ее энергией.

Полубогу морей тоже досталось: не слушая его объяснений, Аксель подскочил к нему и пнул в грудь.

– Ублюдок, опять ты все подстроил! – в ярости завопил он. – Ты запер ее в ледяной ловушке, и она запаниковала. Поэтому ее силы вышли из-под контроля. Она не была готова к такому выбросу энергии, могла и вовсе погибнуть от твоей неосторожности и глупости.

Гектор снял свое длинное пальто, завернул меня в него и унес подальше от выясняющих отношения кузенов, которые никак не желали утихомириться.

– Гектор, пожалуйста, прекрати их драку, – попросила я. – Я ничего подобного не планировала, все случилось само собой. Мне очень жаль.

– Тебе не за что извиняться, ягненок, – заверил он. – Позже я поговорю с этими двумя придурками, а потом мы вместе с Акселем выколотим из них всю дурь.

В очередной раз я осознала суровую реальность: полубогов невозможно переубедить. Если я собираюсь строить с ними отношения, придется смириться с тем, что вбить в их головы хоть немного здравого смысла будет самым большим испытанием в моей жизни.

С другой стороны, разве я сама не такая же?

Растворилась без остатка в безумной круговерти спаривания и кормления, совсем голову потеряла.

– Гектор, теперь ты меня возненавидишь? – спросила я шепотом.

– Нет, ягненок, – заверил он. – После того, что ты пережила, тебе нужно отдохнуть в моей постели. Завтра мы все уладим.

Едва он это сказал, как на меня накатила сонливость. Я зевнула, прижавшись щекой к его челюсти.

– А когда все уладишь, ты меня бросишь? – пробормотала я, прежде чем закрыть глаза. Мой желудок затопила тревога, подобная кислотным волнам.

– Никогда, – ответил он. – Ты – наша пара, нас всех. Я принял это как данность, но все же надеялся стать твоим первым. Я виню себя за то, что меня не оказалось поблизости, чтобы позаботиться о тебе, когда ты во мне нуждалась.

– Ты и был моим первым, – тихо возразила я. – То, что случилось в том сне, было не менее реальным, чем произошедшее сейчас.

Я поцеловала его.

– Но тогда мы не довели начатое до конца, – с сожалением протянул Гектор, когда я отстранилась, и стиснул зубы. – И это тоже дело рук Пакстона. Этот ублюдок заплатит!

Я рассказала ему, что Пакстон вломился в мою комнату и выдернул из сна, хотя на самом деле меня разбудила моя новая лучшая подруга Елена. Она волновалась, как бы я не опоздала на занятия.

– Гектор, мне по-прежнему жаль, – выдохнула я.

Связывающие меня с ним узы были невероятно сильны, и меньше всего на свете мне хотелось причинить ему боль. Однако каким-то образом я все равно это сделала.

– Мы с Акселем получили доступ к разуму Зака, – продолжил Гектор. – Прости, что был далеко. Мне требовалось проследить, чтобы наши солдаты отступили в безопасное место. Я не мог позволить им погибнуть. К тому же я не сомневался, что Зак о тебе позаботится. На данный момент мы сдали горячую точку демонам, но я вернусь и отобью территорию, как только удостоверюсь, что ты в безопасности и добром здравии.

Слезы защипали мне веки. Вместо того чтобы винить меня за то, что я отдалась другому мужчине, Гектор корил себя, что был недоступен. Ему нужно найти абсолютное оружие, чтобы защитить свою половину Земли. Это его зона ответственности. Однако в конце концов они с Акселем покинули поле боя и бросились на помощь мне.

Гектор безоговорочно меня любит.

Пока я упивалась чувством вины пополам с благодарностью, мне в голову пришла другая мысль. Аксель и Гектор узнали о нашей с Заком близости, но насколько подробно они все увидели? Присутствовали ли они в голове Зака на протяжении того время, что Пакстон наблюдал со стороны, охраняя нас?

Я сглотнула.

Новая Мэриголд испытывала не только неловкость, ее будоражило осознание того, что за ней подсматривают. Сама мысль об этом невероятно возбуждала.

– Если вы с Акселем поняли причину, вынудившую меня спариваться и питаться, то почему Аксель затеял драку с Заком? Я думала, они союзники. Они же ладили.

– Мы полубоги, – сказал Гектор. – Правила к нам не применимы, доводы рассудка – не более чем пустой звук. Каждый из нас следует своим законам. И, кроме того, ни один альянс не длится вечно.

Сам ведь он разорвал ради меня союз с полубогом морей.

Я прижалась к Гектору. После его заверения, что он меня не бросит, охватившая меня паника отступила.

– Не волнуйся больше, ягненок. – Он поцеловал меня в макушку.

– Мне нужно причесаться, Гектор, – сказала я, – чтобы выглядеть хорошо для тебя. Или, если хочешь, можешь сам распутать мне волосы.

– Для меня ты прекрасна всегда, – заверил он, но все же последовал моему указанию и запустил пальцы в мои лавандовые пряди. Я застонала от покалывающего электризующего ощущения.

Полубог смерти посмотрел на меня с вожделением, и мое сердце затрепетало, кровь вскипела. Я желала его больше, чем кого-либо. Хотела продолжить с того места, на котором мы остановились во сне. Хотела ощутить его внутри себя.

– Знаешь, гораздо лучше, когда тебя называют красавицей, чем сумасшедшей стервой или сукой, – объявила я.

– Кто посмел оклеветать мою нежную овечку? – прорычал он.

Ну, это с ним я мягкая и кроткая, но не со многими другими людьми, особенно с придурками и козлами. Кроме того, у меня вечные проблемы с любым начальством. Вот такая я, Мэриголд.

Гектор с самого начала проявил ко мне уважение и внимание. Он никогда не кичился тем, что он полубог и все такое.

В следующее мгновение я оказалась в большом доме в лесу.

– Где мы? – удивилась я.

Своими обострившимися чувствами я уловила пульсацию энергии нескольких живых существ за стенами, но они не несли в себе угрозу.

– Мы в моем доме за пределами кампуса, – пояснил Гектор. – Я единственный обитатель этого места. Остальные полубоги живут в апартаментах у бассейна, которые мы только что покинули.

Гектору всегда нравилась уединенность.

– Я чувствую присутствие людей поблизости, – сказала я.

– Это мои подчиненные, – пояснил он. – А ты, как я погляжу, набираешься сил, ягненок. Твои органы чувств теперь, наверное, не уступают полубогам.

Он привел меня в хозяйскую спальню, уложил на кровать и накрыл одеялом.

– Отдыхай, милая.

Мог бы и вовсе ничего не говорить. Я была не в состоянии держать веки открытыми. Зная, что с Гектором буду в безопасности, я закрыла глаза и уснула.

Он поцеловал меня в губы.

Даже после того, как он вышел из комнаты, его сладкий мужской аромат остался со мной, окутывая подобно покрывалу.

Глава 12

Я лежала в спальне на атласных простынях, завернувшись в одеяло. Из соседней комнаты – роскошной гостиной – доносилось потрескивание огня в камине.

Всех четверых кузенов объединяла любовь к просторной жилплощади. При этом много места пропадало впустую. Мне следует поговорить с ними о том, чтобы предоставить некоторые комнаты для беженцев. В мире полно обездоленных людей – таков побочный эффект войны между демонами и полубогами.

– Я знаю, что ты с ней в близких отношениях, – услышала я голос Зака. – При иных обстоятельствах она наверняка выбрала бы своим первым одного из вас. Но мы все равно едины, и она принадлежит нам всем.

– Так что, ребята, прекратите нападки на Зака, – подхватил Пакстон. – Да и Мэриголд не век будет на меня зла.

Зачем здесь этот ублюдок? Неужели он не в состоянии держаться от меня подальше?

– О нет, она будет злиться на тебя вечно, водоплавающий парень Свинстон, – возразил Аксель, используя придуманные мной оскорбительные прозвища. – Ты даже не представляешь, сколь долго моя Печенька способна таить обиду. Она и меня-то едва простила. Ну а тебе и вовсе придется ждать до бесконечности.

– Нет у меня столько времени в запасе, – отрывисто рявкнул Пакстон. Очевидно, он тоже меня хочет. Но его отвратительные манеры никогда не изменятся. – Все знают, что в повседневной жизни мы друг друга не выносим, но должны сообща защищать Землю. Мы не можем позволить себе развязать еще и междоусобную братоубийственную войну, которая окончательно все разрушит. Все четверо должны чтить договор, который гласит, что когда найдем свою единственную настоящую пару, то объединимся и до скончания веков останемся союзниками. Она наконец-то появилась. Я не откажусь от своей доли, как бы вы ни пытались меня заставить. Я не отвернусь от нее, невзирая на ее ненависть ко мне.

Выходит, все это время – много столетий – полубоги ждали меня, единственную предназначенную для них всех женщину?

Концепция совместного проживания и тем более полигамии для меня непривычна, однако нельзя отрицать, что я испытываю тягу ко всем полубогам разом. Из-за этого меня терзает чувство стыда и вины. Мне было ужасно неловко от осознания того, что я предала Гектора. Но если полубоги согласятся, что я принадлежу им троим – кроме Пакстона, конечно, – то произошедшее между мной и Заком не будет считаться изменой.

И мне не придется мучиться, выбирая кого-то одного.

– Выходит, ты теперь заделался сторонником нашего соглашения? – саркастически протянул Аксель.

– Возможно, я и не идеальный мужчина для Мэриголд, – ответил Пакстон, – но она нуждается во мне. Так что смирись с этим, малыш.

«Прежде Ад отморозит себе задницу, чем я приму тебя и буду в тебе нуждаться», – мысленно возразила я ему, едва сдерживаясь, чтобы не подскочить в постели и не выкрикнуть это Свинстону в лицо.

Я не из тех женщин, которые с легкостью прощают мужчине враждебность или долг только потому, что он крутой и горячий.

– Мы видели проявление ее силы, – продолжил полубог морей. – По крайней мере, мы с Заком стали свидетелями всплеска ее мощи. Теодор понял, что она не принадлежит ни к одному из домов олимпийских богов. Он прав и в том, что Мэриголд древнее них. Она показала себя величайшим хищником во вселенной – она питается нами, высшими существами на Земле.

Ублюдок всегда видел во мне самое худшее. Я усмехнулась. Это как раз тот случай, когда вор считает, что все вокруг нечисты на руку, обманщик полагает других лжецами, а убийца настаивает, что у всех руки по локоть в крови.

Я затаила дыхание, не смея пошевелиться, даже чтобы вдохнуть пропитавший подушку Гектора пьянящий аромат, и продолжила слушать разговоры полубогов. Они не были бы столь откровенны, если бы знали, что я уже проснулась.

– Я почувствовал таящуюся в Мэриголд магию, как только впервые ее увидел, – тихо сказал Аксель. – Ее запах позвал меня к себе, разжег огонь в моей крови. Я должен был привести ее сюда, чтобы удержать рядом с собой. Она возненавидела меня за это. Но я не смог ей противиться, даже если бы захотел.

– Судя по информации, которую мы собрали, чтобы разгадать тайну ее происхождения, – подхватил Зак, – ясно, что о Розочке никто ничего не знал. Будучи сиротой, она всю жизнь прожила в Крэке, не подозревая о своей магии, – пока Руны Крови не сломали сдерживающую ее силу печать и не высвободили ее. Наша пара равна нам во всех отношениях.

– Или превосходит нас, – добавил Пакстон. – Зак был истощен после того, как Мэриголд им насытилась. В одиночку ни одному из нас не справиться с этой задачей. Потому-то и нужны мы вчетвером.

– Я скорее воодушевлен, чем измотан, – поправил Зак. – Близость с ней стала лучшим событием в моей жизни. Жду не дождусь, когда снова обниму ее и назову своей.

Аксель и Гектор угрожающе зарычали.

– Да ладно вам, – упрекнул Пакстон.

– Зачем мы вообще его терпим? – прошипел Аксель. – Он нам не нужен. С Печенькой мы и втроем справимся.

– Рано или поздно понадобится, – сказал Зак. – Я тоже не рад его присутствию, особенно после того, что он сделал с нашей парой, но приходится мыслить в долгосрочной перспективе.

«Правда? Вы, полубоги, считаете, что можете вот так запросто решить мою судьбу и дальнейший путь, не принимая меня во внимание?» – мысленно фыркнула я, успев предварительно натянуть одеяло на нос, чтобы приглушить звук.

Если рассуждать логически, то я с ними согласна.

Я пережила испытание, но оно выжгло человеческую часть моей натуры, за которую я цеплялась целых двадцать лет. Потом снова преобразилась, совокупившись с полубогом неба и напитавшись от него. Тем самым я достигла новой фазы, которая невероятно меня пугала.

– Мэриголд не человек, – сказал Пакстон. – Она не потомок олимпийских богов. Не та, за кого ее принимают.

– Мне плевать, кто она, – прорычал молчавший до сих пор Гектор. – Она моя пара, моя женщина. Кем бы она ни была, это ничуть не изменит моей любви к ней.

Я и прежде знала о его ко мне чувствах, но открыто в них он признался впервые. К сожалению, меня не было рядом, чтобы внять его словам.

– Она наша пара, Гектор! – поправил Аксель.

– И нашей паре требуется регулярно питаться от нас, – подхватил Зак, – в основном через половой акт. Это самый эффективный способ установить с ней связь и позволить получать все необходимое, чтобы поддерживать ее всепоглощающую силу.

– В одиночку ни один из нас с этой задачей не справится и не сумеет насытить ее, – сказал Пакстон.

За кого они меня принимают? За суккуба? Или пиявку?

Я содрогнулась от ужаса, чувствуя, что больше не могу спокойно валяться в постели, пока меня в открытую называют чудовищем. Поэтому спустила ноги на пол и пошлепала к шкафу.

