Name: Монстры с минской пропиской
Author: Анастасия Горбачёва
ISBN: 9785002812707

Анастасия Горбачёва
Монстры с минской пропиской

Третьекурсница Аня случайно устраивается на работу в ООО «Центр удивительного и диковинного», где помогают людям и нечистикам уживаться в современном Минске. Подписанный во сне трудовой договор отправляет ее вместе со вспыльчивым знатоком мифологии Артемом разбираться с кикиморами, домовым и другими необычными клиентами. Но вскоре дела оборачиваются настоящей опасностью: исчезают дети, древний колдун затевает новый ритуал, а огненный змей оказывается втянут в события, способные нарушить хрупкое равновесие двух миров. И теперь Ане с Артемом предстоит выяснить, кто стоит за происходящим, прежде чем граница между людьми и нечистью окончательно исчезнет.

Книга не пропагандирует употребление алкоголя и табака.

Употребление алкоголя и табака вредит вашему здоровью.

* * *

Дело № 1. ЦУД

Глаза болели от слепящего экрана телефона: снижение яркости на минимум не спасало, буквы расплывались в черные пятна на светлом фоне, сливаясь в темные ленты. Запястье с телефоном уже затекло и предательски ныло, намекая, что сил удерживать аппарат практически нет. Однако Аня, щурясь, настойчиво продолжала листать страницы веб-сайтов в поисках возможных вакансий. Она была на третьем курсе (почти выпускной!), ей хотелось уже найти какую-нибудь подработку (желательно по специальности). Мысль же о дополнительном доходе к имеющейся стипендии будоражила фантазию не меньше, чем возможность попробовать себя во взрослой жизни на настоящей работе. Но интернет безжалостно твердил, что так легко найти место по специальности – для студента задача почти невыполнимая, особенно если требования чуть выше, чем «готова работать за еду и без оформления».

– Не то, не то, не то... – бормотала Аня, почти уткнувшись носом в телефон.

– Эй, ты там спать сегодня собираешься? – послышалось с соседней кровати ворчание Женьки. – Хватит уже тупить в телефоне, давай отдохнем. Я не могу спокойно уснуть, пока ты там светишь своим экраном и так громко вздыхаешь. А недостаток сна – путь к плохой коже лица!

– Сейчас, еще пару минут, – рассеянно ответила Аня, не отрываясь от телефона.

– Ань, завязывай, – зевнула в ответ соседка. – Ты так просто не найдешь ничего подходящего. Поспрашивай ребят, кто уже работает, может, у них там место еще есть, или походи по консультациям, попроси взять помощником. Да и вообще, зачем тебе сейчас работа? Можно до выпуска наслаждаться студенческой жизнью – успеешь еще наработаться!

– Я так не могу, – жалобно простонала Аня. – Как-то неудобно напрашиваться, да и не знаю никого. Кто у нас работает там, или у родителей, или в шарашкиной конторе на птичьих правах сидят.

– Ань, наглость – второе счастье, слышала?

– Слышала, но с этим пока трудности.

– Ну так тебе к психологу надо тогда. А сейчас – спать!

Со скорбным вздохом Аня отложила телефон на стеллаж у изголовья кровати и улеглась поудобнее. В уставших глазах по темной комнате расплывались цветные колечки и точки. Покрутившись в поисках удобного положения на продавленном поколениями студентов матрасе, она, повернувшись на бок, затихла, обняв скомканное наподобие огромной подушки одеяло, – Морфей принял ее в свои уютные объятия, отключив поток мыслей в голове.

– Здравствуйте, Анна, присаживайтесь.

Мужчина за столом жестом указал на деревянный стул с мягким бархатным сиденьем. Незнакомец вызывал доверие и, несмотря на внешнюю солидность, костюм и седину в волосах, приятно располагал к себе, как старый добрый дядюшка. А еще он был как будто знаком, но вот откуда – Аня не могла понять.

– Здравствуйте.

Даже во сне (а это определенно был сон!) показалось невежливым промолчать в ответ на приветствие. Аня заняла предложенный стул и с интересом стала рассматривать окружающую ее обстановку: стены со светлыми бумажными обоями, деревянные стеллажи с папками, пожелтевшими местами бумагами и книгами. На деревянном подоконнике раскинулся декоративный папоротник – во всяком случае, так она предположила.

– Анна, меня зовут Петр Васильевич. Я пригласил вас сюда, чтобы предложить работу у меня в компании. Вы же искали вакансии, я прав? Понимаю ваше смущение. Но поверьте, все по-настоящему, пусть мы с вами и находимся во сне: ООО «ЦУД» существует на самом деле, так же как я и мои коллеги. Дело в том, что мне удобнее проводить встречи во снах, поскольку основная часть моих обязанностей как главы компании связана с работой со сновидениями. Мы находимся в районе Осмоловки, вы же его знаете? Желтые двухэтажные домики за оперным театром.

– Конечно, только простите, это все-таки сон.

– Сон, но кто сказал, что это не может быть по-настоящему? Работать вам придется в реальности, если вы согласитесь на мое предложение. Я уверен, что имеющаяся у нас вакансия как раз вам подходит. Мы имеем дело со, скажем так, волшебными созданиями, необычными сверхъестественными явлениями. Помогаем им вливаться в существующую реальность, разбираемся с проблемами, которые они создают. Круг вопросов, которые мы решаем, неограниченный, зато у вас будет обширный опыт работы с разными жизненными ситуациями. Тем не менее, чтобы вы не переживали, уточню, что ваша пара будет сосредоточена больше на разрешении конфликтных ситуаций. График работы гибкий – вы можете приступать к решению дел в любое удобное для вас свободное время, только уже без перегибов, в наиболее короткие сроки. Оплата труда стабильная, десятого и двадцать пятого числа каждого месяца в зависимости от количества рабочего времени за предыдущий период. Оплату можем переводить на карту либо отдавать наличными. Оформление официальное с записью в трудовую – для вас она будет «юрисконсульт», чтобы соответствовала вашей учебной специальности. Но если пожелаете, можем не оформлять вас.

– Вы сказали «пара»? И что за конфликты?

– Да, вы будете работать вместе с сотрудником, уже имеющим соответствующий опыт в делах. О, ситуации бывают разные – начиная от поиска потерянных артефактов, заканчивая разрешением споров между нечистиками, как мы их сейчас называем. К примеру, недавно ваш потенциальный коллега помогал разрешить спор двух леших, которые не могли поделить территорию парка в Чижовке. Вам, с учетом вашей специальности, также будут попадать дела с юридической составляющей.

– Мне определенно надо меньше читать фэнтези... – пробормотала Аня. Все происходящее, с одной стороны, было вполне нормально для сновидения, где может случиться что угодно, а с другой – слишком переплеталось с наболевшей проблемой поиска работы. – Ладно, хотя бы во сне пройду собеседование. Так что по ставке?

Остаток сна был посвящен обсуждению размера заработной платы («Могла бы и побольше присниться», – недовольно думала Аня), порядка оформления, необходимых документов и прочих организационных моментов. Она подписала трудовой контракт не читая, решив, что почему бы не устроиться на работу хотя бы в сновидении.

– Завтра вас будут ждать. А сейчас пора просыпаться, до свидания, Анна! – Петр Васильевич кивнул, намекая на окончание встречи, и столь яркая картинка сна расплылась и исчезла.

В комнату проникали солнечные лучи, намекая, что утро уже настало и погода обещает быть не такой мрачной, как несколько дней до этого. На соседней кровати спала Женя, почти полностью уткнувшись лицом в подушку и изредка причмокивая губами. «Наверное, пора Женьке бросать ее ПП, пока она с голодухи постельное не начала есть во сне», – подумала Аня и улыбнулась от промелькнувшего образа соседки, жующей покрывало. Удивительным образом все подробности сна остались в голове, как будто это было по-настоящему. С утра Аня потянулась за телефоном, чтобы посмотреть время и обновить соцсети, но обнаружила, что батарея разряжена. Вместо привычной новостной ленты она теперь смотрела на свое отражение в черном экране. Аня вздохнула и встала с кровати. Прогресс не настолько шагнул вперед, чтобы телефон сам себя на зарядку ставил. Найдя на полке шнур, хитро спрятавшийся за кучей конспектов, она поставила мобильный заряжаться и отправилась умываться. В блоке царила тишина: первокурсницы уже уехали на пары, девчонки постарше еще отсыпались, радуясь второй смене. Заварив себе кофе и смастерив бутерброды, Аня уселась на стул, вытянув ноги на соседний, и с наслаждением принялась за завтрак.

– Ань, твой телефон так вибрирует, что сейчас пророет ход на этаж ниже. Спать невозможно. – На кухню просунулась голова сонной Женьки.

– Прости, я не думала, что кто-то будет звонить так рано. – Аня состроила виноватые глазки и поспешила в комнату, где оставила мобильный. Там было тихо – телефон опасно болтался с краю кровати, чудом удерживаясь на проводе зарядки. Двадцать пропущенных с незнакомого номера и одна эсэмэска с него же: «Здравствуйте, Анна! Напоминаем, что ожидаем Вас в ООО “ЦУД” к 11:00 для оформления документов. Кабинет № 1».

– Да ладно... – прошептала Аня, потерев глаза и еще раз вчитываясь в текст на экране. Тот остался неизменным.

Какие бы сны ей ни снились, они никогда не воплощались в жизнь настолько явно, быстро и точно. Но этот невероятным образом просачивался в реальную жизнь через треснутый экран мобильника. Погрузившись в мысли, Аня плюхнулась на кровать, спиной на лежавшую у стенки подушку. Это было ошибкой: продавленная за время своего существования подушка сжалась и Аня с гулким звуком стукнулась затылком о холодную стенку.

– Ай! – потерла Аня ушибленное место.

– Если ты решишь самоубиваться, то, пожалуйста, не здесь. Мне твой трупик не нужен, испортишь всю ауру комнаты. Что я потом делать буду? – Вернувшаяся в комнату Женька улеглась обратно на кровать с телефоном в руках.

– Зато какие материалы у тебя будут по криминалистике – сразу автомат на экзамене получишь, – скривившись из-за ноющей головы, парировала Аня. – Мне тут такой сон странный приснился сегодня. Как будто меня на работу пригласили в офис в районе Осмоловки, а тут и правда эсэмэска с приглашением на оформление.

– Ох, Аня, пора тебе расслабиться, а то всякий бред снится. Хотя район Осмоловки – очень даже неплохой вариант: считай, центр города. Крутые сны тебе снятся, а могли бы Шабаны какие-нибудь, – хохотнула Женька, поудобнее перекрутившись на кровати и подтянув одеяло. – Кстати, ты на лекцию идешь сегодня? Если что, отметишь меня, будто я тоже была?

– Ладно, но, если придет мало человек, в огромный список, никто не поверит.

– Да брось, все будет норм. Мы уже не первый курс, нам можно и пропустить: вдруг я на работе.

Больше Аня не поднимала тему странного сна, решив, что Женька точно подумает, будто она не в себе. Благодаря раннему подъему до пар оставалось много свободного времени, а необычный сон и СМС постоянно крутились в голове. Прикинув все плюсы и минусы, она решила все-таки съездить из любопытства по назначенному адресу.

«В конце концов, вряд ли мошенники – или наркоторговцы – научились залазить в чужие сны, чтобы разводить людей. Только если, конечно, меня ничем не отравили или каким-то образом не загипнотизировали. Да нет, точно бред какой-то, такое только в фильмах бывает», – думала Аня, собираясь на назначенную встречу.

Нужный подъезд она нашла быстро, дверь была открыта. Внутри справа обнаружилась сколоченная из досок дверь с тонкой металлической ручкой и табличкой «Центр удивительного и диковинного». Несмотря на видимую дряхлость, дверь открылась легко и без скрипа, радушно приглашая внутрь. В здании было тепло и тихо, а в светлом коридоре витал еле уловимый аромат сушеных трав. Аня двинулась вперед, разглядывая кабинетные двери в поисках нужного номера. Тот обнаружился в самом конце коридора – на огромных, обитых кожей створках красовалась серебряная табличка: «Кабинет № 1. Бухгалтерия». Аня хмыкнула: шутки про важность бухгалтерии претворялись в реальность так же, как ее дивный сон.

«Наверное, даже в сказках бухгалтер – это самый значимый персонаж фирмы», – пронеслось у нее в голове.

Попасть в финансовый отдел оказалось тяжелее, чем в само здание: Ане пришлось немного напрячься, чтобы открыть огромную дверь. Сам кабинет оказался маленьким и стиснутым со всех сторон забитыми папками стеллажами. На полу также высились стопки документов. Единственное окно было заставлено разнообразными кактусами, а на широком столе громоздились органайзеры с документами, компьютер и принтер.

– Здравствуйте, мне назначено сюда к одиннадцати ноль-ноль, – вежливо обратилась Аня к сидящей за столом женщине.

Та, не поднимая густо подведенных черным карандашом глаз, неожиданно высоким голосом пропищала:

– Анна?

– Да, все верно.

– Вы опоздали.

– Простите... – Аня стушевалась, смотря, как пухлые пальцы с френчем на ногтях стучат по клавиатуре. Это напоминало клевание зерна птицами: указательные пальцы правой и левой руки по очереди поднимались и опускались на клавиши, тогда как остальные были сжаты в кулаке. – Но сейчас же только одиннадцать ноль-три...

– А я вас ждала в одиннадцать ноль-ноль. Меня зовут Галина Павловна, я главный бухгалтер. Насколько мне известно, Петр Васильевич уже с вами общался и посвятил во все детали, – все так же не отрываясь от своей работы, продолжила женщина. – В крайней папке на столе анкета и заявление, можете заполнить, пока я занята. Стул у окна, ручка на подоконнике. О, и копию контракта можете забрать себе.

Разместившись на указанном месте, Аня аккуратно вытащила ручку, лежавшую среди горшков с колючими растениями, и стала внимательно рассматривать предложенные документы: заявление о приеме на работу, анкета для личного дела, трудовой контракт, коллективный договор, трудовая инструкция. Документы вначале казались вполне себе обыкновенными. Но чем дольше и внимательнее она вчитывалась в печатные строки, тем более странным становился текст.

«Работник обязан:

2.10. Уважительно относиться к любому виду/роду принимаемых клиентов, не допускать распространения информации, порочащей клиента / третьих лиц, либо грубого общения со своей стороны с клиентами / третьими лицами в период выполнения рабочих обязанностей.

...

2.12. Сохранять конфиденциальность обстоятельств дел, причин обращения, личностей клиентов и их личной информации, полученной в ходе оказания помощи за исключением следующих ситуаций:

– согласия самого клиента или в случае, если раскрытие такой информации необходимо для оказания помощи;

– для обоснования личной защиты Работника;

Требования конфиденциальности не распространяются на право Работника консультироваться по делу с другими работниками Нанимателя, если иное не оговорено с клиентом в рамках конкретного дела.

2.13. Работнику запрещается:

– использовать полученную информацию в отношении третьих лиц в корыстных целях;

– причинять вред любого рода живому/неживому существу, за исключением случаев риска причинения вреда жизни и здоровью Работника, третьих лиц, опасности существа для человеческого/нечеловеческого рода;

– использовать найденные/полученные артефакты/зелья, обладающие магическим действием, в личных целях».

Погрузившись в изучение бумаг, Аня чуть не упала от неожиданности со стула, когда дверь резко хлопнула, впустив в кабинет взъерошенного светловолосого парня.

– Пална, я документы принес! – громко заявил он, обходя стопки с бумагами. И почти дошел до стола, но споткнулся о стул, на котором сидела Аня, и полетел прямо на пол, сбивая все разложенные по полу документы.

– А я говорила: разбери, наконец, дела, – невозмутимо ответила бухгалтер, продолжая стучать по клавишам. – Устроил бардак в кабинете, вместо того чтобы все нормально подшить и сдать.

– Да все было нормально! Пална, что ты начинаешь, я тут все разложил и подготовил. Просто эта вот расселась на весь кабинет, что не пройти, – с обидой в голосе тыкнул пальцем парень в сторону Ани.

Та от такого поворота потеряла дар речи и только возмущенно посмотрела на нахала: вот так, испугалась за парня, не ушибся ли он сильно, а ее обвинили в этом самом падении!

– Между прочим, «эта», как ты сказал, – твоя новая напарница. Ее зовут Анна, так что собирай что тут раскидал, а потом покажешь ей офис, – ответила Галина Павловна, оторвавшись наконец от монитора и взглянув своими полупрозрачными голубыми глазами на парня. – А это Артем.

– Что?! Мне не нужна напарница!

– Это ты, пожалуйста, со своими претензиями к начальству, когда оно появится.

– Я хочу заниматься серьезными делами! Как я с девчонкой пойду на что-то опасное?! Мне нужно крепкое плечо товарища, а с ней я так и останусь сидеть по обычным запросам. Если, конечно, она не какая-то супер-пупер крутая ведьма. Признайся, уложишь волколака, а? – Голос Артема звучал возмущенно, но, когда он обратился к Ане, в глазах его появилась надежда.

– Кого? – не поняла Аня, растерянно переводя взгляд с Артема на Галину Павловну.

– О нет. – Страдальчески закатив глаза, Артем театрально прижал руку к груди. – Она даже не в курсе, кто это!

«Я попала в какой-то дурдом. Может, лучше уйти отсюда?» – промелькнула у Ани мысль, но тут взгляд упал на последнюю страницу контракта. Там синими чернилами была выведена ее подпись – та самая, которую она небрежно чиркнула во сне. А с другой стороны в графе «директор» стояла другая – размашистая, с синей печатью ООО «ЦУД» поверх.

– Анна, вы заполнили документы? – Галина Павловна обратила свое внимание на нее, проигнорировав жалобное завывание Артема.

– Я пока только прочитала. Если честно, все так странно...

– Ох, и так почти каждый раз. Анна, во-первых, наша организация необычная: вы действительно подписали с нами трудовой контракт во сне и он реален, а сейчас мне нужно, чтобы вы просто заполнили все для порядка внутреннего документооборота; во-вторых, напомню, что у вас пока испытательный срок и, если работа вам не понравится, по итогу вы можете уволиться через два месяца; в-третьих, на будущее советую вам читать документы до того, как вы их подписываете, даже если это происходит во сне, – тем более вы же будущий дипломированный юрист! Надеюсь, я понятно все пояснила? – Бухгалтер вопросительно посмотрела на нее, подняв одну бровь.

Аня еще раз опустила глаза на свою подпись и вздохнула: та была настоящей и никуда волшебным образом исчезать не собиралась. Впрочем, уже через минуту она взяла ручку и уверенно стала заполнять документы: в конце концов, хотела же найти подработку, и, даже если все вокруг странно, в целом условия ее устраивали. Да и возникшая внутри смесь азарта и любопытства подталкивала разобраться, что же это за место и как так все получилось. Когда последний документ был подписан, Аня встала и, обогнув парня, который по-прежнему возился со стопками, положила все на стол бухгалтера. После чего повернулась к Артему и молча стала помогать ему собирать оставшиеся листы.

– Спасибо, – буркнул тот, когда они сложили последнюю бумажную башню. – Ладно, пойдем. Покажу тебе тут все.

Офис оказался не очень большим: несколько кабинетов, рассчитанных на двоих-троих человек, маленькая кухонька с электрочайником, микроволновкой и холодильником, лаборатория (но туда Аня не попала, так как Артем заявил, что стажерам нечего ходить в зоны повышенной опасности) и архив (там вообще было закрыто). Остальные встретившиеся Ане работники (на местах обнаружились не все), в отличие от хмурого Артема, оказались более дружелюбными. Коренастый Леха с коротким ежиком на голове из второго кабинета приглашал заходить на чай в любое время и заодно познакомиться с Димой и Геной, как только те появятся. Хрупкая, увешанная разнообразными кулончиками и бусиками Зоя из приемной (кабинет так и назывался и не имел отдельного номера) обрадовалась, что наконец появилась еще одна девушка (Галина Павловна не в счет), и звала, как будет удобно, прогуляться за кофе. Ее напарник Глеб в модном худи мятного цвета тоже дружелюбно кивнул Ане и пообещал присоединиться, если девчонки соберутся. Обойдя всех, Артем наконец подвел Аню к третьему кабинету, который они теперь должны были делить вдвоем. Внутри помещение оказалось небольшим и достаточно светлым: тонкие в полоску бумажные обои, большое окно в деревянной раме и два стола со стульями. За дверью оказалась прибитая деревянная вешалка с тремя крючками.

– Твой стол вон тот. – Артем ткнул в сторону покосившегося пыльного деревянного чудовища, припадавшего на одну из ножек.

Этот стол, судя по виду, прожил долгую насыщенную жизнь и сейчас просил отпустить его в лучший мир, если только хозяин не желает отправиться туда самостоятельно, однажды оказавшись под ним погребенным. Единственное, что могло радовать при взгляде на указанный стол, – его расположение прямо у окна, выходившего во двор. Зато стул по-прежнему выглядел достаточно крепким и вызывал большее доверие, нежели его мебельный собрат.

– Ты же не пытаешься таким образом от меня избавиться? – с иронией спросила Аня, повернувшись к Артему, который уже направился к своему месту.

Его стол был, возможно, не моложе, но определенно более крепким и устойчивым. Это подтверждалось и тем, что он выдерживал вес кучи документов, из-за которой выглядывал старый монитор компьютера. Системный блок грязно-молочного цвета примостился на полу, клавиатура же пряталась под сваленными бумагами, выдавая себя лишь небольшим бугром.

– Это не ко мне вопросы. Стол есть? Есть. Если условия труда тебе не нравятся, ты можешь всегда вернуться к Палне и сказать, что хочешь уволиться, – отмахнулся парень, плюхаясь на свое место.

– Хорошо, если вопросы не к тебе, тогда у кого мне уточнить? И мне компьютер разве не положен?

– Можешь спросить Палну, она отвечает за все имущество.

– Поняла, спасибо, – процедила Аня, бросила свои вещи на стул и, опасливо обойдя стол, направилась обратно в бухгалтерию.

В кабинет Аня вернулась примерно через полчаса, но не одна – следом за ней зашли Глеб с Лехой. Последний укоризненно цокнул, глядя на Артема, что раскачивался на своем стуле перед компьютером.

– Заканчивай смотреть ютьюбчик. Стол будем выносить.

– Стол? – озадаченно переспросил Артем.

– Стол, – подтвердил Глеб, уже обошедший накренившийся предмет мебели, о котором и шла речь.

– Сдался вам этот стол прямо сейчас!

– Давай-давай, поднимай свою пятую точку.

Артем кинул недовольный взгляд на Аню, а после поднялся и присоединился к парням. Втроем они вытащили деревянное ископаемое наружу, решив пока оставить его возле маленькой подсобки, которой никто особо не пользовался. В процессе передвижения стола, который, как оказалось, прилично весил, не повезло только Артему: ему немного придавили ногу, пока ставили деревянного монстра так, чтобы он никого не убил. Остальные обошлись без травм.

Следующим этапом оказалось внесение нового стола в кабинет. На место старого монстра водрузили аккуратный столик из темного дерева с тремя глубокими полочками и широкой столешницей, на которой расположился выделенный ноутбук.

Оценив произошедшие перемены, Артем обернулся к Ане:

– Может, поменяемся? У меня удобно очень, тут и дуть не будет, а то я люблю с открытым окном посидеть.

– Нет уж, – довольно ухмыльнулась Аня. – Пожалуй, я останусь на первоначально выделенном тобой месте.

– Тест на справедливость ты явно провалила! Так нечестно, я тут работаю дольше, а мне никакого нового стола и компьютер допотопный! Еще и покалечился, пока тащил твой стол из кабинета! – Щеки Артема покраснели от негодования. – Все, я пошел домой лечить свои моральные и физические травмы!

Демонстративно хлопнув дверью, он покинул кабинет, оставив Аню в одиночестве. Правда, одиночество длилось недолго – буквально через пару минут дверь снова приоткрылась и в кабинет просочился высокий парнишка в растянутой байке.

– Привет, я – Гена, – представился незнакомец, протянув руку. К удивлению Ани, подхватив ее ладонь, он вместо рукопожатия легонько коснулся губами кожи, оставляя на тыльной стороне невесомое ощущение поцелуя. – Леха сказал, что у нас новенькая, и я зашел познакомиться. Как понимаю, Артем уже ускакал на конях?

– На каких конях? – непонимающе уточнила Аня, разглядывая Гену.

В чертах его лица странно сочетались длинный прямой нос и маленький, будто женский подбородок, слишком тонкие светлые брови и большие желто-карие глаза. Из-под пухлых бесцветных губ при разговоре почти не было видно зубов. И можно было бы сказать, что, несмотря на некоторую странную непропорциональность, Гена оригинально симпатичен, да только по бокам лысой головы забавно торчали краснеющие уши, делая образ скорее комичным. Но при всем этом Гена оказался обладателем невероятного баритона – достаточно низкого и глубокого, что словно обволакивал и манил за собой.

«С таким голосом только озвучивать книги, отбою бы от женщин не было», – промелькнула в голове Ани мысль.

– На конях по имени Истерика, Паника и Психи, – подмигнул Гена, растянув губы в широкой улыбке, и Аня убедилась, что зубы у него все-таки есть. Два маленьких ряда сплошных белоснежных острых клыков.

– Эм... ну да, надеюсь, мы все-таки сработаемся, – немного растерянно ответила она, стараясь излишне не пялиться на рот Гены.

– Он хороший парень, иногда немного вспыльчивый бывает, но в целом быстро отходит. Не переживай! – ободряюще заявил Гена, продолжая улыбаться. – Артем просто всегда хвалился, что будет заниматься особо опасным контингентом, а с новенькой ему пока таких дел точно не светит. Если только ты не скрываешь боевые навыки и суперсилу. Не скрываешь же?

– Да нет, вроде ничего такого за собой не замечала.

– Ну вот. Тёмыч грезит всякими там супергероями, джедаями и прочим. Мечтает тоже бороться со злом. А у нас тут в большинстве своем немного попроще дела. Вот он смириться никак не может.

– В большинстве? То есть бывают и опасные?

– Бывают, но тебе пока не светят, да и не факт, что вообще тебя на такие пустят. Так что не волнуйся. Да и насчет Тёмы тоже не парься – завтра он уже придет как ни в чем не бывало, и все будет нормально. Зуб даю! – Гена ногтем большого пальца зацепил один из клыков, намекая, какой именно зуб готов отдать в жертву, если его предсказание не сбудется. – Ладно, пойду, мне еще отчет надо написать по сегодняшней операции.

– Да, мне тоже уже, пожалуй, пора собираться. – Аня взглянула на экран телефона, который явно давал понять, что на лекцию она может опоздать, если не поспешит. – Я пока здесь неполный день.

– Тогда до встречи! Хорошего тебе дня!

– И тебе!

Дружелюбный Гена оставил приятное впечатление, даже особенности его челюсти казались уже не такими пугающими.

«Подумаешь, не такие зубы, как у всех, зато человек приятный. Не то что некоторые», – размышляла Аня, покидая свое новое рабочее место.

В университете все было как обычно: монотонные лекции, шумные перемены, снующие повсюду обучающиеся и медлительные преподаватели. Окунувшись в мир студенческой жизни, уже ставший за пару лет привычным, Аня на время оставила мысли о чудаковатом месте, в которое ей довелось устроиться.

Она уже лежала в кровати, когда Женька ввалилась в комнату, скидывая на ходу сумку на пол, и прямо в одежде упала на кровать.

– Я так устала, – простонала соседка, даже не пытаясь больше шевелиться.

– Что-то я тебя только на семинаре и видела, где же ты так устала тогда? – Аня скептически взглянула на Женьку.

– Что ты понимаешь в жизни...

– И то правда.

– Я, между прочим, с таким парнем познакомилась. Красивый, галантный и с деньгами. Мечта, а не парень. Мы с ним весь вечер прогуляли, у меня уже ноги отваливаются от каблуков.

– Никогда не поверю, что тебе понравился парень, который тебя не сводил куда-нибудь посидеть, – хмыкнула Аня, взглянув на Женьку.

За годы совместной жизни она уже хорошо изучила характер соседки. Та не гуляла с парнями просто так, а любила посидеть в кафе, сходить в кино и вообще поразвлечься за счет поклонника.

– Мы взяли кофе и гуляли по вечернему Минску. Это было так романтично: горят фонари, светятся витрины магазинов и окна кафешек, все куда-то мчатся, а мы бредем вдвоем с теплым кофе в руках и беседуем обо всем на свете. И у него такой голос – слушала бы и слушала! Мы договорились встретиться и завтра. Пойдем с ним в кино, а потом погуляем опять. Надо будет мне с утра сгонять по магазинам, поискать себе новый наряд – не буду же я в одном и том же ходить!

– Так вы же гуляли по улице, как он мог под твоей шубкой рассмотреть, в чем ты одета?

– Ой, ты просто зануда! Главное, как я себя ощущаю. А в новом платье я буду ощущать себя намного лучше! Ладно, я пошла в душ, завтра рано вставать. Давай ты тоже свой телефон клади, а то опять полночи будешь мне светить!

Возвращения Женьки из душа Аня уже не слышала, ведь к тому времени крепко спала.

Наутро Аня с Женькой поднялись практически в одно время. Только если Аня собиралась поехать на новую работу, то Женька, как и запланировала, настроилась на ранний забег по магазинам. Попрощавшись с соседкой и пожелав найти то самое платье, Аня поспешила к метро.

До офиса она добралась без проблем и даже чуть раньше положенного. В кабинете было пусто: ее коллега еще определенно не появлялся на рабочем месте с прошлого дня. Воспользовавшись тишиной и спокойствием, Аня навела порядок на своем столе, разложила все вещи и даже занесла на кухню приветственный тортик, который купила накануне. Захватив оттуда кружку с кофе и тарелочку с десертом, она вернулась в кабинет, где и застала Артема, восседавшего за своим столом с папкой в руках.

– О, тортик!

– И тебе привет! – Аня аккуратно поставила тарелку на стол напарника.

– Ладно, может быть, мы и подружимся, – улыбнулся Артем, с нескрываемым удовольствием рассматривая угощение. – М-м-м, шоколадный, как я люблю!

– Приятного аппетита! – ответила Аня, усаживаясь на свое место.

– А почему ты себе не взяла? Надеюсь, ты не пытаешься меня отравить, а? – Артем с подозрением посмотрел на невозмутимо пьющую кофе Аню.

– Ага, тебя и весь ваш офис в придачу. Я же тайный агент, посланный конкурентами, чтобы разобраться с вами, – фыркнула в ответ Аня.

– Пф, скажешь еще: конкуренты! Мы такие одни, и конкурентов у нас нет, чтобы травить. Кстати, вот папка с делом на столе: можешь ознакомиться.

Оставив Артема разбираться с куском шоколадного торта, Аня погрузилась в изучение своего первого дела. В начале папки стоял гриф «Совершенно секретно ООО “ЦУД”», после чего шел сам документ, а именно заявление от некоего господина Шемеля Бориса Анатольевича, который жаловался на непонятные явления во время одного из его квестов. Судя по заявлению, неизвестная сущность чересчур пугала игроков, притом что это был не контактный квест и актеров в нем не задействовали. Администраторы по записям ничего подозрительного не нашли, так как в моменты нападений камеры словно выключались. Физически никто не пострадал – отделывались лишь испугом, но Борис Анатольевич переживал, что рейтинг квеста упадет, если появятся негативные отзывы из-за незапланированно страшной игры. К документам прилагался адрес квеста, а также сертификат на прохождение самой игры.

– Артем, я что-то не совсем поняла: мы играть, что ли, туда пойдем?

– Мгм, – невнятно пробурчал он с набитым ртом.

– А почему мы не можем просто прийти и проверить все? Тем более я пока не совсем представляю, что вообще будет происходить и как мы можем помочь.

– Не, – замотал головой Артем, закончив доедать свой кусок. – Хозяин квеста не хочет прослыть сумасшедшим, который верит во всякую нечисть. Но там действительно что-то нечисто. Вот такой вот каламбур получается. Поэтому он приложил к заявлению сертификат, чтобы мы могли в качестве игроков туда проникнуть и все проверить на себе. Тебе приходилось бывать на квестах?

– Да, пару раз ходила. Но это были не страшные игры, я не фанат хоррора.

– Это и не хоррор, всего лишь детективный квест с элементами мистики. Он вообще находится в категории «классика».

– Хорошо, а как мы поймем, что там не так и как с этим бороться?

– Для этого тебя поставили в пару со мной: я уже имею представление о разной нечисти. А вот тебе нужно изучать побольше литературы по белорусской и в целом славянской мифологии. Хотя бы фэнтези читала?

– Читала и смотрела. Я не такой уж дуб в этом.

– Вот и проверим, насколько ты в этом всем шаришь. Не волнуйся, я тебя в обиду не дам. В конце концов, ни один стажер у нас ни разу не пострадал. А теперь собирайся, а то не успеем – я уже забронировал нам игру.

До квеста пришлось ехать на такси, потому как Артем не просто забронировал игру, а сделал это на ближайшее время, и без машины они бы туда точно не успели. Благо он заявил, что раз Аня еще пока не получает зарплату, то поездка за его счет. Квест, как и полагалось каждой уважающей себя игре, находился в подвале жилого дома, и первой загадкой было найти его. Покружив вокруг здания, ребята все-таки определили, в какой именно подвал им нужно идти, что и подтвердила темная табличка на двери. Внутри оказалось достаточно тихо и уютно: молодая девушка-администратор предложила оставить вещи в ячейке для хранения на период игры и расположиться на удобном диванчике, пока она объяснит правила.

– Вы уже играли где-нибудь? – в первую очередь уточнила администратор.

– Да.

– Нет.

Аня удивленно глянула на напарника, но тот сидел, закинув ногу на ногу, раскачивал носком кроссовки и выглядел абсолютно беспечным.

– Тогда я поясню правила: необходимо будет пройти все игровые комнаты до конца. В нашем квесте вам не понадобятся предметы из разных локаций, каждый играет в своей. Если что-то приколочено, пожалуйста, не отрывайте. Актеров у нас нет, так что вы будете одни. Я наблюдаю за вами по камерам; если потребуется помощь, так и кричите громко: помощь.

– А там точно не страшно? И никого нет? А то я где-то читал по отзывам, что он страшноватый у вас и с актерами, – подмигнул девушке Артем, бессовестно ее разглядывая.

Аня даже задумалась: он так пытается по ее лицу и повадкам понять, не скрывает ли она что-то, или просто понравилась. Администратор была удивительно красива: длинные платиновые волосы, ярко-зеленые глаза и гибкая стройная фигура, спрятанная под водолазку с высоким горлом и джинсы.

– Нет, у нас все под контролем, вам не о чем беспокоиться. Поверьте, мы делаем все, чтобы вы были в безопасности, но при этом прочувствовали всю атмосферу игры, – ответила администратор, приподняв уголки губ в еле заметной улыбке. – Давайте тогда я лучше перейду к самой истории и начнем игру, чтобы не терять время.

Саму историю Аня слушала вполуха: там было что-то про побег из тюрьмы, пропажу всех, кто пытался выбраться и все в этом духе. Ее больше напрягало, что первая комната, где их оставила администратор, напоминала тюремную камеру, на полу и стенах которой виднелись красные отпечатки рук и подтеки, напоминающие кровавые следы.

– Артем, это точно не хоррор-квест?

– Точно, давай начинать. – Он ободряюще дотронулся до плеча Ани, после чего шепотом добавил: – К тому же мы с тобой на работе, не забывай!

– От этого еще более жутко, если честно, – пробормотала Аня, изучая игровую локацию.

Немного потыкавшись по комнате, ребята все-таки сообразили, как выйти из клетки и перебраться в следующую локацию. Там дело уже шло повеселее: то ли Аня с Артемом уловили суть квеста, то ли немного сплотились, но загадки стали разгадываться легче и быстрее. Пройдя второй этап, они шагнули в открывшийся проход: современная обстановка сменилась темным помещением, напоминавшим старинную темницу, с кандалами и деревянными колодками. Откуда-то из динамиков послышался скрип и грозное: «У-у-у-у-у-у-у». Аня инстинктивно собралась и сжала кулаки, готовая к любой нечисти, что может выскочить из темного угла. Сердце бешено билось, а дыхание перехватило. Она не была мастером боевых искусств, но и сдаваться без боя не собиралась, если что-то попытается на них напасть. Однако нападать никто не собирался, а Артем и вовсе продолжал увлеченно проходить квест, силясь разгадать предложенные загадки.

В комнате резко погас свет и подул легкий ветерок. По рукам у Ани побежали мурашки.

– Артем, – негромко позвала она.

Что-то резко схватило ее за локоть. От неожиданности Аня подпрыгнула и вскрикнула.

– Бу! – расхохотался напарник. – Это просто свет погас. Эй, у нас тут свет вырубило.

Послышался шелест из динамиков, и снова вспыхнули лампы. Артем хмыкнул и направился изучать реквизит.

Глубоко вдохнув и досчитав до четырех, Аня выдохнула и также принялась осматриваться.

«Это всего лишь квест, тут никого нет, и вообще, может, этот Борис Анатольевич ошибся. А Артем просто дурак!» – подумала она, приподнимая кандалы, чтобы получше увидеть надписи на стенах.

В этот момент Аня почувствовала, как кто-то коснулся ее плеча, а потом легонько дернул за волосы.

– Ты что-то нашел? – Аня обернулась, готовая снова увидеть Артема, решившего ее попугать, но тот стоял в другом конце помещения и что-то пытался раскопать.

Осознав, что ей не померещилось и дело явно не в напарнике, Аня опять разволновалась.

– Артем, кажется, мы тут не одни, – стараясь не выдать эмоции, негромко позвала она. – Подойди ко мне, пожалуйста. Прямо сейчас. Артем!

– Погоди, – отмахнулся он от нее, продолжая что-то ковырять.

– Я не могу ждать! Или ты рискуешь потерять своего стажера в первый же день!

– Тсс! Не пали контору! – громко зашипел Артем. – Ань, не преувеличивай, тебя на опасное дело никто бы не отпустил. – С тихим вздохом он повернулся, но внезапно замер, словно напрягся весь изнутри. – Ань, ты не шевелись и не оборачивайся, хорошо? Давай медленно ко мне!

– Артем? – Аня почувствовала, как что-то снова тронуло ее за плечо, а потом чуть больновато ущипнуло за голень. Стараясь не паниковать и довериться более опытному напарнику, она аккуратно пошла в сторону Артема. Сделав пару шагов вперед, Аня внезапно осознала, что больше не может двинуться, так как что-то тянет назад за кофту. – Артем, меня что-то держит...

– Я уже иду. – Артем аккуратно стал приближаться к Ане. Оказавшись совсем рядом, он запустил руку ей за спину, и Аня почувствовала, как кофта отцепилась, а она снова свободна. Артем внезапно захохотал: – Вуаля! Ань, ты просто зацепилась и сама себе надумала страшное. Давай работать, а не отвлекаться. Смотри, я там нашел какие-то знаки и надписи.

– Ты надо мной сейчас подшутил? – Аня начала осознавать, что Артем просто прикидывался пару секунд назад, сыграв на ее страхе. – Я уверена, что меня что-то трогало! Или это тоже ты все подстроил? Может, и вся ваша контора розыгрыш?!

– Я проверял твою стрессоустойчивость. Ты сама себе вообразила, что тебя кто-то трогал, – слишком впечатлилась. Не знаю, как ты с нечистью работать будешь с таким воображением, – еле слышно хмыкнул Артем, возвращаясь к декорациям квеста.

Аня недовольно засопела.

Что-то ухнуло, скрипнуло, и открылась потайная дверь, приглашая в следующую локацию. Артем незамедлительно нырнул туда. Аня раздраженно мотнула головой: он умудрился ее взбесить легкомысленным отношением и глупой шуткой. Однако своим ощущениям она верила, поэтому, пошарив по локации и прихватив валявшийся в комнате деревянный колышек, направилась следом, крепко сжимая импровизированное оружие.

Новая комната была маленькой, слабо освещенной и почти пустой, за исключением сундука и странной безликой фигуры, завернутой в мешковину и перетянутой в нескольких местах веревками. А вот Артема, который зашел туда первым, нигде не наблюдалось.

– Эй, ты опять решил поприкалываться? – Аня постаралась отбросить вновь накатывающий ужас, убеждая себя в том, что напарник просто где-то спрятался. Но в ответ послышался лишь тихий скрип. – Артем! Хватит!

Никто не отвечал. Ане стало не по себе. Перехватив поудобнее колышек, она стала осматривать помещение. С учетом ее небольшого опыта игр и предполагаемой продолжительности квеста, это была явно последняя комната. «Главное, чтобы не в прямом смысле последняя в нашей жизни», – мрачновато хохотнула про себя Аня. Признаков нахождения поблизости Артема не обнаруживалось. Сзади послышалось какое-то шуршание. Аня резко обернулась и увидела, как на нее надвигается та странная фигура в мешковине. Ранее она думала, что если вдруг когда-нибудь окажется в ужастиках, то просто попытается сбежать, но тут сработало то ли поведение Артема с момента их знакомства, то ли резкий прилив адреналина. Недолго думая, она бросилась прямо к странной фигуре и повалила ее на пол.

– Ах ты зараза, думаете напугать меня тут! – кричала Аня, пытаясь содрать грубую ткань и увидеть, кто под ней прячется. Артем вряд ли успел бы так быстро замаскироваться, и Аня решила, что это мог быть кто-то из его друзей. Да и вообще, все это походило на дурацкий розыгрыш.

Явно не ожидавшая такой прыти фигура в мешковине пыталась отбиться (что было не очень удобно сделать в таком одеянии) и подвывала, словно надеясь, что так напугает Аню. Но та уже вошла в раж и в какой-то момент, оседлав свою теперь уже жертву, ловко приставила кол к груди.

– А ну, быстро говори, кто ты! А не то я за себя не ручаюсь! – пригрозила Аня, переводя дыхание.

– Мблмбм, – раздалось неясное мычание.

За время борьбы ткань на лице противника сбилась, перекрутилась и явно не давала нормально говорить. В районе шеи показался конец веревки, дернув за который Аня смогла распутать завязки и сбросить мешковину. Оказавшаяся под ней незнакомая девушка жадно вдохнула воздух и возмущенно заявила:

– Ты откуда такая ненормальная?! Я тут чуть не задохнулась! Все люди как люди – пугаются, а ты сразу в драку полезла!

Внезапно сбоку распахнулась скрытая дверь, и в комнату влетела администратор.

– Не надо, пожалуйста, отпусти ее!

– Вы? Вы что, с Артемом заодно?

– Больно нужен мне этот нахал! Он там отлеживается в сундуке, я его сразу схватила и связала, как он сюда вошел.

– Что?! – Аня шустро слезла с девушки и подскочила к сундуку.

Откинув легкую, как оказалось, крышку, она обнаружила, что внутри с поджатыми коленками и правда лежит связанный Артем. От всей ситуации Аню начал разбирать нервный смех: жутковатый квест, побитая подружка администратора и вид напарника, что недавно подшучивал над ней, а теперь дико таращил глаза, намекая, что лежать ему тут явно не очень удобно. Продолжая хихикать, она вытащила кляп изо рта Артема и принялась стягивать с него веревки, помогая выбраться наружу.

– Прекрати, это не смешно! – разминая затекшее тело, буркнул он.

– А по-моему, очень даже смешно! – не сдерживаясь, смеялась Аня. – Может, если бы ты меня послушал, не лежал бы тут! Так вы вдвоем все это устроили? – спросила Аня у администратора, которая как раз помогала второй девушке распутаться из кокона ткани и веревок.

– Мы просто хотели развлечься и сделать игру немного интереснее. Что за веселье – ходить по комнатам под искусственные звуки? А мы чуть добавили красок, чтобы история ожила. Подшутили над людьми, что пришли сюда за новыми ощущениями. Тем более никто не пострадал! Я точно знаю, всех сама проверяла по самочувствию!

– Ага, так что хозяин заволновался, не упадет ли рейтинг квеста.

– Ой, неужели я расстроила Бориса Анатольевича! – всхлипнула администратор и потянулась вытирать уже намокшие от собирающихся слез глаза.

– Не реви, Лёля. Если что, я возьму всю вину на себя! – попыталась ободрить ее сообщница.

Аня с удивлением вытаращилась на ее руку, показавшуюся из-под мешковины: ладонь была обычная, а вот от запястья и выше кожу покрывала короткая жесткая шерстка.

– Эм, извини за вопрос, но у тебя немного странные руки, – только и смогла сказать Аня.

– Вполне обычные для лоймы^[1], я прав? – буднично спросил Артем, разглядывая девушку и чуть задерживая взгляд в районе достаточно выдающегося бюста. – Как тебя зовут?

– Яся, – буркнула та в ответ, освобождаясь от костюма: под ним она была в футболке и шортах, и оказалось, что не только руки, но и ноги покрыты жесткой щетиной. – Прав, в этом костюме жарко, и я просто в майке осталась. Нечего таращиться, это не очень прилично так рассматривать!

– С каких это пор болотная нечисть стесняется? Вы же вообще без одежды привыкли ходить!

– Артем, – укоризненно посмотрела на него Аня. – Мы не в лесу. Может, Яся стесняется – это ее тело, в конце концов.

– Так, а ты тоже лойма? – Артем резко дернул рукав Лёли вверх. Под ним тоже обнаружился мех. Только белоснежный.

– Гаёвка?^[2] – только и смог удивленно пробормотать Артем. – Как же вас обеих угораздило здесь оказаться, еще и сообща действовать?

– Пойдемте, чаю заварю, пока время есть до другой игры, и все расскажем, – пригласила Лёля в гостевую комнату с диванчиками.

Устроившись поудобнее и получив по стаканчику с чаем (вообще, Аня попросила кофе), ребята приготовились слушать рассказ Яси с Лёлей.

– Мы сами с Полесья. Познакомились, еще когда там жили, – начала рассказ Яся. – Лёлька один раз в прятки с сестрами играла и на болота забрела. Чуть не потонула там, даром что сама лесная. Там и познакомились, общаться стали. А потом мое болото осушили в рамках какой-то там мелиорации – выдумают же люди словечки непонятные! – я и стала искать, куда податься. Решила перебраться в город, попробовать пожить среди людей. Сначала на заводе пристроилась, там общежитие получила, позднее – квартиру; помню, как в кино первый раз сходила – как раз только «Октябрь» открыли. А потом что-то потянуло на родные края посмотреть. Вернулась в леса, а там Лёлька как раз. Попросилась со мной к людям, я и забрала ее.

– Ого, это же как давно было. – Аня смотрела на девушку, что казалась ее сверстницей, и не могла представить, насколько же та старше на самом деле.

Яся пожала плечами:

– Мы же не люди. У нас по-другому время течет.

– Яся мне тогда на болоте очень помогла, сгинула бы без нее. Вернулась я к ней с подарками в благодарность за спасение. Так и подружились. Все-таки с одной местности, да и по возрасту мы не слишком отличаемся, – продолжила Ясин рассказ Лёля. – Как она уехала, так мне одной совсем скучно стало. В лесу когда-то хорошо было, но как болота осушили, лесники стали чаще наведываться, и дед мой еще строже сделался, особо не разгуляешься. А я самая младшая была, так общаться хотелось, развлечений каких веселых. Яся вот как-то вернулась, так я недолго думая и сбежала с ней в город. Тут ведь тоже и животные есть, которым помощь моя нужна.

– Так что же ты на квесте работаешь, а не с животными? – Артем скептически посмотрел на Лёлю.

– Так я же не постоянно здесь. Еще в зоопарке подрабатываю.

– Мы тут не один год живем. Про свою природу не распространяемся, чтобы не пугать людей, да и самим безопаснее. Знаете, как непросто жить, когда каждую зиму ты шерстью покрываешься? Не знаете вы. Это не бороду брить по утрам. Постоянно депиляцию делаем, чтобы не раскрыли. А тут пошалили немного, мы же правда не думали никому навредить. – Яся попыталась жалобно посмотреть на ребят. – Больше не будем! Честно! Лёле тут нравится, а я не хочу, чтобы она работу потеряла.

– И если можно, чтобы Борис Анатольевич ничего не узнал, – с мольбой в голосе и покрасневшими щеками добавила Лёля, стараясь не смотреть в глаза.

По смущенному виду гаёвки Аня поняла, что та неровно дышала к директору, поэтому не хотела бы упасть в его глазах. Аня задумалась; первый всплеск адреналина уже прошел, и перед ней действительно сидели самые настоящие представительницы нечистой силы.

«По крайней мере, не такие уж они и страшные. Существуют лоймы, гаёвки, и ладно. Потом надо будет поискать, кто они вообще такие. На вид и по общению – обычные девушки, и Артем вон спокойно все принял. Что же, в конце концов, я окончательно поверила, что ООО “ЦУД” работает со сверхъестественным, а не просто собралась группа сумасшедших или мошенников», – размышляла Аня.

Оставалось неясно, как же тогда правильно поступать в таком случае: вроде бы виновницы осознали все и раскаиваются, но и отчитаться по делу нужно. Аня взглянула на Артема, который тоже задумчиво рассматривал лесных дев.

– Что же, – хлопнув себя по коленям, поднялся он. – Договариваемся так: мы скажем, что разобрались со всем, но в подробности вдаваться не будем и не сдадим вас Борису Анатольевичу, только начальству нашему отчитаемся, как все было на самом деле. Дед с вами свяжется и возьмет слово, что больше вы так не шутите и ведете себя прилично, как обычные люди. Иначе не только все расскажем, но и обратно вышлем вас в леса-болота. Договорились?

– Да! – хором ответили Яся с Лёлей не раздумывая.

– И еще: никому ни слова, что вы меня связали!

На следующий день по приходе на работу Аня обнаружила на столе тарелочку с пирожным – заварным кольцом.

– Эй! Посторонись, горячий кофе прибыл! – В кабинет спиной протиснулся Артем.

Когда он развернулся, то Аня увидела в его руках две чашки с поднимавшимися тонкими струйками пара. По помещению поплыл запах свежезаваренного кофе.

– Это твоя: черный, с ложкой сахара и без молока. – Артем поставил одну из чашек на Анин стол. – Смотри только не обожгись, я кипятком заваривал.

– О, спасибо. Очень неожиданно, – растерянно ответила Аня, присматриваясь: не подменил ли кто ее напарника. – Ты точно Артем? Пирожные, даже узнал, какой кофе я пью: может, ты тоже какая-то нечисть под прикрытием?

– Точно Артем, – хмыкнул он, устраиваясь на своем месте. – Про кофе несложно узнать: ты вчера такой же попросила, когда мы на квесте были. Видишь, какой я умный и внимательный? А заварные кольца творожные – вы же, девчонки, вечно все о фигуре беспокоитесь. Просто я оценил, как ты вчера не стушевалась и накинулась на лойму. А потом нормально все восприняла. Так что, думаю, мы с тобой сработаемся. Главное, чтобы на шутки получше реагировала.

– Или ты научись нормально шутить, – парировала Аня, пробуя кофе: тот оказался замечательно заварен. – Теперь я начинаю сомневаться, нужен ли мне такой напарник, которого девчонки скрутили и в чемодан запихали.

– Это был сундук. И не девчонки, а лесно-болотная нечисть! И давай опустим этот эпизод. Начнем все с начала. Я же все-таки опознал их вид.

– Это да, – не стала отпираться Аня. – Будешь тогда в нашей команде отвечать за энциклопедические сведения.

– Какая же ты язва! Вся в меня, – показал язык Артем, а после тоже отхлебнул кофе и поморщился. – А вот твой кофейный вкус не в меня. Пойду лучше чаю себе заварю. А ты можешь отчет начинать писать. Кстати, Петр Васильевич поговорил со всеми, но с Яси и Лёли взял слово не вредить никому. А вот пугать им разрешили: пока мы с тобой по квесту бегали, Борис Анатольевич еще почитал отзывы, пообщался с маркетологами и пришел к выводу, что такая слава, наоборот, рейтинг стала поднимать: особенно, когда один из крупных блогеров остался в восторге. Так что лесным девчонкам дали добро и дальше немного резвиться.

Он направился с кружкой к выходу.

– Артем, подожди. А почему ты Ясе с Лёлей сказал, что Дед свяжется?

– Так его все так зовут, многие нечистики про него именно так и наслышаны. Он же тоже не совсем человек.

– А Петр Васильевич, случайно, не тот самый Дзед-Барадзед, про которого еще песенка была^[3], – вдруг задумалась Аня, больше никто подходящий под прозвище «Дед» как-то на ум не приходил. – Ну раз всякое сверхъестественное существует. Только давай без приколов, пожалуйста. Вроде у него и фамилия в подписи как-то похоже выглядела.

– Скажешь тоже: Дзед-Барадзед – это выдуманный персонаж, а мы работаем с реальным миром и населяющими его существами. Нет, ну вот с кем мне придется работать? Еще и стол ей новый выделили, – театрально вздохнул Артем и скрылся за дверью, оставив Аню переваривать услышанное.

Дело № 3. Жилищный вопрос

– Ну как, обжилась уже? – В кабинет влетел Артем и чем-то громыхнул.

От резкого звука Аня вздрогнула и испуганно подняла взгляд от бумаг на своего коллегу – не он ли загремел на пол. Успокоившись, что это всего лишь рюкзак, который оказался жертвой энергичного Артема, Аня выдохнула и вернулась к чтению.

– Разбираюсь с документами, которые ты, судя по их состоянию, вообще никогда не сортировал и не оформлял.

– Ты не так давно тут появилась, а уже такая зануда, – шутливо отмахнулся Артем, опасно балансируя на деревянном стуле. – Главное, чтобы дела были решены, а не бумажки по папкам рассованы.

– «Бумажки по папкам рассованы» – и это говорит человек, из-за которого, только приступив к работе, я должна навести порядок в делах, чтобы не лишиться первой же своей премии! – возмущенно воскликнула Аня.

– Ого, – присвистнул Артем и, покачнувшись, чуть не упал со стула. – Это сам Дед сказал или Пална бушует?

– Галина Павловна грозилась. Сказала, что если порядок не наведу во всех наших делах и отчетность нормально не сдам в архив, то не видать нам с тобой премии за этот месяц.

– Ой, тогда расслабься. Она уже не первый раз мне грозила, но начисляла все как обычно. Да и кто не рискует – тот не пьет шампанское.

– Если мы так будем рисковать, то вскоре без зарплаты вообще ничего пить не будем! Только воду из-под крана, потому что она бесплатная, хотя нет – за нее же еще коммуналку платить нужно. – Аня переложила очередные листы по папкам.

– Так что, на новое дело я тогда один? А ты тут с бумажками пока будешь возиться? – хитро улыбнулся Артем, чуть прищурившись и потягиваясь вверх сцепленными в замок руками.

– А что за дело? – заинтересованно вскинула бровь Аня, оторвавшись от папок.

– В новостройке беспорядки: соседи ругаются между собой, участкового дергают постоянно, строители жалуются на порчу инструментов, председатель ТСЖ уже с коктейля фенибута с коньяком не слазит.

– Артем, то, что ты описал, – это обычная жизнь новостройки. Там постоянно что-то ломается, что-то криво доделывается, а соседи между собой ругаются, пока ремонты свои делают. Ну а председатель просто слишком нервный попался – ему к психологу бы, а не к нам. Или он из наших?

– Ого, уже из наших, – подловил на слове Артем, улыбнувшись. – Значит, твоя адаптация прошла успешно. Не, он не из наших. Но задача прилетела разобраться, а значит, что-то там нечисто. Да и тебе, что ли, мужика не жалко, а? Сопьется же, надо спасать его от зеленого змия. Только не говори, что ты такая бессердечная.

– Ладно, поехали разбираться, бумаги никуда не исчезнут, – ответила Аня, поднимаясь со своего места, но добавила: – К сожалению, все равно придется их перебрать, и ты обязан мне помочь!

– Бу-бу-бу, все потом, как вернемся, – передразнил Артем, подхватил свой рюкзак и открыл дверь, пропуская Аню вперед.

Однотонное серое небо не радовало ни солнцем, ни теплом: март отличался от февраля разве что сухим асфальтом и маленькими почерневшими островками последнего снега. Новостройка тянулась ввысь, одиноко расположившись среди старых малоэтажных домов Тракторозаводского поселка и показывая миру свои окрашенные бока. Несмотря на новизну здания, отсутствие солнечных лучей превращало светлые фасады в блеклые стены, а пластиковые окна лишало блеска, делая дом невзрачным и бездушным.

– Купите девушке цветы, – бойко окликнула ребят укутавшаяся в пуховый платок бабуля, указывая на сваленные на раскладном столе желтые мимозы. Среди приглушенных бледных мартовских красок цветы выделялись ярким пятном, словно невзначай напоминая о приходе весны и приближающемся празднике. Тем временем продавщица продолжала нахваливать товар: – По семь рублей за веточку отдам, если будете брать. Свеженькие, простоят отлично! Вон какая пушистая веточка есть!

Артем отмахнулся, показывая всем видом, что они спешат, а Аня лишь улыбнулась и качнула головой:

– Спасибо, пока не надо.

Потеряв к ребятам интерес, бабулька снова уткнулась в экран смартфона, смотря какой-то сериал, а Аня с Артемом направились прямиком к дому. Возле первого подъезда в углу крыльца Аня заметила притаившегося котенка. Тот был самым обычным: черный с белым пузиком, белыми пятнышками на лапках и тонкой полоской на носике. Выпуклые зеленовато-желтые глаза смотрели пристально, ловя каждое движение, как будто котенок все понимал и внимательно следил за окружающими людьми. На секунду Ане показалось, что он как-то особенно пристально посмотрел в ее глаза, словно сканировал, после чего отвернулся и уставился в другую сторону. Только пушистое ушко повернулось в сторону металлической двери, улавливая, как Артем врет по домофону о доставке почты, чтобы попасть внутрь.

Кабинет председателя ТСЖ находился на первом этаже первого подъезда с левой стороны. Круглолицый мужчина, нахмурив лоб, сидел за темным лакированным столом, держа в грубых руках чертежи и рассматривая их. Белая с коричневыми потеками кружка стояла наполовину пустая, с тонкой полупрозрачной пленкой, уже затянувшей поверхность остывшего кофе. На вошедших посетителей безжизненными огромными глазами смотрела подпирающая бумаги керамическая собака-копилка с монетками на спине.

– Вы кто? Вы по поводу площадки? – Председатель поднял уставшие глаза на вошедших в кабинет ребят, рассеянно направив взгляд куда-то за их спины.

– Здравствуйте! Нет, мы хотели бы переговорить по поводу приобретения квартиры в вашем доме, – не моргнув и глазом соврал Артем, и Аня удивленно посмотрела на напарника. – Друзья говорили, вроде бы тут кто-то двушку продает, решили зайти посмотреть, что за дом, вот у вас спросить, как тут дела.

– Уже кто-то продает? Мы же только сдались не так давно... Хотя, понимаю, конечно, сумасшедший дом какой-то... – пробормотал председатель, раскладывая чертежи на столе. – Дом новый, управлением занимается товарищество, скоро площадку детскую сделаем, видеоконтроль на подъезды поставим. А какую квартиру, говорите, продавать будут, а?

– Ой, простите, точно сейчас не вспомню номер, то ли двенадцатая, то ли двадцать первая, – притворно вздохнул Артем. – Там пока человек не может нам показать, так что мы так решили зайти, в целом осмотреться, стоит ли вообще тут покупать. А какие, вы говорите, нюансы есть? Что-то не так в доме? Буйные соседи, может, кто пьющий?

– Да какие там пьющие, это же новый дом – люди за свои деньги строили, тут маргиналов нет пока. Да, немного сложные некоторые попались, с характером такие, но все приличные. Тем более пока ремонты идут, обычно все нервничают.

– Сильно нервничают? Слышал, сюда и милиция уже заглядывала не раз, но, может, это просто сплетни, – невинно уточнил Артем, разглядывая картину на стене кабинета. На холсте в тяжелой бронзовой раме были изображены собаки, играющие в покер за зеленым бархатным столом.

– Это все сплетни! – категорично заявил председатель, нервно поправив ворот рубашки пальцем. – Заходили, проверяли, но все в порядке, все хорошо у нас тут. Дом как дом, ничего странного и необычного. Все под контролем, стандартная новостройка. Небольшие перебранки между соседями, где-то маленькие косяки строителей, но ничего более. Мало ли кто и что говорит! И вообще, я тут работаю, а вы меня отвлекаете! Простите, но я занят – зайдите в другой раз, если у вас остались вопросы!

В конце своей речи председатель почти сорвался на тонкий крик, а по щекам и шее у него поползли красные пятна. Аня потянула Артема к выходу, прощаясь с разошедшимся мужчиной:

– Извините за беспокойство! Спасибо, мы пойдем!

Уже отойдя подальше от кабинета, она зашипела на своего напарника:

– Ты что придумал?! Какая квартира? Это хорошо, что он нас сразу не выгнал!

– Ань, а как ты собиралась его расспрашивать? Простите, у вас тут что-то нечисто, может, вы что-то видели? Тогда бы он нас точно выгнал, а то и милицию или санитаров мог вызвать, – съязвил Артем, внимательно разглядывая подъезд. – Что ты узнала из разговора?

– По-моему, ничего такого. Он подтвердил все то, что и я тебе говорила, – раздраженная его правотой, ответила Аня. – Ничего сверхъестественного и мистического. И кстати, в чашке у него был кофе, а не коньяк!

– Ты не нюхала, – парировал Артем. – Но заметь, он не отрицал, что есть разборки между соседями, проблемы у строителей и милиция тут уже бывала. О, здравствуйте!

Навстречу ребятам спускалась по ступенькам молодая женщина, держа одной рукой завернутую в бежевый шарф малышку лет трех, а другой – самокат с корзинкой в виде божьей коровки. Девочка все норовила вырваться из крепкой хватки матери, чтобы поскорее сбежать по лестнице и выскочить на улицу. Услышав приветствие, женщина вскинула голову, оторвав взгляд от дочери, и вымученно улыбнулась:

– Здравствуйте!

– Дратуте, – пропищала девочка, подражая матери и высунув курносый носик из-под шарфа.

– О, у вас такая милая малышка, вся в маму. Простите, что я вас немного задерживаю: может, подскажите, как тут обстановка? Мы думаем тут квартиру приобрести и хотели бы узнать мнение жителей, – быстро затараторил Артем, не давая женщине опомниться и пройти дальше.

– Спасибо, – немного смутилась она. – Ох, что вам сказать... Если честно, тут немного странно. Вроде бы люди сами строились, нормально общались до заселения, нет плохого контингента. А потом как с ума все сошли после сдачи квартир. То на ковриках краску разольют специально, то двери поцарапают, то сверлят после десяти на весь дом, то строителей запрут на крыше, а еще и лифт зависает иногда и скрипит страшно, словно оборваться хочет. Один раз мы с мужем так застряли: я от испуга думала, там и останусь. Счастье, что дочка в саду была, а не с нами.

– Да? – удивленно вскинул бровь Артем. – А может, что-то еще необычное вы видели или слышали?

– Да вроде бы нет, хотя... Знаете, молоко как будто пропадает. Только бутылку целую с утра куплю, а к вечеру найти не могу. Не постоянно, конечно, но бывает. Муж предположил, что это я просто забываю, когда купила, мол, мамский мозг в декрете. Но я же не сумасшедшая, да и при чем тут декрет мой вообще. Подружка этажом выше тоже жаловалась, что временами будто исчезают продукты, а однажды у нее вообще посуда вся побита была, когда она домой вечером вернулась. Мы уже даже подумывали, не завелся ли вор-форточник тут. Но ценности-то все на месте остаются.

– Пивет, – вдруг замахала кому-то девочка, смотря в сторону выхода. Там под лестницей среди колясок и велосипедов притаился котенок, которого Аня видела возле подъезда. – Ма-а-ам, котя! Мой котя!

– Опять этот котенок в подъезд пробрался, – вздохнула в ответ мама, глядя на пушистого зверька. – Уже не первый раз забегает в подъезд. Жалко, конечно, но и в доме ему делать нечего, еще нагадит – только этого для полного счастья не хватает. Пойдем, солнышко, топай за мной, а я пока его вынесу.

Женщина направилась к котенку и, ловко подхватив его под мягкое пузико, понесла к выходу. Малышка, стараясь не отставать, серьезно зашагала за ней, словно утенок за матерью. Аня с улыбкой следила за удаляющимся семейством, думая, что девочка наверняка не раз просила маму о котенке.

– Нам нужно обследовать подсобные помещения, – бодро заявил Артем, направляясь в сторону лифта. – Раз мы уже в подъезде, пошли для начала на крышу. Посмотрим, как там обстановка.

– Может, пешком? Что-то не хочется в лифте застрять... – с сомнением в голосе протянула Аня, рассматривая отползающие в стороны серые металлические двери.

– Вот и проверим. Прошу, дамы вперед, – галантно поклонился Артем, намекая Ане заходить первой.

Дверь с шелестом закрылась, запечатывая ребят в однотонной кабине лифта, где единственным цветным пятном были развешанные под стеклом объявления и рекламы. Чтобы отвлечься, Аня принялась рассматривать листочки: «Перевозка мебели, крупногабаритных грузов. Недорого», «Сантехника из Европы. Лучшие цены, качественные материалы», «Купим старую мебель и технику, вывоз за наш счет!» Внезапно лифт будто дернулся и остановился. Свет в кабине заморгал и погас. Наступила тишина.

– Так говоришь, вот и проверим?! – прошипела Аня в ту сторону, где, по ее ощущению, стоял Артем. Она старалась дышать равномерно, чтобы не поддаваться нарастающей в груди панике.

– Ну вот и проверили, сейчас я посвечу телефоном и вызову лифтера. Не паникуй! – как ни в чем не бывало ответил Артем, и уже через секунду свет от экрана телефона позволил рассмотреть его лицо.

Он попробовал нажать кнопку вызова лифтеров, но динамик остался молчалив.

– А сейчас можно начинать паниковать? – флегматично спросила Аня, стараясь отогнать мысли о том, что они заперты в металлической коробке где-то между этажами и без света. В голову, как назло, лезли те самые сцены из фильмов: как рвутся тросы, а кабина с визгом падает, превращаясь в груду хлама.

Раздался скрежет, визг, стук, стон – жуткая какофония нарастала, заполняя собой весь лифт. Артем стал лихорадочно нажимать все кнопки подряд, Аня обхватила голову руками, пытаясь спастись от пугающих звуков. В один момент все звуки слились в единый дикий вопль, словно стая диких кошек орала в шахте. Аня подумала, уж не сходит ли она с ума от страха.

– Давай, работай, чертов лифт! – рявкнул Артем и со всей силы ударил по панели управления.

В кабине резко наступила тишина, включился свет и лифт тихо поехал куда-то вверх. Аня почти не дышала, пока двери не начали разъезжаться, выпуская их из плена. Она вылетела оттуда, чудом не задев стоявшую у дверей женщину.

– Эй! Здесь вам не стадион, так носиться! – возмутилась дама, окинув гневным взглядом Аню. – Черт-те что, а не дом!

– Простите, пожалуйста, – только и сумела пролепетать Аня, пытаясь прийти в себя.

– Никакого воспитания! – продолжала жаловаться женщина, заходя в лифт. – А потом еще мусор разный по подъезду: то стены исцарапаете, то окурки разбросаете, то игрушки страшные подкидываете. Милицию вызову – будете знать!

– Простите... – Артем втиснул руку уже в почти закрывшиеся двери. – А какие игрушки, вы сказали, валяются?

– А то вы сами не знаете, – недовольно скривила лицо дама. – Намотаете каких-то тряпок, типа кукла, навешаете барахла и под дверь подсовываете! Еще и двери вечно открытыми оставляют, потом коты бездомные по подъезду бегают, орут по ночам! Ничего-ничего, скоро камеры поставим – и сразу все получат по заслугам! Я вам тут не девочка терпеть все, я в таких местах работала и с такими людьми общалась – вы даже себе представить не можете!

Женщина продолжала возмущаться, пока двери окончательно не закрылись, хотя ее голос, казалось, продолжал доноситься из шахты.

– Хм... кукла – это уже интересно, – потер подбородок Артем и повернулся к Ане. – Ну как, отдышалась? Нам осталось пару этажей. Идем по лестнице или лифт снова вызовем?

– Лифт?!

– Ну с ним ведь все уже в порядке...

– Я тебя сейчас разорву на тысячу мелких Артемчиков! Я уже думала, что так и погибну бесславно в этом лифте! А ты предлагаешь снова в него зайти?!

– Да ладно тебе. Все же в итоге закончилось хорошо: в этом доме еще никто физически не пострадал.

– О, спасибо за утешение. Если никто не пострадал, это еще не значит, что мы с тобой первыми не окажемся!

– По лестнице так по лестнице. Могла бы просто сказать, а не ворчать. – Артем невозмутимо повернулся и пошел в сторону лестничного пролета. – Волноваться не стоит. Я думаю, что это просто завелась кикимора.

– Кикимора?

– Ага.

– Знаешь, я тут вспомнила, что вроде читала какую-то книгу про девочку и там у нее была маленькая кикимора. Она и правда хулиганила, а еще мама девочки потом куколку нашла, – задумалась Аня, стараясь не отставать от напарника. Она вспомнила, что на обложке еще было нарисовано такое странное существо с куриными ногами, в платке и с длинным носом. – Так что, и в жизни бывает? Типа все эти иголки в косяках и так далее?

– Еще как. Подкинут такую куколку без лица, а потом дома начинается бардак и виновного найти никто не может.

– Да, но тут целый дом, а не просто одна квартира. Мне казалось, обычно в таких историях все завязано на конкретном жилье.

– Может, наш председатель кому дорогу перебежал или квартиру кто-то хотел купить и не смог, вот и подселил сюда нечистую силу.

– Звучит логично. И как нам тогда от нее избавиться? Найти куколку и уничтожить? Думаешь, та мадам ее не выкинула?

– Возможно, и не выкинула, раз кикимора все еще здесь. Или то была не настоящая куколка – просто кикимора решила попугать и запутать всех.

– Все равно странно это как-то. Хотя я, конечно, не знаток кикимор, – пробормотала Аня. – Мне уже скоро на пары, давай мы быстренько все осмотрим наверху и на сегодня закончим?

– Окей... О, смотри, тут открыто. – Артем толкнул металлический люк вверх, и тот открылся, впуская в подъезд холодный воздух. Напарник ловко вылез на крышу, окликнув Аню: – Давай сюда!

Вздохнув, она полезла по металлической лестнице следом. Хотя на улице стояло серое затишье, по крыше гулял ветер, неприятно обдувая лицо холодным воздухом. Было пусто, сыро и зябко. Осмотр крыши проходил быстро: Аня старалась не подступать к самому краю, чтобы не всматриваться в пугающую и одновременно манящую высоту, предоставив Артему возможность обойти периметр. Тот заявил, что высоты не боится, в отличие от некоторых слабовольных сотрудников, и Ане осталось бродить по центру. Поиски оказались успешными: в левом углу, за остатками наваленного мусора ребята нашли спрятанную маленькую куколку. Свернутая из старых тряпок, обмотанная пластиковой бечевкой, она была без лица и казалась несуразной. Трогать куколку не хотелось, слишком уж неряшливо она выглядела. Громкий лязг отвлек Аню с Артемом от изучения находки: дверь люка уже не была откинута и снова заняла свое место, закрывая проход.

