Sungsojak
Выходи замуж за моего мужа. Том 2
Вернуться в прошлое, чтобы отомстить? Легко. Свести будущего бывшего мужа с его любовницей и наблюдать, как они уничтожат друг друга? Проще простого. Кан Дживон уверена: она переиграет всех, кто однажды ее погубил.
Однако экс-муж, Пак Минхван, из жалкого труса превращается в одержимого преследователя. Бывшая подруга, получившая все, о чем мечтала, не выглядит счастливой. А на горизонте появляется ослепительная и опасная незнакомка, для которой Дживон – досадная помеха на пути.
Вскоре Дживон находит опору в холодном директоре Ю Джихёке, но, кажется, он знает слишком много, появляется там, где не должен, и его защита выглядит подозрительно. Дживон замечает, что будущее, которое должно было наступить, рушится на глазах, пока кто-то дергает за ниточки.
Как бороться с врагом, которого не знаешь? И можно ли доверять Ю Джихёку, когда на кону не только месть, но и собственная жизнь?
Серия «Выходи замуж за моего мужа»
NAVER WEBTOON Marry My Husband. © sungsojak.
All Rights Reserved.
Russian translation © 2025.
EXEM License Limited, arranged through ORAEN INC
Перевод с корейского Е. Бекетовой
© Бекетова Е., перевод на русский язык, 2026
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026
Глава 41
Передача бомбы
– Нужно... выпить за это, – пробормотала себе под нос Кан Дживон.
Она, словно пытаясь вытравить из памяти кошмарное прошлое, свернула в переулок. Выбрав из длинного ряда уличных палаток ту, где не было посетителей, девушка откинула брезентовый навес и вошла. Хозяйка тут же оживилась:
– Добро пожаловать. Вы одна?
– Да.
Холодный стул помог немного прийти в себя.
– Бутылку соджу, пожалуйста.
– А закуску?
– Подойдет любая.
По привычке она открыла телефон. Несколько пропущенных. Большинство от Джуран и Хиён, один – от Ю Джихёка.
Бз-з-з.
Телефон снова завибрировал. Звонила Хиён.
– Алло.
– Спасительница, ты где?! Ты так внезапно исчезла, я тебя обыскалась!
– Прости. Было слишком шумно, вот я и ушла пораньше.
– Ты уже дома?
– В палатке за рестораном.
– Как ты можешь сидеть там одна, это же опасно! Жди меня, я сейчас прибегу!
После того как Дживон положила трубку, в голову пришла запоздалая мысль: «Зря ответила». Не хотелось обременять Хиён своими проблемами. Впрочем, сожалений не было – оставаться в одиночестве хотелось еще меньше.
Даже после всего пережитого в глубине души еще теплилась глупая надежда. Дживон думала: раз в этой жизни она выбрала другой путь, то, быть может, и другие люди изменятся? Это «а вдруг» было слишком эфемерным, чтобы называть его ожиданием – так, тонкая паутинка, не более.
Но все шло строго по плану. В этой повторной жизни Пак Минхван и Чон Сумин остались прежними. Разница была лишь в том, что теперь Дживон знала их натуру наперед.
От этого было тошно. Она горько усмехнулась. Дживон пила соджу как воду, закусывая чувством горечи, но разорванная в клочья душа никак не заживала.
– Пейте медленнее, красавица. Что ж вы себя так изводите?
Хозяйка палатки, собиравшаяся поставить на стол тарелку с нарезанными огурцами, замерла в изумлении. Бутылка соджу, принесенная пять минут назад, уже наполовину опустела.
– Все в порядке, – пробормотала Дживон и снова потянулась к бутылке, но чья-то рука перехватила ее запястье.
– Кан Дживон.
В расфокусированном взгляде Дживон отразилось лицо Ю Джихёка. Он тяжело дышал, будто бежал всю дорогу, а на лбу выступила испарина.
– Ушли, ничего не сказав... Связаться с вами невозможно...
– Я отдыхала в машине Минхвана.
– Что?
В этот момент в палатку ворвалась Хиён и присела рядом:
– А младший менеджер Пак сказал, что в машине вас нет.
– Не может быть.
«И тут лжет», – невольно усмехнулась Дживон.
– Я все время была в машине. Когда вернулась, корпоратив уже закончился, и все разошлись по домам.
– Допустим. – Ю Джихёк глубоко вздохнул и присел на стул. Дживон оказалась зажата между ним и Хиён. – Почему вы сидите здесь одна? Вы же сказали, что были в машине менеджера Пака.
– Он уехал.
– Один?
Вместо ответа Дживон лишь пожала плечами. Сообразительная Хиён мгновенно считала ситуацию по ее лицу.
– Спасительница, неужели...
– Тс-с.
Дживон приложила указательный палец к губам и качнула бутылкой соджу.
– Будешь?
– Наливай. Я сейчас тоже не в лучшем расположении духа.
Хиён осушила стопку залпом. Больше всего на свете она желала, чтобы ее драгоценная спасительница рассталась с Пак Минхваном. Сначала ей не понравилась его манера заигрывать со всеми девушками подряд, затем она увидела его грубость в офисе, ну а в-третьих – он ей просто не нравился.
Но не таким же способом!
Рука Хиён, сжимавшая стопку, задрожала.
– Спасительница, я все-таки должна это сказать...
– Я знаю, что ты хочешь сказать. – Дживон ловко отправила в рот Хиён кусочек свежего осьминога. – Но не надо. Это мои проблемы. К тому же в компании у меня есть репутация. Понимаешь?
Хиён яростно заработала челюстями, пережевывая закуску. Да, она понимала. Если поползут слухи, что парень, с которым дело идет к свадьбе, сразу после корпоратива уехал с другой женщиной – да еще и с подругой невесты, – Дживон станет посмешищем для всего офиса.
– Я, пожалуй, пойду, – внезапно заявила Хиён.
Она решила уйти, чтобы не смотреть на все это и не расстраиваться. А заодно оставить Дживон наедине с Ю Джихёком.
– Уже?
– Пейте вдвоем. Я что-то быстро опьянела.
Хиён, абсолютно трезвая на вид, пулей вылетела из палатки. Дживон проводила ее взглядом через щель в навесе до такси и медленно повернулась к спутнику:
– Начальник, а вы не уходите?
– Нет.
– Зря теряете время.
Дживон налила себе соджу, жидкость задрожала у самого края рюмки.
– Вы мне ни капли не интересны. И не только вы – вообще все мужчины на свете.
Ю Джихёк даже не вздрогнул. Помолчав, он негромко произнес:
– Если не интерес, то как насчет выгоды?
– Выгоды?.. – Дживон непонимающе нахмурилась. – Вы предлагаете мне использовать вас?
– От меня может быть много пользы.
Он произнес это так буднично, что Дживон не выдержала и прыснула:
– Например?
– Когда не захотите чувствовать себя жалкой.
Для такого человека, как Ю Джихёк, это прозвучало неожиданно лирично. Дживон удивленно посмотрела на него:
– Я сейчас выгляжу жалкой?
– Да.
Этот мужчина явно не умел смягчать углы или лгать во спасение. Он не был приторно-любезным, как Минхван, или чутким, как Ынхо. Он был просто как огромное надежное дерево.
И тогда Дживон, чей разум уже затуманился от алкоголя, пришла в голову эгоистичная мысль: «А что, если прислониться к нему ненадолго?»
– Ну, раз так... – Дживон выпила еще стопку и указала на место напротив. – Сядьте, пожалуйста, спиной ко мне.
Джихёк не стал спрашивать зачем и просто выполнил просьбу. Его спина была широкой. Настолько, что за ней вполне могла бы спрятаться такая, как Дживон.
Девушка закрыла глаза и прижалась лбом к его спине. Пахло теплом. Ей стало гораздо лучше, чем когда она в одиночестве пускала слезы. Ю Джихёк не соврал – от него действительно была польза.
– Черт.
Пак Минхван открыл глаза и едва сдержал ругательство, готовое сорваться с губ. Это был полный финиш. У ног валялись рубашка и брюки, у изголовья – платье, а между подушками – лифчик.
– М-м-м... – Чон Сумин захлопала ресницами, посмотрела на Минхвана и тут же с головой нырнула под одеяло. – Ой, оппа! Что же делать? Что вчера было? Ведь что-то было, да?
Конечно, было. Минхван готов был рвать на себе волосы, пытаясь восстановить события ночи. Если об этом узнают – ему конец. Женская часть коллектива будет смотреть на него как на насекомое, а Дживон отменит завтрашнюю встречу родителей. Перед глазами все потемнело.
– Сумин, вам нужно успокоиться и посмотреть на меня. Мы оба вчера перебрали. Это была ошибка по пьяни. Давайте сделаем вид, что ничего не было...
– Ничего не было? – Не успел Минхван опомниться, как глаза Сумин наполнились слезами. – Оппа... то есть, младший менеджер Пак, для вас это – «ничего не было»? Просто переспали и разбежались как ни в чем не бывало?
– Я не это имел в виду...
– Тогда что?
Сумин принялась тереть глаза тыльной стороной ладони. Минхван, глядя на ее беззащитный вид, занервничал еще сильнее.
– Поймите мое положение, Сумин. Завтра знакомство родителей, в компании у меня тоже статус...
– Завтра знакомство родителей?
– Дживон вам не говорила?
Из-за завалов на работе дату встречи постоянно переносили и вот, наконец, назначили на завтра. Громко сказано – «знакомство родителей», ведь у Дживон никого не осталось, так что она просто должна была официально представиться семье Минхвана.
– А как же я? – снова всхлипнула Сумин. – Вы же знали, что вы мне нравитесь. И теперь просто сделаете вид, что ничего не было? У вас совсем нет ко мне чувств?
От этого «младший менеджер Пак, младший менеджер Пак» у него начала раскалываться голова. Накатила жуткая усталость. Минхван выбрался из постели и открыл холодильник. Там еще оставалось несколько баночек антипохмельного средства, целый ящик которого когда-то прислала Дживон.
– Выпейте это. Голова небось трещит.
Он открыл банку для нее, вторую выпил сам. В голове немного прояснилось.
– Я не собираюсь делать вид, что ничего не случилось. Просто... – Он вздохнул. – С Дживон я расстаться не могу. И не хочу.
Сумин, сжимая банку в руках, опустила голову. Минхван решил, что вопрос улажен. Было жаль, конечно, но это лучше, чем слава человека, переспавшего с подругой невесты, или разрыв с Дживон.
– Я все поняла, – наконец произнесла Сумин, подняв на него влажные глаза. – Я не буду мешать вам с Дживон. В офисе тоже буду молчать, обещаю.
– Правда? Вы будете молчать ради меня?
Минхван порывисто схватил ее за руки. Он был безмерно благодарен. Но радость длилась ровно до того момента, как Сумин произнесла фразу, прозвучавшую как гром среди ясного неба:
– Взамен... продолжайте встречаться со мной тоже.
Минхван замер, вглядываясь в ее невинные глаза. Он не ослышался. В голове закрутились мысли: как на это реагировать? Но самодовольное «а я чертовски хорош собой» перевесило все сомнения.
– Вы серьезно?
– Да. Если откажетесь, я завтра же все расскажу Дживон.
Выбора не оставалось. Для Минхвана важна была Дживон, важна свадьба и важна карьера. Опасное предложение, но, по сути, беспроигрышное. Внутри даже разгорелся азарт.
– Ну, раз вы так просите... – Голос Минхвана стал мягким.
Сумин, обнимая одеяло, кокетливо улыбнулась:
– Тогда... мне теперь можно переходить на «ты»? Как Дживон?
– Я первый начну.
Минхван расплылся в улыбке и повалился обратно на кровать. Губы этих двоих встретились, дыхание стало прерывистым.
– Оппа, телефон звонит.
Сумин выудила телефон из-под подушки. Минхван устроил ее голову у себя на плече и ответил на звонок:
– Да, Дживон.
Сумин крепко обхватила его рукой.
– Хорошо спалось? Ты вчера ушел раньше всех.
Минхван перебирал пальцами волосы Сумин.
– Да, прости. Сумин стало совсем плохо, а тут как раз водитель приехал, так что я не стал ждать.
Сумин прижалась к нему плотнее, довольно ерзая.
– Ничего страшного. Я сразу взяла такси и уехала. Ты Сумин нормально довез?
Минхван поцеловал Сумин в лоб.
– Высадил ее и сразу домой. А ты как? Пообедаем позже?
Надувшись, Сумин прикусила губу Минхвана. Тот в ответ состроил страшную гримасу.
– Живот что-то крутит, отлежусь. Давай завтра увидимся.
– Ладно. Созвонимся.
Минхван положил трубку. Сумин тут же забарабанила кулачками по его груди.
– Не смей говорить с ней так ласково при мне!
– Прости, прости.
Смеясь, Минхван крепко прижал ее к себе. И жена будет, и любовница. Ночная ошибка обернулась блестящим результатом.
– Я записывалась на макияж.
Рано утром персонал салона красоты радушно встретил Дживон:
– Кан Дживон? Проходите сюда.
Дживон села перед зеркалом. Вчера она успешно передала «бомбу» Чон Сумин, а сегодня настало время осторожно перерезать детонатор. Говоря проще – сегодня день, когда она бросит Пак Минхвана.
– По какому случаю макияж? Свидание? – вежливо спросила визажист, подготавливая кисти.
– Еду знакомиться с родителями парня.
– Ой, поздравляю! – Девушка ободряюще улыбнулась. – Тогда сделаем что-нибудь нежное, естественное. Классический образ идеальной невестки, верно?
– Нет. – У Дживон не было ни малейшего желания выглядеть «нежной» для этой семейки. – Сделайте так, чтобы я выглядела стервозно. Так, чтобы мошенники и сектанты на улице обходили меня за версту.
Рука визажиста замерла. Она с сомнением посмотрела на клиентку:
– Но вы же сказали – к родителям парня...
– Свекровь там та еще штучка.
– А-а-а.
Лицо девушки выразило полное понимание. Она решительно кивнула:
– Я поняла задачу. Сделаем в лучшем виде.
Началось создание образа «Гроза будущих родственников». Дживон наблюдала за тем, как меняется ее лицо, и мысленно прокручивала в голове золотые цитаты матери Минхвана – Ким Джаок.
«Я тебя взяла в невестки не за красивые глаза. Думала, будешь о моем сыне заботиться, вот и разрешила ему на тебе жениться. А ты что? Подаешь на завтрак вчерашний рис? У тебя голова на плечах есть вообще?»
«С тобой точно все нормально? Почему до сих пор не забеременела?»
«Это что за бардак в доме? Решила нос задрать, раз деньги зарабатываешь? После работы и убраться не можешь?»
«Время – полдень, а она отсыпается! В выходные надо вскакивать ни свет ни заря и мужу деликатесы готовить!»
И конечно, вишенка на торте:
«Я так и знала. Шляешься по ночам, пока муж голодный сидит! Вот уж верно говорят – от сирот добра не жди! Кто знает, чем там твои родители занимались, раз так рано загнулись!»
«Давненько не виделись, госпожа Ким».
– Готово. – Голос мастера вырвал Дживон из раздумий. – Вам нравится?
Из зеркала на нее смотрела женщина в черном платье, с густыми ресницами и ярко-алыми губами. Дживон удовлетворенно улыбнулась:
– Идеально. Спасибо.
Глава 42
И там, и там сирота
– Вырос наш сынок, совсем взрослый стал. Кажется, только вчера университет окончил, а уже и в крупную компанию устроился, и повышение получил, и невесту в дом привел.
Пак Минхван с усмешкой наблюдал за матерью: она так сияла от радости, что даже напевала себе под нос.
– Тебе правда так нравится? – спросил он.
– Конечно! Ты же сам говорил, какая она славная.
– Славная, способная, да еще и экономная. Вот женюсь поскорее, и тебе полегче станет, сброшу часть забот на ее плечи.
Ким Джаок эти слова пришлись по душе, и она шутливо хлопнула сына по плечу:
– Ох и льстец. Мне многого не надо. Лишь бы девушка была хорошая, чтобы ты был сыт, да чтобы парочку-тройку крепких внучат мне родила. Большего и не прошу.
В этот момент из прихожей донесся резкий голос Пак Чхольхо, который уже вовсю обувался:
– Сколько можно собираться?! Вечно ты копаешься! Живее давай!
– Иду, уже иду!
Ким Джаок подхватила сумочку, и они вместе с Минхваном вышли из дома.
– Я заеду за Дживон. А вы с отцом поезжайте отдельно, – предложил Минхван.
– Ой, а она что, сама дорогу не найдет? Ног нет или рук? – недовольно проворчала мать.
– Она же без родителей. Отец знает, где этот ресторан, так что встретимся на месте.
Минхван игриво помассировал плечи матери, усадил ее в машину, а сам, едва сев за руль, тут же набрал чей-то номер.
На самом деле изначально он планировал, что Дживон доберется сама, а он поедет с родителями. Но в последний момент передумал – и все ради этого звонка.
– Оппа! – раздался в динамике звонкий голос.
– Доброе утро. Что, уже проснулась?
– Не спалось... Тебя рядом не было, – промурлыкала Сумин, в ее голосе смешивались кокетство и напускная обида.
За все то время, что Минхван встречался с Кан Дживон, он ни разу не видел от той подобного милого кокетства. Дживон всегда со всем справлялась сама. Она никогда не капризничала и не пыталась им манипулировать. Если он проявлял заботу, она благодарила и всегда старалась ответить тем же. Это была ее сильная сторона – покладистость и доброта, которые так ценил в ней Минхван.
Но Чон Сумин была очень милой. Прелестное личико, вызывающее мгновенное желание защитить, голос, ради которого хотелось свернуть горы, и эта манера ластиться. Когда она шептала, что он – лучший в мире, Минхван буквально расцветал, а его самооценка взлетала до небес.
«Какое же счастье, что я могу обладать обеими», – думал он, не в силах сдержать довольную улыбку.
– Прости-прости. Зато вечером мы обязательно съедим что-нибудь вкусненькое, ладно?
– А как же Дживон? Ты разве не должен быть с ней?
– Скажу родителям, что отвезу ее домой, и все. Так что придумай, куда хочешь сходить, я угощаю.
– Ура! Оппа, ты лучший!
Минхван словно наяву увидел, как она заболтала от радости своими стройными ножками. Он тепло улыбнулся и, бросив короткое «до встречи», положил трубку.
«Бесит. Как же бесит....»
Сумин мертвой хваткой вцепилась в телефон, до боли закусив губу. Неужели он действительно собирается довести дело до свадьбы? Зачем, если у него есть она? Чем она хуже Дживон?
– А-а-а! – вскрикнула она от бессильной ярости.
Она уже была готова швырнуть телефон о стену, как вдруг тот снова зазвонил. «Наверняка это он», – промелькнуло в голове. Сумин быстро схватила трубку и прижала ее к уху.
– Да, оппа...
– Оппа?
Услышав голос Кан Дживон, Сумин мгновенно изменилась в лице. Она быстро глянула на экран и скривилась.
– Ой, Дживон, это ты... Извини, я думала, это знакомый звонит. Хи-хи.
– Понятно.
– Чем занимаешься? Выходной же, – спросила Сумин, хотя и так знала ответ.
– Еду знакомиться с родителями Минхвана. Говорят, какой-то известный ресторан традиционной кухни, а у меня кусок в горло не лезет от волнения. Ресторан «Иым»[1], слышала о таком?
– М-м-м... нет, впервые слышу.
Голос Дживон звучал подозрительно воодушевленно, и это раздражало еще сильнее. А та, словно не замечая настроения подруги, продолжала щебетать:
– Я так нервничаю... Вдруг я им не понравлюсь?
– Да ну, что ты. Ты ведь у нас такая славная, – с трудом выдавила из себя Сумин.
– Думаешь? – Дживон, казалось, приободрилась. – Слушай, Сумин, ты обязательно должна будешь поймать мой букет на свадьбе!
«Ну конечно. Твой парень будет со мной за день до вашей свадьбы», – со злобой подумала Сумин. Ее рот искривился в неприятной ухмылке.
– Конечно. Удачи тебе там, Дживон.
– Спасибо! Позже созвонимся.
Вызов завершился.
Дживон убрала телефон и в последний раз поправила волосы перед зеркалом. Придет она или нет? Скорее всего, придет. Если не придет, то Дживон ничего не потеряет, а если придет, то это очень поможет.
– Кажется, это была ваша близкая подруга? – спросила работница салона красоты, подавая Дживон сумку.
– М-м-м... Раньше так и было, – ответила девушка.
«До того, как я умерла».
Расплатившись, она вышла из салона. Вскоре подъехал Минхван.
– Что у тебя с макияжем? – выпалил он, едва она села в машину.
Дживон достала из сумочки пудреницу, мельком взглянула на свое отражение и совершенно спокойно убрала ее обратно.
– А что не так? Разве размазался?
– Да нет, я про губы...
– Это новая помада. Поехали уже, – отрезала Дживон все вопросы и пристегнула ремень. Ее тон был непривычно холодным.
Минхвана кольнула тревога: «Неужели она о чем-то догадалась?»
– А тебе идет. Красиво, – попытался он подлизаться.
– Правда?
От ее сухого ответа Минхвану стало не по себе. Сумин на его месте уже вовсю бы смущалась и мило улыбалась. В салоне повисла тяжелая тишина – не играло даже радио.
Дживон смотрела в окно, перебирая в кармане Lollipop. Скоро она избавится и от этого проклятого телефона, который они купили как парный. Обидно только, что модели телефонов с надкушенным яблоком появятся в Корее лишь через несколько лет.
Ресторан, который забронировал Минхван, выглядел в точности так же, как в ее воспоминаниях. Сидя здесь, в этом самом зале, она когда-то стойко сносила град бесцеремонных вопросов и пренебрежительных взглядов.
Дживон горько усмехнулась. И чего она тогда так боялась? Почему сжималась от страха, как мокрица на ладони ребенка, хотя ни в чем не была виновата?
Пока они сидели в ожидании, раздвижная дверь мягко отъехала в сторону. Дживон поднялась и слегка поклонилась Ким Джаок, на плечах которой была накинута шаль поверх ханбока, и Пак Чхольхо в строгом костюме.
– Здравствуйте.
– Рады знакомству, – кивнула Джаок и, жестом пригласив ее сесть, сама опустилась на подушку рядом с мужем. – Мы много о вас слышали. Но в жизни вы немного другая.
Дживон заметила, как Джаок за долю секунды просканировала ее с головы до ног. Интересно, сколько Минхван успел наплести родителям? «Добрая и экономная» в его переводе наверняка означало «удобная и невзрачная». Пак Чхольхо же сидел с отсутствующим видом, словно все происходящее его не касалось.
– Что именно вы слышали? – уточнила Дживон.
– Ну, Минхван все уши прожужжал, какая вы славная и бережливая девушка, вот я и настроилась на определенный образ...
Взгляд Ким Джаок замер на дорогой брендовой сумке, стоявшей рядом с Дживон. Заметив это, девушка демонстративно приподняла ее, чтобы та была лучше видна.
– А, вы об этом? Это мне Минхван купил.
– Минхван?
Дживон лучезарно улыбнулась:
– Да, я просто выбрала ту, что понравилась, а он сразу купил. Раз он так щедр ко мне, представляю, как сильно он балует вас, матушка. Вам очень повезло с таким сыном.
Джаок не могла злиться, когда ее сына хвалили, но внутри у нее все клокотало. Чтобы успокоиться, она залпом осушила стакан с ледяной водой.
– Слышала, вы выросли без родителей? Значит, с домашними делами справляетесь хорошо. Наш Минхван с утра не признает ничего, кроме свежесваренного риса.
– Мам, да я почти не завтракаю, – простодушно вставил Минхван.
Джаок сердито зыркнула на него, приказывая замолчать.
– Конечно, матушка. Завтрак – это святое, – ласково ответила Дживон. – Я возьму это на себя и каждое утро буду подавать Минхвану полноценный стол из восьми блюд. Когда он будет возвращаться с работы, его будет ждать такой же ужин, как в этом ресторане, а если придется задерживаться – я буду собирать ему с собой домашние обеды.
– Ох, какая хваткая девушка! – Джаок заметно оттаяла. – Насчет закусок не переживай, я сама буду частенько присылать вам домашнее.
– Огромное спасибо. Но они же тяжелые, так что я буду сама за ними заезжать.
Джаок окончательно сменила гнев на милость. Дживон ей определенно начала нравиться.
– По выходным? Вот и славно. А то я все думала, как же нам будет одиноко, когда сын женится.
Дживон в недоумении наклонила голову:
– Что вы, какие выходные? В выходные Минхван должен отдыхать. Я имела в виду, что буду заезжать в будни.
– Но в будни вы же на работе устаете. Я не настолько злая свекровь, чтобы так вас нагружать, – хохотнула Джаок, махнув рукой.
Дживон изобразила на лице еще большее непонимание.
– Но зачем мне работать, матушка?
Джаок замерла. Она почувствовала: что-то идет не так.
– Что вы имеете в виду?..
– Минхван сказал, что, как только мы поженимся, я должна сразу уволиться. Чтобы сидела дома, занималась хозяйством и своими хобби.
Лицо Джаок окаменело.
– Нет, ну если он так сказал... Но как же можно сразу бросать работу? Минхван будет горбатиться, а вы – бить баклуши?
– Какое же это «бить баклуши»? Я же буду хозяйством заниматься. С утра – свежий рис, вечером – праздничный ужин, обеды в офис... Как же я успею все это, если буду работать?
– Но как вы собираетесь растить ребенка на одну зарплату?
– А мы решили не заводить детей. Тогда и одной зарплаты вполне хватит.
Минхван под столом больно ткнул Дживон в бок. Джаок сидела с открытым ртом, то и дело бросая взгляд на дорогую сумку девушки.
– Мы – семья с глубокими корнями и традициями! – подал голос до сих пор молчавший Пак Чхольхо. Его тон не терпел возражений. – Отказаться от детей – значит, прервать наш род. Этого я не допущу!
– Тогда, пожалуйста, наймите нам помощницу по дому. Как я смогу и работать, и мужа кормить, и детей рожать?
– В браке так положено! Все женщины так живут! – отрезал Чхольхо.
«Как же. Живут», – подумала Дживон. Если бы в той, прошлой, жизни у нее были дети, она бы и десяти лет не протянула в этом кошмаре. Она корила себя прежнюю – ослепленную любовью, не знавшую жизни и лишь покорно кивавшую на все это.
– Пап, ну хватит. Ты же видишь, Дживон растерялась, – попытался вмешаться Минхван.
Раньше он в точно такой же ситуации просто молча уплетал пулькоги, а теперь вдруг решил выступить миротворцем.
– Мам, ты тоже. Я сам сказал Дживон, чтобы она сидела дома, но она отказалась. Будем зарабатывать вместе, помогать друг другу. К чему эти разговоры про свежий рис по утрам?
– Ты только послушай его! Люди подумают, что я тиран какой-то и извожу бедную невестку, – фальшиво рассмеялась Джаок. – Ладно, деточка. Отец просто хочет внука, вот и погорячился. В конце концов, сын в доме нужен хотя бы для того, чтобы было кому совершить обряд поминовения предков и поднести чарку риса на тот свет. Разве я не права?
– Мой отец скончался, и я его единственная дочь, но он прекрасно получает свой поминальный рис от меня.
Пак Чхольхо округлил глаза так, что Дживон впервые увидела их во всю величину.
– Вы... вы сами проводите поминальные обряды?
– Да. Мы справляем их дома, скромно.
– Ну... это пока вы не замужем, – выдавил Чхольхо, пытаясь изобразить понимание. – Когда назначим дату свадьбы, предков своих либо в храм передадите, либо вообще забудьте об этом. Дочь после свадьбы – отрезанный ломоть. Теперь вы будете принадлежать роду мужа и поминать должны только его предков. Своих – нельзя.
Дживон отпила глоток суджонгвы[2]. Горьковато-сладкий вкус помог ей сохранить внешнее спокойствие.
– Вот именно, – поддакнула Джаок. – Ваш отец тоже должен понять, что он грешник, раз у него только одна дочь.
Дживон едва не захлебнулась от возмущения. Слова Джаок о «грехе иметь дочь» переполнили чашу терпения.
– Слушайте, тетенька.
– Что?.. Т-тетенька? Ты это сейчас мне сказала? – опешила Джаок.
Пак Чхольхо от неожиданности выронил ложку, а рот Минхвана раскрылся, как ловушка венериной мухоловки.
– Да, тетенька.
Дживон невозмутимо вытерла рот салфеткой.
– Я решила, что не выйду замуж за вашего сына. А раз так, то вы мне не свекровь, а просто посторонняя женщина, тетенька с улицы. Верно?
– Кан Дживон, ты что несешь?! – вскрикнул Минхван, который удивился еще больше, чем в тот миг, когда Дживон назвала его мать «тетей».
Он схватил ее за руку, но Пак Чхольхо закричал еще громче:
– Ах ты, дрянь! Откуда в тебе это хамство? Совсем старших не уважаешь?!
– Мой отец был старше вас. Вы ведь шестьдесят второго года рождения? А мой отец – пятьдесят девятого. Так что проявите уважение к нему.
Ким Джаок, вне себя от ярости, вскочила, отпихнув стул, и замахнулась на Дживон пальцем:
– Я так и знала! Вот что бывает, когда у ребенка нет родителей! Неизвестно еще, чем там твои родители занимались, раз так рано загнулись!
– Тетенька.
Дживон сбросила руку Минхвана и встала, сверля взглядом Джаок.
– У вас тоже нет родителей. Мы в этом плане в одинаковом положении, так с чего вы попрекаете меня моими?
– Да как ты... как ты смеешь... господи!.. – Джаок затряслась всем телом, ее лицо побагровело от гнева и шока. – Сын! Минхван! Я запрещаю этот брак! Не смей вводить эту неотесанную девку в нашу семью!
– Да, это действительно досадно, – спокойно ответила Дживон. – Пожалуй, я пойду.
Она подхватила сумку и направилась к выходу. Минхван хотел было броситься за ней, но мать вцепилась в его руку мертвой хваткой.
– Спасибо за визит. Всего доброго! – хором попрощались сотрудники ресторана, которые с любопытством наблюдали за сценой.
– «Славная и бережливая», говоришь?! Где ты нашел эту некультурную девку, идиот?! – Джаок принялась в ярости колотить сына по плечам.
Минхван даже не чувствовал ударов. Все произошло слишком быстро: Дживон изменилась за секунду, и его идеальный план свадьбы рассыпался в прах.
– Поговорим дома. Минхван, немедленно расстанься с этой девкой! – рявкнул Пак Чхольхо и зашагал к выходу.
У кассы официант вежливо протянул счет.
– С вас двести двадцать тысяч вон[3].
– Я оплачу, – выдавил Минхван.
Он полез за кошельком, чтобы расплатиться за обед, к которому даже не притронулся. И в этот момент...
– Ой? Оппа!
В тишине ресторана раздался чересчур невинный и звонкий голосок, окликнувший Минхвана.
Глава 43
Пока волосы не побелеют
– Сумин?..
Минхван, так и замерев с карточкой в руке, растерянно позвал ее по имени. Чон Сумин, одетая в белоснежное платье, с волосами, собранными в простой хвост, подошла ближе и снова приветливо поздоровалась.
– Надо же, какая встреча! А это – ваши родители?
– А, э-э-э ну да...
– Здравствуйте! Матушка, отец! – Сумин вежливо, по всем правилам, поклонилась под прямым углом. – Я коллега менеджера Пака, мы в одном отделе. Меня зовут Чон Сумин!
– О-очень приятно, – опешив, выдавила Джаок.
Сумин лучезарно улыбнулась, переводя взгляд с Джаок на Чхольхо и обратно.
– Я все гадала, в кого же менеджер Пак такой красавец, а теперь вижу: он взял все самое лучшее от отца и матери. Вы, матушка, просто ослепительны, я даже засмотрелась.
Похвала в адрес ребенка и комплимент собственной внешности – это то, что приятно слышать всегда. А уж когда и то, и другое звучит одновременно – приятно вдвойне.
Джаок, все еще не отошедшая от шока после дерзостей несостоявшейся невестки, благодаря лести Сумин понемногу начала приходить в себя.
– Да что вы... Хотя Минхван и правда во многом в меня пошел.
– Высокий рост – в отца, а красивые черты лица – в мать. Вы, должно быть, очень рады.
Минхван же буквально сгорал изнутри. Ему нужно было срочно бежать за Дживон, а тут мать и Сумин пустились в любезности.
– Сумин, тебе разве не пора? Ты же наверняка сюда на встречу пришла.
Он всячески подавал ей знаки, но Сумин и бровью не повела.
– Да я только пришла, а подруга позвонила – говорит, не сможет. Так что я уже собиралась домой.
– Ох, бедняжка. Значит, и поесть не успела? – запричитала Джаок, хотя видела девушку первый раз в жизни.
– Ничего страшного. Раз уж так вышло, пойду домой, приготовлю что-нибудь. Кулинария – мое хобби, – лучезарно ответила Сумин.
«Хобби – кулинария».
Эти слова попали точно в цель, в самое сердце Джаок, для которой накормить сына было священным долгом. Она мельком оглянулась на их столик в отдельной комнате: там как раз подали первые закуски, к которым никто не притронулся.
«Это судьба».
Джаок схватила Сумин за руку.
– Вот и славно! Мы как раз только сделали заказ. Одна девушка ушла, так что порция лишняя осталась. Пойдемте с нами.
– Дорогая, ты о чем? – вмешался Чхольхо.
– Мам, я... – попытался вставить слово Минхван.
Но Джаок лишь шикнула на мужа, гневно сверкнула глазами на сына, а Сумин одарила самой благодушной улыбкой.
– Ну же, что скажете? Надеюсь, я не слишком навязываюсь?
Сумин застенчиво покраснела.
– Мне-то только в радость. Но не помешаю ли я вашему семейному кругу?
– О чем ты, деточка! Никаких помех. Ну, идемте же, присаживайтесь.
Под давлением матери Минхван был вынужден вернуться на свое место. Сумин устроилась рядом, и теперь она вовсе не казалась ему милой. В горле встал большой комок, стало трудно дышать.
– Я на минутку, в туалет отойду.
Тихо выскользнув из-за стола, Минхван вышел в коридор и набрал Дживон. Если она не возьмет трубку, он был готов ехать прямо к ней домой.
– Алло.
К его удивлению, Дживон ответила, и голос ее звучал совершенно спокойно.
– Алло? Дживон, ты где?
– Решила немного прогуляться.
– Давай поговорим. Я сейчас приеду.
– Сейчас я хочу побыть одна. Надеюсь на понимание.
– Эй, Кан Дживон! – От отчаяния он сорвался на крик и тут же пожалел. Сейчас решалось все: быть свадьбе или нет. – Нет, Дживон, я не то чтобы злюсь...
– Я поняла. Давай обсудим все, когда эмоции поутихнут. Можно завтра.
Кан Дживон, как всегда, была рассудительна и холодна. Минхван даже почувствовал облегчение – значит, это еще не конец.
– Ладно. Я перезвоню позже. Кстати... – Он хотел было спросить, не она ли рассказала Сумин, где они сегодня будут, но в последний момент прикусил язык. – Ничего. Иди отдыхай.
Повесив трубку, Пак Минхван коротко нервно усмехнулся, глядя в потолок.
Надо же, какая случайность. Чон Сумин пришла именно сюда, именно в это время, и именно сейчас подруга ее продинамила. Верится с трудом.
Шансы были пятьдесят на пятьдесят. Либо Дживон проговорилась невзначай, либо Сумин сама выведала. В любом случае, радости это не приносило.
Его невеста – Кан Дживон. А Чон Сумин – лишь временное увлечение, не больше и не меньше. И то, что она сейчас сидит на месте Дживон, вызывало у Минхвана только раздражение.
– Ха, вот дерьмо... – выругался он под нос.
Когда он вернулся в зал, троица о чем-то весело щебетала. Даже отец, обычно либо безучастный, либо всем недовольный, вовсю улыбался.
– Правда? Менеджер Пак и правда так сделал?
– Да его чуть из дома не выставили! Отец тогда так рассердился, хо-хо-хо!
– Ой, а на работе он совсем другой. Такой серьезный, исполнительный. У нас все знают, что он отличный работник. Ох, будь у меня такой сын, я бы и десятерых родила!
– Десятерых?
– Ну, это я размечталась. У меня ведь и парня-то нет, не то что планов на свадьбу.
Сумин заливисто рассмеялась и отпила из стакана с суджонгвой. Это был стакан Дживон.
– И что тут такого веселого?.. – Минхван бесцеремонно отодвинул стакан к себе.
– Ой, менеджер Пак. – Сумин протянула ему влажную салфетку. – Просто ваши родители такие замечательные рассказчики. Я и не заметила, как время пролетело.
– Это нам с тобой весело, – вставила Джаок. – А до этого настроение было хуже некуда. Спасибо тебе, деточка, утешила стариков.
– Настроение? А что случилось? – Сумин округлила глаза.
– Да так, девица, на которой Минхван жениться собрался... Эх, ладно, не будем об этом. Как вспомню – внутри пожар начинается.
Сумин была уверена, что знакомство Дживон с родителями Минхвана провалено в пух и прах. Судя по реакции Джаок и по тому, с каким лицом подруга в одиночестве вышла из ресторана.
«Что и требовалось доказать. Не зря пришла».
Уголки глаз Сумин довольно дрогнули.
«Она отлично справится».
Дживон еще издали заметила белое платье Сумин и сразу все поняла.
Родителей Пак Минхвана по-прежнему не интересовала «Кан Дживон». Им было плевать, как она жила, чем увлекалась, кто ее родители и какой вуз она окончила.
Для них было важно лишь одно: сможет ли она исправно подавать их сыну завтрак, рожать детей и при этом продолжать зарабатывать деньги.
И все эти требования идеально совпадали с тем образом, который Сумин когда-то нарисовала для Минхвана. Это не могло не быть судьбой.
Десять лет в роли любовницы.
В той жизни Сумин, должно быть, отчаянно метила на место законной жены. Но Минхван, искавший покорную супругу, ни за что бы не отдал ей это место. Он кормил ее сладкой ложью, подарками и сюрпризами, лишь бы не выпускать из рук удобную партию. И то, что Сумин продержалась десять лет на одной лишь злости и упрямстве, вызывало даже некое подобие уважения.
Но теперь ее терпение вознаграждено. Как только смерть Дживон стала решенным делом, Минхван сразу наметил Сумин на роль следующей жены.
В этот раз все случится гораздо быстрее.
И Дживон с радостью благословила этих двоих.
– Все было очень вкусно. Матушка, отец. – Сумин вежливо поклонилась, выходя из ресторана.
– И тебе спасибо. Ты ведь без машины? Минхван, подбрось ее.
Минхван замялся. Он планировал сразу после ужина снова звонить Дживон.
– А? Мам, ну я...
– Нам надо поговорить, Минхван.
Джаок попросила Сумин подождать минутку и оттащила сына в сторону.
– Сын, послушай маму. Езжай и проведи с этой девушкой время.
Минхван не верил своим ушам. Он попытался образумить мать:
– Мам, она подруга Дживон.
– Надо же, какие они разные! В этой девушке вообще ничего плохого нет.
После выходки Дживон Джаок не хотела ничего слышать. К тому же она уже растрезвонила всем соседям, что невестка у нее работает в крупной корпорации, как и сын.
– Я люблю Дживон. Зачем ты мне навязываешь постороннего человека?
– Постороннего? Ты видел, как та девка с твоей матерью разговаривала? Тетенька?! Я до сих пор в шоке. Никакой любви, я и слушать не хочу. Отец тоже против. Эта девушка, я вижу, к тебе неровно дышит. Вот ее и бери!
Джаок выпалила это, как из пулемета, и тут же, сменив гнев на милость, вернулась к Сумин. Минхван с тяжелым сердцем поплелся следом.
– Я подвезу Сумин и позвоню. Езжайте домой.
– Повеселитесь там. Сумин, береги себя. Раз уж выбрались, выпейте где-нибудь кофе, поболтайте.
– Спасибо, матушка, отец! Хорошей вам дороги!
Под довольными взглядами родителей Минхван открыл дверь машины, коротко вздохнув:
– Садись.
– Оппа, ты сердишься? – Сумин робко коснулась его руки.
– Не сержусь. Садись.
– Я просто... услышала, что вы тут, и мне стало любопытно. Хотела на родителей твоих посмотреть. Думала просто издалека взглянуть, но тут Дживон вышла с таким страшным лицом...
Лицо Минхвана исказилось.
– Вы встретились?
– Нет-нет! – Сумин замотала головой. – Я видела ее издалека, она меня не заметила. Я испугалась, что что-то случилось, вот и подошла... Ну не сердись, а? Пожалуйста.
Она терлась лбом о его плечо, а глаза ее уже подозрительно покраснели. Минхван вздохнул.
«Ну да. Виноват мой магнетизм, не иначе».
Он приобнял ее за плечи.
– Ладно. Не сержусь я, садись. Поедем куда-нибудь, где потише.
– Ага!
Сумин, шмыгая носом, вытерла глаза кулачками и забралась на переднее сиденье.
Машина Минхвана мягко заурчала и скрылась со стоянки. Персонал ресторана «Иым» тут же сбился в кучку у кассы.
– Видели? Видели это? Что это вообще было?
– Я наблюдала с начала до конца. Чистый сериал «Любовь и война»!
– Значит, первая – это невеста? Которая свадьбу сорвала и сбежала. А вторая тогда кто?
– Я слышала, как сын с матерью шептались, – прошептала одна из официанток. Все тут же навострили уши. – Вторая – это подруга первой!
– Ничего себе! Вот это поворот!
– Я тут пять лет работаю, всякого насмотрелась, но такой безумной драмы еще не видела!
– И не говори! Я аж водой поперхнулась, пока слушала!
Сотрудники возбужденно обсуждали сорванную встречу с родителями, словно очередную серию утренней драмы, пока «старшая сестра» коллектива не поставила точку в дискуссии своим спокойным, но веским голосом:
– Сволочи. Чтоб их обоих черти драли, пока волосы не побелеют[4]. Тьфу.
Сумин проснулась от шума фена. Сквозь щель в ставнях мотеля пробивался тусклый свет неоновых вывесок. Наступила ночь.
– Оппа?
Фен в ванной смолк.
– Проснулась?
Вышедший Минхван начал торопливо одеваться. Сумин, прикрывшись одеялом, спросила:
– Идешь есть? Я не очень голодна.
Минхван ничего не ответил, он лишь быстро застегивал рубашку и завязывал галстук.
– Зачем есть в такое время? Мне надо домой заскочить. Ты поспи и утром сразу на работу.
– Ты разве со мной не останешься?..
– Видишь ли... – Минхван присел на край кровати и начал нести какую-то чушь: – Я подумал, что так нельзя. Я совершил ошибку.
– В смысле «ошибку»? – Голос Сумин стал острым.
– Чтобы довести дело до свадьбы, нужно решить кучу проблем. Боюсь, у меня сейчас просто нет сил разрываться еще и на тебя.
Сумин резко села и вцепилась в его руку.
– Разве свадьба не отменяется? Твоя мама же...
– Мама погорячилась, и Дживон тоже. Это просто эмоции. Мы встретимся, поговорим и все уладим. Моя мама на самом деле чудесный человек.
– И что с того? – Сумин сжала его локоть еще крепче. – Хочешь сказать, мы расстаемся?
– Да что значит «расстаемся»?
Минхван с улыбкой погладил ее по голове. Жест был таким ласковым, что Сумин невольно расслабилась и прислонилась к его плечу. В тишине комнаты его голос звучал мягко и вкрадчиво:
– Мы ведь и не встречались никогда, чтобы расставаться. Просто пару раз провели время вместе.
Сумин подняла голову и уставилась на него:
– Оппа?..
– Ну чего ты так смотришь? Ты ведь и сама так к этому относилась, разве нет?
Минхван совершенно невозмутимо уложил ее обратно на подушку и даже заботливо подоткнул одеяло.
А затем просто ушел.
Бам. Захлопнулась дверь, шаги в коридоре затихли. В комнате осталась лишь тусклая подсветка, озаряющая постель, на которой в одиночестве лежала Сумин.
«Попользовался и выбросил? Потому что Кан Дживон лучше?!»
Ее руки, сжимающие простынь, мелко задрожали. От ярости и унижения темнело в глазах.
«Этому не бывать. Ни за что».
Сумин до крови закусила губу.
Глава 44
Интриги и клевета
Дживон заглянула в кафе к Ынхо рано утром. Утро офисного работника просто не могло начаться без чашки бодрящего кофе.
«И этого мне осталось недолго».
Сумка казалась тяжелой. Хотя из вещей прибавилось всего ничего – один конверт с заявлением об увольнении.
– Как спалось? Выглядишь уставшей, – широко улыбнулся Ынхо, протягивая ей стакан навынос.
– Работающему человеку положено быть уставшим. А ты? Вчера отдыхал?
– Откуда у предпринимателя выходные по воскресеньям? Ах, точно. – Ынхо что-то выудил из кармана фартука и спрятал в широком кулаке. – Закрой глаза и протяни руку.
– Зачем?
– Подарок.
Дживон, хоть и с подозрением, закрыла глаза и вытянула ладонь. Кожи коснулось что-то холодное и твердое.
– А теперь открывай.
Дживон медленно опустила взгляд на ладонь и тут же округлила глаза:
– А-а-а!
На руке сидел паук размером с ноготь. Видя, как Дживон в панике отряхивает ладонь, Ынхо согнулся пополам от смеха:
– Да успокойся ты! Это шоколад.
– Эй, Пэк Ынхо!
– Прости, прости. Не думал, что ты так испугаешься.
Давясь смехом, Ынхо достал еще одну шоколадку, на этот раз в упаковке, и протянул ей. Подумать только, попасться на такую детскую уловку... Когда испуг прошел, Дживон и сама невольно рассмеялась:
– Ты как маленький. Что за шуточки?
Пока она в шутку ворчала, Ынхо сконфуженно почесал затылок.
– Просто у тебя вид был неважный. Я думал, будет глупо, но смешно. Никогда раньше не видел, чтобы ты пугалась...
Пожалуй, так оно и было.
В итоге Дживон, посмеиваясь вместе с ним, развернула золотистую фольгу и отправила в рот шоколад в форме гусеницы. После того как она всласть посмеялась и съела сладкое, настроение и правда улучшилось.
Пока Дживон жевала шоколад и прихлебывала кофе, Ынхо, подперев подбородок ладонями, с довольной улыбкой наблюдал за ней из-за стойки.
Дзинь!
Прозвенел колокольчик над дверью. Дживон и Ынхо синхронно повернули головы.
– Кан Дживон.
Пак Минхван едва сдерживал ярость. У Дживон перехватило дыхание, а сердце бешено заколотилось.
– Надо поговорить. Минутку.
Дживон невольно вспомнила Ю Джихёка. Казалось, если бы его широкая спина сейчас заслонила ее, ей было бы совсем не страшно.
– Мне пора на работу. Пиши в мессенджер.
– Ты же не берешь трубку и не отвечаешь, Дживон.
Пак Минхван подошел ближе. Чтобы не отступить, Дживон мертвой хваткой вцепилась в край стойки. Взгляд Ынхо замер на ее побелевших костяшках пальцев.
– Дорогая клиентка, вы должны забрать свой кофе.
Ынхо протянул свой недопитый напиток. Сделал он это резко и нарочито грубо.
– Ой!
Стакан врезался Минхвану прямо в грудь, и все содержимое выплеснулось на него.
– Ах, извините! Я оплачу химчистку!
– Да не надо. Отстаньте.
– Но одежда же испорчена. Как же неловко вышло...
Ынхо выскочил из-за стойки с полотенцем и принялся суетливо вытирать пятна на одежде Пак Минхвана. Пользуясь моментом, Дживон, словно спасаясь бегством, выскочила из кафе и перевела дух.
В сумке лежало заявление об увольнении. Нужно просто избегать Минхвана до самого ухода из компании. Прервать этот бесконечный, осточертевший хоровод судьбы и наконец-то начать жить по-настоящему.
«Все в порядке».
Стоя в вестибюле, Дживон отправила Пак Минхвану сообщение:
Ответ пришел мгновенно:
Предчувствие было недобрым. Еще недавно этот подонок осыпал ее проклятиями только за то, что она посмела огрызнуться на его мать. А теперь, когда она в лицо надерзила этим «тетушке и дядюшке», он почему-то заглядывал ей в глаза и ловил каждое движение.
Неужели все потому, что добыча сорвалась с крючка?
Едва войдя в офис, Дживон достала из сумки заявление. Она собиралась отдать его начальнику департамента Ю Джихёку.
– Начальник Ю.
Ю Джихёк, сидевший за столом с закрытыми глазами и усталым видом, посмотрел на нее:
– В чем дело?
Все тот же сухой официальный тон.
Но услышав этот голос, Дживон не смогла выдавить ни слова. Даже когда он неуклюже, словно робот, признавался ей в чувствах или когда сидел в палатке с едой и предлагал использовать его в своих целях – у него всегда был этот тон.
– Нет, ничего. Мне показалось.
Дживон так и не решилась отдать заявление и вернулась на место.
Ей захотелось остаться здесь еще ненадолго. И дело было не в зарплате. Просто... захотелось.
«Уйду, как только менеджер Ян закончит с новым продуктом. Только это доведу до конца».
С тяжелым сердцем Дживон включила компьютер.
– С добрым утром!
Рано пришедшая Хиён бодро шагнула в отдел, но, заглянув в монитор Дживон, замерла:
– О? Менеджер Кан, вы переезжать собрались?
На экране был открыт сайт по продаже недвижимости. Увольнение можно отложить, но переехать нужно обязательно.
– В моем районе слишком шумно. Думаю перебраться куда-нибудь потише.
– О-о-о! – Глаза Хиён блеснули, как у панды, обнаружившей заросли бамбука. – Менеджер Кан, а я знаю один отличный вариант!
– Да? И какой же?
– Квартира, где я раньше жила. Я снимала ее у знакомых, а когда устроилась сюда, переехала поближе, в студию. А прежняя до сих пор пустует. Можно и в аренду, и в залог, и даже выкупить. – Хиён с жаром принялась расписывать, насколько удобной и замечательной была та квартира. – Если бы я не была такой соней по утрам, я бы оттуда ни за что не съехала. Просторная, безопасная, а тишина – просто сказка! Как раз то, что вы искали. И хозяйка богатая, вечно занята и при этом жутко невозмутима – вообще не лезет в чужие дела.
Тирада закончилась только тогда, когда Дживон пообещала зайти и посмотреть жилье. Честно говоря, предложение звучало заманчиво. С таким даром убеждения Хиён больше подошел бы отдел продаж, а не маркетинга.
– Значит, договорились? Вы же говорили, что дата переезда не важна? Не зря же говорят, что ковать железо нужно, пока горячо. Пойдемте прямо сейчас. Сегодня? Или завтра?
Дживон немного подумала и приняла решение:
– В выходные. Посмотрим после работы.
– Ура, выходные!
Дживон всего лишь согласилась посмотреть квартиру, но Хиён возвращалась на свое место, пританцовывая от радости. Дживон недоуменно на нее посмотрела, но тут в офис вошел Пак Минхван, и она мгновенно об этом забыла.
В общем мессенджере всплыло сообщение от Ю Джихёка. Сотрудники организованно поднялись и направились в переговорную. Из-за внезапности сбора на лицах у многих читалась тревога.
– Ничего особенного. – Ю Джихёк вошел и, даже не присаживаясь, обвел взглядом стол. – Речь о пополнении штата, о котором я упоминал в прошлый раз. Старший сотрудник Ли Джунсок из департамента разработок вызвался добровольцем, так что теперь он переходит в наш первый департамент маркетинга. Он приступит к обязанностям, как только закончит передачу дел, имейте в виду.
Дживон была изрядно ошарашена. Перевод должен был коснуться Сумин, откуда здесь взялся старший сотрудник Ли Джунсок?
– Он в маркетинге новичок, так что поначалу будет путаться. Менеджер Ян Джуран, вы с ним знакомы и будете в одной команде, так что направляйте его.
– Да, я поняла, – четко ответила Джуран.
Дживон втайне ждала продолжения, но Ю Джихёк больше не упомянул ни об одном кадровом изменении.
– На этом все. Младший менеджер Кан Дживон, предоставьте мне отчет о ходе проекта отдельным письмом.
– Я подготовлю и пришлю после обеда.
Дживон отвечала сухо и профессионально, внимательно изучая выражение лица Ю Джихёка. Его губы по-прежнему были плотно сжаты, а в ледяных глазах не отражалось ни единой эмоции.
Но она уже видела, как этот взгляд дрогнул. В тот день, когда она очнулась на диване в комнате отдыха, после того как в прошлой жизни разбила голову о туалетный столик. Когда Джихёк подхватил ее, не дав упасть, когда она споткнулась о мусорную корзину.
В голове внезапно помутилось.
В прошлом этого точно не было. Она должна была споткнуться точно так же и упасть. Но почему Джихёк повел себя иначе?
– Кан Дживон, вы хотите что-то сказать?
– А... нет. Ничего.
– Тогда на этом закончим.
Ю Джихёк первым толкнул стеклянную дверь и вышел. Дживон начала собираться вместе с остальными сотрудниками.
– Дживон...
Она демонстративно проигнорировала руку Пак Минхвана, пытавшуюся поймать ее за край одежды.
Чон Сумин, наблюдавшая за этой сценой, молча вернулась на свое место. Достала листочек и вывела на нем аккуратные буквы.
Приходи вечером ко мне. Давай еще раз поговорим.
Почерком Кан Дживон.
– Да почему же клиентов совсем нет?
Хозяйка салона Y-Nail Хан Джие, проводив последнего посетителя, с замиранием сердца открыла телефон. Три-четыре спам-сообщения и пара бессмысленных эсэмэс от подруг.
– Эх...
Она уже собиралась убрать телефон, как тот завибрировал. Клиент! Джие радостно ответила на звонок:
– Да, алло?
– Джие!
– Кто это?
– Это я. Сумин.
Лицо Джие мгновенно перекосилось. Она запоздало пожалела, что стерла номер Чон Сумин, когда чистила контакты.
– Чего тебе?
– Я так внезапно позвонила, да? Как поживаешь?
– Говори по делу.
Замявшись, Чон Сумин осторожно перешла к сути:
– Ты случайно не знаешь номер Санчхоля?
– Кого? Ким Санчхоля?
– Ага. Мне нужно кое-что ему сказать, а номера нет.
Этот парень был тем еще плохишом. Решив, что они с Сумин стоят друг друга, Джие продиктовала номер Ким Санчхоля и повесила трубку.
– Но почему у меня на душе так паршиво?..
Подперев подбородок, Джие задумалась и вскоре поняла причину этого скверного предчувствия.
– Обалдеть, ну и дела! Та самая Кан Дживон – и такая красотка? Да я бы в жизни не узнал, вот уж точно!
На встрече выпускников этот тип, стоило Дживон появиться, тут же оскалился, как гиена.
– Оставь-ка свой номерок. Я потом звякну. Парень-то есть?
Тот самый тип, который выдавал сальные шуточки про «вратаря на воротах», как какой-нибудь пьяный мужик, пристающий к продавщице в круглосуточном магазине.
Джие хотела было сразу позвонить Дживон, но передумала и открыла мессенджер. Они же с Сумин в одной компании работают.
Минуты через три пришел ответ от Дживон:
Дживон, как и Джие, охватило дурное предчувствие. С чего бы это вдруг Чон Сумин понадобился номер Ким Санчхоля именно сейчас?
Невольно оглянувшись, Дживон встретилась взглядом с Пак Минхваном. Тот не отвел глаз, а лишь дружелюбно улыбнулся.
Интуиция сработала.
Но на этом все. Она поняла намек, но не знала, как на него реагировать. Вместо того чтобы рисковать, лучше просто избегать конфликта.
Решив на время затаиться, Дживон закончила документ. Это был промежуточный отчет по проекту, который утром просил Ю Джихёк.
– Начальник Ю. Отчет, о котором вы говорили, готов.
– Спасибо за работу.
Ю Джихёк забрал у нее папку. Большой ладонью с длинными пальцами и отчетливо проступающими венами. Дживон стояла и не сводила глаз с его руки. Просматривая отчет, Джихёк поднял голову и посмотрел на нее:
– Кан Дживон?
– Начальник Ю... – Губы Дживон дрогнули, и она спросила подчеркнуто официально: – Могу я использовать вас... в своих целях?
Джихёк молча смотрел на нее, а затем ответил так же сухо:
– Да. Поступайте так, как считаете нужным.
«Я так и знал. Кан Дживон, ну как ты можешь со мной расстаться?»
Минхван ехал к дому Дживон, напевая под нос. По пути он заметил цветочный магазин, остановился и купил огромный роскошный букет. Если он просто вручит его и обнимет ее, она тут же растает.
В глубине знакомого переулка он увидел Дживон – она как раз собиралась подняться по лестнице к своему дому. Несмотря на то что они виделись сегодня на работе, он был рад встрече.
– Дживон...
– Кан Дживон!
Голос Минхвана, собиравшегося окликнуть ее из машины, заглушил голос незнакомого мужчины. Пока Минхван наблюдал из салона, незнакомец, помахав рукой, подошел к Дживон. Они дружелюбно о чем-то переговорили и вместе куда-то направились.
– Это еще что за придурок?
Минхван, не в силах больше терпеть, уже собирался тронуться с места и поехать за ними.
Тук-тук!
Раздался стук в окно. Раздраженно обернувшись, Минхван увидел Сумин и опустил стекло.
– Оппа.
– Ты пришла к Дживон?
– Собиралась, но, кажется, сейчас я нужнее тебе.
Чон Сумин без спроса уселась на пассажирское сиденье. Минхвана это начало злить.
– Выходи. Я сейчас занят.
Дживон и незнакомец как раз скрылись за углом. Время поджимало.
– Я знаю, кто этот парень, оппа.
– ?..
– Наш одноклассник. Мы же с Дживон из одной школы. Они продолжают общаться еще с той встречи выпускников.
– Не мели чепухи.
– Но ведь в тот день ты не мог до нее дозвониться. Подумай хорошенько.
И думать было нечего. Тот день был совсем недавно.
«Оппа, Дживон ушла со встречи посреди вечера, и связи с ней нет. Она не с вами?»
Едва получив звонок от Сумин, он примчался к дому Дживон и прождал до ночи, но она так и не появилась. И на звонки не отвечала.
– Помнишь, в кафе перед нашим офисом сменился хозяин? Так вот, это он. Парень, в которого Дживон была влюблена всю старшую школу. Она тебе об этом не рассказывала?
– Хватит, – процедил сквозь зубы Минхван.
Кан Дживон не могла так поступить. Та самая «Кан Дживон» просто не могла бросить Пак Минхвана ради другого.
– До сих пор я молчала, потому что мы подруги. Но больше я не могу на это смотреть. – Сумин осторожно положила свою ладонь поверх руки Минхвана. – Говорят, яблоко от яблони недалеко падает, оппа. Помнишь, что я тебе когда-то рассказывала?
Глава 45
Парень
– Ну ты даешь. На встрече выпускников даже вида не подала, что узнала, а тут вдруг сама связалась. С чего такая милость?
Ким Санчхоль расплылся в самодовольной ухмылке. Дживон пропускала его слова мимо ушей, то и дело оглядываясь. Она опасалась, что Пак Минхван мог пойти за ней, но тот, похоже, не собирался этого делать.
– Я тебе не писала, – отрезала она.
Санчхоль растерянно моргнул, переваривая затянувшееся молчание:
– В смысле? О чем ты?
Дживон остановилась у входа в захудалый переулок. Пак Минхвана все еще не было видно.
– Ты сказал, что я написала первой?
– О, на сеульский говор перешла? А тебе идет, миленько звучит.
– Это была не я.
Дживон демонстративно достала телефон и повернула экран к Санчхолю. Ни в сообщениях, ни в списке вызовов его номера не было.
– Мне написали, что это ты, даже адрес скинули! Если не ты, то кто тогда? – начал раздражаться Санчхоль.
– Говорю как есть. Не веришь – набери тот номер.
Санчхоль выхватил свой мобильник и набрал номер, с которого пришло внезапное сообщение. Пошли гудки, но телефон Дживон даже не шелохнулся в ее руках.
– Абонент не отвечает, пожалуйста...
Трубку так никто и не взял.
– Да что за дела? – буркнул Санчхоль.
Дживон убрала телефон в карман.
– Кто-то прикинулся мной и связался с тобой. Это не моя вина, но все же извини.
– То есть надо мной просто поиздевались?
Лицо Санчхоля исказилось от злости. Он и в школьные годы не отличался покладистым характером. Дживон нервно сглотнула, чувствуя, как пересохло в горле.
– Ты, конечно, пострадал, но я в этой ситуации тоже жертва. Так что тебе лучше просто уйти.
Она надеялась, что он уйдет с миром, но этот тип был не из тех, кто понимает по-хорошему. Стоило Дживон отвернуться, как Санчхоль грубо схватил ее за плечо и развернул к себе:
– Ты че, за дурака меня держишь?
– Отпусти! – Она из всех сил стряхнула его руку. – Я же сказала, что я тут ни при чем.
– Гляди-ка, какая недотрога выискалась. Дурнушка Кан Дживон... Притащила меня в такую даль, а теперь отнекиваешься? Слышь, ты, сука, возомнила о себе слишком много?!
Когда этот верзила перешел на крик и мат, Дживон стало по-настоящему страшно. В голове зашумело, дыхание перехватило. Она крепко сжала зубы, чтобы скрыть дрожь.
– Девчонка, да ты струсила. Раз такая пугливая, че тогда выпендриваешься? – Санчхоль ядовито ухмыльнулся и снова потянулся к ней. – Пошли. Оппа угостит тебя чем-нибудь вкусненьким.
– Убирайся!
Дживон рефлекторно оттолкнула его руку и отступила. Редкие прохожие начали оборачиваться на шум.
– Эй, Кан Дживон! – взревел Санчхоль, окончательно наплевав на взгляды окружающих.
– Дживон.
Почти одновременно с его криком раздался другой голос – гораздо ниже, спокойнее, но при этом исполненный такой силы, что Дживон невольно замерла.
Перед ней выросла широкая спина, закрывая от обидчика. Мужчина тяжело дышал, в одной руке он небрежно держал снятый пиджак.
– Ты в порядке? – Ю Джихёк обернулся к девушке.
Дживон посмотрела на него и молча кивнула. Удивительно, но страх начал отступать. Ей казалось, что за этой спиной ей больше ничто не угрожает.
– Это еще кто такой? Ты его знаешь? – Санчхоль с неприязнью окинул Джихёка взглядом.
Тот проигнорировал вопрос, будто перед ним было пустое место. Вместо этого Ю Джихёк полностью развернулся к Дживон и осторожно взял ее за плечи – так, чтобы между его предплечьем и ее телом оставался зазор в пару пальцев, без лишней близости.
– Вы не пострадали?
Его голос был тихим, слышным только Дживон, а дыхание едва коснулось волос. Девушка снова кивнула.
– Ты че, оглох?! Слышь, ты кто такой?! – Санчхоль сзади мертвой хваткой вцепился в правое плечо Джихёка.
Дживон даже не успела понять, что произошло. Все случилось в одно мгновение. Джихёк только начал оборачиваться, а Санчхоль уже корчился от боли, сжимая не чужое плечо, а свою вывернутую руку.
– Псих чертов! Ты мне руку решил сломать?!
– Если сломал, выставьте счет за лечение, – официально и сухо, как обычно на работе, сказал Джихёк, а затем набросил свой пиджак на плечи Дживон.
– Пойдем, Дживон.
Он повел ее прочь, шагая быстро и уверенно. Санчхоль что-то выкрикивал им в спину, брызжа слюной, но Джихёк не обращал на это никакого внимания. Это был тотальный игнор.
Неподалеку была припаркована машина. Дживон села на пассажирское сиденье и прижала ладони к груди, пытаясь унять бешеное сердцебиение.
Мужчины – это страшно. Стоит им закричать или замахнуться, как у нее все внутри замирает, а сознание заволакивает белый туман.
Что бы случилось, если бы она заранее не попросила Ю Джихёка о помощи? Или если бы Джие не позвонила и не предупредила о Санчхоле у дома? От одной мысли о том, что она могла столкнуться с ним один на один, Дживон бросало в дрожь.
– Подождите минуту, – бросил Ю Джихёк и куда-то ушел. Вернулся он меньше чем через пять минут и сел за руль. – Вот.
В его огромной ладони была баночка соевого молока, казавшаяся маленькой, почти игрушечной.
Дживон взяла ее и сделала глоток. Приятное тепло разлилось по горлу, и на душе стало спокойнее. Дрожь в руках наконец утихла.
– Спасибо, – поблагодарила она едва слышно, а потом, помедлив, добавила: – И за молоко, и за все остальное.
– Соевое молоко – это пустяк. А за остальное можете не благодарить.
– Но вы ведь помогли мне.
– Вы просто воспользовались моей помощью. Я сам это предложил, – сухо ответил Ю Джихёк и нажал на кнопку зажигания.
Дживон была уверена, что он везет ее домой, и чувство вины за то, что впутала его в свои проблемы, только росло.
– Я дойду до дома пешком. Вы и так из-за меня сюда приехали.
– Мы едем в отель.
Дживон едва не выронила баночку соевого молока. Слово «отель» прозвучало из его уст так четко, что ей даже не показалось, что она ослышалась. Но с робкой надеждой на это Дживон переспросила:
– В... отель?
– Да.
Короткий и ясный ответ. Дживон окончательно растерялась. «Этого не может быть. Он не такой человек».
В голове против воли начали всплывать картинки того, чем занимаются взрослые мужчина и женщина, оказавшись вдвоем в номере. Она пыталась стереть эти мысли, как записи с классной доски, но воображение подкидывало все более яркие кадры.
«Уходи, Ю Джихёк! Быстро надень одежду!»
Дживон зажмурилась, а когда открыла глаза, Ю Джихёк уже хмурился, искоса поглядывая на нее.
– О-о-отель? П-п-почему... зачем? – Она начала сильно заикаться.
Джихёк слегка прищурился.
– Нет никаких гарантий, что этот мерзавец не бродит где-то рядом с вашим домом. – Он произнес это «мерзавец» своим обычным невозмутимым тоном, как нечто само собой разумеющееся. – Я отвезу вас в отель, переночуете там. Утром я заеду за вами к началу рабочего дня.
– ...
«О чем я вообще думала? Перед таким-то порядочным и рассудительным человеком».
Сгорая от стыда и самобичевания, Дживон отвернулась и приоткрыла окно. Прохладный ночной ветер коснулся ее лица, раскрасневшегося, как спелый помидор.
– С-с-спасибо. Большое.
Она очень хотела, чтобы голос звучал непринужденно, но ничего не вышло. Пришлось несколько раз прикусить язык, прежде чем речь стала хоть немного разборчивее.
– Завтра я сама доберусь до работы. Не нужно заезжать за мной.
– Вы же просили меня притвориться вашим парнем. – Ю Джихёк умело вписался в поворот и выехал на четырехполосную трассу. – Какой парень оставит свою девушку одну в отеле и скажет ей самой добираться до офиса?
– Но если так рассуждать, то и оставлять девушку одну в отеле и уезжать – тоже как-то странно.
Дживон ляпнула это, не подумав, и тут же мысленно надавала себе по губам. К счастью, Ю Джихёк, казалось, ни о чем таком не думал и продолжал молча вести машину.
Вскоре впереди показалось высокое здание отеля. Машина Ю Джихёка плавно затормозила прямо перед главным входом.
– Добро пожаловать, – вежливо поприветствовал их швейцар, открывая дверь.
Дживон вышла из машины и застыла, не в силах ответить на приветствие.
– Начальник?
– Вы не заходите?
Ю Джихёк отдал ключи от машины сотруднику и посмотрел на девушку. Он вел себя так, будто их совместный поход в отель – самая естественная вещь в мире.
– Вы разве не просто подвезти меня собирались?
– Оставлять девушку одну в отеле – это ведь тоже странно, сами сказали.
Ю Джихёк быстро зашагал внутрь. Дживон колебалась: то ли сбежать, то ли рассердиться и все высказать.
«Ну и ситуация... Дживон, ты ведешь себя как неблагодарная».
Она старалась идти максимально естественно, следя за тем, чтобы походка оставалась естественной.
– Я сама заплачу за номер.
– Какой же парень позволит...
– Это была шутка.
Дживон начала всерьез сомневаться, было ли верным решением просить его подыграть ей.
– Два номера. Пожалуйста, два соседних, – распорядился Ю Джихёк на стойке регистрации.
Он протянул карту администратору. Дживон широко раскрыла глаза.
– Почему два?
– Если один для вас удобнее, можем взять один.
– Конечно, должен быть один! – выпалила она.
И тут же осознала, что в глазах посторонних это могло прозвучать двусмысленно. Ю Джихёк уже собирался изменить заказ, но Дживон поспешно перебила его:
– Нет-нет! Два! Все верно, два номера, пожалуйста!
– Да, хорошо.
Администратор выдал две карты-ключа. Ю Джихёк забрал одну себе, а вторую протянул Дживон.
В лифте повисла неловкая тишина. Дживон стояла неподвижно, как палка, не сводя глаз с медленно меняющихся цифр на табло. Она даже боялась сглотнуть, чтобы не нарушить молчание.
Динь!
Двери лифта наконец открылись. Дживон и Ю Джихёк шли по коридору на расстоянии друг от друга, не проронив ни слова.
– Эм, начальник... – негромко позвала девушка, когда они остановились у дверей.
– Да.
Она позвала его, но не знала, как закончить фразу. Дживон замялась и просто слегка поклонилась:
– Спасибо. Спокойной ночи.
– И вам, Кан Дживон.
Ю Джихёк кивнул в ответ и дождался, пока она зайдет в свой номер, прежде чем войти в свой.
Щелк!
Как только замок закрылся, он выпустил глубокий вздох, который все это время сдерживал в себе.
– Ха-а-а...
«О чем я только думал...» – Ю Джихёк прислонился спиной к стене, даже не вставив карту в слот. Он прижал руку к груди – сердце колотилось так, будто готово было выпрыгнуть наружу. Он всерьез испугался, что в лифте Дживон могла услышать этот грохот.
Простояв так довольно долго, он наконец включил свет и посмотрел на часы.
Восемь вечера.
– Черт...
Тут его осенило. Кое-что очень важное.
Кан Дживон. Он ведь даже не накормил ее ужином.
Дживон рухнула на кровать, едва закрыв дверь. От пережитого напряжения кончики пальцев все еще были холодными, а ладони – влажными от пота. И все же она была до слез благодарна Ю Джихёку за то, что он спас ее от Санчхоля и привез сюда.
– Нет, забудь. – Она попыталась привести мысли в порядок. – Я просто использую его. Решила же больше никому не верить.