– Мне нужно проверить, как там ягненок, – пробормотал Гектор.

Должно быть, он услышал меня, как бы я ни старалась не шуметь.

Я зарылась носом в охапку его одежды, пытаясь найти рубашку или что-то в этом роде. Гардероб Гектора состоял исключительно из двух цветов – белого и черного, с преобладанием последнего, – и все вещи выглядели очень дорого.

Я схватила с вешалки белую хлопковую рубашку и, надев ее, принялась застегивать пуговицы, с наслаждением вдыхая запах пепла, ночи и мужского тела – отличительный аромат Гектора. Полы оказались на уровне моих колен.

Возникший в дверях Гектор наблюдал за моими манипуляциями, прислонившись к косяку. Его сапфировые глаза сверкали в полумраке комнаты, поскольку он задернул шторы, чтобы дать мне спокойно поспать. Его темные волосы были взъерошены, а выразительные черты лица – торжественны, словно мелодия тонко настроенной виолончели.

Мое сердце тронуло осознание того, насколько великолепен он в своей суровости. Его внушительная фигура заполняла все пространство. От него исходила сила – смертельная сила, ужасающая прочих, но возбуждающая меня, точно нежнейшая ласка.

Стоило скользнуть взглядом по тугим, обтянутым рубашкой мышцам, узким бедрам и мощным ногам, как мой пульс мгновенно участился, а перед мысленным взором промелькнул образ его обнаженного торса. Также я вспомнила, каким массивным, шелковистым и твердым ощущался он в моих руках.

Я с сожалением облизнула губы. Черт, если бы я знала, что Гектор вот-вот заглянет ко мне, то не встала бы с кровати. Я бы притворилась спящей или полусонной и сбросила одеяло с голого тела, чтобы немного раззадорить его, а потом уложила бы в постель и всласть поскакала бы на нем.

Чувственная улыбка тронула уголок изящных губ Гектора.

– Ты проснулась, ягненок, – сказал он.

– Частично, – улыбнулась я в ответ.

Когда мы вот так смотрели друг на друга, полыхающий между нами пожар мог уничтожить все на своем пути. Удивительно, что дощатый пол еще не начал тлеть.

– Печенька, ты не спишь? – позвал Аксель, и я услышала его приближающиеся шаги.

Нельзя же поиметь двоих одновременно, верно?

Учитывая, что четыре полубога собрались в одном месте, пожалуй, разумнее всего избегать любых конфликтов и драм. Одно неверное слово – и вспыхнет очередная драка. Мне совершенно не хотелось, чтобы они разрушили прекрасный дом Гектора в лесу только потому, что я возбудилась и возжелала грязной потной возни с этими горячими парнями.

Я планировала часто сюда наведываться, чтобы проводить время наедине с Гектором. У нас ведь все получится, правда?

Я подошла к своему полубогу смерти и обняла его за талию.

– Пойдем поздороваемся с остальными, – сказала я. – Хочу услышать ваше мнение обо мне. Выскажите мне его в лицо.

Гектор адресовал мне опасливый и в то же время будничный взгляд – только он мог выдать нечто настолько противоречивое.

– Плевать мне на то, кто что думает, – объявил он. – Между нами ничего не изменится.

Он покровительственно обнял меня за плечи. Пройдя в гостиную, мы тут же столкнулись с Акселем. Недовольно зыркнув на Гектора, полубог войны схватил меня за руку и потянул на себя.

Зак и Пакстон сидели друг напротив друга на кожаных диванах цвета слоновой кости, между которыми стоял стеклянный стол с позолотой. Полубог морей смотрел на нас троих с непроницаемым выражением лица. Проигнорировав его, я перевела взгляд на Зака.

– Привет, Зак, – поздоровалась я и слегка покраснела при воспоминании о нашем половом акте.

Зак улыбнулся, его небесно-голубые глаза мгновенно потеплели.

– Как ты себя чувствуешь, Розочка? Хорошо отдохнула?

Я сглотнула, не зная, что именно ощущаю. Я стала другой, в том нет сомнений. По-прежнему немного обескуражена и дезориентирована, но больше не чувствую себя потерянной. Не знаю, как это возможно, но каким-то образом полубоги удержали меня на плаву.

Мне пришлось отпустить охотницу Мэриголд, которая двадцать лет пряталась в Крэке, поскольку я внезапно обнаружила, что, хоть и считала себя обычной девушкой, на самом деле, возможно, вовсе не человек. Заглянув в глубь себя, я увидела там сплошь хаос, бесконечное пламя, тьму, боль и неутолимый голод.

Я не просила этого. Не я создала себя такой.

Я в упор посмотрела на кузенов.

– Обсуждали меня, пока я спала? – не очень дружелюбно промурлыкала я. – Может, я и чудовище, но, спешу заверить, вовсе не древний первобытный монстр, который бродит по Земле и набрасывается на всех подряд. Мне всего двадцать долбаных лет. – Мои глаза увлажнились. – И я только что потеряла девственность.

Полубоги потрясенно затихли. Кажется, подобное случилось с ними впервые. Все потому, что я указала на очевидное. В этом смысле я осталась прежней Мэриголд.

– Давай-ка напоим тебя кофе, Розочка, – мягко сказал Зак, нарушая тишину. – А потом вместе во всем разберемся.

Его предложение показалось мне разумным. После того, что случилось, кофе и вправду не помешал бы.

– Было бы здорово, спасибо, – ворчливо отозвалась я.

Зак поднялся на ноги и вышел из-за стола.

– Если ты и чудовище, Печенька, – ухмыльнулся Аксель, – то ты – наше чудовище.

– Мне тоже все равно, монстр мой ягненок или нет, – поддакнул Гектор. – Она – мой ягненок-монстр – милый, кроткий и великолепный.

– С великолепной, пожалуй, соглашусь, – протянул Пакстон. – Но милая и кроткая – совсем не про нее.

– Кто тебе позволил открыть рот? – прошипела я и ободряюще посмотрела на Акселя и Гектора. – Почему бы вам его не выгнать? Я нуждаюсь исключительно в вас троих, а в нем – нет.

Пакстон не стал спорить с подобным заявлением, но помрачнел пуще прежнего.

– Давайте для разнообразия прекратим ссориться, – примирительно сказал Зак, подходя ко мне с кружкой дымящегося кофе в руке.

– Печенька может быть очень милой, – объявил Аксель, – если научитесь правильно с ней обращаться и гладить по шерстке.

Чтобы подтвердить свою правоту, он наклонился, намереваясь поцеловать меня в щеку, но чмокнул губами воздух, поскольку Гектор проворно подхватил меня на руки и, не выпуская из объятий, уселся на диван и пристроил меня у себя на коленях.

Зак протянул мне кружку, и я поблагодарила его, чувствуя себя избалованной девчонкой.

Аксель плюхнулся на сиденье рядом со мной и Гектором и принялся поглаживать меня по спине, будто желая избавить от непрошеной икоты.

– Дай ей спокойно выпить кофе, – рявкнул на него Гектор. – Не хочу, чтобы она подавилась из-за твоего неуклюжего вмешательства.

С тех пор как нашел, полубог смерти обращался со мной, как с хрупкой стеклянной статуэткой, словно боялся, что, если меня уронить, я разобьюсь.

– Все в порядке, – заверила я и, сделав глоток кофе, удовлетворенно вздохнула.

Все четверо уставились на меня из-под полуопущенных век и дружно перевели горящие взгляды на мои голые ноги. Мое лицо вспыхнуло, поскольку я вдруг вспомнила, что на мне нет трусиков. Я сомкнула бедра и потянула вниз полы рубашки в попытке прикрыться.

– Она не только твоя, Гектор, – резко возразил Аксель. – Тебе не удастся украсть ее у меня. Я этого не допущу. В конце концов, это я ее нашел и привез в Академию.

Я перестала пить кофе и сердито посмотрела на него. Он тут же вспомнил, что как раз по этой причине у нас с ним возник конфликт, и на секунду смутился.

– Возможно, мне не следовало тащить тебя сюда, Печенька, – со вздохом признался он. – Тем самым я лишил тебя права выбора и заставил пройти через испытание, просто потому что мог, а также потому, что с того момента, как увидел, возжелал тебя больше, чем кого-либо или что-либо еще. И жила бы ты тихо и мирно со своей командой в том маленьком городке, как и хотела, и на твою долю не выпало бы столько страданий.

Я всмотрелась в его янтарные глаза. Он искренне раскаивался, но в то же время радовался, что я здесь, с ним – с ними со всеми.

Аксель всего на несколько лет старше меня. Он великолепный мужчина с гладкой загорелой кожей и буквально фонтанирует энергией. Когда я впервые увидела его, то посчитала золотым ангелом, спустившимся с благословенных Небес. Я возжелала его с первого взгляда, несмотря на мое отношение и сопротивление.

– Если бы ты не привез меня сюда, как бы я познакомилась с вами троими? – спросила я, многозначительно посмотрев на него, Зака и Гектора.

Пакстона я подчеркнуто проигнорировала, словно его здесь и вовсе нет.

Аксель моргнул:

– Печенька?

– Но это не означает, что ты ничего мне не должен, – добавила я.

Почему бы и нет? Раз подвернулась возможность сделать своим должником не кого-нибудь, я самого полубога, нельзя ее упускать.

– Я с радостью оплачу долг трудом всей своей жизни, – торжественно заверил Аксель и чмокнул меня в нос.

Когда он так улыбался, на его подбородке появлялась ямочка, а мое глупое сердце замирало. Невозможно сохранять спокойствие, будучи в окружении сногсшибательных полубогов.

– Давайте вернемся к насущным вопросам, – ехидно заметил Пакстон, которому явно не нравилось то, как запросто я общаюсь с его кузенами.

– Кто тебя назначил командиром? – с вызовом в голосе огрызнулась я. – Ты даже не член команды.

– Им действительно нельзя находиться в одной комнате, – вздохнул Аксель. – Может, и правда стоит исключить Пакстона?

– Черта с два... – начал было тот.

– Прекрати! – рявкнул Зак. – Речь идет о Мэриголд, нашей паре. – Он повернулся ко мне. – Мы знаем, что ты молода и не должна обладать качествами древней богини, но так оно и есть. Ты когда-нибудь интересовалась историей олимпийского пантеона?

– Имеешь в виду титанов, первых богов? – уточнила я.

Ви обучала меня на дому, истории в том числе. По сути, она посвящала мне каждую минуту тех трех лет, что мы были вместе, прививала навыки выживания, а потом исчезла без следа.

– Они правили вселенной, пока наши отцы не победили их в знаменитой Столетней войне, – сказал Гектор. – Их вождем был Кронос.

– А в Википедии написано, что война длилась всего десять лет, – возразила я.

– Людям свойственно искажать факты, – фыркнул Пакстон. – Чего еще ждать от простых смертных?

Его высокомерие и снисходительность бесконечно меня раздражали.

– Не далее как несколько дней назад ты называл смертной меня, – усмехнулась я. – Думаешь, что теперь мы будем ценить твое мнение?

Он ухмыльнулся в ответ:

– Ты все помнишь, да?

Я посмотрела на его соблазнительную полуулыбку, и тут меня осенило, что он использует любую возможность, чтобы завязать со мной разговор. Похоже, лучше просто его игнорировать. Ничего он от меня не добьется, ни словечка.

– У нас есть основания полагать, что ты либо наследница Кроноса, изначального бога времени и хаоса, а некогда и бога космоса, – продолжил Пакстон от имени всей четверки, не обращая внимания на мою холодность, – либо дочь Гипериона, титана силы, света и огня. Гиперион должен был стать предводителем титанов, так как сжег и ослепил Кроноса в споре за власть.

Мое сердце екнуло, когда в памяти всплыли сказанные элементалем слова: «Он ослепил и сжег Кроноса. Он должен был стать потрясающе прекрасным правителем, светом космоса. Но его истинной целью была не власть, а наследие, которое нес в себе его отпрыск».

Теперь кузены решили, что я дочь того Гипериона.

– Мы не знаем, как это возможно, – подхватил Зак, глядя на меня своими небесно-голубыми глазами. В его взгляде отчетливо читалось желание защитить. – Эоны лет назад титанов заточили в Тартар, находящийся за пределами этого мира. Тем не менее ты являешься обладательницей древней глубокой магии, которая может исходить только от одного из них.

Пакстон торжественно кивнул в знак согласия.

– Я бы поставил на Гипериона. Огонь, которым Мэриголд пыталась меня испепелить, – тот же самый, каким Гиперион преподал урок Кроносу. Мой отец однажды видел пламя двенадцати радуг и описал его. Таким не мог похвастаться даже Кронос, обладатель всего трех цветов.

– Никому не по силам отправиться в Тартар и вернуться, – сказал Аксель. – Как же тогда Печенька вообще была зачата?

– Мать моего ягненка, должно быть, очень могущественна, раз такое случилось, – вмешался Гектор.

– Но кто обладает такой мощью? – спросил Аксель.

– Вот ты мне и скажи, – бросил ему вызов Гектор, поудобнее устраивая меня у себя на коленях. Я ерзала все то время, пока полубоги выдвигали теории в попытке раскрыть мое происхождение.

Предостережение обитающего в дереве древнего элементаля продолжало звенеть в моей голове. О том, что полубоги убьют меня, если узнают, кто произвел меня на свет.

– Очевидно, что мать Мэриголд двадцать лет назад выбралась из Тартара и родила дочь, – подытожил Пакстон. – Звучит невероятно, но Мэриголд доказала существование невозможного. До сих пор она только и делала, что бросала вызов логике и законам магии.

Его слова прозвучали почти как комплимент, но мне было все равно, что он обо мне думает. Продолжая потягивать кофе, хоть и не чувствуя его вкуса, я тупо смотрела на полубогов.

– Теперь я припоминаю, – протянул Гектор, – Гадес упоминал, что пророк титанов Атлас предсказал рождение в эту эпоху дочери титана.