– О нет, только не говорите, что дверь заперта... – прошептала Аня, понимая, что это явно был не сквозняк: кто-то или что-то закрыло люк, оставляя ребят на крыше без возможности вылезти назад.

– Ань, ты только не нервничай, сейчас я посмотрю. Может, я просто неудачно ее открыл, и она хлопнула обратно, – попытался успокоить ее Артем и, подхватив с собой находку, шустро побежал в сторону люка. Аня поспешила следом.

Артем попробовал потянуть за металлическую ручку. Однако ничего не вышло: дверь была определенно закрыта и не поддавалась. Аня стала помогать Артему, но и вдвоем у них ничего не получилось. Крышка люка не просто захлопнулась – она явно была закрыта на замок, не позволяя никому покинуть крышу.

– Твою ж... – выругался Артем, раздраженно хлопая по дверце. – Ничего, попробую вызвать наших, чтобы подъехали и выпустили нас.

Пока он старался дозвониться коллегам, Аня пыталась прикинуть, успеет ли добраться до университета к началу лекции с учетом сложившихся обстоятельств. Надежда, что их выпустят в скором времени, таяла на глазах. Артем перебирал номера, пытаясь найти того, кто их освободит. Аня бездумно скользила глазами по крышке люка, найденной куколке, черному покрытию крыши с разбросанными на нем пятнами луж. В душе она злилась – на Артема, который потащил ее на эту крышу, на себя, что не додумалась остаться в подъезде и покараулить выход, и на эту дурацкую погоду, которая только добавляла уныния от монохромного пейзажа. К тому же Аня переживала, что опоздает на свои пары, а ведь она не пропускала учебу просто так, тем более когда лектор будет принимать экзамен в конце семестра. Пока Аня варилась в своих безрадостных мыслях, Артем прекратил обзвон и воодушевленно сообщил, что к вечеру подъедет Леха и освободит их. Услышав «радостную» новость, Аня на секунду закрыла глаза, глубоко вдохнула и заорала на всю крышу.

– Ты чего?! – переполошился Артем. – Да все хорошо будет! Не переживай!

– Хорошо?! Нам здесь торчать до вечера! – набросилась на напарника Аня. – А все потому, что тебе приспичило полезть сюда прямо сейчас, вдвоем!

– Зато мы нашли вот это! – тыкнул ей в лицо куклой Артем. – Уничтожим – и все, дело закрыто!

– Ах, нашли это! Уничтожим – и всё! – взвизгнула Аня и, выхватив находку из рук напарника, начала рвать ее на части, практически раздирая переплетенные бечевки, выкидывая вываливающиеся части до тех пор, пока скрученная куколка не превратилась в груду ветоши. – Вот, всё, нет больше куклы! Только дверь что-то не открылась!

– Знаешь, я начинаю тебя бояться, – пробормотал Артем, осматривая то, что осталось после расправы. Внутри кукла оказалась набита обрывками обоев и бумажных объявлений, а также бычками от сигарет. Ничего странного или необычного, за исключением самого факта ее создания и появления на крыше.

Оставшуюся часть дня Аня больше не разговаривала с Артемом, погрузившись в свой телефон и расхаживая по крыше в попытках не замерзнуть. Пары она пропустила – благо сегодня были только лекции, и в этот раз никто не отмечал отсутствующих. На самом деле злиться на напарника она перестала примерно сразу же, как спустила пар на несчастной кукле, но признаваться в этом не хотелось. В конце концов, он же не один виноват, что они тут оказались, – она точно так же ошиблась. Но как начать разговор и признаться в этом, Аня не знала, поэтому и ходила молча из стороны в сторону, пока не послышался шум и дверца не открылась. Оттуда показалась голова Лехи, и он приветливо махнул, приглашая ребят на выход. В подъезде уже горел свет, а лифт бесконечно ездил туда-сюда, развозя возвращавшихся после работы жильцов.

– Пока, котик, надеюсь, тебя кто-то все-таки заберет к себе, – прошептала Аня, усаживаясь в черный мерс, который Леха припарковал прямо у входа в подъезд.

Котенок будто грустно улыбнулся в ответ, забавно растопырив усы и приоткрыв пасть. Машина тронулась, оставляя дом позади.

Аня попросила высадить ее у магазина, не доезжая до общаги. На прощание Артем пожал ей руку со словами:

– Ты куколку уничтожила, тебе и отчет писать по освобождению дома от нечисти. Остатки сам сожгу, чтобы уже наверняка. А твой бардак в кабинете я приберу завтра, не парься. До встречи на следующей неделе!

– Вообще, это твой бардак, – отмахнулась от него Аня. – Ладно, я подготовлю отчет, а ты тогда разбери все документы. До встречи! Лех, пока!

Уже засыпая, Аня подумала, что как-то слишком уж легко они справились с кикиморой – быстро нашли куклу и избавились от нее. Но кто ее создал и занес на крышу? Не сама же она появилась из ветоши, как Афродита из пены. Чересчур все было просто и странно одновременно. Решив обсудить сомнения с Артемом, Аня покрутилась, располагаясь в кровати поудобнее, и уснула.

На следующий день она последовала совету Артема и не пошла в офис, предпочтя поработать по свежим следам над отчетом, а после сходить на пары как прилежная студентка. Пока она корпела над документами, то выяснила немало интересной информации про кикимор, или шишимор, как их еще называли.

Как оказалось, подкинутая куколка была одним из вариантов попадания вредного духа в дом. Появиться кикимора могла или из-за чьей-то «неправильной смерти» (неотпетые покойники, убийства), или на «плохом» месте (где кого-то убили).

«Если бы в этом доме что-то такое произошло, то, наверное, соседи бы знали. Да и тогда можно было бы еще задуматься о привидении, а не о кикиморе. Все же куколка нашлась, так что вряд ли тут еще какое-то преступление скрыто», – подумала Аня и углубилась дальше в изучение нечисти.

По общей характеристике вредительства кикимора идеально вписывалась в происходивший в доме беспорядок: она могла кричать, свистеть, пугать жителей, путать все кругом, наводить беспорядки и красть вещи.

Но были и нестыковки: так, некоторые верили, что кикимора не выходит на улицу, так как боится, что ее унесет ветром из-за малого размера и легкого веса. Зачарованная куколка же нашлась на обдуваемой крыше, и это смущало Аню. С другой стороны, писали и о болотных кикиморах, которые отличались от «домашних», но на месте новостройки болота явно до этого не было, а только частный сектор, который снесли.

Поискав еще информацию по похожей «домашней» (как окрестила ее про себя Аня) нечисти, она выяснила, что верований очень много и любой нечистик, обитавший среди людей, мог навредить точно так же, как и кикимора, если его разозлить. От обилия информации про домовых, гумновых, банников и прочих пухла голова.

Решив, что обсудит все еще раз с Артемом, Аня закончила составление отчета и ушла на пары. В целом день прошел спокойно, привычно и без каких-либо происшествий.

Следующий же день начался в шесть утра с телефонного звонка.

– Не время спать, время принимать поздравления! – Радостный и бодрый голос Артема никак не вязался с временем, которое показывал телефон. – Оставайся такой же яростной в уничтожении артефактов и бесстрашной в покорении лифтов! А сейчас ноги в руки и встречаемся на выходе на «Тракторном» – там двинем к нашему проклятому дому. Через час там будешь?

– Сегодня же выходно-о-о-о-й, – простонала Аня в трубку, растирая рукой лицо в надежде то ли проснуться наконец, то ли избавиться от этого наваждения как от страшного сна. Но сон уже уходил, а осознание, что дело пошло не так и они не закончили в том доме, приходило все яснее. Пообещав, что доберется к нужному времени, Аня поспешила собраться, оставляя бурчащую про ранние звонки Женьку досыпать в праздничный день.

Примерно через час с хвостиком Аня стояла у выхода из метро, ожидая своего напарника и разглядывая выстроившиеся столы с разноцветными головками тюльпанов, скрученных в плотные букеты, и пушистыми ветками мимоз. Завернувшиеся в куртки и жилетки, с перчатками на руках, торговцы суетливо поправляли цветы, перекладывали веточки, переставляли пластиковые вазы, желая представить свой товар как можно выгоднее. Просыпающийся город готовился встречать Восьмое марта, ожидая, когда его жители выберутся из уютных кроватей и подружки поспешат за чашкой капучино в тихие кофейни, семьи направятся на праздничный завтрак в кафешки, а влюбленные мальчишки, парни и мужчины всех возрастов будут бегать с букетами ярких цветов по улицам и проспектам.

– Признаю, поражен твоей пунктуальностью. – Слегка запыхавшийся Артем наконец тоже добрался до места встречи. – Кажется, мы уничтожили не ту куклу. Так что бегом на поиски верного артефакта!

– Если бы я знала, что ты опоздаешь на полчаса, не торопилась бы так, – пробурчала в ответ Аня. Она уже подмерзла топтаться на одном месте, особенно когда в этот день она должна была бы принимать поздравления и купаться во внимании, как и другие девушки, а не ежиться от холодного ветра возле метро. – Так а что случилось-то? Почему нельзя было хотя бы чуть позже встретиться: раз кикимора там осталась, то она никуда бы не делась, если бы мы приехали сюда в обед.

– Так сегодня ж праздник! – удивленно воскликнул Артем, оборачиваясь к ней. – Раньше начнем, раньше закончим. А там можно будет и отмечать. У тебя же дела, наверное, есть какие-то?

– Вообще я планировала отдохнуть, а не вставать в несусветную рань и нестись в другой конец города, чтобы бегать по подъездам.

– Кто рано встал, того и тапки – а, нет, не то. В общем, сейчас быстренько пробежимся, все решим, и по своим делам. Вчера тут приезжали ставить камеры на подъезды, как итог: все провода оказались разгрызены на тонкие нити и переплетены между собой в сотни косичек, а сама аппаратура разбита. А если скоро их все-таки поставят, то уже так просто мы по подъездам не побегаем, как ты выразилась. Кстати, это тебе. – Артем протянул камушек с дырочкой посередине, через которую был протянут шнурок.

– О, это подарок в честь праздника?

– Можно и так сказать. Амулет от кикимор. Надевай на шею, чтобы обезопаситься. У меня такой же. – Артем вытянул из-под воротника куртки похожий камушек. Посмотрев на парня, Аня так же надела переданный амулет, спрятав его под шарф.

В столь ранний час возле дома было тихо и безлюдно, только одинокие собачники со своими питомцами на поводках, съежившись от утренней свежести, уходили куда-то подальше от дома – в места, где разрешен выгул или хотя бы где никто не выскажет претензий насчет животного.

– Привет, малыш, снова мы встретились. Я тебе тут захватила чуть колбаски из дома.

Аня растянула салфетки с нарезанной докторской – взяла с собой из общаги, когда собиралась: в этот раз котенок сидел на лавочке возле подъезда, подобрав маленькие лапки под себя и следя за улицей сквозь полуприкрытые глаза. Мокрый носик осторожно принюхался к угощению, после чего довольно приступил к трапезе. Аня нагнулась и почесала котенка за ушком: от неожиданной ласки малыш даже заурчал, ловко расправляясь с остатками колбасы.

– Ань, идем, потом еще потискаешь кота, как освободимся, – поторопил Артем, махнув рукой в сторону подъезда.

В отличие от Ани, он прохладно относился к мурчащим усатым, предпочитая верного друга – собаку гуляющим самим по себе кошкам. Поэтому сидящий одинокий котенок не вызывал особого трепета в его душе.

– Прости, котя, злой дядя Артем зовет работать. У вас тут беспорядки, с чем нам и нужно разобраться.

Котенок бросил взгляд на Артема, чуть прищурив глаза, и недовольно фыркнул, после чего отвернулся и, спрыгнув с лавки, отправился куда-то вдоль дома. Аня не сдержала улыбки, наблюдая за гордо вышагивающим пушистиком, который раскачивал поднятым кверху хвостом.

Поскольку в прошлый раз крышу уже исследовали, ребята решили разделиться и прочесать все лестничные площадки с первого по последний этаж. Несколько часов беготни по дому привели к следующему результату: двадцать три самодельные куклы, пятнадцать тысяч нахоженных шагов, пара болтливых рабочих и один недовольный мужик с пятого этажа. Последний долго возмущался, что «ходят тут всякие по подъезду, потом бардак кругом, мусор, техника пропадает...», пока сам докуривал свою сигарету на площадке в приоткрытое окно. Артему повезло меньше Ани: его куколки были то закопаны в какой-то строительный мусор, то падали на него сверху с побелкой, паутиной и ошалевшими от вторжения пауками, то дверь лифта во втором подъезде заклинило, и он не мог выбраться без помощи напарницы (Аня предусмотрительно с ним не полезла, оставшись караулить снаружи). В итоге выглядел Артем грязным, всклокоченным и с огромным синим пятном на кроссовке (оступился на одном из пролетов возле банки с краской), как будто не по новостройке ходил, а участвовал в забеге по заброшенному складу стройматериалов.

Наконец, ребята разложили на лавочке находки. Двадцать три похожие друг на друга, скрученные изо всякого хлама куклы молчаливо лежали, обдуваемые мартовским ветром.

– И это двадцать три кикиморы? Или просто среди этих куколок только одна реальная? – задалась вопросом Аня, внимательно рассматривая результаты поисков.

– Даже не знаю, – почесывая подбородок, ответил Артем. – Вообще, может быть и несколько кикимор. Странно, что они вообще тут завелись в таком количестве: обычно кикиморы появляются там, где беспорядок, а тут как бы новостройка. Нет, пока идут ремонты, хватает грязи и мусора, но все-таки предполагается наведение порядка.

– Так, может, их специально тут завели? Куклы же не сами по себе появились, кто-то постарался над этим.

– Могли и сами, когда сворачиваются изо всякого барахла и превращаются в нечистика. Но чтобы так много и в подъезде – такого еще не встречал нигде. Современный мир – современная нечисть, – вздохнул Артем, разрезая кукол ножницами и складывая обрезки в один пакет. – Надо еще проверить подвальные помещения, вдруг там тоже остались какие-то сюрпризы.

– Что-то мне не очень хочется по подвалам ходить, тем более меня немного смущает, что нам не попались сами кикиморы. Разве мы не должны были как-то их заметить? Вступить в контакт, например, а не просто собирать этих кукол?

– М-да-а, тут в твоих словах есть рациональное зерно. Кикиморы, конечно, вредные создания, и предполагается избавляться от их присутствия в жилых домах, но на контакт они способны выйти, особенно если им угрожает выселение.

– А уничтожение куколки не предполагает уничтожение самой кикиморы?

– Нет, ты что. Мы же не изверги какие-то, – удивленно посмотрел на нее Артем. – Не предполагал, что ты такая кровожадная!

– Ой все, не нужно издеваться надо мной. Я еще только разбираюсь со всем! Откуда мне знать особенности функционирования кикимор?!

– Ладно, так и быть, мой юный падаван. Кикиморы – духи зловредные и малоразумные в большинстве своем, но некоторые все-таки могут эволюционировать до разумного состояния. Когда мы уничтожаем куколку, дух покидает место обитания и отправляется на поиски нового жилища. Некоторые обосновываются на болотах – отсюда и пошли болотные кикиморы, там они никому сильно не мешают, сами себе хозяйничают и мало контактируют с людьми. А некоторые просто находят себе новый дом и там беспредельничают, пока их не выселят. Вот такие скитальцы получаются.

– Знаешь, даже немного жалко их стало, – протянула Аня, помогая складывать остатки последней куклы в пакет. – Вот так броди себе по свету, без угла своего, отовсюду гонимая.

– Посмотрел бы я на тебя, если бы у тебя кикимора поселилась, – хмыкнул Артем, завязывая ручки пакета в узел. – Неделька – и ты бы уже взвыла, готовая все сжечь, лишь бы избавиться от вредителя.

– Неужели их нельзя как-то приручить, что ли?

– Не-а, но ты попробуй. Вдруг именно у тебя получится и ты станешь укротительницей кикимор, можно будет на этом даже зарабатывать. Откроешь зоомагазинчик: котики, собачки, хомячки и кикиморы. Ну и мне процент за отличную идею, сама бы не придумала такой бизнес!

– Вот сам и открывай. Но мне по-прежнему кажется, что это все как-то странно. Знаешь, я вчера составляла отчет и задумалась, что уж очень много разной домашней нечисти бывает. А что, если это не кикиморы вовсе?

– Думаешь, ведьма какая подклады крутит? Так смысла нет тут, новый же дом, еще не успели бы поругаться настолько. Да и тогда логичнее было бы конкретным людям мстить, а не всему дому.

– А что, если это недобросовестные риелторы? Подкидывают кикимор, чтобы люди квартиры захотели продать, цену сбивают репутацией плохой, а? Или вообще это просто куколки, а дело совсем в другом?

– Хм, предположение хорошее, можем проверить, не интересуется ли кто-то покупкой квартир здесь, прошерстить объявления.

Раздался писк и из подъезда показалась сначала маленькая девчушка, которую ребята встретили пару дней назад, а следом ее мама, в этот раз уже без самоката. Взгляд ребят сразу же привлекла игрушка, что девочка держала в руках, – такая же кукла, как недавно они собирали по всему подъезду. Переглянувшись, Аня с Артемом поспешили окликнуть маму с дочкой.

– Здравствуйте! С праздником! Привет, солнышко, а не подскажешь, где ты такую красивую куколку нашла? Кто-то подарил, может? – Артем дружелюбно улыбнулся, стараясь расположить к себе как женщину, так и ребенка.

– Котя подаиу, – улыбнулась девочка, прижимая к себе куколку.

Вблизи было заметно, что эта чище и аккуратнее, чем те, которых ребята нашли в подъезде. Но общий вид оставался таким же – скрученная из ткани, без лица и со всякими пришитыми пуговками, цветными бусинками и даже монетками.

– Ой, это Ева с папой на улице играла и, пока муж в телефоне залип, нашла эту куклу где-то. Она говорит, что котик ей подарил; может, и правда этот кот откуда-то стащил, но, скорее всего, кто-то из детей забыл. Я хотела выкинуть, но вот вцепилась она в эту куклу, и все. Только забираю – рев, слезы, катания по полу. Пришлось помыть на всякий случай, высушить да и оставила пока.

– О, действительно, видимо, кто-то забыл. Ничего странного не происходило, как появилась игрушка?

– Да нет, – растерялась женщина, опустив глаза на куклу. – Что тут странного произойдет. Думаете, я зря оставила? Я просто во всякие такие штуки не верю.

– Нет, что вы, – поспешила успокоить женщину Аня. – Скорее всего, кто-то и правда забыл.

– А котенок этот давно тут живет? – Артем, прикусив губу, засмотрелся куда-то в сторону подъезда.

– Хм... и не помню, зимой точно был уже. Бродил туда-сюда, в подъезде не раз прятался, в коляске еще любил поспать.

– Понятно, простите, что задержали вас! И еще раз с праздником! – Артем вежливо кивнул, тактично оканчивая беседу, и потянул Аню куда-то в обратную сторону от дома.

Отойдя подальше, постоянно озираясь по сторонам, он наклонился к Ане поближе и прошептал:

– Кажется, у нашего дома есть мягкие ушки. Давай-ка мы за молоком и сосисками в магазин сходим.

– Ты решил подкормить котенка? Я знала, что ты еще не потерян для нашего общества, – подколола его Аня, в голове уже продумывая, можно ли уломать напарника забрать к себе малыша.

– Есть подозрение, что это совсем не котенок, – неожиданно серьезно признался Артем. – Куколки-то есть, но ты права: их явно кто-то крутит. Плюс этот котенок, что вечно болтается у дома, при этом он в таком виде уже давно бродит. Да и девочка сказала, что куклу кот подарил. Ты много видела котов, что игрушки так носят?

– Думаешь, это не кот вовсе?

– Вот и проверим.

Розовые сосиски аккуратной пирамидкой возвышались на листке бумаги, рядом в маленькой пластиковой тарелочке были налиты свежие сливки. Увидев оставленное лакомство в тихом уголке при входе в подвал, котенок шустро побежал к еде, пока его добычу не нашел кто-то другой.

Аня с Артемом завороженно смотрели через щель приоткрытой двери, как котенок, усевшись на филейную часть, ловко расправлялся с сосисками, подхватывая каждую лапкой и отправляя в рот. Закончив с основным блюдом, он так же подхватил мисочку со сливками и довольно отпил, словно барыня – чай из блюдца.

– Ну здравствуй. – Артем вышел из укрытия, предусмотрительно перегораживая проход на улицу с одной стороны подвальной дверью, а с другой – большой картонкой. Последнюю они смастерили из старых коробок, что лежали за магазином, ожидая вывоза.

Котенок зашипел, осматривая возможные пути отступления из импровизированной ловушки: прыгать вверх было слишком высоко для его коротких лапок, а выход оказался заблокирован.

– Врешь, не возьмешь! Без боя не дамся! Подходи давай, если смелый! – То, что котенок умеет говорить, уже не так шокировало, после того как стало понятно, что с ним явно что-то не так.

– Мы не хотим сражаться с тобой! – миролюбиво подняла руки Аня, выступая следом за Артемом. – Это ты здесь устраивал беспорядки? Воровал продукты, портил имущество, в лифте всех пугал? И зачем?

– А чего? Они первые! Сначала тут все снесли, потом дом этот огромный построили, а никто даже молочка не оставил, жить не позвал, – воинственно задрал голову котенок. – Я ходил тут, никому не нужный. Только шпыняли меня отовсюду. Кто же так с хозяином дома обходится? Вот раньше были времена – меня и молочком поили, и без моего спроса скотину не заводили. А сейчас: ни капли уважения, еще и собак тут развели, шагу не ступить. И у главаря их весь кабинет в этих собаках!

– Так ты что, домовой, что ли? – догадалась Аня, изумленно осматривая разгневанного пушистика: у того даже усы стали торчком от недовольства.

– Точнее, печник, но для вас можно и домовой, все равно не разбираетесь! А вообще у меня имя есть – Афоня я!

– Приятно познакомиться, Афоня. Меня зовут Аня, а это Артем. Так никаких кикимор не было, это ты все подстроил?

– Знаю я, слышал. Не было. Что же я за хозяин, если кикимор на свою территорию пущу? Хотел вас спровадить, а то вы все тут вынюхивали ходили. Да видно, не получилось. – Афоня горестно вздохнул. – Что теперь делать будете? Изгоните меня отсюда на улицу? Уж лучше совсем тогда погубите, чем бездомным оставлять.

– А когда ты все это устраивал, не думал, что потом ответственность нести придется, а? Почему тихо не жил себе? – Артем вопросительно посмотрел на домовенка.

– Не могу я так. Я жил тут до них, мой тут дом, мне и хозяйничать. Давай, губи меня, человек, ни за что раскаиваться не буду! – Котенок закрыл глаза и вытянул шею, словно подставляя себя под неминуемый удар.

– Артем, давай-ка немного переговорим между собой. – Аня потянула напарника за рукав куртки, не отрывая взгляда от Афони.

Отойдя на пару шагов, она зашептала:

– Слушай, нельзя же его так оставлять на улице, давай заберем к нам.

– Куда к нам? Он хулиганье пушистое и должен нести ответственность за свои поступки! За такое поедет порядки наводить в лес!

– Афоня – попавший в беду печник, а мы как раз и должны ему помочь. Неужели нельзя хотя бы на время его пристроить, пока поищем ему новый дом? Тебе его что, совсем не жалко?! – прошипела Аня чуть громче, негодующе посмотрев на Артема. – ЦУД помогать должен или заниматься наказаниями?!

– Мне кроссовку свою жалко и косуху! – возмущенно парировал Артем, тыкая пальцем в сторону Афони. – А он это подстроил все!

– Артем! Он защищался как мог, а кроссовку твою отмоем, куртку почистим. Ну что делать с домовиком? Ты же сам понимаешь, что в лесу ему делать нечего, еще пропадет.

– Гфмк, – нечленораздельно фыркнул Артем и полез за телефоном.

Закончив переписываться с кем-то, он вздохнул, махнул рукой и пошел поближе к пойманному Афоне.

– Есть предложение: как насчет того, чтобы сменить место жительства? Скажем, есть вариант, где тебя будут кормить, предоставят жилплощадь, а еще и работу дадут. Что скажешь? – неохотно спросил у него Артем.

– И в чем подвох?

– Никакого подвоха. Ты либо с нами, либо без нас, но тогда сам будешь себе дом искать, здесь точно не оставим, а рискнешь продолжать, в лес вообще сошлем, – не выдержал Артем, по-прежнему недовольно смотря на Афоню. Он никак не мог простить печнику испачканную и порванную одежду.

– Эй, ты его так напугаешь только! – Аня легонько толкнула Артема в плечо. – Не волнуйся, ты можешь просто попробовать пожить у нас, а если не понравится, то мы поищем другой вариант. Просто на это тоже нужно время, а оставлять тебя здесь мы все-таки не можем. Ну как, по рукам? Или лапам?

– Ладно, все равно идти мне некуда. Но если вы меня решили обмануть – я так просто не сдамся! – Афоня протянул лапу, которую торжественно пожала Аня. После чего тот резво запрыгнул к ней на плечи и скомандовал: – Вези меня в новый дом!

Весенний закат заглядывал через окно в заваленный документами кабинет, предательски освещая последними солнечными лучами тонкие полоски пыли на деревянной мебели. Стопки бумаг все так же ожидали, когда их разберут, рассортируют и подошьют в соответствующие папки. На столе, растолкав документы, возвышалась ваза с пышными ветками мимоз, гордо неся праздник в общий беспорядок.

– О, с праздником, Ань! – Артем дружелюбно приобнял ее, кивая на букет. – Прости, что сегодня опоздал, пришлось в офис метнуться, чтобы букет с собой не таскать, пока будем по дому бегать.

– Ого, спасибо, – растерялась Аня, она-то уже и позабыла, что сегодня вообще-то праздник.

– Ага, у той бабки и правда были самые красивые и по цене адекватные. Не то что некоторые продают. Для любимой напарницы только лучшее!

– Уже и любимой? Не так давно ты избавиться от меня пытался!

– Да ладно тебе, сработаемся! Ну на тебе отчет тогда, а сегодня можно и по домам.

– И в таком бардаке вы тут работаете? – Афоня окончил придирчиво изучать кабинет и теперь повернулся к ребятам. – Это же кошмар! Никто не уйдет домой, пока мы не разберем все документы!

– Ань, может, все-таки найдем ему другое место? – с мольбой в глазах повернулся к напарнице Артем.

– Ну уж нет, одна я точно с этим всем не справлюсь! Афоня, добро пожаловать в ООО «ЦУД»!

Дело № 9. Шляхтич

Апрельское солнце пригрело город: вместо пуховиков, шуб и дубленок все переоделись в легкие плащи, джинсовки и ветровки. Неожиданное тепло после зимнего холода радовало так же, как и то, что день становился все длиннее, вечера – светлее и ночи – короче. Люди спешили на работу, но уже представляли, что скоро теплый май, а там и долгожданное лето. В университетах же в самом разгаре была учебная пора: семинары почти вытеснили все лекции и курсовые. Студенты, конечно, радовались теплу, но больше мимолетом, пытаясь не упустить возможность заработать автомат к будущим зачетам и получить рейтинг повыше к экзаменам.

Только вот в голове у Женьки, как заметила Аня, была совсем не учеба. Соседка уже пропустила пару практических занятий и чуть не забыла сдать курсовую. Не сказать, что она была прилежной студенткой, но и не двоечницей. Аню начинало беспокоить, что Женька в последнее время ходит сама не своя: большую часть времени лежит, питается в основном ирисками и по кругу смотрит документалки про маньяков. Последнее особенно пугало, потому как ранее Женя предпочитала фильмы про любовь, а не расследования преступлений. Мало того что она стала зависать в классике передач про криминал, так еще и подкасты начала слушать про маньяков. Однако рассказывать, что произошло, Женька не спешила, лишь вздыхала и говорила, мол, нет настроения. В какой-то момент Аня решила на время оставить ее в покое: жизнь в одной комнате, безусловно, сближала, но они не были лучшими подругами, так что Женька могла и не хотеть делиться своими проблемами. Но на всякий случай Аня погуглила признаки депрессии: мало ли, спасать соседку придется, не чужой же человек. По всем пунктам не совпало, так что она решила, что это просто временная хандра.

На работе же жизнь была не менее активна, чем в университете. Афоня, привыкнув за март к новому месту, вовсю занимался порядком. С его пушистой лапы (и под угрозой урезания зарплаты со стороны Галины Павловны) сотрудники разгребали все завалы папок с делами, что накопились за это время. Афоня переоборудовал кладовку под архив, и теперь там высились ряды металлических полок с коробками, внутри которых под грифом «особо секретно» хранились дела. Ключ от архива домовой носил под сердцем (хотя Артем заявлял: «У этого лохматого чудовища нет сердца!» – ведь именно ему пришлось с парнями таскать и расставлять все коробки) и теперь никого постороннего без разрешения туда не пускал. Разбирая дела и передавая все в архив, Аня периодически пробегала глазами по документам, отмечая для себя, какими примерно делами занимались ее коллеги и с какими проблемами встречались.

Афоня прижился в офисе. И если Артем по-прежнему бурчал на него, Леха с Димой молчаливо поддерживали друга, а Гена с Глебом заняли нейтралитет, то женская часть была рада. Зоя пищала от восторга и все норовила принести домовому-коту что-то вкусненькое: то сливок свежих, то сметанки фермерской (специально по субботам ради этого ездила на рынок), то круассанчик захватить в кофейне. От этого из маленького котенка Афоня эволюционировал в крупного зажиточного кота. Галина Павловна ярко эмоций не выражала, но по ее довольному виду и выданной Афоне банковской карте было понятно, что появление домового в офисе ее также радовало.

В этот день Аня приступила к наведению порядка в ноутбуке. Она решила создать отдельные папки по всем делам, а также папки для текущих рабочих документов. Кроме выездных расследований с Артемом, Ане, как и обещалось, перепала и частично юридическая работа. К ее счастью, с учетом отсутствия опыта Галина Павловна пока выдавала мелкие поручения, и она же контролировала результат. Так что Аня решила организовать свои документы, пока их было не так много.

– В компьютер играешься? – В кабинет заглянул Афоня. – Советую поучиться шить или вязать, всяко полезнее будет для девушки будет, чем тыкать в эти кнопки.

– И тебе доброе утро, – ответила Аня, оторвавшись от экрана. – Спасибо за совет, но пока для работы мне важнее уметь управляться с компьютером.

– Эх вы, современные девушки. Замуж надо, семью завести, хозяйство организовать. Муж пусть работает. Ладно, не бойся, я тебе помогу найти хорошего. Только с Артемом никаких шур-мур, он бестолковый, – скривил мордочку домовой.

Кривляющийся кот выглядел забавно, и Аня не удержалась от улыбки.

– С Артемом у нас рабочие отношения: он влипает в неприятности, а я его спасаю. Романы на работе меня не прельщают, – отшутилась Аня. Артем никак не вызывал у нее романтических чувств, скорее калейдоскоп эмоций: от желания придушить за чрезмерную самоуверенность до готовности рисковать ради помощи ему в деле. – Так что можешь искать кандидатов, только симпатичных. Высокого, с широкими плечами, гордым профилем и обязательно брюнета. Ах да, руки пусть сильные будут – меня носить. Непьющего, работящего и с зарплатой высокой. Выбирай с жилплощадью сразу, чтобы было где это самое хозяйство организовывать. Возле метро, пожалуйста, по Московской линии – она мне как-то больше нравится, но чтобы двор тихий и приличный.

– Хорошо, найду такого. Правда, придется тебе подождать немного, – серьезно заверил ее Афоня, а Аня зависла: она же просто шутила и не ожидала, что домовой так ответит. – Вот, держи пока дело, работница. Новое пришло.

– Ты взялся уже и дела самостоятельно распределять?

– Не распределять, а разносить, – важно поправил ее домовой и положил на стол папку. – Не представляю, как вы без меня справлялись раньше.

– Отлично справлялись. Привет, Анют. – В кабинет вихрем ворвался Артем. Судя по взъерошенным волосам, мятой одежде и маленьким капелькам зубной пасты на его байке^[4], он, скорее всего, проспал и собирался второпях.

– О твоем опоздании доложу кому следует, – фыркнул Афоня и оставил ребят одних.

– «Доложу кому следует», – передразнил домового Артем, подходя к Ане, которая уже взяла в руки папку с делом. – Доложилка еще не доросла. Тоже мне, блохастое начальство!

Пока Артем бурчал, Аня погрузилась в чтение документов. Напарник навис над ее плечом, также заинтересовавшись делом. Клиента как такового не было. Задача шла напрямую от Деда: пятеро девушек чахнут от неизвестной болезни. Возраст от восемнадцати до двадцати трех. Подавленное настроение, снижение веса, ухудшение общего состояния здоровья – признаки у всех схожие, но их причина непонятна. Жертвы находились либо находятся на лечении в разных больницах с подозрением на депрессию с риском суицида.

– Артем, а как вообще было решено, что это дело по нашей части? В плане, мало ли, вдруг это просто совпадение – в Минске очень много людей, и пять девушек могли независимо друг от друга впасть в депрессию и начать худеть. Нет, я уже поняла, что тут случайностей не бывает, но пока до сих пор не улавливаю, как это определяется, – задалась вопросом Аня, поворачиваясь к Артему и передавая папку.

– Потому что Дед проверял их и определил, что замешано что-то сверхъестественное. След на человеке остается от контакта, – буднично пояснил Артем, а потом добавил: – Дед никогда не ошибался.

– А как он этому научился? Мы тут тоже сможем так со временем? – Способность Деда бродить по снам казалась Ане удивительной и совсем чуть-чуть пугающей: мало ли что тебе снится, а тут чужой человек подсмотрит!

– Это вряд ли. Дед все-таки не человек, – задумчиво протянул Артем. – Хотя способность прикольная. Но я бы выбрал себе какую-то другую суперсилу, если бы мог.

– А ты знаешь, кто он тогда вообще?

– В смысле?

– Ну-у-у, кто из нечисти? Какой... вид, что ли? – шепотом спросила Аня, чуть наклонившись в сторону Артема.

– Нет, – растерянно ответил тот. – Но он хороший, заботится обо всех, как настоящий дедушка. Так что просто Дед, как его все называют. Давай лучше делом займемся. Поехали, пообщаемся с жертвами?

– Может, стоит поискать хотя бы для начала, что это может быть? – предложила Аня. Пока она слабо представляла, с чем им придется столкнуться.

– Можно, конечно, – кивнул Артем. – Но я уже договорился, что мы подъедем к родителям первой жертвы. Так что идем собирать информацию, а потом почитаем.

– Когда ты успел?! Ты же только после меня папку в руки взял! – удивленно воскликнула Аня.

– Так тут номер был, я сразу и написал, а мне ответили, – довольно ответил Артем. – Ну что, погнали, напарница?

До нужного места ребята добрались достаточно быстро: первая жертва жила в районе проспекта Машерова, так что от офиса через дворы дойти было быстро. Только дверь им открыла не сама девушка, а ее мама – Наталья Ивановна (как было указано в деле).

– Здравствуйте! Проходите, что на пороге стоять, – пригласила она ребят в квартиру, из которой доносился запах супа и котлет. – Как хорошо, что вы зашли, Саша будет рада вас увидеть. Мы вот только ее из больницы домой забрали, на выходные хотя бы.

Женщина провела их по узкому коридору, увешанному фотографиями улыбчивой девочки разного возраста: малышка с большим красным бантом на голове позирует с плюшевым медведем, школьница с огромным букетом гладиолусов в руках, выпускница в кружевном платье с ленточкой через плечо и коробочкой с медалью в руках. А еще фотографии этой же девочки в разных костюмах: Снегурочки, Красной Шапочки, кота, волшебницы...

– Доченька, к тебе гости, – постучалась Наталья Ивановна в прикрытую дверь и заглянула в комнату. – Твои однокурсники пришли проведать тебя, правда, здорово? Сашенька, вы поболтайте, а я пойду доготовлю пока обед.

После чего женщина повернулась к ребятам и тихонько сказала:

– У нее пока не очень много сил, вы уж следите, если устанет, то лучше оставить ее отдыхать, хорошо?

– Конечно, не волнуйтесь, мы ненадолго, – заверил ее Артем.

В светлой комнате царил порядок и покой: на чистых полочках выстроились книги по театральному искусству, сценарному мастерству, а рядом – дипломы и награды с различных актерских и музыкальных конкурсов. На стене висел плакат с вырезками сцен из театральных постановок, цитат книг и спектаклей, а еще расписанные разноцветными узорами маски из папье-маше. В углу стояло напольное зеркало в тяжелой деревянной оправе. В нем отражалась тахта, где на огромной пуховой подушке и лежала хозяйка комнаты – голубоглазая девушка с тонкими руками и заострившимися от худобы скулами на бледном лице.

– Привет, Саша! – дружелюбно поздоровался Артем. – Меня зовут Артем, а это Аня. Мы зашли проведать тебя. Как твои дела?

– Привет, – еле слышно прошелестела Саша, переводя взгляд от Ани к Артему и даже не пытаясь приподняться с подушки. – Вы не мои однокурсники. Я вас первый раз вижу.

– Ну, мы только перевелись недавно, пока ты на больничном. Решили зайти и познакомиться, заодно узнать, как у тебя дела, – продолжал складно врать Артем. – Как твое самочувствие?

– Как видите, – бесцветно ответила девушка, прикрывая глаза. – Я просто немного устала. Со мной все в порядке.

«С тобой явно не все в порядке», – подумала Аня, наблюдая за словно потерявшей все краски Сашей. Это была не та лучистая и счастливая девочка с фотографий. Сейчас перед ними лежало хрупкое подобие человека, опустошенное изнутри неизвестным недугом.

– Что-то ты не похожа на того, у кого все в порядке. – Артем бесцеремонно плюхнулся на стул, стоявший возле письменного стола. – Из-за чего ты так страдаешь?

– Я же сказала, что просто устала, – в тихом голосе послышались нотки раздражения.

– Извини, мы не хотим тебя чем-то обидеть. – Аня примиряюще развела руки. – Просто мы хотели бы тебе помочь, если получится. Вот и спрашиваем. Если ты устала – может, мы могли бы разобраться с какими-то твоими делами, например. С учебой, может, сложности?

– Учеба... – прошептала Саша, а потом горько ухмыльнулась: – Я столько пропустила в самый разгар семестра, что теперь не представляю, как наверстаю все к сессии, чтобы сдать отлично. Если отчислят по неуспеваемости, это будет так позорно. Лучше бы вообще туда не возвращаться.

– Но тебе же так нравится все театральное! – воскликнула Аня.

– Хах, – слабо улыбнулась Саша. – Я же говорю, что вы не мои однокурсники. Я на менеджменте учусь. Родители сказали, он куда полезнее для будущего, чем театральное.

Артем укоризненно посмотрел на Аню, а та прикусила язык, понимая, что уже успела проколоться.

– Хотя какая разница, кто вы, – продолжила Саша, вздыхая. – Все равно, если честно.

– Ладно, мы не твои однокурсники, но правда хотим тебе помочь, – призналась Аня. – Может, с тобой случалось что-то необычное?

– Нет.

Это был не тот ответ, на который рассчитывала Аня, поэтому она продолжила:

– Может, ты с кем-то новым встречалась до того, как заболела? Странным или страшным? Подумай, пожалуйста.

– Я ничего не знаю и не помню! Я устала, оставьте меня все в покое! – Грудная клетка Саши часто задвигалась вверх-вниз, на глазах выступили слезы, а длинные пальцы сжали одеяло.

Аня поняла, что продолжать беседу не стоит: Саша была на грани истерики, а доводить бедную девушку не хотелось. Артем, судя по всему, понял то же самое, так как поднялся со стула и кивком показал на дверь.

– Мы пойдем, отдыхай! Извини, если мы тебя потревожили, – сказала Аня и направилась к выходу.

– Поправляйся! – кивнул на прощание Артем.

В коридоре они столкнулись с Натальей Ивановной, та шла с металлическим подносом в руках, на котором стояли чашки с чаем и блюдце с бутербродами: на поджаренный батон был намазан творожный сыр и уложены кругляши сервелата, а сверху свежий огурчик.

– Ой, а вы уже уходите? А я вот чай сделала с бутербродами, думала, может, за компанию с вами Сашенька покушает, – расстроенно сказала женщина.

– Саша сказала, что уже хочет отдохнуть. Не хотели бы ее слишком беспокоить, – вежливо улыбнулась Аня, хотя живот предательски заурчал, намекая, что она зря с утра выпила только кофе с парой печенек. Бутерброды смотрелись очень аппетитно, но попросить завернуть их с собой было бы невежливо. – У вас очень симпатичные бутерброды – уверена, она и сама захочет их съесть. Пусть ей больше достанется.

– Ах, если бы, – вздохнула Наталья Ивановна. – Саша почти не ест ничего. Даже капельницу приходили с глюкозой с утра ставили. Она пока еще не дистрофик, вы не подумайте, но этот почти полный отказ от еды так пугает. Спасибо в любом случае, что заглянули к ней. А то совсем никакая днями лежит.

– Наталья Ивановна, а у вас есть предположения, что вообще с Сашей? Может, мы могли бы ей чем-то помочь? – обратился к женщине Артем, внимательно всматриваясь в ее лицо.

– Врачи пока не могут точно сказать: все явно идет из головы, вот она и отказывается от еды и как будто от жизни. К психиатру мы на понедельник записаны, надеюсь, поможет разобраться. Вдруг и правда устала: она же всегда такая отличница была, и везде выступала, и всем помогала. Нарадоваться не могли, а пару месяцев назад дочь как подменили: вдруг спать стала дольше, пары пропускать, есть меньше. И ночами все с кем-то по телефону болтать – я слышала за дверью ее голос. Подумала, что влюбилась. Даже ругалась на нее, что она из-за этого все забросила. Но Саша так и не призналась, что с кем-то познакомилась. Только все хуже и хуже стала себя чувствовать. А сейчас я уже и не знаю, о чем и думать.

На поверхности кружек шла мелкая рябь: руки у женщины задрожали, пока она рассказывала про дочь. Наталья Ивановна подняла к потолку глаза и несколько раз моргнула, прежде чем снова посмотреть на ребят. «Такие же голубые, как и у Саши. Они так похожи», – заметила Аня, с жалостью посмотрев на женщину, пытавшуюся удержать слезы.

– Саша обязательно поправится! – Артем ободряюще коснулся локтя Натальи Ивановны. – Если вы вдруг что-то вспомните странное, что происходило с момента, как Саша стала меняться, или узнаете, с кем она болтала, дайте нам знать, пожалуйста. Я оставлю вам свой номер.

Артем положил на поднос сложенную бумажку с номером мобильного, и они, попрощавшись с Натальей Ивановной, отправились по следующим адресам. До обеда Аня с Артемом успели получить отказ в возможности встретиться с пациентками в двух больницах. После чего Аня поспешила на свои занятия, а Артем поехал к очередной жертве в одиночку.

В общежитие Аня вернулась только к десяти вечера: пары длились допоздна, а после она еще заскочила в магазин по дороге. В блоке было темно и тихо. «Наверное, Женька вместо пар на свиданку сбежала. Зато остаться одной, живя в общаге – это отдельное удовольствие», – мелькнуло у Ани в голове. Не включая свет, она зашла в комнату, кинула сумку на стул и вытянула из шкафа халат, чтобы заглянуть сразу в душ. Вдруг в темноте раздался громкий чих. Аня подпрыгнула на месте и резво щелкнула выключателем: на кровати, свернувшись клубком, лежала Женька.

– Тьфу ты, – в сердцах выдохнула Аня, – я думала, тебя нет. Лежишь тут в темноте, признаков жизни не подаешь.

– А ты не спрашивала, есть ли кто-то, что мне тебе говорить, – вяло отмахнулась соседка.

– Жень, про тебя на парах спрашивали уже. Леня просил передать, что на лекциях он не отмечает твои пропуски, но вообще прикрывать долго не сможет. Ты же так себе наживешь проблем. – Аня подошла поближе и присела на край кровати. – Что с тобой? Может, тебе чем-то помочь?

Женька вздохнула и покачала головой:

– Нет, Ань, ничего не надо. Просто что-то настроения нет. Завтра приду на пары. Скинь мне, что там надо подготовить, хорошо?

– Конечно, если хочешь, я тебе могу и свои решения скинуть. Мне не жалко, – кивнула Аня, поднимаясь с кровати. – Жень, если надо – я готова тебя всегда выслушать.

– Спасибо, – еле заметно улыбнулась она в ответ.

Пискнул телефон, и Аня успела разглядеть, как на дисплее высветилось «Гена» с сердечком в конце имени. Женька подхватила мобильный, прочитала и стала быстро что-то печатать, закусив губу.

– Жень?

– Да? – Женька вынырнула из чата, растерянно взглянув на Аню, а после слабо отмахнулась: – Все в порядке, иди уже в душ или куда ты там халат взяла.

Женька погрузилась в переписку, и Ане стало понятно, что соседка временно потеряна для общения и больше ничего не расскажет. Поэтому с халатом в руках она направилась, как и планировала, в душ.

Теплая вода мягко струилась по коже, смывая усталость от целого дня. Аня была бы не прочь сделать напор посильнее, только вот душ в общежитии тоже устал от жизни и сочился совсем легкими струйками. Но поскольку никто в ванную комнату не ломился, из-за отсутствия почти всех соседок, можно было не переживать о необходимости быстро вымыться, а расслабляться под горячим душем. Разомлев от воды, Аня даже подумала, что неплохо было бы выбраться в Минске в какую-нибудь баню, чтобы попариться. «Можно Женьку позвать, отвлечь ее от грустных мыслей. Не хочется, чтобы и она впала в депрессию». Мозг сразу подкинул воспоминания о бледной замученной Саше, лежавшей без сил на своей кровати. Аня вздрогнула. «А что, если в состоянии Женьки виноват тот самый таинственный парень?» В голове лихорадочно закрутились мысли.

Неожиданный телефонный звонок вырвал Аню из тревожных раздумий. Сначала она хотела проигнорировать звонок, но сотовый продолжал настойчиво пиликать. С неохотой Аня вылезла из душа и, закутавшись в полотенце, приняла вызов:

– Алло?

– Аня, короче, собирайся, появилась возможность еще к одной из жертв попасть – она в одной из городских больниц пока лежит, где мой знакомый работает санитаром. Я договорился с ним, нас пустят.

– Артем, а с утра нельзя? – Собираться после горячего душа и ехать куда-то в ночь Ане совершенно не хотелось.

– Нет, он в ночную сегодня, а потом целых два дня выходных будет. Плюс ночью там только дежурные, попасть проще. Так ты в деле? Или мне самому всем заниматься? – По голосу Артема слышалось, что ему не терпится уже поехать.

– В общаге комендантский час, – вздохнула Аня. – Мы не успеем до двенадцати вернуться, а потом меня не пустят.

– Ой, ну переночуешь потом у меня, тоже мне проблема, – фыркнул в трубку Артем. – Только давай быстрее: ты в деле или нет?

– Ладно, сейчас соберусь. Где встречаемся?

– Давай на Октябрьскую езжай, там я тебя встречу, а дальше вместе двинем. Все, даю сорок минут на сборы. – Без прощаний Артем отключился.

Аня посмотрела сначала на умолкший телефон, потом провела рукой по запотевшему зеркалу, оставляя влажные разводы и глядя на свое отражение.

– Ладно, не съест же меня Артем, если я у него один раз переночую. В конце концов, надо спасать девчонок.

Когда Аня уходила, Женька уже не переписывалась, а смотрела выпуск очередного тру-крайма, свернувшись калачиком на кровати. Она даже ничего не сказала и не пошутила, когда Аня предупредила, что может не успеть вернуться вовремя. Хотя раньше Женька не упустила бы возможности поинтересоваться, не появился ли кто у соседки на личном фронте и где Аня собирается провести ночь. С Женькой было что-то не так, и на фоне текущего дела Аня все больше начинала думать, как бы соседка не попала в ту же беду, что и другие пять девчонок.

Несмотря на поздний час, на Октябрьской жизнь, как обычно, кипела и люди, словно муравьи, суетливо передвигались по разным направлениям: кому на Московскую ветку, кому на Автозаводскую, а кому и на выход с Октябрьской-Купаловской. На перроне уже ожидал Артем. В руках он держал папку с делом и что-то активно чиркал в ней карандашом.

– Привет, вот и я, – сказала Аня, подходя поближе. – Что ты там пишешь? И куда мы сейчас?

– Мчим на встречу, Вадим нас уже заждался, – поднял голову Артем и протянул распечатанные страницы. – Вот, почитай тут, я внес еще заметки дополнительно.

– И куда нам ехать? – уточнила Аня, погружаясь в документы.

– Никуда, идем пешком в «тройку» – это возле Динамо. Там лежит наша жертва в хирургии.

– В хирургии? Я думала, у девчат больше с психикой проблемы, – переспросила Аня, подняв голову и посмотрев на Артема.

– А у этой аппендицит, и ее в «тройку» положили, – пожал плечами он в ответ. – Вот, прооперировали уже, можно попробовать побеседовать. Она как раз в платной палате одна. Вадим нас уже ждет. Идем.

К удивлению Ани, за коричневым металлическим забором, мимо которого многие просто проходили, скрывался целый мини-городок из различных корпусов больницы. Вадим поделился, что вообще «тройку» многие знают либо по родильному отделению, либо по офтальмологическому профилю. Сам же парень, а точнее мужчина (потому как Вадиму было явно за тридцать), оказался высоким и широкоплечим, а еще, несмотря на немного угрожающий из-за своей массивности вид, очень дружелюбным в общении. Он выдал Артему с Аней халаты, приказав переодеться, чтобы не привлекать лишнего внимания, и вручил швабру и ведро воды, после чего быстро провел ребят к нужной палате, ловко минуя ночной персонал.

– Пришли, вам сюда. – Вадим кивнул в сторону двери.

– Спасибо, дружище, – хлопнул его по плечу Артем, после чего протянул Ане ведро с водой. – Держи, прикинешься санитаркой. Попробуй разговорить ее и выяснить, что там произошло.

– Почему как полы мыть, так я? Могу и интерном представиться или там медсестрой, – возмутилась Аня.

– И что ты ей скажешь? Если она жаловаться начнет по медицинской части, ты же в этом не разбираешься, еще насоветуешь вредного! А так естественнее будет выглядеть.

– А ты что скажешь? – насупилась в ответ Аня, оглядывая ведро с водой. Мыть полы совершенно не хотелось, она и в общежитии-то мыла их скорее из необходимости, чем от большого желания. А то могла и вовсе не помыть, если и так было чисто.

– А я буду тебя поддерживать из коридора. – Артем показал скрещенные пальцы. – Все, иди, уже почти время отбоя.

Аня вздохнула, перехватила ведро и корешком швабры постучала в дверь, после чего вошла.

В палате еще горел свет и пахло медикаментами. На кровати с книгой лежала молодая темноволосая девушка – Лиза, но, в отличие от хрупкой Саши, она была несколько крупнее и выглядела более «живой». Лиза читала какой-то то ли исторический, то ли любовный роман, судя по обложке с нарисованными на ней девушками в платьях века так девятнадцатого. На Аню Лиза бросила мимолетный взгляд и продолжила читать.

Аня поставила свой «рабочий инвентарь» возле входа, намочила тряпку, накинула ее на швабру и стала медленно тереть пол, прокручивая в голове, с чего бы начать допрос. Как назло, ничего не приходило на ум.

– Про любовь читаешь? Или историческое что? – спросила Аня и почти сразу же сама себя обругала – можно было и что-то получше придумать.

– Историческую сказочную любовь, – кивнула Лиза, перелистывая страницу. – Все как всегда: она не такая, как все, а он аристократ-одиночка. Неловкие ситуации, романтические моменты... В общем, сказка сказкой, не то что в этой жизни.

– Ну и в жизни же бывают романтические приключения, просто не все парни знают, как себя вести надо, или там стесняются. Вот у тебя есть кто? – продолжила Аня, не прекращая для вида протирать пол.

– Был да сплыл, – горько усмехнулась Лиза, поднимая глаза от книги. – Все они такие – козлы рогатые!

– Будет другой, еще лучше. Этот был молочный, – попыталась пошутить Аня, протирая пол под кроватью и аккуратно огибая стоящие возле нее резиновые кроксы со смешными уточками.

– Молочный? – не поняла Лиза, вопросительно уставившись на Аню.

– Ну в смысле как зуб молочный – типа временный, – пояснила Аня, чувствуя себя неловко за неудавшуюся шутку.

– А, поняла, – улыбнулась Лиза. – Может, и так. Только я пока не хочу ни в какие отношения ввязываться. Этот «молочный» был как из моей мечты – высокий, красивый и с таким голосом, что мурашки по коже шли. Мы могли ночь напролет гулять, болтать обо всем. Он первый ко мне подошел, я даже не ожидала, что обратит на меня внимание. А еще знаешь, он же мне рассказывал, что из старинного рода: еще его предки шляхтичами были настоящими. С Радзивиллами и Сапегами знакомство водили. Прямо как принц из сказки. Только наш – шляхтич. Я и верила ему, дурная.

– А что случилось? – Аня оперлась на швабру и сочувственно посмотрела на Лизу.

– Он просто исчез в один из дней. – Лиза отвернулась и уставилась в окно, почти не моргая. – Ни на звонки, ни на сообщения – нигде не отвечал. Просто удалил меня отовсюду. Я пыталась понять, что не так, мучилась, не ела почти и не спала. Думала, уже в дурку уеду. А потом он стал ночами появляться, говорил, что любит и я никому, кроме него, не нужна, а потом снова исчезал. Я даже спать перестала, как сомнамбула ходила, ждала эти встречи. Как вдруг случайно поздно вечером увидела его с другой – стройной такой, блондинкой с голубыми глазами. Прошел мимо, будто и не знает. Только и слышала, как он ее ласково Сашенькой называет. В тот день я думала, что умру. Спасибо бабушке моей, у нас гостила как раз, она меня чаем травяным отпоила, блинами накормила насилу и сказала, чтобы плюнула и растерла, раз такой он бессовестный. Еще и зашептала своими заговорами, репейник сушеный поставила на подоконник – бабуля верит, что это поможет. Я, конечно, в ее заговоры не верю, но меня тогда как будто и отпустило. А потом такая злость взяла, что решила: нет уж, я и без него буду счастливой и жить буду. Только вот организм, видно, перенервничал, что аппендицит вылез. Ничего, поправлюсь сейчас, и все будет хорошо.

– Обязательно, а он реально просто гад ползучий! – Аню всю трясло от возмущения на неизвестного парня, она прямо представила, как огрела бы его шваброй, если бы тот появился сейчас в палате. – Даже не думай по такому страдать – мир круглый, к нему все вернется! А ты красивая и молодая девчонка, еще будет страдать, что упустил такую!

– Спасибо, не ожидала такой поддержки в больнице, – улыбнулась Лиза. – Я Лиза, кстати. А тебя как зовут? Я тебя раньше не видела, когда уборка была, вроде женщина в возрасте приходила.

– Аня, но я тут на подмене, так что завтра уже другая будет. Но ты, главное, слушай врачей и поправляйся. А потом – покорять этот мир, – подмигнула Аня, улыбаясь в ответ. – Если хочешь, можешь показать мне его аккаунт, я ему жалоб накидаю, чтобы не расслаблялся.

– Да не, не стоит. Я лучше его забуду совсем. Знаешь, я уже стала забывать, даже не могу точно вспомнить, как его зовут, – голос Лизы стал удивленным, – как будто он исчезает из памяти. Странно так.

– Может, еще от наркоза не отошла? Тебя же недавно оперировали? Или с тобой что-то необычное, может, происходило в последнее время? – Ане тоже показалось странным, что Лиза не помнит имени кавалера, но пугать девушку не хотелось, да и как раз представилась возможность узнать, было ли в ее жизни что-то непривычное обычному человеку.

– Может, спрошу завтра у врача, – пробормотала Лиза, а после махнула рукой. – А если забуду, так и лучше. Наверное, это самое странное, что со мной происходило. Эх, жаль, что жизнь не сказка.

– Все у тебя будет еще лучше, чем в сказке, обязательно. Я уже все, так что пойду, тебе лучше отдыхать. – Аня собрала свой инвентарь и направилась к выходу из палаты.

– Да, пожалуй, уже пора, – кивнула Лиза, но, едва Аня собралась выйти, окликнула ее: – Выключи, пожалуйста, только свет, а то двигаться пока больно, сама не дотянусь.

Аня погасила свет и пожелала:

– Доброй ночи!

– Спасибо! – отозвалась Лиза. – И тебе!

В коридоре Аню ожидал Вадим. Он сразу же перехватил у нее ведро и швабру.

– А где Артем? – спросила Аня, крутя головой и пытаясь понять, куда мог исчезнуть ее напарник.

– Он пошел по территории сделать обход, как сказал, на всякий случай проверить, – ответил Вадим. – Идем вернем все на место, и я тебя провожу к выходу. Артем обещал снаружи ждать. Как все прошло? Узнала что нужно?

Аня пожала плечами:

– И да и нет, но определенные мысли у меня уже есть.

– Что ж, это тоже хороший результат, – подбодрил ее Вадим.

Аня внезапно поняла, что он ей напоминает большого бурого медведя, только в медицинской форме.

На улице было тихо и пустынно.

– Что ж, обещать – не значит жениться, – пробормотала Аня, понимая, что Артема нигде не видно.

– М-да, кажется, Артем не меняется. Опять где-то застрял, – вздохнул Вадим. – Пойдем искать, не бросать же тебя одну здесь.

– А тебе не нужно возвращаться на работу?

– Я с телефоном, если понадоблюсь, сразу наберут.

– А санитаров часто так резко вызывают? Разве вы не по графику?

– Во-первых, это больница и много чего может произойти совершенно неожиданно, во-вторых, я акушер-гинеколог, и если кто-то начнет рожать, то, конечно, меня сразу же вызовет с поста дежурная медсестра, – пояснил Вадим.

– Ой, прости, Артем просто сказал, что ты санитар, – смутилась Аня.

– Все в порядке. Когда-то я и санитаром трудился, тоже важная работа, – дружелюбно улыбнулся Вадим, оборачиваясь к Ане. – Кажется, возле того корпуса что-то шуршит, идем посмотрим, не наша ли потеряшка там.

Аня ничего не слышала, но последовала за Вадимом, доверившись ему. И тот оказался прав. Артем ползал на четвереньках под окнами, почти утыкаясь носом в траву.

– Тём, ты что-то потерял? – окликнул его Вадим, подходя ближе вместе с Аней.

– Нет, тут был какой-то парень, но я его спугнул, вот ищу, остались ли от него следы, – ответил Артем, продолжая ползать кругами.

– В темноте, мне кажется, ты ничего не найдешь, – резонно заметила Аня, сложив руки на груди.

– Светить фонариком под окнами, привлекая внимание, тоже не лучшая идея, – парировал Артем.

– Я могу с утра еще раз тут все проверить, – предложил Вадим. – Сейчас уже поздно, и вам пора уходить, пока никто не обнаружил посторонних. Если что-то найдется, я просто напишу тебе.

Артем остановился, задумавшись, а потом поднялся, отряхивая джинсы.

– По рукам. Тогда звони или пиши, как проверишь. Спасибо, что помог.

– Да не за что, идемте. – Вадим вывел ребят с территории больницы, на прощание пожав им руки.

Аня отметила для себя, что широкая и крепкая ладонь Вадима была теплой и мягкой. «Ну точно, большой плюшевый мишка», – подумала она.

Добираться до квартиры Артема они решили пешком, ночью хоть и похолодало, но было тихо и приятно. В темноте город сиял фонарями, по проспекту скользили такси и последние автобусы, из приоткрытых дверей баров слышалась музыка. По дороге Аня пересказала все, что смогла узнать у Лизы. Артем внимательно выслушал, а потом поделился, что пока он обходил территорию, то заметил еще одного загадочного посетителя – парень был в обычной одежде и явно пытался высмотреть кого-то в окне. Можно было бы предположить, что это кто-то из молодых отцов, вот только стоял он под окнами палаты, где лежала Лиза. Артем хотел тихо подойти поближе, но спалился, и незнакомец рванул от него с невероятной скоростью, скрывшись за углом корпуса. Когда же Артем обогнул здание, никого уже не было. Так что он вернулся и стал искать, не оставил ли подозрительный тип следов.

– Думаешь, это тот самый, про которого рассказывала Лиза?

– Думаю, что да. И что он не человек, – подтвердил Артем. – Он буквально растворился за поворотом, и я пока не видел обычных людей, которые смогли бы так без помощников или специально подготовленных площадок.

– Так, а если он был не один? – предположила Аня.

– Все может быть, но зачем так усложнять для простого проникновения на территорию больницы? Он же не банк обносить залез, – с сомнением в голосе ответил Артем. – Мы пришли.

Перед Аней была знакомая дверь с новенькой (благодаря Афоне) вывеской сбоку: «ООО “ЦУД”». Режим работы: с 9:00 до 18:00, обед с 13:00 до 14:00». Она непонимающе повернулась к Артему:

– Мы сейчас пойдем работать или ты в кабинете и живешь?

– Не, я тут живу на втором этаже, – мотнул головой Артем, открывая дверь и приглашая пройти внутрь. – Наверх, левая дверь моя.

За деревянной тяжелой створкой скрывалась уютная двушка с высокими потолками и стареньким, но аккуратным ремонтом. Возле входа на коврике толпилась обувь: кеды, ботинки, шлепки, а на вешалке громоздились куртки. Артем скинул свой рюкзак прямо на пол, там же оставил кроссовки.

– Тапочек нет, но могу предложить шлепки. Правда, размер у меня побольше будет.

– Ничего, я могу и босиком, – отозвалась Аня, разуваясь. – Ты один живешь?

– Ага. Вообще, я только одну комнату снимаю, так что вторая закрыта. Пока на кухню проходи – налево, сейчас переоденусь и приду. Ванна, если что, рядом. – Артем проскользнул к себе, прикрыв за собой дверь.

Аня сидела на старом табурете с белыми ножками и глянцевым сиденьем, которое немного скользило под тканью легинсов. Кухонька была небольшой и старой, но это делало ее по-своему уютной: слегка пожелтевший от времени, некогда белый гарнитур с голубыми вставками и круглыми металлическими ручками; маленький эмалированный чайник с цветами на боку, стоявший на газовой плите; кружевной укороченный тюль на окне и деревянный подоконник с одиноким кактусом в коричневом горшке на блюдце.

– Вот, учись, как картошку чистить, – назидательно проговорил Артем, ловко срезая с картофелины кожуру. Та тонкой лентой соскальзывала с лезвия ножика, изредка обрываясь и падая в мусорное ведро, что стояло у ног парня. Изначально Аня вызвалась помочь Артему почистить картошку, раз готовить ее будет он. Но когда напарник увидел, как она начала ее кромсать, то отобрал нож и посадил наблюдать за процессом, не давая больше приближаться к его запасам ради сохранности продовольствия.

– Да, ты мастерски владеешь этим умением, – признала свое поражение Аня. – Боюсь, мне такого уровня никогда не достичь.

– Ничего, я сейчас тебя еще научу ее правильно жарить. – Артем кинул очередную картофелину в раковину, туда же отправился и нож. Затем он перемыл всю картошку и ловко нарезал на небольшие брусочки. После достал из духовки черную чугунную сковороду с деревянной ручкой, водрузил ее на плиту и включил газ. – Смотри, наливаешь подсолнечное масло на дно, только не жалей, прогреваешь и засыпаешь картошку. Все, не трогаем, пусть корочка снизу прожарится. И не солить пока! А теперь давай по делу: у тебя есть какие-то предположения, кто может быть нашим подозреваемым?

– Итак, у нас есть неизвестный парень с приятным голосом, предположительно один и тот же, который встречался со всеми жертвами. При этом с четырьмя из них произошла одна и та же ситуация: внимательный и романтичный кавалер в один момент просто исчез, оставив девушек страдать в неизвестности, а дальше стал появляться только по ночам, уверяя в своей любви. У всех налицо признаки депрессии, но Лиза единственная совладала с утратой и идет на поправку, и к ней же пытался наведаться этот загадочный ухажер, – начала перечислять имевшиеся факты Аня, помечая все на листе. – Может, это какой-нибудь колдун, что тянет из девушек силу? Или там инкуб?

– Инкуб – версия неплохая, – кивнул Артем, открывая холодильник. – Кефир будешь?

– А молоко есть?

– Картошка с молоком? – удивился Артем, поворачиваясь. – Ваши вкусы весьма специфичны.

– Это ты ничего не понимаешь, – отмахнулась Аня, глядя, как Артем достает бутылку молока и ставит рядом с кефиром. – Ничего, я загадала желание на падающую звезду, чтобы дело раскрылось, так что у нас точно все получится.

– Звезду? Когда ты успела?

– Да мы когда только выходили из больницы на улицу, я заметила, прямо в темноте мелькнул такой светящийся след. Я быстренько и загадала.

– Что же, кажется, твое желание только что исполнилось, – заявил Артем, перемешивая деревянной лопаткой на сковороде еду.

По кухне поплыл вкусный и чисто домашний аромат. Когда Артем предложил пожарить картошки на ужин, Аня сначала хотела отказаться, все-таки время уже приближалось к полуночи, но проурчавший от голода живот дал понять, что поесть стоит. Теперь она в полной мере поняла, что это был правильный выбор.

– Что ты имеешь в виду? Ты понял, в чем дело?

– Кажется, да, – кивнул Артем, открывая шкафчик и выуживая оттуда посуду. Разлив по кружкам кефир и молоко, он поставил их на стол. Перед Аниными глазами оказалась чашка с котиками из мемов, себе же Артем поставил небольшую, будто бы детскую кружку с зайчиком на боку и маленьким сколом у края. Тем временем он продолжил: – У нас есть таинственный парень, что тянет силы из девушек, а ты видела падающую звезду в то же время, когда я пытался догнать его. Думаю, что мы столкнулись с огненным змеем.

– И что ты про него знаешь?

– В сказках и легендах огненные змеи приходили к безутешным вдовам, притворяясь их мужьями и постепенно вытягивая из бедных женщин жизненные силы. Те чахли, будто бы болели, и в конце концов сводили счеты с жизнью. Некоторые колдуны специально призывали змеев, чтобы те служили им, принося богатство: эти существа отлично управлялись с домашним хозяйством и зарабатывали деньги.

– Но у нас тут не вдовы, а молодые девушки, – обратила внимание Аня на расхождение.

– Да, но то легенды, а это жизнь. В реальности суть одна и та же: змей сводит с ума влюбленную женщину, вгоняет в депрессию и выкачивает жизненную силу. А дальше как несчастной повезет: сможет она справиться или нет. Просто с теми, кто попал в трудную ситуацию, ему намного проще взаимодействовать и втираться в доверие. Сама подумай, когда женщины страдают депрессией, да так чтобы никто не заметил и ничего не заподозрил? Несчастная любовь, потеря возлюбленного, тяжелый жизненный период.

– А мужчины не страдают от любви, что ли? – хмыкнула Аня, наблюдая, как Артем ловко накладывает в тарелку готовую картошку.

– Не знаю, не пробовал, – хохотнул он, слизывая прилипшие кусочки картошки с деревянной лопатки, и чуть не подавился. Откашлявшись под укоризненным взглядом Ани, Артем пояснил: – Просто змей приходит только к женскому полу. Мужчин любят свести с ума какие-нибудь русалки или мавки.

– Значит, будем искать этого змея. Как с ним бороться, знаешь?

– Вот это надо подумать, обычно его сама жертва прогоняет. Нам бы его вычислить для начала не помешает, а он верткий, зараза, – протянул Артем, усаживаясь напротив и накалывая картошку вилкой. – Ладно, утро вечера мудренее. Сейчас давай есть и отдыхать. Завтра разберемся.

На следующее утро Аня была на работе раньше всех, в отличие от Артема, который отказался вставать «в такую рань» и перебрался спать дальше на освобожденный диван, – он ночевал на полу, уступив Ане свое место. Соорудив бутерброды, она захватила пару с собой, а остальные оставила на кухонном столе под тарелкой и отправилась в офис, чтобы там позавтракать. Кофе у Артема не водился, а Аня привыкла начинать утро с него.

Она как раз шла со стороны офисной кухни, вдыхая приятный горьковатый запах кофе и размышляя о собранной за прошлый день информации, когда внезапно сбоку открылась дверь и из нее вихрем кто-то вылетел. Только чудом Ане удалось удержать кружку, не разлив содержимое, а вот Гене – а это оказался он – повезло меньше: бумаги вылетели из его рук и разлетелись по коридору.

– Ой, сейчас я помогу, – торопливо проговорила Аня, аккуратно присаживаясь рядом и отставляя чашку подальше, чтобы не опрокинуть ее на документы.

На полу лежали планы и чертежи домов. Аня слышала от Артема, что у ребят в работе переселение домовых из старого фонда к новым хозяевам. Проект ДЖД, или «Дай жилье домовому», был идеей Афони, которую одобрило начальство.

– Ничего, все в порядке, это я тут вылетел, не ожидал, что кто-то уже пришел. – Гена неловко улыбнулся в ответ, потирая лоб, и принялся собирать документы.

– Да я тоже хороша, – улыбнулась Аня, – брела в своих мыслях и даже не отошла подальше от дверей.

– Новое дело? Сложное? – понимающе взглянул Гена.

– Ага, пока еще не разобрались, – вздохнула Аня.

Послышалась вибрация, и она заметила, как зашевелился чертеж «дома номер семь», под которым, как оказалось, прятался телефон. Гена неожиданно ловко перехватил мобильный и сбросил звонок, после чего, наспех извинившись, подхватил все чертежи и умчался куда-то в сторону выхода, чуть не столкнувшись с входившим Артемом. Озадаченная Аня так и осталась с чертежом «дома номер семь» в руке, пытаясь понять, привиделось ли ей, что на фотографии звонившего контакта была ее Женька.

– Семки надо? – подмигнул Артем, подходя ближе. В руках у него была пачка печенья.

– А? – непонимающе уставилась на него Аня.

– Ну иду я, а ты тут на корточках расселась, как будто сейчас спросишь, есть ли у меня мелочь, а еще и карту у Гены отжать успела, – уже откровенно рассмеялся Артем, протягивая руку и помогая Ане подняться.

– Не карту, а чертеж, – машинально поправила его Аня, а потом, охнув, принялась массировать затекшие ноги. – Черт бы тебя побрал!

– Не надо, я не хочу ни к каким чертям, мне и змея хватает, – шутливо открестился Артем.

– Да не тебя. Кажется, я нашла главного подозреваемого, – отмахнулась Аня.

– Вот это поворот, давай, мисс Холмс, излагай!

– У моей соседки Женьки все те же признаки, что и у пострадавших девушек. А сейчас я столкнулась с Геной и заметила, что ему как раз звонила Женька, а они точно не были знакомы раньше. И у Гены как раз приятный голос, про который все говорят. Насколько ты хорошо его знаешь? – выдала свои подозрения Аня и вопросительно уставилась на Артема.