После этих слов на душе стало чуть легче. Полежав немного и глядя в потолок, Дживон вдруг почувствовала пустоту в желудке.
«Я же не ужинала. Да и не обедала толком».
Скорее всего, Ю Джихёк тоже приехал к ней сразу, без ужина. От этой мысли ей снова стало неловко.
И тут, как по заказу, в дверь постучали.
– Кто там?
– Это Ю Джихёк.
Дживон тут же вскочила с кровати и открыла. В проеме стоял Ю Джихёк. Он уже снял галстук, а верхние пуговицы рубашки были расстегнуты.
– Что-то случилось?
При виде его открытой шеи те самые непристойные мысли снова полезли в голову. Дживон пришлось больно ущипнуть себя за бедро, чтобы прогнать их.
– Я собираюсь заказать еду в номер, – сказал Ю Джихёк, глядя на нее сверху вниз. – Что бы вы хотели съесть?
Дживон понятия не имела, какую еду обычно заказывают в номер. Когда-то давно, в медовый месяц, она разок была в хорошем отеле, а в остальном видела только бюджетные бизнес-номера в командировках.
– То же, что и вы, начальник.
Она выбрала самый простой и универсальный ответ. Но Ю Джихёк не собирался сдаваться так легко:
– Какая еда вам обычно нравится?
Любимая еда? Она могла ответить на этот вопрос за доли секунды. Вот только вряд ли такое подают в отелях.
– То, что я люблю, здесь точно не готовят...
– И все же?
Раз все равно нет, она решила сказать правду:
– Суп со свининой и рисом. С кучей острой приправы, свежим жгучим перцем и побольше чеснока сверху. И чтобы с хрустящим кимчхи из редьки. Это мое самое любимое.
Ей показалось, или зрачки Ю Джихёка на мгновение дрогнули?
– Суп со свининой и рисом, – серьезно повторил он.
– Вот видите, нет такого. Так что ешьте то, что сами любите...
– Есть.
Дживон искренне удивилась:
– В меню отеля в Сеуле есть суп со свининой и рисом?
– Да. Закажем две порции.
– Тогда заходите...
– Я зайду, когда принесут. Отдыхайте, – оборвал ее на полуслове Ю Джихёк и закрыл дверь.
Вернувшись к себе, он лихорадочно схватил телефон и набрал номер.
«Ну же, бери трубку».
После томительного ожидания на том конце ответили:
– Да, хённим!
– Ты же сегодня не на смене?
– Так точно, выходной!
– Значит, так. Достань две порции супа со свининой и рисом. Привези в холл отеля WK и позвони мне. Только не в одноразовом пластике! Переложи все в красивую керамическую посуду, аккуратно расставь на подносе и принеси мне.
На том конце провода повисла двухсекундная тишина.
– Две порции супа со свининой и рисом. Холл отеля WK. Красивая посуда, поднос. Принял.
– Побыстрее.
– Побыстрее.
– Надень костюм.
– Надеть костюм.
– Побольше кимчхи, жгучего перца, острой заправки и чеснока.
– Кимчхи, перец, заправка, чеснок... Хённим, что все это значит?
– Сам не знаю.
– А... ну ладно. В общем, чеснока побольше. – Голос подчиненного, принявшего заказ, заметно помрачнел. – Принято...
Глава 46
В ту ночь, в отеле
Дживон сидела на кровати и бесцельно щелкала каналы, даже не вглядываясь в экран. Телефон, лежавший рядом, молчал. Похоже, Сумин добросовестно исполняла свою роль.
– Прямо как начальник... – пробормотала Дживон, подтягивая к себе большую подушку и устраивая ее на коленях.
Когда она ни с того ни с сего попросила Ю Джихёка притвориться ее парнем, он даже не спросил «зачем?». Лишь коротко бросил:
– Составьте план и инструкции, пришлите мне на почту.
Ответ чисто в его духе. И надо признать, справился он гораздо лучше, чем она ожидала.
Ким Санчхоль всегда был из тех, кто лебезит перед сильными и топчет слабых. Еще в школе он изводил и задирал лишь тех, кто был меньше и слабее его. С богатыми же детками, школьными задирами или просто влиятельными ребятами он, наоборот, был сама любезность.
Больше Санчхоль к ней не полезет. Теперь он уверен: рядом с Дживон есть кто-то, кто намного крупнее и сильнее его самого.
И все же Ю Джихёк ее поразил. Она и представить не могла, что он вот так запросто выкрутит Санчхолю руку. Тот начальник, которого она знала, человек рассудительный и спокойный до крайности, был бесконечно далек от насилия.
Но этот самый Ю Джихёк едва не сломал руку незнакомцу. А до этого хватал за грудки Ким Гёнука. И без малейших усилий отшвырнул руку Пак Минхвана...
«Неужели он теряет самообладание только тогда, когда что-то случается со мной?.. Нет, это уже мания величия».
Дживон положила подбородок на подушку и принялась лениво нажимать на кнопки пульта. На одном из каналов она замерла.
«Бесконечный вызов»[5]!
– О, «Вызов» показывают!
Это был повтор единственного шоу, которое Дживон искренне любила. Она вспомнила, как несколько дней ходила сама не своя, когда узнала о его внезапном закрытии. Увидев любимых героев, она наконец отвлеклась от тяжелых мыслей и от души расхохоталась:
– Ха-ха-ха!
Она так увлеклась, колотя кулаками по подушке от смеха, что и не заметила, как пролетело время. Только когда началась рекламная пауза, Дживон утерла слезы в уголках глаз и глянула на часы. Она оторопела: с того момента, как Ю Джихёк ушел заказывать еду, прошел целый час.
Неужели рум-сервис в отелях всегда такой долгий?
Пока она размышляла, не варят ли они там бульон с нуля ради «того самого» наваристого вкуса, в дверь постучали.
Тук-тук!
– Да-да!
«Вспомнишь солнце, вот и лучик», – подумала Дживон. Она вскочила, подбежала к двери и, распахнув ее, так и застыла от ужаса. Любой на ее месте испугался бы, увидев такого гостя.
Перед ней стоял мужчина почти одного роста с Ю Джихёком. Но он был куда массивнее... точнее будет сказать – мощнее. Стрижка «ежиком», узкие глаза. Казалось, стоит ему один раз так зыркнуть на Ким Санчхоля, и тот в слезах убежит звать мамочку.
– Постойте!.. – Дживон попыталась захлопнуть дверь, но мужчина ловко выставил вперед ногу в тяжелом ботинке. —!..
– Позвольте.
Мужчина с силой толкнул дверь. Перед Дживон выросла гора мышц. Когда уголки его губ поползли вверх в жутковатой ухмылке, она в страхе попятилась.
– Вы... вы кто такой?..
– Доставка еды в номер.
Тяжело печатая шаг, мужчина вошел в номер.
– Разрешите?
«Да вы уже вошли!» – пронеслось в голове. Дживон вжалась в стену. Мужчина с грохотом опустил поднос на стол.
– Приятного аппетита.
Он жутко ухмыльнулся и отвесил поклон в девяносто градусов. Вид у него был такой пугающий, что проще было грохнуться в обморок. Поэтому, когда в открытую дверь вошел Ю Джихёк, Дживон едва не расплакалась от облегчения.
– Долго же несли заказ, – невозмутимо заметил он, обращаясь к верзиле.
– Прошу прощения. Чеснок закончился.
– Ничего. Спасибо.
– Да. Приятного аппетита, уважаемые клиенты!
Мужчина так же низко поклонился Ю Джихёку и вышел. Дживон не могла нормально вздохнуть, пока за ним не закрылась дверь. Если бы она знала, что заказ еды в номер – это так страшно, ни за что бы не согласилась.
Первый рум-сервис в ее жизни стал настоящим кошмаром.
– Вы чего там стоите?
Ю Джихёк уже разложил приборы и поставил на стол бутылку воды. Только тогда Дживон заметила суп со свининой и рисом, над которым поднимался густой белый пар. Чеснок, кимчхи из редьки, острый перчик – все было идеально сервировано в белоснежной отельной посуде.
Странно все это.
Дживон села за стол и тут же поняла, что именно ее смутило.
– В этом отеле какие-то необычные подносы.
Словом «поднос» это чудо было сложно назвать. Перед ней лежал огромный круглый поднос из нержавейки с аляпистым цветочным узором посередине.
– Ретро... – после недолгого молчания ответил Джихёк.
– Ретро?
– Сейчас это модно. Стиль ретро.
– А-а-а, понятно.
И правда, сейчас даже девичьи группы выступали в нарядах восьмидесятых, распевая про диско. Глядя на этот поднос, которому место было в какой-нибудь старой закусочной «У бабушки», Дживон искренне восхитилась вниманием отеля к деталям.
– Хватит его разглядывать, ешьте, пока не остыло. – Ю Джихёк пододвинул к девушке тарелку с горой чеснока.
Дживон принялась за еду: добавила креветочный соус, щедро положила острую заправку, накрошила перчик чили прямо в бульон. Напоследок засыпала все чесноком, хорошенько перемешала и зачерпнула первую ложку.
– Вкусно!
Стоило ей это пробормотать, как ей показалось, что уголки губ Ю Джихёка поползли вверх. Показалось? Когда она взглянула на него снова, его губы были плотно сжаты в привычную прямую линию.
– А вы, начальник, разве не заправляете суп?
Его бульон оставался девственно-белым. На вкус это, должно быть, была просто вода.
– Я впервые это ем.
– Ой, что же вы не сказали!
«Ну, бывает», – подумала Дживон. Она отобрала у него ложку и по-своему довела суп до ума, не пожалев специй и зелени.
– Вот, держите. Так гораздо вкуснее.
Ю Джихёк молча зачерпнул ложку и проглотил. На лице у него было такое выражение, будто он жует бумагу, хотя и ее, наверное, можно есть с бо́льшим аппетитом.
– Не очень?.. Не нравится?
– Вкусно.
Лицо его при этом говорило об обратном. Впрочем, у него всегда было такое лицо. Дживон пожала плечами и принялась за свою порцию, разглядывая яркие цветы на подносе.
Тем временем длинная реклама закончилась. Дживон, чей взгляд до этого был прикован к странному подносу, снова переключилась на телевизор.
Шоу было уморительным. Неужели это законно – быть настолько смешными? Совсем забыв, что рядом сидит начальник, девушка покатывалась со смеху и топала ногами:
– А-ха-ха-ха! Да что они творят! Ой, не могу!
Она пришла в себя только тогда, когда обнаружила, что вовсю колотит Джихёка по плечу.
– ...
Заметив это, Ю Джихёк замер и принялся потирать плечо, по которому только что прилетело раз пять подряд.
– Ой, простите! У меня привычка – когда смешно, я всегда подушку бью...
– Подушку...
Мрачное лицо Джихёка стало еще мрачнее. Дживон поспешила исправиться:
– Нет-нет, я не к тому, что вы похожи на подушку!
– Все в порядке.
– Можно и...
– Что вы сказали?
Дживон не расслышала последнюю фразу и подалась вперед, приставив ладонь к уху.
– Ничего. Ешьте, а то остынет.
Ю Джихёк немного отодвинул стул и вернулся к еде. Дживон, чтобы больше не конфузиться, вовсе выключила телевизор.
– Можете смотреть, я не против.
– Да нет, все равно уже заканчивается.
В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь перестуком ложек. Дживон уже начала жалеть, что выключила звук – стало как-то неловко.
– Вы, я смотрю, любите «Бесконечный вызов».
Неожиданный вопрос Ю Джихёка пришелся как нельзя кстати.
– Да, с самого первого выпуска. Тогда у них были низкие рейтинги, я так боялась, что шоу закроют, что постоянно пересматривала и даже писала хвалебные посты в интернете.
– А-а-а.
На этом разговор снова заглох. Чтобы сгладить неловкость, Дживон решила развить тему:
– А у вас есть любимые программы?
Наверняка одни новости смотрит.
– Смотрю новости.
Ну кто бы сомневался.
– Но это шоу тоже интересное.
– Вы про то, что сейчас шло? – недоверчиво переспросила Дживон.
На лице начальника не отражалось никакого веселья.
– Да. Давайте в следующий раз посмотрим вместе.
– Да... В следующий раз?..
«Вызов»? Вместе? Где?
Дживон украдкой взглянула на Ю Джихёка, но он с самым невозмутимым видом был поглощен супом. Решив, что она просто накручивает себя, Дживон тоже замолчала и принялась за еду. Действительно вкусно. Вот он какой, вкус пятизвездочного отеля.
– Спасибо, было очень вкусно.
Трапезу они закончили почти одновременно. Дживон отложила ложку и поклонилась, Ю Джихёк в ответ едва заметно кивнул и произнес:
– Мне тоже. Все благодаря вам. – Он протянул ей салфетку, а затем вытер губы сам. – Грязную посуду можно оставить здесь, ее потом заберут. Но лучше выставить за дверь. Спокойной ночи.
Ю Джихёк аккуратно составил тарелки, вынес поднос в коридор и ушел к себе. Никаких отельных приключений между мужчиной и женщиной не случилось. Все ограничилось тарелкой супа.
– Надо бы, ох, в душ сходить.
Дживон пробормотала это себе под нос, чтобы унять странное чувство неловкости, и начала снимать одежду.
Ю Джихёк не чувствовал вкуса этого проклятого супа. Он даже не заметил, что тот поначалу был пресным. Вернувшись в номер, он расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке, сел на кровать и с силой провел ладонями по лицу.
Просто поели супа в отеле. Даже комнаты разные. Но в голове, как назло, безо всякой цензуры прокручивались сцены того, чем обычно занимаются люди в таких местах.
– А, проклятье!
Он достал из холодильника охлажденное пиво и вскрыл банку. Чтобы прогнать дурацкие мысли, включил телевизор, который обычно не смотрел. Там шло то самое шоу, которое так любит Дживон.
Она была красавицей. Джихёк впервые видел, чтобы она так лучезарно улыбалась. Когда она, смеясь, касалась его плеча, его сердце едва не выпрыгнуло из груди. Он был благодарен этой программе за радость Дживон, но в то же время готов был ее возненавидеть.
«Я не к тому, что вы похожи на подушку!»
Когда она это сказала, Джихёк, одурманенный ее близостью и смехом, едва не выдал свои истинные чувства.
«Можно и вместо подушки использовать».
Хорошо, что она не расслышала. От одной мысли об этом бросало в жар.
Одна за другой опустели две банки пива. Смяв вторую и отправив ее в корзину, Джихёк потянулся за телефоном.
Его не было. Ни на кровати, ни на столе, ни в карманах. И тут он вспомнил: когда он зашел к Дживон, то вынул телефон и положил его на тумбочку в ее номере.
– Ну надо же...
Горько усмехнувшись, он встал и направился к соседней двери.
Тук-тук.
Тишина. Может, уже спит? Джихёк помедлил, а затем постучал громче.
Тук-тук!
– Да, минутку! – отозвалась Дживон.
Вскоре дверь щелкнула и приоткрылась.
– Я выставила посуду... Ой?
Дверь, открытая на ладонь, тут же с грохотом захлопнулась. Джихёк так и застыл с поднятой рукой, затаив дыхание.
Он успел заметить: она была в одном банном халате. Влажная кожа, розовые щеки, открытые ключицы... И этот аромат – нежный, сладкий. Мокрые волосы разметались по плечам.
– Эм, начальник? – раздался из-за двери ее дрожащий голос. – Простите, что случилось?
Джихёк наконец шумно выдохнул. Тот самый аромат просачивался сквозь щель, заполняя все пространство вокруг.
– Я оставил здесь телефон. Пришел забрать.
– Сейчас поищу. Где он?
– Рядом с телевизором.
Дверь снова приоткрылась. В проеме показалась тонкая белая рука с зажатым в ней телефоном.
– Вот, возьмите. Извините, я только из душа, не могу выйти.
– Простите за беспокойство.
Джихёк отвел взгляд в сторону, словно Дживон стояла перед ним во весь рост, а не пряталась за дверью, и протянул руку. Его пальцы случайно коснулись ее ладони.
Она была влажной и мягкой. От этого мимолетного касания по телу пробежал электрический разряд, ударил в самые кончики пальцев ног. Джихёк замер, не в силах ни сжать ее руку, ни отпустить.
Телефон с глухим стуком выпал из руки Дживон.
– Ой! П-п-простите, начальник!
– Ничего страшного.
Сам не понимая как, он ответил и на негнущихся, словно у робота, ногах наклонился и подобрал телефон.
– Прошу прощения. Отдыхайте.
– Да. И вам спокойной ночи. – Дживон помолчала секунду и тихо добавила: – До завтра.
Сердце Джихёка, которому, казалось, падать уже некуда, снова ухнуло вниз.
– Да.
Бросив это короткое слово, он почти сбежал к себе и тут же открыл еще одну банку пива. Но бешено колотящееся сердце не унималось. Он пошел в ванную, включил холодную воду, пытаясь остудить пыл, но помогло это лишь на мгновение. Намыливая мочалку, он бессильно прислонился лбом к стене.
Все пахло ею. Тот самый сладкий, нежный аромат.
Даже когда он вышел, даже когда высушил волосы, этот запах не исчезал. Джихёк допил еще одну банку пива, лег, выключил свет, но тут же подскочил и сел на кровати.
Чертов гель для душа. Из-за этого запаха ему казалось, что Дживон здесь, в этой же постели. Галлюцинация это была или плод воображения, он уже и сам не понимал.
«О чем ты только думаешь...»
Джихёк снова включил свет. В ту ночь он так и не сомкнул глаз.
Глава 47
Этот пес Ю Джихёк
– Поешь хоть немного, оппа.
Сумин поставила кастрюлю с пышущим жаром чонголем[6] перед Пак Минхваном, который сидел в прострации, не в силах оправиться от шока. Рядом она выставила кимчхи, воду и бутылку соджу.
– Не хочу.
– Я же специально для тебя старалась, думала о тебе... Ну же, съешь кусочек. – Сумин заботливо подула на ложку с рагу и поднесла ее к губам Минхвана. – Переночуй сегодня у меня. Тебе нельзя за руль в таком состоянии, еще попадешься за вождение в нетрезвом виде.
Минхван откупорил соджу и принялся пить прямо из горлышка, глоток за глотком. В груди у него полыхало сильнее, чем в обожженном спиртом пищеводе. Его гордость, измятая, словно кусок использованной фольги, была безжалостно растоптана воображаемым сапогом Кан Дживон.
– Оппа... – Сумин с сочувствием прижалась к его плечу. – Забудь ее. Я буду любить тебя еще сильнее.
– Не мели чепухи.
Минхван раздраженно дернул плечом, сбрасывая руку девушки. Сейчас все его мысли занимала только Дживон. Кан Дживон, Кан Дживон и еще раз Кан Дживон. Она должна была чувствовать то же самое! Как она посмела разорвать помолвку и тут же переметнуться к другому?
– Оппа?
– Твою мать! – яростно выкрикнул Минхван. – И хватит уже называть меня «оппой»! У меня уже голова раскалывается!
Глаза Сумин округлились, и в них снова заблестели слезы. Раньше этот вид пробуждал в Минхване инстинкт защитника, но теперь не вызывал никаких чувств. Точнее, он даже раздражал.
– Да не реви ты, а? Мне и так хреново, только твоего нытья не хватало, – в отчаянии пробормотал Минхван, но вдруг резко привлек Сумин к себе и крепко обнял. – Прости. Я сорвался. Нервы совсем ни к черту. Ты ведь понимаешь?
– В-все... ыкх... все хорошо, оппа. Я все понимаю.
– Я так и знал. Ты единственная, на кого можно положиться.
Минхван начал похлопывать ее по спине. Хлоп-хлоп, хлоп-хлоп. Он продолжал это монотонное движение, пока рука не затекла, и наконец невыносимые всхлипы стихли.
– Ты как? – мягко спросил он.
Сумин просияла и кивнула:
– Мне уже лучше.
– В таком случае... – Минхван вытянул из пачки салфетку и бережно вытер ей слезы. – Теперь подумай. Как мне вернуть Дживон?
– Что?..
– Ты же всегда говорила, что ты ее лучшая подруга. Значит, должна знать, как увести ее у этого мерзавца и вернуть мне. Верно?
Минхвану хотелось пойти и лично разукрасить физиономию тому типу, а потом силой забрать Дживон. Но интуиция подсказывала: если он так поступит, Дживон окончательно разозлится и исчезнет навсегда. Это предчувствие связывало его по рукам и ногам.
– Оппа, тебе не кажется, что это уже слишком? – Голос Сумин задрожал. – Ты просишь меня вернуть тебе Дживон? Зная, как сильно я тебя люблю?
– Я тоже тебя люблю. Иначе зачем бы я был здесь? Но с Дживон все иначе. Что скажут коллеги, если я вдруг женюсь на тебе?
«Ах вот как? Значит, жениться ты намерен только на Кан Дживон, хоть умри?» – Сумин до боли сжала кулаки. Злость так и рвалась наружу. Плевать на задетую гордость, но видеть, как Дживон купается в любви Минхвана и живет припеваючи? Этого она не вынесет.
– Я не буду просить тебя о браке, оппа. – Губы Сумин растянулись в заученной милой улыбке. – Ты мне просто дорог. Поэтому я готова на все ради тебя. Но Дживон... Она ведь изменилась. Я не всесильна, даже если мы подруги.
– Тогда забудь, – холодно бросил Минхван и поднялся.
Сумин тут же вцепилась в его рукав.
– Ты правда так уйдешь? Ты ведь тоже ко мне не по-дружески относишься. В тот раз, с аллергией на пробники... ты ведь прикрыл меня именно поэтому, да?
Случай с аллергией. Минхван совсем об этом забыл. Он нахмурился и посмотрел на Сумин:
– И на что ты намекаешь, вспомнив об этом сейчас?
– Ну, это ведь наш с тобой секрет. Тайна, о которой никто не знает. Пока. – Сумин кокетливо прищурилась, подчеркивая слово «пока».
Все летело к чертям. Минхван осознал это слишком поздно. Если об инциденте узнают в компании, простым выговором он не отделается.
– Чего ты хочешь?..
Сумин встала и обвила его талию руками.
– Просто останься. А утром я приготовлю тебе похмельный суп.
Тук-тук!
Дживон проснулась от стука в дверь.
«Где я?»
Обстановка была незнакомой. Она оглядела высокий потолок и интерьер в белых тонах. Секунд через десять до нее дошло: она в отеле. Дживон резко села.
Тук-тук!
Стук повторился. Это точно Ю Джихёк.
– Да, минуту!
Как она могла так крепко заснуть? Дживон в лихорадочном темпе почистила зубы, умылась и кое-как стянула волосы в хвост. Фен или макияж были непозволительной роскошью.
– Вы готовы?
– Да!
Не прошло и десяти минут, как она открыла дверь. Ю Джихёк, чуть более усталый на вид, чем обычно, стоял в коридоре. Увидев ее, он отступил в сторону, пропуская.
– Позавтракаем внизу и сразу в офис.
– Завтрак?
– Шведский стол.
Будний день, отель, завтрак с начальником... От одной мысли об этом Дживон стало не по себе.
– А мы не опоздаем на работу?
– Я рассчитал время с запасом.
Сверившись с часами, Дживон поняла, что возразить нечего. Она послушно последовала за начальником в ресторан.
Утром в будний день здесь было немноголюдно. Ю Джихёк выбрал столик у окна и первым отодвинул для нее стул.
– Присаживайтесь.
– Я сама принесу себе еду.
Здесь в самом деле был шведский стол. Но стоило Дживон попытаться встать, как Ю Джихёк придержал стул и мягко, но решительно задвинул его обратно.
– Разве не парень должен приносить еду?
– Парень?.. – Дживон в недоумении уставилась на него.
– Почему вы так смотрите? Сами же просили меня притвориться вашим парнем.
– Но это было вчера...
– Вы не уточняли сроки.
Дживон беззвучно открывала и закрывала рот. Сколько бы она ни рылась в памяти, она не помнила, чтобы просила его играть эту роль бессрочно. Казалось, она угодила в какую-то гигантскую ловушку.
– Но все же до каких пор...
– Давайте обсудим это за завтраком.
Ю Джихёк оставил ее и направился к стойкам с едой. Вскоре перед Дживон появилась тарелка с легкими закусками, идеально подходящими для завтрака.
– Приятного аппетита.
Вид еды пробудил голод. Забыв о неловкости, Дживон принялась за угощение.
– А это вкусно, – заметила она, попробовав свежеприготовленный омлет.
Ю Джихёк отрезал кусочек со своей тарелки и отправил в рот.
– Действительно.
Дживон замерла с вилкой в руке. Ю Джихёк улыбнулся. Если не приглядываться, можно было и не заметить, как слегка приподнялись уголки его губ, но это была тень улыбки. Холодная твердость, всегда окружавшая его, на мгновение рассеялась, уступив место мягкости, почти мальчишеской.
Нелепое сравнение промелькнуло в голове Дживон: «Был сибирский хаски, а стал лабрадор-ретривер».
– Почему вы так на меня смотрите? – спросил Ю Джихёк, подливая девушке воды в прозрачный бокал.
Его губы снова сжались в привычную строгую линию.
Снова хаски.
– Просто вы улыбнулись... – Дживон запнулась, подбирая слова. В ее воображении все еще сидел статный большой пес с лоснящейся коричневой шерстью. – Это было... мило.
«Мило»? Она сама испугалась своего слова. Но Ю Джихёк, кажется, опешил еще сильнее. Он застыл с вилкой в руке, не мигая глядя на Дживон. Время в ресторане словно остановилось только для него одного.
– То есть я не это имела в виду! Я хотела сказать... – Пытаясь исправить ситуацию, Дживон ляпнула еще большую глупость: – Вы похожи на щеночка.
Ю Джихёк впал в полнейшее замешательство. Он отчаянно пытался расшифровать смысл ее слов, но тщетно.
– То есть... – Он медленно отложил вилку и предельно серьезно уточнил: – Вы хотите сказать, что я похож на пса?
– Не на пса, а на щеночка... Ну, на лабрадора-ретривера.
– Лабрадор... ретривер?
Одна бровь Джихёка поползла вверх. Дживон начала активно жестикулировать, пытаясь объяснить концепцию «похожести на щенка»:
– Ну, знаете, такой коричневый пес. Большой, послушный, умный и... красивый...
Чем больше она объясняла, тем глубже заходила в тупик. Поняв, что делает только хуже, Дживон обреченно опустила голову.
– Давайте просто доедим. Пора на работу.
– Доброе утро!
– Здравствуйте!
Сотрудники один за другим входили в офис, обмениваясь приветствиями. И у каждого реакция была одинаковой:
– О? А начальника еще нет?
Дживон глубоко внутри придушила голос совести. Ю Джихёк, высадив ее неподалеку от офиса, сообщил, что намерен сегодня опоздать. Мол, все равно к обычному времени не успел, так что лучше прийти попозже. Наверное, это было его первое опоздание с момента вступления в должность.
– Доброе утро.
В офис вошел Пак Минхван и сел на свое место. Дживон почувствовала, как он мгновенно просканировал ее взглядом: непричесанные волосы, наспех накрашенные губы, вчерашняя одежда. Было мерзкое ощущение, будто по плечу ползет многоножка.
– Хиён! – Дживон встала с места и поманила коллегу. – Пойдемте выпьем утренний кофе?
– С удовольствием!
Хиён вприпрыжку побежала за коллегой на офисную кухню. На самом деле кофе они уже пили, но у Дживон был к ней разговор.
– То предложение насчет квартиры... оно еще в силе?
В ответ Хиён начала неистово кивать, будто мотая головой на рок-концерте:
– Конечно-конечно-конечно! Мы же договорились посмотреть ее на выходных.
– Я хочу посмотреть сегодня. Это возможно?
– Я только за! Обеими руками! – Хиён была в восторге. Когда Дживон добавила, что хотела бы переехать как можно скорее, та от радости даже затрепетала. – Отличный выбор! Я прямо сейчас предупрежу хозяйку. Эту квартиру даже не выставляли в агентства, она идеальна.
– Спасибо. С меня вкусный ужин.
– С вас новоселье! Я принесу трехслойную туалетную бумагу.
– Договорились.
Дживон не хотела оставаться в старом жилье ни одного лишнего дня – туда в любой момент могли заявиться Чон Сумин, Пак Минхван или Ким Санчхоль. Вещей у девушки было немного, так что она была готова переехать немедленно, даже если придется доплатить.
Вечером, сразу после работы, они отправились по адресу. Дживон ожидала увидеть обычную крепкую виллу[7], но дом оказался новеньким жилым комплексом, возвышающимся в весьма престижном районе.
– Ты жила здесь одна? Это же безумно дорого.
– Это все благодаря папе с мамой. Сейчас-то я в студии перебиваюсь. Но не переживай, по моей рекомендации тебе сделают отличную скидку, так что за цену не волнуйся.
По манере речи и поведению в Хиён сразу угадывалась богатая дочка, выросшая в любви и достатке. Дживон лишь понимающе кивнула и вошла следом за ней.
Квартира была настолько просторной, что в ней впору было заблудиться. Солнечный свет заливал гостиную через панорамные окна, а отделка – от пола до обоев – выглядела невероятно дорогой. Дживон то и дело ахала, заглядывая в комнаты.
– Ну как? Нравится? – Хиён с надеждой заглянула ей в глаза, открывая дверь в ванную, отделанную черным кафелем.
– Очень нравится, но... для меня одной тут слишком много места.
– Тогда есть другой вариант. Площадью примерно в полтора пхёна[8].
– Ну, это уже чересчур тесно.
– Вот именно! Так что выбирай: либо слишком просторно, либо слишком тесно.
Аргументация была железобетонной. Дживон завороженно слушала Хиён.
– Одну комнату сделаешь кабинетом, вторую – спальней, третью – гардеробной. Вот и место закончилось! Если друзья придут – есть где положить. Я тоже смогу иногда оставаться, чтобы нам вместе на работу ходить. Тут охрана круглосуточная, камеры везде, чужаки не пройдут. Для одинокой девушки – лучше места не найти! И цену под тебя подгонят, и въехать можно хоть сегодня. Юридически все чисто, хозяйка беспокоить не будет, сторона южная – за коммуналку платить копейки. А транспорт? А доставка еды? Тут же все...
– Ладно, ладно, убедила.
Дживон решила, что если ей когда-нибудь понадобится провести презентацию, она поручит это Хиён. Талант так четко и без единой запинки выдавать информацию был редким даром.
– Мы можем подписать договор сегодня? Если да, я возьму отгул и перевезу вещи как можно быстрее.
– Вот это по-нашему! Мудрое и волевое решение! – Хиён запрыгала от радости, а потом выхватила телефон и победно подняла его над головой. – Сейчас свяжусь с секретарем!
– С секретарем?
– Ну, владелец человек занятой, богатый. Всеми мелкими делами секретарь занимается. – Хиён примостилась около кухонного острова и набрала номер. – Как поживаете, секретарь Хан? Да-да, у меня все отлично. Работа? Ха-ха, ну, бывает паршиво, конечно, но такова офисная жизнь. Я вот по какому вопросу... – Прощебетав что-то в трубку пару минут, Хиён закончила разговор и просияла. – Предлагает встретиться в кафе неподалеку. Юрист тоже будет, так что оформим все на месте. Пошли!
Сделка прошла молниеносно. В итоге Дживон получила огромную и при этом на удивление дешевую квартиру.
– Послушай, Хиён...
– Да?
– Не говори в компании о моем переезде. Пусть это останется секретом.
Хиён понимающе прищурилась:
– Кажется, я догадываюсь, из-за кого такая таинственность.
– Тем более.
Дживон приложила указательный палец к губам и коротко рассмеялась. Хиён шумно выдохнула и первой шагнула в лифт.
– Ладно, поняла. Чтобы приехал «мерс», нужно сначала отправить на свалку ведро с болтами[9].
Глава 48
Кем на самом деле была хозяйка дома
Хиён и Дживон встретились с секретарем, некой Хан, в кафе напротив. Женщине в строгом брючном костюме с острым, проницательным взглядом на вид было немногим за сорок.
– Секретарь Хан, сколько лет, сколько зим! – бодро поздоровалась Хиён.
В ответ на это энергичное приветствие женщина лишь слегка склонила голову:
– Давно не виделись, юная госпожа.
– Я же просила звать меня просто Хиён! – хихикнула девушка, а затем представила Дживон: – Это мой самый любимый руководитель в офисе. Я узнала, что ей нужно срочно переехать, вот и решила вас познакомить.
– Здравствуйте, меня зовут Кан Дживон. – Дживон, заметно волнуясь, протянула свою визитку.
Секретарь Хан внимательно изучила карточку, после чего полезла во внутренний карман пиджака и, разочарованно цокнув языком, виновато произнесла:
– Прошу прощения. Так спешила, что забыла взять свои визитки.
– Ничего страшного, – ответила Дживон. – Я потом возьму ваши контакты у Хиён.
– Благодарю за понимание.
Вскоре подошел юрист. Перед Дживон веером легли документы: выписки из реестра прав собственности, договоры аренды и прочие бумаги.
– Собственником является госпожа Чха Гымнан. Как вы знаете, я здесь в качестве доверенного лица. Вот нотариально заверенная доверенность.
– Ах, да...
«Чха Гымнан». Дживон казалось, что она где-то уже слышала это имя, но, как ни пыталась, вспомнить не могла.
– Датой начала аренды назначим сегодняшний день. Квартира все равно пустует, так что можете переезжать в любое удобное время. Я слышала, вам нужно было срочно.
Вопреки первому холодному впечатлению, секретарь Хан оказалась очень внимательной к деталям.
– Вот номер телефона управляющей компании дома. Как определитесь с датой, позвоните им. А если в процессе проживания возникнут какие-то неудобства – сразу связывайтесь со мной.
– Огромное спасибо за такую заботу, – искренне поблагодарила Дживон.
Когда она улыбнулась, на лице секретаря Хан тоже промелькнула ответная улыбка.
– Юная госпожа Хиён так вас расхваливала, что я не могла не пойти навстречу. Раз она доверяет, то и я спокойна.
– Секретарь Хан! – Хиён шутливо забарабанила пальцами по столу.
Женщина еще раз улыбнулась ей, собрала документы и поднялась с места.
– Что ж, мне пора. Кан Дживон, до встречи.
«До встречи? Мы увидимся снова?» – Дживон недоумевала, но все же вежливо проводила секретаря и юриста.
– Вы кажетесь очень близкими. Кто она тебе? – спросила Дживон.
Хиён отвела глаза, виновато улыбаясь:
– Ну... она секретарь хозяйки дома, а я просто раньше здесь жила.
– Но почему она упорно зовет тебя «юной госпожой»?
Хиён сделала серьезное лицо и предпочла промолчать. «Видимо, на то есть причины», – решила Дживон и не стала расспрашивать дальше, сосредоточившись на бумагах. Пока она аккуратно складывала документы, Хиён, наблюдавшая за ней, пробормотала под нос:
– Впрочем, чего тут скрывать...
– М?
– Секретарь Хан... – Хиён ткнула пальцем в имя, указанное в доверенности. – Она секретарь моей мамы. То есть...
Палец Хиён переместился выше, на имя «Чха Гымнан».
– Вот это и есть моя родная мама.
– Мама?! – Дживон едва не подпрыгнула на месте. – Так ты сдала мне квартиру своей матери?
– Ага. Все равно меня там нет, и жить в ней некому.
– Но почему бы тебе самой там не жить? Зачем ютиться в студии? Отсюда до работы тоже не так уж далеко.
– Я решила быть независимой. На залог для своей нынешней каморки я копила сама, подрабатывая на стороне. Да и живу я сейчас исключительно на свою зарплату.
Хиён лучезарно улыбнулась. Дживон была в глубоком восторге. Она и раньше догадывалась, что Хиён из обеспеченной семьи, но девушка оказалась не просто богатой дочкой, а волевой и самостоятельной личностью.
– Ты просто невероятная. Будь у меня такая младшая сестра, я бы тебя на руках носила.
– Кья-ха-ха! Ну что ты, спасительница, ну правда! – Хиён, которой явно польстили эти слова, издала дурашливый смешок и заерзала на стуле. – Да ничего такого. Пока училась, подрабатывала официанткой, репетиторством... Обычное дело! Хи-хи!
– В том-то и дело, что это круто. Будь я на твоем месте, я бы наверняка просто пользовалась родительской карточкой.
Сама Дживон в студенческие годы почти не участвовала в общественной жизни университета. И дело было не в отсутствии друзей или стеснительности – ей просто было неловко просить лишние деньги у отца, который и так из кожи вон лез, чтобы вырастить ее в одиночку.
– Ну, когда совсем нечего было есть, я потихоньку таскала мамину карту, бывало... Кстати, а какой университет ты окончила?
– Университет Р.
– О! – Хиён подпрыгнула, словно сделала великое открытие. – Так ты же училась в одном вузе с начальником Ю Джихёком! Неужели ни разу его там не видела?
– Правда? Нет, никогда. Он правда учился в нашем университете? На каком факультете?
Это была их первая общая черта с Ю Джихёком. Заметив любопытство Дживон, Хиён оживилась еще больше:
– На физкультурном. Ему идет, правда?
– Хм, вообще-то... нет.
Совсем не шло. Дживон была уверена, что он изучал финансы, экономику или, на худой конец, юриспруденцию. Факультет физической культуры стал полной неожиданностью.
– Вот как?.. – Хиён наклонила голову, но тут же весело добавила: – Но у него особо и выбора не было. Либо технический факультет, либо спорт. А точные науки он никогда серьезно не изучал.
– Почему это либо техническое, либо спорт?
– На других факультетах много девушек, а это... В общем, это личное. Сами потом у него спросите.
Хиён забросила наживку и тут же закрыла тему. Дживон, хоть и сгорала от любопытства, настаивать не стала – это было не в ее характере.
– О-о-ох...
Дживон переоценила свои силы, думая, что уборка в одиночку – плевое дело. Тело уже ломило так, будто она заболела. Глядя на царящий в квартире хаос, который, казалось, становился только хуже, она чувствовала полное отчаяние. Вещей было немного, но почему же их так трудно разобрать?
– А ведь отгул взяла всего на один день...
Завтра придется задержаться на работе, поэтому, если она не закончит сегодня, завтра должна будет разбирать вещи до поздней ночи. Дживон простонала и буквально рухнула на кучу одежды, от которой пахло затхлостью.
Бз-з-з, бз-з-з.
В кармане завибрировал телефон. Девушка с трудом выудила его и приняла вызов.
– Да, Джие.
– Че делаешь?
– Ты сейчас с Юнхи и Сеной?
– А ты как узнала?
– Ты же на диалект перешла, – усмехнулась Дживон.
Джие была удивительным человеком: обычно она говорила на правильном сеульском наречии, но стоило ей оказаться в компании земляков, как тут же прорезался суровый говор Кёнсандо.
– Какая ты проницательная. Девчонки сегодня ко мне на работу заглянули. Давай, закругляйся с работой и дуй к нам, пива попьем.
– Не могу, я сегодня переезжаю. Тут столько вещей, что я, похоже, всю ночь провожусь.
– Переезд? С чего вдруг?
– Коллега помогла найти квартиру по дешевке. Да и с парнем я рассталась, так что...
– Мамочки! – раздался в трубке звонкий и громкий голос Сены.
Дживон рефлекторно отдернула телефон от уха, а потом снова приложила его.
– Что такое?
– Ты чего нам не сказала, что бросила своего?! Как вы расстались? Почему? Из-за чего разбежались? Он изменил? Проигрался? Подрались?!
– Сколько у тебя вопросов...
Послышались звуки потасовки за телефон, и в трубку снова закричала Джие:
– Скидывай адрес, приедем поможем!
– Да ладно, не стоит...
– Отключаюсь!
Дживон немного поколебалась, но все же отправила адрес. Через час Джие, Юнхи и Сена уже звонили в домофон. Девушки подошли к делу основательно: притащили огромный пакет с чистящими средствами, щетками и резиновыми перчатками.
– Обалдеть, ну и бардак! – воскликнула Джие, войдя внутрь.
Дживон смущенно ответила:
– Ну да, запустила я тут все...
– Да ладно, у меня в комнате еще хуже, – буркнула Сена, снимая обувь. – Давай, выкладывай про парня. Почему расстались?
– Ты маску надень. А то от твоего трепа пыли еще больше. – Юнхи в шутку ткнула Сену маской в затылок.
В пустой и тихой квартире наконец-то запахло жизнью. Дживон улыбнулась, помогая Сене закрепить маску.
– Его родители заявили, чтобы я занималась домом и каждое утро подавала свежеприготовленный завтрак. А еще чтобы и деньги в дом приносила, и ребенка родила.
– Ого! Они тебе взамен хоть особняк в Пхёнчхандоне пообещали?
– Какой там особняк. Бывший все накопления спустил, гол как сокол. Собирался на мне жениться, имея за душой только... гхм... мужское достоинство.
– Обалдеть... – Джие скривилась так, будто наступила в собачью кучу. – И этот голодранец еще заикается про свежий завтрак и детей? Да ему радоваться надо, если ты его каждое утро половником по его достоинству не охаживала.
Если бы они узнали, что Пак Минхван изменил ей с Чон Сумин, начался бы настоящий пожар. Репутация Сумин среди одноклассников и так была хуже некуда, а после такой новости ее бы просто смешали с грязью. Но Дживон не проронила ни слова. Все и так всплывет. Куда выгоднее было не сплетничать самой, а сидеть с несчастным видом и собирать сочувствие как «жертва».
– Молодец, что ушла. Согласиться на такое – значит, самой себе могилу вырыть. – Юнхи подбадривающе похлопала Дживон по плечу.
– Кстати, а что там с Ким Санчхолем? Больше не доставал? – вспомнила Джие.
Пока они обсуждали визит Санчхоля, разговор плавно перетек на Ю Джихёка. Когда собираются четыре девушки, сплетни не смолкают ни на минуту. Под веселый гул они быстро навели в квартире порядок.
– Обалдеть. Значит, этот гаденыш к тебе пристал, а начальник потом помог и даже отель оплатил? – Сена виновато прикусила губу. – Черт, а я ведь думала, что начальник Ю тот еще гад. Прости, Дживон.
– Да ладно, я сама перед ним извинилась. Так, я пойду мусор вынесу.
Дживон подхватила два тяжелых пакета со старой одеждой. Джие цокнула языком и отобрала их, легко подхватив пакеты, будто они были набиты ватой.
– Ты бери коробки. А то сил у тебя совсем нет.
– Хе-хе, спасибо.
Девушки вышли в коридор. Как раз в этот момент из соседней квартиры вышел рослый мужчина и встал у лифта.
– Джие, тебе правда не тяжело? – спросила Дживон, поправляя стопку коробок, из-за которой едва видела дорогу.
Вдруг мужчина, стоявший впереди, не оборачиваясь, произнес густым басом:
– Давайте помогу?
– Ой, нет, спасибо... – начала было Дживон, но Джие легонько пихнула ее, призывая замолчать.
– Ой, а можно? А то правда так тяжело, мы уже совсем выбились из сил! – проворковала Джие.
Дживон оторопела: «Это та самая Джие, которая только что эти мешки одним пальцем поднимала? Что за сладкий голосок?»
– Вы к мусорным бакам?
– Да. Огромное вам спасибо!
От кокетливых интонаций подруги Дживон едва не выронила коробки.
– Я видел, что в соседнюю квартиру кто-то въезжает, но не думал, что там поселятся такие очаровательные девушки. Могу я еще чем-то помочь?
– Ой, ну что вы, вы ведь уже несете вещи, этого более чем достаточно! Даже не знаю, как вас отблагодарить.
– Да пустяки, мне все равно по пути.
Дживон, стараясь не слушать воркование Джие, пулей вылетела из лифта и поспешила к площадке для сбора мусора. Когда она закончила разгружать свои коробки, мужчина подошел и поставил пакеты.
– Ой... – Дживон замерла, наконец разглядев лицо соседа.
Это был тот самый сотрудник отеля, в который она ездила с Ю Джихёком. Тот самый парень из службы доставки еды, принесший суп. Вряд ли во всей Корее нашелся бы еще один человек с таким ростом, телосложением и настолько грозным лицом.
– Дживон, ты чего? – спросила Джие все тем же приторным голоском, которому явно научилась у Сены.
– А... нет, ничего. Спасибо за помощь.
– Не за что. Еще увидимся.
Мужчина, похоже, ее не узнал. Впрочем, неудивительно: в отеле он видит сотни людей в день. Дживон тоже не стала подавать виду и вежливо поклонилась. Джие проводила его разочарованным взглядом.
– Вау, какой красавчик. Прямо мой идеал, – мечтательно вздыхала она в лифте по пути наверх.
– Твой идеал – такие пугающие мужики? – удивилась Дживон.
– Это не «пугающий мужик», это идеал мужественности! – Джие игриво сощурилась. – Люблю таких – мощных, как скала. Видела, какие у него ручищи? А лицо? Настоящий мужчина!
Дживон вспомнила, как в прошлый раз Джие возмущалась, что Пэк Ынхо совсем не в ее вкусе. Что ж, если ей нравятся такие громилы, то Ынхо и правда был мимо цели.
– Я его знаю, – вдруг сказала Дживон.
– Серьезно?! А чего сразу не поздоровалась? – Глаза Джие азартно блеснули.
– Я же рассказывала, что ездила с начальником в отель. Он там работает в рум-сервисе.
– Отельер, значит... Шикарно. И невероятно сексуально. – Джие, впавшая в состояние окончательной влюбленности, внезапно схватила Дживон за руки. – Дживон! Выручи подругу, а? Век не забуду, костьми лягу, но отплачу!
– Костьми ложиться не надо. – Дживон невольно вспомнила Хиён, которая до сих пор пыталась отплатить ей за одну-единственную прокладку. – Чем помочь-то?
– Да пустяки. Если увидишь его еще раз, выпроси номерок. А дальше я уже сама все порешаю.
Дживон никогда раньше не выпрашивала номера у парней, но ради подруги... почему бы и нет? Она кивнула:
– Хорошо. Узнаю номер и передам тебе.
– Кан Дживон, ты просто ангел!
Джие раз десять обняла подругу, рассыпаясь в благодарностях. Однако после этого случая Дживон долго не видела соседа. Звук открывающейся двери в соседней квартире был слышен либо на рассвете, либо глубокой ночью, когда она уже возвращалась после сверхурочных. Похоже, график работы отельера был куда жестче, чем она могла себе представить.
Глава 49
Сожаления Минхвана
Дни летели один за другим, не принося ничего нового. Из-за грядущего запуска нового продукта, который был уже буквально на носу, Дживон и Джуран задерживались на работе все чаще. Выражение «зашиваться» подходило им теперь как нельзя кстати.
– Ох, как же я устала... – простонала Джуран, выходя из офисной кухни.
Она даже не пообедала, решив вместо еды немного вздремнуть.
Дживон чувствовала себя не лучше. Ей было настолько ни до чего, что даже мысли о Чон Сумин или Пак Минхване отошли на задний план.
– Я так долго не протяну. Сколько там до официального релиза осталось?
– Неделя.
– У-у-у...
Разработка нового продукта Джуран вышла на финишную прямую. Процесс шел гораздо быстрее, чем предполагалось по графику, который даже Ю Джихёк называл жестким. Конечно, все в команде старались на совесть, но львиная доля успеха принадлежала старшему сотруднику Ли Джунсоку – он вкалывал по три-четыре дня в неделю сверхурочно, будто занимался собственным проектом.
Хотя можно ли это назвать «успехом»?
Дживон, совершенно обессиленная, смотрела на гору дел, объем которых удвоился именно благодаря тому, что Ли Джунсок работал слишком эффективно. Глядя на нее, Хиён едва не плакала от жалости.
– Хотите сладкого кофе? Сходить купить?
– Хиён, если ты не занята, выручи нас. Вот, возьми мою карту.
Обычно Дживон никогда не перекладывала на других мелкие поручения, но сейчас, чтобы просто выжить, она приняла предложение. Однако Хиён от карты отказалась.
– Я сама найду средства.
Стоило Хиён это произнести, как из-за стола начальника департамента Ю Джихёка показалась его крупная рука с зажатой в ней картой:
– Возьмите эту, Ю Хиён.
– Спасибо!
Успешно решив финансовый вопрос, Хиён легкой походкой отправилась в «Блю Кафе». Обеденный час пик только что закончился, и Ынхо, прилежно мывший посуду, расплылся в улыбке, завидев ее:
– Сегодня вы одна, Хиён?
– Моя спасительница сейчас очень занята. Мне, пожалуйста, двадцать стаканов айс-американо.
– Вы все это одна донесете?
– Ой... – Хиён в досаде хлопнула себя по лбу. – И правда. Что же делать?
– Да что тут думать. Я помогу с доставкой. Подождите немного, съешьте пока это.
Хиён с удовольствием грызла печенье, которым ее угостил Ынхо, и наблюдала, как он готовит кофе.
«Какой же он все-таки надежный парень».
Высокий, подтянутый, всегда с улыбкой на лице и к тому же потрясающе готовит – редкое сочетание. Да и репутация у него была безупречной. Немало сотрудниц офиса заглядывали к нему и утром, и вечером, как по расписанию, но еще никому не удалось заполучить его номер телефона.
«Джихёк или Ынхо? С кем из них Дживон будет счастливее?» – Хиён терзалась сомнениями более масштабными, чем извечный выбор между лапшой в остром соусе или в соусе ччаджан.
Тем временем заказ был готов. Взяв по несколько подставок с кофе в каждую руку, Хиён и Ынхо вышли из кафе. Пока они шли к офису, на них то и дело бросали любопытные – а порой и обжигающие – взгляды.
– Кофе прибыл!
– О, спасибо... А?
Дживон машинально протянула руку, но замерла. Вместо тонких белых пальцев Хиён она увидела крупную, почему-то знакомую мужскую ладонь. Взгляд Дживон скользнул выше по рукаву белой рубашки и остановился на лице гостя.
– Доставка кофе. – Ынхо широко улыбнулся. Видеть его в офисе после ежедневных встреч в кафе было приятно.
– Ты решил поучаствовать в доставке?
– Да, просто порций было много.
Заметив, как из-за спины Ынхо на него свирепо, словно хищник на добычу, смотрит Пак Минхван, Дживон поспешно встала.
– Спасибо. Пойдем, я тебя провожу до лифта.
Дживон и Ынхо тихо вышли в холл. Сумин, которая уже приготовилась было любезничать с Ынхо, от злости аж перекосилась.
«Почему он со мной не поздоровался? Не заметил за перегородкой, что ли?»
Она не собиралась это так оставлять. Сумин незаметно выскользнула из отдела и увидела, как в конце коридора у лифтов Дживон и Пэк Ынхо о чем-то весело болтают.
– Ынхо! – радостно окликнула его Сумин.
Дживон обернулась. Ынхо тоже мельком взглянул в ту же сторону. Сумин замахала рукой:
– Как неожиданно встретить тебя в офисе! Спасибо за кофе...
Она почти подошла к ним, когда двери лифта открылись. Ынхо решительно шагнул внутрь. Сумин успела ясно заметить его ледяной взгляд прямо перед тем, как створки сомкнулись.
– Ты вышла поздороваться? – спросила Дживон.
Сумин, на мгновение опешившая, тут же прищурилась в притворно-милой улыбке:
– Ага. Наверное, Ынхо меня просто не заметил.
– Наверное. Пошли обратно.
Дживон никогда не рассказывала Ынхо правду о том злополучном письме, о бесконечной лжи и интригах Сумин. Но у них с Ынхо были общие знакомые, и до него наверняка доходили слухи. С его умом не составляло труда сложить два и два.
Когда Дживон ушла, холл опустел. Сумин, стиснув зубы, уставилась на свое отражение в закрытых дверях лифта. Спустя мгновение она резко развернулась и зашагала в офис.
Сколько бы Минхван ни ждал, Кан Дживон не собиралась возвращаться к нему. Она, похоже, заблокировала его номер, а все попытки поговорить в офисе пресекала, переводя общение в сугубо рабочее русло через мессенджеры или почту. Он несколько раз караулил ее у дома, но не видел даже ее тени.
«Так больше нельзя».
С букетом цветов в руках Пак Минхван стоял перед входом в дом, где жила Дживон. Набрав номер знакомой квартиры на домофоне, он глубоко вдохнул и выдохнул. Раздался щелчок.
– Кто там? – послышался раздраженный голос молодого мужчины.
Терпение Минхвана лопнуло. Он с силой швырнул букет на землю.
– Ах ты, сукин сын! Ты еще кто такой?!
– Что? Ты сам-то кто, придурок?! – не менее яростно рявкнули в ответ.
Минхван, уверенный, что наткнулся на того самого парня, к которому ушла Дживон, продолжал орать:
– Ты, урод, которого я тогда видел! Выходи живо! Где Кан Дживон?!
– Совсем с катушек съехал среди ночи? Слышь, ты, стой на месте!
Связь оборвалась. Вскоре послышались тяжелые шаги, и из подъезда вышел грузный мужчина, тяжело дыша от ярости. С первого взгляда было ясно: это не тот красавчик, с которым Дживон уехала в прошлый раз.
– Эй, псих ненормальный! – Мужчина буквально ткнул своим лицом в лицо Минхвану. – Слышь, козел, я и так бессонницей маюсь, а тут ты приперся посреди ночи и орешь как резаный!
Вспышка гнева у Минхвана прошла мгновенно – его словно чудом исцелили от агрессии.
– Я... кажется, я ошибся домом.
– Разбудил человека, устроил тут цирк, а теперь говоришь, что ошибся?! Я из-за переезда и так устал, вещи разбираю!
Глаза Минхвана округлились.
– Переезда?
– Да, переезда, придурок!
Мужчина замахнулся кулаком размером с небольшую кастрюлю. Минхван, забыв о страхе, вцепился в его руку.
– Когда вы переехали? Вы не знаете, кто тут жил раньше? Девушка, одна жила!
– Девушка? – Мужчина посмотрел на растоптанный букет, потом на Минхвана и брезгливо цокнул языком. Было очевидно: перед ним жалкий тип, которого бросила девушка. – Ведешь себя как придурок, вот она и сбежала. Тьфу, ты такой жалкий, даже бить тебя не стану. – Он сплюнул на землю, бормоча проклятия под нос. – Я заехал три дня назад, до этого квартира долго стояла пустой. Проваливай уже, дай поспать.
Минхван оцепенело смотрел в спину уходящему мужчине.
«Надо было схватить ее тогда...»
Если бы он тогда съездил по физиономии тому наглецу и жестко приструнил Дживон, все не зашло бы так далеко. Он снова разозлился, вспомнив, как некстати тогда появилась Чон Сумин и все испортила.
В кармане завибрировал телефон. Первая мысль – Дживон! Минхван лихорадочно достал аппарат, но его лицо тут же исказилось от разочарования.
Чон Сумин, контрактница
Сейчас он не хотел даже слышать ее голос. Та легкая симпатия, что была вначале, сменилась обидой, раздражением и отвращением. От ее приторного «Оппа-а» у него теперь только мурашки по спине бегали.
Растаптывая остатки цветов, Минхван спустился по лестнице. Машину он оставил в переулке, а сам побрел в уличную палатку, куда они часто заходили с Дживон.
– Бутылку соджу, пожалуйста.
– А закуску? – спросила хозяйка, быстро нарезая огурцы.
Минхван хотел было отказаться, но передумал:
– Суп омуктхан.
– Скоро будет.
Вскоре на столе появилась дымящаяся кастрюля. Минхван начал жадно пить соджу одну рюмку за другой. Алкоголь казался невыносимо горьким.
По привычке он снова набрал номер Дживон, но в ответ услышал лишь знакомый механический голос:
Абонент не отвечает, оставьте сообщение после сигнала...
Раздался противный писк. Минхван прижал трубку к уху и начал оставлять сообщение, которое она, скорее всего, даже не прослушает.
– Дживон. Давай поговорим. На этот раз я тебя прощу. И то, что ты моей матери нагрубила, и то, что с другим мужиком встречалась, – я на все закрою глаза. Ты ведь больше так не будешь, правда? Не бойся, просто позвони мне...
Закончив, он запустил пальцы в волосы и в ярости взъерошил их.
Как он добрался до дома, Минхван не помнил. Когда он, едва держась на ногах, ввалился в прихожую, из комнаты выбежала испуганная Джаок:
– Сынок! Где же ты так напился?!
– О-о-о, мамочка... – Минхван с глупой улыбкой на лице повис на ней и начал пьяно ныть: – Мам, поговори с Дживон... Скажи ей, что я на ней женюсь. Слышишь?
– Ты что такое несешь?
Джаок с трудом дотащила его до кровати, ворча и морщась. При ярком свете сын выглядел жалко: галстук куда-то делся, воротник рубашки расстегнулся и помялся, на одежде пятна от супа. Но больше всего ее поразило его лицо – опухшие глаза и следы от слез.
– Ты что, плакал? Господи, и все из-за той девчонки?!
– Дживон... – простонал Минхван вместо ответа. – Я же сказал, я тебя прощаю! Ты же сама все понимаешь... Мы должны пожениться...
Джаок, качая головой, уже собиралась уходить, как вдруг заметила на полу телефон сына. Экран не был заблокирован.
«Эта девушка могла бы хорошо позаботиться о моем сыне».
Сглотнув, Джаок открыла список вызовов. Весь он состоял из звонков Кан Дживон. Но среди них мелькнуло имя: Чон Сумин.
Джаок быстро переписала номер в свой телефон и отправила сообщение:
На следующее утро Минхван, едва разлепив глаза под давлением матери, выпил стакан медовой воды и буквально приполз на работу. С темными кругами под глазами и ввалившимися щеками он выглядел тенью самого себя. Но Дживон, как обычно, и глазом не повела.
– Дживон, давай поговорим...
Когда Минхван попытался заговорить с ней в коридоре, она прошла мимо, даже не взглянув. Хиён следовала за ней по пятам, словно верный телохранитель.
Минхван был на грани безумия. А может, уже за ней.
Со стороны было видно, как сильно он сдал. Дошло до того, что в офисе начали шептаться, мол, Дживон слишком жестоко с ним обошлась – бросила парня одним махом, не оставив ни единого шанса.
– Бедный менеджер Пак. За пару месяцев от него половина осталась.
Дживон, зашедшая в офисную кухню, прислушалась к разговору за перегородкой.
– Они же вроде о свадьбе подумывали. Неудивительно, что он в таком состоянии. А менеджер Кан, оказывается, очень сурова. Столько лет встречались, а она на него даже не смотрит.
– Может, у нее кто-то появился?
Обычные офисные сплетни. Дживон уже собиралась уходить, но замерла, услышав голос Сумин:
– Ну что вы, наша Дживон не такая!
«С какой стати я “твоя”?» – едва не сорвалось с губ Дживон.
– У нее никто не появился, просто... ну... в общем, за ней один мужчина очень настойчиво ухаживает! Но Дживон никогда бы так не поступила, вы же знаете!
– Неужели и правда кто-то есть? – Собеседница Сумин явно оживилась.
– Да говорю же вам, нет! – «защищала» подругу Сумин. – Просто Дживон очень добрая, вот и согласилась пару раз пообедать с ним, чисто из вежливости. Честное слово!
Дживон прекрасно представляла, с каким выражением лица и какими жестами Сумин сейчас это говорит. Картинка стояла перед глазами четче, чем если бы она видела это вживую.
Ей было все равно. Скоро она уволится, а Пак Минхван и Чон Сумин все равно поженятся. Мнение коллег ее не волновало, но Сумин явно к чему-то вела.
– И кто же это? – с любопытством спросила сотрудница.
– Ой, ну я не знаю... – Сумин замялась, словно не желая выдавать тайну.
Дживон затаила дыхание, гадая, какую историю та состряпала на этот раз. То, что она услышала дальше, повергло ее в шок.
– Хозяин того кафе неподалеку, которое недавно открылось. Они давно знакомы, вот Дживон и было неудобно ему отказать. Но она в этом не виновата! Чувства ведь могут измениться... Ой, в общем, это большой секрет, договорились?
Дживон вспыхнула от гнева. Ей хотелось ворваться в кухню и закричать: зачем ты приплетаешь то, чего нет?! Ладно бы трогала только Дживон, но зачем втягивать в эти сплетни еще и Пэк Ынхо?
Но она заставила себя сдержаться. Что бы она ни сказала, люди все равно поверят в ту версию, в которую хотят верить. Оправдания только подлили бы масла в огонь.
«Сейчас нужно молчать».
Дживон сделала глубокий вдох.
Она подождет, пока Сумин сама выроет себе яму – достаточно глубокую и просторную. Такую, чтобы в ней хватило места для гроба.
Глава 50
Все глубже и глубже (1)
«О, это же он».
Закончив рабочий день, Дживон заметила у лифтов на первом этаже крупного мужчину и направилась к нему. Подойдя ближе и мельком взглянув на его профиль, она убедилась – это действительно был он.
– Э-эм, здравствуйте, – негромко поздоровалась Дживон.
Мужчина посмотрел на нее и в ответ едва заметно кивнул:
– Да, здравствуйте.
– Давно не виделись. Спасибо вам за то, что помогли тогда.
– А, да... пустяки.
Мужчина выглядел растерянным. Дживон тоже чувствовала себя неловко. Но, вспомнив о Джие, которая до глубокой ночи помогала ей с уборкой и вещами, а потом еще и прислала горшок с цветком в подарок на новоселье, она набралась смелости.
– П-п-подскажите, пожалуйста... – Стараясь держаться как можно естественнее, Дживон протянула ему мобильный телефон. – Не могли бы вы дать мне свой номер?
– Что? – Мужчина вытаращил глаза.
Реакция была настолько бурной, что Дживон даже стало не по себе.
– Ну... мы же соседи. Мало ли что случится, вдруг нужно будет связаться...
– А, а-а-а... Да. Соседи.
Все еще не оправившись от шока, он взял телефон и набрал свой номер. Его суровое лицо при этом выражало крайнюю степень замешательства.
– А как вас зовут?
– Ким Сину.
«Ким Сину». Дживон ввела имя и нажала «Сохранить».
– А я – Кан Дживон.
– Понятно.
На этом Сину замолчал, даже не подумав записать номер Дживон в ответ. Тем временем пришел лифт, и они вдвоем зашли в кабину.
– Всего доброго, – сказала Дживон, выходя.
– Да, до свидания.
Неловкое прощание закончилось, и каждый открыл дверь своей квартиры.
Бам! Дверь Ким Сину закрылась первой. Разуваясь в прихожей, он заговорил – настолько ласково, насколько позволял его грубый голос:
– Пхани, дядя пришел.
– Мяу.
С обеденного стола лениво отозвался черный кот с белыми пятнами. Для обслуживающего персонала, коим Ким Сину являлся в этих стенах, даже такое короткое приветствие было великой милостью.
Мужчина привычными движениями почистил лоток, сменил воду на свежую и наполнил миску кормом. Пхани неспешно спрыгнул со стола, пометил территорию в чистом лотке и принялся с хрустом уплетать еду.
– Ну и жизнь у тебя – завидую, – вздохнул Ким Сину, погладив кота по голове.
– Кхьян! – Пхани раздраженно дернул хвостом, выражая недовольство.
– Ладно-ладно, понял.
Получив от ворот поворот от кота, Ким Сину послушно отступил и вытащил из кармана телефон. Пришло время доложить о невероятном происшествии.
– Хённим, – начал он, как только на том конце подняли трубку. Ответ последовал незамедлительно и был ледяным:
– Как Пхани?
– Только что покормил. Характер у него все такой же скверный.
– Бери вещи и приезжай сюда. Быстро.
– Тут такое дело, хённим... – Голос Сину дрогнул от страха и чувства вины. – Когда я поднимался... встретил госпожу... то есть девушку из соседней квартиры.
После короткого молчания Ю Джихёк переспросил:
– И?
– Ну, она... это... она, в общем...
– Говори быстрее.
Сину зажмурился так крепко, что его глаза превратились в узкие щелочки.
– Она попросила мой номер телефона!
Выпалив это, он попытался успокоить нервы и погладить Пхани, но чуть не остался без пальца и решил больше не рисковать.
– Что она попросила?.. – В голосе Джихёка смешались шок и растерянность.
– Номер, хённим. Мы столкнулись у лифта, и она вдруг спросила, как меня зовут и какой у меня номер.
На том конце провода повисла тишина. Ким Сину начал нервно теребить волосы – вернее, то, что от них осталось при пятимиллиметровой стрижке, – коря себя за излишнюю популярность.
– Это... больше ничего не было. Пхани вон ест, аппетит у него, э-э, хороший...
Пока он мямлил всякую чепуху, пришло сообщение. Сину взглянул на экран, надеясь, что ошибся, и чуть не выронил телефон.
– Хён... хённим!
– Ну что еще?..
– От нее сообщение пришло!
Послышался грохот – телефон на том конце явно упал. Вскоре Ю Джихёк поднял его и сухо спросил:
– Что там?
– Секунду... – Сину откашлялся и начал читать: – «Здравствуйте. Это ваша соседка, вы мне помогали с мусором в прошлый раз. Хотела бы начать общаться...»
Ким Сину, пребывая в полном смятении, даже не сохранил номер Дживон и потому не заметил, что сообщение пришло с совершенно другого номера.
– Не отвечай. Собирайся и приезжай.
Связь оборвалась.
В фургоне, где сидел Ю Джихёк, воцарился такой холод, словно там восседал ледник. Такого поворота он никак не ожидал. Положив трубку, Джихёк еще долго сидел неподвижно, словно каменное изваяние.
А началось все с Хиён. Она с гордым видом расправила плечи и объявила, что потратит с карты брата чуть больше обычного, после чего предъявила договор аренды.
«Что это?»
«Моя спасительница переезжает, вот я и подыскала ей хороший вариант. Где в мире найдется место безопаснее?»
«Ты хочешь сказать, Кан Дживон встречалась с матерью?»
«Нет, пришла секретарь Хан и подписала контракт».
В итоге он просто дал ей еще одну карту.
Ю Джихёк с силой потер лицо рукой. Подчиненные, чувствуя неладное, начали переглядываться и подталкивать друг друга локтями.
Ю Джихёк был из тех, кто не просто избегал женщин, а буквально сбегал от них. И то, что женщина, за которой он присматривал, попросила номер у какого-то «зеленого» новичка, стало событием исторического масштаба для охранного агентства «Джей-Эн», где работало около двухсот крепких парней.
– Это, хённим... – осторожно подал голос Чхве Чхольхон, мужчина с грубым южным акцентом. – Время поджимает. Пока Сину везет вам одежду, я, пожалуй, начну расставлять ребят.
Работу никто не отменял.
– Хорошо. – Голос Ю Джихёка опустился до предельно низких нот. – Проверьте рации.
– Да, хённим.
Толпа крепких мужчин посыпались из фургона. Ю Джихёк прислонился лбом к подголовнику переднего сиденья, слушая треск радиоэфира.
«Я сделаю все, чтобы она не плакала. Если она прикажет, я готов изобразить собственную смерть...»
Но Кан Дживон, с которой он не мог даже нормально заговорить, была для него слишком сложной загадкой.
Наконец-то новый продукт, над которым Джуран и Дживон работали, вкладывая всю душу, увидел свет. Джуран от волнения выпила стакан воды и проглотила успокоительную пилюлю.
– Что это у вас? – спросила Дживон, собираясь на выезд.
– Успокоительное. Тебе дать?
– Пожалуй, давайте.
Дживон нервничала не меньше, поэтому тоже приняла лекарство из рук коллеги.
– Ну, пошли?
– Пошли.
Джуран решительно поднялась.
– Мы на выезд!
Целью поездки был мониторинг реакции покупателей «в полях». Со списком из пяти-шести адресов крупных гипермаркетов они покинули офис. Дживон почувствовала на себе косые взгляды коллег и горько усмехнулась.
– Что такое, Дживон? – спросила Джуран.
– Да нет, ничего. Сначала в H-Mart?
– Ага. Проедем по маршруту, пообедаем, заглянем еще в одно место и вернемся.
Сегодня им предстояло проверить выкладку товара, работу промоутеров и реакцию потребителей. Дживон завела рабочую машину и плавно нажала на газ.
– У меня хорошее предчувствие. Не волнуйтесь так, менеджер.
– Я веду себя как дурочка, да? – хихикнула Джуран. – Просто я вложила в этот проект все, даже пришлось родителей из дома выдернуть. Они и в ресторане своем не бывают – все время сидят у меня дома, помогают.
Дживон знала об этой ситуации, и от этих мыслей на душе становилось тяжело. Люди не меняются. Муж Джуран наверняка остался прежним. Не желая лезть в чужую семейную жизнь с советами, Дживон какое-то время молча вела машину, а потом вдруг заговорила:
– Знаете, я как-то купила сковородку.
– Сковородку?
– Да. Сначала все было нормально, но очень скоро у нее разболталась ручка. Стало опасно.
– Ого, и правда опасно.
– Я думала, это я что-то не так делаю. Купила клей, пыталась починить. Она все равно отваливалась. Снова и снова. Я убеждала себя: «Ну, в этот раз точно будет держаться», а потом чуть не устроила пожар, когда жарила во фритюре. А потом прихожу в магазин и вижу объявление: эту партию отозвали. Она изначально была бракованной.
«Когда я ее покупала, она выглядела безупречно», – добавила Дживон про себя и резко сменила тему:
– Просто мы сейчас едем в тот самый магазин, вот я и вспомнила.
– Вот как...
Джуран задумчиво пробормотала что-то в ответ. Она вспомнила своего мужа Джэхёна, который в последнее время становился все более раздражительным, несмотря на то что ее родители взяли на себя все хозяйство и ребенка.
– Приехали. Тут совсем рядом было.
Они вышли из машины. Даже издалека было видно, что у дегустационного стенда ажиотаж. Хотя продукт был ориентирован на одиночек, он приглянулся и домохозяйкам. Дживон улыбнулась, заметив, как разрумянились от радости щеки Джуран.
Они сделали пометки, сфотографировали витрины и двинулись дальше. Следующая точка тоже порадовала – для утра буднего дня спрос был почти взрывным.
Пообедав после завершения основного маршрута, они направились к последнему пункту. В тот самый гипермаркет, где Сумин во время дегустации устроила грандиозный скандал.
Когда они въехали на парковку, лицо Дживон напряглось. Пак Минхван рассказывал, что там творился сущий кошмар. Разъяренные покупатели и управляющий магазином были готовы штурмовать главный офис компании.
Чтобы замять это дело, Пак Минхван и Чон Сумин несколько дней обивали пороги больницы. Дживон была благодарна им за это, но не могла простить того, что проект, в который Джуран вложила все силы, оказался под ударом.
Дживон гадала, как поведет себя Сумин. Хотя, по большому счету, гадать было нечего.
«Я ведь слишком хорошо тебя знаю».
Цок, цок, цок.