– И Аполлон предупреждал о такой возможности много веков назад, – подхватил Зак. – Он считал это худшим исходом для олимпийцев. Мы не можем позволить богам узнать о Розочке.

Теперь все четверо смотрели на меня с удивлением, смешанным с любопытством и тревогой.

Я поежилась.

– Вы, парни, просто предполагаете, – огрызнулась я и прищурилась, чтобы изобразить легкое неповиновение. – Но наверняка вам ничего не известно.

– О нет, мы почти уверены, Лютик, – возразил Пакстон. – То, как ты питаешься от нас, подтвердило одну известную мне легенду. Ты достаточно долго голодала, и скоро тебе понадобится постоянное кормление. Причем не от одного из нас, а от всех. Сейчас, будучи в самом начале пути, мы не станем питать тебя слишком интенсивно, чтобы не нарушить баланс. Если не хотим испортить динамику, нам следует внимательно и пристально наблюдать за тобой, поэтому во время спаривания и кормления ты будешь с одним или двумя из нас. Нужно проявлять осторожность, чтобы ты не переусердствовала и никого не истощила, поскольку это привело бы к катастрофичным последствиям для обеих сторон. Со временем ты научишься себя контролировать и тогда сможешь спариваться больше чем с одним партнером одновременно – или со всеми сразу.

Мое лицо вспыхнуло от ярости. Надо же было Свинстону все испортить! Его послушать, так я просто безмозглая и опасная дрянная девчонка. В следующее мгновение мои мысли вернулись к перспективе получить двоих или троих полубогов сразу. Что я при этом почувствую?

Я сжалась от желания и плотнее сомкнула ноги.

«Прекрати, Мэриголд. Хватит!» – строго приказала я себе.

– Тоже мне, эксперт доморощенный, – фыркнула я, внезапно разозлившись. – И перестань уже придумывать мне дурацкие прозвища!

– Я внимательно изучаю тебя с самого твоего поступления в Академию, – сказал Пакстон, игнорируя мою вспышку гнева. Наверное, успел привыкнуть. После моих неоднократных попыток сжечь его заживо окрики для него что легкий ветерок. – Пока ты трахалась с Заком, я наблюдал за процессом и вникал в каждую деталь.

– Извращенец! – взревела я, едва сдерживаясь, чтобы не выплеснуть остатки кофе ему в лицо.

– Я думал, ты серьезная девушка, которая не боится суровой правды, – нараспев протянул он.

Может, я и есть та самая девушка, но он понятия не имеет, как отчаянно я цепляюсь за прежнюю Мэриголд, с которой была знакома двадцать лет. Однако она ускользала от меня.

– Перестань злить моего ягненка, – с угрозой в голосе предупредил Гектор.

– Давайте сосредоточимся на важном, – предложил Зак, ласково взглянув на меня. Это остудило мой пыл. – Отныне нам четверым придется тренировать Розочку втайне. Никто не должен знать ее истинного происхождения и силы.

– Особенно Арес. Ему нельзя о ней говорить, – добавил Гектор, пристально глядя на Акселя.

– Не беспокойся обо мне, – отозвался полубог войны. – Отцу я доверяю еще меньше тебя, а Печенька для меня важнее всего на свете, включая любого из вас.

Повернувшись к нему, я встретила его взгляд, одновременно нежный и яростный. Он действительно считает меня своей парой. Я одарила его одной из лучших своих улыбок, после чего сурово зыркнула на полубога морей.

– Свинстону среди нас не место, – постановила я. – Я никогда не смогу ему доверять.

На этот раз он не опроверг мое заявление, а лишь лениво хищно ухмыльнулся.

– Он не настолько глуп, чтобы предать тебя, Розочка, – сказал Зак. – На кону его собственные интересы. Знай, что мы сделаем все возможное, чтобы никто не причинил тебе вреда, даже если это будет один из нас.

Как бы ни стремилась я не иметь ничего общего с Пакстоном, не могла отрицать существование между нами некоего магнетического притяжения, которое одновременно и отвращало, и возбуждало. По крайней мере, до сих пор мне удавалось подавлять это желание, гася любые искры, грозящие разжечь во мне пожар страсти.

К сожалению, мое тело часто не слушалось команд разума и реагировало по своему усмотрению. Всякий раз, когда влечение поднимало свою уродливую голову, я безжалостно его подавляла. Это все, что я могла на данный момент сделать.

К тому же у меня довольно хлопот с тремя горячими требовательными полубогами, которые во всех отношениях лучше Пакстона.

– Если ты меня завалишь, Свинстон, – предупредила я, – я позабочусь о том, чтобы ты сгорел и сгнил в аду.

Аксель усмехнулся.

– Вот это да, Печенька. Продолжай в том же духе. Мне нравится видеть твою крутую сторону.

– Милый ягненок, – подхватил Гектор и чмокнул меня в макушку, словно в его представлении я в принципе не способна сделать ничего плохого.

– Конечно, Лютик. Меньшего я от тебя и не ожидаю, – поддакнул Пакстон, смакуя выдуманное им для меня новое прозвище.

– Выскажусь предельно ясно. – Я произносила каждое слово медленно и четко, дабы исключить двоякое толкование. – Твои кузены могут заполучить частичку меня, но ты – никогда.

Лицо Пакстона мгновенно посуровело, видимо, в попытке сдержать гнев. Но, вопреки обыкновению, возражать он не стал. Понимает, очевидно, что переубедить меня не удастся.

– А что Теодор? – спросил Гектор, глядя на Зака. – Ты сказал, что у него имеются подозрения касательно происхождения моей пары. Если Арес начнет докапываться и спросит, священник наверняка проболтается.

– Об этом не беспокойтесь. Я стер часть памяти Теодора, – признался Пакстон, устремив на меня взгляд. – Но твои друзья тоже успели увидеть твой бушующий огонь, прежде чем я запечатал дверь льдом.

– Ты и пальцем не тронешь Елену и Нэта, – прорычала я с угрозой в голосе. – Они преданы мне.

Повернувшись к Гектору, я стала перебирать пряди его темных волос. Раз уж речь зашла о друзьях, мне нужно увидеть мою прежнюю команду. Я готова умолять, если придется.

– Гектор, – позвала я, глядя на него из-под опущенных ресниц.

– Незачем строить мне глазки, ягненок, – тут же отозвался он. – Проси все, что хочешь, и ты это получишь.

– Аксель разделил меня с моими друзьями из Крэка, когда притащил в Академию, – сказала я, украдкой взглянув на полубога войны, который смиренно вздохнул. – Он поместил их в Академию Иных, потому что Джаспер перевертыш, а Цирцея ведьма. Я давно их не видела, а они мне как семья. В Академии есть правило...

– Считай, что дело сделано, – объявил Аксель, проводя рукой по лицу. – Ты никогда не перестанешь припоминать мне, как именно я привел тебя сюда, правда, Печенька? Завтра устроим день знакомства между двумя школами, и ты увидишь своих перевертыша и ведьму на ужине в зале Бриджуотер.

Глава 13

Зал Бриджуотер располагался посередине моста, так что создавалось впечатление, что часть столовой парит в воздухе. Текущая внизу река отделяла главный кампус от второго, принадлежавшего Академии Иных.

Войдя в столовую, я почувствовала ликование в сердце от перспективы увидеть Джаспера и Цирцею после недель разлуки.

Елена и Нэт, отныне ставшие моим отрядом, следовали по обе стороны от меня. Они видели, как я использовала радужное пламя, чтобы взорвать ледяную темницу Пакстона, и как оно отбросило самого Пакстона. Они спрашивали меня об этом и, услышав мое предупреждение, поклялись держать рот на замке. Полубоги также обещали не трогать моих друзей и не искажать их память, как поступили со своим священником.

Я обвела взглядом шумный, оживленный зал в поисках Цирцеи и Джаспера. В столовой, превосходящей размерами стадион, располагались сотни столиков, но большинство мест уже были заняты. Мы прибыли далеко не первыми. Никто из нас раньше не был на этом мосту, поэтому по пути мы несколько раз случайно отклонялись от маршрута.

Я переживала, хватит ли на нашу долю еды, но тревога утихла, стоило заметить, как старательно официанты наполняют лотки с провизией на стойках. От аппетитного запаха мяса у меня заурчало в животе.

– Потомки сидят в западном крыле, – сказал Нэт, – а остальные сверхъестественные существа предпочитают восточное. Между собой они не общаются. Олимпийцы считают себя выше всех, а сверхъестественным нет дела до потомков, хотя они не любят, когда их считают вторым сортом.

Развернувшись на каблуках, я направилась в восточное крыло.

При моем появлении ученики-олимпийцы притихли, разговоры сошли на нет. Все взгляды устремились на меня.

Проведя в Академии меньше двух недель, я заработала определенную репутацию. Деметра – моя ей бесконечная благодарность! – растрепала направо и налево, что я – новая шлюха полубогов, но скоро им надоем. Готова побиться об заклад всеми своими деньгами, что сама бы она душу отдала за такую возможность.

Я планировала как-нибудь отблагодарить ее за болтливость на ринге. После заверения Гектора о том, что Аксель больше не нужен ему в горячей точке Манхэттена, где до сих пор шли поиски абсолютного оружия, тот пообещал стать моим личным тренером и научить искусству рукопашного боя.

Хорошая новость заключалась в том, что демоны тоже не добрались до живого пламени. Каким-то образом оно умудрялось ото всех ускользать.

В любом случае Деметра не единственная, кто распускал обо мне слухи. Другие студенты, включая третьекурсников, видели, как я сражалась с полубогом морей. Вот так внезапно у меня и появилась репутация сумасшедшей стервы, прямо как в старые добрые времена в Крэке.

Некоторые вещи никогда не меняются.

Скандальная известность меня не сильно беспокоила. Никто не любит связываться с чокнутыми, кроме Деметры и ее команды. Большинство студентов наблюдали за мной издалека, указывая на меня толстыми пальцами, когда я не смотрела, а в остальном сторонились, как чумной.

Меня подобное положение дел вполне устраивало. По крайней мере, они не нарываются на открытую конфронтацию и не путаются под ногами.

Я в Академии не для того, чтобы заводить друзей, да и для блестящей карьеры недостаточно амбициозна. Мне удалось найти двух верных соратников, что вполне неплохо.

Я передернула плечами, отмахиваясь от тяжкого груза устремленных на меня взглядов. Звук моих шагов нарушил повисшую в столовой нежелательную тишину, пока я спешно приближалась к восточному крылу.

Из-за пристального внимания Нэт и Елена чувствовали себя не в своей тарелке, особенно Елена, но делали вид, что ничего особенного не происходит, и держались рядом со мной.

Наконец, как и говорил Нэт, мы достигли невидимой черты, разделяющей два учебных заведения. Теперь я своими глазами видела, что олимпийцы не общаются со сверхъестественными существами из Академии. Даже нынешний коллективный ужин не смягчил отношений.

– Мэриголд! Мэриголд! Сюда! Мы здесь! – донесся до меня возбужденный визг Цирцеи.

Она тут же кинулась ко мне.

– Цирцея! – радостно вскрикнула я.

Мы крепко обнялись, а когда отстранились, на глазах у обеих выступили слезы.

– О тебе ходит столько слухов, – сказала моя подруга. – Мы с Джасом ужасно волновались.

В ожидании меня Джаспер стоял у стола и счастливо улыбался. С ним были его новые приятели. Будучи подростком-перевертышем, он испытывал потребность выглядеть крутым.

Когда я подошла к нему, мы стукнулись кулаками, и я познакомила новых друзей со старыми. После краткого представления я обвела взглядом разношерстную компанию, занимающую целый стол, и изрядно встревожилась, почувствовав среди присутствующих ведьм, перевертышей и даже вампиров. Однако группа состояла в основном из перевертышей – полагаю, членов новой стаи Джаспера.

Все были одеты в сине-зелено-красную форму Академии Иных. Эти цвета символизируют основные природные оттенки, поскольку сверхъестественные существа черпают магию от Матери-Земли.

В то время как наш герб представлял собой орла, пронзающего молнию, с водой и ключом смерти внизу, их символом являлась пентаграмма в круге, в пяти ячейках которой вышиты руны стихий – огня, земли, металла, воздуха и воды.

Юбки девушек-ведьм и перевертышей тоже отличались от наших – они были чуть выше колен, в то время как наши с Еленой едва прикрывали середину бедра, а белые рубашки нескромно льнули к изгибам тела.

Неудивительно, что парни дружно пялятся на мою задницу.

– Насмотрелись, джентльмены? – промурлыкала я и щелкнула пальцами у своего лица, чтобы напомнить им, куда на самом деле следует обратить взор.

Они усмехнулись, ничуть не обидевшись.

– Это та самая Мэриголд, о которой я вам рассказывал, – объявил Джаспер, сдерживая улыбку. Он стрельнул взглядом в мускулистого красавца, который был крупнее всех за столом, и быстро потупился. – Альфа Клейтон, я бы хотел, чтобы Мэриголд и ее друзья сели с нами.

Я резко повернула голову в сторону альфы и не собиралась опускать взгляд, поскольку даже полубогов не удостаивала подобной чести.

– Зачем тебе понадобилось спрашивать у кого-то разрешения, Джаспер? – прошипела я. – Разве я не часть твоей стаи? Или твоя преданность мне так быстро закончилась?

– Теперь я в новой стае, Мэриголд, – пояснил он. – Я буду защищать тебя ценой своей жизни, но также мне нужно следовать новым правилам.

– В Академии Иных все не так, как было у нас, Мэриголд, – подхватила Цирцея. – Пришлось приспосабливаться, чтобы выжить.

– Мне плевать, – процедила я сквозь стиснутые зубы. – Между нами ничего не должно меняться.