– Ну-у-у-у так, Генка немного скрытный парень, я с ним особо не зависал, – протянул растерянно Артем. – Но вряд ли бы его взяли сюда, если бы он был с сомнительной репутацией. Да и Леха с Димой что-то заметили бы, они же вместе обычно работают. Так что, Ань, думаю, ты зря его подозреваешь.

– Но они же не круглосуточно с ним, мало ли чем Гена после работы промышляет, – возразила Аня, скрестив руки на груди и наклонив голову. – Может, на работе он шифруется, а после занимается своими темными делишками и кружит девушкам головы. Хотя меня немного смущает, что по описанию Лизы там был высокий красавчик. Гена же обладает, хм...

– Специфической внешностью? – с усмешкой подсказал Артем. – А как же богатый внутренний мир, о котором так любят вспоминать девушки и все такое?

– Во-первых, я тебе про богатый внутренний мир не вспоминала, во-вторых, Гена и правда специфический. Нечеловеческий немного даже. Эти зубы странные...

– Ну парень неформал, бывает, – пожал плечами Артем. – Твоей же соседке он понравился. Ваши девчачьи вкусы тоже весьма специфичны, не угадаешь, что нравится и не нравится. А вообще Гена – косплеер и умеет отлично перевоплощаться в кого захочешь. Так что вполне себе может очаровать любую подходящей внешностью.

– Понятные у нас вкусы, это у тебя явно есть какая-то своя история с разбитым сердцем, я права? Ладно, это я еще у тебя выясню позже. Но видишь, ты сам уже признаешь, что Женьке он понравился, а значит, проверить его стоит. – Аня зацепилась за слова Артема. – У меня есть идея: задействуем сразу всех.

Аня стала излагать свой план, пусть пока он и был в общих чертах: под видом встречи заманить кого-нибудь из пострадавших девушек на встречу с Женькой и Геной, а там и расколоть его в присутствии обеих жертв. Оставшаяся часть дня ушла на разработку всех деталей и подготовку. С реализацией затягивать не хотелось: Аня переживала за девушек и хотела побыстрее словить коварного змея, а Артем загорелся возможностью перейти к более конкретным действиям, чем опросы.

– Артем, как так получилось, что вместо планируемого парка мы прячемся в темной кладовке возле бассейна? Что изменилось, пока я тебя одного оставила всем разослать эсэмэски, – тихо прошипела Аня напарнику, который занял весь обзор у приоткрытой дверной щелки.

– Ты еще громче пошипи: всю маскировку нашу спалишь! – незамедлительно отозвался Артем, старательно высматривая обстановку. – Я узнал у Лехи, что Гена почти каждый день сюда ходит после закрытия, их пускает знакомый, который тут подрабатывает. А нам и в плюс: в парке еще попробуй его окружить и поймать, а тут здание, двери закроются, и мы его оп – и повязали. Я Гену разговорил и узнал, что сегодня он как раз тоже будет здесь.

– Пш-шс, тут пока вообще никого, – пошипела в ответ из вредности Аня, – так, как они закроются, если тут его знакомый работает? И ты думаешь, девочки не решат, что он какой-то псих – в бассейн после закрытия приглашать? Ночью!

– Так это романтично: арендовал целый бассейн, чтобы поплавать вдвоем.

– Романтично – это сауну или домик, а не бассейн! – не удержавшись, воскликнула Аня.

– Цыц! – снова зашипел Артем.

– Вот поэтому у тебя и нет девушки, – пробурчала Аня, мрачно размышляя о том, что весь ее план летит коту под хвост.

Оставляя Артема разослать всем сообщения и организовать встречу, Аня не подозревала, что он настолько изменит их первоначальный план подкараулить всех в парке. К тому же опять все выпадало на ночь, и Аня была не уверена, смогут ли девушки так поздно появиться: Женька жила в общаге с комендантским часом, а Саше и вовсе требовалось уйти из-под пристального надзора беспокоящейся мамы. Из остававшихся, кроме Женьки, девушек Саша одна пока находилась дома, а не в больнице, а значит, шансов, что она придет, было намного больше.

– Я все слышу вообще-то!

Аня показала язык, но Артем этого явно не заметил, сосредоточившись на наблюдении. Ждать в импровизированной засаде оказалось волнительно, поэтому Аня достала телефон и стала листать соцсети, чтобы отвлечься, пока не появились главные действующие лица.

Не выдержав, она написала Женьке: «Привет! Ты в общаге?»

Телефон коротко завибрировал.

«Прив, нет, я по делам. Буду поздно».

«Ого, а куда ты собралась? На свиданку, что ли?)»

Минута, две, три. Сообщение осталось висеть непрочитанным. «Был(–а) недавно» – намекал статус профиля, что хозяйка телефона уже недоступна. Аня закусила губу, ожидая, ответит ли Женька.

– Идет, – еле слышно прошептал Артем, выдергивая ее из телефона.

Аня подвинулась ближе, пытаясь тоже посмотреть сквозь щелочку. К кофте незамедлительно прицепился репейник с букета, что держал возле себя Артем.

– Аккуратней, всю защиту попортишь! – возмущенно прошептал напарник. Поиски по архиву методов защиты от огненного змея привели их к неожиданному варианту использования трав: репейника и валерьяны как средства для отпугивания. Благо Артем заявил, что запас трав у них имеется и Аня может не волноваться, он все достанет и возьмет с собой. Так что на задание напарник явился с букетом сухоцветов, и Аня принялась подшучивать, не на свидание ли сам Артем собрался. Девушкам, что лежали в больницах, Артем тоже успел развезти букеты, на всякий случай, как он сказал, «чтобы этот гад, пока мы его ловить будем, туда не сунулся».

В это время по пустому залу бассейна неторопливо шел Гена с полотенцем на плече. Без одежды, в одних только плавках его фигура казалась такой же немного нелепой, как и лицо. Худощавый, с крепкими жилистыми руками и ногами, он имел крепкий, неожиданно округлый живот, который, оказывается, прятал под своими кофтами. При этом Аня вдруг поняла, что руки и ноги у Гены как будто выглядят коротковато по сравнению с туловищем.

Тем временем Гена подошел к голубой тумбе и забрался наверх, явно намереваясь начать свой ночной сеанс плавания с нырка.

– Гена? – эхом по залу разнесся знакомый голос.

Гена вздрогнул и чуть не свалился с тумбы. Издалека его лицо показалось испуганным. Спрыгнув вниз, он подскочил к своему полотенцу и стал в него заворачиваться.

– В-в-вы ошиблись, – неуверенно промямлил Гена, старательно отворачиваясь и пятясь подальше от подходившей к нему Женьки. Пусть ее не сразу стало видно, но Аня сразу узнала голос соседки.

– Все-таки это ты... – Женька замерла, рассматривая парня. – Но что с тобой? Где твои волосы? Я бы тебя могла и не узнать, ты заболел? Поэтому решил прекратить общаться?

– Я... я... – Грудь Гены активно вздымалась вверх-вниз, пока он своими бледными руками прижимал к себе покрепче полотенце, словно застигнутая без одежды девица. – Д-д-давай потом поговорим?

– Потом? – голос Женьки стал словно тише и спокойнее.

Аня напряглась, осознавая, что ни разу не слышала таких интонаций у соседки. Гена замер, сжавшись всем телом, и медленно кивнул.

Взревев как дикая кошка, Женька бросилась на застывшего парня и принялась колотить по нему руками и ногами. Гена попытался перехватить ее, но Женька шипела и брыкалась, продолжая лупить ладонями куда придется.

– Подлец! А я страдала, дура! Думала, что случилось! А он... «потом»! Я тебе покажу «потом»! Думаешь, обманул меня и кинешь так! Ну уж нет! Это я тебя брошу, а ты вспоминать будешь! Но сначала я тебе покажу, как голову дурить девушкам! – разносились по залу визгливые крики разъяренной Женьки.

– Артем, мне кажется, надо его спасать, – ошарашенно пробормотала Аня, наблюдая за гневом Женьки и скрючившимся Геной, явно пытавшемся аккуратно отойти от девушки без какого-либо сопротивления.

– Извините, – по залу эхом разнесся тонкий голос.

Женька замерла с занесенной рукой и повернулась.

– Да? – с будничной интонацией спросила она, стараясь отдышаться.

– Простите, что помешала, но, может, вы видели здесь еще парня?

Аня недоуменно взглянула на Артема, а тот продолжал пристально следить за сценой.

– Артем, что-то не так. Саша не узнала Гену.

– Вижу, – одними губами тихо прошептал напарник.

Тем временем Женька пожала плечами, а Гена просто мотнул головой, давая понять, что никого они не видели. Саша словно вся скукожилась, опустив голову и обхватив себя руками за предплечья.

– Простите еще раз, я тогда пойду.

– Да ничего страшного. Понимаю тебя, подруга, эти парни – те еще козлы! – выдала Женька, кинув гневный взгляд на Гену.

Тот насупился и парировал:

– Кто-кто, но точно не козел!

– Крокодилина ты страшная! – в сердцах рявкнула Женька и, еще раз толкнув его в плечо, направилась следом за Сашей на выход из бассейна.

Гена вздохнул и сел на край бортика, свесив ноги в воду. В Ане бурлила смесь обиды, грусти и разочарования: и Женьку было жалко, и со змеем ошиблись, да и к Гене она почувствовала чуть-чуть сочувствия, но только чуть-чуть – все-таки он сам наломал дров.

– Подождем, пока уйдет? – тихо спросила Аня.

– Да, наверное, как-то неудобненько перед Генкой получилось, – ответил Артем.

Тишину бассейна нарушил далекий крик откуда-то со стороны раздевалок. Гена мгновенно подскочил и бросился к выходу. За ним из своего убежища выбрались Артем с Аней и рванули следом.

В женской раздевалке творилось странное: Саша пыталась закрыть собой высокого темноволосого парня, пока Женька, истошно вереща, носилась вокруг него, размахивая руками, и то пыталась оттащить Сашу, которую парень удерживал за плечи, то молотила по самому незнакомцу.

– Отойди от него! – кричала Женька, нарезая круги, как акула. – Он монстр!

– Женя! – бросился к девушке Гена, обхватывая ее руками и прижимая к себе.

– Что здесь происходит? – без приветствий и церемоний спросил Артем.

– Он монстр, я видела его отражение! Там не человек! Отойди от этого гада! – тыкнула пальцем в сторону незнакомца Женька.

– Вы сошли с ума! – с пылающими щеками возразила Саша, раскинув тонкие руки и защищая парня. – Не трогайте его!

– Саша, это тот самый тайный кавалер? Как вас зовут? – уточнила Аня, рассматривая незнакомца.

Тот и вправду был хорош собой: с ладно сложенным телом, гладкой кожей, высокими скулами, ровным аккуратным носом и темно-карими, как горький шоколад, глазами.

– Влад, – коротко представился парень, и Аня отметила, что голос у него ничуть не уступает голосу Гены – такой же приятный и обволакивающий, как мягкий бархат. Смотрел Влад с легким вызовом, чуть насмешливо, переводя взгляд с завернутого в полотенце Гены на Артема и всем видом показывая, что они явно ему не соперники. – Девушке явно нехорошо, вы бы лучше проводили ее домой. И мы с Сашей пойдем и не будем вспоминать это досадное недоразумение.

– Никто никуда не уходит, – сжал кулаки Артем, не сводя глаз с Влада. – Гена, а ну держи его!

Не задавая вопросов, Гена бросился на Влада. Тот резко толкнул Сашу вперед на противника и рванул к двери в холл, но Артем успел захлопнуть створку перед его носом и выставил вперед руку с букетом. Влад зашипел и побежал в обратную сторону – к бассейну. Аня попыталась схватить его за руку, но неожиданно была с силой откинута к стене.

– Анюта! – К ней кинулась Женька, помогая подняться, пока Артем с Геной побежали вдогонку за Владом. – Ты как? Сильно стукнулась?! Что за псих это вообще?!

– Все в порядке, – скривилась Аня, отряхиваясь. От удара болел бок и саднила рука. – Саша, стой! – окрикнула она бросившуюся за парнями девушку, но та даже не откликнулась. – Женька, давай за ними. Не пускай Сашу к нему! Надо этого гада задержать!

В зале бассейна Влада с двух сторон окружали Артем и Гена, пока он, по-змеиному шипя, пятился к окну, забаррикадировавшись с обеих сторон скинутыми скамейками.

– Саша, Саша, помоги мне! Отбери букет! – свистящим голосом закричал Влад, заметив влетевшую в зал девушку.

– Влад, сейчас, – отозвалась Саша, но подоспевшая Женька обхватила ее руками, удерживая на месте. – Пусти меня!

Бороться со здоровой и тренированной Женькой (а та свои занятия в тренажерном зале не пропускала) у ослабевшей Саши сил не было, поэтому вырваться у нее не получалось.

– Саша, брось его, он не человек, он использует тебя и вытягивает твои силы, – принялась убеждать ее Аня. – Это из-за него ты болеешь, вспомни: как он появился, так ты и чахнуть начала.

– Сашенька, я люблю тебя! Нам так хорошо вместе! – крикнул Влад.

– Не слушай его! Он обманывает тебя, подумай: он же только ночами появлялся, а днем ты все слабее становилась. Пропадал, заставляя тебя гадать, что случилось. Это не любовь, Саша, это обман, – продолжала Аня. – Почему он ни разу не появился днем? В тайне все держать заставлял? У него и другие были, у которых он так же вытягивал силы!

– Это неправда, – тихо прошептала Саша, бессильно обвисая в руках Женьки.

– Саша, Сашенька, скажи, что любишь меня, давай будем вместе навсегда. Ты больше не нужна никому: родители не слышат твои желания, заставляют учиться в ненавистном университете, одногруппники тайно завидуют и сплетничают за спиной, только я тебя понимаю, – продолжал шипеть Влад.

– Он же тобой прикрывался! Бросил, чтобы сбежать! Он голову морочит тебе, борись с ним, прогони! – воскликнул Артем, воинственно размахивая букетом и огибая сброшенные скамейки.

Влад зашипел и бросился в сторону Гены, подальше от сухоцветов. Сцепившись, противники с громким всплеском упали в бассейн.

Женька с Сашей вскрикнули, а Аня с открывшимся от удивления ртом увидела, как в подсвеченной голубой воде вместо Гены и Влада огромный зеленый крокодил попытался схватить зубами покрытого черной чешуей демона с длинными руками, ногами и извивающимся хвостом. Тот отбивался, но в воде быстрее оказался крокодил: он проворно уклонялся от атак змея, кусал его за бока острыми зубами и подгонял к краю бассейна.

– Давай, Генка, загоняй его ко мне, сейчас повяжем, – бодро кричал Артем с борта, размахивая вытащенными на свет наручниками. Букет же мирно дрейфовал среди расплескивающейся повсюду воды.

Крокодил уверенно теснил змея в нужную сторону. Неожиданно демон изогнулся и хвостом сбил Артема, насильно удерживая под водой и не давая вынырнуть на поверхность. Крокодил погрузился следом, зубами пытаясь освободить барахтающегося парня, пока того душил гибкий хвост. Аня стала оглядываться, пытаясь понять, как она может помочь, и заметила плывущий по волнам брошенный Артемом букет. Подхватив его, она принялась лупить мокрыми цветами по торчащей на поверхности голове змея.

Тот взвыл и ослабил хватку – крокодилу удалось вытянуть Артема из захвата и, подталкивая носом, помочь всплыть. Внезапно змей нырнул, уходя от очередного удара, и Аня, не удержавшись, упала в воду.

– Аня! – завопила Женька на весь бассейн, и ее голос глухо раскатился и под водой.

Уши заложило, в глазах все расплывалось, Аня отчаянно барахталась, пытаясь выплыть. Сердце колотилось от страха: за всю свою жизнь она так и не научилась плавать, никак не ожидая, что рискует однажды утонуть в бассейне. Кто-то потянул ее наверх, обхватив руками под грудью. Воздух с шумом ворвался в легкие, голова закружилась, и Аня принялась откашливаться и отфыркиваться, беспомощно колотя руками по воде.

– Тише, утопишь нас двоих, – громко прозвучал над ухом знакомый голос.

Кто-то потащил ее, пока она не уперлась в металлическую лестницу. Схватившись дрожащими руками за перила, Аня стала карабкаться наверх, спотыкаясь на узких ступеньках.

Усевшись прямо на холодный кафель, она принялась глубоко дышать, пытаясь успокоиться. Рядом плюхнулся Артем.

– Чего в воду полезла, если плавать не умеешь? – спросил он, скосив глаза на Аню.

– Упала, пока тебя пыталась спасти, – стуча зубами, буркнула она в ответ. Выброс адреналина в кровь уже прошел, и теперь Аня начинала ощущать холод от мокрой одежды.

– Мгм, – многозначительно промычал Артем и уставился прямо перед собой.

На бортике напротив стояла Женька, уже отпустившая Сашу, а рядом, потупив глаза, маячил Гена.

– Ушел? – просто спросила Аня.

– Ушел, – вздохнул Артем, поднимаясь и протягивая ей руку. – Идем, пора поговорить с ребятами. Заодно отберем у Гены полотенце, пока ты тут не заболела.

– Сам тоже трясешься, – беззлобно отмахнулась Аня и, приняв помощь, встала.

Вместе они обогнули бассейн и подошли к остальным. С Сашиных щек ушла бледность, и она как будто стала выглядеть живее. Женька уже подрастеряла боевой пыл и теперь с подозрением косилась на Аню, а Гена молча протянул им полотенце. Артем благодарно кивнул и накинул ткань на Анины плечи. Пусть полотенце тоже было уже не таким сухим, но все равно ей стало немного теплее.

– Змей, воспользовавшись тем, что Аня тонула, успел сбежать, – начал рассказывать Гена. – Он сначала снова рванул к Саше, что-то там забормотал, но она на него как закричит: «Нет! Проваливай!» Он и шарахнулся сразу в сторону, как ветром снесло. Я попытался его задержать, но этот чешуйчатый гад бросил лавкой в сторону девчонок, и мне пришлось к ним метнуться, чтобы их не задело. А он взял и улизнул в этот момент. Сволочь бессовестная!

– Не то слово, чтоб у него хвост отвалился! А Гена – герой, вы бы видели, как он ловко прыгнул прямо перед лавкой и отбил ее хвостом! – то ли с возмущением от подлости змея, то ли с восхищением от Гениного подвига добавила Женька.

– Теперь я и правда поняла, что он совсем не тот, за кого себя выдавал, – вдруг вступила в разговор Саша. – Не знаю, что на меня нашло. Я его как увидела настоящего, пока вы с ним бились, так и поняла, что мной просто воспользовались. Особенно когда вы чуть не утонули, а он меня снова звать принялся.

– А мой парень – вообще крокодил, – нервно хихикнула Женька, легонько хлопнув Сашу по плечу. – Я от тебя, подруга, недалеко ушла. Может, нам обеим к психиатру пора?

– Отставить панику, все сейчас объясним, давайте только пойдем подсушимся, – предложил Артем. – И мне кажется, еще придется тут прибираться.

– Вы идите, я сейчас порядок сам быстро наведу, а то больше точно никого сюда не пустят, – кивнул в сторону выхода Гена, а сам разогнался – и уже через мгновение в воде показался знакомый крокодил.

– Да уж, ну хотя бы шерсти дома не будет, – протянула Женька, и Аня, подхватив Сашу под локоть, повела ее в раздевалку.

Аня совершенно не предполагала, что будет купаться в этот вечер, но понимала, что их засада может затянуться и ночевать придется снова не в общаге, поэтому захватила с собой переодеться легинсы и майку. Чему теперь была несказанно рада, сменив мокрую одежду на сухую. Артему не так повезло, он-то планировал спать у себя дома, поэтому временно закрутился в полотенце, а пока пытался феном подсушить вещи. Те сохли медленно, намекая, что ехать придется в сыром.

Пока ребята приводили себя в порядок, они заодно рассказали Саше с Женькой и о ЦУДе, и об огненном змее, и о тех нечеловеческих существах, что прячутся среди людей. После увиденного в бассейне не поверить у девушек шанса не было.

– С одной стороны, меня, конечно, радует, что мой теперь уже точно бывший задурил мне голову с помощью, эм, магической силы и по нему страдать не стоит, но с другой – теперь как-то немного страшновато жить, мало ли кто еще появится, – задумчиво сказала Саша, грустно рассматривая взъерошенного Артема.

– Зато ты теперь вооружена знаниями, а там, если что, всегда можешь обратиться к нам, мы тебе поможем. А как вы вообще с ним познакомились? – ободряюще ответила Аня, решив заодно уточнить, с чего все началось.

Рассказ оказался крайне простым: Влад (было решено так звать его и дальше, поскольку именно этим именем он представился Саше, а настоящего они не выяснили) появился однажды возле ее университета. Сначала он мелькал периодически возле корпуса, бросал заинтересованные взгляды, улыбки. А как-то раз они столкнулись, и он пригласил девушку на кофе. Саша согласилась, так и начались их отношения. Вначале все было как в сказке, он писал ей милые записки, удивлял неожиданными появлениями и подарками, и она постепенно отстранялась от своих подруг и семьи, поскольку Влад ненавязчиво, по его словам, обращал внимание, что с ней поступают несправедливо. Окрыленная новой влюбленностью, Саша не хотела есть и отвлекаться на кого-либо. А когда Влад внезапно исчез, она впала в хандру, пытаясь понять, что же произошло. Далее все было уже не так радужно. Влад то появлялся внезапно в ночи, то исчезал, оставляя ее в неведении и тревожных мыслях.

– Я даже будто бы не до конца понимала, что со мной что-то не так и это можно исправить. Точнее, нет – я думала, будто сама во всем виновата и мне никогда не стать для него той самой. В какой-то момент я даже задумалась, что зря живу. – Саша опустила глаза. – Мне так страшно оттого, что я вообще могла подумать о подобном. Сейчас же понимаю, что он просто пускал мне пыль в глаза и морочил голову. А придирки к моим друзьям и вовсе надумал, только чтобы оставить меня одну.

Женька мягко приобняла Сашу, Аня подошла и тоже положила руку ей на плечо.

– Теперь все будет хорошо. Он уже к тебе не вернется, теперь ты все знаешь и сама его прогнала. Ты большая молодец, что справилась! – Аня улыбнулась, глядя на Сашу.

– А если появится, ты ему сразу по морде веником бей, – поддержала Женька.

– Девчонки, я начинаю вас опасаться, – усмехнулся Артем, шутливо поднимая руки.

– А ты как думал, мы ого-го что можем, если нас разозлить, – подмигнула Женька. – Так что бойся нас!

– Ребят, я с бассейном закончил. – В раздевалке появился Гена.

– А вот и мой крокодильчик. Кстати, это же вы все тут подстроили? Да? А ну, признавайтесь! – Женька сурово сдвинула брови и уперла руки в бока, поочередно смотря на Артема с Аней.

– Вот теперь и я ее боюсь, – призналась Аня, отходя поближе к напарнику. – А мне еще с ней жить в этом году. Будешь мне убежище предоставлять, Артем.

– Если мне Гена голову не откусит, – кивнул тот.

– Да ладно, вы же не знали, – примиряюще ответил Гена. – В конце концов, я тоже зря стал скрываться от Женьки.

– А с тобой, зубастый, будет отдельный разговор, – грозно заявила та, бросая взгляд в сторону Гены. Он слегка вжал голову в плечи и поник.

– Саш, ты можешь не волноваться: когда прогоняешь змея, постепенно он забывается. Так что несколько дней и это превратится в смутное воспоминание.

– Это хорошо, – сказала Саша. – Не хочу ни его вспоминать, ни про нечисть знать. Лучше буду жить как и раньше.

– Договорились, – кивнул Артем, доставая телефон и набирая сообщение. – А сейчас давайте по домам, поздно уже, и я такси вызвал, сейчас подвезем Сашу сначала, а потом мы с Аней ко мне. Евгения, вы к нам или?.. – Артем многозначительно замолчал, смотря на Женьку.

Та фыркнула, но не успела ничего сказать, как Гена заявил:

– Женя переночует у меня. И я на машине, так что мы доберемся сами. Можем вас подкинуть, если хотите.

– Спасибо, но такси уже почти доехало. Так что до завтра! – Артем пожал Гене руку и отвесил галантный поклон Женьке: – Рад был познакомиться!

– Смотри, за Аньку тоже тебе голову, если что, откручу! – не преминула она шутливо пригрозить в ответ.

Ребята проводили Сашу до квартиры, сдав на руки уже знатно переволновавшейся маме. Заверив Наталью Ивановну, что ее дочери уже лучше и она просто выходила погулять, Аня с Артемом поехали домой. К счастью, теперь, когда определился виновник, стало уже понятнее, как помочь остальным. Дед взял на себя миссию обойти всех ночью – как девушек, так и их родных – и побеседовать. Если не допускать змея к жертвам, быть рядом и поддерживать, то они постепенно забудут все, выйдут из этого состояния и пойдут на поправку.

– Слушай, а если он сейчас новых жертв себе найдет? – спросила Аня, устраиваясь поудобнее на диване.

– Вряд ли, – зевнул Артем, отзываясь с пола. – Мы его раскрыли и потрепали неплохо, так что, если опять где-то похожая история всплывет, сразу понятно будет, что это он орудует. Но вообще отловить его надо будет, только пока не знаю как. Эти твари появляются и исчезают внезапно.

– Так получается, наше дело еще не закрыто?

– Пока закрыто, но кто знает, встретимся ли мы с ним еще. В любом случае отчет надо подготовить завтра, так что давай уже спать, – сонно пробормотал Артем.

Аня замолчала и уставилась на белеющий в темноте потолок. «Вот так встретишься с парнем и не знаешь, человек он или змеюка, – размышляла она, – а то и вообще крокодил. Любовь зла: полюбишь и чешуйчатого!» Аня улыбнулась, вспоминая, как Женька хоть и шла с недовольным видом, но еле заметно поглаживала Гену пальцами, держась за его локоть. С пола послышался храп – судя по раскатистому звуку, переходящему от «заведенный трактор» до «свистящий чайник», поездка в не до конца высохшей одежде не прошла для Артема бесследно и впереди у Ани маячила перспектива работы в одиночку, пока напарник будет лечиться.

Дело № 16. Бобролак

– Кыш! – топнул ногой патрульный, пытаясь прогнать бобра, бредущего вдоль проспекта Независимости.

– Сам кыш! – ответил тот.

От неожиданности патрульный потерял дар речи, таращась на продолжающего свой путь зверька. «Пора бы и на боковую уже, кажется, у меня галлюцинации. Закончу смену и домой, отсыпаться, пока еще чего не привиделось», – пронеслось в голове мужчины, и, махнув на бобра рукой, он отправился дальше по своему маршруту.

Бобр все так же семенил лапками по почти пустому предутреннему проспекту.

Не по-весеннему холодное утро начиналось не так удачно, как хотелось бы. Теплый апрель заменил коварный май, который вместо тепла принес похолодание, и температура снова упала – Аня почувствовала это, уже выйдя из общежития. К тому же она забыла телефон, о чем вспомнила почти у метро. Пришлось возвращаться за ним, а потом спешно бежать назад, чтобы не опоздать.

По дороге к офису Аня умудрилась наступить в лужу и промочить кроссовку, а теперь еще и ее кружка таинственным образом исчезла с кухни. Горячий бодрящий кофе откладывался до момента обнаружения пропажи, что не могло не печалить подмерзающую девушку. Кутаясь в широкий шарф, Аня заглянула в приемную к Зое, спросить, не видела ли та, куда с утра исчезла вся посуда (поскольку не только Анина пропала без вести).

Зоя и Глеб были уже на месте, но в кабинете оказались не одни. На стуле сидел бобр, забавно вытянув задние лапки вперед и откинувшись на спинку, а в передних у него была та самая искомая Анина кружка.

– Привет, ребят, а я вот думаю, куда моя кружка пропала, когда я так мечтаю о чашечке кофе.

– Привет, Анют, прости, твоя как-то под руку попалась – остальные Афоня утащил перемывать от налета и пока еще не вернул. Кстати, хвалил, что ты одна нормально посуду моешь. А еще вот, принимай клиента – Леонид Валентинович. – Зоя кивнула на сидящего зверька, продолжая подшивать в очередную папку документы. Часть готовых дел уже лежала рядом на столе, ожидая, когда их передадут остальным сотрудникам. В приемной ребята занимались как раз-таки первоначальным сбором информации по поступившим заявлениям, либо в случае указания от самого Деда работали с подозрительными происшествиями, а также сортировали дела по папкам.

– Кого? Бобра, что ли?

– Я не бобр! – возмущенно отозвался зверек. Глеб слегка закашлял, маскируя смех, Зоя спрятала улыбку за бумагами. – Точнее, выгляжу как бобр, но я человек!

– Понятно, что пока непонятно. Давайте пройдем в мой кабинет, там расскажете, что произошло, – глубоко вздохнула Аня, указывая рукой в сторону двери. Уже выходя, она заметила, как Глеб потряс ей поднятым кулаком, мол, держись!

Бобр закрутился на стуле в попытке слезть и не уронить кружку, но все-таки лапки были задуманы природой не для посуды, и та выпала, разлетевшись на части на деревянном полу.

– Простите, я не хотел, – как-то не очень искренне процедил зверек, аккуратно обходя осколки.

– Ничего, это всего лишь кружка, – огорченно отозвалась Аня, глядя на погибшую керамическую подругу, что преданно служила ей много лет, но не выдержала несколько месяцев работы тут.

«Кажется, этот день явно не мой. Бобр этот странный. И кофе мне тоже не светит», – крутилось в голове, пока Аня вела мохнатого клиента в свой кабинет. Удивительно, но бобр достаточно уверенно шагал на двух лапах, словно и правда был человеком, при этом скептически оглядывал коридор. Во всяком случае, Ане именно так казалось, когда она оборачивалась на гостя.

В их кабинете уже сидел Артем, с кружкой в руках и печеньем на столе. Судя по открытой пачке, большую часть печенья он уже успел заточить под свой чай, хотя, может, и принес уже начатую упаковку. Увидев Аню, Артем кивнул, запивая печенье, которым был набит его рот, после чего весело спросил:

– Ты решила все-таки завести питомца, раз Афоня оказался ненастоящим котом?

– Мда-а, у меня есть подозрения относительно достаточности вашей компетенции, – недовольно обратился к Ане бобр. – Девушка, этот молодой человек так же будет работать над моей проблемой? Может, у вас есть более компетентные и опытные сотрудники?

– Чего?! – возмутился Артем, не ожидавший такой отповеди от бобра. – Я один из самых опытных сотрудников, между прочим! Мы с Анной закрывали и не такие дела, так что не стоит беспокоиться.

– Леонид Валентинович, это мой коллега Артем, мы вместе будем вести ваше дело. Артем, это Леонид Валентинович, наш новый клиент. Присаживайтесь, пожалуйста, сюда. – Аня вежливо указала на стул возле своего стола. – Может быть, вы расскажете, что все-таки с вами произошло?

Бобр вскарабкался на стул, покрутился, чтобы расположиться поудобнее, и начал свой рассказ:

– Я не знаю, что со мной произошло. Еще вчера я был обычным человеком, день по работе мотался – так-то я главный инженер в строительной компании и все на мне. К вечеру что-то устал, меня разморило, и я прилег вздремнуть. Проснулся уже бобром. Случайно набрел на ваш офис, увидел, что на вывеске что-то про мистику, ну и зашел. Мне в приемной сказали, что вы как раз по таким делам и все бесплатно. Бесплатно же? Или это развод какой-то? Вы не считаете, что я свихнулся?

– Не считаем, мы же видим, что вы... – Тут Аня немного запнулась, задумавшись, как повежливее сформулировать. – Немного не в человеческом виде. Работаем бесплатно; если по итогам вы захотите, можно оставить пожертвования – это добровольно и необязательно. Подскажите, пожалуйста, может, у вас есть фото, как вы выглядели ранее?

– Фото-то, может, и есть, но вы видите у меня тут карманы или борсетку? Все вещи остались на квартире, – раздраженно ответил Леонид Валентинович.

– У вас дома? Есть семья: может, мы бы могли с кем-то поговорить?

– Не дома. Жена есть и дети: Любовь – жена, Катенька – младшая дочь, и Андрей – старший сын. Но они ничего не знают пока что. – Бобр неловко стал наглаживать свое пузико, отведя глаза. – Я у знакомой был на квартире.

– Может, тогда вы подробнее расскажете, что предшествовало тому, как вы очнулись уже бобром? – подключился к беседе Артем. – Вы с кем-то ссорились, что-то ели, пили, может, какие-то обряды проводили или участвовали в них? Может, у вас есть свои подозрения, как так вышло?

– Нету у меня никаких подозрений, – буркнул бобр, после чего насупил мордочку и выдал: – Хотя вот теща у меня явно та еще ведьма!

– Ну, скверный характер еще не признак ведьмовства, – философски заключил Артем. – А тещ ведьмами многие считают. Вы давно с ней виделись?

– Она меня точно недолюбливает, к счастью, уже полгода как с ней не встречался. Ни в каких странных обрядах я не участвовал. Ничего необычного не ел, не пил. А могли отравить?

– Если вы были человеком, а стали бобром, то тут явно было магическое вмешательство, так сказать. Почему вообще бобр, вы как-то связаны с бобрами?

Леонид Валентинович обхватил себя лапками и задумался. Аня с Артемом смотрели на него в надежде услышать важные для дела детали. Посидев пару минут, тот снова заговорил:

– Кто его знает, почему бобр. А как у вас тут с конфиденциальностью?

– Тайна клиента для нас на первом месте, – доверительно кивнула Аня. – Мы никому про вас не будем рассказывать без вашего согласия.

– Ладно, тогда еще, может быть, это все Ленка. Я у нее и был. Точнее, на нашей с ней квартире – я ее снимаю, и мы там проводим время периодически.

– А можно подробнее, что за Ленка и почему это она могла такое с вами устроить?

Ленка оказалась бухгалтером той же конторы, в которой работал Леонид Валентинович. Но это было не самое главное. Князева Елена состояла с ним в неофициальных отношениях, о чем никто, естественно, не знал (только если догадывался), так как Леонид Валентинович был человеком женатым и с детьми. Встречались они уже почти год, и временами Елена жаловалась, что хотелось бы больше внимания к себе, а то и вовсе предлагала перевести статус отношений в легальный и открытый формат. Хотя Леонид Валентинович испытывал пылкие чувства к своей возлюбленной, но уходить из семьи не спешил. Все-таки родная жена как-то попривычнее будет – пусть она и располнела немного, как дети появились, да и пилит временами по пустякам. Служебный роман, скорее, был для него приятным отвлечением от скучной семейной жизни и вносил некоторую остроту в обыденность. Как раз вчера вечером, когда превратился в бобра, он был на той квартире, что снимал для встреч со своей любовницей. Елена его и обнаружила, подняла крик на весь дом и, схватившись за метелку, вытолкала ошалевшего и ничего не понимающего Леонида Валентиновича за двери.

– Она еще нумерологией, гороскопами, таро и прочей ерундой увлекается. Я это все бабьей дуростью считал, пока в бобра не превратился. Могла она меня так заколдовать? Мы поругались немного перед этим, может, обиделась на что.

– Думаю, нам следует с ней встретиться и тогда уже выяснить точно. А какая причина ссоры была?

– Да на море она хотела полететь, а какое море, когда у меня объекты сейчас в работе, плюс жене я что скажу?! А Ленка уперлась рогом, мол, ее подруга летала в Дубай, и она теперь хочет. – От возмущения бобр дернул хвостом и чуть не свалился со стула.

Ане новый клиент не очень нравился: несмотря на милый вид зверька, за небольшой период общения Леонид Валентинович уже умудрился показать не самый приятный характер и вызвать отторжение. «Побыл бы бобром и о жизни бы своей подумал и об отношении к другим людям. А я бы лучше выпила, наконец, кофе, чем все это слушать», – размышляла Аня, разглядывая бобра. С тоской она посмотрела на чашку Артема, остатки чая в которой уже явно остыли.

– Что же, – хлопнул по коленкам Артем, – давайте тогда съездим в первую очередь к этой Елене и поговорим. Где ее искать?

– На работе должна быть, – ответил бобр, слезая со стула. – Только я в таком виде туда не поеду. Не хочу, чтобы меня видели в этом вот всем, – обвел он лапкой свое тело.

– Вряд ли вас кто-то узнает. А номер телефона этой Елены помните? Или рабочий?

– Нет.

Аня вздохнула: информации от Леонида Валентиновича было явно немного, и понятнее ситуация пока не становилась. Поискав в интернете сведения про его компанию, она нашла рабочий телефон, который и сообщила Артему. Тот сразу же позвонил и с третьей попытки все-таки сумел поговорить с Еленой, наврав, что он сосед снизу и она его топит. Та возмутилась, почему звонят ей, а не хозяину квартиры, но, поддавшись на уговоры, пообещала подъехать и проверить все. Леонида Валентиновича было решено оставить в офисе, чтобы не привлекать лишнее внимание, – все-таки бобры среди дня не гуляют по Минску, к тому же в компании с кем-то. Так что его сдали обратно на поруки в приемную к Зое, чтобы не бросать одного в кабинете.

До съемной квартиры решили дойти пешком, с учетом того, что дворами попасть туда намного быстрее, чем ехать на такси. Елене предстояло ехать откуда-то со стороны Логойского тракта, так что добраться они должны были вовремя.

Ярко-красную маленькую тойоту Аня с Артемом заприметили сразу, наблюдая за двором через окно лестничной площадки. По лицу вылезшей из машины Елены даже издалека можно было прочитать недовольство: в планы женщины явно не входило приезжать сюда в утреннее время. Сжав в руках маленькую сумочку, она направилась в подъезд, где ее уже поджидали ребята.

– Здравствуйте! – Дружелюбно улыбаясь, Артем шагнул навстречу поднимавшейся женщине. – Вы же Елена, верно? Я вам набирал по просьбе моей бабушки, этажом ниже живет. Она ушла в магазин, попросила, чтобы я заглянул к вам по поводу затопления глянуть, не у вас ли протечка.

Блондинка недовольно скривилась, оглядев улыбающегося Артема, и фыркнула:

– А девушка с вами – группа поддержки?

– Я – Аня, племянница Леонида Валентиновича, – неожиданно заявила Аня. – Мы сейчас свой дом под Минском строим, и он должен был передать маме какие-то карты скидочные в строительные магазины. Только вот дозвониться до дяди не могу, а на работе мне сказали, что он здесь может быть.

– Небось, эта коза Маринка сдала, – еле слышно прошипела блондинка, а после уже громче добавила: – Что-то я не помню у Лёни сестер.

– Так она не родная, а двоюродная. А вы ему кем приходитесь? Мне казалось, что у дяди жена Люба была.

– Я его коллега. Идемте же смотреть, молодой человек, ваши протечки. У меня еще дела вообще-то есть. А вам, Анна, я ничем помочь не могу: мне про карты неизвестно, Лёня на работе не появлялся, и я его со вчерашнего дня не слышала. Сейчас проверю воду и вернусь, – добавила она, обращаясь к Артему.

– Позвольте, я по трубам с вами гляну. – Он настойчиво шагнул следом за Еленой.

Оставив Аню одну, они направились в квартиру проверять воду. Естественно, через минут пять Артем с Еленой уже возвратились.

– Вы все еще тут?

– Я просто еще раз набирала дядю, и мне показалось, что у вас в квартире как раз что-то звонило.

– Если кажется – креститься нужно, милочка. У меня работа, так что до свидания! – Елена застучала каблучками в сторону лестницы.

– А бобра вы тоже вчера в квартире не видели? Машина Леонида Валентиновича тут просто так стоит, случайно оказалась? – неожиданно громко спросила Аня: она начинала злиться, что женщина сейчас может просто уйти и они так ничего не узнают по делу. Тогда и тащиться пешком в мокрой кроссовке тоже смысла не было. – Может, все-таки поговорим, Елена?

Женщина резко замерла и обернулась:

– Вас Люба прислала, так?

– Какая разница, давайте начнем с начала и поговорим. Можем на площадке или пройдем в квартиру? Или вы хотите, чтобы Любовь сюда тоже приехала? – продолжала напирать на растерявшуюся женщину Аня.

– Пойдемте, и так устроили тут цирк на весь подъезд. – Елена вернулась, отперла дверь и пригласила ребят внутрь квартиры.

Хотя квартира была с современным ремонтом, чувствовалось, что жилье съемное и обжитости в ней не хватает. Но за аренду такого временного пристанища Леонид Валентинович явно отдавал немалые деньги: симпатичный интерьер, бытовая техника с посудой, расположение возле метро – все это повышало ставку. Елена скинула пальто в коридоре и провела ребят на кухню, где уселась за стол и вопросительно уставилась на Аню с Артемом, лишь жестом предложив располагаться.

– Итак, кто вы такие и что вам нужно? И что вам известно?

– Мы не от супруги Леонида Валентиновича. А от него самого: так случилось, что ему не очень хорошо после вчерашнего вечера. Нам известно, что он был с вами здесь.

– Не очень хорошо? Если вы из милиции, то предъявите ваши документы.

– Мы не из милиции. Просто частное агентство.

– И что же с ним нехорошо? Он вчера ушел, ничего мне не сказав.

– А вы видели, как он уходил?

– Нет, – нахмурилась Елена. – Но его не было в квартире, как я вышла из душа.

– А бобр был? – продолжала допрос Аня.

– Был.

– Дело в том, что это и был Леонид Валентинович, и нам нужно понять, как так вышло.

Елена замерла, переводя взгляд с Ани на Артема, после чего громко расхохоталась:

– Вот это вы даете. Лёнька – бобр! Да уж, вы с ним явно решили меня разыграть! И не поленился же бобра настоящего найти и подкинуть! Еще скажите, что это он от настойки превратился и мне нужно поцеловать бобра, чтобы назад его вернуть!

– Какой еще настойки? – зацепилась за слова женщины Аня.

– Что, Лёня не сказал? В детали решил не посвящать? Я же ему настойку привезла от тетки моей из деревни. У нее муж охотник, так он на бобра ходил – у них возле Западной Двины хватает этих зверей, а тетушка из желез бобриных настойку лечебную делала по старому семейному рецепту. Для мужчин полезная, – подмигнула Елена усмехаясь. – Лёня постеснялся в такие подробности вас посвящать. Ничего, будет знать, как меня разыгрывать.

– Случаем настойка эта не сохранилась?

– Зачем? Вроде такой молодой, пока проблем никаких не должно быть со здоровьем? – удивилась Елена.

– Просто ради интереса, совсем немного. Впервые про такое слышу. – Артем с надеждой взглянул на женщину.

– Ладно, у меня чуть осталось. Сейчас. – Елена поднялась и из крайнего шкафчика на кухне выудила маленькую стеклянную баночку. На белой жестяной крышке виднелись буквы «Ш...ы», а остальная часть слова была заклеена белым пластырем с подписью синей ручкой «Бобр». Мутноватая жидкость плескалась на самом дне банки. – Вот, можете забирать. Все равно тут мало осталось. Ни туда ни сюда.

– Спасибо! – Артем забрал баночку и аккуратно уложил ее в свой рюкзак.

– Ладно, мне надо бы уже и на работу возвращаться. Вы Лёне передайте, чтобы тоже поторопился, там счета пришли, платить надо, а его нет. Пусть заканчивает со своими шуточками. – Елена поднялась, откровенно намекая, что Ане с Артемом тоже уже пора.

Перед самым выходом Артем попросился заглянуть в туалет. Елена махнула рукой, позволяя воспользоваться уборной, а сама, повернувшись к зеркалу, стала поправлять макияж.

– Не стоит мальчикам знать наши девчачьи секреты, – проговорила она, обновляя помаду на губах. – Бесплатный совет тебе, девочка.

Аня ничего не ответила, задумчиво рассматривая Елену. Она выглядела как обычная женщина, никак не похожая на ту, что может превратить человека в бобра. Но и от Цирцеи моряки не ожидали подставы. Так что внешность могла быть обманчива.

– Вот и я. Мы тогда пойдем, спасибо еще раз, Елена, что побеседовали с нами.

– Идите уже и не забудьте Лёне привет передать от меня. Про отпуск я все равно так просто от него не отстану.

Пока ребята возвращались к офису, солнце, словно сжалившись, немного прогрело воздух, подсушивая лужи и бликуя в стеклянных витринах кафешек. Мокрая Анина кроссовка уже подсохла и не раздражала, как утром, но настроение все равно было не очень. Довольный жизнью Артем шел впереди, жуя захваченную в «Каравае» корзиночку с белковым кремом.

– Как думаешь, настойка из бобра могла стать причиной превращения?

– Все возможно, отдадим в лабораторию проверить. Тогда можно будет попробовать противоядие изготовить на его основе.

– А кто у нас в лаборатории работает? Ты же мне так ее и не показал.

– Вот и посмотришь как раз, – загадочно подмигнул Артем, обернувшись. Рот у него был измазан белым кремом, и Аня почувствовала раздражение из-за такой неаккуратности, но промолчала, лишь шумно втянув носом воздух. – Слушай, ты сегодня какая-то грустная. Что-то случилось?

– Ничего особенного, – отмахнулась Аня: объяснять, что все с самого утра как-то наперекосяк, да и настроение само по себе тоже, не очень хотелось.

– Да? Ладно тогда, – снова отвернулся Артем, шагая дальше. – Думаю, стоит еще покопаться в литературе, может, про оборотней и оборотные зелья поискать информацию. Вдруг похожие случаи уже бывали или описывались. Хотя про бобролаков, конечно, я раньше не слышал.

– Бобролаков?

– Это будет наше кодовое название: есть же волколаки, а у нас будет бобролак. Хотя для белорусской мифологии очень даже нормальное дело: у нас то в воронов, то в жаб, то еще в кого-нибудь из животных превращались. Так что, возможно, нам и повезет найти полезные советы.

Вернувшись в офис, Аня с Артемом занялись поисками информации по перевертышам. В лабораторию Артем пообещал сводить после обеда, заявив, что до этого времени она не работает. Скинув вещи в кучу, Аня стала рыскать на просторах интернета в поисках любой информации об оборотнях, начиная от общей истории, заканчивая единичными ссылками на местный фольклор. Как назло, у нее начинала неприятно болеть голова, мешая сосредоточиться на работе. Так или иначе, обсудив найденную информацию, Артем обобщил варианты дальнейших действий:

– Полагаю, у нас может быть несколько вариантов. Первый: это все виновата настойка и она, скажем так, оборотное зелье; второй: он имел способности перевертыша и просто не знал – тогда попробуем кульбиты через ножи, чтобы его вернуть в человеческий вид; третий: его заколдовали и надо найти того, кто это сделал, и понять, как тогда обернуть все назад. Ничего не забыл?

– Вроде бы нет, – протянула Аня. Головная боль не отпускала, давя в висках. – Пойдем, покажешь мне вашу запретную лабораторию?

– Идем, только соберись, а то ты какая-то рассеянная. Постарайся там быть внимательнее.

– Все в порядке, просто голова немного разболелась.

За дверями с надписью «Лаборатория» оказалась лестница, ведущая вниз. Пока ребята спускались, Аня неожиданно запнулась на предпоследней ступеньке и чуть не полетела кубарем, если бы ее не подхватил под локоть Артем. «Мало мне сегодня приключений, еще бы ногу сейчас подвернула или нос разбила, вот было бы веселье», – мрачно подумала она.

Сама лаборатория оказалась полуподвальным, немного прохладным помещением, примостившимся под рабочими кабинетами. Аня стала осматриваться по сторонам: вокруг расположились разнообразные шкафы, комоды, стеллажи. Тут были современные лаконичные экземпляры, лакированные представители советской мебели и резные дубовые раритеты с необычными формами, словно вышедшие из музеев. Посреди комнаты стоял огромный стол с расставленными на нем причудливыми бутылочками, баночками, непонятными аппаратами и микроскопом. На высоком барном стуле возле стола обнаружился черт.

– Артем, мне кажется или там сидит представитель классической нечистой силы?

– А ты знаешь представителей неклассической нечистой силы?

– Артем, я серьезно спрашиваю: это черт на вас работает или это я не заметила что-то в своем контракте относительно продажи души и прочего?

– О, новенькую привел! – Нечистик радостно хлопнул в ладошки. – Я – Агапий, приятно познакомиться! Раз такое дело, может, по пятьдесят граммов за знакомство? Что желаете, шампанское или вино? Могу предложить и кофе с ликером: чувствую, вы сегодня не успели кружечку бодрящего напитка вкусить, вам бы полегче стало. А может, что-то покрепче для настроения?

Аня никогда не была любителем крепких напитков, но не очень приятное утро, ощущение зябкости, от которого никак не получалось избавиться, и такой неожиданно располагающий к себе голос черта заставил ее всерьез задуматься о предложении крепкого кофе с недетской добавкой.

– Но-но-но! Не спаивать тут новеньких! Дед узнает, получишь по шапке, а то и вовсе выгонит! А ты держись, ты же сотрудник ООО «ЦУД», должна не поддаваться на уговоры подозрительных нечеловеческих личностей, – погрозил пальцем Артем. – Это не черт, а опивень! Его суть как раз в том, чтобы всех спаивать, а особенно тех, кто мало пьет.

– Простите, но против себя не пойдешь, – улыбнулся Агапий и поманил волосатой рукой подойти поближе. – Так что вы мне принесли? Раз расслабляться не желаете, давайте тогда к делу.

– Ничего страшного, это же ваша сущность. Простите, что за черта приняла. Я – Аня. Мы вам вот настойку из бобра принесли. Точнее, там какие-то ферменты от бобра или еще какая-то часть его, мы точно не знаем. Главный вопрос, можно ли было с помощью этого средства человека в бобра обернуть и если да, то антидот создадите? – Аня протянула банку с настойкой.

Агапий взял протянутую баночку, открутил крышку, принюхался, а потом просто отхлебнул часть. Затем довольно зажмурился и громко выдохнул:

– Эх, хороша настойка! Все как по старинке, делали на домашнем самогоне!

– Так, а что по свойствам?

– Для хорошей посиделки – средство очень даже хорошее. Тут еще так клюковку удачно добавили. А вот в бобра превратить или еще как-то повлиять на организм – ничего такого. Обычная настойка, все вымыслы людские с этими добавками – народная гомеопатия, о! – опивень поднял кривоватый палец вверх.

– Не выделывайся тут перед Аней непонятными словами. По-человечески лучше объясняй все. А есть какие-то зелья, чтобы назад из бобра в человека?

– Ты бы не в играх зависал, а читал больше, бестолочь, – отмахнулся от парня Агапий. – Не от настойки он превратился, так что вернуть его с помощью отваров не получится. Или он просто всегда таким был, или ворожба это.

– Понятно, будем тогда искать причину дальше. Спасибо! – Артем кивнул Агапию и направился к выходу. – Пойдем, побеседуем еще раз с нашей жертвой и заодно попробуем физические методы возврата.

– До свидания! – Аня вежливо улыбнулась опивню на прощание.

– Заглядывай еще! – подмигнул тот в ответ. – Шампанское у меня в том шкафу шикарное хранится, специально для таких красивых девушек!

Артем цыкнул и потащил Аню прочь из лаборатории. Уже на самом верху лестницы обернулся и строго сказал:

– Ты с Агапием поаккуратнее будь! Он, конечно, на Деда работает, но попыток споить всех приходящих не оставляет! А у нас тут с этим делом строго – никакого алкоголя на рабочем месте!

– Как вы вообще привлекли его к работе? Тем более в лаборатории? Такому место, скорее, в баре.

– Он один из первых работников. Агапий использует свои умения, чтобы разбирать разные составы. Плюс там у себя в подвале экспериментирует с настойками с разрешения Деда. А по натуре Агапий очень уж увлеченная нечисть. Но вот работает только после обеда и до вечера. Потом подрабатывать уходит в ночь в бары на Зыбицкую и до обеда отсыпается.

– Так с барами я угадала?

– Угадала, – одобрительно кивнул Артем. – Идем ставить эксперименты над нашим бобролаком.

В приемной Леонид Валентинович не обнаружился. На удивленное «А где же наш клиент?» Глеб невозмутимо ответил:

– Сначала он с нами сидел, а потом Афоня появился и увел его куда-то в зону ожидания. Мол, нечего в приемной клиентов держать.

– Зону ожидания? Это где у нас такое?

– Без понятия, если честно, мы не уточнили: Зоя выходила, а мне звонок поступил как раз. Поищите, где-то в офисе явно же, – пожал плечами Глеб и вернулся к своим документам.

В поисках потерянного клиента Аня с Артемом начали обходить все кабинеты: у них самих было пусто и никакой зоны ожидания там точно не наблюдалось, Галина Павловна на них шикнула и попросила не мешать работе («со своими розыгрышами не сюда, здесь бухгалтерия, а не цирк»), а Леха с Димой просто бессовестно посмеялись над потерей. Только Гена, проникнувшись ситуацией, подсказал:

– Я видел, как они шли куда-то в сторону кухни. Может, стоит там поискать?

Поблагодарив его, Аня с Артемом направились к кухне.

– Я так и знал, что приведем этого кошару сюда – и начнется бардак. Всегда клиенты ждали в приемной, и было нормально. А теперь ищи его повсюду.

– Не кошара, а домовой. Ты только цепляешь его постоянно. Плюс теперь чище вокруг стало, хотя, конечно, кружки он совсем не вовремя сегодня забрал перемывать.

– И без него неплохо справлялись, – не унимался Артем. – И клиентов не теряли!

Афоня с Леонидом Валентиновичем нашлись не на самой кухне: возле нее словно из ниоткуда возникла дверь, за которой оказалось помещение с мягкими диванчиками и небольшими столиками. Возле одного из них и сидели кот и бобр, а перед ними стояли чашки с блестящими боками и блюдечко с печеньем.

– Вот и Анна с Артемом к нам пожаловали, – мурлыкающе протянул Афоня, обращая внимание бобра на вошедших ребят.

– Вы что-то узнали? Ленка все подстроила? – сразу перешел к делу Леонид Валентинович, постукивая плоским хвостом от нетерпения.

– Скажем так, Елена ничего специально с вами не делала и не верит, что вы превратились в бобра, ждет вас на работе со счетами. Но она давала вам пить настойку, которая содержит части бобровых желез. Сама настойка безобидна – мы уже проверили, но это пока единственное, что связывает вас с этим животным.

– Да, была какая-то настойка от ее тетки, крепкая такая. Я еще ее махнул, и меня в сон разморило. Так как назад-то в человека?

– Давайте попробуем физические методы. Возможно, у вас изначально были способности перевертыша и настойка просто помогла им проявиться.

– Физические методы? Это как? Шкуру снимать будем?

– Нет, попробуем перекувыркнуться через ножи. Традиционный метод превращения среди перевертышей. Ножи необходимо воткнуть в землю острием вверх и перекувыркнуться через них, попробуем с разным количеством, в рамках эксперимента, – своим любимым преподавательским (как его окрестила про себя Аня) тоном пояснил Артем.

– Я вам не циркач, чтобы прыгать через ножи! Тем более острием вверх! – фыркнул Леонид Валентинович, складывая лапки на животе.

– Это старинный способ, Леонид Валентинович, который известен в народе, и многие колдуны им пользовались. Вы попробуйте, чтобы точно проверить ваши возможности, – вступил в разговор Афоня, нарочито важно растягивая слова.

– Ну если вы, Афанасий, тоже поддерживаете, давайте попробуем, – кивнул бобр, на что Артем шумно выдохнул – его явно коробило, что клиент больше расположен к Афоне.

Эксперимент решили проводить во дворе: ближе к обеду там никто особо не ходил, так что можно было попробовать, не сильно привлекая внимание. Но для надежности ребята развесили на веревках огромные простыни, достающие до земли, как будто белье кто-то вынес сушиться, и спрятались между ними.

– Ощущаю себя как на рынке в детстве, – ворчал бобр, оглядывая сооруженную из белья маскировочную конструкцию.

– Лучшая маскировка – это привычные для человеческого глаза виды. Для старого двора сушащееся белье – вполне себе обыденное дело. А то, что почти до земли, так, может, старая бабулька развешивала и тяжело было, – откликнулся Артем, заканчивая подготовку.

Расковыривать дырку лезвием, а после вкручивать нож рукояткой в землю оказалось более эффективным, чем пытаться просто втыкать их. В итоге получилось несколько площадок с разным количеством ножей: один, пять, семь и двенадцать. Аня предлагала начать с малого и потом просто добавлять ножи, но Артем решил, что лучше сразу все подготовить, ведь сам больше всего склонялся к двенадцати. К счастью, собрать такое количество ножей за раз им удалось благодаря Афоне, который не только перемыл всю посуду в офисе, но и явно увеличил ее количество.

– Афонь, спасибо за помощь, но все-таки – не многовато ли двадцать пять ножей в офисе? Тем более тут же не столовые: и большие, и маленькие, и с зубчиками даже есть, – шепотом спросила Аня, наклоняясь к уху кота.

– Так не все наши, – так же шепотом ответил Афоня. – Я еще у соседей из квартир вокруг позаимствовал: потом почищу и верну на место.

– Все, готово. – Артем поднялся с колен, потирая лоб тыльной стороной руки. – Можем приступать.

Как выяснилось впоследствии опытным путем, тот, кто однажды в народе придумал этот метод по превращению в зверя, был или шутником, или невероятным гимнастом. Самостоятельно перекувыркнуться через ножи и не превратиться в бобриный шашлычок оказалось сложно. Тело зверька не подходило под такое, да и не каждый человек мог бы подобное повторить. Поэтому Леонид Валентинович поочередно пробовал перепрыгивать через ножи, сигать спиной вперед и, наконец, все-таки делать что-то наподобие кувырка с поддержкой ребят по бокам. Все оставалось по-прежнему.

– Давай попробуем из ножей сложить подобие бобра. Где-то было, что нужно составить фигуру зверя, – предложила Аня, смутно вспоминая, что уже встречала такой вариант.

Артем вздохнул и принялся за дело: Аню он отстранил еще в самом начале установки ножей, когда она слегка порезалась, пытаясь его вкрутить. Повозившись с ножами под комментарии наблюдающих со стороны, Артем закончил создание фигуры. Со стороны назвать это все бобром было сложно, но общие черты в виде хвоста и округлой морды проглядывались. Однако и тут ждала неудача.

– Что же, кажется, вы все-таки не перевертыш, – с сожалением в голосе сказал Артем.

– Пф-рф-рфр, – пробурчал что-то невнятное Леонид Валентинович, пытаясь отдышаться.

– Мне уже пора, давайте тогда встретимся в восемь и съездим к вам домой. Надо еще поговорить с вашей семьей, может, мы что-то узнаем. Да и ваша жена волноваться станет, куда вы пропали, – предложила Аня, посмотрев на часы. Ей действительно нужно было поспешить, если она хотела успеть на пары вовремя. Работа работой, но и учебу пока никто не отменял.

На занятия Аня все-таки опоздала. Потом еще и неожиданно самостоятельную на последнем семинаре пришлось писать, к которой никто вообще не готовился. Так что в итоге настроение не очень было почти у всей группы, а не только у Ани. Еще и преподавательница была жуть какой придирчивой и скупой на хорошие оценки.

«Если потом у нее тоже возникнет потребность обратиться в ООО “ЦУД”, я не удивлюсь, – думала Аня, разминая затекшую от письма руку, – пару недобрых пожеланий в ее сторону точно прилетело. Хотя надо спросить Артема, с такой мымры станется самой быть нечистью и изводить студентов».

Из-за письменной работы Аня задержалась в университете и теперь опаздывала уже на встречу с Артемом и Леонидом Валентиновичем. Добираться пришлось в новостройки на «Минск-Мир», метро в сторону которых еще не построили. Поэтому пришлось ехать до «Института», а потом еще ждать автобус. Поблуждав среди похожих между собой многоэтажек, сплошь покрытых стеклянными глазами-окнами, Аня, наконец, заметила ожидавшего ее Артема.

– А где Леонид Валентинович? – Она закрутила головой, пытаясь понять, где же бобр и почему напарник стоит один.

– Тутоньки, – улыбнулся Артем и повернулся: вместо привычного рюкзака на спине был рюкзак-переноска для котов. Из круглого окошка-иллюминатора на Аню взирала недовольная мордочка бобра.

– Вы явно опаздываете, – послышался из переноски глухой голос Леонида Валентиновича.

– Извините, что задержалась, – буркнула Аня в ответ. Сил слушать нравоучения от бобра у нее совершенно не было. – Идем?

Дверь открыл парнишка лет двенадцати-тринадцати в растянутой майке и с хмурым взглядом. Из комнаты выглянула светловолосая женщина в домашнем розовом костюме с забавным котиком на майке и с такой же светловолосой девочкой на руках.

– Андрюш, кто там пришел?

– Не знаю, мам. Они пока не представились, – отозвался мальчишка, рассматривая ребят. – Вам что надо?

– Здравствуй! Ты, наверное, Андрей, а там твоя мама Люба и сестричка Катя, да? Мы от твоего папы и пришли поговорить с вами. Можно мы войдем? – Аня постаралась говорить максимально доброжелательно, чтобы не напугать мальчика.

– Здравствуйте. – Женщина подошла ближе, оттесняя сына от входной двери. Вблизи стало видно, что под глазами залегли тени от недосыпа, а не очень свежие волосы стянуты в небрежный пучок. – Вы хотели по поводу мужа поговорить?

– Покажите меня, – послышался глухой голос из-за спины Артема.

Тот вздохнул, взглянул на Аню и, кивнув, повернулся.

– Привет, дорогая... – неуверенно помахал лапкой Леонид Валентинович. – Любашенька, я тут немного изменился, но это я – твой Лёнечка.

– Папа! – пропищала малышка, потянув ручки в сторону ребят.

Женщина удивленно уставилась на бобра, потеряв дар речи. Краем глаза Аня заметила, что мальчик, до этого хмуро смотревший на них, попятился назад, словно испугавшись.

– Проходите, – только и смогла сказать Любовь, пропуская ребят внутрь квартиры.

Затем провела их в уютную светлую гостиную: кремовые обои на стенах, фотохолсты с изображениями детей и семьи («Так вот как ты выглядишь», – подумала Аня, заметив на фото улыбающегося мужчину средних лет), мягкая, в пастельных тонах, мебель с подушками, пушистый ковер и разбросанные разноцветными пятнами повсюду игрушки. На одну из них Аня наступила и почувствовала резкую боль в ступне.

– Ай, – вскрикнула она, запрыгав на одной ноге. Опасным оружием, поразившим ступню, оказалась деталь конструктора.

– Ой, простите, двое детей в доме, так игрушки везде, – покраснела хозяйка квартиры, жестом предлагая всем рассаживаться.

Сама же она стала собирать игрушки с пола и дивана, скидывая их в корзинку. В это время Артем снял рюкзак и освободил Леонида Валентиновича. Бобр потянулся и как-то неловко стал помогать убирать игрушки. Малышка зачарованно смотрела на зверька (она пыталась приблизиться к нему, но, получив грозное «не трогать!» от матери, теперь пританцовывала на месте от желания нарушить запрет), а ее старший брат ушел в другую комнату, оставив гостей. Более-менее расчистив пространство, женщина села в отдельное кресло и посмотрела на ребят.

– Итак, меня зовут Любовь. Давайте с самого начала: этот бобр – мой муж?

– Да, Любочка, я не знаю, как так вышло, – ответил за ребят сам Леонид Валентинович, а после глубоко вздохнул и понуро добавил: – Понимаю, если ты не веришь, но это правда я. Помнишь, как мы с тобой на рыбалку ночную ездили на Неман и там еще я сапог в грязи утопил, так и возвращался в одном домой? Или как я тебе предложение сделал в ресторане, а деньги взять забыл, и ты платила за ужин? Как с Андрюшей мы на Браслав с палатками ездили каждое лето? А когда Катенька родилась, то я из роддома тебя встречал с ростовым медведем и шариками гелиевыми в виде сердечек?

– Лёня, – ахнула Любовь и прижала руку ко рту. – Так что же с тобой случилось-то? Как так?

– Пока не знаю, дорогая, но эти молодые люди пришли, чтобы помочь. Анна и Артем, работники фирмы, специализирующейся на подобных ситуациях, – указал бобр лапкой на ребят.

– Любовь... простите, ничего, что по имени? – обратился Артем, вглядываясь в лицо женщины.

– Нет, все в порядке. Я не настолько стара для отчества, – мягко улыбнулась та в ответ.

– Спасибо. Подскажите, с мужем или с вами происходили какие-то необычные вещи, встречи в последнее время? Вдруг у вас есть какие-то предположения, что может связывать вашего мужа с чем-то сверхъестественным или с бобрами?

– Да как-то ничего в голову не приходит, – растерянно ответила Любовь. – Лёня, а последний раз, когда ты на охоте был, может, ты бобра подстрелил?

– Так вы охотник? – воскликнула Аня, повернувшись к Леониду Валентиновичу. – Что же вы молчали?!

– Так я бобров и не стрелял! – возмущенно встопорщил усы зверек. – Какая разница, охотник или нет? На бобров охоту я точно не вел, так, кабана стрелял. Да и по закону всегда действовал: с разрешения и только в охотничьих угодьях!

– Что же... – протянул Артем, – это интересный поворот. Как давно вы последний раз на охоте были?

– На выходных вот и был – как раз уже конец сезона близится. Но неудачно, вернулся с пустыми руками.

– Не совсем, – тихо прошептала Любовь и поникла, опустив плечи и став словно немного меньше.

– Что вы имеете в виду? – уточнила Аня, внимательно посмотрев на погрустневшую женщину.

– Люба, не начинай опять! – буркнул было Леонид Валентинович, но Артем так красноречиво посмотрел на него, что бобр неожиданно замолк.

– Да, в тот раз ты ничего не принес со своей охоты, только прогудел с мужиками все выходные в лесах, – вздохнула Любовь, но осеклась: – Нет, не с того начала. Наш старший сын, Андрюша, сейчас в таком возрасте, почти переходном, и он очень стал сострадателен к животным. От мяса отказывается, больных зверей все пытается принести домой, деньги даже в фонды помощи животным переводил. Вот и с Лёней у него сейчас отношения напряженные: сын зверей лечить хочет, а папа – охотник. Как-никак я их примиряла, мол, дикие животные, не случайно же разрешают охоту, для популяции важно и тому подобное. Но в последний раз они с Лёней опять поругались из-за этого. А Лёня еще и навеселе был, так и ляпнул ребенку, что бродячего пса подстрелил, и вообще, если бы можно было, всех бы бродячих перестрелял. Зря он так. Ладно я взрослая, могу стерпеть и придирки, и загулы эти охотничьи – хоть бы раз трезвым вернулся, так нет же, надо отметить всегда. Для Андрюши это все уже слишком было – он же еще ребенок, это на фоне Катеньки кажется, что взрослый. А тут такое отец выдает, еще и под алкоголем. Больше с ним сын не разговаривал, избегал, мне сказал, что не нужен ему такой отец.

Закончив рассказ, Любовь потерла глаза, словно старалась удержать накатывающие слезы. Маленькая Катя, что до этого с любопытством рассматривала бобра, перестала обращать на него внимание и залезла к матери на колени, прижавшись всем тельцем. Аня с Артемом молчали. Леонид Валентинович наглаживал свое бобриное пузо.

– Погорячился, – наконец вымолвил он. – Я же из сына мужика вырастить хочу. Охота – это исконно мужское занятие. А он из-за какой-то бродячей собаки на меня так разозлился. Может, она вообще бешеная была. Да и разрешено это, если в охотничьих угодьях попадутся. И с мужиками не могу же я отказаться, из компании выпасть.

Не обращая внимания на бобра, Артем обратился к женщине:

– Можно мы с сыном вашим поговорим?

Та молча кивнула, покрепче прижимая дочь.

Андрей прятался от гостей в своей комнате. Вежливо постучав, Артем приоткрыл дверь и заглянул внутрь.

– Можно мы с тобой поговорим? Ты все уже слышал, я прав?

– Я ничего не делал! – резко бросил мальчишка и подтянул к себе острые коленки, обхватив их руками. – Пусть почувствует, каково это – быть диким животным!

– Мы не обвинять тебя пришли и не наказывать, – мягко сказала Аня, присаживаясь на смятое покрывало рядом с мальчиком. – Андрей, папа погорячился, когда ругался с тобой. И да, у родителей и детей часто бывают разногласия. Но ведь было же и хорошее у вас, правда?

Мальчик шмыгнул носом, ничего не ответив, еще крепче обхватил себя, словно обнимал.

– Я тоже против убийства животных, но твой отец охотится по правилам. Ты не можешь его изменить, но и тебе меняться не нужно. В любом случае нельзя человека в животное превращать. И папу твоего надо вернуть, без него и маме, наверное, тяжело, да?

– Его все равно вечно дома нет: то на работе, то на охоте, – тихо ответил Андрей. – Мама одна с нами всегда: в сад, в школу, покушать готовит, убирается. Раньше по-другому было: мы вместе на рыбалку ездили, с палатками ходили, путешествовали. А как охотой увлекся, так и совсем забыл, что мы есть. Еще и придирается ко мне постоянно и поучает.

Аня с жалостью посмотрела на мальчика. Артем неожиданно громко стукнул по столу и бодро заявил:

– Ну, чего нюни распустил? Если папка такой плохой был, так давай его в зоопарк просто сдадим и не будем расколдовывать? Сколько там бобры живут? Лет пятнадцать вроде, а шкурку потом на шубу маме попросим вернуть. – Андрей вздрогнул от этих слов, а Артем хитро прищурился. – А еще колбасу из бобров делают.

– Я не хочу ни на какую шубу, и колбасу не хочу... – Губы у мальчика задрожали.

Артем продолжил:

– Тогда, может, дадим ему второй шанс? Знаешь, как его расколдовать?

– Но... я не знаю как. – И тут Андрей разрыдался.

– Артем! – недовольно шикнула Аня, неловко гладя плачущего мальчика по плечам.

– Будет вам! Довели дите до слез! – послышался скрипучий голос, и из-за тяжелой шторы выглянула маленькая сухонькая старушонка в подпоясанной расшитой вышиванке. Ростом она еле доставала до кровати и могла похвастать огромными ушами, торчащими из-под повязанного на голове платка. Старушка с невероятной быстротой и ловкостью запрыгнула на кровать и обняла мальчика. – Ну-ну, не плачь. Если так хочешь, вернем твоего папу.

– Артем, это домовая, как Афоня? – шепотом спросила Аня у Артема, наблюдая за старушкой. Та маленькой ладошкой утирала слезы с лица мальчика и тихонько покачивалась, прижимаясь к нему и успокаивая, будто малыша.

– Воструха я, а Афонька тот еще хулиган, между ушей бы ему пройтись, да под хвост розгами надавать. Слышала я про его подвиги, хорошо хоть пристроили вы его к работе. Домовой должен дом беречь, порядок в семье, – сверкнула ясными голубыми глазами воструха. Несмотря на маленький размер и забавно милый вид, голос у нее был властный, пусть и старческий, словно не домашний нечистик, а самая главная хозяйка дома говорила.

– Так надо было не прятаться, а сразу признаваться. Ты превратила Леонида Валентиновича в бобра? – Артем, в отличие от Ани, совсем не стушевался от важности вострухи.