Звук каблуков нервно разносился по коридору. Он прозвучал в лифтовом холле, пролетел по коридору и затих у дверей первого департамента маркетинга.
Бам!
Железная дверь с грохотом распахнулась. Сотрудники вздрогнули и обернулись. Увидев лицо Ян Джуран, они испугались еще больше. Она выглядела так, будто пришла совершить убийство – и это всегда добрая, улыбчивая менеджер Ян!
– Менеджер Ян, что случилось?.. – неуверенно спросил кто-то из сотрудников.
Джуран проигнорировала его и направилась прямиком к столу Чон Сумин.
– Чон Сумин!
Сумин подняла голову, широко раскрыв глаза:
– Что такое, менеджер Ян? Почему у вас такое страшное лицо?..
– Ты в своем уме?
От грубого тона, который Джуран никогда себе не позволяла, глаза Сумин округлились еще сильнее. В офисе повисла мертвая тишина.
– Что? Что вы сейчас сказали?..
– Я спрашиваю, ты сумасшедшая? Как можно было натворить таких дел, а потом просто сбежать на проект менеджера Кима?!
Сидящий неподалеку Пак Минхван поднял голову.
«Твою мать. Попались», – читалось у него на лице.
– Послушайте, менеджер Ян! – Минхван вскочил со своего места и попытался вмешаться, не имея никакого четкого плана. – Мы не знаем, что произошло, но давайте пройдем в переговорную и все спокойно обсудим. Здесь же люди работают.
– Пак Минхван, не лезьте. Это не тот случай, который можно решить спокойно.
Сумин смотрела на разъяренную Джуран, и ее губы начали мелко дрожать.
– Менеджер Ян, я правда не понимаю, о чем вы говорите...
У Джуран от такой наглости перехватило дыхание. Внутри нее закипали ругательства, которых она никогда не произносила.
– Что здесь происходит?
К счастью, прежде чем она успела сорваться на крик, появился Ю Джихёк. Его голос звучал сухо и официально. Джуран, изо всех сил стараясь сохранять самообладание, ответила:
– Наш новый продукт... Чон Сумин устроила там катастрофу! А потом просто сделала вид, что ничего не произошло, и даже не подала отчет!
В последнем магазине, который они проверяли, Дживон и Джуран долго не могли найти свой товар. Его не было на полках, не было и промоутера. Когда Джуран потребовала объяснений от директора магазина, тот предъявил ей отчет об инциденте и добавил ледяным тоном:
«У нас нет желания судиться с такой крупной корпорацией, как U&K. Но то, что после случившегося нам даже не принесли извинений, – это уже слишком! Наш филиал больше не будет сотрудничать с вами по этому продукту!»
Когда Джуран пересказала суть дела, по офису пронесся гул удивления. Ошибиться может любой новичок-контрактник. Но скрыть такую ошибку и не доложить руководству – для этого нужна огромная наглость.
– Давайте для начала пройдем в кабинет. Разберемся во всем и тогда решим, что делать, – сказал Ю Джихёк.
Джуран последовала за ним.
В этот момент Сумин увидела Дживон, которая до этого стояла в тени. Лицо Дживон было спокойным и безмятежным – ни тени замешательства, ни тени злости.
– Подождите, начальник! Менеджер Ян! – Сумин жалобно бросилась за ними. – Я... я виновата. Я хотела доложить, но мне было так страшно...
– Страшно?! Если бы об этом пронюхала пресса, ты представляешь, что бы было?! – не выдержала Джуран.
В глазах Сумин заблестели слезы, которые тут же покатились по ее бледным щекам.
– Менеджер Ян, простите меня. Я поступила глупо. Я... – Она всхлипнула. – Я просто так переживала за Дживон... то есть за менеджера Кан! Я поэтому так сделала... А-а-а!
Глава 51
Все глубже и глубже (2)
Ю Джихёк взглянул на Кан Дживон. Это длилось лишь мгновение, но она успела заметить в его глазах тень замешательства. Пока в помещении царила тишина, Сумин громко и натужно шмыгнула носом.
– Это я... кх-ха... я правда забыла предупредить про аллергию. Но я же не знала! Откуда мне было знать? У-у-у... – Сумин окончательно спрятала лицо в ладонях и зашлась в рыданиях.
Она плакала так горько и жалобно, что даже Дживон на миг едва не стало ее жаль.
Однако Ю Джихёк оставался предельно холоден.
– Перестаньте плакать и объяснитесь нормально, Чон Сумин. Вы не у себя дома, мы обсуждаем рабочие вопросы.
От его ледяного, резкого голоса Сумин вздрогнула и принялась поспешно вытирать слезы кулаками.
– Менеджер Кан по ошибке... ик... не сказала мне. Поэтому я не знала про аллергены. Но если бы это вскрылось, вся вина легла бы на нее... Я виновата. Мы же не просто коллеги, мы подруги, вот я и дала волю чувствам...
Едва стихнувший, плач разразился с новой силой. Дживон почувствовала острое желание запихать в рот Сумин носок, лишь бы она замолчала.
– Даже если Кан Дживон совершила ошибку, это не снимает ответственности с вас. Однако, Кан Дживон... – Ю Джихёк все тем же бесстрастным тоном обратился к ней. – Слова Чон Сумин – правда? Это серьезное обвинение.
Дживон чувствовала на себе чужие взгляды. В них читалось все сразу: и притворное сочувствие, и скрытое осуждение. Все жалели бедняжку Сумин, а на Дживон смотрели как на виновницу. К этому она давно привыкла, так что боли это не причиняло.
– Я этого не помню, – спокойно ответила Дживон.
Вместо того чтобы начать оправдываться или спорить, она произнесла это тихо и уверенно. Сумин тут же раскинула руки, словно загораживая Дживон собой.
– Я возьму всю вину на себя! Пожалуйста, не ругайте менеджера Кан!
– Подумайте хорошенько, Кан Дживон, – не дрогнув, повторил Ю Джихёк. – Вы точно этого не помните?
В его непоколебимом голосе Дживон уловила странное спокойствие. Это звучало не как допрос, а как поддержка.
– Да. Я объясняла ей состав образцов, но деталей уже не помню. Столько времени прошло.
Кто-то негромко цокнул языком. Дживон посмотрела на макушку стоящей перед ней подруги и медленно добавила:
– Поэтому... – Она снова встретилась взглядом с Ю Джихёком. – Давайте просто проверим записи с камер.
Сумин резко обернулась. В ее широко распахнутых глазах плескалась паника. Казалось, она вот-вот выкрикнет: «Ты чего?!»
– Какие камеры? Когда это было...
– О каких записях речь, Кан Дживон? – перебил ее Ю Джихёк.
Дживон кивнула в сторону своего рабочего места за перегородкой:
– Моя флешка. Вы же знаете, это важный проект, поэтому я сохраняла все до мельчайших деталей. Там записано все: от поступления образцов до их отгрузки.
Сотрудники, переглядываясь, начали стягиваться к компьютеру Дживон. Та дождалась, пока соберется побольше народу, и вставила флешку в разъем. На Сумин, которая впилась в губу так, что та почти побелела, она даже не взглянула.
– Так... Вот оно.
Прокрутив список файлов, Дживон выбрала нужный. Сумин лихорадочно соображала. На камерах наблюдения нет звука – значит, лазейка все еще остается.
Щелк.
Видео пошло. Под пристальными взглядами Ю Джихёка и остальных сотрудников на экране появились Дживон и Сумин, заходящие на склад. Дверь закрылась, Дживон указала рукой на штабеля коробок с образцами.
– Здесь я говорю: «У нас три вида образцов», – прокомментировала Дживон, читая по своим губам на видео. – «С администрацией магазина я договорилась. Твоя задача – проводить дегустацию и заполнять опросники».
В этот момент Дживон прибавила яркость и увеличила изображение своего лица. Несмотря на отсутствие звука, артикуляция была предельно четкой.
«Учти, что в третьем образце вместо кунжута используется арахисовая мука, так что обязательно поставь табличку с предупреждением для аллергиков».
На видео в руках у Дживон была табличка длиной в две ладони.
– Как видите, я все объяснила. Дело-то важное.
Дживон буднично пояснила это и нажала на пробел, останавливая запись. Сумин застыла, не в силах выдавить ни слова оправдания. Она и так держалась за эту работу всеми силами, оставаясь лишь временным сотрудником. Если ее вышвырнут сейчас, не переведя в штат, придется с позором возвращаться в Пусан. Как же Кан Дживон будет этому рада!
«Ну дак, я ж говорила. И чего еще ждать от семейки Чон? Яблоко от яблони... Весь род у вас такой – что дед, что отец, что дочка!»
В ушах Сумин, точно галлюцинация, зазвучал резкий голос матери. Руки, сцепленные в замок, мелко задрожали. Пока она молчала, Ю Джихёк еще раз пересмотрел фрагмент и ледяным голосом произнес:
– Судя по видео, Кан Дживон четко проинструктировала вас. Значит, вы просто пропустили это мимо ушей?
– Это... я... – Сумин запнулась и подняла глаза.
Перед ней стояла невозмутимая Кан Дживон, а рядом – Пак Минхван, который не сводил с Дживон взгляда.
– Простите... Видимо, я правда забыла.
– А почему не доложили руководству об инциденте? – Ю Джихёк давил, не давая времени на передышку.
Сумин, опустив ресницы, лишь скользнула взглядом по Минхвану.
– Мне сказали... замять это дело.
– Кто сказал?
Сумин подняла голову. Все проследили за ее взглядом. Он уперся в одного человека.
– Менеджер... Пак.
– Чон Сумин! – рявкнул опешивший Пак Минхван.
Сумин тут же вжала голову в плечи:
– М-менеджер Пак приехал забрать меня и помог. Он сказал, что если о происшествии узнают, у менеджера Кан будут проблемы... Сказал – давай просто промолчим, никто и не узнает. И я... раз менеджер Пак так говорит... я подумала, что так будет правильно...
– Что за бред ты несешь?!
– Вы же сами мне это говорили, менеджер Пак! – Сумин со слезами в голосе сорвалась на крик. – Сказали, проект ведет менеджер Кан, так что надо все скрыть! Мы же вместе отвозили клиента в больницу и навещали в палате! – Засыпав его обвинениями, Сумин обернулась к Ю Джихёку с мольбой: – Это правда! Я делала так, как велел менеджер Пак. Можете прямо сейчас позвонить тому клиенту и все проверить!
Минхван сжал кулаки так, что побелели костяшки. Ему хотелось прибить ее прямо здесь, но он сдерживался. Не потому, что она женщина, а потому, что они были на работе. Будь они наедине, он бы бил ее, пока не иссякнет ярость.
Снова эта Чон Сумин! Вся ее жалость и слезы о Дживон оказались наглым враньем, а он, как последний дурак, попался в эту ловушку и теперь оказался на грани краха. И все из-за этой никчемной девки!
– Это правда, Пак Минхван? – Ю Джихёк переключил внимание на него.
Хоть это и бесило, но это была правда. Минхван был старшим по должности, и решение принимал он. Как ни крути, ответственности не избежать.
– Прошу прощения. – Сейчас спорить с Сумин – только делать хуже. Минхван согнулся в поклоне под прямым углом. – Проект был важен для отдела, а Чон Сумин – еще новичок, поэтому я решил уладить все своими силами. Мы немедленно доставили пострадавшего в больницу, оплатили лечение и принесли извинения. Я сделаю все, чтобы подобное не повторилось.
Дживон, молча наблюдавшая за сценой, лишь мысленно покачала головой. Она ожидала, что Сумин будет лгать про инструктаж. Именно поэтому она сразу после разговора с Минхваном побежала сохранять записи. Но она не думала, что Сумин так вцепится в Минхвана, пытаясь выплыть за его счет.
– Начальник, пожалуйста, простите меня на этот раз. Я... кх... я так разнервничалась, что все из головы вылетело. Я не специально! Начальник, ну пожалуйста... – Сумин снова разрыдалась.
Будь на месте Джихёка менеджер Ким, он бы наверняка растаял от этих слез и как-нибудь все замял. Но, к несчастью для Сумин, Ю Джихёк был из тех, кто и глазом не моргнет, даже если она при нем упадет в обморок.
– Чон Сумин, Пак Минхван. – Ю Джихёк холодно переводил взгляд с одного на другого. – Оба подготовьте подробные отчеты о случившемся. Менеджер Пак, с вас также объяснительная.
Сумин кивнула, про себя облегченно выдохнув. Кризис миновал. Отношения с Минхваном подпортятся, но это ее не пугало. Она уже расставила сети, из которых ему не выбраться.
– Какого черта ты это сделала? – спросил Пак Минхван дрожащим от ярости голосом.
Не будь они на крыше компании, он бы наверняка сорвался на оглушительный крик и ругательства.
– Оппа, прости...
– Называй меня «менеджер Пак». – Оглядевшись по сторонам, чтобы никто не услышал, Минхван прошипел сквозь зубы: – Я, черт возьми, из кожи вон лез, чтобы все разгрести. А ты вот так берешь и подставляешь меня?
– Это не подстава! Нет, правда, нет! – Сумин отчаянно затрясла головой. – Я же не соврала ни в чем. Сказала все как было.
– Да это все из-за тебя началось! Могла бы просто не называть мое имя, и все!
– И что тогда? Мне одной за все отвечать и вылетать с работы? – Сумин жалобно посмотрела на него, приподняв брови. – Вы же менеджер, вам за объяснительную ничего не будет. А я временный сотрудник. Меня могут уволить, и тогда я в штат вообще не попаду.
– В штат захотела? – Минхван усмехнулся, кривя рот. – Мечтать не вредно. Ты правда думаешь, что тебя возьмут на постоянку?
– О чем вы?..
Сумин широко распахнула глаза. Минхван наклонился и прошептал ей прямо в ухо:
– Тебя даже не стали наказывать, знаешь почему? Потому что в этом нет смысла. В конце года твой контракт просто закончится, и его никто не продлит. О постоянном месте и не мечтай.
Сумин сглотнула, глядя на его белую шею. Она должна остаться здесь. Она впервые получила признание, устроившись в крупную компанию. Ей еще столько всего нужно здесь сделать...
– И... и что мне теперь делать, оппа?
– Я сказал, называй по должности! – грубо отрезал Минхван. – Чтобы не только в компании, но и на улице, если встретимся, даже не смела ко мне подходить. Видеть тебя не хочу.
Он уже собирался уйти, оставив застывшую Сумин одну, но внезапно обернулся:
– Верни мне Кан Дживон. Кто знает, может, тогда у меня будет настроение тебя прикрыть.
Это был ледяной шепот, в котором не осталось и капли тепла. Оставшись одна под порывами холодного ветра, Сумин сверлила взглядом здание напротив.
«Думаешь, я так просто сдамся? И не надейся».
Она достала телефон и пролистала контакты. Наткнулась на номер, который сохранила на всякий случай. Сделав глубокий вдох, Сумин собралась с силами и нажала на вызов:
– Здравствуйте! Это я, звоню узнать, как ваше самочувствие...
Собеседник ответил сухо и неприязненно:
– Да нормально уже все.
– Как я рада это слышать! – Сумин заговорила еще ласковее: – Наша компания подготовила для вас небольшой подарок в знак извинения. Если вас не затруднит, не могли бы вы продиктовать адрес, куда его доставить?
Пока она ворковала в трубку, на ее лице вместо улыбки проступал яд.
– Вот, купил горячий американо, как вы просили, хённим. – Ким Сину почтительно протянул стакан.
Ю Джихёк, отдыхавший после работы на объекте, приоткрыл глаза и буркнул:
– Холодный.
– А?
– Принеси со льдом.
– Но вы же сами говорили, что горячий...
– Со льдом.
– ...
– Не слышишь? Кофе со льдом.
Ким Сину убрал протянутую руку:
– Это уже слишком, хённим.
Ю Джихёк нахмурился:
– Что?
– Да сколько это продолжается? То смотрите на меня так, будто вот-вот сотрете в порошок, то просите горячее, а как принесу – велите менять на холодное! Даже большую порцию лапши запретили заказывать! – Все копившееся недовольство выплеснулось разом. Ким Сину стряхнул чью-то руку, пытавшуюся его удержать, и заговорил, едва не плача от обиды: – И Пхани! Я за ним как за родным ухаживал! А вы мне даже видеться с ним не даете! Босс, вы думаете, я не знаю, почему вы такой? Из-за той соседки...
– Заткните ему рот!
По команде чьи-то крепкие руки скрутили Ким Сину. Несмотря на медвежью силу, против толпы он не справился и его уволокли, пока он пытался что-то нечленораздельно мычать.
– Вы в порядке, хённим? – спросил Чхве Чхольхон, потирая ладони, когда все стихло.
Ю Джихёк тяжело вздохнул и потер лоб.
– Ладно. Сворачиваемся.
– Похоже, Сину и правда сильно обиделся, – осторожно заметил Чхве Чхольхон, стараясь заступиться за младшего. Джихёк промолчал. – Вы бы это... все-таки спросили у той девушки напрямую...
Встретившись с резким взглядом Ю Джихёка, Чхве Чхольхон тут же осекся и попятился.
– Да не, ничего! Эй, пацаны, закругляемся! Живо! – Его голос, подгоняющий работников, разнесся в ночном небе. – Да чтоб вас, ну и тоска. Сворачиваемся, говорю! Куда все делись? Опять лапшу трескать ушли? А ну пошевеливайтесь, живее-живее!
«Живее-живее».
Эти слова, хоть и не к нему обращенные, больно кольнули Ю Джихёка. Он открыл контакты в телефоне и нашел номер Кан Дживон. Но позвонить так и не решился. Он лишь долго смотрел на экран, а потом со вздохом закрыл телефон.
Глава 52
Я уйду сама
Щелк.
Дживон вышла из квартиры, миновав гостиную, к которой уже начала понемногу привыкать. Но стоило ей протянуть руку к кнопке вызова лифта, как дверь соседней квартиры распахнулась.
«Наверное, тот грозный сосед», – подумала она, оборачиваясь, но тут же замерла, не веря собственным глазам.
– Начальник... Ю?
– Доброе утро.
Ю Джихёк подошел ближе и вместо нее нажал на кнопку лифта.
– Пойдемте вместе. Мне тоже пора на работу.
– Нет, подождите... Дело не в работе.
Дживон растерянно переводила взгляд с Ю Джихёка на дверь, из которой он только что вышел. Такого поворота она никак не ожидала. Она была совершенно уверена, что здесь живет тот пугающий мужчина, работник отеля.
– Начальник, почему вы выходите оттуда?
– Это мой дом.
– Но в прошлый раз я видела, как оттуда выходил другой человек...
– Вы про того крупного мужчину?
Лифт прибыл. Ю Джихёк придержал дверь, пропуская Дживон вперед, и слегка отступил в сторону.
– Это человек, который кормит моего кота.
Дживон только беззвучно открывала и закрывала рот. Происходящее настолько не укладывалось в голове, что она не знала, с чего начать. То, что Ю Джихёк ее сосед? То, что Хиён ей об этом не сказала? Или то, что сотрудник отеля, приносивший ей суп, на самом деле просто кошачья прислуга? А может...
– У вас есть кот? – Она решила спросить о том, что показалось ей наиболее странным.
Ю Джихёк и кот. Это сочетание казалось таким же нелепым, как белый медведь, качающийся на качелях, подвешенных к сосне.
– Да. Уже почти десять лет.
Это было поразительно. Дживон невольно окинула взглядом его костюм. На идеально черной ткани не было ни единой пылинки, не говоря уже о кошачьей шерсти.
– И какие у вас отношения с тем человеком, что кормит кота?
– Почему вас это интересует?
Ю Джихёк ответил резковато – даже подозрительно. Дживон, не отводя взгляда, невозмутимо пояснила:
– Просто любопытно. Это ведь тот самый мужчина, который приносил мне суп со свининой и рисом в отель.
Ю Джихёк, собиравшийся зайти в лифт, на мгновение замер, его зрачки дрогнули. Он совсем об этом забыл. Было бы странно, если бы Дживон не запомнила, кто доставил ей еду, когда они были в отеле вдвоем.
– Тогда вы притворились, что не знаете его. Почему он кормит вашего кота и живет в вашей квартире? – допытывалась она.
«Сказать, что они просто похожи?» – колебался Джихёк, вспоминая внешность Ким Сину.
Парень даже в своей не самой благополучной семье выделялся бандитской наружностью. Его вечно принимали за члена преступной группировки. Глупо было бы пытаться выдать такую колоритную внешность за случайное сходство.
– Начальник? – Ее мягкий голос подействовал на него как ошейник, который затягивался на шее. – В том отеле ведь не подают такой суп, верно?
Джихёк вышел из лифта и направился к подземной парковке. Найдя машину, он открыл переднюю дверь для Дживон и, убедившись, что она села, устроился за рулем.
– Я не предложил вам ужин, – произнес он, и звук заводящегося мотора почти заглушил его слова. – Поэтому хотел вас накормить.
Дживон едва сдержала смешок. Неужели можно говорить такие вещи с настолько серьезным видом?
– Могли бы просто сказать, что привезли еду из города.
– Если бы я так сказал, вы бы обязательно ответили, что съедите что-нибудь другое.
И это было правдой. Дживон вздрогнула от осознания того, насколько хорошо он ее знает.
– Вы ведь знали, что я переезжаю в соседнюю квартиру?
– Узнал за день до переезда.
– Почему притворялись, что не в курсе?
– Подумал, что вам это может не понравиться. Хотел по возможности не попадаться на глаза.
– Тогда почему сегодня вышли точно вовремя? Вы ведь всегда возвращаетесь поздно, а уходите на рассвете.
Ю Джихёк закусил губу. На его лице промелькнуло явное замешательство – редкое зрелище, которым Дживон наслаждалась, ожидая ответа.
Машина остановилась перед пешеходным переходом. Грудь Джихёка тяжело вздымалась.
– Зачем вы спрашивали номер того, кто кормит кота?
– Номер того страшного мужчины? – Дживон нахмурилась.
– Да. Номер Ким Сину.
– Моя подруга, которая помогала мне с переездом, сказала, что он ей приглянулся. Попросила узнать для нее.
Светофор сменился на зеленый, но Джихёк не тронулся с места. Сзади раздался резкий, раздраженный гудок.
– Мы не едем?
– Ах...
Ю Джихёк с опозданием нажал на газ. Это было совершенно на него не похоже. Дживон пристально посмотрела на него и спросила:
– Так почему вы спрашивали про номер?
В лучах яркого утреннего солнца было видно, как кончики ушей Ю Джихёка стали пунцовыми, словно спелые томаты. Чувствуя, как все тело обдает жаром, он полностью опустил стекло. Прохладный ветер ударил в лицо, немного остужая кожу.
Он едва заметно скосил глаза. Дживон небрежно поправляла волосы, растрепавшиеся от ветра. Длинные пряди, рассыпавшиеся по плечам, всегда пахли одинаково приятно.
«Я больше никогда не позволю ей лишиться этих волос», – подумал он.
Ю Джихёк снова поднял стекло. Шум улицы и гудки машин смолкли.
– Женщина, которая мне нравится, спрашивает номер у другого парня... – Уши, которые только начали остывать, снова покраснели. – Было бы странно, если бы мне было все равно, не находите?
С таким голосом и интонацией ему больше подошло бы спрашивать отчет, срок которого истекает сегодня, а не признаваться в чувствах. Но в груди Дживон что-то екнуло. Сердце, которое, как она думала, остановилось в тот день, когда она ударилась головой об угол туалетного столика и умерла, вдруг подало признаки жизни.
– Эм... значит, начальник... – Дживон не решилась посмотреть на него и уставилась в лобовое стекло. – Вы хотите сказать, что приревновали?
– ...
Ю Джихёк не нашел, что ответить. В голове вихрем пронеслись воспоминания о том, как он гонял Ким Сину с мелкими поручениями, отвешивал ему подзатыльники и даже запретил кормить кота.
– Простите, начальник, но...
– Кан Дживон, разве вы не у меня в долгу? – быстро перебил ее Джихёк.
– Ну, вообще-то да...
– Тогда больше ничего не говорите.
– Это как-то слишком...
– Вы пили соевое молоко?
«Он даже знает, что я пью его каждое утро?»
Дживон замялась, беззвучно шевеля губами.
– Вообще-то, сегодня нет.
– Купим по дороге. До работы времени мало, позавтракать не успеете.
Ю Джихёк говорил так решительно, что Дживон предпочла промолчать. Мысли роились в голове: как теперь избегать его каждое утро, если он вознамерился подвозить ее до офиса?
– Не нужно делать такое лицо, будто вы в ловушке, – внезапно произнес Ю Джихёк, словно прочитав ее мысли. – Если вам понадобится помощь и вы постучите в мою дверь, я выйду, даже если будет полчетвертого утра. Но сам я навязываться и стучать к вам не стану. Так что не переживайте.
Как ни странно, это ее действительно успокоило. Дживон наблюдала, как Ю Джихёк припарковался и зашел в магазин. Она заметила, как проходящие мимо женщины оборачиваются ему вслед.
Он был чертовски хорош собой. В какой-то момент он стал выглядеть еще внушительнее. Выше Пак Минхвана, чей рост переваливал за 180, с широкими плечами и идеальной осанкой, которую подчеркивал безупречный крой костюма. Глаза, обычно скрытые за очками, были вытянутыми и проницательными, а на его рубашках никогда не бывало ни единого пятнышка.
– Вот, держите.
Игнорируя заинтересованные взгляды, Ю Джихёк вернулся в машину и протянул ей теплое молоко. Дживон сделала глоток и тут же спросила:
– Почему я вам так нравлюсь?
Уши Джихёка снова вспыхнули. Заколебавшись, он поставил свое молоко, даже не открыв его.
– Нет никакой причины.
– А с каких пор?
– Об этом – позже. – Ю Джихёк до упора опустил окно, и автомобиль тронулся. – Я расскажу, если вы дадите мне шанс, Кан Дживон.
– Всем доброе утро.
Минхван вошел в отдел с изможденным видом. Сотрудники, словно сговорившись, украдкой поглядывали то на Дживон, то на него.
Отношения этой пары были главной темой для сплетен в первом департаменте маркетинга. Неужели Кан Дживон действительно поймали на интрижке с красавчиком владельцем кафе? И Пак Минхван продолжает так за нее держаться, зная об этом?
Некоторые выдвигали другие версии. Мол, менеджер Ким Гёнук, конечно, тот еще псих, но он бы не стал пускать в ход кулаки без причины. Значит, между Пак Минхваном и Чон Сумин тоже что-то было.
Однако эти голоса быстро угасли – все обсуждали, что Минхван, пытаясь защитить Дживон, лишился повышения.
– Сумин. – Ян Джуран положила перед Сумин толстую папку с документами. – Сделайте, пожалуйста, копии для совещания. А Хиён пусть приготовит кофе.
– Ой, а как же быть? – Сумин лучезарно улыбнулась, хотя в мыслях уже швырнула эти документы Джуран в лицо. – Я слишком занята. Сделайте это сами, менеджер.
Все в офисе знали, что Сумин ничем не занята. Слова Минхвана о том, что контракт с ней не продлят, оказались правдой. Ей больше не поручали серьезную работу. В лучшем случае – подготовка к встречам, факсы или звонки. В то время как Хиён, тоже сотрудница на контракте, печатала не покладая рук, Сумин маялась бездельем.
– Сумин! – Лицо Джуран окаменело.
– Я сделаю, заместитель Ян! – тут же вмешалась Хиён.
«Тоже мне, выскочка», – подумала Сумин и резко выхватила папку из рук Джуран.
– Ладно, если подумать, я могу это сделать.
Сумин встала и, уходя, бросила мимолетный взгляд на Пак Минхвана.
«Я уйду сама. Пусть это будет не работа в крупной компании, зато муж из крупной компании – мама будет довольна».
Проходя мимо Джуран, она подошла к копировальному аппарату. Загрузила бумаги, нажала кнопку и, пока ждала, услышала звонок телефона.
– Да, слушаю.
– Послушайте, девушка! – раздался в трубке разъяренный голос женщины средних лет.
«Посылка дошла», – Сумин с облегчением вышла из кабинета. Вещей у нее почти не осталось – сумку она сегодня не брала, а все мелочи потихоньку перетащила заранее. Можно было уходить хоть сейчас.
– Вам понравился подарок?
– Подарок?! Вы это называете подарком?!
На заднем плане послышался мужской ор – кто-то надрывал глотку от ярости.
– Да, это наш новый продукт.
– Ты с ума сошла! – Женщина сорвалась на истерику.
Мужчина подхватил, осыпая Сумин проклятиями.
– Прислать человеку, который чуть не коньки отбросил, салат с арахисом?! Ты сумасшедшая или психопатка?! В крупной компании позволяют себе такие выходки?!
– У нас на складе только он остался. Вы ведь все равно любите бесплатное, верно? И в прошлый раз пострадали, когда собирались утащить побольше пробников.
– Да что это за дрянь такая! – Мужчина был вне себя.
Сумин на секунду отвела телефон от уха, а затем снова прижала его к щеке:
– Я лишь выполняла распоряжение руководства. Разве не полагается через силу есть то, что не любите, чтобы привыкнуть?
– Ах ты!.. – взревел мужчина. – Ты где?! А ну жди там!
– Хотите приехать? – Сумин радостно ухватилась за его слова. – Что ж, милости просим. Спросите заместителя Ян Джуран из первого департамента маркетинга.
Она резко сбросила вызов. Оставался еще один звонок. Поколебавшись, она решила просто отправить сообщение:
Телефон зазвонил мгновенно. Реакция была именно такой, как она планировала. Сумин, сияя от удовольствия, не спеша зашла в лифт и ответила:
– Да, оппа.
– Опять ты? Что за бред ты несешь?
– Ты мне нравишься, оппа. Поэтому я помогаю. Придумай любой повод для выезда и уходи из офиса прямо сейчас.
У Минхвана по спине пробежал холодок. Он уже давно понял, что с Чон Сумин что-то не так. Он вскочил и глянул на ее место – сумки не было. В копировальном аппарате так и остались лежать кое-как разбросанные документы.
– Что ты натворила? Говори сейчас же, – прошептал он, понизив голос.
– Потом расскажу. Просто уходи. Если некуда идти – можешь поехать ко мне домой.
Сумин отключилась. Она без сожаления вытащила аккумулятор из телефона и глупо захихикала. Погода была чудесная. Было немного жаль, что она не увидит, как Ян Джуран будут таскать за волосы и как в офисе начнется настоящий ад.
– Менеджер Пак, что случилось? – спросил коллега, заметив его перекошенное лицо.
– А...
Минхван услышал в трубке голос автоответчика: «Аппарат абонента выключен». Он нажал отбой.
– Связь с клиентом оборвалась. Придется съездить к ним лично.
– Но скоро же совещание.
– Прочитаю потом протокол.
«Черт возьми», – мысленно выругался Минхван. Стараясь сохранять невозмутимый вид, он схватил портфель. Он не знал, что именно затеяла Чон Сумин, но после того, как его повышение накрылось медным тазом, влипать в очередную историю ему совсем не хотелось. Будущее казалось беспросветным.
Глава 53
Превышение скорости
Минхван долго сидел в машине, терзаясь сомнениями, но в итоге все же направился к дому Чон Сумин. Как бы ему ни хотелось вычеркнуть ее из жизни, прежде нужно было выяснить, какую кашу она заварила на этот раз.
Однако, сколько бы он ни звонил в дверь, Сумин не открывала. Минхван уже начал терять терпение и потянулся к телефону, чтобы набрать ее номер, как вдруг она позвонила сама.
– Ты где? – рявкнул он в трубку.
– Оппа... – раздался в ответ ее беззаботный смех. – А я тут с матушкой встретилась. Ты ведь говорил, что сегодня у тебя выездная работа? Можешь ненадолго заскочить к нам?
– С чьей матушкой? – тупо переспросил Минхван, даже не допуская мысли, что под «матушкой» она имеет в виду его собственную мать.
– Ну же, оппа, я про твою маму.
Только когда Сумин подтвердила это со всей прямотой, Минхвана будто ледяной водой окатили – по спине пробежал неприятный холодок.
– Ты почему с моей матерью встречаешься? Совсем с ума сошла?
– Прости... Ты злишься?
Сумин извинилась едва слышным, заискивающим голоском. А ведь совсем недавно она вела себя самоуверенно и практически сыпала угрозами. Минхван глухо зарычал – у него было такое чувство, будто он по пояс увяз в трясине, из которой невозможно выбраться.
– Хватит нести чушь, дай трубку матери.
– Угу. Матушка, оппа хочет с вами поговорить.
Вслед за елейным голоском Сумин послышался голос Джаок:
– Минхван, ты сможешь приехать? Если на работе завал, то не обязательно.
– Мам, почему ты с ней встретилась?
– Ой, а ты разве не слышал?
– Тс-с, матушка! – Сумин со смехом перебила Джаок. – Это пока секрет для оппы. Я хотела сначала вам все рассказать.
– Ой, да ладно тебе.
Мир по ту сторону трубки казался светлым и полным радости. А Минхван тем временем погружался во тьму своего личного болота.
Как бы там ни было, нужно было ехать и разбираться на месте. Собравшись с духом, он завел мотор и направился к ним.
– Оппа, мы здесь!
Как только он вошел в уютное, тихое кафе, Сумин замахала ему рукой из дальнего угла. Ему до безумия хотелось заорать: «Ты что, совсем спятила?!», но из-за сидевшей напротив матери он сдержался.
– Мам. – Минхван выдавил из себя неловкую улыбку и присел рядом с Сумин. Джаок выглядела довольнее некуда. – Что происходит? Почему вы вместе?
– Твоя невестушка сама мне позвонила. Эх ты, почему же ты матери ничего не сказал?
– О чем ты?..
Минхван переводил взгляд с сияющей Сумин на преисполненную ожиданий мать.
– О том, что вы встречаетесь! А я-то, как только ее увидела, сразу поняла – неспроста это. Ты ведь уже окончательно порвал с той долговязой девицей, верно? – затараторила Джаок.
Минхван нахмурился, пытаясь переварить этот бред. Кто с кем встречается? Кто с кем порвал?
– Мам, кажется, произошло какое-то недоразумение...
– Оппа. – Сумин своей маленькой ручкой крепко сжала его ладонь. – Я беременна.
Минхвана будто гигантским метеоритом по голове ударило. От шока он не мог произнести ни слова, просто застыл с разинутым ртом. Видя его выпученные глаза, Сумин и Джаок в унисон рассмеялись.
– Сильно удивился?
– Посмотри на его глаза! Ну надо же. Ты не думай, сынок, твоя мать не какая-то там зашоренная старуха. В наши дни дети – это лучшее приданое.
«Пожалуйста, пусть это будет кошмаром», – взмолился про себя Минхван.
Он обхватил голову руками и зажмурился. Черная трясина поглотила его уже не по пояс, а с головой. И сейчас ему до боли не хватало руки Дживон, которая могла бы его вытащить.
– Т-точно?.. Уверена?
Когда он спросил об этом, у него даже руки мелко задрожали. Сумин, словно только этого и ждала, достала из сумки зип-пакет с тестом и снимком УЗИ. На белой полоске четко виднелись две яркие линии.
– Я сама в больницу сходила. Сказали, шесть недель. Вот это – плодное яйцо, оппа.
Сумин ткнула пальцем в черно-белый снимок. Для Минхвана же эта крошечная точка выглядела как зияющая черная дыра, готовая поглотить всю его оставшуюся жизнь.
– Нет... Я не про беременность. Я про то, мой ли это ребенок.
– Ох, Минхван! – Джаок подскочила на месте и звонко влепила сыну по плечу. – Ты что такое говоришь будущей жене! Деточка, не бери в голову. Он просто так опешил, что язык заплетается. Мама за него извиняется.
Из глаз Сумин тут же градом покатились слезы. Джаок засуетилась еще сильнее, продолжая отчитывать сына:
– Нельзя так обращаться с женщиной в положении! Знаешь, как робко она мне звонила? Все спрашивала: «Что же мне делать?» Я как услышала, сразу все бросила и примчалась, даже обед не доготовила!
Минхван даже не почувствовал боли от удара. Он сидел как в тумане, а потом с трудом выдавил:
– Отец в курсе?
– Конечно! Он просто в восторге.
Это была настоящая ловушка. Безвыходная яма.
Если бы Сумин сначала сказала ему, он бы заставил ее избавиться от ребенка. Сразу бы потащил в больницу. Но раз об этом узнали родители – все, дело плохо. Минхван слишком хорошо знал, как в его семье помешаны на наследниках. Если он упрется и скажет, что не женится, родители сами приведут Сумин в дом и оставят ее там жить.
– Матушка... – Сумин осторожно обратилась к Джаок, привлекая ее внимание. – Мне очень неловко, но в больнице сказали, что мне нужен полный покой. У меня здоровье слабоватое...
– Ох, неужели? – Джаок засуетилась вокруг нее, как над величайшим сокровищем. – Минхван, отпросись с работы и отвези ее домой. Ей теперь нельзя в общественном транспорте толкаться.
– Все в порядке, я могу доехать на такси.
– И слушать не желаю! Таксисты сейчас гоняют как сумасшедшие. Ведь можешь же подбросить ее, Минхван?
Для Минхвана это был шанс хоть на время вырваться из этой удушающей обстановки. Он схватил Сумин за запястье и поднялся.
– Ладно. Я отвезу ее.
– Вот и молодец. Езжай аккуратно. А я на такси доберусь.
Джаок первой села в машину и уехала. Как только она скрылась из виду, Минхван резко отшвырнул руку Сумин, лицо его исказилось от ярости:
– Ты что творишь?!
– А что я сделала?
– Допустим, ребенок мой. Но ты должна была сначала сказать мне! Какого черта ты, перепрыгнув через мою голову, звонишь моей матери? Ты вообще кто такая?!
– Если бы я сначала сказала тебе... – Сумин сложила ладони вместе и крепко их сжала. – Ты бы разве разрешил мне рожать?
Минхвана передернуло. Его пугало то, насколько точно она его просчитала.
– С какой стати ты все решила в одиночку и просто поставила мою семью перед фактом? Ты что, реально собралась за меня замуж?
– Теперь другого выхода нет, придется жениться.
– Мне? На тебе? А ты подумала, как я буду выглядеть на работе? «Мерзавец, который бросил Дживон и женился на ее подруге, с которой крутил роман за спиной» – вот кем я стану!
– Ой, да не переживай ты так. – Сумин кокетливо хихикнула. – В компании все думают, что это Дживон тебе изменила. Так ведь оно и есть, разве нет? С тем одноклассником.
– Твою мать, я сейчас с ума сойду. – Минхван с силой взъерошил волосы, едва не вырывая их с корнем. – Ладно, черт с ним. Об этом позже. Ты лучше скажи, что ты там натворила в офисе? Говори честно!
– Да ничего особенного. Тебе даже понравится. – Сумин пожала плечами. Ее безмятежность пугала его еще больше. – Я просто пригласила в компанию того скандального клиента – ну, который из-за орешков возмущался. Разве это не несправедливо, что ты один отдуваешься, а младший менеджер Ян получает повышение?
– Сумин, материалы для совещания готовы? – спросила Джуран, отодвигая кресло. Ответа не последовало. – Сумин?
Место Сумин пустовало. Джуран недоуменно нахмурилась и заглянула в копировальный аппарат. Документы, о которых она просила, так и лежали внутри.
– Странно. Куда она делась посреди рабочего дня?
– Что-то случилось, менеджер Ян? – спросила проходившая мимо Дживон.
– Да вот, просила Сумин сделать копии для совещания. Она их сделала, но куда-то пропала.
– Может, в уборную отошла? Давайте я закончу.
Дживон проверила количество экземпляров и понесла их к столу. Она открыла ящик, чтобы найти степлер, и тут ее взгляд упал на стол Пак Минхвана.
Там было пусто. Исчез его портфель, который он всегда оставлял на одном и том же месте. Не было ни телефона, ни других личных вещей. Время близилось к утреннему совещанию, когда все сотрудники должны быть на местах, но двое отсутствовали.
Чон Сумин и Пак Минхван.
– А куда ушел менеджер Пак? Совещание же вот-вот начнется.
Дживон спросила это достаточно громко, и кто-то из коллег отозвался:
– Он сказал что-то про клиента и ушел. Сказал, скоро будет.
– Клиент? Так рано?
В душе поселилось неприятное чувство. Пока Дживон машинально скрепляла листы, Джуран подошла к ней и заглянула через плечо:
– Ну что, пойдем?
– А, да. Секунду.
Дживон подхватила тяжелую стопку бумаг и поднялась.
Темой сегодняшнего совещания был новый продукт, который сейчас стремительно набирал популярность. Материалы для него Джуран и Дживон готовили вместе.
– Наступило лето, и спрос на средства для похудения резко вырос. Вместо того чтобы нанимать профессиональных актеров, мы привлечем обычных людей. Они будут в реальном времени вести блоги о том, как меняется их тело. Потребители больше доверяют моделям, похожим на них самих. Это закрепит за нашим продуктом образ средства для здорового похудения.
Джуран, увлеченно пишущая на доске, буквально светилась. Сотрудники, заряженные ее энергией, один за другим выдвигали идеи. Никто в отделе, включая саму Ян Джуран, не сомневался, что в этот раз повышение получит именно она.
– А что, если начать поставлять товар в круглосуточные магазины, чтобы его было проще купить? Чтобы люди могли взять его по дороге на работу или поздно вечером, – предложила Хиён, высоко подняв руку.
Дживон одобрительно кивнула и пометила это предложение на полях.
– Отличная идея. Одинокие люди редко ходят закупаться в большие супермаркеты.
– Хорошо. Утверждаем, – произнес Ю Джихёк, подпирая подбородок рукой и постукивая пальцами по столу.
– Ура! Спасибо! – радостно воскликнула Хиён, главная заводила в коллективе, и по залу пролетел смех.
До самого конца совещания Минхван так и не появился. Сумин тоже. Дживон никак не могла избавиться от дурного предчувствия и, едва выйдя из переговорной, набрала номер Сумин.
– Абонент временно недоступен...
– Странно, – пробормотала себе под нос Дживон и попробовала позвонить Пак Минхвану с рабочего телефона. Но и там ответил лишь механический голос автоответчика.
В остальном все было в порядке. Работы было много, пришло сообщение от Ынхо с вопросом, почему она не заходит. Дживон не ответила.
Так прошло все утро, и наступил обед.
– Пойдемте поедим. Сегодня я голодать не намерена, – вздохнула Джуран, потягиваясь после долгой работы.
Дживон тоже закончила с документами.
– Сумин и менеджер Пак так и не появились. Ладно, менеджер Пак на выезде, но что с Чон Сумин?
– Это уже на прогул тянет. Наверняка получит дисциплинарный выговор.
– И трубку не берет. Может, что-то случилось?
К ним присоединилась Хиён, собиравшаяся в столовую. Втроем они обсуждали исчезновение коллег, пока ехали в лифте. Но стоило им выйти на первом этаже и направиться к столовой, как они остановились, заслышав шум.
– Вам сюда нельзя! Выходите немедленно!
Крики охранника заглушил громовой мужской голос, эхом разнесшийся по лобби.
– Сначала сами зовут, а как придешь – гонят?! Что за чушь!
Сотрудники, шедшие на обед, разом остановились. Среди них были Дживон, Джуран и Хиён.
– Что там такое?
– Не знаю. Охранники туда все сбежались.
Хиён от любопытства вытянула шею. Дживон, чувствуя, как внутри снова нарастает тревога, протиснулась сквозь толпу вперед.
– Забирайте это дерьмо обратно, живо!
Мужчина средних лет с силой швырнул на пол огромную коробку. Коробка лопнула, и ее содержимое рассыпалось по всему вестибюлю.
Это был тот самый новый продукт, о котором шла речь на утреннем совещании. Тот самый, за который отвечала Джуран.
– Кто тут Ян Джуран из департамента маркетинга? А ну, зовите ее сюда!
Дживон резко обернулась на Джуран. Та стояла с широко распахнутыми глазами, явно не понимая, что происходит. Хиён, увидев рассыпанные пакеты с салатом, ахнула:
– Это же наша новинка!
– Зовите Ян Джуран, я сказал! – Мужчина, продолжая орать, демонстративно улегся прямо на пол звездочкой. – Я отсюда не сдвинусь, пока эта баба не выйдет! Я уже во все газеты сообщил, так что даже не думайте меня вышвыривать!
– Господин, мы сейчас вызовем полицию! – предупредил охранник.
– Вызывайте! Думаете, мне есть что терять?!
Мужчина орал так, что жилы на шее вздулись. Охранники не решались применить силу и лишь безуспешно пытались его уговорить.
– Пусть выйдет эта Ян Джуран! Выйди и извинись, дрянь!
Дживон замерла, побледнев как полотно. Ее била крупная дрожь. Ей казалось, что этот мужчина сейчас вскочит, подбежит к ней и ударит по лицу своей огромной, тяжелой ручищей.
– Уходим отсюда. Сейчас полиция приедет. – Хиён, заметив состояние Дживон, взяла ее за одну руку, а Джуран – за другую.
– Нет. Я пойду к нему, – твердо сказала Джуран.
– Почему вы? Это опасно!
– Это наш продукт. Не знаю, в чем дело, но я должна разобраться.
– Менеджер Ян!
Джуран высвободила руку и решительно направилась к выходу в лобби.
– Я Ян Джуран, младший менеджер первого департамента маркетинга. Что у вас случилось?
Глава 54
Сценарий
– Так это ты Ян Джуран?
Мужчина подскочил, словно подброшенный пружиной, и швырнул пакет с салатом. Тот задел плечо Джуран и с глухим стуком упал на пол. Женщина, не отрывая взгляда от незнакомца, спокойно подняла пакет и отряхнула его от пыли.
– Я не совсем понимаю, что произошло, но давайте вы сначала успокоитесь и все объясните. У вас возникли претензии к нашему продукту?
– Претензии?! Да вы людей своей едой чуть не до смерти доводите, какие тут еще вопросы! У моей жены давление подскочило, ее в больницу увезли! Кто за это отвечать будет, а?!
– Пожалуйста, успокойтесь. Мне нужно знать подробности, чтобы во всем разобраться.
– Да ты посмотри на это! Посмотри!
Мужчина яростно ткнул пальцем в брошенную на пол коробку. Джуран подошла ближе, осмотрела ее и нахмурилась.
– Менеджер Ян...
Едва сдерживая дрожь в руках, Дживон подошла к Джуран и взглянула на этикетку.
Отправитель:
г. Сеул, район Каннам, квартал ХХ-дон, дом ХХХ – ХХ, здание U&K, департамент маркетинга № 1, Ян Джуран
– Вы знаете об этой посылке? – вполголоса быстро спросила Дживон.
Джуран качнула головой:
– Нет.
– Значит, кто-то отправил ее от вашего имени.
Дживон уже догадалась, чьих это рук дело. Проблема была в другом: скорее всего, Чон Сумин не просто взяла отгул или ушла пораньше – она решила уволиться. Сумин патологически боялась всеобщего осуждения и никогда бы не выкинула подобный фокус, если бы собиралась завтра вернуться в офис.
Но разгребать последствия нужно было здесь и сейчас. Виновница сбежала, а Джуран, которая после успеха новой линейки продуктов метила в кресло менеджера, ни в коем случае не должна была пострадать из-за этого скандала.
– Что вы там шепчетесь?! Уберите эту чертову траву и позовите главного!
Мужчина принялся с остервенением топтать коробку. Джуран слегка отступила и схватила Дживон за запястье:
– Дживон, уходи отсюда. Тебе не стоит в это ввязываться.
– Уходить? Вы сами сказали мне прийти! Вот я и пришел! – Мужчина взревел так, что казалось, задрожал потолок в холле. Он бросился к ним и высоко замахнулся рукой. – А-а-а!
Джуран инстинктивно закрыла лицо руками.
У Дживон потемнело в глазах. Перед мысленным взором отчетливо всплыла картина из прошлой жизни: она сама, падающая и умирающая после удара о край мебели. Крики сотрудников в офисе перемешались в ее голове с голосами Сумин и Минхвана.
«М-милый, она же не умерла?»
«Не знаю. Все равно бы померла скоро. Черт... ну и невезение».
Все это пронеслось в сознании за долю секунды.
Дживон закусила губу, вспоминая свое тело в больничной пижаме, кровь и разбитые очки.
«В этой жизни никто не причинит мне вреда».
Зрение прояснилось. Мужчина так и не решился ударить Джуран – он стоял с занесенной рукой, тяжело дыша, с багровым от ярости лицом.
– Уважаемый клиент. – Дживон опустилась на одно колено, хотя ноги подкашивались. Затем поставила и второе, склонив голову в глубоком поклоне. – Мне очень жаль. Это произошло по моей ошибке.
Она знала, что Ю Джихёк скоро будет здесь. Это было не просто предположение, а твердая уверенность. И до его прихода ей нужно было во что бы то ни стало утихомирить этого человека.
– Дживон! – вскрикнула Джуран, пораженная ее поступком.
Мужчина тоже вздрогнул от неожиданности, но тут же снова сорвался на крик:
– Моя жена в больнице! И ты думаешь, твоих извинений достаточно?! Где та дрянь, с которой я говорил по телефону? Пусть выйдет и тоже падает на колени!
– Насчет той дряни можете не беспокоиться, – ровным голосом ответила Дживон, не меняя позы.
Другие сотрудники стояли слишком далеко и не могли разобрать ее слов, но мужчина и Джуран услышали ее совершенно отчетливо.
– Что ты... сказала?
Мужчина оторопел. Могла ли эта молодая женщина с бледными губами произнести слово «дрянь»? От удивления он даже забыл о своем гневе.
– Та дрянь, о которой вы говорите... – Дживон чуть подалась вперед и понизила голос: – Я лично найду ее и поставлю на колени.
Она снова выпрямилась, сохраняя безупречную осанку. Для всех остальных Дживон оставалась образцом вежливости и смирения, и только те двое слышали сталь в ее словах.
– А пока, пожалуйста, успокойтесь и давайте все обсудим. Мы не только принесем официальные извинения, но и предложим достойную компенсацию за весь причиненный ущерб.
Дживон снова склонила голову. Мужчина замялся, но потом опять насупился:
– В прошлый раз мне тоже обещали все уладить, а в итоге прислали вот это дерьмо! Ты вообще кто такая? Самая главная здесь? Или просто подпевала Ян Джуран?!
– Я не руковожу отделом, но у меня достаточно полномочий, чтобы...
Сзади раздался быстрый, уверенный стук каблуков по плитке. Дживон даже не нужно было оборачиваться. Она знала – это Ю Джихёк.
– Я здесь главный, – раздался низкий, спокойный голос.
Дживон едва заметно сцепила пальцы на коленях. Он пришел. От одного его присутствия сковавшее тело напряжение начало отступать. Сердце, до этого бешено колотившееся в груди, стало возвращаться к нормальному ритму.
– Вставайте, Кан Дживон.
Ю Джихёк слегка наклонился и протянул ей руку. Она оперлась на его крепкое предплечье, поднялась и отступила на шаг назад.
– Еще один сопляк! Какой из тебя начальник?! Зови кого поважнее! – Мужчина начал тыкать пальцем прямо в лицо Джихёку.
Тот, не меняясь в лице, достал из внутреннего кармана пиджака визитницу и протянул карточку.
– Начальник первого департамента маркетинга Ю Джихёк. Нам будет удобнее поговорить в кабинете. Но если настаиваете, можем обсудить все прямо здесь.
Разъяренный мужчина, казавшийся до этого огромным и устрашающим, рядом с Джихёком вдруг перестал выглядеть таким уж внушительным.
Он долго сверлил Джихёка взглядом, потом выдавил ругательство и со злостью пнул валявшийся пакет. Джихёк расценил это как согласие и коротко кивнул Дживон и Джуран:
– Прошу за мной. Ян Джуран, Кан Дживон – вы тоже.
Как только мужчина скрылся в коридоре, подбежали охранники и принялись спешно убирать раздавленную коробку и салат. Из-за угла за происходящим наблюдал пожилой человек. Он покачал головой. Это был высокий старик с густой сединой, в идеально подогнанном по фигуре костюме.
– И что только делали эти здоровые лоботрясы, пока начальник Ю не прибежал? Тьфу. В итоге две девчонки в одиночку со всем справлялись.
– Просто все боялись, что искры полетят и в них, – спокойно ответил ему молодой человек.
Его волосы были безупречно уложены воском – ни одна прядь не шелохнулась бы даже в шторм.
– В мое время, – проворчал старик, – если женщине грозила опасность, мужчины бросались на выручку, даже если в них летели не только искры, но и похуже. Бесполезный народ.
– Это потому, что у вас денег много.
– Дело не в деньгах, а в рыцарстве!
– Рыцарь без денег – это просто дурак с мечом.
– И ты туда же! Молодежь только о деньгах и думает. Неужели мир сошелся клином на бумажках?
– Есть проблемы, которые деньгами не решишь. Но отсутствие денег – это уже само по себе проблема.
Старик снова недовольно зацокал языком:
– Никакой романтики в вас нет. Ничего-то вы не умеете делать как следует!
– Представление окончено. Пойдемте, господин председатель, вам пора наверх.
Старик, качая головой, последовал за помощником. Холл, где только что бушевали страсти, снова выглядел чистым и безмятежным, будто ничего и не произошло.
– Вы в порядке?
Ю Джихёк сам приготовил и поставил перед Дживон чашку чая с юдзу. Когда она обхватила ее ладонями, то почувствовала, насколько сильно замерзли кончики пальцев.
– Да, все хорошо.
– Вы, должно быть, сильно испугались.
– Есть немного.
Дживон подула на пар и сделала глоток. Горячая сладкая жидкость приятно согрела горло и разлилась теплом по телу.
– Я пришел слишком поздно.
– Прошло меньше десяти минут, с тех пор как я спустилась.
– И вы не могли подождать меня эти десять минут? – В голосе Джихёка слышалось явное беспокойство.
Дживон опустила глаза. Ее молчание красноречивее любых слов говорило о том, что она поступила бы так снова.
«Братик, там в холле какой-то сумасшедший ищет Джуран и дебоширит! Менеджер Кан сейчас там!..»
Хиён еще не успела договорить, а Ю Джихёк уже выскочил из офиса с телефоном в руке. Как назло, наступил обеденный перерыв, и лифты ходили медленно. Он сломя голову бросился вниз по лестнице, а когда выбежал в холл, увидел в центре толпы Кан Дживон, стоящую на коленях.
Сердце у него тогда просто оборвалось. Если бы не старик, мелькнувший в углу, он бы, наверное, не сдержался и ударил того мужика.
– Это было опасно, – повторил он.
– У меня не было выбора. Никто не вмешивался, а он требовал именно Ян Джуран. Если бы сцена затянулась, пострадал бы и отдел, и репутация менеджера Ян.
– Я понимаю. С точки зрения бизнеса это было правильное решение. – Джихёк придвинул стул и сел напротив. – Но мне не нравится, когда вы подвергаете себя опасности. И когда стоите на коленях на холодном полу – тоже.
Дживон удивленно моргнула. Ю Джихёк никогда не позволял себе личных разговоров в офисе и не одобрял подобные беседы между сотрудниками.
– Этими словами я перехожу черту? – спросил он, глядя девушке прямо в глаза.
В его взгляде читалась какая-то затаенная боль и, возможно, капля страха. Или Дживон просто показалось?
Она слегка наклонила голову.
– Не мне судить о вашей наглости. Вы имеете право на любые симпатии и антипатии.
– Будем считать, что я границ не переходил.
Ю Джихёк плавно сменил тему и протянул ей несколько листов. Это была личная карточка и резюме Чон Сумин, поданные ею при приеме на работу.
– Есть что-то еще, что вы знаете о ней, помимо того, что указано здесь?
– Здесь написано даже больше, чем знаю я, – со вздохом ответила Дживон.
Требования мужчины, устроившего погром, сводились к двум пунктам: оплата лечения жены и личные извинения сотрудницы, которая довела ее до гипертонического криза. Он пригрозил, что если все не уладят в течение недели, он подаст в суд и раздует скандал в интернете.
До Сумин, разумеется, было не дозвониться. Дживон даже съездила к ней домой, но дверь никто не открыл. Тогда она вспомнила про адрес ее родителей, указанный в документах.
– Я попробую позвонить. Все-таки мы давно знакомы.
Дживон включила громкую связь и набрала номер с кодом 051[10]. После долгих гудков на том конце подняли трубку:
– Алло-о.
– Здравствуйте. Это Кан Дживон, младший менеджер из первого отдела маркетинга компании U&K Food. Это дом Чон Сумин?
– Ну, дом. А тебе эта девка зачем сдалась?
Голос женщины, по всей видимости, матери Сумин, был резким и острым. Дживон вдруг поймала себя на мысли, что за годы дружбы ни разу не видела семью Сумин.
– Мы не можем с ней связаться, она не выходит на работу. Может, вы знаете, где она?..
– Че-е?! – От внезапного крика телефон в руках Дживон едва не дрогнул. – Она че, на работу не пошла? Совсем спятила?! Уволиться захотела, паршивка? Ой, мамочки, я с ней с ума сойду! Вот дрянь, вся в отца своего пошла!
– Да... так что если она выйдет на связь...
– Да забудь ты про нее! Че с такой бабой разговаривать? Вечно она за какими-то бездельниками да мутными мужиками, как папаша ее, хвостом бегала. Я с этой девкой знаться не хочу. Каким-то чудом в Сеул уехала, в большую контору пристроилась и опять за свое взялась, коза драная!
Мать Сумин еще долго изливала душу на грубом диалекте, пока не выдохлась и не бросила напоследок:
– Короче, я знать не знаю, где она. Делайте с ней что хотите – хоть прибейте, мне плевать!
Раздались короткие гудки. Дживон закрыла телефон.
– Кажется, дома она тоже не появлялась. Судя по словам матери, надежды на их помощь нет.
– Прошло уже три дня, – озабоченно пробормотал Ю Джихёк.
Сумин явно спланировала эту диверсию против первого департамента. В таких ситуациях проект неизбежно получает низкую оценку, вне зависимости от реальных причин. Если пострадавший действительно пустит слухи, новый продукт, который сейчас уверенно набирает популярность, может с треском провалиться.
К тому же именно Дживон рекомендовала Сумин на работу. Теперь, когда та исчезла, вся ответственность ложилась на плечи Дживон.
Если не выходит сама – значит, надо выманить.
– Я ненадолго отойду.
Дживон залпом допила остывший чай и встала.
– Куда вы?
– Я знаю человека, ради которого Чон Сумин обязательно объявится. Нужно вытащить ее, заставить извиниться, а потом официально вручить уведомление об увольнении.
– Кан Дживон... – Ю Джихёк замялся, а потом тихо спросил: – Вы справитесь?
– А когда мне было не под силу? – ответила будничным тоном Дживон и слегка улыбнулась. – Я скоро вернусь.
– И все-таки, куда именно вы идете?
Дживон уже продумала сценарий, в котором у Сумин не останется выбора – ей придется прийти. Для этого была необходима помощь со стороны. Идеальным вариантом был бы Пак Минхван, но этот тип никогда не пойдет на риск ради другого. Оставался только один человек.
– В «Блю Кафе» тут неподалеку. Его хозяин хорошо знаком с Чон Сумин.
Глава 55
Отличный парень
– Я вся сияю, глаз не оторвать... Но-но-но-но-но...
Сумин листала модный журнал, напевая под нос бодрый мотивчик, разносившийся по парикмахерской. Вскоре к ней подошла сотрудница и вежливо спросила:
– Желаете что-нибудь выпить?
– Кофе. Со льдом, пожалуйста.
Как же хорошо не ходить на работу. Сумин коротко зевнула и выглянула в панорамное окно. На тихой улочке раскинули тень платаны, покрытые свежей, ярко-зеленой листвой.
– Вижу, у вас отличное настроение, – заметила девушка, протягивая Сумин полный стакан кофе.
– Да. Я выхожу замуж.
– Ой, правда? Значит, мне стоит называть вас невестой. А как вы познакомились с женихом?
Слово «невеста» еще больше подняло Сумин настроение. Она присосалась к трубочке, отхлебнула кофе и ответила:
– На работе. Служебный роман. Мы встречались втайне, так что, когда начнем раздавать приглашения, все просто в обморок упадут от удивления.
Больше всех, конечно, поразится Кан Дживон. Как же она взбесится, когда узнает, что ее ненаглядный, которым она так хвасталась, женится на другой! Сумин довольно заулыбалась, представляя картину свадьбы, и вдруг спохватилась:
– Кстати, букет же должна ловить лучшая подруга? Ведь так?
– Конечно. Вы уже решили, кто это будет?
– Моя самая близкая подруга.
После инцидента с Ян Джуран и Ю Хиён они с Дживон немного отдалились, но Сумин была уверена: стоит ей попросить со слезами на глазах, и та не сможет отказать. Дживон всегда была такой. И обязана была оставаться такой и впредь.
– Наношу средство для химической завивки, – объявила стилистка, нанося состав на длинные волосы Сумин после мытья.
Чтобы скоротать время, Сумин снова уткнулась в журнал.
Родители Минхвана пообещали купить им квартиру, раз уж она беременна. Мебель и технику можно взять в рассрочку, а выплатить уже после свадьбы – так что беспокоиться было совершенно не о чем.
«Интересно, что скажет мать?» Только Сумин об этом подумала, как телефон зазвонил. Она потянулась к трубке и посмотрела на экран. Если бы это был кто-то из офиса или незнакомый номер, она бы не взяла, но звонила мать.
– Алло.
– Ты че, с дуба рухнула?! Опять какую-то хрень затеяла?!
От резкого, визгливого голоса сердце Сумин екнуло. Хорошее настроение как ветром сдуло, в животе неприятно засосало. Она сделала еще глоток кофе.
– Тебе что, из компании звонили?
– Конечно, звонили! Мне со стыда сквозь землю провалиться хотелось! Уехала в Сеул, в крупную компанию устроилась, и на тебе – накосячила и вылетела?! Ты вообще хоть что-то по-человечески сделать можешь?! Если так жить собираешься, вали к своему папаше, я тебя знать не желаю!
Мать орала так громко, что крики разносились по всему салону. Сумин поспешно убавила громкость и постаралась ответить как можно небрежнее:
– Мне просто надоело работать. И вообще, мой парень сделал мне предложение.
– Че-е-е?! – взвизгнула мать. – Откуда он взялся-то, этот парень?! А ну колись: опять с каким-то кобелем спуталась и забеременела?! Ох, доведешь ты меня до могилы!
– Потише ты. Я же просила не болтать об этом где попало. – Сумин огрызнулась, понизив голос, но тут же снова перешла на елейный тон: – Он работает в той же компании, что и я. Я уже говорила с его родителями, они обещали нам жилье. Так что не зуди, а готовься к встрече сватов.
– В той же компании? В смысле, он тоже из U&K? – Гнев матери, как и ожидалось, немного поутих. – И он знает, что ты залетела? Семья его в курсе?
– Да, так что просто имей в виду. И попроси дядю прийти, пусть прикинется моим отцом.
– Это ты дядю просишь отцом твоим заделаться?!
– А как иначе? Не можешь же ты одна прийти.
– Ладно, сделаем так. А если из компании снова звонить будут, мне-то что нести?
– Говори, что знать ничего не знаешь. Ты же всегда так делала.
– Бессовестная девка!
Этот брошенный напоследок плевок заменял матери и приветствие, и прощание. Сумин сбросила вызов, закрыла телефон и уставилась в огромное зеркало.
Она всю жизнь мечтала так жить. Зеркала в сияющих рамах, бодрая музыка, стильные мастера и ассистенты... И она – ухоженная красавица, вальяжно восседающая в кресле.
Она ненавидела все: и вечно ноющую, грубую мать, и этот простонародный пусанский говор, в котором не было ни капли изящества. Если бы замужество помогло ей вырваться из этого болота, она бы не глядя вышла даже за менеджера Кима.
Поэтому Пак Минхван был идеальным вариантом. Приятная внешность, стабильная работа, а главное – он был мужчиной Кан Дживон.
– Можно мне еще попить? На этот раз горячего зеленого чая.
Сумин протянула пустой стакан ассистентке и лучезарно улыбнулась. Вскоре перед ней поставили кружку, от которой шел пар. Она пригубила терпкий напиток, стараясь унять неприятно колотящееся сердце.
Телефон молчал следующие три часа. Новая прическа – идеальные локоны и укладка от мастера – Сумин очень понравилась.
– Три месяца... нет, можно в рассрочку на шесть без процентов?
– Да, максимум на шесть.
– Сделайте на шесть.
После того как исчез Ким Гёнук, который раньше оплачивал ее счета по первому писку, с деньгами стало туговато. «Нужно выйти замуж как можно скорее», – подумала Сумин, расплачиваясь и выходя из салона.
Бз-з-з, бз-з-з.
– Опять кто?
Сумин достала телефон, и ее лицо слегка перекосилось.
Пэк Ынхо
«Неужели Дживон попросила его меня найти?» Она нажала «отбой». Тут же пришло сообщение.
Неужели он что-то пронюхал? Впрочем, после тех странных слухов Дживон больше не заходила в «Блю Кафе».
Сумин колебалась, но все же решила ответить. Будь это что-то другое, она бы проигнорировала, но если дело касалось Пак Минхвана – разговор принимал иной оборот.
Кан Дживон и Пак Минхван. Что же там такое? Сумин, снедаемая любопытством, нажала на кнопку вызова.
– Алло, Ынхо. Как дела?
– Давно не общались. Слушай, у меня тут вопрос...
– Насчет Дживон и ее парня?
Голос Пэк Ынхо заметно оживился:
– Ага. Слышал, они расстались. Это правда?
– Откуда такие слухи?
– На днях коллега Дживон проговорился. Я хотел сам у нее спросить, но она не берет трубку и не заходит на свою страничку. Решил вот у тебя узнать.
«Раньше он смотрел на меня как на пустое место, а теперь приперло – и сразу вспомнил», – подумала Сумин. Ощутив странный прилив превосходства, она изогнула губы в улыбке.
– Ну-у... даже не знаю, что и сказать.
– Вы же с ней самые близкие подруги на свете.
– Ну, в общем-то, да, но...
– Я собираюсь приударить за Дживон.
«Что за бред он несет?»
Лицо Сумин исказилось от злобы.
– Приударить?
– Подумал, если ты поможешь, у меня будет больше шансов.
– Ты до сих пор ее любишь? Ты же говорил, что нет, когда я спрашивала раньше.
– Тогда у нее был парень, а теперь нет. Надо ловить момент. Если поможешь – буду благодарен, если нет – сам справлюсь.
Едва обретенное душевное равновесие снова пошатнулось. Пэк Ынхо со школы был объектом всеобщего восхищения. Даже сейчас в компании сотрудницы выстраивались в очередь, чтобы привлечь его внимание.
Сумин из кожи вон лезла, даже тест на беременность предъявила, чтобы увести Пак Минхвана, а теперь на горизонте Пэк Ынхо?
– Хорошо. Друзья должны помогать друг другу. Что именно мне сделать? – Сумин говорила подчеркнуто бодро и весело.
– По телефону неудобно, давай встретимся и обсудим. Я заеду к тебе после работы.
– Идет. Я скину адрес.
– Спасибо огромное. Если все выгорит, с меня причитается.
– Ой, да ладно тебе, я же от чистого сердца. Ну, в крайнем случае, угостишь ттокпокки, идет?
– Да я тебе хоть сто порций куплю, не переживай.
Сумин с улыбкой повесила трубку.
Весь этот короткий разговор Дживон наблюдала в прямом эфире, находясь прямо перед Ынхо. Она чуть не топала ногами от того, в какое русло ушла беседа.
«Нет! Я не это просила сказать!»
Она отчаянно подавала ему знаки глазами и качала головой, но Ынхо старательно делал вид, что ничего не замечает.
Сценарий был оговорен заранее, но Ынхо полностью переврал свои реплики. Фразы типа «собираюсь приударить» или «надо ловить момент» вообще не входили в план. Дживон просила его сказать: «У меня есть очень богатый и надежный друг, хочу познакомить его с Дживон. Посмотри на него сначала сама и реши, в ее ли он вкусе».
Наконец звонок завершился. Ынхо помахал затихшим телефоном и широко улыбнулся:
– Ну, я молодец?
– Ты-то молодец?! Ты же все перепутал!
Дживон вскочила и распахнула окно. Несмотря на прохладный уличный воздух, жар, приливший к лицу, не спадал.
– Да из меня актер никакой. Подумал, что если начну врать, она сразу обо всем догадается.
Дживон замерла в нерешительности: садиться ей обратно или нет? Заметив ее колебания, Ынхо поднялся первым.
– Раз уж пришла, съешь чего-нибудь. Хочешь печенья? Кофе? А, ладно, принесу и то, и другое.
– Не надо. Я как-нибудь потом тебя угощу.
– Я тебе только что услугу оказал, а ты даже перекусить со мной не можешь?
Ынхо сказал это с такой искренней обидой, что Дживон пришлось сесть. Отказать человеку, которого сама же попросила о помощи, было неловко.
– Вот, ешь. – Он поставил на стол тарелку с печеньем и чашки с кофе, после чего сел напротив. – Так что ответишь?
– Ты о чем?..
– Я же сказал, что собираюсь за тобой ухаживать.
Пока Дживон подбирала слова, Ынхо, глядя в открытое окно, поправил себя:
– Хотя нет, «ухаживать» звучит как-то легкомысленно. Я намерен сделать тебе официальное признание. Пока у тебя нет парня, мне нужно действовать быстро.
Аромат кофе мягко коснулся ее лица. Дживон заметила, что, несмотря на будничный тон, шея Ынхо густо покраснела.
Видимо, заметив, что Дживон чувствует себя не в своей тарелке, он поспешно добавил:
– Я не требую ответа прямо сейчас. Подумай, а когда я устрою по-настоящему романтичное признание – тогда и скажешь.
«Знаешь, я бы очень хотела узнать о твоих чувствах до своей смерти».
Дживон медленно покачала головой:
– Я отвечу прямо сейчас. Я вообще не планирую ни с кем встречаться.
– Неужели я настолько не в твоем вкусе?
– Ты и сам прекрасно знаешь, что дело не в тебе. Ты отличный парень.
Ынхо смущенно усмехнулся – она была права.
– Знаешь, я парень получше, чем ты думаешь. Пусть я не живу как чеболь[11], но смогу обеспечить тебя всем необходимым. А если ты будешь задерживаться на работе – буду привозить тебе домашние обеды. Такие мужчины на дороге не валяются, понимаешь?
Пэк Ынхо действительно был завидным женихом. Именно поэтому Чон Сумин сейчас так поспешно согласилась на встречу. Но проблема была в самой Кан Дживон.
– Я собираюсь стать счастливой и без мужчины. Я знаю, что ты замечательный, но это совсем другое.