– Ты та безрассудная девчонка, которой хватило духу выступить против полубога морей, Мэриголд? – спросил альфа перевертышей. – Или до меня дошли неверные слухи?

– Водоплавающий парень избил меня до полусмерти. Никогда этого не забуду, – жестко сказала я и наклонила голову, чтобы смотреть ему в глаза. К всеобщему удивлению, он и на этот раз не обиделся. Тут меня осенило, что Клейтон обращается со мной как с альфа-самкой. – Вовсе я не безрассудная, парни, но это не помешало мне показать Свинстону, что солнце не из его задницы светит.

Сидящие за столом разразились дружным хохотом, а Клейтон лукаво ухмыльнулся:

– Если понадобится помощь, дай знать. И да, почему бы тебе с друзьями не присоединиться к нам, Мэриголд?

Члены стаи быстро принесли для нас три стула. Я втиснулась между Цирцеей и Джаспером, а Елена и Нэт устроились между Джаспером и Клейтоном, причем Нэт то и дело поглядывал на Джаспера.

Клейтон представил сидящих за столом. Его бета, девушка по имени Ребекка, кивнула нам.

– Ты могла выбрать любое место в западном крыле, среди влиятельных потомков богов, но при первой возможности побежала к своей прежней стае.

– Преданность Мэриголд не знает границ, – пояснила Елена, держа руки под столом. Манеры всегда имели для нее важное значение.

Ребекка повернулась к членам стаи со словами:

– Принесите Мэриголд и ее друзьям еды и напитков.

Двое парней бросились выполнять поручение.

– Не забудьте салат, пожалуйста, – крикнул им вдогонку Нэт.

– А если бы мы не разрешили тебе сидеть с Джаспером? – спросил Клейтон. – Что бы ты сделала, Мэриголд? Мне любопытно, учитывая, что тебя называют самой сумасшедшей девчонкой в кампусе.

Я выгнула бровь, глядя на него.

– Ты слишком вежлив, Клейтон. Меня называют отнюдь не девчонкой, а сумасшедшей стервой. Правда, не в лицо. – Я вздохнула. – Отвечая на твой вопрос, если бы ты не позволил мне пообедать с моей бывшей стаей, – я многозначительно взглянула на его тарелку, – мне, возможно, пришлось бы сделать так, чтобы твой стейк съел тебя, а не наоборот.

Альфа с усмешкой подмигнул мне:

– Мы однозначно поладим.

– Итак, ты предводитель стаи перевертышей? – ухмыльнулась я в ответ. – Выходит, Академия Иных поощряет столь смелое проявление инициативы? В Академии Полусмертников, к примеру, имеется свыше тысячи двухсот кодексов поведения. А как насчет вашей школы? Если их меньше, я, пожалуй, постараюсь перевестись к вам.

Клейтон удивленно выгнул бровь.

– Ты называешь свою школу Академией Полусмертников?

– Да, в свой первый день я так и заявила в лицо полубогу войны, – подтвердила я. – Лейтенант Доминиона припугнул, что за подобные слова меня нужно повесить, но угрозы своей не исполнил. Что тут скажешь? Я – очаровашка. Попыталась уверить их, что являюсь ведьмой, но меня не восприняли всерьез и не пустили к вам в Академию.

Я подмигнула сверхъестественным существам за столом, и они рассмеялись.

Цирцея смотрела на меня с легкой завистью. Я вдруг почувствовала себя виноватой, словно снова отбросила ее в тень, хоть и ненамеренно. Возможно, в прошлом я чрезмерно ее опекала, но при этом всегда хотела, чтобы она блистала.

Тут я почувствовала на себе взгляды потомков, сидевших в противоположной части зала. Держу пари, Деметра в очередной раз с головой ушла в выдумывание и распространение новых слухов обо мне.

– Когда мы жили в Крэке, – сказала моя подруга-ведьма, – Мэриголд спросила альфу стаи оборотней, курит ли он, и упомянула о его желтоватых кончиках пальцев. Когда он растерянно моргнул, она выстрелила ему промеж глаз.

Клейтона это заявление встревожило и остальных перевертышей за столом тоже.

Черт, их послушать, и правда поверишь, что я сумасшедшая стерва, непредсказуемая и неуправляемая.

– Мэриголд не дала тому альфе продать нас на рынок секс-рабов, – подытожил Джаспер. – Много лет назад тем же способом она спасла нас с Цирцеей от другого известного криминального авторитета.

– Я рад, что они оба мертвы, – прорычал Клейтон.

Вернулись двое перевертышей с едой и напитками для нас. Я взяла кофе, Елена – холодный чай, а Нэт поблагодарил за арбузный сок и салат.

Все принялись уплетать за обе щеки, и разговор на время угас. Положив в рот кусочек цыпленка в лимонном соусе, я поинтересовалась у Джаспера и Цирцеи, как им живется в Академии Иных.

Как же я по ним соскучилась! А они теперь выглядят иначе, чем в Крэке, и дело не только в форме. Оба сделались более изысканными.

Я тоже изменилась.

Меня охватило чувство потери. Мы больше не были командой, соединяющей в себе и стаю, и ковен, как раньше, – трое бродяг, полагающихся друг на друга ради выживания.

– Ежеутренне нам дают кофе с пончиками, – со смехом сказала Цирцея. – Ешь и пей, сколько влезет, и не нужно платить за еду и проживание. Каждый день у меня уроки магии, и ты не поверишь, насколько быстро выросла моя сила. Как-нибудь я тебе покажу, на что способна. Если тебе будет грозить опасность, я сумею тебя защитить.

К сожалению, Цирцея не понимала, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. На самом деле Академия готовила ее саму и ее сверстников к битве. Всех их отправят на передовую сражаться за Доминионы. Она никогда не видела настоящего поля боя, зато я получила некоторое представление.

Я знала, как страшно столкнуться с демонами.

Моя подруга-ведьма думала, что получила то, чего всегда хотела. Она жаждала возможности выйти из моей тени, хотя у меня и в мыслях не было ее затмевать. Очень жаль, что в Крэке у меня не получилось заставить ее чувствовать себя более желанной, но мне приходилось заботиться о нашей безопасности и о том, как раздобыть еду.

– Мэриголд обладает куда большей силой, чем мы с тобой, Цирцея, – сказал Джаспер, – иначе она не пережила бы ритуал Рун Крови. Я и раньше знал, что она – нечто особенное.

Цирцея нахмурилась.

– Я не имела в виду, что Мэриголд – самое слабое звено среди нас.

– А вы двое, как я погляжу, по-прежнему устраиваете перепалки! – Я лучезарно улыбнулась Джасперу и повернулась к Цирцее. – Конечно, я понимаю, что ты имела в виду, милая, и не обижаюсь. Наоборот, горжусь тобой, как всегда. Я знаю, какая ты талантливая. С каждым днем ты расцветаешь все больше и скоро превратишься в очень могущественную ведьму. Однажды ты возглавишь ковен, если таково будет твое желание.

Ее глаза засияли от восторга.

– Именно этого я и хочу и изо всех сил тружусь ради этой цели.

Цирцея посвятила меня в подробности занятий и тренировок, упомянула о горячих профессорах, которые положили на нее глаз, и о других ведьмах-завистницах. Чтобы продемонстрировать свою силу, она произнесла заклинание, и на ее ладонях забурлили огненные столбы.

– Весьма впечатляюще, Цирцея, – похвалила я и, как только она потушила пламя, ободряюще сжала ее руку.

– Мне пока не дается определение дальности объектов, но я работаю над этим. – Она надула губы, но уже в следующую секунду ее лицо просветлело. – Зато с проклятиями все неплохо. Знаешь, мне только что пришла в голову блестящая идея. Я могу объединить их с огненным заклинанием, и, Мэриголд, если тебе когда-нибудь понадобится кого-то проклясть, ты знаешь, где меня найти. Хоть мы и не в одной школе, я всегда прикрою твой тыл.

– Как ты сама справляешься, Мэриголд? – перебил Джаспер, прежде чем Цирцея снова пустилась в увлеченные разглагольствования. – Мы слышали о тебе всякое-разное, но я ничему не поверю, пока сама не расскажешь.

Джаспер нашел хорошую стаю. Он больше не одинокий волк.

Я радовалась их счастью, но осознание того, что мы больше не вместе, наполняло сердце грустью. С другой стороны, я испытывала некоторое облегчение, что отныне их благополучие не моя забота. Быть ответственным за кого-то – огромное обязательство, к которому нельзя относиться легкомысленно.

Почувствовав на себе чей-то жгучий взгляд, я подняла глаза и обнаружила, что меня изучает Клейтон. Беседуя с Еленой и Нэтом, он прислушивался и к нашему разговору. Он казался хорошим альфой и заботился о Джаспере и Цирцее. Я кивнула и благодарно улыбнулась ему, а он подмигнул.

– Из какого ты дома, Мэриголд? – спросил альфа.

– Очень хороший вопрос, – вздохнула я.

Елена с Нэтом обменялись нерешительными взглядами.

– У меня к тебе вопрос, альфа Клейтон, – начала Елена, пытаясь меня прикрыть, но тут же замолчала и послала мне настойчивый сигнал своими серыми глазами.

«Что такое?» – тем же манером спросила я.

В зале Бриджуотер воцарилась полная тишина, нарушаемая лишь топотом чьих-то сапог по полу. Закутанный в серебристо-голубой плащ, к нашему столу шагал Гектор, не сводя с меня сияющего взгляда.

– Он идет сюда! – взволнованно воскликнула Цирцея. – Полубог собственной персоной! Боже мой, он самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела. Кого же он выберет?

– Он – полубог смерти, – прошептала бета-оборотень Ребекка. – Любой, кого он коснется, умрет.

Глава 14

Сидящие за столом на мгновение растерялись, но, быстро опомнившись, дружно встали и поклонились полубогу смерти – все, кроме меня. Выпрямившись, студенты отступили на несколько шагов, чтобы освободить ему путь. А направлялся он прямиком ко мне.

– Гектор? – встревоженно позвала я. – Что ты здесь делаешь?

Он не отрывал от меня взгляда, словно никого больше не видел.

– Тебе весело, ягненок? – спросил он низким манящим голосом, от которого у меня мгновенно стало мокро между ног, – и плевать на то, что вокруг полно перевертышей. Буду надеяться, они не учуют моего возбуждения. Из дурной привычки окружающих обнюхивать меня никогда не выходило ничего хорошего.

С другой стороны, я не единственная, на кого подействовало присутствие полубога смерти. Все девушки взирали на него с обожанием и неприкрытым желанием, хотя бета недвусмысленно предупредила, что этот полубог не достанется никому.

– Да? – заикаясь, полувопросительно пробормотала я, но тут же опомнилась. – Гляди-ка, я собираюсь есть салат. Нэт настаивает, что нам требуется больше овощей. Тебе тоже стоит попробовать.

Все за столом ахнули. Негоже давать полубогу советы по рациону питания, да еще таким тоном.

– Нэта нужно поощрить, – кивнул Гектор с ошеломляющей и одновременно насмешливой улыбкой.

Судя по раздавшемуся дружному стону, я предположила, что Нэт и бедные девушки за соседними столиками вот-вот хлопнутся в обморок. Бросив быстрый взгляд на Нэта, убедилась, что почти не ошиблась. Он густо покраснел.

– Я сделаю тебе кучу разных салатов, ягненок, – пообещал Гектор. – Я собираюсь готовить для тебя одной.

Вокруг зазвучали удивленные шепотки, и даже меня его слова шокировали. Разве можно представить полубога смерти в роли повара?

– Готовить... для меня? – Вытаращившись на него как идиотка, я задала вопрос, который волновал всех: – А ты умеешь?

– Ну, конечно, ягненок, – тихо ответил он, протягивая мне руку в перчатке. – Я превосходный шеф.

Я мечтательно посмотрела на него.

– Осторожнее, Мэриголд! – встревоженно крикнул Джаспер, поспешно отодвигая стул. Он был готов броситься к нам и своим телом заслонить меня от полубога смерти.

Прежде чем Джаспер успел подойти, Гектор прижал руки к моим щекам и, наклонившись, медленно коснулся моих губ своими – горячими и чувственными. Я страстно поцеловала его в ответ. Разве можно сдержаться, когда он ласкает меня подобным образом?!

Гектор отстранился с довольной, чисто мужской улыбкой, и мое глупое сердце затрепетало, поскольку, похоже, отрастило пару крылышек.

В зале повисла ошеломленная тишина.

– Это... – я указала большим пальцем на компанию за нашим столиком, – мои друзья, старые и новые. Они хорошие сверхъестественные существа.

Девушки пропустили мое представление мимо ушей, с завороженным видом глядя на Гектора, только что меня поцеловавшего. Он удостоил присутствующих краткого кивка и снова сосредоточил внимание на мне. В его сапфировых глазах разгорался жар.

Раньше я не была такой неловкой и неуклюжей. Наверное, не ожидала, что полубог смерти на глазах у всех выкажет приязнь ко мне. Тут меня осенило, что тем самым Гектор заявил о своих правах – громко, четко и смертельно опасно, – чтобы никакой другой мужчина и думать не смел перейти ему дорогу. Где еще дать понять о своих намерениях, как не в переполненной столовой, в которой собрались тысячи преподавателей, солдат и студентов?

Я и не подозревала, что мой прямолинейный рыцарь способен на подобное проявление хитрости.

Елена и Нэт, знавшие о полубогах побольше моего, предупреждали, что те чрезвычайно ревнивы и яростно оберегают свою территорию. Ничего тут не поделаешь – мои мужчины от рождения страшные собственники. Но я не злюсь на Гектора. Я принадлежу ему, и рано или поздно все это поймут. Одни потомки чего стоят – сплетничают точно любопытные кумушки!

Я попыталась распрямить пальцы ног, которые сами собой поджались от пылкого поцелуя, и огляделась по сторонам. После того как полубог смерти откровенно продемонстрировал свое ко мне расположение, интерес парней существенно поугас.