– Ишь ты, какой наглый, – прищелкнула языком воструха, повернув голову к парню. – Ты-то в моем доме сейчас, не боишься так обращаться к старшим?

– Нечисть ты домашняя и вредить людям не должна! Или нам тебя выгонять как зловредную сущность? Превращала в бобра?

– Ишь, какой дерзкий! Я, малец, постарше тебя буду и сама могу решать, что правильно, а что нет! Превращала, но не в бобра, заговорила, чтобы наказание его нашло, а что с бобром вышло – так это случайность. Андрюш, а ну-ка спать пора. Баю-бай, баю-бай, спи, малое^[5], засыпай!

Последние слова воструха пропела и щелкнула пальцами: мальчик сонно зевнул и уснул. Нежно проведя по его волосам, нечистик снова заговорила, только чуть тише:

– Хорошая семья была. Я уже давно с ними живу. Любили так друг друга, деток вот завели. А потом Лёнька этот спутался с какой-то бабенкой с работы, на охоты свои ездить стал, выпивать. Деньги-то в дом несет, а толку. Семья вся страдает: Люба чувствует все и молчит, только плачет втихаря ото всех, еще и детей на себе тянет. Андрюша с Катенькой скучают по папке, пусть и не понимают иногда этого. Дом должна я беречь и семью. Что же я за воструха, если несчастье такое буду терпеть? Вот и наказала его, чтоб подумал о своем поведении, о жизни, что потерять жену и детей может. Прокляла, чтобы зверем диким стал, пусть попробует на вкус. Это ему еще повезло, что бобром стал. Не верну, не проси – наказание, значит, наказание. Заслужил!

– Понятно, – вздохнула Аня.

В глубине души она понимала эту маленькую старушонку и ее желание спасти семью. Ей самой тоже было противно от этих всех секретов Леонида Валентиновича: тайной квартиры, любовницы, обиды детей и жены. «Пусть бы бобром и оставался, раз не ценит других!» – с внезапной злостью подумала Аня.

– Так, может, как человек он и натворил дел, но вернуть его надо. Сама говоришь, что было-то хорошо, а значит, надо дать шанс исправить все, – на удивление строго сказал Артем. – Но так и быть: скажем, что если нечестен будет и не исправится, то снова бобром станет. Пусть задумается!

Воструха замолчала. Минута, две – и наконец она снова заговорила:

– Ладно, если Андрюша отца простит – вернется его облик. Но если продолжит обманывать всех, снова быть ему бобром! – После этого воструха, словно мираж, растаяла в воздухе.

– И что будем делать? – обратилась к Артему Аня.

– Будить Андрея, и пойдем беседовать с нашим клиентом, – ответил Артем.

– А если не простит?

– Значит, не простит. Но мне кажется, не такой уж и плохой он отец был, не зря Андрей пожалел его.

Растолкав сонного мальчика, Аня с Артемом повели его обратно в гостиную. Андрей совершенно не помнил, что в комнате кто-то был, и очень удивился, как уснул во время разговора. В гостиной царила идиллия: вся семья сидела на пушистом ковре и вместе с Катей собирала кубики, строя то ли замок, то ли городок. Изредка бобр поворачивал голову и смотрел то на жену, то на дочь, а после лапкой осторожно поглаживал каждую по очереди по руке. Малышка улыбалась, а Любовь словно расслабилась и сбросила все напряжение, что до этого сквозило в ее движениях.

– Думаю, все получится, – тихо прошептал Артем, ободряюще дотронувшись до плеча Ани, а после уже громче обратился ко всем: – А вот и мы с Андреем. Леонид Валентинович, нам кажется, вам стоит поговорить с сыном. Тем более, если вы останетесь в таком виде, вскоре у вас может уже и не оказаться больше такой возможности.

Хрупкий момент семейной идиллии был нарушен: Любовь встревоженно посмотрела на мужа, тот вздрогнул от слов Артема. И даже маленькая Катя, словно почувствовав изменения, отвлеклась от игры и прижалась поближе к родителям.

– Сынок, Андрюша. – Бобр неловко поднялся и подошел к мальчику. Протянув лапки, он взял сына за руки. – Ты прости, что я так ругался на тебя в последнее время. И про собаку ту ляпнул – я ее случайно тогда подстрелил, сам испугался. Ты же мой сын, я хочу тебя воспитать как мужчину. Со мной так отец строг был, и я так же к тебе. Я ж как лучше хотел. Ты заботься о маме и сестре, если вдруг я таким останусь. Ты молодец у меня, справишься со всем.

От неожиданного откровения отца мальчик всхлипнул и обнял зверька, уткнувшись в жесткую шерстку. Время замерло. Послышался тихий смешок и щелчок. Никто не успел заметить, как так вышло, но вместо бобра Андрюшу обнимал его отец. Только уже как человек. С короткой стрижкой ежиком, когда-то спортивной, но уже начавшей расплываться фигурой и округлым лицом. Леонид Валентинович снова был в своем настоящем виде.

– Лёня! – первой отмерла Любовь и бросилась обнимать мужа.

Следом за ней с криком «папа» кинулась и дочь. Растерянность в глазах мужчины сменилась радостью, когда он понял, что снова человек и про бобриную жизнь можно забыть. Аня с Артемом наблюдали, как вся семья обнималась и целовалась, словно не виделась уже очень давно.

– Мне кажется, мы можем уходить, – Аня дернула Артема за рукав, привлекая внимание.

– Мы пойдем, – громко оповестил всех Артем. – Леонид Валентинович, только вы нас проводите и парой слов с вами перекинемся?

Мужчина кивнул и вместе с ребятами вышел в коридор к входной двери.

– Так что со мной в итоге было? Я совершенно ничего не понял. Думал уже, останусь бобром до конца жизни. А тут вы с Андрюшей – и потом я оп, и снова человек.

– Знак – пора задуматься о своей жизни. Вы с женой некрасиво поступали, сына обидели, про дочь забыли. Вот дух семейный, скажем так, вас решил проучить. Так уж вы решите про себя, нужна вам эта семья или нет. Будете пытаться на двух стульях усидеть, так рискуете снова хвостом обзавестись, – строго сказал Артем.

– И пойти плотину строить на речке холодной, – послышался из пустоты старческий хихикающий голос.

Леонид Валентинович испуганно заозирался, но никого так и не увидел.

– Это эти духи были? Вы же тоже слышали? – шепотом спросил он.

– Слышали-слышали, – важно кивнул Артем.

– Так, может, вы их изгоните?

– Ха, – усмехнулся Артем. – Это мы можем, только вот тогда и квартира без охраны останется. А так он вас от пожаров, воров и прочего защищать будет. Плюс за детьми приглянет, если что. Не каждому так везет.

– Это, конечно, удобно, – задумался Леонид Валентинович. – Ладно, если это не опасно для детей, пусть остается. Семья для меня главное.

– Тогда до свидания! И не забудьте, разберитесь в себе и со своими приоритетами! – пожал ему на прощание руку Артем, а Аня кивнула, и они покинули квартиру.

Аня с Артемом в тишине шли в сторону автобусной остановки. Темноту вокруг разгоняла череда фонарей, яркие фары постоянно проносящихся автомобилей и светящиеся окна домов. Дело было завершено, но на душе у Ани оставалось тоскливо, несмотря на хороший конец истории. Что-то тяжелое словно засело внутри и постоянно скребло. Она по-прежнему злилась, сердилась на Леонида Валентиновича за то, что он так поступал со всеми. И хотя Андрюша простил его, жена приняла и даже воструха дала второй шанс, Аня продолжала мрачно размышлять о том, что он полностью заслужил бобриную жизнь. «Он строитель? Вот и строил бы себе плотины, как бобр! А Люба бы нашла себе другого, который ценит!» Артем молча шел рядом, и Аня в какой-то момент совершенно забыла о его присутствии.

– До завтра! – неожиданно вырвал ее из размышлений голос напарника, и Аня с удивлением обнаружила, что они так вместе и пришли к ее общежитию. – Про отчет не парься, я сам сегодня накидаю и тебе завтра сброшу посмотреть!

– Прости, я что-то устала за день и даже не заметила, что ты меня до общаги проводил.

– Все окей! Отдыхай! – подмигнул Артем и направился обратно в сторону метро.

В комнате Женька смотрела то ли фильм, то ли сериал на компе: Аня не обратила особого внимания. Буркнув соседке «привет», она скинула все вещи на стул и, даже не умываясь, легла спать. Этот день наконец завершился.

Проснулась Аня от громких голосов в комнате: один высокий принадлежал Женьке, второй неожиданно был Артема. Приоткрыв глаза, она поняла, что ей не померещилось: в их с Женькой комнате действительно находился Артем. Он стоял в майке и держал в руках веник.

– Вставай, соня! Будем лечить тебя! – Махнув веником, Артем задорно улыбнулся.

– Вы что тут устроили? – осипшим то ли ото сна, то ли от вчерашней мокрой кроссовки голосом прошелестела Аня. – Артем, я раздета, ты тут вообще не к месту. И кто тебя пустил?

– Пустила я, – заявила Женька, уперев руки в бока. – Мне тут твоих странных болячек не нужно! Давай, Артем, ты выйди, она сейчас переоденется, и начнем уборку.

Аня ничего не понимала. «Какая уборка, сегодня еще на пары, а они придумали цирк с тряпками! Заняться, что ли, больше нечем?» – раздраженно думала она. Ане хотелось выпить кофе, а может, что-то покрепче, и ничем не заниматься: ни парами, ни работой, а лучше вообще на все забить в этот день. Пока она сидела на кухне, в комнате полным ходом шла генеральная уборка. Артем махал веником, Женька протирала пыль и складывала вещи. В какой-то момент они притащили Аню в комнату и вручили ей мокрую тряпку.

– Мой! – скомандовал Артем и подтолкнул Аню.

– Нечего мной командовать! – огрызнулась она в ответ и попыталась отдать тряпку обратно. – Это вы тут убираетесь, вот и мойте!

– Мой давай, – не унимался Артем, всячески отказываясь забирать тряпку и демонстративно тыкая пальцем в пол.

– Анют, ты протри хотя бы, мы уже почти все помыли! – присоединилась к Артему Женька.

– И ты, Брут, туда же?! Вы меня разыгрываете или что?! Не хочу я ничего мыть! Отстаньте от меня! – Аня чувствовала, как начинает психовать от всей этой нелепой ситуации.

– Аня, пожалуйста, я все объясню, – продолжал Артем. – Что ты, с полом не справишься? Рук нет? Такая большая, а пол протирать и порядок наводить не умеет! Хрюшка, хрю-хрю!

– Да ну вас к черту! – разозлилась Аня и стала яростно тереть пол. Закончив, она с силой швырнула тряпкой в Артема и уставилась на них с Женькой. – Довольны?

– Смотри, – терпеливо ответил Артем, после чего взял ведро с грязной водой, открыл окно и выплеснул все наружу. На секунду Ане показалось, что следом вылетела грязная, изъеденная язвами женщина, замотанная в непонятного цвета тряпку. Злость отступила, в голове словно прояснилось, и Аня почувствовала себя лучше.

– Полегчало?

– Да, а что это было?

– Бадюля, – ответил Артем, но, оценив растерянное выражение лица Ани, принялся пояснять: – Обычно они к зиме цепляться начинают. Но тут, может, день вчера холодный был, так ты ее где-то и подцепила по дороге на работу. Отсюда и все мелкие неудачи, что с тобой вчера происходили, настроение плохое и так далее. Бадюли же так и «бадяются» следом, приманивают мелкие неприятности, настраивают на негатив, пока жизнь человеку не испоганят: к пьянству, бардаку и бродяжничеству сведут. Еще и невидимые для глаза, заразы. Хорошо, что Агапий почуял, когда мы с тобой к нему заходили: передал мне позже, чтобы я за тобой последил. Он же тоже из похожей вредной нечисти – людей к пьянству склоняет, – так и бадюль достаточно на своем веку повидал. Вот он и понял, что к тебе одна такая прицепилась. Вострухе-то на глаза бадюля явно не показывалась, знает, что та быстро бы от нее сама избавилась. Но воструха тоже почуяла и Афоне передала, чтобы проверил. В общем, так и подтвердилось все: и Агапий, и воструха – все почувствовали, что с тобой беда. А дальше народные методы в ход пошли: чтобы от бадюли избавиться, надо уборку провести и воду грязную в окно выплеснуть.

Артем закончил свой рассказ с сияющим от довольства лицом:

– Что, напарница? Теперь я твой спаситель!

Аня не успела ничего ответить, как на весь блок раздался громкий стук в дверь и грозный рык комендантши:

– А ну, открывайте, хулиганки! Кто воду с окна лил?

– Кажется, мы привлекли кого-то пострашнее бадюли, – только и смогла вымолвить Аня.

Дело № 21. Секреты молодости

Аня скучающе смотрела в окно, подперев рукой подбородок, который уже даже немного ныл от давления на ладонь. За пыльным стеклом, опутанным по бокам тонкими белесыми нитями паутины с маленькими трудолюбивыми паучками, мягко светило июньское солнце, озаряя лучами тихий, поросший травой дворик со старенькими скрипучими качелями и сохнущим на веревке бельем.

«Надо бы помыть все-таки окно, а то Афоня совсем забросил наш кабинет, как с Артемом рассорился», – подумала Аня, рассматривая мелкие пылинки и разводы. Афоня, с недавнего времени следивший за порядком во всем ЦУДе, именовал себя главой «клинингового» отдела и занимался уборкой сам, не доверяя столь важную работу посторонним. И все бы отлично, если бы Артем вдрызг не разругался с ним из-за какой-то ерунды. Теперь кабинет ребят стал зоной отчуждения, в которой уборка совершенно не проводилась. Пока Артем и Афоня дулись друг на друга, Аня отдувалась за двоих, подметая и вынося мусор. Она, конечно, пробовала оставить все как есть в надежде, что Артем сам додумается прибраться, но его стол так и продолжал ломиться от стопок разных бумаг, книг и журналов, грязных чашек (которые периодически он все-таки возвращал на кухню, чтобы не выхватить от остальных ребят), а на полные мусорные корзины он внимания и вовсе не обращал, так же, как и на чистоту пола. Афоня же демонстративно не заходил в кабинет, чтобы не видеть такого беспорядка, а на Аню лишь смотрел с сочувствием, но хранил безмолвный нейтралитет. Так что если еще общий порядок в кабинете Аня поддерживала собственными силами, то до окон руки у нее так и не дошли, что, несомненно, было на лапку мелким паучкам.

– Сидим бездельничаем? – В помещение вихрем ворвался Артем с папкой в руках. – Смотри, новое дело – перехватил буквально перед носом у Димона.

– Лучше бы ты свой стол разобрал и окна помог помыть, а не новое дело хватал, – пробурчала Аня, повернувшись к другу.

– Ой, не нуди. Окна как окна – свет попадает, все видно отлично. И вспомни: гений царит над хаосом! Так что давай садись удобнее и слушай, что у нас на сегодня. Итак, несколько случаев неожиданного омоложения. Пока зафиксировано три эпизода. Первый: студентка второго курса девятнадцати лет превратилась вдруг в девятилетнюю девочку, второй – женщина сорока семи лет снова стала семнадцатилетней, третий – девочка-подросток пятнадцати лет превратилась в десятилетнюю. Причина неизвестна, пока информация в новости не попала, но если оперативно не разберемся, то шума не миновать. Так что поднимайся и полетели разбираться.

– К кому сначала?

– Давай к самой старшей – может, с ней будет удобнее поговорить о произошедшем, чем с детьми.

– А умственное развитие тоже изменилось в соответствии с возрастом?

– Этого в справке нет, так что узнаем на месте.

Захватив вещи, ребята выдвинулись к первой потерпевшей. Кристина Николаевна, а именно так ее звали, жила в районе проспекта Газеты Правда, во втором оранжево-зеленом доме-столбике на двенадцатом этаже. К несчастью, именно в этот день лифт не работал по «техническим причинам» и Аня с Артемом были вынуждены пешком тащиться наверх. Именно тащиться, потому что первые пять этажей они пробежали достаточно резво, а вот оставшиеся семь уже давались не так легко.

– Когда однажды я буду покупать себе квартиру, никогда в жизни не буду ничего смотреть выше третьего этажа! – пыхтела Аня, поднимаясь по бетонным ступенькам и цепляясь за перила. – Относительно новый дом и неработающий лифт, как так-то!

– Просто надо меньше чаи гонять и больше заниматься спортом! – назидательно ответил Артем, подняв указательный палец вверх и делая вид, что не задыхается от забега по лестнице. – Тем более ты бы все равно не поехала.

– Ага, то-то я вижу, что ты, такой спортивный, сзади еле плетешься!

– Конечно, я еще могу этажей десять пробежать без проблем, – выдохнул Артем и чуть не полетел вперед носом, зацепившись за предпоследнюю ступеньку. – Твою ж через левое плечо! Это все ты криво посмотрела!

– Ну-ну, конечно, я. Ты еще заявление к нам напиши, что я тебя сглазила, – съязвила в ответ Аня. – Смотри, мы на месте. Давай звони в дверь.

Артем позвонил раз, другой, третий, но дверь так осталась закрытой, без признаков какого-либо движения внутри квартиры. Соседние двери так же молчаливо взирали на ребят, словно намекая своей тишиной, что все приличные люди в это время работают и не ожидают никаких гостей.

– Тём, скажи, пожалуйста, когда ты адрес места жительства смотрел, ты в справке внимательно прочитал график работы потерпевшей и вообще режим жизни ее семьи?!

– Да я не смотрел как-то, мы же к ней сразу собрались.

– Ясно, – вздохнула Аня. С одной стороны, она тоже не перепроверила своего напарника, но с другой – это ведь уже не первое дело, и он мог сразу уточнить, будет ли вообще человек дома! – Дай, пожалуйста, сюда папку.

Документы говорили, что Кристина Николаевна, так же как и ее супруг, в будние дни работает, а ребенок в это время в школе. Поэтому совершенно неудивительно, что дома пятничным утром никого не оказалось. Шумно выдохнув, Аня вернула папку напарнику и, покачав головой, направилась по лестнице вниз. Спускаться было все-таки полегче, чем идти наверх, поэтому вскоре ребята уже направлялись в сторону метро.

Кристина Николаевна работала администратором в салоне красоты на Немиге, 3, со входом, укутанным в тяжелые сливовые шторы. Стильный лаконичный дизайн в темных тонах давал понять случайному посетителю, что за красоту здесь придется расплачиваться суммой, состоящей не менее чем из трех цифр. За стеклянной стойкой всем входящим улыбалась голубоглазая блондинка с подтянутой фигурой.

– Добрый день! Вы по записи? Подскажите, пожалуйста, вашу фамилию и имя...

– Здравствуйте! – Взгляд Артема скользнул по шелковой рубашке и остановился на золотистом бейдже с витиеватой подписью «Кристина». – Простите, а вы случайно не Кристина Николаевна?

– Случайно она, я могу вам чем-то помочь?

– Да, мы журналисты и готовим материал про красивых женщин Минска старше сорока. Хотели бы взять у вас небольшое интервью, как вы поддерживаете свой внешний вид, фигуру. Я бы никогда в жизни не сказал, что вам больше сорока, на вид вы будто студентка или старшеклассница! – Артем уже достал ручку с блокнотом и горящими глазами уставился прямо на администратора, не мигая и будто не принимая отказа.

– Если позволите, я буду записывать для материала, а потом сделаем пару фото. – Аня изобразила заинтересованное выражение лица и достала телефон, словно собиралась включить диктофон.

– Ой, это так внезапно, – засмущалась женщина, растерянно переводя взгляд с Ани на Артема. – Сейчас рабочее время, и я не уверена, что будет уместно интервью проводить. Мы могли бы встретиться с вами после или на выходных.

– Мы не займем много времени, буквально пару вопросов, – поспешила успокоить администратора Аня. – У нас сборный материал, нужно совсем немного. Поделитесь вашей бьюти-рутиной? Что вы используете для поддержания такой внешности?

– Правильное питание: побольше овощей и воды, сладким стараюсь не баловаться. Обязательно спорт несколько раз в неделю, я предпочитаю ходить в тренажерный зал и на йогу. Ну и массаж – у нас в салоне есть отличные мастера аппаратного массажа: уже через несколько сеансов виден эффект на фигуре. Пользуюсь я только профессиональными косметическими средствами, на себе стараюсь не экономить. – Кристина Николаевна кокетливо заправила волосы за ухо с золотой сережкой в нем.

– А что из продуктов вы предпочитаете? Может, особая диета у вас?

– Что вы, фрукты, овощи, куриное мясо – все как обычно. Особенно люблю по утрам тосты с авокадо и красной рыбой.

– А яблоки?

– Яблоки тоже ем, у нас свои – мама с дачи передает.

– Говорят, что в последние дни вы особенно похорошели, прямо помолодели на глазах, это какое-то новое средство? Не поделитесь с нами секретом?

– Если вы намекаете на пластику, то никаких операций. Это все моя естественная красота. Ой, да я всегда отлично выглядела, у меня замечательные гены и уход за собой. – Женщина чуть наклонилась и, прикрыв рот рукой, прошептала: – Чего только люди не выдумают, зависть – дело такое.

– О, понятно, а может, назовете последние косметические средства, которые вы покупали и использовали?

Аня постаралась записать все названия перечисленных брендов, осознавая, что потом еще придется покопаться в интернете, чтобы понять, как они правильно пишутся и называются. О чем-то она, конечно, слышала, но часть из них была совершенно ей незнакома: все-таки Аня не настолько разбиралась в косметике и не покупала дорогие уходовые средства, предпочитая тратить стипендию и зарплату на другие нужды. «Можно еще Женьку спросить – она точно в этом всем ориентируется получше», – про себя решила Аня. Артем вдумчиво кивал, будто бы понимал, о чем идет речь, хотя явно не знал ни одного из наименований. Беседу прервала женщина средних лет, что пришла по записи на стрижку. Извинившись и поблагодарив Кристину Николаевну за содержательную беседу, ребята откланялись, оставляя ее с клиенткой.

Прежде чем покинуть торговый центр, Аня заскочила в магазин косметики, чтобы захватить себе новый гель для душа, который у нее как раз закончился. На самом входе ее глаз зацепили зеленые плоские баночки с забавными картинками в сказочном стиле. «Пена для ванн», прочитала она и вздохнула с сожалением. В общежитии была лишь душевая кабина, и принять горячую ванну с пеной пока явно не вышло бы.

– Ну, что ты там зависла? – подошел к ней Артем, недовольно скрестив руки: – Мы вообще-то на работе, а не по магазинам вышли пройтись. Нам нужно успеть заехать еще к двум.

– Ладно, идем, потом куплю себе гель, а то ты не дашь спокойно выбрать. Подождал пять минуток, а уже устроил истерику. – Аня закатила глаза и прошла мимо Артема. – Куда нам теперь?

– Поехали к студентке. Вряд ли она на пары отправилась в своем виде. Кстати, попроси Афоню проверить квартиры жертв.

– А сам что? Может, наконец помиритесь?

– Ты же знаешь, что я с этим снобом не общаюсь.

– Ох, ты не общаешься, а работа идет. Из-за чего вы вообще поругались?

– Потому что один хвостатый слишком наглый и самоуверенный, работает меньше меня, а строит из себя важную шишку. Мы этому блохастому дом нашли, работу дали, а он из себя корчит царя. Достал своими вечными указаниями!

– Понятно, что ничего не понятно, – вздохнула Аня и достала телефон, выбирая нужный контакт. Только вот гудки в трубке давали понять, что никто отвечать не собирается. Аня набрала еще раз, потом еще и еще. На пятый раз в динамике послышался недовольный голос.

– Алло, я тут занят сейчас, давай быстрее, – отозвался Афоня. Разговаривать он умел обычно, но поскольку разгуливал в виде черно-белого кота, то специально добавлял мурчащие нотки в свою речь, чтобы звучать «как подобает гордому и прекрасному представителю кошачьего рода». Однако сейчас из-за раздражения отошел от привычки.

– Афонь, нам нужно, чтобы ты проверил квартиры наших жертв, может, там что-то странное найдешь в продуктах или косметике. – Аня решила сразу перейти к делу, пропустив недовольный тон домового мимо ушей. Хотя слушать чужие капризы ей было совершенно неприятно, тем более что она действительно набрала по работе.

– Пф, вот еще, я не домушник вам, – фыркнул Афоня. – У меня много дел, так что передай, пожалуйста, своему так называемому напарнику, чтобы он сам работал, а не раздавал указания другим. До свидания!

Аня разочарованно посмотрела на затихший телефон, беззвучно выругавшись.

– Я же говорил, что он зазнался! Забыл уже, как по квартирам воровал продукты, а сейчас деловой слишком стал! – сразу возмутился Артем.

– Если бы вы не поругались, он бы не отказался! Раньше Афоня нам помогал и никогда не упрямился, это после вашей ссоры не хочет даже со мной нормально разговаривать!

– А ты его и защищаешь! – Артем надулся и зашагал еще быстрее, предоставляя Ане возможность любоваться на его обиженно выпрямленную спину.

До следующего места они так и доехали под сопение Артема, который старался дышать как можно громче, всем видом показывая недовольство, пока Аня изучала косметику, про которую рассказала Кристина Николаевна. Не найдя в списке ничего подозрительного, она с надеждой подумала, что однажды тоже будет зарабатывать достаточно, чтобы ходить к косметологу и покупать себе такие средства. «Еще запишусь на уроки макияжа, а оттачивать свои навыки стану на Артеме, пока он будет опять дремать в своем кресле вместо работы», – мстительно решила Аня.

Вторая жертва снимала квартиру с подругой в старой панельке по улице Одинцова. Пройдя от Кунцевщины через дворы, ребята вышли как раз к нужному дому, расположившемуся возле круглосуточной «Короны». Несмотря на середину дня, весь двор был заставлен машинами, оставляющими лишь узкую полоску свободной дороги, достаточную для проезда только одного легкового автомобиля.

Подъезд был пропитан запахами табачного дыма и свежей краски: она покрывала стены неровным тускло-серым слоем, заодно окропив бетонный пол.

– Нам на пятый? – кивнул Артем на коричневые двери старого лифта.

– Я на лифтах больше не езжу после того раза, как мы застряли, сам знаешь! Тут всего лишь пятый этаж, точно дойдем, – уверенно отмахнулась Аня, направившись к лестнице.

– Напомню, что это было тоже из-за твоего «дорогого» Афони! – не преминул напомнить Артем.

К четвертому этажу Аня почувствовала, что дыхание стало немного сбиваться, но не подала виду, чтобы не дать повода Артему побурчать насчет «пугливых барышень» и снова нажаловаться на домового.

Вход к квартирам загораживала деревянная дверь, почти попадающая в тон стен подъезда. Артем нажал на черную кнопку звонка, и громкий писк оповестил жителей о гостях. Послышались чьи-то шаги, поворот ключа в замке, и дверь с тихим скрипом открылась. На пороге стояла курносая девушка в растянутой майке и шортах, в руках она держала пластиковую карту, а на голове был причудливо повязан платок, прихватывающий розовые афролоконы.

– А вы не из доставки? – удивленно посмотрела она на ребят.

– Привет! Мы твою соседку ищем – Лику, учимся на младшем курсе. Может, она дома? – быстро затараторила Аня, не давая девушке опомниться и ненавязчиво протискиваясь в общий коридор. Светлые бумажные обои, груда из санок, лыж и еще какого-то барахла в дальнем углу, стоптанные коврики у дверей, обитых дерматином – ничего странного или необычного.

– Привет... – От Аниного напора девушка растерялась и теперь глупо моргала, застыв на одном месте. – Э-э-э-э, а ее со вчерашнего дня не было. Она в обед по каким-то своим делам поехала, и все. Так что вы, ребят, лучше ей напишите, если она так нужна.

– Здравствуйте, в двадцать первую заказывали две лапши: по-гонконгски с курицей и стеклянная с креветкой. Все верно? Оплата картой или наличными? – Парень с доставки замаячил за спинами Артема и Ани, пытаясь протиснуться с огромной сумкой в и без того заполненный коридор.

– Да, спасибо, картой, – засуетилась девушка, протягивая карту для оплаты и продвигаясь ближе к курьеру. Тот уже достал потертый терминал и набирал нужную сумму на циферблате.

– О, вы тут втроем живете? – ненавязчиво спросил Артем, глядя, как девушка одной рукой расплачивается, а другой забирает заказ у курьера.

– Вдвоем, – не задумываясь ответила она, получая чек за прошедшую оплату. Курьер, попятившись, выбрался в подъезд.

– О, так Лика все-таки дома! – воскликнул Артем, пытаясь протиснуться в квартиру. – Лика, выходи! Мы только поговорить!

– Эй! Вы что-то совсем обнаглели!

– Извините, но нам очень нужно увидеться с Ликой, – попыталась оправдать своего напарника Аня, сама немного обалдевшая от напора Артема.

– Я сейчас вызову милицию!

– А мы в налоговую пожалуемся, что вы тут незаконно квартиру снимаете! Еще и хозяевам расскажем, что устраиваете гулянки и парней водите!

– Артем!

– А что? Нечего нас тут пугать милицией! Лика, выходи, мы только пару вопросов уточнить!

Внезапно в дверях показалась девочка в широкой черной майке, прикрывающей тонкие бледные ноги почти до колен. На майке со старых телевизоров смотрели герои ужастиков прошлых лет: Джейсон, Чаки, Крамер и другие. Карими глазами, спрятанными за большими очками, девочка недовольно уставилась на Артема с Аней.

– Тонь, все окей, я разберусь. Они сейчас соседей всех переполошат, и потом мы еще огребем от той тетки сумасшедшей снизу за то, что устроили шум. Я Лика, что вы там хотели узнать?

– О, привет! Ты же учишься на третьем курсе химфака? – Аня рассматривала девочку перед собой, пытаясь представить, как она выглядела до этого. Скорее всего, судя по размеру майки, она была достаточно высокой, но, возможно, просто предпочитала оверсайз. Возрастные изменения отразились на лице девушки, сделав его по-детски округлым, а щеки стали красноватыми и шелушащимися.

– А что, похоже? – нагло осведомилась девочка, сложив руки на груди и не мигая уставившись на ребят из-под длинной челки. Несмотря на весь внешний вид, голос был определенно не детский, как и вид, с которым стояла девочка.

– Не очень, мелкая, но мы знаем, что тебе на самом деле девятнадцать и выглядела ты по-другому. Не так ли, Анжелика? – парировал в ответ Артем, не менее нахально уставившись на девочку и тоже сложив руки на груди.

– А вы кто такие? Я вас не знаю и не видела. Выдумали себе какие-то странные истории, в которые никто не поверит. Неужели я выгляжу как студентка?

– Подождите, давайте спокойно все обсудим. – Аня примиряюще подняла руки, а сама наступила Артему на ногу, надеясь, что тот помолчит немного. Напарник действительно обиженно замолчал. – Меня зовут Аня, а это Артем. Мы правда знаем, что ты изменилась и стала выглядеть на десять лет младше, и хотим тебе помочь. Если, конечно, ты не решила остаться такой. Хотя, как мне кажется, вернуться в тело ребенка, когда ты уже была студенткой и только съехала от родителей, должно быть не очень прикольно.

– Ладно, допустим, вы правы, но какой от вас толк?

– Лик, если они все знают, то, может, и правда выручат, – внезапно подала голос до этого молчавшая Тоня. – Мы же с тобой пока никому про это не рассказывали.

– А вдруг они какие-то психи, которые это все и подстроили?! Втихаря меня выследили, вкололи что-то, а теперь заявились сюда, чтобы следы замести?! Я еще жить хочу!

– Эй, вообще-то мы тут все еще стоим! – возмутился Артем от такого обвинения. – Хочешь ходить мелкой дальше, так и ладно!

– Мы не психи, мы правда хотим тебе помочь, – спокойно продолжила Аня, не обращая внимания на Артема. Ей меньше всего хотелось ругаться с жертвой, тем более что толком никакой информации они до сих пор не получили. Пререканиями точно не узнаешь, а пока они ни одного вопроса по делу не задали.

– Это немного мистика, но можно сказать, что мы расследуем сверхъестественные случаи, как в сериалах – типа там «Сверхъестественное», «Гримм» или «Волшебный участок», может, смотрела? Сама посуди, ты нас не видела, как бы мы могли с тобой что-то сделать до этого? Или ты находила странные отметки у себя, раз переживаешь?

– Нет, никаких отметок нет, – вздохнула Лика в ответ. Опершись о дверной косяк, она с замершим взглядом уставилась на стену напротив. – Я не знаю, что произошло, если честно. Просто проснулась утром уже в таком виде. Даже мои детские проблемы с кожей снова вернулись. И я не знаю, как об этом рассказать родителям и вообще окружающим, чтобы не стать звездой интернета. Хорошо хотя бы Тоня меня поддерживает в такой момент и пока прикрывает.

– Без проблем, подруга, – улыбнулась Тоня, обхватив за плечи Лику и притянув к себе. – В конце концов, девочки должны помогать друг дружке. Да и с кем я буду обсуждать дорамы и ходить на хоррор-квесты? Такую соседку еще найти нужно!

Уже дружелюбнее посмотрев на Аню, она продолжила:

– Так что, вы что-то знаете, раз пришли?

– Мы пока разбираемся, как так вышло, что Лика резко помолодела. Может, ты что-то новое ела или использовала из косметики?

– Да вроде нет, – задумалась Лика. – Все как обычно. Тоня то же самое ела, разве что я кофе себе брала возле универа – в переходе на станции, там слева к выходу точка. Думаете, в кофе что-то добавили?

– Мы обязательно проверим, – заверила Аня, внося в заметки «кофейня». – А больше ничего?

– Кажется, нет... Проснулась уже такой сегодня. Я вообще думаю, может, это все сон...

– Не волнуйся, я уверена, что все пройдет. Спасибо, что ответила на вопросы. Мы постараемся разобраться и, если что, будем с тобой на связи! Давай только номерами обменяемся. – Аня достала телефон и продиктовала свой номер, после чего, получив звонок, сбросила его и записала новый контакт.

Попрощавшись с двумя подружками-соседками, Аня с Артемом направились в сторону «Короны», которая была прямо под домом, чтобы прикупить что-то на перекус. В магазине в послеобеденный час было пустовато, ребята бродили среди стеллажей, выбирая себе продукты. Аня остановилась на йогурте и сосиске в тесте, в то время как Артем решил взять чебурек, беляш и бутылку минералки. Уже идя к кассе, он затормозил возле полки с товарами для животных и, язвительно засмеявшись, потянулся к ошейнику:

– О, надо такой Афоньке взять – от блох, розовенький! А то ему явно блоха под хвост попала, что он себя как король ведет!

– Может, вы все-таки прекратите? Артем, это, во-первых, не особо смешно, во-вторых, мешает нормальной работе: и в кабинете бардак, и по делу никакой помощи, когда она нужна. – Аня сердито посмотрела на него и, вырвав из рук картонную упаковку, поставила ее на место.

– Я бы упаковал в красивую коробочку с бантиком и преподнес бы как от тайного поклонника – было бы смешно! – недовольно уперся Артем. – И вообще, почему ты у меня отбираешь? То на ногу наступила, то сейчас отчитываешь! Душнила!

– Душнила?! Если бы я оставила тебя препираться с девочками, мы бы ничего и не узнали!

– Так мы и так немного узнали!

– Но это больше чем ничего! Лучше о работе бы задумался, а не о том, как ругаться, – парировала Аня, тыча пальцем в грудь Артема. – Я уже устала от хаоса в кабинете, твоих вечных разборок с домовым, а ты еще меня обзываешь, когда благодаря мне мы хотя бы наладили контакт с пострадавшей!

– Ах, вот как! Не нравится тебе кабинет со мной делить – можешь поменять. Ты должна меня поддерживать как напарница, а не за нечисть всякую быть! И да, я до тебя работал как-то и дела закрывал!

– О, отлично. Тогда попрошу перевести меня, как только мы закроем это дело!

– Вот и здорово! Все, я поеду с последней жертвой пообщаюсь, а ты можешь делать что хочешь. – Артем развернулся и направился в противоположную от Ани сторону, стремительно затопав к крайней кассе. Отвернувшись от обиженного напарника, Аня направилась в сторону другой. Терпеть его недовольный вид она больше не собиралась, тем более что в конфликте с Афоней больше всего страдала она, даже не зная, из-за чего они разругались.

До вечера ребята так больше и не пересекались: пока Аня рассчитывалась в магазине, Артем уже скрылся из виду, так что она одна съездила по адресу кофейни, где, к своему разочарованию, ничего необычного не обнаружила. После чего заскочила и к себе в универ уточнить, все ли в порядке с курсовой работой, которую она уже сдала преподавателю. Увы, руководителя на месте Аня не застала, но уже почти на выходе ее словила Женька, которая куда-то спешила. Поздоровавшись так, что обернулись все, кто был в фойе, та сообщила, что сегодня у нее планируется рекламная фотосъемка и вообще она вся в делах, так что времени болтать у нее нет, после чего сразу же умчалась в сторону лестницы. Аня только посмотрела ей вслед, приподняв в улыбке уголки губ: они не были очень близкими подругами, но соседка явно радовалась, что ее пригласили побыть моделью, и очень хотела поделиться со всеми этой новостью. Женька грезила модельной карьерой, поочередно сменяя диеты, проводя время в тренажерных залах и активно ведя соцсети. Но справедливости ради, у нее были все задатки для того, чтобы мечта стала явью: высокий рост, стройная фигура, длинные темные волосы и аккуратный тонкий носик (которому Аня временами завидовала – ее обычный курносый смотрелся по-детски забавно).

Вернулась Аня в офис раньше своего напарника, поэтому спокойно оформила всю известную ей информацию для внесения в материалы дела и заварила себе чашку травяного чая, заодно перемыв всю посуду, что скопилась у них в кабинете.

– Чаевничаешь? – В дверной проем просунулась голова Гены. – Я так и сказал Лехе, что не может быть, чтобы Артем сам всю посуду перемыл и вернул на место. Спасибо, теперь у нас тоже есть возможность выпить чаю!

– Не стоит благодарности, – аккуратно отсалютовала чашкой Аня, чтобы теплая жидкость не расплескалась на стол. – Кто-то же должен был прибраться, пока тараканы не вынесли нас из кабинета вместе с грязными тарелками. Хотя, с учетом специфики организации, я бы не удивилась, если б однажды тут объявился Мойдодыр, как у Чуковского.

– Не, Мойдодыр все-таки был фантазией, а не реальным существом. Афонька с Тёмычем все еще в разгаре боевых действий?

– Что-то типа того, только сейчас у них стадия холодной войны. Оба не разговаривают, игнорируют друг друга и только наращивают свою мощь: один складирует всю грязную посуду, не убирается у себя и творит хаос, а другой демонстративно наводит чистоту везде, кроме нашего кабинета. А замки на общей кухне видел? Это же Афоня повесил, чтобы Артем на полках не копался и не брал общие продукты!

– А ты между двух огней так и остаешься?

– Ага, – печально кивнула Аня, пригубив чай. – А ты, кстати, не знаешь, из-за чего вообще весь сыр-бор приключился?

– Да как-то точной причины не знаю. Они же все подкалывали друг друга, а потом как раскричатся однажды: «кошара драная», «свинота бессовестная», ну и все. А дальше ты сама видишь, что происходит.

– Мда-а-а, понятно, что ничего не понятно...

– Помирятся, ты же сама знаешь, что Артем долго дуться не умеет. Афоня, конечно, как нечистик характер имеет вредноватый, но все-таки тоже умеет уживаться.

– Ага, только пока они помирятся, судя по всему, я рискую сойти с ума от них обоих.

– Не переживай, если что, в Новинках тоже свои найдутся, – подмигнул Гена и оставил Аню в одиночестве пить дальше свой чай.

Артем так и не появился в офисе, так что, досидев положенное время, Аня просто собралась и поехала домой. «Надо будет, сам напишет или позвонит», – решила она, выходя на улицу. Вечернее солнце мягко освещало уютные дорожки Осмоловки. Кто-то спешил домой, кто-то гулял, а кто-то сидел в маленьких кофейнях, болтая со своими друзьями. Аня тоже бы с удовольствием засела в каком-нибудь из расположившихся в районе заведений, но в теплый период вечером найти свободное место было той еще задачей. Так что она с наслаждением прогулялась по тихим улочкам до площади Победы и оттуда уже поехала в общежитие.

Аня лежала на кровати, уставившись в ноут с фильмом, когда в комнату громким вихрем ворвалась Женька с пакетами в руках. Последние полетели прямо на стоявший посреди комнаты стол, сметая с него конспекты.

– Ты не буянь, конспекты нам еще пригодятся, сессия только впереди, – пошутила Аня, свисая с кровати и подхватывая упавшие тетради.

– Ой, что с ними станет! – отмахнулась Женька. – Смотри, сколько мне еще со съемок с собой надавали! Все в подарок!

Аня лениво потянулась и уселась на кровати поближе к столу. Женька принялась потрошить пакеты. Внутри оказались различные маски, крема, блески для губ, тени и прочая косметика.

– Жень, ты что, ограбила «Милу» или «Золотое яблоко»? – усмехнулась Аня, оглядывая внушительную кучку косметики.

– Я просто выступала как очень профессиональная модель, а это презенты. На вот, возьми себе пенку для ванны, как раз тебе подойдет под твою работу со всякой нечистью, – съязвила Женька, протягивая зеленую баночку. С этикетки на Аню смотрела уже знакомая ведьма с котлом (ее-то она и видела в магазине ранее), выше которого было написано «Молодильный настой». Запах у пенки оказался приятным, с легкими цветочными нотками.

– Знаешь, а пожалуй, и возьму, зачем отказываться от такого щедрого подарка. – Аня театрально прижала баночку к груди. – Низкий поклон тебе, моя любимая соседушка.

– Ой, все, – отмахнулась Женька. – Если что-то еще понравилось, можешь тоже взять. Только вон ту помаду я уже себе приметила и тинт, я такой же у блогерки одной видела.

Следующий час Аня с Женькой разбирали косметику, обсуждали прошедшую фотосессию и дальнейшие Женькины планы по завоеванию популярности. После чего решили еще сходить в магазин за чем-нибудь вкусненьким, а потом посмотреть что-нибудь вместе.

«Я ненавижу тебя, Серкан Болат!»^[6] – в очередной раз крикнула Эда, когда Аня поняла, что ее глаза уже слипаются и смотреть еще одну серию турецкого сериала она не осилит.

– Жень, я мыться и спать, иначе усну прямо тут, – пробормотала Аня и направилась в душ. По закону подлости уже в процессе приема водных процедур она вдруг вспомнила, что гель для душа закончился, а купить новый она, естественно, забыла. «Ладно, возьму пенку, там же суть похожая», – решила Аня, быстренько оглядев свою полочку в ванной. Мыться с пенкой ей понравилось даже больше – при использовании запах оказался еще мягче и нежнее, оставаясь приятным шлейфом на коже.

Довольная своим решением, вкусно пахнущая после душа Аня блаженно улеглась в свою кровать и мгновенно уснула.

– Что же, кажется, я могу предположить, кто, а точнее, что во всем виновато, – задумчиво проговорила Аня, разглядывая себя утром в зеркале. Вместо привычного отражения на нее смотрела ее школьная версия года на четыре моложе. С одной стороны, Аню радовало, что она не стала совсем ребенком, с другой – испытать на себе резкое омоложение было довольно странно по ощущениям. Все-таки подобное природой точно не задумано.

Наскоро собравшись, Аня поспешила на работу. Не заходя в свой кабинет, она сразу направилась в лабораторию.

В подвале царил полумрак и тишина.

– Агапий? Вы здесь? – нерешительно спросила Аня, оглядываясь в поисках опивня. Она подошла к столу, который, к ее удивлению, белел чистотой. За столом стоял высокий пустой барный стул с маленькой бархатной подушечкой на сиденье.

– Доброе у-утро, – послышался сбоку зевающий голос. Из платяного шкафа высунулась голова Агапия. – Аннушка, что-то ты рано, я после обеда только работать начинаю.

– Ой, – смутилась Аня, моментально покраснев. У нее из головы совершенно вылетело, что Артем предупреждал про график лаборатории, когда они первый раз тут были.

– Да ладно, что-то срочное? – Агапий полностью вылез из шкафа и прошлепал в пушистых тапочках-котятах к своему месту.

– У меня, кажется, небольшие проблемы, – немного жалобно протянула Аня и поставила на стол пластиковую бутылочку.

– О, пена для ванны? Я, конечно, по другим емкостям специализируюсь, но все равно приятно. Думаешь, после нее моя шерсть будет мягкой и шелковистой? – широко улыбнулся Агапий, лапкой подхватывая пенку.

– Нет, это не подарок, это, возможно, улика, – поспешила пояснить Аня. – Понимаешь, у нас сейчас дело и там женщины...

– Молодеют? – хмыкнул Агапий, глубоко вдыхая аромат пенки.

– Да, – удивленно ответила Аня, – а как ты понял?

– Во-первых, тут отчетливо слышен запах совсем не косметических отдушек, а молодильных яблочек, во-вторых, ты прекрасна, как и в прошлый раз, но выглядишь явно моложе и испуганней, а значит, на себе испытала эффект, в-третьих, вчера Артем заходил и спрашивал, что может омолаживать людей, – перечислил Агапий, загибая пальцы и хитро поглядывая на Аню. – Так что, прав?

– Да. Я вчера душ принимала и воспользовалась, а с утра смотрю, стала моложе, – кивнула Аня. – Это можно как-то отменить?

– Обычно люди, наоборот, моложе хотят выглядеть, а ты отменять собралась, – не упустил возможности пошутить Агапий. – А как ты его применяла? Вряд ли же пила мыльный раствор?

– Вместо геля для душа, – слегка покраснела Аня. – У меня просто закончился, и я пенку взяла.

– Понятно. Что же, возможно, поэтому и эффект не такой сильный, – почесал свою бородку Агапий. – Я посмотрю чуть подробнее, что тут намешали, и тогда придумаю антидот.

– Спасибо! – Аня почувствовала воодушевление. Причина резкого омоложения была обнаружена, осталось лишь найти того, кто стоит за этим всем.

В голове потихоньку выстраивался план действий. Предположение о том, что крупный завод будет производить действительно волшебную пенку, Аня отмела: все-таки тогда потерпевших было бы куда больше и такое точно не скрылось бы от новостей. Но чтобы отмести эту теорию наверняка, Аня решила купить несколько таких же пенок для ванны в разных магазинах и принести на анализ в лабораторию.

В кабинете было пусто. Каких-либо следов присутствия Артема также не нашлось, так что Аня решила, что он не появлялся еще с утра. Она попробовала дозвониться до него по телефону, но трубку никто не поднял. Решив, что Артем или в итоге объявится, или перезвонит, Аня отправилась по ближайшим магазинам, где могла продаваться такая же пенка.

В течение пары часов она предоставила Агапию проверочные образцы, все в одинаковых бутылочках. Опивень сразу по аромату уверенно заявил, что все мыльные средства абсолютно обычные и никаких побочных явлений в виде омоложения за собой не влекут. Но для чистоты эксперимента тоже их оставил, чтобы провести анализ.

Версия с тайным диверсантом на заводе косметики пока отметалась, как Аня и предполагала. Следующим шагом в ее плане было повторно обзвонить всех и узнать, пользовались ли остальные потерпевшие таким же средством и где его взяли.

С Кристиной Николаевной Аня переговорила, когда заходила за пенкой. Администратор сначала отпиралась, но, когда Аня немного припугнула ее неизвестными последствиями, призналась, что такую же пенку купила здесь. Только взяла ее не с полки в магазине, а продавщица принесла со склада.

От Лики и Даши (так звали третью жертву, к которой Артем ездил в одиночку) Аня также узнала, что они покупали такую же пенку в магазине у себя поблизости и опять баночка была не с прилавка, а продавец сама ее приносила якобы со склада. Описание продавца у всех троих совпало – русая молодая девушка, миниатюрная, с черными глазами.

– Кстати, я сегодня видела ее в магазине, – поделилась по телефону Тоня. – Думаете, она во всем виновата?

– Пока сложно утверждать, но думаю, стоит с ней поговорить. Пожалуйста, только сама к ней не ходи, чтобы не спугнуть, и пока не используй пенку – мы ее заберем на проверку, – предупредила Аня и положила трубку. Артема в кабинете по-прежнему не было. Она попробовала набрать его снова.

– Алло? Артем, ты где пропадаешь? – В этот раз звонок был не впустую.

– Вообще-то работаю, проверяю возможные версии. Что, без меня не знаешь, что делать? Можешь спросить у Афони совета, – тон Артема так и сочился ехидством.

– Может, хватит дуться? Поругался с Афоней и со мной теперь собираешься? Я нашла реальный след! – возмущенно крикнула прямо в телефон Аня.

– Вот, опять ты меня винишь! Вот и иди по своему реальному следу сама! – Резкая тишина в телефоне дала Ане понять, что Артем просто сбросил звонок. Она попробовала перезвонить еще раз, но трубку он больше не поднимал, скинув лишь сообщение: «Приеду после обеда». Аня едва не швырнула телефон об стенку, но вовремя остановилась. Все-таки сотовый точно не был виноват, что какой-то блондинистый задира не хочет нормально общаться!

Решив, что упускать возможность поговорить с потенциальным виновником всех бед будет обидно и непрофессионально, Аня направилась к выходу.

Не успела она шагнуть в коридор, как ее чуть было не снесла металлическая магазинная тележка, доверху заполненная коробками.

– Смотри, куда идешь! – послышался мурчащий голос, и откуда-то из-под тележки вынырнул Афоня.

– Ой, а что это ты такое везешь? – с любопытством спросила Аня, пытаясь рассмотреть, что же спрятано в коробках. Но кроме штрих-кодов на них не было никаких опознавательных отметок.

– Что надо, то и везу. По должностной инструкции перед вами отчитываться не обязан, – махнул хвостом Афоня, толкая перед собой тележку.

– Знаешь, как-то не очень вежливо. Я понимаю, что вы с Артемом что-то не поделили, но почему я должна из-за этого страдать и терпеть придирки?! – обиженно воскликнула Аня, сложив руки на груди. – Мне кажется, ваше противостояние уже переходит все границы и затрагивает мирное невинное население нашего кабинета в лице меня!

– Тебе кажется. С моей стороны никаких необоснованных действий по отношению к твоему напарнику не предпринимается. С ним чисто рабочие взаимодействия согласно моей должностной инструкции. К тебе претензий не имею, – заявил в ответ Афоня, задрав мордочку к потолку.

– Да? Ладно, тогда будь добр в рамках своих должностных полномочий и отсутствия претензий ко мне передать Артему, если я не вернусь к его возвращению, что я поехала в магазин косметики в районе «Короны» на Одинцова возле дома потерпевшей Анжелики Новиковой. Там находится подозреваемая. Заодно попробуйте решить свой конфликт. Спасибо и пока! – заявила Аня и, не дожидаясь ответа или возражений, поспешила покинуть офис.

«Надоели со своими капризами! Нет ко мне претензий? Вот пусть и поговорит с Артемом!» – продолжала мысленно возмущаться Аня, спускаясь в метро.

Ряд разноцветных баночек стоял на полках магазина. Посетителей, кроме Ани, в такое время не наблюдалось – все-таки послеобеденный час буднего дня в спальном районе не предполагает наплыва покупателей в отдел косметики. За стойкой вносила записи в тетрадь молодая девушка, внешне полностью совпадающая с имевшимся у Ани описанием подозреваемой продавщицы.

– Здравствуйте! – громко сказала Аня, подходя вплотную к кассе. – Извините, пожалуйста, не могли бы вы мне помочь?

– Здравствуйте, – подняла на нее глаза продавщица. – Подсказать что-то по выбору?

– Да, подскажите, вот пенку такую для ванны увидела у вас, а она и правда имеет какой-то омолаживающий эффект? – Аня продемонстрировала зеленую баночку с «Молодильным зельем».

– О, это очень хорошая пенка. Эффект есть, если будете брать, я вам принесу новую со склада, все-таки это выставочный образец, – расплылась в улыбке продавщица.

– Спасибо, будет замечательно, – кивнула Аня.

– Одну минутку. – Продавщица направилась в подсобное помещение. Аня поспешила следом, стараясь не упустить из виду.

Подозрения подтверждались. Вместо заводской коробки девушка достала баночку из дорожной сумки, что стояла в углу комнатки.

– Зачем вы подменяете состав? Это же вы продали настоящий молодильный отвар, – громко спросила Аня, скрестив руки на груди. Продавщица вздрогнула и обернулась:

– Вы все неправильно поняли, я не...

Но окончание предложения Аня уже не услышала, лишь почувствовала тупой удар по голове, прежде чем потерять сознание.

Голова противно ныла. Аня поморщилась, не открывая глаз.

– Болит? – учтиво поинтересовался знакомый баритон. Аня снова сморщилась и приоткрыла глаза.

Светлые кроссовки, джинсы, взгляд скользнул выше... Влад. Змей в своей человеческой форме возвышался над ней, склонив голову на бок и пристально наблюдая.

– Разучилась говорить? Вроде же не так сильно ударил, – усмехнулся он.

– Так надо было говорить, а не бить сразу, – слабо ответила Аня, безуспешно попытавшись ощупать пострадавшую голову. Руки оказались крепко привязаны к телу, так что она не сразу почувствовала.

– Что же, раз язвишь, значит, цела и невредима, – рассмеялся Влад. – Без обид, детка, но пришлось тебя связать, чтобы без лишних фокусов.

– Приятно, что ты меня боишься, – скривила губы в улыбке Аня. – Жаль, я без цветов в этот раз. Твоя наглая морда так и просит.

– Я бы не был таким смелым в твоей ситуации, – лениво парировал Влад, отворачиваясь от Ани.

– В ЦУДе знают, где я, так что не волнуйся, сейчас тебя повяжут, а меня освободят. Второй раз не сбежишь.

Ане было страшно, но показывать свой страх и беспомощность не хотелось. «Ну и что, что я связана и лежу непонятно где? Главное – вести себя дерзко и уверенно. Пусть сам боится», – думала она, пытаясь оценить окружающую ее обстановку. Судя по полкам с инструментами, запаху сырости и бензина, она была в каком-то гараже.

– Хорошая попытка, но сдаваться просто так я не намерен. Полежи тут, отдохни. Раз ты так уверена, что тебя найдут, бояться нечего. А я пока займусь делами. Приятно оставаться, – бросил на прощание Влад, положив руку на пластиковый выключатель. На указательном пальце сверкнул маленький красный камушек в золотом кольце.

Щелчок – и тусклый свет лампочки погас.

– Эй, ты о чем? – крикнула Аня вслед, но Влад больше ей ничего не ответил. Скрипнула дверь, и она осталась одна, связанная, лежать в темноте.

Сначала Аня пыталась кричать, но или никто ее не слышал, или не ходил мимо гаража. К счастью, когда глаза привыкли к отсутствию света, темнота оказалась не абсолютной – погасшая лампочка еле видно мигала, в уголке мерцала какая-то маленькая фигурка гнома с фонариком в руках, из щелей возле ворот пробивался уличный свет. «Значит, еще не наступила ночь», – подумала Аня. Света было мало, но теперь ей стало не так страшно лежать. В конце концов, ее действительно должны были уже начать искать – даже если Артем не начал волноваться, то отсутствие соседки в общаге заметила бы Женька.

Время тянулось бесконечно медленно. Аня попыталась выкрутиться из веревок, но ничего не вышло – надо признать, змей связал ее как профессиональный похититель. Решив для начала подождать, раз освободиться не получится, Аня лежала и размышляла, как же она докатилась до жизни такой. Могла же дождаться Артема, тот покрутил бы носом, но поехали бы вместе, тут двоим так по голове уже не дашь. Чувства сменялись по кругу: обида из-за попадания в ловушку, злость на Артема из-за глупой ссоры, страх, что так и не найдут ее вовремя. Наконец, эмоциональный шторм достиг своего пика и Аня просто разрыдалась. Громко, отчетливо и со всхлипами. Если лежишь одна, связанная, не пойми где, то зачем себе отказывать в качественной истерике.

Когда поток слез уже иссякал и Аня лишь беззвучно издавала последние всхлипы, она услышала тихие щелчки со стороны ворот. Свежий вечерний воздух нежно коснулся мокрых щек.

– Аня? Ты как? Сейчас, все будет хорошо! – В гараж забежал Дима, а за его спиной маячили Леха со связкой ключей и Тоня, узнаваемая по своим розовым локонам, в компании с еще одной девушкой в джинсовке.

Дима ловко перерезал веревки, освобождая Аню, и помог подняться на ноги.

– Спасибо, – шмыгнула носом Аня, вытирая щеки и, наконец, ощупывая затылок. К счастью, голова оказалась целой, хоть и побаливала, когда пальцы дотрагивались до места удара.

– Тебя оглушили? Дай посмотрю, – встревоженно уточнил Дима.

Аня слегка кивнула и повернулась. Холодные пальцы почти невесомо пробежались по коже, не причинив боли.

– Все цело, и это хорошо, – констатировал он, аккуратно беря Аню за запястья. – К счастью, веревки тоже сильно тут не натерли, помажешь декспантенолом, и все пройдет. У нас собой есть в аптечке в машине. Идем?

Аня кивнула и пошла вместе с ним к выходу.

– Ты цела? Мы как увидели, что тебя без чувств на плече вытащил какой-то хмырь, сразу решили проследить, – затараторила незнакомая девушка, смахивая непослушную челку с глаз.

– Лика? – удивленно пробормотала Аня, осознавая, что видит уже знакомые ей черты лица, длинную челку и эту майку с маньяками, выглядывающую из-под джинсовки.

– Ага, – довольно кивнула Лика. – Мне парни какую-то мазь привезли. Я помазалась, и все вернулось как было. Ну а дальше мы тебя поехали выручать, мало ли что могло произойти.

– На самом деле мы проследили, куда тебя повез этот чел, – вступила в разговор Тоня. – Вдруг маньяк какой-то. Он еще твой телефон у мусорки выкинул. В милицию не стали сразу звонить, боялись, упустим, да и ты сама же говорила, что вы там всякими сверхъестественными штучками занимаетесь.

– А я только рассрочку за телефон выплатила, – пробормотала расстроенно Аня, понимая, что теперь ей надо будет не только покупать новый, а еще и восстанавливать все контакты.

– На, держи. – Лика протянула ей прежний телефон, абсолютно целый и невредимый. – Я его салфеткой протерла, если что, и антисептиком побрызгала. Ты же мне номер оставляла, и я на него позвонила, чтобы быстрее найти и во всем мусоре не копаться.

– Да вы прямо детективы, – восхитилась Аня, забирая мобильный.

– А потом они позвонили Артему. Только вот трубку никто не поднял, – продолжил рассказ Леха, снова ловко запирая обратно гараж. – Афоня свистнул телефон у Артема, когда тот появился сегодня в офисе. И спрятал. А все потому, что Артем до этого утащил из офиса все сливки, которые Афоня купил.

– Но мы позвонили по следующему номеру, и там подняла, наверное, твоя подружка. – Лика переглянулась с Тоней и улыбнулась: – Она громко ругалась, обещала, что «выдерет светлые патлы одному несознательному молодому человеку», а потом заявила, что все порешает и мы можем не волноваться.

– Женька созвонилась с Геной, он сейчас дома у себя в Лынтупах – юбилей у мамы празднует, поэтому набрал нас, раз с Артемом связи нет. Вот так мы и выехали сюда всей бригадой, заодно захватив уже готовый антидот от Агапия, – закончил рассказ Дима.

Они уже подошли к машине – на этот раз маленькому микроавтобусу, – и Леха, открыв двери, предложил всем занимать места. Тоню с Ликой сразу подвезли домой; Аня поблагодарила их за спасение, и они договорились еще встретиться вместе на неделе. Потом ребята направились в офис: несмотря на поздний час, их ждал Дед с докладом о произошедшем. Как рассказал по дороге Дима, когда Гена сообщил обо всем, они сразу и Артему передали, он должен был ехать с ними, но Дед его не пустил, оставив для беседы вместе с Афоней. Спасение Ани было поручено только им.

В офисе горел приглушенный свет, было тихо и спокойно. На входе им повстречался Агапий, который уже спешил на свою вторую смену на Зыбицкую. Он радостно обнял Аню, прижав ее к себе мохнатыми лапками. От опивня приятно пахло хлебом и травами.

– Я так рад, что с тобой все в порядке. Ох и попало же там, судя по всему, Артему с Афоней. Они у Деда в кабинете сидят, как парни уехали за тобой, и не выходят, – поделился Агапий, а потом строго поднял указательный палец. – Так и надо с ними! В следующий раз пусть думают, не навредят ли их действия кому-то еще. Здесь серьезное место, а не цирк! И ты в следующий раз одна не суйся, если что, зови, вон, ребят на помощь, хорошо?

Аня клятвенно пообещала Агапию больше не заниматься самодеятельностью и ездить к подозреваемым только с напарником. Распрощавшись с опивнем, ребята направились всей компанией прямо к начальству в кабинет.

В отличие от спокойной обстановки в офисе, в кабинете у Деда чувствовалось грозовое напряжение. Артем с Афоней жались по разные стороны, опустив головы и стараясь не смотреть на сидевшего во главе стола начальника.

– Анна, присаживайтесь, пожалуйста, – голос Петра Васильевича звучал негромко и мягко. – Алексей, Дмитрий, как все прошло?

Леха с Димой быстро обо всем доложили: дополнительно Аня узнала, что гараж они, оказывается, тоже успели пробить, он принадлежал обычному человеку, который находился в это время в отпуске в Турции. Так что по приезде мог обнаружить крайне неприятный для себя сюрприз, если бы Аню никто раньше не обнаружил. Продавщицу, что подмешивала молодильный отвар, найти не удалось, но отследили, что Минск она покинула в этот же день. Глеб к завтрашнему утру должен будет предоставить все данные по ее пребыванию в столице, и ребята проверят ее место жительства и все контакты, с которыми она взаимодействовала.

Аня же рассказала про свое дело, а также вмешательство уже знакомого змея.

– Что же, понятно, – задумчиво протянул Дед, поглаживая подбородок. – Анна, пожалуйста, одна более не ездите к подозреваемым. Все-таки не зря вы разделены по определенным группам для работы. С учетом произошедшего я дам вам оплачиваемые выходные, чтобы вы могли спокойно отдохнуть и восстановиться. Также думаю, что стоит заменить вам напарника, если хотите. Единственная просьба: составьте отчет по делу в том объеме, который у вас есть, а дальше этим делом продолжат заниматься Дмитрий и Алексей.

Аня молча кивнула: это дело они с Артемом явно провалили, по глупости упустив виновную, не разобравшись, что произошло и почему, так что логично было отдать его другим коллегам. Артем виновато взглянул на Аню и снова опустил глаза в пол. Аня повернулась к Афоне – тот сидел с прижатыми ушами и поникшим хвостом. Оба одновременно выглядели жалостливо и забавно. Аня вздохнула:

– А что будет с Артемом и Афоней?

– Пока окончательно не решено. Но их невозможность найти общий язык чуть не привела к серьезной трагедии. Поэтому, полагаю, есть смысл Афоню отправить жить в деревню в рамках проекта по переселению бездомных домовых, а Артема уволить за профнепригодность в нашем деле.

Артем вздрогнул и сжал кулаки. Афоня жалобно посмотрел на Деда.

– Петр Васильевич, это была случайность, и ошибка наша общая. Не увольняйте, пожалуйста, Артема с Афоней. Мы хорошо сработались с Артемом, и Афоня в офисе какой хороший порядок навел уже, – попросила Аня, прямо смотря на Деда. Тот лишь приподнял бровь, рассматривая ее в ответ. – Такого больше не повторится.

– Да, мы больше не будем, – покаянно протянул Афоня.

– Не выгоняйте, пожалуйста, – тихо добавил Артем, бросив короткий взгляд на Петра Васильевича.

– Так я не выгонять, а увольнять собирался. Ладно, раз Аня не в обиде на вас, то и я не буду пока горячиться. Останетесь вдвоем без премии в этом месяце, и чтобы закончили свою перепалку. В следующий раз так легко не отделаетесь. Завтра поедете антидот пострадавшим развозить. А теперь все могут быть свободны. – На последних словах Дед хлопнул по столу, словно закреплял сказанное.

– Спасибо!

– Доброй ночи!

– До свидания!

– Спасибо большое!

– Хорошего окончания дня!

Распрощавшись с Дедом, вся компания – Аня, Артем, Афоня, Дима и Леха – покинула кабинет и такой же дружной толпой переместилась на маленькую кухню.

– Ну что, охламоны, чуть не допрыгались? – усмехнулся Леха, разглядывая Артема с Афоней.

– А что я? Это... – начали оба наперебой, но резко замолкли, посмотрев на Аню. Дима неодобрительно цокнул языком, обхватывая ее за плечи.

– Прости, пожалуйста, я не должен был бросать тебя в расследовании, – извинился Артем, по его щекам расползались красные пятна.

– И меня извини, ты тут ни при чем была, – промурлыкал Афоня, осторожно поглаживая Аню по руке. – Давай я тебе чаю заварю вкусного и сейчас что-нибудь из сладенького организую.

– И можем пиццу заказать, если хочешь, ты же явно давно уже не ела, – предложил Артем.

– Да, не ела я и правда давно. – Аня почувствовала, как у нее заурчало в животе. – Спасибо за предложение, но я тут сама должна пиццу ребятам за спасение.

– Все в порядке, ты нам ничего не должна, – искренне улыбнулся Дима. – Только беречь себя. Как насчет того, чтобы и правда заказать пиццу на всех? И вам, – ткнул он пальцем поочередно в Артема и Афоню, – прекратить ваши военные действия путем поедания пиццы мира?

– Да, было бы хорошо, – поддержала идею Аня. – Я уже устала от ваших перепалок.

– Ладно, я больше не буду, – пробурчал Афоня.

– Я и не начинал...

– Артем! – одновременно рявкнули Дима с Лехой.

– Давайте просто закончим, а? – попросила Аня. – Мне кажется, вы и сами уже не помните, почему рассорились.

– Ну... э-э-э... – протянул Артем. Афоня поднял мордочку кверху, задумавшись. Потом они оба переглянулись и вздохнули.

– Ты права, это все как-то само по себе началось сразу, – признался Артем. – За кроссовки свои тогда обиделся, когда мы его по дому ловили.

– Я могу отстирать, если что. И правда тогда испортил вещь, – вдруг предложил Афоня.

– Да ладно, я уже их выкинул, – отмахнулся Артем.

– А я разозлился, когда ты грязную чашку в шкафчик общий поставил и там плесень завелась, – поделился Афоня.

– Какую чашку? – не понял Артем.

– С мопсом на боку.

– Так, стоп, это вообще моя чашка, – вдруг заявил Леха. – Я еще гадал, куда она пропала.

Артем с Афоней вдвоем повернулись к Лехе.

– В смысле твоя? Так это не Артем ее поставил? – удивленно переспросил Афоня.

– Ну да, наверное, я случайно ее туда поставил и забыл, – пожал плечами Леха. – О, точно, это мне тогда еще жена позвонила, у дочери температура поднялась, а я заговорился, кружку, видно, сунул на полку и полетел в аптеку и домой.

– А почему ты не сказал, что это не твоя кружка? – решила уточнить Аня у Артема.

– Так он и не спрашивал, начал мне претензии кидать, а я как-то тоже в ответ на него погнал, – развел руками Артем. – Немного глупо получилось.

– Да, как-то мы и правда вдвоем лопухнулись, – кивнул Афоня.

– Что ж, если мы разобрались со взаимными обидами, то давайте все это оставим в прошлом и объявим перемирие, – предложила Аня, с надеждой взглянув на задумавшихся Афоню с Артемом. Помолчав пару секунд, они оба кивнули.

– А теперь пожмите руки-лапы, – скомандовала Аня.

Артем с Афоней повернулись друг к другу и подошли ближе. Чуть неловко Артем протянул свою руку, и Афоня медленно ее пожал.

– Мир.

– Вот и славно! Предпочтения по пицце будут? – хлопнул в ладоши Леха и потянулся за телефоном.

Дело № 28. Огоньки

За окном послышался шум: неуверенный вначале, он с каждой секундой набирал обороты. Прокатившийся по кабинету сквозь открытое окно раскат грома дал понять, что началась гроза. Дождь все сильнее стучал по стеклу, отбивая неровный ритм. Грозовая свежесть заскользила по комнате, разгоняя скопившуюся за день духоту и остужая все.

– Наконец станет полегче, – выдохнула Аня, откидываясь на спинку стула и с удовольствием прикрывая глаза. Прохладный ветер приятно щекотал разгоряченную от дневного зноя кожу, проникая сквозь тонкую ткань рубашки.

– Надо окно закрыть, – чересчур взволнованно подхватился с места Артем.

– Зачем? Пусть лучше в кабинете посвежее станет, а то такое пекло днем, что ужас! – замахала руками Аня, перегораживая проход.

– А вдруг молния? Это опасно! Тебя, что ли, не учили правилам безопасности?! – возмутился Артем, пытаясь ее обойти.

– Артем, ты что, боишься грозы? – прищурилась Аня, с подозрением уставившись на пытающегося пройти к окну напарника.

– Ничего я не боюсь! Отойди!

– Не-а, – засмеялась Аня и высунула язык. – Ты не пройдешь!

– Ах ты ж Гендальф в юбке!

Аня взвизгнула, когда Артем ловко подхватил ее на руки и пересадил на стол, а сам прошмыгнул к заветной форточке.

– Весело тут у вас! – В кабинет заглянул Дима, пропуская вперед Афоню.

– Нечего тут незамужних девушек щупать! – одновременно возмутился домовой, забавно уперев в бока лапки.

– Я не щупаю, а беспокоюсь об Аниной безопасности! Сидит с открытыми окнами в грозу! – отмахнулся Артем, пытаясь закрыть форточку. Та, в свою очередь, упорно не поддавалась, то ли из-за рассохшейся от времени древесины, то ли просто у Артема слишком дрожали руки, а ветер усилился. Все в кабинете молча зависли, наблюдая его старания. Наконец, победив не поддававшуюся форточку, он повернулся к Афоне: – С чем пожаловали в наши края?

– Общее собрание, Петр Васильевич всех собирает, – важно отрапортовал Афоня и добавил: – Немедленно!

– Ну, раз начальство зовет, надо идти, – хмыкнул Артем, галантно кланяясь: – Дамы вперед!

– Как к начальству на ковер, так и вперед, – не преминула съязвить Аня и направилась следом за Афоней и Димой.

Народ в кабинете уже был почти в полном сборе: у подоконника стояли, слегка прислонившись, Гена с Лехой, они коротко кивнули, заметив Аню с Артемом; на стульях расположились Зоя с Галиной Павловной. И тут Аню кольнуло нехорошее предчувствие – лицо у Зои было бледное, она сидела, обхватив себя руками и слегка поглаживая по предплечью; даже Агапий был в кабинете, усевшись просто на притянутом откуда-то барном стуле в самом углу.

– Проходите, начинать будем, – кивнул головой Дед, и от его мрачного тона у Ани все сжалось внутри. Вязкая тревога незримо окутывала пространство, пока за окном бушевала летняя гроза.