– Ладно, тогда это признание пока отложим. – Ынхо, как и всегда, отступил легко и благородно. – Но если я хоть капельку начну тебе нравиться, обязательно скажи. Если просто вдруг захочешь меня увидеть или увидишь что-то на улице и вспомнишь обо мне. Просто скажи об этом.
– Даже о такой мелочи? Зачем?
– Для тебя мелочь, а для меня – совсем нет.
В этот момент вошел посетитель. Ынхо кивнул Дживон и быстро поднялся. К тому, что она его отвергает, он уже начал понемногу привыкать.
Вечер того дня, когда они договорились встретиться с Ынхо, выдался ранним и тихим.
Сумин вошла в пивной бар, выбранный местом встречи, в подчеркнуто невинном платье, которое тем не менее выгодно облегало фигуру. Почувствовав на себе заинтересованные взгляды мужчин, она довольно расправила плечи. Ынхо нигде не было видно.
Она отправила сообщение и тут же получила ответ.
– Тц, ну и ну.
Недовольно проворчав, Сумин заняла столик прямо напротив входа. Из-за трансляции бейсбола в заведении было довольно многолюдно. Ей нравилось ловить на себе восхищенные взгляды, сидя в одиночестве в шумном баре.
Ровно через пять минут дверь открылась. Сумин подняла голову, ожидая увидеть Ынхо, но от неожиданности выронила меню из рук.
– А, ты уже здесь.
На лице вошедшей Дживон расцвела сияющая улыбка.
– Д-Дживон?..
«Только не сейчас. Может, сбежать?» – Пока Сумин металась в мыслях, Дживон стремительно подошла и села напротив.
– Ынхо сказал, что вы договорились встретиться, и предложил посидеть всем вместе. Я так обрадовалась, что даже с работы пораньше сбежала. Официант! Два светлых пива и сушеных кальмаров, пожалуйста!
Пока Сумин пребывала в шоке, Дживон уже сделала заказ.
Бежать было поздно. Сумин бросила взгляд на дверь, где так и не появился Ынхо, и состроила жалобную мину, как побитая собачонка.
– Ты злишься из-за моего прогула?
– Думаешь, прогул – это единственное, в чем ты виновата?
Встречный вопрос Дживон прозвучал неожиданно резко.
«Это все из-за этой проклятой Ян Джуран», – подумала Сумин, в сотый раз мысленно раздавливая коллегу в порошок.
– Наверное, были и другие ошибки. Но, Дживон, понимаешь, мне было так тяжело на работе... Ты – единственный человек, на которого я могла опереться, а ты все время проводила с другими и совсем на меня не смотрела. Я так расстроилась, что не могла сосредоточиться, вот и наделала делов...
– Сумин. – Дживон спокойно прервала ее, не желая слушать дальше. – Хватит нести чушь. Ты сейчас не в том положении, чтобы так расслабленно болтать.
Глава 56
Гром Сумин среди ясного неба Минхвана (1)
Дживон видела, как вздрогнула Сумин. Сейчас в ее глазах навернутся слезы. Все было слишком предсказуемо.
– О чем ты говоришь? Я не совсем понимаю, Дживон, – невнятно пролепетала Сумин, а уголки ее глаз уже покраснели.
Дживон достала из сумочки документ и положила его на стол.
– Для начала – это уведомление об увольнении. Причина: самовольное оставление рабочего места и прогулы.
Сумин даже не взглянула на бумагу. Она и так собиралась бросить эту работу, где ей все равно не светило место в штате. Дживон спокойно смотрела на нее.
– Скоро придет и официальное извещение. Сначала отправим по адресу, где ты живешь сейчас, а если вернется – вышлем родителям. Так что жди и обязательно получи его.
– Официальное извещение? – Только тогда губы Сумин растерянно приоткрылись. – Что вы собрались доказывать? То, что я пару дней не была в офисе? Или ту маленькую ошибку?
«Маленькую ошибку?» – Дживон лишилась дара речи от такой наглости.
– По-твоему, чуть не убить незнакомого человека из-за аллергии – это маленькая ошибка?
– Ему самому надо было быть осторожнее! Набросился на бесплатное, как будто всю жизнь голодал, вот все так и вышло!
«Действительно, идеальная пара для Пак Минхвана», – невольно восхитилась про себя Дживон. Образ мыслей Сумин – во всем винить других, независимо от собственной вины, – делал их с Минхваном настоящими духовными близнецами.
– Тебе повезло, что клиент остался жив. Если бы тогда что-то случилось, тебе был бы конец.
– Но ведь все обошлось! Хватит уже меня тиранить из-за того, что давно улажено. У меня из-за этого депрессия началась, я даже на работу ходить не могла, хнык...
Сумин, только что бойко оправдывавшаяся, все-таки расплакалась. Люди, минуту назад увлеченные просмотром бейсбольного матча, начали один за другим поглядывать в их сторону.
Дживон ясно чувствовала их недоумение и осуждение – должно быть, сейчас она выглядела в их глазах злодейкой. Впрочем, ей было плевать.
– Я как раз это и хотела сказать, Сумин. – Дживон наклонилась вперед и понизила голос до мягкого полушепота: – Все уже закончилось, и если бы ты сидела тихо, все бы прошло мимо. Зачем ты отправила посылку от имени менеджера Ян?
– Посылку? Какую посылку?
Сумин захлопала ресницами. Дживон набралась терпения и начала объяснять по порядку:
– Ту продукцию, из-за которой начались проблемы. Ты ведь отправила ее пострадавшему клиенту домой? Целую коробку.
– Нет! С чего бы мне такое делать? Ты хочешь сказать, что на меня подают в суд из-за того, чего я не совершала?
Сумин яростно замотала головой. Ее локоны, которые она, видимо, недавно завила, пружинисто заходили ходуном.
– То есть ты об этом ничего не знаешь? – переспросила Дживон.
На этот раз Сумин уверенно кивнула:
– Правда. Клянусь небом.
– Ну, тогда я больше ничем не могу помочь. – На губах Дживон заиграла улыбка. – Я пришла сюда не как твоя начальница, а как подруга, чтобы хоть как-то все уладить. Из-за того, что вмешался юридический отдел компании, я места себе не находила от волнения.
– Юридический... отдел?
Зрачки Сумин заметно расширились от тревоги.
– У той женщины подскочило давление, она упала в обморок, и ее муж нанял адвоката. Разумеется, наш юротдел начал готовить ответные меры. В записях звонков, которые предоставил клиент, был твой номер, поэтому я подумала на тебя... Но раз это не ты, то какое облегчение. А я-то как переживала!
Закончив на этой светлой ноте, Дживон подняла руку и помахала оглядывающемуся по сторонам официанту, в руках у которого был бокал с пивом.
– Пиво сюда!
Официант подошел и поставил бокал на стол. Дживон сделала несколько жадных глотков прохладного напитка и вытерла губы.
– Хотела дождаться Ынхо, но он опаздывает. Пожалуй, мне пора.
– Уходишь? Уже? – спросила Сумин, чье лицо стремительно бледнело.
– Придется поработать дома вместо сверхурочных в офисе. Раз уж так вышло, не забивай голову проблемами компании. Уверена, в другом месте для тебя найдется отличная вакансия.
Дживон не забыла подбодрить подругу напоследок. И как раз в тот момент, когда она уже собиралась встать из-за стола, Сумин вцепилась в край ее сумки.
– Дживон!
«Ну конечно».
Трудно найти людей более предсказуемых, чем Чон Сумин или Пак Минхван, если знать, за какие ниточки дергать.
– Да?
– Я... понимаешь... Я тут подумала, кажется, я все-таки совершила ошибку...
Дживон с притворным удивлением снова опустилась на стул.
– Рассказывай подробнее. Какую еще ошибку?
– Ну, та посылка... которую я отправила. Я хотела послать наши новинки, все, кроме той проблемной партии, и сделала это от имени менеджера Ян. Но потом клиент позвонил и начал просто кричать на меня. – Сумин обхватила себя руками и задрожала, словно от одного воспоминания ей становилось дурно. – Я просто хотела задобрить клиента и извиниться за менеджера Ян... Но, видимо, перепутала коробки. Он так орал, мне было так страшно! Ыкх...
Сумин закрыла лицо руками и зарыдала уже всерьез. Ее хрупкие плечи мелко подрагивали – со стороны она выглядела как несчастная героиня мелодрамы.
– Так у менеджера Ян из-за этого проблемы? Поэтому они затеяли суд и все такое? Хнык... Да?
«Проблемы не у менеджера Ян, а у тебя».
– С менеджером Ян все будет в порядке. Она съездила в больницу и официально извинилась. Напишет объяснительную как ответственное лицо, но у нее отличная репутация, так что на карьере это не скажется.
Лицо Сумин помрачнело. Дживон заметила, как та по привычке хотела закусить губу, но сдержалась.
– Если это действительно была случайная ошибка, я тебе помогу. Поедем в больницу вместе и извинимся. Если удастся избежать иска, у компании не будет повода вешать всех собак на тебя. Лучше ведь решить все миром, тихо и спокойно, правда?
Дживон убеждала ее спокойным, размеренным тоном. Она знала: если сначала как следует напугать Сумин, а потом дать надежду на спасение, та обязательно заглотит наживку. Чон Сумин была именно таким человеком – всю жизнь она вертела Дживон как хотела, уверенная в их дружбе.
– Ты правда пойдешь со мной? – дрожащим голосом спросила Сумин.
Дживон твердо кивнула:
– Конечно. Как я могу бросить тебя в беде? Если бы я была внимательнее к тебе, такой ошибки бы не случилось.
– Пф, ну хоть это ты понимаешь, – капризно надулась Сумин.
Дживон раздумывала, как на это реагировать, когда почувствовала чье-то присутствие за спиной.
– Простите, я опоздал?
Ынхо, с которым они заранее договорились, что он сегодня не придет, с лучезарной улыбкой подошел к столику. Дживон удивленно поздоровалась и отодвинула стул, освобождая место.
– А, да. Ничего страшного.
Ынхо не сел, а просто поприветствовал Сумин:
– Поздно закрыл кафе. Сумин, давно не виделись.
Сумин почувствовала странное напряжение между Пэк Ынхо и Кан Дживон. Некое неловкое притяжение, которое трудно было описать словами.
– А я думала, мы будем только вдвоем, но Дживон пришла раньше и удивила меня. Впрочем, благодаря ей мне не было скучно, пока я тебя ждала, – невинно улыбаясь, поддела парня Сумин.
Но Ынхо нанес сокрушительный удар:
– Дживон не приходит, если я зову ее один. Так что мне пришлось использовать тебя. Спасибо, что помогла.
У Сумин внутри все перевернулось. Так вот зачем он звал ее на встречу?
– То... то есть ты позвал меня только для того, чтобы увидеть ее?
– Я хотел признаться ей, глядя в глаза. Ты же знаешь, как она мне нравится. – Ынхо буднично улыбнулся Дживон. – Конечно, она мне откажет, но я все равно решил попробовать. Не отвечай ничего. Я тебя увидел, и мне этого достаточно. А счет я оплачу сам.
Именно поэтому он не садился. Ынхо, не выпив даже стакана воды, расплатился и ушел.
– Мне тоже пора, – торопливо проговорила Дживон, собирая вещи. – Завтра я возьму отгул на полдня, так что жду тебя в два часа в холле больницы «XX». Если дело дойдет до суда, вся ответственность ляжет на тебя, так что не вздумай опаздывать!
Дживон быстро вышла из бара. На столе остались нетронутые закуски и два сиротливых бокала пива. Идеально гладкий лоб Сумин исказила гримаса ярости.
– Просил помочь? Да он просто поиздевался надо мной!
У нее даже не было возможности разыграть заготовленный сценарий. Вне себя от злости, Сумин залпом осушила свое пиво. От того воодушевления, с которым она шла сюда, не осталось и следа.
Зайти или нет?
Сумин стояла перед главным входом в больницу «XX» уже больше пяти минут. Она ненавидела брать на себя ответственность. Склонять голову перед кем-то и просить прощения было выше ее сил. Если бы не предстоящая свадьба, она бы, наверное, просто забыла обо всем и укатила куда глаза глядят.
«В любом случае, замуж-то надо выходить. Если я упрошу его родителей расписаться пораньше, что он мне сделает?»
В конце концов ее мысли потекли по самому удобному пути.
«Просто зайду – и все».
Завершив свои долгие терзания, Сумин грациозно развернулась и тут же вскрикнула от испуга:
– А-а-а! Д-Дживон... Когда ты пришла?
– Только что. – Дживон лучезарно улыбнулась и подхватила Сумин под руку. – Молодец, что пришла пораньше. Я приехала за полчаса и собиралась подождать в холле. Знай я, что ты уже здесь, спустилась бы сразу.
План Сумин незаметно сбежать лопнул как мыльный пузырь. Высокая Дживон буквально отконвоировала ее в лифт. Чем выше они поднимались к палатам, тем сильнее у Сумин портилось настроение. Раздражение нарастало с каждым этажом.
– Дживон...
Остановившись перед палатой, Сумин отступила на пару шагов и вцепилась в руку подруги:
– Мне страшно. Ты же будешь говорить вместо меня, правда?
– Не бойся. Мы с менеджером Ян уже извинились и перевели их в одноместную палату. Гнев клиента немного поутих.
Дживон успокаивающе погладила ее по руке и постучала в дверь. Изнутри донесся женский голос: «Входите».
– Простите за беспокойство.
Дживон вошла первой. Женщина, сидевшая с капельницей, кивнула в знак приветствия. Ее муж как раз убирал поднос после обеда.
– Мы пришли навестить вас. Как вы себя чувствуете?
– А тебе-то что за дело? – грубо отозвался мужчина. – Хватит сюда шастать. Лучше притащи ту дрянь, из-за которой моя жена здесь оказалась!
Сумин, испугавшись грубого окрика, попятилась назад, но Дживон крепко перехватила ее за запястье и рывком вытянула вперед.
– Ай!
Сумин рухнула на пол, и в ту же секунду Дживон с грохотом захлопнула дверь палаты.
– Вот, я ее привела.
– Дживон?!
Все шло не по сценарию. Сумин вскочила и попыталась спрятаться за спину подруги.
– Нужно извиниться, Сумин. Зачем ты прячешься за меня?
Дживон шагнула в сторону и толкнула ее в спину. Лишившись укрытия, Сумин неловко замерла и лишь слегка склонила голову – градусов на двадцать, не больше.
– Простите. Мне жаль.
«Черт возьми», – мысленно выругалась Дживон.
– И это ты называешь извинением? – взревел мужчина. – Ты хоть помнишь, что несла моей жене по телефону? Что-то там про любителей халявы? А ну, извиняйся нормально, по пунктам! На колени, живо!
Сумин вскинула голову. В ее взгляде, устремленном на мужчину, читалось явное раздражение.
– Мне жаль, если я что-то сделала не так, но я не помню, что именно говорила. И вообще, вы первый начали на меня орать, как только я взяла трубку! Что я, по-вашему, должна была отвечать?
«Господи, позволь мне стать орудием праведного гнева».
Дживон незаметно зашла Сумин за спину, обхватила ее за плечи и резко ударила под колени.
– Ай!
Ноги Сумин подкосились, и, прежде чем она успела восстановить равновесие, Дживон с силой надавила ей на плечи. Мгновение – и Сумин уже стояла на коленях. Обещание «притащить эту дрянь и поставить на колени» было выполнено безукоризненно.
– Чон Сумин не очень умеет подбирать слова. Пожалуйста, простите ее.
– Ах ты, Кан Джи!..
Прежде чем она успела выкрикнуть имя, дверь палаты распахнулась. В комнату уверенным шагом вошел Ю Джихёк, за ним – Ян Джуран с букетом цветов и Пак Минхван с набором напитков.
– Мы пришли проведать вас. Как ваше самочувствие? – вежливо поздоровался Ю Джихёк.
Сумин, все еще удерживаемая руками Дживон, бросила на Минхвана умоляющий взгляд: «Спаси меня».
Минхван проигнорировал ее отчаянный призыв и просто поставил сок на стол у окна.
Ян Джуран мельком взглянула на стоящую на коленях Сумин. Ю Джихёк даже не удостоил ее взглядом. Сумин чувствовала, что вот-вот сойдет с ума от стыда и унижения. Ей хотелось кричать, кусаться, устроить истерику, но в присутствии Минхвана это было невозможно.
– Я слышал, вас скоро выписывают, – продолжал Ю Джихёк. – Но на всякий случай походите еще на процедуры и сообщите о результатах. Разумеется, компания полностью берет на себя все расходы на лечение.
– Что ж, я так и собирался сделать, – буркнул мужчина, но тут же снова злобно зыркнул на Сумин.
Ю Джихёк перевел взгляд на нее, словно только сейчас заметил, и произнес:
– Рад, что вы все-таки решили искренне извиниться, Чон Сумин. Это избавит нас от долгих судебных разбирательств.
– Искренне извиниться? Да вы слышали, что эта девка только что несла?! – проорал муж пациентки.
Сумин инстинктивно посмотрела на Минхвана. Но его взгляд, словно приклеенный, был прикован только к Дживон.
«Я в таком унизительном положении, а ты на кого смотришь?!»
Уголки глаз Сумин едва заметно дрогнули.
– Чон Сумин. Вы ведь извинились по-настоящему, верно? – спросил Ю Джихёк.
Сумин понуро опустила голову:
– Простите... Мне очень жаль. Я... я просто...
Она с трудом подняла голову, и из ее глаз выкатилась чистая, как роса, слеза.
– У меня сейчас ранний срок беременности. Перепады настроения... ыкх... просто невыносимые. Простите меня, пожалуйста, хнык...
Глава 57
Гром Сумин среди ясного неба Минхвана (2)
На мгновение время в больничной палате замерло. Минхван, онемев от шока, только и мог, что широко разинуть рот.
«Что эта сумасшедшая сейчас несет? Беременна? Твою мать... И это прямо при начальнике Ю Джихёке и Кан Дживон?»
– Что за бред ты несешь! – выкрикнул мужчина.
Он был ошеломлен не меньше остальных, но пришел в себя первым.
Его жена, которая до этого сидела молча, поспешно схватила его за руку.
– Дорогой, не кричи так. Она же сказала, что беременна.
– Да какая разница! Ты хоть понимаешь, что она!..
– В больнице сказали, что все в порядке. Я отдохнула в отдельной палате и чувствую себя даже лучше, чем раньше.
Сердце человека переменчиво: как бы ты ни злился на человека, известие о ребенке всегда смягчает гнев. А для женщины средних лет, которая сама вырастила детей, это значило еще больше. Она даже откинула одеяло, села поудобнее и сделала жест Дживон.
– Девушка... позвольте уже молодой матери подняться. А то боюсь, как бы что не случилось.
– Ах, да. Сумин, вставайте.
Дживон, застывшая от такого поворота событий, помогла Сумин подняться.
Для Минхвана все происходящее было как гром среди ясного неба. Он даже на мгновение понадеялся, что это просто дурной сон. Но сколько бы он ни моргал, эта чертова реальность никуда не делась. Сумин вцепилась в него мертвой хваткой – и не за лодыжку, а прямо за горло.
– Простите меня... Хнык...
– Думаешь, поплакала – и все?!
– Дорогой!
– ...
– Ладно тебе, она извинилась, и хватит. Впредь будь осторожнее. Да, и не стой там, присядь на стул.
Дживон наблюдала, как эта святая женщина утешает Сумин, и постепенно приходила в себя от шока. Она взглянула на Пак Минхвана – тот выглядел так, будто у него душа ушла в пятки. На его лице так и читалось: «Мне конец».
«Неужели... Нет, быть не может».
Дживон резко перехватила руку Сумин, когда та уже собиралась сесть.
– Сумин, на вас лица нет. Давайте-ка выйдем, вам нужно подышать воздухом.
– И то верно, уведите ее. Извинений достаточно, – добавила добрая женщина, фактически выпроваживая их за дверь.
Минхван внезапно очнулся. Его пронзило жуткое предчувствие: если они сейчас уйдут, Чон Сумин выложит Кан Дживон абсолютно все.
– Подождите!
Не успев сообразить, что делает, он схватил Сумин за руку. Та остановилась и обернулась. Обстановка в палате, и без того неловкая, стала просто невыносимой.
– Да нет, я... просто... сейчас не лучшее время для разговоров, давайте позже...
Бормоча что-то невнятное, Минхван спохватился и почти отшвырнул руку Сумин.
– Менеджер Кан, вам пора возвращаться в офис. Поговорите завтра...
– Менеджер Пак, я вообще-то взяла отгул на полдня, – холодно отрезала Дживон.
– А, ну тогда... иди домой. А я провожу Сумин... то есть госпожу Сумин. Одной ей сейчас не стоит...
– Ты чего так задергался, менеджер Пак? – вкрадчиво спросила Джуран, до этого молча наблюдавшая за сценой.
Ю Джихёк сохранял свое обычное беспристрастное выражение лица.
Минхван чувствовал, что с каждым словом завязает в этом болоте все глубже. И что самое паршивое – он понимал это, но не мог остановиться.
– Я просто... переволновался. Не ожидал таких новостей, ха-ха. Даже не догадывался, что она...
Дживон пристально посмотрела на Минхвана, который побледнел и покрылся холодным потом.
«Реакция – стопроцентное попадание».
– Не беспокойтесь о моем отгуле. Я сама позабочусь о Сумин. А вы, – она кивнула пациентке, – выздоравливайте скорее.
Быстро попрощавшись, Дживон крепко взяла Сумин за запястье и повела по коридору. Их целью была пустая лестничная площадка у пожарного выхода.
– Больно, Дживон!
Сумин, едва поспевавшая за ней, поморщилась и вырвала руку.
– Ты что несешь? Зачем так врать? Ты хоть подумала, как будешь выкручиваться, когда ложь вскроется?! – насела на нее Дживон.
Сумин с несчастным видом покачала головой:
– Это не ложь. Я правда беременна. Я хотела сказать тебе первой...
– Кто отец? – перебила ее Дживон, переходя к главному.
Просто катастрофа. Если это ребенок Пак Минхвана – это проблема. Если нет – проблема еще больше.
– Дживон... – Сумин жалобно посмотрела на нее, состроив гримаску.
– Не можешь сказать? Ты же говорила, что у тебя никого нет.
– Я... я просто не могла сказать. Дживон...
Реакция была ожидаемой. Но этого просто не могло быть. Физически не могло. Дживон крепко схватила Сумин за плечи и понизила голос:
– Все нормально, говори. Я никому не скажу. Все равно скоро все узнают.
Сумин по-рыбьи беззвучно открывала и закрывала рот, оглядываясь по сторонам, а потом снова посмотрела на Дживон. Та терпеливо ждала.
– Только... не злись на меня сильно. – Наконец, набравшись смелости, Сумин прошептала: – У меня будет ребенок от менеджера Пака. Мы скоро поженимся.
Дживон лишилась дара речи.
Вернее, в голове крутилась только одна фраза:
«Этот ублюдок бесплоден. Мы вместе ходили на обследование».
Разумеется, в той, прошлой жизни, уже после свадьбы.
– Прости... Прости меня, Дживон! – Сумин разрыдалась, сложив ладони в умоляющем жесте. – Ты же простишь меня? Мы же подруги. Лучшие подруги, верно? Хнык... У-у-у...
Дживон смотрела на нее сверху вниз, ощущая жуткое дежавю.
«Нужно уйти, – подумала она. – Уйти, собраться с мыслями, а потом действовать».
– Мне пора.
Она разжала руки.
– Дживон!
– Созвонимся позже.
Дживон оттолкнула пытавшуюся ее удержать Сумин и скрылась за дверью. Сумин осталась одна на холодной лестнице. Она села на корточки, уткнувшись лицом в колени, и из-под ее рук донеслись горькие рыдания:
– Хнык, Дживон... хнык... о-о-ох... – Ее плечи мелко дрожали, но вскоре всхлипы сменились чем-то другим. – Ха... хи... хи-хи!
Она подняла голову. Где же то скорбное лицо? В глазах – восторг, на губах – торжествующая ухмылка. Видели бы вы, как она мучилась! Как на нее больно было смотреть! Вечно она из себя такую правильную строила, а теперь и слова вымолвить не смогла.
– Кха-ха-ха! Хи-хи-хи!
Сумин смеялась во весь голос, не таясь. Когда она шла сюда, чувствовала себя овцой на заклании, но теперь была готова взлететь от счастья.
– А знаешь, Дживон... – прошептала она в пустоту. – Я больше всего люблю тебя именно такой. Когда ты все теряешь, когда у тебя все отнимают, и ты плачешь в одиночестве.
«Помнишь, как в школе в тебя кидали вещи и обзывали? Как Пэк Ынхо, получив твое признание, посмотрел на тебя с презрением? Как в университете твой парень из престижного вуза, который тебе явно не по статусу, внезапно бросил тебя?»
– Но у тебя же есть я, так что все нормально. Тебе нельзя иметь ничего лучше, чем у меня. Если ты жадничаешь – ты плохая девочка. Хи-хи...
Минхван на неслушающихся ногах дошел до машины и завел мотор. Он видел, как черный седан Ю Джихёка выезжает с парковки.
Сделав круг, Минхван вернулся на прежнее место, заглушил двигатель и с силой ударился лбом о руль.
– Дерьмо, дерьмо, дерьмо! Откуда эта сумасшедшая вообще вылезла?! – Он и думать забыл, как сам когда-то пытался к ней подкатывать. – Дживон... Пожалуйста, возьми трубку...
Минхван лихорадочно тыкал в экран телефона. Гудки тянулись бесконечно долго, как в аду.
– Алло.
Наконец она ответила. Впервые после расставания. У Минхвана даже слезы навернулись.
– Дживон! Ты где? Нам нужно поговорить.
– О чем еще нам говорить?
Голос Дживон был резким и холодным. Потому что она уже была уверена, что окончательно передала Минхвана Сумин. Но сам Минхван, не зная этого, продолжал спрашивать, не находя себе места от беспокойства:
– О чем тебе наплела Чон Сумин? Что она сказала?
– Ты о чем именно? – вопросом на вопрос ответила Дживон.
В сердце Минхвана робко затеплилась надежда.
– А если ничего не слышала, то и ладно. Просто спросил.
– Ты про то, что Сумин беременна от тебя? Или про то, что вы женитесь? Или про все сразу?
Надежда рухнула с оглушительным грохотом.
Все. Конец. В полном отчаянии он понес первое, что пришло в голову:
– Это ошибка! Ребенок не мой. Я сделаю тест на отцовство! С чего мне вообще на ней жениться? Дживон, в моей жизни есть только ты. Без тебя все бессмысленно. Мне лучше до конца дней быть одному. Дживон, пожалуйста...
– Менеджер Пак, – перебила его Дживон деловым тоном. – Я не понимаю, зачем вы мне это объясняете. Ваша личная жизнь меня не касается. Делайте тесты, женитесь – это ваше дело. Мне, честно говоря, плевать.
Минхван так сильно сжал телефон, что тот едва не хрустнул.
Услышать «мне плевать» было больнее, чем если бы она кричала, проклинала или била его бейсбольной битой.
Кан Дживон. Та самая Дживон, которая жизни без него не мыслила? Которая верила любому его слову, даже если бы он сказал, что из сои варят мед? Та дурочка, которая болела сильнее его самого, стоило ему просто чихнуть?
– Не лги! Тебе же больно, Дживон. Сердце в клочья, да? Не притворяйся, что тебе все равно. А?
– Менеджер Пак. Вы даже не представляете, насколько мне все равно. – Она немного помолчала, подбирая слова, а затем продолжила: – Давайте так: все деньги, которые соберут коллеги на свадьбу, я отдам в пользу Сумин. Вы долго работали, сумма будет приличной. Если хотите, я даже спою на вашей свадьбе и поймаю букет. О, идея! Когда Сумин будет рожать, я возьму отгул и помогу ей после выписки. Неужели я этого не сделаю для подруги? Мне правда все равно. А сейчас мне пора отдыхать, так что до свидания.
Она весело попрощалась и повесила трубку. Сколько бы он ни перезванивал, ответа больше не было.
Минхван снова начал биться головой о руль. Раз, другой, третий... И тут телефон в его руке завибрировал.
– Алло, Дживон?! – выкрикнул он, даже не глядя на экран.
Но в трубке раздался голос не Дживон, а той самой сумасшедшей:
– Оппа, ты почему снова зовешь Дживон?
– Ах ты, дрянь чокнутая!
Минхван выплеснул всю ярость и маты, что накопились внутри. Но голос на том конце внезапно сменился на голос его матери Ким Джаок:
– Минхван! Ты с ума сошел?! Как ты разговариваешь с девушкой, которая носит твоего сына?!
– Мама? Почему ты взяла трубку? Она что, уже приперлась к нам домой?!
– Она пришла вся в слезах! К счастью, твоего отца дома не было. Почему ты так с ней обращаешься? Она же замуж за тебя идет, на тебя одного надеется!
– Мама, нет! Она не милая, она чокнутая! Вышвырни ее немедленно!
– Цыц! С сегодняшнего дня она будет жить с нами.
– Что?!
– А если с ребенком что случится, пока она одна? Так что имей в виду: после работы – пулей домой, ужинать с невестой. И кстати, в выходные идем смотреть зал для свадьбы!
– Мама, это не та! Я на Кан Дживон собирался жениться, сколько раз повторять?!
– Про ту девку беспардонную даже не заикайся! Ох, доченька, не плачь. Сейчас я ему задам как следует...
Минхван захлопнул телефон, не в силах больше слушать, как мать воркует над этой змеей. На глянцевой панели аппарата весело мигали неоновые огоньки.
– Парные телефоны, черт возьми...
Он погладил пальцем синий Lollipop.
Дживон всегда хотела парные вещи: футболки, кроссовки... Минхвана от этого воротило. Не от самих вещей, а от того, что ему было стыдно показываться в таком с ней.
Поэтому он и выбрал телефоны. Как раз пришло время менять аппарат, а эта модель была настолько популярной, что в офисе их было штук десять. Никто бы и не догадался, что это парный аксессуар.
– Тебе так нравится? – спросил он тогда с усмешкой.
Дживон смотрела на новенький телефон так, будто это сокровище.
– Конечно! Это же наша первая парная вещь. У меня такого никогда не было.
«Ну еще бы. Где бы ты еще нашла мужика, дура», – подумал он тогда и небрежно бросил телефон на приборную панель.
Это было в прошлом.
– Черт...
Слезы все-таки брызнули из глаз, капая на экран. Минхван уткнулся лицом в потертый корпус телефона и разрыдался как ребенок:
– Дживон, я ошибся... Дживон, хнык... Что же мне делать... Дживо-о-о-о-о-он!
Глава 58
Свадебный марш (1)
Вернувшись домой, Дживон сразу сняла строгое платье, которое так тщательно выбирала утром, и переоделась в удобный спортивный костюм. Тело сразу охватила легкость. Она рухнула на диван – так было гораздо проще привести мысли в порядок.
«Странно. Все это очень странно».
В прошлой жизни Дживон так и не забеременела. Скорее всего, Чон Сумин сейчас тоже. Откуда же тогда взялась эта внезапная беременность?
Телефон долго вибрировал. Дживон какое-то время смотрела на имя Ю Джихёка, высветившееся на экране, а затем нажала на кнопку ответа:
– Да, начальник.
– Где вы?
– Только что пришла домой.
В трубке послышался короткий вздох. В нем чувствовалось не столько раздражение, сколько облегчение.
– Вы в порядке?
– А что такое?
После ее безучастного вопроса Ю Джихёк на мгновение замолчал. Дживон подождала немного и спросила снова:
– О чем вы, начальник?
– Да нет, ни о чем. – Он быстро сменил тему: – Что собираетесь есть? Вы же ушли, так и не пообедав.
– Решила отпраздновать свой отгул ччаджанмёном. Кстати, вы не знаете, где в этом районе его вкусно готовят?
Она особо ни на что не рассчитывала. Хоть Ю Джихёк и жил здесь дольше ее, трудно было представить, чтобы он заказывал лапшу на дом.
– В ресторане «Соджак». Там отличный ччаджанмён. И тхансуюк[12] тоже.
Дживон искренне удивилась. Неужели Ю Джихёк и впрямь заказывает себе лапшу? Да еще и с тхансуюком?
– Пришлю номер сообщением. Приятного аппетита.
– О, спасибо. И вам тоже.
Не прошло и минуты, как пришла эсэмэс с коротким номером. Дживон уставилась на него, погрузившись в глубокие раздумья.
Ей хотелось ччаджанмёна. Но и тхансуюк тоже хотелось. И от острого бульона для ччамппона она бы не отказалась. После мучительных колебаний было принято волевое решение.
«Закажу-ка я все».
Настроение внезапно взлетело. В прошлой жизни она и мечтать не могла о такой роскоши – заказать целую гору еды, которую даже не сможет доесть. Как бы усердно она ни работала, как бы ни вызывалась на сверхурочные, денег все равно вечно не хватало. Если ей хотелось ччаджанмёна, приходилось заваривать растворимую лапшу.
Интересно, сможет ли Чон Сумин выжить в таких условиях?
– А я возьму и все съем! – торжественно провозгласила Дживон, объявляя начало своей роскошной жизни. – А потом еще закажу курочку в соусе, оближу один соус и выброшу!
С этим решительным настроем она набрала номер ресторана.
– Алло, ресторан «Соджак».
– Здравствуйте. ЖК «ОО», корпус 105, квартира 1305. Мне, пожалуйста, сет из ччаджанмёна с жареным рисом и тхансуюка и еще маленькую колу. Бульон от ччамппона ведь прилагается?
– Конечно. Будет минут через сорок, с вас двенадцать тысяч вон[13].
«Идеальное сочетание», – довольно подумала Дживон, доставая блокнот.
Сорок минут. Вполне достаточно времени, чтобы все обдумать. В этой нелепой ситуации было несколько рабочих версий. Дживон принялась методично записывать их в блокнот.
Первое: Чон Сумин беременна от другого мужчины. В этом случае главный кандидат – менеджер Ким Гёнук. Точнее, уже младший менеджер Ким. Второе: случилось чудо, и она вопреки мизерным шансам забеременела от Пак Минхвана.
Дживон немного подумала и решительно перечеркнула оба пункта.
Сумин явилась в бар, чтобы встретиться с Пэк Ынхо. И пришла она туда с новой укладкой. Какой бы безмозглой и эгоистичной она ни была, она не настолько глупа, чтобы упустить самый легкий и верный способ заполучить Пак Минхвана.
Значит, вывод один: Сумин нагло врет, чтобы окончательно прибрать его к рукам.
– Ну и размах у ее вранья, просто потрясающе, – покачала головой Дживон.
В каком-то смысле она даже была благодарна Сумин за такую активность. Воспоминания о том, как она три дня не решалась потратиться на тарелку лапши и в итоге ела дешевую, быстрого приготовления, окончательно испарились.
Наконец зазвонил домофон. Дживон торопливо нажала на кнопку открытия двери и вышла в прихожую, прислушиваясь. Вскоре послышался гул лифта, который остановился на ее этаже.
«Наконец-то!»
С деньгами наготове она торжественно открыла дверь, но курьер проскочил мимо и нажал на звонок соседней квартиры.
Динь-дон!
– Кто там?
– Доставка!
– Доставка?
Пока Дживон подглядывала в щелку, из соседней квартиры вышел рослый мужчина. Тот самый слуга кота, о котором упоминал Ю Джихёк.
– Тхансуюк и комбо из риса с лапшой, верно? Сегодня без двойной порции? – панибратски спросил курьер.
Мужчина в замешательстве почесал затылок:
– Вообще-то я сегодня ничего не заказывал. Хотя, конечно, очень хотелось бы...
«Значит, это мое!» – Дживон быстро влезла в тапочки и выскочила в коридор.
– Извините, кажется, это мой заказ. Квартира 1305, верно?
– 1305-я? – Курьер быстро сверил чек и неловко извинился: – Да, точно, 1305-я. Простите. Просто я в эту квартиру так часто вожу заказы, что уже на автомате пришел.
– Ничего страшного. Заносите внутрь.
Дживон пошире распахнула дверь и протянула деньги. Сосед, провожая еду тоскливым взглядом, окончательно вышел в коридор и поздоровался:
– А, здравствуйте. Как поживаете?
– Да так, нормально...
Между ними повисла неловкость. Дживон уже собиралась вежливо кивнуть и уйти, как вдруг заметила у своих ног какое-то шевеление и вздрогнула.
– Мяу.
– Пхани! Ты чего выскочил?! – Сосед перепугался даже больше самой Дживон.
– Пхани? Его зовут Пхани?
Дживон присела на корточки и осторожно протянула руку. Кот, словно в отличном настроении, задрал хвост трубой и легонько боднул ее ладонь маленькой головой.
– Мия-я-яу.
– Ой...
Сердце Дживон, которое до этого было сковано льдом, словно арктический ледник, вдруг дало трещину.
– Какой милашка!..
Пхани начал усердно тереться головой о ее руку. Сердце колотилось так быстро, будто она сорвала джекпот на бирже. С нежностью в глазах Дживон принялась гладить кота.
– Какой хороший. Ты такой ласковый!
– Да что это с ним? Он же обычно вообще не нежничает, даже когти выпускает, – пробормотал ошарашенный хозяин и потянулся к коту.
– Ш-ш-ш!
Пхани, который только что наслаждался лаской Дживон, резко ударил белой лапкой по руке соседа и демонстративно завалился на спину, подставляя живот.
– Мя-я-яу.
– О-ой!.. – Дживон принялась вовсю тискать пушистое теплое пузико. – Как же это он не ласковый? Смотрите, какое чудо!
– Да я вам говорю, обычно он другой.
– Какой же ты красавец. Пхани, и когда ты успел стать таким милым? И лапки красивые, и хвостик... – Дживон невольно перешла на сюсюканье.
Она видела этого кота впервые, но он казался ей таким родным и очаровательным, что от избытка чувств едва не щемило в груди.
– Э-э... лапша же совсем размокнет, – деликатно напомнил сосед.
Дживон, чей разум был полностью захвачен Пхани, опомнилась только после этого вежливого замечания. Курьер давно ушел, а в открытой прихожей ее дожидалась остывающая еда.
– Ой, точно. Простите, я залюбовалась, Пхани такой милый.
Она в последний раз погладила кота и поднялась.
– Мяу!
Пхани вскочил и начал тереться о ее ноги, словно умоляя не уходить.
– Ох, Пхани, ну что мне с тобой делать?
Дживон замерла, не в силах сделать и шага. Ей безумно хотелось подхватить его на руки и утащить к себе.
– Давай, до встречи. Обещаю, я тебя еще поглажу.
– Мяу, мия-яу.
Кот начал отчаянно нарезать круги вокруг нее. В итоге Дживон махнула рукой на лапшу и снова присела. Пхани, только того и ждавший, тут же запрыгнул ей на колени.
– Мя-я-яу.
– Серьезно, что с ним сегодня? Он обычно такой высокомерный. Ему даже плевать, когда его хозяин приходит. – Сосед, видя ее замешательство, предложил то, от чего у Дживон загорелись глаза: – Не хотите взять его к себе на время? Вечером заберете.
– Правда? А так можно?
Она даже не пыталась скрыть радости.
– Конечно. Он только что поел, так что просто дайте ему воды.
– Спасибо большое! Я присмотрю за ним и обязательно верну! Пхани, пойдем.
Крепко прижав кота к себе, Дживон вежливо поклонилась и зашла в квартиру.
Лапша слиплась, бульон остыл, а тхансуюк размяк. Но Дживон было все равно. Она сидела в гостиной перед телевизором, одной рукой уплетая еду, а другой поглаживая Пхани, и чувствовала себя абсолютно счастливой.
– У меня когда-то был такой же красивый котик, как ты, – прошептала она позже, лежа на полу рядом с Пхани. Посуду она так и не убрала. – Но он исчез. Наверное, кто-то его забрал, потому что он был слишком маленьким и красивым. Надеюсь, у него все хорошо, как и у тебя.
Пхани ответил коротким ласковым мяуканьем. Так они и валялись на полу, пока Дживон незаметно для себя не погрузилась в сон.
Дин-дон, дин-дон!
Дживон подскочила от звука звонка. Пхани, спавший, прижавшись к ее боку, недовольно вильнул хвостом.
– Ой, прости. Испугался?
Она проспала слишком долго. На столе все еще стояли грязные тарелки, а за окном небо уже окрасилось в багровые тона заката.
Дин-дон!
Снова звонок.
– Наверное, за посудой пришли. Подожди минутку, Пхани.
Она бросилась к двери, но, взглянув на экран домофона, замерла, перестав дышать. Там был Ю Джихёк.
– Точно... Он же твой папа.
– Мия-я-я, – подтвердил Пхани.
Сглотнув, Дживон вышла в прихожую. Ю Джихёк стоял перед полуоткрытой дверью и вежливо кивнул:
– Я пришел за Пхани.
По его лицу и тону можно было подумать, что он пришел не за любимым питомцем, а за опасным преступником.
– Простите. Он такой милый, что я решила его оставить ненадолго, да так и уснула вместе с ним...
– Пхани спал вместе с Кан Дживон? – Ю Джихёк слегка нахмурился и посмотрел на кота.
Как и говорил сосед, кот обычно не обращал внимания на приходы и уходы людей. Но сейчас Пхани сидел у ног Дживон и даже не смотрел в сторону своего хозяина.
– Да. Он очень послушный и ласковый.
Дживон подняла Пхани и в последний раз крепко обняла. Кот даже не пытался вырваться.
– Мия-я-яу.
– Ну все, пора домой. Еще увидимся.
– Мия-я-яу... – тоскливо протянул кот.
Делать было нечего – хозяин пришел. Дживон чмокнула кота в лоб и передала Ю Джихёку.
– Он, наверное, проголодался. У меня дома совсем нет никаких лакомств.
– Я его накормлю.
Ю Джихёк взял Пхани одной рукой. Ю Джихёк и кот. Они и раньше казались странным дуэтом, но вживую это выглядело еще более контрастно.
– Пока, Пхани. До встречи.
– Мяу.
Дживон не могла отвести взгляд. Кто бы мог подумать, что какой-то кот так сильно затронет ее сердце.
– Если захотите его увидеть, можете заходить в любое время. Когда он привыкнет, сможете даже оставлять его у себя на ночь.
Сердце Дживон снова екнуло.
– На ночь?
– Да. Кажется, вы ему очень понравились.
Дживон не нашла в себе сил отказаться. Покраснев, она просто кивнула. Одна только мысль о том, что она будет спать в обнимку с Пхани, наполнила ее душу тихим восторгом.
– А что, неплохо.
– Мне тоже нравится, мама.
Сумин, сияя улыбкой, шла под руку с Джаок. Они находились в роскошном свадебном зале: огромные хрустальные люстры, прозрачный подиум, создающий иллюзию прогулки по воде, – все это выглядело сказочно. Пак Минхван, который плелся за ними с видом живого мертвеца, казался совсем серым.
– Значит, хочешь забронировать?
– У нас мало времени, так что залов с подходящими датами почти не осталось, оппа. – Сумин покачала головой.
Минхван имел в виду совсем другое.
– Я спрашиваю, обязательно ли устраивать церемонию? Может, просто тихо распишемся?
– Ты чего это опять заладил? – Джаок недовольно зыркнула на сына. – Ты у нас единственный наследник. Знаешь, сколько денег мы с отцом раздали на чужие свадьбы? Нужно все вернуть, вплоть до банкета на первый день рождения ребенка. Как ты можешь предлагать отменить церемонию?
– Да я не против свадьбы вообще, я просто предлагаю позже. Мне перед коллегами неудобно.
– Чем позже, тем хуже это выглядит после рождения ребенка. Бронируем сегодня. А пока будете искать жилье, поживете в твоей комнате. Ты ведь не против, дочка?
– Ну... – Сумин погладила свой плоский живот. – Командир говорит, что он не против.
Джаок расплылась в довольной улыбке. Минхван, глядя на это, почувствовал, как в голове все мутнеет. Представив, как он будет стоять у алтаря рядом с Сумин под перешептывания коллег, он почувствовал, как вчерашний ужин подкатывает к горлу.
Только не это. Только не при всех.
Минхван сжал кулаки.
– Ладно. Бронируем.
– Правда, оппа?
– Правильное решение, Минхван. Нам повезло, что в такой замечательный день кто-то отказался и зал освободился. Вы с нашим Командиром просто приносите удачу.
– Но есть одно условие, – твердо прервал их Минхван. – Коллег по работе я не приглашаю. Только родственники, семья, ваши с отцом знакомые и мои близкие друзья. Я во всем остальном уступил, так что здесь будет по-моему.
Глава 59
Свадебный марш (2)
Как ни крути, это был единственный выход. Свадьбу нельзя было ни отменить, ни перенести, поэтому Минхван видел лишь одно решение: сделать так, чтобы на работе о ней узнало как можно меньше людей.
– Почему ты не зовешь коллег? – наседала Джаок.
Сумин, прикусив губу, молча наблюдала за Минхваном.
– Мама, я же там открыто встречался с Дживон! Все были уверены, что мы поженимся. И как я теперь объявлю, что женюсь на Сумин?
– И что теперь, всю жизнь скрываться? Да кто она такая, эта девка! А когда придет время праздновать первый год сына, ты тоже всех разгонишь? – Джаок сорвалась на крик.
Сотрудник свадебного холла, который должен был их сопровождать, растерянно переводил взгляд с одного на другого, не зная, как реагировать на внезапную ссору.
– И на первый день рождения не позову. Тут я не уступлю. Ты что, хочешь, чтобы у меня на работе начались проблемы?
– Из-за какой-то девчонки – и проблемы в карьере? Не мели чепухи!
– Мама, в компании важна репутация. От этого зависит повышение. Ты хочешь, чтобы я до пенсии в младших менеджерах проходил и никогда не встал на ступеньку повыше?
При упоминании повышения и «вечного младшего менеджера» Джаок заметно вздрогнула. Минхван понял, что попал в цель, и решил дожать:
– Друзей я позову. Я только коллег не приглашаю. А свадьбу и праздник для ребенка проведем так, как ты хочешь. Дело не в этой девчонке, просто мне не нужны лишние сплетни.
Минхван редко так решительно шел наперекор матери. А раз на кону стояло повышение... Джаок цокнула языком и повернулась к Сумин:
– Дорогая, тут уж ничего не поделаешь.
– Я не против. – Сумин улыбнулась с ангельским видом.
Ей было плевать, придут ли коллеги. Главное, чтобы явилась Кан Дживон. Остальное не имело значения.
– Матушка, я бы согласилась даже просто обменяться поклонами перед чашей воды, лишь бы с вами и отцом. Он же папа нашего Командира, разве мне может быть что-то не по вкусу? Не переживайте из-за меня.
– Ох, ну что за золотое дитя! Сама бабушка Самсин[14], видать, расчувствовалась и послала нам такое сокровище. Хван, ты уж береги жену и сына. Где ты еще найдете такую девушку?
– Ну что вы, матушка... – Сумин кокетливо прикрыла рот рукой и тихо рассмеялась.
Минхван отвернулся, стараясь не смотреть на нее. Он чувствовал лишь обиду на судьбу: как же все так наперекосяк пошло?
– На сегодня все. Заканчиваем.
Ровно шесть вечера. Ю Джихёк, чей стол всегда сиял безупречной чистотой, отодвинул кресло и поднялся.
– Вы отлично потрудились!
– До завтра!
– Я пошел!
– Младший менеджер Пак, погода шепчет, может, по стаканчику соджу?
Офис мгновенно наполнился шумом: коллеги обменивались прощаниями, пускались в сплетни, которые копили весь день, двигали стулья. Дживон, улучив момент, подошла к Ю Джихёку.
– Начальник, у меня к вам просьба.
– Я сейчас занят.
Джихёк оттянул манжет и взглянул на часы.
– Тогда я позвоню...
– Поговорим по дороге. Спускайтесь на подземную парковку, сектор Е на втором этаже.
Не дав ей вставить ни слова, Джихёк подхватил портфель и стремительно вышел. Дживон вздохнула, но выбора не было. Все равно им по пути, так почему бы не доехать на его машине?
К тому же дома ее ждал Пхани.
Настроение мгновенно улучшилось. С улыбкой на губах Дживон вернулась к столу, чтобы забрать сумку. В этот момент к ней подошла Джуран и заговорщицки взяла под руку.
– Дорогая, ты чего такая сияющая?
– А что, заметно?
– Ну еще бы.
Уголки губ Дживон невольно ползли вверх, буквально крича о том, что у нее случилось что-то хорошее. В последнее время она часто так выглядела: то и дело загадочно улыбалась, подолгу глядя в экран телефона.
– Слушай... – Голос Джуран стал совсем тихим. – Ты что, с кем-то встречаешься?
– Что-о?
Дживон едва не подпрыгнула от неожиданности. Джуран лишь пожала плечами.
– Ну, мне так показалось. Чего ты так пугаешься?
– Просто это звучит дико. Я с мужчинами завязала.
– Тебе же всего двадцать семь, глупенькая. – Джуран со смешком легонько шлепнула ее по руке. – Хотя, знаешь... Бывают женщины, чью жизнь разрушил плохой мужчина, но нет тех, кого погубило его отсутствие. Может, ты и права.
– Золотые слова. Уж лучше жить одной и растить кота. Это куда приятнее.
Отвечая, Дживон уже воображала их совместное будущее с Пхани. Как она будет сквозь сон касаться его мягкой шерстки, как он будет прибегать встречать ее с работы, тереться о ноги и звонко мяукать, выпрашивая вкусняшки.
Дживон невольно рассмеялась вслух. Джуран, с подозрением посмотрев на нее, тоже улыбнулась:
– Завидую я тебе.
– Вам-то чему завидовать, менеджер Ян? Вас же вот-вот повысят.
– Зато у тебя есть выбор.
Тон Джуран сегодня был непривычно тоскливым. И эта ее слабая, грустная улыбка... Дживон не знала, что ответить, и просто промолчала.
– Одиночество – это ведь хорошо. Ты как чистый холст: рисуй что хочешь. А у меня картина уже закончена, остается только закрашивать пустоты, не выходя за контуры.
– Картина...
За разговором они зашли в лифт. Когда Дживон не вышла на первом этаже, как обычно, Джуран удивленно вскинула брови:
– Не выходишь, дорогая?
– Ах... – Дживон запнулась на мгновение. – Я кое-что забыла в офисе. Поднимусь и потом спущусь.
– Ну тогда до завтра. Хорошего вечера.
Джуран помахала рукой. Дживон смотрела на закрывающиеся створки и вдруг поймала себя на мысли, что коллега выглядит гораздо бледнее и изнуреннее, чем раньше.
«Надо будет завтра обязательно вытащить ее в кафе на обеде», – подумала Дживон, коря себя за то, что в последнее время из-за своих дел совсем забросила общение с ней.
Сектор Е на втором подземном этаже находился в самом углу, где почти никто не ходил. Дживон, словно герой шпионского фильма, быстро скользнула к черному седану и открыла пассажирскую дверь.
– Начальник.
– Садитесь. Нам нужно кое-куда заехать.
Дживон решила, что они едут домой, и, пристегивая ремень, сразу перешла к делу:
– Как там сегодня Пхани?
– Он в клинике. Мы как раз едем за ним.
– Что?!
Сердце у Дживон ушло в пятки. Она широко раскрытыми глазами уставилась на Ю Джихёка.
– Почему в клинике? Он заболел? Это из-за тех лакомств, что я купила позавчера?
– Спокойно. Это просто плановый осмотр. Сейчас заберем его и поедем домой.
– Фух, осмотр... – Дживон выдохнула, чувствуя себя немного глупо из-за своей паники.
– Ему уже прилично лет, – добавил Джихёк. – Ветеринар сказал, что в таком возрасте обследования должны быть регулярными.
– Он же выглядит совсем как котенок.
– Ему семь лет. Не старик, конечно, но уже и не малыш. Теперь будем проверяться каждый год.
Дживон в очередной раз поразилась тому, как сильно Джихёк дорожит своим котом.
– А когда он у вас появился?
– Когда еще только от матери отняли. Думал, пристрою куда-нибудь, но желающих не нашлось, вот он и прижился.
– Ну еще бы, он же такой милашка.
Дживон уже представляла, как Пхани запрыгнет к ней на колени, и ее пальцы невольно зашевелились, имитируя поглаживания. Сердце радостно забилось при мысли о том, как она накормит котика вкусняшками после всех этих больничных процедур.
– 0227, – вдруг произнес Джихёк.
– Простите?
– Ноль, два, два, семь.
Он медленно выделил каждую цифру. Немного помедлив, он добавил:
– Если меня не будет дома, вводите этот код и заходите. Пхани будет рад.
Похоже на дату – 27 февраля.
«День рождения, что ли?» – подумала Дживон, но спрашивать не стала.
– Я не буду заходить без спроса. Но если возникнет необходимость присмотреть за ним, обязательно дайте знать.
Пока Дживон смотрела в окно, на губах Джихёка, сосредоточенно следящего за дорогой, промелькнула едва заметная улыбка.
– Ыа-а-а-ах...
Сумин, которая до рассвета заигралась в игру, где надо было выпекать булочки, проснулась только после полудня.
– Как же сладко я спала!
Как же хорошо не ходить на работу!
Она довольно хмыкнула и погладила свой плоский живот.
– Проснулась, дорогая? – послышался из-за двери голос Джаок.
– Да, матушка! – тоненьким голоском отозвалась Сумин и принялась наспех приводить в порядок волосы.
«Ничего, – думала она, – можно еще поваляться, но есть-то хочется».
– Я так поздно встала, совсем заспалась, – запричитала Сумин, выйдя из комнаты и виновато склонив голову. – Простите меня, матушка.
Джаок лишь ласково улыбнулась:
– Беременных всегда в сон клонит, это дело житейское. Вот, пообедай и займись-ка делом, отдохни душой.
С этими словами Джаок протянула ей кусок ткани и иголку. Сумин непонимающе нахмурилась:
– А это что?
– Как что? Таланты развивать будем. Чтобы сын родился способным, нужно пальчиками работать. Ты же у нас мастерица на все руки, справишься? Хо-хо-хо!
«Самой, что ли, эту ерунду шить?» – Сумин едва сдержала раздражение. Она-то планировала после обеда снова засесть за игру.
– Конечно! Спасибо, что так заботитесь о нас, матушка.
Она привычно включила режим «очаровашки».
– Ну, бабушке и положено заботиться. Пошли есть, проголодалась небось?
– Да-а-а. Командир говорит, что сегодня очень хочет говядины.
Стоило Сумин упомянуть мясо, как Джаок тут же помчалась в мясную лавку и купила самую дорогую мраморную говядину. Сумин, не пошевелив и пальцем, сидела за столом и только успевала отправлять в рот кусочки, которые подкладывала ей свекровь.
– Просто тает во рту, матушка. Как вкусно!
– Говорят, если тянет на мясо – будет сын. Видно, наш Командир растет крепышом!
Джаок даже забыла про свою тарелку, только и делала, что подкладывала Сумин лучшие куски.
– А вот и суп готов. Погоди-ка, дорогая.
Она поставила на стол тяжелый каменный горшочек. По кухне разлился густой аппетитный аромат соевой пасты.
Сумин замерла, глядя на суп.
Она всегда была голодна. В детстве мать почти не кормила ее, а в школе она вечно недоедала, стараясь поддерживать образ «хрупкой красавицы». Ее маленький рост, который она всегда считала своим комплексом, наверняка был результатом того детского недоедания.
Когда она возвращалась домой после целого дня голодовки, там шаром покати: в лучшем случае старая заветренная перечная паста, сушеные анчоусы да пожелтевший жесткий рис.
А вот Дживон всегда была сыта. Она хвасталась, что съедает целый поднос еды в школе, а дома ее ждет добавка.
И ее всегда любили.
Сумин до сих пор помнила тот шок, когда впервые увидела отца Дживон.
– Наша принцесса пришла? Проголодалась? Ой, а это кто с тобой? Подружка нашей принцессы?
– Ага. Это моя лучшая подруга. Пап, кушать давай!
Стоило им войти, как в нос ударил этот самый густой запах супа с соевой пастой. Отец в фартуке, с половником в руке, сиял от счастья, встречая их.
– Красавица какая, прямо как наша Дживон. Только чего ж такая худенькая? Заходи почаще, я тебе таких вкусностей наготовлю!
В тот день Сумин впервые попробовала домашний суп.
Это было безумно вкусно. И в тот момент она возненавидела Кан Дживон, которая воспринимала эту заботу как должное и еще капризничала, мол, почему нет яичных рулетиков. Сумин казалось, что было бы справедливо, если бы Дживон тоже ела вонючую старую пасту с объедками риса.
Слеза скатилась по щеке и упала прямо в чашку с белоснежным рисом.
– Деточка, ты чего? Плачешь? Неужели невкусно? Или тошнит? – Джаок всполошилась и заглянула ей в лицо.
– Нет... Просто очень вкусно. – Сумин всхлипнула и зачерпнула суп. Этот суп, сваренный Джаок со всей душой, был ничуть не хуже того, из ее детства. – Никогда не ела такого вкусного супа. Я обязательно научусь и буду так же вкусно готовить для Минхвана.
– У беременных глаза всегда на мокром месте. Я тебя всему научу, ешь на здоровье. И о Минхване не забывай заботиться.
– Да, матушка.
Сумин утерла слезы и снова принялась за мясо. Она была счастлива. Это было то самое счастье, которое она ни за что не хотела выпускать из рук.
– Ешь больше. Матери наследника нельзя быть такой худой. Вот, салат возьми.
Благодаря стараниям Джаок, Сумин могла не скромничать. Она наелась до отвала и только тогда отложила палочки, довольно улыбаясь.
– Фух, я совсем сытая. Спасибо, матушка.
– Ну еще бы чуть-чуть... Это же все для внука. – С легким сожалением Джаок доела остатки мяса и принесла с балкона какую-то коробку. – Раз поела, выпей-ка вот это.
– Это лекарство?
На коробке было название клиники восточной медицины. Пока Сумин в недоумении разглядывала упаковку, Джаок надрезала один из пакетиков и протянула ей.
– Это экстракт карпа. Говорят, для беременных – лучшее средство.
– Экстракт... карпа?
Звучало сомнительно. Забыв о недавнем умилении от супа, Сумин нехотя взяла пакетик. В нос тут же ударил тошнотворный, тяжелый запах сырой рыбы.
– У-ух! – Сумин резко отвернулась, едва сдерживая рвотный позыв.
Но Джаок это ничуть не смутило.
– Для мальчика это самое полезное. Зажми нос и пей залпом. Ты хоть знаешь, как трудно в наши дни достать настоящий экстракт карпа?
Глава 60
Свадебное приглашение
– Матушка, я не могу...
– Что значит «не могу»? Эту вытяжку нужно пить с самого начала беременности, чтобы ребенок рос крепким, а роды прошли легко. Тут всего-то пара глотков, пей быстрее.
«Да нечему там расти», – подумала Сумин.
Она с трудом сглотнула слова, подступившие к самому горлу, и стиснула зубы.
– Хорошо... я выпью.
– Вот и умница. Пей давай.
Джаок пристально наблюдала за ней, так что вылить сок было некуда. Сумин зажала нос и залпом влила в себя противную жидкость из карпа. Джаок стояла рядом и выжимала пакетик до последней капли, пока не убедилась, что невестка выпила все дочиста.
– У-у-угх!
Стоило отпустить нос, как к горлу подкатила тошнота. Казалось, сейчас наружу выйдет даже та вкуснейшая мраморная говядина, которой ее потчевали недавно.
– Если стошнит, заставлю пить заново. Даже если воняет рыбой, терпи. Собираешься стать матерью, а с такой мелочью справиться не можешь?
На глазах у Сумин заблестели слезы. На этот раз они не были притворными или вызванными избытком чувств. Ей было просто невыносимо тошно от этого рыбного послевкусия.
– Запей водичкой. Вот так, молодец. – Джаок, сияя от удовольствия, подала ей стакан теплой воды. – Пей по два пакетика в день: утром и вечером. И чтобы ни одного пропуска!
– Это... по два в день?
Ей и один-то дался с трудом, а теперь нужно пить по два каждый день. Сумин посмотрела на свекровь так, словно ей только что зачитали смертный приговор.
– Хочешь родить достойного сына – терпи, это малая цена. Когда я носила Минхвана, о такой роскоши и не мечтала. Мне и предложить-то некому было, не то что заботиться!
«Значит, сама-то ты это не пила», – с обидой подумала Сумин. Она уже собиралась что-то возразить, как вдруг в дверь позвонили.
– Кто это?
Джаок вытерла руки о фартук и пошла в прихожую. Только тогда Сумин смогла опуститься на пол и дать волю позывам к рвоте, хотя тошнить было уже нечем.
– Бе-э... Кхе, бе-е!
Легче не стало, в животе только сильнее закрутило.
Пошатываясь, Сумин поднялась и пошла за Джаок. Курьер как раз заносил в квартиру тяжелую коробку.
– Вы что-то заказывали?
– Ваша свадебная полиграфия приехала. А ну-ка, деточка, присаживайся и начинай складывать пригласительные. Нужно разослать их всем родственникам.
– Приглашения? Но мы их еще даже не заказывали...
– Мама обо всем позаботилась. Откуда у вас время на такие пустяки? Я уже и платье, и ханбок[15] выбрала, тебе останется только прийти и надеть.
– Платье? И ханбок? Но я их даже не видела.
– Я же говорю – мама сама выбрала. Беременной нужно сидеть дома, заниматься дородовым воспитанием и пить сок карпа. Вот и все. Тебе несказанно повезло, где ты еще найдешь такую свекровь?
– А как же свадебная фотосессия?
– Ой, да что ты такое говоришь! Ты же в положении, какая еще фотосессия? Все эти снимки – пустая трата денег, их потом никто и не смотрит. Сплошной маркетинг. Вот родишь, тогда и сделаем нормальное семейное фото.
– Матушка, но в салон-то я должна съездить сама!
От неожиданности Сумин повысила голос, и Джаок тут же посмотрела на нее жутким взглядом.
– Минхван до сих пор не горит желанием устраивать церемонию, а если ты начнешь таскать его по салонам, он и вовсе вскипит. И как ты себе это представляешь – заставлять парня, который и так на работе упахивается, еще и по выходным с тобой таскаться? Если так пойдет, то и свадьбы никакой не будет!
Она была настроена решительно, совсем не так, как когда жарила для Сумин говядину. Сумин не нашлась что ответить и лишь беззвучно шевелила губами. Она всерьез испугалась, что торжество могут отменить и ей так и не удастся примерить свадебное платье.
– Хорошо, матушка...
Проглотив обиду, Сумин открыла коробку. Внутри лежала стопка пестрых открыток с изображением мультяшных жениха и невесты в традиционных нарядах.
– Ну как? Красиво, правда?
«Деревенщина», – пронеслось в голове у Сумин. Она мечтала о лаконичных, стильных приглашениях с золотым тиснением.
– Да, матушка. У вас великолепный вкус.
С трудом выдавив комплимент, Сумин достала телефон. Был человек, которому она хотела сообщить об этой новости в первую очередь.
Ответ пришел минут через пять.
Сумин так и подмывало заснять лицо Дживон, когда та увидит приглашение.
– Готово.
Уголки губ Сумин поползли вверх в предвкушении.
В корпоративном мессенджере всплыло окно от Минхвана. Дживон, поморщившись, уже хотела его закрыть.
С соседнего стола донесся торопливый стук клавиш – Минхван явно спешил.
«Интересно, какую чушь он напишет на этот раз?» – подумала Дживон и, скрестив руки на груди, уставилась в монитор.
Дживон ничего не отвечала, и Минхван, занервничав еще сильнее, застрочил быстрее:
Только тогда Дживон положила руки на клавиатуру и небрежно набрала ответ:
Минхван явно хотел написать что-то еще, но в этот момент в отдел вошел Ю Джихёк. Своим звучным голосом он привлек внимание всех сотрудников:
– Минутку внимания.
Следом за ним появился старший сотрудник Ли Джунсок с огромной коробкой в руках. Сотрудники отвлеклись от дел и обернулись к ним.
– С сегодняшнего дня в первом департаменте маркетинга будет работать старший сотрудник Ли Джунсок.
– Рад знакомству! – Ли Джунсок вежливо поклонился. – Я долгое время работал в департаменте разработок, поэтому в маркетинге могу чего-то не знать. Прошу вас, коллеги, наставляйте меня!
Раздались одобрительные аплодисменты. Ю Джихёк обвел взглядом офис и остановился на Дживон:
– Прошу прощения, Кан Дживон.
– Да?
Джихёк указал на стол рядом с Ю Хиён. Раньше там сидела Сумин, но сейчас место пустовало.
– Не могли бы вы пересесть? Будет лучше, если вы введете Хиён в курс дела. А Джунхёк займет ваше старое место и будет перенимать опыт у Ян Джуран.
Дживон едва не подпрыгнула от радости. Сидеть рядом с Пак Минхваном было невыносимо, но и демонстративно просить о пересадке она не могла – просто ждала дня своего увольнения.
– Да, конечно. Пересяду прямо сейчас. Старший сотрудник Ли, поможете мне переставить компьютер?
Она ответила максимально буднично, хотя лицо Минхвана заметно перекосило. Разумеется, ей было на это плевать.
– Конечно, помогу, – с открытой улыбкой отозвался Джунсок.
С его помощью переезд прошел мгновенно. Дживон в прекрасном настроении дала пять Хиён и устроилась на новом кресле.
Джуран была искренне рада Джунсоку. На первой встрече он показался ей излишне придирчивым, но как только дело дошло до работы, он проявил потрясающую хватку, скорость и точность. С таким талантом он быстро освоится в маркетинге.
– Добро пожаловать. Теперь мы настоящие коллеги, – улыбнулась Джуран, обернувшись к нему.
– Мне повезло стать коллегой младшего менеджера Ян.
– Это мне повезло, что вы к нам пришли. Надеюсь на плодотворную работу.
– Начальник, у меня вопрос! – Хиён резко вскинула руку.
Джихёк кивнул ей:
– Слушаю.
– А у нас будет корпоративный ужин? У нас же новый сотрудник!
– Я так и думал, что вы об этом спросите. – Все рассмеялись. Кроме Минхвана и вечно серьезного Джихёка. – Что ж, проведем небольшой ужин. Пусть идут только те, кто хочет, никакого принуждения. Хиён, раз вы предложили, выберите место, согласуйте бюджет с менеджером Кан и бронируйте стол.
– Ура! Спасибо!
Конечно, самая вкусная еда – та, что куплена на деньги компании. Хиён, предвкушая бесплатный ужин, с азартом открыла свой тщательно составленный список лучших ресторанов города.
– Так-так, что же выбрать... где у нас кормят вкуснее всего?
Выбор Хиён никогда не разочаровывал. Благодаря ее вкусу явка на корпоративы первого департамента маркетинга составляла почти девяносто восемь процентов. Ходили практически все, за исключением разве что Джуран.
«Я бы тоже не отказалась», – подумала Дживон, предвкушая поход в какое-нибудь изысканное место. Но тут она вспомнила, что на сегодня у нее запланирована встреча с Сумин.
Ресторан, который ждет ее, или Сумин с ее «подарком»?
Разум твердил: «Иди к Сумин», а желудок требовал корпоратива. Дживон мучилась от выбора.
– Я определилась, помощник Кан! – торжественно объявила Хиён и отправила письмо.
Ресторан оказался весьма дорогим. Фотографии сочных стейков, изысканной пасты и бокалов красного вина приковали взгляд Дживон. Такое пропускать было нельзя.
– Ну как? Потрясающе, да? Качество на высоте за свои деньги. Это выйдет даже дешевле, чем вести толпу в забегаловку жарить свинину под соджу. А паста там – просто пальчики оближешь!
– Идеально. Хиён, если бы у нас был отдел по организации праздников, вы бы точно стали его начальником.
Дживон всерьез похвалила ее и тут же утвердила заявку. А встречу с Сумин можно перенести и на завтра. Она уже открыла мессенджер, чтобы отправить сообщение, но ее рука замерла.
Дживон задумалась, что за игру затеяла подруга. И тут ее осенило.
Сумин и Минхван женятся. Минхван хочет скрыть это от коллег. Сумин хочет что-то ей вручить. Что может отдать подруга перед самой свадьбой? Только одно.
Приглашение.
Дживон попыталась вспомнить, как это было в ее первой жизни.
Там тоже был корпоратив. Она, тогда еще робкая и забитая, сидела, низко опустив голову, а Минхван обходил коллег и раздавал приглашения.
«Надо же, и правда женятся».
Она не поднимала глаз, но отчетливо слышала скептические голоса коллег:
«Поздравляю, помощник Пак».
«Счастья в личной жизни».
Дживон тогда едва не уткнулась лицом в стол. Ей было невыносимо ловить на себе их взгляды, в которых читалось: «И почему Минхван выбрал ее?»
А Сумин в то время так картинно радовалась, так суетилась...
«Дживон, я так рада! Вы такая красивая пара. Букет ведь достанется мне, да? Давайте все поаплодируем этим голубкам!»
Это были приглашения, которые никто не принимал с искренней радостью.
– Хиён.
Хиён, серьезно изучавшая меню, обернулась:
– Да?
– Когда будешь бронировать ресторан, сделай это на мое имя.
– На ваше, менеджер Кан?
– Да, пожалуйста.
– Без проблем! – Хиён широко улыбнулась.
Дживон улыбнулась в ответ, слушая, как коллега заказывает столик.
– Я вся сияю, глаз не оторвать... но-но-но-но-но...
Сумин, нарядившись, крутилась перед зеркалом. Подол ее нежно-голубой юбки взлетал облаком при каждом повороте.
– Деточка, ты куда это собралась?
– Ой, напугали! – Сумин вздрогнула от внезапного появления Джаок, которая вошла без стука, но тут же вернула голосу кокетливый тон: – Пойду приглашение подруге отдам.
– Юбка слишком короткая. Разве можно беременной так ходить?
Юбка была вполне обычной длины, до колен. Сумин потянула за край, пытаясь возразить:
– Да не короткая она вовсе. Если надеть длиннее, ноги будут казаться толстыми.
Джаок полностью проигнорировала ее слова и резко распахнула шкаф.
– Это тоже короткое. А тут узор вульгарный. И это что еще такое? Выбросить немедленно! Хотя нет, я сама все соберу и выкину.
Она перерыла весь гардероб и выудила черное платье длиной почти до щиколоток.
– Вот это еще куда ни шло. Надевай и иди.
– Но оно же совсем не модное!
– Тебе сейчас не о моде надо думать, а о том, чтобы позор на нашу семью не навлечь. Ты теперь не просто девица, ты невестка семьи Пак, жена Минхвана и мать Командира!
От резкого голоса Джаок у Сумин заныло в висках. Но деваться было некуда – Джаок была ее единственной опорой, и перечить ей она не смела.