– Э-э, Гектор, – промычала я. – Может, в следующий раз предупредишь перед приходом?

Он с обожанием посмотрел на меня сверху вниз. Судя по виду, намеревался подарить еще один жаркий поцелуй, который я, разумеется, с благосклонностью бы приняла. А кто бы на моем месте воздержался?

– До вечера, ягненок, – объявил он, и в его радужках заклубились свет и тени. – Заберу тебя в девять, чтобы угостить крем-брюле.

Мои глаза заблестели.

– Крем-брюле, говоришь?

Он с улыбкой кивнул и, не дожидаясь моего согласия, развернулся. Вместо того чтобы выйти через дверь, он телепортировался из зала Бриджуотер.

Все снова ошеломленно уставились на меня. Явно ждут, что я закачу глаза и замертво рухну на землю.

– Ты не... – пробормотала Ребекка, уверявшая, что любой, к кому прикоснется полубог смерти, умрет.

– Не отбросила коньки? – грубо закончила я за нее. – Наверное, я слишком упрямая. Кто захочет отправиться в Подземное царство Гадеса после такого поцелуя? – Я растянула губы в полуулыбке-полурыке и скользнула предупреждающим взглядом по сидящим за соседними столиками девушкам. – Однако не советую никому из вас совершить такую глупость и пытаться поцеловать полубога смерти, потому что я единственная, кто невосприимчив к его прикосновению.

– Почему и как это возможно? – спросил кто-то, желая вызнать мой секрет успеха.

Что ж, придется раскрыть свой семейный статус, чтобы отвадить мотыльков от смертельного пламени.

– Потому что полубог смерти предназначен мне в партнеры, – объявила я.

– Выходит, у меня нет шансов, не так ли? – нарушил повисшее разочарованное молчание Клейтон. В его голосе отчетливо звучало сожаление. – Я всегда на полшага позади, несмотря на то что являюсь альфой перевертышей Академии Иных.

– А вон идет еще один полубог! – взвизгнула из-за соседнего столика девушка-фея, обладательница ослепительной внешности.

– Да брось ты, – рассмеялась Елена.

Елене неоткуда было узнать, что полубог смерти может меня поцеловать. Все произошло так быстро, что я пока не успела рассказать им с Нэтом о своих отношениях с Гектором, но она видела, как Аксель ведет себя в моем присутствии.

Полубоги напористы, как скоростные поезда.

– Мэриголд? – позвала Елена, устремив на меня вопросительный взгляд. Она готова прикрыть меня, вздумай я спрятаться под столом.

Я только что целовалась с полубогом смерти и во всеуслышание объявила, что он – моя пара. Теперь, когда ко мне уверенной походкой направлялся Аксель, у подруги появились весомые основания засомневаться, справлюсь ли я.

Всем известно, что полубоги славятся нежеланием делиться. Собственничество у них в крови.

Но прятаться уже поздно, да и я не робкого десятка.

– Печенька, вот ты где, – с ухмылкой окликнул меня Аксель. – Я тебя искал.

В зале опять воцарилась абсолютная тишина. На этот раз взгляды присутствующих устремились к самоуверенному полубогу войны – и по совместительству студенту четвертого курса Академии Полукровок. Он был скандально известен тем, что оставлял за собой шлейф проблем и разбитых сердец.

Мне не хотелось очередного спектакля или драмы, поэтому я отчаянно замахала на него рукой:

– Увидимся завтра.

– Ну, мы же не чужие друг другу, сладкая Печенька, – поджал губы Аксель. В его тоне слышались одновременно и снисходительность, и упрек. – Я проходил мимо и решил заскочить и пригласить тебя.

Он потянулся ко мне, все еще стоящей столбом у стола.

На нем была дизайнерская черная футболка и выцветшие джинсы, обтягивавшие мощные ноги. Мышцы на его крепких бицепсах перекатывались настолько соблазнительно и красиво, что у меня подогнулись колени.

Аксель чувственно рассмеялся, его янтарные глаза озарились мягким светом. Не поворачивая головы, я все равно знала, как присутствующие в зале девушки реагируют на золотого мальчика Академии, и старалась не облизывать губы, подобно остальным.

– Пригласить? – холодно переспросила я. Сердце, однако, учащенно забилось от предвкушения. – Куда пригласить?

Аксель обнял меня за талию, спровоцировав новую волну шепотков среди сверхъестественных существ и олимпийцев.

Ситуация принимала ужасный оборот. Все только что стали свидетелями моего поцелуя с Гектором. Восточное и западное крылья зала Бриджуотер не успели оправиться от одного потрясения, как на них обрушилось новое.

– На вечеринку завтра вечером, – сказал Аксель.

– Вчера ты ни о чем подобном ни словом не обмолвился! – с укором воскликнула я.

Он ухмыльнулся, сверкнув белыми зубами, и мое глупое сердце снова затрепетало, а желудок совершил мертвую петлю.

– Поэтому я и пришел, чтобы вручить приглашение лично, – пояснил он.

– Ты перебарщиваешь, – прошептала я ему.

Хоть и пыталась изображать спокойствие, на самом деле с восторгом предвкушала празднование, поскольку никогда в жизни не была ни на одном подобном мероприятии.

– Кто устраивает вечеринку? – спросила я, как и подобает умелому переговорщику, хотя в действительности мне хотелось одного: прижать руки к могучему торсу Акселя и провести ими по его упругим мышцам. Полубог войны выглядел восхитительно, и от него чертовски приятно пахло – то был аромат древесины вкупе с весенним дождем.

Я изо всех сил старалась не вдыхать его запах, но все равно наклонилась чуть ближе. Его радужки засияли подобно расплавленному золоту.

– Я, конечно, – объявил он. – Это выпускной вечер четвертого курса, который будет проходить в гостиной полубогов. Мало кто приглашен, и еще меньше тех, кто наделен особым статусом. Но ты можешь привести сколько угодно друзей, и все они будут почетными гостями.

Девушки за моим столиком радостно завизжали.

Отлично сыграно, Аксель.

Как бы ни хотелось мне закатить глаза, я сдержалась. Незачем вести себя как прежняя Мэриголд, имевшая обыкновение противостоять Акселю и бросавшая ему вызов на каждом шагу. Теперь он мой, поэтому я на его стороне, особенно на людях. Полубоги все еще боролись за мою любовь, хотя мы и решили, что медленное развитие отношений нам не подходит.

С тех пор как прошлой ночью узнала часть правды о себе, стыдилась того факта, что я – чудовище, нуждающееся в эротическом питании. Я ощущала себя чертовым привлекательным вампиром, но полубоги не возражали. Ничуть не возражали. Не сомневаюсь, что они будут охранять тайну моего происхождения даже крепче, чем я сама.

Взглянув на друзей, я пожалела, что не могу поделиться с ними сведениями. Знание моих секретов все равно не принесло бы им никакой пользы, только подвергло бы опасности. Поэтому они смотрели на меня и смеялись вместе со мной, не подозревая, что я не одна из них.

– Мы друзья Мэриголд! – крикнула Цирцея, чтобы привлечь внимание Акселя. – Можно нам всем пойти на вашу вечеринку?

– Пригласительные у Мэриголд. Пусть она сама решает, кого с собой позвать, – объявил тот, кладя конверт мне в карман и крепко прижимая меня к своей груди. – Я скучал по тебе, Печенька. – Склонив голову, он потянулся к моим губам.

Его поцелуй был сладким, но в то же время требовательным и властным.

Мне хотелось воспротивиться и отстраниться, но я не могла этого сделать. Это же Аксель, моя первая любовь, и на вкус он просто чудесен. Поэтому я запустила пальцы в его густую шевелюру и притянула его еще ближе к себе, стремясь сполна насладиться каждой его частичкой.

Поцелуй становился глубже и жестче. Уступив настойчивости Акселя, я разомкнула губы. Когда он провел языком по моему твердому нёбу, во мне расцвело наслаждение. Однако стоило моему языку метнуться навстречу его в предвкушении брачного танца, как полубог войны отстранился, с насмешкой высвободил мои пальцы из своих волос и отступил на шаг.

Я сердито зыркнула на него. Какая несправедливость! Он первый подошел ко мне, но, едва попробовав, решил, что с него хватит.

– Никогда мне тобой не насытиться, Печенька, – тихо сказал он, сверкая исполненными страсти глазами. – Но место сейчас не самое подходящее.

Тогда зачем ему понадобилось столь сильно меня возбуждать? Я впилась в него взглядом и прищурилась. Тут в голове что-то щелкнуло.

Полубог войны тоже решил заявить на меня свои права!

Он провел костяшками пальцев по моей пылающей щеке.

– Увидимся завтра, Печенька.

С этими словами он зашагал прочь, засунув руки в карманы, и даже принялся мурлыкать себе под нос какую-то мелодию, явно довольный произведенным эффектом, особенно учитывая, как отчаянно я прежде ему сопротивлялась.

Отлично! Просто отлично!

Два полубога устроили представление, сначала эффектно появившись, а затем удалившись как ни в чем не бывало, оставив меня разбираться с последствиями.

И действительно, все как один взгляды устремились на меня. На лицах студентов отражались самые разные чувства: зависть, отвращение, шок, негодование, недоверие и некоторое замешательство.

Плюхнувшись на стул, я сползла вниз, пытаясь казаться как можно более незаметной. Как бы мне хотелось тоже исчезнуть подобно полубогам! Но нужно сохранять лицо. Поэтому я сделала вид, что ничего особенного не произошло, и продолжила ковырять помидоры в салате, как будто эта трапеза ничем не отличалась от любой другой.

Я умоляюще взглянула на Елену. Ей надлежало предупредить меня, если появится Зак, и тогда я точно нырну под стол. Подруга сочувственно кивнула. Нэт изо всех сил сдерживал смех.

– Мэриголд, я и понятия не имела, что таков твой новый стиль, – сказала Цирцея, широко распахнув свои большие глаза. Впервые в них читалось искреннее восхищение. – Ты здесь всего пару недель, а уже переспала с двумя самыми горячими полубогами?

– Никакой это не мой новый стиль, – прошипела я в ответ.

– Интересно, что у нее есть такого, чего нет у нас, – пробормотала Ребекка, внимательно изучая меня.

Джаспер тоже посмотрел на меня, но я не сумела разгадать выражения его лица. Судя по всему, он недоволен. Остальные пялились так, будто у меня три сиськи.

Мне следует как можно скорее удалиться, пока ситуация не обострилась. У меня плохое предчувствие. Я определенно не хотела, чтобы появился Зак, ведь тогда мне в самом деле пришлось бы прятаться под столом. А если заявится Пакстон, от которого и вовсе всего можно ожидать, то не миновать катастрофы, которая скажется и на моих друзьях.

– Что ж, ребята, было очень приятно познакомиться, – сказала я, вскакивая с места. – Мне пора бежать, потому что... нужно успеть забрать форму из химчистки, пока не закрылась.

Совершенно нелепое оправдание, но после того как два полубога заморочили мне голову, я лишилась способности мыслить здраво. Из опасения, что остальные двое могут пожаловать в любой момент, я теперь думаю только о том, как бы спастись бегством.

Я подошла обнять Джаспера и Цирцею.

– Рада была повидаться, – сказала я и с сожалением добавила: – Извините, но мне правда нужно идти.

Елена пробормотала, как приятно ей было со всеми познакомиться, и встала рядом со мной. Нэт, казалось, не хотел уходить, но тоже поднялся.

– Заглядывай к нам в гости, когда сможешь, Мэриголд, – ответил Джаспер. – Я скучал по тебе.

Улыбнувшись, я игриво ткнула его в плечо, как в старые добрые времена.

– Полубог Аксель сказал, что ты можешь взять всех нас в качестве почетных гостей на вечеринку, – подхватила Цирцея. – Разреши нам пойти, Мэриголд! Ну пожалуйста!

Все лица за столом выражали одинаковое нетерпение, в глазах девушек застыла мольба.

– Да-да! – пробормотала я, натянуто улыбаясь. – Вы приглашены.

Спохватившись, я вытащила конверт, который Аксель положил мне в карман, и сунула его Джасперу.

– Если внутри есть приглашения, раздай их, – велела я, после чего схватила Елену и Нэта за руки и мысленно передала своей магии команду о телепортации. Та не подвела.

Елена завопила во весь голос.

– Черт подери! – вторил ей Нэт.

В следующую секунду мы исчезли из зала Бриджуотер.

Глава 15

Великолепное жилище полубогов сверкало и переливалось огнями в непроглядной, точно чернила, ночной тьме. По сравнению с ним висящий прямо над головой полумесяц казался совсем бледным.

Небосвод украшали созданные полубогом морей капельки дождя и снежинки. Свинстон расстарался, чтобы сделать вечеринку Акселя еще более грандиозной.

Передернув плечами, я выбросила водоплавающего парня из головы. Ни за что не позволю мыслям о нем испортить первое в моей жизни увеселительное мероприятие. После того, как выпью и потанцую, мне придется питаться и от Акселя, и от Гектора.

От предвкушения кровь закипела в жилах, сердце возликовало.

Я поспешила ко входу в здание вместе с Еленой и Нэтом. Они были так же взволнованы, как и я.

Нэт надел рубашку и элегантные брюки, а на Елене было ниспадающее до земли платье русалки. Выглядела она очаровательно. Сама я выбрала наряд, оставляющий открытым одно плечо и с разрезами вдоль бедер. Светло-зеленый цвет ткани выгодно оттенял зелень моих глаз.

Платье подарил Гектор. Этот парень серьезно отнесся к идее обеспечить меня всем необходимым. В каждом его доме появился целый гардероб и другие необходимые мне вещи, на случай если я останусь у него.

Мои щеки порозовели от соблазнительной мысли провести с ним ночь, ласкать его и проснуться утром, лежа головой на его голой груди.