– Коллеги, у нас чрезвычайная ситуация. – Голос Петра Васильевича звучал четко и напряженно. – Пропали дети. Примерно десять-одиннадцать, но цифры могут быть неточными.

Аня тихо выдохнула. Она обернулась: Артем стоял с непривычно серьезным лицом – все его внимание было устремлено на Деда. Стоявший рядом с ребятами Дима, заметив Анин взгляд, понимающе кивнул и легонько пожал ее плечо.

– Дети исчезают в разных областях. Выяснилось все случайно: сегодня поступила информация от одного из домовых – из его семьи пропал старший ребенок. Я попробовал пройти по снам и обнаружил, что пропали еще дети. Я сумел найти их сны, но они не могут объяснить, где находятся, плачут и просятся домой. Родители ничего не знают и не помнят, словно детей и не было. Дело крайне серьезное, поэтому я собрал вас всех сегодня. Остальные дела пока приостанавливаем. Сейчас каждый получит папку с материалами, там те сведения, которые у Зои с Глебом получилось собрать. По порядку работы: Зоя остается в офисе координировать поступающую информацию, Агапий собирает аптечку в дорогу и выдает каждому не позднее завтрашнего утра, также в эти дни лаборатория переходит на круглосуточный режим. – Дед посмотрел на опивня, и тот кивнул в ответ, подтверждая, что указания приняты к исполнению.

– Дальше, Алексей и Геннадий, за вами Могилёвская и Гомельская области, сами поделите, кто куда едет на розыск. Дмитрий отправится в Барановичи, по дороге довезет Анну с Артемом в поселок Негорелое. Там наш единственный свидетель – младшая сестра пропавшего ребенка и домовой, который обратился. Насколько я помню, у вас, Дмитрий, там бабушка живет?

– Да, все верно, – подтвердил Дима.

– Вот тогда попрошу переговорить с ней по поводу той семьи, может, она что-то подскажет со стороны. Сейчас вам надо ознакомиться со всеми материалами, наметить план по каждой территории и собраться в дорогу. Галина Павловна все расходы по командировкам компенсирует.

– Петр Васильевич, – подал голос Агапий. – Первые аптечки будут готовы в ближайшие пару часов, так что ребята могут подходить по очереди, кто раньше уже сможет выезжать. Там будет все необходимое для оказания первой помощи.

– Отлично, Агапий, благодарю, – кивнул Дед. – Афоня, раздай документы, пожалуйста.

Домовой подхватил папки и быстро стал передавать всем по очереди.

Петр Васильевич выждал и добавил:

– Я еще похожу и проверю дальше, поэтому если обнаружатся новые случаи – вы все будете в курсе. Пожалуйста, оставайтесь на связи и прошу соблюдать осторожность. Сообщайте обо всем, что будете узнавать, и в случае опасности сразу вызывайте на помощь друг другу. На этом все, за работу!

Все молча покинули кабинет, тревожно переглядываясь между собой.

Аня с Артемом вернулись к себе. Артем уселся за стол и принялся выискивать информацию в компьютере по возможным похитителям из имеющихся данных о нечистой силе. Затаив дыхание, Аня с бешено бьющимся сердцем вчитывалась в справку по каждому пропавшему ребенку. Девочка, шесть лет, глаза голубые, волосы светлые; мальчик, пять лет, глаза серо-зеленые, волосы каштановые; мальчик, восемь лет, глаза карие, волосы темные, девочка, девочка, мальчик и... Аня резко захлопнула и отложила папку. Глаза неприятно щипало. Просмотренные частично описания детей по-прежнему стояли в голове. Дети были маленькие – не все даже успели пойти в школу, как исчезли.

Провал с делом № 21 все еще аукался: временно «полевые» задания Ане с Артемом перестали давать, посадив заниматься документацией и мелкой работой. Напарник ходил расстроенный, жаловался, что так растеряет весь свой опыт и станет офисным клерком, загубив лучшие годы своей молодости. Варианта было всего два: либо работать, либо собирать вещи и искать другое место. Так что с грузом на сердце и нытьем в кабинете Артем выбрал работать.

Аня сначала воодушевленно погрузилась в мир документов, писем и спокойных дел, но через недельку поняла, что тоже начинает скучать. Расследование по местности было куда занимательнее, чем сидение в офисе. Тем более в солнечные летние дни.

Только вот не о таком деле она мечтала.

– У тебя есть какие-то подозрения? – тихо спросила Аня, взглянув на Артема.

– Пока сложно сказать, – признался он, не отрываясь от монитора. – С одной стороны, дети живы, раз Дед смог попасть в их сны, и это хорошо, часть самой опасной нечисти мы можем отбросить, с другой – кто и для чего их похищает, так умело заметая следы, большой вопрос.

– Думаешь, у Деда получится еще что-то выяснить от детей?

– Не знаю, – вздохнул Артем и посмотрел на Аню. – В отличие от взрослых, дети более восприимчивы, менее скептичны и могут поверить в любое чудо. Поэтому легче и чаще контактируют с чем-то сверхъестественным. Будем надеяться, что Деду удастся найти еще зацепки и как-то успокоить малышей, пока мы не найдем их.

Аня молча кивнула. Сверкнула молния, озарив белым всполохом кабинет. От раздавшегося раската грома зазвенели стекла. Артем подпрыгнул на месте, а Аня вздрогнула – набирающая обороты гроза начинала пугать и ее.

– Ань, если не успокоится, давай лучше тебе такси вызовем или у меня оставайся, а? С утра к тебе заскочим за вещами, если что, – предложил Артем, покосившись на стену дождя за окном.

– Спасибо, подождем. Пока надо разобраться с планом наших действий на завтра, – ответила Аня, закрыла глаза, мысленно досчитала до четырех и, выдохнув, снова открыла материалы дела.

Утренний переход на Институте культуры кипел жизнью. Пока мимо бежали люди, спеша по своим рабочим, учебным и прочим делам, Артем с Аней и Димой собирались к единственному свидетелю по новому делу. Ехать решили на пригородной электричке, так как ни Аня, ни Артем машины не имели, а Димин мотоцикл не был рассчитан на троих.

Ларьки с булочками, пирожными и кофе сменились растянувшимся вдоль стены перехода стихийным рынком с яблочками, лисичками, кукурузой, клюквой, цветами – всем, что можно вырастить или собрать в лесу.

– Кстати, тут мы нашли бабульку, что яблоки молодильные продала сбежавшей ведьме, – поделился по дороге к нужному поезду Дима. – Торговка не особо знала про свойство яблочек. Мы после молодильной пенки для ванны все рынки местные обошли в качестве проверки. Сами яблоки волшебные – редкость: не на каждом дереве вырастают такие. Тут-то торговка и нашлась: яблоки хитрая бабка собирала втихаря в саду на Малиновке, а здесь продавала. Радовалась, что у нее одна и та же покупательница все скупала всегда и просила большими объемами привозить такие же. Один раз бабка другие принесла, но обдурить не получилось, так что пришлось одну и ту же яблоню обирать. Хорошо, что мы на последнюю партию успели, иначе бы и не нашли. Потом все яблони в том саду пришлось обработать, чтобы не повторился инцидент. Молодильные яблочки, конечно, чудо, но и рисковать незнанием людей не хочется. При передозировке эффект становится смертельным.

– Так это была ведьма? Ее не нашли? – уточнила Аня. Она мысленно представила ту женщину – с настоящими ведьмами до этого ей встречаться не приходилось.

– Мы предположили, что ведьма, потому как кто еще сварит молодильный настой. Пока нет, но вроде и она уже не беспредельничает, – пожал плечами Дима. – Может, испугалась и решила завязать с подобным.

– Ага, ведьма – и завязать, – хмыкнул Артем. – Их так легко не заставишь передумать.

– А ты прямо знаток такой по ведьмам? – съязвил в ответ Дима. – Во всяком случае, она пока и не объявлялась.

В утренней электричке людей было не так много, так что ребята без проблем расположились на свободных местах. До Негорелого ехать оказалось чуть больше часа, за который они успели послушать проходившего по вагонам гитариста и закупиться пирожками с повидлом. Аня еще, к удивлению парней, прикупила мини-косу у прохожего торговца.

– Ань, позволь поинтересоваться, а коса тебе зачем? – осторожно поинтересовался Дима.

– У мамы день рождения на следующей неделе, а она как-то такую же видела у соседки и все уши мне прожужжала, что ей нужна. Она кусты пионов и роз вокруг дома насадила, а обкашивать неудобно. Я решила, что надо взять, пока возможность есть, а то потом еще не найду, – объяснила Аня, складывая приобретение в рюкзак. – Она легкая по весу, так что сильно не затруднит носить с собой.

– И отбиваться можно будет в случае необходимости, – воодушевленно поддержал Артем. – Шух-шух-шух, Анька-косинер! Димон, она же такая боевая – видел бы ты, как змея по морде букетом отдубасила, а лойму в узел скрутила, а тут с косой вообще будет непобедимый воин!

Дима ошарашенно переводил взгляд с Артема на Аню.

– Так, это маме подарок, а не оружие массового поражения! – возмутилась девушка, чувствуя, как загорелись у нее щеки. Непривычное присутствие Димы в их компании отвлекало, и она нет-нет да и ловила себя на том, что засматривается в его сторону, изучая ровные черты чуть смуглого лица. Еще меньше Ане хотелось признаваться себе в том, что дружелюбный Дима с его густыми темно-русыми волосами, зелеными глазами и высокими скулами снился ей все чаще после того «спасения» из гаража. И в этих снах Аня словно опять чувствовала аккуратные касания прохладных подушечек пальцев и совершенно не хотела просыпаться. – Да и я не настолько крутой боец, как Артем тут нарисовал.

– Умение постоять за себя никому не мешало, – открыто улыбнулся Дима. – И Артем прав, ты действительно очень даже хорошо себя показала в нестандартных ситуациях, мы тоже с парнями наслышаны про ваши дела.

– Да, но в последний внебумажный вопрос я провалилась и была позорно связана и заперта в гараже, – пробормотала Аня, опустив глаза. Она чувствовала одновременно благодарность и неловкость, что так получилось, перед Димой, который вместе с Лехой ее в итоге спас. К тому же он тогда явно видел по ее опухшему и мокрому лицу, что Аня держалась не молодцом-огурцом, а скорее была как квашеная капуста. «Такая постоявшая, размякшая, кислая капуста», – представила Аня, вспоминая, как рыдала в темноте.

– Со всеми случаются неприятности, – философски заметил Дима, – но ты нашла виновников и решила проблему. Так что не такой уж это и провал был. Если бы с тобой Артем пошел, все могло получиться по-другому.

– Да, это скорее, Анют, мой провал как более опытного работника, – поддержал его Артем. – Ох, в следующий раз я этой змеюке хвост бантиком завяжу! Пусть только попадется!

– И по морде букетом, – улыбнулась Аня, – чтобы девушек по голове не бил.

Станция «Негарэлае», следовавшая через остановку от Дзержинска, оказалась достаточно оживленной: часть пассажиров покинула вагон, а их место поспешили занять вновь зашедшие. Маленькое здание станции напоминало Ане мини-дворец, который встречал путешественников, решивших приехать в поселок. Нужный им дом благодаря Диме они нашли быстро. После чего было решено разделиться: пока Аня с Артемом переговорят с домовым и малышкой, Дима сходит к своей бабушке. Встретиться, как завершат, условились на автобусной остановке возле станции.

– Теперь нам надо как-то выловить домового, а потом еще и с ребенком поговорить. Есть идеи? – Аня задумчиво рассматривала одноэтажный домик с деревянным забором.

Сам дом, судя по внешнему виду, построен был давно и, возможно, перешел по наследству молодой семье, но хозяева следили за ним: пластиковые окна, обшитые светлым сайдингом стены, крыша с темно-бордовой черепицей. Во дворе цвели кусты гладиолусов и хризантем, а недалеко от забора стоял маленький батут, выдававший наличие в доме детей.

– Вы, пэўна, ад Дзеда?^[7] – Хриплый голос вырвал Аню из размышлений. Рядом никого не было, Артем озадаченно огляделся по сторонам.

– Тут я, тут, – нетерпеливо продолжил голос. Аня опустила глаза и увидела коренастое лохматое существо, похожее на комок сажи, пыли и паутины, слепленный в форме человечка.

– А где домовой? Ты же евник, – уточнил Артем у него. Мордочка у евника недовольно скривилась.

– А цябе бацькі вітацца не вучылі ды з павагай да старэйшых ставіцца?^[8] – сварливо отозвался он. – У мяне гэты румза сядзіць. Вунь з таго боку хаціну абыходзьце, ля кусточка можна цераз плот пралезці. Там акурат еўня мая й стаіць^[9].

– А то сам поздоровался! – возмутился Артем, но Аня ткнула его в бок и потащила к указанному евником месту.

Нужный куст они нашли быстро, за ним их уже поджидал недовольный нечистик, отодвинув несколько досок забора вбок, чтобы можно было пролезть. Аня с Артемом протиснулись в предложенную дыру и прошмыгнули следом за нечистиком в сарай. Внутри было сухо, тепло и пахло свежим сеном. Евник ловко запрыгнул на сноп, сверкнув с высоты красными угольками глаз.

– Вось гэтыя ад Дзеда прыехалі, недарэкі нейкія з выгляду, ды ўжо як ёсць. Звяліся волаты на зямельцы нашай^[10], – недовольно цыкнул евник, обращаясь куда-то вглубь стогов. Оттуда показался маленький мужичок в льняном костюмчике.

– Га, снова ты брэшаш, як той сабака^[11], – махнул он на евника рукой. – Ня слухайце, ён тут сядзіць у сваім сене і нікога ня відзіць. Мяне Тамаш завуць, я тут гадкоў з восемьдзесят ужэ дамавы. Бяда ў нас, ой бяда^[12], – запричитал Тамаш. – Я за дзіцямі-та ўсягда як нада прыглядываў, нябось яшчо бабку іхнюю няньчыў. А тут паехалі аны куды-та з дзвюма, а вярнуліся з адной малой. Пра другую і ня помняць. Эта ж нейкая гадасць апяць дзіцёў вараваць начала!^[13]

– У мяне зараз сена ад сэпляў тваіх паразмокне!^[14] – огрызнулся евник.

– Нямашака сэрца ў цябе, – махнул рукой Тамаш. – Пра сена толька ноіш!^[15]

– Так, стоп, – поднял руки Артем, привлекая внимание. – Добрый день, Тамаш... А-а-а, а как вас зовут? – обратился он к евнику.

– Міхась, – буркнул тот в ответ.

– Я Артем, это Аня, мы приехали помочь. Расскажите подробнее про пропавшую девочку, опишите, может, есть подозрения какие-то?

– Маша, у школу далжна была ў першы клас пайці ў Энэргеціке, гэта радам пасёлак. Добрая, ветлівая, нос кірпаты^[16].

– Кирпаты? – переспросила Аня, услышав незнакомое слово в трасянке Тамаша.

– Ну кірпаты, во такi^[17] – показал рукой Тамаш. «А-а-а-а, курносый», – сообразила Аня. – Аны ў той дзень паехалі ўрачоў у Дзяржынску праходзіць для спраўкі ў школу, малую – Дашу – с сабой узялі. А вярнулісь толька з адной. Даша сказала, гэта Баба-яга ўташчыла Машу-та. Хто знаіць, я пра ягу ўжо даўно ня чуў, а штоб і ў Дзяржынску ана аб’явілася, странна гэта^[18].

– Ды калі яга, можа, і сэнсу вышукваць малую няма, – махнул рукой Михась. – Але ў той бабы свой клёк маецца, з нічога ніякага дзетак красці не стане^[19].

Тамаш испуганно прижал руки к щекам и закачал головой.

– А мы можем как-то с Дашей поговорить? – решила уточнить Аня у Тамаша. – Нам бы от нее услышать подробности, как все произошло.

– Ага, січас пазаву^[20], – кивнул тот и спрыгнул со снопа.

– Только мы лучше за забор пойдем назад, а то, если родители увидят нас здесь, еще в милицию обратятся, что лазим по чужим сараям, – заметила Аня и потянула Артема к выходу. – Да пабачэння, Міхась!^[21]

– Ну й вам не хварэць^[22], – кивнул евник и исчез в соломе.

Ждать пришлось недолго, скоро к забору, оглядываясь по сторонам, подбежала девочка лет четырех с двумя хвостиками. Увидев Аню с Артемом, она замерла в нерешительности, рассматривая незнакомцев.

Артем на всякий случай отошел подальше, чтобы не напугать девочку, и принялся тихонько насвистывать. Аня подошла чуть ближе и улыбнулась как можно искреннее:

– Привет! Меня зовут Аня, я хочу найти твою сестренку. У тебя же была сестра?

– Здуавствуйте! – говорила Даша хорошо, лишь с небольшим смешным детским акцентом, меняя «р» на «у». – Была.

– А ты помнишь, как ее зовут?

– Маша.

– Может, ты знаешь, что с Машей случилось?

– Баба-яга ее укуала, – громким шепотом поделилась Даша, испуганно вытаращив глаза. Личико притом стало невероятно смешным и милым.

– А ты видела Бабу-ягу?

– Нет, – замотала головой девочка. – Маша залезла в ее дом – и вжух! Укуала!

Даша театрально взмахнула руками, показывая тот самый «вжух».

– Вы ее найдете? – с надеждой посмотрела она на Аню. – Я скучаю по Маше. Мама ее не помнит, а если и меня забеует Баба-яга?

Маленький рот чуть скривился, нос слегка сморщился, и Аня поняла, что малышка может сейчас расплакаться.

– Тише, все будет хорошо. Ты смелая и умная девочка, никто тебя не заберет, главное – слушайся родителей. Обещаю, Маша вернется домой. Подскажи только, а где вы домик Бабы-яги нашли?

– Там, где тети вуачи, мы там бегали с Машей, – ответила Даша.

– Даша! – раздался во дворе громкий женский голос. – Даша, ты куда убежала?

– Беги к маме, – улыбнулась Аня и помахала рукой. – Пока!

– Пока! – помахала в ответ Даша и убежала.

Аня с Артемом сидели на лавочке на остановке, ожидая возвращения Димы. Они уже успели обсудить, что дорога их теперь ведет в Дзержинскую поликлинику – место, где исчезла Маша. В общий чат (который Зоя предусмотрительно создала для всех на время поиска) ребята успели написать все, что пока удалось выяснить. Дед пообещал попытаться выйти на контакт с Ягой, все-таки это было особое существо, намного старше и сильнее большинства нечистиков. Но поиски велел продолжать: слишком уж неожиданно произошли похищения, и, пока дети не найдены, это всего лишь одна из версий.

– Думаешь, у Деда получится найти Ягу? – спросила Аня, разглядывая прогуливающегося вдоль дороги бело-рыжего пса.

– Возможно, все-таки он не совсем человек, – пожал плечами Артем и тихо присвистнул, подзывая собаку к себе.

– Да-а-а, великая тайна его сущности, – протяжно ответила Аня. – Неужели тебе никогда не было интересно? Я читала, еще Дзедом домовых называли иногда, может, он тоже из домовых?

– Ага, а то Афоня бы тогда не понял, что два домовых в офисе. Не, точно не домовой. Кто знает, я вот думал, может, он доброхожий? Он как домовой и леший одновременно, помогает людям, только по снам не ходит, – заметил Артем, потрепав подошедшего пса по лобастой голове. – Кто такой хороший мальчик? А?

– Вот если бы Афоня был собакой, он бы тебе больше понравился? – улыбнулась Аня, глядя, как Артем балуется с псом, поочередно почесывая ему за ушами и боками, не переставая сюсюкать.

– Собака – друг человека! А Афоня – нечисть и кот, что с него взять?! – ответил Артем. – Собаки всегда своих хозяев любят, а коты сами по себе. Но справедливости ради, это я с Афоней повздорил, а не со всеми котами в мире.

– О, ребят, простите, бабушка не могла меня отпустить без ссобойки. – К Ане с Артемом приближался Дима с тонким пакетом в руках, на боку которого красовалась надпись «Евроопт». Подойдя ближе, он раскрыл пакет, демонстрируя содержимое: – Тут оладушки с вареньем, котлеты с хлебом и бутылка компота. Огурцы еще с помидорами – все мытое, с огорода.

– Твоя бабушка – святая женщина! – радостно воскликнул Артем. Судя по принюхавшейся к пакету и облизнувшейся собаке, та была того же мнения.

Пока Артем вместе с прибившимся псом делили котлеты, Аня пересказала Диме все, что они узнали. В ответ он поделился, что ничего сверхъестественного за семьей не наблюдалось. Про пропавшую девочку его бабушка также не помнила, как будто бы всегда была у них только одна дочка. Закончив с обедом, ребята разъехались по разным направлениям: Аня с Артемом – на Дзержинск, а Дима – дальше в Барановичи: искать ниточки к пропавшему там ребенку.

Дзержинская поликлиника оказалась мини-городком с разбросанными по территории корпусами. Аня с Артемом принялись обходить местность, внимательно разглядывая стоявшие среди кустов и клумб фигурки животных.

– Артем, как думаешь, это и есть та самая избушка? – спросила Аня останавливаясь.

– Определенно, да. Идем посмотрим поближе, – кивнул Артем и направился прямо по траве к маленькому деревянному домику, на крыльце которого стояла ступа с Бабой-ягой. Вблизи кукла оказалась крайне забавной: выпученные глаза, изогнутая деревяшка вместо носа и лысая куполообразная деревянная голова. Фигурка была заботливо укутана в старую вельветовую рубашку, сверху повязан розовый узорчатый платок, а вместо руки торчала тканевая перчатка. На груди торжественно висели бусы из разноцветных пластиковых крышек. В общем, сделана Баба-яга была с душой и творческим изыском.

– Не похоже, чтобы эта Баба-яга промышляла киднеппингом, – заметила Аня, увлеченно разглядывая фигурку. Зловещих признаков обнаружить не удавалось.

– Чем? – недоуменно переспросил Артем.

– Детей воровала, – пояснила Аня и аккуратно поднялась по лесенке на узкое крыльцо. – Смотри, тут можно попасть внутрь.

Аня аккуратно открыла чуть поскрипывавшую дверку и, пригнувшись, зашла внутрь избушки. Артем последовал за ней. Внутри было пусто.

– А вот это интересно, – вдруг сказал Артем, наклоняясь и поднимая что-то с пола.

– Что у тебя? – Аня шагнула ближе и склонилась над находкой.

В руках Артема был небольшой осколок потертого зеркала. На обратной стороне находки оказался начертан узор.

– Как странно, будто старое зеркало разбили, но откуда оно тут? – Аня увлеченно рассматривала изогнутые линии узора. Похоже было то ли на вязь рун, то ли на вышиванку.

Осколок манил к себе, и Аня, как под гипнозом, протянула руку и провела по краю – палец пронзила резкая боль.

– Ай. – Она взглянула на пострадавший палец: на подушечке краснела тонкая полоса царапины. – Черт, кажется, я порезалась.

– Аккур... – не успел Артем договорить, как осколок в его руках вспыхнул и в глазах у Ани потемнело.

Зрение потихоньку возвращалось. Аня протерла глаза и, прищурившись, осмотрелась. Палец все еще неприятно ныл, по чему Аня поняла, что с момента пореза прошла буквально пара минут. Только вот обстановка сменилась: вместо маленькой деревянной избушки Аня была то ли в землянке, то ли в норе. Ее окружали темные земляные стены, под ногами была пожухлая листва, а сверху сквозь узкую дыру, прикрытую корнями и травой, пробивались лучи солнца. Не самая приятная атмосфера.

Но самое главное – Артема нигде не было видно.

– Да что же ты будешь делать! – в сердцах рявкнула Аня.

Первое полевое дело – и снова она остается одна неизвестно где. Еще и в яме, очень напоминающей специальную ловушку. Аня попробовала достать телефон и позвонить, но тот показал полное отсутствие связи. «Так, надо выбираться, а там разберемся что к чему. Второй раз меня схватить не получится», – решила Аня, оглядываясь и прикидывая, как можно себе помочь. Освещения было маловато, чтобы рассмотреть все, но возле самой дыры все-таки обнаружились торчащие корни и ветки. Чуть разбежавшись, Аня прыгнула, попыталась зацепиться и... соскользнула, стесывая руки о стену и нагребая под ногти землю.

– Твою ж, – сквозь зубы ругнулась она и снова попробовала подпрыгнуть.

Пальцы зацепились за корни, Аня подтянулась вверх, ногами отталкиваясь от земли, свежий воздух мазнул по лицу, и она сорвалась, падая в листву. Потирая ушибленную спину, Аня поднялась снова и прыгнула. Еще раз и еще, пока, наконец, не подтянулась, царапая землю и выталкивая себя наружу из ловушки.

– Фу-ух, – выдохнула Аня и перевернулась на спину, раскидывая в стороны ноющие от перенапряжения руки.

Над ней к небу тянулись деревья, где-то тихо пели птицы, а по предплечью кто-то полз. Внезапно ее накрыло осознание и она резво подпрыгнула, нервно обтряхивая руки и тело. На земле свернулась змея, черными бусинками глаз уставившись на незваную гостью. Смотрела она при этом как-то укоризненно, с недовольством на узкой мордочке.

– И-извините, пожалуйста, но нам не по пути, – пробормотала Аня, осторожно отступая назад.

В змеях она не очень хорошо разбиралась; единственной, которую могла опознать, оставался уже знакомый Влад, только он был змеем и нечистью, а не реальным пресмыкающимся. Эта же змея разговаривать не спешила, так же как и обращаться в человека. Поэтому Аня аккуратно отшагивала от нее подальше, стараясь не делать резких движений.

– Поймал. – Чьи-то руки обхватили ее за локти и, прежде чем Аня поняла, что голос до боли знаком, она резко ударила ногой назад и, вывернувшись, влепила оплеуху.

– Ой, – пробормотала Аня, прикрывая рот рукой. – Очень больно? Дай посмотрю...

– И как тебя умудрился тогда змей скрутить? Ты не девушка, а Терминатор, – обиженно отмахнулся Артем, потирая покрасневшую от удара щеку.

– Я не хотела, не стоило так подкрадываться!

– Я вообще-то тебя спасать шел!

– Так спасай! Вон от змеи той, – махнула рукой Аня в сторону рептилии, которая по-прежнему не сводила с нее глаз.

– Аня, это уж! Он безобиден, – снисходительно ответил Артем и ткнул пальцем в сторону змеи. – Вон, ушки желтые торчат по бокам. Между прочим, их и как домашних животных раньше держали.

Словно понимая, о чем только что сказал Артем, уж приподнял голову и покрутил ею из стороны в сторону, получше показывая свои яркие пятнышки.

– Ну значит, и тут ты опоздал со спасением, – буркнула Аня, не желая признавать, что не смогла опознать ужа. – Пойдем, покажу тебе, куда меня занесло. Ты сам-то где был?

Артема выбросило на поляну примерно в километре от Ани. Только вот осколок зеркала остался у него в руках и, словно компас, указывал направление, начиная постепенно нагреваться, когда Артем, как оказалось, двигался в сторону Ани. В тот момент он, естественно, не знал, куда именно его ведет эта странная подсказка, но решил проверить. Так и шел, пока не наткнулся на Аню.

– М-да, из такой ямы ребенку не выбраться, – вынес вердикт Артем, осмотрев показанное Аней «место приземления». «Эксперимента ради», как он выразился, ему даже пришлось спуститься вниз и попробовать вылезти самостоятельно. С учетом его роста получилось со второго раза, но похищенные дети были определенно ниже.

– Получается, их сюда переносило и выбраться самостоятельно уже не получалось? – подытожила Аня.

– Именно, – кивнул Артем. – Но их следов тут не видно, а значит, кто-то условно «помогал» им вылезти. Вопрос только – куда они потом направлялись.

– Но почему нас разбросало по разным местам? – задумалась Аня.

– Я тоже об этом уже размышлял. Перенос произошел явно из-за этого осколка. Скорее всего, дети резались и переносились. По одному. А тут нас было двое, вот тебя, как пролившую кровь... – На последнем слове Артем театрально изменил тон на пафосно-эпический и, усмехнувшись, продолжил: – В общем, на тебе сработало, а я просто держал этот переносной портал, и меня закинуло неподалеку.

– Или просто ты крупнее, – предложила версию Аня. – Я-то поменьше ростом и весом, и меня легче было закинуть в место назначения.

– Или так, – на удивление покорно согласился Артем. – Ты со своим метром с кепкой поближе к детям будешь.

– Но-но, метр шестьдесят пять, и ты не слишком-то и выше!

– Ну с двумя кепками, – хохотнул Артем, специально выкатив грудь колесом и задрав голову вверх, чтобы казаться еще выше рядом с Аней. Она шутливо толкнула его в плечо. «Все-таки вдвоем в неизвестном лесу уже не так страшно, как бродить одной. Особенно если ни в грибах, ни в ягодах, ни в змеях не разбираешься...» – подумала она.

– Кстати, о змеях, – тихо протянула Аня, оглядываясь по сторонам.

– О змеях? – переспросил Артем, озадаченно уставившись на нее.

– Тебе не кажется странным, что этот уж по-прежнему на месте и странно так на нас косится? – шепотом спросила Аня, глазами показывая в сторону застывшей как статуя рептилии.

Пока Артем лазил туда-сюда, уж не изменил своего местоположения, продолжая гипнотизировать ребят и лишь изредка чуть поворачивая мордочку.

– Хм... – Артем прищурился, рассматривая змею внимательнее. – А ну-ка. – Он подошел поближе к ужу и присел на корточки, рассматривая его. В ответ змей приподнял голову и так же внимательно стал рассматривать Артема. Или Ане так показалось.

– Ты видел здесь детей? – вдруг спросил Артем.

Уж медленно кивнул. Аня оторопела.

– Ты умеешь разговаривать со змеями? Ты что, наследник Слизерина?

– Было бы прикольно, но нет, – ответил Артем. – Ты тоже вообще-то умеешь, он понимает обычную речь. Это определенно не совсем простой уж.

– Тебя послал Ужиный король? – снова обратился Артем к змее. Тот опять кивнул, развернулся и пополз в сторону от ловушки.

– Давай за ним следом. Кажется, с нами хотят поговорить, – поторопил Артем, пускаясь за шустро уползающей змеей.

Аня с интересом последовала за ним: встречаться с главной ужиной змеей в ее в планы не входило, но других крючков в этом деле у них пока не было. Про Ужиного короля она помнила: о его больших размерах, наличии короны и способности указывать на клады. «Во всяком случае, если он тоже уж, значит, не ядовитый», – рассуждала про себя Аня, стараясь не упустить из виду их скользкого сопровождающего.

Вскоре уж вывел их на небольшую полянку, в центре которой стоял широкий пень. Потрескавшийся от времени ствол кольцами сжимала огромная черная змея с яркими пятнышками возле глаз и короной из желтых рожек на голове. Уж-проводник тихо скользнул к ней и скрылся среди торчащих корней пня.

– Добрый день, король ужей! – громко поприветствовал Артем, вежливо склоняя голову и чуть сгибаясь. Аня, на всякий случай, повторила за ним легкий поклон. С особами королевских, пусть и змеиных кровей она еще не общалась: кто же знает, есть ли у них свой этикет.

– Добрый день! – прозвучал в голове у Ани низкий мужской голос. От неожиданности она вздрогнула и шокированно посмотрела на Артема. Тот по-прежнему выглядел невозмутимо.

Очертания ужа поплыли, и уже через секунду перед ними стоял высокий бледный мужчина с пронзительно-черными глазами. В таких же черных волосах с обеих сторон ярко выделялись две рыжие пряди, обрамляя узкое лицо.

– Ой-ей, – залилась краской Аня и отвернулась. Боковым зрением она увидела, как Артем подошел ближе и чуть вперед, прикрывая ее.

– Простите, но лучше что-то накинуть на себя. Все-таки люди голыми не ходят, – голос Артема звучал уверенно, но чуть срывался на явно сдерживаемый смех.

«Очень смешно! – возмутилась мысленно Аня – Мы так-то по делу сюда пришли, как будто я могла предположить, что вместо ужа тут голый мужик будет стоять! Более неловкую ситуацию нарочно не придумаешь!»

– Прошу прощения, давно не общался с людьми, и мне показалось, что ваша спутница растерялась вначале. Все-таки змеиная пасть не предназначена для общения, и в виде человека говорить голосом удобнее. Не стоит смущаться меня, милое создание.

– Так, вы, конечно, Ужиный король, но давайте без лишнего внимания к моей подруге. Она не в невесты к вам пришла.

Аня удивленно подняла брови, не решаясь оглянуться. Вот это интересно: неужели все змеюки так или иначе пытаются девушек совратить?! «Хвосты бы им поотрывала или что другое!» – возмущенно подумала Аня, но решила на всякий случай пока не разворачиваться обратно.

– Что же, – протянул Ужиный король. – Странные дела творятся в лесу и на болотах. Раз вы про меня и ужей моих знаете, то и сами тут неспроста появились.

– Допустим, – согласился Артем. – А что беспокоит?

– Дети. Ужи мои шепчут, что в лесу в ямах появляются из ниоткуда дети, а потом их всех собирают в старой хижине на болоте.

– Собирают? – уцепился за слова Артем.

– Злыдни тянут всех детей в одно место. А сейчас и вы тут объявились, давно люди так далеко в эти места не захаживали, – неторопливо продолжил Ужиный король.

– Почему вы сами не попытались детей освободить? – прямо спросила Аня, чуть повернув голову, чтобы ее было лучше слышно. – Если видели, что что-то не то происходит. Почему ни с кем не связались раньше?

– Ужи больше в домах не живут, с детьми кашу одну не едят. А если кто из людей в лес так далеко забредет или в болото, что ж, у каждого из нас свои порядки в жизни. Ужи охотятся на мышей, а птицы – на ужей. Люди – на зверей, а лесные и болотные хищники – на людей. Я вековые правила нарушать не буду и сам в жизнь людей так прямо не полезу.

– Почему тогда нам решили все рассказать? – продолжила Аня.

– Потому что вы сами детей ищете, а значит, и я подсказать могу. Нужна помощь?

– Да, – коротко ответил Артем. Аня кивнула за его спиной.

– Но и с вас тогда помощь мне потребуется. Услуга за услугу.

– Ну конечно, конечно. Кто сказал, что все будет просто и бескорыстно, – пробормотала себе под нос Аня.

– Что вы хотите? – спросил Артем.

– Найти невесту мне.

– Эм, Артем, можно тебя на пару слов? – Аня наощупь пихнула напарника в бок.

– Сейчас вернемся. – Артем потянул Аню в сторону от полянки. Оглянувшись по сторонам и убедившись, что никаких ужей рядом нет, он тихо проговорил: – Ань, нам нужна его помощь. Тут связь не ловит, наше точное местоположение неизвестно, направление мы не знаем. А судя по тому, что король ужей достаточно далеко от людей сидит, места тут дикие. В болоте и болотники могут прятаться, и железный человек ходить.

– Ага, и Капитан Америка, – глупо хихикнула Аня. «Это от нервов явно», – пронеслось в голове, пока в воображении Тони Старк в полном обмундировании шагал по болоту с корзинкой, полной клюквы.

– Это был бы отличный вариант. Только вот наш железный человек – это полностью металлическая нечисть, которая ревниво охраняет границы своих территорий и с теми, кто ему попадется, разговоры не ведет. Никто еще после встречи с ним не вернулся.

– М-да... Как-то звучит совсем не ободряюще. Но где мы ему невесту найдем? Мы с тобой на свах не сильно-то и похожи.

– Ну, может, анкету ему в соцсетях заведем – вот эти приложения для знакомств. Должны же быть такие, – воодушевленно предложил Артем. – В конце концов мы с этим разберемся, главное – условия все обговорить. Надо детей спасать.

– Пока звучит глупо. Но ладно, другого выхода я тоже не вижу, – вздохнула Аня, потирая лицо руками. Потом еще раз глубоко вздохнула, расправила плечи и кивнула Артему: – Все, идем договариваться. Время согласовывать условия нашей сделки.

Переговоры с Ужиным королем затянулись, по Аниным ощущениям, на час, а то и больше. Они спорили о сроках поиска невесты, порядке выбора девушки, обязательно оговаривали, что все должно быть только по взаимному согласию. «И непременно с брачным договором!» – припечатала под конец Аня уже немного ошалевшего от напора Ужиного короля. Наконец, договорившись обо всем, они перешли к плану действий по поиску и спасению пропавших детей. Было решено, что уже знакомый им уж проводит ребят к той самой хижине, где держат малышей. К счастью для ребят, Ужиный король, обладая возможностью ментальной беседы, смог связаться с Дедом, ненадолго погрузившись в сон и вызвав того.

– Ваш начальник поблагодарил и передал, что остальные скоро присоединятся к вам. Мои ужи встретят их в лесу и проведут.

– Спасибо, тогда пора действовать. – Ужи принесли Артему палку, которую он тут же перехватил поудобнее. У Ани была такая же: путь лежал через болота, и импровизированный посох был вещью первой необходимости на зыбкой дороге.

– Бегите за ужом и будьте осторожны на топях! – напутствовал их Ужиный король на прощание.

До болот оказалось не так далеко, как изначально подумала Аня. Постепенно лес редел, и вскоре они вышли к раскинувшимся вдаль травяным островкам, выглядывающим из-под воды, и одиноким тонким сосенкам. Уж уверенно скользил по болотным кочкам, по ведомому только ему пути. Аня с Артемом, прощупывая дорогу, шли следом: болото под ногами качалось, пружинило, но держалось, позволяя заходить все глубже. Среди мокрого мха и травы то и дело мелькали красные ягодки. Аня старалась следовать точно за ужом, не отставая и не сходя с тропы. Внезапно краем глаза она заметила свечение. Взглянув в ту сторону, Аня сбилась с шага и замерла как завороженная. «Как красиво мелькают огоньки. Интересно, это какие-то испарения или игра отражений последних лучей солнца, а может, светлячки?» Она не могла отвести взгляда от танцующих шариков света. Точно зачарованная, Аня аккуратно стала приближаться к ним ближе. Сзади кто-то окликнул ее, но она была слишком увлечена, пытаясь рассмотреть красивое природное явление чуть лучше. Шаг, еще один – и тут ее нога провалилась вглубь чего-то вязкого и мокрого. Аня резко дернулась и с ужасом поняла, что сошла с тропинки в опасную трясину.

– Аня! Не шевелись, сейчас! – вскрикнул Артем, аккуратно приближаясь к ней.

– Помоги, меня засасывает! – запаниковала Аня, пытаясь выкарабкаться, но от нервных движений болото только сильнее затягивало ее внутрь.

– Не дергайся! Держись за палку, я буду тянуть!

Аня намертво вцепилась в протянутый посох.

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, – шепотом причитала она, пока Артем тащил ее наружу. Наконец, с громким «хлюп» Аня упала на колени возле друга, до конца не осознавая, что она уже на безопасном участке.

– Все, все хорошо, не переживай, – присел рядом Артем и, обняв Аню, принялся успокаивающе поглаживать по спине. – Правда, без кроссовки осталась и ноги мокрые, но зато целая и даже без пиявок...

– А у тебя клещ присосался, – тихо шмыгнула носом Аня.

– Что?! Где?! – вскочил Артем, пытаясь себя осмотреть.

– На шее, давай я попробую его выкрутить. Надеюсь, Агапий нам положил что-нибудь подходящее, – утерла нос Аня и принялась копаться в рюкзаке в поисках аптечки. Нос предательски подтекал, глаза щипало. Она понимала, что вот-вот расплачется. «Соберись, соберись, как же это глупо было. Там дети ждут, а я про них как будто вообще забыла. Снять клеща и идти дальше». – Вот, смотри, тут пинцет есть, сейчас выкрутим и обработаем. Только не вертись.

Артем послушно подставил шею, и Аня ловко сняла уже напившегося крови клеща. После чего сбрызнула место антисептиком и на всякий случай заклеила пластырем. Артем в свою очередь вытянул бинт и предложил закрутить ей на ногу, чтобы можно было двигаться дальше. Уж в это время замер недалеко от них, свернувшись клубком в траве.

– Прости, что я с тропы сошла. Как будто наваждение было, – тихо призналась Аня, наблюдая, как Артем ловко крутит из бинта ей портянку вместо потерянной кроссовки.

– Это были болотные огоньки. Опасное явление: одурманивают голову и человек сам следует за ними в трясину. Говорят, что это неупокоенные души. Я пытался тебя позвать, но ты как зачарованная шла, хорошо, что далеко не успела отойти. В следующий раз старайся на них не засматриваться, если заметишь; игнорировать непонятное явление зачастую очень полезный навык при встрече с белорусской нечистью. Попробуй встать, нормально будет?

Аня поднялась. Артем щедро намотал ей бинт, отчего согнуть ногу в голеностопе было невозможно, но зато стало теплее и безопаснее, чем босиком.

– Нормально, спасибо. Идем дальше, а то скоро солнце сядет.

Под конец пути безопасная тропа стала совсем узкой и местами брести приходилось по щиколотку в воде, осторожно продвигаясь шаг за шагом. Огоньки мелькали сбоку, то пропадая, то появляясь, но Аня старалась больше не обращать на них внимания, сосредоточившись на дороге.

На небе уже светила луна, когда они наконец добрались до нужного места. Приземистая хижина была больше похожа на небольшой холм. За долгое время стены просели глубоко в болотную землю, окна и дверь перекосились, стены покрылись мхом и грибами, а крыша поросла травой.

Аккуратно подойдя ближе, Артем, согнувшись и прижавшись к сырой стене, заглянул в окошко. Через пару секунд он кивнул в сторону окна, давая Ане знак приблизиться.

Внутри хижины на столе в центре комнаты горело несколько свечей, слабо разгонявших царивший полумрак. В одном углу темной громадиной притаилась потрескавшаяся печь, сбоку от которой стояла огромная железная клетка. Аня сжала от злости зубы. Внутри клетки оказались похищенные дети, они сидели на голом полу, сбившись в кучку. Те, кто постарше, обнимал малышей, жавшихся друг к другу.

Вокруг стола суетилось трое злыдней: ростом с ребенка лет девяти-десяти, они были коренасты, полностью покрыты шерстью, с горящими глазами и уродливыми мордами. Периодически злыдни сталкивались между собой, наступая друг на друга, шипя и рыча.

– Они как будто застолье готовят, – тихо заметила Аня, разглядывая, как нечисть расставляет на столе миски, чашки, травы. Страшное предположение противной иглой врезалось в мозг. – Артем, неужели они собираются съесть детей?

– Не знаю, злыдни вроде как людей не едят – только вредят. Но надо действовать, пока остальные подтянутся – мало ли что может приключиться. Они и правда к чему-то готовятся, и вряд ли это праздничная вечеринка с тортом, – напряженно ответил Артем, вглядываясь в обстановку внутри.

– Как поступим? Они, конечно, невысокие, как гномы, но численный перевес за ними, – принялась оценивать обстановку Аня. – И отсюда непонятно, как клетка закрыта, замок там или просто засов...

– Надо их выманить, а потом освободить детей. Давай так: я отвлеку злыдней и выманю их наружу, а ты в это время проникнешь внутрь, осмотришь клетку и, если откроешь, выводи детей. Бегите подальше отсюда тем путем, что мы пришли. Ты запомнила тропу?

Аня неуверенно кивнула:

– Наверное.

– Звучит не очень убедительно. Так, с тобой остается уж – на вас задача вывести детей. Я выманю злыдней и попробую покружить с ними в другом направлении.

– А как ты сам узнаешь, где безопасно? Это болото, Артем, тут ты не набегаешься, не тот шаг – бульк, и все. – Аня демонстративно скорчила лицо и высунула язык.

– Есть такая проблемка, – признался Артем. Уж приподнялся и ткнул его в ногу. – Ты можешь показать мне пути?

Уж кивнул.

– Значит, мы сейчас на разведку, я помечу себе дорогу, чтобы знать, куда бежать. Глядишь, и получится злыдней в какую трясину заманить. Следи пока, что тут происходит.

Артем с ужом скрылись в темноте. Аня пристально наблюдала за нечистью, аккуратно заглядывая в окно. Злыдни по-прежнему мешали друг другу, разбили одну из тарелок, скинули осколки под лавку, подрались сухими вениками неизвестных Ане трав, разлили то ли молоко, то ли что-то похожее.

Через некоторое время злыдни закончили накрывать стол и просто стали бестолково кружиться по комнате, периодически сталкиваясь. Один из них подошел к клетке и принялся стучать палкой по ее металлическим прутьям, издавая звук, похожий на хрюканье и смех одновременно.

– Пс!

От неожиданности Аня вздрогнула. Артем помахал ей, рядом с ним вытянул голову уж.

– Приготовься, начинаем через пару минут.

Аня кивнула. Артем беззвучно исчез.

– Ты со мной туда полезешь? – Аня посмотрела на оставшегося в траве ужа.

Тот молча кивнул. Аня протянула руку:

– Залазь.

Уж ловко скользнул вверх и взобрался на плечо.

Раздался громкий звон стекла, и Аня услышала, как голос Артема разнесся внутри хижины:

– Эй, уродцы на ножках, а что вы тут собрались?!

В злыдней полетели комья земли и камней. Одному попало в морду, другому в голову.

«А метко он кидает», – восхитилась Аня: судя по звуку, Артем просто разбил стекло возле двери и вел обстрел через него.

Злыдни меткость Артема не оценили и с рыком бросились в его сторону.

– Вам меня не догнать! – Голос Артема удалялся от хижины, следом за ним слышалось рычание.

В комнате злыдней видно не было. Аня рванула к двери, но та оказалась неожиданно запертой – судя по всему, злыдни просто перескочили через окно, поэтому ей пришлось воспользоваться тем же путем и аккуратно пролезть мимо торчащих из рамы осколков стекла.

В избушке воняло сыростью, травами и чадом от свечей. На полу темнели пятна, неизвестно чем оставленные, по стенам местами ползла плесень. На столе вблизи стали заметны выцарапанные гвоздем руны, но Аня не стала задерживаться, чтобы все рассмотреть, и сразу подбежала к клетке.

– Все будет хорошо, я вас сейчас вытащу, – быстро выпалила она, ощупывая и осматривая прутья. Взгляд наткнулся на замок.

– Да что же ты будешь делать! Почему сегодня все задачки со звездочкой?! – пробормотала Аня и заозиралась в поисках ключа.

– Там ключ под печкой, – тихо сказала одна из девочек с двумя косичками. Аня бросилась к печке. Нагнувшись, она увидела валявшийся возле стопки дров ключ.

– Отлично. – Аня схватила его и кинулась обратно открывать клетку: – Я Аня, давайте выходите. Надо отсюда убегать, пока злыдни ушли.

Дети недоверчиво жались друг к другу, заплаканными глазами уставившись на спасительницу. Девочка с косичками и в желтом платьице поднялась, держа за руку мальчишку лет трех в маечке со смешным динозавриком на животе:

– Маша. А вы правда поможете?

– Да, и кажется, я знаю твою младшую сестренку – Дашу. Пойдемте, не бойтесь. – Аня нетерпеливо поманила рукой. Если план Артема не сработал или что-то пошло не так, то злыдни могли вернуться в любой момент. И тогда не факт, что она сможет с ними справиться одна.

Маша кивнула и потянула за собой мальчика:

– Сережа, идем.

– Я Паша, – поднялся по виду самый взрослый мальчик с короткой стрижкой темных волос и длинной царапиной на щеке. Он повернулся к остальным: – Давайте поднимайтесь.

Следом за ними потянулись и другие дети. Аня беззвучно пересчитала их – получилось ровно тринадцать. «Бр-р, слишком уж подозрительное число. Чертова дюжина. Еще эти странные злыдни с “сервировкой”», – промелькнуло в голове. От одного только вида перепуганных и уставших детей у Ани щемило сердце: замерзшие, в одних только сандаликах, маечках, шортиках и платьицах, они совсем не были готовы идти через болото ночью. Мелькнула мысль забаррикадироваться тут и ожидать подмоги, но Аня отбросила эту идею: оставаться было опасно, мало ли сколько пришлось бы тут просидеть, и это если ничего не произойдет. Тем более без еды и воды. Поэтому, построив детей по парам – старших с младшими, Аня раздала имевшиеся у нее маленькие фольгированные одеяльца («Выберемся и надо будет поблагодарить Агапия за снаряжение») и принялась объяснять, что идти нужно точно за ужом, который поползет впереди, а она будет замыкать их группу сзади, чтобы никто не отстал по пути и не потерялся.

– Далеко собрались?

От раздавшегося сзади хриплого голоса Аня вздрогнула. Резко повернувшись, она увидела высокого светловолосого мужчину средних лет, стоявшего в дверном проходе. Мокрые сапоги и палка в руке давали однозначно понять – он явно шел именно сюда через все болото.

– Вы кто? – Слабая надежда, что это случайно забредший грибник или «клюквенник», который поможет, стремительно таяла – точнее, рассеивалась в блекло-голубых глазах, смотревших на Аню с невероятным холодом. Да и как «случайный прохожий» смог бы открыть дверь, которая до этого была определенно заперта?! Стоявшие до этого по парам дети, не расцепляя рук, опять столпились, спрятавшись за спиной у Ани. Сначала кто-то тихо хлюпнул носом с одного края, следом – с другого.

– А вы? Ворвались в дом, разбили окно, как некрасиво, – неприятно усмехнулся мужчина. Аня отвела руки назад, инстинктивно пытаясь прикрыть детей.

Мужчина вызывал ощущение липкого страха. «Как там говорил Артем, игнорировать, если что, нечисть? А если это взрослый обычный мужик, что мне делать? Лучше бы злыдни вернулись, они хотя бы ростом поменьше будут!» Панические мысли вихрем роились в голове.

– Лучше вернуться назад в клетку, и вам, девушка, тоже. Побудете моей гостьей, или... – Мужчина ухмыльнулся и демонстративно вытянул широкий нож.

Аня почувствовала, как все внутри скрутило от страха, стянув внутренности в один узел. Неотрывно она наблюдала за ножом: блестящее, начищенное и явно отлично заточенное лезвие. Белая костяная рукоятка пестрела узорами. «Тяни время, тяни время», – бегали мысли в голове.

– Я поняла. Можно хотя бы узнать, как вас зовут? Я – Аня.

– Вячеслав, – коротко ответил мужчина, начиная приближаться.

Аня, медленно отступая, лихорадочно думала, что ей делать. Дети толпились за ее спиной. Она почувствовала, как чьи-то маленькие ладошки вцепились ей в майку.

– Детей ищут, мы тут не одни. Давайте мы уйдем и скажем, что никого тут не видели, – предложила Аня.

– Ищут? Если ты про своего дружка, то можешь на него не рассчитывать, от злыдней ему не уйти. Мне нужны все тринадцать детей, тринадцать невинных душ. А вот в тебе такой ценности нет, – неприятно рассмеялся Вячеслав.

Странный стол с травами, камнями, мисками, тринадцать детей, глухое болото – пазлы сложились в голове Ани.

– Ритуал? Я права? Типа магом себя считаете? – прямо спросила она.

– Я колдун, а не маг и прочая чепуха. – Вячеслав кинул в сторону палку и ловко перехватил нож в другую руку. На пальце блеснули кольца: потертая толстая полоска золота, цельный ободок из черного камня и тяжелый перстень с красным камнем.

– Как скажете, колдун так колдун. Что это за ритуал?

– Слишком много вопросов, – холодно сказал колдун. – В клетку, живо!

Аня потянула рюкзак с плеч.

– Да, сейчас, не нервничайте. Я только платок возьму, пожалуйста. – Аня сунула руку в рюкзак, быстро ощупывая лежавшие в нем вещи.

– Я сказал: в клетку!

Наткнувшись на твердую ручку, Аня одним движением вытащила мини-косу и швырнула рюкзак прямо в Вячеслава.

– Дети, бегите, быстро! За ужом! – Аня кинулась на колдуна, размахивая импровизированным оружием.

Вячеслав отшатнулся, уклоняясь от косы. Взмах, еще и еще – Аня орудовала косой, тесня колдуна все ближе к стене. Она не отрывала взгляда от противника, внутри молясь, что дети успели выбежать и уж сумел вывести их из болот. Очередной удар оказался неудачным: колдун перехватил рукоятку косы и дернул на себя, пнув Аню в живот. Она отлетела, судорожно хватая ртом воздух и скрючившись от боли.

По щекам текли слезы.

– Из тебя ведьма хорошая бы вышла. – Вячеслав подошел ближе и потянул Аню за волосы. Лицо обдало запахом горького табака и пепла. «Вот и сказочке конец», – горько подумала Аня, сквозь слезы наблюдая, как колдун заносит руку с ножом. Она зажмурилась, ведь если не видеть, то, может, и умирать не так страшно?

Секунда, две, три... Аня приоткрыла глаз. «Неужели передумал?!» – нервно хихикнула она в мыслях. Занесенную руку колдуна удерживал Дима. Они с Вячеславом беззвучно сражались, вцепившись друг в друга. Аня внезапно поняла, что ее больше никто не держит. Живот еще ныл, но уже не так сильно. Отползя подальше от сражавшихся мужчин, она нащупала миску на столе и со всей силы швырнула ею в колдуна. Следом полетела еще одна тарелка, а за ней – каменная ступка. Отвлекшись из-за «снарядов», Вячеслав ослабил хватку, и Дима сумел выбить нож из его руки.

– Ах ты... – Договорить колдун не успел. Каменный пестик прилетел ему прямо в голову. Взгляд Вячеслава на секунду остекленел, а потом глаза закатились, и он упал на пол. На месте удара проступала темная кровь.

– Я его что, убила? – испуганно прошептала Аня. Ее начинала бить мелкая дрожь.

Дима аккуратно приложил пальцы к шее колдуна.

– Нет, дышит. Хотя тебя он собирался убить.

– Надо перевязать ему голову. – Аня неуверенно подошла к распростертому на полу телу.

– Надо идти за детьми, они одни ждут среди болота. Ничего с этим не случится, пусть полежит, выведем детей, а потом я с парнями вернусь сюда, – отрезал Дима, поднимаясь и отряхиваясь.

– А если он умрет? Мы же бросаем его в бессознательном состоянии, – попыталась возразить Аня. Ее продолжало трясти от пережитого.

– Ладно, давай я ему бинт быстро закручу. Но, Аня, он причастен к похищению детей, тебя пытался зарезать, а ты тут его спасать собралась?!

– Я не убийца. Не могу я так.

– Ладно, – сдался Дима. Он достал бинт, быстро обмотал голову Вячеслава и оттащил его в клетку, закрыв замок. – Так лучше? Совесть замолчала? Идем, пока он не очнулся и не попытался нас с тобой прикончить. Кто знает, что у него может быть еще в запасе.

– Аня! – В избушку влетел перепачканный грязью мокрый Артем. Взгляд его скользнул по телу колдуна в клетке. – Что произошло, где дети?

– По дороге расскажу. – Дима потащил Аню к выходу. Следом за ними поспешил Артем.

В темноте было не разглядеть, как далеко смогли уйти дети. Дима уверенно повел по болоту. По ходу он поделился, как они с Лехой и Геной договорились, что он воспользуется порталом (в Барановичском зоосаде также нашлась «избушка Бабы-яги»), чтобы побыстрее в подкрепление отправиться. Парни же на машинах насколько возможно ближе подъедут, чтобы всех забрать. По пути он встретил перепуганных детей, которые сказали, что Аня осталась со страшным дядькой, а они убежали.

– Я сказал пока ждать на месте, а сам ринулся к тебе на помощь, – закончил рассказ Дима. – Этот мужик и был, как понимаю, похитителем.

– Колдун. Этот мужик считает себя колдуном, – ответила Аня. – Он хотел провести какой-то ритуал с детьми. И, судя по его желанию, меня... – Аня запнулась и сглотнула. – От меня избавиться, вряд ли это был хороший и добрый ритуал.

– Надо было подождать кого-то для подмоги, – цокнул Дима.

– Мы не знали, когда вы появитесь! А если бы он раньше пришел? Я и так этих злыдней пока по болоту гонял, чуть сам не потонул. Выносливые и сильные, заразы. Если бы пришлось сразу с троими биться и колдуном сверху, мы б точно не справились, – возразил Артем. – А так я их на узкой тропинке по одному и завалил в топи.

– Ребята, смотрите. – Шедший впереди Дима замер. Аня выглянула из-за его спины: впереди был небольшой островок, на котором стояли дети, укутавшись в выданные ею одеяльца. Рядом с ними свернулся уж. А вокруг летали яркие огоньки, словно лампочки с елочной гирлянды, разгоняя темноту и отражаясь в фольгированных накидках.

– Ежкин кот!

Аня ткнула Артема в бок.

– Прошу прощения, крайне удивлен.

Ребята подошли поближе. Огоньки мирно летали между детьми, один сел на нос девочке с плюшевым зайкой в руках – она замерла на секунду и разразилась смехом. Мальчишки рядом с ней тоже рассмеялись, пара девчонок попыталась схватить ручками огоньки, но те выскальзывали, не давая зажать себя в кулачке.

– А они не опасны для детей? – негромко спросила Аня, подходя следом за Димой поближе к детям.

– Аня! – воскликнула Маша и бросилась ее обнимать. Дети, оторвавшись от светлячков, кинулись к ней всей гурьбой.

– Тише, тише, сейчас повалите меня, – рассмеялась Аня, гладя малышей по головам и параллельно пересчитывая: точно ли все на месте. К счастью, все тринадцать детей были здесь.

– Огоньки говорят, что подсветят нам дорогу до леса, – громко прошептала Маша, чуть прижавшись к Ане и глянув на застывших на краю островка парней.

– Они говорят с вами? – удивленно переспросил Дима.

– Да, – кивнула Маша. – Они сказали, что тоже когда-то давно были детьми. А потом злой дядька превратил их в огоньки, заставив искать клад. Они нашли, и он ушел, а они навсегда остались тут жить.

– Так вот какой ритуал готовился... – ошеломленно пробормотала Аня, замерев возле детей. – Но если клад уже найден, зачем ему еще дети?

– Может, тут есть другой? Или не то нашли? – предположил Дима.

– Или это было слишком давно и не с этим колдуном, – нервно взъерошил волосы Артем. – Мне бабушка в детстве рассказывала, что в болотах прячется множество кладов. Мол, все колдуны и ведьмы свои скарбы тут хоронят, когда приходит время им уходить. Если успевают, конечно. Может, он хотел найти чей-то конкретный клад или артефакт.

Огоньки затрепетали, поднимаясь выше и ярче освещая болото. Сережа, продолжавший сжимать Машину руку, воскликнул и указал пальцем в сторону, откуда пришли ребята. Аня, Артем и Дима обернулись. Шатаясь, по болоту брел Вячеслав, периодически припадая на колено и цепляясь обеими руками за палку. С окровавленным лицом, повязкой на голове, сгорбленный, он теперь как никогда был похож на страшного колдуна.

– Дети, не бойтесь, мы вас не отдадим! Не смотрите на него! Отвернитесь! – решительно заявила Аня, выступая вперед. Артем и Дима стали возле нее, сжав кулаки.

– Вы так просто не уйдете, – прохрипел Вячеслав, заходясь кашлем. Дрожащим пальцем он ткнул в сторону Димы, а потом Ани: – Бегать тебе в волчьей шкуре, пока она жить будет! А как умрет не своей смертью, так и ты человеком станешь!

А потом расхохотался. Огоньки вдруг ринулись к колдуну. Он замотал головой и принялся отмахиваться от них, как от назойливых комаров. Шаг, еще один и... болото тихо всплеснуло, затянув в себя оступившегося колдуна.

– Он утонул? – тихо спросила Аня.

– Кажется, да, – так же тихо ответил Артем.

– А его слова? Он что, проклял нас?

– Возможно, но ничего же вроде не произошло. Может, он и не колдун вовсе, – ответил Артем, оглянувшись на Диму. Тот охлопал себя и показал большой палец:

– Со мной все отлично. Идемте. Надеюсь, больше сюрпризов не будет.

Возле края болот они встретились с Лехой и Геной. У тех с собой были рюкзаки с одеждой для детей – колготками, кофточками, шапочками – и едой. Устроив небольшой привал в лесу, ребята разожгли костер, переоделись и разлили всем по чашкам куриный бульон, чтобы подкрепиться.

– Бульон и вещи организовал Афоня – связался с кем-то из местных домовых в ближних деревнях, попросил помочь. Так что, пока мы сюда добрались, нас уже поджидал готовый провиант. – Гена протянул Ане чашку с бульоном.

Он и притащил на спине здоровенный термос с ним. Аня даже задалась вопросом, где ушлые домовые смогли стянуть такой полевой бидон. Дети же были в восторге от огромного дружелюбного крокодила, который еще и разговаривать умел. Интерес к нему поугас, только когда Гена снова в человека превратился. Но тут Паша решил спросить, а может ли тогда Леха превратиться в Чебурашку, отчего Артем с Димой бессовестно начали ржать и торжественно заявили, что отныне «Чебурашка» будет кодовым именем для Лехи.

– Нам долго идти через лес до машин? – спросила Аня, пробуя горячий бульон. Только сейчас она поняла, насколько же проголодалась за это время.

– Дед через Ужиного короля смог поговорить с Лешим. Он откроет нам короткие тропы, чтобы выйти из леса. Места тут дикие, часть леса скрыта от глаз человека, так что выбраться отсюда самим было бы сложно. Мы так по тропам и дошли досюда быстрее, – рассказал Леха. – А что с твоей ногой приключилось? – Он выразительно указал глазами на самодельные портянки.

– Болото забрало данью мою кроссовку, – вздохнула Аня. – Пришлось придумывать что-то на ходу. Теперь еще и новые покупать.

– Кажется, дети начинают засыпать. – Дима кивнул в сторону зевающих малышей.

– Тогда ставим палатку, ночуем и с утра выдвигаемся. – Леха поднялся на ноги, ему на помощь подтянулись остальные парни. – Анют, организуй всех тогда на сон.

Быстро они развернули несколько палаток, выстелив их внутри одеялами. Детей положили всех вместе, чтобы было теплее и не так страшно. Парни сказали, что по очереди станут нести дозор – все-таки лес кругом, а Аню отправили спать вместе с малышами.

Ночью Аню мучили кошмары: ей снилось то, как она проваливается в болото и ее затягивает, то как Вячеслав догоняет ее с ножом в руках. Она несколько раз просыпалась, вздрагивала и пыталась отдышаться. Рядом мирно сопели дети, и Аня снова засыпала в надежде, что в этот раз кошмары ее оставят.

В очередной раз проснувшись, Аня поняла, что за тканевыми стенками палатки посветлело. Она выглянула наружу. Сквозь кроны деревьев пробивались лучи восходящего солнца. Костер уже не горел, возле него, закутавшись в одеяло, тихо похрапывали Леха с Геной и Артемом. Аня осторожно обошла импровизированную стоянку, заглянула в соседнюю палатку – дети тихо спали.

– Артем, Артем. – Аня аккуратно потрясла его за плечо. Артем промычал в ответ что-то невнятное и повернулся на другой бок. – Артем!

– Еще пять минуточек...

– Артем, ты Диму не видел?

– М-м? – Артем разлепил глаза и сонно посмотрел на Аню. – Он должен был караулить сейчас.

– Его нигде нет!

– Ну, может, в кусты отошел, Ань, не разводи панику. – Артем снова закрыл глаза и повыше натянул одеяло.

«Может, правда поспала плохо и теперь всякая ерунда мерещится. Ничего же с Димой не произошло тогда сразу», – подумала Аня. Спать больше не хотелось, поэтому она умылась и покружила вокруг палаток, пособирала хвороста на костер. Потом посидела возле спящих ребят, прошлась еще раз кругом по ближайшим кустам, опять посидела и поняла, что Дима так и не появляется. Ощущение тревоги уже стучало колоколом в висках.

– Да куда же ты пропал?! – отчаянно прошептала Аня. В ногу ей что-то ткнулось. Аня скосила глаза вниз: знакомый уж опять пытался привлечь ее внимание. – Ты знаешь, где Дима?

Уж кивнул и пополз. Аня отправилась следом.

Идти далеко не пришлось, за очередным кустом показалось вывернутое с корнями дерево. Аня замерла. Из-под корней на нее смотрели желтые волчьи глаза.

– Хороший мальчик, – только и смогла сказать Аня, аккуратно ступая назад. «Вот чего не сиделось с парнями?!» – Внутренний голос безжалостно раздавал мысленные оплеухи. Огромный серый волк как будто вздохнул и опустил морду.

Уж внимательно посмотрел на Аню. На морде словно было написано: «Ты что, совсем не понимаешь?»

Аня еще раз глянула на волка. Судя по всему, он не собирался нападать.

– Да нет, это бред... – попыталась себя успокоить Аня. Она снова посмотрела на волка, а потом, собравшись с духом, спросила: – Дима, это ты?

Волк поднял морду и навострил уши. Медленно он стал выходить из-под корней дерева. Мощные лапы мягко и неслышно ступали по траве.

– Вот оно мне надо было, а? Сейчас ни рожек, ни ножек не останется. – Аня чувствовала себя глупо и не знала, куда ей деваться. Бежать назад – тогда она приведет хищника к спящим детям, рвануть в сторону – но как далеко она сможет убежать и что делать потом?

Волк замер в метре от нее. Потом поднял морду и издал звук наподобие короткого воя – невыразимо тоскливый и полный боли. Аня нерешительно протянула руку. Волк так же нерешительно подошел и ткнулся своей большой головой в ее ладонь. Осторожно Аня провела по жесткой шерсти. Рука наткнулась на цепочку, Аня аккуратно потянула ее: на металлической цепочке болтался амулет в виде раскрытой пасти волка. «Давайте Димону на ДР подарим амулет как у Ведьмака? Он же обожает!» – «Да, класс идея!» – «Ребят, я с вами, и тогда на квест ему сертификат». – «Сейчас закажу». Память услужливо подкинула картинки, как Аня сама заказывала этот кулон и они все вместе поздравляли Диму.

– Дима... – По щекам сами по себе покатились слезы. Аня упала на колени и, обхватив волка за шею, заплакала.

Всех детей развезли по домам в течение дня. Восстановив из собранных осколков зеркало, Дед смог снять проклятие. Родители вспомнили про своих дочерей и сыновей, но все произошедшее осталось в памяти как очень странный сон: дети засыпали перед домом, а просыпались уже в своих кроватях. Тут уже постарались домовые вместе с вострухами – их попросили помочь с возвратом малышей, чтобы ничья психика не пострадала после столкновения со сверхъестественным. Так что воструха всех усыпляла, Дед во сне обрабатывал, а домовой помогал в дом ребенка занести. Как Афоня потом рассказал, это все стало возможно благодаря их плану по помощи и переселению домовых: домашние нечистики очень сплотились и стали активно общаться, готовые прийти на помощь людям и ЦУДу.

Само зеркало после снятия проклятия отправилось на хранение в архив. За работу по делу Дед выписал всем премии. Ане даже компенсировали утраченную кроссовку.

– Ань, мы что-нибудь придумаем все вместе.

У нее перед носом оказалась дымящаяся кружка с кофе. Артем присел на краешек своего стола.

– Ты слышал, как можно все отменить.

– Это не вариант. Мы найдем решение. Даже если не сразу.

– Мне кажется, что все произошло из-за меня.

– Глупости. Ты ни в чем не виновата.

Волк поднялся со своей лежанки и подошел к Ане, уложив ей морду на колени.

– Видишь, зато Димон теперь может у тебя на коленках просто так полежать, – пошутил Артем.

Волк как будто чуть улыбнулся, обнажив острые клыки. Аня почесала его за ухом.

– Мы обязательно справимся, Дима. Обещаю тебе!

Дело № 32. Комаровские кикиморы

Несмотря на наступающие холода, осенний сезон овощей на Комаровском рынке был в самом разгаре. Где-то еще торговали последними арбузами, дивно смотревшимися среди людей в теплых куртках, а где-то уже привезли первую хурму и яркие мандарины. В субботний день народа на рынке было много, и Аня с Артемом, петляя между людьми, искали нужный им ларек.

– Не самый удачный день для начала работы. Вообще надо было нам взять отгул после последнего дела: шутка ли, обезвредить упыря, – ворчала Аня, уворачиваясь от проезжавшей мимо тележки с ящиками.

– Ты прямо на себя не похожа: разворчалась как бабка! О нет, неужели тебя успели тяпнуть и теперь ты превращаешься? – хмыкнул в ответ Артем. – Если что, тяпку я сохранил себе на память.

– А как же сдать в архив как вещдок?

– Да я к ней как-то привык.

– Так, неужели тебе Пална отказала возместить расходы на покупку тяпки?

– Ну и это тоже. Заявила, что с тяпками никто упырей не гоняет и она принимать такой отчет не будет. Мол, затраты не на то. Тоже мне, великий охотник за нечистью. – В голосе Артема послышалось недовольство. – О, нам сюда.

В маленьком магазинчике, не особо выделявшемся среди других однотипных жестяных ларьков, торговали различными сортами чая, кофе и какао, а также конфетами. Возле прилавка традиционно располагалась всякая мелочевка, которая цветными фантиками цепляла глаз и манила к покупке, особенно если бы сюда заглянул кто-то с ребенком. За кассой в ярко-розовой жилетке стояла брюнетка средних лет со стянутыми в пучок волосами.

– Что подсказать, ребятки? У нас тут шоколадочки привезли новые – с орехами, карамелью, фисташкой. Берите, такую в магазине не найдете, – защебетала продавщица, демонстрируя товар. Огромная шоколадка в яркой упаковке манила. Аня мысленно облизнулась, пытаясь посчитать свои финансовые возможности в этом месяце. Артем тем временем перешел сразу к делу:

– Здравствуйте, это вы Алла Витольдовна?

– Да.

– Мы тогда по вашему заявлению, что вы подавали в ЦУД. Я – Артем, это моя коллега – Анна, – важно представился Артем.

Алла Витольдовна всплеснула руками.

– Как здорово, что вы так оперативно приехали. Давайте чайку горячего налью и на все вопросы отвечу.

– Нет, спасибо, – активно замотала головой Аня, с содроганием вспоминая, что в последний раз чашечкой чая их как раз опоили, а потом бабка-упырь чуть на котлеты не пустила. – Вы лучше расскажите для начала, что у вас тут происходит. Мы в целом ситуацию знаем, но лучше услышать из первых уст, как говорится.

Дело № 31 оказалось с серьезным зубастым подвохом: пока Аня с Артемом искали пропавшую студентку Юлию и подозревали в похищении ее кавалера Вениамина, опасность таилась совсем в другом. Веня, хоть и был упырем, но совсем безобидным. Обратился из-за того, что при попытке сымитировать суицид случайно умер по-настоящему. Суперспособности не получил, зато так навсегда и остался восемнадцатилетним полноватым парнишкой с плохим зрением. Поскольку из университета его отчислили, а возвращаться домой было стыдно, то маме он ни в чем не признавался и продолжал жить на съемной комнате у дальней родственницы. Ночами работал в макдрайве, маскируясь под обычного человека. А вот та самая дальняя родственница и хозяйка дома – Алеся Францевна – как раз таки и оказалась не милой бабулькой, а самой злобной упырицей, которая при жизни Вени его кровь попивала, а потом и Юлю украла, чтобы на еду пустить. Аню с Артемом она чаем отравила и связала. К счастью, им удалось одолеть упырицу, но не без помощи Вени и Юли, пусть и ценой пожара в старом доме.