В итоге Сумин скрепя сердце надела это старомодное черное платье и позвонила Дживон.
– Да, Сумин.
Голос Дживон звучал мрачно. Сумин это даже приободрило.
– Рабочий день уже заканчивается. Где встретимся?
– Пойдем в одно хорошее место. Как насчет стейков и пасты?
– Ой, как здорово! Сумин обожает стейки и пасту больше всего на свете!
Она изобразила преувеличенную радость. В трубке послышался сухой, невеселый смешок Дживон:
– Тогда я скину адрес. Забронирую на имя Кан Дживон, приходи к семи.
Сумин проверила сообщение и достала зеркальце, чтобы поправить макияж. Платье было ужасным, но лицо по-прежнему оставалось прекрасным, а локоны лежали идеальными волнами.
– Скоро увидимся, Дживон.
На губах Сумин заиграла милая улыбка.
Глава 61
Коллега, любовница начальника, подруга возлюбленной своего парня
Ресторан, который забронировала Дживон, оказался довольно внушительным. Сумин сразу приглянулся современный интерьер и негромкий джаз, идеально дополнявший атмосферу.
– Добро пожаловать. Вы бронировали столик? – вежливо поинтересовался хостес.
Сумин расплылась в лучезарной улыбке:
– Да. На имя Кан Дживон.
– Прошу за мной.
Сотрудник проводил ее в самую глубину зала. Место было устроено так, что вместо дверей кабинки отделяли легкие занавески, за которыми не было видно сидящих внутри.
– Приятного вам вечера.
С этим дежурным, но учтивым пожеланием сотрудник отодвинул штору. Разговоры в кабинке мгновенно смолкли. Люди, сидевшие за столом в непринужденных позах, разом обернулись и уставились на вошедшую.
– !..
Сумин замерла на пороге, не в силах ни сделать шаг вперед, ни сбежать. Дыхание перехватило.
– Чон Сумин? – недоуменно протянул кто-то.
Следом раздался звонкий голос Хиён:
– Сумин-онни? А вы как здесь оказались?
В кабинке в полном составе собрался первый департамент маркетинга. Здесь был и Ю Джихёк, и даже Джуран, которая вечно пропускала корпоративы, и старший сотрудник Ли Джунсок из департамента разработок. Пак Минхван смотрел на Сумин в упор, его глаза округлились до предела.
Весь их вид, само напряжение, повисшее в воздухе, кричали об одном: Чон Сумин здесь не место.
– А, я... Дживон... – пролепетала она.
Сумин уже была готова попятиться и скрыться, как вдруг за ее спиной снова шевельнулась занавеска.
– Пришла?
Сумин резко обернулась. Дживон сверху вниз смотрела на нее спокойным взглядом.
– Немного опоздала.
Мягко произнеся это, Дживон обняла Сумин за плечи и уверенно завела внутрь.
Один стул пустовал – точь-в-точь там, где нужно, словно его специально приберегли для Сумин. Вернее будет сказать, его освободили намеренно: это было место рядом с Пак Минхваном, на котором только что сидела сама Дживон.
– Простите за внезапность, – с неизменной улыбкой обратилась Дживон к коллегам, собственноручно выдвигая стул для Сумин. – Хоть Сумин и уволилась при не самых приятных обстоятельствах, у нас есть важная новость. Вот я и решила воспользоваться случаем и собрать всех на этом ужине.
На периферии зрения Сумин заметила, как кулак Минхвана под столом сжался до белизны в костяшках.
– Новость? Так внезапно? – переспросила Хиён, не переставая усердно жевать кусок стейка.
– Радостная новость. Впрочем, скоро вы и так все узнаете.
Дживон за плечи усадила Сумин возле Пак Минхвана. Ровно на то же самое место, которое сохранилось в ее памяти из прошлой жизни.
Когда место рядом с Минхваном оказалось занято, остался лишь один свободный стул. Дживон прямиком направилась к нему и села. Сидевший рядом Ю Джихёк тут же достал для нее чистые приборы и положил перед ней.
– Продолжайте ужинать, – негромко сказал он.
После его слов оцепенение спало, и все снова застучали вилками. Однако косые взгляды и все внимание по-прежнему были прикованы к Сумин.
– Ну же, Сумин, не хочешь ничего сказать? Все ждут, – спросила Дживон, небрежно накручивая пасту на вилку.
Сумин с трудом разомкнула побелевшие губы:
– Я... это... все так неожиданно...
Под столом Пак Минхван мертвой хваткой вцепился в ее ладонь.
«Заткнись, – отчетливо прозвучал в ее голове его яростный шепот. – Скажи, что тебе нужно в дамскую комнату, и уходи. И больше никогда не смей общаться с Дживон».
Если бы Минхван в своем приказе не упомянул Дживон, Сумин, возможно, и промолчала бы. Но он совершил ошибку – он все еще плохо знал, на что способна Чон Сумин.
Уголки ее глаз, только что испуганно приподнятые, мгновенно смягчились. Щеки залил нежный румянец, а на губах заиграла светлая, открытая улыбка. Она выглядела очаровательно – точь-в-точь героиня романтической манхвы.
– Простите, что уволилась так внезапно, даже не попрощавшись как следует.
Сумин поднялась со своего места. Минхван дернулся, хотел было усадить ее обратно, но, поймав на себе взгляды коллег, осекся и опустил руку.
– Дело в том, что... я выхожу замуж.
Сотрудники изумленно открыли рты. Свадьба? Вдруг? С кем? Неужели с тем самым человеком?
– Сва-а-адьба-а-а?! – первой выдала Хиён, и тут же на Сумин посыпался град вопросов:
– Чон Сумин, серьезно? Замуж?
– С тем самым... ну, с ним?
Под «тем самым», разумеется, подразумевался Ким Гёнук. Все в компании и так считали их парой.
– Кого же вы имеете в виду? – кокетливо переспросила Сумин и достала из сумочки белоснежный конверт.
Свадебное приглашение.
Увидев его, Пак Минхван рефлекторно схватил ее за запястье:
– Не смей!
Он осознал, что совершил оплошность, лишь секунду спустя, когда почувствовал, как в кабинке повисла жуткая тишина.
– Менеджер Пак, ты чего? Аж покраснел весь, – заметил менеджер Хван, приятель Минхвана.
Пока Минхван в замешательстве отпускал ее руку, Сумин невозмутимо извлекла из конверта открытку и развернула ее.
– Мы женимся. Менеджер Пак и я.
Мир словно замер. Все только и успевали переводить взгляд с Минхвана на Сумин, затем на приглашение и, наконец, на Дживон. Та, глядя на нож в руке Хиён, который та сжала как оружие, направленное на парочку, едва сдержала смешок.
– Поздравляю! Вы правда отличная пара. Сумин, ты же кинешь мне букет? – Дживон первой нарушила тишину и начала хлопать, призывая остальных присоединиться. – Ну что вы застыли с такими лицами? Давайте же, похлопайте ребятам.
Остальные неуверенно захлопали в ладоши. Поздравления звучали натянуто, в них не было ни грамма искренности.
– Поздравляю... ага...
– Что же вы раньше не сказали... хе-хе...
Хиён, вместо того чтобы хлопать, с яростным скрежетом возила ножом по тарелке, кривя губы в зловещей усмешке.
Пак Минхван низко склонил голову. Сумин же, будто не замечая всеобщего шока, продолжала отвешивать поклоны каждому сотруднику.
– Спасибо! Мы будем счастливы. Спасибо, спасибо большое!
– Хватит уже.
Когда Минхван в открытую сжал руку Сумин, обстановка стала еще более неловкой. Никто, даже Хиён, не притронулся к еде. Паста безнадежно разбухла, стейки остыли и стали резиновыми. Дживон наблюдала за этой до боли знакомой сценой, потягивая вино.
– Простите. Нам пора. – Минхван резко встал и потянул Сумин за собой.
– Погоди, Сумин. – Голос Дживон звучал негромко, но все присутствующие мгновенно подобрались. – Оставь приглашение. Ты ведь принесла его, чтобы отдать мне?
Сумин крепче сжала конверт. На белой бумаге четко выделялись слова:
Любимой Дживон.
– Давай сюда.
Дживон не стала вставать – она просто протянула руку. Сумин смотрела ей в лицо, все еще сжимая приглашение. Она искала в этом взгляде хоть что-то: гнев, горечь, ревность или унижение.
– Ой, совсем из головы вылетело. Вот, держи.
– Спасибо.
Но ожидаемой реакции не последовало. Дживон приняла конверт и раскрыла его с таким спокойствием и легкостью, каких Сумин никак не ожидала.
– Обязательно приду. Еще раз поздравляю.
Сумин была в полном смятении. «Почему у нее такое лицо? Ей что, совсем не больно? Неужели она не ревнует? Как она может быть такой спокойной?»
– Пошли скорее!
Минхван, стиснув зубы, буквально уволок Сумин прочь. Она до последнего не сводила глаз с Дживон, пока не скрылась за занавеской.
– Ого...
Менеджер Хван непроизвольно выдохнул это слово и тут же испуганно закашлялся.
– Я, может, чего-то не понимаю... – начал Ли Джунсок, который до этого лишь пытался сообразить, что происходит. – Что это вообще было? Кто так объявляет о свадьбе?
Сотрудники прятали глаза, не зная, что ответить. Атмосфера была безнадежно испорчена. Ю Джихёк осушил уже третий стакан вина. Когда он потянулся за бутылкой, чтобы налить четвертый, Дживон перехватила ее.
– Дайте я выпью.
Глоть, глоть.
Она осушила бокал в два приема и вытерла губы.
– Мне тоже пора. Увидимся завтра.
Ее сдержанность, отсутствие всяких жалоб и нытья вызвали у коллег еще больше сочувствия. Стоило Дживон выйти, как Хиён с силой вонзила вилку в стейк, давая волю гневу.
– Что это за дрянь?! Простите, но это же просто... позорище! Такого треша даже в утренних сериалах не покажут!
Окончательно сбитый с толку Ли Джунсок повернулся к ней:
– Да объясните вы наконец, почему это «треш»?
– А вы как думаете?! – Хиён принялась остервенело кромсать мясо, словно представляя на его месте Минхвана и Сумин. – Менеджер Пак вообще-то собирался жениться на менеджере Кан! И cколько времени назад они расстались-то? А он уже с ее подругой!..
– Ю Хиён, это личное дело, – негромко предостерег ее Ю Джихёк.
Он вытащил из внутреннего кармана пиджака корпоративную карту и положил ее на стол.
– Я пойду. Хиён, оплатите счет этой картой, завтра приложите чек к отчету.
– А еще вина можно заказать?
– В разумных пределах – сколько угодно.
Ю Джихёк оставил карту и вышел. Едва за ним закрылась штора, Хиён заказала еще две бутылки вина и начала свою гневную тираду по второму кругу:
– Ладно, если бы просто встречались, но свадьба? Сва-а-адьба?!
– Ну а что такого? – вставил менеджер Хван, пытаясь выгородить приятеля из мужской солидарности. – Менеджер Пак с Дживон все равно расстались. Естественно, что мужчина ищет женщину покрасивее.
Тон Хиён стал еще резче:
– Вы думаете, свадьбы за один день решаются? Да Ким Гёнук тогда не пальцем в небо тыкал, он в самую точку попал! Они крутили за спиной у менеджера Кан еще до того, как они с менеджером Паком расстались!
– А ведь и правда... – Менеджер Хван хлопнул себя по колену.
В головах сотрудников пазл начал стремительно складываться в неприглядную картину.
– Я обычно не лезу в чужие дела, – подала голос Джуран, до этого хранившая молчание. – Но это уже ни в какие ворота. Прийти на корпоратив и размахивать приглашением – верх бесстыдства. – Она пробормотала это как бы самой себе, но следующая ее фраза заставила всех окончательно потерять дар речи: – Впрочем, если бы у них были мозги, они бы не поженились по залету.
В кабинке воцарился хаос:
– По за-за-за-за-лету?!
– Что за ерунду вы говорите? Какой залет? Она беременна?
– Менеджер Ян, вы хотите сказать, что они женятся, потому что она забеременела?
В обычной ситуации Джуран никогда бы не стала обсуждать такое. Но сегодня она была слишком зла. Если бы не приличия, она бы с удовольствием вцепилась в волосы этой парочке и популярно объяснила им все, что о них думает. Хиён бы наверняка ей помогла.
– Помните того клиента с аллергией, из-за жены которого мне пришлось в больницу ездить? Тогда Чон Сумин пришла извиняться и вдруг ляпнула, мол, у нее перепады настроения из-за беременности!
Гнев Джуран закипал. Она схватила бокал вина, к которому до этого не прикасалась, и опрокинула его, как стопку водки.
– Я-то, дура, думала, что это она от Ким Гёнука... ну, от Ким Гёнука забеременела! Кому бы в голову пришло, что это менеджер Пак! Я сама мать, я понимаю: если они уже и срок знают, и пригласительные напечатали, значит, они вместе минимум месяца три-четыре. А это значит... что они спали задолго до того, как он расстался с Дживон! И после этого они приходят сюда? Объявляют о свадьбе у всех на глазах, как ни в чем не бывало? Это уже не личное дело, это отсутствие элементарной морали! Если Дживон даст делу ход, их по внутреннему уставу компании затаскают. У менеджера Пака вообще совести нет!
Ли Джунсок молча подлил коллеге вина. Джуран снова осушила бокал и с грохотом поставила его на стол.
– Значит, он бросил Дживон, а сам прикинулся жертвой? А мы-то, идиоты, еще его жалели, шептались, какая Дживон стерва и как она его довела! А она, судя по всему, давно все знала, потому и ушла. Как она только сохраняет такое спокойствие? Не представляю... Менеджер Хван, ну скажите хоть что-нибудь!
– А чего я-то сразу?! – вскрикнул Хван, на которого обрушился этот праведный гнев.
Хиён едко усмехнулась:
– Вы же говорили, что для мужчины главное – чтобы женщина была красивая? Ну вот, любуйтесь. Красота теперь важнее порядочности?
– Ну, я же не знал всех обстоятельств...
Менеджер Хван вжал голову в плечи. Ему очень не хотелось попасть под раздачу вместе с Минхваном, хоть они и были друзьями.
– М-да, менеджер Пак в самом деле перегнул палку. Изменить невесте, обрюхатить другую и притащить ее на корпоратив... К тому же ладно бы просто девицу с улицы, так нет...
– Коллега по офису, любовница начальника и подруга возлюбленной в одном флаконе! – Хиён хлестко закончила фразу, которую менеджер Хван не решался произнести вслух.
Глава 62
Пути назад нет
– Оппа, ну помедленней! Я же сейчас упаду.
Пак Минхван даже не обернулся на просьбы Сумин. Он быстро зашагал к машине и рывком распахнул дверцу переднего пассажирского сиденья.
– Садись.
– Оппа...
– Садись, я сказал!
Минхван буквально впихнул Сумин в салон, словно бесформенный тюк, и сам запрыгнул на водительское место. От грохота захлопнувшейся двери плечи Сумин мелко задрожали.
– Ты зачем вообще туда приперлась? – Минхван едва сдерживался, чтобы не сорваться на крик и отборную ругань, отчего его голос стал хриплым и неприятно скрежещущим. – Ты что, решила меня подставить? Я же тебе сколько раз повторял: коллег звать не будем! Сказал же: сиди тише воды ниже травы. Это что, так сложно? Из-за тебя я теперь в офисе глаз поднять не смогу! И как ты собираешься это исправлять?!
Сумин смотрела в окно на вереницы припаркованных машин, стараясь пропускать слова Пак Минхвана мимо ушей.
Воспоминания одно за другим больно жалили, как укусы в затылок. Недоуменные лица сотрудников, смотревших на нее как на незваную гостью; бесконечный скрип ножа Хиён по тарелке; взгляды, полные презрения и брезгливости.
– А что я такого сделала?..
– Что?!
Лицо Минхвана перекосило еще сильнее. Но на этот раз Сумин не отступила – она резко повернулась и в упор посмотрела на него:
– Ты думаешь, я сама туда рвалась? Это все Кан Дживон подстроила. Не я хотела тебя подставить, а она!
Сумин едва не подпрыгивала на месте от охватившего ее чувства несправедливости. Эти ледяные взгляды, это отношение как к мусору, которому здесь не место... Все это должно было достаться Кан Дживон! Так должно было быть, так было всегда.
– Не смей даже рот открывать про Дживон. Если я еще хоть раз услышу от тебя ее имя – никакой свадьбы не будет. Я тебя из жизни вычеркну, даже если придется с семьей разругаться, – с неприязнью бросил Пак Минхван.
Для него, маменькиного сынка до мозга костей, привыкшего проявлять сыновнюю почтительность исключительно на словах, это было равносильно объявлению войны.
– Ну послушай же меня, оппа... – Сумин побледнела при мысли об отмене свадьбы и вцепилась в его руку.
– А когда это из твоих слов выходило хоть что-то путное?
– Я просто хотела передать Дживон приглашение! Но она сама сказала мне прийти туда, понимаешь? Откуда бы я узнала про корпоратив, если я уже уволилась?
Сумин затараторила, пытаясь все объяснить, и даже вытащила телефон, чтобы показать переписку. К ее огромному облегчению, это сработало.
– То есть... ты хотела просто отдать пригласительный, а Дживон позвала тебя, не сказав, что там будет вся фирма?
– Да-да! Именно так все и было! – Сумин закивала с неистовой силой.
– Твою мать... – Минхван привычно выругался и с силой приложился лбом о руль. – Ты же ее за живое задела, дура. Она же без меня жить не может! Ты хоть понимаешь, каково ей было получить приглашение на свадьбу? Да она, черт возьми, с ума сошла от горя и злости! Понятно теперь, почему она так поступила.
Реакция Минхвана оказалась совсем не такой, на которую рассчитывала Сумин.
Что-то пошло не так. Совсем не так.
Она растерянно наблюдала, как Пак Минхван, уткнувшись лбом в руль, что-то бормочет себе под нос. Из всего этого потока слов она смогла разобрать только одно имя: Кан Дживон.
Сумин охватило жуткое предчувствие: если она выйдет за него, то так пройдет вся ее жизнь. Словно кто-то шептал ей прямо в ухо: «Беги, бросай все, не выходи за него».
– Оппа... – Минхван даже не шелохнулся. Сумин замялась на мгновение, но все же продолжила: – Наша свадьба... может...
«Никчемная девка!»
Она уже была готова предложить все отменить, как вдруг в ушах зазвенел чей-то голос, едва не разрывая барабанные перепонки.
«Да чтоб мне сдохнуть! Глаза б мои тебя не видели! И в кого ты такая уродилась? Проваливай к своему папаше-гуляке!»
– Что свадьба? – переспросил Минхван, не поднимая головы.
Губы Сумин дрогнули. Слово «отменим» так и не сорвалось с них.
– Ничего. Прости, я была неправа. Впредь буду осторожнее. – Сумин внезапно затяжно зевнула и, прислонившись к стеклу, закрыла глаза. – Поехали домой. Из-за ребенка я ужасно хочу спать, сил совсем нет.
– Кан Дживон.
Привычный голос заставил Дживон остановиться. Она не особо удивилась.
– Я знала, что вы пойдете за мной.
– ...
– Пойдемте. Вы же все равно собирались меня подвезти.
– Я не то чтобы специально...
– Знаю-знаю. Вам все равно по пути, верно?
– ...
Дживон уже наизусть выучила все дежурные отговорки Ю Джихёка. Она знала, что сейчас он уверенным шагом подойдет к машине и откроет перед ней дверь.
– Я вызову трезвого водителя. Садитесь назад.
Ю Джихёк по-хозяйски открыл заднюю дверцу. Пока Дживон устраивалась и смотрела в окно, он сделал пару звонков и сел рядом.
– Ждать минут десять. Отдохните пока.
Больше он не проронил ни слова. Не поливал грязью Пак Минхвана или Чон Сумин, не расспрашивал ни о чем. Если бы не его недавнее признание, Дживон могло бы показаться, что она ему совершенно безразлична.
И она действительно смогла расслабиться. Тишина, которая раньше казалась неловкой и давящей, теперь стала уютной.
Сквозь полуприкрытые веки она увидела, как мимо проехал белый седан. Из-за густой тонировки Пак Минхван и Чон Сумин не могли ее видеть, но Дживон отчетливо разглядела их силуэты.
«Ну как, счастливы? – безмолвно спросила она, провожая машину взглядом. – Каково тебе сейчас на моем месте? Что ты чувствуешь?»
Машина Минхвана скрылась из виду. Вскоре приехал водитель. Над дорогой догорал закат.
– Пхани.
Дживон, сидевшая с закрытыми глазами, вздрогнула от голоса Ю Джихёка и посмотрела на него:
– Пхани?
– Я принесу его к вам примерно через час после того, как мы приедем. У вас еще остался корм, который я оставил в прошлый раз?
– Да, еще много.
Дживон невольно улыбнулась, представив, как будет смотреть телевизор под уютное мурчание. Ю Джихёк, глядя на нее, тоже едва заметно улыбнулся.
– ?..
Дживон недоуменно склонила голову, и он тут же снова стал серьезным.
– Значит, ужин Пхани сегодня на мне?
Когда она снова улыбнулась, Ю Джихёк ответил тем же. Это было лишь легкое движение лицевых мышц, почти судорога, но по сравнению с его обычным каменным лицом разница была колоссальной.
– Покормите его, присмотрите немного, а завтра рано утром я его заберу.
– Начальник. – Дживон посмотрела прямо в глаза Ю Джихёку, на которые падала длинная тень от ресниц. – Вы ведь специально даете мне Пхани, чтобы я не грустила? Чтобы он меня утешил?
Его карие, почти шоколадные глаза на мгновение метнулись в сторону и замерли на закатном небе за окном.
– Не совсем. Просто Пхани вы очень нравитесь.
Дживон не стала расспрашивать дальше.
Через сорок минут машина остановилась у жилого комплекса, где жили они оба. Ю Джихёк хранил молчание до самой двери ее квартиры и лишь тогда слегка поклонился:
– Скоро увидимся.
– Да. Спасибо вам, начальник.
Дживон одарила его взглядом, полным искренней благодарности, и скрылась за дверью.
С этого момента Джихёк развил бурную деятельность.
– Иди сюда, Компхани[16]. Давай причешемся.
Вернувшись домой, он тут же переоделся в спортивный костюм и достал щетку.
– Мя-яу...
Кот Пхани, явно не в восторге от этой затеи, спрыгнул с обеденного стола, готовясь дать деру.
– Ты пойдешь к Дживон. Нельзя же отправлять тебя в таком неопрятном виде.
– Мяу... – Пхани понурился и нехотя подставил спину под щетку.
Ю Джихёк старательно вычесал всю шерсть и проверил, не слишком ли длинные когти. Кот ненавидел эти процедуры, но, на удивление, сидел смирно.
– Тебе так сильно нравится Кан Дживон?
– Мя-а-ау!
– Что ж, я тебя понимаю.
Ю Джихёк вспомнил лицо Дживон, когда зашел разговор о коте. Пусть это не была ослепительная улыбка, она сияла ярче золотого заката.
– Ну и ну, – хмыкнул он, подстригая Пхани один из отросших когтей. На его лице играла мягкая улыбка – выражение, которое он не показывал никому со времен выпуска из университета. – Не думал, что она до сих пор тебя помнит. Как она узнала тебя с первого взгляда?
– Мя-я-яу.
Когда с причесыванием и стрижкой когтей закончили, Пхани потянулся всем телом. Ю Джихёк несколько раз провел ладонью от головы до кончика хвоста. Движения его были грубоватыми, но в них чувствовалась огромная нежность.
– Постарайся там, утешь ее. Она ведь твоя спасительница.
– Мяу, – ответил кот.
Он был по-настоящему сообразительным малым.
Минхван пришел на работу ни свет ни заря. Пройдя через пустую парковку, он зашел в лифт. Он делал так уже несколько дней. Усталость была такой, что он мог спать стоя, но это все равно было лучше, чем ехать в лифте с другими сотрудниками.
«Девятый этаж», – пропел механический голос.
В офисе еще никого не должно было быть. Минхван привычно толкнул дверь и вздрогнул. Почему в такое время горит свет?
– Доброе утро.
Из самого дальнего угла донесся голос Ю Джихёка. Пак Минхван облегченно выдохнул и поздоровался в ответ:
– Доброе утро, начальник Ю.
Теперь в первом департаменте маркетинга Ю Джихёк остался единственным, кто смотрел на него так же, как и раньше. Что бы ни случилось, его взгляд оставался холодным и беспристрастным, совершенно непробиваемым.
– У вас много работы? Раз пришли в такую рань.
Работы совсем не было. Минхван замялся:
– Да нет, не очень. Просто проснулся рано, вот и решил зайти.
– Я заметил, вы в последние дни задерживаетесь допоздна.
– Днем не получается сосредоточиться.
После того инцидента с пригласительными Пак Минхван старался как можно меньше пересекаться с людьми: приходил раньше всех, уходил позже всех. Ему претила даже мысль о том, чтобы сидеть дома за ужином напротив Чон Сумин. Он решил придерживаться такой тактики, пока сплетни не поутихнут.
– Раз уж вы пришли пораньше, помогите мне с делами. Я сейчас пришлю письмо.
Минхван открыл почту и лишился дара речи. Список задач и вложенные файлы явно намекали на то, что задержаться допоздна сегодня придется по-настоящему.
«Да за что мне это все...»
Ему было обидно до слез. Но спорить с Ю Джихёком не хватало смелости. В нынешней ситуации, когда само его присутствие портило атмосферу в офисе, он должен был быть благодарен за то, что ему вообще дают работу.
Прошло часа два. Офис начал заполняться людьми.
– Доброе утро!
– Всем удачного дня!
– Хорошо выспались?
Пак Минхван сидел как невидимка, ни с кем не здороваясь. Все, что он мог получить в ответ, – это кислые мины и взгляды как на пустое место.
«И долго мне еще так мучиться?»
Наступил обед, но Минхван даже не пошел в столовую. Благодаря Хиён, у которой были связи во всех отделах, о его похождениях с Чон Сумин знала уже вся компания.
Мужчины старались обходить его за версту, чтобы их не приравняли к нему, а женщины, завидев его, начинали шушукаться и бросать косые взгляды.
Впрочем, в лицо ему никто ничего не говорил. Видимо, считали его кучей дерьма, которую лучше не трогать, чтобы не завоняла.
Так прошли мучительные будни. Когда Минхван был уже на грани истощения, наконец наступили выходные.
В выходные, как и в будни, Сумин выбиралась из постели только к полудню. Впрочем, по ее меркам это было довольно рано. С кухни донесся аппетитный аромат, от которого защекотало в носу.
– Как вкусно пахнет, матушка!
Протирая глаза, она вошла на кухню. Джаок мельком оглянулась на нее и снова принялась хлопотать у плиты.
– Жареные морские ушки и миёккук[17]. Нужно есть больше морепродуктов, чтобы у сына голова хорошо работала. Ты должна родить такого же умного мальчика, как наш Минхван.
– Конечно. С таким отцом он обязательно будет умным, даже если я не буду это есть.
Сумин подсела к столу, стараясь во всем угождать свекрови.
– Ну, если бы я была уверена, что он пойдет в Минхвана, я бы так не переживала. Боюсь просто, как бы он в тебя не пошел.
У Джаок был особый талант говорить гадости с самым невозмутимым видом.
– Пахнет отлично. Что на гарнир, мам?
В кухню вошел Минхван, почесывая спину. Видимо, тоже только что проснулся. Джаок тут же выложила на тарелку золотистые морские ушки.
– Проснулся, сынок? Выходные же, поешь и отдыхай. Ох, лица на тебе нет, осунулся-то как.
– А суп есть?
– Я сварила твой любимый, с говядиной. Сейчас разогрею.
Сумин, которая до этого вяло ковыряла суп с морской капустой и ракушками, который она не особо любила, подняла голову:
– Матушка, я тоже хочу суп с говядиной.
– Тебе же сказано: морепродукты полезны для мозга ребенка! Ешь свой суп.
Джаок резко оборвала просьбу Сумин и налила полную тарелку мясного супа только сыну.
«Как же вы меня достали».
Сумин закусила губу. Физически ей было легко: не нужно было ни ходить на работу, ни заниматься домашними делами. Но Джаок постоянно ставила на стол то, что полезно сыну, и заставляла Сумин слушать классическую музыку, которую та в жизни не любила и не понимала, для правильного воспитания. А эти кошмарные экстракты из карпа и лечебные отвары, которые нужно было пить дважды в день... К тому же Пак Минхвана Сумин почти не видела: он уходил на рассвете и возвращался за полночь.
– Кстати, матушка. – Сумин прожевала кусочек морского ушка и лучезарно улыбнулась. – Когда вы подыщете нам квартиру? Если мы хотим съехать сразу после свадьбы, нужно начинать подготовку уже сейчас. Мне так неловко, что вы трудитесь, а я сижу у вас на шее, прикрываясь беременностью.
Палочки в руках Джаок и Минхвана замерли одновременно.
Глава 63
Помешанный на акциях
– Сначала роди, а потом уже жилье поищем. К чему эти разговоры о доме, когда и ребенка-то еще нет?
Джаок недовольно поморщилась. Но у Сумин на этот счет было свое мнение.
– Матушка, когда я рожу, когда пройдет период восстановления, когда начну растить ребенка... где я найду время на просмотры квартир и переезд? Раз уж вы все равно решили помочь нам с жильем, сделайте это чуть раньше. Обещаю, в новом доме я рожу вам внука и воспитаю его как следует. Ну пожалуйста!
Под конец она сложила ладони лодочкой и состряпала самую жалобную мину, на которую была способна.
Джаок, не скрывая раздражения, окинула взглядом комнату. Какая бы золотая невестка ни была – а эта еще и внука обещала, – но в ее-то годы трижды в день подавать на стол, да еще и чужое нижнее белье стирать... Ухаживать за беременной оказалось делом хлопотным и нервным.
С другой стороны, сорить деньгами и покупать квартиру вот так сразу – жалко, да и душа к этому не лежала.
– Пока рановато. Поживи здесь, поучись вести хозяйство, а когда ребенок немного подрастет – тогда и съедете. Мать о вас позаботится, не сомневайся.
Тон Джаок стал резким и безапелляционным. Сумин бросила на Минхвана умоляющий взгляд, ища поддержки, но тот лишь привычно отвел глаза.
Впрочем, Сумин не собиралась сдаваться так просто.
– Пойду, пожалуй, прогуляюсь. Пообедаю где-нибудь и вернусь.
– Куда это ты собралась? – впервые подал голос Минхван.
Он вечно был как на иголках, боясь, что Сумин снова вляпается в какую-нибудь историю. Это уже граничило с паранойей.
– Просто пройдусь. Говорят, чтобы роды прошли легко, нужно побольше двигаться.
– И то верно. Иди, подыши воздухом, – подхватила Джаок.
Ей уже до смерти надоело видеть, как Сумин целыми днями киснет в углу, уткнувшись в телефонные игры. Она и не догадывалась, куда и зачем на самом деле направилась ее невестка.
Сумин выбрала самое скромное и приличное платье, наложила легкий макияж и вышла из дома. Поймав такси, она велела везти ее прямиком к офису одной государственной корпорации. Если быть точнее – к месту работы отца Минхвана, Пак Чхольхо.
Благодаря спешке она успела аккурат к обеденному перерыву. Потоптавшись у входа, Сумин заметила знакомую фигуру среди выходящих группами госслужащих и вприпрыжку бросилась навстречу:
– Отец!
– Ой-ёй! – Пак Чхольхо подпрыгнул на месте от неожиданности. Он никак не ожидал увидеть ее здесь. – Ты? Что ты тут делаешь?
– Приехала с вами пообедать, хе-хе.
Коллеги Чхольхо, заинтригованные внезапным появлением гостьи, тут же оживились:
– Чхольхо, это что, твоя будущая невестка?
– Красавица какая! Сын-то, говорят, в U&K работает – видать, парень не промах, раз такую отхватил.
– Ну, в общем-то да... – пробормотал польщенный Чхольхо.
– Здравствуйте! Рада познакомиться! – Сумин сложила руки на животе и отвесила безупречный вежливый поклон. – Можно мне одолжить папочку на часок? Я так по нему соскучилась, что не выдержала и сама приехала на такси.
Сумин сияла улыбкой и выглядела воплощением невинности. Глядя на эту милую девушку, которая годилась им в дочери, коллеги Чхольхо дружно расхохотались и начали хлопать его по плечу.
– Ну, повезло тебе с невесткой! А ты все ворчал, что сын один и дома тоскливо.
– Это ж не невестка, а целая дочка в доме появилась. Завидуем, Чхольхо, завидуем!
От обилия комплиментов и чужой зависти Пак Чхольхо окончательно оттаял. Он всегда считал, что от женщин толк только на кухне, но невестка – это та, кто будет опорой его сыну. К тому же она забеременела еще до свадьбы – как тут не радоваться?
– Ну, раз так... Пойдем, поедим с невесткой.
– Давай-давай! В офисе увидимся!
В превосходном расположении духа Чхольхо отправился на обед.
– Давай зайдем вот сюда, тут отличный суп с рисом готовят.
Сумин совсем недавно плотно позавтракала, да и вместо супа предпочла бы сочный стейк, но лишь приторно улыбнулась:
– Конечно! Суп – это мое самое любимое блюдо.
Они ели горячий суп, обливаясь потом, а после мирно зашли в кафе на десерт. Чхольхо не мог нарадоваться: Сумин была само очарование, вежливо кланялась каждому его знакомому. Мысль о том, что эта милая девушка скоро родит ему внука, вызывала у него почти отеческое умиление.
– Вы это серьезно, отец? – опешил Минхван.
Джаок стояла у плиты и в ярости размахивала лопаткой, даже не замечая, что рыба на сковороде начала подгорать.
– С чего вдруг такие щедрости?! На чьи деньги ты собрался подготовить им дом? Я этого не допущу!
– На свои деньги! Твоего разрешения спрашивать не собираюсь. Рыбу переверни, сгорит же! – гаркнул Чхольхо, указывая на дымящуюся сковородку.
Сумин, забившаяся в угол за столом, осторожно вставила словечко:
– Папочка, ну что вы, не нужно так ради меня... Мне и здесь с вами хорошо. Мама так вкусно готовит, и вы такой добрый...
Слова, конечно, были лживыми насквозь. Сумин за эти дни извелась, бегая за Чхольхо хвостом и собирая ему обеды.
– Я не сказал, что покрою все расходы. Дам ровно половину, остальное возьмете в кредит. Будете жить и выплачивать вместе. – Чхольхо цокнул языком, глядя на обугленную рыбу, и выдал новость еще похлеще: – Завтра же идите регистрировать брак. Живот скоро начнет расти, так что переехать нужно до свадьбы.
– Дорогой!
– А ты помолчи! Ни черта не смыслишь, а лезешь.
Минхван в это время помалкивал, усиленно соображая. Он прикидывал варианты. Акции, за которыми он следил, как назло, все время росли. Денег на покупку не было, но если бы он вложился тогда – сейчас бы уже окупил стоимость квартиры с лихвой.
«Если взять половину стоимости наличными, добавить кредит и снять жилье под залог... получится приличная сумма свободных денег. Вброшу их в акции, получу прибыль, а когда накоплю достаточно – выкуплю квартиру в собственность, пока никто не спохватился».
В его идеальном плане не было места такому варианту, как провал. Как и все зависимые от акций, он верил в свою удачу.
– Минхван, ты чего затих?
Голос отца выдернул его из грез, где он парковал ярко-красный суперкар у VIP-входа в клуб под завистливые взгляды толпы.
– А, да, отец. – Минхван откашлялся и, изображая нежность, приобнял Сумин за плечи. – Спасибо. В понедельник же пойдем и распишемся.
– Спасибо большое, отец! – подхватила Сумин, кокетливо улыбаясь.
Джаок чувствовала, что дело неладно, но зная упрямый характер мужа – если Пак Чхольхо что решил, то так тому и быть, – предпочла промолчать.
В ту ночь Минхван впервые лег в одну постель с Сумин. Разумеется, у него был свой расчет: без ее содействия провернуть махинацию с деньгами и акциями так, чтобы никто не заметил, было невозможно.
– Оппа, что это с тобой? Ты же говорил, что одному спать удобнее.
Сумин, только что вышедшая из душа, присела на край кровати, кутаясь в полотенце. Минхван с натянутой улыбкой похлопал по подушке рядом с собой.
– С завтрашнего дня мы официально муж и жена. Что странного в том, что муж спит с женой?
– Ты же все время злился на меня.
– Все, остыл. Ложись давай.
Его голос был непривычно мягким и ласковым. Сумин капризно надула губки, но в глазах заплясали искорки.
– А я вот обиделась. Даже думала вместе с Командиром в Пусан уехать.
«Да и катилась бы», – подумал Минхван, едва сдерживая желание собрать ей чемоданы прямо сейчас, но вместо этого обнял ее за плечи.
– Прости. Я просто перенервничал, разволновался очень.
– И ты думаешь, простого «прости» достаточно?
Минхван глубоко вдохнул и мысленно сосчитал от десяти до одного, подавляя вспыхнувшее раздражение.
– Больше такого не повторится. Буду впахивать как проклятый, чтобы ты могла покупать все, что захочешь, и есть самую вкусную еду. Ну, мир?
– Ну не знаю... Посмотрим на твое поведение.
– На поведение, значит?
Минхван резко поднялся и подхватил Сумин на руки.
– Ой! Оппа!
– Если бы не Командир, я бы тебе показал... – Он чмокнул ее в лоб и аккуратно уложил на кровать. – Сегодня просто поспим в обнимку. Завтра я возьму отгул на полдня и приду пораньше. Оденься покрасивее.
– Зачем? Мы же просто в управу района идем.
– Отметим регистрацию брака. Я закажу столик в хорошем ресторане.
Сумин закрыла глаза, слушая его сладкий, как маршмэллоу, голос. Тревога о том, что она навсегда останется в тени Кан Дживон, понемногу таяла.
– Оппа... – прошептала она.
Минхван, чьи мысли были уже далеко – он выбирал, какие акции купить в первую очередь, – рассеянно отозвался:
– А? Что?
– Тебе Дживон больше нравится или я?
Минхван даже не стал утруждать мозг этим вопросом. Ответ вылетел сам собой:
– Что за глупости? Конечно, ты. Ты же моя жена.
– Ну, вроде готово.
Дживон с удовлетворением оглядела идеально убранную гостиную и накрытый стол. Сегодня она пригласила Джие, Юнхи и Сену на официальное новоселье. Еда была заказана из ресторана, но Дживон это не смущало. Возможность просто поболтать с подругами за бокалом пива была для нее высшим наслаждением.
Дин-дон!
Зазвонил домофон. Дживон увидела на маленьком экране Джие, которая с гордым видом демонстрировала упаковку туалетной бумаги, и, хихикнув, открыла дверь.
– Заходите! Стол уже накрыт.
– Ты сама все это приготовила? – Юнхи удивленно уставилась на заставленный блюдами стол.
– Если точнее – это приготовила моя кредитка.
– Самое разумное решение! – серьезно кивнула Сена и протянула небольшой пакет. – Это тебе от меня. Диффузор. Поставишь в комнате, будет приятно пахнуть.
Джие, не желая отставать, водрузила на стол туалетную бумагу.
– А это премиум-класс, трехслойная. Пятая точка скажет тебе спасибо, никакой аллергии.
– Да что ты заладила про свою пятую точку! Мы же за столом! – возмутилась Юнхи.
– Можно подумать, у тебя ее нет!
– Заткнись! У тебя изо рта пахнет так, будто ты...
– Это у тебя под носом так пахнет!
– Ах ты... Да я тебе сейчас этот нос откручу!
Юнхи, продолжая ворчать, протянула Дживон стильный черный пакет с розовым логотипом. Выглядел он довольно пикантно.
– А это что?
– Вытаскивай, увидишь.
Дживон с нехорошим предчувствием заглянула внутрь.
– Это... вы серьезно? Подарок на новоселье?
В пакете лежал комплект нижнего белья: бюстгальтер, украшенный кокетливыми бантиками, крошечные трусики и шелковая комбинация в тон. Как ни крути, а ходить в таком было бы крайне неудобно.
– Мы втроем выбирали. Юнхи только платила, – вставила Сена.
Она кончиком пальца задела прозрачную ткань комбинации. Дживон поразилась: надо же, три взрослые женщины собрались вместе и выбрали такую непрактичную и бесстыдную вещь.
– И где я, по-вашему, должна это носить?
– Как где? Дома! Или ты в этом по улице гулять собралась? – прыснула Юнхи.
Джие добавила с совершенно серьезным видом:
– Какой толк от такой шикарной квартиры, если в ней нет мужчины? Тебе пора завязывать с одиночеством. Ты же с тем типом окончательно рассталась?
Дживон на мгновение замялась, думая, не рассказать ли им про Сумин и Минхвана, но передумала. Если узнают эти трое – узнает и Пэк Ынхо. Ей не хотелось, чтобы он снова переживал из-за нее. Да и выглядеть жалкой в глазах своей первой любви Дживон не собиралась.
– Мужчин не предвидится. Собираюсь прожить жизнь в гордом одиночестве.
– А кто говорит про замужество? Это подарок для удовлетворения базовых человеческих потребностей, – заявила Сена.
Она выхватила пеньюар, запихнула его обратно в пакет и всучила Дживон.
– Иди, примерь. Мы прикинули на глаз, но если размер не подойдет, надо будет обменять.
– Да не буду я это надевать!
– Мы сказали – иди, мерь!
– В спальню ее!
Под напором подруг Дживон оказалась заперта в спальне. Глядя на вызывающее белье, которое она в жизни бы не купила, она чувствовала себя крайне неловко.
– Ну что там? Надела? – крикнула нетерпеливая Джие из-за двери.
– Еще нет!
– Ты там что, за упокой трусов молишься? Живее! – донесся хохот из гостиной.
Дживон вздохнула и начала переодеваться. Ей и самой было смешно: по паспорту ей двадцать семь, а в душе – тридцать семь, но при виде этого кружевного безумия сердце предательски застучало, а щеки залил румянец.
– Ну все? Подходит? – снова спросила Джие.
Дживон попыталась поправить лямки бюстгальтера, из которого грудь так и норовила выскочить, и жалобно простонала:
– Кажется, чашка маловата... как-то все впритык.
– А ну-ка, я посмотрю!
Сена бесцеремонно распахнула дверь. Дживон охнула и прикрылась руками.
– Ты чего врываешься!
– Да ладно тебе, мы же подруги. В баню вместе ходить не собираешься, что ли?
«В баню с подругами...» – Дживон на миг замерла. Это была одна из тех простых радостей, о которых она раньше могла только мечтать.
– Ну, собираюсь...
– Вот и убери руки. Дай глянуть.
Сена ловко отрегулировала бретельки. Когда все село на свои места, оказалось, что размер выбран идеально.
– Ну вот, а я говорила – у меня глаз-алмаз! С первого взгляда поняла, какой у тебя размер.
Сена самодовольно задрала нос. Дживон, разглядывая в зеркале свое непривычное отражение, поспешила выставить подругу за дверь.
– Все, выходи. Я переоденусь и выйду.
– И трусики надень!
– Сама разберусь!
– А комбинацию?
– Она как раз, я вижу.
– Ну покажись хоть разок! Мне же дико любопытно!
Между Сеной, которая не хотела уходить, и Дживон, которая пыталась ее выставить, завязалась шутливая потасовка. В пылу борьбы со столика в прихожей на пол соскользнул какой-то листок.
– Это что такое? – Сена машинально подняла бумагу и начала читать. – Невеста Чон Сумин, жених Пак Минхван?!
Глава 64
Узел
– Отдай!
Вздрогнув, Дживон выхватила приглашение. Бумага с треском разорвалась пополам: часть осталась в руках у Дживон, а самая важная половина – у Сены.
– Чего ты так подпрыгнула? – Сена отреагировала на удивление равнодушно. – О, Чон Сумин замуж выходит? Какая наглость. Она что, реально прислала приглашение тебе?
Сена зацокала языком и принялась разглядывать конверт, брошенный как попало на туалетный столик.
Любимой Дживон.
– «Любимой», надо же. Тьфу. – Сена брезгливо поморщилась.
Дживон замерла. Почему такая реакция? Она ожидала куда более бурной сцены. Но, немного подумав, поняла: в разговорах с подругами она всегда называла Пак Минхвана просто «мой парень» или «бывший». Какое счастье, что она так и не назвала им его имени.
– Ты что, пойдешь на свадьбу? И даже деньги в подарок потащишь?
– Идите пока в комнату. Еда остынет.
Дживон выставила Сену за дверь, решив первым делом припрятать подальше смущающее ее нижнее белье. Когда она переоделась и привела себя в порядок, то обнаружила, что на кухне вовсю идет спор. Стоило ей выйти, как три подруги уставились на нее колючими взглядами.
– Ты ведь не пойдешь, а? – спросила Джие.
Юнхи и Сена молча поддержали ее. Было видно, что они ждут от Дживон решительного и яростного «Нет!».
Дживон решила оправдать их ожидания:
– Не пойду. Просто прислали, вот и лежит.
– Хм-м-м...
Сена прищурилась. Она заметила все: и театрально вскинутые брови Дживон, и бегающий взгляд, и то, как та нервно постукивает указательным пальцем по правой руке.
– Не врешь?
– Честное слово!
Троица обменялась красноречивыми взглядами.
«Точно пойдет. Одна».
– Ладно, проехали. Хватит о ней, давайте лучше есть. – Джие первая взялась за палочки.
Как и полагается давним подругам, Юнхи и Сена тут же закрыли тему Сумин и принялись нахваливать креветки в остром соусе:
– Вкусно-то как. Креветки такие сочные, упругие.
– Это из того же места, где мы в прошлый раз заказывали ччаджанмён?
– Нет, новое место. Говорят, тут это лучший ресторан.
– А, этот... «Соджак»?
Джие ляпнула это, не подумав. Дживон резко повернула голову в ее сторону:
– Откуда ты знаешь название?
Джие, сама испугавшись своих слов, замерла с креветкой во рту.
– Т-ты... ты сама в прошлый раз говорила.
– Я такого не говорила.
Дживон в недоумении хотела было возразить, но тут вспомнила человека, о котором давно не думала.
– А-а-а, это ты от того человека услышала!
– Какого еще человека?
– Это кто это?
Почуяв жареное, Сена и Юнхи, словно гончие, набросились на Джие:
– Это парень, да? Точно парень!
– У тебя кто-то есть, а ты нам ни словом не обмолвилась?
– Чем занимается? Где живет? Высокий? Красавчик?
– Далеко зашли? Целовались уже? Он в этом деле хорош?
– А ну, звони ему сейчас же!
– Он где сейчас? Пусть приходит, раз уж мы все собрались!
Лицо Джие залилось пунцовой краской. Такой растерянной ее видели редко.
– Все не так, как вы думаете. Кончайте панику наводить и ешьте.
– А мы и не думаем ничего такого!
Сена хихикала, пока в конечном итоге не получила от Джие звонкий щелчок по лбу.
– Я же просила тебя не корчить такие рожи! Ты такая ехидная, что руки сами чешутся!
– Ага, правда глаза колет, вот и бесишься. С таким характером тебе мужика вовек не найти!
В квартире поднялся невообразимый шум. Дживон была только рада: благодаря этой суматохе свадьба Сумин отошла на второй план. Она отодвинулась и с удовольствием наблюдала за перепалкой со стороны.
– О? Хан Джие, тебе звонят!
Юнхи молнией перехватила зазвонивший телефон.
– Ким Сину? Эй, кто такой Ким Сину?
– Парень! Это же он? Тот самый?
– Нет!
Решительное отрицание – верный признак согласия. Юнхи в азарте нажала кнопку ответа и приставила трубку к уху Джие.
– Д-да? Алло?
Голос Джие, только что выдававшей сочный пусанский диалект, внезапно стал чистым и нежным, как у диктора новостей:
– У нас новоселье... С-Сину, а вы?
Сена от восторга начала извиваться всем телом, как живой осьминог.
– Сейчас? А, сейчас... Нет, ничего такого. Вы до скольки там будете?
Со стороны коридора донесся звук прибывающего лифта. Вслед за ним послышались шаги и густой мужской голос, звучащий за дверью квартиры.
– Думаю, еще около часа. Узнал, что вы сегодня здесь, вот и зашел на удачу – хотел повидаться. Видимо, не судьба?
– М-м, я вам позже напишу сообщение.
– Позже – это когда?
Голос в коридоре и ответы Джие странным образом перекликались. Как только Дживон осознала это, Юнхи и Сена тоже переглянулись.
– Пока вы еще не ушли.
– Тогда я буду ждать здесь, пока не получу сообщение.
Юнхи и Сена, не сговариваясь, сорвались с мест и помчались к прихожей.
«Перехватить их, что ли?» – Дживон на мгновение задумалась, но оставила эту затею. С одной она бы еще справилась, но двоих было не остановить.
– Девочки, вы чего-о?! – закричала она, медленно направляясь следом.
В это время Джие, запоздало осознав масштаб катастрофы, выскочила из-за стола с телефоном в руках.
– Вы чего? Вы куда!..
У широко распахнутой входной двери стоял человек, который обычно подкармливал кота. Он во все глаза смотрел на Джие.
– Джие?
– Мамочки, он сказал: «Джие»!
Юнхи в порыве чувств исполнила какой-то нелепый танец.
– Сину... в общем, это... – Джие, не зная, куда себя деть, легонько пнула Юнхи ногой.
Для Дживон ситуация тоже стала сюрпризом. Джие ведь говорила, что он не отвечает на сообщения. С каких это пор они начали общаться?
– Здравствуйте, Сину! Мы подруги Джие!
Под восторженные возгласы Сены Ким Сину, стоявший в нерешительности, поспешно отвесил поклон под прямым углом:
– Очень приятно. Меня зовут Ким Сину. Мы с Джие испытываем друг к другу приятные чувства и потому видимся.
– Ой-ой-ой! «Приятные чувства» он сказал! Слышала, Дживон? «Приятные чувства»!
– Ай! Больно, больно же!
Дживон, оказавшаяся рядом с Юнхи, внезапно получила серию крепких шлепков по спине и скорчила страдальческую мину. «Встречаются они, а бьют почему-то меня». Какая несправедливость.
Солнечный свет заливал квартиру, в которой еще пахло недавним ремонтом. Сумин, не скрывая восторга, заглядывала в каждую комнату. Особенно ей приглянулись просторная кухня с индукционной плитой и огромное окно в спальне.
– Здесь лучше всего. Оппа, я хочу жить тут.
– У хозяйки отличный вкус. И для жизни район хороший, и как инвестиция – выгодно. Как видите, даже чинить ничего не надо, можно сразу въезжать. – Молодой риелтор так и рассыпался в похвалах, угождая Сумин.
Минхван довольно усмехнулся:
– Тебе правда так нравится?
– Да. Нам двоим... то есть уже не двоим. – Сумин кокетливо выпятила живот, на котором еще не было и намека на беременность. – Тебе не кажется, что втроем тут будет идеально?
– О, вы ждете ребенка! Поздравляю! – Риелтор даже слегка переиграл, захлопав в ладоши.
Минхван почувствовал почти экстаз от мысли, что эта нудная беготня по квартирам наконец-то закончится.
– Тогда решено. Сколько она стоит?
– Мы ведь говорили о чонсе[18]? Какой будет залог...
– Что? Чонсе?
Улыбка мгновенно исчезла с лица Сумин, взгляд стал колючим:
– Оппа, почему аренда?
– Сумин, давай отойдем на минуту.
Минхван обнял ее за плечи и отвел в пустую спальню. Он знал, что она так отреагирует, и у него уже был готов план, как ее утихомирить.
– Этот человек что-то путает? Твой отец ведь сказал купить нам квартиру.
Минхван опустился на одно колено прямо перед Сумин, которая, задрав подбородок, требовала объяснений.
– Что... что ты делаешь?
Глаза Сумин округлились. Минхван залез во внутренний карман пиджака и достал маленькую красную коробочку.
– Давай поженимся, Сумин.
Крышечка щелкнула, открывая содержимое.
– Ты – спутница всей моей жизни.
Это было золотое кольцо, усыпанное мелкой бриллиантовой крошкой. На черном бархате камни сверкали, как звезды в ночном небе. Минхван заметил, что глаза Сумин заблестели еще ярче, чем эти бриллианты.
– Оппа...
– Ты ведь примешь его?
Вместо ответа Сумин протянула левую руку; ее пальцы слегка дрожали. Минхван взял ее за руку и надел кольцо на безымянный палец. Село идеально, будто на заказ делали.
– Спасибо большое, дорогой.
Минхван поднялся, обнял ее и зашептал на ухо:
– В этом доме мы станем настоящей семьей. Сейчас мне нужно вложиться в одно дело, поэтому пока только чонсе, но эти инвестиции точно выстрелят. Тогда мы выкупим эту квартиру за полную стоимость.
– Но папа же дал деньги именно на покупку жилья...
– Так это же для нашего будущего! – Минхван поглаживал ее по спине, продолжая лить в уши сладкие обещания. – Я буду покупать своей жене все, что она захочет. Ты будешь есть только самое лучшее. Обещаю, ты ни разу пальцы в холодной воде не замочишь, будешь жить как королева. Ты ведь веришь мне?
Сумин слушала его шепот и рассматривала левую руку. Кольцо, сверкающее за широким плечом Минхвана, завораживало ее.
– Обещаешь?
– Клянусь небом, – с нажимом произнес Минхван и приник к ее губам. – Люблю тебя. Я сделаю тебя счастливой.
– Прошу предоставить мне отпуск.
Минхван протянул документ Ю Джихёку, стараясь не смотреть ему в глаза. Ему следовало подать заявление гораздо раньше, но он то тянул время, боясь косых взглядов, то пытался сохранить остатки гордости. В итоге подал бумаги в самый последний момент.
Голос Ю Джихёка, всегда холодный и резкий, сегодня казался еще более колючим:
– Не кажется ли вам, помощник менеджера Пак Минхван, что даты слишком сжатые?
– Простите. Свадьбу пришлось организовывать в спешке...
– Хотя приглашения вышли уже давно.
Минхван склонил голову, стиснув зубы.
«Сволочь. Если бы ты не был начальником департамента...» – эта мысль, которую он прокручивал в голове десятки раз на дню, была уже привычным фоном.
– В любом случае, повод семейный, так что я одобрю. Но впредь чтобы такого не повторялось.
Ю Джихёк небрежно отбросил заявление в сторону и снова уткнулся в монитор с безразличным видом.
– Благодарю.
Минхван отвесил поклон и вышел. Джихёк дождался, пока тот вернется на свое место, и снова взглянул на бумаги. Причина отпуска была предельно простой.
«Свадьба».
Если не считать Ю Хиён, которая горела желанием за три тысячи вон съесть все содержимое шведского стола, весь первый департамент маркетинга решил на свадьбу не идти. Официально это не обсуждалось, но атмосфера в коллективе была именно такой.
Однако Ю Джихёка это не заботило. Поколебавшись, он с решительным видом открыл рабочий мессенджер и нажал на имя Кан Дживон.
В мгновенно всплывающем окне чата ему почти слышался ее голос.
Ответ пришел с задержкой.
Сразу после отправки он пожалел, что спросил так в лоб.
«Потому что я не хочу, чтобы вы туда шли. Не хочу, чтобы вы своими глазами снова видели их двоих вместе».
Ю Джихёк долго смотрел на написанные слова, а потом нажал Backspace. Под мерный стук клавиш белое поле заполнилось новой фразой.
На этой простой фразе чат замер.
Дживон всегда жила за высокой, неприступной стеной. Дверь в этой стене открывалась лишь для немногих избранных, а если кто-то пытался заглянуть внутрь без спроса, она захлопывалась с суровым стуком.
То, что ему удалось заглянуть туда за мгновение до того, как дверь закрылась, было чистой случайностью. Случайностью, ознаменовавшей начало долгой безответной любви.
Ю Джихёк смотрел на неподвижное окно чата, пока не почувствовал вибрацию на столе. Звонил Ким Сину.
«Что-то срочное?»
Ю Джихёк вышел из офиса и нашел укромное место, чтобы ответить.
– Что случилось?
– Хённим, у меня к вам одна просьба.
Обычно Ким Сину просил разве что добавку ччаджанмёна или, в крайнем случае, тхансуюк и креветки в ресторане «Соджак». Когда этот младший товарищ заговорил о «просьбе» таким серьезным тоном, Джихёку стало любопытно.
– Говори.
– Одолжите мне машину.
– Машину?.. Ту, на которой я езжу?
– Да. Всего на один выходной. Мне и отгул понадобится.
– Причина?
– Ну, понимаешь, тут такое дело... в общем...
– Быстрее.
– Ну, в общем, та симпатичная девушка из соседней квартиры.
Взгляд Ю Джихёка мгновенно стал острым.
– Кан Дживон? С чего вдруг?
– Да я, ну... в общем, я встречаюсь с ее подругой, у нас... приятные чувства.
Колючий взгляд Джихёка смягчился:
– Продолжай.
– Она просит поехать с ней на свадьбу к подруге. А у меня же машины нет. Она наверняка на каблуках будет, неудобно же в общественном транспорте трястись. В общем, я набрался наглости и прошу вас. Мне не нужно что-то запредельное, просто вашу обычную машину, на которой вы каждый день ездите!
Тон Сину был крайне напряженным. Это было даже мило.
– В эти выходные?
– Нет, в субботу. Дата: ХХ.ХХ.
Дата, названная Ким Сину, была Ю Джихёку знакома. Он нахмурился, а через секунду понял, почему она кажется знакомой. Это был день свадьбы Пак Минхвана и Чон Сумин.
– Говоришь, свадьба подруги?
– Да. Джие... Ой! Она сама из Пусана, и все ее земляки там соберутся. Мужская гордость, сами понимаете...
«Пусанские друзья».
В памяти вспыхнули осколки воспоминаний, которые он хотел бы забыть, но не мог.
«Кто же знал, что она так помрет?»
«Мне жаль Дживон. Хоть мы и были детьми тогда...»
«Глазам своим не верю. Реально с мужем Кан Дживон?»
– Запасной ключ висит у входной двери... – Ю Джихёк с трудом выдавил слова через подступивший к горлу ком, стараясь звучать непринужденно. – Возьми тот, что с самого края. И не забудь потом все убрать в машине.
– Спасибо, хённим! Обещаю, она будет сверкать так, что муха поскользнется!
Радостный голос Ким Сину громом отозвался в динамике телефона.
Глава 65
Дорожка к алтарю (1)
Кан Дживон открыла глаза еще до того, как прозвенел будильник. Видимо, сказался глубокий сон – она чувствовала себя превосходно.
Она была одна, но не могла позволить себе выглядеть жалко. Сегодня был день, когда это было категорически запрещено.
Приняв теплый душ, Дживон надела костюм-двойку, купленный на прошлой неделе, и взяла в руки новенькую сумочку. Туфли от того же бренда идеально дополняли образ. Когда последние приготовления были закончены, как раз подошло время ехать в салон.
– Пора.
Бросив эту фразу своему отражению в зеркале, Дживон вышла из дома.
Может, виной тому было субботнее утро, но такси, которых обычно в округе было пруд пруди, как назло, не попадалось.
«Может, вызвать через приложение?»
Немного поколебавшись в надежде, что машина вот-вот появится сама, Дживон все же достала телефон. В этот момент шлагбаум у главных ворот поднялся. Из паркинга, плавно и грациозно выкатился черный «Майбах» и замер прямо перед ней.
– ?..
Темное тонированное стекло поползло вниз. Дживон моргнула, увидев мужчину, который смотрел на нее из салона.
– Начальник Ю?
– Вы на свадьбу к Чон Сумин?
Дживон неловко кивнула, гадая, откуда он узнал.
– Садитесь. Я как раз еду туда.
– Я думала, вы не собирались идти...
– Я не могу пропустить свадьбу подчиненной.
Время записи в салоне поджимало, а на горизонте так и не было видно ни одного свободного такси. Делать было нечего – Дживон нерешительно открыла дверь и села на переднее сиденье. Мягкая кожа кресла уютно приняла ее.
– У меня забронировано время в парикмахерской неподалеку. Если подбросите туда, дальше я доберусь сама.
– Куда именно?
Ю Джихёк ввел адрес в навигатор и тут же нажал на газ.
– Не узнала вас сразу. Вы сменили машину?
– Ту я отдал кое-кому на время. А эта была у меня и раньше.
– Ого. Да вы богач!
Дживон восхитилась совершенно искренне. Ю Джихёк же, к ее смущению, ничего не ответил и сосредоточился на дороге.
Салон, который выбрала Дживон, был тем самым местом, куда она приходила перед встречей с родителями Минхвана. Видимо, в прошлый раз она оставила о себе яркое впечатление, потому что персонал узнал ее и приветствовал с нескрываемым воодушевлением.
– Ой, вы снова к нам! Увидели знакомое имя в записи и гадали: неужели это вы?
– Мне очень понравился макияж в прошлый раз.
Дживон было приятно, что ее запомнили после единственного визита. Она села в кресло, мастер принесла ей чашку теплого чая и накинула на плечи накидку.
– Какой образ создаем сегодня?
– Сделайте меня ослепительной. Хочу, чтобы я притягивала взгляды, где бы ни оказалась.
«Чтобы, даже если я буду стоять в углу зала неподвижно, как статуя, от меня не могли оторвать глаз».
– Очевидно, идете на свадьбу? Подруга выходит замуж? Или родственники?
– Свадьба бывшего парня. Он женится на моей подруге.
Мастер, ловко раскладывавшая инструменты для макияжа, замерла и обернулась на Дживон с таким видом, будто сомневалась, не ослышалась ли она. Дживон лишь слегка пожала плечами:
– Какое счастье, что я узнала об этом до помолвки.
Нет, слух мастера не подвел. С ее лица мгновенно исчезла дежурная улыбка, уступив место искреннему шоку. Все остальные сотрудники и клиенты в салоне тоже замерли, уставившись в их сторону.
– Э-э-э... а вы... то есть, если это не слишком бестактно...
– Спрашивайте, все в порядке, – кивнула Дживон.
Набравшись смелости, мастер продолжила:
– Вы про ту самую помолвку? Значит, до этого ваш бывший парень... с вашей подругой... они?..
– Я знала, что они спят друг с другом. – Дживон выдержала паузу и четко добавила: – Но не думала, что дело дойдет до свадьбы по залету.
Выражение лица мастера медленно менялось: от шока к гневу, а затем к какой-то решительной сосредоточенности. То же самое происходило и с остальными. Салон наполнился тишиной, пропитанной той самой женской солидарностью, которую чувствует любая, услышав подобную историю.
– Подождите минутку.
Мастер сжала кисть для макияжа, словно боевой нож, положила ее на столик и глубоко вздохнула.
– Я позову директора. И ведущего стилиста тоже.
«Наконец-то этот день настал».
Сумин открыла глаза задолго до звонка будильника, заведенного на самую рань. Рядом, громко храпя, все еще спал Минхван.
– Оппа, вставай. Нужно готовиться.
– Ай, отвяжись...
Минхван раздраженно оттолкнул руку Сумин и перевернулся на другой бок.
– У-у, соня.
Девушка немного посидела с надутыми губами, а затем выбралась из постели. Она решила сначала принять душ, а потом снова попытаться разбудить мужа.
Утро выдалось невероятно суматошным. После душа пришлось буквально заталкивать заспанного Минхвана в ванную. Потом был звонок матери, которая ехала с немногочисленной родней, – разговор едва не закончился крупной ссорой.
Но даже после того, как все трудности остались позади и они добрались до салона, легче не стало. А все из-за Ким Джаок, которая стояла над душой, скрестив руки, и придиралась к каждой мелочи.
– Хоть это и свадебный макияж, не делайте его слишком ярким. Косметика вредна для ребенка.
– Но, мама, это же всего на один день. Если накраситься бледно, на фотографиях я буду выглядеть плохо.
– Кому нужны эти фотографии? Их потом никто и не смотрит. Главное – это наш будущий наследник, продолжатель рода Пак. Ты же у нас девочка послушная, делай, как мама говорит, хорошо?
«Наследник, наследник, наследник...»
У Сумин уже начинала раскалываться голова, но она терпела.
Нужно пережить только этот день. Скоро она сможет перестать выпячивать свой несуществующий живот и пить этот тошнотворный сок из карпа, на который даже смотреть было противно. Нужно просто перетерпеть начало, а там, глядишь, она и правда забеременеет.
– Ваша свекровь так о вас заботится. – Стилистка, работавшая с невестой, выдавила профессиональную улыбку, стараясь разрядить обстановку.
– Она очень добрая. Вы даже не представляете, как внимательно она ко мне относится.
– Надо же. Кажется, у вас появилась вторая мама.
– О, я люблю свекровь даже больше, чем родную мать.
Среди всей этой приторной лжи последняя фраза была чистой правдой. Если бы Сумин спросили, с кем бы она предпочла жить – с матерью или со свекровью, – она бы ни секунды не сомневалась. И дело было не в том, что Джаок ей так уж нравилась, а в том, что дом родной матери был для нее сущим кошмаром.
«Говорят, дочь повторяет судьбу матери».
Эти слова, которые люди бросают невзначай, для Сумин были проклятием.
«Я никогда не буду жить как она. Больше никто не посмеет назвать меня бесполезной девкой. Я выйду замуж за успешного мужчину и буду жить в достатке и покое».
– Все готово.
Мастер закончила макияж и протянула зеркало. По требованию Джаок макияж был довольно скромным для невесты, но лицо Сумин было само по себе красивым, так что результат вполне удовлетворял ее.
«Если бы у меня не было хотя бы этого лица, я бы пропала».
Отогнав мрачные мысли, Сумин лучезарно улыбнулась и вернула зеркало.
– Очень мило.
В салоне, выбранном Джаок и полностью соответствующем ее вкусам, Сумин закончили прическу и макияж. Затем она надела платье фасона «принцесса», которое закрывало и шею, и руки до самых локтей – выбор свекрови. Ни одна деталь этого образа Сумин не нравилась.
«Я красивая, так что сойдет. Что бы я ни надела, я прекрасна».
Она подавляла закипающее внутри раздражение этим самовнушением.
Комната невесты была оформлена так же загадочно-торжественно, как и сам зал. Сумин сидела в кресле, окруженная цветами и мягким светом, и принимала гостей.
Ее мать, нацепившая аляповатый розовый ханбок, привела нескольких родственников. Она устроила целую сцену, жалуясь на то, что зал дешевый, а платье безвкусное, после чего исчезла. Заходили родственники со стороны жениха, которых Сумин видела впервые в жизни, чтобы бросить пару дежурных фраз. Темы разговоров крутились вокруг «единственного сына» и «продолжения рода».
Зашел Минхван, сделал несколько формальных снимков и тут же ушел, сославшись на занятость. Чуть позже заглянули друзья Минхвана, перекинулись парой слов и тоже удалились.
После этого не пришел никто.
Сумин сидела неподвижно, как кукла, глядя в объектив камеры перед собой. В комнате невесты, где должно было быть шумно от толпы подруг, царила тишина, совершенно не подобающая свадьбе. Фотограф, которому стало неловко от безделья, сделал еще пару лишних кадров и добродушно улыбнулся:
– Ваши подруги задерживаются. Наверное, пробки?
Коллеги, друзья... Прийти было некому. Сумин знала это лучше всех, а потому, ничего не ответив, просто напряженно уставилась в объектив камеры.
«Все в порядке. Я красивая. Я здесь главная героиня. Я победила».
Она продолжала повторять эти слова про себя, как заклинание.
Минхван был не в духе. Будь его воля, он бы сбежал отсюда куда глаза глядят.
Он двигался как на автомате. Макияж, который ему сделали впервые в жизни, и идеально подогнанный смокинг его совершенно не волновали. Однако, оказавшись в свадебном зале, он закрутился, приветствуя родственников и знакомых, и на время забыл о своем скверном настроении.
– О, как вы поживаете? Спасибо, что пришли. Да-да, ха-ха, будем жить счастливо. Благодарю.
Среди гостей, прибывающих нескончаемым потоком, коллег по работе не было видно. Минхван втайне надеялся, что так будет и впредь, и приветствовал только что подошедших друзей.
– Эй, вы чего так поздно?
– Да мы сначала в комнату невесты заходили.
– Зашли глянуть на подружек невесты, а там, кроме твоей женушки, ни души. Когда друзья-то придут?
– Нет у нее друзей. О, здравствуйте! Добро пожаловать.
В какой же изоляции она жила, если, кроме пары родственников, к ней никто не зашел? Минхвану было паршиво, но, с другой стороны, это его не особо заботило. Скорее даже наоборот: удобно, не будет шататься по встречам с подружками после свадьбы.
– Слушай, это не подруга невесты?
– Обалдеть...
– Ого! Красотка. Но она пришла с парнем.
Минхван, который в это время кланялся пожилому родственнику, почувствовал, как вокруг все заволновалось, и обернулся к входу.
Джэён тихо, едва слышно, присвистнул.
Девушка выглядела безупречно в костюме от Chanel, который идеально подчеркивал ее холодную красоту. Из-под юбки чуть выше колен виднелись стройные, сияющие белизной ноги. Волосы были уложены аккуратно и просто – собраны в низкий хвост на затылке.
Она была не одна. Мужчина, сопровождавший ее, был настолько высок, что его присутствие подавляло всех остальных мужчин в зале. В дорогом костюме и при галстуке, затянутом строго по правилам, он выглядел мощно и надежно даже на первый взгляд.
Их совместный выход напоминал ковровую дорожку престижного кинофестиваля. Нет, они сами были как ожившее кино.
Цок, цок.
Изящные шпильки от того же бренда, что и костюм, издавали уверенный звук. Девушка подошла и остановилась прямо перед Минхваном.
– Поздравляю со свадьбой. Мы пришли вместе с начальником Ю Джихёком.
Ее губы изогнулись в идеальной, словно нарисованной, улыбке.
Минхван не мог произнести ни слова, тупо глядя на Дживон. Услышав голос Ю Джихёка, он судорожно сглотнул.
– Поздравляю, менеджер Пак. Из-за внезапных правок в графике остальным было трудно выбраться, так что я пришел как представитель департамента.
– С-спасибо, что пришли.
Минхван, чувствуя необъяснимое поражение, низко поклонился. Джэён, который стоял рядом с разинутым ртом, бесцеремонно ткнул Минхвана в бок.
– Это кто такая красавица? Из вашей компании? Почему ты не говорил, что работаешь с такой красоткой!
– Потише ты... иди в зал.
Минхван попытался принять серьезный вид, но Джэён, который всегда отличался беспардонностью и слабостью к женщинам, решительно протянул Дживон руку для рукопожатия:
– Очень приятно! Я Ли Джэён, лучший друг Минхвана. Могу я узнать имя такой прекрасной леди?