Доносящаяся из окон метал-музыка и изысканный смех выдернули из мира фантазий, вернув к вечеринке, которая, очевидно, была в самом разгаре.

– Разве в приглашении не значилось, что начало в девять вечера? – удивилась я.

– Чего ты ожидала, Мэриголд? – возразил Нэт. – На тусовку полубогов все постарались прибыть заранее. Ну а ты настояла на получасовом опоздании, якобы чтобы показать свою незаинтересованность, хотя мы с Еленой умоляли собраться и пойти пораньше.

Я махнула рукой, чтобы скрыть сожаление.

– Ладно уж, мы тут. Выпивки будет вдоволь – в этом на Акселя можно положиться. Он не ударит в грязь лицом и не допустит, чтобы кому-то из гостей не хватило еды или напитков, потому что после Свинстона он самый тщеславный из полубогов.

Елена рассмеялась.

– Окей, – подхватил Нэт. – В курсе ли ты, что на подобных сборищах обычно развлекаются магической игрой с выпивкой? Проигравшему надлежит раздеться. Парням нравится смотреть, как девушки расстегивают лифчики и стягивают трусики.

– Что? – взвизгнула я. – Придурки нарочно это затеяли, чтобы поглазеть на голых женщин.

Меня подобный расклад определенно не устраивает. Я бы прекратила это шоу до того, как оно успело начаться, и высказала бы кузенам все, что о них думаю.

– Сами полубоги не оголяются, так как это ниже их достоинства – по крайней мере, так они говорят, – пояснил Нэт. – Судя по тому, что я слышал, они никогда не устраивали вечеринок, поскольку им претит идея кого-то развлекать. Они и в Академии не жили до твоего появления. Держу пари, что полубог Аксель сделал все это специально для тебя. Возможно, он в самом деле ухаживает за тобой.

Двое дежуривших у входа Доминионов кивнули мне, и один распахнул перед нами дверь. Им не требовалось проверять наши приглашения, поскольку к этому моменту все знали меня в лицо.

Елена плавно проскользнула внутрь, и я, тоже облаченная в платье, хотела было последовать ее примеру, но туфли на шпильке сильно осложняли мне жизнь. Нэт шагал рядом с Еленой. Поскольку он парень, ему не требовалось следить за походкой или что-то из себя изображать.

На нас обрушилась оглушительная музыка.

На первом этаже яблоку негде было упасть, но большинство лиц оказались мне незнакомы. Повсюду толпились студенты с бокалами шампанского или вина в руках, в основном четверокурсники. Они болтали и смеялись.

Пробираясь сквозь толпу, мы миновали зону отдыха и барную стойку, направляясь к VIP-табличке со стрелкой, указывающей вверх по лестнице.

– Похоже, первый этаж для всех, – прокричал Нэт, повышая голос, чтобы его было слышно в барабанном ритме живой музыки, – а крыша только для почетных гостей. Логично.

На крыше имелись небольшой сад и бассейн – тот самый, в который Зак перенес меня, чтобы я напиталась от него через спаривание. И там же он впоследствии дрался с разъяренным Акселем.

Держу пари, их прислужники в мгновение ока устранили все повреждения.

Мы поспешили к фойе, где находилась лестница. Я заметила Мари и нескольких солдат Доминиона в форме, стоявших у подножия мраморных ступеней. Они проверяли приглашения и почти всех разворачивали.

– Вас нет в списке VIP-гостей! – гаркнула Мари нескольким особо настойчивым любителям вечеринок. – Даже не пытайся, – прошипела она парню, который хотел добиться своего, заигрывая с ней. – Не такой уж ты и милый.

Я усмехнулась. Похоже, мой настрой каким-то образом передался и ей.

Мы с Нэтом и Еленой направились прямиком к лестнице. Судя по виду, мои друзья нервничали и даже замедлили шаг, очевидно, боясь, что Мари с Доминионами и их остановят.

Саму меня куда больше беспокоила кажущаяся бесконечной винтовая лестница.

– Черт, – простонала я. – Неужели придется подниматься по этим ступеням?

Лифты полубоги не жалуют. Им-то все нипочем, они с легкостью телепортируются и не имеют привычки заботиться о чужом удобстве. А мне расплачиваться, ведь сама я в защищенном магическими заслонами здании подобным способом перемещения воспользоваться не могу.

Резко захотелось биться головой о стену, нахлынули сожаления о том, что выбрала туфли на шпильке высотой не меньше шести дюймов^[1]. Но они выглядели так шикарно, а мне хотелось произвести впечатление на своих полубогов, которые ухаживали за мной с неиссякаемым энтузиазмом. Самое меньшее, что я могла сделать в ответ, – это красиво выглядеть.

Но рисковать здоровьем, карабкаясь в этих туфлях по такой лестнице?

– Ребята, давайте останемся на первом этаже, а? – предложила я.

Здесь определенно есть чем заняться. В какой-то момент полубоги все равно спустятся, и тогда я к ним присоединюсь.

– Ни за что, – яростно запротестовала Елена. – Пойдем наверх!

Я бросила на нее удивленный взгляд. Моя птичка никогда раньше не выдвигала требований.

– Хочу, чтобы со мной хоть раз в жизни обращались как с VIP-персоной, – пояснила она. – Раз наконец-то появилась такая возможность, я не собираюсь ее упускать.

– Ладно, но сначала давай возьмем бесплатной выпивки, – предложила я, довольная своей сообразительностью. – Мне надо набраться смелости, чтобы подняться по этой ужасной лестнице.

– В VIP-баре напитки будут вкуснее, – подхватил Нэт, решивший поддержать Елену.

– Хорошо, уговорили, – сдаваясь, вздохнула я.

Мне было интересно, уловят ли мои вкусовые рецепторы разницу, ведь я выросла на суровых улицах и никогда в жизни не пробовала ничего изысканного.

Я повела друзей к маячившим у подножия лестницы Доминионам.

– Привет, Мари. Привет, ребята, – поздоровалась я, одарив их улыбкой. Взмахнув рукой, показала, что я с друзьями. – Мы почетные гости.

Елена и Нэт выпрямились, словно для того, чтобы считаться VIP-персонами, требовалась хорошая осанка.

– Наконец-то объявились, – фыркнула Мари. – Я сообщила их высочествам полубогам, что твое высочество изволило прибыть. Помешкали бы еще минут пять, и за вами выслали бы целый легион. Ты просила дать тебе место для маневра, и полубоги уважили твою просьбу, но всему есть пределы. Не забывай, девочка, с кем имеешь дело.

Я выгнула бровь.

– Хоть они и полубоги, в них присутствует толика человечности. Могу привести пример.

– Иди уже, Мэриголд, – вздохнула Мари, потирая пальцами виски. – Все знают, что вечеринка устроена специально для тебя. Так что, будь добра, не создавай мне дополнительную головную боль. Пусть сегодня все пройдет как по маслу.

Я недоуменно моргнула.

– Я ничего не сделала. Как я могу испортить вечеринку? К тому же я обожаю тусоваться.

– Зная тебя, не сомневаюсь, что ты все пустишь под откос, – объявила Мари. – К твоему сведению, твои друзья-перевертыши и ведьмы уже прибыли в полном составе и в настоящее время развлекаются на крыше. Второй, третий и четвертый этажи, разумеется, под запретом для всех, кроме тебя и тех, кого ты приведешь с собой.

Аксель занимал второй этаж, Зак – третий, а Пакстон – четвертый. Первый предназначался для Гектора, но он предпочитал домик в лесу на окраине кампуса.

– Прихватить с собой посторонних? – ухмыльнулась я. – Я не такая извращенка, какой ты меня считаешь.

Мари покачала головой.

– Когда-нибудь ты начнешь относиться ко всему серьезно.

– Я и сейчас отношусь ко всему очень серьезно, – заверила я.

Мари окинула взглядом мое платье.

– Держу пари, на этот раз ты в трусиках. Надеюсь, во всяком случае.

– Это мой профессиональный секрет, – фыркнула я и, ступив на лестницу, внезапно ощутила некое дурное предчувствие, завывающее в голове подобно сирене.

Я шагнула обратно в бурлящую на первом этаже вечеринку.

Что-то не так. Что-то требует моего абсолютного внимания и тщательного расследования. Где-то рядом находится могущественная сила, не похожая ни на что, с чем мне когда-либо доводилось сталкиваться.

Прислушавшись к своим магическим чувствам, я обнаружила пульсирующий источник в противоположном конце переполненного зала.

Кровь отхлынула лица.

Среди тусовщиков, трущихся друг о друга бедрами на танцполе, особенно выделялась одна горячая парочка.

Аксель и Деметра.

Глава 16

Полубог войны обнимался с Деметрой: его руки лежали на ее стройных бедрах, а она терлась задом о его пах. Потолочные лампы то высвечивали их страстно сплетенные тела, то прятали в тени. В янтарных глазах Акселя отражалась густая как патока похоть, придающая ему хищный вид. Услышав чувственный стон Деметры, он мрачно рассмеялся.

Когда они закружились и партнерша повернула голову, я увидела, что это вовсе не Одна Восьмая, хотя та отдала бы все на свете за такую возможность. Партнершей полубога войны оказалась Бритни – подружка и наперсница Деметры. Две сучки очень похожи, с одинаковыми светлыми волосами и надменным видом.

– Что случилось, Мэриголд? – обеспокоенно спросила Елена.

Я резко зыркнула на подругу. Мою веселость как рукой сняло. Если бы она присмотрелась повнимательнее, то увидела бы, что мой взгляд стал острым, как лезвие клинка.

– Вы, ребята, идите на крышу и передайте Гектору, что я скоро к нему присоединюсь, – на случай, если он будет меня искать, – тихо сказала я.

Я не собиралась портить друзьям вечер только потому, что мой разлетелся вдребезги. Они так радовались представившейся возможности. Елена битых три часа возводила на голове замысловатую прическу, а потом еще час потратила на мой макияж, пока я не объявила, что с меня достаточно.

– Я увидела знакомого, – пояснила я. – Хочу подойти поздороваться.

Ничего хорошего изменнику не светит. Я испытывала горячее желание загнать каблук-шпильку прямиком ему в задницу и, как следует вмазав коленом, отбить все желание.

– Идите развлекайтесь, – велела я Нэту и Елене.

Незачем им становиться свидетелями моей злости или, хуже того, готовых вот-вот пролиться слез.

Стоило мне признать Акселя своим, как он подло предал меня на глазах у всех. Следовало прислушаться к предостережению Елены о полубогах. Я-то полагала, что среди них есть только одна паршивая овца. На деле, возможно, все четверо насквозь гнилые, даже Гектор. Просто мне пока не довелось увидеть их темных сторон.

Разве Гектор не провернул коварный трюк, чтобы прилюдно заявить о своих правах на меня в зале Бриджуотер?

Страсть к полубогам ослепила меня, так называемые «ухаживания» вскружили голову.

– Я вас скоро догоню, – с вымученной улыбкой быстро добавила я. – Если ввяжетесь в игры на раздевание, постарайтесь не проиграть без меня.

Вот и все, что мне удалось из себя выдавить. Я уже разваливалась на куски.

После того как друзья с энтузиазмом бросились наверх и исчезли из виду, я приподняла подол юбки. К черту изящное скольжение, я промарширую к Акселю и его шлюхе, показав тем самым, что вышла на тропу войны.

Плевать, что устрою сцену. В отместку за то, что он разбил мне сердце, я готова в пух и прах разнести его тусовку. Я не из тех, кто молча проглотит выбитые окровавленные зубы. Если я упаду, то упаду громко и потяну за собой тех, кто меня обидел.

Аксель не заметил моего приближения, зато Бритни увидела и одарила злорадной улыбкой. Аксель крутанул ее, обхватив рукой за талию и сжав задницу. Прежде чем я успела сделать еще один шаг к ним, танец завершился, и Аксель повел Бритни к выходу. Должно быть, в поисках укромного местечка, чтобы заняться своим грязным делом.

От ярости кровь вскипела у меня в жилах. Полубогу войны не поздоровится, если я застану его трахающим другую женщину.

Двигаясь с невероятным проворством, пара скрылась из виду, словно растворившись в закате.

Вот черт! Я их больше не вижу.

Быстро скинув туфли, я подняла их с пола и бросилась в погоню.

– Мэриголд, куда ты? – услышала я окрик Мари, но не удостоила ее вниманием.

Передо мной стояла конкретная задача: поймать обманщика-полубога, предать огласке его измену и с остервенением пронзать шпилькой его яйца снова и снова... Я больше не жалела, что надела эту ужасную обувь. Все происходит по какой-то причине, даже выбор туфель на высоком каблуке.

Сжав кулаки, я выскочила на улицу босиком и огляделась по сторонам.

Предатели скрылись за невысоким зданием, увитым плющом и сиренью. Я поспешила за ними и тоже завернула за угол, двигаясь бесшумно, быстро и ловко. Вот где пригодился мой многолетний охотничий опыт! Только на сей раз я выслеживала не дичь, а обманщика.

Их след исчез, затем появился вновь на извилистой тропинке в тени кустов и апельсиновых деревьев. Они что же, ради острых ощущений собираются совокупляться на открытом пространстве?

Мои ноздри раздулись, в венах с новой силой забурлил гнев. Я пошла по той же узкой тропинке, что и они, практически повиснув у них на хвосте. Ветер доносил до меня их смешки.

– Ты заставляешь меня дрожать от желания, полубог Аксель, – гортанно промурлыкала Бритни.

Вот шлюха!

В какой-то момент я осознала, что шум вечеринки, музыка и голоса сделались приглушенными. Значит, я удалилась на значительное расстояние.

Пара вела меня к южному берегу пруда, где я однажды посетила обитающего внутри дерева элементаля и имела с ним непродолжительный, но весьма загадочный и будоражащий разговор.