– Ох, тогда угощайтесь шоколадкой. – Алла Витольдовна ловко распаковала одну из только что расхваленных плиток, предварительно поломав ее на кусочки. Тут Аня уже не смогла устоять и сразу отправила один в рот. Шоколад таял на языке, оставляя сладкое послевкусие и определенно поднимая настроение Ани.

Алла Витольдовна же принялась рассказывать.

– На Комаровке я работаю уже не первый год. Еще с мамой и бабушкой сюда ходила торговать овощами. Потом в мясном цеху работала. А со временем вот и свою точку тут открыла в ларьке. Потеплее, чем на улице стоять с овощами, да и с чаями, кофеями мне больше нравится работать. Поэтому я знаю, что тут всегда было что-то... – Она задумалась, подбирая слово. – Необычное? Мистическое, да. Определенная мистика тут была. Встречались тут и бабки-ведьмы, и кикиморы тоже порой появлялись. Не знаю, может, потому, что когда-то болото на этом месте было? Вы же знаете, что Комаровка на месте топи появилась?

– Я как-то не задумывалась, если честно, – призналась Аня.

– Да, говорят, что тут было болото когда-то давно, потом уже Минск рос, расширялся и здесь построили самый большой крытый рынок для торговли. Некоторые даже не верили, что он так долго простоит, но годы шли, и рынок продолжал жить.

– Очень интересно, но кикиморы на самом деле изначально не болотная нечисть. Скорее, иногда это вынужденная миграция и влияние фильмов-сказок на наше представление, – поделился в свою очередь Артем. – Вы здесь видели своими глазами кикимор?

– Да. У меня стали товары путаться, теряться, что-то испорченное появлялось, будто погрыз кто-то. Я сначала на крыс хотела грешить, а потом обнаружила, что чай кто-то между собой перемешал: упаковки вскрыл и пересыпал или специи поменял местами. Крысы таким не занимаются. И соседи стали жаловаться, что и у них ерунда какая-то происходит похожая. Даже на открытом рынке нет-нет да что-то такое случится. И вот раз захожу я с самого утра, слышу, шуршит что-то в углу, я туда глядь: маленькие такие старушонки с длинными носами и на куриных ножках расковыряли пакеты с посудой пластиковой и вилки, ножи вытаскивают через эту дыру. Я их веником и вымела отсюда всех, а дыру заделала.

– А можно посмотреть, где она была? – уточнила Аня.

– Да, вот сюда проходите.

За витриной стояли коробки с конфетами, печеньем, чаем и прочими товарами. В самом углу, внизу около пола была видна залитая монтажной пеной дыра. Артем присел на корточки и очертил пальцами ее края.

– Как будто прорезали чем-то.

– Как она появилась, не знаю. Но пока я ее просто пеной залила, потом, может, вообще всю стену гипсокартоном зашью. Чтобы аккуратнее было и теплее.

– Понятно. А с соседями не говорили?

– Пока нет. Еще подумают, что я крышей поехала, «Битву экстрасенсов», скажут, пересмотрела. Стала в интернете искать подробнее, как от них избавиться, и тут на вашу компанию наткнулась. Необычно, конечно, но я подъехала, пообщалась и поняла, что вы тоже в этой всей теме. Сможете помочь?

– Постараемся разобраться, – заверил ее Артем. – Мы тогда прогуляемся по местности, посмотрим, что происходит. Может, посоветуете, с кем еще можно поговорить?

– Хм, знаете... Давайте я сама попробую в течение дня со всеми переговорить, с кем общаюсь, и тогда завтра с вами соберемся и обсудим.

Условившись оставаться на связи, Аня с Артемом направились исследовать местность. Ничего необычного в глаза не бросалось: продавцы нахваливали свой товар, покупатели, обвешанные пакетами, придирчиво выбирали, что еще бы взять. Неожиданно громкие, полные возмущения крики привлекли их внимание. Ребята быстро направились к месту, откуда доносился шум.

У прилавка с фруктами голосила явно недовольная покупательница – пожилая женщина, которая одной рукой трясла тонким пакетиком с фруктами, а другой сжимала ладонь внука (который периодически как листик качался следом за активно двигающейся всем телом бабушкой).

– Я буду жаловаться! В администрацию рынка! Что вы мне тут подсунули?!

– Жэнщина, не знаю, как так вышло, я поменяю, – пытался успокоить ее продавец. Несмотря на внушительный рост, густую черную шевелюру и темные глаза, выглядел он очень добродушно. – Успокойтесь, вай, такая красивая, не надо ругаться!

– Я вам тут не женщина!

– А кто? – растерялся мужчина.

– Потребитель! И вы!.. – Покупательница разгневанно ткнула пальцем в сторону продавца. – Нарушили мои права!

Вокруг бушующей пенсионерки собралась толпа ненавязчивых зевак: всем собравшимся было очень интересно, но при этом люди вокруг делали вид, будто совершенно не лезут в возникший конфликт и заняты своими делами.

– Вот, заберите дэньги, ребенку в подарок киви, сладкий! – Торговец протянул деньги и фрукт – все это моментально исчезло в недрах «потребительской» сумки.

– Думаете, откупиться?! Я это так не оставлю! Пойдем отсюда, Леня, за мной! – С этими словами женщина развернулась и активно двинулась в сторону выхода, таща за собой внука.

– Жэнщина! А вернуть фрукты?! – закричал ей вслед продавец, но, видя, что никто не собирается возвращаться, просто махнул рукой: – Ай, что за день?!

Мужчина огорченно стал осматривать товар, крутя в руках каждый фрукт и бесполезно перекладывая их с места на место. Посетители продолжили буднично прогуливаться по рынку, обходя его точку.

– Чертовщина какая-то! – в сердцах пожаловалась одна продавщица своей молодой коллеге. – У Алика всегда хорошие фрукты, а тут прогрызенные попались!

– Может, она сама где подменила и принесла, – поддакнула ей товарка.

Аня с Артемом переглянулись. Внезапно погрызенные фрукты могли быть результатом работы или мышей, или...кикимор.

– Извините, мы тут слышали, у вас проблема? – вежливо обратилась Аня к Алику.

– Никаких проблэм, красавица, – заулыбался в ответ продавец. – Чэм помочь, а? Вкусный хурма, фейхоа и гранат. О, гранат просто сказка!

– Знаете, а давайте гранат. – Аня посмотрела на насыщенно-красные плоды. – А чьи?

– Армянские, самые лучшие, да! – поднял указательный палец вверх Алик. – Вот бэри, инжир в подарок. Попробуешь, еще вэрнешься – у меня всегда вкусно, да!

– Ну не знаю, Ань, вон тут про погрызенные фрукты говорили. У него там мыши, может, бегают, – с сомнением протянул Артем, поднимаясь на цыпочки и пытаясь заглянуть за коробки с фруктами.

– Э! Это ошибка, да! Нэту тут мышей!

– А может, что странное видели? Необычных существ, например? – резко спросил Артем, вглядываясь в Алика. Тот вздрогнул.

– Нэ-эт. – Алик замотал головой. – Идите, все. Все у меня хорошо! Подходи, покупай!

Отойдя подальше, Артем тихо заметил:

– Все у него хорошо, а деревянный амулетик лежит под прилавком!

Галина Павловна громко стучала красными ногтями по клавиатуре, вбивая цифру за цифрой в очередной отчет. По всему кабинету растекался запах травяного чая из фарфоровой кружки, стоящей справа от главного и единственного бухгалтера ЦУДа. Рядом с ней же было и блюдце с темно-красным вареньем.

– Здравствуйте, Галина Павловна, – вежливо поздоровалась Аня. – Я к Петру Васильевичу, Афоня сказал, что он ждет.

– Да, проходи, к вам клиент пожаловал, – подняла густо подведенные глаза бухгалтер. – Анечка, там на кухне тертая клюква с медом, попробуй обязательно. Она чудо как хороша! И для здоровья полезно очень!

– Спасибо, попробую. А это вы сами делали?

– Это вот нам гостинцы привезли. Хорошие клиенты на вес золота! Все, беги, а то начальство ждет и мне работать нужно.

Вежливо постучавшись, Аня зашла в кабинет.

– Добрый день!

И замерла. На кресле, аккуратно пододвинутом к столу Деда, расположился темноволосый мужчина в нелепом наряде – Ужиный король собственной персоной. Его змеиное величество было одето в спортивные, растянутые на коленках штаны, майку с характерной надписью «Царь, просто царь» и махровый халат. «Блины-оладушки, только этого сейчас не хватало... Мы же ничего пока не придумали», – поняла вдруг она.

– Добрый день, Анна! А Артема где потеряли?

– Он отошел ненадолго, там Веня же обживается у него, знакомятся с хозяйкой сегодня. Артем хочет вторую комнату открыть и туда Веню поселить, если договориться получится на съем всей квартиры. А Афоня мне вот как сказал, что вы просили зайти, так я и подошла сразу.

– Понятно, – кивнул Дед. – К нам пожаловал Ужиный король, хотел бы уже приступить к исполнению сделки, что вы с ним заключили.

– Доброго дня, Анна, – вежливо вступил в беседу молчавший до этого змей. – Я бы хотел перейти к более активным поискам моей невесты. С чего будем начинать?

– Ваше величество, давайте на этом моменте я передам вас в руки Анны. Сделка, безусловно, уже заключена, но попрошу коллегу соблюсти формальности и заключить договор оказания услуг в письменной форме. По условиям Анна все согласованные с вами договоренности перенесет на бумагу. И параллельно ребята займутся вашим вопросом. Все же под контролем у вас, Анна, да?

– Да? – глупо переспросила Аня, а потом, спохватившись, кивнула: – Да, конечно. Прошу за мной, все оформим и тогда поговорим подробнее.

В кабинете был только Дима, точнее, большой серый волк, в шкуре которого ему приходилось теперь жить. Когда Аня вошла вместе с Ужиным королем, он настороженно поднял уши, не сводя глаз с гостя.

– М-м, колдовское проклятие, – цокнул король. – Мне ужи нашептали, что не все у вас прошло спокойно.

– Вы можете что-то с этим сделать? – В душе Ани вспыхнула надежда: Ужиный король – очень древнее существо, и, если он на глаз определил проклятие, может, и знает, как от него избавиться.

– Увы, колдовскими проклятиями так глубоко не интересовался, – развел руками змей.

– Жаль, – огорченно вздохнула Аня и представила их друг другу: – Это Дмитрий, он меня тогда спас. Дима, это Ужиный король, он наш клиент.

Волк чуть склонил голову в приветствии, но продолжал внимательно следить за гостем. Аня прошла к своему столу и указала на стул напротив. Ужиный король грациозно опустился на предложенное место.

– Чай, кофе? Воды?

– Благодарю, я уже выпил чашечку чая.

– Хорошо, тогда сейчас я подготовлю договор, и мы с вами все обсудим подробнее.

Ужиный король не мигая уставился на волка. Они так и сидели как две статуи, гипнотизируя другу друга, пока Аня печатала документы. «Где же Артем? Надеюсь, пока я тут вожусь с договором, он появится, и мы вместе что-нибудь решим», – мрачно размышляла Аня, пытаясь придумать, что ей делать дальше. Где искать потенциальную невесту, она пока даже предположить не могла.

С формальностями было уже закончено, а Артем так и не появился.

– Итак, эм... – неловко начала Аня, подбирая слова: – Ваше змейшество...

– Ваши коллеги говорили «величество», хотя как только Ужиного короля не называли за все это время люди, – чуть приподнял уголки губ в улыбке мужчина.

– Простите, а имени у вас случайно нет? Просто сейчас все по именам друг друга называют, и если вас с кем-то знакомить... – краснея, начала тараторить Аня. Смущение было ей несвойственно, но под взглядом немигающих черных глаз она чувствовала себя немного неуверенно.

– Мне не было необходимости в нем, но, если вы считаете, что так будет лучше, давайте подберем. Что посоветуете?

– Эм... минутку. – Аня внимательно посмотрела на Ужиного короля. Бледная кожа, большие черные глаза, узкий длинный нос, жесткая линия тонких губ. Аня стала в уме перебирать имена, примеряя, какое подошло бы больше всего. Наконец, она предложила: – Может быть, Георгий?

– Если оно будет уместно, то вполне, – согласился Ужиный король.

– Тогда давайте «Георгий Король». Так и оставим. Звучит хорошо, отчество пока опустим. На этапе знакомства, думаю, не стоит сразу рассказывать, что вы не совсем человек. Точнее, совсем не человек. Да, для начала надо глянуть, насколько вы с кем-то сошлись бы. И поработать над вашим внешним видом.

– А что не так? – непонимающе вскинул брови «Георгий».

– Выглядит немного... э... не очень актуально, – осторожно пояснила Аня. – У вас есть еще наряды?

– Знаете, нет. Это мне домовики нашли, что было. Так что, пожалуй, не помешает собрать гардероб. По поводу оплаты не волнуйтесь, вот, тут хватит? – На стол Ани легли золотые монеты.

– Минутку, – попросила она и вышла из кабинета. Через пару минут Аня вернулась, а вместе с ней в кабинет вплыла Галина Павловна на безумных каблуках (Аня с момента, как впервые увидела ее обувь, не могла понять, как бухгалтер могла вообще передвигаться).

– Ваше величество, позвольте, я организую ваши финансовые вопросы. – Галина Павловна легким жестом руки смахнула все золото в небольшой пакетик. – Анна, я наличные вам привезу. Пока можете воспользоваться своими средствами, все будет возмещено.

– Спасибо.

Галина Павловна так же легко выплыла из кабинета. Не успела за ней закрыться дверь, как, наконец, появился Артем с семенящим за ним Веней.

– Ты представляешь... – начал было Артем, но заметив, что Аня не одна, так и не закончил фразу, изменив тему: – О, добрый день, ваше величество!

– Добрый день! Я смотрю, у вас тут весело: сначала проклятые волки, а теперь и упыри ходят среди бела дня.

– Здравствуйте, не беспокойтесь, я не опасный, – покрылся красными пятнами Веня. Дима подошел к нему и обнюхал. Потом отвернулся и снова уселся гипнотизировать Ужиного короля.

– Вень, падай на... – Артем огляделся. Единственный условно свободный стул в кабинете был занят клиентом, а больше мебели и не водилось. – На мое место, вон туда, – бодро закончил Артем. Сам он примостился на подоконнике за Аней. Она кратко ввела напарника в курс дела: что уже успели сделать (договор, имя, деньги) и какие пока шаги обсуждают дальше (имидж).

– Вам повезло, что с нами с сегодняшнего дня работает специалист по отношениям! Вениамин. – Артем ткнул пальцем в ошалевшего Веню. Аня повернулась к Артему с ощущением, что на ее лице можно прочитать бегущую строку: «Ты сегодня случайно головой не бился?!»

– Я?!

Артем невозмутимо кивнул:

– Вениамин все знает о важности любви и построении успешных отношений с противоположным полом. Еще у нас есть отличный стилист, пойдемте, я провожу вас, он займется вашим новым образом.

И увел за собой Ужиного короля из кабинета. Аня с Веней лишь удивлено посмотрели ему вслед.

– Аня, а что происходит?

– Я не знаю, – честно ответила Аня. – Как у вас прошло с хозяйкой?

– Нормально, к счастью, она не упырь, а вполне адекватная оказалась. Мы договорились на комнату, и даже не очень дорого, раз Артем уже не первый год снимает и за меня поручился. Сокрушалась, правда, что лучше бы он семью завел, а не друзей приводил жить.

– И надолго ты планируешь снимать?

– До нового года, а там посмотрим. – Веня смущенно добавил: – Может быть, и с Юлей съедемся.

– Ого, а у тебя серьезные планы! – улыбнулась Аня.

По Вене невооруженным глазом было видно, как сильно он влюблен в Юлю. Но и она, узнав правду об упыриной сущности без плюшек в виде неземной красоты (а Веня был пухловат и розовощек) и денег (откуда же им взяться, если и при жизни не водилось), тоже не бросила его. Сказала, что любит и упырем. Так что чувства у ребят были взаимные, что не могло не радовать Аню. Мягкий тычок в руку вырвал из размышлений. Она опустила глаза и встретилась взглядом с волком. Дима сделал еще шаг и провел по ее бедру лобастой головой. Аня мягко погладила его между ушей.

– А это у вас настоящий волк? – осторожно уточнил Веня, указав пальцем.

– Это Дима, мы с ним работали вместе, пока его не превратил в волка один колдун. Пока мы не знаем, как вернуть его назад.

– Опасная у вас работа.

– Ну твоя бабка-арендодательница была не менее опасна. Как вспомню ее, так вздрогну! Ты молодец, Веня. Главное, больше никаких секретов серьезных от Юли, если хотите построить настоящие отношения.

Веня важно кивнул. Дверь в кабинет распахнулась.

– Ну что, Веня, готов к первому заданию? Сейчас Гена там занялся внешностью Ужиного короля...

– Георгия, – перебила Аня. – Мы подобрали ему имя Георгий.

– Отлично, – кивнул Артем. – Тогда Георгий сейчас приводит себя в порядок, ты, Веня, дуешь за мной, расскажешь ему, как с девушками знакомиться, что в отношениях важно. А мы с Аней будем с кикиморами разбираться.

– Но я же не знаю, что говорить! – испуганно воскликнул Веня.

– Импровизация, Вениамин, в нашем деле все. Тем более ты сам хотел попробовать поработать с нами. Всё, идем.

– Артем, мне на пары уже пора бежать, – спохватилась Аня, подрываясь с места. – Так что давай ты сам пока по кикиморам. Вечером спишемся.

Аудитория 609, несмотря на субботу, была полна студентов: одни увлеченно писали конспект, пытаясь зафиксировать все самое важное из лекции, другие тихо перешептывались, третьи готовились к семинарам, маскируясь, чтобы лектор не заметил, а кто-то даже умудрялся спать в самом конце длинного ряда.

– Ань, – прошептала сидящая рядом Женька. – Ань!

– Что? – не поднимая глаз от конспекта, спросила Аня.

– Вы куда там Геночку уже запрягли? Мы должны были в кино пойти! А он сказал, что задание появилось срочное от Артема, и все, приходится мне на лекции сидеть!

– Жень, ты учиться сюда поступала или по свиданкам бегать?

– Одно другому не мешает. Молодость у меня одна.

Лектор замолчал. Аня с Женькой тоже на всякий случай, осторожно бросив взгляд на преподавателя. Он протер очки и снова продолжил.

– Так что, ты домой после пар? Может, заскочим в «Мак»?

– Не, мы на сеанс попозже пойдем. Гена как раз заедет за мной сюда. Так что за дело-то, а?

– Жень, вообще-то, у нас наши дела – служебная тайна.

– Ой, да брось! – слишком громко фыркнула Женька. Ребята спереди обернулись на шум.

– Все, сиди молча. А то нас с лекции выгонят.

Женька насупилась и до конца лекции сидела с обиженным лицом, делая вид, что увлеченно слушает преподавателя. Аня лишь тихо про себя усмехнулась, продолжая писать конспект. Помирил подружек семинар, следовавший после, когда коварная преподавательница внезапно дала самостоятельную работу, и Женьку потребовалось срочно спасать от вопросов по неизвестной ей теме.

На улицах города уже горели фонари, когда последние студенты покидали альма-матер. В их числе были и Аня с Женькой. Не успели они сделать и шага на первую ступеньку длинной лестницы на выходе из факультета, как замерли, уставившись на двух мужчин, стоявших в самом низу.

– Гена! – первой опомнилась Женька и, широко улыбаясь, поспешила навстречу.

Аня недоверчиво потерла глаза. Она, конечно, знала, что Гена умеет мастерски перевоплощаться, но каждый раз удивлялась, как у него это получается. А еще как Женя каждый раз умудряется узнать его в новом обличии. В этот раз он предстал с ярко-рыжей шевелюрой, в кожаной косухе и джинсах. Умело подрисованные черты лица стали резче, и на носу появилась россыпь веснушек. В руках Гена сжимал букет: охряные французские розы с причудливо изогнутыми лепестками перемешивались с бордовыми герберами в окружении веточек остролиста, образуя удачную гармонию с его новым обликом. Но поразил Аню стоявший в графитного цвета пальто Ужиный король. Его темные волосы были подстрижены, по бокам выделялись огненные пряди. От всей его фигуры веяло величественностью и лоском, отчего на него нет-нет да и падали заинтригованные взгляды студенток.

– Еще раз добрый вечер, Анна, – вежливо поздоровался Ужиный король, слегка кивая.

– Добрый вечер, Георгий, – ответила Аня. – Вам очень идет подобранный образ.

– О, благодарю. Это все Геннадий постарался. А эта прелестная девушка тоже ваша коллега?

– Евгения, – тут же кокетливо улыбнулась Женька, прижимая врученный Геной букет. Он же чуть недовольно нахмурился при виде ее улыбки. – Подруга Анны и... девушка Геннадия, – торжественно закончила Женька.

– Очень приятно.

– Ладно, Аня, передаю в твои руки Георгия, а нам с Женькой пора бежать, если мы не хотим пропустить последний сеанс.

– Анна, может быть, вы тоже хотели бы сходить в кино? Я там еще не был, но наслышан, – вдруг обратился к Ане Ужиный король. Она растерянно моргнула.

– В кино? – глупо перепросила Аня. Женька пихнула ее в бок.

– Да, думаю, мне не помешает изучить, как сейчас проходят свидания. Вениамин успел поделиться, что сейчас потенциальные влюбленные ходят на встречи, которые называются свидания, – вежливо продолжил Ужиный король, чуть склонив голову и разглядывая Аню. – Подскажите, Евгения, мы вас не смутим, если поприсутствуем рядом?

– Э-э-э... – замялся Гена, но Женя тряхнула головой и бодро ответила:

– Конечно, нет. Геннадий покажет, как надо ухаживать за девушкой. Например, вот, дарить цветы, а еще можно купить что-то в подарок, правда, дорогой?

Гена сглотнул, понимая, что попал в какую-то Женькину аферу и пока не понимает до конца, в какую именно. Но под внимательным взглядом Ужиного короля он уверенно кивнул:

– Конечно, выберем что-нибудь. Так вы с нами?

– Анна? Позвольте порепетировать с вами, как общаться.

Все повернулись и уставились на Аню. «А почему бы и нет? В конце концов, это даже по работе получается: мы же обещали помочь с поиском невесты. Надо и социализировать Ужиного короля», – решила она и кивнула. Женька подхватила Гену под локоть, Георгий, заметив это, вежливо приподнял руку, молчаливо предлагая Ане так же держаться за него. Она тактично приняла приглашение, и они последовали за Геной и Женей.

«Галилео» встречал как обычно переполненным «Маком», в котором нередко возле столиков стояли чемоданы приезжающих-уезжающих граждан. Гена хотел сразу подъехать на лифте к кинотеатру, но Женька потащила его сначала забежать в магазины, а точнее, к островку с бижутерией. Там она выбрала кулон с крокодильчиком, выложенным камушками. «Очень символично», – подмигнула она Гене, который уже рассчитывался с продавщицей. Ужиный король предложил выбрать что-то из украшений и Ане, но она отказалась. «У нас же не по-настоящему», – отшутилась Аня, чувствуя себя немного неловко даже от такого предложения. По дороге она уже выяснила, что еще Вениамин успел рассказать про «человеческие» отношения. Кино, кафе, цветы, подарки – набор был стандартный.

Билет на сеанс Аня собиралась купить тоже самостоятельно, но Георгий настоял, что поход за его счет, раз Ане пришлось поменять свои планы на вечер. В ответ она купила два стакана попкорна – для него и себя. «Я ведь даже не уточнила, а что он ест. Что вообще ужи едят?»

– Мышей едят, – невозмутимо ответил Ужиный король, держа бумажные билетики в кино. – А я ем и человеческую еду.

– Ой, простите. Я не думала, что вы читаете мои мысли, – покраснела Аня. «Вот дура! Ой, а если и это прочитал? Не думать, не думать, не думать».

– Нет, это было бы слишком утомительно. Просто вы вслух спросили, – рассмеялся вдруг Ужиный король.

– Еще раз простите...

«Ну точно дура!» – подумала Аня. В зале оказалось, что билеты у них на совмещенные диванчики для парочек. Аня предложила поменяться с Женькой местами, но та отказалась, подмигнув, и устроилась рядом с Геной. Ане ничего не оставалось, как расположиться рядом с Ужиным королем. От него пахло лесом: свежесть хвои смешивалась с мягким запахом дерева и тонкой кислинкой ягод. Аню словно перенесло в лесную чащу. На глазах выступили слезы. Она вдруг вспомнила и потерянные лица малышей, которых они нашли на болоте, и Диму, который все еще бродил в волчьей шкуре.

– Что-то не так? – тихо спросил Ужиный король. В темноте зала его черные глаза вдруг стали чуть светиться желтым. Аня неожиданно для себя отчетливо ощутила, как на нее смотрит не человек, а огромная древняя змея.

– Все в порядке, – слабо улыбнулась Аня. – Давайте смотреть кино.

Он задержал дыхание, словно хотел что-то сказать, но промолчал, лишь кивнув. Больше за время сеанса они не говорили.

Когда Аня пришла на работу, Артем уже сидел в кабинете, обложившись бумагами. Его компьютер гудел, на стопке книг возвышалась дымящаяся чашка.

– Доброе утро! Что-то ты сегодня рано, – заметила Аня, вешая куртку на крючок. Волка в кабинете видно не было. – А где Дима?

– Он сегодня с Лехой и Геной. Поехали отлавливать лося в Степянке.

– Ого, а что за лось? Разве этим не МЧС занимается или сотрудники зоопарка?

– Есть подозрения, что лось не обычный. Так что сегодня ребята рванули на полевые работы.

– Понятно, – зевнула Аня, усаживаясь на свое место.

После кино они еще заглянули в кафе. И когда наконец добрались до общежития, Ужиный король применил то ли ментальные чары, то ли обаяние, но вахтерша пропустила Аню с Женькой в общагу без вопросов, хотя комендантский час уже начался. Когда они улеглись, было уже достаточно поздно. Женька осталась сладко дрыхнуть в единственный выходной, а вот Аня особо не выспалась и ей пришлось тащиться на работу, поскольку они договорились с Артемом съездить на Комаровку ближе к обеду, а до этого поискать полезные сведения по делу и обсудить свалившиеся рабочие задачи.

– Пойду-ка заварю себе кофейку...

– Конечно, если ходить с клиентами по кино, спать потом хочется. А кому-то работать...

Аня резко остановилась и с подозрением уставилась на Артема.

– Эй, ты чего?

– Да ничего, – состроил невинное выражение лица Артем, дуя на чашку с чаем.

– Ладно, я вернусь с кофе, и поговорим, – махнула рукой Аня и направилась на кухню.

Чайник пришлось ставить заново: несмотря на еще горячие бока, он оказался абсолютно пуст. В банке из-под кофе сиротливо жались ко дну остатки темно-коричневых крупинок. Аня вздохнула: утренний кофе был под угрозой.

– Пу-пу-пу, – протянула она, оглядывая полки в поисках запасных банок.

– Посторонись, гуманитарная помощь. – На кухню протиснулась металлическая тележка, следом за которой показалась пушистая голова Афони.

– Это ты сюда все накупил?

– Ну а куда же еще?! Я же тут обитаю и за хозяйство все отвечаю. Вот кофе взял попробовать новый, ты же любишь с утра заваривать. Я еще и сливочки взял в упаковках маленьких раздельных для клиентов. Сервис крайне важен в нашем деле. Но ты можешь тоже попробовать, а то пьешь всегда черный.

– Спасибо, Афоня. Но я люблю без молока. – Аня открыла банку кофе и с наслаждением вдохнула горьковатый запах.

Две ложки кофе, ложка сахара и кипяток. Ритуал, который Аня повторяла каждое утро: сначала в общежитии, а потом по утрам в офисе, когда решила перенести свою маленькую кофейную церемонию на работу. Все-таки начинать день с чашечки кофе ей нравилось. Дима как-то предлагал принести ей маленькую кофемашину, но Аня тогда отказалась. Она любила обычный растворимый и обязательно заварить его привычным способом.

– Аннушка, а у меня для тебя хорошие новости, – вкрадчиво вдруг промурчал Афоня, хитро сощурив глаза.

– Какие? – подняла бровь Аня.

– Помнишь, я обещал тебе найти кавалера? Так вот, есть хороший вариант.

– Афонь, я же тогда пошутила...

– А надо бы уже серьезнее относиться к жизни! Не бери дурной пример с этого балбеса Артема. Вон, у Зои уже трое детишек – два мальчишки и девчонка, у Леши две девочки, Гена в отношениях, даже у упыря вашего есть девушка!

– У Артема нет никого, – попыталась возразить Аня.

– Артем балбес просто, – отмахнулся Афоня. – В общем, надо брать Ужиного короля! – торжественно поднял лапку вверх домовой.

– Что?! – поперхнулась кофе Аня.

– Не «что», а брать в оборот Ужиного короля! Аня, у тебя такой шанс. Смотри: он не просто нечисть подзаборная без роду и племени, а древнее могущественное существо. Выглядит, как ты описывала: высокий, темноволосый, статный мужчина. Богатый к тому же, – принялся перечислять Афоня. – Да, без квартиры, как ты хотела. Но! С его возможностями вы лучше себе дом отгрохаете, а то и вообще в его хоромы переберешься. Он же Король! Там и замок подземный есть.

– Афонь, спасибо за беспокойство. Но я не собираюсь «брать в оборот» Ужиного короля. Тем более он наш клиент – это как минимум непрофессионально.

– Но в кино ты с ним уже ходила! Чего теперь ерепенишься? – сложил лапки на груди Афоня.

– О, и ты туда же! Откуда уже успел узнать? Гена рассказал?

– Гена, – не стал скрывать Афоня. – Но не это важно, а то, что Ужиный король – очень даже выгодная партия!

– Все, Афонь. Никаких партий, я пошла работать. У нас еще кикиморы не изгнаны на Комаровке, – махнула свободной рукой Аня и поспешила ретироваться из кухни подальше от домового.

«Тоже мне, Роза Сябитова на минималках нашлась! И Артем еще со своими недомолвками! – возмущалась про себя Аня. – Гена всему офису растрепал непонятно что, когда я, между прочим, в рамках дела ходила!» Громко хлопнув дверью (насколько это было возможно с кружкой кофе в руках), Аня целеустремленно прошагала к своему месту под недоуменным взглядом Артема. Засунув наушники в уши и включив погромче музыку, она начала изучать историю Комаровского рынка, решительно игнорируя взгляды напарника.

Аня даже не заметила, как в один момент все кипевшее внутри раздражение стало отпускать, а она сама – все больше погружаться в новые и интересные факты. Всем известный Минский Комаровский рынок, точнее, его крытая часть, был открыт в 1980 году и являлся уникальным на тот момент архитектурным сооружением: огромная куполообразная крыша не подпиралась изнутри колоннами. Пространство рынка под ней было абсолютно свободно для многочисленных торговых точек. Само сооружение стало памятником архитектуры и градостроительства. «Интересно, сколько из тех, кто приходит на рынок за продуктами, знает, насколько уникально это место?» – думала Аня, читая попадающиеся ей статьи.

Вот только начиналась история всего района Комаровки с одноименной деревеньки и... болота, как им уже говорила Алла Витольдовна. Писали, что на Комаровском болоте даже организовали Болотную станцию, сотрудники которой занимались его изучением и осушением. А то не видать было бы Минску ни трамвайных путей, ни площади Якуба Коласа, ни рынка, ни парка Дружбы народов.

В жилой части Комаровки тоже места были не из приятных: писали и о большом количестве мошкары из-за болотистой местности, и о бедноте тех, кто тут обитал. Окраина города не считалась завидным районом. Сейчас тут, по сути, центр Минска, кипящий жизнью, со снующими туда-сюда трамваями, автобусами и шумными машинами горожан. Время и люди волшебным образом меняли город. Но заинтересовало Аню другое – легенда о Федьке Комаре, юродивом, который то ли украл золото, то ли не украл, то ли утонул на болоте, то ли нет. Истории в своих версиях расходились. Едиными оставались лишь сами элементы: Федька Комар, золото и болото. От его же прозвища и пошло название «Комаровка».

В коридоре раздался грохот. Аня с Артемом недоуменно переглянулись. Снова что-то громыхнуло и послышались сдавленные ругательства Гены. Поднявшись со своих мест, ребята поспешили выглянуть из кабинета.

ООО «ЦУД» была, конечно, необычной организацией и клиенты по коридору иногда ходили достаточно неожиданные: то бобр, то домовые. Но вот сейчас в коридоре теснился (в прямом смысле этого слова) здоровенный лось. Широкие раскидистые рога почти касались потолка (судя по лежавшему на полу бра, именно они и стали причиной его падения), длинные ноги медленно переступали по выложенному елочкой паркету. По бокам, уворачиваясь то от копыт, то от рогов, суетились Леха с Геной. Волк не спешил лезть на рожон, осторожно замыкая процессию.

– Давай вот сюда иди!

– Аккуратнее!

– Ребят, посторонись! – скомандовал Леха, и Аня с Артемом синхронно шагнули назад, столкнувшись в дверях. Артем чуть отступил, пропуская ее первой подальше от лося. – Сейчас к нам в кабинет загоним.

С кабинетом вышла промашка. Как выяснилось опытным путем, входные двери в ЦУД были шире обычных, потому лось с рогами и смог пройти внутрь офиса, а вот в кабинет к ребятам уже не пролазил. Наблюдавший за всем Артем предложил рога спилить. Лосю идея определенно не понравилась, потому как Артем чуть не получил этими самыми рогами по пятой точке. На шум прибежал и Афоня. Покружив вокруг парней и лося, поохав, он что-то покрутил лапами, а потом просто разобрал дверной проем и увеличил вход.

В кабинете лось замер посередине, окруженный тремя столами: один аккуратный, абсолютно чистый, с ноутбуком и календарем со сменными фотографиями, с которых смотрели две светловолосые девчонки с котом в обнимку; второй – с фигурками из аниме и игр, кружкой с Чебурашкой (Артем не мог упустить случая пошутить над Геной, когда его крокодилья сущность стала известна) и разложенными папками со стикерами и огромным монитором; а третий – с закрытым ноутом с виниловыми наклейками на крышке, горшочком с алоэ и разнообразными баночками-скляночками из темного стекла. К счастью, кабинет у парней был одним из самых просторных помещений в ЦУДе, поэтому даже здоровенный лось влез, а заодно хватило места на остальных: Гену, Леху и Аню с Артемом. Афоня хотел остаться, но заметив сбитые по коридору светильники и поврежденный косяк у входной двери, схватился за пушистую голову и помчался приводить все в прежний вид.

Все замерли, уставившись на лося. Волк уселся рядом с Аней, пушистым боком прижавшись к ее ноге.

– И что дальше? – поинтересовалась она. – Это тоже кто-то из местных нечистиков?

– У нас как-то лоси не особо попадались в легендах, насколько я помню, – отозвался Артем.

– Так он и не местный, – подтвердил Леха, усаживаясь на свое место. Аня заинтересованно посмотрела на него:

– А как вы поняли?

Лось быстро заговорил на неизвестном языке, но осознав, что Аня с Артемом его тоже не понимают, замолчал.

– Хм, вопрос сам собой отпал.

В кабинет вежливо постучали. Аня с Артемом обернулись: в проеме разобранной входной двери стоял Ужиный король.

– Доброе утро! Афоня сказал, что вы здесь. Не помешал?

– Доброе утро! Да нет, мы тут заглянули к коллегам.

Лось опять что-то буркнул на своем языке, глядя на Ужиного короля. Тот ответил ему на таком же.

– Подождите, вы что, его понимаете? – удивилась Аня.

– Конечно, – кивнул Ужиный король.

– Это какой-то особый язык?

– Вообще-то, финский. Ваш гость – один из духов леса, хийси.

– А вы откуда его знаете? – продолжила любопытствовать Аня.

– Я умею общаться мысленно, а потому могу разговаривать на любом языке. Да и любой нечеловек тоже зачастую перенимает говор находящихся рядом людей. Так что если хийси тут поживет подольше и пообщается, то тоже выучит, или ваш домовой освоит финский.

Лось кивнул. Гена радостно щелкнул пальцами:

– Ваше Величество, позвольте воспользоваться вашими глубокими познаниями языка и перевести нам беседу. Будем очень признательны!

– Можно просто Георгий. Если у Анны с Артемом пока нет для меня никаких иных предложений, то я задержусь у вас.

Гена с надеждой посмотрел на Аню. Она подняла руки:

– Никаких проблем. Георгий, будет здорово, если вы поможете. Нам пока с Артемом нужно отъехать, как вернемся, займемся вашим делом дальше. А пока передаем вас на попечение Лех... Алексею с Геннадием. Дима, идем с нами.

Широкая арка с большими зелеными буквами «Сезонный рынок» дружелюбно приглашала всех пройти в недра открытого рынка за покупками. Но в этот раз Аня с Артемом решили направиться в первую очередь в закрытый павильон с огромной вывеской «Комаровский рынок», где на прилавках разложились разнообразная молочка, мясо, рыба, хлебобулочные изделия и прочие продукты, предлагаемые покупателям вне сезона. В прошлый раз они успели пробежаться по открытой части, а вот в закрытую не заходили (Артему тогда хозяйка квартиры отзвонилась, что приедет, и пришлось вернуться).

Ребята замерли возле лестницы, разглядывая раскинувшиеся торговые ряды. В животе у Ани заурчало.

– Решила сесть на диету ради нового кавалера? – не преминул подколоть Артем. – Смотри, меня не покусай с голодухи.

– Значит, так. – Аня резко развернулась и дернула его за края куртки, притягивая к своему лицу. Проходивший мимо мужчина вздрогнул и поспешил удалиться. – Во-первых, не знаю, что вы там с Афоней надумали, но в кино я ходила только потому, что Веня с Геной просветили Ужиного короля про свидания и он хотел потренироваться для будущих встреч с потенциальными невестами; во-вторых, у нас ничего с ним не было и не будет; в-третьих, ты хоть что-то придумал, как нам невесту найти? Или только спихнул это дело на остальных?!

– Эй, ты чего?! Да пошутил я просто! Я, может, тоже все хотел в кино сходить, да как-то не с кем, – растерялся Артем, примиряюще поднимая руки. – Я нашего товарища в соцсетях зарегистрировать успел уже, чтобы расширить круг поисков. Вернемся, покажу все и его заодно научу, как пользоваться.

– За такие шуточки в зубах бывают промежуточки! Просто не надо мне приписывать всякие романы – со школы еще это бесит!

В голове у Ани, как назло, всплывали моменты из школьной жизни: вот она тайком любуется главным заводилой класса, а вот пытается втянуть живот, чтобы казаться чуть тоньше, но так некстати начавшийся пубертат округляет все формы и засыпает нос противными черными точками. Сейчас Аня понимала, что не была страшненькой, но тогда... Если твой животик чуть более округлый, чем у ровесниц, бедра чуть шире и грудь на размер больше, а в крови бушуют гормоны, то несозревший мозг выдает результаты совсем не в твою пользу. Так что чувствовала себя Аня абсолютно толстой и несчастной. Особенно когда предмет воздыхания начал встречаться с более успешной и популярной одноклассницей. Ане же «посчастливилось» получить пылкое признание от менее статусного мальчика, о чем прознали в классе. Так она стала объектом подколок и сплетен, стоически переживая свой девятый класс. В десятом дела пошли получше, а Аня приобрела аллергию на любые попытки сводничества.

– Ладно тебе, не кипятись. Пойдем, я тебя угощу чем-нибудь, есть-то, судя по услышанным мной звукам, ты и правда хочешь. Да и худеть тебе точно не стоит, нам важны мышцы в работе.

– Еще нам важен в работе мозг, Артем. Идем, заодно проверим, как тут обстановка. Пока у нас маловато данных, что и где происходит. – Аня разжала пальцы, выпуская Артема из захвата. Он демонстративно разогнулся и потер спину:

– Я начинаю думать, что с бабкой-упырицей ты бы и один на один справилась.

– Надеюсь, мне не представится возможности проверить это на практике, – поежилась Аня, вспоминая Алесю Францевну в цветастом халате, с молоточком для мяса и целым рядом острых клыков. Артем шутливо поплевал через левое плечо.

Торговая жизнь закрытого павильона, на первый взгляд, шла как прежде: продукты манили с витрин своим видом или необычностью, будто обещали невероятный вкус. Продавцы (кто-то побойче, кто-то потише) нахваливали свой товар, предлагая попробовать кусочек или же ловко отрезая грамм на сто-двести больше, понимая, что небольшой перевес все равно заберут. Завсегдатаи рынка ловко торговались, прося скидочку на мороженое детям; впервые заглянувшие зачарованно ходили от прилавка к прилавку, рассматривая предложенный ассортимент; опытные покупатели кружили меж рядов, прицениваясь и зорко следя за весом и суммой к оплате.

А вот мелкие детали выдавали, что на рынке что-то нечисто: то повешенные в укромном месте амулетики у продавцов, то перепутанные или внезапно падающие товары. Вместо конфет вдруг оказывались закрученные камушки, у булочек исчезала начинка, копченая рыбка запутывалась нитками между собой, так что невозможно было ее разделить, чаи перемешивались и так далее. За улыбками продавцов ощущалось раздражение и непонимание от досадных происшествий. Кикиморы активно и незаметно портили рыночную жизнь.

Аня пробовала невзначай поговорить с продавцами, но все либо отнекивались, либо отказывались комментировать. У Артема успехи были не лучше. Никто не хотел прослыть сумасшедшим либо действительно не замечал мелких вредительниц.

Захватив кусочек копченого сала и хлеб, Аня с Артемом уселись на лавочки напротив входа на рынок. Волк пристроился рядом: чтобы не пугать окружающих, в случае выхода в город на него надевали специальную шлейку для крупных собак и всем интересующимся говорили, что это хаски. А что на волка похож – так это просто редкий вид.

Сало честно поделили на троих. Солененькое, с легким привкусом дымка и копченого мяска, оно таяло во рту и легко жевалось вприкуску с «Нарочанским» хлебом. Аня даже прикрыла глаза от удовольствия, наконец, спасая пустой желудок от голодной смерти.

– Еще бы огурчиков, – мечтательно произнес Артем, откусывая свой бутерброд. – Надо было соленушки взять, там так вкусно пахло маринованными овощами!

– Мг-м, – промычала Аня с набитым ртом.

Дима, справившись со своей долей быстрее всех (просто заглотив целиком выделенный кусок), облизывал розовым языком пасть. Внезапно он дернулся, навострив уши. Артем пихнул Аню в бок, указывая на волка. Дима вскочил и потрусил в сторону замерших вокруг фонтана скульптур. Дама с собачкой, фотограф, лошадь, корова – черный нос волка неспешно обнюхивал каждую из них. Вдруг мелькнуло что-то маленькое, шустро несясь в сторону входа на крытый рынок.

Дима зарычал и помчался следом.

– Чья это собака! Тут люди ходят! – возмущенно закричал пузатый мужчина с пакетами в руках, шарахнувшись от волка.

– Простите! – крикнул Артем, спеша за Димой. Аня лишь состроила виноватое выражение лица, пробегая мимо. «Главное, чтобы никто не догадался, что это вообще-то волк», – мелькнуло в ее голове.

Волк уже кружил возле бронзовой статуи торговки с семечками. Металлическая баба Рая из года в год предлагала семечки к продаже, став одним из незыблемых символов Комаровского рынка. У ее ног располагался мешок с семечками, на котором стояли граненые стаканы для меры, а вокруг рук вились такие же металлические птицы. Теперь же компанию им составляло маленькое, вполне себе живое существо: размером чуть больше воробья, длинноносая старушка в разноцветных тряпочках на куриных ножках. На поясе у нее ярко алела широкая шелковая лента.

– Кикимора... – выдохнула Аня, рассматривая юркого нечистика. Кикимора что-то смешно пищала и грозила маленьким кулачком.

– Она самая, – довольно подтвердил Артем, расстегивая рюкзак и вытягивая банку с крышкой в мелкую дырочку. – Сейчас словим, а там посмотрим, что дальше будем делать.

Серый пейзаж за окном навевал тоску. Аня сонно листала новостные ленты, не в силах начать работу, кикимора мирно дремала в клетке, сложив ручки на пузике. Клетку для нее откуда-то притащил Афоня, заявив, что нечего кикиморам по офису шастать (Аня предположила, что опять домовик утащил у кого-то из соседей, но разве же он признается). К клетке снаружи был примотан оберег, чтобы она не выбралась – этот «куриный» камень Артем сохранил еще с третьего дела, когда ловили Афоню. Димы на месте не было, Артем тоже еще не появился.

– Аня! Что у вас тут происходит?! – Влетевшая в кабинет Женька решительно плюхнулась на стул, швырнув маленькую сумочку-полумесяц прямо на стол.

Кикимора испуганно подпрыгнула от резкого звука. Следом за Женькой вошла Юля с подозрительно опухшими глазами.

– И тебе привет. А что случилось? – опешила Аня, разглядывая ее в ответ: раздувающиеся ноздри тонкого носа, взлохмаченные волосы и раскрасневшиеся щеки. Настроение у Женьки было боевое, а вот Юля же выглядела скорее расстроенной. Судя по тому, что девочки заявились именно сюда, в этом всем были замешаны Артем, Веня и Гена.

– Знаешь, где Геннадий и Вениамин были этой ночью?!

– Где?

– На Зыбе! В компании какого-то мужика с баблом и Артема! Представляешь? – шмыгнула носом Юля, расположившись на пустующем стуле Артема. Подняв глаза к потолку, она продолжила: – И ладно бы мальчики вышли просто погулять, так они там девушек кадрили! У-у-у-у, упырь бессовестный!

И тут Аня поняла, что, кажется, Артем рискует сегодня пасть смертью храбрых, но глупых. А вместе с ним упокоится один очень живой упырь и крокодил. Нетронутым останется только Ужиный король (других кандидатов на роль «мужика с баблом» у нее в предположениях не было), и Ане придется заниматься его делом в одиночку.

– Так, девочки, давайте-ка я чаю заварю, а вы мне все спокойно расскажете? Вам нужно успокоиться, мне – понять, что происходит. Я уверена в чувствах обоих парней к вам и не думаю, что кто-то позволил бы себе лишнее. И когда вы успели познакомиться?

– Ой, ты же мне сама про ваше дело последнее рассказала. А когда подружка скинула мне фотки Гены, а рядом Артем и этот Веня, я сразу поняла, кто есть кто. Пробила через соцсети и нашла Юлю. Написала ей, и вот мы здесь, – как ребенку принялась объяснять Женька, так закатив глаза, что Аня почувствовала себя неловко за подобные глупые вопросы. Юля в подтверждение шмыгнула носом.

– Понятно, – пораженно протянула Аня, осознавая, что по Женьке явно плакали следственные органы, а не карьера модели. – Все, идем за чаем.

– Не хочу я чаю. Лучше неси кол осиновый! – всхлипнула Юля, вытирая рукавом нос и... разревелась.

– Юля, давай, сначала чай – потом колья. Пойдем, я тебя проведу в уборную умыться, и пальто снимай, у нас тут тепло. Женька, ты тоже свою куртку вешай вон там.

Аня обняла Юлю, помогая подняться, пыхтящая Женька потянулась следом. На входе в туалет им встретилась Зоя. Увидев зареванную Юлю, она быстро перехватила ее в свои руки, заверив Аню, что справится сама, пока та сходит за чаем, а Женя ей поможет все донести.

На кухне как раз хозяйничала Галина Павловна. Пока чайник грелся, опытная бухгалтер успела выведать у Женьки, что происходит и почему по коридору бегают грустные девушки. Услышав имеющуюся версию, Галина Павловна цокнула языком и сказала, что принесет сейчас конфеты из своих запасов.

В результате, когда ближе к полудню в кабинет ввалился сонный Артем в компании с не менее сонным Веней, на них уставились пять пар женских глаз, требовавших, во-первых, извинений, во-вторых, объяснений. И даже кикимора уперла лапки в бока, выражая царившее в кабинете недовольство. Ей тоже выделили целую конфету и налили чаю в крышечку от воды.

– Доброе утро, дамы! – неуверенно протянул Артем, оглядывая собравшихся. – Мы вашей компании не помешаем?

– Добрый обед, Артем Дмитриевич! – сухо ответила Галина Павловна, промакивая губы салфеткой. – Кажется, рабочий день у нас начинается в девять ноль-ноль. Если вы желаете трудиться только по полдня, то и заработная плата будет соответственно уменьшена.

– Проходи, Артемушка, и ты, Веня, не стесняйся. Вопросы у нас тут к вам имеются, – елейным голоском пригласила Женька, маня рукой подойти ближе. Зоя приподняла одну бровь, разглядывая парней. Юля демонстративно пила чай, даже не поворачиваясь в их сторону.

Веня побледнел и тихо прошептал Артему:

– Не нравится мне это. Кажется, мы где-то накосячили.

– «Где-то накосячили» – это так теперь называется?! – не выдержала Женька, метая молнии глазами. – Где этот зеленый паразит?!

Юля, трясущимися руками отставив чашку на стол, негромко заявила не поворачиваясь:

– Я все знаю, Вениамин!

Веня икнул. Артем поднял ладони вверх.

– Стоп, что происходит?

– Артем, не хочешь рассказать, что вы делали сегодня ночью? Кажется, ты так сильно переживал, что я в кино без тебя ходила, аж по барам и клубам тоску свою пошел глушить? Еще и Веню следом потащил?! – поинтересовалась Аня.

– А-а-а, так вот почему переполох, – облегченно протянул Артем и улыбнулся: – Прости, что не взяли с собой. Но это было все в рамках работы над делом по Ужиному королю. Мы чисто мужской компанией с ним вышли, чтобы на практике поработать над знакомством с девушками.

– Над знакомством с девушками? – дрожащим голосом переспросила Юля, и из ее глаз снова хлынул поток. Задев плечом Артема, Веня подлетел к любимой и принялся утирать ей слезы.

– Юленька, я ни с кем не знакомился. Честно-честно. Я вообще идти не хотел, прости, пожалуйста. Только не плачь! Хочешь, можешь на меня чай свой вылить или... – взгляд Вени заметался по столу, – вот можешь даже папкой меня стукнуть!

– Давай, Юль, мочи клыкастого! – кровожадно потребовала мести Женька. – Я из своего тоже себе сумочку сделаю. А потом мы пойдем на Зыбе себе кавалеров искать! Нет, лучше на Октябрьской или Комсомольской!

– Эй, полегче! Давайте тут без причинения вреда! – поспешила вклиниться Аня, на всякий случай отодвигая свои папки. – Артем, ты не мог бы как-нибудь понятнее объяснить?!

– Так а что тут такого? Навели паники на ровном месте. Веня с Геной ни к кому не клеились, один вообще сидел себе смирно, сок томатный попивал через трубочку, второй все никак наесться не мог. Мне просто нужна была поддержка в деле. Агапий-то на рабочем месте много времени не уделит.

– Ты еще и Агапия с собой потянул?

– Не потянул, а к Агапию в гости заглянули. Он нам место организовал посидеть. Ну, чуть сватал иногда Ужиного короля приходящим девушкам. А Веню с Геной не сватал, – поспешил добавить Артем, заметив, как сморщился нос у Юли в преддверии новой волны слез, а Женька кровожадно сверкнула глазами (Веня, заметив, даже еще сильнее побледнел). – Больше не буду так делать – во всяком случае, Веню с Геной никуда не потащу. Обещаю, что они будут сидеть дома как порядочный упырь и домашний крокодил. Зуб даю, ну или Венин клык ставим.

Веня активно закивал, подтверждая слова Артема и демонстрируя длинные острые клыки. Юля снова разрыдалась и повисла у него на шее. Аня же рефлекторно дернулась: упыриные клыки вызывали у нее не самые приятные ассоциации.

– А где Гена тогда? – грозно уточнила Женька, ритмично постукивая острым носком кожаных сапожек. Ее возлюбленный как раз-таки и отсутствовал в кабинете.

– Так он сегодня в командировке с Лехой: повезут несчастного лося обратно в родные края.

– Какого лося? – не поняла Женька.

– Хийси, они выловили его в Степянке или Лошицком, – я уже сам что-то забыл, – почесал голову Артем. – Короче, не лось это, а дух финский. Он случайно сюда попал: из любопытства забрел на корабль, а тот возьми, да и отплыви: из Финляндии в Латвию шел. Посреди моря не выйдешь, сошел уже в Риге. Превращаться в человека еще не умеет, вот он лосем и бродил несколько лет. В конце концов и до Минска добрался. Теперь ребята его через Питер назад повезут – там кто-нибудь из местных дальнобойщиков его до Финляндии подкинет. Вернется в родные края.

– Гена вроде говорил, что тебе писал, – вдруг подал голос Веня.

Женька схватила свою сумочку и стала в ней копошиться. Внутри что-то звенело, шуршало, трещало (Аня даже диву далась, сколько в такую маленькую сумку помещалось), пока на белый свет не был вытащен телефон с длинной царапиной на весь экран. Легкими касаниями пальцев Женька пробежалась по своим соцсетям и... расплылась в улыбке.

– Ой ты мой сладкий зубастик! Анют, он мне, оказывается, и кружок записал, как они едут, и обещал еще из Питера привезти подарочки. Но для профилактики я ему все равно сейчас устрою небольшую взбучку.

Галина Павловна одобрительно кивнула, а Зоя показала большой палец вверх. Женька стала быстро строчить сообщение в ответ Гене.

– Если мы разобрались, можем переходить к работе, наконец? – сложил руки на груди Артем, окидывая взглядом всех собравшихся. – Нам с тобой и кикиморой еще ехать на опознание к Алле Витольдовне.

– На опознание?

– Да, проверим, таких ли кикимор она видела.

Зоя поспешно поднялась со своего места.

– Я, пожалуй, пойду, а то и правда засиделась с вами. Глеб тем более в отпуске, я одна в приемной за двоих работаю. Если что – заходите и сами в гости.

Следом за ней к себе отправилась Галина Павловна, вспомнив, что у нее еще отчет не подготовлен. «Вечно у этой бухгалтерии какие-то отчеты», – пробурчал Артем, предварительно убедившись, что бухгалтер уже достаточно далеко. Юля с Веней в обнимку отправились по магазинам: Венины вещи погорели при пожаре. Хоть Афоня и занялся устройством быта упыря, принятого ЦУДом на поруки, часть вопросов все равно оставалась на самом Вене.

Артем с удовольствием плюхнулся на свое место.

– Евгения, а вы никуда не спешите?

– А? – оторвала взгляд от телефона Женька. – А, ой. Ладно, не буду мешать вам вершить ваши «ЦУДные» дела. Встретимся на парах, Анют.

Кабинет, наконец, снова стал выглядеть как обычно – почти как обычно: два стола, Аня, Артем и кикимора в клетке. Аня посмотрела на часы: до занятий оставалось всего два с половиной часа, а по работе за сегодня ничего еще толком не было сделано.

– Так что с опознанием?

– Я договорился на вечер. После пар твоих к девяти поедем в гости к Алле Витольдовне. Встретимся на Якуба Коласа, если что – она в «кукурузках»^[23] живет.

Аня кивнула, задержав взгляд на кикиморе.

– Артем, а кикиморы, получается, умеют разговаривать между собой? Как-то же они организовались...

Артем перевел взгляд на притихшую кикимору и задумался.

– Не встречал таких сведений. Кикиморы – дух шкодливый. С ними никто особо-то бесед и не вел никогда. Но разум у них есть, и да, они как-то организовались.

– Знаешь, когда я готовила всем чай и предложила кикиморе, она кивнула. Значит, понимает нас, – вдруг осознала Аня. – Как-то неловко тогда ее в клетке держать.

– Мы сейчас делом занимаемся; вот не шкодили бы на рынке, не сидела бы она в клетке, – резонно заметил Артем, откидываясь поудобнее на стуле. – Ань, я понял, к чему ты клонишь. Думаешь, Ужиный король может перевести нам?

Аня кивнула:

– Ага, лося же с финского он перевел. И с ужами как-то своими общается. Чем кикимора хуже?

– Хм, резон в твоих словах есть, – начал грызть карандаш Артем, разглядывая кикимору и что-то обдумывая. Кикимора высоко подняла голову, словно пыталась дать понять, что она ничем не хуже ужей. Помолчав пару минут, Артем решительно хлопнул по столу. – Давай попробуем. Король пока сегодня на встречах с девушками, с которыми вчера познакомился. Я попрошу его вечером тоже подъехать. Там сразу и поговорим, чтобы время не терять.

Алла Витольдовна жила во второй «кукурузке» на шестом этаже. Дома она оказалась такой же радушной, как и при первой встрече, и такой же яркой. В этот раз Алла была в домашнем шелковом костюме со змеиным принтом и подколотыми вверх волосами, перехваченными скрученным платком. На груди блестели каменные бусы, а в ушах – тяжелые серьги.

Не слушая никаких возражений, Алла Витольдовна усадила Аню с Артемом поужинать вместе ее «фирменными» колдунами^[24] с фермерской сметаной. Кикиморе тоже был выделен колдун, густо смазанный сметаной. Сердобольная Алла Витольдовна даже предложила выпустить ее из клетки («не зверь же вроде опасный»), но Артем сурово отказал, мотивировав, что мелкая вредительница может сбежать. Саму кикимору опознали очень быстро: именно таких и вымели из магазинчика.

После колдунов в меню появился чай с еще одной, со слов хозяйки, «новой» шоколадкой – дубайской.

– Скоро все будут по таким шоколадкам с ума сходить. Я вам гарантирую, – причмокивая, авторитетно заявила Алла Витольдовна. – Мне вот только первую партию привезли. Пара лет – и во всех магазинах будут на прилавке.

Ужиный король приехал как раз к тому моменту, когда чай уже допили, а шоколадку доели (не без усилий Артема, который успел очаровать хозяйку то ли своими комплиментами ей и ужину, то ли тем, что напоминал ее сына, который уехал учиться в Витебскую ветеринарную академию). Алла Витольдовна проводила нового гостя к ребятам (ей он представился как Георгий Король), и невооруженным взглядом было видно, как выпрямилась ее осанка, а движения стали вдруг более плавными. Поздоровавшись со всеми, Ужиный король подошел поближе, чтобы рассмотреть пленницу.

– Кикиморы умеют разговаривать?

– Естественно, они же оживленные духи, – кивнул Ужиный король, наклоняясь. Кикимора возмущенно запищала, тыча кривоватым пальцем в Артема, потом в Аню (тут писк стал менее возмущенным).

– Знаете, она не очень довольна, что ее посадили в эту клетку. Хотя не могу не отметить вашу оригинальность. На моем веку не приходилось видеть кикимор в клетке. И кстати, ей понравились колдуны.

– Еще бы, – кокетливо усмехнулась Алла Витольдовна, – это мое фирменное блюдо! Давайте я и вам сейчас принесу поужинать.

– А давайте, давно такого не ел, – вдруг согласился Ужиный король, а потом, чуть покраснев, добавил: – И кружечку молока, если не затруднит.

– Конечно, я хорошую молочку на рынке беру – все фермерское. Если понравится, договорюсь вам на скидочку по знакомству, – мягко поднялась со своего места Алла Витольдовна и, чуть покачивая бедрами, направилась на кухню. Аня ткнула Артема в бок, выразительно пошевелив бровями, когда он повернулся. Друг усмехнулся и подмигнул. Кажется, они уже знали, как закончить одно дело.

Через несколько минут перед Ужиным королем дымилась тарелка с румяными колдунами, рядом с ней стояла щедро наложенная в блюдце сметана и огромная кружка молока. С немым благоговением змей посмотрел на хозяйку, а потом приступил к еде. Аня на пару мгновений испугалась, а не придется ли сейчас его реанимировать, потому как еду он словно проглатывал не жуя: колдуны исчезали один за другим, а сверху все заливалось молоком. Еще через несколько минут тарелки были абсолютно чисты, а Ужиный король, еле дыша, откинулся на спинку дивана и довольно прошипел:

– Вкус-с-с-сно...

– Добавочки? Или еще молочка? – кокетливо поинтересовалась Алла Витольдовна.

– Молочка можно, – кивнул Ужиный король, лениво прикрыв глаза. – И подремать бы.

– А можем мы вернуться к делу? Время уже позднее, не хотелось бы тут задерживать вас, Алла Витольдовна, – поспешил добавить Артем. – Колдуны – великолепные, но хотелось бы сейчас с кикиморами разобраться.

Алла Витольдовна недовольно поджала губы:

– Не стоит волноваться, я абсолютно свободна. Кружечку молока Георгию принесу, и можем попробовать пообщаться.

Аня еле сдержала смех от растерянного вида Артема, который явно проиграл место фаворита в этой комнате. А вот кикимора решила не сдерживаться и пискляво захихикала, чем заслужила его обиженный взгляд.

Когда вторая кружка молока была залита в Ужиного короля, Аня поняла, что путь к сердцу мужчины, даже если он хладнокровный и чешуйчатый, лежит все равно через желудок.

Допрос кикиморы оказался крайне познавательным. Во-первых, теория Ани подтвердилась: кикиморы умели общаться между собой и были крайне разумными существами; во-вторых, жили они на Комаровке еще со времен, когда вокруг стояли болота. Только сами по себе кикиморы были скорее домашними существами, появлялись в старых хатах, особенно среди бедноты, а как жизнь стала налаживаться и район – преображаться, решили так и сидеть на нажитом месте, просто став еще более незаметными для людей. Шутка ли, на рынке успеть поймать маленькую кикиморку?! И все было у них неплохо, пока однажды к ним не забрел змей.

– Подожди, какой еще змей? – вклинился в кикиморный рассказ Артем. – Уж не огненный ли?

Ужиный король задумался на секунду и пояснил:

– Да, и так его называют. Он еще женщин с ума сводит. Как огненная комета пролетает в небе.

Аня вздрогнула. Опять этот змей! В том, что это был уже знакомый им Влад, сомнений не возникало: змей не впервые попадался им, и он явно не просто так нашел кикимор.

Нечистик продолжила свой рассказ. Змей сумел собрать всех кикимор, а потом внес в их размеренную жизнь смуту: мол, как это люди перестали вас бояться и уважать? Где подношения, чтобы кикиморы не вредничали?! Пора бы напомнить, что кикимор в доме надо задабривать, чтобы порядок был. Поэтому пора начать серьезнее вредить всем. А вдобавок надо разбудить ту силу, что людей напугает и заставит уважать представителей другого вида. А именно разбудить...

На этом моменте Ужиный король остановил перевод и тихо что-то прошипел, словно выругался. Потом еще раз переспросил кикимору. Ане стало не по себе.

– Они хотят разбудить кадука, – мрачно сказал Ужиный король. Взгляд Артема потяжелел.

– Кого? – хором переспросили Аня с Аллой Витольдовной.

– Кадук – один из самых опасных представителей болотной нечисти. Его еще иногда называют хозяином болот. И после встречи с ним редко кто остается в живых, – севшим голосом пояснил Артем. – Я бы никогда не подумал, что где-то в Минске может быть кадук. Он же способен кучу народа перебить!

– Из-за осушения болот он впал в спячку. Кто-то из местных ведьм, работавших тогда с мелиораторами, помог его усмирить. А кикиморы сейчас хотят разбудить, – продолжил переводить Ужиный король. Кикиморка воинственно запищала и топнула ногой. – Точнее, часть кикимор хочет разбудить, а часть не хочет, потому что кадук опасен и для них самих. Вот наша из тех, кто не хочет.

– Где спит кадук и как скоро кикиморы собираются воплотить план в жизнь? – уточнил Артем, напряженно всматриваясь в кикимору. Та пропищала что-то, ткнув пальцем в окно.

– Что она сказала?

– Обряд надо проводить в самое темное время, перед тем как ночь начнет идти на убыль. Она не знает точно, все ли собрали для ритуала. Эта кикимора сбежала как раз после последней стычки за камень для обряда.

Артем быстро полез в телефон.

– Так, это примерно в районе четырех утра... Сейчас у нас уже почти одиннадцать ночи. Надо ехать к остальным ее... э... боевым подругам и узнавать. Может, мы успеем все предотвратить еще в зародыше. Идем на Комаровку – будем звать кикимор. Уж... Георгий, поможете нам?

Ужиный король кивнул. Аня поднялась со своего места. Алла Витольдовна тоже.

– Я с вами. Загуглила я этого кадука – страх какое чудовище. Так что надо действовать. Тем более я могу вас на рынок провести, там же закрыто все. Сейчас, только переоденусь.

Алла Витольдовна направилась в спальню. Ужиный король посмотрел вслед.

– Королева...

– Напоминаю, что только по согласию, – ненавязчиво обронила Аня.

– Естественно, – легонько склонил голову Ужиный король.

– И я думаю, можно выпустить кикимору. Кажется, мы теперь на одной стороне.

В четыре утра Парк дружбы народов был тих и безлюден. Темноту разгоняли отдельные фонари, дорожки засыпало пожухлыми листьями, деревья тихо шелестели от ветра. Не видно было ни собачников со своими четырехлапыми друзьями, ни молодых мам с колясками, ни гуляющих парочек. Советский район Минска мирно спал, пока Аня с Артемом бежали следом за маленькой армией красных кикиморок. Несмотря на короткие ножки и в целом небольшой размер, кикиморы шустро передвигались, забавно перепрыгивая, как будто скакали по кочкам. Ребята еле поспевали за ними, стараясь не потерять из виду.

Ночные переговоры с «красными» (как их окрестили за соответствующий цвет нарядов) прошли вполне успешно. Алла Витольдовна аккуратно провела всю компанию к своему ларьку, где кикимору выпустили и отправили за соратницами. Дальше пришлось ждать (чуть нервно, потому как Аня с Артемом не были до конца уверены, не обманула ли их мелкая нечисть). Но вера в честность кикиморы полностью оправдалась: «их» нечистик привела за собой остальных. Проведя успешные переговоры по поводу совместной работы во благо кикимор и человечества, ребята закрепили ряд условий. Первое: кикиморы помогают Ане с Артемом найти и обезвредить (для начала так же уговорить) своих противниц; второе: Алла Витольдовна взяла на себя миссию обеспечить спокойное проживание кикимор на рынке, если те откажутся от вредительства. «Не беспокойтесь, будет им и пропитание, и порядок», – авторитетно заявила она, в качестве подтверждения угостив печеньем. Мировое соглашение было достигнуто. А вот дальше выяснилось самое неприятное: вторая часть кикимор уже собрала все для обряда, а значит, тянуть уже некуда и все состоится сегодня. К счастью, красные знали место; к несчастью, со всеми переговорами и обсуждениями до часа икс оставалось совсем немного. Ужиный король остался охранять Аллу Витольдовну, а Аня, Артем и кикиморы помчались спасать Минск. Больше звать было некого: ребята уехали с лосем, Глеб был в отпуске на море, Зоя – с детьми, Галина Павловна тоже не боец, а Деду Артем написал, но тот пока занимается своими делами во снах и не успел ничего ответить.

Сейчас же со своим отрядом Аня с Артемом мчались в недрах парка. Наконец, впереди замаячило синее пятно: то обнаружились «противники».

Вдалеке на поляне мельтешили синие пятнышки: одни кикиморы бесшумно прикапывали в землю разные камушки, вырисовывая ими дивный узор, другие ловко сгружали украденные подношения «хозяину болот» – кружочки колбасок, конфетки, орешки, крупу, хлеб. Юркая кикиморка с лентой цвета морской волны умудрилась даже притащить киндер-сюрприз.

Заметив непрошенных гостей, одна из кикимор заверещала. Навстречу красным ринулись в бой синие с пластиковыми вилками наперевес. Красные не растерялись и бросились в атаку.

– Стойте! Стойте! Мы пришли с миром! – попыталась остановить сражение Аня, глядя как нечистики размахивают приборами, стараясь задеть друг друга. Те, что оказались без орудия, вцеплялись друг другу в волосы и кусались. – Влад вас обманул! Опасно будить кадука – он вас тоже сожрет!

– План Б! Ловим их! – рявкнул Артем, цепляя первую попавшуюся синюю кикимору и запихивая в мешок.

– Ай, – вдруг вскрикнула Аня, хватаясь за волосы: по ним ползла кикимора, выдирая и запутывая пряди между собой.

Нечистики полезли по легинсам, больно кусаясь, одна забралась под куртку. Аня принялась махать руками, пытаясь стряхнуть с себя мелкую нечисть. Рядом крутился Артем, которому кикимора старалась отгрызть ухо.

– Зараза мелкая! Я вас сейчас тут потопчу, если будете лезть! – пытался угрожать Артем, пинком кеда отправляя одну из кикимор в полет.

– Мы не топтать, а обезвредить их должны! Да чтоб тебя! – Кикимора цапнула Аню за кончик носа. Схватив обидчицу, она ловко сунула ее в мешок к остальным.

Кикиморы в круге запели: тонкие голоса сливались в одну легкую звонкую мелодию. Камни засветились. В небе раздался грохот, на щеку Ане упала холодная капля. За ней – другая. Камни на земле светились зеленым огнем.

– Они вызвали дождь, чтобы земля размокла и все превратилось в болото! – крикнул Артем, скидывая с себя очередную кикимору. – Надо разрушить линии, пока кадук не очнулся!

Стараясь не затоптать союзников, Аня с Артемом двинулись в сторону выложенных камней. Льющий с темного неба дождь размывал землю, затапливая все кругом. Перемазанных в грязи кикимор уже невозможно было различить, поэтому в какой-то момент Артем стал грузить в свой мешок всех подряд.

Белая вспышка на секунду озарила парк. Следом раздался раскат грома. Артем остолбенел, сжав в руках мешок и закрыв глаза.

– Артем! – бросилась к нему Аня. – Артем, это всего лишь гроза! Идем! Не время бояться!

Он ничего не ответил, лишь кивнул и, мотнув головой, медленно пошел дальше. Вспышка. Раскат грома. Артем зажмурился, прижав руки к ушам. По нему сразу поползли кикиморы. Аня бросила свой мешок на землю и кинулась стряхивать с Артема нечистиков. После, обхватив его руками за плечи, притянула к себе ближе.

– Артем, что с тобой?

– Сейчас, – прошептал он в ответ. – Иди, я следом.

Аня крепко стиснула в объятиях Артема, прижавшись щекой к шершавой джинсовке. Тело друга била крупная дрожь. Дышал он порывисто, судорожно втягивая воздух носом. По ее ногам снова кто-то полз, так же, как и по Артему.

– Тебе нечего бояться, я рядом с тобой, а это всего лишь дождь, – твердо сказала Аня, аккуратно сжимая его ладонь. – Идем!

Артем ничего не ответил, лишь стиснул ее руку. Они двинулись вместе, крепко держась друг за друга, смахивая свободной рукой кикимор. Под ногами хлюпало: земля будто снова превращалась в топкое болото. Аня попыталась сковырнуть носком ботинка ближайший к ней камень, но не тут-то было – он только глубже погрузился в землю. Плюхнувшись на колени, она принялась руками разгребать грязь.