Дживон протянула руку и ответила на рукопожатие легким жестом.
– Коллега менеджера Пака. Кан Дживон.
– Кан Дживон? Ого, и имя такое же красивое... Кан Дживон, Кан Джи... вон? – Джэён, только что хлопавший в ладоши от восторга, внезапно замер. – Та самая... из первого департамента маркетинга U&K Food? Младший менеджер Кан Дживон?
– Вы меня знаете?
Конечно, он знал. Та самая «деревенщина», которую Пак Минхван окучил только ради того, чтобы выиграть пари на бутылку виски. Та самая «унылая и безвкусная замухрышка», которая, по словам Минхвана, была идеальна для брака, потому что наивная, добрая и экономная. Та самая гулящая женщина, которая якобы путалась со школьным приятелем.
– Ну, в смысле «знаю»... Слышал, да. Но в компании ведь не две Кан Дживон, верно?
– К сожалению для вас, менеджер Кан Дживон у нас только одна.
Дживон мастерски парировала бестактный вопрос Джэёна.
Тот все еще не мог поверить своим глазам. Эта ослепительная женщина, чей рост позволял ей смотреть на мужчин почти на равных, одетая в люксовые бренды с головы до ног, – и есть та самая Кан Дживон?
– Нам пора заходить, Дживон.
Ю Джихёк слегка сдвинулся, заслоняя Дживон от взгляда Джэёна. Пользуясь моментом, Минхван оттолкнул друга назад и поклонился:
– Да. Проходите, начальник.
Дживон он так и не решился ничего сказать. Он лишь провожал взглядом ее уходящий силуэт, завороженный перестуком ее каблуков.
– Слышь, у тебя что, глаза на заднице? – прошипел Джэён, не в силах оторвать взгляд от Дживон. – Ты говорил, Кан Дживон – стремная деревенщина, а Ю Джихёк – ботаник в роговых очках, который только и умеет, что работать.
– Мы же просили показать ее, а ты ломался, мол, стыдно такую на люди выводить. Боялся, что мы ее отобьем, что ли?
– Оставить такую женщину и выбрать... А, ладно. Мы пошли.
Друзья, вставив свои пару слов и заметив выражение лица Минхвана, поспешили ретироваться.
С этого момента мысли Минхвана снова были заняты только Кан Дживон. Его душили обида и жадность – он упустил сокровище, которое когда-то было в его руках.
Но это был свадебный зал. И Пак Минхвану, чьи мысли и сердце были до краев заполнены Кан Дживон, пришлось шагнуть на свадебную дорожку к другой.
Глава 66
Дорожка к алтарю (2)
Ю Джихёк, хранивший молчание еще в машине, не проронил ни слова и по прибытии в свадебный зал. Он не донимал Дживон расспросами, не пытался навязчиво заглядывать ей в глаза, проверяя, не расстроена ли она, и не душил излишней заботой.
Именно поэтому Дживон чувствовала: прийти сюда вместе с ним было правильным решением. В месте, где в одиночку она ощутила бы лишь тревогу и уязвимость, он стал для нее надежной опорой – тростью, на которую можно уверенно опереться при ходьбе.
– Я загляну в комнату ожидания невесты, – сказала Дживон.
Услышав это, Ю Джихёк сразу повернул в нужную сторону.
– Я подожду снаружи.
– Я быстро.
Джихёк кивнул и отошел в сторону, освобождая проход в коридоре рядом с комнатой.
Дживон мелкими шагами направилась к той самой комнате ожидания, которая так прочно врезалась ей в память. Там она увидела одинокую невесту: та сидела неподвижно, словно кукла, сжимая в руках букет и безучастно глядя на противоположную стену.
Это была Кан Дживон в день своей свадьбы. Точная копия ее прежней.
Сумин приехала в самый последний момент, оправдываясь пробками на дорогах. В комнате невесты не было ни семьи, ни друзей. Коллеги по работе заходили, но почти все они, едва поздоровавшись с Минхваном, тут же уходили в зал.
– Приготовьтесь к выходу! – объявил сотрудник свадебного зала.
На этот голос Сумин обернулась к дверям и столкнулась взглядом с Дживон.
– Дживон... – Лицо Сумин на мгновение застыло, но тут же расплылось в лучезарной улыбке. – Почему ты так поздно? Я уже испугалась, что ты не придешь.
– На дорогах пробки. Долго ждала?
Сумин поднялась, опираясь на руки сотрудника зала и помощницы. Длинный подол платья с тихим шорохом потянулся за ней и замер.
– Конечно. Кто еще, кроме тебя, поймает мой букет?
Дживон стало любопытно: о чем на самом деле думала Сумин в тот день, когда сама ловила букет Дживон?
– Тебе очень идет платье, – произнесла Дживон с горькой усмешкой, рассматривая наряд, который явно выбирала будущая свекровь, Ким Джаок.
В свое время Дживон мечтала о соблазнительном платье силуэта «русалка». Но Ким Джаок закатила скандал, заявив, что невестка семьи Пак не может надеть столь бесстыдный наряд, и даже не дала его примерить.
И вот теперь в этом платье стояла Сумин. Кружева, закрывающие шею до самого подбородка... Дживон до сих пор, как вчера, помнила, как мучилась в нем, задыхаясь от жары, пока слушала бесконечную речь распорядителя.
– Так жарко и душно... Но придется потерпеть до конца церемонии, что поделать, – кокетливо улыбнулась Сумин.
Тут сотрудник зала снова поторопил ее:
– Пора идти, невеста. Осталось десять минут.
– Я пойду. Увидимся позже.
Ю Джихёк, стоявший в стороне в коридоре, даже не поздоровался с Сумин. Он вел себя точно так же, как на свадьбе самой Дживон: просто стоял в том же самом месте и молча смотрел на нее, когда она выходила к алтарю.
Тогда Дживон не смогла ничего прочесть в его взгляде. Тот его взор затерялся где-то в закоулках ее души, а позже был окончательно стерт тяготами семейной жизни.
– Спасибо, что подождали, – поблагодарила его Дживон.
Ю Джихёк молча посмотрел на нее.
В сумочке Дживон завибрировал телефон. Она достала его, помедлила секунду и ответила:
– Алло.
– Ты где? – раздался голос Ынхо, перемешанный с гулом множества людей.
– На свадьбе у коллеги. А что?
– А я на свадьбе у одноклассницы. О, вижу тебя.
– Что?
– На три часа от тебя, у белой колонны.
Дживон проследила взглядом в указанном направлении. У огромной колонны стоял Ынхо и махал ей рукой.
– Ты-то здесь какими судьбами? – растерянно спросила она в трубку.
– Джие позвонила, сказала прийти и поддержать тебя, чтобы ты нос не вешала. Но, кажется, я опоздал.
Джихёк тоже заметил Ынхо. Когда двое мужчин встретились взглядами, Ынхо убрал телефон и направился к ним.
– Рад встрече. Не ожидал увидеть вас здесь.
– Взаимно.
И Ынхо, первым протянувший руку, и Ю Джихёк, ответивший на рукопожатие с привычной вежливостью, выглядели так, будто совсем не рады друг другу. Будь сейчас Средневековье, они бы наверняка в следующую секунду выхватили мечи и начали дуэль.
– Прошу прощения, начальник, я на минуту, – извинилась перед Джихёком Дживон и отвела Ынхо чуть в сторону. – Это что еще такое? Зачем ты пришел?
– Не думаешь же ты, что я пришел подарить Сумин конверт? Хотя из вежливости тридцать тысяч вон[19] все-таки закинул.
– Сумма тут при чем?
– Вообще ни при чем. – Голос Ынхо стал на тон ниже. – Особенно если сравнивать с тем, что Чон Сумин выходит за твоего парня.
В словах Ынхо чувствовалась скрытая горечь. У Дживон заломило в затылке, а лицо обдало жаром. Ей меньше всего хотелось выглядеть в его глазах жалкой женщиной, у которой подруга увела мужчину, но именно так все и вышло.
– Это случилось уже после нашего расставания. Мне все равно. – Дживон намеренно выпрямила спину и постаралась придать лицу максимально безмятежное выражение.
На губах Ынхо промелькнула мимолетная усмешка:
– Ну, допустим.
– А Джие? Она придет? – спросила Дживон, стараясь сменить тему, хотя и была уверена, что та не явится.
– Сказала, что уже на подходе.
Глаза Дживон округлились:
– Джие тоже придет? С остальными?
– Ага.
– Ты... ты рассказал им, за кого Сумин выходит замуж?
– За этого твоего бывшего женишка?
Один их гостей, услышав обрывок разговора, покосился на них. Дживон приложила палец к губам: «Тс-с!»
– Ну да, за него.
– Конечно, рассказал. – Ынхо насмешливо приподнял уголок рта.
– И... что они сказали?
– Да ничего особенного. Сказали, придут поесть на фуршете.
«Они точно не из тех, кто приходит просто поесть», – подумала Дживон.
Чувствуя неладное, она попрощалась с Ынхо и вместе с Джихёком вошла в зал. Если запахнет проблемами, она собиралась вмешаться и остановить их. Не хватало еще, чтобы все сорвалось из-за какой-то случайности, когда она уже так близко к цели.
У входа в зал было не протолкнуться: одни хотели посмотреть церемонию снаружи, другие пытались занять места внутри. Среди этой толпы Дживон заметила группу гостей, которые резко выделялись на общем фоне.
В тот же миг эта группа тоже увидела Дживон и Джихёка.
– Приветствуем, хённим!
Ким Сину, который и без того выглядел угрожающе, а в черном костюме и вовсе походил на бандита, низко поклонился Ю Джихёку. Тот, хоть и не подал виду, слегка опешил. Другие гости, наблюдавшие за этой сценой, пребывали в не меньшем замешательстве.
– Вы... вы что это на себя нацепили? – ошарашенно спросила Дживон.
Трое подруг сегодня выглядели красавицами. Проблема была лишь в том, что оделись они не на свадьбу, а скорее в ночной клуб.
– А что не так с нашим видом? – невинно поинтересовалась Джие, поправляя обтягивающие белые скинни и кроп-топ, который сидел на ней как вторая кожа.
– Ой, Дживон! Ты сегодня такая красавица! – воскликнула Сена и лучезарно улыбнулась.
Из-под ее экстремально короткой мини-юбки сверкали шипами эффектные каблуки-стилеты.
– О, Ынхо там! Пойдем вместе, а ты заходи первая. Пэк Ынхо, мы здесь! – Юнхи замахала рукой.
Просторная футболка скрывала ее короткие шорты так, что казалось, их и вовсе нет. Дживон с облегчением отметила, что они хотя бы не пришли совсем без штанов – значит, еще не окончательно сошли с ума.
– Зачем вы пришли? Вы же не говорили мне.
– А на кой нам тебе докладывать? – Джие пожала плечами и хищно усмехнулась. – Мы не к тебе пришли. Мы пришли поглядеть на рожу этого гада и на семейку этой девки. А ты не обращай на нас внимания, сиди себе с благородным видом.
Перед началом выхода невеста стояла за закрытыми дверями. Сумин сжимала букет, прислушиваясь к звукам снаружи.
– А теперь – главная героиня сегодняшнего дня! Встречайте самую прекрасную невесту в мире!
Голос распорядителя окреп, двери распахнулись, и на Сумин полился свет прожекторов. Она грациозно склонила голову и шагнула в такт музыке. В конце дорожки невесты она увидела Пак Минхвана, пристально смотрящего в ее сторону.
Шаг, еще шаг. Он становился все ближе. И когда до него оставалось всего пару метров, Сумин вдруг осознала: взгляд Минхвана направлен вовсе не на нее. Он смотрел только на Дживон.
– Наконец-то прекрасная невеста и великолепный жених встретились! – провозгласил распорядитель дежурную фразу, лишенную всяких эмоций.
Сумин отпустила руку дяди, заменяющего ей отца, о котором она и вспоминать не хотела, и, беря Минхвана за руку, прошептала:
– Смотри вперед, оппа.
Минхван с трудом отвел взгляд от Дживон и развернулся.
Речь распорядителя была невыносимо долгой и скучной. Гости, поначалу делавшие вид, что слушают, вскоре начали ерзать и перешептываться. Дживон, сидя на почти пустой стороне невесты, безучастно разглядывала спины новобрачных.
– На этом напутствие окончено.
Распорядитель наконец замолчал, и гости, умиравшие от скуки, заметно оживились.
– Начальник, – негромко позвала Дживон. Это был чисто импульсивный порыв. – Не могли бы вы положить руку мне на плечо?
Ю Джихёк на мгновение замер, но тут же поднял руку и обнял ее за плечи. Между его ладонью и ее плечом оставался крошечный зазор, но со стороны казалось, что он нежно прижимает ее к себе.
Обернувшийся Минхван наткнулся взглядом именно на эту руку. Дживон видела, как исказилось его лицо, как задрожали от ярости и ревности зрачки. Она видела и Сумин, которая вцепилась в руку Минхвана мертвой хваткой.
Когда-то эти двое были для Дживон целым миром. Кроме них в ее жизни не оставалось ничего. А теперь они, взявшись за руки, вместе шагали прямо в пекло.
«Вы станете адом друг для друга».
Уголки губ Дживон едва заметно дрогнули в улыбке. Минхван, для которого чужое мнение и воля матери были превыше всего, никогда не решится на развод. А Сумин не отпустит его, зная, что, как только они разойдутся, он тут же побежит к Дживон.
В конце этой помойной семейной жизни их обоих будут ждать лишь клетки раковой опухоли.
Пройдя через все преграды, Пак Минхван и Чон Сумин наконец стали мужем и женой и зашагали по свадебной дорожке. Пока они целовались под вспышки камер, Дживон аплодировала им – искренне, от всей души.
– Просим пройти на фотосессию!
После церемонии началась традиционная съемка. Когда со стороны невесты вышла Дживон со своими друзьями, шумная атмосфера в зале мгновенно застыла.
– Вы подруги невесты, верно? – спросил фотограф.
Джие, громко чавкая жвачкой, с вызовом ответила:
– Не просто подруги. Мы – друзья-яйца.
– Простите... какие друзья?
– Ну, друзья, неделимые, как мужское достоинство. Друзья не разлей вода.
Гости замерли в шоке. Глаза Ким Джаок, которая и до этого неодобрительно косилась на девиц, полезли на лоб. Сена заливисто рассмеялась:
– Какие еще яйца? Откуда у нас яйца?
Кое-кто из гостей прыснул, пытаясь сдержать смех.
– И я о том же, – подхватила Юнхи. – Откуда им взяться? Дядя-фотограф, нам тут встать?
Юнхи бесцеремонно заняла место в самом первом ряду, где их было видно лучше всего. Фотограф явно хотел отодвинуть эту эпатажную троицу назад, чтобы они не перетягивали на себя все внимание, но со стороны невесты гостей почти не было, так что выбирать не приходилось.
– Кто ловит букет? Прошу выйти! – весело прокричал фотограф.
Внимание всех присутствующих сосредоточилось на Дживон, вышедшей вперед.
– На счет «три»! Раз, два, три!
Букет, который должна ловить самая близкая подруга, взлетел высоко в воздух и приземлился точно в руки Дживон. В этот момент имя «Кан Дживон» навечно запечатлелось в свадебном альбоме Пак Минхвана и Чон Сумин.
Точно так же, как когда-то в прошлой жизни, в альбоме Дживон была запечатлена Сумин.
– Бесит!
Едва церемония закончилась и Сумин вошла в раздевалку, она сорвала туфли и с силой швырнула их в угол. Помощница, пришедшая помочь снять платье, испуганно цокнула языком:
– Невеста, почему вы так разгневаны в такой день?
– А вам-то что? Снимайте это быстрее!
Сумин принялась сдирать фату. Испугавшись, что Сумин все порвет, помощница торопливо вытащила шпильки и помогла освободиться от платья. Глядя в зеркало, Сумин вполголоса изрыгала проклятия:
– Сумасшедшие твари... Решили устроить здесь балаган? Думают, я все та же безответная кукла? Погодите у меня, я вам всем глаза выколю.
– Ох, ну и речи у тебя, страшно слушать, – раздался голос.
– А вам-то какое дело, тетуш... – Сумин резко осеклась и обернулась.
В раздевалку в ярости ворвалась Ким Джаок. Увидев, как невеста пинает только что снятый кринолин, она замерла в оцепенении.
– Девочка моя, что это за невоспитанность?
Вздернутые уголки глаз Сумин мгновенно опустились, и она сделала жалобное лицо, как у побитого щенка.
– Просто помощница так сильно тянула меня за волосы... Мне было больно, а я за Командира переживаю, вдруг он испугается...
– Ой, ладно, забыли. – Джаок небрежно махнула рукой и уселась в углу, закинув ногу на ногу. – Эти девицы... они и правда твои близкие подруги? Там старшие в шоке. Спрашивают, не ошиблись ли мы с невесткой для Минхвана!
Сумин прикусила губу изнутри. Она столько сил потратила, обрабатывая родственников, чтобы никто не смел вякнуть против ее семьи. Умоляла их молчать, иначе, мол, о браке с сотрудником крупной компании можно и не мечтать. И после всего этого эти девки пришли и все испоганили?
– Это не мои подруги. Это подруги той девушки, что ловила букет... – пролепетала Сумин.
– Вот как? И зачем она вообще поперлась ловить букет? Это же уму непостижимо! Если о нашем Минхване поползут дурные слухи, ты за это ответишь! Я чуть в обморок не упала от ужаса! Ты вообще головой думаешь или как?
Джаок, не в силах сдержать гнев, начала тыкать в Сумин пальцем. Ее голос сейчас гремел так, что недавние истерики Сумин казались детским лепетом.
Глава 67
Дорожка к алтарю (3)
– Госпожа, прошу вас, успокойтесь. Невесте нужно переодеться, чтобы выйти к гостям.
Помощница, придерживая чогори[20], пыталась урезонить Джаок. За десять с лишним лет работы она видела всякое, но эта семейка определенно входила в пятерку самых скандальных.
– Пусть переодевается. Я никуда не уйду.
– Но как же новобрачная будет переодеваться при свекрови?
– Я ей теперь не просто свекровь, а мать, так что ничего страшного. А ты, дорогая, отвечай, пока переодеваешься. Как все это понимать?
У Сумин разболелась голова.
Если подумать, ей больше не было смысла пресмыкаться перед Джаок. Они живут отдельно, свекор на ее стороне, брак официально зарегистрирован, и даже свадьба сыграна. Что она ей теперь сделает?
– Какая разница, кому я отдала букет?
Тщательно выведенные брови Джаок взметнулись вверх, приняв форму крыльев чайки.
– Что ты сказала?
– Букет изначально был мой. Я отдала свою вещь, почему вы меня отчитываете? Разве я нарвала для него цветов из ваших горшков?
У помощницы пропало всякое желание вмешиваться. Опыт подсказывал: в таких сумасшедших домах лучше помалкивать, сделать свою работу и исчезнуть, не оборачиваясь.
– Ты чего-то не то съела? Как ты смеешь так дерзить!
– Не орите. Командира напугаете.
– Чуть что – сразу: «Командир, Командир»! Да что ж ты за девка такая! Свекровь с тобой разговаривает, а ты и ухом не ведешь!
– Да когда это я «ухом не вела»? Мама, вы просто... Ой! А-а-ай! – Сумин схватилась за живот, который на самом деле ее ни капли не беспокоил, и жалобно застонала. – Ой, живот болит... Мамочки...
– Видимо, тонус повысился. Госпожа, выйдите, пожалуйста. Пусть посидит немного, как полегчает – выйдет.
Внук-первенец был дороже золота. И хотя в душе Джаок шевельнулось подозрение, что это симуляция, она не посмела ничего возразить, лишь сердито дернула бровью.
– Выходи как можно скорее. Нужно поприветствовать старших, пока они не закончили обедать.
– Хорошо, мама, – ответила Сумин, все еще прижимая руки к животу.
Выходя из комнаты, Джаок потерла лоб. Кто бы мог подумать, что эта покладистая, заглядывающая в рот девчушка окажется такой ненормальной. Она впервые начала жалеть о том, как усердно когда-то уговаривала Минхвана жениться именно на Сумин.
– А здесь неплохо готовят юкхве[21]. Вот бы сейчас смешать его с желтком да под холодную соджу – милое дело было бы.
Юнхи отправила в рот порцию сырого мяса и принялась аппетитно жевать. Стол, за которым сидели три подруги, буквально ломился от еды со свадебного шведского стола.
– И добавь проростки сои, – вставила Джие.
Сена, кажется, прониклась этой идеей и глубокомысленно кивнула.
– Слушай, Джие.
– Чего?
– А при Сину-то так можно? Хотя его после того случая с «друзьями не разлей вода» что-то не видать.
– Заткнись, – коротко бросила Джие и открыла бутылку соджу.
День явно располагал к выпивке.
– Тебе бы такта побольше, Сена. На, ешь лучше. – Юнхи бесцеремонно засунула в рот Сене личи, принесенные на десерт.
– У-уф! Тьфу-тьфу! Эй! – Сена выплюнула фрукт в салфетку и потянулась за водой. – Могла бы и почистить! Что за манеры!
– Скажи спасибо, что я его вообще не с веткой тебе скормила. Подруга, считай, любовь свою похоронила ради дружбы, а ты вместо поддержки соль на рану сыплешь. Господи, и как я только такую дуреху десять лет в подругах терплю!
– Ты тоже помолчи, – осадила их Джие.
Перебранка стихла. Джие в одиночку осушила рюмку соджу, которая уже нагрелась.
– Говорила же я тебе – не бери его с собой, – сочувственно цокнула языком Юнхи.
– Ну а как иначе? Идем на дело, нужен же был кто-то для массовки.
– На эту роль и Пэк Ынхо бы подошел.
– Ты на его габариты посмотри. Хлюпик же, один раз толкни – и улетит.
– Джие, тебе не кажется, что у тебя слишком завышенные стандарты мужской силы? – осторожно спросила Сена, но Юнхи тут же заткнула ей рот вторым личи. Снова неочищенным.
– Тьфу! Я же просила!
– Ты тут самая главная, что ли? Велено есть – ешь.
– Да тише вы обе. Она там что, этот ханбок из нитей шелкопряда вручную плетет? Почему так долго?
– Годы идут, а ничего не меняется, – пробормотала Джие, наливая себе еще одну рюмку. – О, кажется, соткала. Идет.
Сена расплылась в улыбке и замахала рукой Сумин, которая входила в зал вместе с Минхваном. Улыбка на лице невесты тут же превратилась в нервную гримасу.
– Она точно меня видела.
Сена замахала обеими руками еще неистовее. Окружающие начали оборачиваться, и только Сумин изо всех сил старалась смотреть в другую сторону.
– Хватит кривляться. Дай ей спокойно круг почета сделать. – Юнхи силой опустила руки Сены.
Тем временем Сумин и Минхван начали обходить столы. К столу, где сидели «эти сумасшедшие», Сумин даже не повернула головы.
Но разве их это остановит? Как только Сумин закончила у соседнего стола, Сена вскочила и внезапно обняла ее со спины:
– Сумин! Какой ханбок красивый! Выглядит точь-в-точь как тот, в котором твоя мама замуж выходила!
Сумин в ужасе отпрянула, пытаясь высвободиться:
– Пусти! Ты что творишь?
– А что такого? Мы же подруги! – Сена картинно надулась.
Джие, вальяжно закинув ногу на ногу, хмыкнула:
– Чего ты ломаешься? Сумин, мы же твои самые близкие друзья. Помнишь, как в детстве – друзья-яйца?
Лицо Сумин стало багровым, как лава. Она поспешно вытолкнула Минхвана вперед, чтобы он шел к другим гостям. Но Джаок, стоявшая неподалеку, отчетливо услышала фамильярные выкрики, и ее брови снова взметнулись вверх. Казалось, она сейчас подхватит какую-нибудь закуску и улетит прочь с этими чайками на лице.
– Друзья-яйца навсегда! – подхватила Юнхи, отчего брови свекрови мелко задрожали в конвульсии.
«Нужно вышвырнуть этих безумных девок».
Оглядевшись, Джаок заметила крепкого сотрудника банкетного зала и подозвала его жестом.
– Вам что-то нужно?
– Вот те три девицы. Мы их не приглашали. Вышвырните их немедленно!
– Простите, но мы не имеем права выгонять гостей...
– Я же говорю вам – их не приглашали! Они ворвались сюда сами и мешают людям. Если вы ничего не сделаете, у нас будут проблемы с оплатой банкета!
Сотрудник в замешательстве посмотрел на стол Джие. Вид у компании и впрямь был сумасшедший.
– Хорошо, я попробую с ними поговорить. Подождите. – Он нерешительно подошел к столу и слегка поклонился: – Прошу прощения. Вы пришли на свадьбу господина Пак Минхвана?
– Допустим, – ответила Юнхи на диалекте.
– Боюсь, вам придется уйти. Поступила жалоба.
– Это кто еще пожаловался? – мило спросила Сена, сложив ладони «чашечкой» под подбородком.
– Я не могу сказать. Пожалуйста, покиньте зал.
– И что, даже не скажете, кто нас выгоняет? – Джие откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.
Сотрудник, обливаясь холодным потом, замялся:
– Это просьба со стороны распорядителей свадьбы. Пожалуйста...
– Семья жениха? Да невеста, которая сегодня замуж вышла, – моя подруга, мое яичко. Сумин, подтверди! Ну же?
Юнхи засунула в рот личи прямо в кожуре и громко хрустнула. Зрелище было пугающим.
– Кто это вообще такие? – вскрикнула Сумин. – Уходите немедленно, или я вызову полицию!
– Полицию? Сумин, ну ты даешь, – протянула Сена, чуть не плача.
Джие рывком усадила Сену на место и встала сама.
– Значит, все, дружбе конец? Ну-ну. Впрочем, я так и думала – ты же за бывшего жениха своей подруги замуж выскочила.
– Замолчи! Вон отсюда!
Сумин попыталась схватить Джие за руку, но та была явно сильнее.
– И не стыдно тебе было кидать букет подруге, у которой ты мужика увела? Смотри, как бы тебе эти цветы в одно место не вставили!
– Охранники! Что вы стоите?! Выведите их!
В зале воцарилась тишина. Гости перестали есть, даже те, кто стоял в очереди за едой, замерли с щипцами в руках.
– Пройдемте на выход. Здесь нельзя устраивать скандал. – Сотрудник коснулся плеча Джие.
Она резко вскинула голову, глаза ее недобро сверкнули:
– Ты что творишь? Я не хотела шуметь в такой день, но вы, ребята, совсем берега попутали?
– Сказано же вам, вы – незваные гости. Покиньте помещение!
– Да вот же приглашение! – Сена выудила из сумочки порванную половинку открытки.
Сотрудники окончательно растерялись. Жалоба на «незваных гостей» явно не подтверждалась.
– Но у нас жалоба...
– Джие! – Зычный голос раскатился по всему залу.
К ним почти бегом приближался Ким Сину. Вид у него был такой, будто он встретил заклятого врага в темном переулке.
– Сину? Вы разве не домой ушли? – Джие мгновенно преобразилась, ее голос стал кротким.
– Простите, Джие. Задержался с Ынхо-хённимом, разговор затянулся. А что здесь... – Ким Сину перевел взгляд на сотрудника. – Какие-то проблемы?
Грозный вид Сину, его короткая стрижка и внушительные габариты заставили сотрудника непроизвольно вытянуться по струнке.
– Со стороны организаторов поступила просьба вывести этих дам. Сказали, их не приглашали...
– Значит, если они будут гостями не со стороны свадьбы, все будет в порядке?
Ким Сину залез во внутренний карман пиджака. Сотрудник испуганно отшатнулся, ожидая увидеть нож, но Сину достал кредитную карту.
– Оплатите их обед полностью, покройте все расходы. С этого момента этот стол к данной свадьбе никакого отношения не имеет. Ясно?
– Сину... – Глаза Джие заблестели сердечками.
Сена и Юнхи, не в силах на это смотреть, прикрыли лица руками.
– Понял. Я сейчас уточню у руководства.
– Чего там уточнять? Люди пришли поесть. Проводите оплату, и все.
Сину рывком снял пиджак и накинул его на плечи Джие. Огромный пиджак укутал ее почти целиком.
– Здесь кондиционеры сильно дуют. Садитесь и спокойно ешьте.
– Да мы уже все... – Джие забрала карту из рук сотрудника. – Мы уже закончили. На подругу посмотрели – и хватит. Пошли.
– Точно? Не из-за всей этой ерунды со свекровью?
Ким Сину бросил уничтожающий взгляд в сторону стоявшей в отдалении Джаок – не из-за нее ли тут шум поднялся?
– Все нормально. Мы закончили. – Джие подошла к застывшей Сумин и легонько погладила ее по голове. – Поздравляю, Сумин. Ты так старательно подобрала мусор, который выбросила твоя подруга. Было мерзко, надеюсь, больше не увидимся.
Машина Джихёка была припаркована позади свадебного зала. Дживон сидела на пассажирском сиденье, опустив козырек, чтобы ее не было видно. Она подальше откинулась на спинку.
– Можно я немного отдохну?
– Тогда я ненадолго выйду.
Чтобы Дживон было комфортно, Джихёк оставил кондиционер включенным на малую мощность и вышел наружу. Мужчины, курившие у входа на парковку, бросали на него любопытные взгляды, но тут же отворачивались.
– Хённим! – Из толпы навстречу ему уверенным шагом вышел человек, чьи габариты явно выделялись на общем фоне. – Уже уходите?
Великан поклонился под прямым углом. Джихёк поспешно придержал Ким Сину за плечо и слегка кивнул трем женщинам, стоявшим рядом:
– Простите, не успел представиться раньше. Ю Джихёк, коллега Кан Дживон.
– Сину о вас много рассказывал. Я Хан Джие, подруга Дживон из ее родного города.
– Со Юнхи.
– Ли Сена. Очень приятно.
Троица вела себя на удивление вежливо и даже чересчур культурно, что совсем не вязалось с их внешним видом. Женская интуиция за считаные секунды просканировала Джихёка: внешность, характер, достаток, манеры – все было на высшем уровне.
Джие, которой Джихёк понравился гораздо больше миловидного Ынхо, мысленно извинилась перед другом детства: «Прости, Ынхо. Я найду тебе девушку получше».
– Сину все уши прожужжал о том, какой вы замечательный руководитель. Раз уж мы так встретились, давайте как-нибудь выпьем соджу. Вместе с Дживон, конечно.
Это предложение вонзилось в сердце Джихёка, словно стрела в дерево.
– Если вам будет удобно, давайте поужинаем вместе. Я угощаю.
Глаза Сены загорелись так ярко, что стало неловко.
– Ловлю на слове, господин начальник!
– Какой он тебе «начальник»? Он их начальник, а не твой! – Юнхи ткнула Сену в бок и серьезно добавила: – Ну, тогда мы не станем отказываться от угощения.
Джихёк торопливо прикрыл рот рукой и отвернулся. Он едва сдержал смех. Эти люди заставили его улыбнуться – такое в его жизни случалось нечасто.
К счастью, Ким Сину вовремя попрощался:
– Я, пожалуй, пойду, хённим. Нужно отвезти Джие и ее подруг.
Ю Джихёк проводил взглядом машину, которую одолжил Сину, и вернулся к своему «Майбаху». При звуке закрывающейся двери Дживон открыла глаза.
– Отдохнули?
– Да. Поехали.
– Куда?
– Кормить Пхани.
На губах Дживон заиграла улыбка. Джихёк тоже едва заметно улыбнулся, но тут же посерьезнел и снял машину с ручника.
– Начальник.
– Да.
Он осторожно сдавал назад, но на мгновение замер и обернулся к ней.
– Спасибо.
– Я все равно еду в ту сторону.
– Я не об этом. Спасибо за то, что вы всегда позволяете мне использовать вас.
Длинные ресницы Дживон медленно дрогнули. Джихёку показалось, что она похожа на трепещущий лепесток цветка.
– Но я обещаю. Если вам когда-нибудь понадобится помощь, я сделаю все, что в моих силах. Так что... – Дживон улыбнулась с облегчением. – Если возникнет необходимость, вы тоже используйте Кан Дживон.
Глава 68
Весна в кампусе
Это была не свадьба, а форменный бедлам. Минхван готов был вычеркнуть из жизни это кошмарное событие и больше никогда о нем не вспоминать.
– Ну что, теперь-то ты довольна? – процедил сквозь зубы Минхван, который отослал Джэёна, обещавшего поработать водителем молодоженов, и сам сел за руль свадебного авто.
Разумеется, Сумин не собиралась отвечать ему вежливо:
– А я-то тут при чем? Сколько раз повторять: они мне не друзья!
– Если бы ты не дала Дживон приглашение, ничего бы этого не случилось! Я чуть в обморок не упал, когда она вышла букет ловить. Ты лицо моей матери видела? Она и так слабая, а если сляжет от стресса – что тогда делать будешь?!
– Твоя мать... Да я сама скорее слягу. Хватит уже.
Сумин была уверена: Джаок скорее сама кого-нибудь в могилу сведет, чем свалится от слабости.
– Ладно. О чем вообще с тобой говорить... – пробормотал Минхван с видом человека, который уже на все махнул рукой.
В конце фразы он привычно добавил: «Твою мать...», за что тут же удостоился испепеляющего взгляда Сумин:
– Тебе обязательно так ругаться?
Минхван, не желая даже вступать в спор, опустил стекло. В этот выходной день дороги были забиты так же плотно, как и его собственные легкие от злости. В этот момент к пешеходному переходу плавно подкатил и замер угольно-черный «Майбах».
– Вот это тачка, – вырвалось у него.
Сумин, услышав это, вытянула шею, разглядывая машину.
– Она дорогая?
– Себя по кускам продашь – и то на такую не хватит.
Минхван бросил это равнодушно, продолжая разглядывать соседа по потоку. Словно почувствовав на себе взгляд, окно «убийственного» авто медленно поползло вниз. Когда показались идеально уложенные волосы водителя и его прямой, точеный профиль, Минхван не поверил своим глазам.
– Что?! Это еще что за урод?
Ю Джихёк медленно повернул голову. Минхван заскрежетал зубами, вспомнив, как этот человек на свадьбе касался плеча Дживон.
Сумин положила руку на его ладонь, мертвой хваткой вцепившуюся в руль. Сигнал светофора сменился, и Ю Джихёк, ограничившись едва заметным кивком, первым тронулся с места и мгновенно исчез из виду.
– Скотина... Выпендрежник хренов, – не унимался Минхван, вжимая педаль газа в пол. – Думает, я не заметил, как он на Дживон зыркает? Грязный, подлый ублюдок. Совести у него нет.
Если бы Дживон это услышала, она бы наверняка поинтересовалась, не о себе ли он это говорит.
Новоиспеченные супруги вернулись домой в холодной атмосфере и занялись делами. Приняли душ, развесили свадебные наряды и ханбоки, разослали гостям благодарственные сообщения. Но самым важным делом был подсчет подаренных денег.
– Чхве Юнсок – двести тысяч вон[22]. Джэён, гаденыш, тоже всего две сотни принес. Пак Хису – сто тысяч. А это еще что? Три тысячи вон?! Какой мерзавец взял талон на обед за три тысячи?!
В конверте с тремя тысячами вон имени не было. Минхван, скривившись, в клочья разорвал конверт и швырнул его в сторону.
Следующий конверт оказался довольно пухлым. Рука Минхвана замерла, когда он увидел на нем знакомое имя.
Для Сумин. От Кан Дживон
– Пф-ф. Повезет, если там хотя бы пятьдесят тысяч. Ты видел, в каких брендах она сегодня вырядилась? Ей же совсем не идет, – ядовито проворчала Сумин, выхватывая конверт и вытряхивая содержимое.
Желтоватые купюры веером рассыпались по белому конверту. Всего сто штук.
– Пять миллионов вон[23]... – пробормотал Минхван, пересчитав деньги.
Он не понимал истинного смысла этой суммы. И, скорее всего, не поймет никогда.
Для Дживон в прошлом это были деньги, от которых зависела жизнь. Для нынешней Дживон – цена одной сумки. Сумма, которую она с радостью заплатила за то, чтобы из ее жизни вывезли сразу две кучи мусора.
Убирая эти пять миллионов в конверт, Дживон мысленно обратилась к Сумин: «Это тебе на операцию. Когда у тебя не будет ни воны на лечение рака, ты обязательно вспомнишь об этих деньгах. Хотя к тому моменту Пак Минхван наверняка уже все спустит на акциях».
– Мяу.
Стоило Джихёку открыть входную дверь, как его встретило равнодушное приветствие Пхани. Если бы сотрудники компании увидели, как Ю Джихёк здоровается с котом, словно с человеком, они бы в ужасе попятились.
– Долго ждал? Подожди еще немного. Переоденусь и отнесу тебя к Дживон.
Едва сняв обувь, он направился прямиком в гардеробную. Это была единственная комната в доме, куда Пхани вход был строго воспрещен: здесь стояли две системы ухода за одеждой «Стайлер», стеллажи с аксессуарами и ряды костюмов. Хиён, заходя сюда, вечно вздыхала, чтобы Джихёк выкинул уже эти старомодные пиджаки и носил то, что здесь висит.
Из всего многообразия вещей Джихёк выбрал серый спортивный костюм, занимавший отдельную секцию. Его одежда для игр с котом – так называемый «костюм для Пхани».
– Мяу! Мя-я-яу!
Пхани, не дождавшись, принялся скрести дверь гардеробной. Для кота, который обычно вел себя крайне отстраненно, это было из ряда вон выходящим событием.
– Не царапай дверь, Компхани. Идем уже.
Ю Джихёк вышел и подхватил кота одной рукой. Каждый раз, когда он делал эти несколько шагов до квартиры Дживон, его сердце трепетало. Он всегда замирал перед ее дверью, делал глубокий вдох и проверял, не слишком ли суровое у него лицо.
Порой он сам не мог поверить в реальность происходящего. Собственно, так было каждую минуту. Кан Дживон живет в соседней квартире. Он может нажать на звонок и перекинуться с ней парой коротких, но таких личных фраз.
Дин-дон.
Почти сразу из-за двери донесся голос Дживон:
– Минуточку!
Тяжелая дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы мог пройти человек.
– О, Пхани пришел?
Дживон тоже была в домашнем. Кот пулей запрыгнул в ее объятия и принялся тереться головой о ее грудь.
– Я буду дома весь день. Верните его, когда вам будет удобно, – сухо произнес Джихёк, обращаясь к этому маленькому чуду реальности.
– Вы ведь еще не обедали, начальник? Я собираюсь заказать еду из ресторана «Соджак», давайте поедим вместе.
Воскресный полдень. От звука голоса Дживон, предлагающей разделить обед, сердце Джихёка раздулось, как праздничный пирог.
Он помедлил, затем кивнул и переступил порог. Когда Дживон отступила в сторону, давая ему пройти, он уловил тонкий аромат шампуня от ее волос.
Это не было просто удачным стечением обстоятельств. Каждое мгновение теперь было чудом в чистом виде. Кан Дживон дышит. Ее длинные волосы собраны в хвост. Она улыбается, глядя на кота.
Кан Дживон жива.
В тот весенний день, когда последние холода отступили и солнце начало припекать по-настоящему, Ю Джихёк впервые встретил Кан Дживон. Или, точнее будет сказать, «увидел».
В тот день в университете было непривычно людно. По кампусу стайками и в одиночку бродили ребята, еще не растерявшие школьного вида. Как выяснилось позже, это был день открытых дверей для абитуриентов.
Джихёку хотелось тишины. Уклонившись от сокурсников, настойчиво звавших его играть в баскетбол, и стараясь не попадаться на глаза взбудораженным первокурсникам, он свернул на узкую тропинку за корпусом, где раньше никогда не бывал. Там густо росли деревья, в траве кишели насекомые, и, кроме самого Джихёка, туда почти никто не заглядывал.
Но там уже была гостья. Девушка с блестящими волосами, собранными в хвост на затылке.
Сквозь толстые линзы роговых очков она сосредоточенно смотрела в одну точку. Она сидела на корточках, ее мешковатая юбка волочилась по земле, а огромный черный рюкзак за спиной выглядел так, будто она собралась покорять Гималаи.
Сначала Джихёк хотел просто уйти. Но девушка так пристально вглядывалась в заросли, что им овладело несвойственное ему любопытство.
– На что вы так смотрите?
Когда он подошел ближе и спросил, девушка шикнула на него и указала пальцем в траву. Джихёк присел рядом.
Там, свернувшись калачиком, спал котенок размером меньше ладони. Он выглядел совсем крошечным и истощенным – видимо, даже молока материнского не пробовал. Его шерстка, смесь серого, белого и черного, была припорошена пылью.
К сожалению, это маленькое существо не вызвало у Джихёка никакого интереса. Он равнодушно посмотрел на котенка и уже собирался встать.
– Его, наверное, тоже мама бросила.
Его остановил не котенок, а голос девушки. У нее был странный говор – не столичный, но и не пусанский, какой-то неловкий, но удивительно ей подходящий.
– Трогать его нельзя. А то мама может совсем не вернуться. – Она заговорила быстро, явно испугавшись, что Джихёк может потревожить животное. – Вы не могли бы посидеть здесь минутку? Я сбегаю куплю ему чего-нибудь поесть. Он выглядит совсем слабым.
Джихёку совершенно не хотелось сидеть в углу и караулить кота.
– Возвращайтесь скорее.
Он в самом деле этого не хотел.
– Спасибо! Подождите совсем чуть-чуть, пожалуйста. Никуда не уходите!
Девушка рассыпалась в благодарностях и наставлениях, после чего быстро исчезла. Самым странным было то, что за все это время она ни разу не взглянула на самого Джихёка.
Такое поведение, которое другой мог счесть грубостью, Джихёку даже понравилось. Он привык к тому, что люди вздрагивают, когда смотрят на него снизу вверх из-за его высокого роста, и пугаются еще сильнее, когда встречаются с ним взглядом. Даже очки без диоптрий, которые он начал носить в старшей школе, лишь слегка смягчали его холодный и пугающий вид.
Подогнув длинные ноги, Джихёк прислонился к дереву и стал молча наблюдать за котенком. Тот, то ли не замечая человека, то ли игнорируя его, мирно спал, изредка подергивая ушками и тихонько мурлыча.
«На плесень похож».
Таково было первое впечатление Джихёка о крошечном существе.
Апрельское солнце пробивалось сквозь листву. Легкий весенний ветерок доносил отдаленный гул оживленного кампуса. Котенок дышал, его маленькие ребрышки, которые были тоньше пальца Джихёка, то поднимались, то опускались. Девушка все не возвращалась.
Веки Джихёка потяжелели, и в конце концов он не выдержал и закрыл глаза.
Это был удивительно сладкий сон. Когда он открыл глаза, девушка уже вернулась и сидела рядом на корточках. Она не заметила, что он проснулся.
– Кушай побольше, малыш.
Она шептала это самым мягким и нежным голосом, который Джихёку когда-либо доводилось слышать.
– Мяу.
Котенок, оказавшийся на редкость бесцеремонным, уже терся у ее ног.
– Завтра я снова принесу тебе поесть. Встретимся здесь, договорились?
– Мя-я-яу.
– Умница какой. А я Кан Дживон. У тебя ведь еще нет имени?
Девушка лучезарно улыбнулась. Джихёк, еще не до конца проснувшись, в полузабытьи смотрел на них, не понимая – сон это или явь.
– Твоя мама тебя не бросила, она просто ушла далеко на охоту. Ты ведь такой хороший и красивый. Правда? Пока мама не вернется, я буду о тебе заботиться.
– Мяу.
– Эх, если бы и я была такой красивой, как ты, мама бы тоже вернулась...
Последние слова, сорвавшиеся с ее губ подобно вздоху, Джихёк услышал совершенно отчетливо.
«Да ты и так красивая», – хотелось сказать ему. И глаза, которые так мило щурятся, когда она улыбается, и аккуратный носик, и губы, и даже мочки ушей, похожие на лепестки цветов, – все в ней было красиво. А то, что ее мать не вернулась, – это лишь ее личное дело, которое к самой девушке не имеет никакого отношения.
Девушка вдруг резко обернулась. Джихёк рефлекторно поправил очки, надвигая их глубже на переносицу.
– О, вы проснулись. – Голос девушки теперь звучал официально и сухо, совсем не так, как мгновение назад с котенком. – Спасибо, что присмотрели. Вот, возьмите.
Джихёк растерянно протянул руку и взял то, что она ему дала. Это была сложенная вчетверо синяя бумажка с добродушно улыбающимся королем Сечжоном...
– Десять тысяч вон?
Опешив от такой неожиданной благодарности, он переспросил, но девушка, видимо, решила, что этого мало.
– У меня больше нет денег. Простите.
– Да я не об этом...
– Если я останусь здесь слишком долго, мама может не вернуться. Я пойду.
Она и не думала звать его с собой. Кряхтя, девушка взвалила на спину свой «гималайский» рюкзак, коротко поклонилась и исчезла первой.
– Мяу, мяу...
Видимо, котенку тоже было обидно, что она ушла, не попрощавшись. Похожий на плесень малыш сидел на месте и жалобно мяукал.
– Ну и шумный же ты. Если она тебе так нравится – иди за ней, – буркнул Джихёк.
Кот, разумеется, ничего не понял, но задорно задрал хвост, подбежал к Джихёку и прикусил зубами край его кроссовка. Это выглядело так нелепо, что даже мило.
– Она же сказала, что тебя трогать нельзя. – Джихёк невольно протянул руку, но тут же отдернул ее. – Я тоже пойду. А ты жди здесь свою маму.
– Мяу.
Кот лениво облизнул лапку, отвечая без всякого интереса.
«С этой девчонкой он и то по-другому разговаривал».
Джихёку вдруг стало досадно.
– Кан Дживон...
Он мысленно проговорил про себя имя, которое подслушал.
Это было странно. Если не считать Хиён и О Юра, это была первая девушка, с которой он так долго общался на личные темы. И при этом он не чувствовал ни страха, ни неловкости.
Придет ли она завтра?
Джихёк решил, что завтра в это же время он вернется сюда, чтобы отдать ей эти десять тысяч вон.
Глава 69
Семена гнева
– Ну, я наелась! А юкхве здесь что надо.
Хиён, обчистив шведский стол всего за три тысячи вон, пребывала в полнейшем восторге. Она покинула зал пораньше: хоть маленькая месть и удалась, виновник торжества все же был старше ее по рангу. Столкнуться с ним сейчас – значит рискнуть остатками самообладания. Ей совсем не улыбалось стать героиней вирусного ролика под названием «Танго с невестой за волосы», который потом будут репостить во всех соцсетях.
– О, это же он!
Хиён, шагавшая вразвалку с руками в карманах брюк, приставила ладонь козырьком к глазам. Впереди она отчетливо видела высокую, худощавую фигуру.
– Директор Пэк!
Пэк Ынхо остановился и обернулся. Хиён подошла к нему своей обычной, слегка разболтанной походкой.
– Здравствуйте, Хиён. Не ожидал встретить вас здесь.
– Я на полпути с той свадьбы. Вы тоже оттуда?
Ынхо горько усмехнулся, поняв, какую именно свадьбу она имеет в виду.
– Да. Заскочил на минутку, просто показаться.
– Видимо, слишком сильно «показались». Лица на вас нет.
– Меня снова отшили.
– Опять?!
Ынхо коснулся лица и ответил с напускным безразличием:
– Со мной всегда так. И каждый раз я выгляжу все хуже и хуже.
На самом деле сегодня его никто не отшивал. Он просто издалека увидел сияющую Дживон и Ю Джихёка, который стоял рядом с ней, словно изваяние, созданное специально для нее.
Взгляд Джихёка, обычно более жесткий, чем у любой статуи, теплел только рядом с Дживон. А на лице Дживон, смотрящей на него, читалось безграничное доверие.
Возможно, поэтому Ынхо развернулся и ушел, так и не найдя ни единой лазейки, чтобы вклиниться между ними.
– Лицо-то, может, и осунулось, но красавчиком вы быть не перестали, – попыталась утешить его Хиён, которой вдруг стало его жаль.
Они уже какое-то время шли бок о бок в тени платанов.
– Вы правда считаете меня красавчиком?
– А вы сами будто не знаете?
– Ну, допустим, знаю.
Ынхо резко остановился. Хиён тоже замерла, и его красивое лицо внезапно оказалось совсем близко к ее лицу.
– Хиён, может, это прозвучит по-детски, но все же...
– Ну что, что? Отодвиньтесь и спрашивайте.
Хиён сделала шаг назад.
– Ю Джихёк... он красивее меня?
– Да что вы такое несете? С какой стати ему быть красавчиком? Вылитый верстовой столб у въезда в деревню. – Хиён наморщила лоб, не скрывая своего пренебрежения. – Если честно, кроме роста, фигуры, трудоголизма и отсутствия женщин, в нем и смотреть-то не на что. Ах да, деньги. Денег у него завались. Но если это отбросить – что останется?
Ынхо выпрямился, и вид у него стал еще более мрачным.
– Судя по вашему описанию, Хиён, он – идеальный мужчина.
Чувствуя вину, Хиён принялась с удвоенной силой выискивать в Ю Джихёке недостатки:
– Он же шуток совсем не понимает. Скучный до невозможности. А пунктик на чистоте? Это же кошмар! Придирчивый – жуть. Стоит хоть немного ошибиться в работе, он тут же включает этот свой низкий голос: «Хиён, извольте объясниться». Вот такой он человек!
– Серьезный, чистоплотный, да еще и профессионал. Понятно теперь, почему у него такая высокая репутация.
Было неясно, то ли Ынхо такой оптимист, то ли пессимист, но вид у него стал совсем удручающим.
– Так, мне пора ловить такси. Поеду я.
Решив, что лучше поскорее ретироваться, Хиён вышла к дороге и принялась активно ловить машину.
– Может, подвезти?
– Нет-нет, на такси удобнее. Счастливо оставаться!
Хиён запрыгнула в остановившуюся машину и помахала рукой. Она мельком удивилась, почему это человек, приехавший на авто, гуляет пешком, но быстро выбросила это из головы.
Пэк Ынхо был хорошим человеком. Он всегда проявлял свои чувства, стараясь при этом не давить на Дживон и соблюдать границы. Он был невероятно трудолюбив: каждое утро сам открывал кафе и работал до поздней ночи. Обладая ангельской внешностью и отличной фигурой, он был кумиром всех сотрудниц, но никогда не позволял себе лишнего. К тому же он потрясающе готовил – слава о его десертах разлетелась так быстро, что их заказывали чаще, чем кофе.
Хиён на мгновение засомневалась. Казалось, такой человек мог бы сделать Дживон счастливой. Вместо этого гаденыша Пак Минхвана.
– И все же надо верить в брата, – пробормотала она себе под нос.
За всю жизнь Ю Джихёк ни разу ни о чем не просил сестру. И они никогда не обсуждали рабочие дела вне офиса. Поэтому, когда он впервые обратился к ней за помощью, Хиён не на шутку перепугалась.
«Мне нравится Кан Дживон. Нет. Я ее люблю».
Без долгих вступлений Джихёк выложил все как есть, совершенно сухим тоном. Хиён тогда подумала, что брат спятил от переработок, и ей даже стало его жалко. Но, конечно, она не упустила шанса над ним поиздеваться.
«О-о-ой, я лублю Кан Дживон! Не-е-ет, я ее обозяю-у!»
Пока Хиён напевала это, приплясывая хулу, Джихёк бесцеремонно схватил ее за загривок, приструнил и продолжил:
– Помоги мне.
– Ладно, ладно! Только отпусти шею, тогда и поговорим!
Когда она перестала брыкаться, Джихёк наконец разжал руку.
– И в чем помогать? Сразу так и скажи.
Хиён думала, он попросит свести их с Дживон или рассорить ее с Пак Минхваном. Если бы дело было в этом, она бы ни за что не согласилась.
Но Джихёк посмотрел на нее так, как она никогда раньше не видела – взглядом, полным боли и решимости.
– Я хочу сделать Кан Дживон счастливой, – сказал он.
Дин-дон!
Раздался звонок в дверь. Дживон попыталась ссадить с колен урчащего Пхани.
– Сидите, я сам открою.
Джихёк резко поднялся и пошел в прихожую. Директор службы доставки «Соджак» господин Чхве, узнав его, смущенно хохотнул:
– Ох, опять я дверью ошибся.
– Нет, все верно.
– Правда?..
Господин Чхве вытянул шею, глянул на соседнюю квартиру, потом снова заглянул через плечо Джихёка внутрь.
– Надо же. А вы, я смотрю, в близких отношениях.
Взгляд директора Чхве, выставлявшего из металлического короба две порции ччаджанмёна и тхансуюк, был весьма многозначительным. Джихёк колебался, стоит ли объясняться, но в итоге просто молча расплатился. Оправдываться перед тем, кто даже не спрашивает, было бы глупо.
– Я же должна была угостить... – Дживон, так и не решившаяся спустить кота на пол, виновато посмотрела на него.
– В следующий раз угостите.
– Тогда в следующий раз плачу я. Обязательно.
– Хорошо. А сейчас даже пальцем не шевелите, просто ешьте.
Джихёк придвинул стол в гостиной поближе к Дживон и принялся расставлять еду. Он ловко разломил деревянные палочки, потер их о край миски и одним движением подцепил плотно натянутую пленку, аккуратно ее снимая.
– Ух ты!
Дживон невольно восхитилась, глядя, как он сворачивает пленку, кладет ее обратной стороной на стол и использует как подставку под приборы.
– Не думала, что вы едите такую еду. Вы так ловко управляетесь.
– Ким Сину постоянно заказывает ччаджанмён, когда его очередь кормить Пхани. Пришлось научиться.
– А-а-а, Сину?
– Да. Благодаря ему я перепробовал доставку изо всех китайских ресторанов в округе. Здесь – вкуснее всего.
Джихёк взял ножницы и дважды надрезал лапшу в одном направлении.
– Я думала, только мой папа так режет чачжанмён.
Рука Джихёка, перемешивавшая лапшу с густым соусом и красным перцем, на мгновение замерла.
– Он говорил, что если лапша слишком длинная, соус летит на одежду. А если резать крест-накрест, середина получается слишком короткой и есть неудобно. Называл это своей кулинарной философией.
Осознание того, что мелочи и были счастьем, приходит лишь тогда, когда эти мелочи становятся воспоминаниями. И тоска часто проглядывает сквозь них. Дживон намотала лапшу, которую перемешал для нее Джихёк, на палочки и отправила в рот, словно проглатывая саму эту тоску.
– У вашего отца была правильная философия.
Джихёк открыл напиток и пододвинул к Дживон. Та удивленно округлила глаза:
– Откуда вы знаете, что мой папа был хорошим человеком?
– Говорят же, что дети – зеркало родителей. Глядя на вас, любой придет к такому выводу.
– Я не такой уж хороший человек.
В голосе Дживон прозвучало столько искренности, что Джихёк едва не рассмеялся.
– Вам не кажется, что вы себя недооцениваете? Дети – зеркало родителей.
Дживон хотела было снова возразить, но внезапно осеклась.
«Дети – зеркало родителей. Если я хороший человек, то и папа – хороший. Если я плохая, то и он плохой. Значит, я просто обязана быть хорошим человеком».
– Не знаю, в курсе ли вы... – Джихёк протянул руку и почесал Пхани между ушками. – Пхани очень придирчив к людям. Но к вам он потянулся сразу. Да и в компании о вас очень хорошего мнения.
– Обо мне? – Дживон выглядела озадаченной. – Вовсе нет. В последнее время стало получше, но еще несколько месяцев назад я вообще ни с кем не ладила. Все наверняка считали меня странной.
– Скорее, вас считали неприступной. Если бы все было так, как вы говорите, разве получили бы вы повышение так быстро и такие высокие баллы за аттестацию?
«Правда ли это?»
Дживон на секунду засомневалась, не пытается ли Ю Джихёк просто поднять ей настроение, но он, как всегда, был серьезен. Он не из тех, кто лжет ради вежливости. В собственных глазах Дживон немного выросла.
– Ччаджанмён вкусный. Вы сами любите китайскую кухню? – Дживон поспешно сменила тему, почувствовав неловкость, но лицо ее заметно посветлело.
На самом деле Джихёк не любил соленую и жирную пищу. И даже то, как правильно снимать пленку, он подсмотрел у Ким Сину.
– Ччаджанмён – мое третье любимое блюдо.
– Третье? А какие на первом и втором местах?
– Это секрет.
Но эта лапша в густом черном соусе действительно стала для Джихёка третьей в списке любимых. На первом месте была мисуткару, на втором – суп со свининой и рисом.
– Оппа, я хочу погулять.
Все-таки это был их медовый месяц, и они прилетели сюда на самолете. Сначала все было здорово, но просидев в отеле больше суток, Сумин изнывала от скуки. Она ласково разминала плечи Минхвана.
– Сходи погуляй сама.
– Но мне тяжело ходить. И как я, женщина, буду тут одна бродить?
– Сходи в бассейн поплавай. Не приставай ко мне, я занят.
Минхван, не отрывая взгляда от графиков на мониторе, оттолкнул Сумин.
– Ты и дальше собираешься себя так вести?
В голосе Сумин зазвучало раздражение.
– Может, мне прямо сейчас позвонить твоему отцу? И сказать, что деньги, которые он дал на квартиру, ты все до копейки спускаешь на акции?
– Чон Сумин!
– Ой, живот прихватило...
Сумин схватилась за живот и застонала. Минхван, так и не посмев прикрикнуть на нее, крепко сжал мышку, которую собирался швырнуть, и снова уставился в монитор. Был критический момент для покупки.
– Ладно, посиди спокойно. Я же не ради себя одного стараюсь, мы в отпуск приехали, а не просто так. Поняла?
– Ты со вчерашнего дня это талдычишь. Послезавтра нам уже домой, зачем мы вообще сюда прилетели?
– Я предлагал поехать после родов. Это ты настояла.
– Можно подумать, я тебя силком тащила. Если бы ты поехал с Дживон, тоже бы так себя вел?
Сумин перестала ластиться, плюхнулась на кровать и ядовито усмехнулась.
– При чем тут вообще Дживон? – Минхван гневно сверкнул глазами.
Кан Дживон, Кан Дживон, Кан Дживон. Не один Минхван не мог выбраться из ее тени. Сумин думала о ней целыми днями. В тот момент, когда она была уверена, что отобрала у подруги самое ценное, Дживон явилась на свадьбу в еще более блестящем образе.
– Ну конечно, обсуждать нечего. Дживон-то уже пересела на начальника Ю. Видел, как они ворковали?
– Да что ты понимаешь? Ю Джихёк сам к ней прицепился. Дживон его не принимает. А если и примет, то только потому, что ей из-за меня плохо, это временно!
Минхван, небритый и в одних трусах, нес какую-то чушь.
В голове Сумин снова всплыли слова Джие:
«Поздравляю, Сумин. Ты так старательно подобрала мусор, который выбросила твоя подруга».
«Мусор, выброшенный Кан Дживон». Сумин изо всех сил старалась отогнать мысль о том, что мужчина, которого она заполучила всеми правдами и неправдами, – всего лишь обноски Дживон.
Она знала о существовании Пак Минхвана еще до их переезда в Сеул. Дживон с таким восторгом и счастьем щебетала о замечательном младшем менеджере, а Сумин, поддакивая, выуживала из нее всю информацию. Она копила эти сведения в памяти, чтобы в нужный момент отобрать его или, если не выйдет, окончательно испортить Дживон жизнь.
– Даже если он прицепился, Дживон наверняка первая дала повод. Она всегда была такой. Яблоко от яблони, знаешь ли... – Зрачки Минхвана неуверенно задрожали. Сумин притворно вздохнула, изображая сомнение. – Она мне каждый день жаловалась. Говорила, что ей с самого начала надо было сойтись с начальником Ю.
– Заткнись. Дживон никогда бы такого не сказала.
– Она и не думала, что ты так долго просидишь в младших менеджерах. Говорила, будь она с начальником, и жизнь в компании была бы проще, и замуж бы раньше вышла. Кто бы мог подумать, что она так быстро перейдет от слов к делу... – Сумин сокрушенно опустила уголки глаз, надеясь, что Минхван превратит жизнь Дживон в офисе в сущий ад. – Признаюсь честно... я приблизилась к тебе только потому, что Дживон меня попросила. Но потом... я полюбила тебя по-настоящему.
Глава 70
Любовь и ненависть
А ведь это не такая уж и неправда.
Сумин наблюдала за Минхваном с напускной грустью, прокручивая мысли в голове. Это ведь Дживон первой начала расхваливать Пак Минхвана на все лады. Какой дурак станет хвастаться, что у него дома полно сверкающих золотых слитков? Это же все равно что повесить объявление: «Приходите и воруйте».
– Опять ты несешь чушь. Если бы Дживон хотела расстаться, она сказала бы мне сама. С чего ей втягивать тебя в это?
Минхван яростно отрицал очевидное, но в его голосе все отчетливее слышалась паника.
– Только так она могла с чистой совестью переметнуться к Ю Джихёку. – Сумин закрыла лицо ладошками, а затем снова подняла голову. – Подумай сам: каково ей было бы бросить тебя без веской причины и тут же закрутить с Ю Джихёком? Они же работают в одном отделе одной компании. Как бы она потом оправдывалась? Дживон только кажется дурочкой. На самом деле она все просчитывает на десять шагов вперед.
Минхван подошел к окну и резко задернул шторы. Залитая солнцем гостиничная комната окунулась в серые сумерки. Он замер, погруженный в раздумья, но вскоре обернулся.
– Ладно. Допустим, Дживон действительно просила тебя об этом. Но зачем тебе было ее слушать?
Разумеется, у Сумин был готов ответ и на этот вопрос.
– Дживон сказала, что если у нее все сложится с Ю Джихёком, она сможет через него влиять на весь департамент, и мне это тоже будет выгодно. Я с детства привыкла идти у нее на поводу, вот и в этот раз не смогла отказать. По ее указке я ждала тебя в машине, по ее просьбе пришла вместо нее на встречу с твоими родителями. Я все делала так, как она велела. Но... это еще не все.
Сумин поднялась с постели и подошла к Минхвану. Он стоял неподвижно, словно громом пораженный. Она обвила руками его талию и прижалась лицом к груди. Сквозь плотные мышцы чувствовался стук его сердца, а аромат парфюма все еще казался ей пленительным.
«Я не просто подобрала мусор, выброшенный Кан Дживон. Я отобрала то, чем она дорожила. И теперь ты должен стать объектом ее ненависти, презрения и вражды».
Это было похоже на самовнушение, граничащее с промывкой мозгов.
– Ты понравился мне с первого взгляда. Я так хотела работать с тобой в одной компании, что из кожи вон лезла, лишь бы меня взяли в штат. Поэтому, когда Дживон попросила меня соблазнить тебя... если честно, я обрадовалась.
– Не смеши меня. Тебе просто нужно было к кому-то присосаться, когда Ким Гёнук вылетел с работы.
– Нет, оппа! Ты совсем меня не так понял!
Минхван попытался оттолкнуть ее. Почувствовав это, Сумин вцепилась в лацканы его халата и заглянула ему в глаза:
– Признаю, я общалась с Ким Гёнуком. Но только ради того, чтобы закрепиться в компании и быть рядом с тобой. Но вскоре я поняла, что этого мало. Сколько бы я ни крутилась рядом, ты смотрел только на Дживон. Даже когда мы были вдвоем, твои мысли были с ней. А она... она со мной... – Сумин глубоко вздохнула, издав звук, похожий на стон. Она сделала еще несколько судорожных вдохов и, зажмурившись, выпалила: – Она изводила меня требованиями, чтобы я заставила тебя бросить ее. Велела сделать что угодно... даже забеременеть.
Минхван замолчал. Слова, которые он только что услышал, не сразу укладывались в голове. «Даже забеременеть»?
– Повтори... Что ты сказала про беременность?
Из широко распахнутых глаз Сумин снова брызнули слезы.
– Оппа, я... я так тебя любила. Дживон угрожала, что, если я этого не сделаю, она расскажет тебе, что я сблизилась с тобой специально...
В это не хотелось верить. Это был запредельный сценарий. Минхван сжал плечи Сумин так сильно, словно хотел их раздробить, и закричал ей прямо в лицо:
– Говори правду! Значит, ты забеременела нарочно? А то, что ты пила противозачаточные и все будет в порядке, – это тоже было вранье?!
Губы Сумин задрожали, как у рыбешки, выброшенной на берег.
– Она сказала, так я смогу выйти за тебя замуж. Говорила, что это будет честная сделка: я забираю тебя, а она получает свободу с Ю Джихёком. Я была в отчаянии, хваталась за любую соломинку. Поэтому и сделала то, что она велела...
Минхвана охватило предчувствие, что дальше будет еще хуже. И предчувствие его не обмануло. Сумин несколько раз открыла и закрыла рот, прежде чем сделать последнее признание:
– У меня... случился выкидыш...
Хватка Минхвана ослабла, руки безвольно опустились.
Выкидыш? После того как они съехали от родителей, расписались, собрали всех родственников и сыграли свадьбу?
– Когда? – холодно спросил он.
Растерянность вперемешку с яростью превратились в лед.
Сумин, испуганная его реакцией, которая оказалась совсем не такой, как она ожидала, затрепетала мокрыми ресницами.
– На следующий день после того, как я встретила Дживон в больнице. – Сумин опустилась на кровать и зарыдала в голос. – Дживон притащила меня в палату и заставила встать на колени прямо на пол. Я, видимо, как-то неудачно ударилась... было очень больно. А тот мужик, как только увидел меня, начал материться и орать. Я так испугалась... А на следующий день началось кровотечение. Я поехала в больницу, и там сказали, что ребенка больше нет...
Минхван вспомнил тот день: он видел ее стоящей на коленях, но просто прошел мимо, сделав вид, что не узнал. От осознания предательства и ярости у него голова шла кругом, он вцепился себе в волосы.
– Почему ты молчала?! Надо было сказать тогда! Твою мать!
– Как я могла?! Твои родители так ждали этого ребенка. Как бы я им сказала, что твой ребенок умер? – Захлебываясь слезами, Сумин вцепилась в его одежду. – Пожалуйста, оппа, давай сделаем вид, что ничего не случилось. Дживон обещала помочь тебе с повышением через связи с Ю Джихёком. Мы ведь уже поженились. Ребенка можно завести снова. Правда ведь?
– Заткнись! Меня от тебя тошнит. – Минхван грубо вырвал край одежды из ее рук. – Ты каждый день строила из себя страдалицу, жаловалась на токсикоз, просила то одно, то другое... И все это время знала, что ребенка нет? Ты ничем не лучше Кан Дживон. Ты еще более мерзкая!
– Но что нам теперь делать? Мы муж и жена. Мы только поженились – ты что, разводиться собрался?
Минхвану этого хотелось больше всего на свете. Если бы он мог вернуться в тот момент, когда ставил печать в заявлении о регистрации брака, или в ту ночь, когда, выпив лишнего, поехал к дому Сумин, – он бы душу продал дьяволу.
– Развод? Легко сказать! В моей семье развод – это табу. После того как мы созвали всех родственников и устроили свадьбу?! Черт!
– Ты жалеешь, что женился на мне? – спросила Сумин убитым голосом. – Если бы ты женился на Кан Дживон, все было бы куда ужаснее. Она бы все равно бросила тебя ради Ю Джихёка, у которого перспектив больше. Ты бы стал разведенным. А я на нее даже не злюсь. Благодаря ей мы вместе. Мне не нужны деньги или должности. Мне нужен только ты. Единственный человек, который по-настоящему любит тебя и заботится о тебе, – это Чон Сумин, а не Кан Дживон...
Пылкое и слезливое признание Сумин не тронуло Минхвана. Перед его глазами, словно призрак, возникла сцена со свадьбы: Дживон и Джихёк, стоящие на красной дорожке, идеальные, будто актеры из кино. Он представил, как рука Ю Джихёка властно лежит на плече Дживон – плече, к которому раньше имел право прикасаться только он, Минхван. В своих мыслях он с наслаждением перерезал Джихёку запястья.
– Кан Дживон... – прошипел он сквозь стиснутые зубы.
В этом шепоте смешались опустошение и злоба.
Пока Минхван был в отпуске, Дживон наслаждалась долгожданной свободой. Номер Пак Минхвана она заблокировала давным-давно, а в корпоративном мессенджере – их единственном канале связи – его имя светилось серым. Самым трудным на работе было скрывать свое приподнятое настроение.
«Раз уж он благополучно женился, скоро должен уволиться».
Дживон мельком взглянула на пустующее место Минхвана. В прошлой жизни он уволился после того, как сорвал куш на акциях и решил стать профессиональным инвестором. Но на этот раз вся прибыль досталась ей. Значит, Минхвану нужен другой повод для ухода.
Нужно найти этот повод. А если не получится найти – создать. Пока его судьба уволиться не перекинулась на кого-то другого. Дживон раз за разом прокручивала в голове разные сценарии и планы.
«Как же поступить? Какую ловушку поставить? Если я ошибусь и судьба сделает крутой поворот, как я буду это разгребать?»
Дзыыынь, дзыыынь!
Бодрый трезвон телефона прервал ее размышления. Хиён сняла трубку раньше, чем Дживон успела среагировать. Все-таки она была невероятно сообразительной и исполнительной младшей коллегой.
– Департамент маркетинга № 1 компании «U&K Food». Слушаю вас.
– Hello?
Это был молодой женский голос. Хиён нахмурилась, глядя на трубку, но ответила вежливо:
– Hi.
На том конце замолчали. Хиён повторила медленнее:
– Hi.
– Могу я услышать младшего менеджера Кан Дживон?
На этот раз заговорили на чистом корейском. Голос показался Хиён смутно знакомым.
– А кто ее спрашивает и по какому вопросу?
– You don't need to know. (Вам знать необязательно.) Так Кан Дживон на месте или нет?
Вообще-то, положено сначала представиться. А эта девица мало того что начала с иностранной тарабарщины, так еще и требует к телефону ее дорогую спасительницу. Почувствовав неладное, Хиён ответила предельно официально и холодно:
– Вы ошиблись номером.
– What? Isn't there U&K? (Что? Это разве не U&K?)
– Sorry, компания та, но you ошиблись номером. Good luck.
Хиён поспешно положила трубку, не давая собеседнице вставить ни слова.
– Какая-то сумасшедшая.
Дживон, которая внимательно прислушивалась к странному разговору, спросила:
– Кто это был? И при чем тут «гуд лак»?
– Да кто знает. Не представилась, сразу начала на английском требовать Кан Дживон. Я сказала, что она ошиблась номером. Вам часто такие звонят?
– Впервые слышу. Действительно странно.
Дживон на мгновение задумалась, не очередные ли это козни Чон Сумин, но по одному непонятному звонку ничего нельзя было понять.