Вокруг меня пульсировала магия, темная, густая, мутная и мощная, а в голове адски громко зазвенел сигнал тревоги.

Ловушка!

Охвативший меня страх притупил слепую ярость, постепенно вернулась способность трезво мыслить. Нахлынуло холодное осознание, что я преследую вовсе не Акселя, а кого-то другого, присвоившего себе его лицо. У них разные сигнатуры силы, но одинаковый уровень мощи – девятый.

Выходит, в засаду меня заманил принц демонов.

Который вдобавок привел с собой целую команду могущественных магов. Вопрос в том, как им удалось прорвать защитный заслон вокруг Академии?

– Привет, Мэриголд, – промурлыкал низкий мрачный мужской голос.

В поле зрения появился Аксель, до сих пор обнимающий Бритни за талию. Ужас и лед сковали кровь в моих жилах. Метнув свои шпильки в лже-Акселя, я бросилась бежать.

Но далеко уйти не удалось. Я врезалась лицом в невидимую стену. В воздухе закружились источающие смрад темные заклинания, многократно усиливающие пленившую меня черную сферу.

Призвав свой огонь, я метнула его в барьер. У меня имелась одна неотложная цель – любой ценой вернуться домой. Однако преграда не рухнула под моим натиском.

Холодный пот пропитал мои подмышки.

Из-под сени деревьев выскочили и набросились на меня с десяток магов в плащах, дружно направив на меня свои палочки.

– Перестань изображать из себя полубога, придурок! – крикнула я принцу демонов. Затем, ткнув двумя пальцами в сторону Бритни, добавила: – Ты хоть понимаешь, с кем связалась, дурочка? Тебе достался не полубог войны, но исчадие Ада.

Принц демонов оттолкнул свою спутницу, больше не нуждаясь в ней. Ударившись лицом о ствол дерева, Бритни вскрикнула от боли. Не будь она потомком олимпийцев, сломала бы себе и нос, и ребра.

– Позаботьтесь об этом мусоре, – отдал жестокое распоряжение принц демонов, прежде чем с кривой улыбкой повернуться ко мне: – Итак, ты знаешь, кто я.

Лицо Акселя растаяло, и передо мной во всем своем великолепии предстал принц демонов.

В отличие от своих собратьев у него не было рогов и когтей. Он не имел при себе оружия и не носил чешуйчатую броню, которую чертовски трудно пробить, но все равно оставался самым опасным врагом из всех, кого я встречала.

Благодаря своим врожденным знаниям я понимала, что он может с легкостью призвать рога и клыки, если захочет. Демоны принимают всевозможные личины. Те, у которых человекоподобные тела, являются потомками всевластных падших ангелов и отличаются особой жестокостью, могуществом и беспощадностью.

Уровень силы этого темного принца всего на ступень ниже Люцифера. Вероятно, именно поэтому он и смог проникнуть за стены Академии, в самое сердце владений полубогов. Его пешки, мощные маги, вероятно, помогли ему разрушить чары.

Он принял облик Акселя и обманул меня, воспользовавшись моей слепой ревнивой яростью. Принц демонов способен менять облик по своему желанию, но теперь показал истинное лицо. Я разгадала его намерение – он хотел, чтобы я увидела его самого.

Одетый в белую рубашку и темные джинсы, он вписался бы в любую обстановку и любое человеческое общество. Люди приняли бы его за богатого скучающего сердцееда, и никто не признал бы в нем похитителя душ и воплощение самых страшных ночных кошмаров.

Его лицо совершенно, точно у изваянного из темного золота ангела. Вот только материал поставлялся из Ада. Его длинные черные брови остры, а непостижимые бездонные глаза заключают в себе бесконечную тьму, рожденную, чтобы поглотить свет.

При всем при этом он был самым чувственным мужчиной из всех встреченных мной, самим воплощением соблазна, который он самолично создал и переписал. Когда он шевелил губами, ни одна женщина не могла перед ним устоять.

Но я не обычная женщина, и близко нет.

Вопреки его ожиданиям, похоть во мне не взыграла. Наоборот, меня охватило ледяное отвращение.

– Я знаю, кто ты, – объявила я. – Правда, не по имени.

Зато принцу демонов известно мое имя. Чтобы заполучить меня, он приложил немало усилий и прорвал защиту Академии, чего прежде не удавалось сделать ни одному из его сородичей. Он даже привлек дурочку Бритни, чтобы она помогла ему заманить меня сюда.

В своей глупой ревности я отбросила предосторожности и разумные доводы. Не потрудилась отличить силовую сигнатуру принца демонов от сигнатуры Акселя, когда впервые почувствовала чье-то могущественное присутствие.

Должно быть, меня сдал сбежавший от нас с Гектором капитан демонов, сообщив своему «великому мастеру» – принцу демонов то есть, – что я и есть Потерянная.

И я угодила в ловушку, как муха в паутину. Но теперь намерена вести себя по-другому.

Украдкой я послала свой невидимый магический огонь ощупать границы барьера, чтобы выявить его слабые места, найти трещину и вырваться на свободу.

– Ты настоящая зажигалка! – хрипло рассмеялся принц демонов. – Мне это нравится. Именно такая, как я и ожидал. Не слабачка. Чтобы избавить тебя от хлопот, предлагаю перестать расплетать мои заклинания, которые разработаны специально, чтобы выдержать любой огонь потомка любых инопланетных богов.

Мой магический разведчик вернулся ко мне. Принц демонов не лгал: сфера в самом деле образована сложными темными заклинаниями и магией Ада. Грубой силой ее не разрушить и пламенем не прожечь.

Отринув ставшую ненужной скрытность, я послала более сильный огонь, чтобы изучить заклинания, заточившие меня в этой черной полупрозрачной тюрьме.

Как же мне ненавистно снова оказаться в клетке!

– Раз заманил меня сюда, – сказала я, глядя на своего противника, – значит, тебе что-то от меня нужно. Давай же, веди себя как подобает, представься!

Он рассмеялся.

– Другие трепещут в моем присутствии, а твои колени даже не дрогнули.

Как и в присутствии полубогов.

– Трястись от страха, чтобы потешить твое самолюбие, – это не про меня. И вообще, я никто и звать меня никак. Какая тебе выгода от того, что завлек меня сюда?

– Ну-ну, кузина, не принижай себя, – прицокнул он языком.

Смеясь, я не оставляла попыток распутать его заклинания. Разрушить их грубой силой не получалось, но если бы удалось выяснить, каким образом сотканы его темные чары, то, возможно, я пробила бы брешь в сфере. В познании всего магического я новичок, но обладаю мощными врожденными способностями, хоть и не знаю, как ими управлять.

– Как ты меня только что назвал? – переспросила я, разом посерьезнев. – Я не принцесса демонов. Твой капитан дал тебе ложную информацию, чтобы получить повышение. – Я заметила, что в его обсидиановых глазах промелькнуло недоумение. – Я не какая-то там чертова Потерянная, поскольку никогда не терялась. Более того, я ношу на коже знаки богов. Так что сделай одолжение, забирай своих пешек и проваливай из Академии, пока можешь.

Принц демонов рассмеялся в ответ.

– А ты юмористка, как я погляжу. Мне понравится твое общество. Зато Девятый круг Ада, напротив, наскучил. Божественное наследие – лишь половина твоей сущности. Вторая половина имеет ту же кровь, что и я, и не менее могущественна. Кстати, можешь называть меня Локи.

Он замолчал и втянул ноздрями воздух. Я уже говорила, как ненавижу, когда кто-то меня обнюхивает, ведь ничего хорошего из этого никогда не выходит?

– От тебя пахнет мрачно и божественно, моя кузина-полукровка, – удовлетворенно вздохнул он.

– Вытащи голову из своей демонической задницы, – усмехнулась я, хотя горло так сжалось и пересохло, что грозило перекрыть дыхательные пути – признак холодной паники. – Во-первых, никакая я тебе не кузина. Повторяю, я не чертова Потерянная принцесса, и текущая в моих жилах кровь так же далека от твоей, как Земля от солнца другой галактики. Я не мерзкий демон.

– Красивая метафора, – сказал Локи, игнорируя мое оскорбление. – Только три высших существа могут почувствовать эту часть твоего наследия – ту, что у нас с тобой общая. Одна из этих троих – Лилит – сестра и жена Люцифера – и твоя мать. И, конечно, сам Люцифер, мой отец, способен учуять твою скрытую силу за много миль.

– Заткнись, лживый сукин сын! – зарычала я.

Откровение потрясло меня до глубины души, заставив каждую клеточку тела содрогнуться от холодного ужаса. Мне очень не хотелось, чтобы кто-то еще услышал эту мрачную новость. Пусть это и ложное обвинение от принца Лжи, любой потомок олимпийцев все равно прикончит меня как бешеное животное, если поверит его выдумкам.

Мой взгляд в панике метнулся к испуганной Бритни, которая безумно таращила глаза, находясь под прицелом ножа темного мага. У меня возникло дурное предчувствие, что, освободившись, она отправится прямиком к полубогам, чтобы настучать о моем «истинном происхождении» и разнести эту сплетню с той скоростью, с какой сможет шлепать губами.

Даже полубоги не оставят меня в живых, если уверятся, что во мне течет кровь демонов, несмотря на все их высокопарные заявления о том, что я их единственная истинная пара.

«Никакая я не Потерянная принцесса демонов, – мысленно взвыла я. – Я не адское отродье».

– Могу доказать тебе это, кузина, – протянул Локи с садистской улыбкой, заметив опустошенное выражение моего лица. – Но, вероятно, не здесь. У нас мало времени.

У меня перехватило дыхание, жилы сковали паника и ужас. Он собирается забрать меня с собой! С возрастающим отчаянием я обрушила огонь на стенку сферы.

– Я проявил любезность, поскольку ты потребовала подобающего случаю представления, – продолжил он. – Возможно, тебе будет нелегко принять новую истину, но твоя жизнь изменится, обещаю. Я верну тебя домой, где тебе самое место, принцесса Селеста.

– Нет, – запротестовала я.

Никому не позволю тащить меня неведомо куда против моей воли. Не дам ему забрать меня. Я не чертова пленница!

Я сломаю эту клетку или умру, ни секунды не оставляя попыток.

Сосредоточившись, я призвала всю имеющуюся в моем распоряжении мощь и направила на сдерживающую меня преграду.

– Ты не заберешь то, что принадлежит мне! – услышала я чей-то рев, заставивший задрожать деревья, кусты и тени.

На пути принца демонов встал полубог морей, обрушивший на Локи и его темных магов мощные волны и копья льда. В то же самое время к Пакстону устремился адский огонь Локи, выглядевший точь-в-точь как мой. Он был черным, ужасающим и невероятно могущественным, словно взорвавшаяся темная звезда, обрушившая на Землю огненный дождь.

Судя по всему, между наследником Люцифера и мной действительно имеется связь, сколь бы яростно я ни отрицала ее существование. У меня внутри все сжалось от дурного предчувствия, желудок затопил холодный ужас. Вот почему древний элементаль предупреждал меня никогда не использовать адский огонь!

Локи заявился сюда не потому, что капитан демонов вернулся к своему хозяину и сдал меня. Когда я пыталась сжечь Пакстона своим пламенем, то послала сигнал прямиком в Ад. И призвала Локи.

Адский огонь был королевской сигнатурой дома Люцифера.

Натужно сглотнув, я стала наблюдать за разворачивающимся у меня на глазах столкновением сил Ада и Рая.

Глава 17

Все то время, что я следовала за фальшивым Акселем, одержимая идеей вонзить каблук в его предательский зад, полубог морей шел за мной. Он слышал красноречивую прелюдию Локи и, вероятно, поверил, что я та, кем меня считает принц демонов, учитывая, что сам Пакстон моим ярым поклонником не являлся. Еще одним убедительным доказательством был адский огонь, который только что продемонстрировал наследник Люцифера.

Против самого Пакстона я использовала то же оружие.

На пелену адского пламени хлынул холодный поток со шквалистым ветром, от мощного электрического соударения раздалось шипение. В воздухе разлился резкий запах серы и морской воды.

Маги выставили собственные щиты, чтобы отразить натиск ледяных копий полубога морей. Трое из них, чья защита была послабее, упали, пронзенные насквозь, остальные окружили Пакстона, осыпая его всевозможными мерзкими заклинаниями.

Других солдат Доминиона поблизости не оказалось, что весьма необычно. Может быть, маги убили патрулирующих стражников и наложили защитные заклинания, чтобы сделать эту область нулевой зоной, гасящей звуки битвы для посторонних ушей?

Я способна различать уровень магии и силы, но не имею нюха на распознавание заклинаний. Директриса фон Руш включила заклинания и зелья в мой учебный план, но у меня не было возможности присутствовать на этих занятиях.

Прикрывая себе спину щитом, от которого валил морозный пар, Пакстон пробирался сквозь ударную волну, вызванную столкновением его силы с силой Локи. Его длинный серебряный меч метнулся к шее противника, но был встречен ответной мощью. В руках Локи возникли два зловещего вида топора и вонзились в клинок полубога.

На первый взгляд силы противоборствующих сторон казались равными. Некоторое время полубог морей и принц демонов удерживали позиции, прежде чем развернуться вокруг скрещенного оружия в попытке отыскать уязвимые места оппонента. Они одновременно отпрянули друг от друга, но в следующую наносекунду принялись пинаться ногами.

– Как ты попал в Академию, демон? – требовательно спросил Пакстон.

– Ваши слабенькие щиты – ничто для меня, полубог, – насмешливо отозвался Локи.

Они снова накинулись друг на друга, точно два бульдога.

Их поединок стал более сложным и жестоким, они слились в вихре движений, лишь сверкали в лунном свете меч и топоры. Когда они отскочили в разные стороны, из правого плеча и левого бедра Пакстона лилась красная кровь, а из боков Локи – черная.