– Да как же они эти камни так закопали-то! – воскликнула Аня, грязной кистью откидывая мокрые волосы назад, чтобы не лезли в глаза.

– Это все обрядовое колдовство начало камни держать. – Артем раскапывал землю рядом. В темноте его лицо казалось неестественно бледным, но он продолжал усиленно рыть, стараясь не обращать внимания на разбушевавшуюся вокруг грозу, лишь вздрагивая всем телом от каждого раската грома.

Послышался громкий писк: мягкая земля уже поглотила «подношения» внутри круга из камней и теперь стала затягивать в себя маленьких кикимор, что были рядом. Испуганные нечистики, вереща, пытались сбежать, но их проворные лапки застревали в грязи. Прямо возле Артема запищала кикимора. Недолго думая, он схватил ее поперек тельца и резко выдернул из земли. Аня успела заметить, как с лапки сорвалась тонкая черная ниточка.

– Артем, их что-то затягивает!

– Кадук просыпается! Копай быстрее камень! Я за кикиморами – пожрет же мелочь с голодухи!

Артем бросился вытягивать нечистика за нечистиком. Синие и красные кикиморы нерешительно переглянулись, а потом бросились спасать сородичей: протягивая пластиковые «орудия», ветки, ленты, они тянули из земли своих.

Тем временем Аня пыталась разорвать круг. Светящийся камень дразнил: только казалось, что его получается схватить, как он проваливался глубже. Плюнув на раскопки, Аня вцепилась в камень и стала тащить, чувствуя, как сама начинает потихоньку проваливаться в грязь.

– Давай же, зараза! – зарычала от злости Аня. Камень еле-еле выходил, пока она опускалась глубже в размокшую землю.

Внезапно что-то сильно стянуло талию, но Аня не успела испугаться, как ее резко выдернуло. Упав на бок, она рассмеялась: в ее крепко сжатой руке был камень. И он не светился. Тяжелые капли дождя вдруг стали еле ощутимы, а через миг и вовсе пропали.

– Эй, ты там как? – долетел до Ани голос Артема.

Одновременно в ее голове раздалось вежливое:

– Прошу прощения за такое жесткое приземление – слишком сильно пришлось тянуть, иначе вы рисковали провалиться к кадуку.

Аня скосила глаза: огромный уж с короной на голове виновато смотрел на нее. На шее змея был примотан шарфиком обычный пакет. «Может, я головой сильно стукнулась и галлюцинации? Потом к врачу схожу». Аня осторожно приняла сидячее положение, не рискнув сразу подниматься на ноги.

– Спасибо, главное, удалось прервать ритуал. Мы же успели, да?

– Да, кадук начал просыпаться, но не успел. Я чувствую его сознание во сне. Так что опасаться нечего. Думаю, что Дед потом здесь еще усилит защиту, – качнул головой Ужиный король, по-прежнему звуча в Аниной голове.

– А можно и меня вытянуть? Кажется, я тут чуть застрял, – подал голос Артем: сам он увяз ногами в грязи, а на руках и плечах его сидели перепуганные и измазанные кикиморы.

Ужиный король быстро подполз и, обхватив его хвостом за талию, ловко выдернул, перенеся к Ане. Она не сдержалась и прыснула от смеха:

– Как будто морковку вытащил!

– Знаете, мне кажется, она все-таки головой приложилась, – буркнул Артем, сгружая кикимор вниз.

Аня почувствовала, как цепкие холодные лапки дотронулись до ее лба. Потом кикимора что-то пискнула.

– Она сказала, что с головой у Анны все в порядке, – перевел Ужиный король.

– Это было в переносном смысле, – проворчал Артем. На плечах у него по-прежнему сидели кикиморы.

Стоявшие на земле их родственницы тоже разбегаться не спешили, наоборот, вдруг сдвинулись поближе, о чем-то между собой разговаривая. Одни пищали громче, другие тише, а еще часть так и продолжала пытаться что-то сказать из мешков.

– Артем, наверное, можно их уже выпустить. Вы же не попытаетесь снова разбудить кадука? – на всякий случай уточнила Аня у кикимор. Те дружно помотали головами.

Артем, покряхтывая, поднялся, а потом подал руку Ане, помогая и ей встать. Кикиморы чуть взвизгнули, вцепившись покрепче в джинсовку, но остались на нем.

– Мне кажется, ты им понравился, – улыбнулась Аня, заметив, как одна из нечистиков нежно вытирает грязь с лица Артема.

– Не такую популярность я ожидал. У тебя вон тоже парочка сидит.

Ребята развязали мешки, отпуская остальных кикимор. Те принялись обниматься и переговариваться. С Артема кикиморы тоже спрыгнули к остальным.

– Прошу прощения, что прерываю вас. Но давайте мы с вами договоримся, что вы больше не будете вредить на рынке? Здесь вас готовы подкармливать и не трогать, если будете вести себя хорошо. Или мы можем организовать ваше переселение – наша фирма уже нашла жилье для части бездомных домовиков, и с вами что-нибудь сообразим. – Аня оглядела притихших кикимор. – Думаю, вы могли бы хорошо соседствовать с людьми. И между собой не стоит вам ссориться и воевать: на свете не так много кикимор, – тут Аня запнулась, – во всяком случае, я кроме вас не встречала. Надо беречь друг друга. Вы же на самом деле хотели как лучше, с обеих сторон. Что скажете?

От толпы кикимор вышли две и по очереди что-то пропищали.

– Они согласны жить на рынке и не вредить, – перевел Ужиный король. – У меня будет просьба: если не сложно, отвернитесь, пожалуйста, – я бы сменил облик. Полагаю, никто не ожидает увидеть здесь огромную змею, а город скоро проснется. Артем, подержите пока пакет с вещами.

Артем подхватил отвязанный пакет, а Аня отвернулась. Вместе с ней отвернулись и кикиморы – как ни крути, они все-таки тоже были женского пола.

Через несколько минут послышалось:

– Готово.

Аня обернулась: Ужиный король стоял уже одетый. Он протянул ей шарф:

– Накиньте, а то вы уже дрожите. Промокли насквозь. Алла нас ждет возле дороги, завезем вас, куда скажете.

– Поедем ко мне, общага все равно закрыта, – предложил Артем и оглушительно чихнул.

– А кикиморы? Они же все чумазые – давай с собой возьмем, пусть хотя бы в порядок себя приведут! Потом завезем их обратно, – предложила Аня.

Нечистики жалобно посмотрели на Артема – на нескольких мордочках даже блеснули слезы. Артем вздохнул и махнул рукой:

– Едем, только кикиморы все в мешок, чтобы лишнюю грязюку не тащить! Вряд ли Алла Витольдовна обрадуется, если мы ей всю машину заляпаем.

Пока кикиморы распределялись по мешкам, Аня с Артемом вытащили остальные камни – после того как круг был разорван, сложности в этом не было. Потом Артем и Ужиный король подхватили мешки, и все отправились к остановке на Бангалор, где их уже поджидала Алла Витольдовна на вишневом «жуке». Оценив внешний вид ребят, она без слов включила печку в машине посильнее, чему Аня была безмерно благодарна, осознавая, что уже сильно продрогла в мокрых вещах и перспектива свалиться на больничный посреди семестра была близка как никогда. Хотя разнесшийся по салону запах ванили слегка давил на виски, либо это была банальная усталость после всего произошедшего. Ужиный король уселся на переднее сиденье, пока Аня с Артемом располагались сзади. Мешки с кикиморами они взяли к себе на колени – класть их в багажник было как-то жаль. По дороге Алла Витольдовна рассказала, что отправила змея на подмогу, заявив, что нечего ее караулить и она сама сможет себя защитить в случае опасности. А вот если не помочь с кикиморами, то такая опасность может как раз-таки и наступить, так что ему ничего не оставалось, как поспешить на помощь. Артем от всей души поблагодарил ее, назвав «умнейшей женщиной», а Аня отметила ее удачную идею с привязанным пакетом вещей для Ужиного короля.

– Да, мужчинам часто не хватает женской заботы, – кокетливо подмигнула Алла Витольдовна, глянув на Аню в зеркало заднего вида. А та заметила, как вновь чуть покраснели щеки у Ужиного короля.

– Кажется, у них все будет хорошо. Ну, во всяком случае, надежда есть, – тихо шепнула она на ухо Артему. Тот же уже почти дремал, согревшись в машине и примостившись на плече Ани.

– Мгм, – сонно промычал он в ответ.

Афоня замер в дверях с удивленной мордочкой.

– Аннушка, ты решила сменить имидж? Ты же теперь просто девушка-пожар!

– Это на время, – улыбнулась Аня, тряхнув головой с множеством ярких косичек: тонкие алые ленты переплетались с ее собственными волосами, а на концах висели разноцветные бусины. Это был подарок от кикимор.

Сначала Аня побоялась, что они запутают ей пряди, но все же решила довериться, раз все пришли к перемирию и так славно вместе сработали. Кикиморы оказались отличными парикмахерами. Артема они тоже хотели заплести, пока тот спал, но Аня, сообразив, что они предлагают (активно тыкая в его волосы и показывая лапками плетение), отказалась, пожалев парня, который не мог оказать сопротивление. Пока Аня с кикиморами отмывались, Артем, избавившись от мокрой одежды, просто уснул, так и не дойдя до душа.

– Тебе нравится?

– Оригинально, – согласился Афоня. – Но я предпочитаю классику. Твои локоны прекрасны и без этого буйства красок. Сразу виден почерк кикимор.

Аня хихикнула и отхлебнула чаю. Сзади за Афоней послышался гневный писк.

– А вы тут что забыли?! Не позволю буянить у меня в офисе!

В дверях стояла отмытая и похорошевшая толпа кикимор. Судя по их клетчатым юбочкам и черно-белым фуфаечкам, в гардеробе Артема стало чуть меньше вещей. Зато кикиморы были все с обновками.

– Афонь, за ними сейчас заедут. Не волнуйся, кикиморы будут жить не у нас.

– Конечно, хватит нам и тебя. – Следом за кикиморами в кабинет зашел Артем. – Ань, ты пьешь этот чай от Ужиного короля? Надо и мне заварить, а то горло першит.

– Потому что нечего в октябре в джинсовке одной бегать, – съязвил Афоня, щуря глаза.

– Я вообще-то в теплой кофте, а еще мы тут Минск спасли!

Кикиморы тем временем подошли ближе к Ане. От их компании отделилась одна, с приколотой булавкой и толстой цепочкой на шее. Ловко вскочив на стол, кикимора подошла к Ане.

– Вы что-то еще хотите? – внимательно посмотрела та на нечистика. Пусть их писк был все еще непонятен, но к жестикуляции Аня потихоньку стала привыкать.

Кикимора запела, за ней подхватили остальные. Красивая мелодия, похожая на звон колокольчиков, разнеслась по кабинету. Лапки у кикиморы засветились. Она протянула их к Ане.

Словно зачарованная, та дотронулась до тонких пальцев с темными коготками на кончиках.

– Ай! – Предплечье обожгло тысячей иголок, и Аня отдернула руку.

Кикиморы затихли. На светлой коже проступил тонкий черный узор: увитый цветами шиповника длинный меч с зазубринами на украшенном орнаментом лезвии занял свое место от локтя до запястья. Афоня с Артемом подошли поближе, рассматривая татуировку.

– Тебе идет, – первым отмер напарник. – Только почему спасал их я, а тату и косички у тебя? Можете и мне забахать татуху? Поверженного кадука на полруки?

Кикимора покрутила пальцем у виска.

– Дурень ты, это не просто тату, а артефакт, – закатил глаза Афоня. – Пока не знаю какой, но кикиморы его хранили, видно, а сейчас вот передали Ане.

– Вот, еще и артефакт! – разочарованно хлопнул в ладоши Артем.

– Я не просила и не уверена, что готова ходить с таким рисунком на полруки! – возмутилась Аня. – Спасибо, конечно, но можете его, вон, Артему передать?

Кикиморы покачали головами и что-то пропищали.

– Так надо, – перевел Афоня.

– Так, стоп, ты что, кикимор понимаешь? И молчал?! – подпрыгнул на месте Артем.

– А ты не спрашивал, – отмахнулся Афоня, гордо подняв хвост. – Мы же с ними домашние духи, вот и понимаю. Все, пошел я работать, это вы тут любители чаи гонять. И там уже слышу, за вашими кикиморами приехали. Береги артефакт, Анюта. Он сильный, это я чую.

Дело № 36. Мама

На стеклянной бутылке^[25], чуть наклонившись, восседала щедро намазанная чесноком сырая куриная тушка. Желтоватые кусочки надежно облепили птицу, почти не оставляя свободного места на шкурке. В маленькой кухне витали запахи свежей выпечки, травяного чая и, конечно же, чеснока.

– Доброе утро! А вы, собственно, кто и как здесь оказались?

Аня оторвалась от созерцания курицы и обернулась. В дверном проеме, полностью заполнив собой проход, стояла невысокая женщина средних лет в очках со строгой черной оправой. Аня могла задать ей тот же вопрос, поскольку эта женщина была ей не знакома, хотя и напоминала кого-то.

– Здравствуйте! Я – Аня. А вы кто?

– Я Ирина Анатольевна, мама Вениамина. И пока все еще не понимаю, что вы здесь делаете, девушка. Вы состоите в каких-то отношениях с моим сыном?

– О нет, что вы, – слишком поспешно заверила Аня, отчего женщина еще больше нахмурилась. – Я подруга и коллега Артема, хозяина квартиры. Точнее, он тут снимает, а Вениамин с ним с недавних пор живет.

– Так вы девушка Артема?

– Нет, просто подруга и коллега. Простите, не знала, что вы приехали в гости к Вене.

– Просто коллеги и друзья с ключами от чужих квартир не ходят. Тем более такие молодые девушки к парням, – вскинула бровь Ирина Анатольевна.

– Я поливала тут цветы, когда Артем был в отъезде, так что у меня запасная пара есть. К тому же он сам попросил сегодня заехать сразу к нему.

Под строгим взглядом карих глаз Аня чувствовала себя неуютно, как будто действительно в чем-то провинилась, только непонятно в чем. Это квартира Артема, и уж у нее точно было больше прав находиться тут и задавать вопросы, чем у внезапно появившейся мамы Вениамина. Однако у женщины был такой воинственный вид, что ругаться с ней совершенно не хотелось. Тем более история Ани про поливание цветов тоже звучала не очень правдоподобно: из домашних растений в квартире был только один горшок с торчащим в нем кактусом. Но Артем действительно просил его поливать на всякий случай, пока уезжал. Куда – не признавался, но неделю отсутствовал. «Увижу Артема – убью, что не предупредил», – подумала она про себя.

– О, Аня, привет! Мам, это Аня – они с Артемом работают вместе. – Из-за плеча женщины показался Веня. – А это моя мама, Ирина Анатольевна. Ань, Артем еще не вернулся, может, чаю хочешь или кофе, пока будешь его ждать?

– Спасибо, я тогда у него в комнате посижу, не буду тут вам мешать.

Аня решила, что лучше всего будет вежливо оставить Веню с его близкой родственницей.

Проскользнув мимо женщины, она направилась в комнату Артема и только там спокойно выдохнула, не обнаружив более никаких неожиданных гостей. Удобно расположившись в кресле (предварительно переместив скомканные вещи с сиденья на спинку), она вытащила телефон и углубилась в очередную книгу. Работа в ЦУДе подействовала на нее с неожиданной стороны: Аня вдруг пристрастилась к женским романам. Если тебя постоянно пытаются съесть, или утопить, или похитить (не безуспешно), то психика просто требует отдыха в виде приятной сердцу любовной линии с естественным хеппи-эндом (и неважно, был там бизнесмен-преподаватель или дракон, главное – хеппи-энд и все счастливы). Не прошло и пяти минут, как в комнату просочился Веня и трагичным шепотом заявил:

– Аня, спаси меня!

– Не поняла? – подняла она глаза на парня.

– Я не знал, что мама сюда заявится! Она как-то прознала, что пожар был и бабки не стало. Вызвонила меня, уже когда в Минск приехала, я же не мог не сказать, где живу. И вот она тут: уже вовсю хозяйничает и даже курицу свою фирменную делает. А я не переношу сейчас чеснок! Она же не поймет, если я откажусь. Что я ей скажу: прости, мама, я упырь?! Я не хочу, чтобы она все прознала!

– Так, а когда она приехала?

– Примерно час назад.

– Слушай, Веня... – В голову Ани стали закрадываться нехорошие подозрения. – Артем вообще в курсе, что здесь, кроме тебя, еще кто-то появился? Или для него Ирина Анатольевна тоже станет приятным сюрпризом?!

– Ну-у-у, – как-то не очень уверенно протянул Веня, нервно почесав щеку, – возможно, я забыл ему написать...

– Тогда вот тебе совет: лучше напиши, пока он сам не узнал.

Громкий хлопок входной двери дал понять, что Веня все-таки не успел, а в коридоре уже послышались голоса Артема и Ирины Анатольевны. Аня с Веней переглянулись: она молча кивнула в сторону выхода, намекая, что надо идти и знакомить с гостьей, он же замотал головой и испуганно стал смотреть на разложенный диван, словно прикидывая, влезет ли под него. Проверить не удалось, так как дверь распахнулась и в комнату бодрым шагом вошел Артем. По его чересчур взбудораженному лицу было непонятно: то ли он обрадовался гостье, то ли настроен прибить Веню за такие сюрпризы.

– Всем привет!

– И тебе привет, – нерешительно ответил Веня, опасливо следя за Артемом.

– Привет, – поддакнула Аня, пытаясь понять, что же ее напарник думает по поводу Ирины Анатольевны.

– Что-то вы странно на меня смотрите: не говорите только, что успели что-то натворить. Признавайтесь: еще одну нечисть ко мне притащили? Или вы все-таки добрались до моего запаса печенья и теперь я останусь без чая? – Артем с подозрением прищурился и посмотрел на Аню с Веней.

– Ну, печенья и правда нет, – тихим голосом отозвался Веня, виновато глядя на Артема.

– Я так и знал! Бесчеловечный ты упырь, Вениамин! На святое покусился! – театрально воскликнул Артем. – Так, а ты теперь признавайся: притащила ко мне еще кого-то? – перекинулся он на Аню.

– Я-то нет, но ты заметил, что приехала мама Вени? И ты бы не кричал так про упырей, не хотелось бы пока раскрывать ей такие подробности, – ответила она.

– Ладно, Ань, ты мне вернула веру в людей, – махнул Артем. – Кстати, у нас новое дело, но пойдемте, сначала – чаек, а потом уже работа. Все равно еще пока папку не передали с документами.

На кухне курицы уже не было видно (ее очертания смутно проглядывались через стекло духовки), зато на столе стояла тарелочка с булочками, а на плите закипал чайник. Ирина Анатольевна летала по кухне, расставляя чашки.

– Ой, Артем, Венечка, садитесь за стол. Я вот с пирожками: дома напекла перед отъездом, как знала, что у вас, мальчики, кушать будет нечего, – всплеснула руками Ирина Анатольевна. – Вон какие дохленькие!

Артем прыснул от смеха, косясь на Веню, кисло усевшегося на табурет. На Аню Ирина Анатольевна лишь бросила недовольный взгляд. Но в целом ту не сильно беспокоило, если внимания ей не уделят. «Это Юля пусть переживает, как ей с Ириной Анатольевной найти общий язык», – размышляла Аня, наблюдая, как гостья хлопочет вокруг парней. И если Венины щеки становились все краснее, намекая, что упыри тоже могут смущаться, то Артем явно наслаждался таким пристальным вниманием и немного удушливой заботой.

Тем временем Аня не могла не признать, что пирожки у Ирины Анатольевны были отменные: в меру пышные, с румяными округлыми боками и от края до края полные либо картошкой с сосиской, либо вареной сгущенкой. Судя по нежному вкусу последней, варилась сгущенка самостоятельно, как когда-то в детстве Ани.

– Кушайте, мальчики, а то от современных хозяек не дождешься ни пирожка, ни булочки, – приторным тоном закудахтала Ирина Анатольевна, с умилением смотря, как Артем методично поглощает угощение.

– Потому что у современных хозяек есть куда больше забот, чем пирожки печь да пузо наедать, – раздался насмешливый голос со стороны коридора.

В кухне появилась высокая пепельная блондинка в дорогом костюме.

– Здравствуй, мама, – мрачно поздоровался Артем.

Женщина усмехнулась.

– Мог бы и радостнее встретить маму, солнышко. Столько лет не виделись! Думаю, дай заеду посмотрю, как сыночек любимый поживает. Может, друзей своих хотя бы представишь? – В голосе сквозили нотки ехидства, от которых Ане становилось не по себе.

– Мама, это Аня, моя коллега, это Веня – мой сосед, это его мама – Ирина Анатольевна, – по-прежнему безрадостно поочередно представил всех Артем. – А это моя мама – Мария Васильевна. Она не заезжала ко мне уже... Хм, никогда не заезжала, да, мама? И не виделись мы уже лет так десять.

– Потомственная ведьма, – подчеркнуто добавила Мария Васильевна, окинув взглядом всех присутствующих. По ее выражению лица было понятно, что она легко проклянет, не моргнув глазом, а потом еще скажет, что сам виноват. – Если быть точнее, то девять. Ты слишком любишь все преувеличивать.

– Ладно, нам пора работать. Мама, надеюсь, до отеля ты доберешься так же самостоятельно, как доехала сюда, – поднялся со своего места Артем, а следом за ним подскочила Аня, только и мечтавшая побыстрее исчезнуть с глаз нежданных гостей.

Веня же грустно посмотрел на надкусанный пирожок, после чего вздохнул и, отложив его в сторону, тоже встал:

– И мне пора.

– А я еще чайку, пожалуй, попью, – заявила Мария Васильевна, изящно опускаясь на освободившийся стул. – Тем более, дорогой, я решила пожить пока у тебя. Соскучилась как-никак за столько-то лет.

– У меня нет места.

– У тебя целых две комнаты.

– Я снимаю только одну. Во второй Веня живет.

– О, это не проблема. Веня переедет к тебе, а я могу с Ириной как-нибудь пососедствовать по-девичьи, верно? – Мария Васильевна вопросительно изогнула бровь.

Лицо Артема словно окаменело, на лбу выступила жила.

– Боюсь, у меня тогда могут быть проблемы с хозяйкой квартиры.

– Не волнуйся, я с ней переговорила. Виталина Михайловна любезно разрешила мне пожить. Я ей даже доплатила за неожиданных гостей. Так что проблем не будет, – невозмутимо продолжила Мария Васильевна. – Голубушка, сделайте-ка мне чаю, раз вы уже тут кашеварите, – обратилась она к Ирине Анатольевне, которая от возмущения пошла красными пятнами.

– Я вам прислуживать не буду! – гордо заявила она, сложив руки на груди.

– Ирина Анатольевна, чувствуйте себя как дома. Ребята, идемте. – Артем резко развернулся и пошел к выходу. Веня с Аней поспешили за ним следом.

От резкого хлопка двери спавший на лежанке Дима подскочил и зарычал, вздыбив загривок. Увидев, что это свои, он спокойно улегся обратно. Аня подошла и потрепала его шерсть: прошло уже чуть больше двух месяцев, а к решению вопроса с проклятием они так и не приблизились. Волк дружелюбно лизнул ее ладонь.

– Хватит с Димой миловаться, у нас серьезное дело. – Артем швырнул папку на стол.

Несмотря на волчье обличье, все в офисе по-прежнему относились к Диме как к человеку: Афоня отдельно готовил ему обычную еду (даже чай мог заварить), все звали по имени, а гуляли с ним по очереди (периодически Леха вывозил в лес, чтобы он мог свободно побегать).

– Артем, что происходит? Ладно, ты не светишься радостью из-за приезда мамы, но мы тут ни при чем! – возмутилась Аня, плюхаясь на свое место. Стул скрипнул, намекая, что если стол ей в этом году выделили новый, то вот он тут стоит уже давно и надо быть аккуратнее.

– Ох, все сложно. Можно не сейчас, а? – зарылся руками в волосы Артем, опустив голову. – Давай займемся работой, пожалуйста.

– А можно я тут посижу? – робко уточнил Веня, уже облюбовав свободное место возле Аниного стола. – Мне на смену только вечером. Надо бы поспать, а там мама сейчас активничает.

– Вень, ну а ты чего?

– Я еще не готов все рассказать. Пожалуйста, я посплю тут, потом на работу, а завтра что-нибудь придумаю. Не оставляйте меня одного с ней, – взмолился Веня. – Волк же у вас тут живет и не мешает. А я вот второй стульчик поставлю и подремлю тихонько.

– Это не волк, а товарищ наш боевой. А ты упырь кровососущий. Не путай, – огрызнулся Артем.

– Артем! Прекращай! Хочешь теперь с Веней еще поругаться, как когда-то с Афоней?! – Аня повернулась к Вене: – Иди попроси Афоню пока разместить тебя в гостевой, там диванчики стояли. Но с мамой поговорить придется. А то, как с Юлей, наворотишь опять дел. Кстати, а ее ты предупредил?

– О нет, – схватился за голову Веня. – Она же хотела тоже зайти с утра!

Не дожидаясь ответа, он побежал обратно в квартиру. Аня вздохнула и покачала головой.

В дверь постучали, и в кабинет заглянула Зоя. В руках у нее была тонкая желтая папка в цветочек.

– Ребят, привет. Я тут по поводу дела. Артем писал, что можно с утра подойти. Я решила, что сама принесу и расскажу заодно. Все равно это от меня обращение. Точнее, от моей подруги.

Аня дружелюбно кивнула:

– И тебе привет. Давай рассказывай.

Артем молча помахал рукой, все еще отстраненно о чем-то думая.

Подругу Зои, которой требовалась помощь, звали Верой, было ей двадцать восемь лет, а вот ее первенцу, маленькому Роме, всего лишь четыре месяца. Жила она в Жодино, поэтому Зоя бывать у подруги часто не могла (у самой-то трое детей, попробуй тут найти время), но они периодически переписывались.

– И тут ночью мне пишет вдруг Вера (примерно около двух было), мол, Зой, не подумай, что я тут с ума сошла, но не знаю, что делать. Тут я напряглась... вообще я в туалет вставала и так удачно заметила сообщение, – рассказывала Зоя. – Так вот, она мне пишет: мне кажется, что с ребенком что-то не то. Не мой это ребенок. Вот чувствую сердцем, что не мой. Все не так. И тут я уже весь сон потеряла. Набрала ей по телефону, а Вера мне в трубку рыдает. Говорит, что не спит уже которую ночь подряд, ребенок кричит и ночами, и днями, врачи говорят, все в порядке, а она с ума сходит.

– Я, конечно, не спец в детях, но с младенцами вроде непросто бывает, – осторожно заметила Аня.

Зоя кивнула:

– Я же представляю, у самой трое: ох и разные они были. Мальчишек колики беспокоили месяца два, дочурка спала спокойно, но на зубках температура высоченная была. Я перепугалась, думаю, надо помогать, нельзя же ее в таком состоянии бросать. Наутро я в машину – и к Верке. Она замученная, уставшая, но... адекватная. Ребенок вроде как ребенок. Но и Вера чуть ли не слезами обливается, говорит, что не ее, пусть и заботится о нем. Мужу она пыталась сказать, он решил, что просто тяжело ей. Я Деда попросила проверить, он сказал, что спит Вера мало и почти без сновидений, уставшая сильно, вымотанная, но в своем уме. Ромка еще маленький – Дед чувствует лишь тревогу его, а больше ничего узнать не может. Значит, что-то и правда нечисто. Сможете проверить?

Аня кивнула. Артем поднял голову:

– Все будет хорошо, Зой. Разберемся.

До Жодино ребят довезла сама Зоя: подругу навестить еще раз и познакомить. Двухэтажный коттедж с красной черепицей в частном секторе мирно смотрел на тихую улицу – жила Вера с ребенком и мужем у его родителей: пока своим жильем молодая семья обзавестись не успела. Муж, которого, как выяснилось, звали Алексеем, работал на БелАЗе, так же как и его отец, а мать – в школе, днем все отсутствовали. Так что, когда Аня с Артемом и Зоей приехали на место, дома была только Вера с ребенком.

Аня уже успела нарисовать себе замученную женщину с пучком на голове и в испачканной молоком майке, но встретила их хрупкая девушка с огромными серыми глазами и роскошными густыми волосами, которые были заплетены в толстую косу. Если приглядеться внимательнее, было заметно, что под глазами у нее залегли синяки, а цвет лица слишком уж бледноват. В руках Вера держала пухлого розовощекого малыша с такими же огромными серыми глазами и светлым пушком на голове.

– Вера, как ты? – без приветствий сразу же спросила Зоя. – Давай я руки сполосну и Ромку возьму. Это Артем и Аня, они к тебе приехали посмотреть малыша. Я тебе про них писала.

Ответа Зоя не ждала; скинув обувь и куртку в углу коридора, быстро побежала мыть руки. Аня с Артемом вежливо поздоровались, заходя внутрь.

– Добрый день! – растянула уголки губ Вера, но улыбка вышла уставшей. – Проходите, руки можно помыть чуть дальше по коридору, дверь слева. Простите, всех прошу, пока ребенок маленький.

– Без проблем! – кивнул Артем, и они поспешили в указанном направлении.

Оттуда уже навстречу шла Зоя, чтобы помочь Вере с ребенком. На стене в коридоре висела метрика с фотографиями из роддома, а в ванной Аня заметила маленькую белую ванночку на крючке, пушистое полотенце с цыплятами, ковшик в виде уточки и резиновых морских обитателей в сеточке-осьминожке на стене: крабик, дельфин и рыбка. На полочке стояла детская пенка, а рядом – крем-лосьон для младенцев. Малыша в этой семье ждали и любили.

Расположились все в большом зале прямо на полу, где на детском коврике пытал свои силы маленький Рома. Зоя с ним агукала, сюсюкала, пытаясь научить малыша ползти. Внешне ребенок выглядел как обычный младенец, ничего странного или необычного.

– Вы, наверное, думаете, что я сошла с ума, – грустно сказала Вера, сидя на полу и наблюдая за сыном. – Просто это не мой сын. Я чувствую. Сейчас он спокойный, как вы здесь, а так постоянно кричит, плачет, а у меня сердце будто молчит. Крик своего ребенка я всегда узнавала, и в роддоме, и дома чуть начнет кряхтеть – щемит все уже. А тут жалко его, когда плачет и злится, но не болит за него так: не мой ребенок, словно чужой кричит. Не знаю, может, мне и правда в Новинки^[26] пора.

– А когда это началось?

– Ох, недели две назад примерно. – Вера взяла в руки телефон и открыла календарь. – Да, две. Мы как раз прививку очередную сделали. Домой вернулись, вроде все как обычно было, а вечером я после душа к ребенку пришла и словно что-то щелкнуло внутри: не мой. Сначала подумала, что это я устала, может. Потом на прививку грешить начала, читать форумы разные. А потом вдруг словила себя на мысли, что все это как будто глупости: ребенок не тот, и все. И стало так страшно. Я даже не знаю, кому сказать. Паша, муж мой, списал все на усталость, предложил отдыхать больше, спать с ребенком днем, свекрови такое не скажешь, а мамы у меня уже лет пять как нет, чтобы спросить...

– А кто с ребенком сидел, пока вас не было? – уточнил Артем.

– Муж... Хотя, когда я пришла, с Ромкой еще тетка его баловалась – Валентина Григорьевна. Она у нас гостит уже пару недель: в санатории отдыхала недалеко, а потом вот заехала к сестре – свекрови моей.

По щекам женщины потекли слезы. Вера попыталась вытереть их рукавом, но слезы продолжали катиться, оставляя мокрые следы. Ромка посмотрел на маму как-то пристально, словно совсем не детским взглядом, но не издал ни звука. Аня мягко погладила Веру по плечу, Артем не сводил глаз с ребенка.

– Мы разберемся, что вас беспокоит. А пока малышу вы нужны, сможете справиться? – тихо спросил Артем.

– Да, куда же я денусь, – сквозь слезы кивнула Вера.

Ребята побыли еще недолго в гостях: осмотрели маленького Ромку (ничего подозрительного обнаружено не было, только палец Артема чуть поджевали, когда он попытался проверить зубки), комнаты, послушали подробности последних двух недель жизни Веры. Ее было жаль: сон урывками из-за ночных криков, ребенок все чаще больно жевал деснами грудь при кормлении, превращая тонкую кожу в сплошные синяки, тянул за волосы, а днем не слезал с рук.

Пообещав еще вернуться, Артем с Аней загрузились в машину к Зое. Артем плюхнулся на переднее сиденье, мотивировав, что по дороге в Жодино ехал сзади.

– Есть идеи? – спросила Зоя, аккуратно отъезжая от дома.

– Подбрось-ка нас, пожалуйста, на Каменку, раз ты уже на машине. Адрес сейчас продиктую, только уточню, – вытянул телефон Артем. На другом конце «провода» ему отвечать никто не спешил, и он снова и снова перенабирал.

– Ань, а кому он звонит? – не отрываясь от дороги, спросила Зоя.

– Без понятия, – честно ответила Аня. – Но, кажется, там не хотят с ним общаться.

– Цыц, – шикнул Артем, отмахнувшись так, что Зоя пригнулась и машина чуть вильнула на дороге.

Зоя недовольно хмыкнула, но Артем уже не слышал, потому как на его звонок ответили. Закончив разговор, он вбил в навигатор адрес и довольно заявил:

– Все, едем туда, Вадим будет ждать. Помнишь, который нас в третью больницу проводил? Он же в роддоме работает, поговорим с ним, не слышал ли чего странного.

– А ты уверен, что Вадим нам может помочь? – с сомнением протянула Аня. – Он врач, а не знаток мифов, легенд и нечистиков.

– Во-первых, мы и сами еще поищем, во-вторых, лучше начать с него, он тоже немало знает, поверь мне.

Квартира Вадима находилась в новых многоэтажках, столбиками возвышающихся в районе Каменной горки с видом на МКАД. Зоя довезла ребят до самого подъезда, где их и оставила, а сама помчалась уже к детям: пора была младших близняшек из сада забирать.

Вадим открыл дверь не сразу: Артему пришлось несколько раз звонить, и Аня даже начала сомневаться, а точно ли их ждали.

– Привет, заходите, – зевнул Вадим, широкой рукой прикрывая рот.

Взлохмаченные волосы, пижамные штаны с майкой и сонные глаза выдавали, что парень спал, несмотря на дневное время. «Наверное, человек с ночной смены, а тут мы нагрянули», – подумала Аня, разглядывая интерьер. Несмотря на габариты самого Вадима, квартирка оказалась маленькой студией: в одной комнате была и кухня, и гостиная, она же спальня. Отдельно находился лишь совмещенный санузел. Взглянув на широкий разложенный диван, который был завален одеялами и разноцветными подушками, Вадим предложил разместиться всем за круглым кухонным столиком. Пока он заваривал чай, Аня рассматривала фотографии на стенах, судя по которым Вадим был заядлым рыболовом и туристом. Озера, реки, горы и много фотографий с рыбами. На одном из снимков Аня заметила и Артема: счастливо улыбаясь, он держал вместе с Вадимом в руках огромного сома (во всяком случае, Аня решила, что это сом).

Когда чашки с дымящимся чаем, источавшим мятно-малиново-травяной аромат, были расставлены, а посередине появилась пиалочка с тягучим коричневым медом, Вадим уселся к ребятам:

– Вот, гречишный мед диких пчел, угощайтесь. Очень полезный, между прочим. Дядька мой сам собирал.

– О-о, это надо пробовать. Ань, не стесняйся, такой мед ты вряд ли где встречала.

Мед оказался в меру сладким, с легкой горчинкой послевкусия. Аня после первой ложки с удовольствием щедро намазала еще на хлеб.

– Очень вкусно!

– А то, – приосанился Вадим. – У меня дядька медом с душой занимается, самый вкусный собирает. И места знает хорошие, и пчел не обижает. Я мед люблю, но сам не очень собираю – у меня с рыбой дела получше.

– Это после того, как ты пчел перебродившим соком напоил? И они чуть всех не перекусали, пока не протрезвели? А дядька твой потом уши тебе надрал?

– Во-первых, это ты тогда подбил сока им дать, во-вторых, я не знал, что там сок за день уже бродить начал, – покраснел Вадим, – и никто не драл мне уши! Так, поругался и сказал больше к его пасеке не подходить от греха подальше.

– Ой, да ладно тебе, – подмигнул Артем, намазывая хлеб медом. – Так уж и быть, я подговорил. Мы к тебе тут по делу вообще пришли. Слушай сюда.

И он вкратце пересказал всю их встречу с Верой, и про нее, и про ребенка. Вадим слушал внимательно, по чуть-чуть потягивая чай и подъедая мед.

– Всякое у женщин после родов бывает, конечно. Ребенка родить – это не за молоком сходить. Молодая мама в уходе нуждается не меньше малыша. Могла и депрессия послеродовая так показать себя – это вам у психолога для начала лучше проверить ее на всякий случай. Тест попробовать пройти, даже в интернете есть, скину ссылку Артему.

– Да вроде проверял ее Дед, нет у нее послеродовой депрессии. А если это не медицинский, так сказать, аспект, может, ты слышал что-то необычное или встречал в роддоме? Нечисть там какая шалит или порча на ребенке...

Вадим задумался, большим пальцем правой руки почесывая подбородок.

– Знаешь, в роддоме такого не встречал. Много кто может ребенка утащить, если не следить. Хотя сейчас поспокойнее стало, люди почти всех вытеснили уже. Но вот прабабка моя, Яся, в детстве меня пугала подменышами. Рассказывала, что есть богинки, которые детей подменяют, если мать не уследит. А сами человеческих малышей воспитывают. Ну и ведьмы еще таким балуются, могут зачаровать бревно и все, а сами ребенка утащат.

– Как-то жутковато, – пробормотала Аня, поежившись. В голове сразу всплыл маленький Ромка и грустная Вера – если он действительно подменыш, то где-то без мамы остался беспомощный малыш.

– А ты-то чего боялся? – вдруг спросил Артем.

– Слушай, мне тогда четыре или пять было. Кто знает, вдруг перепутает такая и меня утащит? А без мамы любому страшно, даже если ты медведь.

– Медведь? – не поняла Аня, повторив за Вадимом.

– Ой, я думал, тебе Артем все рассказал уже, – удивленно ответил Вадим, вскинув брови. – Ты только не пугайся, но я вообще-то из берендеев – людей-медведей. Я бурый, как и вся моя родня.

– Настоящий медведь? – как-то глупо переспросила Аня. В голове стали щелкать пазлы: большие размеры Вадима, мед, рыба, сонный вид...

– Почти, в спячку не впадаю, но с холодами спать больше хочется. В облике животного разум берендеи сохраняют, только с возрастом выбирать приходится – или медведь, или человек, – пояснил Вадим, а потом добавил как-то грустно: – Надо решить, кем захочешь остаться.

– До этого еще долго, – решительно мотнул головой Артем. – Так что не раскисай. Еще не раз сгоняем с тобой на рыбалку. А если станешь старым медведем, то тоже неплохо: уеду к себе на хутор и будем там с тобой по лесу гулять.

Вадим усмехнулся:

– Я так-то планировал врачебную карьеру построить и семью завести, а не с тобой на хуторе жить.

– А так дружили, – притворно вздохнул Артем.

Они еще недолго посидели в гостях: допили чай, Вадим с Артемом повспоминали свои прошлые походы в лес и на рыбалку, Аня посмеялась над их историями. Особенно когда услышала про первую влюбленность Артема в русалку, к которой он подходить боялся, но упорно носил ей к реке цветы, рыбу и... разноцветные поплавки.

– Я думал, что раз она в реке обитает, ей понравится! Мне вообще четырнадцать было! – краснея оправдывался Артем.

На прощание Вадим вдруг серьезно взглянул на друга:

– Попробуй поговорить со своей мамой, если знаешь, как ее найти. Она точно будет больше меня знать, что делать. Ребенка спасать надо.

– Хах, сейчас я точно знаю, как ее найти, – грустно хмыкнул Артем. – Я подумаю. Спасибо за помощь!

В квартире играло радио: мужской голос напевал что-то про любимую, но такую вредную жену, ему от души вторил женский, только уже из кухни, местами не попадая в ноты.

– Появились? И снова вместе? У меня уже голова разболелась от Иры: не знаю, что хуже – ее пение или пропахшая едой квартира! – Из комнаты с недовольным лицом выплыла Мария Васильевна.

Она была одета в песочный костюм из шелковой ткани и пушистые тапочки. Волосы безупречной волной спускались по плечам. Аня инстинктивно попыталась пригладить свои запутавшиеся за день пряди, которые явно уступали укладке этой женщине.

– Не обращай внимания, – процедил Артем, разуваясь и кидая свои ботинки прямо у входа. – Я сейчас захвачу вещи, и вместе до метро пойдем.

– А ты куда уже собрался? – поинтересовалась Мария Васильевна.

– Переночую в другом месте, чтобы тебя не стеснять и не беспокоить Ирину Анатольевну.

Словно почувствовав, что ее вспомнили, из кухни выпорхнула Ирина Анатольевна. Несмотря на округлость тела, двигалась она удивительно энергично.

– Артемушка! Бедный, не кушал целый день поди, – всплеснула руками женщина. В цветном хлопковом халате, с аккуратным начесом на голове, она была словно антиподом мамы Артема. – Венечка только убежал на работу свою, ничего не покушал толком. Давай быстрее за стол: я и курочку приготовила, и пюрешку, и винегретик, и хвороста еще напекла к чаю.

– А котлеты накрутила? – ядовито поинтересовалась Мария Васильевна.

– Какие котлеты? – глупо захлопала глазами Ирина Анатольевна. – Думаешь, еще котлет стоит поджарить?

– Мама! Не обращайте внимания, Ирина Анатольевна, у нее плохое чувство юмора.

Мария Васильевна фыркнула. Ирина Анатольевна зависла.

– Ань, я быстро.

Артем проскользнул в свою комнату. Дверь за ним захлопнулась, и Аня почувствовала себя неуютно в компании двух женщин, которые еще с утра не выказывали к ней особой симпатии. Мария Васильевна окинула ее оценивающим взглядом.

– И что в тебе Артем нашел? Я тут тебя пробила по своим связям. Внешность обычная, денег нет, семья простая, да и особыми талантами не блещешь. Мышь обыкновенная. Таких пруд пруди вокруг. Или ты что-то скрываешь?

Аня вспыхнула:

– Во-первых, мы с Артемом друзья и коллеги, во-вторых, он сам разберется в личных вопросах, в-третьих, уж простите, вот такая я обычная, представляете? Не всем дано быть избранными и исключительными!

– Да-да, конечно, – хмыкнула Мария Васильевна, снисходительно кивнув.

– Просто любая мама всегда лучше знает, что сыночку подходит, – неожиданно сочувственно произнесла Ирина Анатольевна. – Когда у тебя будут свои дети – поймешь! К счастью, видела Юлечку Венину, хорошая девочка, и маму ее знаю.

– Как здорово, что хотя бы Вене повезло! – раздраженно ответила Аня. – Я подожду Артема на улице, доброго вечера вам!

На том она вышла из квартиры, хлопнув ни в чем не повинной дверью.

На улице было холодно. Темноту разбавлял теплый желтый свет окон. Можно было зайти в офис и посидеть там, но Аня решила подождать снаружи, чтобы то ли остыть, то ли освежить голову, в которой, как назло, крутилось слишком много неприятных мыслей. Признаваться себе, что слова мамы Артема болезненно зацепили, было неприятно. А так оно и вышло. «Мышь обыкновенная», – продолжал царапать черепную коробку язвительный голос. Аня поморщилась. «Пусть мышь. Но я очень даже симпатичная. Да, не такая красавица и модель, как Женька, да, не имею супер-пупер способностей и не превращаюсь ни в кого, как Гена. Ну и что с того? У каждого свои достоинства, – пыталась успокоиться Аня. – Хотя если бы превращалась в мышь, ее бы тоже вряд ли это устроило». В голове возникли глупые картинки, как Аня оборачивается маленькой пушистой и почему-то рыженькой мышкой, которая бессовестно перегрызает провода дорогого ноута Марии Васильевны (а что ноут будет дорогим, в этом почему-то сомнений не было), та что-то беспомощно кричит в ответ, а мышка, виляя тонким хвостиком, убегает. Аня негромко захихикала. Вымышленная мышь подняла лапку с пальцем вверх, одобряя.

– Что, довели тебя уже, раз смеешься одна? – Прозвучавший рядом голос Артема выдернул Аню из раздумий.

– Есть маленько, – честно призналась она. – Непростая у тебя мама.

– Хах, повезло так повезло. Пойдем кофе попьем, а? Не к нам, а в кофейню какую. Мы еще ни разу никуда не выбирались, а ведь работаем в центре, тут куча всего есть, – вдруг предложил Артем, с надеждой заглядывая Ане в глаза.

По его невеселому взгляду она вдруг поняла, что он просто хочет уйти подальше от дома. Аня молча кивнула, и они побрели искать подходящее место.

Маленький Ромка кривил покрасневшее от натуги лицо в плаче. Точнее, диком и безудержном оре, который Вера никак не могла остановить уже минут пятнадцать. Артем прыгал вокруг, так же безуспешно пытаясь отвлечь ребенка деревянной погремушкой-ежиком. Аня застыла с веником из прутьев в руках. Один из способов, который часто фигурировал в историях про подменышей, был связан с фактически угрозой ребенку (в том числе, с использованием розог), чтобы подменившая нечисть явилась спасать своего «детеныша». И если в легендах и сказках это как-то срабатывало, то в реальной жизни возникал ряд проблем: во-первых, причинять вред дитю ни у кого не поднималась рука (даже если это потенциально не настоящий ребенок); во-вторых, Вера тоже наотрез отказалась попробовать даже легонько «пошлепать» малыша («Даже если не мой – не дам!»); в-третьих, при виде веток рябины (а Артем решил взять именно их, приняв за ориентир почему-то британские легенды про фейри), ребенок зашелся диким плачем, но никакой нечистью даже не запахло.

Вера раскачивалась на месте, прижимая ребенка к себе. Ромка кричал.

Приоткрылась дверь, и в комнату заглянула женщина в возрасте.

– Вера! Что случилось? Почему Ромочка так кричит?! – беспокойно спросила она, глядя на ребенка поверх сидящих на носу очков.

«А вот и свекровь», – поняла Аня, разглядывая даму, напоминающую по фотографиям мужа Веры.

– Все в порядке, не волнуйтесь, сейчас мы успокоимся. Да, Ромашка? – Вера принялась сильнее укачивать ребенка.

– Галечка, что у вас тут? – послышался голос, и в комнату заглянула еще одна женщина, внешне похожая на свекровь. Только если «Галечка» была худощавой дамой с выкрашенными в сливовый цвет волосами, то заглянувшая обладала более округлыми, женственными формами и светло-русыми волосами с нитями проседи.

«А это, наверное, сестра ее». Аня вспомнила, что Вера рассказывала о гостившей здесь тетке мужа из Бреста, которая сначала в санатории отдыхала, а потом тут обосновалась.

– Опять у Веры Ромочка кричит! А я говорила, надо докармливать смесью! Ребенок го-ло-дает. А она мне: не надо, молока хватает! Все, собирайся, Валенька, поедем в магазин за бутылочками и смесью. Мой внук не будет страдать от голода! Уже и прикорм можно начинать с яблочка!

Продолжая возмущаться, свекровь покинула комнату, а следом за ней, сочувственно посмотрев на ребенка, отправилась и ее сестра.

По щекам Веры потекли безмолвные слезы. Аня отложила бесполезный веник в сторону и протянула руки.

– Давай я подержу, тебе нужно выдохнуть.

Вера слепо вскинула голову. Опустила глаза на ребенка. Снова подняла на Аню и... тихо протянула Ромку. Аня аккуратно обхватила теплое тельце и положила себе на плечо.

– Тише, тише, – стала тихонько шептать она, похлопывая его по спинке.

Ромка продолжал кричать прямо возле уха, отсекая все остальные звуки. Удивительным образом Аня всем нутром чувствовала, что должна делать. Она стала медленно, чуть покачиваясь, ходить по комнате вперед-назад, продолжая успокаивать малыша. Тш-ш-ш, хлоп-хлоп, тш-ш-ш, хлоп-хлоп. Вера обессиленно сидела на кровати и плакала. Артем аккуратно поглаживал ее по плечу одной рукой, сжимая в другой погремушку.

Когда Ромка затих, Аня облегченно выдохнула, понимая, что еще буквально минуту – и сама бы расплакалась следом за Верой от бессилия. Погуляв еще чуть-чуть по комнате с ребенком, она осторожно переложила его в кроватку. Ромка довольно агукнул и потянул ручки вверх. Подошедшая Вера поставила дугу с игрушками, отвлекая малыша от Ани.

– Спасибо.

– Не за что. Вы очень устали. Часто так кричит?

Вера с остекленевшим взглядом кивнула. Краем глаза Аня заметила, как Артем на всякий случай запихал бесполезный веник в рюкзак.

– Кажется, нам надо поискать другой вариант. Простите, Вера, что так и не получилось.

– Да, надеюсь, вы найдете еще что-то. Либо я просто схожу с ума.

Аня задумчиво гладила волка по голове, когда в кабинет заглянул Афоня. Вид у домового был крайне недовольный: усы возмущенно топорщились, уши стояли торчком, а в глазах читалась готовность устроить скандал. В принципе, Афоня нередко был чем-то недоволен, и чаще всего причина оказывалась только одна – Артем, который умудрялся навести хаос везде, где проходил, чем невероятно бесил домового, несмотря на хрупкое перемирие, царившее между ними с лета.

– Анна, девонька моя, объясни мне, непутевому домовому, мы что теперь, общежитие или гостиница?!

– Афонь, а что случилось?

– Ладно Дима тут обосновался, понимаю, волка деть некуда. Потом ваш упырь повадился ночевать в нашей гостевой зоне, весь диванчик занял. А теперь еще и Артем в кабинете ночлежку устроил! А потом они по очереди зубы в туалете чистят, моются, бреются. Это же форменный беспорядок! Здесь серьезное учреждение или место для бездомных?!

– Артем ночевал в офисе?

Афоня скорчил недовольную мордочку.

– Именно! Нет, если у нас что-то поменялось, так я организую тут гостиницу. Но! – Домовой поднял лапу. – Это существенно увеличит объем работы, а значит, я буду ставить вопрос о повышении моей зарплаты. Хотя... – Тут Афоня задумался. – Знаешь, а может, и неплохо. Надо поговорить с Дедом.

– Не гони котов, тьфу ты, коней, Афоня. Это временный коллапс. Я побеседую с мальчиками – кстати, ты не видел их? С утра никого не было.

– Нет. Но передай им – пусть уже решают вопрос!

На этом Афоня оставил Аню одну в компании с Димой. Она вздохнула, а волк сочувственно тявкнул. Поначалу Дима в основном молчал, но постепенно стал издавать все больше звуков: то подтявкивая, то порыкивая при недовольстве (иногда фыркая), а Артем божился, что слышал, как он даже выл ночами пару раз.

– Да, Дим, и не говори. Вечно мы куда-то влипаем.

Ни Артем, ни Веня так и не появились к моменту, когда Аня поехала на пары. К концу третьего семинара от Артема пришло сообщение: «Аня, SOS, ХЕЛП! Мама Веника сегодня всех собирает на ужин. Упырина в панике, Юля не может. Я один не справлюсь. Ты же не хочешь потерять такого красивого и умного меня?! Ведьм не нашел, надо, чтобы ты с мамой моей поговорила».

– Ну конечно, кому же еще, – тихо пробурчала Аня под нос.

Встречаться ни с мамой Артема, ни с мамой Вени желания не было. Но Вере требовалось помочь, а Мария Васильевна могла знать что-то полезное, поэтому Аня вздохнула и коротко написала: «Ладно, после пар заеду. Это только к 20:30 буду».

«Без проблем, скажу, работы много», – молниеносно ответил Артем.

«А почему Веня просто не отменит?»

«Она узнала, что у него сегодня смен нет. Клыкастый лошара забыл свое расписание на столе». – В конце сообщения стояли три черепка.

«М-да уж».

Аня отложила телефон и сосредоточилась на ответе одногруппника, который усиленно тонул у доски, пока остальная группа пыталась его спасти от грозящего провала.

Ужин проходил в напряженной обстановке. Начиналось все даже неплохо: Аня приехала, когда Веня уже был на месте. Артем бессовестно опоздал. Стол ломился от еды: пара салатиков («Крабовый и оливьешка с солеными огурчиками, как ты любишь», – лепетала Ирина Анатольевна, подкладывая Вене ложку за ложкой), котлеты (к ним как-то никто из ребят не решался притронуться), отбивные (их Аня тоже проигнорировала, вспомнив бабку-упырицу с топориком), картофельное пюре, бутерброды со шпротами, овощная нарезка и винегрет. Мария Васильевна ела овощи, демонстративно игнорируя «жирную» еду, Артем уныло ковырялся в картошке, а Аня жевала винегрет. Веня уплетал все ловко: благо от чесночной курицы его спас Артем, который утащил ее в офис и скормил Диме.

Ирина Анатольевна, затянутая в зеленый вязаный халат, тем временем причитала:

– Ой, Венечка, ты такой занятой! Все учишься и работаешь. Такой молодец у меня! Бедняжка, тебе так, наверное, тяжело...

Веня невыразительно промычал в ответ, старательно жуя.

– Совсем не изменился, мой мальчик. – Ирина Анатольевна ласково погладила Веню по темным волосам. – Ой, ты же холодный! Здесь вроде тепло, а ты прямо ледяной.

Она принялась щупать Веню за руки и щеки, тереть кожу, чтобы согреть.

– Венечка, надо одеться теплее, чтобы не заболеть! Сейчас столько простуд ходит, надо беречь себя!

Внезапно Ирина Анатольевна замерла.

– Венечка, у тебя пульс не чувствуется! Это может быть инфаркт или инсульт! Надо срочно вызвать скорую!

– Ира, да очнись, он мертвый! – не выдержала Мария Васильевна, накалывая вилкой огурец. – Поэтому и холодный. И пульса нет. Как у всех трупов.

– Что?! Ты с ума сошла – такие вещи говорить?

Побледневший Веня взглянул на маму, а потом тихо признался:

– Мама, я упырь.

На лице Ирины Анатольевны за секунду промелькнул калейдоскоп эмоций: вот глаза чуть расширились от непонимания, губы чуть дрогнули от волнения, и, наконец, когда брови нахмурились, решение было принято.

– Не говори глупости, Веня. Мы покажем тебя врачу. Давай собирайся, и только не надо спорить. Ведьмы, упыри – совсем тут чокнулись в своем Минске.

– Мам, прости, я не хотел, чтобы так получилось, – опустил голову Веня и принялся рассказывать обо всем: как вылетел из университета, как хотел откосить от армии и разыграл неудачное самоубийство, как бабка-арендодательница оказалась упырицей и, наконец, как Артем с Аней раскрыли это все и спасли Юлю (тут Артем влез в рассказ и уточнил, что без Вени ничего бы не вышло). В конце повествования Веня продемонстрировал острые клыки.

Ирина Анатольевна слушала молча. Краснела, бледнела, один раз чуть не упала в обморок (как раз на бабке с топориком), а в конце вдруг сжалась вся и поникла.

– Венечка, сыночек, как же так. Не уберегла тебя. – По щекам Ирины Анатольевны потекли слезы. – Ничего-ничего, переживем с тобой все. Что же ты мне сразу не рассказал? Мы бы все придумали, ну поругалась бы, и ладно.

– Мам, ну не переживай. Мам... – На глазах у Вени стояли слезы, он неловко протянул руки к Ирине Анатольевне.

– Пороть тебя надо было! Вот что! Чтобы глупостей таких не твори-и-ил! – вдруг взвизгнула Ирина Анатольевна и снова залилась слезами.

Веня отпрыгнул, испуганно смотря на рыдающую маму.

– Так сейчас можешь, ему-то уже ничего не страшно, – хмыкнула Марья Васильевна, поправляя брошь на кремовом свитере.

– А ты бы молчала тута лучше, – взвилась Ирина Анатольевна, размазывая черную тушь по розовым щекам. – Нафуфырилась, думаешь, первая звезда на селе? А вот дулю тебе под нос! – И под изумленные взгляды Ирина Анатольевна скрутила незамысловатый жест – кукиш обыкновенный. – Кошка ты драная, я как могла одна, так сына и растила! Он меня хотя бы любит! А твой что? На порог пускать не хотел! Сама ребенка не растила, и других неча учить!

– Ах, я – кошка драная? Мой сын хотя бы жив и здоров, и все благодаря мне! Знаешь, через что мне пройти пришлось?! Я ж его в семнадцать лет родила! Сама дите горькое была – колдун меня одурманил. Говорил мне: «Будет у нас, Маруська, сын – колдун великий», а родился... Тёмка. Слабый, маленький и... бессильный. Я его даже до срока доносить не смогла, раньше родила. Колдун сразу все понял, сказал, что не нужен ему такой, – закончила Мария Васильевна, обхватывая себя руками. Помолчав несколько секунд, она тихо продолжила: – Думала, откажусь. Пришла посмотреть в последний раз, а он лежит такой маленький, в трубочках весь, и ни дотронуться, ни на руки взять. А потом глаза открыл, голубые такие, и как посмотрит на меня, словно знает, что я его мама. И ручки так сжимает маленькие. И я не смогла. Выписалась без него, каждый день ходила, молоко носила. Ребенка потом отдали, как подрос. Мне учиться надо было, а тут дите. Родители выгнать не выгнали, но сразу сказали: сама в койку прыгала, сами и расти. Ночами не спала: и училась, и работала. А в пять явился его отец. Я думала уже, образумился, станем жить семьей. Только вот не за этим он пришел. И я сбежала, спрятала Тёму у бабушки и сбежала, чтобы не нашел колдун ни меня, ни его.

Ирина Анатольевна уже не плакала, лишь изредка шмыгая носом. Артем сидел опустив голову.

– Зачем отец приходил? – Его голос звучал глухо.

– За ритуалом.

– Каким?

– Силу свою увеличить, тебя в жертву отдать.

– Почему ты не рассказывала? Только попрекала вечно, когда приезжала.

– Потому что... – Мария Васильевна вздохнула и посмотрела на Артема, в ее глазах стояли слезы. – Потому что не хотела, чтобы ты жил и думал, как отец тебя убить хотел. Для тебя он просто пропал без вести. Так было безопаснее. А я все надеялась, что в тебе сила спит. И каждый раз разочаровывалась. А потом злилась, что ты все старше, а я так далеко. Ты же рос дерзким, шустрым. Я хотела видеть послушного славного мальчика, а ты...

– А я твоя ошибка молодости и воспитания, – закончил Артем, поднимаясь с места. – Я помню.

– Я все что могла, тебе отдала. Ты должен быть благодарен.

– Спасибо. Счет можешь выставить, я буду платить с каждой зарплаты. – Артем направился к выходу. – Пойду подышу, спасибо за ужин, Ирина Анатольевна.

В кухне повисла тишина. Мария Васильевна сидела, спрятав лицо в ладони. Ирина Анатольевна протянула руку и погладила ее по волосам.

– Машенька, давай чайку попьем. Как две девочки, а? Я тоже одна Веню растила, знаю, как это непросто – быть одинокой. Мой козел с шалашовкой из магазина сбежал, а я с дитенком осталась. Венечка, Анна, оставьте нас, тут взрослым надо поговорить.

Мария Васильевна слабо покачивалась на стуле, продолжая обхватывать себя руками. Веня с Аней переглянулись и поднялись со своих мест, решив оставить мам одних.

Артем на улице не обнаружился, зато Аня нашла его в кабинете: он сидел в темноте прямо на полу у батареи, нелепо вытянув длинные ноги в кроссовках. Аня подошла и тихо опустилась рядом.

– Не боишься, что пол грязный?

– Не-а, Афоня же снова убирается у нас в кабинете. А ты вот не сиди на холодном, простынешь еще.

– Не так уж тут и холодно.

– Веня снова откармливается?

– Побежал за примирительным тортиком маме, надеется, что «Центральный» еще открыт.

Артем молча кивнул. Они посидели еще немного в темноте.

– Тём...

– Не надо. Я все слышал, но... я был ребенком и так хотел, чтобы мама была рядом и любила меня.

Аня мягко приобняла Артема.

– Зато сейчас у тебя есть мы: я, Дима, Гена, – принялась перечислять она, загибая пальцы. – Афоня тоже, пусть вы и цапаетесь периодически. Агапий, Глеб, Леха, Зоя...

– Да-да, – усмехнулся Артем, запустив пальцы в волосы. – Знаешь, какое мое самое яркое воспоминание о маме? – Не дожидаясь ответа, он продолжил: – Мне было около пяти. В ту ночь была сильная гроза, а мама привезла меня к незнакомой бабке. Потом я узнал, что это ее родная бабушка, которая жила на далеком хуторе возле леса. Мама сказала, что отойдет, попросила подождать. За окном гремел гром, и мне было очень страшно на новом месте: старый темный дом, электричество бабушка отключила из-за грозы, вокруг все незнакомое, а за окном сверкает молния. Мне велели ложиться спать. Затаившись под колючим одеялом на старой кровати, я слышал, как мама о чем-то тихо шепталась с бабушкой, а потом хлопнула дверь... Не помню, что произошло, но я вдруг словно почувствовал: мама собирается уехать насовсем, – и выбежал следом на улицу, прямо в этот дождь. Там, в темноте, были видны лишь красные огоньки удаляющихся фар машины. Я бросился за ней. Кажется, я кричал, кричал, пока в какой-то момент не упал без сил. Когда очнулся, то снова был в доме, а рядом сидела бабушка. Она ворчала, что так сбегать нельзя, что рядом лес и дикие животные, а мама обязательно вернется. Она и правда вернулась, только через шесть лет...

Голос Артема сорвался. Он замолчал. Аня сжала его руку.

– Ты больше не один. И тебя никто не бросит.

– Бабушки не стало, когда мне было почти шестнадцать, в ноябре, и опять шел этот чертов дождь. Мама не приехала на ее похороны, явилась только через неделю. Год я жил один, а потом поступил и переехал в Минск.

Артем положил голову Ане на плечо. Она мягко погладила его по волосам.

– Я не знаю, что правильно будет тебе сейчас сказать. Но если хочешь, поехали с Димой к моим родителям – они уж точно будут рады познакомиться с вами. К счастью, мама с папой не колдуны и не ведьмы, обычные люди. Мама бухгалтер, папа инженер. Будешь приезжать ко мне в Могилёв – покажу тебе город. У нас тоже свои легенды имеются.

– Ты меня в гости зовешь или работать?

– Эй, я тебе, можно сказать, предлагаю вступить в ряды своей семьи, а ты мне про работу!

Артем рассмеялся. Аня улыбнулась:

– Тём, я так и не поговорила с твоей мамой по поводу дела.

– Вадим прав, лучше ведьмы тут вряд ли кто разберется. А я не хочу, чтобы маленький не-Ромка почувствовал, что значит потерять «живую» маму. И настоящему Ромке нужна его мама. Поэтому... – Артем вздохнул и стал подниматься на ноги. – Идем, напарница. Время работать.

К облегчению Ани все прошло достаточно гладко: Мария Васильевна с подозрительно покрасневшими глазами легко согласилась съездить и посмотреть на ребенка, заодно прихватив с собой Ирину Анатольевну. Неизвестно, о чем они успели побеседовать, но теперь обе женщины выглядели как самые близкие подружки, а почти полные чашки с чаем стояли остывшие на столе. Веня все-таки успел за тортом, а потому чайник нагрели повторно. Аня же отправилась на такси к себе: общага скоро закрывалась для прохода. С собой ей выдали большой кусок белоснежного торта с белковой розочкой сверху – Веня решил угощать мам фирменной минской «Мечтой».

В маленькой машине Зои было тесно: Аня сидела зажатая с обеих сторон Артемом и его мамой, а впереди устроилась Ирина Анатольевна. К счастью, Зоя не знала всех нюансов последних дней, а потому всю дорогу весело болтала с мамами, рассказывая про своих шебутных близняшек (а Аня поражалась, как Зоя умудрилась еще не поседеть с такими-то историями), про не менее активную дочурку, делилась рецептами фирменной картофельной бабки^[27] со шкварками и полезных гамбургеров домашнего приготовления. Последний очень заинтересовал Ирину Анатольевну, которая с утра вдруг объявила всем, что пора переходить на полезное питание («Никаких майонезов химозных, жареного и сладкого, Веня! Тебе нужно следить за диетой, чтобы поддерживать здоровье!»).

Вера их уже ждала. Дома она была практически одна: свекры в субботний день с утра пораньше поехали на рынок и по магазинам, муж в пятницу собрался к друзьям в Минск и остался там ночевать, пообещав к обеду вернуться. Компанию Вере составляли Ромка и сестра свекрови – Валентина, но она отдыхала в своей импровизированной комнате и не беспокоила молодую маму.

Мария Васильевна бережно подняла Ромку на руки. Он нахмурил маленький лоб и с подозрением уставился на ведьму. Ротик начал кривиться.

– Тише, тише, – мягко, но строго прошептала Мария Васильевна, – дай на тебя посмотрю.

Одной рукой она держала ребенка, а другой стала водить по нему. Потом повернулась к Ирине Анатольевне:

– Ира, а ну-ка, подсоби, как я тебе объясняла.

Ирина Анатольевна кивнула и перехватила у нее малыша.

– Ой, какая лапушка, – засюсюкала она. – К маме хочешь, да?

Она развернула ребенка лицом от себя, чтобы маленький Ромка смотрел прямо на Марию Васильевну. В руке у ведьмы мелькнул кинжал. Вера вскрикнула.

Дверь в комнату распахнулась.

– Пришла, так отдай не свое, – протянула Мария Васильевна. Острие зависло в сантиметре от ребенка. – Я знаю, что этот твой. Не отдашь сама, заберу этого себе и за тобой приду.

– Ведьма, – прошипела Валентина Григорьевна, с которой медленно сползали человеческие черты. Грудь обвисла до низа вздувшегося живота, кожа посерела, нос изогнулся крючком, а изо рта выглянули кабаньи клыки.

Мария Васильевна хмыкнула:

– Давно богинок не видела, думала, уже совсем исчезли.

– Отдай малое! – прохрипела богинка.

– Сначала ты, – парировала Мария Васильевна. – Возвращай не свое!

Опухший живот разошелся как по шву. Внутри проросшей мхом утробы мирно дремал маленький Ромка – точь-в-точь такой же, как держала на руках Ирина Анатольевна.

– Ромочка, – кинулась к нему Вера. Она выхватила ребенка и зарыдала, крепко прижимая его к себе.

Мария Васильевна убрала кинжал и кивнула Ирине Анатольевне, которая опасливо протянула ненастоящего ребенка богинке. Когтистые руки обхватили дитя, и оно тут же начало меняться, превращаясь в похожее создание.

– Тсс... – зашипела богинка, пряча своего ребенка обратно в пузо.

– Ты прямо сейчас уедешь отсюда и больше не вернешься, – строго сказала Мария Васильевна. – Уходи в свои болота и нос не показывай!

Богинка кивнула, пятясь назад.

– Стой! – окрикнул ее Артем. – А где тогда настоящая Валентина?

– Ее давно уже нет, – ответила Мария Васильевна и, взглянув на богинку, уточнила: – Я же права? Как давно ты живешь под видом человека?

Нечисть растянула губы в улыбке.

– Да почти три десятка лет. Маленькая на болоте утонула, а я ее место заняла. Не хочу в сырости прозябать. Среди людей хорошо.

– И никто не узнал?

Богинка помотала головой.

– А если бы ребенка не попыталась украсть, и не узнал бы, – покачала головой Мария Васильевна.

– Против себя не попрешь... – прошипела богинка, по морщинистой щеке потекли слезы. – Я тоже хочу дитя, одна осталась. Мое у меня не вырастет, так и будет сидеть внутри. Человеческого надобно. Я бы его любила...

– Так усынови, – предложила вдруг Ирина Анатольевна. – Зачем красть-то? Не темный век, возьми себе на воспитание и живи не одна.

Богинка остановилась и задумалась.

– Вам лучше сейчас уехать, но вот наш номер и электронная почта, наберите или напишите, мы попробуем вам помочь, – протянула бумажку с номером Аня. – Думаю, мы что-нибудь придумаем.

Аня изучала правила усыновления детей. Богинка уехала в тот же день. Она предлагала просто остаться помочь Вере с маленьким Ромой, но та пока была слишком перепугана произошедшим, чтобы соглашаться. Мария Васильевна еще поговорила с Верой, объяснила, как ребенка защищать от таких существ. Она посоветовала все-таки подумать над словами богинки: «Ты уже знаешь, кто она и чего боится. А тебе помощь бы не помешала. Не Ромке, а тебе – пусть позаботится о ребенке. Каждой маме нужна мама». Дед одобрил идею помочь богинке с усыновлением, но сначала надо было все изучить и понаблюдать за ней самой. Мария Васильевна неожиданно вызвалась помочь и поэтому уехала вместе с лже-Валентиной в Брест. С Артемом они уже не цапались, найдя хрупкий мир. Он по-прежнему болезненно реагировал на маму, но ее помощь все-таки дала надежду, что однажды они смогут стать ближе. Во всяком случае, Артем пригласил ее приехать еще как-нибудь в гости, прогуляться по Минску и попробовать поговорить обо всем.

Ирина Анатольевна тоже решила заканчивать гостить и поехала к себе, предварительно взяв с Вени обещание, что больше он не будет ничего скрывать и обо всем ей станет честно рассказывать сразу, даже если это неприятности и провалы.

«Дзынь», – пиликнул телефон откуда-то из недр документов на столе Артема. Ловко нырнув в бумаги, он вытянул гаджет, отряхивая от сдобных крошек. Аня покачала головой: опять документы будут с пятнами и прилетит от Афони.

Беззаботность вдруг слетела, с лица Артема сползли все краски. Нервно покусывая губу, он обратился к Ане:

– Мама написала, что решила показать мне моего настоящего отца. Посмотри на фото.

Аня замерла, глубоко дыша и вглядываясь в экран телефон. С фотографии на нее смотрела совсем юная девушка, в которой легко можно было узнать маму Артема, а рядом с ней, приобняв, стоял молодой Вячеслав. Высокий, со светлыми волосами и такими же светлыми глазами – его лицо она никак не могла перепутать с кем-то другим.

– Это же тот самый колдун с болота... – резко пересохшими губами прошептала Аня.

Дело № 39. Ночной показ

В кофейне было свободно. За парой круглых столиков расположились девушка с ноутом и чашкой кофе и пара среднего возраста с десертами и чайничком чая на двоих. Остальные столики сиротливо стояли, ожидая своих гостей. Бариста с зачесанными назад светлыми волосами, тихо подпевая звучавшей в заведении музыке, наводил порядок среди чашек, блюдец, ложек и прочей «рабочей» утвари. Закатанные рукава рубашки позволяли оценить тонкий браслет из черного камня на запястье.

Меню предлагало как классические позиции, так и сезонные зимние напитки с разными специями, добавками и забавными названиями. До Нового года оставалось около недели, и столичные заведения уже месяц как обрядились в праздничные украшения и обновили ассортимент.