– Все равно, если позвонит еще раз, переключи на меня. Я сама разберусь.
– Хорошо, менеджер Кан. Простите за это, – быстро извинилась Хиён, осознав свою оплошность.
При этом она все пыталась вспомнить, где же раньше слышала этот голос, но тщетно. Может, просто показалось?
Утро понедельника.
Офис первого департамента маркетинга, где почти все страдали от типичного «синдрома понедельника», огласило зычное приветствие:
– Я вернулся из отпуска! Простите за доставленные неудобства!
Для человека, который только что женился на своей коллеге, подруге своей невесты и одновременно любовнице своего босса, Пак Минхван держался поразительно нагло и уверенно.
Рядовые сотрудники, словно по договоренности, бросили дежурное «с возвращением» и тут же разошлись: кто в офисную столовую, кто к ксероксу, а кто начал неистово колотить по клавишам, делая вид, что безумно занят. Минхван, не обращая внимания на холодную атмосферу, сел на свое место и мягким голосом обратился к Джуран:
– Менеджер Ян, вы, должно быть, зашивались тут без меня? Простите великодушно.
– Да. Я подготовлю отчет о текущих делах и пришлю вам на почту до обеда, – ответила Джуран тоном, в котором не было ни капли тепла.
Джуран, известная своим умением разделять личное и рабочее, была готова ладить даже с Джихёком, но для Минхвана у нее не находилось ни одного доброго слова. Впрочем, игнорировать его совсем она не могла, поэтому решила поддерживать исключительно формальные отношения. И так же поступили почти все в отделе.
Обстановка в первом департаменте маркетинга стала невыносимо тяжелой. Даже при Ким Гёнуке атмосфера так не портилась.
Минхван чувствовал это каждой клеткой тела, но ему было плевать. Точнее, у него просто не было сил об этом переживать. Оставшуюся часть отпуска он провел в беспробудном пьянстве. Он сотни раз звонил Дживон, но та, разумеется, не брала трубку.
За это время его голову заполнили навязчивые мысли, которые он принимал за реальность. Ненависть, посеянная Сумин, разрослась в его душе, как черные грозовые тучи в сезон дождей. И наконец, когда последний день отпуска подошел к концу и забрезжил рассвет, Минхван принял решение.
«Кан Дживон! Раз ты использовала Чон Сумин, чтобы растоптать меня, я использую Ю Джихёка, чтобы уничтожить тебя».
Глава 71
Тень
Дзыыынь, дзыыынь!
Раздался телефонный звонок. Обычно на звонки в офисе отвечала Хиён, но сейчас ее не было на месте. В конце концов Минхван, чьи мысли бесцеремонно прервала назойливая трель, раздраженно снял трубку:
– Да. Первый департамент маркетинга.
– Hello. Могу я услышать младшего менеджера Кан Дживон? – пропела молодая женщина, кокетливо растягивая слова.
Минхван мельком глянул поверх офисной перегородки на макушку Кан Дживон и спросил:
– А кто ее спрашивает?
– Обязательно говорить? Вы просто скажите: она на месте или нет?
– Сейчас она отошла. Если скажете, по какому вопросу, я запишу и передам.
Ту-ту-ту-ту...
В трубке сразу же раздались короткие гудки. Вместо женского голоса в ухо Минхвана теперь бил лишь раздражающий механический писк.
– Что за?.. – проворчал он и с досадой швырнул трубку на рычаг.
В это же самое время...
– Что за? – пробормотала О Юра, та самая женщина, что звонила в офис.
В ее голосе, однако, не было злости – лишь любопытство и предвкушение.
– Значит, Кан Дживон все-таки там? Почему же тогда та паршивка сказала, что ее нет?
О Юра прекрасно поняла, кто первым взял трубку. По голосу, по этой заносчивой манере отвечать и полному отсутствию такта это могла быть только Ю Хиён.
– Дорогая... – Мужчина, дремавший с ней в одной постели, придвинулся ближе. – Что ты там бормочешь?
О Юра небрежно отбросила телефон и обвила руками его шею.
– Да так, всякие букашки возомнили о себе невесть что и пытаются лезть не в свое дело. Прямо бесит, милый.
– Это ты про ту женщину, младшего менеджера Кан Дживон?
– Нет, не про нее. Там есть еще одна... недоделанная.
Мужчина ласково погладил девушку по волосам, пока та лениво позевывала. О Юра лучезарно улыбнулась и поцеловала его.
– А кто тогда эта Кан Дживон?
– Женщина, которой сейчас увлечен мой будущий муж.
– Будущий муж?! – Мужчина резко отстранился и сел в кровати. – Ты это серьезно? Или шутишь?
О Юра тоже приподнялась, потирая заспанные глаза, и невинно ими захлопала.
– Ты про что именно? Про «букашек»? Или про то, что они лезут не в свое дело?
– Я про мужа!
– А-а-а, про будущего мужа?
Лицо О Юры оставалось совершенно безмятежным. Казалось, она ведет совсем другой разговор, нежели этот опешивший мужчина, который застыл с открытым ртом.
– Именно так – будущий муж. Этот дурачок, который и двух слов с женщиной связать не может, с чего-то вдруг по уши втрескался в какую-то офисную сотрудницу. Женится он, конечно, на мне, но самолюбие задето. Сам подумай, милый: стал бы ты на моем месте встречаться с какой-то жалкой сотрудницей, когда есть я? Это же уму непостижимо!
Мужчина слушал ее разглагольствования, и в голове у него все окончательно перепуталось.
– Ты собираешься за него замуж? А я тогда кто?
– Ты? – О Юра лениво ткнула указательным пальцем в его подтянутую грудь. – Ты это сейчас серьезно? Хочешь на мне жениться?
– Но ты же говорила, что любишь! Что хочешь быть со мной вечно!
– Ох... Милый, ну зачем ты притворяешься таким наивным? – Юра звонко расхохоталась. – Конечно, я тебя люблю и хочу быть рядом. Но это не значит, что мы поженимся. Ты всего лишь владелец бара, а я...
Ее ногти, украшенные сверкающими стразами, медленно прочертили линию вниз по его груди, оставляя красный след, будто проползла улитка.
– Я – из правящей семьи корпорации «JM Групп». У нас разный статус, дорогой.
Мужчина тупо уставился на женщину, которая в Сеуле XXI века рассуждала о сословном неравенстве. Всего час назад она шептала ему слова любви, а теперь он видел ее истинное лицо.
– Ты просто играла со мной?..
– Почему сразу «играла»? Мы оба получали удовольствие. Ладно, я не в духе, пошли по магазинам, милый.
Мужчина встал и начал собирать с пола разбросанную одежду. Но не для того, чтобы идти с Юрой по магазинам.
– Я и представить не мог, что ты такая.
Он оделся и обулся в мгновение ока. Посмотрев на девушку, все еще лежащую в постели, он бросил:
– Я-то думал, ты просто избалованная богатая девчонка, а ты оказалась прогнившей до костей снобкой. Я верил каждому твоему слову, а для тебя все было шуткой.
– Да брось, ты чего? Иди сюда, помоги мне встать.
О Юра послала ему свою самую очаровательную улыбку, но мужчина был непреклонен.
– Раз у нас нет будущего, мне здесь делать нечего. Спасибо за все и прощай. Удачи с твоим мужем, будущим или настоящим – мне плевать!
Он произнес это с особым нажимом и вышел, громко хлопнув дверью отельного номера. О Юра лишь поморщилась от грохота.
– Ха-а... Какой-то он странный.
Впрочем, недовольство быстро испарилось. Она потянулась за брошенным телефоном и набрала номер.
– Алло? Да, милый, это я. Чем занимаешься?
– Всем до свидания!
– Хорошо поработали!
Как и всегда, обменявшись дежурными фразами, сотрудники поспешили домой. Ян Джуран влилась в общую толпу и направилась к метро.
С тех пор как ее муж Джэхён начал работать в ресторане тестя и тещи, Джуран приходилось полагаться на помощь приходящей няни и своих родителей, которые по очереди приглядывали за маленькой Ёнджи.
Джэхён, на удивление, быстро втянулся в работу и возвращался домой настолько уставшим, что сразу засыпал, не успевая устроить в доме кавардак. Поначалу Джуран была категорически против его затеи, но когда доходы семьи выросли и дышать стало свободнее, она в душе поблагодарила родителей за решение приставить мужа к делу.
– Надеюсь, успею до того, как няня уйдет.
Сегодня была смена няни. Джуран посмотрела на часы и ускорила шаг, но в этот момент кто-то внезапно схватил ее за плечо:
– Менеджер Ян.
– Ой, мамочки!
Джуран вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял Пак Минхван, потирая руку, по которой она невольно съездила.
– Напугал! Что случилось?
– Простите, я вас звал, но вы не слышали. Вы домой на метро?
– Ну да, а что?
– А как же ваша машина?
– У меня нет машины. Слушай, Пак Минхван, я очень спешу, если что-то важное – напиши на почту. Мне пора.
– А, да нет, ничего такого. Просто увидел вас и решил поздороваться.
Минхван расплылся в улыбке, но Джуран стало не по себе. Она знала, что он не питает к ней симпатии, поэтому постаралась как можно скорее и естественнее закончить разговор:
– Ну, я пошла. Увидимся в офисе.
– Да, берегите себя.
Спускаясь в метро, Джуран в последний раз оглянулась. Пак Минхван все еще стоял на том же месте и смотрел ей вслед. Казалось, он следит, действительно ли она сядет в поезд.
– Странный он какой-то... – пробормотала она и поспешила скрыться в толпе.
Минхван простоял там еще несколько минут, после того как Джуран исчезла из виду. То, что у нее нет машины и она ездит на метро, было правдой. Да и зачем ей врать о таких мелочах?
«У нее нет машины...» – повторил он про себя ее слова.
– Значит, Кан Дживон врала мне еще тогда.
Он хорошо помнил тот день. Забыть такое было невозможно: Кан Дживон, которая никогда не проявляла дружелюбия ни к кому, кроме него и Чон Сумин, вдруг купила напиток для Ю Джихёка.
Видеть, как она оказывает знаки внимания другому мужчине, было невыносимо. Минхван тогда, забыв, что они в офисе, грубо схватил ее за руку. Но Дживон повела себя не как обычно. Вместо того чтобы подчиниться, она изо всех сил пыталась вырваться.
А потом случилось то, что взбесило его еще больше.
«Пак Минхван, в чем дело?»
Ю Джихёк, который никогда не лез в дела подчиненных, с силой, граничащей с грубостью, сжал плечо Минхвана. Боль была такой, будто кости сейчас треснут, и Минхван был вынужден отпустить руку Дживон.
«Сейчас время обеда, и это наше личное дело с Кан Дживон. Начальник, с каких это пор вы начали вмешиваться в частную жизнь подчиненных?»
«Даже если сейчас обед, он является частью рабочего времени, к тому же вы находитесь в офисе. С личными делами разбирайтесь после окончания рабочего дня».
Инстинкт подсказывал Минхвану: появился соперник. Он пытался убедить себя, что на такую, как Дживон, никто не позарится, но факты говорили об обратном.
«Будем считать, что мы друг друга поняли. А теперь, Кан Дживон... – отпустив Минхвана, Джихёк повернулся к девушке: – Спасибо за шейк. Я с удовольствием его выпью».
Это был открытый вызов.
С того момента все пошло наперекосяк. Дживон начала избегать Минхвана, телефон у нее был вечно выключен. Даже после работы она исчезала, словно испарялась. Лишь поздно ночью ему удалось до нее дозвониться. На вопрос, почему он не видел, как она выходила из здания, Дживон ответила:
«Я уехала прямо с подземной парковки. Менеджер Ян предложила подвезти».
Точно. Все началось именно тогда. Минхван был в этом уверен. Дживон совершенно точно уехала тогда на машине Ю Джихёка. Вскоре после этого она полностью сменила стиль, ее отношение к нему стало ледяным, она начала сближаться с коллегами и даже пошла на встречу выпускников.
А самое главное – в тот день она так и не ответила на его «Я тебя люблю».
– Да вы давно уже спелись. Долго же вы шифровались, – прошипел он сквозь зубы, так сильно их стиснув, что они заскрипели.
Минхвана душила обида. Из-за Дживон он стал в глазах коллег последним подонком, а дома его ждала подобранная непонятно где жена, из-за которой он едва не лишился рассудка.
– Кан Дживон, Ю Джихёк... Я не позволю вам жить припеваючи.
Вернувшись на парковку, Минхван долго сверлил глазами место, где обычно стояла машина Джихёка, а затем сел в свой автомобиль.
– Куда же я ее засунул?..
Как-то раз знакомый приятель дал ему визитку своего подчиненного, сказав обращаться, если возникнет нужда. Минхван долго копался в бардачке среди пустых банок из-под лимонада и оберток от бургеров, пока наконец не выудил ее.
Лучшее сыскное агентство!
Выполним любое поручение!
Эта дешевая карточка бюро добрых услуг была именно тем, что ему сейчас требовалось.
Личные сообщения от Дживон в сто процентах случаев касались Пхани. Вчера кот во время игры случайно проглотил деталь от игрушки. Дживон в панике отвезла его к ветеринару, и Пхани оставили под наблюдением на день-два. С тех пор она была сама не своя от расстройства.
Ответ пришел мгновенно. Джихёк невольно улыбнулся и тут же набрал сообщение:
«Там же» – это был дальний угол подземной парковки, где они тайно встречались, когда задерживались допоздна или когда Джихёк под разными предлогами предлагал ее подвезти.
Узнав, что с Пхани все в порядке, Дживон воспряла духом. Даже гора работы на столе больше не пугала, а медленная загрузка компьютера не раздражала.
– Менеджер Кан, у вас что-то хорошее случилось? – спросила Хиён, заметив, как Дживон, которая еще недавно сидела с траурным лицом, теперь бодро стучит по клавишам.
– А, да нет, ничего особенного. Кстати, как там то, о чем я просила?
– Вот, держите.
– Спасибо, выручила.
Дживон взяла распечатки и пошла к ксероксу. Пак Минхван, что-то черкавший у себя за столом, проводил ее взглядом и быстро отправил кому-то сообщение.
Наступил вечер, рабочий день подошел к концу. В офисе зазвучали прощания. Дживон тоже пожелала всем удачи и начала собирать сумку.
– Любимая моя спасительница! Сверхурочные отменили – может, по пивку? – Хиён подмигнула и изобразила, как опрокидывает бокал.
– Прости, сегодня никак, уже обещала встретиться. Давай в пятницу? С меня угощение.
– Ну, раз обещаете... Тогда в пятницу вы проставляетесь!
– Договорились.
– Поклянитесь! – Хиён шутливо сцепила мизинцы с Дживон, будто они заключали кровный союз в персиковом саду, и первой выпорхнула из офиса.
Дживон еще какое-то время делала вид, что возится с вещами, и вышла последней. Джихёк, должно быть, уже ждет в машине. Начальнику и подчиненной ни к чему было попадаться на глаза коллегам во время совместного ухода.
Цок, цок, цок.
Звук каблуков эхом разносился по пустому коридору. Дживон повезло – лифт приехал сразу. Девятый этаж – здесь располагался первый департамент маркетинга.
Лифт спустился на восьмой и замер. Вошла женщина.
Седьмой этаж. Двери открылись, но никто не вошел.
Шестой этаж. Снова никого.
На пятом вошли мужчина и женщина.
Четвертый, третий, второй, вестибюль... Лифт останавливался на каждом этаже, но больше никто не заходил.
Глава 72
Суп
«Странно».
Дживон нажала кнопку закрытия дверей, не отрывая взгляда от вестибюля. Пустой после окончания рабочего дня холл скрылся за серебристыми створками. С негромким гулом лифт снова пришел в движение.
– Второй подземный этаж.
На подземной парковке машин было немного. Дживон прошла между редкими рядами и без труда отыскала знакомый черный седан. Ю Джихёк, ожидавший ее, прислонившись к капоту, коротко кивнул в знак приветствия.
– Долго ждали?
– Нет. Поедемте.
Джихёк открыл для нее пассажирскую дверь, а затем сам сел за руль. Дживон уже потянулась к ремню безопасности, как вдруг снова оглянулась на парковку.
«Показалось?»
Ей почудилось какое-то движение, но вокруг не было ни души. И звука захлопывающейся двери тоже не было слышно.
– Что-то не так? – спросил Джихёк, заметив, как внимательно она осматривает стоянку.
– А, нет. Ничего.
Дживон в замешательстве качнула головой и пристегнулась.
– Инородное тело вышло успешно. Пару дней не давайте ему твердых лакомств. В клинике он натерпелся стресса, так что дома пусть отдыхает в полном покое.
Ветеринар дал последние наставления и открыл переноску. Пхани, который до этого вовсю задирал хвост и мяукал, пулей выскочил наружу и запрыгнул Дживон прямо в объятия.
– Мяу!
– Ой, ты мой котик! Настрадался, маленький? Устал наш Пхани, да-а? – Дживон невольно перешла на сюсюканье.
Кот терся маленькой головой об ее одежду, а Джихёк наблюдал за ними с едва заметной улыбкой. Врач тоже довольно улыбался:
– Кажется, Пхани любит маму больше, чем папу.
И Джихёк, и Дживон одновременно, с явным смущением, обернулись к врачу.
– Ах, на самом деле я... – Дживон замялась, пытаясь исправить неловкость, но Джихёк ее перебил:
– Да. Он и правда очень любит маму.
Дживон только и смогла, что беззвучно открывать и закрывать рот.
«С чего это я вдруг «мама»? Нет, мне, конечно, не в тягость, но если я мама Пхани, а начальник – его папа, то это получается...»
– Мяу-у-у.
Пхани положил две мягкие лапки-подушечки ей на плечо и лизнул в щеку. Дживон решила: ладно, побуду мамой.
– Ну все, все, мой хороший. Пойдем с мамой домой.
Ей было все равно, что рубашка теперь вся в шерсти. Она посадила извивающегося кота в переноску, прижала ее к себе и села в машину Джихёка. За окном проплывали высотки жилых комплексов.
«Так хочется забрать его к себе... Врач сказал, ему нужен покой. Пхани, наверное, тоже хочет быть с мамой».
Дживон, обнимая переноску, долго и мучительно раздумывала, пока наконец не решилась:
– Эм, начальник.
– Да.
– Можно мне... сегодня зайти к вам?
Джихёк едва не пропустил сигнал светофора. Дживон, окончательно сгорая от стыда, поспешила объясниться:
– Чтобы присмотреть за Пхани. Врач же сказал, что ему нужен отдых в привычной обстановке.
– А.
Наверное, это была слишком бестактная просьба. Дживон вжалась в сиденье, не отрывая взгляда от переноски.
– В таком случае, – невозмутимо произнес Джихёк, поворачивая руль, – поужинаем вместе. Мне все равно нужно что-то поесть.
Дживон отказываться не стала.
– Хотите заказать в ресторане «Соджак»? Я угощаю.
– Доставка – это вредно. Я приготовлю что-нибудь по-быстрому из того, что есть дома. Так что поедим там.
– Вы сами готовите?
– Почти всегда, когда Сину нет.
Трудно было представить, что этот человек, который выглядит так, будто в его холодильнике нет ничего, кроме минералки, умеет готовить. Дживон посмотрела на него по-новому.
Сама она готовить ненавидела. После замужества кулинария ассоциировалась у нее только с плохим.
Вставать ни свет ни заря, когда и так на работу пора, варить суп, замачивать рис с вечера, чтобы утром был свежий... Она уходила в офис, аккуратно расставив закуски на столе, а вечером ее встречали те же тарелки – пустые, с присохшими пятнами красного перца.
Хотя это было еще полбеды. Если она, валясь с ног от усталости, хоть раз не готовила завтрак для Пак Минхвана, дома ее ждала не пустая посуда, а Ким Джаок с взлетевшими до самого лба бровями.
«Вечно ты в своем репертуаре! Решила моего сына голодом заморить? Совсем обленилась, вот дети и не получаются!»
В ушах до сих пор звенел этот голос, срывающийся на визг.
– Вам некомфортно?
Видно, она совсем помрачнела. Услышав вопрос Джихёка, Дживон встряхнулась и покачала головой:
– А, нет. Просто задумалась. О, мы уже приехали.
Джихёк молча припарковал машину.
Его квартира была точь-в-точь как он сам: казалось, в холодильнике и правда только вода. Мебели – минимум, все в черно-белых тонах. Белый мраморный пол сиял так, что в нем отражалось лицо, а подушки на диване лежали по линеечке – на них даже садиться было как-то неловко.
Заметив ее замешательство, Джихёк включил телевизор и нашел повтор шоу «Бесконечный вызов».
– Я переоденусь. Чувствуйте себя как дома.
Пока Дживон робко устраивалась на диване, Пхани запрыгнул ей на колени. Джихёк бросил на них взгляд и ушел в гардеробную. Стоило ему снять пиджак, как он наконец-то шумно выдохнул – дыхание, которое он, казалось, сдерживал все это время, вырвалось на волю.
«Так, что там у меня в холодильнике...»
Не то чтобы он совсем не любил готовить, просто не видел смысла забивать продуктами полки. Куриная грудка, тофу, яйца, немного овощей и базовые специи – вот и все. Вспомнив, как на днях проигнорировал предложение Сину зайти в магазин, Джихёк с сожалением натянул белую футболку и вышел на кухню.
В холодильнике действительно было шаром покати: грудка, тофу, яйца и овощи, которых хватило бы ровно на неделю.
– Начальник? – робко окликнула его Дживон, видя, как сурово он сверлит взглядом скудные запасы. – Я все ем. Можно просто яичницу с соевым соусом.
– Нельзя.
В этом коротком ответе читалось невысказанное: «Скорее я сам буду грызть кошачий корм, чем накормлю тебя пустой яичницей».
– Ну, если яйца нельзя, тогда просто тофу с соусом...
Дживон еще сильнее сжалась, обнимая Пхани.
– Тоже нельзя. Идите с Пхани к столу.
– Хорошо.
Дживон послушно вернулась на диван, гадая, чем же ему не угодили яйца и тофу.
Вскоре из кухни донесся ритмичный стук ножа. Она осторожно выглянула: Ю Джихёк в льняном переднике сосредоточенно что-то резал.
«Папа тоже всегда надевал передник, когда готовил...»
Дживон даже забыла про свой любимый «Бесконечный вызов» и завороженно уставилась на мужчину.
Закончив с нарезкой, Джихёк набрал в кастрюлю воды, а в глубокую сковороду добавил специи. Последний раз Дживон видела мужчину за готовкой еще до смерти отца.
Вскоре по кухне и гостиной разлился аппетитный, уютный аромат. Совершенно не подходящий этому строгому черно-белому интерьеру, но такой родной для Дживон – запах ее любимого супа с соевой пастой.
– Еще немного, скоро будет готово, – бросил Джихёк, доставая тарелки.
Ему показалось, что она смотрит на него из-за голода.
– Да нет, что вы, я не тороплюсь.
Ей просто хотелось еще немного посмотреть, как кто-то готовит для нее этот суп.
Приготовление риса завершено.
Пока Джихёк мыл посуду, рисоварка выпустила облако пара. Дживон встрепенулась и поднялась.
– Давайте я хотя бы приборы разложу.
– Сидите.
Он ответил так категорично, что она снова села, прижимая к себе кота. В животе предательски заурчало от запаха еды, но Джихёк, к счастью, не услышал.
– Все. Садитесь за стол. – Когда Дживон неуверенно встала, он добавил: – Пхани оставьте.
– Мяу-у?..
Кот жалобно посмотрел на нее глазами кота из «Шрека», в которых отразилось лицо Дживон.
– Пхани... – вздохнула она, – мама сейчас поест и придет.
Милый – не милый, а на столе котам не место.
– Мяу.
Пхани обиженно ударил хвостом по дивану. Дживон отвела взгляд и села за барную стойку.
– Ф-фух.
Она не сдержала смешка, едва взглянув на стол.
– Почему вы смеетесь?
– Просто... стол так похож на вас.
На черной мраморной столешнице в идеальном порядке стояли белоснежные квадратные тарелки. Если бы рабочий стол Ю Джихёка в офисе превратили в обеденный, он выглядел бы именно так.
– Стол?.. – Джихёк в замешательстве посмотрел на сервировку. – Что, как у собаки?
– Кха! – Дживон прикрыла рот рукой, подавляя смех. – Вы до сих пор об этом помните?
Она и подумать не могла, что он так близко к сердцу принял ее слова про «похожесть на щенка», сказанные когда-то за завтраком в отеле.
– Нет, я имею в виду – стол такой же, как вы. Опрятный, все четко по местам.
Джихёк обдумал ее слова. Опрятный, четко по местам... Вроде звучит неплохо. Но комплимент ли это? Спорный вопрос.
– Ешьте. Особо ничего нет, но все же.
Оставив попытки разобраться, он взял палочки и пригласил ее к трапезе.
– Да вы что, тут столько всего!
Курица с овощами, яичный рулетик, суп с соевой пастой, жареный тофу. Стол ломился от еды гораздо сильнее, чем она ожидала. Дживон взяла ложку.
– Спасибо за угощение.
Она зачерпнула суп. Джихёк замер, стараясь не выдать волнения. «Вдруг невкусно?» Даже когда в детстве дед проверял его домашнее задание, он не нервничал так сильно.
– Ух ты! – Дживон прожевала кусочек нежного тофу и просияла: – Очень вкусно! Правда!
Только тогда на лице Джихёка промелькнула улыбка. Он впервые в жизни почувствовал благодарность к Сину, который когда-то купил кулинарную книгу и забросил ее в дальний угол со словами «пора бы научиться готовить».
– Я рад. Ешьте побольше.
Это было искреннее облегчение.
Под его довольным взглядом Дживон опустошила миску до последнего зернышка. Еда, приготовленная кем-то специально для нее. Она уже и забыла, каким вкусным может быть обычный белый рис с этим супом.
Минхван вытащил карту памяти из фотоаппарата и вставил в ноутбук. Фотографии, сделанные сегодня, начали медленно загружаться.
На всех была Кан Дживон.
Дживон, идущая по парковке. Дживон, садящаяся в машину, дверь которой открыл Ю Джихёк. Дживон, смотрящая в полуоткрытое окно автомобиля.
– Так я и думал.
Минхван заскрежетал зубами. Они наверняка каждый день тайком встречаются на этой пустой парковке и уезжают вместе. В голове, словно на киноэкране, поплыли образы: как они держатся за руки, целуются в машине, ужинают и вместе заходят в отель.
– Этого мало. Нужно что-то посерьезнее.
От того, как яростно он тряс ногой, стол заходил ходуном. Просто служебного романа недостаточно. Нужно выставить все так, будто Кан Дживон – хищница, а он – жертва. Доказать, что она первая начала эти грязные игры в офисе. А если найдутся улики, что Ю Джихёк давал ей рабочие привилегии, – вообще идеально.
– Оппа, иди есть.
В комнату без стука ворвалась Сумин. Минхван даже не подумал закрыть ноутбук, сорвавшись на крик:
– Я же говорил стучать!
– Я стучала. Ты просто не ответил.
Сумин обиженно надула губы. Минхван захлопнул крышку и пошел к столу. Там его ждала целая кастрюля красного кимчхи-ччигэ[24].
– Это что? Трудно было в тарелки разлить?
– Ты же знаешь, я не люблю мыть посуду.
– Так иди и работай тогда! Сидишь дома на всем готовом, а тебе лень тарелку достать?
Под его напором Сумин нехотя налила суп в миски. Только тогда Минхван взял ложку и начал жадно запихивать еду в рот.
– Ну как? Вкусно?
Игнорируя вопрос Сумин, он достал телефон и приложил к уху:
– Да, мам.
– Сумин что, опять трубку не берет? – Голос Джаок был слышен даже Сумин.
– Наверное, не слышала, она ужин готовила. Зачем звонишь?
– Ужин? И что она там наготовила?
– Суп и пару панчханов.
На столе были кимчхи-ччигэ, какая-то зелень, жареный тофу, яичница и покупные панчханы.
– Могла бы и получше постараться. Ладно, в выходные приеду, привезу вам нормальной еды.
– И кимчхи захвати. Покупное – вообще гадость.
– Кимчхи тоже покупаете? – Джаок тяжело вздохнула. – Ну да, куда ей, беременной, кимчхи солить. Привезу побольше.
– Беременной? – Минхван проглотил рис и цокнул языком. – Выкидыш у нее был. Приезжай и научи ее хотя бы кимчхи делать.
Лицо Сумин, которой и так было не по себе, в мгновение ока стало землисто-серым.
Глава 73
Дождь
– Минхван, мы же договорились пока об этом молчать, – едва слышно прошептала Сумин, и Минхван мельком глянул на нее с видом «ах да, точно».
В то же мгновение из динамика телефона донесся прерывистый голос Джаок:
– Ч-что... Что ты такое говоришь?
– Так уж вышло. Ничего, зачнем нового, – бросил он равнодушно.
– Ты хоть понимаешь, что несешь?! – всполошилась мать.
Она кричала так громко, будто стояла в паре шагов. Минхван поморщился и отодвинул трубку от уха, но тут же вернул ее обратно.
– Мам, я позже...
– Я сейчас приеду, так что сидите дома. Оба!
Связь оборвалась.
Сумин замерла с ложкой в руке и во все глаза уставилась на мужа. Тот лишь недовольно проворчал, словно ничего не случилось:
– Вот же проблема. Принеси-ка мне воды.
– Ты серьезно? Решил сейчас меня за водой гонять?
– Хочешь, чтобы я подавился и помер?
– Это я сейчас подавлюсь от такой наглости!
Сумин с грохотом бросила ложку на стол. Равнодушный до этого момента Минхван резко изменился в лице, его черты исказились от раздражения.
– Ты что за цирк тут устраиваешь перед едой?
– Зачем ты уже разболтал о выкидыше? Ты же обещал подождать! Клялся!
Минхван ведь сам говорил: ей нужно прийти в себя, да и мать расстроится, так что лучше рассказать все позже. Сумин спокойно обедала, и это известие обрушилось на нее как гром среди ясного неба.
– Ну так я и подождал. В чем проблема-то?
– И это ты называешь «подождал»? Всего пара дней прошла!
– Пара дней – это уже приличный срок.
С лицом, полным желчи, Минхван внезапно схватил тарелку Сумин и придвинул к себе.
– Ты зачем мою еду забираешь?
– Ты не заслужила. С чего это ты тут ложками швыряешься, а?
В детстве у Сумин часто отнимали тарелку прямо во время обеда. Поводы всегда были пустяковыми: то она ела слишком медленно, то слишком жадно, то вздумала заговорить с набитым ртом. Сейчас Минхван смотрел на нее в точности как когда-то мать. Этот взгляд говорил: «Мне плевать на причины, меня просто бесит, как ты жрешь».
Но она уже не та маленькая девочка.
Сумин стиснула зубы и с вызовом посмотрела ему в глаза:
– Эту еду приготовила я.
Минхван лишь усмехнулся ее жалкой попытке защититься.
– А рис, по-твоему, бесплатный? Ты вообще что в этот брак принесла? Квартиру отец мне купил, мебель я в кредит взял и сам выплачиваю. Тут каждая рисинка куплена на мои деньги. С чего ты взяла, что это твоя еда?
«Хочешь жрать – веди себя тише воды ниже травы. Я вкалываю как проклятый, а у тебя вечно рожа кислая. Что ты вообще собой представляешь?!»
Его логика один в один повторяла слова матери, которую Сумин так ненавидела. Она бежала из того домашнего ада, стиснув зубы. Пыталась отобрать все лучшее у Кан Дживон, чтобы построить свое уютное гнездышко. Но это гнездышко оказалось точно такой же преисподней.
– Нет! – Сумин в каком-то исступлении рванулась к тарелке. – Нет! Это не так! Слышишь, не так!
– Ты что, с катушек съехала?
Минхван грубо перехватил ее за запястье и вывернул руку. Тарелка соскользнула со стола и с оглушительным звоном разлетелась вдребезги. Чистый пол мгновенно превратился в месиво из белого риса и острых осколков.
– Ай!
Сумин, пытаясь вырваться, дернулась и тут же осела на пол от резкой боли. Крупный осколок вонзился точно в центр стопы, и по полу начала растекаться алая кровь. Она дрожащими пальцами вытянула стекло, и кровь хлынула еще сильнее, впитываясь в рассыпанный рис.
– Ыкх... у-у-у...
На этот раз слезы были настоящими, без капли притворства.
Нога нещадно ныла, запястье горело после хватки мужа. Но больнее всего было от того, что Пак Минхван даже бровью не повел – он лишь продолжал ворчать себе под нос:
– Черт, весь аппетит испортила. Прибери тут все, пока мать не пришла.
Он оставил всхлипывающую жену истекать кровью, зашел в комнату и с грохотом захлопнул дверь.
Сумин перестала плакать.
Он казался совсем другим человеком. От той доброты, которой она когда-то соблазнилась, не осталось и следа. Перед ней был заносчивый эгоист, который по любому поводу звал мамочку и ни капли не считался с чувствами жены.
Кровь на полу начала подсыхать, приобретая темно-коричневый оттенок. В этот момент в прихожей раздался писк электронного замка, и дверь распахнулась.
– Эй, невестка! А ну иди сюда!
Сумин так и осталась сидеть на полу. Джаок, тяжело топая, влетела в комнату и замерла перед ней.
– Невестка!
– Мама... – Сумин снова разрыдалась.
При виде свекрови слезы потекли с новой силой. Да, Джаок часто ворчала и заставляла ее пить всякие сомнительные отвары, но она была единственной, кто хоть как-то заботился о ней. Когда они жили вместе, Сумин могла даже не готовить.
– Мама, Минхван меня... я поранилась...
– Ты что, правда потеряла ребенка?! – Джаок бесцеремонно перебила ее, сорвавшись на крик.
– Мама?
– Хватит «мамкать»! Отвечай – у тебя правда случился выкидыш?!
Джаок, как и ее сын, не обратила внимания ни на пятна крови, ни на слезы. Казалось, даже если бы Сумин сейчас испустила дух, ее волновал бы только нерожденный внук.
– Мама, это не моя вина...
– Ох, глаза бы мои тебя не видели! – Джаок в сердцах запричитала и принялась бить себя кулаком в грудь.
Тут из комнаты вышел Минхван. Он осторожно приобнял мать за плечи, сочувственно похлопывая:
– Мам, ну чего ты. Дети еще будут. Не плачь, ладно?
– Ох, бедный мой внучок! Я же по всей округе рассказала, все родственники так ждали...
Свекровь, только что рыдавшая, внезапно замолчала и в упор уставилась на Сумин. В следующую секунду из глаз у невестки буквально посыпались искры.
Шлеп!
Все произошло мгновенно.
– Как можно быть такой непутевой, а?! Тебе только и нужно было, что ребенка выносить, больше от тебя никакого толку! Думаешь, я из большой любви разрешила Минхвану на тебе жениться?
Оскорбления посыпались на Сумин беспощадным ливнем. От этой тирады уши болели сильнее, чем пострадавшая щека.
Сумин подняла взгляд на мужа, втайне надеясь, что он заступится за нее, ведь ее ударили прямо у него на глазах.
– Сумин. – Минхван присел рядом и ласково коснулся ее плеча.
Она судорожно схватила его за руку.
– Расскажи ей. Скажи, что это не я виновата, это все Дживон...
– Просто извинись.
– Что?..
Сумин на несколько секунд лишилась дара речи. Джаок стояла над ними, скрестив руки на груди, и все еще кипела от злости, явно ожидая покаяния.
– Извиниться?.. – Сумин резко оттолкнула руку Минхвана и поднялась на ноги. – С какой стати я должна извиняться?
Минхван ошеломленно усмехнулся:
– Я, по-твоему, должен?
– Я же сказала: выкидыш случился из-за твоей бывшей! И даже если бы я сама где-то оступилась – почему я должна извиняться перед матерью? Это твой ребенок и мой ребенок! Какое право она имеет требовать извинений?!
– Ах ты, дрянь! – вскинулся Минхван. – Как ты смеешь так разговаривать с моей матерью!
Пока за спиной раздавались причитания Джаок в духе «ох, нет мне жизни», Сумин, сгорая от обиды, сжала кулаки и заковыляла к выходу. Она втиснула израненную босую ногу в туфлю, и резкая боль снова пронзила тело.
– Ты куда собралась, Чон Сумин?!
Крик мужа ударил в спину больнее, чем рана на ноге. Сумин рванула дверь и выскочила на лестничную клетку.
– Куда пошла?! А ну убери здесь все! Эй!
Тяжелая железная дверь захлопнулась с тяжелым гулом.
Сумин, закусив губу, шла куда глаза глядят. У нее не было цели, не было места, куда бы она хотела пойти. Ей просто нужно было бежать.
– Хык, ыкх...
Из-за раненой ноги она не смогла уйти далеко. Найдя безлюдный сквер, Сумин опустилась на старые качели. Она долго рыдала, а потом достала телефон. Просмотрев сотни контактов, девушка с ужасом поняла, что ей некому позвонить. Никто не придет, никто не обработает ее рану.
Половинка ♥
Пальцы замерли над самым знакомым номером.
– Это все из-за тебя... Кан Дживон. Если бы не ты, я бы никогда не вышла за него. Это ты во всем виновата...
Если бы Дживон не встретила Пак Минхвана. Если бы не расхваливала его на каждом шагу. Если бы вообще не помогала Сумин устроиться в эту компанию.
– Компанию...
Желчь, копившаяся внутри, внезапно сменилась догадкой. Сумин осенило.
Этот человек точно поможет. Он отвезет ее в больницу, накормит и даст крышу над головой.
Не раздумывая больше ни секунды, она нашла номер и нажала вызов. После нескольких гудков ответил мужской голос с легкой хрипотцой:
– Алло?
– Оппа... это я, Сумин... – прохныкала она в трубку.
Мужчина на том конце заметно растерялся, но быстро нашелся:
– Почему ты плачешь? Что случилось? Тебя Пак Минхван обидел?
– Да-а... – зашлась она в рыданиях. – Ты можешь за мной приехать? Мне так больно, мне страшно... я больше не могу...
– Где ты? Скажи адрес, я сейчас буду.
– Сонсу-дон. Тут за зданием «XX» есть небольшая детская площадка.
– Скоро буду. Уже стемнело, зайди в какое-нибудь кафе и жди там, поняла?
– Угу... Спасибо тебе...
Сумин сбросила вызов, все еще всхлипывая.
На улице пошел мелкий дождь.
Утро встретило город плотной стеной ливня.
В офисе вовсю гудели кондиционеры, вытягивая влагу из воздуха. Сотрудники, сбившись в кучки, сетовали на кошмарные пробки и забитое метро. Ян Джуран и Кан Дживон тоже выглядели измотанными после долгой дороги.
– Вся штанина насквозь мокрая. До чего же противно, – проворчала Джуран, пытаясь отряхнуть мокрые брюки.
Дживон протянула ей платок:
– Вытритесь. Как же вас так угораздило?
– Да какой-то мужик всю дорогу прижимался ко мне своим зонтом. Зонт был огромный, как купол цирка, – ответила Джуран, принимая платок и принимаясь за брюки.
В разговор вмешался Ли Джунсок, который пришел пораньше и вовсю листал что-то в телефоне.
– Менеджер Ян, вам тоже пора заводить машину. В такую погоду только за рулем и спасаться.
– Машину муж забрал, а потом и вовсе продал. Родители предлагают купить новую, но мне как-то совестно принимать такие подарки, – не подумав, выпалила Джуран и тут же осеклась, пожалев, что сболтнула лишнего о семейных делах. – Спасибо за платок, менеджер Кан. Я постираю и верну.
– Не переживайте, просто забросьте в машинку при случае, делов-то.
– Нельзя так. Если берешь чужую вещь, нужно вернуть ее в идеальном состоянии, еще лучше, чем была.
Дживон невольно улыбнулась. Если в Хиён сразу чувствовалась дочка из богатой семьи, то в Джуран подкупало воспитание, проявляющееся в мелочах. Именно за эту основательность и надежность Ю Джихёк ценил Ян Джуран больше всех остальных сотрудников первого департамента маркетинга.
– Тогда уж и кондиционера для белья не жалейте, – вставил Джунсок. – У вас от вещей всегда так приятно пахнет.
– Нравится? Купить тебе такой же? – усмехнулась Джуран.
– Мне не пойдет. Это на вас он сидит идеально, – ответила Дживон.
Джунсок снова вставил пару слов в их беседу:
– Я думал, это духи, а оказался кондиционер. Сколько ни искал в магазинах, ничего похожего не нашел.
– Ты специально искал? – удивилась она.
Джунсок смущенно почесал затылок.
– Да как-то неловко было спрашивать. Зашел в торговый центр, понюхал пару флаконов... Запах очень уютный, хотел себе взять для настроения.
«Ему понравился сам запах или то, что он исходил от Джуран?»
Дживон перевела взгляд с Джунсока на Джуран. Та относилась к коллеге исключительно профессионально, и Джунсок не переходил границ. Судя по ее наблюдениям, проблем тут быть не могло.
– Все в сборе? – Ю Джихёк мгновенно прекратил офисный гул своим появлением.
Сотрудники, как школьники после звонка на урок, зашуршали мышками и поспешили по местам.
– Все, кроме менеджера Пака! – бодро отозвался кто-то из глубины офиса.
Джихёк взглянул на часы, а затем на пустующее место Пак Минхвана. Десять минут одиннадцатого.
– Отсутствущих ждать не будем. У меня объявление. Внеочередное повышение.
Сотрудники затаили дыхание.
– Старший сотрудник Ли Джунсок. Вы назначаетесь на должность младшего менеджера. Поздравляю.
– Я?! – Джунсок неуклюже поднялся, указывая на себя.
Коллеги дружно зааплодировали.
– Далее. Младший менеджер Ян Джуран.
Объявление продолжалось, хотя многие думали, что на одном человеке все закончится.
«Неужели?..»
Джуран непроизвольно сжала в руке платок Дживон, чувствуя, как бешено колотится сердце. Джихёк едва заметно улыбнулся и посмотрел прямо на нее:
– Поздравляю. Теперь вы менеджер Ян Джуран.
Глава 74
Сталкер, сталкер и еще раз сталкер
– Ура-а-а!
– Поздравляем, менеджер Ян!
Гром аплодисментов заглушил даже шум дождя за окном. Дживон хлопала вместе со всеми, не жалея сил. Она старалась изо всех сил, так что ладони горели, но перекричать восторженную Хиён было просто невозможно.
– Яху-у-у! Менеджер Ян Джуран! У-ху-у-у! Крутая! Красотка! О-о-о!
«Может, это сон?» – подумала Джуран и украдкой ущипнула себя за бедро. Судя по резкой боли, все происходило наяву. А слезы, выступившие на глазах, наверняка были просто реакцией на слишком сильный щипок.
– Менеджер Ян! Скажите пару слов! Зажгите как следует!
– Точно! Речь!
– Речь! Речь!
Хиён так активно заводила толпу, что остальные сотрудники тут же подхватили ее призыв. Джуран поспешно вытерла глаза, встала и отвесила несколько глубоких, вежливых поклонов.
– Спасибо, огромное спасибо! Я буду работать еще усерднее!
Она была благодарна всем коллегам, которые верили в нее и помогали, но больше всего – Дживон. Если бы не она, план проекта, сыгравший решающую роль в этом повышении, давно бы сгинул в шредере. И то, что продукт удалось выпустить вовремя, к самому сезону, тоже было заслугой Дживон, которая задерживалась допоздна и помогала ей так часто, будто это было в порядке вещей.
«Дживон, я сделаю все, чтобы и тебя повысили к концу года».
Джуран, ставшая наконец менеджером, крепко сжала в руке платок, который ей дала Дживон.
– На этом объявления закончены. Ю Хиён, кажется, вы что-то хотели сказать?
Хиён, которая вовсю размахивала руками над головой, пытаясь привлечь внимание Ю Джихёка, просияла:
– У нас сразу два внеочередных повышения!
– На следующей неделе выберите место для корпоративного ужина и согласуйте дату с младшим менеджером Кан.
– Есть, шеф! Спасибо!
Хиён не смогла сдержать восторга от перспективы бесплатного ужина и едва ли не пустилась в пляс. Остальные сотрудники, уже привыкшие к гастрономическим турам Ю Хиён, тоже заметно приободрились. Джуран мысленно пообещала себе, что в этот раз обязательно пойдет со всеми.
Когда общее оживление начало понемногу спадать, в офис, втянув голову в плечи, проскользнул Пак Минхван.
– Вы опоздали, менеджер Пак, – сухо бросил Джихёк.
Минхван, избегая его взгляда, едва заметно кивнул:
– Извините.
– Передо мной извиняться не нужно. Сдайте объяснительную до конца рабочего дня.
«Подумаешь, пятнадцать минут, а шума-то... Подлый гад. Если начальник департамента, так все можно? Тварь мелочная», – сыпал беззвучными проклятиями в спину удаляющемуся Джихёку Минхван.
Ему было невыносимо стыдно перед Кан Дживон за то, что его отчитывают с самого утра. Он не смел поднять на нее глаз, а его лицо пылало от унижения. Впрочем, было кое-что, о чем он обязан был спросить.
Усевшись на место, Минхван вместо работы уткнулся в мессенджер. Набравшись духа, он открыл чат с Кан Дживон.
Дживон нахмурилась, увидев сообщение. Эти двое, благополучно дошедшие до алтаря рука об руку, ее больше не волновали. Ей не хотелось о них даже думать.
Судя по тону, Чон Сумин сбежала из дома. Что случилось? Получила нагоняй от своей драгоценной свекрови? Или Минхван уже успел проявить свою натуру маменькиного сынка? А может, и то, и другое? И это они так изводят девчонку, которая притворяется беременной?
Дживон только цокнула языком. Очевидно, что бы ни произошло, Минхван вознамерился свалить вину на нее. Выяснять подробности ей было совершенно не интересно.
В таких случаях лучше всего просто игнорировать.
Щелк.
Дживон без колебаний закрыла окно чата и больше в него не заглядывала.
– О-ох... А?
Сумин с трудом разлепила веки. От резкого света она зажмурилась, а когда снова открыла глаза, поняла, что это не прожектор, а обычная люминесцентная лампа. Точнее, свет, отражающийся от чьей-то лысины.
– Проснулась? – мягко спросил хрипловатый голос.
Сумин резко села. Раскалывающаяся от похмелья голова, чужая комната, незнакомая кровать. Только сама ситуация не казалась ей новой.
– Менеджер...
– Почему снова «менеджер»? Мы же договаривались на «оппу». – Ким Гёнук, глупо улыбаясь, протянул ей стакан с ярко-красной жидкостью. – Я сам выжал томатный сок. Пей, он отлично помогает при похмелье.
Вчера вечером, едва увидев Гёнука, Сумин разрыдалась и потребовала выпивки. Она не помнила, что и в каком объеме наговорила ему. Память оборвалась в какой-то момент, а телефон разрядился и выключился.
– Все пропало.
Фраза сама сорвалась с губ. Гёнук обеспокоенно заглянул ей в лицо:
– Тебе не нравится томатный сок? Хочешь, я приготовлю что-нибудь другое?
Но похмелье брало свое, поэтому Сумин выхватила стакан из его рук и осушила его залпом. Липкая жажда немного отступила, а желудку стало легче.
– Простите. Мне пора идти.
Она понимала, что ее вряд ли кто-то ищет, но вернуться домой было необходимо. Иначе Пак Минхван мог позвонить ее матери. Выслушивать проклятия от матери ей было не привыкать, но она не хотела, чтобы Минхван знал, в каких условиях она росла и как к ней относятся.
– Уходишь? В тот дом? Уже? – Лицо Гёнука исказилось.
Сумин почувствовала, как к горлу снова подкатывает тошнота, и поспешно отвернулась.
– У-угх!
Гёнук, решив, что ей все еще плохо после вчерашнего, заботливо подоткнул ей одеяло.
– Не торопись. Приди в себя, а когда протрезвеешь, оппа тебя отвезет.
Сумин едва сдерживалась. Опять эта его манера: «оппа то, оппа се...» Если бы была возможность, она бы засунула ему в рот морковку, чтобы он жевал ее и молчал со своим «оппой».
Но человеческая душа – штука странная. Раньше он вызывал у нее только отвращение, но сейчас, когда она привыкла лишь к попрекам, эта неуклюжая забота не казалась такой уж противной. Если честно, она даже была немного тронута.
– Пить хочется, оппа.
– Холодное сейчас вредно. Подожди, я принесу теплой воды.
Гёнук суетился вокруг нее, даже вставил соломинку в стакан, чтобы ей было удобнее пить. Это был разительный контраст с Минхваном, который только и умел, что валяться на диване и требовать еду и воду.
– Эх, лучше бы я вышла замуж за такого человека, как ты, оппа...
От этого вздоха глаза Гёнука, и без того крошечные, округлились до размеров яичного желтка. Он и не понял, что под «таким, как ты» Сумин имела в виду просто симпатичного парня, который будет ее опекать и пылинки сдувать, а вовсе не его самого.
– Су... Сумин... – пробормотал он, заливаясь краской. – Я могу подождать. Ты ведь просто оступилась, поддалась на уговоры этого подонка. Мне все равно, даже если ты уже побывала замужем.
Его слова, произнесенные с лицом красным, как тот томатный сок, в любое другое время вызвали бы у нее рвотный рефлекс. Да и сейчас подташнивало, но остатки признательности заставили Сумин вместо гримасы выдавить неловкую улыбку.
– О чем ты говоришь? С чего бы мне разводиться?
– Ты разве не помнишь, что вчера рассказывала? – Гёнук сердито сжал зубы. – Этот гад запер тебя дома и обращается как с прислугой! Свекровь только и ждет момента, чтобы тебя сожрать, а свекор при каждой встрече требует внука! Тебе нельзя там оставаться, Сумин. Я позабочусь о тебе. Я сделаю тебя счастливой.
– Оппа... – Сумин опустила голову, изображая глубокое волнение. Взгляд ее упал на выключенный телефон. – У тебя... есть зарядка?
– Сейчас принесу.
Гёнук тут же вскочил и притащил зарядное устройство. Сумин воткнула штекер и глубоко вздохнула. Она готовила себя к тому, что от Минхвана не будет ни одного звонка, и заранее настраивалась не разочаровываться.
Экран загорелся с бодрым звуком. Сумин впилась взглядом в телефон, ожидая увидеть пустую иконку входящих.
Дилинь.
Пришло сообщение.
Значит, все-таки позвонил. Хотя бы раз. На мгновение к глазам подступили слезы.
Дилинь.
Дилинь.
Дилинь.
Дилинь.
Уведомления о пропущенных посыпались градом, словно взрывы бомб. Среди них были и текстовые сообщения.
Минхван, который, казалось, совершенно охладел к ней, оборвал телефон – десятки звонков и куча сообщений. Сумин медленно просмотрела их все, а затем подняла глаза на Ким Гёнука. Пелена спала: перед ней снова было широкое, лоснящееся лицо и отчетливая плешь на макушке.
– Мне уже лучше. Я пойду домой.
– Сумин...
– Я же сказала – ухожу. Отпусти меня.
У Сумин и в мыслях не было бросать Минхвана. Вчерашний порыв был лишь мимолетной слабостью. Статус разведенки, поток грязи, который выльет на нее мать – все это было плохо, но хуже всего было другое. Она не могла допустить, чтобы после развода Пак Минхван снова начал бегать за Кан Дживон.
«Ни за что. Я не позволю тебе торжествовать, даже если мне придется сдохнуть».
Сумин крепко сжала телефон и отбросила одеяло. Пора было возвращаться к мужу.
– Докладывай.
О Юра закинула ногу на ногу и щелкнула пальцами. Любой обычный человек, глядя на нее, подумал бы: «Что за дешевое позерство?», настолько картинными были ее жесты. Но мужчина в черном костюме, привыкший к ее нраву, послушно открыл файл презентации.
– Как вам уже известно, ее зовут Кан Дживон. В этом году ей исполнилось двадцать семь. Сирота. В своем отделе на хорошем счету, считается способным сотрудником. Близкая подруга Ю Хиён. Из примечательного: была помолвлена с коллегой, Пак Минхваном, но они расстались. Вскоре после этого Пак Минхван женился на другой сотруднице, Чон Сумин, которая также является подругой Кан Дживон.
– М-да. Что за мыльная опера? – Юра притворно цокнула языком, но в ее глазах вспыхнул живой интерес. – Выяснил, где она живет?
– Раньше снимала комнату в районе университета Конгук, но недавно переехала в жилой комплекс «OO». Там очень строгая система охраны, поэтому номер квартиры пока не установлен.
– «OO»? – Юра нахмурилась, припоминая название. – Там же живет Джихёк-оппа?
– Верно. Ю Хиён жила там же, но после устройства на работу переехала в студию поближе к офису. Скорее всего, Кан Дживон заняла ее квартиру.
– Ю Хиён живет в какой-то каморке? – О Юра откинула голову назад и заливисто расхохоталась. – Ой, не могу! Ее наконец-то выставили? Значит, та семейка все же решила перестать считать ее своей? Хотя, если бы Джихёк-оппа так с ней не носился, ее и ее мамашу давно бы за людей не считали. Возомнили о себе, нищеброды, будто они тоже из правящей семьи.
Отсмеявшись, Юра промокнула сухие глаза салфеткой.
– Давно я не видела Хиён. Ладно, а к чему был этот рассказ про бывшего жениха Кан Дживон?
– Дело в том, что в ходе слежки за объектом мы неоднократно фиксировали там Пак Минхвана.
– What? Объясни по-человечески.
Мужчина кашлянул и переключил слайд. На экране появились фотографии. Снимки выглядели так, будто их сделали в упор, хотя на самом деле использовался мощный длиннофокусный объектив из здания напротив.
– Вот Кан Дживон. – Мужчина указал на увеличенную часть фото. – А вот Пак Минхван. Он следит за ней.
На следующем снимке снова была Дживон, а за ней – мужчина, не сводящий с нее глаз. О Юра присмотрелась:
– Но это же не Пак Минхван.
– Это сотрудник детективного агентства, которого нанял Пак Минхван.
– Даже на детектива разорился? Зачем? Решил стать сталкером? Он же только что женился на ее подруге?
– Мы выясняем мотивы. Как только появится ясность, я доложу.
– Хм... – О Юра хищно улыбнулась и кивнула на экран: – Покажи-ка мне лицо этого Пак Минхвана.
– Да.
Мужчина нашел нужное фото и увеличил его в несколько раз. Поскольку фокус изначально был на Кан Дживон, изображение Минхвана было зернистым, но черты лица вполне угадывались.
– А он ничего. И, кажется, высокий. – Сквозь густо накрашенные ресницы глаза О Юры блеснули азартом. – Приведи его ко мне.
– Что?..
– Я сказала – приведи его. Кажется, он может быть полезен. – О Юра облизнула губы, накрашенные розовым блеском, и добавила: – Это обещает быть интересным. У меня аж сердце забилось чаще.
Глава 75
Выбор
– Младший менеджер Кан, вы на выезд? – спросила Хиён, столкнувшись с Дживон в коридоре перед офисом.
В руках Дживон, помимо сумочки, была стопка только что приведенных в порядок документов.
– Да. Скорее всего, оттуда сразу поеду домой.
– На улице жарища... Удачи вам!
– Тебе тоже, Хиён. До завтра.
Дживон вежливо кивнула и вышла из здания компании.
Как только она подошла к остановке, тут же подъехал нужный автобус. Заскочив в салон и заняв свободное место, Дживон вдруг вспомнила, что забыла выключить компьютер. Впрочем, ничего страшного: если за ним никто не работает, он сам уйдет в спящий режим. За один день ничего не случится.
Закончив с делами на выезде, она сверилась с часами – рабочий день как раз подошел к концу. Дживон только успела подумать, не зайти ли куда-нибудь на чашку кофе, как зазвонил телефон. Это была Ян Джуран.
– Да, менеджер Ян.
– Слышала, ты сегодня на выезде? Я там скинула тебе в мессенджер дополнительные детали, ты, наверное, еще не читала?
– Да, я уже все закончила и ушла. Что же теперь делать?
– Да ничего, на следующей неделе все равно придется ехать снова, тогда разом все и посмотришь. Ты уже домой? Ну, отдыхай тогда. Увидимся.
– И вам хорошего отдыха, менеджер Ян. До завтра!
Дживон повесила трубку и огляделась в поисках кафе, чтобы немного перевести дух. Это был самый обычный, спокойный день.
А на следующее утро...
– Рада всех видеть!
– Доброе утро.
– Сотрудница Ю Хиён на работе! Всем здравствуйте!
Утро началось как обычно: сонные приветствия коллег перемежались с вечно бодрым голосом Хиён. Дживон тоже со всеми поздоровалась и, сев за стол, привычным жестом потянулась к кнопке включения компьютера.
– Ах, точно. Я же его не выключила...
Но не успела она договорить, как экран загорелся. Компьютер включился с нуля. Хотя она была уверена, что оставила его работать.
«Может, я что-то путаю?»
Ей случалось сомневаться в подобных мелочах – так люди иногда возвращаются домой, чтобы проверить, выключили ли они плиту, хотя на самом деле все сделали правильно.
Загрузка завершилась, и мессенджер автоматически вошел в сеть. Дживон пробежала глазами список чатов, и рука, державшая мышь, замерла.
Уведомления о новом сообщении не было.
Дживон открыла диалог с Джуран. В самом конце, после повседневной болтовни и рабочих файлов, красовался длинный текст с теми самыми дополнительными деталями по выезду.
Время отправки: вчера, 16:00.
В это время Дживон уже ехала в автобусе.
Столовая в компании U&K была настолько хороша, что могла поспорить с любым популярным рестораном – не зря все-таки пищевое производство. Сегодня Хиён, как обычно, горой навалила в тарелку мясо и радостно объявила начало обеда:
– Приятного аппетита, коллеги! Приятного аппетита!
– И тебе, Хиён. Менеджер Ян, начальник Ю, приятного всем аппетита.
Рядом с Дживон устроилась Джуран, а напротив Хиён сел Джихёк. Теперь их компания из четырех человек стала привычным зрелищем для остальных сотрудников. Иногда к ним подсаживался Джунсок или кто-то еще, но сегодня они были вчетвером.
– Кстати, начальник Ю, – обратилась Джуран к сидящему напротив Ю Джихёку. – Раз уж меня повысили до менеджера, я бы хотела пригласить всех наших к себе на ужин. Вы ведь придете?
– Людей в отделе немало. Вы уверены, что справитесь?
– На самом деле мои родители держат ресторан кальби. Когда они узнали о моем повышении, так обрадовались, что сами настояли на том, чтобы позвать весь отдел.
– Менеджер Ян, вы дочь хозяев ресторана кальби? Вот это да!.. – Хиён, которая была готова встать среди ночи ради порции мяса, посмотрела на Джуран с нескрываемо восторженным обожанием.
– То-то я думаю, почему мне всегда так хочется есть, когда я вас вижу, – поддразнила Дживон.
Джуран смущенно улыбнулась и отпила холодной воды.
– Ресторан довольно большой, так что нашему отделу там будет вполне просторно. Как насчет следующей пятницы? Вам будет удобно, начальник Ю?
– Да. Не беспокойтесь обо мне, назначайте время, которое устроит остальных коллег.
– А я? А как же я? – всполошилась Хиён. – Почему вы меня не спрашиваете?
Джуран рассмеялась:
– Хиён, ты идешь по умолчанию. Твое присутствие даже не обсуждается.
– А я уж испугалась, что вы меня вычеркнули, чтобы я вас не объела.
Дживон поймала себя на мысли, что в какой-то момент подумала о том же самом, и мысленно извинилась.
В столовой было шумно, за каждым столом кипела жизнь. Люди часто жалуются, что работа им осточертела, и мечтают уволиться, как только выиграют в лотерею, но Дживон работа была в радость. Ей нравилось все: и обеденные перерывы, и предвкушение конца рабочего дня, и даже сумасшедшие авралы или утренняя давка в метро. Ей просто было хорошо здесь.
«Я хочу здесь остаться».
Дживон окинула взглядом зал. Чуть поодаль она увидела Джунсока, который обедал в компании других мужчин.
Хиён осталась в их отделе, а вот Джунсока перевели из департамента разработок к ним.
Джуран тоже не уволилась. Вместо этого компанию покинул Ким Гёнук. Вернется ли он после принудительного отпуска – вопрос оставался открытым.
Теперь из прошлого остались только Пак Минхван и Ю Джихёк.
Дживон перевела взгляд на Джихёка, сидевшего по диагонали от нее.
В ее прошлой жизни никто не ожидал, что Ю Джихёк уволится. Он просто в один прекрасный день подал заявление и исчез, словно дым, не оставив следов.
Теперь ей стало по-настоящему любопытно: почему? Что тогда случилось? Каковы были причины его внезапного ухода, при котором он даже не попрощался с коллегами, с которыми проработал бок о бок столько времени?
Джихёк, до этого сосредоточенно, как робот, поглощавший пищу, вдруг поднял голову. Дживон, почувствовав неловкость от того, что ее застукали за разглядыванием, поспешно отвела взгляд.
– ?..
Она посмотрела в другую сторону и наткнулась на взгляд Пак Минхвана. Он смотрел прямо на нее. Как только их глаза встретились, он тут же подхватил поднос, вывалил остатки еды в бак для отходов и быстро вышел из столовой.
По спине пробежал холодок.
Может, это и пустяк. Случайность. Но сколько случайностей должно произойти, чтобы они перестали быть таковыми?
За сегодняшний день она уже в третий раз ловила на себе его взгляд. И это продолжалось уже несколько недель.
Даже два дня назад, когда она возвращалась домой...
По пути к метро Дживон столкнулась с каким-то прохожим и выронила телефон. Она быстро подняла его и хотела окликнуть человека, который ушел, даже не извинившись, но в этот момент заметила в толпе вдалеке Пак Минхвана.
Она не была уверена на сто процентов – он слишком быстро исчез, да и вокруг было полно офисных сотрудников в похожих костюмах. К тому же Минхван всегда ездил на машине, у него не было причин появляться у входа в метро.
Был ли это действительно он?
Дживон погрузилась в свои мысли, машинально пережевывая пищу и не чувствуя ее вкуса.
– Что-то не так, Дживон? – спросила Джуран.
Дживон слегка качнула головой и снова взялась за ложку.
– Нет, ничего. Кстати, а где находится ресторан ваших родителей? В день ужина я приду пораньше, чтобы помочь с подготовкой.
– Это довольно далеко отсюда. Не утруждай себя, приезжай вместе с Хиён.
– Я могу заехать за ними пораньше и отвезти на машине, – подал голос Джихёк.
Джуран обрадовалась:
– Правда? Было бы здорово, спасибо!
– Мне все-таки нужно поскорее купить машину, – добавила Джуран. – Кажется, я единственный менеджер в компании без автомобиля. Даже Пак Минхван еще до повышения интересовался, нет ли у меня машины.
– Младший менеджер Пак?
– Ну да. Встретила его недавно вечером у метро, он спросил, всегда ли я езжу на подземке. Удивительно, что его это вообще волнует.
Метро. Пак Минхван, которому там совершенно нечего делать. И с чего бы ему расспрашивать менеджера Ян, с которой он даже не в дружеских отношениях?
Все подозрения сложились в одну четкую картину.
Пустые лифты, останавливающиеся на каждом этаже. Чьи-то шаги на подземной парковке. Взгляды, которые она ловила слишком часто. Пак Минхван у метро – там, где его не должно быть. И компьютер, который кто-то трогал в ее отсутствие.
«Он следит за мной? Но зачем?»
Дживон снова оглядела столовую. Пак Минхвана уже и след простыл.
– Домой! Ура-а!
Хиён, напевая, достала карманное зеркальце размером с ладонь. Глядя на нее, Дживон вдруг приняла решение.
– Хиён?
– Да?
– Можешь одолжить мне зеркальце?
– Конечно! Можете вообще забрать его себе, это подарок.
Хиён в последний раз проверила свой макияж и протянула зеркало Дживон.
– Спасибо. Оно мне очень пригодится.
Дживон бережно убрала зеркальце во внутренний карман жакета и вышла с работы.
Она специально шла медленнее обычного. По пути зашла в кафе, заказала кофе и долго разговаривала с Ынхо. Она тянула время как могла, и когда наконец вышла на улицу, толпа служащих уже рассосалась.
Чей-то липкий, неприятный взгляд коснулся затылка, словно скользнул по коже влажным языком. Было ли это плодом ее воображения или реальностью, Дживон не знала. Не оборачиваясь, она дошла до входа в метро, замедлила шаг и достала зеркальце Хиён.
В маленьком стеклышке отразилось ее лицо, бледное от напряжения. Дживон плавно изменила угол наклона зеркала, направляя его себе за левое плечо. Мимо спешили люди: кто-то на ходу говорил по телефону, кто-то уткнулся в экран смартфона. Все проходили мимо.
Она переместила зеркало вправо. Картина та же. Просто прохожие...
Дзынь!
Зеркало выскользнуло из ее рук и разлетелось вдребезги. Прохожие мельком глянули на Дживон и пошли дальше по своим делам.
Ее охватил такой ужас, что мысли в голове спутались.
Ей было неважно, зачем он это делает. Мужчина, который однажды уже убил ее, снова крадется следом. Осознание этого факта вытеснило все вопросы, оставив лишь первобытный страх перед смертью.
«Надо бежать. Но куда? Как?»
У нее не хватало духу даже просто обернуться. Ей казалось, что если она сейчас спустится в метро, Пак Минхван столкнет ее с лестницы. Если пойдет по улице – толкнет под колеса машины.
Перед глазами, как в калейдоскопе, замелькали картины возможных смертей. И вдруг в памяти всплыл образ одного человека. Дрожащими руками Дживон с трудом нащупала кнопку вызова в телефоне.
– Да, Кан Дживон.
– Пожалуйста... Приезжайте за мной.
У нее не было времени думать о приличиях. Прямо сейчас ей был нужен только Ю Джихёк.
– Где вы?
– Перед офисом... Метро, выход номер три. Скорее, пожалуйста...
– Не вешайте трубку. Я уже еду. – Его голос был спокойным, в нем не было и тени спешки. – Произошел несчастный случай? Вы пострадали?
– Нет, нет...
– У вас что-то болит?
– Нет.
– Ситуация опасна?
Опасна ли? Только сейчас до Дживон дошло, что у Пак Минхвана нет причин убивать ее прямо сейчас. Может быть, когда-нибудь потом, но не сейчас. Но ей все равно было до смерти страшно.
– Нет.
– Успокойтесь и сделайте глубокий вдох.
Дживон послушно вдохнула и медленно выдохнула. После пяти или шести повторений зрение прояснилось, и она начала замечать то, что происходит вокруг.
– Простите. Я сама не своя... Теперь все в порядке. Я доберусь сама.
– Раз чувствуете себя виноватой, оставайтесь на месте. Я буду через пару минут.
Голос Ю Джихёка, как всегда ровный и лишенный лишних эмоций, казалось, вытаскивал Дживон из бездонного болота страха.
Она простояла так какое-то время.
– Обернитесь, – прозвучал голос в трубке.
Она знала: если она обернется, то снова может встретиться взглядом с Пак Минхваном. Но теперь ей было не страшно.
Дживон сделала шаг назад и медленно развернулась. Всего в пяти шагах от нее, среди текущей мимо толпы, стоял Ю Джихёк.
– Сюда. Медленно.
Впервые с того момента, как она увидела Пак Минхвана в зеркальце, она смогла сделать шаг. Словно под гипнозом, Дживон пошла к Джихёку, и тот протянул ей руку. Стоило ей схватиться за его широкую ладонь, как страх окончательно испарился, а мелкая дрожь утихла.
– Пойдемте.
Джихёк крепко сжал ее ладонь. В его большой и надежной руке она почувствовала тепло.
– Мяу.
Пхани запрыгнул на колени к Дживон, сидевшей на диване. За последние полчаса силы окончательно покинули ее, и она просто откинулась на спинку. Раньше квартира Джихёка казалась ей слишком аскетичной и неуютной, но сейчас она даже во сне не могла представить себе места более безопасного.
– Пейте.
Джихёк протянул ей белоснежную кружку. От нее шел пар – это было теплое молоко.
– Спасибо.
Сейчас было совсем не время для горячих напитков, но Дживон молча приняла кружку и начала пить, осторожно дуя на пенку.
– Что произошло? – спросил Ю Джихёк.
Дживон замялась. Сказать или нет?
У нее не было никаких доказательств. Не будет ли она выглядеть в его глазах сумасшедшей, которая просто пытается отомстить бывшему парню?
Она опустила глаза на свою левую ладонь – ту самую, которую недавно сжимал Джихёк. Его рука была огромной и твердой, но она помнила, что она была влажной. Он обливался холодным потом даже сильнее, чем она сама, – как же он умудрялся при этом говорить таким спокойным голосом?
– Пак Минхван... – Дживон сама удивилась тому, как ровно прозвучал ее голос, и продолжила: – Он следил за мной. От офиса до самого метро. Хотя я специально долго сидела в кафе после работы. – Стоило ей начать, как слова, весь день копившиеся в голове, хлынули наружу водопадом. – Это он останавливал лифт. И в прошлый раз я видела кого-то очень похожего на него по пути домой. Мой компьютер... Я оставила его включенным, но кто-то его выключил. И прочитал мои сообщения в мессенджере. По нескольку десятков раз на дню я ловлю его взгляд на себе. Куда бы я ни перевела взгляд – он смотрит на меня.
Высказав все на одном дыхании, Дживон жадно отпила еще молока. Она ждала вопросов: «Есть ли доказательства?» или «С чего вы это взяли?». На такие вопросы ей было бы нечего ответить.
– В таком случае, – Ю Джихёк заговорил тихо и серьезно, – выбирайте, Кан Дживон.
Вопрос оказался совсем не таким, какого она ожидала.
– Вы хотите сбежать от Пак Минхвана? Или вы хотите избавиться от него?
Дживон медленно моргнула.
Бежать или избавиться. В этом выборе для нее не было сомнений.
– Я хочу его уничтожить. – Она крепко сжала кружку, так что побелели костяшки пальцев. – Полностью стереть его из моей жизни.
Глава 76
Страх клиента бережет
– Ну и наглецы. Боятся, что в компании заметят, так до самой станции метро дошли, прежде чем в машину сесть?
Пак Минхван засунул компактную цифровую камеру в сумку. Не зря он столько за ними таскался. Он что-то недовольно бормотал под нос, а челюсти так и сводило – он до хруста стискивал зубы от увиденной сцены.
Теперь у него были все доказательства того, что Кан Дживон и Ю Джихёк тайно встречаются. Ему даже удалось разузнать новый адрес Дживон благодаря налоговому уведомлению, которое он стащил из ее рабочего стола. И надо же – она поселилась в том же доме, в соседней квартире с Ю Джихёком.