Я впервые видела, как Пакстон сражается с настоящим врагом. Несмотря на всю свою ненависть к нему, должна признать, что наблюдать за ним очень увлекательно. Он блестяще владеет мечом. Охваченный отчаянием, Пакстон рвался ко мне, рубя и кромсая всех, кто стоял между нами.

– Отвлеки полубога, пока я схвачу девчонку, – рявкнул Локи на демоническом языке, который я поняла вплоть до последнего слога.

Снова и снова посылая свое радужное пламя на сферу, я чувствовала, как она слабеет под моим отчаянным натиском. Мне требуется еще немного времени.

Которого в моем распоряжении, возможно, и нет.

Маги яростно осыпали Пакстона огнем, взрывами и прочей гадостью из своего арсенала, тесня его назад. Локи вырвался из схватки и бросился ко мне. Пленившая меня сфера с готовностью распахнулась перед ним. Как только он меня схватит, сможет телепортироваться прямиком в Ад.

Этого я ему сделать не позволю.

Взревев, я призвала свою магию, требуя полного подчинения, и она забурлила у меня под кожей, а по венам разлился холод пополам с жаром.

Я высвободила весь свой разноцветный огонь – адский и небесный, возможно, доставшийся мне от титана, – и с его помощью пробила брешь в барьере.

Когда пузырь вокруг меня лопнул, Локи на дюйм не дотянулся до моей руки. Округлив свои угольно-черные глаза, он смотрел на то, что я учинила.

– Живое пламя, – пробормотал он на древнем демоническом языке, – это действительно ты, Селеста.

Я снова поняла сказанное им – как и тот факт, что это стародавний диалект, известный только демонам королевских кровей. В голове вспыхнул обрывок воспоминаний, в котором я говорила на нем в детстве.

Осознание пронзило меня холодом, накрыло тревогой.

Пакстон взревел и, исторгнув новую энергетическую волну, расшвырял половину атаковавших его магов, разорвав их на куски, так что во все стороны брызнули окровавленные ошметки человеческих тел. После чего рванулся к Локи и встал между мной и принцем демонов.

Раздались крики бегущих к нам стражей Доминиона.

– Назад! – велел Локи.

Воздух истончился, завихрился и затрещал, и открылся портал, в котором виднелись зазубренные черные горы, извергающие лаву. Шагнув в него, Локи задержался на мгновение, ожидая, пока четверо выживших темных магов поспешно минуют врата, и протянул мне руку.

– Пойдем со мной, Селеста, – обратился он ко мне на древнем языке. – Полубог узнал, кто ты, поэтому ты не будешь в безопасности ни в Академии, ни где-либо еще в их царстве. Они не просто убьют тебя, но сделают кое-что похуже. Даже если полубоги на какое-то время и оставят тебя в живых, бог войны Арес никогда не смирится с твоим существованием. Вздохнуть свободно ты сможешь только среди себе подобных. Идем, кузина.

– Не делай этого, Мэриголд! – предупредил Пакстон.

Едва ли он понял, что сказал Локи – я не уверена, обучены ли полубоги древнему демоническому языку, который являлся привилегией королевской семьи Ада, – но он видел, как наследник дьявола приглашающе протянул мне руку, и верно истолковал этот жест.

Полубог морей обрушил на Локи шквал ледяных копий, на что темный принц ответил своим адским огнем. Две противоборствующие силы нейтрализовали друг друга, вспоров ткань мироздания.

Пакстон окружил меня морозными стенами, не давая возможности вложить свою ладонь в ладонь наследника Люцифера.

От притяжения Ада глубоко внутри меня затрепетала некая необъяснимая потребность, побуждающая войти в это измерение. Но я точно знала, для чего понадобилась Локи – в качестве могущественной пешки, оружия, спутницы и, возможно, подопытной свинки.

Я не настолько отчаянная или безумная, чтобы отправиться с ним.

– Нет, спасибо, чувак. Мне это неинтересно, – суровым тоном объявила я. – И не возвращайся за мной.

Услышав мой отказ, Локи скривился от ярости, и из его безжалостных глаз повалила клубящаяся тьма. Удостоверившись, что я та, кто ему нужен, он отныне не оставит меня в покое. Он вернется за мной – и приведет армию Ада или кого похуже.

Я содрогнулась, чувствуя, как черный страх пропитывает каждую клеточку моего тела, а холод терзает душу. Солдаты Доминиона почти добежали до нас.

– Еще увидимся, принцесса, – сказал Локи и, бросив на меня прощальный взгляд, мрачно ухмыльнулся, обещая тем самым, что получит желаемое. Он шагнул вперед.

Портал замерцал и закрылся за ним.

Глава 18

Полубог морей смотрел на меня, и я глядела в ответ с непроницаемым выражением лица. До сих пор я не замечала, насколько тяжело он ранен. Кровь Локи смешалась с его собственной, пропитала рубашку и испачкала кожу.

Я же сейчас могла думать только о том, что, зная о моем происхождении, он представляет для меня большую угрозу, чем отпрыск владыки Ада.

Могу вообразить, как нелепо прозвучало бы мое заявление, вздумай я заявить что-то вроде: «Эй, Свинстон, ты слышал, что сказал обо мне принц демонов? Совсем он чокнутый, правда?»

Когда все успело настолько выйти из-под контроля? Угораздило же именно моего заклятого врага раскрыть мое происхождение!

От осознания того, что мне по силам устранить эту угрозу, мои глаза вспыхнули зловещим светом. Если я нанесу удар полубогу морей прямо сейчас, когда он наиболее уязвим, он не выстоит против меня. Воспользовавшись своим адским и небесным огнями, я испепелила бы его до того, как кто-нибудь успеет добраться до места происшествия. А вину возложила бы на наследника Люцифера и темных магов.

На ладонях еще теплилось живое пламя. Оно откликнется на зов, не подведет. Таким образом я сохраню свой грязный секрет и останусь с остальными полубогами, на некоторое время продлив свое счастье.

Встретившись взглядом с Пакстоном, я с удивлением обнаружила, что его фиолетовые глаза впервые уязвимы и открыты для меня. Он понял, что я задумала. Почувствовал желание убить его.

Но не намеревался пошевелить и пальцем, чтобы защититься. Если не ошибаюсь, выражение его лица говорило, что он заслужил это и даже больше.

Я шагнула к нему, подняв ладони. Вокруг них закружились огненные столбы, напряженные, как готовый хлестнуть железный кнут.

В следующий миг на меня холодным дождем обрушился обжигающий стыд, а внутренности пронзила острая боль. Как я докатилась до мысли о том, чтобы стереть моего бессмертного врага с лица земли?

Прежняя Мэриголд была кем угодно, только не хладнокровной убийцей. Она закалывала врагов ударами в спину, поскольку не пренебрегала нечестными приемами, но не являлась бессердечной стервой.

Что же случилось с новой версией Мэриголд?

Какая таящаяся во мне злая тьма подговорила замыслить убийство полубога, вставшего на мою защиту? Винить ли в этом текущую в моих жилах демоническую кровь, если, конечно, сказанное Локи правдиво?

С другой стороны, как мне избавиться от постоянного страха за свою жизнь в царстве полубогов теперь, когда Пакстон узнал тайну моего происхождения? Выходит, отныне моя судьба в его руках.

Я сглотнула, не в силах решить, что делать дальше. Выступивший на коже холодный пот пропитал мое нарядное платье.

Лежащее на земле тело застонало и зашевелилось, и мы с Пакстоном дружно перевели взгляды, уловив внезапное движение.

Бритни медленно села, глядя на меня безумными, исполненными ненависти и страха глазами. В следующее мгновение она заметила полубога морей, и ее злобное лицо озарилось победной улыбкой. Решила, наверное, что нашла благодарного слушателя, которому сейчас же меня и сдаст. Откуда ей знать, что, пока она валялась в отключке, мой маленький грязный секрет стал известен Пакстону без ее помощи?

– Почтенный полубог морей, – начала она, – должна сообщить вам...

Тут раздался хруст сломанной шеи, и Бритни упала замертво.

Я подняла обвиняющий взгляд на Пакстона, и он выдержал его не мигая. В его фиолетовых глазах не отразилось ни капли раскаяния за хладнокровное убийство первокурсницы.

– Я получил доступ к ее куриным мозгам, – негромко пояснил Пакстон. – Она предала тебя, сдав демонам, надеясь тем самым устранить соперницу. Малейшая угроза тебе должна быть ликвидирована. Любого, кто представляет для тебя опасность, нельзя оставлять в живых.

Выходит, он убил ее, чтобы защитить меня и мою тайну?

– А что насчет тебя? – резко спросила я, окинув его недоверчивым взглядом. Меня окутал пробирающий до костей холод, подобный безбрежному ледяному туману.

– Обо мне тебе следует беспокоиться в последнюю очередь, Лютик, – сказал он. – Не вздумай никому и словом обмолвиться о том, что здесь произошло на самом деле, включая своего обожаемого Гектора.

Он больше не называл меня принцессой даже в насмешку, потому что я в самом деле могла ею быть.

С боевыми криками и оружием на изготовку до нас наконец добрались дозорные Доминиона, а вслед за ними с оглушительным ревом прибыли Зак, Аксель и Гектор, пронзая воздух молниями, вихрями и тенями смерти.

Яростно сверкнув белыми зубами, полубог морей прошептал:

– Я позабочусь о тебе, Лютик. – Его слова прозвучали для меня одновременно и обещанием, и угрозой. – Нравится тебе это или нет.

Глава 19

Полубог морей

Я вел себя как мерзавец.

Жестоко ранил свою пару, потому что, будучи глупым и бессердечным по натуре, верил в варварский способ укрощения женщины, чтобы добиться от нее безоговорочного подчинения.

Я подговорил какого-то зверя из первокурсников до полусмерти избить Мэриголд, практически выдав ему разрешение на ее убийство. Когда тот закончил, на ней живого места не осталось, но она все равно поднялась и заявила: «Тебе никогда не согнуть меня. И не сломать. И уж тем более не победить. Все, что ты когда-либо получишь, – это кошмарная версия меня, придурок»^[2].

Безмерно восхищаясь ее стойкостью, в тот момент я безоговорочно влюбился в нее. И одновременно с этим понял, что потерял.

Она никогда меня не захочет.

Слишком поздно исправлять то, что я с ней сотворил.

Непросто изменить мужчину, а уж полубога и вовсе невозможно. Но я изменился. Я уже не мог быть с ней холодным и беспощадным, хотя никогда не замечал за собой мягкосердечия.

Больше всего на свете мне хотелось получить шанс на искупление, но я не имел представления, как этого добиться. Однако я учился и адаптировался и не собирался оставлять попыток, даже если на это уйдет несколько жизней.

Нельзя сдаваться.

Я пытался вовлечь Мэриголд в любой разговор или занятие, потому что боялся, что она вовсе перестанет замечать мое существование, и тогда в ее глазах я превращусь в ничто.

Однако я приводил ее в ярость всякий раз, как открывал рот. Но даже отвращение и черная ненависть ко мне в ее прекрасных зеленых глазах разжигали ледяное пламя в моей крови.

После того как я прогнал наследника Люцифера, Мэриголд нисколько не расслабилась. Наоборот, ее страх усилился, окутывая каждый дюйм ее нежной золотистой кожи, заставляя мое сердце разрываться от боли.

Тут до меня дошло, что она считает меня врагом худшим, чем демон. Она думает, что я способен причинить ей куда больше вреда, чем он, поскольку узнал тайну ее происхождения.

Мэриголд была близка к тому, чтобы шагнуть к сыну Люцифера и последовать за ним в Ад. Она стремилась ускользнуть от меня, избежать худшей участи, которая, как она предполагала, ждала ее в Академии.

Я никогда не позволю этому случиться.

Вдруг в ее глазах вспыхнул холодный, отчаянный, убийственный свет. Она задумала уничтожить меня, чтобы спасти себя до прибытия моих кузенов.

Я молча ждал, когда она осуществит свой план и сразит меня. Я не пошевелил бы и пальцем, чтобы остановить ее, поскольку в тот момент у меня не было желания продолжать свое существование, если моя собственная пара так сильно желает моей смерти.

Пусть она сожжет меня.

Я заслужил это и много больше.

Задумка убить меня ярко горела в глазах Мэриголд в течение двух ударов сердца, после чего угасла.

Мое собственное сердце разрывалось от ее недоверия ко мне, страха и пламенной ненависти. Оно ныло еще сильнее оттого, что я видел ее потерянной, стоящей в одиночестве среди теней, света и разбросанных по полю битвы трупов.

Мэриголд дрожала на ночном ветру, пропахшем кровью и остатками адской серы. Первобытный инстинкт велел мне обнять ее и защитить, но я знал, что она скорее пронзит себя ножом, чем примет подобный мой жест.

Поскольку моя пара считает меня своим худшим врагом, я не в состоянии утешить ее теперь, когда ей требуются защита и поддержка, и заверить, что со мной она в безопасности. Послание в ее опустошенных глазах громкое и ясное: она верит, что, пока мы с принцем демонов существуем, ей не суждено дышать спокойно.

Именно мне выпало узнать о ее опасном наследии. В моих руках ее тайна, но не судьба, чего она пока не уразумела. Зато я могу распорядиться собственной участью.

Мне подарили второй шанс с ней, и я готов защищать Мэриголд и хранить ее секрет до последнего вздоха. До последней капли крови.

Она так и не заставила себя причинить мне вред, и во мне зародился осколок надежды, подобный последнему лучу света от умирающей звезды.

Прежде чем в Академии разразился новый ад, я прошептал ей на ухо обещание:

– Я позабочусь о тебе, Лютик, нравится тебе это или нет.

Примечания

Свыше 15 см.

См. «Магические испытания».

Мег Сюэмэй ИксАкадемия полукровок. Магический секрет