– Артем, – громко позвала Аня, замерев возле стойки. – Привет!

Он обернулся, на лице отразилось удивление, а потом губы расплылись в радостной улыбке.

– Привет! Что пожелает дама: кофе или что-нибудь из сезонки? Угощаю. – Чуть наклонившись, он громким шепотом сообщил, прикрывая рот ладонью: – Только матчу не бери, она по вкусу как жидкий брокколи!

И демонстративно скривился. Аня улыбнулась: она была рада снова увидеть и услышать своего напарника, пусть теперь они уже не работали вместе.

– Давай на свой вкус что-нибудь интересное сообрази, а то у меня глаза разбегаются от выбора.

– Тогда пару минут, занимай столик, я принесу.

Усевшись за свободный столик недалеко от стойки, Аня наблюдала, как Артем увлеченно колдовал над ее кофе, добавляя сиропы, перемешивая, посыпая из баночки и продолжая тихо мурлыкать под нос песню. Делал он все достаточно активно, превращая только что наведенный порядок в хаос: вокруг уже лежали ложки, сироп стеклянными каплями украшал столешницу, а кофемашина успела прыснуть горячим молоком, целясь в Артема (благо он успел увернуться за секунду до). В итоге, когда перед Аней возникла чашка с воздушной цветной пенкой и блестящими звездочками посыпки, рабочая зона баристы выглядела как после ограбления.

Счастливый Артем плюхнулся напротив, поставив локти на стол и с интересом уставившись на Аню.

– Давай, пробуй!

Аня подняла бровь и посмотрела на разноцветный напиток.

– Выглядит мило. Я такого в меню не видела, но твой энтузиазм слегка пугает – что ты туда успел намешать?

– А ты попробуй угадать, – хитро улыбнулся Артем.

Выглядел он непривычно: под фирменным фартуком виднелась тонкая белая рубашка, а обычно растрепанные волосы, теперь уложенные воском, казались светлее, чем обычно, открывая высокий лоб и подчеркивая сияющие голубые глаза. «В нем и правда есть что-то от отца, – заметила Аня. Образ колдуна с болот сам всплыл в голове. – Такие же голубые глаза, только у Вячеслава они были холодные как лед, а тут скорее напоминают озерную гладь. И лоб такой же высокий, и резкие скулы. И как я тогда не заметила сходство?»

– Эх, запомните меня такой, – трагическим голосом проговорила Аня, отгоняя воспоминания, и отпила кофе. – Сладкий, похожий на сахарную вату или такую жвачку типа «лав из», м-м-м. – Она довольно сощурилась. – И капелька мятного послевкусия. Признаю, получилось интересно.

– Талант! – потряс указательным пальцем Артем. – Агапий всегда мне говорил, что у меня есть потенциал.

– Да, неожиданно. Как ты вообще?

– Нормально, развиваю себя как бариста, думаю, может, мне еще торты на заказ дома печь. А ты как? Я тебе писал, а ты все не заглядывала!

– Прости, – состроила скорбную мину Аня. – Съездила домой, татушку мама оценила, а папу решили пока не травмировать неожиданными изменениями. Зачеты уже получила, вот в универе застряла, поэтому и не могла никак доехать. Первый экзамен будет после Нового года уже, надеюсь, что пройдет хорошо. Только знаешь... я... – Аня запнулась и опустила глаза. – Я уверена, что в ЦУДе творится что-то нечистое!

– Хах, я думал, ты приняла свое увольнение, – откинулся на спинку стула Артем, складывая руки на груди и разглядывая Аню.

– Похоже, что ты принял свое, – не смолчала она в ответ, чувствуя, как начинает злиться, – вон как увлеченно тут варишь кофе!

– Эй, я вообще-то квартиру снимаю, еще и упыря содержу с волком, – парировал Артем. – Ты тоже что-то учебой занималась и не отсвечивала.

– Не совсем, – призналась Аня, а потом наклонилась ближе к столику и, воровато оглядевшись по сторонам, продолжила: – Я немного сама тут... как бы сказать, решила провести мини-расследование.

– Ха, – хмыкнул Артем, тоже подаваясь вперед. – И как успехи? Пойдем в суд требовать восстановления на работе? Или увольнения этого финдиректора с его идеями о развитии?

– А тебя все устраивает? Ничего странного ты не заметил и со всем согласен?!

– Ладно, не кипятись, – поднял ладони Артем. – Так, кажется, новый посетитель. Поговорим в другом месте. Давай в десять сорок пять встречу тебя на Немиге и ко мне пойдем. Останешься сегодня у меня, точнее, у нас с Димой и Веней, но наш упыриный друг сегодня в ночную смену, так что только волк будет. Если ты и правда думаешь разобраться в этом всем, а?

– Хорошо, приду. Погоди, а Дима теперь у тебя обитает?

– Да, – кивнул Артем. – Леха забрать его не мог: у дочки аллергия на шерсть, Гену в командировку отправили в сторону Браславских озер, обсуждать проведение конференции среди представителей водной нечисти, Зою с Павловной уже напрягать не хотелось, а Глеб... Ну ты сама понимаешь, он сейчас у нас важная шишка стал.

– Но почему Дима не остался в офисе жить? Наш же кабинет свободен.

– Начальство решило, что это создаст плохое впечатление у клиентов и не соответствует статусу компании. Короче, выгнали его.

– А Дед так и не появился?

– Нет. Деда до сих пор никто не видел, – мотнул головой Артем, вставая с места. У стойки уже неодобрительно косилась в его сторону молодая женщина в плюшевой шубке и с корги на поводке.

Никто точно не мог сказать, когда конкретно пропал Петр Васильевич. А главное – куда. Лучший директор – это тот, которого не замечаешь, но при этом все слаженно работает. В этом смысле Дед был гениальным руководителем: дела решались, задачи отлично распределялись между нужными сотрудниками, а сам он появлялся только в случаях крайней необходимости. По крайней мере, для Ани. Галина Павловна, как подозревала Аня, явно контактировала с Дедом куда больше и чаще, все-таки главный бухгалтер. Или Зоя с Глебом – те принимали заявки и составляли первоначальные материалы дел. Или Афоня, который дела распределял и как домовой со всеми пересекался. Или... в общем, кто угодно мог контактировать с Дедом чаще Ани, которая, совмещая работу и учебу, куда реже пересекалась с самым главным сотрудником ЦУДа. Да и дела с Артемом они умудрялись решать вполне себе самостоятельно. Наверное, поэтому она не сразу поняла, что Деда нет. Только когда в ее жизнь и в ЦУД пришли серьезные перемены.

Сначала появился рыжеватый мужчина в дорогих очках, сшитом на заказ сером костюме в «елочку» и с ароматом парфюма, что сшибал с ног в другом конце коридора. Он представился как «финансовый директор и исполняющий обязанности Петра Васильевича на время его отпуска». Документы о его приеме на работу оказались в кабинете Деда вместе с приказом о назначении и предоставлении необходимых полномочий, о чем никто до этого не знал (даже всеведущий Афоня). Потом начались «знакомства и собеседования» с каждым из сотрудников ЦУДа, проверка работы, установление KPI, биллинга для фиксации загрузки, регламенты работы и иные усовершенствования деятельности. По словам новоприбывшего руководителя, Аркадия Борисовича, дела в ЦУДе были запущенны, финансовые показатели плохие и он «спасал компанию от банкротства». Только вот атмосфера в офисе становилась все тяжелее: Агапию запретили совмещать работу с его «ночной жизнью», чтобы не портить репутацию, Глеб вдруг стал правой рукой нового начальства, проникшись идеями роста в компании, Зоя разрывалась между детьми и свалившимися дополнительными обязанностями, Галина Павловна погрузилась в пучину новых финансовых регламентов, политик и прочей «стратегически важной» документации, отчего ради сохранности жизни и здоровья ее лучше было не отвлекать от цифр. Леха медленно кипел внутри, стараясь переделать все необходимые отчеты и отписываясь по каждой мелочи. Артем кипел более яростно, периодически громко ругаясь на весь кабинет и проклиная бюрократию. Даже Гена, который летал на крыльях любви с Женей, чувствовал себя не в своей тарелке, потому как на столе пришлось наводить порядок, а все его преображения оказались под запретом.

«Сотрудники должны выглядеть представительно и официально. Я подготовил регламент по дресс-коду в офисе», – авторитетно заявлял Аркадий Борисович, потрясая указательным пальцем и демонстрируя дорогие часы с кожаным ремешком на запястье.

«Тот» день Аня прокручивала в голове каждую ночь.

– Добрый день, благодарю всех собравшихся! К сожалению, Петр Васильевич не может пока присутствовать, но это не помешает нам провести сегодняшнее собрание. Коллеги, я проанализировал деятельность компании, изучил ваши показатели и результаты работы. На прошедшей стратегической сессии мы с Петром Васильевичем обсудили направления работы и основные цели. Для начала давайте определимся с общими ценностями. Анна, в чем ценность ЦУДа?

– А-а-а... – Аня не ожидала внимания к своей персоне на собрании и растерялась. – Простите, что вы имеете в виду?

– Ценности, Анна, ценности, которые мы тут все разделяем как команда, – с улыбкой настойчиво повторил Аркадий Борисович.

– Эм... ну, – неуверенно начала Аня, но не успела закончить, как он перебил:

– Вот, коллеги, ценности – это основа политики компании, их должен знать каждый. Клиентоориентированность, экспертность и сильное позиционирование.

Глеб закивал, делая пометки в ежедневнике. Артем закатил глаза, сложив руки на груди.

Аня почувствовала себя глупо: с одной стороны, она еще и года не проработала здесь и могла не знать всех нюансов, с другой – сильно подозревала, что о ценностях не знал никто. В течение следующего часа ее еще несколько раз дергали с вопросами, на которые она с переменным успехом старалась отвечать, чувствуя себя все неуютнее: цели, направления деятельности, правила общения с клиентами и прочее. Когда собрание подошло к концу, Аня выдохнула, надеясь поскорее покинуть ставшим неуютным без Деда кабинет директора.

– Анна, Артем, задержитесь.

Пальцы на руках резко похолодели, а сердце бешено застучало. Вот-вот должно было что-то случиться, и Аня чувствовала, что ничем хорошим беседа явно не закончится.

– Да? – постаравшись себя не выдавать, уточнила она, поворачиваясь и подходя ближе к столу. Присесть никто не предлагал.

– Я тут изучал отчеты за этот год и обнаружил... хм... нарушения условий труда с вашей стороны. – На широкий стол упали картонные папки: «Дело № 28», «Дело № 31». – Узнаете дела?

– Да, а что не так? – раздраженно спросил Артем.

– Напоминаю, что в подписанных вами трудовых контрактах есть ограничения по причинению вреда. В обоих случаях результатом ваших действий стала гибель лиц – Алеси Фрацевны, или Вячеслава, фамилию и отчество которого вы даже не потрудились установить.

– Озерский Вячеслав Игнатьевич, – буркнул Артем. – Записать? Это займет две минуты.

– Да? А что же вы сразу не внесли данные? Ситуация от этого не меняется, гибель двух лиц на вашей совести. И судя по отчету, превращение коллеги в волка так же на Анне. Вы вдвоем создаете угрозу для всех!

– Эй, вы бы контролировали, что говорите! – стукнул по столу Артем, вспыхивая. По его лицу и шее пошли красные пятна. – Аня тут ни при чем! И это было в рамках защиты жизни вообще-то, и не только нашей!

– Не эйкать мне тут! – тоже стукнул кулаком по столу Аркадий Борисович, и на пальце блеснул перстень: блики от лучей настольной лампы скользнули по камню. – Соблюдайте субординацию! Сути это не меняет. Вы должны были найти выход из ситуации. Договориться, урегулировать все мирно.

– С упырем?! – не выдержала Аня.

– С ведьмой! Колдуном! Я сейчас вижу только подтверждение вашей профнепригодности! Вы оба уволены. Галина Павловна сделает расчет, а я попрошу сегодня же освободить кабинет и все имущество сдать ей. Если что-то попытаетесь вынести, я буду обращаться в соответствующие органы!

– Больно надо, – фыркнул Артем.

– Но как же так, – растерялась Аня. – Я хочу поговорить с Петром Васильевичем.

– Он занят, и его не стоит беспокоить по мелочам. Тем более он уже подписал приказ лично, вот, ознакомьтесь. – Аркадий Борисович протянул документы. – Если бы еще сегодня вы показали, что разделяете ценности компании или хотя бы знаете их, – он не сдержал издевательской усмешки, – возможно, я бы мог поговорить с Петром Васильевичем насчет того, чтобы все отменить. Но вижу, что это бесполезно.

Строчки плыли у Ани перед глазами, буквы разбегались.

УВОЛИТЬ:

1. Волкову Анну Алексеевну...

2. Казимирова Артема Дмитриевича...

Зима встречала холодом, сыростью и первым в жизни увольнением...

Рабочее собрание проходило в комнате: Аня расположилась на разложенном диване, подтянув под себя ноги, рядом с ней в клубок свернулся Дима, устроив морду на толстый хвост (к зиме он особенно раздобрел и стал еще пушистее), а Артем уселся в кресло напротив, скинув вещи из него на пол. Возле него на столе стояла широкая самодельная доска с фотографиями, распечатками и стикерами. На фотографиях был запечатлен Аркадий Борисович, который что-то искал в кабинете либо разговаривал по телефону, а на одном снимке вообще заходил в кинотеатр.

– Кажется, тебе тоже есть что мне рассказать, – усмехнулась Аня, разглядывая импровизированное досье.

– Я Деда знаю лет с семнадцати, как сюда переехал, – ответил Артем, забрасывая ногу на колено. – ЦУД тогда из него одного состоял да Галины Павловны. Это чуть позже ребята стали появляться, дела увеличиваться. Я не верю, что он мог вот так исчезнуть и еще этого мутного типа вместо себя оставить. Тот что-то явно вынюхивает, ищет в кабинете, пока один. Думаю, все эти обновления рабочих процессов – лишь прикрытие.

Аня задумчиво кивнула:

– Я не знала, что вы с Дедом настолько давно знакомы. Думаешь, он тоже не случайно пропал?

– Да. – Артем отвел глаза, слепо уставившись в одну точку на стене. – Бабушка как чувствовала, что уйдет, а потому еще перед смертью мне сказала, мол, есть такой Петр Васильевич, он тебя не бросит, если в беде будешь. Дед мне в ночь пришел, когда ее не стало. Сказал, что выручит, и помог со всем: сам бы я вряд ли тут жилье нашел, в универ решился поступать, теперь если что – хоть диплом есть.

Артем замолчал. Из кухни послышался пронзительный противный писк. Аня скривилась, Дима спрятал морду под хвост, прижав уши.

– Чайник! – подскочил Артем с места и помчался на кухню. Через некоторое время он вплыл в комнату с подносом, на котором расположились две дымящиеся кружки – в этот раз одна в форме мордочки котика, другая с мемами – и тарелка с бутербродами с сыром.

– Налетай, – скомандовал Артем, протягивая Ане поднос. – Веня спалил мой чайник и притащил этого монстра, что орет на всю квартиру. С одной стороны, больше чайник на плите не забудешь, с другой – можно свихнуться под эти звуки! А еще он на кухне сегодня решил Юле торт испечь, и туда вообще лучше пока не заходить, потому что даже я такого себе не позволяю, – не преминул наябедничать Артем, состроив скорбную мину.

Аня рассмеялась.

– Наконец тебя кто-то переплюнул!

– Бе-бе-бе, жестокая женщина. Надо было и правда ту бабку-упырицу не сжигать с домом, а брать в плен и выпытывать, как она сосуществовала с этой маминой корзиночкой!

– Да ладно тебе прибедняться, – хмыкнула Аня. – Не такой уж он и горемычный. Еще и помогал тебе. Но если бы мы каким-то чудом ту бабку повязали, этот Аркадий Борисович и ей про ценности и регламенты поведения упыря втирал бы. Сам тот еще упырь!

– Кстати, об этом... – загадочно протянул Артем. – Как понимаю, мы с тобой снова в деле, напарница? У тебя есть чуйка, что нечисто в ЦУДе, я, как видишь, тоже тут пытаюсь собрать информацию...

– В деле, напарник, – кивнула Аня. – И самое главное, теперь нас никто не сможет уволить!

От вида, ставшего родным за время работы коридора, щемило сердце. Аня осторожно ступала по ковролину, стараясь сильно не шуметь. Широкие, обитые кожей двери с табличкой «Кабинет № 1» грозно возвышались в самом конце.

Артем вытащил из кармана набор крючков и принялся колупаться в замке, всучив Ане свою куртку. Что-то щелкало, трескалось, Артем тихо ругался себе под нос, но замок явно не поддавался его усилиям.

– Дай я, – не выдержала Аня и, отпихнув Артема в сторону, принялась сама сражаться с неприступной дверью. Минута, другая – и внутри механизма щелкнул поворот задвижки. Аня потянула на себя, и тяжелая дверь неохотно приоткрылась, пропуская ночных гостей.

Идея прокрасться в офис ночью принадлежала Артему. Если Аркадий Борисович что-то пытался найти в кабинете Деда, то не мешало самостоятельно обследовать директорскую обитель, а заодно проверить вещи нового руководства, которое там обосновалось. Аню такое предложение немного пугало, но других вариантов пока не было. Кроме того, ей не давал покоя один странный нюанс – перстень на пальце Аркадия Борисовича врезался в память, и она была уверена, что видела такое же кольцо раньше, хотя не могла вспомнить, где именно. План решили осуществить в ночь с пятницу на субботу, когда в офисе никого не должно быть. К тому же через подставных лиц (а именно Женьку) удалось разузнать, что на выходных запланированы ремонтные работы и всем приказано до вторника работать удаленно. Выселили даже Афоню. Но Артем решил перестраховаться и помочь избавиться от чересчур активного домовика, попросив Веню: тот увез Афоню и Агапия подальше под предлогом помочь обустроить на выходные треугольный домик в лесу для свидания с Юлей. Артем проследил, как остальные покинули офис по окончании рабочего дня, и, когда часы пробили полночь, они с Аней приступили к делу.

– Всегда знал, что мне повезло с такой талантливой напарницей, – тихо пошутил Артем, проскальзывая в бухгалтерию.

В отличие от первого визита Ани сюда, сейчас в кабинете Галины Павловны царили чистота и порядок: никаких документов на полу, цветы куда-то исчезли с подоконников, а стеллажи с подписанными папками возвышались у стен.

С дверью в кабинет директора оказалось сладить проще. Артем уже не пробовал свои силы, сразу уступив Ане право вскрыть замок.

– А я уже думал пойти и помочь вам двери открыть, – издевательски пропел Аркадий Борисович, растягивая губы в язвительной улыбке. В кабинете было темно, и только свет растущей луны падал через окно, освещая сидевшую за столом фигуру мужчины.

Аня почувствовала, как похолодели руки, а сердце ухнуло вниз. «Вот и допрыгались, – пронеслось в голове. – Сейчас он вызовет милицию, потом сообщат в университет, а потом и в интернете на всех новостных будет: «Студентка юрфака пыталась ночью незаконно проникнуть в офис компании».

– Не могу не отметить, что вы, Анна, очаровательно способны. Возможно, я поторопился с вашим увольнением. Думаю, мы могли бы оказаться друг другу полезны.

– Ишь ты, какой шустрый! – возмущенно заявил Артем, выступая вперед и прикрывая собой Аню. – Ты тут к девушке не подмазывайся!

– А вот ты пока не так интересен... – протянул Аркадий Борисович и резко сорвался с места, подлетая к Артему и хватая его за грудки. Не ожидавший такой прыти Артем дернулся в попытке вырваться, но был отброшен в стену.

– Артем! – вскрикнула Аня, бросаясь к упавшему другу, но мимо нее просвистел стул, обрушиваясь прямо на неуспевшего подняться Артема. Аня успела отшвырнуть мебель в сторону, но Аркадий Борисович схватил ее и оттащил назад. Она вырывалась, лягалась, изворачивалась, но все было тщетно – ее крепко держали, вывернув руки и прижав спиной так, что Аня могла видеть лежавшего на полу Артема.

– Маленькая боевая девочка, – насмешливо протянул мягкий баритон. – Сегодня вам так не повезет, как в прошлый раз.

– Влад... – ненавидяще прошипела Аня. В ее голове пронеслись воспоминания: вот она, связанная, лежит в чужом гараже, а он, усмехаясь, выключает свет, и на пальце его перстень с красным камнем.

– Догадалась, надо же, – хмыкнул змей. – Я даже внешность сменил – выбирал что-то непохожее. И что меня выдало?

– Твоя любовь к украшениям, – дернулась Аня, но Влад даже не дрогнул, продолжая ее удерживать.

Обмякший Артем бездвижно лежал, не подавая признаков жизни. В светлых волосах алело неровное пятно.

– Отпусти, ему нужна помощь!

– Ты не врач, не бойся, твой дружок жив, я это чувствую, – прошипел Влад, обдавая горячим дыханием шею. Аня поморщилась: оснований верить змею не было, но и думать о том, что с Артемом все плохо, она тоже не хотела. – М-м, а ты внимательная. Ладно, перейдем к делу, если ты, конечно, хочешь спасти этого мальчишку.

Обхватив одной рукой Аню, он дернул рукав на ее кофте, затягивая выше.

– Значит, вот он где, – удовлетворенно прошептал Влад, большим пальцем почти нежно очерчивая татуировку на Аниной руке. – Надо будет выписать премию твоему бывшему коллеге за внимательность.

– Что тебе надо? – Аня чувствовала, как мурашки бегут по коже, несмотря на жар, исходящий от тела змея.

– Ты уверена, что хочешь знать все, что мне может быть нужно? – промурлыкал Влад, разворачивая Аню к себе лицом, и заглянул в ее глаза, почти касаясь своим носом ее. Он больше не выглядел как Аркадий Борисович, вернув себе прежний, уже знакомый вид. – Пока у тебя есть то, что даст мне свободу. И ты отдашь это.

– Вот как, – голос дрожал, но Аня старалась не показывать вида. – Пропажа Деда тоже твоих лап дело?

– «Деда», забавно вы его прозвали. Хитро устроился. Не совсем моих, – хищно улыбнулся Влад, слегка обнажив заострившиеся клыки, а потом поморщился и добавил: – Скажем так, моего... напарника. Тебе предстоит с ним встретиться.

– Напарника? Или... хозяина? – хмыкнула Аня, дерзко заглядывая прямо в глаза змея, которые казались абсолютно черными в царившем вокруг полумраке.

Влад скривился, а потом, прижавшись к ее щеке, прошептал на ухо:

– Для тебя это не имеет значения, кто он. Хочешь спасти напарничка и вашего директора – отдай меч.

Ночной Минск потихоньку готовился ко сну: в жилых домах уже не горел свет, часть заведений закрывалась, а по пустым дорогам такси развозили поздних пассажиров, изредка разбавляемые обычными случайно заехавшими автомобилями. Влад уверенно вел машину: темно-вишневый мерседес скользил по дороге, легко лавируя по свободным полосам. В другой ситуации и обстановке Ане даже могла понравиться такая поездка по ночному городу в дорогом автомобиле (а змей выбрал себе мерседес бизнес-класса явно неспроста) с кожаным салоном и красивым парнем за рулем (этого у Влада тоже было не отнять). Но ситуация была определенно не та. Крепко стянутые бечевкой руки, безмолвно лежащий на заднем сиденье Артем, также связанный по рукам и ногам, не добавляли романтики.

– Ты опять запер человека в чужом гараже? – поинтересовалась Аня, рассматривая подсвеченные фонарями улицы, но нет-нет да бросая взгляд назад.

Влад разрешил обработать рану на голове Артема, благо кожу просто немного рассекло. Тот очнулся, но уже связанным, а поскольку он сразу стал громко ругаться, то Влад просто заткнул ему кляпом рот.

– Фу, как это было бы примитивно. Да и с ним такое бы не прокатило, – не отрываясь от дороги, качнул головой Влад, усмехаясь.

– Я надеюсь, что ты... вы, – поправилась Аня, вспоминая, что Влад действует не один, – не причинили вреда Петру Васильевичу. Иначе я сделаю все, чтобы вы никогда не получили желаемое!

– Боюсь, малышка, ты слишком самоуверенна. То, что я согласился доставить тебя к Петру Васильевичу в обмен на меч, можно сказать, подарок.

– Я не малышка.

– Хорошо... волчонок. Ты же Волкова, насколько я помню? Даже забавно, как получилось, что Волкова стала причиной проклятия волка.

– Откуда ты знаешь? – Аня резко повернулась к Владу. Он лишь стрельнул темно-карими глазами в ее сторону, чуть улыбаясь:

– Сама подумай, ты же умная девочка. Ах да, мы приехали. В этот раз я приглашаю тебя, волчонок, в кино. Только давай без выкрутасов, мне бы не хотелось снова применять силу – это не мое. С девушками я предпочитаю другой формат общения. – Он очертил кончиком языка губы, а потом наклонился и тихо добавил: – Не бойся, я бы не оставил тебя умирать в том гараже. Поверь, я знал, что за нами проследили и тебя заберут. А сейчас лучше будь умницей; когда все закончится, возможно, мы с тобой найдем общий язык.

Артем сзади гневно замычал, вытаращив глаза. Влад взглянул в зеркало и рассмеялся:

– Прошу на выход. А тебя я сейчас заберу.

Аня поежилась на улице от холода. Поскольку Артем жил прямо над офисом, взлом они осуществляли, не захватив верхних вещей, – кто же знал, что их повяжут с поличным? Поэтому стоять в декабре на улице в одной кофте после теплой машины было определенно неприятно. На плечи упала тяжесть, и Аню окутало чуть пряным древесным ароматом.

– Замерзнешь, – хмыкнул Влад, направляясь к задней дверце машины.

Признавать его правоту не хотелось, но теплое пальто змея было как нельзя кстати. А еще пахло оно намного приятнее, чем тот парфюм, что использовал Влад, маскируясь под Аркадия Борисовича. С тем незабываемым запахом он явно смог бы застать их врасплох.

Влад с легкостью взгромоздил Артема на плечо и жестом приказал Ане двигаться вперед. Перед ней возвышалось светлое здание кинотеатра с красной вывеской «Ракета». Она слышала про это заведение, но ни разу сюда не доезжала, предпочитая варианты поближе к общежитию или универу. Дверь распахнулась сама по себе прямо перед ее носом, приглашая в темноту. Аня зашла первая, ощущая спиной следующего за ней змея. «Даже хорошо, что Влад тоже идет, не так страшно, – нервно хихикнула она про себя. – Мысль абсурдная, но встречаться здесь одной с его таинственным “хозяином” мне бы не хотелось».

В кинозале ровными рядами стояли обитые красным бархатом кресла – пустые, кроме одного. В тот момент, когда Аня узнала сидящего зрителя, ей стало немного дурно. Посередине ряда их ждал Вячеслав Озерский – на ее глазах утонувший в болоте колдун, проклявший Диму, а также по совместительству родной отец Артема. Мужчина улыбнулся, обнажая ряд острых клыков.

– Анна, как я рад снова вас увидеть и как славно, что тогда на болоте не успел убить вас. Хотя вот у вас получилось.

– Вы же... мертвы.

– Несомненно, – кивнул Вячеслав, не отводя от нее бесцветных глаз. С его лица словно сошли все краски: бледная кожа, седые волосы, почти белые глаза. Щеки впали, обнажая острые скулы, ногти заострились, загибаясь на пальцах подобно когтям. – Но вы могли бы уже и знать, что подобная смерть для колдуна чревата... м-м... последствиями.

Аня сглотнула ставший в горле ком. Вячеслав был опасен при жизни, а сейчас он был мертвым существом, которое вряд ли стало добрее к окружающим его людям.

– Мне жаль, что с вами так вышло...

Вячеслав скрипуче расхохотался, перебивая Аню.

– Жаль? Я бы посадил тебя в клетку с волком, девочка, ожидая, когда от голода звериная сущность взяла бы верх над разумом и он пожрал тебя. А потом, обернувшись человеком, сошел с ума от содеянного. Но прежде вы бы увидели, как все дети стали частью ритуала. – Глаза Вячеслава оставались холодными как лед, словно он говорил о скучной рутине. – Хотя, как оказалось, это было бы напрасно. Кто же знал, что нужный мне артефакт – просто печать, которую хранили кикиморы прямо тут, под самым моим носом, в центре Минска.

По голове словно ударили: Аня втянула воздух, представляя, какая жестокая участь их могла ожидать тогда на болоте.

– А Артем? Ты бы его тоже убил?

– Хочешь открыть мне великую тайну, что это мой сын? – по-птичьи наклонил голову Вячеслав. – Не беспокойся, я сразу его узнал. Пусть он и не узнал своего отца. Ты сама понятия не имеешь о тех, кто тебя окружает.

– Так отпусти его сейчас, и Петра Васильевича отпусти.

– Или что? – ровным голосом спросил Вячеслав.

– Мы же не случайно здесь, – ответила Аня. – Я уже знаю, что тебе нужен меч. А мне нужна безопасность Артема и Петра Васильевича.

– Хах, да... – хищно протянул Вячеслав, поднимаясь с кресла. – Влад написал мне про сделку. Итак, ты отдаешь мне меч, а я... так и быть, отпускаю Артема и вашего «Деда».

– Мне нужны гарантии, – вскинула голову Аня. – Что вы меня не обманете. Я хочу увидеть Петра Васильевича!

– Я клянусь тебе на своей крови, что отпущу Артема и Петра Васильевича, если ты отдашь мне меч, который был подарен тебе кикиморами. Как только я получу его, ты увидишь Петра Васильевича. – Вячеслав желтоватым когтем чиркнул по своей ладони. На месте пореза показались черные капли.

– И что ты не причинишь никому вреда!

– Я уже поклялся. Либо ты принимаешь мою клятву, либо... я могу потратить еще несколько лет на поиски меча, который исчезнет, как только я перегрызу твою шею. У меня есть бесконечный запас времени.

Сзади раздалось яростное мычание. Аня обернулась: Артем дергался в руках Влада, пытаясь вырваться.

– Не дури, – тихо прошептал Влад, удерживая парня. – Соглашайся, если хочешь жить.

Аня замерла.

– Раз. – Вячеслав сделал шаг ближе. – Два...

– Я согласна.

«Мы вместе потом что-нибудь придумаем, – решила Аня. – Моя героическая смерть точно никого сейчас не спасет».

Вячеслав закатал рукав своей льняной рубахи и приглашающе протянул когтистую ладонь. Аня скинула тяжелое пальто на соседнее кресло и подтянула кофту, обнажая тату.

– И что дальше?

– А теперь просто пожелай подарить его мне, – велел Вячеслав.

Татуировка засветилась на руке. Аня зажмурилась и пожелала. Пожелала спасти Артема, спасти Деда – и если для этого нужно отдать дар кикимор, то так тому и быть. Боль пронзила руку.

Когда она открыла глаза, кожа на предплечье была снова чистой. По руке Вячеслава растекалась черная вязь узора, складывающаяся в изображение меча, но выглядел он в этот раз пугающе, словно татуировка подстраивалась под своего хозяина. Шиповник уже не цвел – лишь колючие лозы оплетали меч.

– Это все? – растерянно спросила Аня. Все прошло слишком просто.

– Да, – удовлетворенно ответил Вячеслав. – Ах да, тебе пора. Только я не держу Петра Васильевича, а Артема схватил змей, так что я к нему отношения не имею.

Он резко дунул ей в лицо пеплом из второй ладони, что была сжата все это время, и все закружилось у Ани перед глазами. Свет померк.

Трескучий звук пленки смешивался с музыкой пианино.

Аня открыла глаза. Вокруг нее маячили нарисованные картинки: из синих красок с белыми мелкими брызгами и желтыми неровными пятнышками вдруг получалась сказочная зима. Оживший полумесяц снимал желтую шляпку, приветствуя, а среди белых елочек стояли ежик и зайчики. По нарисованному миру шествовала мягкая кукла в расшитой рубахе и лаптях, с тканевой серой бородой, голубыми глазами и носом-картошкой. Она пела, забавно размахивая руками знакомую всем детям песенку.

Картинка стала меняться – и вот уже лето: в хороводе танцуют дети, в огороде курочка с петушком и цыплятками, а солнышко ласково всем улыбается.

Аня вдруг поняла, что произошло.

– Петр Васильевич! Петр Васильевич! – закричала она, пытаясь дозваться до куклы, но та продолжала беззаботно напевать свою песенку. Аня металась по декорациям «Калыханки», но ее словно никто не замечал. Если вокруг все было нарисованным, она оставалась живым человеком. Мозг отказывался принимать окружающую нереальность: слишком странно было бродить среди иллюстраций как по настоящему миру.

Музыка играла, голос пел. Картина снова сменилась на ночной город и детей, задорно летящих на ковре-самолете.

– Дзед-Барадзед! – снова закричала Аня.

Песня закончилась и началась снова. Круг за кругом. Кукла пела и пела, то появляясь, то исчезая, картинки менялись. Снова и снова. Аня чувствовала себя попавшей в дурной сон, из которого никак не выбраться. Она звала, кричала, но ничего не менялось.

В голове мелькнула мысль. Ей очень нравилось думать, что Петр Васильевич и правда настоящий Дзед-Барадзед, несмотря на то что Артем говорил другое. И пару раз она слышала, как Петр Васильевич сам тихонько напевал эту песенку себе под нос, отчего на ее душе становилось тепло, как будто она возвращалась в детство. Но если отбросить эту собственную уверенность и задуматься. Петр Васильевич бродит по снам, выглядит пожилым мужчиной и заботится обо всех. Он явно не человек, но кто же тогда может пытаться замаскироваться под сказочного героя и, главное, зачем?

Аня обхватила голову руками и закрыла глаза, проваливаясь в детские воспоминания.

– Ай, ясачка мая, прыехалі да бабы!^[28] – Грузная баба Стефа вытирает руки о передник и улыбается во весь рот. Маленькая Аня жмется к маме, немного пугаясь. Это незнакомая ей бабушка, одна из ряда бабушек и дедов, к которым решили заехать родители, отправляясь на Троицу на Витебщину.

Папа вежливо улыбается, мама знакомит со всеми, рассказывает про Аню и как они обжились в Могилёве. В старом деревенском доме пахнет деревом и толстыми блинами, что баба достала из печи.

– Еш, давай. – Баба Стефа пододвигает ближе сковородку с разбитыми жареными яйцами, салом и сметаной. Аня такое не ест, аккуратно отщипывая пухлый блинчик. – Красуня якая. Зараз я табе да блінкоў сочыва смачнага дам^[29].

Баба Стефа громко говорит и смеется. За окном уже темнеет и родители собираются уезжать.

– Ды куды ж вы на ноч гледзячы! – всплескивает руками баба Стефа. – Куры дома чакаюць? Ці свінкі? Заставайцеся!^[30]

Папа пытается неловко оправдаться, но широко зевает, выдавая усталость: почти весь день они катались между городами, деревнями и кладбищами. Мама кивает, соглашаясь, что лучше переночевать тут.

Аня смеется, глядя, как баба Стефа гладит постельное белье гостям: набирая полный рот воды, она шумно прыскает на ткань, а сверху прижимает горячим тяжелым утюгом. Подмигивая Ане, баба снова набирает воду в рот и – пф-ф-ф! – расплескивает все по ткани. Баба Стефа с блинами и утюгом уже кажется доброй и смешной. А потом баба смешно напевает песенку про какого-то Дзеда-Барадзеда, расстилая постельное на скрипучей кровати.

– Кто такой Дзед-Барадзед? – спрашивает Аня, болтая ногами на стуле.

– Хто?

– Дзед-Барадзед.

– А-а-а, гэта ж з «Калыханкі». Я так сама люблю мульцікі глядзець. У маім-та маленстве такога не было. Калі будзеш слухмянай і добрай дзяўчынкай, Дзед-Барадзед прыйдзе да цябе ў сне і пакажа, што пажадаеш. А вось калі бацькоў не слухацца ды паводзіцца дрэнна, дык прыйдзе бабай!^[31]

– Я не боюсь бабая! И вообще, ему, может, тоже не хочется ходить только к плохим детям. Бабаю, в смысле, – воинственно заявляет Аня. Ее маленькому сердцу вдруг становится ужасно жалко этого несчастного бабая, которым так любят пугать детей. – Пусть приходит, я ему расскажу сказку и конфету подарю, вот у меня есть. – Она вытащила из кармана ириску...

Аня открыла глаза. Кукла пела.

– Я знаю, кто вы, – громко крикнула Аня. – Я знаю! Вы тоже дед, вы тоже связаны со сказками, вы ночной дух – бабай! Вы нужны мне, вы нужны Артему и ЦУДу!

Музыка продолжала играть, но кукла прекратила петь, немигающе уставившись на Аню.

– Вы же тогда приходили ко мне, когда я была маленькой. У бабы Стефы. Я сказала, что не боюсь и вы не обязаны пугать детей. Я помню, как позвала вас, когда все уже спали, и вы шагнули из темноты, из старого шкафа, а я протянула конфету. Ириска, да? Которую было невозможно почистить без бумажки, и от нее слипались все зубы. Я не испугалась. Но сейчас я выросла и мне страшно, потому что я не справлюсь одна. Потому что нужно остановить Вячеслава, спасти Артема, вернуть Диму. Мне нужны вы. Пожалуйста, вернитесь. Вам не надо притворяться кем-то другим, вы нужны нам настоящим с вашими цудами!^[32]

Образ куклы медленно таял. Секунду спустя возле Ани стоял Петр Васильевич.

– Маленькая Аня. Я рад, что ты снова меня вспомнила и что я вспомнил себя.

– Ведь на самом деле никогда не существовало Петра Васильевича?

Он покачал головой:

– И да и нет. Я долго бродил по снам детей, долго мною пугали, но однажды я понял, что и сам могу выбирать, каким мне быть. Особенно, если маленькая девочка может не испугаться и дать ириску. «Калыханка» объединяла множество детей, даря им счастливые минуты. Я решил взять пример с куклы, что показалась мне похожей на меня – ходящего во снах. И вместо страшного бабая стать кем-то вроде доброго Дзеда-Барадзеда, бродить по снам, рассказывать детям сказки, а еще помогать тем, кому я буду нужен, – улыбнулся Петр Васильевич. – А сейчас эта же маленькая Аня пришла и спасла меня из хитрой ловушки, в которую я умудрился попасть. Кажется, я принял на работу замечательную сотрудницу.

Аня улыбнулась:

– Спасибо. Вы знаете, как нам выбраться?

– Держи меня за руку. Раз я вернул свою сущность, то могу перенести нас обратно. Ведь это просто долгий сон – мой сон.

Перед глазами замелькали тысячи маленьких огоньков, словно яркие вспышки гирлянды... секунда – и Аня поняла, что она вместе с Дедом стоит в пустом зале кинотеатра. Они поспешили к выходу.

– Путешествуя по чужим снам, я сам не сплю. Несколько недель назад я встречался с Владом – он сам вышел на связь, просил помощи. Я поверил, а он опоил меня зельем дурмана, из-за которого я провалился в собственный сон-мечту. А дальше, судя по всему, Вячеслав провел обряд, запечатывая мой разум в этом сне в образ куклы.

– Влад служит Вячеславу. И я не понимаю, кем стал сам колдун – он точно больше не человек, – поделилась Аня, стараясь не отставать от Петра Васильевича, который широким шагом уверенно направлялся... наверх.

– Ератник – злобное существо, в которое могут превратиться колдуны, особенно проклятые, после смерти. Чем-то похож на упыря, только опаснее, чем наш Веня. Особенно Вячеслав – он слишком много знал, и даже потеряв колдовскую силу и став ератником, все равно способен, как оказалось, на многое.

– И вот бабка у Вени была тоже та еще, – передернула плечами Аня.

– Потому что при жизни ведьмой была, – кивнул Петр Васильевич, выходя на крышу здания. – Полагаю, что Вячеслав отправился за мечом и нам надо спешить. Слышала ли ты легенду о Менеске-мельнике и драконе? Воды Свислочи хранят в себе останки побежденного змея. Но о чем не говорят людские легенды, так это о том, что меч, которым Менеск поразил дракона, так и остался в теле побежденного врага, впитав в себя всю его силу. Про самого Менеска-мельника тоже ходят разные сказания: то он великан, то знахарь, то богатырь, то разбойник. Увы, я не знаю всей правды. Кем бы он ни был, но на меч наложили тайные чары, чтобы никто не завладел такой силой. Запечатали его в водах реки, а печать, что может добыть меч, спрятали.

Аня почувствовала, как на нее снова накатывает страх. Горло сжало невидимой рукой, а внутри живота все скрутилось в тугое кольцо. Меч явно не был конечной целью Вячеслава – лишь средством ее достижения. По опыту общения с ним ясно было одно: ничего хорошего он явно не задумал. И она должна сделать все, чтобы его остановить.

– Прошу вашу руку, сегодня мы с вами будем работать вместе. Надо спешить – нас ждет самая длинная ночь в году, но сначала заскочим за теплой одеждой и подмогой. – Петр Васильевич протянул ладонь, и Аня без раздумий крепко ее сжала. А дальше они шагнули прямо к звездам...

По проспекту Победителей проезжали одинокие машины, в то время как в парке было тихо и пустынно. По дорожкам не гуляли ни мамы с колясками, ни молодожены, между деревьев не бегали собачники следом за своими питомцами, дети не резвились на площадке – зимней ночью парк погружался в длинный сон. На парковке со стороны проспекта Машерова стояла одна-единственная машина – мерседес, который Аня уже смогла бы распознать везде. Свет в салоне не горел, и издалека машина казалось пустой.

– Возможно, они забрали Артема с собой, – предположил Петр Васильевич, разглядывая закрытый автомобиль, пока они подходили ближе. – Но мое чутье ведет сюда, раз мы перенеслись по его следу.

– Не думаю, – с сомнением протянула Аня. Дима рядом коротко рыкнул, словно подтверждал, что согласен. Она была рада, что они захватили с собой волка, который дожидался возвращения Ани с Артемом дома, не подозревая, в какую историю они успели влипнуть. – Вячеслав вряд ли стал бы тащить за собой Артема, который настроен совсем не дружелюбно. Но и не освободил бы его. Есть у меня некоторые подозрения. Подайте, пожалуйста, сюда тяпку.

Петр Васильевич протянул Ане инструмент. «Оружие» по борьбе с упырями (ручка-то осиновая была) Аня захватила с собой из квартиры Артема (тяпку он забрал вместе со всеми вещами из кабинета), решив, что это лучше чем ничего, – не с пустыми же руками идти к опасной нечисти? Тем более Артем как раз заточил деревянный конец садового инвентаря, превратив его в настоящий кол.

– Сейчас и проверим, – пробормотала Аня, подходя к машине. Оглянувшись по сторонам, она повернулась к дверце с водительской стороны и со всей силы лупанула по стеклу металлическими зубцами.

– Ты что творишь! – Из-за кустов выпрыгнул Влад с вытаращенными глазами. – Брось тяпку немедленно!

– И не подумаю!

– Молодой человек, где Артем? – строго спросил Дед, подходя ближе к Ане.

– В безопасности. Вам лучше было сюда не приходить, раз выбрались. Еще не поздно сбежать. – Лицо Влада стало меняться, приобретая «змеиные» очертания. По асфальту щелкнул черный хвост.

«И почему Артем букет-то не сохранил нужный?! Надеюсь, тяпкой тоже можно будет отбиться!» – подумала Аня, двумя руками сжимая рукоятку.

Змей осклабился, демонстрируя клыки.

– Вам тоже следовало сбежать. Ах, кажется, вы не можете. Мои коллеги могли бы помочь и вам, если бы вы попросили, но вы, видимо, решили поиграть в плохого мальчика, – спокойно ответил Петр Васильевич и щелкнул пальцами: – Спать!

Вмиг взгляд змея остекленел, и Влад упал прямо на асфальт. Аня опустила свое оружие, озадаченно уставившись на свернувшегося, как кот клубком, Влада.

– Он что, и правда уснул? Вот так просто? Нам бы вас в команду не помешало...

Дед рассмеялся.

– К сожалению, мои силы, во-первых, ограничены ночным временем, во-вторых, не на всех действуют, а больше на тех, кто может спать, да и один я со всем бы не управился. Поэтому и появился ЦУД.

Влад заскулил во сне.

– Что с ним?

– Кошмары. Я не добрый дедушка, Анна. Мне хочется быть хорошим, пусть и не человеком, но огненный змей достаточно натворил дел, и это был его выбор, а не зов условной «природы». Потому погрузив в сон, я в наказание оставил ему его страхи. Но не беспокойтесь, Владу это не повредит – к утру чары точно развеются.

Аня кивнула. А потом повернулась к машине и снова принялась бить по стеклу. Удар, еще, и стекло лопнуло. Аня пролезла в салон автомобиля, потом перебралась назад и откинула спинки у кресел, освобождая багажник.

– Привет, напарник. Если отдохнул – пора спасать мир!

Аня вытащила кляп изо рта Артема.

– Птфу, тьфу, – принялся он отплевываться. – Аня, это ловушка! Влад остался караулить машину!

– Он уже обезврежен и усыплен, так что не волнуйся. Дед о нем позаботился.

– Фух, я так рад тебя снова видеть! Развязывай, я уже рук и ног не чувствую! Это гад ползучий меня тут запер!

Освободив от пут Артема, они вместе вылезли из машины через окно: двери отказались открываться при незаведенном моторе.

– Хорошо, что сигнализация не сработала. Если за мной придут потом из органов за взлом и порчу чужой машины, я скажу, что спасала тебя как жертву похищения! – чуть нервно пошутила Аня, оглядывая побитый мерс.

– Не волнуйтесь, никто не узнает, я позабочусь обо всем. Хотя надо признать, не ожидал, что у вас настолько интересные методы работы, – немного потрясенно ответил Петр Васильевич, протягивая уже стучавшему зубами Артему куртку. – Мы же могли попробовать осмотреть вещи змея...

– Ой, я как-то не подумала. – Аня почувствовала, как ее щеки начали пылать. – Ключи и правда, наверное, были в кармане...

– Ничего, заслужил, – фыркнул Артем, разглядывая похныкивающего во сне Влада. Тот снова принял человеческий облик, но при этом так и не проснулся. – А что это с ним, кстати?

– Я по дороге объясню, только теперь надо понять, куда нам дальше... – начала было говорить Аня.

– К реке, – коротко ответил Артем, указывая пальцем вверх.

Аня подняла глаза: темное ночное небо озарялось множеством голубых огней, вспыхивающих в глубине парка.

Ночные воды Свислочи, обычно темные, светились, распугивая речную живность и обнажая скрытое нутро реки. Поросшее водорослями дно разверзлось, открывая хранящийся в ней секрет: округлые желтовато-белые кости образовывали скелет неведомого громадного существа, что распластался вдоль всей длины реки.

– Это дракон? – Жуткий вид скелета, размеры которого невозможно было охватить за раз человеческим взглядом, пугал Аню и завораживал одновременно. – Я не ожидала, что он настолько огромный. А где тогда крылья? Под землями парка?

– Вполне вероятно, что при жизни он либо был местным цмоком^[33], что вырос до невероятных размеров, либо иным нездешним драконом, который просто тут поселился, – ответил Дед, разглядывая скелет. Лицо его вдруг вмиг стало суровее и старше – уже не Петр Васильевич, а куда более древняя сущность стояла на набережной Свислочи. – Надо найти Вячеслава, возможно, мы опоздали и меч у него в руках. Я не знаю точно, на что способен этот артефакт, но, если что-то пойдет не так, спасайтесь.

Аня с тревогой взглянула на Артема. Он посмотрел на нее и подмигнул:

– Я бы мог сказать «не геройствуй», но знаю, что это бесполезно. Мы справимся. С Аней можно и на волколака с голыми руками идти.

– Тогда нам туда, кажется, я чувствую его.

Дед повел Аню с Артемом за собой вдоль светящейся огнями огромной реки.

Вячеслав грозно возвышался над зеркальной гладью, стоя на мосту, что вел к острову Птиц. С одежды ератника стекала вода, а взгляд был устремлен вниз, где из глубины среди костей погибшего чудовища выглядывала рукоятка меча, точь-в-точь такая же, как была изображена на татуировке.

– Как вовремя вы подошли, – ухмыльнулся Вячеслав. – Печать открыла путь. Но кажется, чтобы достать меч, мне потребуется помощь.

– Лучше тебе сдаться и отступить, – начал Дед, выходя вперед. Дима зарычал, припав на передние лапы, готовый атаковать в любой момент.

– Хах, ты можешь сколько угодно пытаться кичиться перед детками, только я знаю, что ты бабай. И тебе не усыпить меня, потому что я уже мертв, а мертвые не видят сны. Твоя сущность совсем не в добреньких сказках, так зачем противиться себе? Люди вычеркнули нас из своей жизни: домовые, русалки, кикиморы ушли в мультфильмы и сказки. Настоящих колдунов заменили шарлатаны из телевизора и интернета. Мы сами стали стыдиться и прятаться. Пора вернуть нам то, что наше по праву, – люди должны бояться и уважать тех, кто испокон веков царил на земле.

– А у вас прямо имперские замашки, – нервно пошутила Аня. – Кто же мешает жить в мире? Мы же как раз стараемся помочь всем нечистикам.

– Не-чи-сти-кам, – едко протянул Вячеслав. – А что же не чудовища? А? О, или монстры? А тут мы даже получаемся такие монстры с минской пропиской! МЫ не нечистики, девочка. Не монстры и не чудовища. У каждого из нас свое имя и своя суть. А нечистью прозвали нас люди.

– Зачем вам меч? Давайте найдем мирные способы...

Вячеслав расхохотался.

– Мирные?! Мне не надо мирные, меч дает силу, с помощью которой я смогу получить власть над всеми не-людьми. Я поведу за собой войско: упыри, волколаки, русалки, кадуки и прочие. Вычищу всех, кто будет сопротивляться.

– Да у тебя крыша двинула! – разозлился Артем, сжимая кулаки. – Что за бред ты несешь?! Твой план трещит по швам: печать ты снял, но меч взять не можешь. Без него ты обычный мертвяк, даже не колдун уже. Тебе некуда деваться. Сдавайся!

Петр Васильевич резко бросился вперед и отлетел обратно, наткнувшись на невидимую преграду.

– Я так не думаю. Я, конечно, уже не человек, но обряды и знания никуда не ушли – в том числе, как нарисовать защитный круг. Поэтому ни тебе, ни волку не преодолеть начерченную мной защиту, если я не захочу. А твоим ручным деткам одним не справиться. Расскажу вам сказку, пока есть время. Свислочь была прекрасной девушкой, дочерью водяного, в которую влюбился Менеск. Когда ее похитил змей, Менеск выковал меч и спас возлюбленную. Но меч так и застрял в теле павшего змея, напитываясь его силой и сводя с ума героя, маня обещаниями власти. Доброе сердце девушки не могло выдержать того, как губит проклятый артефакт возлюбленного, и попросила она отца обратить ее в реку, чтобы навсегда спрятать от всех меч в своих водах. Я думал, печать заставит реку отдать меч, но она лишь открыла путь к нему. Что же, если ради любви этот меч был запечатан на века, то ради нее же он вернется на свет.

– Только вот ты никого не любишь, а потому пролетаешь по всем фронтам, – презрительно выплюнул Артем.

– Ты возьмешь меч и отдашь мне. – Когтистый палец указывал прямо на Артема.

– Только если в твоих мечтах! – огрызнулся он в ответ. – Я не буду забирать меч. А если и заберу, то только чтобы убить тебя.

– В твоих руках этот меч – просто железяка. Менеск был чародеем, и только настоящий колдун или нечеловек сможет использовать мощь клинка. Так что даже не думай, будто сможешь им воспользоваться в полную силу.

– Пустой треп! Последний раз – сдавайся!

– Воды Свислочи сейчас настолько холодны, что человек не выживет в них долго, еще и без кислорода. Только если не помочь ему выбраться, – жутко оскалился Вячеслав и раскрыл ладонь, на которой был вырезан замысловатый узор.

Поднялся ветер. Заскрипели деревья, пригибаясь к земле. Скручиваясь в спирали, прямо к ератнику мчался вихрь, похожий на тонкий смерч. Замерев прямо перед его лицом, вихрь вдруг ослаб и исчез, а к ногам Вячеслава упала женщина.

– Вот и свиделись, дорогая, – нежно протянул он, за волосы поднимая Марию Васильевну. Она слабо попыталась отбиться, но Вячеслав с легкостью перехватил ее руку. – Ты была хорошей мамой, а? Готов ли твой сынок спасти тебя?

С этими словами он перекинул Марию Васильевну прямо в ледяную воду, а потом прыгнул сам.

– Мама! – закричал Артем, перегибаясь через перила моста. Аня схватила его за куртку, пытаясь оттянуть назад, чтобы он не прыгнул следом. Она могла видеть, как в подсвеченной воде ухмыляющийся ератник утягивает Марию Васильевну вниз, прямо к мечу. Артем, словно безумный, начал карабкаться на ограждение.

– Стой, ты не выживешь! – рявкнул Петр Васильевич, пытаясь пробиться к нему, но невидимый барьер не пускал. Аня тянула Артема на себя, удерживая от прыжка.

– Она умрет! – орал он, из глаз текли слезы. – Что я должен делать?!

Аня резко дернула его на себя, падая вместе на мост и больно отбивая себе спину. Неловко перекатившись, она, поднявшись на колени, схватила Артема за руки и притянула к себе, заглянув в глаза:

– Тебе придется забрать меч. А теперь слушай меня внимательно...

Аня прижалась почти вплотную к его уху и зашептала свой план. Артем нервно мотнул головой, но Аня продолжала говорить. По бледным щекам Артема текли слезы. Он встал и протянул руку туда, где виднелась рукоять меча. Тонкие губы дрогнули, и Артем зашептал, закрыв глаза:

– Прошу, помоги мне спасти маму. Отдай меч Менеска, чтобы я смог защитить ее.

Тот дрогнул и распался на тысячи огоньков, что ринулись вверх. Миг – и Артем сжимал рукоятку огромного меча, по щербатому лезвию которого пылали угловатые узоры. «Защита», «сила», «любовь» – Аня уже знала значение каждого символа с момента, когда расшифровывала татуировку на своей руке, – они повторяли обережные вышивки, что веками использовали женщины, украшая одежды и рушники.

Всплеск и глухой удар. На мосту снова стоял Вячеслав, одной рукой удерживая за горло потерявшую сознание Марию Васильевну. Ее губы посинели, а руки безвольно повисли вдоль тела.

– Ведьмы тоже тонут, – хохотнул ератник. – Ей осталось не так много жить. Давай сюда меч, и я ее отпущу, а потом уходите с ней. Я не буду вас преследовать. Семья все-таки.

Артем направил меч в сторону Вячеслава. Во второй руке он крепко сжимал заостренную тяпку.

– Ты мне не отец. Отпусти маму и уходи. Возможно, я отпущу тебя.

– Ты размазня и слабый человечишка. Мое терпение на исходе, у тебя последний шанс отдать меч добровольно и сбежать, пока я еще добр. Иначе я убью бедную Машу, а потом заберу клинок силой.

Артем ничего не ответил. Он повернулся к Ане, пристально посмотрев ей в глаза. Взмах меча... И острое лезвие пронзило ее тело. Медленно сползая вдоль ограждения, с пылающей болью внутри, Аня наблюдала, как Артем, с белыми искрами в волосах, взмахнул окровавленным мечом и Вячеслав отпустил Марию Васильевну, падая на колени перед сыном. В глазах ератника плескалась жгучая ненависть вперемешку с восхищением, а руки бессильно повисли вдоль тела. Совсем близко надрывно выл волчий голос.

– Сыно-о-о-ок, – благоговейно протянул скрипучий голос Вячеслава.

В то же мгновение острый кол пронзил сердце ератника. Он упал на землю, а из груди у него торчала тяпка, задрав зубцы вверх.

– Ты никогда не прикоснешься к мечу, ты заслужил лишь осиновый кол, – тихо сказал Артем, отводя меч в сторону от превращающегося в пепел тела.

И это было последнее, что увидела Аня, дальше ее разум померк.

Запах корицы, имбиря, цитруса и специй приятно расплывался по всей комнате. Дымящиеся кружки стояли на столе рядом с тарелкой, полной глазированного печенья. В кресле с книгой в руках сидел Артем, периодически помечая что-то в блокнот, опасно балансирующий на подлокотнике. На спинке кресла поверх сложенной груды одежды расположился Афоня, внимательно наблюдая за всем действием, а на полу, скрестив ноги, сидел Дима и перебирал разложенные на ткани травы. На нем была обычная черная майка, джинсы и амулет с волком на груди.

– Все получилось? – голос царапнуло пересохшее горло.

– Аня! Анюта! – Артем с Димой и Афоней кинулись к кровати, в которой лежала Аня.

Она слабо улыбнулась, разглядывая родные лица ребят.

– Ты была без сознания три дня! Я боялся даже думать, что действительно убил тебя! Больше никогда, слышишь, никогда мы не будем так рисковать! – возмущался Артем, а в глазах у него стояли слезы.

– Ты и убил ее, болван. Иначе бы проклятие не снялось и ты силу не получил! – заворчал Афоня, поправляя одеяло Ани лапками. – Из-за вас двоих этой маленькой девочке пришлось жизнью рисковать!

– Ань, больше так не делай. Лучше я волком жизнь проживу, чем видеть, как ты умираешь. – Дима протянул стакан с трубочкой, и Аня с наслаждением выпила воды, чувствуя, как ей становится легче.

– Ребят, все обошлось. Это был единственный выход, который пришел в голову.

– Я уже все высказал маме! Нашлись две заговорщицы: за моей спиной все решили, как, если что, спасать всех будут!

– Не бушуй, – улыбнулась Аня. – Не было заговора. Просто Мария Васильевна сразу поняла, что за тату у меня на руке. Потом, когда я была дома, она связалась со мной и рассказала и про легенду, что передавали из уст в уста колдуны между собой, и про то, что силу меча может только колдун использовать. Мы не знали наверняка, что Вячеслав окажется жив, точнее, не совсем жив. Она просто предупредила меня о скрытой силе.

– Ага, и как колдуном меня сделать – тоже она надоумила.

– Не совсем, тут я сама додумалась. Я стала искать про колдунов, как так вышло, что ты без сил, и выяснила, что есть рожденные, а есть те, кто стал им по собственной воле. Например, для этого нужно совершить что-то ужасное.

– Например, убийство? – На лице Артема читалось недовольство.

Аня прикрыла глаза и продолжила:

– Да, ты прав. Но все не так просто, иначе колдуны в каждой тюрьме пачками бы сидели. Твоя мама очень любила тебя и переживала, а потому все время, что ты рос, она тебя скрывала и пыталась понять, как же так вышло, что ты ничего не унаследовал. И ей удалось выяснить, что в этом была вина Вячеслава. Он попытался вытянуть из тебя силу, когда ты был еще в утробе, поэтому она родила раньше срока, а твой дар сам себя заблокировал. Мария Васильевна предполагала, что сильный артефакт мог бы «встряхнуть» тебя. Меч как раз подходил. Она предлагала попробовать вернуть тебе силы, снять проклятие с Димы. Но... мне было так страшно. Мария Васильевна обещала найти живую воду или какой-нибудь воскрешающий артефакт, чтобы я была уверена в том, что смогу вернуться.

– Какой-нибудь воскрешающий артефакт! Такое нельзя предлагать! Это было лишь предположение, а если бы не получилось?! – Лицо Артема покраснело, в светлых волосах вспыхнули искорки.

– Но получилось же? Не оставалось времени думать.

– Ань, у нее же не было живой воды. Ты могла погибнуть. Окончательно и бесповоротно, – сжал ее руку Дима, в его зеленых глазах мелькнула тревога. – Ты не знала, вернешься ли, ведь так?

– Да... – тихо ответила Аня. Когда она на мосту убеждала Артема поступить так, то действительно думала, что спасти ее сможет только чудо. Страх выкручивал руки и оголял нервы до предела. Но она не могла поступить иначе: на кону стояло слишком много и от того, сумели бы они остановить свихнувшегося колдуна или нет, зависели жизни. – Но я же и правда вернулась?

– Да, но чудом. Артем разрушил барьер. Ты была на грани, и Дед удерживал тебя, погрузив в глубокий сон наподобие смерти. Пришедшая в себя Мария Васильевна помогла Артему создать живую воду: всю силу меча отдали Свислочи и направили в твое тело, чтобы исцелить. Клинок рассыпался. Воды сомкнулись, снова спрятав ото всех останки чудовища, – рассказал Дима. – А дальше три дня ты тут лежала, не приходя в сознание.

– Больше так не буду. Честно-честно, – подняла руку Аня. – А теперь можно мне во-о-он те вкусные печеньки? А то так есть хочется...

– Никакого печенья! – категорически заявил Афоня. – После стольких дней без еды начинать мы будем с воды и легкого бульона!

Спрыгнув с кровати, он поспешил в сторону кухни. Дима поднялся следом за ним, объявив, что поможет все принести, а заодно сообщит Деду, что Аня очнулась.

– Так ты теперь великий колдун? – хитро сощурила глаза Аня, разглядывая Артема. – И как же я буду с такой звездой работать?

– Даже не знаю... – протянул Артем. – Может, теперь все-таки стол придется мне уступить...

– И не мечтай!

Эпилог

В коридорах местного исполкома в первый постпраздничный день было тихо и спокойно. Никто не стоял в очереди с бумагами, не бегал по этажам и не путал кабинеты в поисках нужного специалиста. Несмотря на будний день, люди еще не отошли от главного праздника года и неспешно вливались в рабочую жизнь, обсуждая, кто и как встретил Новый год, отвечая на поздравительные письма и посматривая на часы в надежде побыстрее уйти домой.

Алена тоже мечтала скорее закончить рабочий день и поехать домой, чтобы в тишине квартиры, захватив остатки праздничных угощений, лечь перед телевизором и смотреть своих любимых «Чародеев». Из года в год она пересматривала этот фильм, мечтая о такой же любви и надеясь встретить своего Иванушку. Только вот, увы, пока не везло, только кота завела: не говорящего, но такого же пушистого и черного с белой грудкой. Он скрашивал ее одиночество и становился поводом для шуточек со стороны друзей, которые не прочь были поддеть ее из-за отсутствия мужчин в жизни, а заодно отмечать все праздники у нее как у «свободного человека со своим жильем и непритязательными соседями».

До окончания рабочего дня оставалось не так много времени, и Алена уже предвкушала, как скинет неудобные туфли и залезет в свои любимые зимние валенки (их ей подарил отец: купил у какого-то валяльщика, белые, похожие на сапожки, с яркими цветами на голенище). Тут в дверь постучали. Уверенно и громко. Надежды на спокойное и безлюдное завершение рабочего дня таяли. Деревянная дверь приоткрылась, и внутрь кабинета заглянул молодой высокий мужчина.

– Здравствуйте! С наступившим Новым годом! Прошу прощения за беспокойство под конец рабочего дня, но не могли бы вы принять у меня документы на регистрацию компании? – Посетитель говорил четко и уверенно, с чуть дерзкой интонацией, словно привык быть в центре внимания. Стройная фигура, высокие скулы и выглядывающие из-под густой челки большие темные глаза – Алена неожиданно поняла, что засмотрелась на вошедшего мужчину и даже ничего толком не сказала ему, сохраняя неловкое молчание. Сделав вид, что поправляет какие-то важные документы (а не просто черновики, которыми те были на самом деле), она ответила, постаравшись добавить голосу небрежности:

– Здравствуйте! Спасибо, и вас с праздником! Проходите, что у вас?

– Меня зовут Иван.

Сердце Алены пропустило удар. Как будто ее мечты найти своего Иванушку воплощались в реальность: мужчина в светлом свитере и джинсах, с каштановыми волосами и потрясающе вкусным травяным парфюмом, который она почувствовала, как только посетитель пружинистым шагом подошел к столу, – тот самый Иванушка – стоял напротив нее с папкой в руках. «Может быть, я не зря загадала под бой курантов найти свою любовь. Он такой симпатичный. И на руках нет кольца. Так, соберись, это же незнакомый для тебя человек. Посетитель, пришел по работе». Мысли в бешеном темпе сменяли друг друга в голове Алены, пока она завороженно смотрела на что-то говорившего мужчину, пропуская почти все мимо ушей.

– Алена Игоревна? – Иван пытливо взглянул в ее лицо, словно понимая, что она совершенно ничего не слышала.

– Простите, так что вы хотели?

– Зарегистрировать юрлицо: ОДО «ЛИХА». Это же к вам? – краешками губ улыбнулся Иван, и в темных глазах вспыхнули огоньки, а после взгляд стал мягким и обволакивающим, словно обещал исполнение желаний.

«Показалось», – слегка тряхнула головой Алена и стала проверять предложенные документы.

Влад удовлетворенно смотрел на зардевшуюся девушку. Он успешно проследил за ней заранее, чтобы с легкостью в нужный момент вскружить голову и без проблем решить всю бумажную волокиту. Осталось несколько формальностей, но самое главное – теперь он волен решать, как ему поступать. А планов на предстоящий год было достаточно.

Над книгой работали

Руководитель редакционной группы Анна Неплюева

Ответственные редакторы Ольга Мигутина, Александра Кашканова

Литературный редактор Елена Музыкантова

Креативный директор Яна Паламарчук

Иллюстрация на обложке и авантитуле Максим Митенков

Оформление блока Ольга Неходова

Леттеринг Вера Голосова

Корректор Елена Гребенюк

ООО «МИФ»

mann-ivanov-ferber.ru

Notes

Из архивов ООО «ЦУД»: лойма – вид болотной нечисти; внешность: женщина с большой грудью, тело которой покрыто жесткой короткой шерстью; активна в ночной период; может быть опасна для человека; ареал обитания – болото. См. также «русалка». Здесь и далее, если не указано иное, прим. авт.

Из архивов ООО «ЦУД»: гаёвка – вид лесной нечисти / внучка Гаюна (лешего); внешность: красивая девушка, на зиму тело покрывается белоснежной шерстью; лечит животных и птиц, для людей обычно неопасна; ареал обитания – лес. Приписка ручкой: номер телефона: + 375 29... (Лёля, Минск).

Аня имеет в виду «Дзеда-Барадзеда» – куклу из детской телепередачи «Калыханка», которую показывали по белорусскому телевидению в 80–90-х гг. Кукла «Дзед-Барадзед» была ведущей и рассказывала сказки, а в начале всегда звучала его песенка (автор стихотворения А. Вольский, музыка Л. К. Захлевного).

Байкой в белорусском языке обобщенно называют спортивную кофту (аналог «свитшот», «худи», «толстовка»).

Ребенок (бел.).

Фраза из турецкого сериала «Постучись в мою дверь». Прим. ред.

Вы, наверное, от Деда? (бел.)

А тебя родители здороваться не учили и с уважением к старшим относиться? (бел.)

Этот нюня у меня сидит. Вон с того бока дом обходите, возле куста можно через забор пролезть. Там как раз мой овин стоит (бел.).

Вот эти от Деда приехали, недотепы какие-то с виду, но уже как есть. Перевелись богатыри на земле нашей (бел.).

Что ты снова ругаешься, как та собака (трас.). Примечание: домовой разговаривает на трасянке (смешанная белорусско-русская речь) с центральным акцентом.

Не слушайте его, он тут сидит в своем сене и никого не видит. Меня Тамаш зовут, я тут лет восемьдесят как домовой. Беда у нас, ой беда (трас.).

Я за детьми всегда как следует присматривал, еще бабку их няньчил. А тут поехали они куда-то с двумя, а вернулись с одной младшей. Про вторую и не помнят. Это же какая-то гадость снова стала детей воровать! (трас.)

У меня сейчас сено от соплей твоих размокнет! (бел.)

Нет у тебя сердца! Про сено только ноешь! (трас.)

Маша в школу должна была в первый класс пойти в Энергетике, это рядом поселок. Добрая, вежливая, нос курносый (трас.).

Ну курносый, вот такой (трас.).

Они в тот день поехали врачей в Дзержинске проходить для справки в школу, младшую – Дашу – с собой взяли. А вернулись только с одной. Даша сказала, что это Баба-яга утащила Машу. Кто знает, я про ягу уже давно не слышал, а чтобы и в Дзержинске она появилась, странно это (трас.).

Так если яга, то, может, и нет смысла младшую искать. Но у той бабы свой умысел имеется, она просто так никаких детей красть не будет (бел.).

Ага, сейчас позову (трас.).

До свидания, Михась! (бел.)

Ну и вам не болеть (бел.).

«Кукурузками» в Минске называют пять домов (16-этажек) через дорогу от Комаровского рынка на улице Веры Хоружей, построенные еще в 80-х. Дома выглядят как башни с округлыми балконами по периметру за счет чего внешне похожи на початки кукурузы.

Колдуны – блюдо белорусской кухни. Представляют собой картофельные оладушки (по типу драников) среднего размера с мясом (рубленое мясо или чаще всего фарш) внутри.

Из тетради Вени: «Курица на бутылке». Для приготовления берется пустая стеклянная бутылка с узким горлом, без этикеток, сверху насаживается куриная тушка. Курица смазывается солью, специями, майонезом и нарезанным чесноком. В бутылку наливается вода, не до самого верха. Бутыль с курицей ставят на противень с водой. Вся конструкция помещается в холодную духовку и запекается. На протяжении всего времени приготовления важно отслеживать наличие воды на противне, периодически поливая курочку водой, чтобы она не пересохла. P. S. Не ставить в горячую духовку!!! (Дописано другим цветом.)

Имеется в виду психиатрическая больница (ГУ «Республиканский научно-практический центр психического здоровья»), которая находится в микрорайоне Новинки в Центральном районе города Минска. Из-за этого в обычной речи часто сокращают упоминания о психиатрической больнице как «Новинки».

Бабка – запеканка из тертого картофеля с мясом, шкварками и луком.

Ой, душенька моя, приехали к бабе! Примечание: баба Стефа разговаривает на трасянке на северно-восточном диалекте.

Красавица какая. Сейчас я тебе к блинам варенья вкусного дам (трас.).

Куда же вы на ночь глядя? Куры дома ждут? Или свиньи? Оставайтесь! (трас.)

А-а-а, это же из «Калыханки». Я тоже люблю мультики смотреть. В моем детстве такого не было. Если будешь послушной и доброй девочкой, Дед-Барадзед придет к тебе во сне и покажет все, что захочешь. А вот если родителей не слушаться и вести себя плохо, то придет бабай! (трас.)

Чудеса (бел.).

Из архивов ООО «ЦУД»: цмок – белорусский дракон, к людям дружелюбен, обитает преимущественно в воде; ареал обитания – озера, реки. Приписка ручкой: вымерли? См. также: драконы.

Анастасия ГорбачёваМонстры с минской пропиской

* * *

Дело № 1. ЦУД

Дело № 3. Жилищный вопрос

Дело № 9. Шляхтич

Дело № 16. Бобролак

Дело № 21. Секреты молодости

Дело № 28. Огоньки

Дело № 32. Комаровские кикиморы

Дело № 36. Мама

Дело № 39. Ночной показ

Эпилог

Над книгой работали

Notes

Анастасия Горбачёва
Монстры с минской пропиской