«Она просто играла со мной. Из-за нее вся моя жизнь пошла под откос».
В глазах Минхвана Дживон была виновата во всем, что с ним случилось. Он искренне считал, что даже в должности вечного младшего менеджера он застрял только по ее вине, пока остальные вовсю продвигались по службе.
В компании он превратился в тень. Слухи о том, что он изменил своей невесте с ее подругой и в итоге даже женился, уже давно вышли за пределы первого отдела маркетинга и расползлись по всем этажам.
А когда он возвращался из осточертевшего офиса домой, его ждала вечно недовольная Чон Сумин и квартира, превращенная в свинарник.
То свекровь что-то не то сказала, то денег на жизнь не хватает, то ей не нравится одно, то другое...
Минхван никогда не вслушивался в ее нытье и даже не запоминал слова, но этот финал – бесконечные рыдания навзрыд – врезался в память слишком отчетливо. От этих звуков уже в ушах звенело.
– Не хочу домой, – выдохнул он.
Минхван с силой потер уши, словно пытаясь вытравить из головы фантомный плач. Он уже решил было отправиться в спортзал, как вдруг...
– Извините.
Кто-то легонько коснулся его плеча.
Минхван обернулся и округлил глаза. Перед ним стояла невероятная красавица – из тех, на кого оборачивается каждый второй мужчина. Девушка в облегающем платье лучезарно улыбалась.
– Я?.. Вы мне?
– Да, вам.
По крайней мере, в этот миг Кан Дживон полностью испарилась из его мыслей. С трудом сглотнув, Минхван попытался принять невозмутимый вид и окинул незнакомку оценивающим взглядом с головы до ног:
– В чем дело?
– Хотела бы немного пообщаться. Уделите мне время?
– Вообще-то я не занят, но...
– Тогда выпьем кофе. Я угощаю.
Таких напористых женщин Минхван еще не встречал. Не успев опомниться, он уже шел за ней в ближайшую кофейню. Когда они вошли, он почувствовал на себе десятки завистливых взглядов и невольно расправил плечи, едва сдерживая самодовольную ухмылку.
– Сначала я хотела прислать кого-нибудь другого, но побоялась, что вы испугаетесь. Поэтому пришла сама, – без лишних предисловий начала девушка, едва они сели друг напротив друга.
Минхван на мгновение забыл о своей важности и переспросил:
– Вы меня знаете?
– Знаю. Пак Минхван, младший менеджер в первом департаменте маркетинга U&K Food.
Она сделала глоток свежесваренного кофе. Как бы Минхван ни всматривался в ее лицо, он не мог ее вспомнить. Такую красотку он бы точно не забыл, а значит, видел ее впервые.
– Откуда вы меня знаете? – В его голосе прозвучало недоверие.
Девушка оставалась само дружелюбие.
– Меня кое-что связывает с Кан Дживон. Я начала наводить о ней справки, и тут всплыл некий «мистер Пак».
«Что еще за мистер Пак?» – Минхван нутром почуял неладное. Ему показалось, что девица не в своем уме, и он резко вскочил, намереваясь уйти.
– Ой, вы уже уходите?
Девушка протянула руку и обхватила его пальцы. Ее ладонь была холодной, влажной и какой-то неприятно липкой.
– Вы ошиблись адресом.
Он попытался стряхнуть ее руку, но в спину ему прилетел издевательский смешок:
– Уйдешь сейчас – пожалеешь. Неужели ты собираешься просто смотреть, как воркуют Кан Дживон и Ю Джихёк?
Минхван замер как вкопанный и обернулся. Девушка, подперев подбородок тонкой ладонью, указала второй рукой на диван, где он только что сидел:
– Садись. Мистер Пак, от этого разговора ты точно не останешься внакладе.
Это прозвучало как шепот дьявола. Минхван несколько секунд колебался, переводя взгляд с двери на диван, и наконец шумно сглотнул.
«Внакладе не останусь? Что ж, послушаю».
Он уже напрочь забыл, как когда-то один старший товарищ вот так же заманил его в ловушку с акциями.
– Сначала представьтесь сами, – бросил Минхван, по-хозяйски закинув ногу на ногу. – Раз уж вы обо мне все знаете, мне представляться ни к чему.
Девушка снова мило улыбнулась:
– О Юра. Я женщина, которая должна выйти замуж за соседа Кан Дживон.
Минхван, собиравшийся отхлебнуть кофе, замер и поставил чашку обратно.
– Соседа Кан Дживон?..
– Вижу, вы в курсе. Да, Ю Джихёк.
Минхван впервые слышал об этом. У Ю Джихёка есть женщина? И даже невеста?
– Вы наверняка не знали. Я долгое время жила в Штатах. И хотя мой жених не из тех, кто бегает за юбками, я зря расслабилась... – О Юра громко и пренебрежительно фыркнула. – Кто бы мог подумать, что он так западет на эту девицу? Бред какой-то, правда, мистер Пак?
Минхван окончательно запутался. О Юра то переходила на «ты», то на «вы», а в ее речи корейские интонации странным образом перемешивались с американским акцентом.
– Значит, госпожа О Юра... Вы настоящая возлюбленная Ю Джихёка?
Если вдуматься, это была отличная новость. Значит, начальник отбил девушку у подчиненного, хотя самого в Америке невеста дожидается. Получается, Джихёк ничем не лучше Минхвана, которого все клеймят изменником.
– Вот поэтому я и пришла. Ведь you тоже не в восторге от этой парочки, верно?
«Не в восторге» – это слабо сказано. Минхван готов был их в порошок стереть. Он до боли закусил губу, вспомнив, как они уходили, держась за руки.
– Мистер Пак, помоги мне убрать Кан Дживон от Джихёка-оппы. Самой мне этим заниматься не с руки, – любезно пояснила Юра. – У оппы характер просто отвратительный. Если он поймает меня на попытке их разлучить, он меня просто прибьет. Он такой страшный, мистер Пак.
Слушая ее, Минхван снова осмотрел О Юру. От нее издалека разило деньгами. Все на ней – от наряда из сияющей кожи до колье и колец – было из последних дизайнерских коллекций. А на столе лежал ключ от суперкара, цена которого переваливала за стоимость приличной квартиры. Она была чертовски хороша собой – рядом с ней и Кан Дживон, и Чон Сумин выглядели бы просто служанками.
Такая сделка обещала быть выгодной. Хоть деньгами, хоть чем-то еще.
Уголки губ Минхвана поползли вверх.
– Даже не знаю, с чего бы мне помогать вам, госпожа Юра. Мы едва знакомы, а вы просите о таком безо всякого вознаграждения.
– Вознаграждение? Ты об этом?
Юра достала из сумочки белый конверт и положила его на стол.
«Вот это удача!» Минхвану как раз завтра нужно было вносить платеж по кредиту.
Он взял конверт, прикидывая его вес. Хотелось вскрыть немедленно, но он сдержался, чтобы не терять лицо. Спрятав деньги, он посмотрел на нее уже с неподдельным интересом.
– Это аванс. Справишься – дам больше.
– Думаю, нам стоит обсудить детали в более подходящем месте. Пойдемте куда-нибудь, где тихо, выпьем по бокалу и поговорим, госпожа Юра.
Его голос стал мягким, вкрадчивым. Юра не видела причин отказывать.
– В барах слишком шумно, не люблю.
– Тогда куда?
– Я остановилась в отеле неподалеку. Пойдем туда, мистер Пак.
Глаза О Юры хитро сузились.
– Пишите все, что придет в голову. Любые ситуации, места, даты и время, которые показались вам странными. – Ю Джихёк положил на стол чистый блокнот и ручку. – Можно ошибаться. Даже если вы просто сомневаетесь, было ли это странным, – все равно пишите. Разбираться буду я.
Дживон смотрела на пустую страницу, а затем взяла ручку. Чем больше она писала, тем яснее становились ее мысли и тем отчетливее – главный вопрос.
– Почему он так поступает? – пробормотала она.
Вопрос вырвался сам собой, она не ждала ответа. Это была скорее жалоба на судьбу.
– Одержимость тем, чего не можешь заполучить.
Дживон подняла голову и посмотрела на Джихёка:
– Тем, чего не можешь заполучить?
– Каждый человек жалеет о том, чего лишился или не смог обрести. Эта досада перерастает в одержимость, а когда одержимость переходит в действие... – Джихёк кончиком длинного пальца постучал по блокноту. – Это превращается в сталкинг.
Если подумать, Пак Минхван и раньше проявлял признаки преследователя. Мог обрывать телефон десятками звонков, если Дживон не отвечала. Если она, устав, засыпала пораньше, он мог без предупреждения прийти к ее дому и названивать в дверь. Тогда, по глупости, она принимала это за любовь. Сейчас эти воспоминания вызывали лишь тошноту.
– Какой ужас.
Рука Дживон, сжимавшая ручку, мелко задрожала. Она-то думала, что все кончено. Что стоит столкнуть Чон Сумин и Пак Минхвана у алтаря, как ее жизнь наконец-то станет спокойной.
Дурная связь оказалась прочнее, чем она думала.
– Мне страшно. Я даже представить не могу, на что он способен.
Этот человек хладнокровно убил жену, с которой прожил бок о бок десять лет, и даже глазом не моргнул.
– Вам не нужно бояться.
Крупная ладонь Джихёка накрыла ее руку. Из-за того, что кожа Дживон была ледяной, рука мужчины показалась ей горячей, как лава.
Может, поэтому дрожь утихла? На бумаге, под замершим пером ручки, расплылось пятно густых фиолетовых чернил.
– Я обещаю: с вами ничего не случится.
Дживон вышла из дома на полчаса раньше обычного. Это случилось сразу после того, как за соседней дверью щелкнул замок.
– Удалось поспать? – спросил Джихёк, взглянув на наручные часы.
– Да. А вы хорошо спали?
– Почти не спал. Пойдемте.
Этот человек, совершенно не умеющий говорить пустые любезности, зашел в лифт и равнодушно, словно отдавая распоряжения по работе, начал перечислять инструкции:
– С сегодняшнего дня забудьте об общественном транспорте. Будете ездить на моей машине. Если я не смогу, вас заберет другой автомобиль. И следите, чтобы телефон всегда был заряжен.
– Другой автомобиль?
– Я все подготовил.
Не вдаваясь в подробности, Джихёк привел ее на парковку. Там Дживон и увидела ту самую другую машину.
– Вы вышли, хённим!
Четверо мужчин с суровыми лицами, хотя и не такими пугающими, как у Ким Сину, синхронно поклонились, стоя у черного седана. Ю Джихёк, принимавший приветствие коротким кивком, сам в этот момент выглядел так, что вся сцена казалась кадром из фильма про мафию.
– Начальник, это...
Дживон попыталась было отступить, но Джихёк твердо взял ее за плечи и поставил перед собой.
– Знакомьтесь. Ваша новая клиентка, Кан Дживон.
Четверка громил по команде Джихёка снова отвесила поклон.
– Рады встрече. Мы из «Джей-Эн».
– Здра... вствуйте? – Дживон растерянно поклонилась в ответ и умоляюще посмотрела на Джихёка, ожидая объяснений.
– Это Чхве Чхольхон, Ким Тхэджу, Пэ Сонджэ и Ким Мину. Запомните их в лицо. Они постараются не доставлять вам неудобств, но когда вы будете вне дома или офиса, один или двое из них всегда будут поблизости.
– Хм... – Дживон нахмурилась и уточнила: – Они вроде... телохранителей?
– Верно. Профессиональная охрана.
Она и представить не могла, что его слова «с вами ничего не случится» означают именно это.
Вопросов была целая гора. Дживон еще раз неловко кивнула четверым охранникам и потянула Джихёка за рукав.
– Сначала поедем. А то на работу опоздаем.
– Хорошо.
Когда они выехали с парковки, черный седан последовал за ними. Дживон, глядя в боковое зеркало, спокойно произнесла:
– Я не знала, что вы наняли охрану. Я сама оплачу их услуги. Давайте договоримся на месяц и, если все будет тихо, расторгнем контракт. Идет?
– Платить не нужно.
– Мне неловко, если платить будете вы.
– Я просто выделил свободных людей. – Джихёк на мгновение замялся и вздохнул: – «Джей-Эн Гард». Это моя компания.
Дживон снова посмотрела в зеркало. Черная машина шла следом, держа четкую дистанцию.
– Эта компания... ваша? Начальник, у вас своя фирма? Вы работаете у нас и одновременно руководите своей компанией?
– Да.
«Так вот почему он вечно спит на работе!»
Дживон была поражена. Как можно вести два дела сразу и при этом так безупречно справляться с обязанностями?
– Вы, должно быть, очень устаете?
– Устаю.
Но даже при такой нагрузке он ни разу не отказал ей в просьбе. Осознав это, Дживон почувствовала укол совести.
– Простите меня.
– За что?
– Я постоянно отнимала у вас время, досаждала своими делами. Если бы я знала, я бы так не поступала.
– Хорошо, что не знали, – добавил Джихёк, поворачивая руль. – В компании об этом никто не должен знать. Знаете только вы.
– Совсем никто не в курсе?
Губы Джихёка сжались в узкую линию, а затем он коротко бросил:
– Запрет на совмещение должностей.
– А...
Понятно. Обычное правило крупных корпораций. Кто бы мог подумать, что именно Ю Джихёк станет его нарушать.
– Значит, эти люди будут меня охранять? Пока мы не соберем доказательства того, что младший менеджер Пак меня преследует?
Будь Дживон одна, она бы пыталась поймать его с поличным, чтобы засудить. Этого хватило бы для увольнения. Но у Джихёка были другие методы.
– Я не собираюсь так долго ждать. Зачем вам лишнее время жить в тревоге?
– Тогда как?..
Джихёк буднично, совершенно бесстрастным тоном изложил свой план:
– Если он приблизится – мы его схватим. Стоит человеку трижды почувствовать реальную угрозу для жизни, и он больше никогда к вам не подойдет.
Страх клиента бережет.
В «Джей-Эн» это было неофициальным девизом. Ходили слухи, что в эту компанию нанимают охранников по одному-единственному критерию: чем страшнее вид, тем лучше.
Глава 77
Тайный телохранитель Кан Дживон
– Менеджер Кан, может, мне, конечно, кажется... – Хиён, сидевшая за соседним столом, подалась вперед и заговорщицки зашептала: – Но у меня такое чувство, что менеджер Пак с вас глаз не сводит. Помните, мы в столовой сидели, я рядом с вами была? Я раза три на него поглядывала, и каждый раз мы встречались глазами.
Прошло уже несколько дней с тех пор, как Дживон начала ездить на работу и обратно вместе с Джихёком. И все это время слежка со стороны Пак Минхвана становилась только навязчивее – настолько, что даже посторонние начали что-то подозревать.
– Не обращай внимания, – коротко бросила Дживон.
Хиён округлила глаза от такого спокойствия. Казалось, Дживон это ни капли не трогает.
– Так вы знали? И вас это совсем не беспокоит?
– Да. Просто одержимость тем, что ему больше не принадлежит.
– Ох, вот это да...
Хиён, явно впечатленная глубиной этой мысли, прижала ладони к губам, едва не светясь от восторга. «Какая фраза! – подумала она. – Наша спасительница всегда умеет сказать так красиво».
– Менеджер Кан, мне в вас нравится абсолютно все! – вдруг выпалила она.
– С чего вдруг такой порыв?
– Всегда, в любой день моей жизни!
Пока Хиён с самым серьезным видом восхваляла ее, она случайно подняла взгляд. Пак Минхван, подглядывавший за ними из-за перегородки, тут же испуганно отвернулся.
– Вот! Видите? Опять...
– Тс-с.
Дживон приложила палец к губам.
Джихёк советовал ей быть осторожной, но при этом делать вид, будто она ничего не замечает. Он пообещал, что не допустит, чтобы ей причинили физический вред, и просил не волноваться. После этих слов Пак Минхван перестал казаться ей угрозой.
Раньше манера речи Ю Джихёка – всегда по делу, кратко и без лишней спешки – казалась ей сухой и пугающей. Но со временем этот голос стал для нее символом спокойствия и надежности. Подобно тому, как зеленые листья под осенним солнцем медленно наливаются золотом, сердце Дживон постепенно окрашивалось в новые тона.
В тот вечер она снова возвращалась домой на машине Джихёка. Разумеется, ей было комфортно и спокойно, но чувство, что она его обременяет, никак не покидало.
– Может, поужинаем вместе? Я угощаю, – предложила она.
Ей казалось, что хороший ужин хоть немного поможет загладить чувство вины и неловкости за его заботу.
В ответ Ю Джихёк лишь едва слышно цокнул языком.
Почувствовав неловкость, Дживон поспешила взять свои слова назад, стараясь звучать как можно непринужденнее:
– Если не хотите, не надо. Это я просто... сама чего-нибудь вкусного захотела, вот и спросила.
– Пойдем в другой раз. Сейчас я слишком занят.
– А, понятно.
Зря она вообще затеяла этот разговор – стало только совестнее.
Проблема была в том, что, отвезя Дживон домой, Джихёк почти всегда снова куда-то уезжал. Когда из соседней квартиры доносился звук открывающейся двери, это означало, что он наконец вернулся. Иногда это случалось в полночь, а иногда и глубокой ночью, под утро.
– Простите. Вы и так устаете, а тут еще и со мной возитесь...
– Из всего, что я делаю, забота о Кан Дживон утомляет меня меньше всего, – отрезал он своим обычным холодным и бесстрастным тоном.
Эти слова словно мягко толкнули ее где-то под четвертым ребром слева. В груди возникло странное тянущее чувство. Дживон прижала ладонь к сердцу. Может, слишком сильно надавила? Сердце забилось часто-часто.
Дзыыынь, дзыыынь!
Громкий звонок будильника возвестил о наступлении утра. Дживон не стала, по своему обыкновению, валяться лишние пять минут, а сразу выключила звук и выбралась из постели.
– Так, посмотрим... Кейл, морковь, яблоко...
Она достала ингредиенты, вымытые еще с вечера, закинула их в блендер и нажала кнопку.
«Вместо того чтобы отнимать время у занятого человека приглашениями на ужин, лучше приготовлю ему сок на завтрак», – решила она.
– Вкусно получилось.
Вполне неплохо. Дживон перелила сок в красивую бутылочку, а остатки залпом выпила сама вместо завтрака.
Бз-з-з-з!
Пока она прибирала на кухне, завибрировал телефон. Сообщение от Ю Джихёка.
Прочитав сообщение, Дживон подхватила бутылочку с соком и выскочила в прихожую. Она надеялась поймать Джихёка, если он еще не ушел, или хотя бы дождаться звука открытия двери. Но прошло пять минут, десять, пятнадцать... дверь в соседнюю квартиру не открывалась.
Странно.
До бесконечности ждать она не могла – пора было ехать. Дживон решительно подошла к двери Джихёка и нажала на звонок.
Дин-дон, дин-дон.
Тишина. Неужели ушел еще до того, как отправил сообщение?
Она с досадой посмотрела на бутылку в руках и уже собралась уходить, как вдруг...
– Мяу! Мяу-у!
За запертой дверью послышался плач Пхани и отчетливый звук когтей, скребущих по дереву.
– Пхани? Что случилось?
– Мяу! Мия-я-яу!
Услышав голос Дживон, кот закричал еще жалобнее. Скрежет стал чаще и громче. Никогда раньше она не слышала, чтобы Пхани так неистовствовал.
– Подожди, малыш. Мама сейчас войдет!
0227. Какое счастье, что она запомнила пароль, который Джихёк когда-то ей сказал. Набрав четыре цифры на сенсорной панели, Дживон решилась войти без спроса.
– Пхани!
В прихожей аккуратно стояла пара мужских туфель. Кот, проигнорировав обувь, пулей метнулся в глубь гостиной, а затем обернулся на Дживон. Его взгляд словно молил: «Иди за мной».
– Мяу-у, мяу...
– Что-то стряслось?
Дживон скинула обувь и поспешила за котом. Пхани привел ее в спальню. Сквозь щель в плотных шторах пробивался луч света, падая на огромную кровать. Там, вытянувшись, лежал Ю Джихёк – тот самый человек, который якобы «уже уехал».
– Начальник Ю?
Странно, что он все еще в постели. Еще страннее, что он не проснулся, когда в квартиру кто-то вошел. С нехорошим предчувствием Дживон подошла ближе и вгляделась в его лицо.
– Начальник, вы в порядке?
То ли на голос, то ли от ее присутствия веки Джихёка тяжело приподнялись.
– Кан Дживон... – прошелестел он, словно в бреду.
Он с трудом поднял руку и коснулся ее щеки. Дживон вздрогнула – не от самого жеста, а от того, каким нечеловеческим жаром обдало ее кожу.
– Начальник, да вы же горите! – вскрикнула она.
Джихёк, кажется, немного пришел в себя. Он отнял руку, взгляд его стал чуть более осмысленным.
– Кан Дживон? Как вы здесь...
– Это сейчас неважно! – Она приложила ладонь к его лбу – он был еще горячее, чем рука. Весь в холодном поту, волосы взмокли. – Вы что, лежали здесь один в таком состоянии? Ох, ну как же так!
Дживон сама не заметила, как начала отчитывать его. Она бросилась в ванную, достала полотенце, смочила его в прохладной воде и вернулась. В это время Джихёк, пошатываясь, попытался сесть.
– Все нормально. Просто немного устал.
– «Немного»?! Еще чуть-чуть, и это закончилось бы смертью от переутомления! – отрезала Дживон и с силой толкнула его в плечо.
Обычно он бы даже не пошевелился от такого толчка, но сейчас, лишенный сил, он покорно повалился обратно на подушки.
Дживон не знала, что в последнее время он уходил из дома перед самым рассветом, возвращался как раз к ее пробуждению, отвозил на работу, забирал, а потом снова мчался решать дела «Джей-Эн». Даже человек из стали не выдержал бы такого графика – двадцать часов на ногах из двадцати четырех. Срыв был лишь вопросом времени.
– Я правда в порядке. Кан Дживон, вам нужно...
Она приложила мокрое полотенце к его губам, обрывая фразу:
– Помолчите, пожалуйста.
Джихёк притих, став послушным, как пристыженный щенок. Пользуясь моментом, Дживон принялась тщательно протирать ему лицо, шею и руки. Прохладное полотенце вмиг становилось теплым от его лихорадочного жара.
– Вы сможете дойти до больницы?
– Позже, когда отдохну.
– Сначала нужно сбить температуру. У вас есть жаропонижающее?
Он едва заметно качнул головой.
– Ну что за дом, даже элементарной аптечки нет! – снова вспылила Дживон.
Она поднялась, решив сбегать к себе и поискать лекарства в своих запасах.
– Подождите, я сейчас принесу из дома.
– Кан Дживон. – Большая горячая ладонь слабо, но крепко обхватила ее пальцы. – Еще немного...
«Побудьте рядом со мной».
Эти слова, которые он не решился произнести вслух, Дживон почувствовала кончиками пальцев. Она замерла, помедлила секунду, а затем присела на край кровати и накрыла его ладонь своей.
– Отдохните еще немного. Я принесу лекарство чуть позже.
Услышав это, Джихёк с облегчением выдохнул. Глаза его снова закрылись. Вскоре его широкая грудь начала мерно вздыматься. Дыхание стало ровным и спокойным. Дживон долго сидела так, вслушиваясь в его сон.
«А как же работа? – мелькнула мысль, но ответ пришел мгновенно. – Ладно, прогуляю».
Она и не думала идти в офис, оставив больного Джихёка одного. Убедившись, что он крепко спит, Дживон на цыпочках вернулась к себе. Она позвонила Джуран, соврала, что сильно приболела, и начала рыться в комоде в поисках лекарств. Но срок годности тех, что нашлись, давно истек.
– Придется идти в аптеку.
Выбросив просроченные таблетки, она поехала вниз на лифте. Аптека была прямо у ворот жилого комплекса. Дживон ворвалась туда и скупила все подряд: жаропонижающие, обезболивающие и даже средства для пищеварения – на случай, если у начальника случится несварение.
Она ужасно торопилась. Боялась, что за время ее отсутствия Джихёк снова вскочит и рванет в офис. От этого упрямца можно было ожидать чего угодно.
– Кан Джи!..
Дживон, крепко сжимая пакет с лекарствами, бежала обратно, когда вдруг услышала какой-то странный звук. Она резко обернулась. Никого. Видимо, на нервной почве уже начались слуховые галлюцинации.
– Менеджер Кан сильно заболела, у нее грипп. Сегодня она взяла больничный, так что прошу всех отнестись с пониманием, – громко объявила Джуран в офисе.
Все сотрудники, знавшие Дживон как исключительно ответственного работника, не пропустившего ни дня, заволновались. Все, кроме Пак Минхвана.
«Кан Дживон заболела? Та, что в лютый мороз даже не чихнет? И надо же, именно в тот день, когда Ю Джихёк не вышел!»
Минхван кипел от злости. В голове роились самые мерзкие подозрения. От ярости буквы на мониторе начали расплываться перед глазами.
«Небось, на свидание укатили. Ну, я вас поймаю с поличным».
Он захлопнул папку с документами и встал.
– Я на выезд, по делам.
Поскольку он давно превратился в «человека-невидимку», никто не стал допытываться, куда именно он идет и когда вернется. Минхван беспрепятственно покинул офис и помчался к дому Дживон. Припарковавшись неподалеку, он стал ждать.
Пропуска у него, конечно, не было. Он решил затаиться у торгового центра перед воротами и проскочить внутрь следом за кем-нибудь из жильцов.
– Это еще что такое?..
Глаза Минхвана сузились.
Это была Дживон. Она вовсе не выглядела больной. Запыхавшаяся, она вбежала в аптеку и уже через пару минут пулей вылетела обратно с пакетом в руках.
– Эй, Кан Джи... М-м-мпф!
Минхван только собрался броситься за ней, как чья-то массивная ладонь намертво зажала ему рот. Губа лопнула, во рту разлился металлический вкус крови.
– М-м! М-м-м!
Сила была просто чудовищная. Незнакомец волок Минхвана, как тушу подстреленного кабана, и затащил на пожарную лестницу торгового центра.
– Надо же, наконец-то я вижу эту рожу вблизи, – раздался грубый голос.
Щелк. Дверь заперли на замок.
Мужчина, вошедший следом за похитителем, заложил руки за спину и широко улыбнулся. Минхван впервые видел, чтобы человек улыбался так жутко.
– Ты хоть представляешь, сколько мне из-за тебя пришлось порожняком гонять, а? Я уж давно зубы точу, чтоб с тобой потолковать за это самое.
– М-мпф!
– Тхэджу, пусти его. Видать, сказать чего хочет.
Человек по имени Тхэджу убрал руку. На огромной ладони, похожей на крышку от кастрюли, была кровь Минхвана.
– Вы кто такие?! Совсем крыша поехала? Бандиты, да? Суки, я сейчас же в полицию заявлю!
– Гляньте на него, – осклабился мужчина. – Неужто я похож на того, кто при виде полицейских в штаны наложит?
Тхэджу сзади мертвой хваткой вцепился Минхвану в плечи.
– А-а-а!
Боль была такая, будто кости сейчас разлетятся в труху. Минхван застыл от ужаса – одно лишнее движение, и плечо просто вырвут с суставом.
– П-почему вы это делаете? – Его тон мгновенно сменился на подобострастный.
Против такой силы не попрешь.
– А чего это ты за нашей госпожой хвостиком таскаешься?
– Госпожой?..
– Ну да, за госпожой! – Мужчина внезапно ткнул лицом прямо в нос Минхвану и рявкнул: – Тебе что, делать больше нечего, кроме как за девчонками шпионить? Ты че, кобель помойный, чужое доедать привык? Даже бешеная псина, если ее разок огреть, к людям не лезет. Тхэджу!
– Да, хённим.
– Придержи этого выродка.
Тхэджу надавил сильнее. В правом плече что-то отчетливо хрустнуло.
– Лицо я тебе портить не буду, не ссы. И одно яичко оставлю, чтоб род твой на тебе не заглох. Слыхал про чудеса медицины? С одним-то тоже можно детей строгать, так что не обеднеешь.
Минхван побледнел как лист бумаги.
– Погодите... Постойте! Вы обознались!
– Это ты меня сейчас слепым назвал?
Мужчина не спеша засучил рукава. На одном предплечье извивался карп, на другом скалился дракон. Оба смотрели на Минхвана так, будто собирались сожрать его заживо.
– Нет, нет! Я не то хотел сказать!
Минхван был на грани слез.
– Я не преследовал ее! Я просто... я здесь по делу, а ту девушку я знаю, вот и обрадовался встрече...
– Ох ты ж, неужто я и правда ошибся?
Мужчина цокнул языком и подал знак Тхэджу. Хватка ослабла, и Минхван, пошатываясь, едва удержал равновесие.
– Конечно, ошиблись! Я не такой человек!
– Ну, раз так, извиняй. А то я уже собрался один твой шар себе в четки вставить.
Мужчина потер ладони, красноречиво поглядывая на пах Минхвана. Тот инстинктивно прикрылся руками и попятился.
– Теперь... я могу идти?
– Иди, иди. Раз уж я обознался, зла не держи.
Мужчина расплылся в улыбке и открыл дверь. Скрип петель прозвучал зловеще, а голос похитителя стал ледяным:
– Я теперь знаю, где ты работаешь, где твоя семья и где ты живешь. Так что в полицию бегать не советую. А если я вдруг снова ошибусь на твой счет... – Минхван уже хотел броситься наутек, но мужчина схватил его за загривок и прошептал прямо в ухо: – Я тебе зенки и яйца местами поменяю. Усек?
Глава 78
Поцелуй был стремительным, дерзким и жарким
– Начальник, проснитесь. Ну же, хотя бы на минуту.
Ю Джихёк с трудом разомкнул веки – глаза словно налились свинцом. В зыбких сумерках он увидел Кан Дживон: она смотрела на него с нескрываемой тревогой.
Дживон была в простом домашнем платье свободного кроя. Лицо без капли косметики сияло свежестью, волосы были наспех стянуты резинкой, а толстые очки сползли на самый кончик носа.
Он давно не видел ее такой домашней, и сейчас она казалась ему невероятно красивой. Голова раскалывалась, а тело ныло так, что больно было даже пошевелиться, но сердце в груди все равно пустилось вскачь.
– Кан Дживон...
Дживон протянула ему две белые таблетки, пока он, превозмогая слабость, пытался сесть.
– Вот, выпейте. Здесь жаропонижающее и витамины. Поспите еще немного, и станет легче.
– А как же работа? – прохрипел он.
– Я взяла больничный. И вообще, это сейчас последнее, о чем вам стоит беспокоиться.
Даже ее ворчливый тон казался ему очаровательным. Джихёк завороженно смотрел на девушку, держа на ладони еще теплые таблетки.
– Вот, запейте водой. – Дживон протянула стакан и вдруг нахмурилась. – Вы почему так на меня смотрите?
Джихёк медленно моргнул. Теперь он видел ее еще отчетливее: растрепанные волосы, очки, сердито поджатые губы – точь-в-точь как при их первой встрече.
– Кан Дживон...
Он проглотил лекарство и осушил стакан. Сделав глубокий вдох, он почувствовал едва уловимый аромат, исходящий от нее. Наполнив им легкие, Джихёк медленно выдохнул и тихо произнес:
– Вы очень красивая.
На этот раз сердце замерло уже у Дживон.
Она в панике коснулась своего лица. Вид у нее был тот еще: за ночь волосы превратились в воронье гнездо, кое-как перехваченное растянутой резинкой, очки заляпаны, а кожа лоснилась – она ведь даже не умывалась. Очки и вовсе съезжали с переносицы из-за жирного блеска.
Раньше ей было бы все равно, как она выглядит, но сейчас Дживон готова была провалиться сквозь землю от стыда. Лицо вспыхнуло.
– Не смотрите!
Она сорвала очки и закрыла лицо ладонями. Джихёк, опешив от такой бурной реакции, замер.
– Кан Дживон?
– Выпили – и ложитесь обратно! Быстро!
Ничего не понимая, Джихёк послушно лег. Дживон натянула одеяло ему до самого подбородка и плотно задернула шторы. Последний лучик света исчез, и просторная комната погрузилась в полную темноту.
– Кан Дживон.
Она на ощупь присела на край кровати и ответила как можно непринужденнее:
– Ну что? Зачем вы меня зовете?
– Мне дышать трудно.
«Надо же, – подумала она, – неужели я настолько красивая, что у него дыхание сперло?»
Лицо Дживон пылало – то ли от смущения, то ли от того, что она заразилась жаром от Джихёка. Она принялась отчаянно обмахиваться ладонями:
– Не шутите так, начальник.
– Я не шучу.
– Да я же даже не умывалась! Волосы в беспорядке, очки... И вы говорите, что я настолько красивая, что аж дыхание захватывает? Что это, если не шутка?
Дживон сама удивилась тому, как быстро и запальчиво она это выпалила. Джихёк на мгновение замолчал, словно тоже пораженный ее напором, а затем снова подал голос:
– Да нет, вы правда красивая, просто...
– Да хватит вам уже!
– Можно мне все-таки убрать одеяло?
Темнота была ее спасением. Иначе он бы точно увидел ее пунцовые щеки и этот несчастный жирный блеск на лице.
– Вы что, до сих пор под ним?..
– Вы же не разрешали его убирать.
«Надо же, какой послушный, – мелькнуло в голове. – С виду и не скажешь».
Дживон нащупала край одеяла и немного стянула его. Послышался глубокий, облегченный выдох Джихёка.
– Вам лучше?
– Кажется, не совсем.
– Жар вроде спал...
– Не уверен.
– Дайте посмотрю.
В кромешной тьме Дживон, полагаясь только на инстинкты, потянулась к его лицу.
– Ой...
Кончики пальцев коснулись не твердого лба, а чего-то мягкого и податливого. Пока она пыталась сообразить, какая это часть лица, Джихёк резким движением сел и перехватил ее руку.
Тудум, тудум, тудум.
В тишине бешено колотилось сердце – она не понимала, ее это или его. В комнате по-прежнему было темно. С отключением зрения обострились все остальные чувства. Дживон ощущала кожей его жар, едва заметную дрожь, слышала тяжелый пульс и неровное, медленное дыхание. Она замерла.
«Надо его оттолкнуть».
Но тело не слушалось, скованное каким-то странным оцепенением. Его дыхание, словно невидимые путы, стягивало ее все сильнее.
Она почувствовала, как его лицо оказалось совсем рядом с ее щекой. Он приближался – она знала это, даже не видя.
«Нужно оттолкнуть. Прямо сейчас. Я должна это сделать».
Дживон повторяла это про себя как мантру. И Джихёк, будто прочитав ее мысли, вдруг замер.
«Почему? Все равно ведь оттолкну. Почему он остановился? Разве он не собирался меня поцеловать?»
Мысли непроизвольно сорвались с губ тихим шепотом:
– Вы что... не будете меня целовать?
Прежде чем она успела опомниться, Джихёк накрыл ее губы своими – горячими и мягкими.
Поцелуй был жадным, неловким и обжигающим. Непривычный жар захлестнул Дживон, и остатки здравого смысла растаяли, как шоколад на солнце.
Она приоткрыла рот, чтобы вдохнуть воздуха, и в это мгновение поцелуй стал еще глубже, еще отчаяннее. Он исследовал ее всю, без остатка.
– М-м... – вырвался у нее сдавленный стон.
Воздуха катастрофически не хватало. Когда Джихёк на секунду ослабил хватку, Дживон, собрав все силы, уперлась ладонями в его твердую грудь и отпрянула.
– П-простите. Я... – Слова путались, мысли разлетались. Закрыв рот рукой, она что-то бессвязно пробормотала и вскочила с кровати. – Я пойду. Если станет хуже... позвоните.
Натыкаясь на углы мебели, Дживон кое-как нашла дверь. Ей было не до кота Пхани, который крутился под ногами и требовал ласки.
Хлоп! – входная дверь закрылась.
Оказавшись у себя дома, Дживон прямиком бросилась в спальню и зарылась головой в одеяло.
– С ума сошла! Совсем с ума сошла!
Определенно, это было безумие. Иначе и не назовешь. Она ведь клялась больше никогда не доверять мужчинам. Клялась, что больше не полюбит.
Но в тот миг, когда она не смогла его оттолкнуть... ей было слишком хорошо.
– У нее был телохранитель?
О Юра издала неопределенный звук. Пак Минхван, завороженно представляя ее соблазнительно скрещенные ноги, хотя слышал только голос, самодовольно повысил тон:
– Их было двое. Напали сзади, зажали рот – я ничего не мог сделать. Будь там один, я бы его в порошок стер. Трусливые бандиты, что с них взять.
– Вот оно как... – Голос О Юры стал многозначительным. – Обычная офисная сотрудница вряд ли станет нанимать охрану. Видимо, оппа постарался.
– Когда говоришь со мной, не называй его так ласково. Просто Ю Джихёк.
– У самого жена под боком, а все туда же – ревнуешь? Если я попрошу развестись, разведешься?
– Ради тебя – хоть завтра.
– Ой, болтать ты мастер.
Юра хихикнула – судя по всему, лесть ей пришлась по вкусу.
– И все же этот Ю Джихёк – такой же наемный работник. Хотя в прошлый раз я видел его на крутой тачке. Неужели он из богатеньких? Видать, родители хорошо обеспечили.
– Не совсем родители.
Раз к Кан Дживон приставили охрану, значит, их с Ю Джихёком связь куда прочнее, чем кажется. О Юра решила выложить карту, которую обычно держала в рукаве:
– Скорее уж дедушка. Он у них... скажем так, big rich.
Дживон мерила шагами гостиную, сжимая в руке бутылку с соком.
От Ю Джихёка не было ни весточки. Ни вчера днем, ни вечером, ни сегодня утром.
«Что теперь делать? Как нам вместе ездить на работу? Как в глаза ему смотреть? Кто мы теперь друг другу?»
От последней мысли она вздрогнула и с силой влепила себе пару пощечин.
– О чем ты только думаешь?! Нет-нет, забудь. Это была ошибка. Случайность! Какие еще отношения? Приди в себя, Кан Дживон!
Щеки, и без того горевшие, после пощечин стали пунцовыми. «Не надо было сегодня пользоваться румянами», – запоздало подумала она.
Щелк.
Соседняя дверь открылась. Дживон замерла и навострила уши.
Топ, топ.
Звук мужских шагов затих прямо перед ее дверью. Сердце забилось сильнее, чем при просмотре триллера. Она вцепилась в бутылку с соком так, что побелели костяшки.
Дин-дон, дин-дон.
Вот и настало неизбежное.
На экране видеофона Ю Джихёк выглядел как обычно: бесстрастное лицо, ни следа болезни. Дживон дрожащим пальцем нажала на кнопку связи.
– Да... слушаю.
– Вы готовы? Пора выезжать.
– Да, сейчас выхожу.
«Будь что будет», – решила она.
Дживон запихнула сок в сумку и вышла. Ю Джихёк ждал у лифта. Он мельком взглянул на нее и равнодушно нажал на кнопку вызова.
– Доброе утро.
– Да... доброе.
Он выглядел настолько невозмутимым, будто вчерашнее ей просто приснилось. Напротив, он казался даже холоднее обычного.
– Как ваше самочувствие?
– Все в порядке. Вашими стараниями.
Джихёк ответил, не отрывая взгляда от дверей лифта. Дживон стало не по себе. Даже гордость была задета.
«Неужели ему совсем все равно? Это что, был просто импульс? Атмосфера подействовала? Или у него от жара помутилось в голове?»
На душе было гадко. Идти на работу с таким осадком было выше ее сил.
«Мне тридцать семь, парень. Не вздумай играть со мной».
Дживон решительно вскинула голову.
– Начальник.
– Кан Дживон.
Они окликнули друг друга одновременно.
– Говорите первым, – сказала она.
– Нет, вы первая.
Дзынь.
Лифт приехал. Джихёк пропустил ее вперед и нажал кнопку закрытия дверей.
– Насчет вчерашнего... Это была моя ошибка.
– Ошибка? – Голос Дживон непроизвольно сорвался на крик.
Ошибка? Поцелуй – ошибка? Она полночи глаз сомкнуть не могла, а он вот так просто называет это ошибкой?!
– Да. Большая ошибка.
То, как он интонацией выделил это слово, злило еще больше. Дживон стояла, вытянувшись в струнку, и до боли закусила губу.
– Можете не извиняться. Это я виновата – не знала, что вы из тех, кто целует женщин по ошибке.
– Я таких ошибок не совершаю.
Двери лифта открылись. Вопреки обыкновению, Джихёк не пошел рядом, а на шаг опередил ее и остановился у своего седана. Дживон почувствовала, что ее буквально игнорируют, и разозлилась окончательно.
– Вы не идете? – спросил он.
Она подошла ближе, решив расставить все точки над «i».
– У вас есть пять минут?
– Да, время есть.
– Тогда давайте проясним ситуацию.
В глазах Джихёка на мгновение мелькнуло напряжение. Это придало ей уверенности. Дживон гордо подняла подбородок:
– Мы ведь просто забудем об этом, верно? Сделаем вид, что ничего не было.
Джихёк нахмурился:
– Просто забудем?
– Да.
– Что именно это значит?
– Вчера произошло недоразумение. И вы, и я совершили оплошность. Так что давайте просто...
Дживон осеклась, увидев его лицо. Он выглядел не просто серьезным – он был мрачнее тучи. Но это не был гнев. Скорее, он выглядел глубоко уязвленным – как полководец, потерявший страну, или бизнесмен, лишившийся дела всей жизни.
– ...сделаем вид, что ничего не было, – закончила она уже тише.
Джихёк потер лицо рукой, пытаясь успокоиться.
– Хорошо. Пусть будет так. Сделаем вид, что ничего не было.
Дживон растерянно смотрела на него, не понимая: он согласен или просто раздумывает?
– Кан Дживон, – серьезно произнес он. – А у вас это получится?
– Что?..
– Неважно. Получится у вас или нет – дело ваше.
Дживон нахмурилась. «И что это должно значить?»
Джихёк обошел машину и открыл дверь со стороны пассажира. Но не для того, чтобы посадить ее, как обычно. Он наклонился в салон и выпрямился, держа в руках букет. Огромный, почти в человеческий рост – он полностью закрывал его фигуру.
– Вчерашнее... то, что я отпустил вас в таком состоянии, действительно было ошибкой. Но сделать вид, что ничего не было, я не смогу. Вчера мы целовались. И это факт. – Он протянул ей гигантский букет с таким видом, будто сдавал важный отчет. – А значит, между начальником департамента Ю и менеджером Кан теперь нечто большее, чем просто рабочие отношения.
Глава 79
Истинное лицо Ю Джихёка
Дживон впала в ступор от такого неожиданного напора Ю Джихёка и лишь молча смотрела на букет. В нос ударил густой, до головокружения сладкий аромат цветов.
«Когда мне в последний раз дарили цветы?» – промелькнула мысль.
Лишние думы, словно назойливые мухи, покружили над головой и улетели.
– Вам не нравятся цветы? – спросил Ю Джихёк, протягивая букет.
В этот момент он донельзя напоминал пса – преданного сибирского хаски, который притащил хозяину игрушку и теперь ловит его взгляд, пытаясь угадать настроение. Дживон, завороженная этим видом, уже хотела было протянуть руку, но вовремя опомнилась и спрятала ладони за спину.
– Это слишком внезапно. Я... я еще не готова к отношениям.
– Я не предлагал вам встречаться, – отрезал Джихёк. Его тон был в пять раз решительнее, чем у Дживон. – Я лишь прошу: звоните мне, когда вам нужна помощь, когда скучно или когда просто вспомните обо мне. Звоните так, будто это в порядке вещей, не извиняясь. Найдете хороший ресторан – сходим туда вместе. Выйдет новый фильм – вместе посмотрим. А если будет хорошая погода, поедем кататься.
Дживон нервно перебирала пальцами за спиной, обдумывая его слова. Все это все равно казалось странным.
– Но разве это не то, что обычно называют «встречаться»?
– Если в какой-то момент мы поцелуемся – значит, встречаемся. А если нет – значит, просто катаемся. Выбор за вами, Кан Дживон.
Действуя стремительно, Ю Джихёк все же оставил последнее слово за ней.
Действительно ли она хотела оттолкнуть его? Сделать вид, будто ничего не было? И была ли ее прошлая опора на него лишь холодным расчетом?
– Хорошо...
Ей захотелось узнать этого мужчину, твердого и надежного, как дерево, немного лучше.
– Поехали. Покатаемся.
Дживон достала из сумки бутылочку сока, протянула Джихёку, а другой рукой приняла букет. Он оказался настолько тяжелым, что держать его было непросто.
Дживон разделила огромный букет на несколько поменьше и расставила их по всей квартире.
Когда она возвращалась домой после работы, едва переступала порог, заходила в гостиную, открывала дверь в ванную или ложилась в постель – везде этот аромат нежно щекотал ей сердце.
– Как же приятно пахнет...
Уже приготовившись ко сну, Дживон легла на бок и засмотрелась на вазу, стоявшую на прикроватной тумбочке. В мягком свете лампы белые лепестки казались еще нежнее.
– Мяу!
Пхани запрыгнул на кровать и принялся усиленно тереться мордочкой о лицо Дживон. Кот явно требовал внимания к себе, а не к каким-то там цветам. Дживон прыснула, приподняла одеяло и впустила Пхани внутрь.
В этот момент зазвонил телефон.
– Алло?
– Чем занимались? – раздался в трубке голос Джихёка.
– Приняла душ и легла. Пхани уже под одеялом.
– Понятно...
Голос Джихёка тонул в шуме – на заднем плане суетились и громко переговаривались какие-то мужчины.
– Что? Вас плохо слышно.
– Простите. Заканчиваем дела на выезде.
После болезни Джихёк стал реже задерживаться на работе до полуночи, но все равно оставался очень занятым человеком. Дживон просила его не подвозить ее, а лучше лишний час отдохнуть, но он и слушать не желал.
– Вы только закончили?
– Да. Спасибо, что присмотрели за Пхани.
– Я же его «мама», конечно, я присмотрю.
Джихёк негромко рассмеялся. Это был приятный звук.
– Доброй ночи. Увидимся утром.
– Хорошо. Берегите себя по дороге.
Под одеялом Пхани свернулся клубочком и сладко зевнул. Дживон погладила кота и, глядя на цветы, постепенно погрузилась в сон.
– Пять, четыре, три, два, один!.. – Серьезный и тихий голос Хиён на последней секунде сорвался на восторженный крик. – Всем спасибо за работу! Коллеги, жду всех в ресторане!
В этот день Джуран пообещала устроить грандиозный ужин в заведении своих родителей. Хиён и другие сотрудники уже несколько дней предвкушали поход на мясо. Дживон быстро поправила макияж и встала из-за стола вместе с Хиён.
– Менеджер Кан, вы же поедете с Хиён на машине начальника департамента? – спросила Джуран.
Вместо Дживон бойко ответила Хиён:
– Да! Мы приедем пораньше и поможем накрывать на столы!
– Смотри, а то еще и решетки чистить заставим, – пошутила Джуран.
– А что, и почищу! Силы у меня вон сколько!
– Ох, дорогуша, поберегла бы ты силы. Они не вечны, – послышались шутки со всех сторон.
Сотрудники в приподнятом настроении покидали офис, перебрасываясь колкостями. Дживон тоже была в прекрасном расположении духа. Корпоративы сами по себе ее не радовали, но этот был особенным – в честь повышения Джуран. К тому же в списке приглашенных не было Пак Минхвана, что добавляло ей радости.
Ресторан родителей Джуран оказался гораздо больше, чем Дживон себе представляла: опрятное двухэтажное здание, просторная парковка и уютный задний дворик. Родители Джуран вышли встречать гостей прямо к дверям.
– Добро пожаловать! Наконец-то мы принимаем коллег нашей принцессы. Ешьте побольше!
– Мам, ну просила же – не называй меня так при людях! – Покрасневшая Джуран шутливо толкнула мать в плечо.
– А что такого? Ты уже взрослая, целым менеджером стала, а для нас все равно принцесса! – прогремел голос ее отца, Ян Донпхаля, отчего Джуран залилась краской еще сильнее.
– Ну все, все! Заходите скорее, столы накрыты. О, муж, иди сюда!
К ним подошел муж Джуран. Казалось, работа в семейном бизнесе пошла паре на пользу – отношения явно потеплели.
– Это мой муж. Я единственный ребенок в семье, поэтому он помогает моим родителям и заодно учится делу, – представила его Джуран.
Ли Джэхён, который бросил приличную работу и долго бездельничал, прежде чем тесть взял его в оборот, поклонился гостям:
– Ли Джэхён. Позаботьтесь о маме Ёнчжи.
По сравнению с теми усилиями, которые хозяева вложили в прием гостей, приветствие вышло суховатым.
Сотрудники рассаживались по местам. Джуран суетилась, разнося тарелки и принимаясь за жарку мяса. Коллеги, понимая, что они в гостях, старались помогать, а младшие сотрудники, включая Хиён, привычно потянулись за щипцами и ножницами. Как ни крути, а на корпоративах жарка мяса всегда оставалась обязанностью младших.
– Начальник Ю, – обратилась Дживон к Ю Джихёку, который, вопреки всем традициям, сам взял щипцы. Она протянула руку: – Давайте лучше я.
– Я сам. Просто ешьте.
– Но подчиненные же могут подавиться от неловкости, – шепнула она.
За их столом сидели трое сотрудников рангом ниже менеджера. Они и так побаивались Джихёка, а теперь и вовсе сидели как на иголках, обливаясь холодным потом.
– Пусть едят столько, чтобы не подавиться, – невозмутимо ответил он.
То ли Джихёк действительно не понимал намеков, то ли мастерски делал вид.
Несмотря на протесты Дживон, он сам выложил на решетку толстые куски маринованных ребрышек. Сам переворачивал, сам нарезал на идеальные ломтики. Дживон столько раз бывала с ним на корпоративах, но видела его за этим занятием впервые.
«С чего это он вдруг?» – недоумевала она.
Пока Дживон от неловкости переставляла закуски, на ее тарелке бесшумно появились несколько кусочков идеально прожаренного мяса.
– Готово. Ешьте, пока не подгорело, – сухо сказал Джихёк и принялся распределять остальное мясо.
Дживон заметила одну деталь: ей достались самые лучшие, сочные кусочки. Остальным сотрудникам – части попроще. А себе в тарелку Джихёк положил обрезки и пригоревшие края.
Она невольно улыбнулась. Стало ясно, зачем он взялся за щипцы: ему просто хотелось отдать лучшее мясо Дживон. Было что-то удивительно трогательное в том, что этот властный, крупный мужчина так проявляет заботу.
– Старшие коллеги, позвольте я вам налью! – энергично воскликнула Хиён, обходя столы с двумя бутылками соджу в руках.
Никто не отказывал вежливой и жизнерадостной девушке. Дживон тоже поддалась общей суматохе и выпила несколько рюмок. Алкоголь подействовал быстро – голова слегка закружилась.
– Я отойду на минуту.
Чтобы не наделать глупостей спьяну, Дживон вышла во внутренний дворик. Там, в тихом углу, стояло несколько стульев и столик.
– Фу-ух...
Она опустилась на стул и сделала глубокий вдох, стараясь протрезветь.
Шурх.
Совсем рядом послышались шаги. Кто-то был в самом дальнем углу двора, куда почти не доходил свет.
«Пак Минхван».
Сердце Дживон ушло в пятки. Но тут же она вспомнила, что Минхван сегодня не пришел. Осознание запоздало на мгновение.
Из тени вышел мужчина. Увидев Дживон, он неловко кивнул и заговорил первым:
– А, как вам ужин?
Это был муж Джуран. Как же его... Ли Джэхён.
– Очень вкусно. Простите, что мы так нагрянули всей толпой.
Дживон вежливо ответила на приветствие и тут же заметила женщину, быстро промелькнувшую за спиной Джэхёна. Женщина в темно-синем фартуке вышла из того же угла, где был он, и поспешно скрылась в здании.
«Наверное, там место для курения», – мельком подумала Дживон, не придавая этому значения.
– Ешьте вдоволь, если что-то понадобится – зовите, – сказал Джэхён.
– Спасибо за заботу.
После короткого обмена любезностями он зашел в дом через заднюю дверь. Дживон посидела на воздухе еще минуты три. Пора возвращаться. Она начала массировать точки на больших пальцах рук, чтобы унять головокружение.
Шурх, шурх.
Кто-то снова приближался по опавшей листве и гравию.
«Наверное, еще кто-то вышел покурить», – подумала она, но когда подняла голову, человек остановился прямо перед ней.
– Кан Дживон.
У нее все внутри похолодело.
Он же сказал, что не придет. Пак Минхван собственноручно отметил в списке, что его не будет.
– Гляди-ка, сегодня ты без своего верного бандита. Потому что корпоратив? Или Ю Джихёк больше не приставляет к тебе охрану? – ядовито процедил Минхван.
Под «бандитом» он явно имел в виду телохранителя, которого нанял Джихёк. Дживон похолодела от мысли: когда он успел его заметить? Откуда узнал, что тот не ходит за ней в офисе? И как понял, что это человек Джихёка? Или просто ляпнул наугад?
– Если пришел на ужин – иди внутрь. И не смей со мной разговаривать, – постаралась максимально спокойно ответить Дживон и поднялась, заставляя дрожащие ноги слушаться.
– А я как раз пришел поговорить с тобой. – Минхван преградил ей путь. – Вижу, с Ю Джихёком у вас все замечательно. Прямо расцвела.
– Какое тебе дело, Пак Минхван?
– Как это какое? Из-за твоих интриг моя жизнь пошла прахом!
– Опять несешь чушь?
– Я просто хочу поговорить. В офисе ты на меня даже не смотришь, телефон заблокировала, а на улице за тобой по пятам ходят громилы. Добиться встречи с тобой сложнее, чем аудиенции у президента.
Дживон горько пожалела, что оставила телефон в сумке. Один звонок – и Джихёк был бы здесь.
– И о чем же ты так желаешь поговорить?
– Ох, какая самоуверенность. А ведь если бы мы поженились, была бы идеальная пара, а?
Дживон затошнило от его ухмылки, которая когда-то, по ее глупости, казалась ей обаятельной.
– Говори быстрее, что хотел. Или я разблокирую тебя, и напишешь в мессенджере.
Ухмылка сползла с лица Минхвана.
– Расстанься с Ю Джихёком.
Дживон лишилась дара речи. Как можно расстаться с тем, с кем даже не встречаешься?
– Тебе-то какое до этого дело?
– Просто ответь. Расстанешься или нет?
– Мне незачем тебе отвечать. Дай пройти.
Она не собиралась потакать его параноидальным фантазиям и попыталась обойти его, но Минхван снова перекрыл дорогу.
– Кан Дживон, ты хоть понимаешь, в кого так вцепилась? Ты хоть что-то о нем знаешь?
– Уйди, или я закричу.
– Услышишь, что я скажу, – еще спасибо скажешь, что глаза тебе открыл. – Минхван наклонился и прошептал ей прямо в ухо: – У Ю Джихёка есть женщина. И не просто женщина, а невеста.
Это была настолько наглая ложь, что Дживон даже не удивилась – в духе Минхвана.
– И что?
– О, решила строить из себя гордую, «мне все равно»? – Минхван понизил голос до неприятного шепота: – Только вот Ю Джихёк – птица очень высокого полета. Если станет известно, что он крутит роман с рядовой сотрудницей при живой невесте... Пресса с потрохами вас сожрет.
Глава 80
Как Сумин может подставить Юру
«Птица столь высокого полета, что даже из-за интрижки может попасть в заголовки газет».
Из уст Пак Минхвана, пытавшегося очернить Ю Джихёка, это была на редкость лестная характеристика.
Как бы там ни было, Кан Дживон решила для начала вытянуть из него побольше информации.
– Если ты так и будешь ходить вокруг да около, как мне решать? Я должна хоть что-то знать, прежде чем думать, расставаться мне с ним или нет.
– Все такая же тупица, – хмыкнул Пак Минхван. – Этот ублюдок – единственный родной внук председателя Ю Ханиля.
Дживон невольно сжала челюсти.
Это имя не мог не знать ни один сотрудник U&K.
Ю Ханиль.
Человек-легенда, который устроил ферму на поросшем сорняками пустыре и превратил ее в крупнейшую пищевую корпорацию Южной Кореи. Основатель и бессменный председатель группы U&K.
– Ты же знаешь, какой старик Ю беспощадный и придирчивый? Так вот, представь, что будет, если правда выйдет наружу. Этот щенок приехал сюда якобы «учиться управлению», а сам вляпался в скандал – его тут же исключат из правящей семьи. А тебя из компании вышвырнут с треском. С твоей-то репутацией тебя потом ни в одну приличную фирму не возьмут. И ты правда думаешь, что он на тебе женится? Такие, как он, женятся по расчету – на богатых девушках из хороших семей. А ты для него – так, развлечение на пару ночей. Ну, переспите несколько раз, если повезет – откупится от тебя. Сколько он тебе даст? Пару десятков миллионов? – Видя, что Дживон молчит, Пак Минхван решил, что его запугивание работает, и понес еще большую чушь: – Я вообще-то хотел сразу все слить в прессу, но по старой памяти решил тебя предупредить. Бросай Ю Джихёка прямо сейчас. Тогда и я не стану раздувать скандал.
Где здесь правда, а где ложь?
Дживон опустила взгляд, перебирая в памяти события своей прошлой жизни – той, что была до ее гибели.
После увольнения Ю Джихёк так и не вернулся в компанию вплоть до самой ее смерти. А прошло целых десять лет. Если бы ему было суждено унаследовать власть в корпорации, разве отошел бы он от дел на такой долгий срок?
О его свадьбе она тоже ничего не слышала. Будь у него невеста, за десять лет они бы точно поженились.
Дживон приняла решение. Даже если допустить, что слова Пак Минхвана – правда, Джихёк все равно собирался уйти из компании, а никакой невесты в его жизни так и не появилось.
– Делай, что хочешь, – отрезала она. – Хоть в газеты беги, хоть под окнами офиса с плакатами прыгай.
Лицо Пак Минхвана перекосило от неожиданности.
– Ты что, совсем не понимаешь, во что вляпалась?
– Я все прекрасно понимаю. Так что проваливай и делай что вздумается.
– Ах ты!..
– Меня долго не было на месте. Мой мужчина скоро пойдет меня искать.
Дживон из последних сил старалась сохранять невозмутимый вид, чтобы не выдать страха. Она выглядела чуть неуверенно, но Пак Минхван этого не заметил. Он лишь яростно заскрежетал зубами.
– Ладно. Наслаждайся, пока можешь. Скоро Ю Джихёк тебя вышвырнет, и будешь сидеть ни с чем.
Бросив на прощание что-то в духе «ты об этом еще пожалеешь», Пак Минхван поспешно скрылся с глаз.
– Да чего она опять звонит?
Сумин поморщилась, глядя на экран телефона. Шумная вибрация на мгновение стихла, но тут же возобновилась. Это был уже пятый звонок. Не выдержав этого бесконечного телефонного террора, Сумин все же сдалась и открыла трубку:
– Алло.
– Ты чего так долго не отвечаешь?!
Раздражение в голосе Ли Мёнсук вспыхнуло мгновенно. Она злилась и когда дочь брала трубку быстро, и когда та медлила. За всю жизнь Мёнсук ни разу не назвала дочь ласковым словом.
– Занята была, вот и не отвечала. Зачем звонишь?
– Ишь, какая дерзкая выискалась, – проворчала Ли Мёнсук. – Денег дай. Сколько сможешь подкинуть?
– Откуда у меня деньги? Я же тебе только недавно давала! – Сумин в сердцах топнула ногой и сорвалась на крик.
Деньги, деньги, вечно эти деньги. Ли Мёнсук вспоминала о существовании дочери, только когда ей требовались наличные.
– Спина болит, на операцию ложусь! Дрянная девчонка, ты что, хочешь, чтоб мать твоя загнулась? Если б не ты, я б за твоего папашу вообще не выходила! А ты как с матерью разговариваешь? Говорят же, яблоко от яблони... Такая же, как отец твой: бросила мать и радуется жизни в одиночку!
Стоило Сумин один раз прикрикнуть, как Мёнсук вываливала на нее целый ушат помоев.
– А я тебя просила за него выходить?! Нет у меня денег. Сама на мели, хоть помирай прямо сейчас!
– У тебя-то, может, и нет, а у муженька твоего точно водятся. Все, забудь, я ему сама позвоню!
Это был ультиматум. У Сумин внутри все похолодело.
– Кому? Зачем ты собралась ему звонить?!
– Я тут подыхаю, к кому мне еще обращаться? Кроме твоего мужа у меня родни, что ли, полно?
– Ладно, хватит. Сколько тебе нужно?
– Вот видишь, девка. Есть же деньги, чего ломалась-то? – Голос Мёнсук тут же смягчился. – Много не прошу. Дай ровно два миллиона[25].
– Два?! Ты про два миллиона вон?
– А то как же? Думаешь, я тебе из-за двух вон звонить стала бы?
– Откуда у меня такая сумма? Мы живем на кредитки, а все накопления, что у меня были со старой работы, ушли на свадьбу...
– Не хочешь давать – так и скажи, чего зубы заговариваешь? Все, вешаю трубку!
Мёнсук явно намеревалась тут же перезвонить новоиспеченному зятю. А если не зятю, то его родителям. Поняв это, Сумин в панике закричала:
– Подожди! Ладно, дам я тебе эти два миллиона! Пришлю, и все!
– Ой, надо же, как из тебя эти два миллиона тяжко выбивать.
– Но это в последний раз. Больше не звони мне.
– Ладно-ладно, не буду больше. Хорошо, когда дочка пристроена – и в больницу можно лечь, и вообще... Дочка – она и есть дочка.
Бросив напоследок скупую похвалу и еще пару невнятных фраз, Мёнсук первой закончила разговор.
Два миллиона вон.
Хорошо хоть не пять. В конверте, припрятанном в глубине шкафа на экстренный случай, лежало ровно пять миллионов – все сбережения Сумин.
«Значит, три еще останется».
Стараясь сохранять оптимизм, Сумин поднялась и подошла к шкафу. Она открыла самый маленький ящик, вытащила коробку с бельем и нащупала под ней белоснежный конверт. На нем был знакомый почерк:
Сумин от Кан Дживон
– А?.. – Руки Сумин задрожали. Конверт, который должен был быть пухлым, казался пугающе тонким. – Нет, не может быть.
Она лихорадочно вытряхнула содержимое. Внутри должно было лежать сто купюр по пятьдесят тысяч вон. Но как бы она ни трясла конверт, из него не вылетело ни пылинки. Он был пуст.
– Нет! Где мои деньги? Куда они делись?!
Она перерыла все: ящик с бельем, ящик с носками, вывалила всю одежду – пусто. Лишь пара монет по сто вон со звоном выкатились из какого-то угла и забились под кровать.
Пик, пик-пик, пик.
Раздался звук электронного замка. В квартиру, распространяя вокруг себя густой запах перегара, вошел Минхван. Увидев Сумин, он поморщился:
– Это еще что за погром? Ты весь день дома торчишь, а убраться не судьба?
– Это ты их взял?.. – Сумин посмотрела на мужа исподлобья.
– Ой, и так тошно, еще ты кровь сворачиваешь. Что я взял?.. – Минхван грубо дернул узел галстука. Заметив конверт в руках жены, он усмехнулся: – А, ты про это? Те пять миллионов?
– Так это ты их взял?!
– Ну взял, и что? – Минхван окончательно расправился с галстуком и швырнул его на пол. – Это все из-за тебя. Когда мы были в свадебном путешествии, ты мне зубы заговаривала всяким бредом. Я из-за тебя момент для покупки акций упустил! Знаешь, сколько я потерял? А ты тут из-за несчастных пяти миллионов на мужа, который с работы пришел, орешь. Совсем совесть потеряла.
Сумин опешила от такой наглости. Она сжала пустой конверт и швырнула его под ноги мужу.
– С какой стати ты их взял? Это Кан Дживон мне подарила!
– Какая разница, кто их кому подарил? Подумаешь, мелочь какая. Вечно ты из-за пары вон мозг выносишь.
– Куда ты их дел? Живо верни!
– Да уймись ты уже. Попроси у Кан Дживон еще. Раз дает, значит, проси не пять миллионов, а пятьдесят. Нет, лучше сразу пятьсот!
Сумин издала нервный смешок:
– Ты в своем уме? Откуда у нее сотни миллионов?
– У нее, может, и нет. А вот у ее мужчины – и больше найдется.
Дживон к тому времени уже скопила приличный капитал, вложившись в те самые акции, которые должен был купить Минхван, но ни он, ни Сумин об этом и не догадывались.
– Мужчины? Ты про Ю Джихёка?
– Ну да.
Минхван присел на корточки и принялся рвать пустой конверт. Раз, еще раз, еще... Ошметки бумаги с почерком Дживон разлетелись по воздуху и усеяли пол.
– Оказалось, этот тип – из правящей семьи. Родной внук Ю Ханиля, председателя группы компаний U&K.
– Где ты только таких сказок наслушался? – тут же возразила Сумин.
Это просто не могло быть правдой. В жизни Кан Дживон не могло случиться такого чуда. Просто не имело права.
– Не может этого быть.
– Я тебе точно говорю. Ю Ханиль и Ю Джихёк. – Голос Пак Минхвана так и сочился уверенностью. – Оказывается, Джихёк даже квартиру Дживон снял в своем же доме. Живут по соседству, в молодоженов играют. Совсем страх потеряли.
– Откуда ты все это знаешь?
– Да люди добрые рассказали.
Лицо Сумин стало еще холоднее, чем в тот момент, когда она нашла пустой конверт. Минхван, не замечая ее состояния, продолжал изливать желчь:
– А я-то думал, с чего этот бездарь в кресло начальника департамента запрыгнул. Ясно теперь: без блата не обошлось. Чертов мир. Была бы у меня хоть половина такой поддержки, как у него, я бы сейчас не в этом дерьме жил!
Сумин слушала его бормотание, пребывая в полном оцепенении.
Ю Джихёк – чеболь в третьем поколении? И он встречается с Кан Дживон? Почему? Как это вышло?
Ее мысли лихорадочно неслись назад, пока не остановились на воспоминании нескольких месяцев давности.
«Ты же и сама знаешь, Минхван – хороший человек. Такого мужчину еще поискать надо».
Так говорила ей Кан Дживон, расписывая, какой Минхван заботливый, внимательный и замечательный.
«Они с начальником Ю почти одного возраста, но очень разные. У этого вообще никакой гибкости».
Четкое разделение между личным и рабочим, отсутствие такта, зацикленность на делах, сложный характер, никакой заботы о других... Дживон тогда сыпала колкостями в адрес Ю Джихёка так уверенно, будто заранее подготовила эту речь.
Это было в ту самую ночь, когда Сумин и Минхван впервые переспали.
– А-а-а!
Сумин зашлась в истерическом крике. Минхван перестал ворчать и уставился на нее как на сумасшедшую:
– Напугала! Ты чего орешь?
Сумин его почти не слышала.
«Кан Дживон знала. Она знала, что он внук председателя, и специально мешала нам! Она хотела заграбастать его себе, поэтому наговаривала мне на него. Он должен был быть моим! Если бы я тогда к нему подкатила, он бы точно в меня влюбился!»
Сумин, пошатываясь, поднялась и вцепилась в руку Минхвана:
– И все же, что между Дживон и Ю Джихёком? Они правда любовники? Они что, жениться собираются? Ведь нет же?!
– Да откуда мне знать! – Минхван, которого эта тема уже порядком достала, в ярости оттолкнул ее. – Твою мать, тошно-то как. Я спать, пошла вон!
Сумин вылетела из спальни. Сидя на холодном полу и глядя в пустоту, она вдруг начала мелко, истерично хихикать.
Кан Дживон всегда била ее в спину в самый неожиданный момент. Сколько бы Сумин ни топтала ее, та, словно сорняк, снова поднимала голову. Словно таракан, ползла вперед.
«Так не должно быть. Твоя мать сбежала из дома с женатым мужиком, у которого дети были. Ты должна быть несчастной до самой смерти. Слышишь?»
Настенные часы монотонно тикали. Сумин обхватила колени и принялась остервенело кусать кожу на предплечье. На бледной коже остались красные следы от зубов, которые медленно начали наливаться фиолетовым.
Хр-р-р... Хр-р-р...
Из спальни донесся храп.
Сумин перестала калечить себя и медленно, по стеночке, прокралась в комнату. Рядом с крепко спящим Минхваном коротко завибрировал синий складной телефон.
Бз-з-з.
Внезапно Сумин поняла: она должна это увидеть. Повинуясь интуиции, Сумин открыла телефон мужа.
О Юра.
Имя было незнакомым.
В голове у Сумин все помутилось. Ее бросило в холодный пот, сердце забилось где-то в горле. Дрожащими пальцами она открыла следующее сообщение.
Это была измена. Самая настоящая. И это при том, что Минхван и Сумин поженились совсем недавно.
Сумин до крови прикусила губу и открыла отправленные сообщения Минхвана.
Сообщение, которое Сумин увидела первым, было ответом именно на это письмо.
Сумин тихо закрыла телефон. Мутные белки ее глаз зловеще блеснули в темноте.
Примечания
Это переделанная корейская пословица. Обычно говорят: «Живите долго, пока черные волосы не побелеют», что означает «живите долго и счастливо, до старости» – например, на свадьбах. Тут переделано под негативный контекст. (Прим. перев.)
Бесконечный вызов (кор. 무한도전) – южнокорейское комедийное реалити-шоу, которое транслировалось на телеканале MBC с 23 апреля 2005 года по 31 марта 2018 года.
Вилла (кор.빌라) – типичные для Кореи малоэтажные дома (обычно высотой в пять этажей). Такое жилье обычно считается бюджетным.
Корейское выражение «Уехало ведро с болтами, приедет “Мерседес”», означающее, что, если девушку бросил плохой парень, следующий будет намного лучше.
Бабушка Самсин (кор. 삼신 할미) – богиня, которая предсказывает рождение ребёнка и которая оберегает его первые 100 дней жизни. Раньше слово 할미 означало «великая мать», но со временем оно стало приравниваться к слову «бабушка».
Ханбок (кор.한복) – традиционный корейский наряд. Обычно на первую половину корейской свадьбы надевается западный костюм, а на вторую – ханбок.
Миёккук (кор.미역국) – суп из морских водорослей. Считается, что он особенно полезен для беременных и недавно родивших женщин.
Чонсе (кор.전세) – форма аренды в Южной Корее. При аренде квартиры вносится сразу крупная сумма залога (обычно больше половины рыночной стоимости квартиры), а при выезде возвращается. Ежемесячных платежей при этом нет.